Патрисия Тэйер

Ключи от рая

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Если это и не худший день в его жизни, то по крайней мере не самый лучший.

Рано утром в понедельник Шон Хантер свернул с шоссе на гравийную дорогу. Сразу же подпрыгнув на сиденье старого грузовика, он медленно отпустил педаль газа и постарался впредь избегать выбоин. И с облегчением вздохнул, когда увидел большой щит с надписью: «Жилой комплекс «Парадайз»». А в уголке мелким шрифтом было написано: «Строительная компания «Хантер»». Шон невольно почувствовал гордость: всего два года назад он взял дело в свои руки, а теперь начинается застройка первой части нового района в Хейвене, штат Аризона. Тридцать пять домов! Каждый цент, который был у Шона или который он смог занять, был вложен в этот проект. И если строительной компании «Хантер» будет сопутствовать удача, то все пойдет как надо. Да и жизнь самого Шона была бы почти идеальной, если бы не одно «но».

Все дело портил Курт Истон.

В Хейвене не было ни единого человека, который бы не слышал о вражде между семьями Истон и Хантер. Вот и сейчас Курт делал все возможное, чтобы отстранить Шона от проекта, особенно после того, как обнаружились две кражи. В первый раз ущерб был не слишком велик, но во второй раз было украдено ценное оборудование. Шон усилил охрану стройки, но Истону все было мало. Он убедил инвесторов нанять менеджера для управления проектом и заодно, как подозревал Шон, для того, чтобы присматривать за ним, своим недругом.

Шон проехал первый ряд двухэтажных зданий. Подъехав к трейлеру конструкторов, мужчина обнаружил тут всех рабочих. Он взглянул на часы. Было далеко за семь утра. Что происходит? Все же знали, что им нужно делать. Еще в прошлую пятницу он дал необходимые указания по работе. Припарковав машину, Шон направился прямо к прорабу Роду Хендону.

– Род, почему все еще здесь? Почему не работают?

Прораб покачал головой.

– Я тут ни при чем, Шон. Менеджер проекта велел подождать тебя.

Шон нахмурился. Он готов был поклясться, что Истон многое бы отдал за то, чтобы быть сейчас на стройке.

– И где этот менеджер проекта?

Род указал на трейлер.

– Внутри. И сразу предупреждаю, ты не обрадуешься тому, что увидишь.

Шон в этом и не сомневался. Еще на прошлых выходных его брат Нейт убеждал его сохранять трезвость рассудка, если Шон хочет довести строительство до конца. Мужчина направился прямо к трейлеру. Ладно, он готов смириться и работать с этим менеджером, только сперва уладит с ним несколько вопросов.

Шон поднялся по деревянным ступенькам, толкнул дверь и вошел внутрь.

– Ну, и какого черта вы не даете моим людям работать? – рявкнул Шон и застыл на месте, увидев за столом перед собой женщину, а не мужчину.

У нее были темно-золотистые волосы, бледная кожа и большой рот с пухлыми губами, которые так и манили к себе. И когда она посмотрела на Шона своими огромными зелеными глазищами, у него едва хватило сил выдохнуть ее имя:

– Мария...

– Привет, Шон, – ответила девушка мягким и в то же время хрипловатым голосом, который он так и не смог забыть за последние десять лет. – Давно не виделись.

Мария Истон была самим совершенством. Она вышла из-за стола, и Шон уставился на нее, не в силах отвести глаз. На девушке были потертые джинсы, которые ей невероятно шли. И великоватая рубашка, которая скрывала не только стройность ее фигуры, но и изящный изгиб ее грудей. Но он-то знал, какая она там, под этой мешковатой одеждой. Не стоит лезть в прошлое. Иначе рискуешь попасть в неприятности. Тряхнув головой, Шон вернулся в настоящее.

– Если ты ждешь своего отца, то его здесь нет.

Мария покачала головой, и ее волосы рассыпались по плечам.

– Он уже побывал здесь сегодня утром, но я сказала, что хочу сама во всем разобраться.

Шону не понравилось, как прозвучали эти слова.

– С чем разобраться?..

– Я новый менеджер проекта.

Да, теперь этот день действительно стал худшим в его жизни.

У Марии была целая неделя на подготовку к совещанию, но она все равно нервничала. Работая в строительном бизнесе, девушка успела привыкнуть к постоянно пялящимся на нее и отпускающим непристойные замечания мужчинам и уже не обращала на них никого внимания. Но от одного взгляда Шона Хантера она покраснела. И как отцу удалось уговорить ее? Не хватало только, чтобы Шон Хантер опять вернулся в ее жизнь!

Она пыталась не смотреть на него, но это удавалось ей с трудом. Какой же он высокий! И фигура у него прекрасная, плечи, пожалуй, слишком раздались, но это и неудивительно – на такой-то тяжелой работе. Но главным для Марии были его глаза и эта хитрая ухмылка... И все же девушке усилием воли удалось взять себя в руки и сосредоточиться на деле.

– Если хочешь ознакомиться с моими рекомендациями... – Девушка вытащила из ящика стола папку и протянула Шону. – Я недавно закончила большой проект в Финиксе. Позвоните папе. Он подтвердит, что все партнеры утвердили меня на этой должности. – Девушка глубоко вздохнула, пытаясь успокоить пульс. – Кажется, нам придется делить этот офис...

– Теперь я знаю, что твой отец спятил, – Шон даже не стал открывать папку. – Мы и так уже откладывали строительство несколько раз, и присмотр за рабочими немногим нам поможет. Как, ты думаешь, рабочие отнесутся к тому, что ты пытаешься захватить власть?

– Я не пытаюсь «захватить власть». Я здесь для того, чтобы работа шла без помех. Работая в строительстве, я кое-что уяснила. Да, рабочим не нравится, когда ими руководит женщина, но только тогда, когда это позиция их босса. Как босс, подай пример. Если все убедятся, что у нас хорошие отношения, с рабочими никаких проблем и не возникнет.

Ее слова совершенно не убедили Шона.

– Ты к тому же дочь одного из инвесторов.

– Послушай, Шон, я знаю, что ты с моим отцом никогда не ладил, но ради этого проекта нам нужно прийти к соглашению.

– Как ты это представляешь? Хантер и Истон работают вместе...

Мария знала, что ее отец враждовал с Хантерами долгие годы. Смогут ли они забыть о личной неприязни?

– Шон, если бы я не согласилась на эту работу, они нашли бы кого-нибудь еще. Скоро всем стало бы известно, что работать со строительной компанией «Хантер» очень нелегко, особенно на фоне ваших недавних проблем.

Пламя полыхнуло в глазах Шона.

– Мы ничем не отличаемся от других проектов таких масштабов! На стройках часто крадут, на объекты забираются дети и начинают все ломать. К тому же нам не нанесли слишком большого ущерба.

Мария уселась на край стола.

– А ты знаешь, что активисты из фонда охраны природы уже побывали на стройке? Они возмущены. Дома портят окружающий пейзаж.

Шон швырнул папку на стол.

– Именно из-за этого «окружающего пейзажа» наши дома быстро уйдут! Люди с удовольствием поселятся здесь. Но только если рабочие не будут бездельничать и околачиваться около трейлера...

– Тогда отпусти их работать, – Мария подняла руку. – Только представь меня им и подпиши мое назначение на должность.

– А в чем смысл твоей должности?

– Я буду заказывать материалы, отслеживать, не происходят ли ненужные растраты, доставляется ли вовремя оборудование. Моя работа – закончить проект в срок и следить за тем, чтобы он не вышел за рамки бюджета.

– А я думал, что это моя работа.

– Так и есть, – согласилась девушка. – Я здесь для того, чтобы помочь тебе. Это очень большой проект, и менеджер должен был находиться здесь с самого начала.

– Мне нравится работать одному.

Это не изменится никогда! Шону Хантеру никто никогда не был нужен, особенно она.

– Тогда у тебя проблемы Шон, потому что... я остаюсь здесь. – Мария направилась к двери. – Теперь пойдем, ты представишь меня рабочим.

Шон не пошевелился. Девушка решила, что ему необходим небольшой толчок.

– Замечательно, но ведь мы твои деньги тратим, пока препираемся здесь, а работа стоит, – пожала она плечами. – Ведь это тебе предстоит общаться с инвесторами.

– Черт меня подери, если ты не самая упрямая женщина на свете! – Шон пошел к двери.

Он открыл дверь и жестом пригласил Марию следовать за собой. Девушка вышла, ощущая на себе взгляд всех присутствующих на стройке мужчин.

Шон встал рядом с ней.

– Пожалуйста, послушайте меня! – громко произнес он. – Извините за эту задержку. Сегодня утром произошли некоторые изменения, о которых вам нужно знать, – он взглянул на Марию. – Это Мария Истон. Она будет работать с нами как менеджер проекта «Парадайз». – Со всех сторон послышалось неодобрительное ворчание. – Тихо! Я руковожу строительством, и вы несете передо мной ответственность. Мария будет заниматься офисной работой, связанной с доставкой оборудования и обеспечением нас всем необходимым. Ее цель: чтобы все шло по плану. Так что не забывайте о своих манерах и постарайтесь с ней поладить, – Шон еще раз взглянул на девушку. – Хотите что-нибудь добавить?

Мария многое могла бы сказать, но она не собиралась конфликтовать с Шоном перед всей командой.

– Нет, не сейчас.

Шон повернулся к рабочим.

– Хорошо, тогда все приступайте к работе.

Возвратившись в трейлер, Мария взмолилась, чтобы у нее хватило сил пережить все. Сотни раз она спрашивала себя, почему согласилась на эту трудную работу... вместе с Шоном Хантером. Когда-то, еще в школе, он уже бросил ее. Шон разбил тогда ей сердце, и потребовались долгие годы, чтобы пережить предательство. А сейчас она снова подставляет себя под удар, вмешиваясь к тому же в эту смехотворную фамильную вражду, которая длится уже несколько десятилетий.

Мария подняла телефонную трубку. В первую очередь ей нужен был свой стол. Она не собиралась делить его с Шоном. Девушка посмотрела на кипу бумаг на столе. Как здесь вообще можно работать?

В пустом углу она решила поставить маленький стол. Так она окажется достаточно далеко от Шона, и, возможно, им даже не придется постоянно сталкиваться.

– Уже звонишь папочке, чтобы пожаловаться?

Мария оглянулась через плечо и увидела Шона.

– Давай кое-что проясним. Я не собираюсь бежать к кому-то плакаться.

– А этого и не нужно. Он и сам прибежит. Кто знает, может, ты нужна папочке только для того, чтобы следить за нехорошим Хантером?

Мария проигнорировала его слова, начав разговор по телефону.

– Да, я получила работу, но мне нужен стол, – она оглядела помещение, заваленное пустыми консервными банками и коробками из-под пиццы, и нахмурилась. – И уборщица. Это место напоминает свинарник.

Повесив трубку, Мария посмотрела на Шона.

– Как видишь, я всегда получаю то, что мне нужно. Так что будь осторожен, Шон. Я уже не та беззащитная девочка. Я работала с командами, которые просто уничтожали предыдущих женщин-менеджеров. Я справилась с этим и работала, причем хорошо. А сейчас мы можем работать или вместе, или против друг друга. Я бы предпочла, чтобы мы стали командой, это только облегчит нам жизнь, – Мария изогнула бровь. – К тому же, если мы с тобой поладим, мой папаша просто свихнется.

К полудню Шону больше всего на свете хотелось напиться. Но ему была нужна свежая голова, поэтому он решил съездить в город и пообедать там.

В кафе «Приятное времечко», любимом заведении горожан, он обнаружил своего брата Нейта.

– Привет, братишка! – обрадовался Нейт. – Каким ветром тебя занесло в город в рабочий день?

– В трейлере убираются, – проворчал Шон, усаживаясь рядом.

Глаза Нейта сузились.

– Что?!

– Новый менеджер проекта убирается в трейлере. Она назвала мой офис свинарником.

– Ну, это недалеко от истины... стоп, ты сказал «она»? Менеджер этого проекта – женщина?!

Шон кивнул.

– О боже...

– Да, чем дальше, тем больше, – начал Шон. – Это Мария Истон.

Брат только присвистнул.

– Ты имеешь в виду ту девушку, за которой бегал в школе? Дочь Курта Истона?

Шон опять кивнул.

– Ого, – в глазах Нейта зажегся огонек. – И она до сих пор так же красива?

– Не обратил внимания.

Нейт схватил брата за руку.

– Просто хочу проверить пульс. Ты, должно быть, умер, раз не обратил внимания на эту девушку.

– Хватит ерничать. – Шон выдернул свою руку. – Можно подумать, у меня было время ее рассматривать.

– Так ты не заметил эти огненно-рыжие волосы и огромные зеленые глаза? А как же ее длинные ноги?..

– Эй, – пресек издевательства брата Шон. – Ты разве не женился на очаровательной блондинке полгода назад? Если не ошибаюсь, ее зовут Тори? И она скоро станет мамочкой?

– Я люблю свою жену. – Нейт улыбнулся. – Просто вспомнил времена, когда ты пытался приударить за той девчонкой. Я уж думал, придется покупать тебе слюнявчик, такие нюни ты тогда распускал.

– Такого не было! – Или было? – Кроме того, все произошло много лет назад, – настаивал Шон, пытаясь не вспоминать то время, когда ему пришлось бросить Марию. – Сейчас она – всего лишь заноза в... моем боку.

