Юджиния Райли

Первый и единственный

Глава 1

Ники Стеллар была просто вне себя.

Она только что получила от поверенного предложения своего мужа, касающиеся их общей собственности, и немедленно отправилась к адвокату.

— Ну и дела! — Она бросила бумаги на стол. — Джейсон хочет получить все.

— Ники, остынь, — твердо сказал Дон Эймори, сухощавый, начинающий лысеть мужчина лет тридцати-сорока с любезной улыбкой на лице.

Ники без сил упала на стул и нервно взъерошила рукой свои короткие каштановые волосы. Она явилась в его офис прямо из спортзала. Миниатюрная, ростом меньше ста шестидесяти сантиметров, в черном трико и коричневом просторном свитере, она знала, что выглядит скорее подростком, чем зрелой женщиной двадцати шести лет от роду.

Ее округлое лицо с темными блестящими глазами, вздернутым носиком и чувственным ртом сохранило юношескую прелесть, но сейчас его омрачало выражение оскорбленного достоинства женщины, далекой от ребяческой наивности.

— Не могу поверить, что он может так поступить со мной. — Она наконец немного успокоилась и надела очки в темной оправе. — Я ни о чем не просила Джейсона. Я помогала ему в бизнесе и могла бы на что-то рассчитывать.

— Тебе следует это сделать, — тут же отозвался Дон.

— Но я не собираюсь. Я могла бы просить компенсацию наличными, но я отказалась и от этого. Я прошу лишь то, что и так принадлежит мне, однако он оспаривает даже это. Он хочет мой дом на побережье.

— Ники, — осторожно заметил Дон Эймори, — проблема в том, что юридически у вас совместное владение имуществом, и права на этот дом появились у него после заключения вашего брака.

— Я унаследовала этот дом от тети Грейс, — резко оборвала его Ники. Дон вздохнул:

— Я знаю. Ну что я могу сказать? Этот человек ведет себя как мальчишка. Для меня вполне очевидно, что Джейсон просто не хочет развода.

Ники закатила глаза:

— И что мне прикажете делать?

Вместо ответа Дон сплел свои длинные пальцы.

— Нет сомнений, что если дело дойдет до суда, мы будем иметь неоспоримое преимущество. По закону Джейсон не может претендовать ни на что. Однако я должен предупредить тебя, что это дело может доставить кучу неприятностей до того, как все уладится.

— Но я вовсе не хочу доводить дело до суда, — возразила Ники. — Я хочу все решить мирно. Мне нужно лишь то, что мое по праву.

— Джейсон не собирается сдаваться без борьбы, — мрачно промолвил Дон.

— Хорошо. — Ники всхлипнула, пытаясь сдержать душившие ее слезы. — Пусть он нападает. Если Джейсон хочет вести грязную игру, мы будем играть по его правилам.

Дон успел достаточно хорошо изучить Ники.

— Послушай, хоть это и не в моих интересах, но… ты уверена, что на самом деле хочешь этого развода?

— Абсолютно.

— Хорошо. — Он пожал ей руку. — Я не хотел тебя расстраивать. Спросил просто потому, что вижу, как это тебя задевает.

— По мне так заметно?

Он пожал плечами.

— Ну, предположим, я знаю, что порой мои клиенты испытывают довольно сильные чувства к своему супругу, но не хотят в этом признаться.

Ники выдержала довольно долгую паузу — она была в смятении.

— Ты говоришь, испытывают сильные чувства? Неужели проблема в том, что мы не говорили об этом? Думаешь, следовало бы спокойно обсудить все с Джейсоном?

Дон решительно покачал головой.

— Ты же помнишь, я настоятельно советовал избегать любых контактов с Джейсоном.

— Он не принимает меня всерьез! — нахмурилась она. — Он вообще никогда не принимал всерьез мои попытки поговорить с ним о наших отношениях.

— И ты думаешь, что теперь разговоры помогут делу? — скептически спросил Дон.

— Дон, можешь себе представить, я не видела Джейсона и не говорила с ним с той ужасной ночи в больнице. Возможно, он все еще верит, что может так или иначе вернуться в мою жизнь. И возможно, я — единственный человек, кто может его в чем-то убедить, по крайней мере мне удавалось это в бизнесе.

Дон покорно кивнул.

— Возможно, ты права. Хотя я обычно советую клиентам не иметь никаких личных контактов с супругами, в твоем случае стоит попытаться. Но старайся не выходить за рамки разговоров по телефону, хорошо?

— Договорились.

— И ты будешь сообщать мне о результате разговоров?

— Конечно.

— И еще, Ники…

— Да?

Они встали, и Дон Эймори улыбнулся.

— Удачи…

Она сдержанно засмеялась, перекидывая через плечо сумочку.

— Спасибо, Мне теперь потребуется вся удача, на какую я только могу рассчитывать. Я не уверена, что сумею найти нужный подход к Джейсону, но я попытаюсь.

— Я буду держать пальцы скрещенными.

Ники судорожно вздохнула и кивнула на бумаги.

— Один Бог знает, чего мне все это стоит.

Простившись с Доном, Ники отправилась домой. Холодный, тоскливый ноябрьский день, казалось, отражал ее настроение. Высокие здания вокруг были окутаны типичной для западной части Хьюстона дымкой тумана и городского смога. Город контрастов, Хьюстон поражал Ники то своим холодом и неприветливостью, то, напротив, блеском и радушием.

Добравшись до дома, Ники просмотрела почту, расправилась с бутербродом, а потом устроилась на диване и уставилась на телефон. Еще днем она надеялась, что Дон сообщит ей хорошие новости о разводе — и вот… Черт бы побрал этого Джейсона!

Ники не общалась с мужем уже девять месяцев. Он звонил и часто присылал цветы, она не отвечала на звонки и возвращала цветы назад. Ей потребовалось почти полгода, чтобы набраться мужества и начать дела, связанные с разводом. И вот теперь Джейсон мешал на каждом шагу.

Ники сняла очки и потерла переносицу. Что-то в Джейсоне ее всегда пугало. Они были совершенно разными — стремительный Джейсон Стеллар и маленькая «мышка» Ники Смит. Было вообще непонятно, почему он на ней женился. Однако полюбила она его сразу, как только увидела.

Ники постаралась отвлечься от опасного хода мыслей и сосредоточиться на том, что предстояло сделать. Почему Джейсон так упорно противодействует разводу? Никогда раньше он не казался ей мстительным человеком. В чем же тогда дело? Чувство вины? Упрямство? Уязвленное самолюбие? Проблемы из-за отсутствия у них сексуальных отношений?

Ники глубоко вздохнула. Конечно, их сексуальные отношения всегда были потрясающими, и ей очень недоставало теперь этой части их жизни. Вероятно, Джейсону тоже.

Нет сомнений, ему доставляло удовольствие обладать своей маленькой женой, ожидавшей его дома все время, пока он был погружен в волшебный блеск своего мира. Но эту роль она больше не желала играть… по крайней мере после того, что произошло.

Ники заставила себя дотянуться до телефона. Рука задрожала и упала. «Черт побери, Ники», — ругая себя, она с трудом сдерживала душившие ее слезы. Надо было взять себя в руки и покончить с этим.

Она решительно сняла трубку и быстро набрала номер. От звуков вызова на линии ее сердце отчаянно заколотилось в груди.

— Компания «Звездные соблазны», — раздался в трубке четкий голос секретаря главного офиса.

Ники старалась говорить как можно увереннее:

— Джейсона Стеллара, пожалуйста.

— Я могу спросить, кто его беспокоит?

— Ники Стеллар.

Голос секретаря сразу стал дружелюбным:

— Да, конечно, миссис Стеллар, подождите минуту, я соединяю.

Через секунду в трубке послышался взволнованный голос Джейсона:

— Ники?

Ники была ошеломлена захлестнувшей ее волной чувств. Пальцы судорожно сжимали трубку. Одного голоса Джейсона была достаточно, чтобы разнести в клочья всю ее решимость, и только сейчас она поняла, почему так долго избегала общения с мужем. У Ники мелькнула отчаянная мысль: как несправедливо, что у мужчины такой неотразимо влекущий, обольстительный голос. Если от одного звука этого голоса, произносившего вслух ее имя, с ней творится такое, что же будет, если придется встретиться с ним?

— Ники? С тобой все в порядке?

— Привет, Джейсон. — Голос ее был напряженным.

— Любимая, какая приятная неожиданность, — продолжал он как ни в чем не бывало. — Чему обязан этой радостью?

Негодование придало Ники сил.

— Найди другой объект для своего обаяния, Ромео, — парировала она. — Наверняка ты знаешь, почему я звоню.

— Почему же?

— Я хочу, чтобы ты прекратил противодействовать разводу.

— Но, любимая, — голос его был спокоен, — я не хочу развода. Как я могу не противиться этому?

Слово «любимая» вонзилось в нее, словно нож, разбивая вдребезги всю решимость.

— Джейсон, это неизбежно.

— Неизбежно, говоришь, — вкрадчиво повторил он. — Теперь это слово определяет наши отношения? Ну что ж, тогда знай: мы все равно неизбежно будем вместе.

— Черт побери, Джейсон, — выпалила Ники, — на сей раз твое неотразимое обаяние не сработает! Ты же знаешь, у тебя нет шансов, если дело дойдет до суда.

— Вот на суде и посмотрим.

— Как ты смеешь оспаривать мой дом в Галвестоне? — продолжала Ники в ярости. — Ты же знаешь, что его оставила мне тетя Грейс.

— Ты думаешь, я когда-нибудь соглашусь расстаться с этим домом после всего, что там было между нами?

«О Господи, он сказал это», — подумала Ники. Казалось, сердце сейчас остановится. Какое-то время она молчала, не в силах справиться с овладевшими ею сладостно-горькими воспоминаниями, но наконец взяла себя в руки.

— Мне нужно только то, что принадлежит мне по праву.

— Мне тоже. — В его голосе звучала нежность, почти сочувствие.

— Я больше не твоя. — Ее голос дрогнул, и по легкому ответному смешку Ники поняла, что Джейсон это заметил.

— В самом деле?

— Я встречаюсь с другим, — решилась сказать Ники, стараясь казаться уверенной. — И, честно говоря, собираюсь выйти за него замуж.

— Ты спишь с ним? — требовательно спросил Джейсон после долгой паузы.

— Это тебя не касается.

— Ты так думаешь? — Теперь в его голосе ясно слышался гнев. — Юридически ты пока еще моя супруга, Ники. И если ты все-таки желаешь получить развод, уж лучше тебе сказать правду.

Ники была в замешательстве. Праведный гнев боролся в ней с вполне оправданным опасением мести со стороны Джейсона. Если сказать, что она спала с Джимом, это могло бы убедить его, что все кончено. Но это ложь, причем ложь, которая может разозлить Джейсона и подтолкнуть его к решительному противодействию разводу.

— Хорошо. Я не сплю с ним, хотя я совсем не против, — рискнула признаться Ники. — Но я не хочу, чтобы это считалось изменой, мне это не все равно, в отличие от тебя.

— Ники, я никогда не предавал тебя, — отозвался на упрек Джейсон.

— Рассказывай это кому-нибудь другому.

— Я не лгу. — Его голос задрожал от напряжения. — Так ты говоришь, что тебе хотелось бы спать с ним, я правильно понял?

— Да, — подтвердила Ники, желая причинить ему боль.

— Если тебе нужен секс, то ты прекрасно знаешь, что я могу тебе дать все, и даже больше. Я помню время, когда тебе в постели не был нужен никто, кроме меня.

Ники слушала его сквозь слезы. На самом деле ей до сих пор не нужен никто другой, вот только признаться сейчас в этом Джейсону означало бы, что он снова почувствует свою власть над ней и уже никуда не отпустит.

— Так что же, Ники? — Это был вызов.

— Джейсон, перестань, — в отчаянии ответила она. — Давай не будем об этом, и не надо причинять друг другу боль. Все кончено.

— Нет.

— Господи, как же мне до тебя достучаться? Как мы можем все решить? Что убедит тебя прекратить сопротивление?

— Дай мне шанс, — произнес он после долгого молчания.

— Что ты имеешь в виду?

— Послушай, — горячо начал Джейсон, — мы все так резко оборвали. Потеря ребенка причинила нам обоим сильную боль, и ты не дала мне даже объяснить…

— Объяснить что? — Ники побледнела. — Объяснить, почему ты приехал ко мне в больницу прямо из постели другой женщины?

— Я не спал с Трейси, — продолжал он настаивать на своем. — Когда ты мне поверишь, наконец?

В ответ она горько рассмеялась.

— Я верю запаху духов на твоей рубашке в тот день — и у меня нет в этом никаких сомнений.

— Ты же знаешь, на работе вокруг меня все время женщины, — упорствовал он. — Это просто неизбежно.

— Это так же неизбежно, как и наш развод.

Она услышала его тяжелый вздох.

— Ники, давай обсудим возможность примирения, — продолжал он терпеливо. — Если это не сработает, я дам тебе развод.

Впервые Ники дрогнула.

— И к чему может привести эта попытка?

— К тому, что ты снова войдешь в мою жизнь.

— И в твою постель?

— Да, — прямо ответил он.

— Иди к черту, Джейсон! — Ники в сердцах бросила трубку, потом, закусив губу, швырнула телефон через всю комнату и разрыдалась.

* * *

— С вами все в порядке, мистер Стеллар?

Услышав, как Джейсон с громким проклятием бросил на пол телефон, его секретарь быстро вошла в кабинет. Стефани Берне смотрела на шефа с явным беспокойством. Тот стоял у окна, сунув руки в карманы, с невидящим взглядом и убийственным выражением лица.

Даже сейчас он был великолепен, подумала она. Высокий, белокурый, с голубыми глазами — настоящее воплощение мужского совершенства. Стефани работала в компании всего пару месяцев и уже находила своего босса неотразимым. Кроме того, она слышала, что ему предстоит развод и в ближайшее время он окажется свободен.

— Сэр? — повторила она с тревогой. Джейсон обернулся к ней, изобразив на лице вымученную улыбку.

— Все отлично, Стефани. Мне жаль, если я вас напугал.

— О нет, сэр, я просто беспокоилась, — застенчиво улыбнулась она. — Что я могу сделать для вас?

— Спасибо, ничего не нужно. — Он посмотрел на часы. — Однако уже больше половины третьего. Сегодня короткий день, пора подумать о выходных.

Ее лицо просияло.

— Вы уверены, сэр?

— Да, у нас нет на сегодня больше ничего важного.

— Ну хорошо, в таком случае… — Она собралась уходить, но остановилась. — Мистер Стеллар, мы с приятелями решили сегодня вечером устроить барбекю… Я имею в виду… если у вас нет других планов, мы были бы рады, если бы вы присоединились к нам.

Приятно удивленный, Джейсон слегка улыбнулся.

— Очень мило с вашей стороны, Стефани, но, мне кажется, сегодня обещали дождь.

Стефани с трудом скрыла разочарование.

— Возможно, мистер Стеллар. В любом случае хороших вам выходных.

— Спасибо. И вам.

После ухода Стефани Джейсон вернулся к столу и со вздохом опустился в кожаное кресло. Два года назад он с энтузиазмом отнесся бы к подобному приглашению красивой блондинки — и, вероятно, позволил бы ей в себя влюбиться. До того, как он встретил Ники, быстрые знакомства с женщинами были для Джейсона Стеллара привычным делом. Женщины всегда находили его неотразимым…

Кроме одной….

От мыслей о только что состоявшемся разговоре с женой он болезненно застонал. Это было чудом — услышать ее голос. Впервые за последние девять месяцев она сама говорила с ним. И вот он все снова разрушил, высокомерно пытаясь диктовать ей свою волю.

И все-таки его ужасно раздражало нежелание Ники выслушать его и дать ему и их браку еще один шанс. Было ясно, что противодействовать ее стремлению к разводу глупо. Его адвокат уже сказал по этому поводу все, что думал. Но рассмотрение дела в суде давало последний, пусть и почти безнадежный, шанс удержать Ники.

Он так любит ее, и ему так ее теперь не хватает! Как бы она повела себя, если бы узнала, что за все время, пока они жили раздельно, у него не было ни одной женщины? А ведь это было бы так легко. Но она все равно не поверит. Она никогда ему не верила. Никогда не могла понять, почему так нужна ему.

Господи, а ведь как нужна!

Расстроившись еще больше, Джейсон встал и подошел к бару. Открыв дверцу, взял запечатанную бутылку дорогого шотландского виски. Зачем он держал ее у себя все это время? Что хотел доказать себе?

Джейсон уже был свидетелем того, как алкоголь разрушил брак его родителей, превратив отца в озлобленного чужого человека, а мать — в многострадальную мученицу. И он знал, что именно алкоголь стал одной из причин его разрыва с Ники. Вот почему он не прикоснулся к выпивке ни разу с того самого дня. Это было непросто, он часто испытывал желание выпить, хотя бы ради самоутешения.

Он снова посмотрел на бутылку. Сможет ли Ники поверить в то, что он теперь сильно изменился во всех отношениях? И отказ от спиртного — лишь одно из многих тому подтверждений. Поверит ли, что за это время, прожитое без нее, он сумел понять: в его жизни имеет значение только она.

Вероятно, нет, подумал он горько. Если она уже думала о нем худшее…

Дрожащими руками он захлопнул дверцу бара. Ясно, что возврата к прежней жизни уже не будет, и от этого проблемы казались еще неразрешимее. Вернуть Ники казалось просто невозможным.

Однако надо было что-то делать. Как найти к ней подход? Как поступить, чтобы она поверила ему и могла снова доверять, если она даже не желает его выслушать?

* * *

В пятницу утром Дон Эймори позвонил Ники на работу.

— Я только что говорил с поверенным Джейсона, — начал он мрачно. — Как мы и боялись, Джейсон все еще решительно настроен бороться с нами до последнего. Боюсь, у нас нет выбора, кроме как пройти через это дело в суде.

— О Боже, — пробормотала Ники, дрожа от мысли увидеть Джейсона лицом к лицу и бороться с ним, ощущая его бесконечное превосходство. — Дон, я не уверена, что смогу пройти через это.

— Ники, если ты хочешь получить развод, то сможешь. У нас нет выбора.

— Можно что-нибудь придумать, чтобы не превращать все это в ярмарочный балаган?

— Ты говорила с Джейсоном?

— Да.

— Значит, это нам ничего не дало. Боюсь, мы вряд ли сможем что-нибудь сделать, если только…

— Если только… что?

— Ну, если ты твердо решила устроить все без открытого столкновения в суде.

— И что тогда?

— Я не знаю, чего от тебя хочет Джейсон Стеллар, но я бы посоветовал уступить ему.

— Но это невозможно! — вырвалось у Ники.

Остаток утра прошел для Ники словно в тумане. Одному из ее клиентов предстояла на следующей неделе независимая аудиторская проверка, а она была просто не в состоянии взяться за просмотр документов. Наконец она отказалась от этой идеи и стала смотреть в окно.

Работа по пятницам заканчивалась в середине дня, и она позвонила на работу Джиму Макмюррею, чтобы отменить их встречу вечером в субботу. Он был разочарован, она извинилась. Но ее слишком занимали другие мысли, и было просто не до того, чтобы чувствовать себя виноватой.

Ники вернулась домой, забросила в машину все необходимое и отправилась прочь из города. Надо было уехать. Надо было все обдумать. И лучше всего для этого подходил ее дом на побережье в Галвестоне.

Глава 2

Было уже почти четыре часа, когда Ники свернула со скоростной трассы и направила машину к западному берегу острова Галвестон. Дом тетушки Грейс находился в квартале от переулка Сан-Луис, на самой западной оконечности острова. Здания в этой части острова, расположенной практически на уровне моря, строились на высоких сваях. Ники свернула на посыпанную песком дорожку и остановила машину на площадке под домом. Она вышла из машины, и порывистый ветер донес до нее запахи морской соли и водорослей — прямо перед ней, за полосой песчаного пляжа, серые воды залива бурлили и пенились гребнями волн.

Ники достала привезенные с собой припасы и осторожно поднялась по изношенным ступенькам дома. Она всегда любила этот дом — с его веселым желтым фасадом, ярко-синими входной дверью и ставнями.

И вот перед ней знакомая уютная комната — большая циновка на деревянном полу, длинный диван ротангового дерева, такие же кресла и стоящий поодаль камин с железными решетками. Она вспомнила, как они с Джейсоном занимались любовью на этом диване под звуки потрескивающих в камине дров.

Ники отмахнулась от предательски наплывших воспоминаний и принялась за дело: разложила на кухне продукты по шкафам, распаковала свои вещи в одной из двух спален, подмела полы, вытерла с мебели пыль и распахнула окна, наполняя комнату свежим ветром с залива. Затем развела в камине огонь и уютно устроилась на диване с рюмкой коньяка. Она наслаждалась шумом прибоя и яркими бликами живого огня, и толстый бульварный роман, купленный где-то по случаю, так и лежал нераскрытым рядом с ее очками на журнальном столике.

Что делать с Джейсоном? Он сказал, что не отдаст ей этот дом в память о том, что они пережили здесь, и от этих слов у нее щемило сердце.

Почему он так отчаянно сопротивлялся разводу? Он давно уже должен был понять, что их отношения обречены.

Она не хотела хранить эти воспоминания. Но сколько же еще времени потребуется, чтобы стереть их из памяти? Разве не из-за них приехала она сюда, в место, где, казалось, даже стены дышали их бурной разделенной страстью? Неужели она подсознательно хочет все-таки сохранить их брак? И вернуться в тот короткий, яркий год, который подарил им столько радости и принес столько разочарований?

Временами она проклинала день, когда встретила Джейсона Стеллара. Но в глубине души знала, что все сокровища мира не заставят ее забыть о нем.

* * *

Ей было двадцать четыре, когда она первый раз встретилась с Джейсоном поздней осенью два года назад. Отработав два сумасшедших года в крупной аудиторской фирме, она наконец получила бухгалтерский сертификат и смогла занять вакансию в средней руки компании под названием «Хокинс и Каннингем». Ее первым клиентом, все счета которого она стала вести, оказалась перспективная сеть магазинов женской одежды «Звездные соблазны».

Она никогда не забудет день, когда пришла в главный офис Джейсона с целью убедить его в том, что «Хокинс и Каннингем» сможет успешно справиться с» всеми проблемами учета бурно развивающегося бизнеса. Хьюстонский офис Джейсона занимал небольшие, но элегантные комнаты в высотном здании в самом центре города. В приемной навстречу Ники поднялась красивая блондинка и проводила ее в кабинет Джейсона. Выглядел он просто великолепно и сразу поднялся навстречу ей из-за стола.

— Должно быть, вы и есть мисс Смит, — сказал он.

— А вы, вероятно, мистер Стеллар.

С того момента, как Ники пожала его большую, сильную руку, она была околдована. Джейсон Стеллар являлся, несомненно, самым красивым и привлекательным мужчиной из всех, кого она когда-либо видела в жизни. Голубоглазый блондин, достаточно высокий — около ста девяноста сантиметров, — стройный и мускулистый. Глядя на него, она немного оробела. Однако его манера общения была приветливой и ободряющей, глаза светились мягким юмором, а улыбка казалась неотразимой. Ники подумала: какая ужасная несправедливость в том, что такие прекрасные белые зубы, густые блестящие волосы и длинные ресницы достались мужчине.

Этот человек был прирожденным предпринимателем, и, слушая его, Ники понимала, как ему удалось, получив маленький магазинчик женской одежды «Братья Браун», так быстро превратить его в преуспевающую сеть «Звездных соблазнов». Ники задавала великое множество вопросов, и он в деталях обрисовывал ей свои планы.

Экономика Хьюстона все еще не могла оправиться от спада в нефтяной отрасли, и магазины дешевых распродаж угрожали его процветанию; впрочем, это была проблема всех розничных продавцов. Однако лозунг «Роскошь по разумной цене» нашел нужный отклик, и «Звездные соблазны» предлагали прекрасный выбор шикарных вещей в разных ценовых диапазонах женщинам, уставшим обходиться дешевкой кризисных времен.

Джейсон рассказал ей, как создал три своих магазина в Хьюстоне и как финансовый поток стал все более усложняться, а бухгалтерия, которую он вел традиционными способами, перестала с этим справляться, и почему он решил регулярно пользоваться услугами профессионального бухгалтера.

Он расспросил ее обо всем: и где она училась, и где после учебы работала, и чем бы ей хотелось заниматься в дальнейшем. Ники подробно рассказала ему о своей успешной учебе, о двух годах работы до того, как она получила должность в «Хокинс и Каннингем».

— Это впечатляет, — сказал наконец Джейсон, откинувшись в своем кожаном кресле и заложив руки за голову. — Знаете, я долго сомневался, передать ли стороннему специалисту большую часть забот, связанных с финансовой отчетностью, или взять в штат одного опытного бухгалтера. Как бы отнеслись в «Хокинс и Каннингем», если бы я попытался увести вас от них?

Ники почувствовала в его словах скрытый смысл, и это заставило ее покраснеть. Но она тут же упрекнула себя в глупости. Зачем понадобилась бы этому великолепному мужчине маленькая, скучная, обыденная Ники Смит? Интересно, станет ли он смеяться, если узнает, что в свои двадцать четыре она все еще девственница? Она вспомнила о роскошной блондинке в приемной и мысленно поставила на себе крест. Наверняка у Джейсона Стеллара есть маленькая черная записная книжка, которая ломится от телефонных номеров женщин не менее обворожительных и, без сомнения, не менее доступных, чем его секретарша.

— Я уверена, что мы сможем сделать все необходимое для вашего бизнеса, не доходя до таких крайностей, — ответила она, и Джейсон усмехнулся.

К тому времени как они завершили беседу, было далеко за полдень, и Джейсон удивил ее, пригласив пообедать Он был настойчив, и на ее попытку отказаться возразил:

— Мы лишь закрепим наше новое партнерство, и заодно я покажу вам свой магазин в «Галерее».

Ники не один раз бывала в этом магазине, но не посмела в этом признаться Джейсону. Однако, проходя по магазину рядом с великолепным Джейсоном Стелларом, она почувствовала себя так, будто впервые здесь. С ее маленьким ростом ей приходилось чуть ли не бежать, чтобы поспевать за его широким шагом. Пробежка от входа в «Галерею» к его магазину усилила в ней чувство тревожного ожидания. Остальные посетители, казалось, проплывали мимо нее словно в тумане. Ники видела перед собой только Джейсона Стеллара и безнадежно мечтала, чтобы в этот момент на ней было надето что-нибудь более впечатляющее, чем коричневый повседневный костюм.

Они зашли в магазин, и Ники смогла понаблюдать за Джейсоном в работе. Лица девушек-продавщиц сияли улыбками, когда они здоровались с ним, а Джейсон улыбался каждой, называя ее по имени. В этот момент Ники заметила ямочки на его щеках — самые очаровательные из всех, какие ей приходилось когда-нибудь видеть у мужчины.

Джейсон показывал ей свои новинки в технологии демонстрации товаров — хромированные манекены и детально продуманное точечное освещение, изобретательно оформленное витрины с женской одеждой и аксессуарами по самым разным ценам. Ники не могла оторвать глаз от коллекции праздничных нарядов, только что доставленной из Нью-Йорка. Джейсон познакомил ее с управляющим магазином и его помощниками, рассказал об их обязанностях.

Рядом с ним она чувствовала себя так, словно в ней прибавилось роста. Она спрашивала обо всем и получала подробные ответы, а Джейсон не скрывал удовольствия, вызванного ее интересом. После этой импровизированной экскурсии он удивил ее, пригласив в дорогой ресторан «У Максима» в самом центре. Он был обворожителен, почти флиртовал с ней, и могло бы показаться, что он пытается соблазнить ее, если бы не ее абсолютная уверенность в обратном. Какое там соблазнить! Зачем ему нужна маленькая, тщедушная Ники Смит с ее простеньким круглым личиком, короткими блеклыми волосами, в очках с темной оправой? Вероятно, у него просто не было планов на вечер или не нашлось более подходящей компании.

Но когда во время обеда он, положив ладонь на ее руку, спросил: «Вы замужем, Ники?», — эта ее твердая уверенность пошатнулась.

— Нет, — ответила она и вздрогнула.

— Есть друг?

— Нет.

— Никого нет?

— Ну, я очень занятой человек, — ответила она и почувствовала себя смешной, когда он убрал свою руку и рассмеялся. — Я имею в виду, что все мои занятия до получения диплома, и эта степень магистра…

— Да вы из тех умненьких студенток, что получают дипломы с отличием…

— Верно, — кивнула она, и он снова рассмеялся. — А потом мне пришлось искать свое первое место и работать, чтобы получить сертификат…

— Тяжелая жизнь, — согласился он, улыбнувшись. — А что вы делаете, когда хотите развлечься? Она пожала плечами:

— Ну, у меня есть друзья…

— А вы хотели бы иметь еще одного? — Он пожал ей руку.

— Это было бы неплохо, — сдержанно ответила она, и сердце ее забилось так быстро, что она с трудом могла поддерживать разговор.

— Ники, вы просто сокровище, — рассмеялся он, покачав головой.

Пока они пили кофе и доедали десерт, у Ники возникла мысль, что сейчас он предложит провести с ним где-нибудь ночь или пригласит к себе, и она упрекнула себя в том, что выпила слишком много шампанского. Но он не оправдал ее ожиданий и вел себя словно воплощенная галантность: привез к офису и остановил свой «мерседес» прямо рядом с ее малолитражкой.

— Ники, это был чудесный вечер, — сказал он, обходя автомобиль и открывая ей дверцу, — и мы обязательно должны его повторить как можно быстрее.

— Конечно, Джейсон. И спасибо за все. — Она храбро улыбнулась, а про себя добавила: «Уверена, что где-то я это уже слышала». С минуту они неловко смотрели друг на друга, затем Ники протянула ему для прощания руку: — Спокойной ночи. С нетерпением жду, когда мы начнем с вами работать. — С едва заметной улыбкой на губах она проскользнула мимо него к своему автомобилю.

Ники возвратилась домой в плохом настроении. Она была уверена, что этот ужин с ней для Джейсона Стеллара был лишь продуманным деловым мероприятием и он всего лишь хотел поближе познакомиться с новым партнером.

В течение всей следующей недели они много времени проводили вместе: Ники помогала подготовить годовой бюджет. Они все лучше узнавали друг друга и в деловом, и в личном плане, и ему дважды удавалось настоять на том, чтобы они вместе пообедали. Он не пытался поцеловать ее, но часто так смотрел, так придерживал под руку, нечаянно касался ее руки или сжимал ладонь, словно давал понять, что хочет от нее чего-то большего, чем обычные деловые или приятельские отношения. И когда он предложил поужинать с ним в пятницу вечером, она уже наверняка знала, что Джейсон Стеллар увлечен ею.

На сей раз он повез ее в «Варго» в западной части Хьюстона. Они заказали белое вино и креветки. Джейсон рассказал о планах распространить свой бизнес на Даллас и Сан-Антонио.

— Что ты думаешь об этом теперь, когда ближе познакомилась с моими делами?

Оказывается, ее мнение много значило для Джейсона, и это произвело на Ники большое впечатление.

— Мне кажется, ты создал солидную базу здесь, в Хьюстоне. Не вижу причин, которые могли бы помешать расширению бизнеса, хотя будут проблемы с привлечением недостающего капитала. Главное — не спешить с выходом на новый рынок.

— Знаю, — кивнул он. — Но у меня сложились хорошие отношения с банкиром, и я не думаю, что получить дополнительное финансирование будет такой уж неразрешимой проблемой. Главной трудностью будет, я полагаю, поиск мест для размещения новых магазинов.

— А мне это кажется неплохим развлечением — поездки по разным местам, планирование с нуля захватывающего нового дела.

— Нисколько не сомневаюсь, что это интересно для тебя — умной и сообразительной девушки. — Он взял ее за руку. — Ники, а ты поехала бы со мной? Помочь подыскать подходящие варианты в Далласе и Сан-Антонио?

— Ну… я… — Смущение не позволило ей показать всю свою радость.

— Мне действительно важно твое мнение, — сказал он искренне. — И мне будет приятно, если ты будешь рядом.

Ники едва не поперхнулась.

— Конечно, Джейсон. Я с радостью помогу тебе.

— Тогда я обещаю, что это предприятие станет не только интересным, но и увлекательным. — Глядя на ее смущенный румянец, он с улыбкой покачал головой: — Ники, ты просто восхитительна.

* * *

Пока они за кофе обсуждали дальнейшие планы, Ники окончательно решила для себя, что Джейсон Стеллар и есть тот самый мужчина, которому она готова отдать свою девственность. Потому что он учтив, любезен и великолепен до такой степени, что ей и не снилось. И потому что он, единственный из всех, кого она знала, назвал ее восхитительной.

Она не строила иллюзий относительно того, что будет эта ночь значить для него. Их свел бизнес, и они стали друзьями. И секс — всего лишь маленькое приятное дополнение к прочим преимуществам этого союза.

К тому же он был хорош собой и привлекателен, и она желала его безумно. Ей было уже двадцать четыре, и она устала носиться со своей девственностью как с никому не нужной святыней. Последние два года ей было просто некогда заводить романы. А раньше, в колледже, ее совершенно не привлекали пустые, ограниченные молодые люди, которым ее ум и образованность были совершенно не интересны. Совсем не то, что Джейсон Стеллар. Он нашел ее восхитительной.

Они вышли из ресторана, Джейсон провел пальцами по ее щеке и мягко спросил:

— Поедем ко мне домой на чашку чаю?

Они оба совершенно точно знали, что значит это приглашение.

— Да, — ответила Ники без колебаний.

* * *

Они мирно сидели у огня, наслаждаясь коньяком и слушая Элтона Джона. Ники выпила немного лишнего, и ей казалось, что Джейсон тоже пил больше, чем обычно. В какой-то момент Джейсон взял оба бокала, поставил их на столик и посмотрел на Ники с обезоруживающей улыбкой. И она поняла, что сейчас просто умрет, если он ее не поцелует.

— Ты знаешь, в фильмах всегда наступает момент, когда герой снимает с героини очки. — И он картинным жестом протянул руку к ее лицу. — Вот это да! И зачем ты прячешься за этими стеклами? Ты просто прелестна.

Ники почувствовала себя Неловко.

— Ты явно преувеличиваешь.

Он взял ее за подбородок и повернул лицом к себе.

— Но это на самом деле так — такой маленький симпатичный немного вздернутый носик и большие карие глаза. Не говоря уже о миленьком ротике.

— Миленьком? — возмутилась она.

Тут Джейсон поцеловал этот миленький ротик, и Ники вздрогнула. Ей показалось, что губы ее целую вечность ждали его горячего, сладкого, такого желанного поцелуя.

Он притянул ее к себе на колени. Это было просто божественное чувство неги. Его исполненные желания губы словно творили чудеса — кровь потоком огня заструилась по ее венам. И не думая больше ни о чем, она ответила на его поцелуй, проникая языком в его рот и с наслаждением ловя его стон.

— Какая ты маленькая. — И он надежно прижал ее к своей груди.

— Просто худая. — Едва дыша, она попыталась засмеяться, вдохнула волнующий аромат его тела и почувствовала, что у нее кружится голова.

— Прикуси язык, женщина. — Он нежно укусил ее шею. — Ты просто совершенство. — И он расстегнул верхнюю пуговицу ее платья. — Какого ты роста?

— Чуть меньше ста шестидесяти.

— Кажешься еще меньше.

— Это потому, что худая.

— Как хороша! — прорычал он, проводя ладонью по ее груди.

Когда эта великолепная рука стала гладить ее ногу, Ники начала задыхаться. И хотя его пальцы остановились всего лишь чуть выше колена, они будили в самой глубине ее тела горячие волны возбуждения, лишали ее рассудка и несли болезненное чувство неудовлетворения.

— Как мне нравится твое хрупкое тело, — пробормотал он. — Я привык иметь дело с высокими длинноногими моделями.

Она напряглась, и он, улыбнувшись, слегка отстранился:

— В сугубо деловом смысле, разумеется.

— Я так и поняла. — Ники открыто взглянула в его глаза.

Казалось, он почувствовал ее сомнения и начал покрывать поцелуями ее лицо.

— Ники, дорогая, я так хочу тебя. Давай сделаем эту ночь незабываемой.

И Ники забыла обо всем.

В камине улеглись языки пламени, и в наступившей полутьме Джейсон лихорадочно срывал с нее одежду, роняя пуговицы на пол.

— Какая жалость, — пробормотал он, лаская ее бедра. Наконец он высвободил ее из платья и, пожирая глазами, прошептал: — Нет, никакой жалости! Я куплю тебе новое платье. Нет, черт побери, десяток новых платьев!

— Молчи… поцелуй меня. — Она прерывисто задышала и, смущенная собственной смелостью, прижалась к нему полуоткрытыми губами и добралась до пуговиц на его рубашке. Пока он наслаждался ее губами, она скользила пальцами по его мускулистой груди, покрытой тугими короткими завитками волос. — Ты такой красивый. — Она с благоговением прильнула губами к ложбинке на его груди.

— И ты… — пробормотал он, приникая к ее груди и нежно вбирая в рот сосок.

Она вскрикнула и инстинктивно выгнулась, впервые переживая столь сладостное чувство.

Джейсон лишь улыбнулся, и его руки проникли под тонкую ткань трусиков, крепко прижимая ее к себе за ягодицы. Ники вздрогнула от его откровенных прикосновений и почувствовала, как мурашки побежали по всему телу. Его властные руки приподняли ее, и она почувствовала, как напрягается его плоть, пока он настойчиво продолжал ласкать ее грудь. Ники сходила с ума, задыхалась, судорожно запустив пальцы в его шелковистые волосы. Она никогда не думала, что может существовать такое наслаждение, что можно испытывать настолько горячее желание. Она вновь задрожала в его руках, шепнула: «Да, еще» — и тут же была вознаграждена: его нетерпеливые руки сорвали с нее остатки одежды. Она почувствовала себя в его власти и наслаждалась этим чувством. Мысль о том, что она сейчас отдаст ему часть себя, радовала ее.

Это был незабываемый момент — когда они оба, тяжело дыша, обнаженные, оказались в постели. Джейсон был рядом — могучий, разгоряченный, невероятно мужественный. Его тело, грубо касаясь ее нежной кожи, возбуждало ее груди невыразимо чувственным образом.

Она целовала его жадно, глубоко, словно не могла насытиться им, а он отвечал с такой пылкой страстью, что Ники порой становилось страшно.

Вскоре Ники отчаянно захотелось, чтобы он овладел ею. Она не могла вымолвить ни слова и просто прижала его руку к низу своего живота. Он понял все без слов и начал с улыбкой гладить ее. Затем его рука раздвинула ее бедра, и, едва не задохнувшись, она откинула голову. На каждое движение его руки тело отзывалось дрожью. Он взял ее за руку и дал прикоснуться к своей напряженной плоти; глаза ее расширились от ощущения этого огромного орудия в ее ладони. При мысли о том, что скоро этот громадный инструмент окажется в ней, она вздохнула со смешанным чувством страха и нетерпеливого ожидания. Должна ли она сейчас сказать ему? Нет, если он узнает о ее девственности — это может его остановить. Может быть, все пройдет так, что он не догадается?

Она напрасно на это надеялась. Все стало ясно, как только он попытался проникнуть внутрь и не нашел дороги.

— Ники? — растерянно вымолвил он. — Мой Бог! И ты не сказала мне, что я у тебя первый?

— Да, — жалобно прошептала она, прижимаясь к нему. — Только, пожалуйста, не останавливайся.

Он усмехнулся:

— Ты и вправду думаешь, что это могло бы меня остановить?

— Я хочу тебя. Понимаешь?

Он едва заметно отстранился и посмотрел ей в глаза. Взгляд его был ласковым, и она словно растворилась в его нежности.

— Любовь моя, но почему ты выбрала меня?

Слезы брызнули из ее глаз.

— Потому что ты нашел меня восхитительной.

— Ники, милая, это на самом деле так! Стало быть, ты не принимаешь никаких противозачаточных средств?

Она покачала головой.

— Я не думаю, что могу забеременеть сегодня ночью. То есть я хочу сказать, что сегодня неподходящие для этого дни.

— И все-таки это слишком рискованно. Подожди минутку, дорогая. — И он выскользнул из постели. Вскоре он вернулся и, казалось, стал еще нежнее, несмотря на всю болезненность первого проникновения, от которого у нее на глазах выступили слезы.

— Любовь моя… — Он замер и прошептал, целуя ее глаза: — Я знаю, тебе больно. Ты такая маленькая и так напряжена…

— Пожалуйста, Джейсон, не останавливайся, — выдохнула Ники.

— Теперь ты не смогла бы остановить меня, даже если бы захотела.

Довершая начатое, он обхватил ее снизу ладонями и резко вошел. Боль пронзила ее, и, дрожа всем телом, она приникла к нему, пряча лицо на его плече. Он будто разрывал ее изнутри, и это сильнейшее ощущение было одновременно невыносимым и захватывающим. Несмотря ни на что, она наслаждалась его близостью, разделяя его страсть, и инстинктивно выгнулась, стремясь принять его глубже.

— Любовь моя, как же ты хороша, — едва смог он произнести в ответ на ее движение.

Джейсон пытался сдерживаться, но желание Ники и ее смешанные со слезами поцелуи быстро заставили его потерять контроль над собой. Он издал громкий крик и кончил, войдя в нее несколькими быстрыми сильными ударами. Все еще дрожа, она поняла, что он стал необыкновенно близок ей, и все же ее не покидало чувство, будто что-то самое главное ускользнуло от нее. И почувствовала себя немного обделенной.