– Боишься, она испортит всю твою работу?

Шон пожал плечами.

– А что еще я могу ожидать? Она ведь дочь Курта Истона.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Мистер Грант, к полудню нужно доставить пиломатериалы, – сказала Мария по телефону. Это ее первое рабочее утро на стройке «Парадайза», но уже пришлось разбираться с кучей проблем. А ведь еще нет и девяти.

– Не получится, леди, – ответил местный поставщик. – Мой шофер не сможет доставить груз раньше трех.

Мария тихо вздохнула.

– Это значит, что работа будет стоять.

– Такое частенько случается в нашем деле. Сидите спокойно. Джесс приедет, как только сможет.

– У меня нет времени на то, чтобы сидеть. Так же, как и у моих людей. Мне не остается другого выхода, кроме как прервать наше деловое сотрудничество.

Девушка услышала, как поставщик тихо ругнулся.

– Вы не можете этого сделать. У нас контракт.

– Который вы же и нарушили, не приехав вовремя, – проинформировала поставщика Мария. – Пиломатериалы должны были быть у нас еще два дня назад. Мне остается только заключить контракт с другой компанией.

– Я хочу поговорить с Шоном.

Все как всегда. Поставщики всегда хотят иметь дело только с мужчинами.

– Извините, но он занят с рабочими. Мистер Грант, если мы собираемся продолжать наше сотрудничество, то вам придется иметь дело со мной, Марией Истон. – (Мужчина пробормотал очередное ругательство.) – И вы доставите все сегодня до полудня.

– И как я должен это сделать, если у меня нет водителя.

– Хоть на спину привяжите, но материалы должны быть здесь! – с этими словами девушка бросила трубку. Какая муха ее укусила? Она никогда не вела себя подобным образом. Мария сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Когда она открыла их, в дверях уже стоял Шон.

– Что за чертовщина здесь творится?! – требовательно спросил он.

Он словно только что сошел с рекламной афиши. Ему очень шли выцветшие джинсы и замшевые ботинки. И в этой черной майке он сногсшибательно сексуален.

– Я спросил, что здесь происходит, – напомнил Шон.

– То же самое я спрашиваю тебя. – Девушка протянула ему заказ. – Пиломатериалы должны были быть здесь уже два дня назад.

– Сейчас я позвоню Джерри. Наверное, у него какие-то проблемы с водителем. – Шон направился к телефону.

– Я только что говорила с мистером Грантом. Известила его о том, что если пиломатериалы не будут доставлены к полудню, то контракт с ним будет расторгнут.

Шон сжал в руке бланк заказа. Итак, Мария взялась за работу обеими руками. Вчера день начался с того, что она приказала вычистить трейлер. Затем притащили стол и шкаф для документов. Единственное, о чем он попросил, – ничего не трогать на его столе. А затем Шон с несколькими ребятами отправился в бар...

В половине шестого утра по трейлеру разносился аромат кофе и... Марии. На ней были мятые брюки цвета хаки и темно-бордовая блузка. Даже в рабочих ботинках она оставалась женственной. Ее темно-рыжие волосы были заплетены в косу, и от этого зеленые глаза девушки казались еще больше и загадочней. Именно в этот момент Шон и решил, что ему пора выбираться из трейлера. И он направился к рабочим.

Теперь он вернулся и пытается разобраться, что произошло.

– Джерри дал нам самую выгодную цену. Он единственный местный поставщик. Я знаю, что это нас немного задерживает... но на это время я могу найти людям и другую работу.

– Это вредит бизнесу!

– Это не Финикс, Мария. Хейвен – маленький городок. Этот проект очень важен для нас – он дает рабочие места и доходы. Все пойдет прахом, если мы перенесем бизнес в Тусон.

– Мы не добьемся никаких результатов, если работа всякий раз будет приостанавливаться. Я не могу отступать, Шон.

– Не можешь или не хочешь? – Мужчина встретился с ее упрямым взглядом.

– Как я сказала, Джерри должен быть здесь к полудню, – твердо ответила девушка.

Шон подошел к ней ближе. Он просто рассвирепел. Какого черта она заваливается сюда и начинает распоряжаться, даже не вникнув в ситуацию? Да, это уже не та застенчивая девчонка из школы. Та, которая даже не смела улыбнуться и заговорить с ним. Та, с которой он однажды заговорил первым. Та, первый поцелуй с которой он никак не может забыть. Ее застенчивый ответ...

– Иногда нужно уступать, мисс Истон.

– Иногда нужно не забывать, что это бизнес, мистер Хантер, а не конкурс популярности.

Мария сводила его с ума. Шон никак не мог решить, чего ему хочется больше, придушить или расцеловать ее. Да, похоже, он попал в беду.

– Мне пора идти. Если нужно, звони на мобильный, – он ушел, громко хлопнув дверью.

Даже спустя два часа Мария никак не могла сосредоточиться на работе. В ее голове все еще звучали слова Шона. Возможно, он был прав. Возможно, ей стоило договориться с Джерри Грантом. Но Шон так и не смог понять, что у женщины нет права быть мягкой. Конечно, если она хочет успешно завершить этот проект и вообще удержаться в этом бизнесе. Если ее не будут уважать даже поставщики, что уж говорить о простых рабочих.

Открылась дверь, и на пороге появился отец Марии, разговаривающий по мобильному телефону. В свои пятьдесят пять Курт Истон, член городского совета и крупный бизнесмен, все еще производил сильное впечатление. Поприветствовав дочь кивком, он продолжил разговор. Мария уже привыкла к этому.

Он вышел из низов и причиной своей бедности всегда считал Хантеров. Мария и ее младший брат Рич были воспитаны человеком, который пронес чувство ненависти к семье Хантер через всю свою жизнь.

Курт выключил телефон.

– Где, черт подери, этот Хантер?!

– Он сказал, что будет с рабочими.

– Не забывай, ты здесь для того, чтобы следить за ним.

Мария попыталась не обращать внимание на боль, которую причинила ей эта реплика.

– А я думала, потому, что ты считаешь меня профессионалом.

– И это тоже. Но Шону Хантеру нельзя доверять. Уже дважды грабители забирались на стройку.

– Скажи мне, зачем ему что-то красть у себя же?

Курт пожал плечами.

– Ну, он же Хантер!

– Я же предупреждала тебя, что если возьмусь за эту работу, то не стану вмешиваться в вашу дурацкую вражду. То, что случилось неизвестно когда, не имеет никакого отношения к Шону, его матери, брату Нейту или сестре Эмили.

– Как ты можешь говорить такое, зная, что Натан Хантер обманом выгнал твоего деда Джеймса с нашей земли и похитил его возлюбленную.

Мария за свою жизнь слышала эту историю уже не одну сотню раз. Джеймс Истон влюбился в Кэтрин Саммерс. Перед тем как отправиться на фронт Второй мировой, он поручил своему другу Натану присматривать за Кэтрин. Но вместо этого Натан влюбился в Кэтрин, а та ответила взаимностью.

– Отец, если ты не перестанешь меня шантажировать, – продолжила Мария, – я уволюсь.

Курт Истон замер.

– Хорошо, просто следи за тем, чтобы все шло по плану. Я слишком многое вложил в этот проект.

– Если возникнут какие-либо проблемы, я дам тебе и твоим партнерам знать.

И тут она услышала шум с улицы.

– Извини, папа.

Выйдя за дверь, Мария увидела большой грузовик, груженный деревом. Значит, ее предупреждение восприняли всерьез! Вся радость исчезла, стоило только открыться дверце. Из грузовика вылез Шон и направился прямо к девушке.

– Тебе нужны были пиломатериалы до полудня. – Он посмотрел на часы. – Надеюсь, у нас будет минут пять отдохнуть, – Шон ухмыльнулся, протягивая ей бланк заказа. – А теперь я собираюсь пообедать.

Через двадцать минут Шон уже поднимался в квартиру над гаражом, который находился за домом его матери. Ему совсем не хотелось есть, но это и к лучшему. Продуктов все равно не было. В последнее время у него не нашлось даже минутки заглянуть в магазин. Шон открыл дверь. Это место он называл домом с тех пор, как Нейт женился и переехал с Тори на ранчо Хантеров.

Первая комната объединяла гостиную и кухню. В центре стоял маленький диванчик, далее по стене – большая кожаная кушетка. Особое место занимали большой телевизор и музыкальный центр. Узкий коридор вел в спальню и ванную.

Шон кинул ключи на стол и направился к холодильнику. Там он нашел шесть упаковок пива и полбутылки прокисшего молока. Он вытащил бутылку и выкинул в мусорное ведро.

– Думаю, я поищу что-то другое.

Шон открыл хлебницу и вынул оттуда упаковку бисквитов. Развернув один, он откусил большой кусок. Раздался звонок в дверь, и, засунув в рот остатки бисквита, Шон пошел поприветствовать маму. В руках она держала корзину с чистым бельем.

– И только посмей сказать, что это твой обед!

– Привет, мам, – Шон взял корзину из рук стройной женщины. – А что я такого страшного съел?

Синие глаза женщины сверкнули.

– И не надо меня заводить! – выдохнула она. – Спустись вниз и съешь хотя бы бутерброд! Ты слишком много работаешь. И слишком мало ешь!

– Мама, я очень ценю твою помощь со стиркой, но я и сам могу о себе позаботиться.

– Я и не занимаюсь стиркой. Я просто вытащила твои вещи из сушилки, чтобы ею можно было пользоваться.

Бетти Хантер до сих пор беспокоилась о своих уже взрослых детях. Сейчас, когда ее старший сын Нейт женился и переселился на ранчо, а дочь Эмили переехала в Лос-Анджелес, мать все свое внимание посвящала Шону.

– Извини, этого больше не повторится, – Шон взял корзину и поставил ее на диван.

– То же самое ты говорил в прошлый раз, – Бетти оглядела квартиру сына. – Ну, сейчас, когда у тебя появился менеджер проекта, останется больше времени на личную жизнь. Кстати, как поживает Мария?

– Это все Нейт? Шатался по дому и ябедничал?

– Нейт не сказал ни слова. Ты же знаешь, в маленьком городе слухи распространяются быстро. Не уходи от ответа, как там Мария? Она была такой милой девочкой...

– Мама, ты же говоришь о дочери Курта Истона. Ее единственная цель – шпионить за мной. Все, что ему нужно, – это убрать меня из проекта «Парадайз».

– Я помню, она когда-то была от тебя без ума. Да и ты отвечал взаимностью...

– Мама, я закончил школу давным-давно, – выпалил Шон. – Нам вообще не стоило встречаться. Мы были слишком молоды. И глупы.

– Да, это было тяжелое время для нас всех, особенно для тебя и Эмили, – произнесла мать. – Вы еще были слишком молоды, когда умер отец.

Да, это было так. Когда Эд Хантер неожиданно умер, жизнь семьи круто изменилась. Они потеряли все, в том числе и ранчо «Дабл Эйч». Им пришлось переехать в город. Бетти устроилась школьной учительницей, Нейт вернулся из Финикса и стал шерифом, чтобы поддержать обедневшую семью.

Шон до сих пор вспоминал, как перешептывались его так называемые школьные друзья. Он не желал, чтобы его жалели, особенно его девушка.

– Да, бывали тяжелые времена, но мы их пережили, – улыбнулась Бетти.

– Хотелось бы верить. Но это достаточно тяжело, когда неподалеку ошивается Курт Истон и постоянно указывает на твои недостатки.

– Большинство людей давно его не слушают. Посмотри, что вы с Нейтом сумели сделать! Твой брат вернул нашей семье ранчо. Ты начал заниматься строительством и сейчас осуществляешь большой проект, – женщина улыбнулась. – Я тобой горжусь. И не позволяй, чтобы на тебя влияло чье-либо мнение.

– Истонов нелегко игнорировать.

– Если ты имеешь в виду Марию, то она всегда была такой милой девочкой с очаровательными зелеными глазами.

– Мама!

– Все, молчу, молчу. Но только если ты перестанешь беспокоиться из-за Курта Истона. Он и его партнеры наняли твою строительную компанию только потому, что она лучшая. Пусть у него на Хантеров зуб, тебя это не касается.

– Разве? – Шон поднял бровь. – Человек, который использует любую возможность, чтобы нам насолить, не имеет ко мне отношения? Что же такого сделал ему дедушка Натан?

Шон слышал столько версий этой истории, что уже не знал, чему верить.

– Это было давным-давно. Уже нет никого, кто имел к этому отношение. К сожалению, Курт никак не может избавиться от своей ненависти.

– Скажи, это правда, что дедушка прогнал Истонов с их земли?

– Нет! Натан Хантер был честным и справедливым человеком. Единственная его вина – он влюбился. Джеймс Истон и Натан Хантер были как братья. Уезжая на фронт, Джеймс попросил твоего дедушку позаботиться о своей возлюбленной, Кэтрин Саммерс. Следующие два года молодые люди провели вместе, и... в общем, одно за другим... они поженились. Когда Джеймс вернулся, он страшно разозлился. Дружба закончилась. Джеймс Истон так и не простил Натана. Потом он умер, и на этом все должно было закончиться, но Курт считает иначе.

– Истон не успокоится, пока не уничтожит меня.