Он приготовил ей ванну, и когда напряжение и боль покинули ее тело, вновь перенес на постель и крепко прижал к себе. Так они провели остаток ночи.

* * *

Утром следующего дня во время завтрака они вели себя точно незнакомцы. Джейсон не выдержал и, взяв за руку, спросил ее:

— С тобой все в порядке?

Она молча кивнула, боясь, что, если заговорит, неминуемо расплачется. Она была уверена, что разочаровала его прошлой ночью. Все произошло так быстро и неловко, что даже самой себе она вынуждена была признаться, что слегка разочарована. Очевидно, она просто не была страстной женщиной.

— И все-таки почему я, Ники?

Она уставилась на него, чувствуя, как краска приливает к лицу.

— Мне казалось, я все объяснила прошлой ночью.

Явно неудовлетворенный ее ответом, он рассмеялся.

— Берегла свою невинность двадцать четыре года и потом вот так просто взяла и отдала мне?

Она посмотрела на него обиженно.

— Послушай, Джейсон, мы стали хорошими друзьями в последнее время. И если ты думаешь, что произошедшее между нами налагает на тебя какие-то обязательства — просто забудь об этом. Ты мне ничего не должен.

В ответ он нахмурился.

— Что? Я просто оказался подходящим во всех отношениях, чтобы посвятить тебя в тайны секса?

— Я думаю, мы оба вчера знали, что делали.

Джейсон все еще продолжал хмуриться, когда неожиданно зазвонил телефон. Он нетерпеливо схватил трубку.

— Алло? — Голос его был резок. — Да, Мелисса. Сейчас не самое подходящее время для разговора. Я не знаю, что у меня на вечер. Я перезвоню тебе сам.

Он положил трубку, и они напряженно посмотрели друг на друга.

— Ну так куда мы едем, Ники?

Она пожала плечами.

— Думаю, тебе надо перезвонить Мелиссе и назначить встречу.

— Это обычная деловая встреча, и я легко могу перенести ее, — горячо отозвался он.

— Я бы не хотела изменять твою привычную жизнь.

— Но ты уже сделала это. Ты изменила ее, когда вчера приехала сюда со мной.

— Что это значит? — раздраженно спросила она. — Проснулось дремавшее доселе чувство чести? Я полагала, что в двадцатом веке мужчинам оно не свойственно.

— Подумай, что ты говоришь. Я знаю очень мало мужчин, которые остались бы равнодушными после того, как двадцатичетырехлетняя девственница, проведя с ними ночь в постели, наутро заявила бы, что это ничего не значит.

— Джейсон, пожалуйста, — взмолилась она. — Это что-то значит. Много значит.

— Это на самом деле так?

Он попытался встать, но она опередила его.

— Послушай, я на самом деле рада, что это был именно ты. Но у тебя своя жизнь, а у меня своя, и я думаю, что мне пора идти.

— Идти? — сердито переспросил он. — И что же ты собираешься теперь делать, Ники? После того, как я избавил тебя от этой надоевшей помехи, твоей девственности? Пойти и найти себе другого парня, который…

Дальше он произнес нецензурное слово.

В гневе она замахнулась, чтобы дать ему пощечину, но в следующий миг он перехватил ее руку, и она оказалась в его объятиях.

— Не уходи, Ники, — нежно попросил он. — Останься со мной на все выходные.

Слезы подступили к ее глазам, и она затрепетала от радости. Он произнес те самые слова, которые она сейчас больше всего хотела услышать.

— Зачем?

Он приподнял ее подбородок и заглянул в сияющие глаза.

— Затем, что я нахожу тебя восхитительной. Черт побери, и еще потому, что для меня невыносима даже мысль о тебе с кем-то другим. — И он завершил свою тираду долгим, властным поцелуем.

Весь день они оставались вместе. Гуляли держась за руки по городу, заходили в дорогие рестораны и занимали там укромные угловые столики, где целовались в промежутках между подаваемой черной икрой и шампанским. Когда они вернулись к нему домой, он всю ночь держал ее в своих объятиях, но не пытался заняться с ней любовью. Это смутило и обидело ее.

Однако уже на следующее утро она проснулась оттого, что Джейсон стаскивал с нее футболку, в которой она спала. Небритый, с решительным огнем в глазах, он выглядел необыкновенно сексуальным, и горячая волна возбуждения пробежала по каждому ее нерву.

— Я знаю, тебе, наверное, еще больно, — прошептал он, целуя ее. — Но я не проживу больше ни минуты, если мы сейчас же не займемся любовью.

— Джейсон, — воскликнула она, обнимая его за шею, — а я думала, что ты во мне разочаровался.

— Разочаровался? Ты хоть представляешь себе, чего мне стоило все это время не прикасаться к тебе? — И он положил ее ладонь на свой возбужденный член. — Это похоже на разочарование?

— Это похоже как раз на то, чего я хочу, — засмеялась она.

В его глазах снова загорелся огонь желания, но он не торопился, покрывая все ее тело поцелуями. Прикосновения его жесткой щетины восхитительно возбуждали ее нежную грудь и обнаженный живот.

— Хочу завести тебя, — произнес он уверенно, стягивая с нее трусики. — Это должно помочь.

— Я завожусь от одного твоего вида, — улыбнулась она.

Ники поняла, что имел в виду Джейсон, лишь когда он прижался лицом к ее раскрытым бедрам. Невыразимый контраст между его грубым, колючим лицом и нежными губами доводил ее до грани безумия, поднимая до неведомых раньше высот возбуждения и плотского желания.

Вскоре ему пришлось удерживать ее обеими руками, прижимая к кровати. Вцепившись в его волосы, она хрипло умоляла поцеловать и взять ее скорее. Наконец он привстал над ней, проник в ее рот языком, и она обхватила его ногами, нетерпеливо поглаживая.

На сей раз Джейсон не торопился, входя до конца в ее плотное нежное лоно. Глядя сверху на ее горящее лицо, он наблюдал, как нарастающее возбуждение расширяет ее зрачки с каждым его медленным, глубоким толчком. Его коварная неторопливость сводила ее с ума, и скоро она превратилась в сущую дикарку, царапая ему спину и умоляя об освобождении. В ответ он лишь засмеялся и перевернулся на спину, переместив ее наверх. Ники едва не задохнулась от ощущения еще большей близости, которое давало ей это новое положение.

— Люби же меня, тигрица, — шепнул он.

Теперь настала ее очередь глядеть сверху в его замутненные страстью глаза. Ники оперлась на его плечи и начала тихонько двигаться, сначала будто изучая, потом со все нарастающим пылом и самозабвением. Ее возбуждение и ничем не сдерживаемая страсть пробудили в нем неукротимое желание. Внезапно Ники почувствовала, как попадает в царство нового, бесконечно обжигающего удовольствия, и ее ногти глубоко вонзились в плечи Джейсона. Ошеломленная своим невероятно сильным первым оргазмом, она без сил упала на него и зарыдала в его объятиях.

Ему не нужно было спрашивать, отчего она плачет. Он знал это без слов.

Глава 3

Следующие несколько недель они проводили все свободное время вместе. Джейсон был внимателен, заботлив, страстен, и Ники чувствовала, что отчаянно влюбляется в него. Она боялась, что все это очень плохо кончится, но не могла остановиться.

Ники навела порядок в его бухгалтерских делах и в оформлении заказов, ввела единый компьютерный учет для всех трех магазинов. Она сопровождала его в поездках в Даллас и Сан-Антонио, где нужно было выбрать места для его новых магазинов. Ники такие поездки казались очень интересными, а Джейсон принимал ее советы всерьез.

Однако ей не давала покоя мысль, почему Джейсон заинтересовался ею.

Как-то раз он назначил ей встречу в своем магазине в юго-западной части Хьюстона. Продавщица провела ее в служебное помещение, где Джейсон находился с двумя женщинами — одна из них почтенная дама средних лет в костюме, вторая — высокая, красивая модель, на которой не было ничего, кроме туфель на высоких каблуках и трусиков; пара дорогих платьев для коктейля красовались на вешалке рядом. Комнату наполнял тяжелый сладковато-цветочный аромат духов.

— А, Ники! — Джейсон шагнул навстречу и взял ее за руку. — Ты как раз вовремя. Посоветуй, что лучше надеть на Трейси для нашего зимнего показа. Зеленый шелк… — он сделал паузу, примеряя платье к модели, — или красную тафту?

Ники взглянула на Трейси. Это была гибкая и стройная, экзотически красивая брюнетка. Трейси окинула ее оценивающим взглядом из-под густо накрашенных ресниц и пристально посмотрела на Джейсона, как будто тот был пирожным и она собиралась его съесть.

— Мне кажется, зеленый смотрится на ней лучше, — пробормотала Ники.

— Мы с Моникой как раз говорили о том же, — согласился Джейсон. Он обнял Ники за талию. — Разве она не чудо? — И он широко улыбнулся своим сотрудницам.

Те ответили короткими комплиментами, и вскоре Джейсон и Ники ушли. Ники выглядела озабоченной.

— Любимая, что случилось? — с тревогой в голосе спросил он Ники.

— Ты всегда окружен полуголыми моделями?

— Ты очаровательна, когда ревнуешь, — улыбнулся он, но, заметив ее негодование, серьезно добавил: — Ты же знаешь, наша фирма часто устраивает показы, и моделям приходится делать много примерок. Смешно бы я выглядел, выходя из комнаты каждый раз, когда они переодеваются.

— Наверное, ты прав. — Она закусила губу. — Однако я никогда не думала, что ты проявляешь такой интерес к творческой части своего бизнеса.

— А как, ты думаешь, я сделал мою компанию тем, чем она стала сейчас? — Он сжал ее руку в своей ладони, и они пошли дальше. — И не волнуйся, я же тебе говорил — это всего лишь бизнес.

— Мне показалось, что для Трейси это больше чем бизнес.

— Да? — Его бровь удивленно приподнялась.

— Я думаю, она увлечена тобой.

— В самом деле? — рассмеялся он. — Я даже не заметил.

— Ты обречен дышать ее духами, — позволила себе съязвить Ники, — я чуть замертво не упала от их запаха. Что это было?

— Что-то из ее обычного букета. Ужасно, да?

Какое-то время они шли молча, потом Ники неожиданно спросила тихим твердым голосом:

— Ты спал с ней?

— Не будь смешной. — Он, казалось, был ошеломлен ее вопросом.

— Да или нет?

— Нет.

— Но спал с другими?

Он молча разглядывал витрины магазинов, мимо которых они шли, неловко ерошил волосы и выглядел совершенно растерянным.

— Джейсон? — Она потянула его за рукав и остановила.

— Ну да, это бывало, — признался он наконец. Она отвела взгляд в сторону, чтобы скрыть боль. Джейсон привлек ее в свои объятия и страстно прошептал:

— Любимая, я не был близок ни с кем с тех самых пор, как меня соблазнила маленькая худышка Ники Смит.

— Соблазнила тебя? — возмущенно прошипела она, поднимая глаза, чтобы встретить его взгляд. — Я соблазнила тебя?

— Да, уважаемая, — усмехнулся Джейсон.

— Это я худышка?

— Это твои слова, — прищурившись, напомнил он, — и я, кажется, начинаю к ним привыкать.

— Как и к высоким моделям с длинными ногами, — парировала она.

Он наклонился к ней еще ближе и совсем тихо прошептал:

— Длина твоих ног просто идеальна, когда ты меня ими обнимаешь. Хотя, надо честно признать, в тебе есть еще более совершенная часть в этот момент.

— Джейсон, прекрати. — Она почувствовала, как проходившая мимо пара многозначительно посмотрела на них.

Джейсон засмеялся, и они пошли дальше. Неужели дело только в этом, думала Ники. Неужели он уверен, что она принадлежит только ему, потому что был ее первым мужчиной?

* * *

Ники решила прекратить отношения с Джейсоном. Она начала избегать его, придумывать причины для отмены свиданий. И всякий раз, когда ее одолевали сомнения, она вспоминала несчастный брак своих родителей. Ее мама, самая обычная женщина, вышла замуж за красивого, амбициозного агента по недвижимости. И вся их совместная жизнь сопровождалась бесконечной ревностью и подозрениями. А когда Ники исполнилось четырнадцать, ее великолепный папочка бросил жену и троих детей, чтобы уйти к женщине вдвое моложе его. Через четыре года после этого мама вышла замуж второй раз за хорошего, но ничем не примечательного человека и с тех пор была счастлива.

Поэтому Ники была абсолютна уверена, что должна связать свою жизнь с самым обычным мужчиной, а уж никак не с таким «звездным соблазном», каким был Джейсон Стеллар.

Между тем изгнать Джейсона из жизни, и особенно из мыслей, оказалось не таким простым делом, как думалось. И она решила найти кого-нибудь другого, чтобы начать встречаться с новым мужчиной, который сможет отвлечь ее от мыслей о Джейсоне. Но подходящей кандидатуры никак не находилось до того дня, когда в их офисе появился новый клиент. Это был большой, неуклюжий техасец по имени Хэнк Стетсон, называвший ее «малышкой леди» и прислушивавшийся к каждому ее слову. Ники была под большим впечатлением от его рассказа о том, как его фирма, производившая оборудование для нефтяной промышленности, едва не разорилась четыре года назад и как он смог выкарабкаться благодаря заказам от аэрокосмического ведомства. И хотя дела фирмы Стетсона были не слишком большим заказом для них, Ники поощряла Хэнка и даже пригласила его как-то раз в город на ленч.

Они как раз смеялись за кофе и десертом, когда неожиданно в зал вошел Джейсон. Он приблизился к их столу, и по его натянутой улыбке Ники поняла, что он зол. Сердце застучало так, что казалось, сейчас выскочит из ее груди.

— Привет, Ники, — приветливо сказал Джейсон. — В офисе мне сказали, что ты здесь.

— Зачем ты пришел? — спросила она в замешательстве.

— А ты разве не собираешься представить меня своему другу? — продолжал он, не отвечая на ее вопрос.

Чувствуя себя неловко, как никогда раньше, Ники представила Джейсона, многозначительно подчеркнув, что Хэнк Стетсон — их новый клиент.

— Да-да, Ники — великолепный бухгалтер, — обратился Джейсон к Хэнку. — Вот почему я здесь и вынужден прервать вашу беседу. Боюсь, у меня в офисе проблемы. Компьютер что-то напутал в недельной платежной ведомости. Вы не возражаете, если я украду Ники отсюда прямо сейчас?

— Джейсон, погоди… — Ники ни на минуту не поверила в его только что придуманную историю.

— Ну что вы, мэм, нет проблем, — Хэнк был сама любезность, — мы как раз все уже обсудили. Если у мистера Стеллара возникла серьезная проблема…

К моменту, когда они с Джейсоном покидали ресторан, Ники уже кипела от возмущения.

— Что за ерунду ты придумал? Объясни немедленно. Мы оба прекрасно знаем, что платежные ведомости делаются независимо от твоей компьютерной системы.

Он усадил ее в свой «мерседес», обошел машину и, хлопнув дверью, занял место водителя.

— Я не делюсь тем, что принадлежит мне.

— Принадлежит тебе? Да как ты смеешь предполагать, что имеешь на меня какие-то особые права?

— Почему ты избегаешь меня, Ники?

— Я… я была занята. — Она смутилась.

Он резко рванул с места, так что завизжали шины.

— И где пожар. Джейсон? Куда мы так торопимся?

— А ты не догадываешься?

Ники опешила. Какая самонадеянность!

— Вы с ним спите? — спросил Джейсон сердито.

— С кем?

— С Хэнком Хьюстоном.

— Это Хэнк Стетсон. И он всего лишь клиент.

— Я тоже клиент. Так спите или нет?

— Черт побери, это тебя не…

Снова послышался визг шин, и Джейсон едва увернулся на повороте от встречного автомобиля. Переводя дыхание, он обернулся к Ники.

— Послушай, меня еще никогда так не выводили из себя женщины. Может быть, я полный идиот, но мне казалось, что между нами что-то серьезное. Если ты отказываешься признать за мной право…

— Нет, — почти закричала она.

— Что нет?

— Нет, я не сплю с ним.

Оставшуюся часть пути до его дома они проделали в полном молчании. Из-за возникшего напряжения Ники не могла поднять глаз. Наконец Джейсон спросил:

— Если у тебя ничего нет с ним, почему ты выглядишь такой виноватой?

Ники чувствовала, что земля уходит у нее из-под ног.

Она любила Джейсона. Но ее постоянно преследовала мысль о том, что его чувства к ней не могут быть такими же сильными. Ей казалось, что он всего лишь увлечен.

— Ники?

— Потому что я думала об этом, — едва слышно призналась она.

— Почему? — Он побледнел от гнева, но глаза все так же зло сверкали.

Слезы покатились по ее щекам.

— Чтобы забыть тебя.

— Но почему? — приблизившись, мягко спросил Джейсон.

Ники бессильно сжимала кулачки.

— Потому что мне надо быть от тебя подальше. Потому что я люблю тебя. И потому, что ты не можешь быть моим.

— Идиот, — пробормотал он и решительно привлек ее к себе.

И больше не было ничего, кроме его дрожавших от нетерпения рук, жадных губ и его неистового желания.

Они занимались любовью с яростной, отчаянной страстью.

— С тобой все в порядке? — спросил он позже.

— Да, — прошептала она.

— Иногда я забываю, что для тебя в этом пока много нового, — с улыбкой сказал он.

Подняв на руки, он перенес ее в спальню, где они продолжили свои страстные ласки. Еще и еще раз.

Когда Ники пришла в себя, Джейсона не было в комнате. Она нашла его в гостиной, где он с кем-то разговаривал по телефону.

— В семь часов, отлично. Мы успеваем.

— Мы куда-то едем? — сонно спросила Ники.

— Да, в аэропорт, прямо сейчас. Мы летим в Лас-Вегас, у нас там бракосочетание.

Заметив ее удивление, он немного растерялся.

— Если, конечно, ты хочешь, чтобы я был твоим.

Ники издала радостный возглас, бросилась к нему через всю комнату, чуть не сбив с ног, и принялась лихорадочно целовать.

— Джейсон, — вдруг снова засомневалась она, — я думаю, ты не должен этого делать только потому, что был моим первым мужчиной.

— Ники, я делаю это потому, что люблю тебя.

Взяв ее на руки, он закружился по комнате.

* * *

Поначалу их семейная жизнь шла отлично, хотя Ники часто волновалась, не поторопили ли они события. Первые месяцы они проводили вместе каждую свободную минуту, и даже больше. Ники оставила свою работу в «Хокинс и Каннингем» и все время посвятила налаживанию бизнеса супруга. Конечно, между ними случались иногда небольшие стычки, впрочем, это бывает неизбежно, когда люди находятся вместе почти двадцать четыре часа в сутки. Тем отраднее бывало примирение — они не могли вдоволь насладиться друг другом.

Тогда-то Джейсон и решил открыть новые магазины одновременно в Далласе и Сан-Антонио, и подготовка страшно изматывала их обоих. Вдобавок к этому он задумал расширить оба своих магазина в Далласе, собираясь удвоить бизнес, чтобы создать прочную базу для семейной жизни. С типичным предпринимательским рвением он хотел все и сразу.

И тут начались проблемы: Ники уставала от перелетов через весь штат, кроме того, кто-то должен был заниматься домом. Ники также обнаружила, что ей гораздо больше нравится повседневная малозаметная работа по планированию и развитию бизнеса изнутри; она в отличие от Джейсона не любила находиться в центре внимания.

Приближался день открытия новых магазинов. Джейсон занимался рекламной кампанией, проводил частые встречи с представителями поставщиков, укомплектовывал штат, а Ники старалась держаться в стороне от этих хлопот.

Безусловно, Джейсон был разочарован, что Ники не сопровождала его во всех поездках, как это бывало раньше. Он уезжал все чаще и стал много пить. Ники упрекала его, но он говорил, что все это делается для них и эта работа — их общее будущее.

Когда он бывал дома, казалось, что все по-прежнему, но между ними уже начало возникать раздражение и недоверие. Ники знала, что в своей повседневной работе Джейсон постоянно окружен красивыми женщинами: женщинами-покупательницами, женщинами — представителями поставщиков, женщинами — менеджерами торговых залов, женщинами-моделями. Она ревновала и боялась, что не сможет удержать Джейсона. Иногда она чувствовала запах духов от его одежды и один раз даже поссорилась с ним из-за этого. А он бесцеремонно заявил, что у него была встреча с представителями «Эсте Лаудер».

Когда умерла тетя и оставила Ники дом на побережье, она все больше времени стала проводить там в одиночестве. Джейсон приезжал с ней один или два раза, но чаще все-таки она ездила туда одна.

Когда однажды ночью он вернулся домой со следами помады на воротнике, что-то в Ники сломалось. Не говоря ни слова, она поднялась, вышла из дома и на бешеной скорости умчалась на побережье.

Он последовал за ней, но она этого не заметила, пока не услышала стук в дверь. Он стоял на пороге, мертвенно-бледный.

— Ты понимаешь, что вела машину как ненормальная? Ты могла погибнуть…

— А тебе есть до этого дело?

— Есть ли мне дело? — Он удивленно посмотрел на нее. — Что случилось, Ники?

Она вспыхнула от негодования.

— Эта чертова помада на твоем воротнике — ничего не случилось?

Он потянул за ворот, расстегнув пуговицу, и посмотрел на пятно.

— Это что ли?

— Оно самое, сэр, это называется «основание для развода».

— Ники, ты не понимаешь. Я сегодня заключил договор с Генри Ламонтом. Это наш новый поставщик одежды. Просто их представитель… слегка поднабралась по случаю.

— Джейсон, перестань мне лгать.

— Я не лгу.

— То ты приходишь домой с запахом чужих духов…

— Я постоянно окружен женщинами, которые пользуются духами! А этот чертов поцелуй ничего не значил. Послушай, Салли Гидеон, та самая дама от Генри Ламонта, еще в городе. Если хочешь, позвони ей в гостиницу.

— Хорошо, хорошо, — отступила Ники, — возможно, именно этот поцелуй и был невинен. Но сколько было других?

— Никаких, кроме наших, дорогая. — Он обнял ее, и Ники, как обычно, сдалась.

— Неужели я действительно заставил тебя ревновать? — говорил он, целуя ее. — Ты же знаешь, моя жизнь для тебя — открытая книга, ты можешь открыть любую станицу, когда пожелаешь.

— Я не могу быть рядом с тобой каждую минуту, — раздраженно отозвалась она.

— Я понимаю. Но почему ты не можешь довериться мне?

Ники закусила губу. Она не могла заставить себя произнести вслух: «Потому что я никак не могу понять, за что ты выбрал себе такую, как я».

— Я просто хочу, чтобы ты был чаще рядом, — сказала она вместо этого.

— Вот он я, рядом, — Джейсон ослепительно улыбнулся, — и думаю, самое время доказать моей ревнивой женушке, что я все принес к ней домой.

И он доказал. Он любил ее до тех пор, пока она уже не могла шевелиться, только едва дышала. В ту ночь был зачат их ребенок.

* * *

Джейсон был вне себя от радости, когда врачи подтвердили беременность Ники. Это был самый канун Рождества, и никогда еще не было пары более счастливой, чем они. Целую неделю, как это было раньше, Ники и Джейсон были вместе почти каждую минуту, планируя детскую, покупая приданое для малыша.

Джейсон с еще большим усердием взялся за расширение бизнеса. Он хотел, чтобы задуманное было сделано до того, как родится ребенок. Но с новыми магазинами все шло не так, как он планировал, и его личное присутствие требовалось все чаще и чаще. Он почти постоянно бывал в разъездах и несколько раз даже оставлял машину в аэропорту и приезжал домой поздно ночью на такси, мертвецки пьяный. Ники тревожилась, но надеялась, что, как только все утрясется с открытием магазинов, Джейсон возьмет себя в руки.

Как-то раз поздно ночью она проснулась, почувствовав на губах его поцелуй с крепким запахом виски.

— Джейсон, нет, — она оттолкнула его, — ты пьян…

— Но я хочу тебя, Ники. — Он снова попытался поцеловать ее. Между ними произошла короткая схватка, и такой напор испугал ее.

— Нет, Джейсон, только не так, — умоляла она.

— Хорошо. — И он откатился на дальний край кровати.

На следующее утро она раздраженно сказала ему:

— Я хочу, чтобы до рождения ребенка мы спали врозь. Ты был пьян вчера и мог причинить вред мне или ребенку.

Он настолько искренне выглядел виноватым, что она почти пожалела о своих словах.

— Я сделал тебе больно? — вымученно спросил он.

— Нет. Но мог.

Впервые за все время, сколько она знала Джейсона, она заметила на его глазах слезы.

— Запомни, пожалуйста, раз и навсегда, Ники. Я никогда не сделаю ничего плохого тебе или нашему ребенку.

И он вышел, хлопнув дверью.

С этого момента они перестали спать вместе. Джейсон не прикасался к ней, она же была слишком горда, чтобы первой подойти к нему. Он по-прежнему много пил и все так же часто уезжал.

Напряженная обстановка в доме скоро убедила ее в том, что ради ребенка она должна уехать. Кроме того, первая половина беременности проходила с некоторыми осложнениями, и врач советовал ей избегать эмоциональных перегрузок. Боясь реакции Джейсона, она не сказала ему, что переедет в свой дом, который все это время сдавался, к тому же Джейсона в тот момент не было в Хьюстоне.

Однако потом она решила все-таки позвонить ему. Он был изумлен и обижен, но, услышав объяснения о том, что в ее положении лучше жить в более чистой части города, неохотно уступил и обещал, что не будет ей мешать.

Ники ушла из компании мужа и вернулась к своей старой работе в «Хокинс и Каннингем». Там, на третьем месяце, она потеряла ребенка. Это произошло неожиданно. Она почувствовала резкий приступ боли, и сотрудники быстро отвезли ее в больницу.

Джейсона разыскала его секретарь из офиса, у него в это время был деловой ужин. Он нашел Ники в больничном коридоре, когда медсестры везли ее на каталке в операционную.

— Ники, держись, — произнес он тихо, сжимая ее руку.

— Я потеряла ребенка, — безутешно плакала она.

— Я знаю, любимая. У нас будет еще один, я так люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Пока медсестры остановились у входа в операционный зал, Джейсон обнял ее, и тут она уловила тот самый цветочный запах духов Трейси. В тот момент, казалось, умерло все, что она чувствовала к нему, вместе с ребенком, которого они потеряли.

В следующий раз Джейсон получил от нее весточку через поверенного.

Стук в дверь прервал горестные воспоминания Ники и вернул ее к реальности. Она вытерла слезы и отставила в сторону коньяк.

По дороге к двери ее охватило ощущение дежа-вю, сердце бешено застучало.

Конечно. Она должна была почувствовать.

Это Джейсон.

Глава 4

Глядя на Джейсона, Ники едва могла перевести дыхание. Он стоял перед ней, все такой же неотразимый, каким она его помнила. Внезапно то время, что его не было рядом, будто исчезло, вчерашний день стал сегодняшним. Словно ее рана была свежей, а чувства реальными, как тогда.

Она собрала все свои силы и спокойно спросила:

— Что ты здесь делаешь?

— Я подумал, что ты могла поехать сюда, — неловко ответил он. — Можно войти?

— А если я скажу «нет», это будет иметь значение?

— Будет.

Стоя в темноте у входа, он выглядел растерянным и несчастным и нисколько не походил на уверенного в себе человека, которого она помнила. Ники поняла, что не может хлопнуть дверью у него перед носом, хотя он это и заслужил.

Она пожала плечами с бравадой, которую едва ли чувствовала на самом деле.

— Ну что ж, проходи.

Джейсон вошел и, не обращая внимания на то, как она напряглась, поцеловал ее в щеку. Это был короткий, ни о чем не говорящий поцелуй, но и его хватило, чтобы она затрепетала. Он прошел в дом, обдав ее таким знакомым мужским запахом. Остановившись у камина, протянул к огню руки.

Ники заметила, что он все еще носит обручальное кольцо. От вида золотого ободка на его пальце у нее подступил ком к горлу — свое кольцо она давно положила дома в шкатулку. Джейсон с улыбкой посмотрел на нее.

— Ты развела огонь в камине, как здорово, Ники.

— Спасибо.

— Хорошо выглядишь, малыш, — добавил он мягко.

Ники поначалу не знала, как вести себя с ним, борясь с предательским чувством нежности. Его улыбка и тихий голос все переворачивали в ней. Сердце гулко билось, и горела щека, которой коснулись его губы.

Затем в ней проснулся праведный гнев: этот человек разрушил ее жизнь.

— Зачем ты приехал, Джейсон?

— Разве ты не знаешь?

Его вопрос повис в наэлектризованной тишине, нарушаемой лишь отдаленным звуком прибоя и потрескиванием дров в камине.

Тут она вспомнила о входной двери и повернулась, чтобы закрыть ее. Она прекрасно понимала, зачем приехал Джейсон, и была рада поводу не продолжать разговор, сильно сомневаясь в своей твердости.

Она неловко вернулась к столику и взяла свой недопитый коньяк.

— Хочешь выпить, Джейсон?

— Спасибо, нет. Я не брал в рот ни капли с того дня, как мы потеряли ребенка. Но пусть это тебе не мешает. — Его голос смягчился и звучал заботливо и обеспокоенно. — Ты выглядишь немного бледной, тебе будет на пользу.

Ей будет на пользу. Она быстро отвела взгляд в сторону, и пальцы на ножке бокала задрожали. Да, ей на самом деле нужно было выпить. Это было слишком суровое испытание — снова находиться в одной комнате с Джейсоном Стелларом. Она уже почти забыла, как от ощущения, что он находится рядом, все в ней переворачивалось.

Ники продолжала незаметно разглядывать его, пока он грел у огня руки, и снова подумала: не может, не должен мужчина быть так красив. На нем был вязаный свитер, обтягивавший широкие плечи и мускулистый торс, и плотно облегающие джинсы, подчеркивавшие каждую мышцу его длинных ног и каждый дюйм его мужского достоинства.

Она чуть не застонала вслух. Джейсон изменился с тех пор, как они виделись последний раз, когда ему было тридцать два. На висках появились проблески седины, и складки около рта стали резче. Ему тоже нелегко далась эта девятимесячная разлука, поняла она с чувством, похожим на сострадание. Но появившиеся в его лице черты зрелости сделали его еще более неотразимым и желанным как никогда.

С усилием Ники оторвала от него взгляд и сделала глоток. Даже хороший коньяк помогал с трудом. Она почувствовала, как дрожат колени, отступила назад и присела на диван.

— Чему обязана удовольствием видеть тебя? — спросила она наконец.

Джейсон обернулся.

— Ники, я решил, что пришло время нам с тобой поговорить. Я хочу, чтобы ты услышала кое-что непосредственно от меня.

— А именно?

— Я никогда не спал с Трейси.

Ники резко поставила бокал на столик, чуть не разбив хрупкое стекло.

— Джейсон, постой. Ты приехал ко мне в больницу, и от тебя пахло духами Трейси. И когда я почувствовала этот запах… и когда я увидела твои глаза… — Она смотрела на свои дрожащие руки, едва сдерживая слезы.

Внезапно Джейсон подошел к ней, взял за руки, и жар его тела волной захлестнул ее.

Она не могла сопротивляться, боясь даже пошевельнуться или заговорить.

— Ты помнишь, как я застал тебя с Хэнком Хьюстоном?

— Это был Хэнк Стетсон. — Она с вызовом освободила свои руки. — И что значит «застал»? Я всего лишь развлекала клиента за ленчем.

— Неправда, ты потом призналась, что думала о большем.

Ники виновато отвела глаза.

— Джейсон, тогда мы не были женаты. И я хотела разорвать наши отношения. Кроме того, у меня с ним ничего не было. Зато у тебя — было.

— Опять неправда. — Голос его звучал твердо. — У меня ничего не было с Трейси. И если даже я чувствовал себя виноватым, то потому, что понимал: могу соблазниться. — Он прокашлялся и продолжил: — В ту ночь Трейси поехала со мной на деловой ужин, мы с несколькими партнерами планировали весенний показ моделей. Господи, Ники, мне было так плохо, так тоскливо. Ты ушла неделю назад и…

— Что «и»?

Он вздохнул и, знакомым жестом взъерошив волосы, посмотрел на нее виноватым взглядом.

— Я много выпил в тот вечер. И когда все разошлись, Трейси осталась и все время увивалась вокруг меня… А потом позвонили из больницы.

— А если бы не позвонили? — В голосе Ники прозвучал вызов.

— Я не собирался спать с ней. Я как раз пытался избавиться от нее, когда позвонили.

Ники засмеялась, и в этом смехе горечь смешалась с недоверием.

— Почему же тогда ты выглядел таким виноватым, когда приехал ко мне в больницу?

— Посмотри на это с моей точки зрения. Кто-то чужой вез тебя в больницу, ты лежала там одна, страдала физически и душевно, а в это время… меня соблазняла другая женщина.

— И это — твое объяснение? — Ники вскочила на ноги, гневно взмахнув рукой. — Что ты изменил мне лишь в мыслях и чувствах, но не физически? Да понимаешь ли ты, что только подтвердил худшие из моих предположений?

— Как бы то ни было, — он тоже встал, — я тебя не предавал.

— Хорошо, пусть нет, если ты так в этом убежден. Он с мольбой сложил руки.

— Ники, все тогда смешалось у меня в голове. Сплошные амбиции, и слишком много выпивки. Я так хотел быть с тобой и с нашим ребенком. Я так хотел, чтобы все было хорошо. И не мог понять, что теряю вас обоих.

Ники невидящим взглядом рассматривала узор на циновке.

— К сожалению, иногда мы понимаем это слишком поздно.

Джейсон шагнул ей навстречу.

— Может быть, ты дашь нам еще один шанс? — с надеждой спросил он.

— Нет. — Она, вся дрожа, едва сдерживала слезы. — У меня нет второго сердца, чтобы и его можно было разбить.

Он сделал еще один шаг к ней.

— Этого больше никогда не случится. Я многое успел понять и сделать, пока мы жили врозь. Многое изменилось. И мне уже не нужно так часто уезжать, и… Я сам изменился, Ники.

Их взгляды встретились.

— Мне жаль, но я не могу поверить в это.

— Ты не веришь мне даже в этой истории с Трейси? — Джейсон пристально посмотрел на нее. Она усмехнулась.

— Эта история слишком смешна, чтобы не быть правдой. Но это ничего не меняет в главном: наш брак по-прежнему невозможен. Мы никогда не были хорошей парой.

— Ты знаешь, в этом наши мнения расходятся.

Расстроенно вздохнув, Ники придвинулась к огню.

— Джейсон, когда ты перестанешь противиться разводу?

— Когда ты дашь мне то, о чем я прошу.

Она обернулась к нему, гневно сверкнув глазами.

— Это не подлежит обсуждению.

— Тогда, надо полагать, борьба будет продолжаться.

Эти слова ее глубоко задели.

— Как ты можешь требовать этот дом на побережье?

— Я думаю, это так просто понять. — Он придвинулся ближе, в глазах его была решимость. — Этот дом мне по-особому дорог, здесь был зачат наш ребенок, ты ведь помнишь?

Помнила ли она!

— Это мой дом, Джейсон, — воскликнула она отчаянно.

— Это был наш дом.

Ники потеряла надежду и уже не знала, сколько еще сможет вынести эту пытку.

— Джейсон, так мы ничего не решим, — набравшись сил, произнесла она. — Я думаю, тебе нужно уйти.

Он приблизился к ней вплотную.

— Черт побери, почему ты даже не допускаешь возможности, что я мог измениться?

Ники пыталась справиться с сокрушающим эффектом его близости.

— Мы всегда жили в разных мирах. Ты был птицей высокого полета, а я создана для земной жизни. Думаю, в глубине души я всегда знала, что нам не суждено быть вместе, что я тебе не пара.

— Ники, нет! Ты не можешь так думать.

— Но я так думаю, — зло продолжала она. — Я никогда не вписывалась в твой сверкающий, чарующий мир. Может быть, тебе была бы хорошей парой девушка вроде Трейси.

— Нет. — Он был настойчив. — Тебе отлично известно, ты — это все, что у меня в этой жизни есть…

— Если бы это на самом деле было так, ты бы боролся за меня, — решительно оборвала его Ники. — Но факт остается фактом: тебя не оказалось рядом, когда ты был мне так нужен. А когда ты появился…

Голос ее стал почти не слышен, и она задрожала.

Он нежно положил ладонь ей на плечо и ждал, пока она поднимет глаза.

— Ники, теперь я буду рядом. Я обещаю.

Она издала долгий прерывистый вздох.

— Я не могу поверить в это снова. Просто не могу.

Повисла напряженная, безнадежная пауза. Рука Джейсона соскользнула с ее плеча. В камине с глухим звуком опали прогоревшие поленья. За окнами шумел прилив и завывал ветер.

— Скажи мне одну вещь, — наконец прошептал Джейсон.

— Да?

— Почему ты приехала сюда?

— Что? — Она растерялась.

— Ты говорила, что нам не суждено быть вместе, — продолжал он хриплым шепотом, пристально глядя на нее своими синими глазами. — Но разве не воспоминания привели тебя сюда? Воспоминания о нас двоих, здесь, вместе, на этом самом диване?

Только не это! Ники посмотрела на диван — вспоминая, слабея, едва не умирая от этих слов.

— Джейсон, пожалуйста, остановись.

— Так это были воспоминания? — Он схватил ее за плечи.

Глядя в его измученные глаза, Ники поняла, что не сможет отрицать правду. После всего, что они пережили здесь вместе.

— Может быть, — тихо сказала она. Когда он притянул ее к себе с намерением поцеловать, она все еще умоляла:

— Джейсон, оставь мне хотя бы мои воспоминания. Пусть будет хоть что-то хорошее, что останется от нашего брака. Не отнимай у меня последнее, не разрушай все.

— Неужели для тебя все кончено? — В его долгом взгляде были боль и недоверие.

Вместо ответа она кивнула.

— И ты не дашь нам даже последнего шанса?

Она покачала головой.

— Хорошо, тогда я ухожу.

Его горькие слова обожгли ее. Не в силах смотреть, как он уходит, она отвернулась к огню.

К звуку открывающейся двери прибавился шум прилива, и затем вновь прозвучал его потерянный голос:

— Да, чуть не забыл, я принес тебе кое-что.

Озадаченно нахмурившись, Ники обернулась.

Джейсон закрыл дверь и снова вошел в комнату. Желваки заиграли на его щеках, когда он протянул ей темную банковскую книжку. Но голос оставался удивительно мягким, когда он сказал:

— Я хочу, чтобы это было у тебя.

— Что это? Деньги? — Она смутилась. Он кивнул, и она поймала себя на мысли, что сочувствует ему, видя в его глазах неподдельную боль.

— Когда мы узнали, что ты беременна, я открыл в банке накопительный счет для колледжа нашему ребенку. Просто… я подумал, они тебе сейчас нужнее.

Ники перевела взгляд с банковской книжки на Джейсона и заплакала.

— Почему ты делаешь это сейчас? — подавленно спросила она. — Ты хочешь меня убить?

Он встревоженно покачал головой.

— Ну что ты, Ники!

— Тогда зачем?

Судорожно сглотнув, он отвел глаза в сторону с тем выражением растерянности на лице, которое никогда не могло оставить ее равнодушной.

— Честно говоря, я просто не знаю, что делать с этими деньгами. У меня не хватило духу закрыть счет.

И он снова, будто сомневаясь в чем-то, посмотрел на нее, и на мгновение общая боль словно объединила их.

— Что касается повторного брака, то это не для меня. Но ты когда-нибудь выйдешь замуж за этого Хэнка Хьюстона или кого-нибудь еще, и у тебя будет ребенок.

— Не думаю, что я смогу, — едва слышно сказала она, сжимая пальцами банковскую книжку.

— Сможешь, — мягко ободрил он ее. — Я говорил с врачом в больнице. Он уверен: то, что произошло с тобой, всего лишь случайность, и нет причин, по которым ты не могла бы иметь детей.

— Я не об этом. Просто не думаю, что когда-нибудь снова смогу почувствовать то же самое.

— Сможешь, — продолжал настаивать он. — В любом случае я хотел бы, чтобы эти деньги получил твой ребенок.

Ники сквозь слезы смотрела на банковскую книжку. Больше ей не выдержать, не было сил даже говорить.

— До свидания, Ники. — Джейсон поцеловал ее в щеку и направился к выходу.

Долго потом Ники не могла понять, что заставило ее броситься за ним, схватить за рукав и обреченно сказать: «Джейсон, нет, не уходи. Только не так».

Он обернулся, издав нечленораздельный звук, и она оказалась в его объятиях. Банковская книжка полетела на пол, и они принялись жадно целовать друг друга. Чувства захлестывали ее снова и снова, она прижалась к нему и горячо отвечала на его поцелуи.

Ники уже почти забыла, какое это замечательное чувство, — быть в его объятиях, слышать, как стучит его сердце, когда он целует ее. Внезапно мир вокруг исчез, растворился, и остались только они вдвоем, с одной болью на двоих, которую не могли разделить, пока были далеко друг от друга. Их потерянный ребенок, их разрушенный брак — кто, кроме них самих, мог еще так все понять, с болью подумала она.

— Ники, я люблю тебя, — шептал Джейсон сквозь слезы, целуя ее щеки, шею, виски.

Она потянулась поцеловать его такой знакомый, любимый твердо очерченный подбородок.

— Я знаю, но все равно ничего не может…

— Не говори так. Все может. Ничто не кончено. Господи, малыш, я так скучал по тебе.

— Я тоже.

— Мне было так одиноко.

— Мне тоже.