– Значит, не позволяй ему это сделать, – решительно произнесла его мать. – Я знаю, он уже доставил Нейту множество проблем. Но для большинства людей в городе вражда между Хантерами и Истонами – привычная вещь. – Бетти вздохнула. – Кого мне жалко, так это Марию. Курт поставил бедную девочку в очень тяжелое положение.

Шон вспомнил сегодняшнее утро.

– Не думаю, что из-за нее можно переживать. Она со всем замечательно справляется.

К удивлению Шона, его мать улыбнулась.

– И слава богу. – С этими словами Бетти Хантер направилась к двери.

– Эй, а ты на чьей стороне?

– На твоей. Но когда дело касается женщин, помни: не все так просто.

Следующим утром Мария добралась до своего рабочего стола как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и на пороге появился ее худший ночной кошмар в обычной рабочей одежде: голубая футболка и джинсы. Для начала рабочего дня Шон выглядел слишком хорошо.

– Доброе утро, – буркнул он, неторопливо подойдя к своему столу.

– Доброе утро.

Шон начал просматривать почту.

– Это все?

– Да, за исключением счетов. Они у меня.

– Почему? Ты думаешь, мне не следует быть в курсе, сколько денег расходуется?

Марии пришлось признать, что он прав.

– В предыдущих проектах оплатой счетов всегда занималась я.

– Нет проблем, оплачивай, но мне хотелось бы просматривать их, чтобы удостовериться, что мы не платим лишнего.

– Это моя работа.

Шон бросил на нее убийственный взгляд.

– Я полностью отвечаю за проект.

– Хочешь сказать, что не доверяешь мне?

– А разве я должен? Твой отец не хотел, чтобы я вообще принимал участие в этом проекте. Битву он проиграл, но следующим его шагом была ты.

– Ты знал, что у проекта должен быть менеджер. А я более чем подхожу для этой должности.

Шон скрестил руки на груди.

– Уже сам факт, что ты – дочь Курта Истона, наводит на мысль о вашем заговоре против меня.

– Да как ты смеешь обвинять меня в том, что я собираюсь погубить проект?! – выпалила она. – Я никогда бы не сделала ничего подобного!

– Даже ради своего отца?

Он словно ударил девушку. Мария медленно подошла к Шону. Ему не удастся запугать или остановить ее. Она справлялась и с куда более грубыми мужчинами, чем он.

– Заруби себе на носу, Шон Хантер. Если ты еще хоть раз обвинишь меня в непрофессионализме, запасись весомыми доказательствами. Никто не смеет посягать на мою деловую репутацию!

Неожиданно Шон почувствовал себя полным ничтожеством. На него невольно нахлынули воспоминания о том времени, когда он обидел Марию еще сильнее. Девушка не заслуживала подобного обращения ни тогда, ни теперь. Она просто делает свою работу.

– Хорошо, хорошо. Возможно, я и перегнул палку. Просто твой отец измывается надо мной, как ему вздумается, с тех пор как я получил этот заказ. Надеюсь, ты понимаешь, почему я жду от вас подвоха.

– Понимаю. И мне это не нравится, – девушка уперла руки в бока. – Нам еще нужно каким-нибудь образом сработаться. Не хватало только с утра устраивать здесь с тобой петушиные бои. Нужно научиться доверять и уважать друг друга.

– Я думаю, это займет некоторое время.

– Вот его-то у нас и нет. Мы выбиваемся из графика на две недели. Мы просто не можем задерживаться...

В этот момент в трейлер вошел прораб.

– В чем дело, Род? – спросил Шон.

– У нас неприятности. Сегодня ночью кто-то опять побывал на стройке.

– Черт подери!

Они все направились к огороженной территории, где хранились пиломатериалы и инструменты. Кто-то разрисовал фанеру граффити. Несколько ящиков с гвоздями были опрокинуты.

– Что-нибудь пропало? – спросил Шон.

– Пока не знаю, – ответил Род. – Мы еще не проверили инвентарь.

– Я сделаю это сама, – сказала девушка. – Скажите рабочим, чтобы они начинали. Мы не можем позволить себе новых задержек.

Прораб кивнул и ушел.

Шон был удивлен предложением Марии.

– Не хватало тебе приводить здесь все в порядок!

– Почему? Думаешь, это ниже моего достоинства? Мне и раньше приходилось этим заниматься. Я буду признательна, если пришлешь мне на помощь Джейсона и Мика. А позже мы поговорим об улучшении охраны. Похоже, патрули уже не справляются со своей задачей.

– Согласен, – кивнул Шон. Зеленые глаза девушки расширились.

– Ну, это уже прогресс. Хоть в чем-то наши мнения совпали.

Около полуночи Шон вел свой грузовик на строительную площадку. Сегодня вечером он никак не мог уснуть и, чтобы попусту не валяться в постели, решил сделать что-нибудь полезное. Лучше самому заняться охраной, пока не будут наняты дополнительные сторожа.

О чем бы Шон ни думал, его мысли упорно возвращались к Марии. Эти зеленые глаза, полные губы, непослушные волосы никак не выходили из головы. Еще в школе Мария была симпатичной, теперь же она выглядела просто сногсшибательно. Опять начинать с ней какие-либо отношения? Нет, это смерти подобно.

Шон должен целиком сосредоточиться на бизнесе. Ему нужно отдать Нейту деньги, которые он занял у брата около двух лет назад. И все его мысли должны быть направлены на дело. А если уж и думать о Марии, то лишь о том, как она навела порядок на стройплощадке и как в кротчайшее время составила опись всех стройматериалов.

Обменявшись мыслями, они оба пришли к выводу, что на стройке орудовал непрофессионал. Скорее всего, подростки или некто, кто желает доставить Шону неприятности. Сначала Шон решил, что за этим стоит Истон. Но по здравом размышлении понял, что член городского совета не станет марать имя подобными дилетантскими выходками.

Шон остановил машину в ста метрах от трейлера и выключил фары. Если кто-то решит пробраться на стройку, то он непременно заметит нарушителя.

Затем мужчина заметил тусклый свет в трейлере. Кто-то там был. Шон вылез из машины и побежал через поле. Он тихо открыл дверь, незаметно вошел в трейлер и увидел на стене чью-то тень. Прыгнув вперед, мужчина схватил вора и прижал его к стене.

Уже через секунду Шон осознал, что прижимает к себе женское тело.

– Да отпусти ты меня! – потребовала Мария, пытаясь вырваться.

Вспышка наслаждения затмила сознание Шона, но уже через мгновение он пришел в себя.

– В таком случае тебе лучше объяснить мне кое-что. Какого черта ты здесь забыла посреди ночи?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Мария не могла вдохнуть из-за того, что Шон прижимал ее к стене. Их лица были настолько близко, что девушка ощущала его дыхание на своей щеке. Она почувствовала его свежий мужской аромат, в котором смешался запах мыла и... Шона. На Марию нахлынули воспоминания о старых добрых днях, когда они дарили друг другу долгие, медленные поцелуи. О днях, когда его безыскусные прикосновения дарили ей такое наслаждение...

Наконец Марии удалось оттолкнуть мужчину и вдохнуть всей грудью.

– Отпусти меня!

– Я спросил, что ты здесь делаешь?

– Я работаю, – ответила Мария.

– Почему так поздно? – Он наконец отпустил ее.

– Я вернулась вечером, чтобы кое-что доделать, – девушка снова оттолкнула Шона. – Ты совсем не занимался бумажной работой, Шон. Удивительно, что рабочие вообще получают зарплату.

– Все расчеты я выполняю по ведомости.

– А кто следит за работой сотрудников? Я едва разгребла завалы, чтобы хоть в чем-то разобраться. – Мария умолчала о том, что ей просто не хотелось сидеть дома и в очередной раз выслушивать, как отец поливает Шона грязью. – Я и не думала, что уже так поздно.

– У тебя не может быть здесь никаких дел в это время.

– Как и у тебя, – возразила ему Мария.

Шон провел рукой по лицу.

– Хорошо, хорошо. Думаешь, мы сумеем хоть пять минут не пререкаться?

– А ты сможешь? – пожала плечами девушка.

– О, черт! – Шон начал ходить из одного конца трейлера в другой, пытаясь успокоиться. – Мария, нам нужно найти какой-то способ работать вместе. Возможно, для тебя это и не имеет никакого значения, но, если мы не закончим стройку вовремя, я могу попрощаться со строительным бизнесом.

– С чего ты взял, что я пытаюсь уничтожить тебя? Я тоже все поставила на карту! – Как же ее ранило это недоверие! – Шон, мне тоже надо поддерживать репутацию. И хватит придираться к каждому моему шагу.

– Я пытаюсь. Но... – Он подошел к ней. – Боже мой, Мария, уже столько лет прошло, а у меня это никак не выходит из головы.

Шон потянулся, чтобы коснуться щеки девушки. Но Мария снова увернулась.

– Возможно, у тебя остались лишь приятные воспоминания. Я же помню только то, что ты меня бросил! – Если честно, Мария знала, как нелегко тогда приходилось Шону. После смерти отца у его семьи начались тяжелые времена. Она хотела быть рядом с ним. Но как выяснилось, Шону это было совсем не нужно. Однажды он сказал ей, что не хочет больше видеть ее. Последней каплей для Марии стало то, что Шон стал встречаться с другими девушками.

– Да, я был самовлюбленным ублюдком, – признал Шон. – Да, я был довольно-таки хамоватым подростком. К тому же твой отец не хотел, чтобы мы встречались.

Мария пожала плечами.

– Но раньше это нам никак не мешало. Мы находили способы встретиться. Я могла бы приезжать на ранчо.

– Ты придумывала идиотские отговорки, – напомнил Шон.

На девушку нахлынули воспоминания. Вот она припарковала машину за сеновалом, и он выбегает ей навстречу. Она уже почти вышла из машины, и он сжимает ее в объятиях и целует...

Мария взглянула на Шона, и по выражению его лица поняла, что воспоминаниям предавалась не только она.

– Но ты никогда не возражал мне, – с укором произнесла девушка.

Неожиданно Шон снова приблизился к ней.

– Как я мог? Ты была мечтой каждого подростка.

Сердце готово было выпрыгнуть из ее груди. Слышать такое признание, чувствовать, как его упругое сильное тело прижимается к ней. У Марии не было сил сопротивляться. Шон склонился к ней, и она страстно ответила на его поцелуй. Девушка всхлипнула, когда он раздвинул языком ее губы и скользнул внутрь. Она провела руками по его груди. Все чувства, которые Мария давно похоронила в душе, внезапно воскресли. Страсть огнем опалила тело, обостряя все чувства. Девушку обуревал голод, какого она никогда не знала.

А затем все слишком быстро закончилось.

Ругнувшись, Шон отпустил девушку и отвернулся. Этот отказ стал для Марии настоящей пыткой. Она снова позволила Шону Хантеру ранить себя.

Их глаза встретились.

– Это ошибка. Сейчас нам меньше всего нужны проблемы такого рода.

Мария глубоко вздохнула, пытаясь унять бешеное сердцебиение.

– Я с тобой согласна. Не нужно было тебя подначивать.

Шон кивнул.

– Ну и как нам теперь строить деловые отношения?

– Если думаешь, что я теперь откажусь от этой должности, то ты заблуждаешься. Так легко я не сдамся.

– Тогда нам лучше выработать какие-то условия.

– Хорошо. Начнем с того, что ты не будешь распускать руки. Деловые отношения – и ничего больше.

Мужчина хотел было что-то сказать, но в итоге просто кивнул.

– Хорошо, а ты не будешь приходить сюда среди ночи.

Мария тоже кивнула.

– А ты сообщай мне, если появятся проблемы с доставкой. Я не тиран, тем более что некоторые проблемы вполне разрешимы.

– Хорошо. Но тогда ты не будешь бегать к папочке и жаловаться.

– Я ни с кем не обсуждаю мои семейные дела. Я живу с родителями... до поры до времени.

Шон изогнул бровь.

– Ищешь себе собственное жилье?

– У меня есть свой дом в Финиксе. Я не жила с родителями с тех пор, как закончила институт. И сейчас мне бы надо найти что-нибудь неподалеку от стройки.

– Если не ищешь чего-то особенного, у меня есть на примете неплохая квартира.

– Интересно.

– Давай встретимся за завтраком в «Приятном времечке».

– У меня нет времени на завтрак.

– Завтра будет.

Шон взял ее сумочку и протянул Марии.

– А сейчас мы оба пойдем домой – спать.

Девушка напряглась, когда мужчина положил руку ей на спину и повел ее к двери.

– Завтра мы поговорим о том, что делать с нашим проектом. И больше не приходи сюда по ночам, Мария. Это небезопасно.

– Тебе станет легче, если я скажу, что владею карате? Может, если кто-нибудь из нас постоянно будет на стройке, вандалы не заберутся сюда?

– Они заберутся сюда исключительно ради тебя, – мужчина подвел девушку к двери. – Ночью ты будешь находиться на стройке только при условии, что я с тобой. Нужно начинать работать вместе. Идет?

Когда Шон посмотрел на Марию своими потрясающими голубыми глазами, она не смогла ему отказать.

– Идет, – прошептала девушка, понимая, что попала в серьезный переплет.

В половине седьмого утра Мария появилась в кафе. Она не удивилась, что в нем уже полно народа. Это место всегда было очень популярно в Хейвене. Девушка окинула взглядом музыкальный автомат, стоявший у окна. Звучала какая-то старая песня, молоденькая официантка разносила по столикам кружки.