Оба они дрожали от желания, он поднял ее и уложил на диван. Зачем она сопротивлялась, неожиданно подумала Ники. Все равно все заканчивалось этим.

Одним движением он расстегнул молнию на джинсах и, легко справившись с застежкой на брюках Ники, вошел быстро и глубоко. Легкая дрожь прошла по ее телу, и она почувствовала себя так, словно вернулась домой после долгой отлучки. Ники стянула с себя свитер, прижала его голову к груди и сразу почувствовала, как его губы ласкают сосок сквозь тонкую ткань бюстгальтера. Забыв обо всем, она высвободила грудь, чтобы еще сильнее почувствовать прикосновение его горячего влажного рта. Ее руки под свитером и рубашкой жадно нашли его гладкую мускулистую спину и впились в нее ногтями. И вновь нетерпеливые губы искали его рот, а язык наслаждался таким знакомым вкусом.

— О, Ники, — прошептал он, ловя губами бьющуюся на ее шее жилку. Она уловила его горячее дыхание и зарылась пальцами в его волосах. Он прижал ее к себе, и, обхватив его ногами, она вновь, забыв обо всем, подчинилась его жаркому желанию. Отдавая всю себя без остатка, она почувствовала приближение оргазма, яркого и сильного, как никогда раньше. Поглощая друг друга, они слились в одно целое.

Потом они долго лежали, усталые и неразделимые. Действительность внезапно отрезвила Ники, и она попыталась высвободиться.

— Боже, Джейсон, что мы наделали…

— Не уходи, пожалуйста. И не надо идти в душ. Останься со мной здесь, я прошу, ты так нужна мне.

— Джейсон…

Он поцеловал ее вновь, и она не нашлась, что ответить. После второго раза она не хотела шевелиться. После третьего — не могла.

* * *

Самым трудным для Ники оказалось встретиться наутро лицом к лицу с Джейсоном. Он сидел на кухне за крошечным столиком и молча наблюдал, как она, в своем халатике, готовит кофе. Когда она наполняла кофеварку, ее руки дрожали. Трудно было не заметить последствий их вчерашней близости, тело выдавало ее. Она не была близка с Джейсоном почти год, все это время у нее не было других мужчин, и всю ночь они жадно наслаждались друг другом. И вот теперь каждое движение отзывалось в ее теле болезненным напоминанием о прошедшей ночи.

И оттого, что он сел за стол небритым, надев одни лишь плотно облегающие джинсы, все было только хуже. Доставая из буфета две чашки, Ники задержала на нем обиженный взгляд. С растрепанными волосами, обнаженный по пояс, он выглядел так, что ей хотелось сейчас же наброситься на него. А чего стоил этот знакомый жадный блеск в его глазах!

Еще более разрушительные последствия имели его объяснения в любви прошлой ночью. Ники убеждала себя, что ему нельзя верить, особенно сейчас, когда ей нужно было сохранить эмоциональное равновесие. Безусловно, они всего лишь поддались минутной страсти, захватившей их врасплох, поддались влечению, которое сохранилось даже после того, как погиб их брак.

Она подошла к столу и, поставив чашки и опустившись на стул, сказала:

— Джейсон, ты мог по крайней мере надеть рубашку.

— Что? — В его глазах явственно была заметна усмешка. — И это говорит девочка, которая сорвала ее с меня вчера ночью едва ли не силой?

Ники взяла чашку и попыталась скрыть свое замешательство.

— Тебе не холодно?

— Малыш, напротив, я думаю, мне не помешало бы чуток остыть.

Ники резко опустила чашку.

Джейсон потянулся через стол и взял ее за руку.

— Послушай, милая, мне показалось, что вчерашняя ночь что-то изменила в наших отношениях.

— Для тебя — может быть. Но не для меня, — обиженно проговорила она.

— Тогда что же это было вчера, Ники? — выпалил Джейсон. — Что? Тебе просто приспичило?

— Нет, конечно. — Щеки ее вспыхнули. Он помолчал.

— Ты знаешь, до встречи с тобой я никогда не боялся, что женщины могут желать меня только ради секса.

Ники с изумлением вглядывалась в его лицо. Раньше бывало, что такие же сомнения относительно Джейсона приходили ей в голову.

— Ты издеваешься?

— Нет, черт побери, — проворчал он, — ты думаешь, только женщины могут думать, что их используют как объект для секса?

— Ну, я думаю… — Меньше всего на свете Ники сейчас хотела продолжать этот разговор с Джейсоном. — Я думаю, когда мужчина столь привлекателен, как ты…

— Ники, твои слова чертовски успокаивают и ободряют. — Он откинулся на спинку стула и скрестил на груди загорелые руки. — Вот только почему ты не торопишься использовать меня для ласк?

— Использовать для чего?

— Объясни мне, пожалуйста, что для тебя значила прошедшая ночь? Это была лишь минутная слабость с твоей стороны?

Она вздохнула.

— Джейсон, конечно, у нас остались какие-то чувства друг к другу. Между нами всегда было что-то…

— Взрывоопасное?

Ники вцепилась пальцами в край стола.

— Да. Но этого недостаточно, чтобы быть основой для семейной жизни.

Он ударил кулаком по столу. Ники вскочила, загремели чашки.

— Ники, почему ты не хочешь дать нам еще один шанс? Я стал другим.

— Ты просто так говоришь. — В ее голосе послышалось отчаяние. — Пора понять одну вещь, Джейсон. Все, что произошло между нами тогда, причинило мне слишком большую боль. Мне очень трудно было потом собрать себя по кусочкам и вернуться к жизни. Я не хочу повторения этого, я не моту больше рисковать.

— Мне кажется, этой ночью ты рисковала намного больше, чем сейчас говоришь…

— И ты был совершенно ни при чем, не так ли?

— А кто бросился за мной к двери? — парировал Джейсон.

— А кто сунул мне эту несчастную банковскую книжку? — Слезы брызнули из ее глаз. — Разве ты не понимаешь, что этим ты меня почти уничтожил?

Она попыталась отстраниться, но Джейсон сжал обе ее руки в своих и искренне проговорил:

— Дорогая, у меня и в мыслях не было хоть чем-нибудь причинить тебе боль. Я просто хотел, чтобы у тебя…

— Я знаю. — Пытаясь побороть предательскую дрожь в голосе, она посмотрела на него. — И все-таки признайся честно: ты приехал, чтобы соблазнить меня.

— Нет, я приехал, чтобы объяснить все о Трейси. После того как ты ушла, ты ни разу не захотела даже выслушать меня. А потом все шло через адвокатов. Если бы ты сама пришла ко мне — кто знает, может, я бы и согласился на развод.

— Не смеши меня. После того, что произошло этой ночью, я ни за что в это не поверю.

Джейсон пристально посмотрел ей в глаза.

— Ники, я приехал не для того, чтобы затащить тебя в постель. — Он погладил ее щеку и тихо добавил проникновенным голосом: — Но я допускал мысль о том, что это возможно. С того самого дня, как я тебя заметил, я точно знаю, чего хочу.

— Так нечестно, — умоляла Ники, чувствуя, что больше не может противостоять его обаянию, — Тебе всегда это легко удавалось.

— Подумай, насколько проще было бы все, если бы ты уступила и мы вернулись домой вместе.

— Нет. — Губы ее задрожали. — Ты меня просто проглотишь.

Улыбка пробежала по его губам.

— Конечно, я постараюсь. Подумай только, мы могли бы иметь еще ребенка.

— Я не хочу ребенка от тебя.

— Нет, ты хочешь. Просто боишься признаться в этом даже себе самой.

Едва сдерживаясь, Ники встала и попыталась перейти в наступление.

— Почему ты позволяешь себе так поступать со мной?

— Неужели это до сих пор непонятно? — Казалось, он был удивлен ее вопросом. — Я просто хочу вернуть тебя.

— Зачем?

— Как это зачем? — Теперь он был очевидно изумлен. — Почему бы тебе не спросить сначала, зачем я вообще на тебе женился?

— Я на самом деле этого не понимаю, — неуверенно продолжала она. — Может быть, ты думал, что мы — хорошая команда. Или потому, что оказался моим первым мужчиной и, как воспитанный в старых традициях мужчина, чувствовал себя обязанным сделать это. А теперь продолжаешь настаивать на сохранении брака просто из-за чувства вины.

— Вины? — Джейсон не выдержал и вскочил. — Это самая большая глупость, которую я когда-либо слышал. Где ты нахваталась этих дурацких идей, из грошовых бульварных книжонок?

— Пусть так, — она больше не пыталась ему противоречить, — но я так чувствую. Особенно после того, что произошло. — Тяжелый вздох вырвался из ее груди. — Ну как еще мне это тебе объяснить? Все кончено.

— И ты можешь это говорить после прошедшей ночи?

— Да.

Он придвинулся на шаг.

— А что, если после прошлой ночи ты уже…

Ники сразу поняла, что он хотел сказать, и глаза ее округлились.

— Так вот зачем тебе нужна была эта ночь!

— Нет! Ты должна понять, я бы никогда не смог…

— Послушай, — и она остановила его движением руки, — давай не будем сейчас об этом. Я не думаю, что есть основания думать об этом.

— Хорошо, — кивнул Джейсон. — Но ты знаешь, есть простое решение всех проблем.

— То есть?

— Я говорю о возможности попытаться начать все еще раз, — просто сказал он.

Ники покачала головой и уставилась в потолок. Она чувствовала себя вымотанной, как будто ей пришлось всю ночь стоять на берегу и пытаться руками остановить приливную волну.

— Джейсон, неужели я впустую говорила с тобой все утро? Ну что мне с тобой делать?

Он сделал к ней шаг и обнял за плечи. Его близость вновь не оставила камня на камне от ее решимости — воспоминания о ласках, которыми они наградили друг друга этой ночью, вновь безжалостно овладели ею, тепло его тела, его запах вновь наполнили ее всю.

— Ты действительно хочешь, чтобы я что-то предложил?

Ники неожиданно рассмеялась. В этом был весь Джейсон, каким она всегда его знала. И вся ситуация словно была взята из их прошлых дней, наполненных взаимной страстью, когда после таких слов… С усилием она отвлеклась от опасного направления мыслей и обернулась, чтобы посмотреть на него.

Кончиками пальцев Джейсон гладил ее висок.

— Неужели прошлая ночь ничего не изменила? — вновь спросил он с обезоруживающей нежностью. — Ты искренне уверена в этом?

— Нет, — признала она и прижалась щекой к его груди, чувствуя, как биение его сердца удивительно успокаивает ее слух. Джейсон вдруг показался ей старым другом, с которым она делила свои печали. Когда-то они были такими друзьями.

— Хорошо, и что же?

Она вздохнула.

— Я не могу сейчас ничего решить. Я слишком запуталась во всем этом.

В его ответном взгляде светилась радость и новая надежда.

— Но ты готова подумать над тем, чтобы дать нам еще один шанс?

— Думаю, отрицать это после прошлой ночи было бы лицемерием.

— Когда? — И он требовательно заглянул в ее глаза.

— Джейсон, дай мне немного времени. Пару недель. Мне надо все обдумать.

— Хорошо, — улыбнулся он. — Но ты дашь мне знать, когда…

— Да, конечно.

Он попытался поцеловать ее, но она остановила его, упершись ладонями в грудь.

— Джейсон, мне действительно нужно время. С этой минуты.

— Конечно, Ники.

Но раньше, чем она успела отстраниться, он решительно притянул ее к себе и запечатлел на ее губах долгий поцелуй. И только после этого, непринужденно насвистывая что-то, взял свои вещи и вышел.

Оставшись одна на кухне, Ники предалась размышлениям. Может быть, она сошла с ума?

* * *

Десять мучительных дней Ники ждала результата — беременна ли она после той ночи. Это было странное ощущение страха, смешанного с ожиданием чуда.

Она знала, что, если забеременеет, не может быть и речи об аборте. Это просто исключено после потери ребенка в прошлом году. И еще она понимала, что эта ночь — необыкновенная. Безудержная, прекрасная ночь любви. Любви, о которой она никогда не сможет забыть.

Больше всего ее смущал тот факт, что в случае беременности она неизбежно должна согласиться с предложением Джейсона — ради ребенка. Да и ради нее самой, надо честно признать. Джейсон утверждал, что он изменился. Говорил, что любит ее. Если бы только она могла ему верить!

Несколько дней спустя она проснулась и поняла, что ребенка не будет. После минутного чувства облегчения она совершенно неразумно и необъяснимо проплакала в ванной около часа.

И только после этого поняла: беременна она или нет, это на самом деле ничего не меняет. Она уже решила дать Джейсону еще один шанс. После всего, что произошло с ними в доме на побережье, ее непримиримость была поколеблена до основания. Перестав убеждать себя, что она не пара Джейсону, Ники честно призналась: она скучала по нему и, очевидно, все еще любила его.

Ники набрала знакомый телефонный номер и предложила встретиться после обеда в субботу. Это был прохладный ноябрьский день, и Ники приехала чуть раньше, чтобы почувствовать себя увереннее. Она ждала его у дорожки, где они имели обыкновение бегать по утрам. Тем не менее сердце ее бешено забилось, когда она заметила Джейсона. Он был в знакомых джинсах и кожаной куртке. Ветер играл его густыми светлыми волосами, и был он просто невероятно хорош, хотя и выглядел несколько напряженным и выжидательно смотрел не нее.

Он поцеловал ее в щеку, не отводя внимательного взгляда. Когда они двинулись рука об руку по знакомой дорожке, пульс ее заметно участился.

Какое-то время они шли тихо, наслаждаясь ароматом сосновой рощи.

— Так что? — прервал он затянувшееся молчание.

— Я не беременна, — сказала она. Его реакция оказалась совсем не такой, как она ожидала. Ей казалось, что он не будет скрывать своего разочарования. Но вместо этого он внимательно посмотрел на нее и сочувственно спросил:

— Любовь моя, ты разочарована?

— Я думаю, просто время было неподходящее, — неловко ушла она от ответа.

— Наверное, так.

Они снова помолчали, и наконец он поинтересовался:

— Зачем ты позвала меня сегодня, Ники? Ты обдумала все, как обещала?

— Да. — Она глубоко вздохнула, их глаза встретились. — Джейсон, я о разводе…

— Да?

— Ты все еще собираешься насмерть стоять против этого?

Он улыбнулся.

— Конечно.

— А что, если я дам согласие на попытку воссоединения? — При виде нескрываемой радости в его глазах ее кулачки сжались. — Но на моих условиях.

— Условиях? Скажи сначала, что так повлияло на твое решение? Неужели дом на побережье?

Она отвела глаза в сторону, боясь выдать себя.

— Это случилось после того, как мы занимались там любовью в последний раз? — В голосе Джейсона звучали радость и недоверие. — Скажи мне.

— Джейсон, я не обещаю, что это будет повторяться, — по-прежнему не отвечая на его вопрос, проговорила Ники.

— Конечно, дорогая. Так что о твоих условиях?

Она закусила губу.

— Три месяца. До весны.

— Весьма разумно.

— И после этого, если все еще буду убеждена, что наш брак нельзя спасти, ты дашь мне развод, Спокойно, без суда и без всяких претензий с твоей стороны.

Джейсон пожал плечами.

— Хорошо.

— Я хочу, чтобы ты обещал мне это, Джейсон.

— Да, конечно. Я обещаю.

— В течение ближайших трех месяцев мы будем видеться дважды в неделю, — твердо сказала Ники.

— Трижды.

— Хорошо, трижды. Но я не буду жить с тобой.

Его брови поползли вверх.

— Джейсон, будет так, как сказала я, — или не будет никак.

— Хорошо, ты не будешь жить со мной. Продолжай.

— И я не буду спать с тобой.

Тут он усмехнулся.

Ники ткнула в него указательным пальцем:

— Джейсон Стеллар, помоги мне. Но если ты попытаешься давить на меня…

Он поднял обе руки, всем своим видом изображая оскорбленную невинность.

— Ники, ты прекрасно знаешь, я никогда не использовал против тебя силу. И меньше всего это нужно мне теперь.

— Будем надеяться, ты понял самое главное. Осталось совсем немного из того, что нам надо обсудить заранее.

— Я понимаю. Это сделка на ваших условиях, Ники Стеллар. — Его лицо исказила откровенно сердитая усмешка.

— Черт побери, Джейсон, я не собираюсь спать с тобой, — выпалила она.

Он протянул руки и коснулся ее щеки кончиками пальцев. Его голос словно ласкал ее:

— Последнее слово всегда за тобой, дорогая.

Глава 5

Джейсон думал о Ники, ведя машину через лабиринт утренних улиц Хьюстона, забитых транспортом. С улыбкой он вспоминал о прошедших днях. Они с Ники далеко продвинулись в налаживании отношений — особенно радовала его возникшая между ними эмоциональная близость, которую он почувствовал в ту ночь, когда она, забыв обо всех преградах, снова оказалась в его объятиях. Его сердце гулко забилось в груди при воспоминании о том, как они занимались любовью в последний раз и Ники всю ночь оставалась с ним. И вот теперь она готова дать ему новый шанс.

Если он сам все снова не разрушит!

Конечно, для него много значило вернуть Ники. Он все время думал, какие сомнения мучили ее тогда, почему она решила, что он женился на ней только из чувства долга или потому, что видел в ней хорошего партнера в деле. И почему она считала, что не подходит ему.

Для него она всегда была самой подходящей парой. Она стала его опорой, оазисом в этом беспокойном мире, где никому нельзя верить. Джейсон всегда чувствовал, что они идеально дополняют друг друга — ее трезвый взгляд на все, уравновешенный характер и его подвижная, вечно куда-то стремящаяся натура. Как убедить ре, что ему нужна именно она? Тогда, во время их последней встречи в доме на побережье, она дала ему понять со всей очевидностью, что сомневается в его искренности. И вот теперь его одолевал страх, что, если он решится рассказать ей о своих чувствах, она просто не захочет его слушать. Кроме того, он боялся, что ее согласие дать ему еще один шанс — всего лишь способ получить от него в конце концов согласие на развод. Она просто не была готова ему поверить, и он понимал ее сомнения. Им нужно пройти долгий путь, прежде чем она снова будет готова слушать его и доверять ему.

Итак, проблема казалась почти неразрешимой: как завоевать Ники вновь? Он подумал о днях, когда они только познакомились, вспомнил, как становились ближе друг другу в деловых повседневных заботах. Может, попробовать еще раз? Только не совершать прежних ошибок.

Припарковывая машину на стоянке, Джейсон продолжал размышлять, затем поднялся в свой офис и, как только вошел в кабинет, сразу набрал номер рабочего телефона Ники.

— Доброе утро, любимая.

— А, Джейсон, привет, — осторожно ответила она.

— Ты занята сейчас?

— Через несколько минут ко мне придет клиент.

— Я не отниму у тебя много времени. Как ты?

— Спасибо, прекрасно.

Он нахмурился. Казалось, она была недовольна.

— Что-то случилось?

— Нет, просто я несколько удивлена.

Его кольнули нотки раздражения в ее голосе.

— Чем?

— После того как ты упорно настаивал на наших встречах три раза в неделю, тебе потребовалось четыре дня, чтобы всего лишь позвонить мне.

— Так ты считала дни с нашей последней встречи, Ники?

— Конечно, нет! — возразила она. — Но согласись, это довольно странно. После твоей настойчивости… Впрочем, это не имеет никакого значения.

— Пытаюсь вывести тебя из равновесия, дорогая.

— Что ж, смотри не перестарайся.

— На самом деле я уезжал ненадолго в Даллас и Сан-Антонио, проверял магазины, — объяснил он. — Ты знаешь, как это бывает в самый разгар рождественского сезона.

— Ясно. — Она выдержала паузу. — Джейсон, так зачем ты позвонил?

— У меня есть предложение.

— Мне пригласить адвокатов? — пошутила она.

— Нет, это предложение другого рода. Не согласишься ли ты сопровождать меня в поездке в Галвестон в эту субботу?

— В Галвестон?

— Я присмотрел там кое-что для аренды, недалеко от Стрэнда. Я планирую открыть там еще один магазин.

Ники присвистнула.

— Седьмой магазин? Тебе недостаточно твоих шести?

Джейсон коротко засмеялся.

— Ты же знаешь мою деловую философию. Рост или стагнация. Так или иначе я буду рад, если ты поедешь со мной и оценишь мой выбор. Для меня важно твое мнение.

Довольно долго Ники осторожно молчала. Наконец она решилась.

— Джейсон, я не думаю, что с моей стороны будет разумным позволить тебе снова втянуть меня в твой бизнес. К тому же я очень занята на работе: близится конец года, надо делать отчеты и балансы.

— Ники, то, о чем я прошу, никак не связано с какими-то серьезными обязательствами и вовсе не оторвет тебя от твоих насущных дел. Мне только хотелось бы знать, что ты думаешь о моей идее. — Тут в его голосе зазвучали проникновенные нотки. — А еще мне приятно вспомнить, как хорошо мы проводили время, путешествуя по штату в поисках подходящих мест для моих новых магазинов.

Слушая его, Ники не могла сдержать улыбку, вспоминая об этих днях.

— Да, нам тогда действительно было хорошо вместе. И все же почему Галвестон? Мне кажется, это не лучшее место для расширения твоего бизнеса.

— В Галвестоне в последнее время бурно развивается туризм. Кроме того, мне нужен этот магазин.

Ники встревожилась, услышав в его голосе отчаянную решимость.

— Тебе нужен этот магазин? Джейсон, даже если твой бизнес действительно нуждается в расширении, принимать решения, советуясь со мной, — не выход.

Он усмехнулся.

— Похоже, мой бизнес, а может быть, и не только он, по-прежнему волнует тебя.

— Я много сделала для расширения твоего бизнеса, и мне, конечно, все это небезразлично, — попыталась оправдаться она. — И мне совсем не нравится наблюдать, как ты все это разрушаешь, а заодно с этим и все мои надежды на спокойный развод в суде.

— Какая дружеская забота, — засмеялся Джейсон. — Так что, твои переживания позволят тебе поехать со мной в эту субботу?

— Да, но только один раз.

— Я буду счастлив выплатить тебе гонорар за консультацию.

— Не будь смешным. Я рада дать тебе совет как другу.

— Как другу, — повторил он, и резкие нотки появились в его голосе. — Ну что ж, если это все, что ты можешь мне предложить, Ники Стеллар, я должен пока удовлетвориться этим и стараться превратить слово «друг» в «возлюбленный».

— Только тогда, когда этого захочу я, — подчеркнула Ники, сдерживая бешеный ритм своего сердца.

— Любимая, особым удовольствием для меня будет убедить тебя в том, что ты этого хочешь.

* * *

Откинувшись в кресле, Ники не смогла сдержать улыбку. Она признавала, что Джейсон прав — она действительно считала дни с их последней встречи и была взволнована сейчас, услышав в трубке его голос. И еще больше ее радовало то, что они скоро увидятся.

Однако при мысли о том, ради чего они встречаются в субботу, Ники нахмурилась. Джейсон утверждал, что изменился — но вот он снова рвется в бой, хочет открыть седьмой магазин в Галвестоне. К тому же его просьба о помощи в этом деле только добавляла оснований к ее сомнениям. Она снова начала мучить себя вопросом, не было ли его желание сохранить их партнерство в бизнесе одной из причин, почему Джейсон преследовал ее. Ей казалось, что у него возникли финансовые проблемы и ему требуется помощь, чтобы вновь обеспечить стабильность своей фирме.

Не совершила ли она ошибку, согласившись на эту попытку воссоединения? Ники вздохнула. Глупо это или нет — но решение принято, а она не из тех людей, что нарушают свое слово. Кроме того, она понимала, что продолжать встречаться с Джейсоном — единственный путь убедить его в необходимости развода.

Однако Ники чувствовала себя очень уязвимой, вспоминая о его намерении превратить их дружеские отношения в любовные. Она осознавала, что отдает себя в руки человеку, способному совершенно очаровать ее и соблазнить, спутать все ее планы и пробудить прежние чувства.

* * *

В субботу Ники проснулась рано и занялась своей внешностью. Стоя в ванной перед зеркалом в нижнем белье и делая макияж, она поймала себя на мысли, что волнуется, как школьница перед первым свиданием.

Покончив с туалетом, она окинула взором свое отражение в зеркале и вздохнула. После душа кожа выглядела свежей, темные волосы блестели, а тщательно подобранная косметика подчеркивала округлость лица, полные губы и большие карие глаза. И все-таки лицо казалось простым и не слишком интересным. Она знала, что никогда не будет красавицей, даже симпатичной ее можно назвать лишь с натяжкой. С сожалением она оглядела свою фигуру. Даже в соблазнительных черных трусиках она едва ли выглядела, как роковая женщина, скорее — как худышка, ради забавы натянувшая сексуальное дорогое белье. Тысячу раз Ники задавала себе вопрос: что особенного нашел в ней Джейсон? Закончив одеваться, она открыла шкатулку, чтобы выбрать что-нибудь из украшений. Взгляд ее задержался на обручальном кольце, и ей захотелось его надеть. На мгновение слезы подступили к глазам, когда она вспомнила, что Джейсон все еще носил свое обручальное кольцо.

Ники резко закрыла шкатулку. Она не будет, не может носить это кольцо, пока не почувствует, что действительно всей душой принадлежит Джейсону. И она не была уверена, что это когда-нибудь произойдет.

Она последний раз взглянула на свое отражение в зеркале. «Малыш, ты сделала все, что могла, — сказала она своему отражению в голубом пушистом свитере и короткой темной юбке. — Добавим чуть-чуть наших любимых духов — все очень и очень неплохо вышло».

* * *

Джейсон приехал рано. Увидев ее, он даже присвистнул.

— Доброе утро, Ники. Выглядишь просто великолепно.

— Спасибо, — довольная его похвалой, промурлыкала она. — Зайдешь на минутку, пока я закончу все на кухне и возьму сумочку?

— Ну конечно.

Джейсон прошел за ней на кухню. Она уловила знакомый запах его одеколона и в который раз задалась вопросом: не сошла ли она с ума, согласившись с его планами на сегодня? Он выглядел настолько привлекательно, что она готова была тут же наброситься на него, А еще ей было очень любопытно, заметит ли Джейсон, что она пользуется его любимыми духами. Теми самыми, целый флакон которых как-то раз он вылил на нее целиком, когда они были в постели.

— Как славно ты пахнешь, Ники, — прошептал он, будто читая ее мысли.

Она посмотрела на него, покраснев и почувствовав себя безоружной под его внимательным, довольным взглядом.

— Ты помнишь.

— Конечно, помню.

— Ты умеешь выбирать духи, Джейсон.

— И жену, — добавил он многозначительно. — Почему ты пользуешься этими духами, Ники? Для меня?

Она пожала плечами:

— Потому что они мне нравятся.

Он улыбнулся, коснулся ее руки и, легко преодолев сопротивление, ласково погладил.

— Мне нравится этот свитер — мягкий и женственный, как ты.

Даже сквозь толстый свитер от его прикосновения по ее спине пробежали мурашки, не меньший эффект произвели его слова. Ники следовала глазами за движениями его рук — красивых, загорелых, с ухоженными ногтями.

Она помнила — эти руки могли прикасаться к ней так, что она сгорала от желания. Вот и сейчас его прикосновения возбуждали в ней самые сладкие воспоминания.

Неожиданно зазвонил телефон, прервав ее любовные фантазии.

— Алло, — напряженно ответила она, все еще ощущая на себе пристальный взгляд Джейсона.

К ужасу Ники, она услышала в трубке голос Джима Макмюррея.

— Привет, Ники, как дела? — начал он.

Ники почувствовала себя виноватой, что всю прошедшую неделю избегала Джима и у нее не было возможности сказать ему, что она вновь начала встречаться с Джейсоном.

— Привет, Джим. Все нормально. Как ты? — неловко ответила она, заметив негодующий взгляд Джейсона.

— Я думаю, может быть, у тебя есть немного свободного времени? — продолжал Джим. — Я хотел позвонить тебе на работу, но мы оба так закрутились в последнее время. Мы могли бы как-нибудь пообедать вместе? Может, сегодня или завтра?

Ругая себя за то, что этот разговор происходит при Джейсоне, Ники сказала:

— Извини, Джим. Мы не сможем встретиться на этой неделе. — Отвернувшись от Джейсона и понизив голос, она добавила: — Послушай, я не могу сейчас говорить, но нам нужно кое-что обсудить. Давай на следующей неделе? Может быть, ленч… — Он согласился, и Ники быстро закончила разговор: — Пока. Обсудим все на работе.

— Так ты не сказала Джиму, что мы снова вместе? — сердито спросил Джейсон.

Ники с трудом выдержала его тяжелый взгляд.

— Мы не вместе, Джейсон.

— Ты так считаешь? — Он скрестил на груди руки. Ники нервно поправила волосы.

— Просто у меня не было возможности объяснить Джиму, что происходит.

— И что же происходит, Ники? Я хочу знать.

Преодолев желание выяснить до конца отношения с Джейсоном, она взяла сумочку и направилась к выходу.

— Ты готов?

— Конечно, — саркастически произнес он. — Это ты и твой ненаглядный Джим — вот кто нас задерживал.

Атмосфера между ними продолжала накаляться, пока они шли по дорожке от дома. Открывая дверцу машины, Джейсон мрачно молчал. Он умудрился усадить Ники, не прикоснувшись к ней. Пристегнув ремни, она печально вздохнула и проводила его взглядом, пока он обходил машину. Усевшись рядом, он хлопнул дверью, надел темные очки и повернул ключ зажигания.

— Как у тебя прошла неделя? — спросил он с наигранной любезностью, когда они миновали поворот.

— Хорошо, только очень много работы. Жду не дождусь рождественских праздников — мы закроемся на неделю.

— Это будет хороший отдых для тебя, — согласился Джейсон и многозначительно добавил: — Надеюсь, ты оставишь для меня побольше времени?

Ники отвернулась к окну. Зря она сказала о каникулах — в ее планы никак не входило провести их с Джейсоном.

Джейсон кашлянул.

— Ники, о том, что только что произошло…

Она обернулась, приготовившись защищаться.

— Ты не думаешь, что, раз уж мы решили попытаться сохранить наш брак, нам не надо встречаться с другими?

Ники словно ощетинилась. И это он пытается обвинить ее в обмане, в то время как сам смотрел на сторону, пока они были вместе! Разве он не признался, что чувствовал себя соблазненным Трейси?

— Джейсон, я собираюсь пообедать с Джимом на следующей неделе, чтобы все ему объяснить. Мы действительно иногда встречались в последнее время, и мне надо сказать ему, что теперь все изменилось.

Джейсон неодобрительно проворчал что-то и нажал на газ.

— Может быть, ты хочешь подержать его на коротком поводке на случай, если у нас ничего не получится?

Ники опешила и сердито заморгала — она не ожидала от Джейсона такого выпада.

— О Господи, Джейсон, это просто низко!

Джейсон вцепился в руль.

— Ладно, может быть, я слишком бурно реагирую, — признал он. — Но когда мы договаривались, мы ничего не говорили о возможности встречаться с другими, и я думаю…

— Послушай, — оборвала его Ники, — когда я согласилась попытаться еще раз, тот факт, что я не буду встречаться с другими мужчинами, был для меня ясен без лишних слов. Но, зная тебя, я не удивляюсь, что тебе надо все проговорить вслух.

— Ты поверишь мне, Ники, если я скажу, что за время, пока мы не были вместе, я не спал ни с одной женщиной?

Подумав, она нахмурилась.

— Нет.

Джейсон громко выругался.

— Ники, я всего лишь пытаюсь сказать, что не надо позволять другим мешать нам в этот трудный период. Я говорю о всей гамме наших эмоциональных отношений — и сексе в том числе.

Ей вновь пришлось бороться с предательской слабостью во всем теле, как только речь зашла о физической близости.

— Джейсон, я не обещала, что все будет как раньше. И тем более не обещала, что буду спать с тобой, — проговорила она сквозь зубы.

— Да, конечно, я понимаю. Я просто имею в виду, что если в это время мы и будем с кем-то близки, то только друг с другом. Я полагаю, что для нас это должно быть основным правилом.

Ники чуть не фыркнула.

— Я все-таки думаю, что это твое «основное правило» просто само собой разумеется без лишних разговоров.

— Так что же, Ники? — В его вопросе прозвучал упрек.

— Хорошо, я согласна, если ты сам будешь следовать этому правилу, — воскликнула она с возмущением.

Глава 6

Вся долгая дорога до Галвестона прошла в молчании, и это дало им возможность успокоиться. Первые полчаса Ники просто кипела от возмущения. Подумать только, каким извращенным умом надо обладать, чтобы допускать возможность ее близости с другим мужчиной, пока она продолжает оставаться его женой.

Однако по мере того как она успокаивалась, ей становилась понятна точка зрения Джейсона. Хотя звонок Джима Макмюррея был явно некстати, это произошло полностью по ее вине: она должна была сказать Джиму еще на прошлой неделе, что ее развод откладывается на неопределенное время. Кроме того, она отдавала себе отчет в том, что если бы во время ее визита в дом Джейсона туда позвонила другая женщина, ее реакция была бы так же далека от радости и понимания.

Проводить ли Рождество с Джейсоном — вот, пожалуй, главный вопрос, который ей надо сейчас решить. Ей было четырнадцать, когда от них ушел отец. Это произошло перед самым Рождеством. Ники, ее брат Мак и старшая сестра Мередит пытались сделать все возможное, чтобы поддержать мать, которая очень страдала. Накануне Рождества они собрались все вместе, чтобы украсить елку. Поначалу все было хорошо, пока мама не достала из коробки какую-то игрушку. Взглянув на нее, она неожиданно расплакалась и выбежала из комнаты.

Ники подняла игрушку с ковра — это был серебряный колокольчик с надписью на нем: «Вивиан. С любовью, Малколм». Ники стояла, держа дрожащими руками этот злосчастный колокольчик, и кипела от негодования. Она вспомнила, как отец подарил его маме на прошлое Рождество, и поразилась его лицемерию. Ведь уже тогда он скорее всего обманывал маму.

Но, несмотря на это предательство, Ники обожала отца, неотразимого красавца мужчину. Все это случилось, когда она была подростком, эмоционально уязвимой и легко ранимой девочкой, но она продолжала скучать по отцу, хотя всегда оставалась на стороне матери. Боль, которую он причинил своим уходом, натолкнула ее на одну жизненно важную мысль — Ники решила, что привлекательные внешне мужчины могут оказаться лжецами и предателями, и нельзя рассчитывать на то, что они будут с тобой рядом всю жизнь.

Ники взглянула на Джейсона, который, несмотря на всю свою привлекательность, казался сейчас очень мрачным. Неужели она не доверяла ему теперь из-за поступка своего отца? Может быть. Его не оказалось рядом тогда, когда он был ей так нужен, в ту самую ночь, когда она потеряла ребенка. И даже дав Джейсону еще один шанс, она не сможет простить того, что уже произошло.

* * *

Джейсон всю дорогу также был погружен в свои размышления. Было ясно, что этим утром он все сделал не так, как надо, но, черт побери, она стояла прямо перед ним, без стеснения флиртуя со своим дружком по телефону. Ники была его женой, и он не хотел, чтобы она встречалась с другими мужчинами, ни под каким предлогом. Пусть даже она не принадлежала ему сейчас полностью, но одна мысль о том, что рядом с ней может оказаться другой, была для него настоящим мучением. В конце концов в этом вопросе он расставил все точки над i — несмотря на то что она разозлилась из-за этого.

Что он должен сделать, чтобы растопить лед ее недоверия и сопротивления? Все утро он подсознательно хотел обнять ее, хотя понимал, что это неуместно и преждевременно. Вот и сейчас ему не приходило в голову ничего лучшего, как предложить ей остановиться в каком-нибудь отеле на все выходные. Он понимал, что секс не решит их проблем, но ему казалось, что это поможет разрушить какие-то барьеры между ними. Быть с ней так близко, как это только возможно, смотреть в ее глаза, заставить ее поверить — как ему хотелось этого!

Приближаясь к Галвестону, они въехали на дамбу, протянувшуюся над сверкающей синью залива и соединяющую остров с материковой частью Техаса. Автострада неожиданно перешла в тенистую, усаженную пальмами городскую улицу. Они приближались к историческому центру города. Погода была хорошая, и Ники опустила стекло и вдохнула полной грудью свежий солоноватый воздух.

Джейсон повернул к центру, и Ники наслаждалась видами старинных церквей и особняков прошлого века, мирно соседствующих с виллами в античном стиле и экстравагантными современными домами. Они припарковались недалеко от туристического центра и прошлись пешком по Стрэнду, улице, названной так в честь своей знаменитой лондонской предшественницы. Они оба были просто очарованы стильными уличными газовыми фонарями и деталями городской архитектуры прошлого века, создававшими неповторимый ансамбль улицы.

— И где же то, что мы собираемся посмотреть? — спросила Ники Джейсона.

— Через квартал отсюда, рядом с отелем «Тремонт», — ответил он — Но сначала я бы не отказался от завтрака, если ты не возражаешь.

— Конечно. Я тоже проголодалась.

Они выбрали ресторан, который поразил их старинной деревянной отделкой бара и высокими потолками.

Подошел официант, и Ники была приятно удивлена, что Джейсон заказал перье вместо своего обычного белого вина или шотландского виски.

— Ты действительно не пил все это время, Джейсон? — спросила она, когда официант отошел. Он мрачно кивнул в ответ:

— Я уже говорил тебе об этом, Ники. Я не брал в рот ни капли с того дня, как мы расстались.

Они немного помолчали, вспоминая о тех тяжелых днях.

Официант принес заказ.

— Интересно, что заставило тебя отказаться от выпивки?

Джейсон с серьезным видом выжал лимон в стакан с водой.

— Причин много. Алкоголь стал проблемой в нашей семье. И может быть, даже в больше степени — моей личной проблемой; А если припомнить историю моих родителей… в общем, я решил, что лучше сразу взять себя в руки, пока я не натворил бед, как мой отец.

Ники кивнула.

— Я помню, ты рассказывал, что у него были проблемы. Так ты из-за этого принял такое решение?

— Отчасти да. Алкоголизм разрушает семью.

— Это было трудно?

— Достаточно трудно, мне пришлось обращаться за консультациями к специалистам.

— Ты шутишь? — Но, заметив, как приподнялись его брови, она быстро добавила: — Вижу, что нет. И как консультации? Помогли? Если, конечно, ты не против говорить об этом.

— Нисколько.

Он откинулся на спинку стула, и она заметила, как на его лице отразились противоречивые чувства.

— Я понял, что похож на отца намного больше, чем всегда считал. По иронии судьбы произошло то, чего я меньше всего хотел в моей жизни.

— Похож? В чем именно?

— Ну, стремление к успеху, амбициозность… пристрастие к спиртному. — Он вздохнул. — Пока я рос, я наблюдал, как алкоголь разрушает брак моих родителей и здоровье моего отца. И мне бы не хотелось пройти через все это самому.

Ники с сочувствием вглядывалась в него.

— Кажется, твой отец умер совсем не старым?

Джейсон сдержанно кивнул.

— Ему было пятьдесят пять. Врач сказал, что даже если бы курение и алкоголь не нанесли удар по его сердцу, он все равно умер бы от цирроза через год. Я помню, как мама ругала его после одного из очередных осмотров у врача, говорила о его увеличенной печени, а отец разворачивался и снова уходил пить.

— Мне жаль, Джейсон, — нахмурилась она. — Но разве ты не говорил, что твоя мама до последнего дня оставалась рядом с ним?

Он горько рассмеялся.

— Она оставалась замужем за ним, вот что я имел в виду. Но каждый день такой жизни приносил ей страдания. Иногда я думаю, было бы лучше, если бы она ушла.

— Я в этом не уверена, Джейсон. — К глазам подступили слезы, когда Ники вспомнила свои недавние размышления об отце. — Мой отец ушел к другой женщине, когда мы, трое детей, уже заканчивали школу, но это был сокрушительный удар для всех нас, и особенно для мамы.

— Я помню, ты рассказывала мне, — отозвался Джейсон, потянулся к ней, взял за руку, и их глаза встретились. — Тебе не кажется, что нашего общего жизненного опыта вполне хватило бы для того, чтобы мы смогли построить нормальную семью?

— В этом есть определенный смысл, — признала Ники, — хотя иногда я думаю о том, что все рассказы об идеальных счастливых парах — просто миф. — Заметив, что Джейсон нахмурился и убрал руку, она быстро добавила: — Но я очень рада, что ты сам смог принять решение и отказаться от алкоголя. Мне кажется, что быть последовательным в этом может только человек, у которого возникла внутренняя потребность изменить себя и свою жизнь. Ты созрел для такого решения.

Джейсон улыбнулся.

— Я много нового узнал о себе, пока шел к этому. И я рад, что ты заметила, как я могу меняться и расти.

— Возможно, — осторожно согласилась она.

Он снова слегка нахмурился от ее слов, но беседа была прервана подошедшим официантом.

Ники осознала, что этот разговор отчасти снял напряженность между ними и сделал их ближе. Признания об отце дались Джейсону нелегко, но теперь Ники стала лучше понимать мотивы его поступков, хотя все еще продолжала в нем сомневаться. Так, например, он сказал, что не хочет быть похожим на своего отца, но вдруг ему не удастся противостоять этому?

Во время завтрака они говорили на отвлеченные темы, в основном касаясь деталей их повседневной жизни за последние месяцы. Ники рассказывала что-то о новых клиентах, с которыми ей приходилось работать, а Джейсон говорил о моделях их новой весенней коллекции. Он упомянул также о нескольких новых сотрудниках, которых взял на работу в главный офис, и она поняла, что он снял с себя часть нагрузки и переложил некоторые обязанности на новых подчиненных. Когда Ники услышала, что в компании работает новый бухгалтер, ей стало ясно, что в планы Джейсона вовсе не входило вновь привлечь ее к работе. Но почему-то осознание этого ее слегка разочаровало.

После завтрака они отправились в расположенное неподалеку агентство недвижимости, с которым предварительно связался Джейсон. Ники не сопротивлялась, когда он взял ее за руку, и даже слегка улыбнулась ему. По дороге навстречу им попалась молодая пара с мирно спящим в коляске младенцем. Ребенок — крошечная девочка около трех месяцев от роду в вязаном розовом чепчике, такой же кофточке и крошечных пинетках была прелестна. Ники с тоской заглянула в коляску и, быстро переведя взгляд на Джейсона, заметила, что он тоже разглядывает ребенка. В какой-то момент их взгляды пересеклись, затем он крепко сжал ее ладонь, и они двинулись дальше.

Когда они миновали счастливую пару, Джейсон тихо проронил:

— Ты знаешь, я надеюсь, когда-нибудь у нас обязательно будет ребенок.

Ники была поражена, как глубоко эти слова проникли в ее сердце и какое сильное сексуальное возбуждение охватило ее при этом.

— Тебе не кажется, что ты опережаешь события, Джейсон?

— Ну я же не предлагаю заняться этим прямо сегодня после обеда, — хитро выкрутился он.

Ники отвернулась, чтобы скрыть выступивший на щеках румянец.

Джейсон потянул ее за руку, пытаясь заглянуть в глаза.

— Ники, я думал, что это время нужно для того, чтобы мы могли заново понять, что для нас обоих главное в жизни, и прояснить, чего бы мы хотели в будущем.

Ники прикусила губу.

— Ну, допустим, так.

— Поэтому, я думаю, нам надо обсудить, что мы сделали не так раньше.

— Я догадываюсь, о чем ты.

— Если хочешь знать мое мнение, мне кажется, все пошло не так, как надо, по большей части из-за того, что мы потеряли ребенка.

— В этом не было моей вины, — неожиданно взорвалась Ники, остановившись.

Казалось, он был потрясен ее реакцией.

— Конечно, нет, милая, я никогда так не думал. — Он взял ее за плечи — Ты что-то не так поняла.

— И что же ты хотел сказать этими словами? — Ники едва сдерживала слезы.

— Как-то я читал об этом статью, ее авторы утверждали, что для людей, состоящих в браке, потеря ребенка тесно связана с риском разрушения семьи. И единственный реальный способ разрешить эту проблему — чтобы жена вновь забеременела, и как можно быстрее.

Ники судорожно вздохнула, вновь почувствовав приступ необъяснимой физической и эмоциональной тоски. Она понимала, что ей действительно нужно было забеременеть снова, сразу, как только она потеряла ребенка, и Джейсон сейчас просто затронул больную тему.

— Джейсон, в том, что ты говоришь, есть доля истины, но моя беременность не решит всех наших трудностей — Она пожала плечами. — Ты знаешь, мне вообще кажется, что мужчины склонны упрощать многие проблемы.

Руки Джейсона безвольно соскользнули с ее плеч.

— Ты знаешь, иногда мне кажется, что ты пошла на эту попытку воссоединения только затем, чтобы я согласился потом дать тебе развод. Ты просто хочешь выиграть.

Ники сглотнула внезапно подступивший к горлу ком и печально посмотрела на него.

— Джейсон, если у нас ничего не получится и все закончится разводом, я никогда не буду думать об этом как о моей победе.

Услышав эти слова, он улыбнулся и вытер с ее щеки слезу неожиданно нежным прикосновением, которое тронуло ее до глубины души.

— Спасибо тебе за это.

— Не за что, — прошептала она. Джейсон взял ее за руку, и они продолжили путь. Кашлянув, он спросил:

— Неужели ты действительно подумала, что я виню тебя?

— Я чувствую себя ответственной за то, что произошло.

— В этом нет твоей вины, — произнес он твердым голосом, — хотя я понимаю твои чувства. Я сам винил себя во всем и думал, что неполадки в наших отношениях все усугубили.

— Иногда я забываю, что тебе тоже было тяжело пережить это, — сказала Ники.

Возникло ощущение, что это чувство взаимного сопереживания разрушило еще один ненужный барьер между ними.

* * *

Наконец они подошли к агентству недвижимости. В приемной им сказали, что агент, с которым имел дело Джейсон, еще не вернулся с обеда, но дали ключи и объяснили, как пройти к зданию, которое их интересует.

Свободное помещение под будущий магазин занимало два этажа в прекрасном доме из темного камня, построенном в начале века. Большие витрины в виде арочных окон достигали уровня второго этажа. Ники обратила внимание на весьма удачное угловое расположение — с входами на каждой стороне. Джейсон недолго повозился с замком на двери главного входа, и они вошли внутрь.

Их встретила затхлая атмосфера помещения, которым долго не пользовались. Тем не менее планировка на трех уровнях, соединявшихся лестницами с арочными проходами, показалась им очень удобной, и интерьер был оформлен со вкусом. Абсолютно белые стены идеально гармонировали с изящными опорами в виде колонн в центре каждого зала, каменными полами и потолками, декорированными металлом. Осматриваясь, Ники легко представляла себе, как удачно можно расположить здесь товары Джейсона.

Они обошли все три уровня и служебное помещение в задней части магазина. Наблюдая за реакцией Джейсона, Ники заметила его легкий и пружинистый шаг, возбужденный блеск в глазах и подумала, что он будто светится изнутри, когда обдумывает новое предприятие.

Они задержались в центре главного зала, и Ники отметила:

— Мне нравится здесь. Архитектура прекрасная и обещает стать чудесным фоном в старинном стиле, это придаст особый блеск всему нашему ассортименту.

— Согласен, — улыбнулся Джейсон. — Я планирую разместить косметику и аксессуары на нижнем уровне — это привлечет больше посетителей. На втором — спортивную и верхнюю одежду, а на третьем — нижнее белье.

Ники кивнула:

— Я думаю, такое решение будет самым удачным. Я уже не говорю о том, как отлично расположен магазин — буквально в квартале от отеля «Тремонт», в одном районе с основными торговыми центрами и туристическими достопримечательностями. Да, это будут действительно новые «Звездные соблазны». — Улыбаясь, она с любопытством посмотрела не него. — Но все-таки меня интересует: почему ты выбрал Галвестон?

— А почему бы нет? — Он пожал плечами. — Допустим, мне интересен малоосвоенный рынок. И я хочу заняться этим вопросом немедленно, с таким расчетом, чтобы открыть магазин на Масленицу.

Ники присвистнула.

— Но это ведь уже в феврале, Джейсон, всего через два с половиной месяца! Ты не думаешь, что это слишком сложная задача даже для тебя?

Его лицо осветилось неотразимой улыбкой.

— Мы могли бы сделать это вместе.

Глаза Ники округлились от удивления.

— И это говорит человек, которому, по его словам, нужен был всего лишь мой совет?

Джейсон подошел вплотную и обнял ее.

— Малыш, мне нужна ты вся — твоя душа и твое тело.

Несмотря на бурю чувств, вызванную его близостью и нежными словами, Ники нахмурилась и остановила его.

— И моя деловая сообразительность?

— Это тоже не помешает. Мы всегда были хорошими партнерами во всех смыслах.

Она высвободилась из объятий, нисколько не успокоенная его словами. Хотя, конечно, именно бизнес свел их и сыграл главную роль в дальнейшем сближении.

— Ну так как, Джейсон? Ты подпишешь этот договор аренды?

— Да.

— Ты что, принял решение еще до того, как мы сюда приехали?

— Конечно, нет. Мне действительно хотелось знать твое мнение.

— Надеюсь, что это на самом деле так, — вздохнула она. Джейсон посмотрел на часы.

— Ну что, пойдем посмотрим, на месте ли уже наш агент?

По дороге Ники не проронила ни слова, пытаясь разобраться в своих мыслях. С одной стороны, было очевидно, что Джейсон очень изменился — стал меньше работать и бросил пить. С другой — на ее глазах он сейчас собирается сокрушительными темпами ввязаться в очередное головоломное предприятие. Она никак не могла забыть, что его привычки трудоголика во многом стали причиной их разрыва. И потому не могла поверить в его доводы. И хотя он до сих пор не сделал ей предложение вернуться в его компанию на работу с полной нагрузкой, было очевидно, что она нужна ему здесь по меньшей мере как консультант.

В агентстве их встретила агент Шейла Сэмпсон, рыжеволосая красавица лет тридцати с небольшим. Она носила элегантный костюм, пользовалась дорогими духами, и Ники отметила со вкусом подобранные золотые украшения. К Джейсону она обращалась так, словно тот был инвестором-миллионером, только что прибывшим с Уолл-стрит.

— Как замечательно, что мы наконец встретились, мистер Стеллар. — Она мягко пожала его руку, окинув Ники быстрым взглядом. — Должно быть, это ваш секретарь.

— Это моя супруга, — поправил ее Джейсон.

Шейла окинула Ники взглядом, который недвусмысленно свидетельствовал: эта искушенная в недвижимости дама сочла их довольно необычной парой. Однако рыжеволосая быстро сориентировалась и перестала замечать Ники. Особый блеск в ее глазах и манера, с которой она нагибалась над столом, чтобы коснуться во время разговора руки Джейсона, убедили Ники в том, что красотка была готова продать не только недвижимость.

— Послушайте, вам не нужно убеждать нас и описывать достоинства объекта, — не выдержал наконец Джейсон, и Ники удовлетворенно заметила, насколько вежливо он сумел продемонстрировать свое раздражение. — Мы уже приняли решение по этому поводу.

— Отлично! — воскликнула Шейла, хлопнув в ладоши. — Это стоит отметить! Могу я пригласить вас и, конечно, вашу жену?

Джейсон сдержанно улыбнулся.

— Конечно, как только будет подписан договор аренды.

Они перешли к обсуждению деталей договора, и Шейла вполне квалифицированно смогла предложить местных подрядчиков и архитекторов, с которыми можно было бы заключить контракты на реконструкцию магазина. К концу разговора Ники утвердилась в мысли, что не переваривает Шейлу Сэмпсон.

— Мне жаль, что так вышло, — сказал Джейсон, когда они покидали агентство.

В ответ Ники только пожала плечами.

— Женщины всегда находят тебя неотразимым.

Он поморщился:

— Поверь, чаще всего мне хочется, чтобы они этого не делали.

Ники засмеялась.

— Извини, но мне трудно в это поверить.

— Почему же? — Джейсон расстроенно махнул рукой. — Посмотри на это с моей точки зрения. Тебе бы понравилось, если бы тебя ценили только за твою внешность и сексуальность?

— По-твоему, мне этого не хватает? — почти обиженно отозвалась она.

— В тебе всего хватает, — быстро отреагировал Джейсон. — Но я говорю о другом: что бы ты чувствовала, если бы это были единственные причины интереса к тебе?

Она немного задумалась.

— Откуда ты знаешь, что это единственные причины их интереса?

— Ну, когда женщина так быстро переходит в наступление, даже в присутствии моей жены… В общем, я хотел сказать, что каждый человек мечтает, чтобы его любили ради него самого.

— Кажется, я тебя понимаю. И вполне с тобой согласна. — Ники почувствовала прилив симпатии к Джейсону. На какую-то долю секунды их взгляды встретились, и они оба улыбнулись.

— Так что же ты нашел во мне, Джейсон?

— Как это что? Твою внешность и сексуальность. — И он с дьявольской улыбкой притянул ее к себе.

Несмотря на попытку Ники отбиться, он умудрился поцеловать ее в нос.

Перед тем как покинуть город, они заехали на прибрежный бульвар полюбоваться заливом. Высокие волны, окаймленные белыми гребешками, стеной обрушивались на береговую линию. Несмотря на прохладную погоду и сильное волнение, в море вышли несколько смельчаков на серфинге.

Приближаясь к повороту на Хьюстон, Джейсон спросил:

— Ники, почему бы нам не заехать в твой дом на побережье, прежде чем мы вернемся домой? Купаться, конечно, уже слишком холодно, но мы могли бы прогуляться по берегу.

От этого романтического предложения ее дыхание участилось. Она поняла, что желает Джейсона как никогда, но все еще не была готова к этой близости, и ей очень не хотелось, чтобы их сближение было омрачено свежим впечатлением от Шейлы Сэмпсон и всей подобной ей части женского населения, которая находила Джейсона Стеллара неотразимым!

Ники громко закашлялась.

— Джейсон, мне пора домой. У меня куча финансовых отчетов, которые нужно закончить к понедельнику.

— Ты уверена в этом? — спросил он с нескрываемым разочарованием.

— Да, вполне.

Обратная дорога в Хьюстон прошла в молчании. Скоро, намного быстрее, чем хотелось, они уже стояли у ее двери. Ники внимательно посмотрела на Джейсона, мысленно сожалея о том, что их день, проведенный вместе, подошел к концу. Отсвет заката за спиной Джейсона подчеркивал линии его высокого, гибкого тела, от которого просто невозможно было оторвать взгляд. На мгновение ей захотелось, чтобы прошлое и все ее связанные с ним сомнения перестали существовать.

Казалось, он прочел ее мысли.

— Пригласишь меня, Ники?

Она едва нашла в себе силы покачать головой.

— Я не думаю, что это было бы разумно сейчас.

Он убрал прядь волос с ее лба, и чувственный блеск его глаз захватил все ее существо.

— Сегодняшний день что-то изменил?

Он был таким серьезным, мужественным и близким, что Ники с трудом давалось каждое слово.

— Все было хорошо. Мне понравилось, как мы провели этот день вместе. Но пока рано делать какие-то выводы.

Он обнял ее за талию и прижал к груди.

— Уверена, что тебе надо делать все эти отчеты именно сегодня вечером? — хрипло спросил он.

Ники прикусила губу, чтобы сдержать рвавшийся из груди громкий стон. Запах Джейсона заполнил ее легкие; его сердце гнало кровь, отнимая последнюю волю к сопротивлению. Конечно, она солгала ему: ей нужно было доделать к началу недели всего лишь один небольшой финансовый отчет. На самом деле она собиралась провести выходные, занимаясь делами по дому, подписывая рождественские открытки, смотря видео и страдая от одиночества. Как хорошо, если бы Джейсон разделил с ней эти часы.

Джейсон прервал ее размышления:

— Так что же, Ники?

— Давай созвонимся послезавтра, — отозвалась она, собравшись с силами.

Он приподнял ее подбородок большим пальцем и внимательно посмотрел в глаза.

— Раз уж ты меня не приглашаешь, то я хотя бы получу свой поцелуй.

Ники еле сдержала улыбку.

— А кто сказал, что ты его получишь?

— Это входит в условия нашего договора, — с самым невинным видом произнес он.

— Не будь смешным, — поджав губы, заметила она. — Мы никогда не договаривались об этом. Иначе я бы обязательно помнила.

— Как, а разве ты забыла? — глядя на румянец, разлившийся по ее щекам, он захохотал и снова приблизил к ней свое лицо. — Тебе не кажется, что будет забавно составить правила, по которым нам надо жить это время?

Прежде чем Ники нашлась, что возразить, Джейсон сгреб ее в охапку и начал целовать. Его сильные руки оторвали ее от земли, язык проскользнул между ее зубов, она застонала и ответила на его поцелуй, прижав ладони к его лицу. Пока она гладила кончиками пальцев его теплую, слегка шершавую кожу, ладонь Джейсона скользнула под ее свитер и начала ласкать спину. Ее соски покалывало от напряжения, когда он прижал ее к себе крепче.

Когда поцелуй закончился, оба не могли отдышаться.

— Ты не передумала, Ники? — прошептал он ей на ухо.

— Джейсон, я просто не могу. Не сейчас, — беспомощно ответила она. — Все было так хорошо сегодня, не дави на меня.

Он кивнул и, неохотно отстранившись, провел пальцем по краям ее все еще влажных губ. — Вспомни этот поцелуй, когда будешь обедать на той неделе с Джимом.

Следовало бы возмутиться, но он выглядел таким строгим, точь-в-точь как школьный учитель, что было просто невозможно удержаться от смеха.

— Джейсон, я всего лишь собираюсь объяснить ему все. Ну неужели ты мне не доверяешь в такой мелочи?

— И это говорит девочка, которая не верит мне вовсе! — сокрушенно улыбнулся он.

— Не будь смешным. Конечно, я тебе доверяю.

— В самом деле? — Его голос зазвучал требовательно. — И насколько?

Они уставились друг на друга в напряженном вызове. Наконец Ники не выдержала.

— Наверное, все-таки недостаточно, — призналась она.

— Ну что ж, по крайней мере это честно, — мрачно пробормотал Джейсон. — Итак, я думаю, на сегодня все?

— Вероятно, да.

Джейсон взял с ее ладони ключи и открыл дверь.

— Принцесса, ваш дворец ждет.

— Спасибо за прекрасный день. — Ее лицо озарилось улыбкой.

— Не за что. Для тебя — всегда. Я позвоню в понедельник. — И, оставив на ее щеке невинный быстрый поцелуй, он ушел.

Ники растянулась на кровати, вдыхая запах его одеколона со своих ладоней и продолжая ощущать вкус его губ. Она прижала к себе желтого плюшевого утенка, которого он как-то выиграл для нее на карнавале, поставила кассету с записью их семейных событий и думала только о том, как хорошо было бы сейчас, если бы он был рядом.

Глава 7

В течение следующих нескольких недель Джейсон и Ники продолжали видеться довольно часто. Был самый разгар рождественского сезона, и они вместе побывали на нескольких вечеринках у старых приятелей и партнеров. Но еще чаще они проводили время вдвоем. Вместе ужинали и ходили на концерты, несколько раз выбирались на день в Галвестон, чтобы посмотреть, как идут дела с реконструкцией магазина. Но каждая такая поездка была не только деловой; они всегда находили что-нибудь интересное, например, заходили в старинный дом, заглядывали в железнодорожный музей, совершали экскурсию по подвесной дороге.

И очень много разговаривали — о новом магазине Джейсона, о клиентах Ники, об обычных повседневных делах, о жизни вообще, хотя по-прежнему избегали тем, связанных с причинами их разрыва. Но время, которое они проводили вместе, словно лечило их души. Джейсон старался не торопить Ники, не требовал решить все как можно быстрее, вместо этого он не упускал случая сказать ей: «Мне не хватало тебя рядом, когда я делал то-то и то-то» или «Правда, у нас сегодня хорошо все получилось?»

Им действительно было хорошо вместе, и, надо признать, настолько хорошо, что Ники с трудом противостояла искушению забыть все плохое и начать новую жизнь с Джейсоном. И все же она продолжала гадать, почему Джейсон так настойчиво хотел вернуть ее. Может быть, из-за его нового магазина, по поводу которого он довольно часто прибегал к ее советам. Конечно, ей льстило доверие мужа и высокое мнение о ее способностях, но такое его поведение укрепляло Ники в мысли о том, что он женился на ней не ради нее самой.

Джейсон никогда не упускал ни малейшей возможности прикоснуться к ней, прижать к себе, обнять за талию. Каждый раз при прощании он целовал ее, и поцелуи становились все горячее и интимнее. И не один раз уже он оставлял ее в дверях, расстроенную и полную неудовлетворенного желания.

Особенно остро она пережила это ощущение как-то раз в воскресенье, примерно в середине декабря. Джейсон и Ники поехали в Галвестон на встречу с архитектором и несколькими подрядчиками, которые занимались работами в новом магазине, и, закончив все дела, решили задержаться и посмотреть закат с палубы старого колесного экскурсионного пароходика. Пассажиров в этот прохладный день начала зимы было относительно немного, и верхняя прогулочная палуба оказалась в их полном распоряжении. Едва ли можно было представить себе более романтическую прогулку. Они стояли у перил и бросали хлебные крошки налетавшим чайкам, наслаждаясь мелкими брызгами волн и закатными красками. Оба испытывали радостное возбуждение от быстрого и успешного продвижения дел в Галвестоне.

Хлебные крошки кончились, и Джейсон обвил руками талию Ники, прижав ее к своей груди.

— Тебе не холодно? — спросил он. Она покачала головой, беззаботно разглядывая танцующие темные волны.

— Мне так хорошо, что я просто не замечаю холода.

— Спасибо за твою помощь сегодня, — искренне сказал он.

— Мне приятно делать это для тебя.

— Ты знаешь, мне кажется ты права в выборе расцветки коврового покрытия, а дизайнер ошибается.

Ники рассмеялась, вспомнив их встречу с дизайнером интерьера, довольно претенциозной дамой средних лет.

— Не думаю, что Филлис понравились мои замечания.

— Ты была достаточно тактичной, говоря с ней. Я думаю, предложенный ею цвет все-таки немного вызывающий. И еще мне нравится твоя идея с покраской колонн под мрамор.

— Это довольно популярно сегодня.

Он кивнул.

— «Мы хорошая команда, Ники.

Его спокойные, уверенные слова напомнили ей, что это могло быть одним из скрытых мотивов, почему он хотел ее возвращения. Но она отогнала прочь все сомнения, не желая позволить им испортить красоту вечера. Джейсон был рядом, и ей было так тепло и хорошо от этого.

— Никогда не видела заката красивее, — тихо сказала она.

Нагнувшись, Джейсон прижался прохладными губами к ее щеке.

— Дорогая, ты же знаешь, мы могли бы остаться здесь, чтобы посмотреть и на восход. Скажи только слово.

В этот момент все словно взорвалось в ней. Сердце забилось быстрее, и она обернулась, чтобы увидеть его лицо. Вся сила ее желания будто отразилась в его прекрасных голубых глазах, колени задрожали. Было очевидно, что ночь с Джейсоном стала бы самым великолепным завершением этого прекрасного дня, но ей все еще казалось, что физическая близость может все испортить, пока она не чувствует себя готовой к этому эмоционально.

Она сморщила носик.

— Давай пока насладимся закатом, хорошо?

— Хорошо, — неохотно согласился он. Но как только налетел прохладный ветер, он снова крепко прижал ее спиной к себе, его ладони легко скользнули под толстый свитер, уютно устроившись на ее грудях, не обращая внимания на бюстгальтер.

— Джейсон! — разом выдохнула она.

— Дорогая, тут же никого нет, — произнес он и прижался губами к ее шее. — Неужели мне нельзя напомнить тебе, что мы женаты?

Жилка на ее шее отчаянно билась под его губами, и Ники чуть не сказала, что ей вовсе не надо напоминать о том, что они муж и жена. Но едва она попыталась открыть рот, как почувствовала, что он ей уже не принадлежит. Его губы были восхитительно прохладными и слегка солоноватыми, а язык горячим и жадным, он проникал в нее и чувственно ласкал внутри, пальцы больно впились в возбужденную грудь, а откровенно провокационные движения его бедер заставили ее дрожать, чувствуя сладкое головокружение.

Поцелуй завершился, Джейсон прижался к ее щеке, и она, прерывисто дыша, отдалась во власть его сильного тела, пытаясь прийти в себя.

— Останься со мной сегодня вечером, Ники, — прошептал он.

Ее губы дрожали, когда она виновато произнесла:

— Джейсон, еще слишком рано.

С глубоким вздохом он выпустил ее из своих объятий, отошел на несколько шагов и стоял там, вглядываясь в линию горизонта. По тому, как его руки в карманах сжимались в кулаки, было ясно, до чего сильно он расстроен. И все же она не могла не отметить, насколько привлекателен он, хмурый и задумчивый, в короне своих пышных волос, взъерошенных ветром.

Чтобы не потерять равновесие, Ники изо всех сил вцепилась в перила.

* * *

Всю следующую неделю Ники всячески старалась не оставаться с Джейсоном наедине и ограничить их встречи людными местами. Джейсон становился все более настойчивым в плане секса, и это начинало пугать Ники.

Ко всем ее опасениям прибавился страх того, что она вновь впускает Джейсона в свое сердце настолько глубоко, что уже будет не в силах противостоять его колдовскому обаянию. Воспоминания о том вечере на борту пароходика преследовали ее, порой по ночам она просыпалась, дрожа от нахлынувшего желания, и вновь чувствовала ритмичное покачивание судна на волнах и сладкое прикосновение губ Джейсона. Физическая основа их взаимного влечения всегда была очень сильна, и Ники обнаружила для себя, что время лишь усилило это жестокое, непреодолимое стремление.

Ее реакция на Джейсона была пугающе похожа на то, что она испытывала в те незабываемые дни, когда они впервые встретились. Она очень надеялась, что сможет пройти второй раз через это испытание с широко раскрытыми глазами, но с ужасом начала понимать, что любовь снова надевает на нее шоры.

Несмотря на то что ее отношение к Джейсону день ото дня становилось мягче, она не могла до конца отбросить все свои сомнения и страх, что старые проблемы проявятся вновь и опять разрушат связь между ними. Что, если Джейсон снова отдалится от нее, самозабвенно погружаясь в работу? Что, если он всего лишь использует ее для развития своего бизнеса? Она все еще боялась, что в какой-то момент он просто потеряет к ней интерес и найдет себе другую, более яркую и привлекательную женщину, такую же, как и он сам.

В конце концов, именно это сделал ее отец с мамой — оставил на склоне лет ради более молодой и интересной женщины. Ники как-то раз прочла статью о таких женах-трофеях, к обладанию которыми стремятся некоторые мужчины в зрелые годы. Не окажется ли Джейсон в числе тех, кто перед лицом страха потерять с годами свою мужскую силу будет искать молодую очаровательную куклу, которая удовлетворит его эго?

В четверг утром Ники в сидела своем кабинете, пытаясь разобрать поднакопившиеся дела и подготовиться к деловой встрече в городе. Сегодня Джейсон хотел приготовить ужин у него дома сам, но она не была уверена в себе настолько, чтобы согласиться провести вечер с ним наедине. Вместо этого она предложила пообедать вместе в кафе рядом с офисом Джейсона, тем более что ее деловая встреча была назначена в том же районе. Она рассчитывала, что это поможет ей сохранить безопасное расстояние между ними, но подозревала, что он легко раскусит эту уловку. И действительно, он не проявил энтузиазма по поводу такого предложения и прямо заявил, что предпочел бы пообедать с ней вдвоем в спокойной обстановке где-нибудь неподалеку. Но поскольку Ники настаивала, ссылаясь на своей плотный рабочий график в этот день, ему пришлось с большой неохотой согласиться.

Ники уже собиралась выходить, как вдруг зазвонил телефон.

— Эй, сестричка, как твои дела? — раздался голос в трубке.

Ники сразу узнала свою старшую сестру, Мередит, которая была беременна, и почувствовала укор совести, потому что не звонила ей уже несколько недель.

— Привет, Миа, послушай, я как раз собиралась позвонить тебе. Как там поживает мой будущий племянник или племянница?

— Отлично, хотя этот маленький разбойник просто измотал меня за последние дни.

— У тебя ведь скоро срок, кажется?

— В декабре, тридцать первого. И Ричард уже ноет и ворчит, что роды затянутся на день и он не получит льготу по подоходному налогу в этом году.

Ники расхохоталась. Мередит была замужем за налоговым инспектором.

— Как финансовый консультант, могу только посочувствовать.

— И ты туда же, — поддразнила ее Мередит, но тут же продолжила более серьезно: — Послушай, Ники, ты куда-то торопишься сейчас? Я не отвлекаю тебя от чего-то важного?

Ники взглянула на часы.

— Вообще-то мне надо на встречу с клиентом. Но еще есть в запасе несколько минут.

— Что у вас с Джейсоном? — продолжала Мередит. — Мы не общались уже несколько недель, и последнее, что я от тебя слышала, это что ты ужасно переживаешь по поводу развода.

Ники неуверенно молчала. Она понимала: главной причиной, почему она не звонила все это время сестре, была настойчивость, с которой Мередит всегда убеждала Ники в том, что ей не надо разводиться с Джейсоном. Но как бы сильно Ники ни любила сестру, она не могла позволить ей влиять на свое решение, с нее хватало и того, что вытворял с ней Джейсон!

— Так что же, Ники? — нетерпеливо напомнила о себе Мередит.

— Мы с Джейсоном решили отложить развод на какое-то время, — осторожно призналась Ники.

— Это действительно так?

Ники услышала явное волнение в голосе сестры.

— Миа, не надо делать поспешных выводов. Все только потому, что Джейсон раз за разом отказывался дать мне развод, пока я наконец не согласилась на попытку примирения.

— Ты спишь с ним, сестренка?

— Мередит! — вспыхнула Ники.

— Надеюсь, ты не такая дурочка, чтобы отказываться от этого. Джейсон — мужчина что надо. Если бы не Ричард, я бы с удовольствием сама за ним побегала.

У Ники глаза полезли на лоб.

— И это говорит женщина на девятом месяце беременности! Мередит, ты меня удивляешь.

Заразительный смех Мередит убедил Ники в том, что сестра вовсе не раскаивается в сказанном.

— Я надеюсь, ты затеяла все это с Джейсоном не просто ради того, чтобы получить в конце концов развод. Я знаю, он действительно сделал тебе больно, и прекрасно понимаю тебя. Но, пожалуйста, дай ему еще один шанс — поверь мне, люди меняются.

— Ты говоришь точь-в-точь как Джейсон, — с упреком ответила Ники. — Надеюсь, не он попросил тебя об этом телефонном звонке?

— Не говори глупости. Я не видела Джейсона ни разу с того дня, как вы расстались.

Ники вздохнула.

— Прости, я не хотела, чтобы это прозвучало так жестко. Если тебе это важно знать — то я пытаюсь дать Джейсону еще один шанс.

— Отлично.

— Послушай, а зачем ты все-таки звонила?

— Ах да, конечно, я о Рождестве.

— О Рождестве?

— Мама и Стив интересовались, планируешь ли ты провести праздники с семьей?

Ники широко улыбнулась. Последние несколько лет мама и отчим на Рождество принимали у себя в доме всю семью — троих взрослых детей Вивиан с их чадами и домочадцами. В прошлом году Ники была вместе с Джейсоном. Мысль о том, что в этом году она поедет туда одна, удручала ее. Несколько мгновений она колебалась и наконец ответила:

— Конечно, я приеду.

— Ты можешь прихватить с собой Джейсона, — предложила Мередит.

Ники едва сдержала стон.

— Послушай, Миа, пока еще рано говорить о том, что будет у нас с Джейсоном дальше.

— Ты хочешь сказать, что вычеркнешь его из жизни только из-за своих представлений о том, как должно быть? — спросила сестра с негодованием.

— Все не так просто, — сопротивлялась Ники. — Ники, перестань быть такой подозрительной и посмотри на дело с другой точки зрения. Может быть, Джейсону тоже хочется встретить Рождество в семейной обстановке. Но его отец давно умер, а мать живет где-то далеко на Востоке.

Ники вздрогнула.

— Да. Джейсон очень редко получает известия от нее.

— И ты собираешься бросить его одного на Рождество?

— Миа, я подумаю об этом, хорошо?

— Договорились. А я скажу маме и Стиву, что ты обязательно приедешь.

— Спасибо. Давай как-нибудь вместе пообедаем? Может быть, в субботу?

— Отлично, малыш.

Ники положила трубку с чувством тревоги. Она всегда немного побаивалась своей красивой старшей сестры. У Мередит было все — внешность, ум, яркая индивидуальность. Она успела добиться быстрого успеха в качестве местного репортера к тому времени, как встретила обеспеченного налогового инспектора Ричарда Кроуфорда и вышла за него замуж. И вот теперь, через год, они уже ждали своего первенца, и Ники призналась себе в том, что несколько отдалилась в последнее время от сестры именно потому, что та беременна, и это было для Ники болезненным напоминанием о ее собственной потере.

Она понимала, что это нехорошо, неправильно и нельзя так поступать. Несмотря на то что они никогда не были очень близки, Мередит была по-настоящему любящей, преданной сестрой. И Ники решила, что надо чаще видеться с Мередит, особенно в такой ответственный период ее жизни.

* * *

Встреча Ники с инженером Джорджем Уилсоном прошла очень удачно, ей удалось договориться с компанией «Уилсон энджениринг», которая станет теперь их самым крупным клиентом за все время работы. Джордж увлекся ее планом упрощения всех процедур бухгалтерского учета и даже предложил работу в компании. Это было приятно Ники, но она отказалась. Джордж, приветливый, начинающий лысеть холостяк тридцати с лишним лет, оказался как раз таким мужчиной, который мог бы составить ей партию, если бы она не встретила Джейсона. Ей заметно льстил тот факт, что Джордж, казалось, разочарован ее отказом не только с профессиональной, но и с личной точки зрения.

В приподнятом настроении она вышла из офиса и отправилась на обед к Джейсону. Мужа она приметила на площадке возле кафе. Он стоял в безупречном сером костюме в полоску, белой рубашке с темно-бордовым галстуком и, нахмурившись, поглядывал на часы. Выглядел он при этом просто восхитительно, решила она. Он и впрямь был просто великолепен, и Ники откровенно порадовалась, что надела сегодня новый элегантный синий костюм из дорогой шерсти и в тон ему шелковую блузку.

Она приблизилась, и он мгновенно выделил ее взглядом из толпы. Улыбаясь, быстро подошел и поцеловал в щеку.

— Ого, ты выглядишь просто чудесно, дорогая.

— Ты тоже, — ответила она с улыбкой.

Они взяли подносы и подошли к стойке с салатами.

— Как прошла твоя встреча? — поинтересовался он.

— Просто фантастика, — похвасталась Ники. — Действительно, заполучить такую престижную фирму, как «Уилсон энджениринг», — это настоящая победа и новая ступень в моей карьере.

— Что ж, прими мои поздравления, — улыбнулся он.

— Спасибо.

И все же, накладывая на тарелку маринованные овощи, Ники немного насторожилась. Реакция Джейсона показалась ей какой-то сдержанной, похоже, он не был в таком уж восторге от ее сегодняшнего успеха. Возможно, его испугала мысль о том, что постоянно растущее число клиентов будет занимать у нее все больше времени или — это предположение совсем ее расстроило — помешать их совместной работе в новом магазине.

Они устроились за маленьким столиком у стеклянной стены и приступили к обеду, как обычно, ведя неторопливый разговор. Оба обратили внимание на тоскливый пейзаж за стеклом. Отметив про себя, что зал уже оформлен рождественскими украшениями, Ники задумалась: совсем скоро им придется решать, проведут ли они Рождество вместе.

Неожиданно Ники заметила Джорджа Уилсона, пересекающего зал с полным подносом. Он их заметил и подошел к столику.

— Привет, Ники, рад видеть вас снова, — сказал он, приветливо улыбаясь.

— Привет, — любезно отозвалась она. — Хочу представить вам моего мужа, Джейсона Стеллара. Джейсон, это Джордж Уилсон.

Мужчины обменялись рукопожатием.

— Рад познакомиться, — сухо произнес Джейсон, и в его голосе даже при большом желании трудно было услышать радость.

— А вы счастливчик, мистер Стеллар, — продолжал Джордж, мало обращая внимания на сдержанную реакцию Джейсона. — Знаете, ведь не далее как сегодня утром я пытался увести у вас жену.

Ники почувствовала, что краснеет, когда Джейсон со зловещей мягкостью спросил:

— Неужели?

Джордж ухмыльнулся.

— Я предложил ей работу, но она дала мне полную отставку. Очень жаль, мне кажется, она была бы настоящим приобретением для нашей фирмы. Но я не теряю надежды и буду продолжать — если, конечно, вы не возражаете, мистер Стеллар.

— Нисколько, — вполне дружелюбно ответил Джейсон. Ники взглянула на поднос Джорджа.

— Не хотите ли присоединиться к нам?

Тот покачал головой.

— Спасибо, но я жду своих коллег. Приятного аппетита, — добавил он и прошел дальше по залу.

Напряженная тишина повисла над столиком, как только Джордж отошел. Под пристальным взглядом Джейсона Ники принужденно надкусила пирог, стараясь не встречаться с ним глазами.

— Так, значит, ваша встреча прошла весьма удачно? — саркастически промолвил Джейсон. — Тебе предложили работу?

Ники отложила вилку и подняла глаза.

— Вот именно поэтому я тебе об этом не говорила.

— Поэтому? Почему? Я выгляжу расстроенным?

— Да.

— Ты примешь предложение от него и не будешь больше работать на меня, — с укоризной сказал он. Она раздраженно отмахнулась.

— Джейсон, я отказалась от этого предложения. Кроме того, ты и не предлагал мне снова работу в твоей компании.

Он наклонился и взял ее за руку.

— А если бы предложил?

Тембр его голоса и касание пальцев ослабили ее решимость. Она вздохнула.

— Ты же знаешь, я не считаю разумным втягиваться полностью в твой бизнес, по крайней мере сейчас.

— Мне показалось, что Джорджа интересовало гораздо большее, чем просто бизнес.

Ники задержала взгляд на Джейсоне.

— Он очень дружелюбный человек. И ты не можешь требовать от меня, чтобы я не общалась с другими мужчинами. В конце концов, посмотри на себя со стороны.

— Неужели было так необходимо приглашать его за наш столик? — сердито спросил Джейсон.

— А что еще, по-твоему, я должна была сделать? Он очень важный клиент.

— Даже более важный, чем твой муж? Глаза ее округлились от изумления.

— Джейсон, что ты несешь!

Он не смог ничего ответить, поскольку в этот момент у их столика остановился кто-то из его новых сотрудников, чтобы поприветствовать босса. Молодой человек явно хотел снискать расположение Джейсона и отошел только после нескольких прозрачных намеков на то, что он здесь лишний.

— Это место кажется мне настолько располагающим к дружескому общению, что хочется как можно быстрее покончить с обедом и вернуться в свой офис, — пожаловался Джейсон, когда они вновь остались вдвоем.

— Будет тебе, Джейсон, здесь не так уж плохо, — сказала Ники и, не дав ему возразить, продолжила: — Ну так рассказывай, как продвигаются дела с новым магазином?

Он сухо рассмеялся.

— Представь себе, вчера позвонила Филлис и очень довольным голосом сообщила мне, что покрытие, которое ты выбрала, сняли с производства.

— О нет!

Они оба посмеялись над этим забавным осложнением и обсудили еще несколько небольших проблем, связанных с магазином. Ники почувствовала облегчение, заметив, что ей удалось заметно приободрить Джейсона и вывести его из угрюмого расположения духа.

— Ну что, ты покончила со своим обедом? — неожиданно спросил Джейсон.

— В общем, да.

— Тогда пойдем.

— Уже? — Ники безуспешно попыталась скрыть свое разочарование от того, что радость общения с ним оказалась такой короткой.

Он окинул ее быстрым горячим взглядом.

— Я предпочел бы занять остаток твоего обеденного перерыва визитом в мой офис.

Ники хотела возразить, но, заметив выражение мрачной решимости на его лице, подумала: сейчас, пожалуй, не время для этого.

— У тебя сегодня странное настроение, — обронила она, пока они относили свои подносы.

— Неужели это преступление — желание побыть наедине со своей женой?

Он взял ее за руку, и они вышли из кафе к офису, где на знакомой двойной стеклянной двери поблескивали небольшие золотые буквы: «Звездные соблазны».

Первой в офисе их приветливо встретила девушка-регистратор, они прошли дальше и остановились возле стола секретаря в приемной Джейсона. Хозяйкой стола оказалась премиленькая молодая блондинка.

— Добрый день, мистер Стеллар, — лучезарно улыбнулась она и несколько смущенно остановила взгляд на Ники. Джейсон непринужденно заполнил неловкую паузу:

— Ники, познакомься, это мой секретарь, Стефани Берне. Стефани, это моя жена, Ники Стеллар.

— Привет, Стефани. — Ники с улыбкой протянула руку.

— Ваша жена? — повторила Стефани, растерянно глядя на Джейсона. — Мне казалось, что вы собирались… то есть вы не говорили… — Самообладание вернулось к ней, и она торопливо пожала протянутую Ники руку. — Очень приятно познакомиться с вами, миссис Стеллар.

— Пожалуйста, зовите меня просто Ники.

— Знаете ли, Ники — такое сокровище, что я предпочитаю никому ее не показывать, — ввернул Джейсон, подмигивая секретарше.

Стефани вспыхнула.

— Да, конечно, — поспешно проговорила она и добавила, немного поколебавшись: — Как прошел обед? Надеюсь, вы приятно провели время.

— Просто замечательно, — саркастически ответил Джейсон. — Каждый второй посетитель подходил к нашему столику. Вам тоже надо было пообедать с нами.

— Ну да, как вам… — запнулась Стефани, снова краснея. Ники озадаченно посмотрела на Джейсона. Тот решительно взял ее за руку.

— Стефани, нам с женой надо поговорить несколько минут. Не соединяйте, пожалуйста, меня ни с кем.

— Хорошо, мистер Стеллар.

Идя за Джейсоном, Ники оглянулась через плечо и заметила растерянное, несчастное выражение лица Стефани, провожавшей глазами Джейсона.

Зайдя в кабинет, он закрыл дверь.

— Располагайся, Ники.

Ники пробежалась взглядом по знакомой обстановке — массивный стол красного дерева, мягкие кожаные кресла и диван, дорогие картины современных художников и изящные бронзовые безделушки. Отказавшись от предложенного Джейсоном стула, она прошла к огромному окну, занимавшему все пространство одной стены от пола до потолка. Какое-то время, чтобы собраться с мыслями, она мрачно разглядывала серый пейзаж за стеклом. Ники не придала значения шутливому предложению Джейсона присоединиться к ним во время обеда, которое он сделал своей секретарше, — это был всего лишь ответ на ее приглашение Джорджу присесть за их столик.

Подошел Джейсон и встал рядом, положив руку ей на плечо. С минуту они оба смотрели на небоскребы, окутанные серым туманом.