Мария узнала нескольких рабочих и наконец за стойкой бара увидела того, кого искала. Девушка направилась прямо к Шону. Он был поглощен беседой с каким-то мужчиной, сидевшим рядом с ним. Неожиданно Шон откинул назад голову и рассмеялся. Мария уже давно не видела его таким расслабленным.

Шон повернулся и заметил ее. На мгновение его улыбка потускнела, а потом он поднялся и поприветствовал Марию.

– Ты все-таки это сделала. – Он взял ее за руку и повел к стойке. – Мария, ты помнишь Нейта?

– Кто же не знает шерифа Хантера? – Девушка с улыбкой протянула руку.

Высокий привлекательный мужчина в форме цвета хаки привстал, протягивая в ответ руку.

– Шерифу осталось существовать недолго, в ближайшее время собираюсь подать в отставку. Приятно опять с тобой встретиться, Мария. Давно мы не виделись.

Девушка была приятно удивлена. Бывшая звезда футбола помнила ее!

– Да. Потом я переехала в Финикс, – Мария уселась рядом.

– Шон рассказал мне о том, какую уборку ты устроила в трейлере. – Нейт засмеялся. – Удачи! Наша семья давно поняла, что перевоспитывать его бесполезно.

– Эй! Вообще-то я никуда не уходил! – воскликнул Шон. – Тебе, кажется, нужно было работать...

– Только не сейчас, – ответил старший брат и развернулся к Марий. – Здесь куда интересней!

– Так, сейчас нам нужно обсудить некоторые деловые проблемы. А ты нам мешаешь! – сказал Шон, коря себя за неожиданный порыв ревности.

Мария примирительно посмотрела на Шона.

– Мы начинаем работать в семь. И пока я здесь, давай перекусим.

– Хочешь завтрак – будет тебе завтрак, – сказал Шон и подозвал к себе официантку.

Девушка сразу же подошла к стойке.

– Чего-нибудь хотите, Шон? Еще кофе? Мужчина улыбнулся ей.

– Это было бы великолепно, Лиза. И завтрак для Марии.

– Мне омлет и тосты, – уточнила девушка. Лиза ушла, а Нейт и Мария вернулись к своему разговору, не обращая никакого внимания на Шона.

Шон отвернулся от них и увидел отражение Марии в зеркале на противоположной стене. Увидел и не мог отвести взгляд от этих выразительных зеленых глаз и полных губ. Сердце его сжалось, когда он отвел глаза. Эта женщина – само искушение. Что ему теперь делать?

Именно в этот момент Нейт наконец замолчал и вытащил из кармана телефон.

– Кажется, мне пора. Был рад снова встретиться, Мария. Надеюсь, у меня будет шанс познакомить тебя с Тори.

– С удовольствием.

– Все, мне пора идти. Пока, братишка! – произнес Нейт, хлопнул Шона по спине и вышел из кафе.

Официантка принесла девушке завтрак. Шон было вздохнул спокойно, как увидел в дверях свою маму. В свои пятьдесят пять лет Бетти Хантер обладала на удивление стройной и изящной фигурой, подчеркнутой серым спортивным костюмом.

Улыбнувшись, женщина направилась прямо к ним.

– Привет, Шон, – она поцеловала сына и повернулась к Марии. – О, неужели это та самая Мария Истон? – Бетти взяла девушку за руки. – Сколько лет, сколько зим!

– Здравствуйте, миссис Хантер! Я очень рада вас видеть! Прекрасно выглядите!

– Спасибо, стараюсь держать себя в форме, – Бетти перевела взгляд на Шона, а потом опять на Марию. – Я слышала, ты работаешь с Шоном.

– Это так. Я менеджер проекта.

– Мам, а что ты делаешь так рано в центре города?

– Я решила немного изменить маршрут своей утренней пробежки.

– И ты остановилась здесь потому, что... – подтолкнул ее Шон.

– Ну, я увидела патрульную машину Нейта и захотела рассказать ему, что Эмили возвращается домой на эти выходные.

Шон был удивлен.

– Она прилетает из Лос-Анджелеса? На одни выходные?

В их семье не были в восторге оттого, что девушка выбрала своей профессией кинематограф, и оттого, что сразу после колледжа она переехала в Лос-Анджелес.

– Может быть, сестренка образумилась и решила вернуться домой?

Бетти нахмурилась.

– Нет. Она не собирается заканчивать свою карьеру. Но Эмили сказала мне, что у нее есть для нас хорошие новости. И мы с Тори в эту субботу собираемся организовать барбекю на ранчо.

– Почему она не может сообщить свою новость дома? – Шон попытался скрыть свое раздражение. Эти выходные он планировал провести на стройплощадке. – Кроме того, стоит мне только оказаться на ранчо, как Нейт сразу же находит для меня какую-нибудь работу.

– Только не на этот раз. Это будет праздник, – мама Шона посмотрела в сторону кухни и помахала рукой Сэму Прайсу, владельцу кафе. – Я собираюсь пригласить Сэма, закажу у него салат из капусты. – Бетти посмотрела на Марию. – Мария, нам бы очень хотелось увидеть там и тебя.

От удивления Мария застыла над тарелкой, не донеся тост до рта.

– О, спасибо, мисс Хантер. Но мне не хотелось бы вам мешать.

– Ты нам никогда не мешаешь! Шон с радостью покажет тебе, что он сделал в доме на ранчо. И я почти уверена, что Эмили прибудет не одна.

Замечательно! Теперь их с Шоном превратили в пару. Мария не решилась взглянуть на него. Интересно, как он воспринял это известие?

– Спасибо, я подумаю об этом, – уклончиво ответила она.

– Мама от своего не отступает, – начал Шон. – Поэтому лучше тебе согласиться прямо сейчас.

Мария положила вилку и улыбнулась миссис Хантер.

– Хорошо, я приеду.

– В этом нет необходимости, – снова встрял Шон. – Я подвезу тебя.

Прежде чем Мария смогла что-либо возразить, из кухни вышел Сэм и поприветствовал Бетти.

– Привет, – сказал он Шону. – Что-то я тебя давно не видел.

– Я сижу здесь последние полчаса.

– Думаю, я тебя просто не заметил, – Сэм обернулся к Марии. – Больше был занят моей прелестной посетительницей. Привет, Мария. Слышал, ты вернулась в город.

– Здравствуйте, Сэм. – Она улыбнулась уже немолодому мужчине крепкого сложения с негустыми седеющими волосами. С годами он не изменился. – Вы все такой же.

– Стараюсь держаться. Хотя это и тяжело с нынешней молодежью. Им совсем не нравится та музыка, которую я люблю.

Мария знала, что в старом музыкальном автомате была только классика рока. Сэм учил танцевать рок-н-ролл каждого мальчишку в Хейвене.

– Ну, мне пора идти, – сказала Бетти и коснулась Сэма на прощание.

Шон задумался, как долго между его мамой и Сэмом могли существовать романтические чувства. Они не выставляли их напоказ. Просто для всех в городе было очевидно, что эти двое заботятся друг о друге.

Бетти ушла, и Сэм снова повернулся к Шону.

– Так что тебя все-таки принесло сюда?

– Мария хочет снять у тебя комнату наверху.

Сэм пожал плечами.

– Я там даже не был с тех пор, как Тори уехала.

– Значит, нам предстоит там убраться.

– Она не очень большая, – предупредил Сэм.

– А мне большая и не нужна, – ответила девушка. – Я ищу временное жилье, пока идет стройка.

Сэм ушел и через некоторое время возвратился с ключами.

– Покажи ей комнату, Шон. Я сейчас не могу оставлять кафе.

– Пойдем, – сказал Шон, поднявшись. Мария схватила кусочек тоста и сделала большой глоток кофе из чашки.

– Я так толком и не позавтракала.

Шон подозвал официантку, чтобы та собрала им оставшуюся еду с собой.

– Возьмем это на работу.

Взяв Марию за руку, он провел ее через кухню на задний двор кафе, а оттуда наверх по лестнице.

Комната оказалось чистой, но мрачноватой. И маленькой.

– Да, здесь не разгуляешься, – девушка прошла в крошечную ванную.

– А ты посмотри на это с другой стороны.

Мария изогнула бровь.

– И с какой же?

– Теперь ты будешь жить намного ближе к месту работы.

Это было правдой. Дом родителей Марии располагался на другом конце города.

– Ну, в Хейвене не так уж много пробок...

– Есть и еще один плюс: тебе не придется защищать меня перед своим отцом.

– А с чего ты взял, что я этим занимаюсь?

Шон пожал плечами.

– Хорошо, тогда тебе не нужно будет докладывать ему каждый вечер, что происходит на стройке.

Это было главной причиной. Мария посмотрела на кровать.

– Я буду скучать по домашней еде.

Шон прошел с ней на кухню.

– Сэм готовит замечательные блюда. Почти как домашние.

– И здесь не хватает места для вечеринок, – вздохнула девушка.

Их глаза встретились. Прядь волос упала Шону на лоб. Черт, как же он сексуален! И черт его возьми, если он сам этого не знает.

– А ты приглашай поменьше гостей, – предложил Шон. – Я вообще предпочитаю маленькие, более интимные вечеринки.

– Я не намерена устраивать здесь никаких вечеринок! – И она отобрала у него ключи.

Прошла первая рабочая неделя Марии на новом месте. Спасибо Шону, он изменил свое отношение к ней, и теперь между Марией и рабочими начинали складываться хорошие деловые отношения.

Мария перебралась из родительского дома на свою новую квартиру. Ей всегда было нелегко с отцом. А уж после того, как она начала работать с Шоном, от настойчивых расспросов Курта Истона не было спасения.

Много лет назад у ее отца начались проблемы с алкоголем. Именно по этой причине Мария поступила в колледж и уехала. Чувство вины мучило девушку каждый раз, когда она вспоминала, что ее брату Ричу пришлось столкнуться с последствиями этого несчастья. И хотя Курт бросил пить, так как у него обнаружили признаки начинающегося диабета, еще пять долгих лет ушло на лечение. Для семьи это было далеко не самое лучшее время. С тех пор как Мария вернулась в Хейвен, ее брат не скрывал своего неприязненного отношения к ней. Возможно, переезд был лучшим выходом для них всех.

Удовлетворенно вздохнув, Мария оглядела свой новый дом. За последние три дня Мария успела покрасить стены в желтый цвет и купить новые занавески для единственного окна. Яркие полотенца и коврики оживили ванную комнату.

Работа над проектом шла своим чередом. Пока Мария трудилась в трейлере, Шон пытался наверстать упущенное время, не вылезая со стройки. К тому же они наняли новую охранную компанию. Теперь на стройке постоянно жили два человека.

Мария последний раз взглянула на себя в зеркало и осталась довольна. Сегодня она надела джинсы и светлую блузку, а вместо рабочих ботинок, которые носила каждый день, натянула на ноги свои любимые черные полусапожки.

Девушка уже взялась за свитер, когда раздался стук в дверь. Шон. Мария глубоко вздохнула и открыла дверь.

Не дожидаясь приглашения, он вошел внутрь. На нем были новые обтягивающие джинсы и синяя рубашка, подчеркивающая широкие плечи. Он улыбнулся.

– Ого! Ты только посмотри на эту комнатку!

Слегка разочарованная из-за того, что в первую очередь Шон обратил внимание не на нее, Мария пробормотала:

– Так, слегка подкрасила...

Наконец Шон посмотрел на Марию и улыбнулся.

– Ты тоже выглядишь... очень хорошо.

– Спасибо, – девушка подошла к столу и взяла кадку с розовым кустом, усыпанным темно-красными бутонами.

– Что это?

– Небольшой подарок. Я слышала, Тори любит работать в саду.

Долгое время Шон не сводил глаз с Марии. Казалось, он пытался ее загипнотизировать.

– Думаю, нам стоит кое-что выяснить перед тем, как мы поедем на ранчо, – наконец произнес Шон.

– И что же?

– Моя семья. Если поедем туда вместе, все решат, что мы пара. И чем больше мы будем отрицать это, тем больше масла подольем в огонь.

Мария почувствовала себя разочарованной до предела.

– Значит, ты не хочешь, чтобы я поехала? Хорошо, я понимаю, – девушка протянула ему розу. – Тогда просто передай это Тори и скажи, что мне нужно работать.

– Эй, эй, кто это сказал, что я не хочу, чтобы ты поехала? Просто хотел предупредить и сделать предложение.

Мария даже боялась спросить.

– Какое же? – наконец выговорила она.

– Вести себя так, как будто мы пара.

Мария онемела от удивления. Шон сошел с ума? Или он снова пытается завоевать ее сердце?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Они ехали на ранчо. Шон чувствовал, как сильно напряжена Мария, и он не мог винить ее. Все становилось очень запутанным. Почему так происходит? Как только он пытается отстраниться от этой девушки, она все глубже проникает в его жизнь.

Сейчас ему не нужна была женщина. Особенно Мария Истон. У них не могло быть никакого будущего. Не имеет значения то, что она красива и сексуальна. Судя по всему, после сегодняшней поездки им вообще придется прекратить все отношения, кроме рабочих.