— Я вижу, ты сменил блондинку в приемной, — повернулась она к нему лицом.

— Ты имеешь в виду Стефани? — удивленно хмыкнул Джейсон.

— Да. А что случилось с Анной?

— Она родила ребенка. Мы хотели, чтобы она вернулась к нам после декретного отпуска, но Анна решила остаться дома с малышом.

— Думаю, она права, — кивнула Ники.

— Я тоже так считаю.

Они помолчали.

— Кажется, Стефани — прекрасная замена, — прокашлялась Ники. — Она даже внешне похожа на свою предшественницу.

Рука Джейсона крепко сжала ее плечо.

— Ты хочешь сказать, что я подбираю себе секретарей только по внешним данным?

— А разве не так? — Ники посмотрела ему в глаза.

— Моему секретарю приходится общаться со многими людьми, и очень часто это важные персоны. — Джейсон нахмурился.

— Именно поэтому внешний вид должен соответствовать, не так ли, Джейсон?

Он осторожно покачал головой.

— Не могу понять, почему ты делаешь из этого проблему.

— Я не собираюсь делать из этого проблему, — возразила она. — Это просто мое наблюдение.

— Разве? — Он скрестил руки на груди. — К твоему сведению, компания «Звездные соблазны» нанимает на работу людей всех возрастных групп с разной внешностью и с разным уровнем профессиональной подготовки.

— Я это знаю, но…

— Кроме того, Стефани Берне пришла к нам с отличным послужным списком, и именно Анна проводила с ней собеседование и рекомендовала на свое место.

— Как это мило, — с издевкой сказала Ники.

— Что случилось, Ники, раньше ты никогда не пыталась давать оценку моим кадровым решениям.

— Она влюблена в тебя.

— Кто?

— Стефани.

Казалось, он был удивлен.

— Ты шутишь.

— Нисколько. Это написано на ее лице. Когда ты появился со мной, она выглядела абсолютно растерянной. И не говори мне, что ты этого не замечал.

Нервным движением Джейсон поправил волосы.

— Я действительно не замечал этого. Наверное, потому, что все время думаю о другой. — И он многозначительно посмотрел на Ники.

— Почему ты не сказал ей, что наш развод откладывается?

— Потому что вопросы моей личной жизни не входят в компетенцию моих подчиненных, — неожиданно резко ответил он. — Ты что, думаешь, я обсуждаю с кем-то наши отношения?

Она пожала плечами.

— И все-таки мне кажется странным, что ты не объяснил ей сути дела. И я не могу понять, как ты мог пригласить ее отобедать с нами, — добавила она обиженно.

— Ага! Так вот почему ты так злишься! Значит, тебе можно приглашать Джорджа Уилсона за наш стол, но если я вдруг делаю подобный дружеский жест в отношении своей секретарши, то сразу превращаюсь в бесстыжего бабника.

Ники рассердилась.

— Джейсон, разве ты не понимаешь разницы? Я была всего лишь любезна по отношению к клиенту, а ты поощрял женщину, которая совершенно очевидно влюблена в тебя.

— Нет никакой разницы, и ты это прекрасно знаешь, — парировал он. — Более того, если ты полагаешь, что в отношении Джорджа Уилсона к тебе нет и намека на влюбленность, то меня весьма беспокоит твоя наивность.

Его слова заставили Ники покраснеть. Она понимала, что Джейсон использовал ситуацию в своих интересах, причем весьма успешно.

— Ты просто пытаешься все запутать, — раздраженно проговорила она.

— Нет, — словно отрезал он. — Это ты пытаешься ввести какие-то нелепые двойные стандарты. Ники, неужели ты на самом деле полагаешь, что если женщина находит меня привлекательным, я непременно потащу ее в свою пещеру, как дикий неандерталец?

Ники едва сдержала улыбку.

— Я думаю, для такого мужчины, как ты, вполне естественно считать подобное поведение нормальным.

Неожиданно для нее Джейсон решительно направился к двери и закрыл ее изнутри на замок.

— Джейсон? — Она смутилась.

Он неторопливо прошел к столу и уселся в кресло, ослабив узел галстука.

— Поди-ка сюда.

Она подозрительно взглянула на него, но не нашла в выражении его лица ничего настораживающего, подошла и легким наклоном головы ответила на его пристальный взгляд.

Он взял ее за руку.

— Все теперь не так просто, милая моя. Тебе не удастся избежать этого, потому что не будешь же ты со мной драться.

— Избежать чего? — Она была заинтригована.

Он резко схватил ее за талию и усадил к себе на колени.

— Остаться со мной наедине в этой пещере.

— Джейсон, — она попыталась вырваться, — Стефани…

— Дверь заперта, и Стефани задерживает все звонки, — заявил он с самодовольной усмешкой.

— И все-таки ты не должен…

— Тсс! — И он поцеловал ее.

Дальнейшие протесты Ники утонули в жадных, горячих поцелуях Джейсона. Пока его рот был занят ее губами и языком, его нетерпеливые руки расстегнули на ней пиджак и, устранив эту помеху, ласкали ее спину и руки сквозь тонкий шелк блузки, не останавливаясь ни на секунду.

— Ты все еще намерена сопротивляться? — спросил он наконец.

Ники перевела дыхание, провела пальцем по своим припухшим губам и посмотрела на него широко раскрытыми глазами, полными желания.

— Женщины всегда влюбляются в тебя, — мрачно заявила она.

— Так вот в чем главная проблема. — Голос Джейсона звучал успокаивающе.

— Да, — выдавила она.

Он обвел кончиком пальца контур ее подбородка.

— А что же Ники Стеллар?

— Думаю, у меня не больше иммунитета против твоих чар, чем у любой другой женщины. — И она тяжело вздохнула.

— Ну же, Ники, — он ловил ее дыхание, лаская щеку легкими касаниями губ, — неужели ты думаешь, что Стефани могла меня заинтересовать?

Слегка вздрагивая от удовольствия, она обвила руками его шею.

— Ну, я не знаю, — пробормотала она. — Стефани Стеллар — звучит неплохо.

— Я не хочу Стефани Стеллар, я хочу тебя, — проговорил Джейсон, целуя ее снова.

Ники вздохнула и снова отдалась его умелому поцелую. Это было замечательное чувство чего-то недозволенного — сидеть сейчас с ним, наслаждаться его силой, вдыхать его запах, ощущать вкус его губ и слушать его прерывистое дыхание.

— Что ты делаешь? — прошептала она.

Джейсон усмехнулся, и глаза его опасно сверкнули.

— Собираюсь соблазнить тебя, — шепнул он в ответ.

— Прямо здесь, в кресле? — Ей стало смешно.

— Ники, самое время. — И он принялся развязывать бант на ее блузке. Сняв с нее очки, он заглянул ей в глаза. — Ты не догадываешься, как сильно меня возбуждаешь? Все это время, пока мы были вместе последние недели, целовались, держались за руки… Не говоря уже о том, что я хорошо помню, как все было раньше, когда мы на этом не останавливались. — Тут он глухо застонал. — Радость моя, ты держишь на голодном пайке мужчину, который привык съедать обед из семи блюд.

Ники улыбнулась. Разве она чувствовала не то же самое?

— Послушай, сейчас четверг, — продолжал он возбужденно и настойчиво. — Давай я позвоню в агентство, закажу билеты, и мы улетим куда-нибудь в уединенное место и все выходные будем там заниматься любовью.

И хотя его слова волновали ее и отнимали последние остатки здравомыслия, Ники попыталась возразить:

— Нет, Джейсон, все еще слишком рано…

И тут же умолкла — Джейсон поцеловал ее грудь. Наблюдая за ее реакцией, он целовал ее сосок через кружево лифчика, и это возбуждало ее больше, чем если бы она была совершенно раздета.

— О, Джейсон, — застонала она.

— Хорошо, дорогая, я не возражаю — давай займемся любовью прямо здесь, — хрипло проговорил он. — Как тебе это кресло? По-моему, просто прекрасно. — Он посмотрел на ее пылающее лицо. — Ты просто прелесть — мы оба умещаемся в этом отличном кресле. Смотри-ка, если поместить твои ножки вот так, по обе стороны моих, все просто отлично выходит прямо у меня на коленях.

К тому моменту как Джейсон поднял подол ее юбки и уверенно взял за ягодицы, Ники окончательно потеряла голову и с наслаждением отдалась ритму движений его рук. Он освободил ее от колготок и плотно прижал к себе. Она сразу ощутила, как сильно он возбужден — и до боли явственно почувствовала, как пульсирует в ответ сама.

Джейсон начал покусывать ее плечо.

— Никакая Стефани Стеллар никогда не подойдет мне в этом положении, как, впрочем, и вообще в жизни. И раздевать какую-то Стефани Стеллар никогда не будет так забавно.

— Тебе забавно меня раздевать?

— Раздевать тебя — просто восхитительно. И никто более не подходит мне для этой цели. Никто.

Ники могла уже только стонать, прижимаясь к нему.

— Потрогай меня, Ники, — взмолился он, когда вдруг неожиданно зазвонил телефон.

Оба вздрогнули, и Джейсон, разъяренно схватив трубку, рявкнул:

— В чем дело?

Ники попыталась соскользнуть с его колен, но он продолжал крепко держать ее.

— Хорошо, соедините. — Отведя трубку в сторону, он прошептал ей: — Не уходи, милая, минутку, пожалуйста.

Ники оставалась на коленях у Джейсона, пока тот кратко переговорил со своим банкиром. Но этого времени ей хватило, чтобы понять, как смешно она выглядела в этот момент и какую ужасную ошибку только что чуть не совершила.

В конце концов, живое воплощение того, что заставляло Ники противиться, сидело у входа в кабинет Джейсона. Ники никогда не могла бы конкурировать со всеми «стефани», которые хотят заполучить его, — и сколько бы Джейсон ни заявлял, что он устойчив против их чар, рано или поздно какой-то из них суждено поймать его в свои сети. И шутливые комментарии Джейсона по поводу Стефани нисколько не успокаивали ее, как и тот факт, что он ничего не сказал ей об их решении отложить развод.

— Это просто замечательно, — говорил Джейсон вежливым, хотя и несколько напряженным голосом. — Я рад слышать, что вы утвердили решение о дополнительном финансировании. — Ники вновь попыталась соскользнуть, но он, бросив негодующий взгляд, удержал ее рукой прямо между ног. — Я перезвоню тебе, Сэм. — И он положил трубку. — Извини, Ники. Это мой банкир с известием об открытии дополнительной кредитной линии для нового магазина. Я не могу винить Стефани за то, что она нас соединила — она знала, насколько это важно для меня.

С дьявольской улыбкой на губах он скользнул рукой по ее животу и слегка оттянул резинку трусиков.

— Так на чем мы остановились?

— На грани соблазна. — Ники с трудом справилась с собой и попыталась высвободить трусики из его цепких пальцев. — Джейсон, пожалуйста, отпусти. Мне надо идти.

— Ники, мы можем найти место поспокойнее.

Она покачала головой:

— Нет. Не надо так. Пока не надо.

— Черт побери, Ники, ничего не было между мной и Стефани.

— Я и не говорила, что было.

Со вздохом он отпустил ее и не спускал глаз все время, пока она приводила в порядок одежду.

— Так ты поедешь со мной на выходные?

— Джейсон, перестань осаждать меня. — Ее дрожащие пальцы никак не могли справиться с бантом на блузке, и она сосредоточенно закусила губу.

Он встал и начал ей помогать.

— Милая, я не осаждаю тебя. Просто… Будь он проклят, этот дурацкий телефон!

Ники отбросила с лица прядь волос.

— Твой бизнес очень важен для тебя. Так было всегда.

Справившись наконец с бантом, Джейсон нахмурился.

— Мне не нравится, как ты об этом говоришь, и не нравится, как мы расстаемся сегодня. Нам надо еще многое обсудить.

— Хорошо, только давай сделаем это чуть позже. Иначе я просто опоздаю с обеденного перерыва.

— Если ты не поедешь со мной в эти выходные, тогда хотя бы обещай, что проведешь со мной Рождество, — продолжал он непреклонно. — Осталось всего десять дней.

Ники грустно покачала головой:

— Я не могу, Джейсон.

— Дай мне хоть что-нибудь, Ники, — умолял он. Доведенная до предела, она не выдержала:

— Хорошо. Как насчет сочельника? Тебя устроит такой компромисс?

Его глаза вспыхнули радостью, как у ребенка.

— Но только весь день!

— Хорошо, договорились.

Ники схватила сумочку и выбежала из кабинета Джейсона, пока еще была в силах следовать своему решению. Самым удивительным для нее было то, что в глубине души она отчаянно желала, чтобы телефон Джейсона никогда не звонил.

Глава 8

— Контактные линзы? Мередит, ты, наверное, шутишь.

Ники с сестрой сидели в уютном уличном кафе в центре города. Они решили немного перекусить перед тем, как завершить субботний поход по магазинам. В центре сегодня было шумно и празднично, отовсюду лились звуки рождественских гимнов.

Мередит только что ошеломила Ники, заявив, что собирается подарить ей на Рождество контактные линзы. И вот сейчас, протестуя, Ники разглядывала свою сестру. Даже на девятом месяце беременности Мередит была чудо как хороша, со светло-русыми волосами до плеч и огромными голубыми глазами на овальном, правильной формы лице. Сегодня на ней было элегантное шерстяное платье цвета морской волны.

Ники отметила, что приближающееся материнство не изменило кипучую натуру Мередит. Доев салат, она заговорщически подмигнула Ники.

— Я договорилась с офтальмологом на следующую неделю, во время обеденного перерыва, и просто настаиваю, чтобы ты поехала. Если не будешь затягивать, то получишь линзы уже к сочельнику, перед встречей с Джейсоном.

— Миа, я пробовала носить линзы, когда была подростком, они меня просто бесили.

— С тех пор их сильно усовершенствовали, — возразила Мередит. — Я хочу, чтобы ты попробовала мягкие линзы, такие, как у меня. Если и они будут тебя раздражать — ну что же, значит, не судьба. Но ты просто обязана надеть линзы еще раз. Не годится продолжать прятать твои прекрасные карие глаза. Ты никогда не давала себе труда подчеркнуть свои достоинства.

Ники пристально посмотрела на сестру своими «прекрасными» глазами.

— Хорошо, если ты так настаиваешь, я схожу к офтальмологу. Хотя ты прекрасно знаешь, что во мне нет ничего прекрасного. Ты одна в нашей семье красавица, вся в отца. А мы с Маком, нашим младшеньким, были последними в той очереди, где раздавали красоту, как и наша мама.

Мередит укоризненно посмотрела на младшую сестру.

— Ники, зачем ты продолжаешь упорно твердить, что некрасива? На самом деле ты очень даже симпатичная. Иначе как бы тебе удалось подцепить Джейсона?

Ники нахмурилась, помешивая кусочки льда в чашке с чаем.

— Я сама не знаю, как мне это удалось.

— Ты когда-нибудь задумывалась над тем, что многое в жизни гораздо сложнее для таких людей, как Джейсон и я? — продолжала Мередит. — Возможно, мы привлекательнее других, но это постоянно заставляет нас думать, не является ли наша внешность единственным, что интересует окружающих.

— Джейсон говорил мне то же самое, — буркнула Ники.

— Это на самом деле так. И раз ты не умопомрачительная красотка, Ники, одно это должно убедить тебя в том, что ему нужна ты сама.

Лицо Ники по-прежнему выражало беспокойство.

— Я думаю, в определенной степени Джейсон женился на мне из-за своих традиционных взглядов.

— Что ты имеешь в виду?

Слегка поколебавшись, Ники призналась:

— Я была девушкой, когда мы встретились. Вероятно, ему показалась заманчивой старомодная идея женитьбы на девушке, которая досталась ему невинной. Во всяком случае, он всегда бесится от одной мысли, что я могу быть с другим мужчиной. И это при том, что сам постоянно окружен женщинами.

— Ты считаешь, он ревнует только потому, что был у тебя первым?

— Не уверена. — Вздохнув, Ники откинулась на спинку стула. — Честно говоря, Мередит, я запуталась во всем, что у нас сейчас происходит, и особенно в том, что касается секса.

— Так ты все еще спишь с ним? — ухмыльнулась Мередит.

Ники раздраженно махнула рукой.

— Ну что ты постоянно меня об этом выспрашиваешь? Хотя чему я удивляюсь — в нашей семье ты всегда была сущим чертенком.

— А ты всегда была пуританкой в этих вопросах. — Мередит с хитрым видом сморщила нос. — Ну так спишь или нет?

— Нет! По крайней мере не сейчас, — вжавшись в стул, уточнила Ники. Глядя, как удивленно распахнулись глаза Мередит, она откашлялась и торопливо продолжила: — Видишь ли, сначала мне надо решить для себя нечто важное. Однако это становится все больше похожим на игру в кошки-мышки, когда мы остаемся наедине.

— Мужчины так примитивно устроены, — усмехнулась Мередит.

— Еще бы! — согласилась Ники. — Ты знаешь, иногда мне кажется, что Джейсон хочет вернуть меня главным образом потому, что наша сексуальная жизнь была просто замечательной, — призналась она после паузы.

— Вряд ли это единственная причина, — посерьезнев, возразила Мередит. — Конечно, секс для мужчин очень важен, но как бы хороша ни была физическая сторона дела, это не главное, что создает семью. Просто мужчины относятся к сексу не так, как мы. Они чувствуют себя очень уязвимыми и теряют голову, когда мы их отталкиваем. Главная проблема как раз в том, что ты сказала: мы, женщины, хотим сначала все расставить по местам, а мужчины полагают, что все можно решить в постели. Они руководствуются правилом» «Дорогая, пойдем в постельку, а потом все обсудим».

Ники прыснула.

— Ричард тоже такой?

— Да, конечно, хотя в последнее время он по большей части лишь мой преданный слушатель. — Сестры дружно расхохотались, и Мередит подмигнула Ники. — И все-таки, чего ты добиваешься, малыш?

— Я сама толком не знаю. Просто хочу быть уверена… то есть хочу точно знать, что ему нужна я сама. Мередит медленно покачала головой.

— Ты действительно не веришь ему? Ники подняла глаза и жалобно сказала:

— Миа, ты же знаешь, что произошло тогда в больнице девять месяцев назад, когда я почувствовала запах духов Трейси, и…

— Итак, все дело в том, что какая-то цыпочка пыталась его соблазнить, а ты распсиховалась, — подвела итог Мередит. — Что вполне объяснимо в подобных обстоятельствах.

Наклонившись, она коснулась руки сестры.

— Послушай, малыш, даже если мужчина убийственно хорош собой, это вовсе не значит, что он Казанова.

— Ты имеешь в виду, такой мужчина, как наш отец? — с горечью уточнила Ники.

— Ах, вот в чем дело! — Мередит погрозила Ники пальцем. — До того как ты встретила Джейсона, ты считала, что мужчине можно доверять не больше, чем мартовскому коту. Но ты ошибаешься.

— Наверное, ты права, — не могла не признать Ники.

— Но ведь это несправедливо — обвинять во всем Джейсона из-за нашего отца.

Ники кивнула, вспомнив слова Джейсона, сказанные им Стефани несколько дней назад.

— Хотела бы я, чтобы все так просто объяснялось. Какие новости об отце?

Мередит повертела в руках бумажный стаканчик и неуверенно посмотрела на младшую сестру.

— Я как раз хотела тебе сказать… Мама планирует собрать всю семью весной, на крещение нашего малыша, если все будет хорошо. И… она хочет пригласить папу и его жену из Калифорнии.

— Не может быть!

Мередит кивнула.

— И это после того ада, через который он заставил ее пройти, уйдя от нас к этой пустышке? — возмутилась Ники.

— Ники, Сандра не пустышка.

Ники вздохнула.

— Хорошо, допустим. И все-таки это она разрушила брак наших родителей.

— Дорогая, мы не знаем, что говорил Сандре отец о своей семье, когда они познакомились, и что на самом деле происходило между отцом и мамой, — рассудительно заметила Мередит. — Я не пытаюсь защищать его как мужчину, но как отец он выполнил свои обязательства, дав нам возможность получить хорошее образование. — Сочувственно посмотрев на Ники, она добавила: — Я знаю, ты все еще злишься на него. Тебе не кажется, что пора похоронить старые обиды?

— Говори только за себя. — Ники воинственно вздернула подбородок. — Я поражена, что мама вообще обсуждала вопрос о его приглашении на крестины.

— Жизнь коротка. Может быть, мама устала от этой враждебности. В конце концов, человек имеет право видеть своего внука.

Ники пожала плечами.

— В том, что ты говоришь, есть здравый смысл. Кстати, мы забыли, зачем сюда пришли. А я, между прочим, собираюсь купить для моего будущего племянника или племянницы такой роскошный подарок, какой только смогу найти. Думаю, пора заняться этим побыстрее, если мы не хотим переутомить будущую маму.

— Я действительно стала очень уставать в последнее время, — призналась Мередит.

— Тогда пойдем, пока покупатели окончательно все не заполонили.

* * *

Ники сдержала данное сестре слово — сходила к глазному врачу — и теперь привыкала к новым линзам. Мередит оказалась права: мягкие линзы были намного удобнее тех, что она носила раньше. Уже через день она перестала замечать их. Гораздо труднее было привыкнуть к своему новому отражению в зеркале — оттуда смотрел совершенно другой человек, ничего общего с ученой дамой, какой она выглядела еще недавно. И тут Мередит не ошиблась — Ники стала по-настоящему симпатичной. И то, что теперь на улицах на нее смотрело гораздо больше представителей противоположного пола, только усилило ее благоприятное впечатление от своей новой внешности.

Она не виделась с Джейсоном до самого сочельника. В то утро Ники оделась особенно тщательно, выбрав белые шерстяные брюки и ярко-розовый пушистый свитер. Джейсон приехал в полдесятого и, увидев жену, не сумел скрыть восторга.

— Вот это да! Ты похожа на новогоднюю елку. Очки не забыла?

Ники покачала головой и, в свою очередь, восхитилась тем, как он прекрасно смотрится в темных брюках и кожаной куртке. Она поняла, что скучала по мужу все эти дни и очень рада сейчас его видеть.

— Мередит настояла, чтобы я приняла от нее в подарок на Рождество контактные линзы.

— И ты сейчас с ними?

— Да. Как тебе?

Джейсон улыбнулся и шутливо щелкнул ее по носу.

— Не уверен, что мне это нравится. Ты выглядишь слишком симпатичной.

— Симпатичной. Именно так сказала Мередит.

— И это на самом деле так. — Он угрожающе нахмурился. — Я не уверен, что готов отпустить тебя свободно разгуливать по улицам теперь, когда ты выглядишь так соблазнительно.

Ники засмеялась и шагнула к вешалке.

— Может быть, поэтому ты на мне женился.

— Что значит — «поэтому»?

— Ты типичный собственник и предпочел иметь жену, которая не привлекает внимания слишком большого количества мужчин, — обернувшись к нему с пальто в руках, объяснила она.

Помогая жене одеться, Джейсон с упреком посмотрел на нее.

— Ты считаешь, что раньше была не такой желанной?

— Ну, может быть, ты так не думал, но…

— Ники, — нетерпеливо перебил он и взял ее за плечи, — ну когда ты прекратишь этот дурацкий самоанализ и дашь мне наконец возможность сказать, что я на самом деле чувствую?

Она прикусила нижнюю губу.

— Ну вот, ты уже разозлился. Хватит спорить. Если мы хотим сделать рождественские покупки, то стоит поторопиться, пока улицы не забиты транспортом, или я не права?

— Права.

Он взял ее сумочку, и они быстро вышли навстречу прохладному, чистому утру.

— Мой отец был таким, — тихо сказала Ники, когда они сели в машину.

— Каким?

— Он всегда приглядывал за мамой. Я даже думаю, что он нарочно женился на девушке с непримечательной внешностью, чтобы избежать конкуренции со стороны других мужчин.

— Ники, мне очень жаль, — искренне посочувствовал Джейсон.

— Мередит сообщила, что мама планирует пригласить отца и его жену на крестины ребенка весной, — продолжала Ники.

— По-твоему, это опасно? — осторожно поинтересовался он.

— Да, — призналась она. — Мои отношения с отцом осложнились после того, как он нас оставил.

Джейсон молчал, задумчиво хмурясь, пока автомобиль катил по заполненным транспортом улицам.

— Я никогда не следил за тобой, Ники, — произнес он наконец. — Ты поступала так, как считала нужным.

Она взглянула на него сквозь неожиданно подступившие слезы.

— Я знаю.

Все еще хмурясь, Джейсон припарковал машину на стоянке возле магазина. В Ники накопилось столько боли, что иногда он чувствовал себя бессильным. Очевидно, отец причинил ей много страданий, так же как и он сам за время их совместной жизни. Сейчас Джейсон сожалел о своих поступках. Но ведь он изменился. Действительно изменился. Когда она наконец поверит в это?

Глава 9

Когда в десять утра Ники и Джейсон приехали в «Галерею», там было еще не слишком много народу. Они, держась за руки, спускались от бокового подиума к центру, восхищаясь каскадами крошечных белых огней, бежавших вниз из-под самого купола здания, а внизу, в центральной части зала, расположился каток, на котором кружились танцоры. Каждый магазин был украшен гирляндами и новогодними елками, в каждом проходе звучал рождественский гимн.

Прежде всего они зашли в магазин Джейсона, где уже толпились покупатели. Пока муж беседовал с менеджером, Ники развлекалась, любуясь хромированными манекенами, затейливо наряженными в комбинезоны, черные колготки и темные очки. Поглядывая на мужчин, занятых разговором, Ники улыбнулась. Она поняла, чего стоило Джейсону высвободить для нее этот сочельник, столь важный для него рабочий день. Мысль о том, как он стремился к этому, вызвала у Ники прилив нежности к мужу.

Джейсон вернулся к ней, и они прошли к прилавку. Ники помогла подобрать серый жакет для горничной Джейсона. Продавщица, упаковывая подарок «для самого мистера Стеллара», смущенно улыбалась и вся раскраснелась. Откуда-то появились еще две сотрудницы и, неловко переминаясь с ноги на ногу, наблюдали на расстоянии, как шеф разговаривал с девушкой, пока та мучилась с лентами на подарке, неожиданно превратившимися для нее в настоящее испытание. В общем, появление Джейсона произвело подлинный фурор среди преимущественно женского персонала магазина, и муж предложил Ники завершить покупки где-нибудь в другом месте.

— Мне показалось, что ты чувствовал себя не совсем уютно в этом цветнике, — прокомментировала Ники.

— А как бы ты чувствовала себя на моем месте? — проворчал он в ответ.

Ники рассмеялась, но внезапно почувствовала, что жалеет Джейсона. Женщины стекались к нему отовсюду, как фанатки к рок-звезде, этим процессом было невозможно управлять. И она не знала, сможет ли смириться с этим и доверять мужу.

— Похоже, у тебя будет сегодня много покупателей, — заметила Ники, когда они вышли.

Джейсон с довольным видом кивнул.

— Я говорил вчера с Эдом Симпсоном, моим бухгалтером, он полагает, что сегодняшний день будет лучшим в смысле продаж.

— Это здорово!

— Хьюстон — отличный рынок, — подтвердил он с усмешкой.

Они шли по торговым рядам «Галереи», делая покупки. Джейсон помог Ники выбрать презенты для ее семьи — салями и сырное ассорти для матери и Стива, комплект белья для Мередит, которой он скоро понадобится в больнице, бутылку дорогого виски для Ричарда и подарки для брата Мака и его семейства. Джейсон ничего не покупал, сказав, что подарки матери и тетушке уже отправил почтой. Ники почувствовала себя виноватой, поняв, что ему не с кем встречать Рождество.

В отделе игрушек, выбирая подарки для племянников, они задержались, чтобы понаблюдать, как малыши выстраиваются в очередь сфотографироваться с Сайта-Клаусом.

Джейсон шутливо подтолкнул Ники вперед.

— Загадай рождественское желание.

— Ты с ума сошел!

— А что такого? Мне бы понравился твой снимок на коленях у Сайта-Клауса, — заявил он, ослепляя ее чарующей улыбкой и ямочками на щеках. Потом обнял за талию и, устрашающе шевеля бровями, добавил: — Однако если подумать, то у меня на коленях ты мне понравишься гораздо больше.

Ники заулыбалась, глядя, как очередной кроха с трудом взбирается на колено рождественского деда.

— Чего ты желаешь, Ники? — прошептал Джейсон ей на ухо, обдавая висок теплым дыханием. — Хочешь, купим много-много петушков на палочках и увезем домой?

Ее глаза встретились с его долгим нежным взглядом, и она быстро отвернулась, чтобы скрыть заблестевшие на ресницах слезинки. Она не осмелилась признаться, какое желание только что загадала Сайта-Клаусу — чтобы у них с Джейсоном все получилось.

Они взяли по бутерброду, полюбовались скользящими по льду фигуристами и отправились домой к Джейсону, где он собирался приготовить рождественский обед.

Квартира располагалась на двадцатом этаже роскошной высотки на Постоук. Войдя через внушительные двойные двери, Ники остановилась у стены, пока Джейсон вешал их куртки в шкаф в прихожей. Она поняла, что пока не готова вновь оказаться в его доме.

В элегантной гостиной все было так, как ей запомнилось, — серое ковровое покрытие на полу, черный кожаный диван и стулья, книжные шкафы из орехового дерева, отделанный мрамором камин и неяркое освещение. Джейсон нарядил маленькую елку, которая вместе с рождественскими открытками на каминной полке создавала праздничное настроение. Здесь, в этом доме, они с Джейсоном жили вместе как муж и жена.

В прошлое Рождество они были здесь счастливы. Не было никаких мучений и страданий. Только сейчас Ники поняла, как тосковала по лучшим временам их совместной жизни.

Казалось, Джейсон почувствовал, что она переживает — он подошел и положил руки ей на плечи.

— Вспоминаешь?

— Я очень давно здесь не была, — сказала она. Он наклонился и быстро поцеловал ее.

— Слишком давно. — Они неловко помолчали, глядя друг на друга. — Ну что, поможешь мне?

— Конечно.

На кухне Джейсон достал для Ники бутылку кока-колы, и вся ее помощь свелась к тому, чтобы следить за его манипуляциями с приправами, потягивая колу. Он всегда замечательно готовил, с удовольствием вспомнила Ники. Приподнявшись на цыпочки, она через его плечо видела, как он нарезает сельдерей и грибы. Рукава темно-синей рубашки были закатаны, и Ники наслаждалась легким изяществом движений рук мужа. От него исходил знакомый восхитительный аромат. Глядя на мягкий блеск светлых мужских волос, она едва сдерживала желание сейчас же поцеловать упрямый завиток на его шее.

Она совсем было поддалась этому соблазну, как вдруг Джейсон резко отложил нож и обернулся к ней с улыбкой.

— А это кто у нас тут? Подпольный гурман?

Она рассмеялась и завизжала, потому что в этот момент Джейсон поднял ее и усадил на кухонный стол напротив себя.

— Ну что, Мальчик-с-пальчик, отсюда тебе будет видно гораздо лучше, — поддразнил он.

— Ах ты негодяй! — Она попыталась слезть, но Джейсон помешал, сунув ей в рот креветку. За креветкой последовали грецкий орех и несколько свежих ягод клюквы.

— Ой, какая вкуснятина, — с полным ртом промямлила Ники.

— Это я тебя откармливаю перед тем, как подать на стол, — пошутил он, и его ладонь коварно скользнула вверх по ее ноге и дальше под свитер.

Ники поймала его руку.

— Джейсон!

Но он снова закрыл ей рот креветкой, за которой на этот раз последовал поцелуй. Ники не знала, жевать или целоваться, — и то и другое было одинаково приятно.

Неожиданно она ощутила его уверенную руку на застежке своих брюк.

— Ну хватит, Ромео, — задыхаясь, она оттолкнула руку мужа. — Пора этой птичке в духовку. Ты же сам говорил, что приправы теряют вкус и аромат, если их передержать.

Джейсон усмехнулся и снова занялся индейкой, насвистывая рождественскую песенку. Ники продолжала наблюдать за точными движениями его опытных рук, за игрой света на чертах его божественно красивого лица. С каждым мгновением она все больше поддавалась чарам его привлекательности. И когда наконец он отправил их будущее яство в духовку, то сам стал для нее яством на этот вечер. Еле сдерживая стон, она смотрела, как он нагибается, чтобы поместить блюдо в печь, и натянувшаяся ткань брюк плотно облегает его крепкие ягодицы. Она попыталась отвлечься, разглядывая кухню, но от этого лишь острее почувствовала ностальгию. Вот этот набор посуды им подарила на свадьбу тетя Джейсона, а вот эти прихватки для кастрюль покупала она сама. Это был их дом. Место, где они хоть и недолго, но любили друг друга. И сейчас они все еще женаты, стоит только…

— Так, — Джейсон установил таймер и вернулся к Ники, отряхивая руки, — с этим делом мы покончили. Пока индейка готовится, можно развести огонь в камине и посмотреть фильм. Как ты на это смотришь, мой Мальчик-с-пальчик?

Ники ткнула его кулачком.

— Еще раз назовешь меня Мальчиком-с-пальчиком, будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Он лишь усмехнулся в ответ и, легко отведя ее руку в сторону, мягко опустил на пол. Она скользнула вниз по его груди, и какое-то время они стояли, прижавшись друг к другу. Глядя на мужа снизу вверх, Ники заметила влекущий зов его глаз. Во рту у нее пересохло. Она почувствовала, как он возбужден и как возбуждена она сама.

— Ты сказал — посмотрим фильм? — задыхающимся шепотом переспросила она.

— И разведем огонь в камине, — многозначительно добавил он, касаясь пальцем кончика ее носа.

Ники кивнула и резко развернулась, направляясь в гостиную. Джейсон, смеясь, последовал за ней.

Пока он суетился у камина, Ники свернулась калачиком в уголке дивана. Она была заворожена красотой его тела и любовалась им, пока он разжигал поленья. И этот чувственный, неотразимый мужчина хочет ее, просит провести с ним Рождество. Что у нее не в порядке с головой, почему она сопротивляется? Зачем так упорно цепляется за свои сомнения? Ведь за последние недели Джейсон проявил новые черты своего характера — это был заботливый мужчина, преданный ей и готовый сделать все, чтобы сохранить их брак. Ну почему она не может просто поверить, как те малыши сегодня в супермаркете, что доверчиво прижимались к Санта-Клаусу?

Дразнящий аромат сосновых поленьев наполнил комнату. Джейсон поставил видеокассету, подошел к дивану и уселся в противоположном углу. Отблески огня играли в его глазах, когда он, улыбаясь, спросил:

— Ты так и собираешься обниматься с подушками или все-таки обнимешь меня?

— Джейсон… — Ники словно растаяла. Она попыталась переползти к нему, но его руки оказались проворнее — приподняв жену, он усадил ее к себе на колени и поцеловал. Из динамиков полилась музыка, Джейсон, взяв пульт, уменьшил звук, но к этому моменту Ники уже отвлеклась, узнав титры любимого фильма.

Какое-то время они, тесно прижавшись друг к другу, не отрывались от экрана. Но задолго до того, как главные герои начали совершать свои подвиги, Ники уже сгорала от желания. Джейсон прижался губами к ее губам. Отчаянное биение сердца отдавалось у нее в висках и заглушало звуки фильма. Она поняла, что из всех средств обольщения, которые мог придумать Джейсон, самым сильным для нее было просто находиться здесь. Ники словно качалась на волнах, пока язык Джейсона ласкал ее рот, потом его властные руки потянули за свитер, и она оказалась под ним, с пылающими щеками, почти обнаженная, прежде чем даже попыталась возразить.

— Как ты красива, — произнес он восхищенно, гладя ее волосы.

— Джейсон, я не…

— Ты невероятно красива, — не дал он ей договорить, — с этим отсветом живого пламени в твоих глубоких глазах и на волосах.

— О, Джейсон…

Он взял в ладони ее лицо и прижался губами к ее рту. Ники застонала, растворяясь в магии поцелуя. Его тело, такое сильное, близкое и родное, откровенно готовое любить ее, вихрем подняло в ней болезненный приступ желания.

Пока Джейсон расстегивал ее лифчик, она потянулась к пуговицам его рубашки.

— Ты такой красивый, — пролепетала она, касаясь пальцами его груди. — Я не могла отвести от тебя глаз на кухне.

— Я заметил это, — улыбаясь краешком губ, отозвался он и начал покусывать мочку ее уха, шею и плечо.

Приподнявшись, он жадно посмотрел на ее грудь, сжав в ладонях. Заметив, как Ники откинула голову и вздрогнула от удовольствия, Джейсон улыбнулся.

— Я уже говорил, что я в восторге от твоей груди? — спросил он тихим, чуть хриплым голосом.

— Кажется, упоминал об этом в приступе страсти, — выдохнула она.

— Мне ужасно нравится, как соски морщатся под моим языком, — прошептал он и тут же продемонстрировал это, ловко удержав жену от падения с дивана. — Но это еще не все, — продолжал он, прокладывая дорожку поцелуев вниз к животу. — Я ужасно люблю все твое маленькое милое тело.

Ники запустила руки в его волосы и глубоко вздохнула:

— Джейсон, мы что, собираемся…

— Разве мы оба не этого хотим? — В его голосе не было никаких сомнений.

О да, подумала Ники. Да. Она извивалась так, словно под ней был целый муравейник, и Джейсону пришлось приложить немалые усилия, чтобы освободить ее от брюк. И тут на кухне сработал таймер.

— Черт! — Джейсон поднял голову. — Надо перевернуть индейку.

Ники засмеялась:

— Спасена таймером.

— Спорим, что нет? — прорычал он в ответ.

Когда он вышел, Ники почувствовала, что вся дрожит. Быстро натянув лифчик и свитер, она плюхнулась в ближайшее кресло.

Через секунду в дверях появился Джейсон. Ники судорожно сглотнула, окинув его взглядом — без рубашки, лохматый, с расстегнутым поясом и горящими от желания глазами. Боже, он никогда еще не был так неотразим!

Гневное недоумение исказило его черты, когда он заметил ее в кресле.

— Боже, только не это, — зловеще произнес он.

Ники не смогла удержать озорную усмешку. В два счета Джейсон преодолел разделявшее их пространство, и отчаянная попытка Ники спастись ни к чему не привела. Смеясь, он схватил ее, приподнял и бросил на диван.

Через несколько мгновений лифчик и свитер вновь оказались на полу, а Ники, издав продолжительный стон, перестала пытаться вернуть себе эти предметы туалета, совершенно лишние, пока они с Джейсоном целовались и ласкали друг друга на диване. Однако индейка вновь напомнила о себе, раз за разом заставляя повторять убийственный ритуал: поцелуи, ласки, прерывистое дыхание… — и звонок таймера. Процесс обольщения в перерывах между приготовлением еды.

— Я решительно собираюсь дать этой птичке умереть в собственном соку, — проворчал Джейсон, поднимаясь в ответ на очередной звонок.

— Ну нет, — промурлыкала Ники. — Ты ведь так гордишься своим кулинарным талантом.

— И талантом любовника, — лукаво добавил он.

К тому времени, как обед был готов, оба пребывали в полубессознательном состоянии от возбуждения. Когда они сели за стол, украшенный свечами, чтобы съесть наконец эту злосчастную индейку, Ники едва удерживалась, чтобы не упасть со стула.

— Как замечательно, — промолвила она, мечтая, чтобы на месте индейки оказался Джейсон.

В свою очередь, он на протяжении всей трапезы просто пожирал ее глазами.

За кофе, к которому был подан тыквенный пирог, Джейсон вручил жене маленькую коробочку, обернутую нарядной фольгой.

— Веселого Рождества, Ники, — нежно произнес он.

— Спасибо, — поблагодарила она, освобождая от фольги бархатный футляр. — А мой подарок тебе у меня дома. Мы его возьмем, когда ты меня отвезешь.

— Конечно. Ну открывай же скорей.

Она откинула крышку и ахнула. Внутри лежал бриллиантовый браслет в золотой оправе.

— Джейсон! — воскликнула Ники.

— Тише, надень-ка лучше скорей, — попросил он с улыбкой, потом достал браслет, щелкнул изящной застежкой на ее запястье, нагнулся к ней и быстро поцеловал в губы.

— Дорогая, почему бы нам не прогуляться по вечернему городу, посмотреть на рождественские огни?

— Конечно, замечательная идея, — стараясь скрыть разочарование, отозвалась Ники.

— Тогда иди одевайся, я тут сам уберу, — предложил он.

— Конечно.

Она подошла к шкафу за курткой, открыла дверцу и, опешив, едва удержалась на ногах — из шкафа на нее вывалился огромный белый плюшевый мишка.

— Джейсон, помоги! — закричала Ники.

Пока она отчаянно боролась с медведем, Джейсон стоял за ее спиной и смеялся от души. Она исхитрилась повернуться и увидела совсем рядом его лицо, озаренное восхищенной улыбкой.

— Я подумал, что тебе захочется на Рождество чего-нибудь необычного, и выбрал этого медвежонка, — объяснил он. — Я же помню, как ты любишь мягкие игрушки.

— Господи, я же помню, его тут не было, когда мы пришли!

— Я знаю. Я притащил его сюда, пока ты мыла руки перед обедом, — хмыкнул он.

Ники изумленно разглядывала большой красный бант на шее медведя, мощную грудь и округлый животик.

— Он такой симпатичный. — Она улыбнулась. — Но ужасно большой! Что мне с ним делать?

— Напряги воображение, — пожал плечами муж. — Уж если мне нельзя спать с тобой, может быть, он меня заменит.

Ники покраснела.

— Не думаю, что мне понравится этот толстячок. Кажется, мы собирались посмотреть на рождественские огни?

Продолжая смеяться, они натянули куртки и вышли, таща за собой громадного медведя, усадили его на заднее сиденье машины, а сами устроились впереди.

— Чувствую себя так глупо, — призналась Ники оборачиваясь. — Я должна была догадаться, что если ты когда-нибудь подаришь мне плюшевого медведя, это будет настоящий гигант. Звездный медведь.

Джейсон рассмеялся.

— Звездный медведь… Послушай, мне нравится, как это звучит.

Он направил машину к одному из деловых кварталов в северо-западной части Хьюстона. И хотя Ники и Джейсон слышали, что художники изрядно потрудились там над рождественскими декорациями, встретившее их море огней и украшений превзошло все ожидания. Даже транспортные пробки не раздражали — можно было разглядывать огни на ветвях деревьев, домах и газонах.

— Это просто чудо! — то и дело восклицала Ники. — Так здорово, что ты предложил сюда приехать.

— Никогда не видел ничего подобного, — согласился Джейсон.

Ники казалось, что они стали участниками какого-то волшебства, в том числе и медведь на заднем сиденье.

Движение окончательно застопорилось, и Джейсон предложил оставить машину и пройтись пешком по улице, оформленной в рождественском стиле. Ночной воздух был свеж и прохладен, тысячи звезд мерцали в небе над ними. Ники подумала, что никогда еще они не были так счастливы. В большинстве домов, мимо которых они проходили, были раздвинуты шторы, в каждом окне сверкала новогодняя елка, и сердце Ники переполнилось картинами семейного единения и любви.

Когда они дошли до диорамы, изображавшей Сайта-Клауса, спускающегося в дымоход, Джейсон спросил:

— Что ты загадала сегодня утром в магазине?

— А почему ты думаешь, что я загадала желание? — удивилась Ники.

— Я прочел это в твоих глазах. Так загадала или нет?

— Да. — Она неожиданно смутилась. — Может быть, я скажу тебе позже.

— Ну хоть намекни сейчас.

— Ты этого хочешь?

Он потащил ее к лавочке под деревом, на котором мерцали крошечные белые огни, и, обняв за плечи, серьезно спросил:

— Почему, ты думаешь, я женился на тебе, Ники?

Она прикусила губу, совершенно не готовая к подобному вопросу.

— Мне кажется, я до сих пор этого не понимаю, — честно призналась она.

— Но у тебя есть какие-то соображения по данному поводу? Я уже слышал многие из них, тогда, на побережье, и потом.

— Например?

— Например, что я считаю тебя надежным деловым партнером, что я хотел поступить с тобой честно, что я женился на женщине, за которую мне ни с кем не придется соревноваться.

— И что? Все они не имеют под собой оснований? — с легкой грустью поинтересовалась она.

Какое-то время он молчал.

— Посмотри на это буйство света и красок. Это выглядит по-настоящему здорово. Очень «звездно», как ты говоришь. А теперь подумай, сколько усилий вложено во все это, сколько душевных переживаний и тяжелого труда скрывают за собой эти декорации. Подумай, сколько энергии требуется, чтобы все это работало и двигалось каждую ночь.

— Звучит впечатляюще. Но какое это имеет отношение к нам?

Он посмотрел на нее сверху вниз и продолжил со всей страстью, на какую только был способен:

— А вот какое, Ники. Ты — моя энергия, основа моего бытия. Ты скрепляешь все в моей жизни, ты заставляешь меня сиять. Я не хочу никаких Стефани Стеллар. Посмотри правде в глаза — два «звездных соблазна» просто испепелят друг друга.

Слова мужа тронули Ники. Она робко улыбнулась.

— Это я-то — основа? Ха…

— Да, ты — основа всего. Без тебя моя жизнь пуста.

— Джейсон…

Он привлек ее к себе и поцеловал. Огни, мерцавшие у них над головами, не могли сравниться с жаром их сердец. Они долго сидели так, не размыкая губ, пока из проезжавшего мимо автомобиля не раздались одобрительные крики и свист подростков. Ники и Джейсон рассмеялись и разжали объятия.

К концу прогулки холод усилился, но всю обратную дорогу Ники горела, словно в лихорадке. Глядя на мужа, сидящего рядом, она понимала — за последние несколько недель ее снова соблазнили. Она опять влюбилась. Слова Джейсона разрушили последние преграды. Она любила его и изо всех сил пыталась удержаться, чтобы не кинуться ему на грудь прямо сейчас.

Вскоре автомобиль остановился у ее дома. Со смехом преодолев вместе с медведем короткий подъем по лестнице, Ники у двери торжественно объявила:

— А теперь ты должен войти и получить свой рождественский подарок. — Внезапно занервничав, она добавила: — И поднять тост за Рождество, — но тут же торопливо поправилась: — Ой, извини, я совсем забыла — ты больше не пьешь. Знаешь, а ты действительно очень изменился за это время, Джейсон.

Его глаза радостно блеснули.

— Приятно слышать. — Он нежно прижал ее к себе. — Мне не нужно вино, Ники, ты — мой рождественский тост, ты слаще любого шампанского.

— О, Джейсон…

От его слов сердце чуть не выпрыгнуло из ее груди. Он снова нагнулся и приник к ее губам долгим, жадным поцелуем.

— А сейчас скажи, что ты загадала сегодня? — прошептал он.

В этот момент Ники поняла: только правда, и ничего, кроме правды.

— Я загадала, чтобы у нас с тобой все получилось, — едва слышно произнесла она.

— Любовь моя…

Теперь уже Ники поцеловала Джейсона, вложив в поцелуй всю свою душу. Он взял у нее ключи и открыл дверь. Через мгновение все трое, включая медведя, ввалились в прихожую.

Смеясь, Ники потянулась к выключателю.

Джейсон остановил ее руку.

— Не надо, не включай свет, — попросил он, щелкнув задвижкой замка и заключая жену в объятия. — Все еще надеешься ускользнуть от меня, дорогая?

Они стояли, прижавшись друг к другу, не в силах скрыть желание. Слезы душили Ники.

— Я не хочу ускользать. Я хочу тебя, Джейсон. Сейчас же.

— Любимая, вот он я.

Не говоря больше ни слова, он стремительно повлек ее в небольшую нишу у окна, так что у Ники закружилась голова. Приподняв, он усадил ее на подоконник между фикусом и папоротником и начал жадно целовать.

Сердце Ники забилось в бешеном ритме. Она поняла, что Джейсон собирается овладеть ею прямо здесь. Ну конечно, она ведь сама сказала — «сейчас же». Мысль об этом, словно фейерверк, пронеслась у нее в мозгу и вызвала приступ плотского желания.

Словно совершая что-то запретное, Джейсон раздевал ее прямо у окна, через которое лился поток лунного света. Ники надеялась, что с улицы вряд ли кто-то сможет их рассмотреть сквозь толстое неровное стекло.

— Восхитительно, — пробормотал он, приникая к ее груди.

Ники задыхалась от возбуждения и жадно прижималась к его горячему рту. Казалось, они целую вечность не любили друг друга, и внезапно она почувствовала, что не может больше ждать ни секунды. Она рванула с Джейсона рубашку — пуговицы посыпались на пол — и принялась неистово ласкать его обнаженный мускулистый торс. Торопливые мужские пальцы скользнули вниз, проникая в теплую влажную щель под трусиками, и Джейсон застонал. Она почувствовала, что легкий шелк больше не является преградой, а затем его рот…

— Джейсон, я сейчас упаду… — она едва дышала. Он лишь засмеялся.

— А что, это мысль, дорогая. — Он просунул руку между ее бедер, властно лаская ее пальцами, не отрывая рта от соблазнительного тела. Возбуждение стало таким сильным, что в голове у Ники зазвенело. Она попыталась высвободиться, но добилась лишь того, что пальцы Джейсона проникли еще глубже, его губы и язык неутомимо продолжали дарить ей нежные ласки.

Приближение экстаза затмило все ее чувства.

— Джейсон!

Он все понял и в одно мгновение поднялся над ней. Она нетерпеливо расстегнула брюки и вытянула вперед руку, поглаживая и лаская. У нее перехватило дыхание, когда она ощутила его твердую плоть.

— Джейсон, сейчас, пожалуйста, — всхлипнула Ники, пытаясь стянуть с него все, что мешало.

Он поднял ее над собой и начал медленно опускать на свое готовое к бою орудие. Дюйм за дюймом, мгновение за мгновением… Она сходила с ума от этой сладкой муки, впиваясь ногтями в его спину и плечи.

— Полегче, дорогая, — шутливо попросил Джейсон, наслаждаясь ее нетерпением. — Потерпи немного, и ты получишь все, чего желаешь.

И он выполнил обещание. Прижав Ники к стеклу, он решительно овладел ею. Она вскрикивала в едином ритме с его движениями — он делал все просто великолепно, потом обхватила его ногами за талию, со всей нежностью и страстью готовая принять его в себя. Выгибаясь, она стремилась попасть в такт толчкам Джейсона, концентрируясь на нарастающем в ней напряжении, овладевающем всем ее существом. Шепча слова любви, она торопила Джейсона, пока не почувствовала, как ее сотрясает его экстаз. В этот момент собственный оргазм затопил ее, пальцы разжались, и Ники услышала его довольный стон.

Постепенно их дыхание становилось ровнее, они стояли, нежно целуя друг друга.

— Все хорошо? — спросил Джейсон.

— О, да, — прошептала Ники.

Усмехнувшись, он поставил ее на пол и, накинув на ее плечи свою рубашку, включил свет.

Она зажмурилась на свету и ойкнула, только теперь увидев его. Он стоял весь в помаде, полурасстегнутые брюки сползли на бедра.

Нагнувшись и поправив цветок, который они чуть не уронили, Джейсон язвительно прокомментировал:

— Любовь на тумбочке.

— Страсть в цветах, — смеясь, поправила она. — Мы забыли о твоем подарке.

— Ничего подобного.

Она вздрогнула — от входной двери ощутимо сквозило.

— Хочешь, я сварю какао или еще что-нибудь горячее? Я обещала напоить тебя…

— Эй, да ты вся дрожишь, — перебил он. — Почему бы нам просто не залезть в горячую ванну? О какао подумаем потом.

На ее губах появилась лукавая усмешка.

— Ты собираешься изнасиловать меня в ванне?

— А ты как думаешь? — Джейсон нахально потерся о нее.

Они быстро поднялись наверх, смеясь и срывая друг с друга остатки одежды.

* * *

Где-то посреди этой наполненной страстью ночи Ники наконец вспомнила об обещанном подарке. Не долго думая Джейсон напялил преподнесенный ею стильный кожаный пиджак и в одних трусах, с глуповатой улыбкой продефилировал по комнате. Ники разразилась громким смехом и закричала: «Снимай немедленно!», что он и проделал с большим удовольствием.

И еще она вдруг вспомнила, что они совсем не предохранялись. Словно прочитав ее мысли, Джейсон подошел к шкафу, и она в изумлении увидела, что он роется в ее шкатулке.

— Ромео, уж не собираешься ли ты искать презервативы среди моих драгоценностей? — воскликнула Ники.

Джейсон вернулся и надел на ее палец обручальное кольцо.

— Это все, что должно быть на тебе, когда ты занимаешься со мной любовью, — сказал он нежно, и Ники заплакала, обняв его.

Кольцо так и осталось единственным, что было на ней до самого конца этой волшебной ночи.

Глава 10

В Рождество Ники проснулась в полдень от телефонного звонка. Она подскочила и только тут поняла, что ее надежно удерживают руки Джейсона. Телефон вновь зазвонил, и, пытаясь до него дотянуться, она натолкнулась на огромное туловище Звездного медведя. Огромный плюшевый зверь был накануне по общему согласию втиснут между ней и тумбочкой. Ники вспыхнула, вспомнив, как Джейсон притащил его среди ночи и пошутил, что теперь для разнообразия можно заняться любовью втроем.

Телефон зазвонил в третий раз. На сей раз она умудрилась дотянуться и снять трубку.

— Алло?

— Ники, где ты пропадаешь? — послышался в трубке нетерпеливый голос Мередит. — Мы все уже давно у мамы, и рождественский обед почти готов.

Ники удрученно взглянула на часы.

— О Боже, Миа, прости! — Она торопливо пригладила волосы. — Я проспала.

— Да уж догадываюсь. Давай быстренько одевайся и сразу к нам, поняла?

— Конечно, Миа, я быстро. Только скажи маме, пусть не задерживает обед из-за меня.

— Даже не надейся, без тебя за стол никто не сядет. Ты же знаешь, как это важно для мамы. Ники вздохнула.

— Хорошо, до встречи. Извинись за меня перед мамой, и — веселого Рождества!

— И тебе веселого Рождества, малыш! Поторапливайся.

Ники положила трубку и, обернувшись, поймала взгляд Джейсона. Он лежал, опершись на руку, и внимательно наблюдал за ней. От одного его вида у Ники учащенно забилось сердце. Она попыталась улыбнуться.

— С добрым утром. Веселого Рождества!

— С добрым утром. И тебе веселого Рождества! — ответил он.

Джейсон уложил ее на подушку и поцеловал, пробежавшись кончиками пальцев по ее обнаженной груди. Поняв, что она почти готова вновь погрузиться с ним в пучину секса, Ники слегка оттолкнула мужа.

— Джейсон, это была моя сестра.

— Я догадался, — усмехнулся он.

Чувствуя себя очень несчастной, Ники призналась:

— Мне надо ехать. Мама задерживает из-за меня рождественский обед.

— Ну да, конечно, — сдержанно отозвался он и резко откатился в сторону. — Тебе надо торопиться.

Проклиная все на свете, Ники вылезла из постели. Между ног слегка саднило, когда она потянулась за одеждой. Заметное расслабление во всем теле и жаркий взгляд Джейсона, которым он проводил ее до ванной, напомнили, как лихорадочно и жадно они любили друг друга этой ночью.

Торопливо идя после душа к шкафу за нижним бельем, Ники все еще ощущала на себе взгляд Джейсона. Они одевались в напряженном молчании. Ей хотелось хоть немного собраться с мыслями, определить, что делать дальше, объяснить ему все. Она понимала, что теперешнее напряжение между ними возникло из-за того, что она не предложила ему поехать с ней. После нынешней ночи было бы просто предательством не позвать его с собой, хотя она пока не была готова объявить родственникам, да и себе признаться, что они с Джейсоном снова вместе.

Ники почувствовала облегчение, когда он вышел из комнаты. Пока его не было, она торопливо закончила одеваться, натянув черную юбку и красный свитер. Джейсон быстро вернулся, уже в рубашке, но она оказалась расстегнутой. Пуговицы лежали на его ладони, он виновато улыбался.

— Малыш, я думаю, у нас проблема.

Ники не могла сдержать улыбку, глядя на несчастное выражение его лица и вспоминая, как сама же вчера в порыве страсти расправилась с этими пуговицами. И вот сейчас он стоял перед ней такой восхитительно виноватый, что ей хотелось все бросить и расцеловать его. Вместо этого она метнулась к ящику за швейным набором. Пока Ники подбирала нитку нужного цвета, Джейсон попытался убедить ее, что и сам справится, но она решительно отмела его возражения.

Так они и сидели рядом на кровати — она, торопливо пришивая пуговицы, и он, полуголый, наблюдая за ней. Его близость волновала и смущала ее, она постоянно колола себя иглой. Каждый раз, когда она болезненно вскрикивала, он целовал ее пораненный пальчик и просил:

— Не торопись, дорогая, все будет хорошо.

Глядя на сочувственное выражение его лица, Ники прикусила губу и едва сдерживала слезы. Он должен был бы злиться, что она вот так его бросает, а вместо этого он по-прежнему нежен и заботлив. Прерывисто вздохнув, она постаралась больше не отвлекаться, пока не закончила.

Наконец они полностью оделись.

— Джейсон… — начала она беспомощно. Он сунул бумажник в задний карман брюк.

— Позвонишь мне потом?

Он выглядел таким растерянным и вместе с тем совершенно не пытался давить на нее, что Ники не выдержала, бросилась к нему и крепко обняла.

— Поедем со мной к маме.

Его глаза радостно вспыхнули.

— Ты уверена?

Она кивнула.

— Рождество — это время, когда собирается семья. Без тебя этого не будет.

— Ники…

Она заметила на его глазах слезы, когда он торопливо поцеловал ее.

* * *

Уже через пятнадцать минут они в машине Джейсона мчались к дому Вивиан. На заднем сиденье громоздились подарки, которые Ники покупала для родственников, и она радовалась, что в последний момент успела добавить имя Джейсона к каждому поздравлению.

Разглядывая мужа, сидевшего рядом с ней, Ники улыбалась. Одноразовое лезвие, которое она нашла для него, явно не пришлось ему по душе, или он очень торопился: тонкая розовая царапина перечеркнула обычно безукоризненно ровную мужественную линию его подбородка. Из уважения к теще Джейсон даже не стал заезжать домой, чтобы принять душ и переодеться. Кроме того, он надел подарок Ники — новую кожаную куртку. И все-таки Ники была вынуждена признать, что в их облике было что-то, выдававшее причину опоздания, несмотря на то что они очень старались успеть.

Они торопились… Ники подумала: а не слишком ли она поторопилась заниматься с ним любовью вчера вечером? Или она просто потеряла рассудок? Что случилось с ее твердым убеждением не спать с Джейсоном до тех пор, пока она окончательно не убедится: они смогут жить в браке?

Рождество пришло, сокрушенно подумала она. Волшебство свершилось. Она снова полюбила его. Она пыталась просчитать разумом все наперед, но чувства подвели ее.

Мало того что она, отбросив все свои рассуждения, переспала с Джейсоном. Она сделала это трижды, нет, четырежды — и каждый раз не предохраняясь. И вот теперь она везла Джейсона в дом матери, на семейный праздник, где все определенно решат, что их соединение состоялось.

А разве нет? Ники посмотрела на обручальное кольцо, которое Джейсон надел ей прошлой ночью, на бриллиантовый браслет на своем запястье, все эти символы супружеского примирения. Но главное — Ники видела явные доказательства того, что Джейсон изменился. Хотя до сих пор у нее не было полной уверенности в том, что старые проблемы не вернутся, чтобы снова разрушить их отношения. Его пристрастие к выпивке, одержимость работой. Но больше всего Ники сомневалась в том, что сможет когда-нибудь полностью доверять ему в отношении других женщин.

Должна ли она верить его словам, прозвучавшим прошлой ночью под луной? Неужели ей суждено поддаваться «звездному соблазну» всю жизнь?

* * *

Сидя рядом с женой, Джейсон тоже ощущал беспокойство. Прошлая ночь оказалась для них раем, он чувствовал, как Ники была близка ему во всех смыслах. А когда они занимались любовью, он со всей определенностью понял: между ними больше нет преград. Он так радовался, что Ники позвала его сегодня с собой. Но кажется, ее страхи вновь возвращаются и встают между ними. Почему она гак легко подвергает сомнению их любовь? Почему не хочет поверить ему?

Она так непосредственно и открыто отдавалась ему в постели. Он едва сдержал стон, вспоминая, как они делали это уже почти на заре, — с каким желанием она обхватывала его ногами и принимала глубоко в себя. Она никогда не сдерживалась, когда они занимались любовью, и не позволяла делать это ему. Почему она не могла оставаться такой же открытой и доверчивой не в спальне?

Остановившись на светофоре, Джейсон стиснул руку жены и улыбнулся. «Дай нам шанс, Ники, — казалось, умоляли его глаза. — Пожалуйста, дай нам еще один шанс».

Сидя рядом с Джейсоном, Ники ответила на его пожатие и встретилась с ним взглядом. Несмотря на все свои сомнения, она моментально забылась от его нежной улыбки и умоляющего выражения глаз. Она так любит его, с болью подумала она. Она просто его любит…

* * *

Через несколько минут они подъехали к дому Вивиан Миллер. День выдался ясным и холодным, резкий ветер пригибал азалии, росшие у тротуара. Нагрузившись подарками, супруги взошли на крыльцо одноэтажного дома, построенного в колониальном стиле. Джейсон нажал кнопку звонка, а Ники заглянула в гостиную сквозь тонкие занавески. Она увидела огромную рождественскую елку, у основания которой громоздилось множество ярких пакетов с подарками.

Дверь открыл Стив Миллер, отчим Ники, высокий, немного неуклюжий мужчина с широкой улыбкой и громким голосом.

— Ники! — воскликнул он, обнимая падчерицу. — И Джейсон… Как здорово видеть вас снова вместе! Проходите же скорее, давайте я помогу занести эти коробки.

Они вошли в холл, и Ники окунулась в знакомую атмосферу дома и Рождества — хвойного аромата елки, восхитительных запахов горячего хлеба и индейки. Соблазнительнее всего пах горячий глинтвейн. Стив забрал у Ники коробки и прокричал:

— Вивиан, смотри-ка, кто к нам приехал!

Пока отчим раскладывал подарки под елкой, навстречу Ники выбежала с сияющими глазами мать. Вивиан Миллер казалась миниатюрной седеющей копией собственной дочери; сегодня, по случаю торжества, она надела праздничную длинную, до пола, юбку из зеленого бархата и шелковую кремовую блузку.

— Ники! И Джейсон! Какой приятный сюрприз!

— Веселого Рождества, мама! — Ники крепко обняла мать. — Извини, что мы опоздали.

Вивиан махнула рукой:

— Не огорчайся. Мы ужасно рады вас видеть.

— Веселого Рождества, — сказал Джейсон, нагибаясь и целуя тещу в щеку. — Надеюсь, я вас не стесню…

— Ну как ты можешь такое говорить! — возмутилась она. — Ты член нашей семьи. — Вивиан обняла обоих. — Я так рада, просто не могу выразить словами. Счастлива, что вы снова рядом, да еще в Рождество. Ну, давайте ваши куртки, и пойдемте выпьем чего-нибудь, чтобы согреться.

Вивиан отошла повесить их верхнюю одежду, а Джейсон направился в гостиную положить под елку остальные коробки. Вдруг Ники услышала два знакомых счастливых детских голоска:

— Тетя Ники, тетя Ники!

Она радостно обернулась и увидела вбежавших в комнату близнецов — Кевина и Девина, четырехлетних сыновей ее брата. Темноволосые, кареглазые, эти чудные мальчишки были сущими чертенятами.

Они бросились к тетке и обхватили с двух сторон, едва не сбив с ног.

— Санта-Клаус принес нам «Нинтендо»! — звонко крикнул Кевин, глаза его блестели от возбуждения.

— И большие машинки! — добавил Девин.

— А ты привезла нам подарки, тетя Ники? — лукаво улыбаясь, спросил Кевин.

— Конечно, — ответила она, ероша его волосы.

— А где твои очки, тетя? — удивился Девин, искоса поглядывая на нее.

Прежде чем Ники успела ответить, Кевин заметил у елки второго гостя.

— Дядя Джейсон! — закричал он, и близнецы, словно ракеты, накинулись на дядю с миллионом вопросов. Улыбаясь, Джейсон поднял мальчиков на руки и с серьезным видом начал отвечать.

Ники с улыбкой наблюдала за этой сценой, когда появился ее брат и воскликнул:

— Рад видеть тебя, малыш!

Она обернулась. Мак Смит был, как и она, невысок. Его темные волосы уже начали редеть на висках.

— Как давно мы не виделись! — Ники нежно обняла брата. — Как продвигаются твои дела в Далласе?

— Отлично. Меня недавно повысили — теперь я менеджер по закупкам в больнице.

— Прими мои поздравления. — Ники задорно ударила его кулачком в грудь.

Мак смущенно улыбнулся.

— Мое повышение как раз вовремя, спасибо Санта-Клаусу. Чтобы прокормить такую ораву, лишние деньги не помешают.

— Кстати, а где твоя жена и моя племяшка?

— Мириам переодевает Дженни. — Понизив голос, он доверительно добавил: — Приучение к туалету идет не так быстро, как планировалось.

Ники понимающе кивнула. Заметив в углу комнаты Джейсона с близнецами, Мак радостно взглянул на сестру.

— Вы снова вместе?

— Ну, не совсем, — поосторожничала Ники. — Но это длинная история.

— Ясно. — Мак посерьезнел. — Пойду поздороваюсь.

Мужчины обменялись приветствиями. Ники повернулась и у двери столкнулась с Мередит, одетой в просторное зеленое платье.

— Ты как раз вовремя, малыш!

Ники удивленно разглядывала сестру, поразившись, насколько вырос ее живот со времени, когда они виделись последний раз. Миа стала просто огромной, другого слова не подберешь. Было ясно, что роды совсем близко.

Ники шагнула вперед и осторожно обняла будущую маму.

— Вот это да! Выглядишь так, словно сейчас родишь. Ты уверена, что тебе еще можно ходить?

Мередит тряхнула длинными белокурыми волосами.

— Дорогая, поверь, на этой стадии трудно выбрать удобное положение.

Ники засмеялась, а Мередит принялась внимательно разглядывать ее.

— Твои линзы — просто чудо. Скажи, разве я была не права?

Ники кивнула:

— Конечно. Спасибо тебе.

— Не за что, дорогая.

В зале к ним присоединился Ричард, вручив сестрам по чашке горячего глинтвейна.

— Привет, Ники. Послушай, я постоянно твержу Мередит, что, если она постарается, мы сможем получить льготу по подоходному налогу уже в этом году.

Ники оценила шутку. Ей нравился муж Мередит. Далеко не красавец, Ричард был мил и обаятелен, а главное, обожал свою жену. И, как всякий налоговый инспектор, был человеком весьма приземленным и вечно советовал всем, как сэкономить на налогах. Ники прекрасно знала, что для него нет на свете ничего важнее благополучия жены и будущего ребенка.

В этот момент к ним присоединился Джейсон, поцеловал свояченицу в щеку и пожал руку Ричарду:

— Давно не виделись.

Мередит обернулась к сестре с нескрываемым любопытством:

— Вы опять вместе?

Ники почувствовала, что краснеет, когда все взоры обратились к ней. Надо было что-то отвечать, но тут Джейсон обнял ее за плечи, быстро поцеловал в губы и громко заявил:

— Да, конечно, вне всяких сомнений.

— Так вот почему вы опоздали. — Мередит подтолкнула сестру локтем в бок, хитро улыбаясь.

Румянец на щеках Ники стал еще ярче. Пока Ричард и Мередит осыпали их поздравлениями, она лихорадочно соображала, что сказать. Неужели заявить напрямик: «Знаете, хоть я и спала с Джейсоном, кидаясь на него всю прошлую ночь, как бешеная тигрица, я все еще не уверена в наших отношениях…»

Мередит заметила на ее запястье браслет с бриллиантами и присвистнула.

— Какие милые камушки, малыш.

— Джейсон подарил мне его на Рождество, — нехотя пояснила Ники.

— Я вижу, на тебе снова обручальное кольцо. — Мередит многозначительно посмотрела на мужа. — Все обстоит достаточно серьезно.

К ним подошла Вивиан. Вручая зятю чашку с глинтвейном, она тем самым спасла дочь, сгладив напряженность момента.

— Через минуту будет подан суп, — торжественно объявила она, снова направляясь на кухню.

После ухода тещи Джейсон обнял Ники за талию и подмигнул Мередит.

— А вместо десерта хорошо бы понаблюдать процедуру появления на свет наследника.

— Джейсон, вечно ты со своими гнусными шуточками, — обиделась Мередит.

— Какие еще шуточки? — Джейсон сделал вид, что оскорблен. — Не вижу ничего зазорного в родах. Дайте нам с Ники годик, и мы вам это докажем, — добавил он, привлекая жену к себе.

— Джейсон! — Замерев, она попыталась оттолкнуть его, но он не отпускал. Так они и пошли дальше бок о бок, продолжая болтать с Ричардом и Мередит.

* * *

Вивиан подала первое без особых церемоний, расставив на столе большие яркие красные и зеленые кружки с супом из моллюсков. Все семейство, поглощая превосходный суп, то и дело сновало на кухню за добавкой. Джейсон и Стив развели в камине огонь, а Ники помогала матери и сестре украсить праздничные блюда. К этому времени весь дом наполнился восхитительными ароматами.

Жена Мака, Мириам, крохотная симпатичная блондинка, привела на кухню двухгодовалую дочь Дженни. Малышка непрестанно носилась вокруг женщин, болтая без умолку.

— Ники, ты представить себе не можешь, как мы счастливы, что вы с Джейсоном снова вместе, — щебетала Мириам, нарезая хлеб.

— Аминь, — добавила с улыбкой Вивиан, отвернувшись от плиты.

Ники вымученно улыбнулась.

— Спасибо за добрые слова. Но надо, наверное, сказать — это всего лишь попытка воссоединения.

— Для меня это выглядит больше, чем попытка, — заметила Мириам, игриво подталкивая золовку. — Выглядит так, словно суд уже вынес приговор: «счастливы навеки».

— Счастливы навеки! — звонко повторила вбежавшая Дженни, тряся собранными в хвостик белокурыми локонами и пышной красной бархатной юбкой. Женщины разразились дружным смехом.

Ники все еще смеялась, когда вошел Джейсон и остановился позади нее, обняв обеими руками.

— Тебе помочь, дорогая? — спросил он, нежно касаясь губами мочки ее уха.

Мириам и Вивиан обменялись многозначительными взглядами, а Ники попыталась стряхнуть с себя неожиданную помеху.

— Джейсон, я не могу что-то делать, когда ты на мне так виснешь.

— Вообще-то мы уже все закончили, — просияв, заявила Вивиан.

Ники смущенно посмотрела на мать. Вивиан приняла сторону Джейсона, и Ники никак не могла понять почему. Ей казалось, что мама будет более осторожна с зятем после того, как побывала замужем за человеком, во многом похожем на Джейсона.

Джейсон прижал жену еще крепче к своей могучей груди. Смущенная, она попыталась вырваться.

— Можно вас на пару слов, сэр?

— Конечно, мэм, — с готовностью отозвался он.

— Джейсон, перестань, пожалуйста, смущать меня перед семьей, — заявила Ники, притащив мужа в кладовую, расположенную рядом с кухней, и закрыв дверь.

— Я тебя смущаю?

— И не надо изображать невинность, мистер. Это выглядит ужасно унизительно, когда ты так вертишь мной, не говоря уже о том, что ты сказал Ричарду и Мередит, будто мы снова вместе.

— А разве нет? — с вызовом спросил он, неожиданно посерьезнев.

Она стиснула руки и отвела взгляд.

— Я пока не готова делать такие заявления.

Джейсон прижал ее спиной к стене и, взяв ее за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

— Ты хочешь сказать, что принадлежишь мне лишь в постели? И только?

Чувствуя нарастающее возбуждение от его близости, Ники взмолилась:

— Джейсон, так нечестно! Я вовсе не это имела в виду…

— Ники, ты — моя жена, и пусть весь мир знает, что мне приятно прикасаться к тебе.

В доказательство своих слов он поцеловал ее, не обращая внимания на сопротивление, и властно взял в ладони ее грудь. Остальные ее протесты очень скоро растворились в стонах удовольствия.

Когда они вышли из кладовой, Ники раскраснелась, и все ее протесты были забыты.

* * *

Вскоре все собрались в столовой за огромным, застеленным льняной скатертью столом. Ники и Джейсон сидели рядом. Стив с Вивиан заняли места с обеих сторон, и Вивиан предложила младшей дочери произнести тост. Оглядевшись, Ники увидела десять пар глаз, нацеленных на нее, встретилась глазами с Джейсоном, и он, подмигнув, пожал ей руку. Неожиданно она забыла обо всех проблемах и просто порадовалась, что он рядом с ней в праздник Рождества. Ники поняла, что из всех людей, сидящих за столом, Джейсон для нее самый близкий. Эта мысль испугала и обрадовала ее, к горлу подступил комок, на глазах навернулись слезы.

Она чувствовала, что сейчас самое время объявить родственникам о том, что они с Джейсоном снова вместе. Она кашлянула, еще раз окинула всех взглядом и начала:

— Я хочу сказать, чтобы вы знали — мы с Джейсоном… В общем, мы решили все обсудить.

К ее ужасу, тут же сменившемуся восторгом, все захлопали, даже малютка Дженни. Ники была так взволнована этим вниманием, что не могла больше сказать ни слова и была весьма благодарна отчиму, который поднялся и выручил ее.

— Господи, благодарим тебя за то, что снова собрал вместе всю нашу семью… — начал Стив.

Джейсон и Ники обменялись особой, только им понятной улыбкой.

* * *

После обеда все собрались в гостиной за кофе, дети разворачивали подарки, которых не было под елкой утром. Мест на каждого не хватило, и углядев единственное свободное кресло, Джейсон взял жену за руку и предложил:

— Ники может посидеть у меня на коленях.

Послышались одобрительные смешки. Ники, смутившись, чопорно возразила:

— Я посижу на подлокотнике.

Она попыталась это сделать, но Джейсон ловко обхватил ее за талию и силой усадил к себе на колени, чем вызвал новый взрыв хохота у присутствующих.

Через несколько минут Ники с ужасом поняла, что Джейсон очень возбужден, она явно ощущала его эрекцию. Но главное — она почувствовала, что возбудилась сама.

Ей казалось, что она сойдет с ума, пока родственники были заняты бесконечным ритуалом разворачивания подарков. С каждой новой упаковкой ей становилось все хуже.

Однако глядя на счастливых племянников и племянницу, рвущих нарядную оберточную бумагу, она не могла отделаться от мысли, как ей самой хочется иметь ребенка — ребенка от Джейсона. Неожиданно Джейсон крепко обнял ее за талию, словно прочел эти тайные мысли.

* * *

Наконец настало время разъезжаться. Когда супруги оказались в машине наедине, Ники дала волю чувствам.

— Джейсон, никогда больше так не делай!

— Я чем-то тебя обидел? — с невинным видом спросил он.

— Ты вел себя просто оскорбительно! Сначала постоянно висел на мне…

— Но твои плечи, дорогая, просто чудесная подставка для моих рук. Идеально подходят по высоте.

— А потом ты умудрился возбудиться в присутствии шести взрослых членов семьи, трех маленьких детей и еще не родившегося младенца! — кипела она негодованием.

Джейсон громко расхохотался.

— Смотри не расплавься, милая. Ты единственная, кто заметил, что я возбужден, и ты единственная, кому это было интересно, если я не ошибаюсь.

— Я тебя сейчас задушу!

— Не задушишь. Почему бы просто не признаться, что причина, по которой ты злишься, заключается в том, что ты сама здорово возбудилась. — Продолжая улыбаться, он окинул ее откровенно сладострастным взглядом. — Не волнуйся, это заметил только я, и только меня это интересовало.

— Ты ужасно противный, когда разговариваешь вот так свысока.

Ники продолжала молча злиться, когда заметила, что они едут по узкой аллее парка. Джейсон свернул с дороги и остановил машину под ближайшим деревом. Она увидела в его взгляде желание немедленно овладеть ею, и у нее перехватило дыхание. Он привлек ее к себе и впился в губы. Протестующий возглас Ники исчез в этом жарком, уверенном поцелуе. Крепко сжимая дрожащее от страсти тело жены, Джейсон ласкал языком ее губы, и вскоре огонь желания охватил ее всю, до кончиков пальцев на ногах.

На мгновение она ухитрилась высвободить рот:

— Джейсон, я схожу с ума. Не смей так целовать меня. Не смей…

Он не дал ей договорить. На этот раз он усадил ее к себе на колени и, придерживая рукой голову, не выпускал ее губ из своих. В результате недолгой борьбы ее куртка расстегнулась, а юбка перекрутилась на талии. Грудь, прижатая к нему, налилась желанием, где-то внизу живота разливалась горячая жажда, которую надо было немедленно утолить. Внезапно весь гнев Ники куда-то улетучился. Джейсон прав — она была возбуждена, возбуждена до лихорадочного состояния, и злилась на себя за то, что не могла ему сопротивляться.

Джейсон оторвался от губ Ники и прижал ее к груди. Какое-то время они сидели, успокаивая дыхание и бешеный ритм сердец. Ники слышала далекое уханье совы и шум листвы над ними, создававшие романтический фон этой ночи.

— Все еще злишься на меня? — спросил Джейсон, гладя ее волосы.

— Ты просто невыносим, — ответила она.

— А другим я был бы тебе не нужен.

— Вероятно, ты прав, — вздохнула Ники.

— Сегодня все было замечательно, правда? Она повернулась к нему.

— Да. Для меня много значит, когда семья собирается вместе. Но самое большое счастье — наблюдать, как дети радуются рождественским чудесам.

Его лицо стало задумчивым.

— У меня никогда не было семьи в том смысле, как у тебя — братьев, сестер…

— Я знаю. — Она хотела добавить, что теперь она его семья, но слова замерли у нее на губах.

— Ты знаешь, у нас все это могло бы быть, — продолжал он, поглаживая ее грудь через свитер. — Дом, очаг, дети…

— Джейсон, ты снова меня соблазняешь, — дрожащим голосом возмутилась она.

— Я люблю тебя, Ники, — сказал он нежно.

Это оказалось простым и самым убедительным аргументом. Беспомощно всхлипнув, Ники поцеловала мужа. Его руки смело и настойчиво проникли под ее свитер, расстегивая лифчик. Она стонала и жадно целовала его, наслаждаясь тем, как он неторопливо и умело ласкает ее грудь.

Она сжимала его мускулистые плечи, покрывала поцелуями подбородок и, касаясь губами его шеи, нащупывала застежку на куртке. Джейсон расстегнул ее юбку и дотронулся до сокровенного места через белье и колготки. Ники изогнулась на его коленях, коротко вскрикнула, ударившись бедром о руль. Джейсон развернул ее и прижал спиной к себе, продолжая мучительно сладкие ласки. Через мгновение он нащупал рычаг сиденья, и они оба мягко опустились назад, в манящую темноту.

— Ники, потрогай меня, — шепнул он.

— Ты хочешь, чтобы нас тут арестовали? — проворчала она, но подчинилась, устраиваясь так, чтобы дотянуться до застежки. С жадным стоном она освободила его пенис и начала ласкать, ловко возбуждая движениями пальцев. Его пальцы проникли между ее бедер, Ники ахнула и качнулась вперед, страстно целуя его и стягивая прочь рубашку.

Джейсон усмехнулся.

— Дорогая, ты снова оборвала все пуговицы, которые только утром так заботливо пришивала.

Она наклонилась, вдыхая его запах, такой восхитительно знакомый и родной.

— Как ты думаешь, почему я пришивала их одинарной ниткой, а не двойной? Мне нравится, когда удовольствие всегда под рукой.

— Какие вы, женщины, коварные, — усмехнулся он и начал ласкать ее особенно изощренно, так что снова заставил вскрикнуть.

Они возбудили друг друга до крайней степени. Попытавшись снять с Ники трусики, Джейсон остановился и улыбнулся, поняв, что положение ее ног — по бокам от него — никак не позволит ему осуществить задуманное.

— Малыш, похоже, у нас тут техническая проблема.

— Кажется, раньше тебя никогда не останавливали технические проблемы, — напомнила она.

— Ты права. — Он осторожно опустил ее на себя. — Дорогая, милости просим на январскую распродажу женского белья, — пробормотал он и погрузился в нее до самого основания.

Ники едва не задохнулась в экстазе. Ощущать его так глубоко и плотно в себе было просто восхитительно.

— О, Джейсон!

Он слегка куснул ее за плечо.

— Как ты себя чувствуешь?

В ответ она задвигала бедрами:

— Замечательно.

Он поцеловал краешек ее губ и хрипло произнес:

— Я мечтал, что мы вот так займемся любовью, еще когда мы сидели с тобой сегодня в кресле. А ты?

Она дрожала, еще больше возбуждаясь при мысли, что они думали об одном и том же.

— Да.

— Я смотрел на твоих племянников и мечтал, что у нас с тобой будут дети. А ты?

Слезы покатились из ее глаз, и она тихо прошептала:

— Да.

— Ты знаешь, для меня так много значило прошлой ночью, что ты была готова рискнуть забеременеть, — продолжал он, целуя ее подбородок.

— Джейсон, ты бы не позволил мне…

— Я знаю тебя, если бы ты действительно не хотела… Но ты рискнула.

— Да, да! — Она отчаянно задыхалась. — Я и сейчас хочу рискнуть! Замолчи и люби меня!

Мольба, ясно слышимая в ее голосе, возбудила Джейсона настолько, что он, казалось, кончит в тот же миг. Он попытался сдержаться ради Ники, но быстро потерял над собой контроль, оставаясь во власти ее нетерпеливых движений. Джейсон достиг кульминации с невероятной силой, так что, когда схватил ее за бедра и прижал к себе в последнем порыве, она вскрикнула и, подавшись назад, надавила на сигнал. Раздался громкий звук. От неожиданности Ники замерла.

— Полегче, дорогая. — Джейсон нежно прижал ее к себе, наслаждаясь последними мгновениями их слияния. Когда они немного успокоились, он уютно устроил Ники на своей груди, продолжая в полной темноте целовать ее волосы и лицо. Она едва дышала и тихо вздрагивала, прижавшись к нему.

Вскоре она услышала его голос:

— Как ты себя чувствуешь?

— Как шкодливый подросток.

— Я слышал, что от такого может звенеть в ушах. Но чтобы автомобильный клаксон… Ты просто всех превзошла. Надо признать, что твой последний финт был для меня полной неожиданностью.

— Я заметила, — рассмеялась она. — И, честно говоря, удивляюсь, почему нас до сих пор не задержала охрана парка.

Джейсон огляделся.