Шон проехал под аркой, на которой ярко выделялась надпись «Ранчо «Дабл Эйч»». Его сердце наполнилось гордостью, когда он обвел взглядом владения. Всего полгода назад Нейту удалось выкупить эту землю, и с тех пор работы по восстановлению старого поместья не прекращались ни на день. Поместья, которым семья Хантеров владела почти целый век.

Они припарковались у недавно выкрашенного в желтый цвет дома с белыми ставнями. На крыльце были подвешены горшки с цветами.

– Ох, мне всегда так нравилось здесь! – сказала Мария, повернувшись к Шону и улыбнувшись. – Я слышала, вы неплохо поработали.

У Шона чуть не перехватило дыхание.

– Как ты об этом узнала?

Девушка пожала плечами.

– Род как-то говорил, – их глаза встретились. – Я рада, что твоя семья сумела вернуть себе ранчо.

Шон кивнул, понимая, что девушка его не обманывает. Мария была не такой, как ее отец. Она никому не желала зла, даже Хантерам. Но Курта Истона сбрасывать со счетов не стоит – он добьется от своей дочери полнейшего подчинения.

– Ну, владеет «Дабл Эйч» вообще-то Нейт, – сказал Шон. – Он унаследовал любовь Хантеров к сельской жизни. Мне же по душе строительство.

– Но это же твой дедушка построил дом! Ясно, чей талант ты унаследовал.

На крыльцо вышла Тори. Она все еще была стройной, хотя и заметно, что женщина на пятом месяце беременности. Следом показались Нейт, Сэм и Бетти.

– Я так рада, что тебе удалось выбраться, – Бетти обняла Марию.

– Очень благодарна за приглашение, – ответила Мария.

Шон вытащил из кузова кадку с розой.

– Тори, это Мария. Мария, Тори.

Мария очень волновалась, когда брала розовый куст из рук Шона и передавала его Тори.

– Как мило. Спасибо тебе, Мария, – изящная блондинка улыбнулась. – Надеюсь, смогу сохранить его живым.

Когда разразился взрыв смеха, из-за дома вышла еще одна пара. Мария узнала сестру Шона и Нейта Эмили – высокую и стройную, с темно-каштановыми волосами и голубыми глазами. На ней была голубая блузка, джинсы и туфли. Мужчина с песочного цвета волосами, подошедший вместе с Эмили, был также очень красив. Одетый в брюки цвета хаки и желтую рубашку, он шел так, как будто боялся запачкать свои туфли. Ни у кого не возникло сомнений, что кавалер Эмили никогда раньше не был на ранчо.

– Значит, ты устала от Лос-Анджелеса и решила вернуться домой? – Шон сжал сестру в объятиях. – Хорошо, что ты вернулась домой, Эм.

– Дома так чудесно, – девушка отстранилась от брата.

Шон посмотрел на мужчину, стоящего за девушкой.

– А что это за парень?

– О, Джейсон, извини, – девушка представила их друг другу.

Джейсон улыбнулся и восторженно протянул руку.

– Замечательно, что мне довелось с вами познакомиться. Эмили столько рассказывала мне о своей семье, что иногда мне кажется, что я знаю о вас все.

Шон жестом подозвал к себе Марию.

– Эм, ты помнишь Марию Истон? Сейчас мы вместе работаем над проектом «Парадайз». Мария, это моя сестра Эмили и ее друг Джейсон.

Подошел Нейт.

– Хорошо, все в сборе. Теперь, сестренка, ты сможешь рассказать нам свою новость?

Эмили ухмыльнулась. Шон незамедлительно покосился на ее левую руку, ожидая обнаружить там обручальное кольцо. Но кольца не было, и это обнадеживало.

– Ну, я привезла сюда Джейсона, потому что он хотел увидеть ранчо. Он осматривал его расположение...

– Для чего?

– Джейсон – владелец кинокомпании. «Джейсон Майклз Продакшнз». Я продала ему рукопись «Пристань Хантеров».

Раздался удивленный возглас ее мамы.

– О, Эмили, это замечательно! Я знаю, как тяжело тебе это далось.

– Только вперед, сестренка, – Шон еще раз обнял ее, вспоминая, как Эмили долгие годы изучала историю и жизнь их семьи.

Затем с поздравлениями подошли Нейт и Тори.

– Надеюсь, ты обсудила контракт с адвокатом? – спросил Нейт.

– Мой адвокат уже все уладил, – кивнула Эмили. – Но это не главное. Компания Джейсона купила права на экранизацию «Пристани Хантеров». – Все выглядели пораженными, когда Эмили пустилась в подробности: – Он хочет начать съемки в ближайшие несколько месяцев. – Девушка посмотрела на Нейта. – Джейсон считает, что наше ранчо – лучшее место для экранизации моей книги.

Часом позже женщины на кухне готовили еду, а мужчины наблюдали за тем, как Нейт жарит барбекю в саду.

Мария ходила по прекрасной кухне, пораженная работой, которую проделал Шон. Все здесь было продумано до мельчайших деталей. Для Марии провели экскурсию по всему дому: были отремонтированы деревянные полы и камин, все ванные комнаты заново отделаны.

У этого человека невероятный талант. Впрочем, об этом Мария знала давно. Было время, когда Шон хотел пойти учиться на архитектора. В те времена у них обоих были мечты. Но самая заветная – всегда быть вместе. Они планировали поступить в один колледж, чтобы отец Марии не смог их разлучить. Но Эд Хантер умер, и все изменилось...

Мария услышала, как кто-то завет ее по имени. Она посмотрела на Тори, и краска залила ее лицо.

– Извини. Должно быть, замечталась. Я могу чем-нибудь помочь?

– Уже почти все готово, так что можно выносить еду в сад. Нейт сказал, что стейки уже поджарены.

Мария кивнула и взяла миски с картофельным салатом и шинкованной капустой. Девушка направилась через стеклянную дверь к большому столу из красного дерева. Дружный смех приветствовал Марию, когда она подошла к мужчинам, собравшимся вокруг самого большого гриля для барбекю, который она когда-либо видела.

Шон стоял к ней спиной. Рубашка обтягивала его широкие плечи, темно-синие джинсы подчеркивали стройность бедер, длину мускулистых ног. Он неожиданно повернулся и пошел ей навстречу, чтобы помочь донести миски.

– Спасибо, – кивнула Мария.

Шон наградил ее одной из своих улыбок, от которых у нее останавливалось дыхание и замирало сердце. Что за мужчина... А ведь она знала, что ничего хорошего из этого «свидания» не получится.

– Эй, улыбнись! Мы же пара, ты что, забыла? Я должен казаться тебе лучше всех.

– Думаю, для тебя главное – не переусердствовать.

Поставив миски на стол, Шон взял Марию под руку и отвел на другой конец сада, где они оказались одни.

– Что в этом смешного?

– Видишь ли, я не люблю быть в центре всеобщего внимания. Каждый раз, когда ты ко мне подходишь, все вокруг прекращают говорить и наблюдают за нами.

В это мгновение мама Шона, его сестра и Тори принесли остальную еду.

– Может быть, тебе не следует так переживать по этому поводу? – Шон неожиданно склонился над Марией и тронул ее губы теплым, нежным поцелуем.

Мария знала, что должна отстраниться, но это оказалось невозможно. Девушка обхватила его за плечи, когда Шон слегка прикусил ее нижнюю губу.

Неожиданно голос Нейта возвратил ее к реальности:

– Эй, вы двое! Заканчивайте! Время обедать.

Шон закончил поцелуй и слегка подмигнул Марии, затем он проводил ее к столу.

– Черт, как же я голоден! – воскликнул он, садясь рядом со свой ошеломленной спутницей.

Позже вечером Шон ходил вокруг конюшни в поисках Марии. Он знал, что играл с огнем, оставаясь с ней наедине. Особенно после того, как поцеловал перед всей семьей.

Он убеждал себя, что это было не больше, чем представление. Просто игра, для того чтобы избежать дальнейших расспросов со стороны матери. Так и было, но только до того момента, пока их губы не слились. А потом все исчезло, осталась только Мария.

Шон попытался отмахнуться от мучавших его чувств. Это просто глупо. Разве он не обещал себе никогда не прикасаться к Марии после их столкновения в трейлере около недели назад? Ему не хотелось, чтобы их отношения становились ближе, чем они были. Им еще предстоит работать вместе целых три месяца.

Он вошел в конюшню и остановился, пока глаза привыкали к тусклому свету. У боковой перегородки, рядом с денником Цыгана, стояла Мария, что-то напевая беременной кобыле Аппалузе. Девушка выглядела такой спокойной, беззаботной и красивой...

Шон хотел ее. Безумно.

Мария повернулась, и улыбка сошла с ее лица.

– Шон...

Не обращая внимания на нерешительность девушки, Шон подошел и заключил ее в свои объятия.

– Если ты скажешь, что не хочешь поцеловать меня, я назову тебя обманщицей.

Мужчина прижал к себе девушку. Мягкость ее тела почти сводила с ума.

– Нам не стоит этого делать, – слабо запротестовала Мария.

– Обманщица, – успел сказать мужчина перед тем, как их губы слились. С последствиями он будет разбираться завтра. А сейчас единственное, что ему было нужно на всем белом свете, – это чувствовать Марию в своих объятиях. Когда Шон языком проник в приоткрытый рот девушки, он услышал сладостный стон. Руки ее обвили его шею. Шон прижал к себе девушку еще крепче. Его рука поднялась выше и легла на нежную грудь. Сквозь шелковую блузку он ощутил твердеющий сосок.

Мария глубоко вздохнула и слегка отстранилась.

– Ты хочешь, чтобы я остановился? – сказал Шон, а пальцы его тем временем играли со все набухающим бутоном.

Девушка вздрогнула и потянулась губами к Шону. Он не мог ни о чем думать, кроме как о руках Марии, скользящих по его груди. От ее бархатных прикосновений горело тело. Шон оттолкнул девушку назад, к стенке денника, и прижался к ней всем телом.

– Ты только посмотри, Мария, что ты со мной делаешь, – он тяжело дышал. Они слились в новом поцелуе, от которого сексуальный голод стал только сильнее. Шон прижимал Марию к себе все крепче.

Неожиданно мужчина услышал, как его зовет Нейт. Шон успел отскочить от девушки именно в тот момент, когда в конюшню вошел его брат. Ругнувшись, он посмотрел на Марию. Глядя на ее блестящие глаза и влажные губы, Шон не удержался и прижал ее к себе, как бы пытаясь защитить девушку от всех бед.

– Успокойся, маленькая, все в порядке.

Хитро улыбаясь, Нейт подошел к ним.

– Извините, что прерываю.

– И что тебе понадобилось? – спросил Шон, пытаясь собрать все свое самообладание.

– Я просто пришел предупредить. Через минуту сюда придут Эмили и ее щеголь продюсер. Они собираются прокатиться на лошадях вокруг поместья. Сестренка хочет, чтобы вы проехались с ними. – Нейт посмотрел на Марию и снова улыбнулся. – И я буду с вами. Если они решили использовать «Дабл Эйч» как съемочную площадку, то первым делом им предстоит отреставрировать старый дом. А до тех пор нам стоит подумать, что еще здесь нужно привести в порядок.

– Хорошо, мы прокатимся, – сказал Шон и почувствовал, как Мария напряглась.

– Мне понадобится кое-какая помощь с лошадьми. – И, кивнув, Нейт вышел.

Когда они оказались одни, Шон опять заключил Марию в объятия.

– Извини, что Нейт прервал нас.

Девушка даже не взглянула на него.

– Может быть, это к лучшему. Думаю, мне не обязательно ехать с вами. Я останусь здесь и составлю компанию Тори.

Мария собиралась было уйти, но Шон остановил ее.

– Моя мама составит Тори компанию. Мне хотелось бы, чтобы ты поехала с нами. Я не хочу, чтобы мы расставались. Обещаю не распускать руки.

Мария знала, что сходит с ума. С ума по Шону Хантеру.

Она скакала на лошади по широкой тропе и размышляла, что ничего не изменилось с тех пор, как она покинула Хейвен. Каждого мужчину, с которым она пыталась начать романтические отношения, Мария сравнивала с Шоном. И никто из них не мог с ним сравниться.

Шон как будто понял, что Мария думает о нем, развернулся и подмигнул девушке. Ее пульс участился, когда Мария вспомнила их поцелуи в конюшне.

Наконец они оказались у старого дома Хантеров. Здание было почти разрушено – не было части крыши, но пол остался почти нетронутым. Сохранились конюшня и часть хлева.

– Это просто замечательно, – сказал Джейсон. – Именно так я это и представлял, когда читал рукопись Эмили. Разумеется, с этой крышей и этими стенами.

– Кажется, крышу снесло лет двадцать назад, – произнес Нейт. – Помнишь, Шон? Что думаешь? Сможем мы здесь все восстановить?

– Разумеется, сможем. Но у меня другой вопрос: а должны ли мы это делать? – Шон посмотрел на Марию, стоящую рядом с Эмили. – Здесь вся история семьи Хантеров. То, что мы собираемся потревожить это место, кажется святотатством.

Нейт кивнул. Шон знал, чего стоило его брату вернуть «Дабл Эйч» Хантерам. Как тот копил каждый цент, который зарабатывал. И когда полуразрушенное здание выставили прошлым летом на аукцион, Нейту удалось выкупить его.

Нейт развернулся к продюсеру.

– Джейсон, я думаю, мне придется расторгнуть наше соглашение, – произнес он. В тишине прозвучал только протестующий возглас Эмили. – И предложить вам другое. Вы не будете ничего платить мне, но вместо того, чтобы использовать это здание, построите точную его копию несколько севернее.

Джейсон вопросительно взглянул на Эмили, и та кивнула.

– Звучит неплохо. А можно взглянуть на то место?

Нейт улыбнулся.

– Разумеется. – Мужчина направился к лошадям.

Шон подозвал своего брата.

– Если ты не против, мы с Марией отправимся домой.

Увидев, как брат, сестра и ее друг скрылись из поля зрения, Шон повернулся к Марии.

– Наконец-то одни.

– Ты мог бы поехать с ними, я знаю дорогу назад.

– Мне нужно поговорить с тобой.

– Думаю, нам стоит говорить только о проекте. Мы работаем вместе. И ничего больше.

– Значит, эти поцелуи для тебя ничего не значили, – глаза Шона сузились. – То, что ты прижималась ко мне, позволяла мои рукам ласкать твое тело, – это все было ничего?

Мария вздрогнула.

– Я не отрицаю, что нас тянет друг к другу.

– Тянет? Черт возьми, дорогая, мы испускали такое пламя, что чуть не спалили конюшню.

– И что ты пытаешься доказать, Шон? Что я все еще испытываю к тебе какие-то чувства? Только оттого, что ты умеешь замечательно целоваться, я не собираюсь бросаться к твоим ногам. Мы уже не школьники. – Мария покачала головой. – У нас слишком тяжелое прошлое для того, чтобы было будущее. И чем раньше ты поймешь это, Шон Хантер, тем лучше для нас обоих.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Шон прижал к себе Марию, наслаждаясь ее мягким теплом. Губы девушки потянулись к нему в ожидании столь желанного поцелуя. Наслаждение обвивало их все плотнее, пока девушка брала то, что давал Шон, требуя большего.

Шон опустил девушку на кровать, и матрас прогнулся под их весом. Холодные простыни не могли остудить их жар.

– Шон... займись со мной любовью, – прошептала девушка, изогнувшись под ним.

– Моя радость, – произнес он, все ближе притягивая к себе девушку...

Раздался какой-то звенящий звук. Звонок становился все громче, а образ Марии начал меркнуть.

«Нет! – закричал он – Не оставляй меня!» И с этим криком Шон проснулся. Звонил телефон.

– Хотя бы это были хорошие новости, – прорычал он, тяжело дыша в трубку.

– Как насчет очередной кражи на стройке? – раздался в трубке голос Марии.

Все тело Шона гудело, когда он посмотрел на часы: 2.05.

– Мария?

– Начальник охраны не смог тебя разбудить, и поэтому он позвонил мне. Ты спишь как убитый.

Он пальцами пробежался по волосам.

– Все, я уже проснулся. Встречаемся через полчаса на месте.

Едва Мария вышла из своей машины, как рядом с ней остановился черный пикап Шона. Он выскочил, на ходу застегивая пуговицы рубашки.

Буря эмоций обрушилась на девушку, когда она увидела растрепанные волосы Шона и его сонно-эротичный взгляд. Выключил ли он телефон, потому что не хотел, чтобы его беспокоили? Был ли он с женщиной? Он долго не мог отдышаться, перед тем как ответил по телефону. Мария и хотела, и боялась это узнать.

– Где Роджер?

– Я его еще не видела, я приехала сюда незадолго до тебя. Но собираюсь это узнать. – Девушка направилась к новым зданиям напрямик, через грязное поле.

Шон догнал ее.

– Они успели сказать тебе что-нибудь по телефону? Они поймали кого-то?

Мария остановилась.

– Послушай, Шон. Я знаю не больше твоего. Если бы ты не был так занят, мог бы поднять трубку и сам расспросить Роджера, – Мария собралась продолжать путь, но Шон остановил ее.

– Что ты, черт подери, говоришь? Да, я был занят – я спал.

– Как скажешь, – Мария ненавидела себя за ревность. Что, если он действительно был с другой женщиной?

В свете прожекторов Мария увидела легкую улыбку на лице Шона.

– Ты думала, я был с другой женщиной?

Мария напряглась.

– Для меня не имеет никакого значения, с кем ты проводишь время. По крайней мере, пока это не влияет на работу.

Выпалив эти слова, девушка направилась к двум охранникам – Роджеру Шилдзу и Джерри Тернеру, стоявшим около одного из домов.

– Извините, что пришлось вас вызвать, Мария, – произнес Роджер. Хорошо сложенный морской пехотинец в отставке, он все еще носил армейскую стрижку.

– Мне показалось, что мы их поймали, – произнес второй охранник, Джерри, мастер боевых искусств.

– Каков урон? – спросил Шон, появившись за спиной Марии.

– Стены разрисованы, – ответил Роджер. – Джерри и я побежали за ними и почти поймали их, когда увидели, что горит другое здание. Нам пришлось отпустить негодяев, чтобы потушить огонь.

– Бензин, – сказал Шон. – Я чувствую его запах.

– О боже, – произнесла Мария. – Вы звонили пожарным?

Роджер покачал головой и посмотрел на Шона.

– Нам удалась потушить огонь до того, как он распространился. Эти парни были новичками, но я боюсь, что, если мы их не остановим, они еще доставят нам хлопот. От них пахло спиртным. Я бы много отдал, чтобы сорвать с них эти хоккейные маски.

– Вы видели, на чем они приехали сюда?

– Нет, но назад они побежали через поле. Для того, чтобы здесь проехать, нужен вездеход.

Шон зашел в дом, проводя фонариком по размалеванным стенам.

– Черт! Кто же нам так «помогает»? – пробормотал он.

– Я не стал звонить шерифу, Шон. Но думаю, тебе все-таки следует. Даже если это дети, они играют в опасные игры.

– Я поговорю с братом утром. Просто не хочу, чтобы вокруг нашего предприятия ходили слухи. Это бросит тень на весь проект.

– Кто бы это ни делал, дело серьезное. Сегодня ночью все могло выгореть дотла. Позвоните шерифу, – повторил Роджер и отошел в сторону.

Шон знал, что охранник прав. Просто он не мог представить, чтобы это сделал кто-нибудь из Хейвена. Или это проделки подростков?

Он направился к соседнему дому и внутри увидел Марию. В воздухе до сих пор стоял запах бензина.

– Да, плохи дела.

– Ну, не настолько, – Мария посветила фонариком на фанеру, которая лежала у угла дома. – Если избавимся от этой фанеры, то избавимся и от запаха, – девушка посмотрела на Шона. – Подъезжай сюда на своем грузовике, и мы отвезем все это на свалку. Запах должен уйти к утру. Никто и не узнает.

– А как же твой отец? Разве ты не должна рассказать ему об этом?

Мария покачала головой.

– Он нанял меня для того, чтобы я разрешала возникающие трудности. И мне кажется, что это будет лучший способ разобраться с проблемой.

Шон расслабился. Может быть, им еще удастся сработаться.

– Полностью с тобой согласен.

– И, Шон, мы не можем позволить себе, чтобы подобное повторилось. Сегодня нам повезло, но мы не должны терпеть подобные выходки, – Мария напряглась. – Я не позволю каким-то детишкам разрушить мою работу.

Шон не смог удержаться и улыбнулся, глядя на ее праведный гнев.

– Вот такая моя девушка...

– Я не твоя девушка, а твой менеджер проекта. Не слишком ли много у тебя девушек? – Мария направилась к трейлеру. Шон незамедлительно последовал за ней, схватил за руку, пытаясь остановить.

– Отпусти меня!

– Только после того, как объясню тебе кое-что.

Она прекратила сопротивляться и скрестила руки на груди.

– Хорошо, говори.

– Я так долго не мог ответить по телефону, потому что я спал и... мне снилась ты, – Шон поцеловал ее в кончик носа и заставил себя отойти от девушки. Он знал, что Мария еще не готова доверять ему. А ее доверие было для него важнее всего.

В восемь часов следующего вечера Мария, усталая и голодная, пришла в свою небольшую квартирку. Прошлой ночью Шон проводил ее со стройплощадки домой. И после нескольких часов сна Мария возвратилась на стройку, где ее уже дожидались Шон и Нейт.

Вместе они поговорили о ночном происшествии. Брат Шона пообещал увеличить число патрулей, надеясь, что это поможет припугнуть поджигателей.

После того как Нейт ушел, Шон не отправился, как всегда, к рабочим, а остался в трейлере и провел утро в телефонных разговорах и в бумажной работе, которую так ненавидел.

Сейчас, дома, Мария с облегчением стянула с себя рабочую одежду и зашла в ванную, позволив себе понежиться в теплой воде дольше обычного. Сегодня ей нужен был только небольшой ужин, телевизор и долгий крепкий сон.

Выйдя из ванной, она надела новые джинсы и белую футболку. Собрав волосы в пучок на затылке, Мария направилась к холодильнику. Еды в доме практически не было, и девушка уже собралась заказывать по телефону пиццу, когда раздался стук в дверь.

Она никого не ждала. Открыв дверь, она увидела на пороге Шона. На нем была облегающая футболка кремового цвета и мятые джинсы.

– Шон? Что ты здесь делаешь?

Не дожидаясь приглашения, он вошел в маленькую квартиру девушки.

– Послушай, Шон. Я сегодня очень устала. Хотела заказать еду...

– Хорошо, что ты еще не поела. Я приглашаю тебя на ужин.

– Ты знаешь, мне не очень хочется одеваться и идти куда-то...

Голубые глаза Шона скользнули по телу девушки, и от этого взгляда у Марии защемило сердце.

– Ты и так замечательно выглядишь. Кроме того, нам не придется далеко идти.

Девушка хотела было возразить, но не смогла, когда Шон взял ее за руку.

– Но я не хочу выходить из дома, уже поздно.

– Без проблем.

Девушка кивнула, надела босоножки и поспешила в ванную. Пробежавшись расческой по распущенным волосам, она подкрасила губы. Мария ненавидела себя за то, что ей так не терпится провести этот вечер с Шоном. Она несколько раз глубоко вздохнула и вышла к мужчине.

Шон улыбнулся.

– Хорошо, что ты распустила волосы.

Он подал Марии руку, и они спустились вниз по лестнице. Вместо того чтобы направиться к грузовику Шона, они, к удивлению Марии, пошли к задней двери кафе. Он провел девушку через пустую кухню в главный зал.

– О, Шон!

Ресторан был закрыт, никого не было, и полумрак придавал еще большее ощущение уединенности. На столиках стояли свечи, озаряя кафе мягкими отблесками. Один из столиков был накрыт белой скатертью и сервирован. В центре стояла ваза с розами. В музыкальном автомате играла «Свободная мелодия».

Мария обернулась.

– Это все сделал ты?

– По большей части, но готовил Сэм. Я хотел найти для нас особенное место, – Шон шагнул вперед. – Пойти с тобой туда, где нас не будут беспокоить остальные.

Под «остальными» Шон в первую очередь имел ее отца, поняла Мария.

– Эй, не надо грустить! – Шон взял девушку за руку. – Не нужно переживать сейчас из-за работы. Этот вечер поможет нам расслабиться после тяжелой недели.

Он взял ее за руку и повел на небольшую танцевальную площадку. Оказавшись в его руках, девушка сразу же забыла все доводы, почему она не должна делать этого. Мария не смогла удержаться и прижалась к нему всем телом.

Музыка закончилась слишком скоро. Шон слегка отстранился, неохотно отпуская Марию. Он хотел бы танцевать с ней так целую вечность.

– Тебе все еще нравится эта песня?

– Ты помнишь? – Девушка посмотрела на Шона большими зелеными глазами.

Он кивнул.

– Я еще помню, как ты плакала, когда мы смотрели фильм «Призрак».

Девушка улыбнулась.

– А ты не должен был это заметить.

– Это было тяжеловато, особенно когда вся моя майка намокла, – сказал Шон и быстро добавил: – Но я не это имел в виду. Парень сделает все что угодно, чтобы подольше подержать свою девушку в объятиях.

– Это было не все, что тебе хотелось сделать, – прошептала Мария.

О, Шон помнил, как все было. Как ему страстно хотелось прикоснуться к ней. С годами чувства только обострились.

– Что сказать? Я был подростком. Улыбка сошла с лица Марии.

– Да, у тебя была та еще репутация.

Мария попыталась отойти, и мужчина выпустил ее из своих объятий, понимая, что момент упущен.

– Стакан вина? – Шон подошел к ведерку со льдом, в котором стояла бутылка, и наполнил стаканы. Один он протянул девушке.

Мария сделала глоток.

– Я могу стать от вина очень сонной.

– Постараюсь не дать тебе уснуть. Кроме того, надеюсь, оно поможет тебе расслабиться и насладиться вечером.

Девушка потянула носом воздух.

– О, это же лазанья Сэма! Вот теперь я буду наслаждаться.

– Значит, чтобы привлечь твое внимание, мне нужно тебя накормить?

Девушка изогнула бровь, и Шон едва удержался от того, чтобы поцеловать ее.

– Распоряжайся моим вниманием, пока я буду есть.

Мужчина проводил девушку к столу.

– Исполню любой ваш каприз.