— Сомневаюсь, что они что-то разглядели бы сквозь тонированные стекла. Кроме того, дорогая, не забывай про Рождество. Сегодня даже сторожа ведут себя как люди.

Она погладила его по руке и улыбнулась.

— Надеюсь, мы этим не ограничимся?

— А ты как думала? — с видом заправского мачо отозвался он.

— Тогда держи покрепче руль, иначе мы вообще не доберемся до дома.

* * *

Остаток выходных они провели вместе, ловя каждый момент, чтобы побыть наедине. Джейсон купил Ники новое белье, а она настояла на том, чтобы подарить ему рубашку. Она едва сдержалась, чтобы не расхохотаться, когда муж с серьезным видом потребовал от продавца найти в их эксклюзивной коллекции экземпляр с кнопками.

Рано утром в первый день нового года они крепко спали в городской квартире Ники, когда зазвонил телефон. Ники рывком сняла трубку и что-то пробормотала.

— Привет, тетушка! — услышала она ликующий голос Ричарда.

Ники так и подскочила.

— Миа родила!

— Вот именно. Здоровый малыш, семь с половиной фунтов, мальчик.

— От души поздравляю! Как Мередит?

— Прекрасно. Интересуется, где ее сестра.

— Мы скоро приедем.

Ники положила трубку и увидела, что Джейсон смотрит на нее.

— Миа родила мальчика, мать и сын чувствуют себя хорошо, — торжественно объявила она.

— Я очень рад, дорогая. Займись, пожалуйста, завтраком, а я подам к крыльцу экипаж.

Ники с улыбкой обняла мужа.

* * *

В больнице они сразу направились в палату новоиспеченной матери. Стив и Вивиан уже находились там.

— Ники, ты не поверишь! — сообщила Мередит с сияющим видом. — Наш ребенок родился первым в этом году!

— Миа, я так за тебя рада! — Ники порывисто обняла сестру. — Ты просто светишься счастьем.

Ричард продемонстрировал всем утренний выпуск местной газеты, где на первой странице красовалась фотография Мередит с ребенком.

Вскоре им разрешили спуститься в детскую. Ники с удовольствием разглядывала крошечного темноволосого племянника, малыш зевал и потягивался в своей корзинке. Она обернулась к Джейсону, который стоял у нее за спиной.

— Ты только посмотри, какой он маленький, милый и беспомощный. А какие у него волосики!

— Хочешь попробовать сделать такого же к следующему Новому году? — нежно спросил он, прижимаясь к ней щекой.

Ники еще раз посмотрела на ребенка, и снова комок подступил к горлу. Она не могла сдержаться, уютно прижалась к Джейсону и обхватила его за талию.

Глава 11

Следующие две недели Ники и Джейсон почти каждую ночь проводили в объятиях друг друга. И хотя они еще не решили окончательно съехаться, Ники просто не могла устоять перед его сексуальностью. В самом деле, во всем, что касалось физической стороны их отношений, она теряла над собой контроль. Она знала, что эмоционально все еще не принадлежит ему до конца, все еще боялась возвращения старых проблем, которые могли разрушить их отношения. Именно поэтому она пыталась пользоваться противозачаточными средствами, по крайней мере когда ей удавалось убедить Джейсона отпустить ее ненадолго в ванную. Но каждый раз, навещая Мередит и глядя на маленькое чудо — ее ребенка, Ники чувствовала, что соблазн слишком велик и ей не устоять.

Между тем сразу после Рождества произошли события, которые дали новую пищу ее сомнениям. И она и муж были заняты работой, поэтому больше нервничали. Ники не могла забыть, что именно такая обстановка послужила фоном для их разрыва.

Магазин в Галвестоне по мере приближения даты открытия отнимал все большую часть их жизни. Ники очень много свободного времени проводила, помогая Джейсону в подборе персонала и налаживании учета. Открытие именно этого заведения пугало ее несколько меньше, чем предыдущих, потому что Джейсон заранее определил его как «домашний», «провинциальный магазин». Этим он сильно отличался от всех других «звездных» проектов. Однако помощь требовала времени, что было непросто из-за увеличившейся нагрузки на основной работе Ники, и она не могла отделаться от дурацкого ощущения, что муж просто использует ее.

Ощущение переросло в уверенность в один далеко не прекрасный январский день. Джейсон пригласил Ники к себе, пообещав приготовить ужин, если она разберет елку.

Пока они раскладывали украшения по коробкам, Ники обратила внимание, что Джейсон необычно напряжен. Он долго бесцельно ходил по комнате и часто хмурился. Когда, разбив какую-то елочную игрушку, он громко выругался, Ники отложила гирлянду, которую складывала в этот момент, удивленно посмотрела на него и спросила, что случилось.

Джейсон со вздохом пересек комнату и сел рядом с женой на диван.

— Прости, что напугал тебя. — Он виновато улыбнулся. — Просто я издергался.

Она погладила его по щеке.

— Вижу. Так что случилось, что тебя беспокоит? Выкладывай.

— Это из-за магазина в Галвестоне, — вздохнул он. — Там в ходе реконструкции выявились проблемы с электропроводкой. Откуда-то протекла вода. Электрик утверждает, что вся система устарела и надо ее заменить.

— Боже, неужели кто-то забыл закрыть кран, принимая ванну?

Джейсон рассмеялся.

— Если бы все было так просто!.. На самом деле я пропал. — Он нервно комкал диванную подушку. — Помнишь, я рассказывал, что просил своего банкира об открытии новой кредитной линии? Дело в том, что расходы на новом объекте превышают мои накопления.

— Конечно, помню. Тебе пришлось попереживать, но ведь Сэм Уиттикер в конце концов утвердил смету.

— Да, но похоже, я крупно промахнулся.

— Каким образом?

Он вздохнул.

— Если помнишь, я собирался продавать в галвестонском магазине товары из новой коллекции спортивной одежды Генри Ламонта.

Ники улыбнулась.

— Я видела некоторые образцы в рекламных журналах. Очень впечатляет.

Он кивнул.

— Так вот, Ламонт готов согласиться, чтобы я стал его эксклюзивным дистрибьютором в регионе Хьюстон — Галвестон, но для подтверждения своих прав, мне надо выкупить большую партию на весьма приличную сумму.

— Резонно. В чем же проблема?

Он раздраженно махнул рукой.

— В том, что стоимость новой коллекции Ламонта по ошибке не вошла в сумму запрошенного кредита.

— Джейсон, но как это могло случиться?

Он сокрушенно покачал головой.

— Я и сам не понимаю. Мне кажется, произошла какая-то ошибка. Эд Симпсон клянется, что я не присылал ему расчетов по новой коллекции, а я отчетливо помню, что высылал.

— Насколько это серьезно? — нахмурилась Ники.

— Речь идет о шестизначной сумме. Теперь мы с Эдом не разговариваем, а Сэм Уиттикер отказывается увеличить кредит. Если бы я сумел убедить Сэма пойти мне навстречу и в этот раз! Иначе придется открывать магазин в Галвестоне полупустым или вообще не открывать. Ламонт готов начать отгрузку немедленно, как только я перечислю деньги.

— Не слишком ли ты размахнулся? — обеспокоенно поинтересовалась Ники. — Ты ведь и раньше работал с Сэмом, и он никогда не отказывал тебе в увеличении кредита.

— Дорогая, времена изменились, — со вздохом ответил Джейсон. — И ты лучше других знаешь, какой сейчас неудачный для нас инвестиционный климат. Я уверен, что магазин окупится очень скоро и проблем с возвратом кредита не возникнет, но боюсь, мне непросто будет преодолеть эту трудность.

Она положила ладонь на его руку.

— Хочешь, я поговорю с Сэмом Уиттикером?

— Господи, я боялся просить тебя об этом! — Джейсон смущенно улыбнулся. — Раньше у тебя так удачно получалось проводить с ним переговоры, помнишь?

— Я свяжусь с производителем и подберу кое-какие цифры, которые убедят Сэма в том, что успех более чем вероятен, — пообещала Ники.

— Это было бы просто здорово. Но я боюсь, что прошу слишком многого.

— Нет, все в порядке, — заверила она. — Надо же что-то делать, а если твой бухгалтер даже не разговаривает с тобой… — Она пожала плечами. — Кроме того, я тоже желаю успеха этому магазину.

— Ты слишком хороша, чтобы быть настоящей, — улыбнулся Джейсон и быстро поцеловал жену. — Ты действительно не против поговорить с Сэмом?

— Никаких проблем.

— Здорово! Спасибо, малыш.

После этого разговора он заметно расслабился и снова занялся елкой.

А Ники в задумчивости подошла к каминной полке и начала разбирать рождественские открытки, которые Джейсон там расставил. Конечно, она была счастлива помочь ему, но позволила втянуть себя в предприятие с магазином в Галвестоне гораздо больше, чем собиралась. И вот теперь муж ясно дал ей понять, что хотел бы вновь работать вместе. Ники не могла избавиться от чувства, что этим отчасти объясняется его настойчивое стремление вернуть ее.

Одна из открыток скользнула на пол, и Ники наклонилась поднять ее. Когда она пробежала глазами текст, ей показалось, будто ее только что окатили ледяной водой. Она всматривалась в злосчастную открытку, не в силах поверить своим глазам.

— Ники, что там такое?

Она резко обернулась и дрожащей рукой протянула Джейсону яркий прямоугольник.

— «Рада была пообщаться. С любовью, Трейси», — разъяренно процитировала она.

Он побелел как мел и молча уставился на открытку.

— Когда ты встречался с Трейси Райт? — потребовала ответа Ники.

— Встречался? — ошеломленно повторил Джейсон. — Я вообще с ней не встречался!

— Тогда откуда эта открытка?

Он нервным движением пригладил волосы, на его лице ясно читалось сознание вины.

— Ники, эта открытка здесь потому, что я всего лишь столкнулся с Трейси на рождественском приеме.

— Каком рождественском приеме?

— В агентстве, где она работает.

— Ты никогда не говорил мне об этом приеме, — упрекнула Ники.

Муж виновато отвел глаза.

— У тебя в тот день после обеда были важные дела, поэтому я взял с собой Стефани.

— Ты взял с собой Стефани? — Ей показалось, что она ослышалась.

Джейсон попытался защититься:

— Дорогая, клянусь тебе, это всего лишь бизнес. Мне нужно поддерживать отношения с этим агентством, я часто использую их девушек.

— Особенно Трейси, как я понимаю?

— Ники, ты несправедлива. — В его глазах появилась боль.

— Я несправедлива? — Она со злостью швырнула открытку. — Я нахожу в твоем доме любовную записку от разрушительницы нашего семейного очага, и после этого я же несправедлива?

Джейсон в отчаянии всплеснул руками и нервно заходил по комнате.

— Именно поэтому я тебе ничего не рассказал! Знал, что ты будешь так реагировать.

— Знал или просто не хотел портить себе удовольствие? — с издевкой уточнила она. — Скажи, ты хорошо развлекся с Трейси в тот вечер?

Он обернулся. Его глаза гневно сверкали.

— Хорошо, если ты настаиваешь, я отвечу. Трейси пыталась флиртовать со мной, как, впрочем, и со всеми мужчинами на том приеме. Я не обращал на нее внимания, Ники. Она для меня ничего не значит.

— Тогда зачем ты сохранил эту чертову открытку? — воскликнула она.

— Мне что, надо было обязательно ее сжечь? — возмутился он.

Они уставились друг на друга. Ники была слишком потрясена, чтобы сдерживать рыдания, рвущиеся из ее груди. Она схватила сумочку с журнального столика и бросилась к двери.

— Я ухожу.

Джейсон устремился за ней и схватил за руку.

— Ники, нет! Пожалуйста, не уходи, — взмолился он. — Этот прием ничего не значил для меня. И встреча с Трейси тоже. Черт побери, я и пары слов не сказал ей за весь вечер, можешь спросить у Стефани. Клянусь, это правда.

Она смотрела на него, обуреваемая смешанными чувствами.

— Ты даже не сказал мне, что был там и видел ее.

— Я знаю, что был не прав, прости. — Он со стоном прижал ее к себе. — Ники, Трейси давно в прошлом, я даже не использую ее в показах.

— Не используешь в показах? — с сомнением повторила она.

— Нет, говорю же тебе.

— Но эта открытка…

Он обхватил ее лицо ладонями.

— Я не вспомнил об этой чертовой открытке ни разу с того дня, как получил. Просто поставил на полку рядом с другими. — Джейсон пристально посмотрел в глаза жене. — Любимая, сделай я что-то постыдное, неужели я не попытался бы скрыть это от тебя, уничтожив улики?

— Ну, я думаю…

— Милая, когда ты научишься хоть чуть-чуть верить мне? — Не дождавшись ответа, Джейсон предложил: — Если хочешь, мы прямо сейчас позвоним Стефани.

Ники тяжело вздохнула.

— В этом нет необходимости, — раздраженно пробормотала она, подозревая, что Стефани не скажет ничего, что повредило бы Джейсону.

— Тогда, может быть, ты все-таки попытаешься мне поверить? — с нажимом спросил он. — В конце концов, я ведь не жалуюсь, но ты тогда провела полдня с двумя мужчинами из федерального казначейства.

— Ты не жалуешься? — Ники не поверила своим ушам. — Да ты готов стереть в порошок любого мужчину, который приближается ко мне на недозволенное, с твоей точки зрения, расстояние!

Он улыбнулся, продолжая держать ее за руку.

— Твоя взяла. Но согласись, доверие — это улица с двусторонним движением. Попробуй хоть немного доверять мне.

Она молчала.

— Ники?

— Хорошо, — неохотно уступила она. Джейсон издал тяжкий вздох, прижал ее к себе и поцеловал.

— Переезжай ко мне, любимая, — попросил он с надеждой.

Несмотря на то что они достигли хрупкого перемирия, к такому шагу Ники была еще не готова. Повернувшись к мужу, она твердо сказала:

— Джейсон, я должна чувствовать себя достаточно свободной, пока не решу окончательно, как мы будем жить дальше.

Поняв, что проиграл, он нехотя отпустил ее.

— Что ж, пусть будет так.

И снова вернулся к своей елке.

Ники же занялась рождественскими открытками.

— Что мне делать со всем этим? — спросила она.

— Выбросить, — пожал он плечами.

— Ты уверен?

Он ответил негодующим взглядом.

— Я хотела сказать, что там есть послание от твоей матери.

— Оставь только его, — улыбнулся он.

Ники отложила в сторону открытку от свекрови, затем собрала в кучу все остальные, включая ту, что прислала Трейси, и выбросила их в мешок для мусора. Как бы она хотела так же легко отбросить все свои сомнения!

Последние несколько недель она постоянно сомневалась, честен ли с ней муж. Бесконечные рассказы Джейсона о Стефани. Рождественская открытка от Трейси. Приглашение Стефани на прием. Отдельные факты как будто ничего не значили, но вместе складывались в зловещую картину. О Господи, неужели она допустила ужасную ошибку, вновь позволив Джейсону войти в ее жизнь?

* * *

Глядя на жену из противоположного угла комнаты, Джейсон почти физически ощущал, что сомнения Ники снова встали между ними и он не в силах что-либо изменить. Черт бы побрал эту Трейси! Он действительно не придал никакого значения ее присутствию на том приеме, как и открытке, которую вскоре получил. И вот теперь глупое недоразумение грозило разрушить его отношения с женой, едва начавшие налаживаться.

Но самое неприятное — он просил помощи у Ники буквально за минуту до того, как обнаружилась эта дурацкая открытка! Честно говоря, Джейсон и в самом деле был в большом финансовом затруднении в связи с магазином в Галвестоне и по достоинству оценил предложение жены помочь ему. Что она теперь подумает? То, что и раньше: он обманщик, использующий ее. В этом не было ни грана правды, но как ее разубедить? Неужели он потерпит неудачу сразу и в бизнесе, и в семейной жизни?

На следующий день Джейсон прислал Ники цветы. Она смотрела на две дюжины роз и размышляла, не являются ли они косвенным доказательством его вины.

Глава 12

Солнечным утром в конце января Ники и Джейсон отправились на машине в Галвестон. Ники чувствовала, что очень устала за эти дни. Они с Джейсоном сумели не поссориться после того злосчастного вечера, когда Ники обнаружила рождественскую открытку от Трейси Райт. По правде говоря, сомнения Ники отнюдь не рассеялись, и она, в глубине души ругая себя, все же продолжала спать с Джейсоном. Она часто думала, что ее неумение противостоять ему так же предсказуемо, как океанский прилив.

То, что они были чрезвычайно загружены работой, никак не помогало решить проблему. Открытие магазина планировалось только через две недели, но порой оба сомневались, смогут ли это сделать. Самое неприятное заключалось в том, что дополнительное финансирование на закупку товаров Ламонта до сих пор не получило подтверждения, хотя Ники добилась некоторых подвижек в данном вопросе. Однако эти усилия отвлекали ее от основных обязанностей, и порой она чувствовала, что буквально разрывается на части.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая? — спросил Джейсон, когда они повернули на Стрэнд.

— Немного устала, — призналась Ники.

— Надеюсь, ты не заразилась этим ужасным гриппом, который косит моих сотрудников во всех магазинах? — нахмурился он.

Ники поморщилась.

— В самом деле, Джейсон, мне кажется, я совершенно опустошена: у наших клиентов горячее время налоговых платежей, и еще надо помогать тебе с магазином.

— Ты просто святая, — кивнул он. — Есть какие-нибудь новости от Сэма Уиттикера?

Она покачала головой.

— Нет, но он обещал сообщить свое окончательное решение, как только я просчитаю рентабельность продаж товаров новой коллекции.

Джейсон вцепился в руль.

— Смотри не сглазь. В противном случае магазин будет выглядеть пустым при открытии — если мы вообще его откроем.

— Ты уже просчитал варианты на случай отказа Сэма?

Он нахмурился.

— Вероятно, я смогу сам покрыть стоимость необходимых закупок, но для этого придется продать все принадлежащие мне активы.

Ники присвистнула.

— Джейсон, давай пока не будем об этом думать. По крайней мере нам удалось практически завершить реконструкцию и утвердить необходимые изменения электропроводки и канализации.

Он махнул рукой.

— Да, но теперь мне надо будет зайти на собрание местного исторического общества на следующей неделе.

— Куда-куда? — переспросила Ники.

— Местные любители старины протестуют — якобы мы внесли изменения в оригинальный фасад здания. — Он поднял на нее усталый взгляд.

— То есть заменили старую прогнившую дверь?

— Да.

— Вот не было печали…

— Я рассуждаю так, — начал Джейсон. — Это, конечно, неприятность, хотя мы все сделали в рамках закона, а здание не входит в список местных достопримечательностей. Но надо все-таки встретиться с этими людьми и по возможности сгладить острые углы. В таком маленьком городке, как наш, вопрос связей с общественностью порой оказывается решающим.

Ники кивнула.

— Я уверена, что тебе удастся все уладить — местные жители будут рады созданию новых рабочих мест. А твой план использовать студенток из известных здешних семей вместо профессиональных моделей — просто гениальная мысль.

— Сотрудничество с общественностью очень важно, — согласился он.

Они погрузились в уютное молчание. Ники закрыла глаза и не заметила, как заснула, пока Джейсон легонько не коснулся ее руки.

— Отвезти тебя домой? — предложил он, с тревогой глядя на жену. — Ты могла бы там подремать.

— Не стоит, я нормально себя чувствую, — отказалась она, зевая. — И очень хочу посмотреть, что уже успели сделать рабочие в магазине.

— С тобой действительно все хорошо? — недоверчиво переспросил он.

— Ты просто не даешь мне возможности высыпаться по ночам, — съязвила она. Джейсон усмехнулся.

— Иногда я забываю, что кому-то может не хватать пятичасового сна, как мне. — Он наклонился и быстро поцеловал ее. — Не волнуйся, милая. Сегодня я дам тебе выспаться. Мы ляжем рано и заснем сразу, как только… м-м-м… закончим предварительные дела.

— Предварительные… — повторила Ники без энтузиазма. — Звучит так, будто я у тебя разогревающий игрок перед боксерским матчем.

Он потрепал ее по щеке и улыбнулся.

— Милая, ты — все десять раундов.

Они посмеялись, и он помог ей выйти из машины. Полквартала до магазина им пришлось преодолеть, двигаясь навстречу резкому, довольно холодному ветру, и Ники порадовалась, что надела сегодня костюм из плотной ткани и толстую куртку с высоким воротником.

Несмотря на это, она дрожала, и Джейсон обнял ее.

Подойдя к магазину, они остановились у входа.

— Нравится? — поинтересовался Джейсон, указывая на недавно выгравированную вывеску «Звездные соблазны».

— Выглядит прекрасно, — с наигранной бодростью ответила Ники.

Внутри стучали молотки и визжали дрели: рабочие оформляли витрины. Все пропиталось запахом краски и опилок. Ники, обычно находившая его приятным, сегодня с трудом могла дышать, да и сами запахи, казалось, были не такими, как обычно. Она попыталась отвлечься, рассматривая изменения в оформлении помещения и только что привезенные на хромированных стойках товары из весенней коллекции. Сейчас стойки были покрыты плотным пластиком, чтобы уберечь одежду, пока не закончены ремонтные работы. Коробки с другими товарами — косметикой, бижутерией и аксессуарами — были разложены тут и там: их распакуют непосредственно перед открытием.

Ники обернулась и посмотрела на мужа, который разглядывал представшую перед его глазами картину с довольной улыбкой. Казалось, он чувствовал себя как дома среди этого шума и суеты. Внезапно ощутив приступ безотчетной тоски, Ники подумала: совпадут ли когда-нибудь их жизненные устремления и ритмы? Вот сейчас, например, он был весь в напряжении, излучал энергию, а она едва волочила ноги.

— Я вижу, тут многое изменилось, — заметила она, пока они поднимались на второй этаж.

— Да, меня это радует, — отозвался он.

— Джейсон, Ники, доброе утро, — послышался бодрый голос, и из служебного помещения в задней части магазина появилась Беатрис Лэнгли. Беатрис была помощником менеджера в «Галерее», когда Джейсон предложил ей управлять новым заведением.

— Привет, Беатрис. Ну что, готова принять посетителей через две недели?

— Все будет в лучшем виде. Если только успеем получить к этому времени партию спортивной одежды.

— Я помню, — кивнул Джейсон, обнял жену за плечи и с гордостью уточнил: — Мы помним.

— Отлично! — радостно отозвалась Беатрис. — А сейчас пойдемте со мной, хочу показать вам пригласительные билеты, которые вчера привезли из типографии.

Супруги прошли в служебное помещение. Ники с горечью отметила, что большинство стоек все еще пусты, и поняла, что у Джейсона действительно не хватает денег, чтобы заполнить магазин товарами.

На маленьком столике лежали стопки пригласительных билетов в открытых коробках. Она взяла один и внимательно рассмотрела. Изящное объявление, напечатанное строгими черными буквами на мелованной серебристой бумаге, гласило: «Новые Звездные Соблазны в Галвестоне». Далее следовал перечень праздничных мероприятий, включая церемонию открытия с шампанским, и купон с правом на десятипроцентную скидку от стоимости любой первой покупки.

Ники взглянула на Беатрис.

— В типографии отлично потрудились.

— Да, — кивнула та. — Объявления в газетах появятся на следующей неделе. Кроме того, мы наняли подростков, они расклеят плакаты по городу.

— Мы хотели оставить большую часть приглашений непосредственно на день открытия и нанять людей для массовки, — напомнил Джейсон.

— Да, конечно, — согласилась Беатрис. — Открытие на Масленицу означает наплыв большого числа гостей. Мы готовим специальную коллекцию костюмов и надеемся, что она будет иметь успех. — Она обернулась к жене шефа. — Ники, ты какая-то тихая сегодня. С тобой все в порядке?

Джейсон обнял Ники за талию и ответил вместо нее:

— Боюсь, она подхватила грипп.

— Только не это! — Беатрис сочувственно коснулась ее руки.

— Думаю, я просто очень устала, — пояснила Ники. — Мы оба слишком загружены работой.

— Вполне вас понимаю, — откликнулась Беатрис.

— На всякий случай, если я вдруг и вправду заболела гриппом, постараюсь на вас поменьше дышать, — пошутила Ники.

Они дружно рассмеялись. В этот момент в помещение ворвалась стройная рыжеволосая девушка в очках.

— Здравствуйте, мистер Стеллар, миссис Стеллар и миссис Лэнгли.

Все повернулись к вошедшей.

— Привет, Стейси, — поздоровался Джейсон. — Какие новости?

Девушка вспыхнула от волнения.

— Миссис Лэнгли позвонила и сказала, что мое платье для показа моделей уже привезли.

— Действительно привезли, — подтвердила Беатрис, подходя к стойке в углу и доставая зеленое шелковое платье для коктейлей. — Извольте, юная леди.

— Bay! Это что-то! — восхищенно ахнула Стейси.

— Иди примерь, — скомандовала Беатрис, — чтобы мы посмотрели, не нужно ли что-нибудь поправить перед показом.

— Конечно, миссис Лэнгли.

Схватив платье, Стейси удалилась, а уже через несколько минут вновь вплыла в комнату. Она выглядела так прелестно, как только может выглядеть юная девушка перед первым выходом в свет.

— Оно мне в самый раз! — объявила она, кружась по комнате. — Мне действительно можно потом оставить его себе, мистер Стеллар?

— Конечно, — с довольным видом подтвердил Джейсон.

— Здорово!

— Не забудь, пожалуйста, о репетиции перед показом в следующую субботу и напомни подругам, — наставляла Беатрис.

— Конечно, миссис Лэнгли. — Стейси обернулась к Джейсону. — Вы позволите пока забрать платье домой, мистер Стеллар? Хочу показать маме и подругам.

— Разумеется, — улыбнулся Джейсон.

— Круто!

Ники покачала головой, наблюдая, как девушка выскользнула в душевую, чтобы снова переодеться.

— И откуда берется столько энергии?

Джейсон нежно обнял жену.

— Твоя энергия тоже вернется, дорогая, просто тебе надо немного отдохнуть.

Появился бригадир строителей, и они с Джейсоном отправились проверять витрины. Беатрис дала Стейси последние наставления, и та наконец ушла.

Ники потянулась и расправила плечи.

— С тобой все в порядке? — снова спросила Беатрис. — Ты выглядишь ужасно бледной, дорогая. — Она приложила ладонь ко лбу Ники. — Но температуры, похоже, нет.

— Что происходит? — встревожился вошедший Джейсон.

— Боюсь, твоя жена приболела, — сообщила Беатрис, не обращая внимания на протестующий взгляд Ники.

— Я так и думал. Сейчас же едем домой, тебе нужно немедленно лечь в постель, — объявил Джейсон, быстро подхватывая ее одежду.

Она было запротестовала, но Джейсон надел на нее куртку, быстро накинул свое пальто и потащил ее на улицу. От резкого ветра Ники едва не лишилась чувств, ее била неудержимая дрожь.

— Черт побери! — выругался Джейсон, снимая с себя пальто и набрасывая ей на плечи. — Почему ты не сказала, что так плохо себя чувствуешь?

— Джейсон, ты простудишься…

— Не беспокойся обо мне, лучше пойдем скорей.

Ники слишком обессилела, чтобы сопротивляться, и они заторопились к машине. Как только они оказались внутри, Джейсон включил обогрев на полную мощность. Тепло успокаивало и убаюкивало; Ники снова заснула и проспала всю дорогу. Казалось, прошло лишь несколько мгновений, когда рука Джейсона вновь легла на ее плечо. Ники открыла глаза.

— Пойдем, малыш, надо подняться наверх, — сказал он, подавая ей руку.

Он хотел поднять ее на руки, но не стал настаивать, когда она отказалась — просто посчитал лишним спорить с ней в ее нынешнем состоянии. Однако к тому моменту, как они вошли в дом, у Ники зуб на зуб не попадал от холода.

— Самое время поспать, — распорядился Джейсон, помогая жене раздеться. — Прыгай скорей под одеяло, а я пока приготовлю горячий суп.

Она кивнула и направилась в спальню, разделась и свернулась калачиком под одеялом.

Джейсон вошел с чашкой супа, но у Ники уже не было сил на еду. Движимый желанием поскорее согреть ее, он быстро разделся и, не снимая брюк, лег рядом, прижимая ее к себе.

Она прерывисто вздохнула и обвила его руками за шею, чувствуя, как восхитительное тепло охватывает ее тело. Джейсон поцеловал ее в лоб и прошептал:

— Если завтра тебе не станет лучше, поедем к врачу.

Ники вздрогнула. Упоминание о враче заставило ее признаться себе кое в чем.

Месячные задерживались, а сегодня утром ее тошнило.

В прошлую беременность у нее совсем не было утренней тошноты. Врач считал, что надо благодарить Господа — мало кому из женщин удается избежать этой неприятности.

Все сходится. Сочельник был самым благоприятным для зачатия периодом ее цикла.

Могло ли так случиться, что Джейсон подарил ей на Рождество нечто более значительное, чем бриллиантовый браслет и плюшевый мишка?

Глава 13

Подозрительный грипп Ники оказался классическим случаем «девятимесячного вируса».

— Вот что случается со здоровыми молодыми женщинами, которые вступают в половую связь, не заботясь о средствах контрацепции, — назидательно произнес врач в то памятное февральское утро.

Ники охватило чувство радости — судьба дает ей второй шанс иметь дитя, которого она так давно хотела. Вместе с тем она не могла не страшиться того, что у них с Джейсоном ничего не получится, или время для зачатия окажется неудачным, и ей снова придется снова пережить кошмар потери малыша.

— Вы уверены? — спросила она. Доктор Филлипс кивнул.

— Конечно, надо дождаться данных лабораторного анализа, но физические изменения, которые я наблюдаю, не оставляют никаких сомнений. — Он внимательно посмотрел ей в лицо. — Ты выглядишь встревоженной, Ники. Разве ты не рада беременности?

— Очень рада, — не задумываясь ответила она. — Просто боюсь, что могу опять потерять ребенка.

Он сплел пальцы и наклонился к ней:

— Я уже много раз объяснял тебе: то, что произошло в первый раз, — случайность, маленький процент вероятности самопроизвольного выкидыша, который чаще всего случается, если эмбрион дефектный, что в твоем случае подтвердилось лабораторно. Нет никаких причин думать, что нынешняя беременность закончится так же.

— А вдруг все закончится еще хуже? Например, меня уже сильно тошнит по утрам, а в прошлый раз этого не было.

Врач улыбнулся.

— Ники, на самом деле твоя тошнота — хороший признак. Мы часто наблюдаем у женщин в случае выкидышей отсутствие утренней тошноты. Это вовсе не значит, что ее отсутствие — плохой признак. Просто в твоем случае она является некоторой гарантией хорошего исхода.

— Понятно. — Ники немного успокоилась.

— Как у тебя дела с мужем? — продолжал расспросы доктор Филлипс. — Когда мы встречались в прошлый раз, вы жили раздельно. — Он сделал паузу и улыбнулся. — Хотя, очевидно, вы снова вместе, по крайней мере до некоторой степени.

Ники рассмеялась.

— Вы правы. — Она посерьезнела. — Последнее, до чего мы договорились, это попытка воссоединения, но вышло так, что мы снова оказались вместе как муж и жена. Хотя, по правде говоря, я до сих пор не уверена, что наш брак выдержит новое испытание.

Филлипс задумчиво нахмурился.

— Ты думала о том, как прошлогодняя потеря ребенка повлияла на твое решение о разрыве с Джейсоном? — Он взял со стола маленькую фотографию в бронзовой рамке, запечатлевшую его жену и сына. — Я не знаю, что еще может так успешно разрушить брак, как потеря ребенка.

— Джейсон тоже говорил об этом. Как вы думаете, ребенок мог бы укрепить наши отношения?

— Я думаю, это залечит многие ваши раны.

Ники кивнула, но ее лицо оставалось озабоченным. Она закусила губу, размышляя о новых проблемах.

— Что будет с моей работой?

— Не вижу причин ее оставлять. Хотя не стоит себя перегружать, в том числе и домашними делами. Тебе нужно полноценно отдыхать в течение всей беременности и побольше спать, особенно в первые месяцы.

— Я поговорю со своим начальником.

Врач дал Ники еще несколько рекомендаций относительно диеты и занятий спортом. Она поблагодарила его и уехала. Всю дорогу от клиники до офиса Джейсона она размышляла. Она не предупредила мужа о своем визите к врачу, но они договорились пообедать вместе, и надо было обдумать, делиться ли с ним этими новостями. В принципе у нее уже была одна хорошая новость. Как раз перед тем, как она выехала в клинику, ей позвонил Сэм Уиттикер и подтвердил, что готов увеличить кредитование проекта. Джейсон придет в восторг, хотя он уже смирился с мыслью распродать большую часть своих акций, чтобы начать отгрузку партии одежды от Ламонта. Теперь ему не придется ликвидировать свои личные активы. Когда она скажет ему о ребенке, он будет взволнован так же, как она. Но Ники понимала — Джейсон попытается использовать ее беременность, чтобы упрочить их отношения, и будет настаивать на переезде к нему — тогда они жили бы как настоящая семья. Беременность сильно меняла положение дел. Независимо от того, останутся ли они мужем и женой, они навсегда станут родителями. Если, конечно, она сумеет ребенка выносить. Несмотря на все заверения доктора Филлипса, Ники очень боялась, что семейные проблемы могут вновь повредить ее беременности, и ей меньше всего на свете хотелось повторения прошлого кошмара.

Она вспомнила, как все было, когда она забеременела год назад. Как только она сказала об этом Джейсону, он, охваченный амбициями, решил немедленно расширить бизнес и завершить эту работу ко времени рождения ребенка. Он постоянно пропадал в командировках, слишком много пил, и вокруг него все время вертелись красивые женщины.

Ники знала, что во второй раз не перенесет такой эмоциональной нагрузки. Она уже сейчас видела некоторые признаки прежних проблем в их отношениях. Например, лихорадочная деятельность Джейсона по открытию нового магазина Если она скажет ему сейчас о ребенке, можно ли рассчитывать на его чуткость и понимание? Или он вновь будет повторять пройденное и опять разрушит их брак?

В голове Ники крутились и другие неприятные мысли. В это воскресенье мать вновь собирала родственников в честь крестин сына Мередит, и должен был приехать из Калифорнии отец со своей женой. Ники боялась новой встречи с отцом и до сих не могла понять, почему мать пригласила их обоих.

Конечно, Джейсон тоже был приглашен. Узнай он о ребенке заранее, уже в воскресенье непременно выложит новость всей семье. А это будет означать, что… О Господи, Ники решительно не могла определиться, что ей делать. Ну почему все так запуталось?

* * *

Когда Ники вошла в офис Джейсона, ее крайне удивило опухшее, заплаканное лицо Стефани, совершенно забывшей о приличиях и о том, как должна выглядеть секретарь в приемной.

— Что случилось?

Казалось, девушка была очень обеспокоена и избегала встречаться глазами с Ники.

— Здравствуйте, миссис Стеллар. Доложить вашему супругу, что вы здесь?

— Да. Но все-таки что произошло?

— Думаю, вы все понимаете. Я увольняюсь.

— Почему?

— Вам лучше спросить об этом у мистера Стеллара. — Стефани потянулась к аппарату внутренней связи. — Мистер Стеллар, ваша жена в приемной. — Услышав его ответ, она обернулась к Ники: — Пожалуйста, миссис Стеллар.

Озадаченная, Ники вошла в кабинет мужа. Он стоял у окна спиной к ней, и в очертаниях его стройного, гибкого тела ощущалось напряжение. Ники тихо прикрыла дверь.

— Джейсон!

Он обернулся с натянутой улыбкой.

— Да, милая, здравствуй. — Он подошел к ней и поцеловал в щеку. — Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно.

— Есть новости?

На мгновение Ники растерялась.

— Какие новости?

— Сэм Уиттикер…

— Ах да, конечно. — Она попыталась улыбнуться. — Он звонил мне сегодня утром и подтвердил увеличение кредита.

Лицо Джейсона осветилось радостью.

— Как здорово! — Он подхватил жену и, кружа вокруг себя, крепко поцеловал. — Я знал, что у тебя получится! Малыш, ты просто гений!

Когда он опустил ее на пол, Ники нахмурилась.

— Джейсон, что случилось со Стефани?

Он поправил волосы.

— А, ты об этом.

— Да, именно.

— Боюсь, она уходит от нас.

— Увольняется? Почему?

Он печально вздохнул.

— Ты должна знать, у нас тут произошло что-то вроде стычки.

— Стычки? По какому поводу?

Джейсон начал расхаживать по комнате с непривычно смущенным выражением лица.

— Очевидно, она и правда была влюблена в меня какое-то время и знала от сотрудников, что у нас семейные проблемы. Как бы то ни было, сегодня утром она потребовала у меня ответа — действительно ли мы с тобой снова вместе. И когда я подтвердил, что это так, тут же сказала, что хочет уволиться.

— О Господи, Джейсон! Как ты мог позволить ей думать…

Он удивленно посмотрел на Ники.

— Милая, я никогда не давал Стефани повода, ни в малейшей степени!

Она закусила губу.

— Может быть. Но ты ничего не сказал ей о нашем примирении.

— Я уже объяснил тебе, почему считаю, что наши семейные дела не имеют никакого отношения к моей секретарше, — горячо возразил он.

— И все-таки ты, наверное, каким-то образом поощрял ее.

Он резко махнул рукой.

— Поощрял? Как ты можешь так говорить?

— Ты брал ее с собой на рождественский прием, — сурово напомнила Ники.

— Дорогая, это же только работа, — попытался защититься Джейсон.

— Только ли? — Она с обреченным видом пожала плечами. — Женщины на тебя так и вешаются.

— В этом есть моя вина?

— Я не знаю, Джейсон. Я просто не знаю.

Ники подошла к окну и постояла немного, разглядывая небо. Казалось, сейчас она потеряет самообладание.

Что она наделала? Она полюбила Джейсона снова, зачала от него ребенка. Неужели им суждено повторить прежние ошибки?

Джейсон приблизился к ней сзади и положил руки ей на плечи.

— Ники, почему ты не поверишь мне? Ты должна знать, что ты для меня — единственная женщина на свете.

Она промолчала, с трудом сдерживая слезы.

— Послушай, давай сходим куда-нибудь пообедаем. — Он нагнулся и поцеловал ее. — Кроме того, сегодня вечером я собираюсь потратить уйму времени на то, чтобы доказать, как много ты значишь для меня.

Ники напряглась и обернулась к мужу с выражением муки на лице.

— Джейсон, что касается сегодняшнего вечера… Я безумно перегружена на работе. Думаю, будет лучше не спать вместе в ближайшие несколько дней.

— Черт побери, Ники, почему ты придаешь значение таким пустякам? — сердито поинтересовался он.

— Я устала, Джейсон. Безумно устала. — По крайней мере это было чистой правдой.

Он вздохнул.

— Ты действительно выглядишь измотанной, дорогая, и почти все время не в себе с тех пор, как подцепила этот дурацкий вирус пару недель назад. Но почему мне кажется, будто я тебя теряю?

— Ты не теряешь меня, — успокоила она, беря его за руку. — Просто мне нужно побыть одной. Всего несколько дней.

— Хорошо, — нахмурившись, кивнул он. — Но при одном условии — ты обязательно поедешь со мной в Галвестон в ближайшие выходные.

— Конечно.

— Ты же помнишь, что открытие намечено на следующий вторник? Я не могу позволить, чтобы оно прошло без тебя. Если бы не ты, мы бы никогда не открыли этот магазин.

— Итак, — она напряженно улыбнулась, — я действительно нужна тебе на церемонии открытия?

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего особенного, — солгала она. Он недоверчиво посмотрел ей в глаза.

— Обещай, что не попытаешься увильнуть от поездки в Галвестон.

— Обещаю. — Закусив губу, она добавила: — Только не забудь, что мы должны вернуться в воскресенье на крестины сына Мередит и на общий семейный сбор, который планирует мама.

— Так вот в чем дело! — с видимым облегчением произнес Джейсон. — Ты волнуешься по поводу предстоящей встречи с отцом и его женой?

— Боюсь, это станет для меня испытанием, — призналась Ники.

— Но все-таки хочешь поехать к матери?

— Конечно. Мы не можем пропустить крестины.

Он кивнул.

— Как себя чувствуют Мередит и ребенок?

— Очень хорошо. Только Миа волнуется по поводу воскресного мероприятия.

— Ну что ж, мы обязательно будем там. — Протянув ей руку, он добавил: — Так как насчет обеда? Нам есть что отпраздновать сегодня.

— Конечно. — Ники с сожалением догадалась, что муж имеет в виду всего-навсего договор с банкиром.

Когда они проходили через приемную, Стефани как раз заканчивала собирать вещи. Они остановились у ее стола, и Стефани преданно посмотрела на Джейсона. Ники всем сердцем переживала за девушку. Она понимала, что должна была бы ревновать и сердиться, но вместо этого испытывала только сочувствие. В конце концов, ей уже пришлось испытать на себе, что такое невнимание и равнодушие Джейсона, и кто знает, может быть, придется пройти через это снова. Она хорошо понимала чувства женщины, которая безнадежно любит Джейсона Стеллара и боится, что эта любовь обречена.

Джейсон сдержанно улыбнулся.

— Стефани, подумайте еще раз. Вы прекрасный секретарь.

— Мне очень жаль, сэр, но я просто не могу, — твердо ответила она.

— Ну что ж, тогда желаю удачи.

Она кивнула, отведя глаза в сторону.

— Пришлите, пожалуйста, мой чек с окончательным расчетом на домашний адрес.

— Да, конечно. И приложу к нему рекомендательное письмо.

— Спасибо.

— Помочь вам с коробкой?