Шон отправился на – кухню и вышел оттуда с двумя тарелками лазаньи. А затем сел напротив девушки. Он не мог не улыбнуться, когда увидел, с каким аппетитом она накинулась на еду. Начало положено.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

На следующее утро Мария прибыла на работу в шесть утра. Шон уже сидел за столом. Он поприветствовал девушку коротким кивком и продолжил разговор по телефону. Как обычно – дела.

Наконец Шон повесил трубку и подошел к столу Марии.

– Привет, – его взгляд задержался на девушке.

– Привет, – Мария развернулась и кивком показала на бумагу в руках Шона. – Какие-то проблемы?

Он кивнул.

– Да, Бен Комбс звонил мне вчера вечером. Он попал в аварию на своем мотоцикле.

Мария онемела от изумления. Это был прекрасный плотник.

– С ним все в порядке?

– Ему сильно досталось, к тому же он сломал руку. Он не сможет работать по меньшей мере шесть недель.

– Тогда нам нужно найти ему замену, – сказала Мария, чувствуя себя бессердечной за то, что думает только о графике проекта. Но это было необходимо.

– Ты права. Мы не имеем права терять время. Я нанял Чака Харпера. Мы с ним работали прошлым летом. Он будет здесь к восьми.

– Хорошо, – сказала Мария и начала перебирать бумаги на своем столе. Она не могла не смотреть на Шона и не вспоминать ужин и танец в кафе в прошлую пятницу. В глубине души девушка сердилась на Шона за то, что он не звонил и не приходил к ней в эти выходные.

Да и вообще ей лучше выкинуть его из головы. Надо держаться на расстоянии. И всю оставшуюся часть утра Шон работал на своей половине трейлера, а Мария на своей. Она уже искренне радовалась, что наконец-то сможет поработать, не отвлекаясь ни на что.

И ей бы это удалось, если бы не отец, который звонил ей раза четыре с какими-то дурацкими вопросами. Когда девушка в очередной раз подняла трубку, то поняла, что ее отец все больше волнуется, а смысла в его словах все меньше.

Наконец Мария попросила отца больше ей не звонить. Обещая вечером заехать и рассказать о том, как идут дела, она повесила трубку.

– Что-то стряслось? – спросил Шон.

– Думаю, небольшой ленч поможет во всем разобраться. Тебе что-нибудь принести? – Она надеялась, что Шон не пойдет с ней.

– Если тебя это не затруднит. Чизбургер и картошку, – мужчина потянулся за бумажником.

Мария отказалась брать деньги.

– Не нужно. Следующий ленч – за твой счет.

Она уже почти дошла до двери, когда он ее остановил словами:

– С тобой действительно все в порядке?

Мария лишь кивнула в ответ. Как легко было бы сейчас ему довериться! Но разве она могла снова рисковать своим сердцем?

Через двадцать минут Мария зашла в «Приятное времечко». Кафе было битком набито народом, звуки мягкой музыки заглушали разговоры. Оглядев этот шумный балаган, девушка заметила группу старшеклассников у музыкального автомата. Среди них был долговязый, худой паренек с длинными светлыми волосами – брат Марии, Рич.

Девушка улыбнулась. Она давно не видела Рича. Может быть, сейчас ей удастся с ним поговорить?

Мария прошла через небольшую танцевальную площадку.

– Привет, Рич.

Брат девушки повернулся, и улыбка сошла с его лица.

– Мария, привет.

– Почему ты не в школе?

– У нас сегодня был неполный день, – он засунул руки в карманы джинсов. – И сейчас я гуляю.

Мария посмотрела на остальных ребят. Рич не собирался представлять их своей сестре. Но Марию больше заботило то, что они боялись смотреть ей в глаза.

– Если ты так рано освободился, почему не пришел на стройплощадку? Я бы тебе там все показала.

Глаза Рича округлились.

– Нет! Зачем я должен это делать? – Он посмотрел на друзей. – У нас уже есть планы. Нам пора идти.

Компания направилась к двери, на Мария остановила своего брата.

– Рич, я надеялась, мы сможем поговорить. Если не сегодня, может быть, в другой раз.

– Старшей сестренке неожиданно захотелось поиграть? Ты уехала от нас к врагу.

Как он мог подумать такое о своей сестре?

– О чем ты говоришь?

– Ты водишься с Хантерами!

– Я работаю с Шоном!

– А куда вы ездили две недели назад?

Ее брат приходил к ней, когда они были на ранчо?

– Мы ездили на «Дабл Эйч». Меня пригласила миссис Хантер.

– А папа знает?

– Я не обязана догладывать отцу, где и с кем провожу время. – Значит, предрассудки ее отца распространяются на подрастающее поколение. – Ты же знаешь, Шон ни в чем не виноват. Все, что случилось между нашими дедами шестьдесят лет назад, нужно оставить в прошлом. Не позволяй отцу засорять твою голову.

Рик напрягся.

– Все, что я знаю, – так это то, что Истоны должны держаться вместе. Мы семья. А ты единственная, кто забыл о верности ей.

– На эту работу меня устроил наш отец. Там нет врагов. А глупую вражду уже давно пора прекратить.

– Как ты можешь такое говорить? Мария, они украли нашу землю! И я не собираюсь выслушивать то, как ты их защищаешь.

– Я никого не защищаю. Пожалуйста, Рик, давай поговорим.

Мария попыталась подойти к брату, но тот оттолкнул ее и выбежал из кафе.

Девушка наблюдала из окна за тем, как ее брат залез в новенькую машину, которую ему подарил отец, и быстро уехал.

– Мария?

Девушка обернулась и увидела Нейта.

– О, Нейт, извини, задумалась.

– Я пришел поговорить с тобой о брате. Рич тебе не доставляет неприятностей?

Мария не хотела рассказывать о проблемах своей семьи. Она заставила себя улыбнуться.

– Не больше, чем любой подросток.

Ее слова, казалось, не убедили шерифа, и он повел девушку за свободный столик в углу.

– Ты уверена, что только это?

– А в чем дело? Я что-то упустила?

Нейт пожал плечами.

– У Сэма были некоторые проблемы с Ричем и его друзьями. Но пока все удалось уладить.

Мария была поражена. Она знала, что у Сэма строгие правила для всех детей, которые приходят в кафе. И если они не подчинялись правилам, то кафе для них было закрыто.

– Так, а что еще?

– Несколько раз я его ловил, когда он прогуливал школу. И я поговорил с твоей матерью. Она пообещала мне побеседовать с ним. У большинства детей с возрастом это проходит. У нас с Шоном это закончилось достаточно рано.

– Твой брат еще не совсем отвык от подобных привычек, – сказала Мария и поняла, что рассуждает о нем, как будто они все еще пара.

– Вы смотрелись вместе на ранчо вполне уютно. Что, уже появились проблемы?

Пора заканчивать с этой игрой.

– Мы смотрелись «уютно» только для того, чтобы ваша мама перестала играть в сваху. Это было просто представление. Я работаю вместе с Шоном. Никакие другие отношения нас не связывают.

На лице Нейта расплылась большая ухмылка.

– Хорошо, что мама не видела тот жаркий поцелуй в конюшне. А то бы она уже начала планировать свадьбу.

Шон посмотрел на часы. Было уже далеко за час. Где же Мария? Обычно она никогда не уходила на ленч. А сегодня девушки нет уже больше часа, может, с ней что-то стряслось?

Когда дверь трейлера открылась, сердце Шона замерло, а затем забилось очень часто, как только их глаза встретились.

– Ты где была?

Девушка подошла к столу и положила на него свой рюкзак.

– Обедала.

– Это было около часа назад. Я пытался дозвониться тебе на мобильный.

– Ну, вот я здесь, – раздраженно сказала Мария. – Что это за вселенская проблема, которую ты не смог разрешить?

– Я не говорил, что не смог с чем-то справиться. Просто я хотел, чтобы ты была в зоне досягаемости.

– У меня были личные дела, идет? Я думала, что ты сможешь прожить час и без меня.

Шон заметил печаль в ее глазах.

– Мария, что стряслось?

– Ничего.

Когда девушка прошла рядом с его столом, мужчина схватил ее за руку.

– Мария, не обманывай меня. Что случилось?

– О, наконец-то ты взволновался. А то этим утром даже не смотрел на меня.

Шон поднял бровь.

– А разве ты сама этого не хотела?

– Шон, я хотела искренности. Я не хочу играть в игры. Ты обманывал, что твоя мать пыталась тебя сватать.

С кем она успела поговорить?

– Моя мама пыталась сосватать нас с Нейтом с тех самых пор, как нам исполнилось по двадцать одному году.

– Значит, то барбекю было делом ее рук, – глаза Марии стали ледяными. – А ужин у Сэма? Это тоже устроила твоя мама или ты решил узнать, за сколько сможешь завоевать непреклонного менеджера проекта? Флиртовать с девушкой, целовать ее на виду у всех, а потом с утра в понедельник вести себя так, как будто знать ее не знаешь.

Шон почувствовал себя настоящим мерзавцем.

– Нет, Мария, все было не так, – он попытался приблизиться к ней, но Мария отшатнулась от него. – Клянусь, я думал, что делаю только то, что хотелось тебе. – Мужчина провел рукой по волосам.

Глаза девушки наполнились слезами. Шон подошел ближе.

– Хорошо, я поцеловал тебя во время барбекю. Поцелуй в саду был для моей семьи. Но в конюшне я целовал тебя только потому, что не смог удержаться... Дай мне еще один шанс.

Мария покачала головой.

– Почему я должна снова пройти сквозь это? Один раз ты меня уже оттолкнул, Шон. Это больно.

– Тогда мне было семнадцать лет. Я был слишком гордым и глупым, – он тронул щеку Марии. – Когда мой отец умер, жизнь перевернулась с ног на голову.

– Я знала это и хотела сделать для тебя все, что было в моих силах.

– О, Мария, – Шон сделал шаг вперед, но тут дверь распахнулась.

Курт Истон вошел в трейлер. Он выглядел злым и раздраженным. Мария отскочила от Шона, но тот не дал запугать себя ее отцу.

– Что ты хочешь, Истон?

– Я хочу знать, какого черта ты не работаешь? – спросил Курт заплетающимся языком. Когда он шел к столу, его качало. Он что, пьян? – Почему ты не с рабочими? – опять спросил он.

– Я работаю здесь.

– Какого черта ты здесь забыл? Мария сама может справиться с офисом. Так что иди за молотком – и вперед на стройку!

– Папа, пожалуйста, – вступила Мария. – Шон наладил работу, и мы уже почти достигли графика.

– Я хочу, чтобы он вышел, – Курт показал на дверь пальцем.

Шон был сыт по горло. Он уже собирался пригласить остальных инвесторов посмотреть на Курта Истона во всей красе.

В этот момент Мария решила взять ситуацию под контроль.

– Пап, а давай я тебя отвезу домой и расскажу тебе обо всем, что здесь происходит? – начала уговаривать девушка. – Мама приготовит нам что-нибудь поесть.

– У меня нет на это времени. Проект выбивается из графика, – слабо сопротивлялся отец. Он моргнул, и его начало шатать. Шон оказался рядом с ним именно в тот момент, когда Истон чуть не упал.

– Эй, Курт! Думаю, тебе лучше присесть.

– Убери от меня свои руки, Хантер!

Не обращая внимания на слабые попытки Курта сопротивляться, Шон усадил его в кресло. Странно, но от него не пахло спиртным. Кожа его блестела от пота. Что-то было не так.

– Курт, вы принимаете какие-нибудь лекарства?

Мужчина расслабил воротник.

– Это не ваше дело.

– Извини, Шон, – сказа Мария. – Мне нужно отвезти его домой.

– Мария, извини, что лезу не в свое дело, но твой отец не пьет?

– Мой отец не пьет. У него... диабет. Он не хотел, чтобы кто-нибудь знал.

Шон в то же мгновение направился к маленькому холодильнику в углу. Он достал бутылку с апельсиновым соком, налил немного в чашку и протянул ее Истону.

– Курт, выпейте это.

– Я ничего не хочу, – мужчина слабо оттолкнул чашку.

– Мария, заставь своего отца что-нибудь выпить. Я вызову врача – Мария кивнула, и Шон достал сотовый телефон. – Скоро приедут.

Машина «скорой помощи» прибыла через десять минут. Как только врач занялся Истоном, Шон вышел из трейлера. В этот момент подъехала патрульная машина шерифа, и из нее вышел Нейт.

– Что случилось?

Шон понял, что выглядел не настолько спокойно, как ему казалось.

– Курт Истон как-то странно себя вел. Думаю, это диабетический криз.

– Я не знал, что Курт Истон диабетик.

– Как и я. Истон держал это в секрете.

Через двадцать минут отца Марии вынесли на носилках и погрузили в «скорую помощь». Мария вышла следом за своим отцом, бледная и испуганная.

Шон подошел к ней.

– Как он?

– Папе лучше, но врачи собираются забрать его в больницу. Мне нужно поехать с ним.

– Разумеется.

На глаза девушки выступили слезы.

– Мама! Нужно будет ей позвонить.

– Не беспокойся. Я съезжу за ней и привезу ее в Центральную больницу Хейвена. – Мужчина сжал руку Марии, пытаясь успокоить девушку. – Поезжай со своим отцом. Я побеспокоюсь обо всем остальном.

– Спасибо.

Девушка быстро залезла в машину «скорой помощи». Шон смотрел вслед машине, пока она не скрылась.

Через три часа Мария вышла из больничной палаты, где находился ее отец. Мать девушки приехала в госпиталь через полчаса после них и с тех пор ни на шаг не отходила от своего мужа. Доктор подтвердил, что у него диабет. И то, что отец совсем за собой не следил.

Мария чувствовала в происшедшем и свою вину. Ведь она начала подозревать отца в самом худшем. В том, что он снова начал пить. А все это время он был болен. Девушка глубоко вздохнула. Сегодня ее отец мог умереть, если бы не...

Девушка обвела взглядом комнату ожидания и заметила, как на одном из стульев расположился Шон, вытянув перед собой ноги. Его глаза были закрыты, голова откинута назад. Он был здесь из-за нее. Мария не ожидала, что Шон останется, она даже не знала, хотелось ли ей этого. Но сейчас она была очень рада, что он не уехал.

Она подошла к нему, и тот, как будто почувствовав присутствие девушки, открыл свои голубые, гипнотизирующие глаза.

– Привет.

– Привет, – ответила Мария, понимая, что ей трудно дышать. – А разве ты не должен быть на стройке?

– Мы с Родом периодически созваниваемся, – Шон хлопнул себя по карману, в котором был сотовый телефон. – Как твой отец?

– Пока без изменений. Я хотела поблагодарить тебя за то, что ты тогда не растерялся, – девушка отвел взгляд. – Если бы тебя там не было...

Шон положил руки на ее плечи.

– Не думай об этом. Сейчас самое главное – это то, что с твоим отцом все будет в порядке. Врачи все держат под контролем.

– А откуда ты знал, что нужно делать?

– У моего деда был диабет. Однажды, мне тогда было двенадцать лет, дед вел себя точно так же. Именно он и рассказал мне про сок. Очень важно, чтобы твой отец регулярно питался и принимал лекарства.

– Ну, теперь моя мама с него глаз не спустит.

Шон улыбнулся.

– Теперь, Мария, все будет в порядке.

Мужчина обнял девушку, и та не стала вырываться.

К семи часам вечера Мария вернулась на стройку. Грузовик Шона был припаркован за трейлером.

Бегло оглядев строительную площадку, девушка поняла, что рабочие уже успели уйти. Мимо проезжал один из охранников. Он поприветствовал Марию и продолжил свое патрулирование. Девушка поднялась по ступеням в трейлер. Шон сидел за столом и разговаривал с прорабом. Она прошла к своему столу, собираясь разобраться с бумагами.

Сверху лежало расписание завтрашнего дня. Через некоторое время подошел Род и поинтересовался состоянием отца девушки, а затем ушел.

Неожиданно Марии показалось, что трейлер словно сжался – это подошел Шон и сел на край ее стола.

– Мария... тебе не нужно было приходить сюда. Я сам могу со всем справиться.

Девушка кивнула.

– Я знаю, что отцу предстоит провести эту ночь в госпитале, поэтому решила возвратиться сюда, разобраться с бумагами.

Шон нахмурился.

– С ним все в порядке?

– Врачи просто хотят убедиться, что его состояние пришло в норму. Отец собирается сесть на диету и начать принимать инсулин, – устало вздохнула Мария.

– А как ты? – произнес Шон. – Тебе тоже пришлось нелегко. Почему бы тебе не взять несколько выходных?

Что он задумал?

– Нет. Думаю, я справлюсь.

– Мария, я знаю, ты чувствуешь себя виноватой, потому что думала, что твой отец снова начал пить.

– Хватит! – девушка предостерегающе подняла руку. – Я не хочу обсуждать это.

Мария ни с кем не делилась этой информацией, но каким-то образом Шону удалось узнать семейную тайну.

– Откуда ты про это знаешь? – спросила девушка после нескольких секунд напряженного молчания.

– Мы живем в маленьком городе, все обо всем в курсе.

Замечательно! Мария посмотрела на мужчину.

– Значит, теперь ты знаешь, что жизнь семьи Истонов не всегда была идеальной. Иногда она была очень даже непростой.

– Именно из-за этого ты и уехала в колледж?

Девушка кивнула.

– И именно из-за этого ты была дома всего несколько раз за последние десять лет? – спросил Шон. – Или все дело было во мне?

– Не льстите себе мистер Хантер. Я сумела излечиться от вас очень давно, – солгала девушка.

Шон прижал руку к сердцу.

– Прямое попадание.

– Как будто тебя беспокоило то, что меня больше нет в Хейвене. Я сомневаюсь, что ты вообще заметил, когда я уехала.

– Я приехал к тебе за день до твоего отъезда. Но твоя мать сказала, что ты не хочешь меня видеть.

– Мама никогда не говорила мне об этом, – растерянно прошептала Мария.

Шон пожал плечами.

– Может быть, это и к лучшему. Я просто не хотел, чтобы ты уезжала с такими тяжелыми чувствами. – Взгляд его невероятно голубых глаз ни на мгновение не отпускал Марию. – Я не хотел причинять тебе боль. Просто после того, как папа умер... и мы потеряли ранчо... У меня было слишком много проблем.

Девушка видела, что эта история все еще волнует Шона.

– Я знаю. Мы оба были слишком молоды. Их взгляды встретились.

– И я так из-за тебя переживал... Глаза девушки наполнились слезами.

– И я очень сильно из-за тебя переживала. Но мой отец доставлял мне столько проблем... И, казалось, уехав в колледж, я разрешу... все проблемы.

Шон взял Марию за руку.

– Теперь мы опытнее и, к счастью, мудрее. Я рад, что ты вернулась. И, я надеюсь, теперь останешься навсегда.

Это было уже слишком. Девушка не хотела вновь рождать в сердце надежду.

– Шон, сейчас я не могу думать ни о чем, кроме проекта... и моей семьи.

Мужчина положил ей палец на губы.

– Не трать энергию на споры, Мария. Между тобой и мной всегда что-то было. Было с тех пор, как я увидел тебя в первый раз. Боже, я не смел дышать, когда ты мне улыбнулась.

Шон наблюдал, как изумительные зеленые глаза Марии становились все шире и шире. Он хранил эти воспоминания долгие годы в самой глубине души, ни с кем не делясь. Но теперь пришло время открыть карты.

– Если уж начистоту, Мария... Я хотел бы положить конец этой теме как можно раньше.

Неожиданно Мария отошла в сторону.

– Думаю, лучше оставить все как есть.

– Ты сказала, что тебе не нравится, как я веду себя – то холодно, то пылко. – Он потянулся к девушке. – Но мы оба знаем, что, когда мы рядом, определенно становится очень жарко.

Шон прижал к себе Марию и припал к ее губам.

Это был пробный поцелуй, но он был наполнен возрастающей страстью Шона и его потребностью в Марии. Он прижимал девушку к себе все сильнее, его язык раздвинул ее губы и начал ласкать ее, пока Мария не обняла его за шею и сама не прижалась к нему.

Наконец она немного откинулась назад и посмотрела на Шона.

– Я мечтал об этом с тех самых пор, как ушел от тебя в пятницу вечером, – начал он. – Я несколько раз пытался тебе позвонить в субботу и воскресенье, но каждый раз одергивал себя.

Шон провел пальцем по нижней губе девушки, и она уже не могла сопротивляться. Всего одно короткое прикосновение, и она почувствовала такое тепло, что заныло все тело.

– Скажи, ты хотела увидеть меня так же сильно, как и я тебя?

Если она скажет правду, это будет катастрофой.

– Да, – произнесла девушка.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Прошло несколько дней. Шон только закончил говорить по телефону, когда с обеденного перерыва вернулась Мария. Как обычно, она ездила домой, повидать отца.

– Привет, – сказала Мария, направляясь к своему столу.

– И тебе привет, – Шон ухмыльнулся, когда Мария нагнулась у стола. Он не мог отвести глаз от ее фигуры – от того, как джинсы облегают ее ноги и округлую попку. Когда девушка выпрямилась, она развернулась и одарила Шона таким взглядом, словно знала, о чем он подумал.

– Тебе не кажется, что ты больше успеешь сделать, если будешь думать только о деле? – Мария подавила улыбку.

– Если тебе так хорошо удается читать мои мысли, догадайся, что я собираюсь сделать сейчас, – Шон пересек комнату и попытался обнять девушку, но та оказалась быстрее и увернулась от объятий.

– Шон, веди себя нормально.

Шон подчинился словам девушки и отошел.

– Ты – сплошное искушение.

– Помни, что здесь наше рабочее место. – Девушка села за стол.

– Тогда мы продолжим вечером. Пойдем сегодня в ресторан?

– Я думала, мы уже обсудили это. Мы не должны допустить, чтобы наши отношения зашли слишком далеко.

– Они и так уже зашли. Я хочу пригласить тебя на свидание.

– Я не могу. Я обещала отцу прийти на ужин.

Замечательно!

– А как себя чувствует твой отец? Когда собирается возвращаться к работе?

Истон уже замучил свою жену и дочь. Он требовал, чтобы Мария приходила к ним домой по нескольку раз на дню.

– Думаю, на следующей неделе.

В этой истории лишь одно было хорошее – и то только для Шона. Курт Истон наконец слез с его шеи. И работать сразу стало легче. Но Шон уже не радовался: он знал, насколько изнурительным это испытание оказалось для Марии.

– Твой отец один из инвесторов. Я с радостью сообщу ему, как продвигается работа.

В ответ Мария лишь смерила Шона скептическим взглядом.

– Хорошо. Может быть, это и не самая лучшая идея, – Шон был в отчаянии. – Ну, хорошо, если нам сегодня не удастся поужинать, то давай хотя бы закончим работу пораньше и сходим куда-нибудь выпить. Мне с тобой хотелось бы кое-что обсудить.

Проводя много времени вместе, они никогда не появлялись на людях. А Шон хотел, чтобы их считали парой.

– Сейчас, это, наверное, не самая лучшая идея, – усомнилась Мария.

– Хорошо, тогда скажи, когда она ею станет.

Мария ответила молчанием. Может быть, она не хочет, чтобы они были вместе?

– Думаю, что не так понял твои намеки. Мне казалось, ты хотела проводить со мной больше времени.

– Не в том дело, Шон, – начала девушка. – Но это ты ведь говорил, что нам не стоит спешить. На нас обоих лежит большая ответственность.

– Я не забыл об этом, Мария. Но у тебя ведь должно быть время и на другие вещи, кроме работы. – Шон схватил каску и вылетел из трейлера.

Этим же вечером после девяти часов Мария остановила свою машину рядом с гаражом Хантеров. Девушка подняла взгляд наверх. Свет был включен. Шон дома.

Мария вышла из машины, поднялась по лестнице и постучала в потемневшую от времени дверь. Пока она ждала, секунды казались часами. Потом распахнулась дверь. Шон появился на пороге в джинсах и расстегнутой рубашке. Девушка не могла ни дышать, ни говорить.

– Мария, что ты здесь делаешь? Что-то случилось на стройке? Только не говори, что был очередной погром.

Девушка покачала головой.

– Я... хотела поговорить с тобой, но если это неподходящее время... – теряя самообладание, Мария начала разворачиваться. Шон остановил ее.

– Мария, просто скажи, связан ли твой приход сюда с нашей работой.

Девушка покачала головой.

На лице Шона медленно появилась эротичная улыбка.

– Ты пришла увидеть меня? – выдохнул он и провел Марию в дом.

Она чувствовала, что не может противостоять этому мужчине. Это было столь же бесполезно, как и пытаться забыть свои чувства к нему.

Обвив руками шею Шона, она выпалила ему в ухо:

– Просто знай, Шон Хантер, существует сотня причин, почему я не должна здесь находиться. Почему не должна снова начинать все сначала.

Губы мужчины накрыли ее губы, поглотив слова и дыхание.

– И как мы сможем вместе работать? – оторвавшись от него, прошептала она.

– Замечательно, – он нежно прикусил ее нижнюю губу.

Мария вздохнула и прижалась к Шону, наслаждаясь чудесными ощущениями. Она уже не могла остановиться, когда приблизила свои губы к его. Теперь ее язык притрагивался к губам Шона. Мужчина застонал и сжал девушку в своих объятиях.

– Шон, – выдохнула Мария, когда он взял девушку на руки, отнес ее на диван, сел и посадил себе на колени. Она не хотела думать ни о чем, только о том, чтобы любить этого человека.

– Я скучал по тебе, – признался Шон в перерыве между поцелуями. – Я даже не могу передать, насколько рад, что ты сейчас здесь.

– Я не должна была приезжать. Шон, мы играем с огнем. Мой отец... – слова так и не слетели с уст девушки, потому что Шон положил свою руку под майку, на обнаженную кожу девушки. – Папа никогда не примет этого.

– Твоего отца здесь нет. Только ты и я. Мы совсем одни.

Шон снова завладел губами девушки. Он хотел дать ей понять, что его волнует только она одна, та, которая так ему нужна.

– Шон...

Он прижал ее голову к своему плечу.

– Только ничего не говори. Я так сильно тебя хочу, что готов взорваться. Но ты для этого еще не готова. А я тебя слишком сильно люблю, чтобы воспользоваться своим преимуществом.

– Я хочу тебя, – сказала девушка, пытаясь привести свои мысли в порядок.

– И я тебя. Но все происходит слишком быстро, нам нужно сбавить ход. У нас еще даже не было свидания.