— Нет, спасибо, вы ведь собирались на обед.

Последние слова Стефани произнесла еле слышно, Джейсон в замешательстве посмотрел на девушку, затем молча взял жену за руку и решительно вывел из офиса. Пока они направлялись по коридору к лифту, Ники чувствовала в желудке неприятную пустоту и поняла, что обед впрок не пойдет.

Как она и предполагала, обед получился скомканным, разговор не клеился.

Она ничего не сказала мужу о ребенке.

Глава 14

В оставшиеся до конца недели дни они не виделись. Ники знала, что муж поглощен подготовкой к открытию магазина в Галвестоне, да и сама она была занята работой. Она поговорила со своим начальником о необходимости снять с нее часть нагрузки в связи с беременностью и легко получила согласие. Она услышала отличный отзыв о своей работе и заверение в том, что сможет и дальше продолжать работу в компании. Это порадовало Ники: можно не волноваться за будущее ребенка, она сможет его содержать, даже если не сложатся их отношения с Джейсоном.

После разговора с боссом Ники почувствовала себя виноватой, что до сих пор не сообщила мужу о своей беременности, и дала себе слово сделать это в ближайшие выходные.

В четверг у них состоялся короткий напряженный разговор, когда Джейсон заявил, что собирается ехать в Галвестон сразу после обеда в пятницу. Но Ники не могла освободиться так рано и вместо этого предложила встретиться в субботу утром.

* * *

День выдался холодным, хотя и солнечным. Супруги договорились встретиться в два часа. Когда Ники остановилась на площадке перед домом без четверти два, то увидела там «мерседес» мужа. Подняв воротник, чтобы защититься от холодного ветра, она быстро поднялась по лестнице и вбежала в гостиную. Тепло от весело потрескивающих в камине поленьев заструилось, согревая ее. Джейсон был здесь и разговаривал по телефону. Озабоченное выражение искажало черты его совершенного лица.

Заметив Ники, он улыбнулся, помахал ей рукой и произнес в трубку:

— Пока, Фрэнк. Моя жена приехала, я перезвоню тебе чуть позже.

Он повесил трубку, потянулся к Ники и поцеловал ее.

— Привет, дорогая.

— Привет. — Она обняла его.

— Давай повешу твое пальто.

— Спасибо.

Она подошла к камину согреть руки. Джейсон, присев рядом, умелыми движениями поправил поленья в камине.

— Ты выглядишь измученным, — заметила Ники. Он кивнул.

— По правде говоря, я сегодня просто извелся. Жуткий день! Только что разговаривал со службой доставки моего магазина в Галвестоне. До сих пор не получены платья для показа во время открытия, и похоже, что груз утерян.

— Не может быть! Это ужасно, Джейсон. С новым магазином одна проблема за другой.

— Похоже, они возникают сами собой, — вздохнул он.

— Я ценю, что ты все-таки смог вырваться, — сказала Ники с улыбкой.

Он обнял ее за талию и улыбнулся.

— Ни за какие сокровища в мире я бы не отказался от этой встречи. Как бы все ни перепуталось, ты для меня самое главное в жизни, так будет всегда.

И все-таки даже в его спокойных словах и улыбке Ники почувствовала старательно скрываемую от нее тревогу.

— Что еще произошло? — спросила она. Джейсон он отвел глаза в сторону.

— Так, извечные мелкие осложнения, неизбежные в последнюю минуту, — неопределенно бросил он. — Но, думаю, все утрясется.

Он отступил на шаг и оглядел ее с ног до головы — джинсы, свитер, рассыпанные по плечам волосы и легкий румянец на щеках.

— Как ты себя чувствуешь?

— Вся в бегах последние дни, как и ты. — Она зевнула. Он привлек ее к себе и, нагнувшись, чмокнул в нос.

— Может, приляжем и немного отдохнем? Взволнованная его предложением, Ники тем не менее попыталась отшутиться:

— Дорогой, когда ты предлагаешь прилечь, чтобы отдохнуть, это звучит просто смехотворно. Кроме того, как я понимаю, ты сегодня ужасно занят всеми этими мелкими осложнениями.

— Для тебя я не бываю слишком занят, — нетерпеливо возразил он.

Ники выскользнула из его объятий.

— Дорогой, я сейчас не в настроении быстро перепихнуться, — ответила она даже более резко, чем сама ожидала.

— Перепихнуться? — Джейсон был просто ошеломлен и сильно побледнел. — С каких пор ты так характеризуешь наши занятия любовью?

Она виновато посмотрела на него.

— Прости, я совсем не имела в виду ничего плохого. Просто неудачный момент.

— Ники, что с тобой происходит? — раздраженно спросил он. — В последнее время ты постоянно не в настроении. Своим состоянием ты доводишь меня…

Раздавшийся звонок не дал ему закончить мысль. Бормоча проклятия, Джейсон шагнул к телефону.

— Да, я. Сейчас буду. — Он бросил трубку и обернулся к жене с мрачным выражением лица. — Это из магазина. Мне надо срочно ехать туда.

— Хочешь, я поеду с тобой? Я бы хотела увидеть магазин сейчас, когда все уже почти готово. Он покачал головой.

— Послушай, Ники, ты действительно выглядишь очень усталой. Тебе лучше прилечь. Я заеду за тобой попозже, и мы вместе осмотрим магазин.

— Как хочешь, — пожала она плечами.

Джейсон ушел, и Ники поняла, что ей действительно лучше поспать. Она переживала, что не сказала Джейсону о ребенке сразу, как только приехала. Но отношения между ними в последнее время совсем испортились, словно они стали чужими. Она не могла произнести эту новость вслух, пока все не уладится.

В голове у нее все смешалось — мысли о работе, новый магазин, завтрашняя встреча с отцом и его второй женой.

Наконец Ники забылась чутким сном, и ей показалось, что резкий телефонный звонок раздался, едва она успела закрыть глаза.

— Алло, — сонно отозвалась она.

— Это Ники? — послышался в трубке мужской голос.

— Да.

— Говорит Клод Уайт, управляющий магазином в «Галерее». Джейсон с тобой?

— Нет, он уехал в город, — ответила Ники. — Тебе нужен его номер?

— Нет, спасибо, просто я пытаюсь туда дозвониться уже битый час, но телефон все время занят. К сожалению, мне надо отъехать. Можно попросить тебя передать ему важное сообщение?

— Конечно.

— Скажи ему, пожалуйста, что нам удалось разыскать груз с платьями для показа в Галвестоне. Их ошибочно отослали на адрес юго-западного магазина в Хьюстоне. И еще предупреди, что я сам поеду за товаром и на своей машине немедленно привезу его в Галвестон.

— Очень мило с твоей стороны, Клод. Джейсон ужасно обрадуется, что тебе удалось разыскать платья. Я обязательно все ему передам.

Повесив трубку, Ники попыталась дозвониться до магазина на Стрэнд, но оказалось, что линия по-прежнему занята. Обеспокоенная, Ники решила все-таки поехать туда сама и сообщить новость Джейсону лично.

Она оделась, взяла пальто и сумочку. Выйдя на улицу, она отметила, что ощутимо похолодало. Задул северный ветер, волны сердито бились о берег.

Дрожа, Ники заторопилась к машине. Уже минут через десять она была в городе и, согревшись, чувствовала себя гораздо лучше. Она оставила автомобиль недалеко от магазина и, закутавшись поплотнее, поспешила к двери.

У самого входа она остановилась, с удовольствием рассматривая витрины — манекены в масках и сверкающих карнавальных костюмах располагались среди беспорядочного нагромождения сундуков, доверху наполненных пиратскими сокровищами. Живописно спущенные сверху рыбацкие сети с запутавшимися в них золотыми дублонами довершали композицию.

Ники вбежала внутрь, радуясь, что новая отопительная система так хорошо работает. Системы громкой связи тоже, отметила она, услышав негромкую музыку, лившуюся сверху из динамиков. Несколько рабочих занимались укладкой полового покрытия, во всем остальном магазин выглядел практически готовым — парфюмерия, косметика, прочие аксессуары заполняли сверкающие витрины, а только что доставленные стойки со спортивной коллекцией Ламонта сверкали вдоль стен торгового ряда на втором этаже. Мягкий боковой свет удачно подсвечивал товары. Повсюду пахло новыми тканями и свежей краской.

Двигаясь к центру магазина, Ники заметила Беатрис Лэнгли, которая разговаривала по телефону; перед ней лежала стопка накладных. Судя по всему, она решала какие-то проблемы, возникшие в последнюю минуту. Неудивительно, что телефон все время занят. Помахав Беатрис рукой, Ники в поисках Джейсона направилась в служебное помещение.

Едва она переступила порог, как на нее обрушилась волна ненавистного запаха духов Трейси Райт. Ники похолодела. Этот запах она не сможет забыть никогда в жизни. Так пахла рубашка Джейсона в ту роковую ночь, когда они потеряли ребенка.

Какое-то мгновение Ники еще надеялась, что чувства подвели ее, что она ошиблась. Но тут глаза подтвердили то, что подсказывало обоняние. В центре комнаты стоял Джейсон, окруженный тремя роскошными, полуодетыми манекенщицами, одной из которых была Трейси Райт! На ней были лишь короткие черные трусики, выгодно подчеркивавшие ее шикарные стройные ноги. Джейсон, стоя на коленях у этих ног, вынимал из коробки черное платье для коктейлей. Ники наблюдала, как он поднялся и, держа платье за бретельки, приложил его к обнаженным плечам Трейси — при этом прикасаясь к ее телу! Она вздрогнула, словно он вонзил нож в ее сердце. Как он мог так поступить после того, как объявил ей, что никогда не привлекает Трейси?

Трейси заметила ее раньше Джейсона — и одарила убийственной торжествующей улыбкой. Джейсон проследил за взглядом манекенщицы и увидел жену. Отбросив платье, он двинулся к ней:

— Ники…

Но она уже повернулась и бросилась прочь. Сердце ее переполняли боль и обида.

Все повторилось — Джейсон обманывал ее, он был с другой женщиной, и к ней вернулись все ужасы той ночи, когда она потеряла ребенка.

Какой же дурой она была все это время! Позволила вновь увлечься Джейсоном, поверить человеку, который изменился лишь на словах. Она вспомнила рождественскую открытку, присланную Трейси — должно быть, между ними что-то было уже тогда. Но даже если это не так, — все равно женщины всегда будут влюбляться в него. Стефани, Трейси или кто-нибудь еще — все они одинаково сильно будут желать его. И очевидно, он так или иначе поощряет их. Лгун, негодяй! Снова и снова в ее мыслях проносился все тот же порочный круг, и следующего его оборота ей уже не вынести. Она должна защититься. Она не может потерять этого ребенка. Надо вырваться из проклятой западни.

Не разбирая дороги, Ники бежала по улице, когда чьи-то стальные пальцы схватили ее за руку. Она едва успела заметить, как прямо перед ней пронесся огромный грузовик.

— Ты что, собралась броситься под колеса? — спросил Джейсон, бледный как смерть.

Слезы внезапно брызнули из ее глаз.

— Отпусти меня!

— Нет, пока ты не объяснишь, почему выбежала из магазина.

Слезы градом покатились по ее щекам, гневный поток слов обрушился на Джейсона:

— Ты прекрасно знаешь почему! Потому что ты обманщик, такой же, как раньше. Потому что ты никогда не будешь счастлив со мной. Почему бы тебе честно не признаться в этом?

— Ники, это неправда, и это несправедливо.

— Правда? Справедливость? — горько повторила она. — Кто ты такой, чтобы толковать о правде и справедливости, если твои слова ничего не стоят? Возвращайся и продолжай одевать-раздевать свою Трейси!

— Ники, черт побери, давай вернемся, и я все тебе объясню…

— Нет!

Он тряхнул ее за плечи и страстно продолжил:

— Ну хорошо, будем говорить здесь. Завершение работ в магазине превратилось в сущий кошмар. Мало того что потерялись платья, в придачу к этому заболели гриппом сразу три девушки, которые должны были принять участие в показе. Мне пришлось нанять трех манекенщиц из Хьюстона, и сейчас я отчаянно пытаюсь подобрать для них что-нибудь подходящее для открытия во вторник.

— Но почему ты решил нанять Трейси? — гневно бросила Ники ему в лицо. — Ты обещал не делать этого!

— Я помню, — признал Джейсон виновато. — Но кроме этих трех, все остальные оказались заняты.

— Ты понимаешь, что я пережила, когда снова почувствовала запах ее духов? — вскричала она, задыхаясь от рыданий. — Все возвратилось. Та неудачная беременность и ребенок, которого мы потеряли.

Он привлек ее к себе.

— Родная, я знаю. Прости.

Она с силой оттолкнула его.

— Почему ты не сказал об этом раньше?

— Потому что боялся вернуть болезненные воспоминания. Хотел оградить тебя от этого. Любимая, пожалуйста, поверь, эта женщина ничего для меня не значит. Мне нужна только ты, Ники.

— Я нужна тебе? — горько повторила она. Острая боль и жестокое разочарование терзали ее душу. — Я думаю, все обстоит как раз наоборот. Новый магазин наконец готов, не так ли? Я больше тебе не нужна.

— Ники, как ты можешь такое говорить?

— Могу! Мне жаль, но я больше этого не вынесу. Твоим оправданиям грош цена. Ты лгал мне, Джейсон. Я тебе не верю.

— Значит, тебе наплевать, что я тебя люблю? — с горечью воскликнул он.

Но она уже бежала к своей машине, не обращая внимания на мужа, стоявшего посреди улицы и что-то кричавшего ей вслед.

Глава 15

Часом позже Джейсон, мрачный как туча, вошел в гостиничный бар на соседней улице. Он был единственным посетителем и в полной мере наслаждался одиночеством. Вот теперь он действительно потерял все.

Он совершил величайшую ошибку, не сказав Ники, что собирается привлечь Трейси и еще двух девушек в качестве замены для показа моделей. Между тем из-за болезни постоянных манекенщиц он был в отчаянном положении, на грани отмены шоу. Но даже узнай Ники о Трейси заранее, разве ее реакция была бы другой?

Джейсон видел, что за последние две недели они очень отдалились друг от друга. Он понимал, что отчасти это вызвано их работой, и особенно — приближающимся открытием магазина. И все же Ники словно отталкивала его все время с того дня, как обнаружила открытку от Трейси, что стало еще заметнее после ухода Стефани на прошлой неделе. Джейсон помнил, как отреагировала Ники на его признание, что Стефани, вероятно, была в него влюблена, и именно поэтому решил не сообщать ей о Трейси и других нанятых им манекенщицах. Ему казалось, что Ники так расстроена случаем со Стефани, что если он скажет о Трейси, она может просто уйти от него.

Черт, это смешно. В конце концов она все равно ушла. Эта женщина никогда не верила ему.

— Что будете заказывать, сэр?

Джейсон поднял глаза на симпатичную блондинку за стойкой бара, приготовившую блокнотик. Будь Ники здесь, с грустью подумал он, наверняка приревновала бы его к этой девушке только потому, что та ему улыбнулась. Что же теперь делать? Прожить остаток дней под стеклянным колпаком?

Джейсону вдруг очень захотелось заказать крепкого виски. На какое-то время он дрогнул, затем усилием воли заставил себя вернуться к реальности. Он был уверен, что никакие переживания по поводу семейных проблем не должны поставить под угрозу решение, столь важное для его жизни. Да, разрыв с Ники в прошлом году ускорил отказ от выпивки, но все-таки это был верный выбор, который останется с ним, даже если их брак рухнет. Напиться сейчас — значит предать себя, а не Ники.

— Сэр? — оторвал Джейсона от размышлений голос официантки.

— Принесите мне перье, пожалуйста, — твердо сказал он.

Девушка отошла. Джейсон вновь со вздохом погрузился в свои невеселые мысли. Возможно ли найти хоть какую-то тропинку к сердцу Ники, хоть как-то достучаться до нее?

* * *

Вернувшись домой, Ники чувствовала, что жизнь покидает ее. Она постоянно вспоминала те страшные минуты в Галвестоне, когда увидела Джейсона с Трейси. Ей так хотелось верить ему, но он забыл все свои обещания, разбил ее хрупкую надежду. И теперь она могла думать только об одном — что же на самом деле произошло между ними.

К действительности и возвратил телефонный звонок. Нахмурившись, она подняла трубку.

— Алло?

— Миссис Стеллар? — раздался знакомый женский голос.

— Да, я.

— Это Стефани Берне, бывший секретарь мистера Стеллара.

— Здравствуйте, — натянуто отозвалась Ники. Стефани рассмеялась.

— Я удивляюсь, как вы вообще со мной разговариваете. Я позвонила, чтобы извиниться за свое глупое поведение в тот день, когда я уволилась.

— Вам не за что извиняться, — вежливо возразила Ники.

— Есть. — Стефани тяжело вздохнула. — Я просто хочу, чтобы вы знали — между мной и мистером Стелларом ничего не было. И он никогда не поощрял меня. Я сама во всем виновата.

— Понимаю, — пробормотала Ники, не слишком веря этим объяснениям.

— Просто мистер Стеллар из тех мужчин, в которых всегда влюбляются женщины, — задумчиво продолжала Стефани.

— Вы правы, — согласилась Ники.

— Я имею в виду, что очень многие женщины приходили к нему в офис и уходили ни с чем, пытаясь расположить его к себе. А мистера Стеллара это ужасно раздражало, как будто он не знал, что заставляет их себя так вести. Видели бы вы, как Трейси Райт увивалась за ним на рождественском приеме, куда мы с ним ходили! Бедный, он был так раздражен…

Внезапно у Ники возникло подозрение:

— Это Джейсон попросил вас позвонить мне?

— Что вы, нет, — не задумываясь, просто и искренне ответила Стефани. — Я даже ни разу не разговаривала с ним после увольнения.

— Откуда же у вас мой домашний номер?

— Он сохранился в одной из моих записных книжек, еще с тех времен, когда мистер Стеллар постоянно посылал вам цветы.

Ники долго молчала, затем осмелилась спросить:

— Так вы говорите, мой муж никак не поощрял Трейси Райт на том злополучном приеме?

— Никоим образом. По правде говоря, миссис Стеллар, я ни разу не замечала, чтобы он поощрял какую-нибудь женщину.

— Джейсон только что нанял Трейси на работу, — сообщила Ники.

Стефани помолчала.

— Даже если так, я думаю, у него не было другого выхода. Я хорошо помню, он несколько раз говорил мне, чтобы мы никогда не прибегали к услугам Трейси Райт.

Ники вздохнула.

— Стефани, я очень благодарна вам за этот разговор.

— Подождите. Дело в том, что…

— Слушаю.

— Знаете, мистер Стеллар действительно от вас без ума. Может быть, это не мое дело, но мне показалось, что у вас с ним возникли проблемы. И я искренне хотела бы, чтобы вы дали ему шанс.

— Спасибо, Стефани.

Ники повесила трубку, но разговор с секретаршей не шел у нее из головы.

* * *

На следующее утро она проснулась в подавленном настроении, ужасно скучая по Джейсону. Ее не покидала мысль, что вчера в магазине она погорячилась. Всю ночь она обдумывала свое поведение.

Да, Джейсон был нечестен с ней, скрыл от нее правду. Но как реагировала бы она, скажи он ей о Трейси раньше? Ники понимала, что в любом случае присутствие Трейси вызвало бы у нее приступ дикой ревности, хотя это ни в коей мере не оправдывало Джейсона.

Ники собралась с церковь, гадая, появится ли Джейсон на крестинах. Она попыталась разобраться в своих чувствах. Конечно, она была счастлива за сестру и Ричарда и не пропустила бы крестины племянника ни за что на свете. Но она боялась оказаться рядом с отцом и его женой. Ники несколько раз встречалась с ней и вынуждена была признать, что Сандра неплохой человек. Но ее броская внешность убеждала Ники в том, что отец покинул маму из-за легкомысленного стремления обладать этим «трофеем» в зрелые годы, когда мужчине постоянно нужны доказательства того, что он чего-то стоит.

В церковь она приехала рано. Войдя внутрь, увидела мать, отчима, Мередит с Ричардом, а также самого виновника торжества — Ричарда-младшего. Взрослые горячо поприветствовали ее. Вивиан сообщила, что Мак и его жена еще дома, собирают детишек, но вот-вот будут. И мать, и Стив спросили о Джейсоне, Ники натянуто объяснила, что он приедет позже. Чтобы избежать дальнейших расспросов, она попросила разрешения взять ребенка на руки, нежно обняла и поцеловала пухлую розовую щечку, размышляя о новой жизни, растущей в ней самой.

Возвращая малыша сестре, Ники увидела, что в церковь входят отец и Сандра, и ее охватило волнение. Глядя, как они идут по проходу, Ники невольно отметила про себя, что они прекрасная пара. Малколм Смит в свои пятьдесят с небольшим, был красивым, седеющим мужчиной, а Сандра, тридцатипятилетняя блондинка с вьющимися волосами, казалась воплощением женского совершенства. Оба были безупречно одеты: Малколм в серый костюм отличного покроя, Сандра — в лиловое шелковое платье и норковое манто.

Они приблизились, и Вивиан первой подошла поздороваться.

— Малколм, Сандра! Мы рады, что вы здесь, — приветливо произнесла она, протягивая руку.

— Счастлив видеть всех вас, — отвесил общий поклон Малколм.

Подошла Мередит с малышом.

— Привет, папа! Встречай нового внука.

Он приветствовал дочь восхищенной улыбкой:

— Дорогая, ты выглядишь просто великолепно. — Он расцеловал ее в обе щеки. — Какой прелестный малыш!

— Спасибо.

— Можно подержать его?

— Конечно.

Молодая мать передала ребенка деду. Малколм засиял от гордости, затем повернулся к младшей дочери и поцеловал ее в лоб.

— Ники, дорогая, как ты?

— Отлично, папа, — ответила она сдержанно. — Я рада, что ты и Сандра смогли прийти на крестины.

— Мы не могли пропустить такое событие, — подтвердил Малколм.

— Мы счастливы, что вы нас пригласили, — улыбнулась Сандра, и Ники вежливо кивнула ей.

— Малколм, надеюсь, вы с Сандрой пообедаете с нами после службы? — вступила в разговор Вивиан.

— С удовольствием, — ответили оба.

— Вы надолго в наш город? — преодолев легкое смущение, спросил Стив.

— Всего на несколько дней, — непринужденно отозвался Малколм. — Вполне достаточно, чтобы все осмотреть и везде побывать.

В этот момент прибыл Мак с семьей, вызвав новую волну объятий и приветствий. Обменявшись еще несколькими фразами, присутствующие стали занимать места. Ники села рядом с семьей брата, остальные члены семейства разместились перед ними, за исключением Малколма и Сандры, которые предпочли остаться чуть поодаль, через проход.

В ожидании начала службы Ники размышляла, почему мать решила пригласить отца и Сандру на семейное торжество. Казалось, Стиву это не очень понравилось, но Ники знала, что он настолько добр, что ни в коем случае не станет перечить. И все же, по мнению Ники, мама поступила слишком великодушно по отношению к отцу, который оставил ее двенадцать лет назад.

Начался обряд крестин. Ники растрогалась до слез, когда Мередит и Ричард с малышом встали в проходе перед священником. Все в ней перевернулось при виде тихой радости, которой лучились супруги. Наступит ли в их с Джейсоном жизни когда-нибудь такой момент, подумала она с болью. Или она встанет напротив священника одна?

Малыша окропили святой водой, и присутствующие рассмеялись, услышав его громкий протестующий крик. Как только его вернули на руки матери, он немедленно успокоился, и все трое снова сели.

Прозвучало благословение. Служба закончилась. Оглядевшись, Ники отметила, что Джейсон так и не появился. Она разочарованно вздохнула.

По дороге к дому матери мрачное настроение не покидало Ники. Строгая красота церковного обряда заставила ее задуматься над тем, чего она может лишиться. Она хотела иметь, что уже было у ее сестры и брата — любящую семью. Но сумеют ли они с Джейсоном создать ее? Она сомневалась. Она готова к тому, что придется одной воспитывать ребенка, но так ли уж это хорошо?

Оказавшись на месте, Ники сразу отправилась на кухню, где остальные женщины уже колдовали над обедом. Джейсон не появлялся, Ники становилась все печальнее.

За несколько минут до начала трапезы Мак обошел всех с бокалами вина и виноградного сока, и Вивиан провозгласила тост:

— За нашу семью, и особенно — за ее нового члена.

Раздались одобрительные возгласы.

Мать хотела вернуться на кухню, но в этот момент к ней подошел отец и коснулся ее плеча. Они о чем-то недолго поговорили. Вивиан улыбнулась Малколму и лишь затем, взяв свой бокал, вышла.

Ники последовала за матерью. Помогая вымыть бокалы, она заметила:

— Кажется, между тобой и папой все не так уж плохо.

— Надеюсь, что так, — ответила Вивиан.

— Честно говоря, я поражена, что ты вообще его пригласила.

Вивиан вздохнула.

— Знаешь, дорогая, мне кажется, я достигла того этапа в моей жизни, когда хочется сгладить острые углы. Я счастлива со Стивом и после долгих лет хочу забыть былые обиды на Малколма.

— Понимаю, — кивнула Ники, хотя на самом деле ничего не понимала.

Помолчав, мать задумчиво продолжила:

— Хочешь знать правду? Я вдруг поняла, что в нашем разрыве есть доля моей вины.

Ники едва не выронила бокал.

— Как ты можешь такое говорить? Ведь он тебя обманул, бросил…

— Да, это правда, он всегда поглядывал на сторону. Но я поняла, что отчасти сама этому способствовала. Видишь ли, я безумно его ревновала. Все никак не могла поверить, что он удовлетворится такой невзрачной особой, как я. Я не говорю, что это его оправдывает. Но я пришла к выводу, что в каком-то смысле сама оттолкнула его.

— И как ты пришла к такому выводу? — пораженная, спросила Ники.

Вивиан посмотрела на дочь с грустной, сочувственной улыбкой.

— Увидела, как ты так же ведешь себя с Джейсоном.

От изумления Ники потеряла дар речи.

— Вы ведь снова не вместе, или мне кажется? — мягко спросила Вивиан. Ники кивнула.

— Мы вчера поругались, — призналась она. — Мама, я пыталась, но, кажется, я просто не могу ему верить.

Вивиан отложила в сторону полотенце и взяла дочь за руку.

— Дорогая, я знаю, это трудно. Но думаю, тебе стоит поразмыслить над тем, что во всем этом есть и твоя вина.

Ники горько рассмеялась.

— Именно над этим я размышляю последние двадцать четыре часа. — Она с любовью взглянула на мать. — Тебе всегда нравился Джейсон, правда?

— О да.

— Почему?

Вивиан сжала руку дочери и искренне ответила:

— Потому что я всегда знала, что он не такой, как твой отец. Ники, дай ему шанс. Закрой глаза и поверь. Не повторяй моих ошибок.

Домывая бокалы, Ники думала над словами матери. Ее признания лишний раз доказывали, что жизнь состоит не только из черных и белых тонов.

Все эти годы она винила лишь отца за то, что он ушел от матери, между тем все оказалось не так однозначно. И теперь ей стоило подумать, выбирать ли тот же путь, которым прошла ее мать, если он ведет к таким потерям.

«Закрой глаза и поверь», — сказала Вивиан. Верить Джейсону означало действительно закрыть глаза — она не может быть с ним рядом каждую минуту и контролировать каждый его шаг. Она должна просто отпустить его и не обращать внимания на суетящихся вокруг женщин, иначе ее сомнения и ревность уничтожат все, что у них есть.

Внеся в столовую большое блюдо с фруктовым салатом, Ники заметила, что отец и Сандра сидят в стороне и явно чувствуют себя неловко. Она подошла к ним:

— Ты, кажется, сказал, что пробудете в городе несколько дней, папа?

Малколм с нежностью посмотрел на жену.

— Наверное, около недели. Сандра хочет посмотреть достопримечательности и, если получится, попасть в аэрокосмический центр, а потом заехать на пару дней в Галвестон, на Масленицу.

— Вам обоим понравится Галвестон, — с жаром произнесла Ники. — Кстати, мы с мужем открываем там новый магазин как раз на Масленицу.

— Вивиан говорила об этом, — кивнул Малколм. — А Джейсон приедет сегодня? Ты знаешь, ведь мы еще ни разу не виделись с ним.

— Знаю, вот только не уверена, что он сумеет сегодня выбраться, — чувствуя себя неловко, ответила Ники.

— Тогда, может быть, мы с Сандрой пригласим вас на обед на этой неделе?

— Это было бы здорово, — кивнула Ники. — Если Джейсон будет слишком занят, мы сможем пообедать втроем?

— Конечно, мы будем рады.

— Давайте прямо сейчас договоримся о времени, — предложила Сандра.

Они продолжали беседовать, когда раздался звонок. Ники бросила взгляд в сторону прихожей, и ее сердце учащенно забилось — она заметила входящего Джейсона. Увидев мужа, она мгновенно забыла обо всех своих сомнениях. Он был так хорош и выглядел так торжественно в темно-синем костюме, с большим белым плюшевым медведем в руках, который был хоть и не таким огромным, как их Звездный медведь, но все-таки очень большим.

Джейсону сразу показали младенца, и его лицо просветлело. Он поцеловал Мередит в щеку, вручил Ричарду игрушку и попросил разрешения взять малыша на руки. Прижимая его к груди, Джейсон повернулся и увидел Ники. Их глаза встретились. Ники почувствовала во взгляде мужа такую бурю эмоций, что невольно потупилась.

Через минуту он уже стоял рядом. Ощущая, как отчаянно бьется ее сердце, она встала и виновато посмотрела на него. Ну почему он так неотразим, так вкусно пахнет и так внимательно смотрит на нее? Хотелось при всех броситься ему на шею и сказать: «Милый, ты так славно выглядел с малышом на руках», но вместо этого она, немного овладев собой, сказала:

— Привет, Джейсон. Познакомься, это мой отец, Малколм Смит, и его жена, Сандра.

Отец Ники уже стоял, протягивая в приветственном жесте руку:

— Рад познакомиться с вами, Джейсон.

— Взаимно, сэр. — Джейсон уверенно пожал протянутую руку. — Рад познакомиться с вами, Сандра.

— Я тоже, — ответила она с улыбкой, пожимая ему руку.

— Я как раз говорил Ники, что мы были бы рады пригласить вас на обед на этой неделе, — продолжал Малколм.

— Отличная идея, но угощаем мы, — уточнил Джейсон. — А сейчас, если позволите, мне надо поговорить с женой.

— Конечно, — кивнул Малколм.

Не успев сообразить, что происходит, Ники почувствовала, что Джейсон тащит ее куда-то. С мрачным видом он завел ее в кабинет, плотно закрыл дверь и повернул лицом к себе.

Однако решимость исчезла, когда он заговорил слегка дрожащим голосом:

— Ники, я был не прав, когда ничего не сказал тебе о Трейси.

— Да, — кивнула она. — А я была не права, требуя, чтобы ты не общался с другими женщинами.

— Может быть. — Он удивленно посмотрел на нее. — Во всяком случае, я принял решение.

Казалось, сердце готово выскочить у нее из груди.

— Неужели? Он кивнул.

— Я закрываю магазин в Галвестоне.

— Ты сошел с ума!

— Никогда не рассуждал более здраво.

— Но ты же настаивал, что должен открыть этот магазин. Я полагала, это крайне необходимо для развития твоего бизнеса.

— В моей жизни крайне необходимо только одно, — сказал он. — Ты.

Ники была слишком удивлена, чтобы ответить. Джейсон начал мерить шагами комнату.

— Конечно, я давно присматривался к возможным вариантам аренды в Галвестоне и всегда считал, что там неплохие условия для бизнеса. Но решение начать работу над проектом я принял только из-за тебя. И все потому, что мы полюбили друг друга, работая бок о бок. Нам всегда было хорошо вместе. Но мне не хотелось снова втягивать тебя в атмосферу блеска и суеты, неизбежных в моем бизнесе, — ведь это тебя пугало. Вот почему вариант с Галвестоном мне так понравился. Это было идеальное сочетание возможности быть рядом и, таким образом, лучше узнать друг друга.

— И для этого надо было начинать с нуля? — недоверчиво засмеялась Ники. — Гораздо дешевле было купить мне конфет и цветов или пригласить на обед, Джейсон.

Потрясенный ее словами, он посмотрел на нее. Очевидно, такая мысль не приходила ему в голову.

— Ники, ты всегда была тем, что позволяло мне крепко стоять на ногах. Но я не ценил это. Ты дала мне второй шанс, а я не смог его использовать. Я думал, что новый магазин сблизит нас, но ошибся. И сейчас я просто не знаю, как доказать, что я тебя люблю и как много ты для меня значишь.

— Я думаю, ты уже сделал все, что нужно. — Она помолчала. — Еще никто никогда не дарил мне целый магазин. «Звездно» во всех смыслах! Должно быть, ты действительно любишь меня, Джейсон.

— А что, по-твоему, я пытаюсь продемонстрировать все последние два с половиной года? — в отчаянии воскликнул он.

— Джейсон! — Она бросилась в его объятия. — Прости. Я так тебя люблю…

Дальнейшие объяснения были сметены жарким поцелуем. Все преграды между ними рухнули в одно мгновение. Бурно отвечая на поцелуи мужа, Ники только сейчас поняла, как ошибалась. Она боялась, что Джейсон использует ее для своего бизнеса, на самом деле все обстояло как раз наоборот — он затеял новый проект для того, чтобы они могли снова сблизиться. Она осознала со всей очевидностью, как уязвим был Джейсон, как все это время боялся потерять ее, а ее сомнения и страхи заставили его пройти через настоящий ад. И теперь настало время вознаградить его за это…

Прежде чем она решилась высказать свои мысли вслух, он прижал ее к себе и вдохновенно начал:

— Дай нам шанс, Ники. Если тебе не нужен новый магазин, я его закрою. Просто распродам по кусочкам все эти оковы.

— Это нас не спасет. Ничто не спасет, если я не научусь доверять тебе.

Он печально посмотрел на нее.

— Джейсон, у нас будет ребенок. Я беременна уже с сочельника. Вот почему я так себя вела. Боялась, что все повторится снова…

— О Господи! — воскликнул он. — Вот почему ты была такой, когда увидела вчера Трейси. Моя бедная малышка!

— Я боялась, что все снова повторится… — твердила она как заклинание.

— На сей раз мы все сделаем как надо, — заверил он и крепко обнял ее.

— Я знаю, — кивнула она. — На этот раз у нас все получится.

— Ники, я так счастлив!

Они поцеловались, наслаждаясь радостью разделенной любви. Джейсон погладил жену по голове.

— Ты уверена, что не надо закрывать магазин в Галвестоне?

— Абсолютно. Я не хочу, чтобы ты в чем-то менял свои планы.

— Я откажусь от услуг Трейси, — сказал Джейсон.

— Зачем? Пусть остается. — Обняв его, Ники добавила: — Я верю тебе, дорогой.

* * *

Через два часа они приехали на квартиру Джейсона. Закрыв дверь, они посмотрели друг на друга с любовью и желанием.

— Это навсегда, — сказал он.

— Знаю.

— Я так рад, что у нас будет ребенок. — Он начал расстегивать ее куртку.

— А ты совсем не догадывался, что я беременна? — с улыбкой спросила Ники.

Он нежно погладил ее по щеке.

— Ну, после Рождества у меня появилась такая мысль. Но я не хотел приставать к тебе с расспросами, пока мы еще по-настоящему не сблизились. Решил — ты сама скажешь, как только будешь к этому готова.

— Ты такой славный, — растрогалась Ники.

Продолжая раздевать жену, Джейсон прижался к ее губам, но вдруг неожиданно отстранился и взволнованно спросил:

— А доктор разрешил заниматься любовью?

Она кивнула.

— Я буду осторожен, дорогая, — пообещал он, прижимая ее к себе.

Не скрывая своих намерений, она скользнула ладонью по застежке его брюк:

— Ничего подобного я не прошу.

С довольным видом Джейсон подхватил ее на руки и понес к дивану.

— Вечно ты топчешь мои самые благородные намерения.

Ники обвила руками его шею и нежно прошептала:

— Я просто хочу, чтобы у нас все было по-прежнему.

— Знаю, — внезапно охрипшим голосом произнес он. Усевшись на диван, он начал озадаченно изучать ее многочисленные одежки. — И как, по-твоему, я должен достать тебя из этих оберток?

— Я верю в твою изобретательность, — рассмеялась она.

Открытие нового филиала «Звездных соблазнов» прошло с оглушительным успехом. Целую неделю не прекращались показы мод и лотереи с раздачей призов, а поток покупателей превзошел все прогнозы.

В субботу состоялся прием с бесплатными напитками. Ники и Джейсон, оба в карнавальных костюмах, встречали гостей у входа. Джейсон с черной повязкой на глазу выглядел удалым пиратом, Ники была не менее очаровательна в наряде жительницы тропиков, словно сошедшей с полотен Гогена.

Колокольчик на входной двери звенел непрестанно, местные жители и туристы сновали, знакомясь с магазином и делая многочисленные покупки. Идея Джейсона насчет карнавала особенно понравилась всем.

Вокруг магазина тоже царило шумное веселье. Улица была полна гуляющих, пришедших взглянуть на костюмированный парад.

Участники шествия, одетые в яркие костюмы, подбрасывали в холодное февральское небо целые фонтаны дублонов, чем вызывали бурный восторг толпы.

— Ты счастлива, дорогая? — спросил Джейсон, выбрав момент, когда напряжение немного спало.

— Никогда не была так счастлива, — призналась Ники.

— Вчерашний обед с твоим отцом и Сандрой прошел просто отлично, — заметил он.

— Да, мне тоже понравилось.

— Кажется, ты уже не так обижена на отца, как раньше. Есть причина для такой перемены?

— Наверное, понимание и любовь, — ответила она и, крепко сжав его руку, добавила: — В моем сердце больше нет горечи и недоверия, особенно сейчас, когда мне не нужен никто, кроме тебя и нашего малыша.

— Ники, — Джейсон залихватски пошевелил приклеенными усами, — будешь так говорить — мигом утащу тебя на свой пиратский корабль.

Проходивший мимо клоун погрозил пальцем и задудел в пищалку, заметив, как лихой пират обнимает и целует свою красотку.

Эпилог

Прошло немногим более года, и снова Ники с Джейсоном прогуливались по центральной улице Галвестона. В это теплое весеннее утро они катили перед собой коляску с уютно укутанной шестимесячной Амандой Стеллар. Родители наградили Мэнди лучшим из того, что имели: густыми каштановыми волосами, ротиком в форме сердечка и огромными карими глазами. Малышка была одета в розовую кофточку и трикотажные ползунки.

Свернув за угол, счастливые родители увидели, как в магазин входят новые покупатели.

— Трудно поверить, что всего за год наш филиал так вырос, — заметила Ники.

— Он старался поспевать за твоим животом, дорогая, — подмигнул Джейсон.

— Ах ты, негодяй! — Ники состроила мужу гримасу и посмотрела на дочь. — Мэнди, давай ему покажем?

Мэнди Стеллар взмахнула пухлыми кулачками и что-то проворковала.

Джейсон усмехнулся с довольным видом:

— Дорогая, она вся в тебя.

— Подумаешь, какая радость — еще одна незаметная серая мышка появилась на свет, — огорчилась Ники.

— Прикуси язык, — проворчал Джейсон. — Уж я-то знаю, что вы обе просто куколки.

— Ну она-то, может, и куколка, а о себе я бы этого не сказала.

— Зато я всегда это утверждал, — убежденно произнес Джейсон.

— Да уж надеюсь, что так, — улыбнулась Ники. Джейсон наклонился к ребенку:

— Мэнди, разве наша мама не конфетка?

Мэнди снова начала агукать, когда вдруг из-за угла раздался вой сирены, и бедный ребенок испуганно заплакал. Джейсон быстро вынул малышку из коляски и прижал к своему плечу:

— Все хорошо, дорогая, это просто сирена, и она уже стихла!

Слезы на щеках Мэнди сразу высохли, она принялась играть пуговицами на отцовской рубашке. Джейсон с улыбкой наблюдал за сосредоточенным выражением лица дочери, поглаживая ее мягкие локоны.

— Есть только одно дело, в котором мы пока не достигли совершенства.

— В чем же? — с шутливым негодованием воскликнула Ники.

В ответ он лукаво усмехнулся.

— Нам пока не удалось сделать так, чтобы наш ребенок родился первым в первый день нового года, как у Ричарда с Мередит.

— Что это значит, Джейсон Стеллар? Попытка ввести бизнес-планирование в родильной палате? Что вы задумали — запускать детей, как новые филиалы ваших магазинов?

— Ну, не совсем так. Но если мы займемся делом прямо сейчас, то как раз уложимся к первому января. Ведь сейчас март, и, насколько я понимаю, сегодня вечером — последний срок.

— И этот человек толковал о женском коварстве! — Ники округлила глаза и забрала у Джейсона девочку. — Что ты на это скажешь, Мэнди?

Малышка тихо засмеялась.

Ники положила младенца в коляску, и ей пришло в голову, что никогда прежде она не была так счастлива. За прошедший год произошло немало чудесных и радостных событий в ее жизни, и прежде всего — первый крик их ребенка той незабываемой ночью в больнице. Джейсон, как и обещал, сумел уравновесить свою жизнь во всех отношениях и стал прекрасным мужем и отцом. Да и сама Ники ни разу не изменила своему решению — доверять ему. И теперь она не могла дождаться момента, когда они окажутся дома и постараются выполнить намеченный план — добиться, чтобы их ребенок родился первым в первый день следующего года.

Content

Юджиния Райли
Первый и единственный

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог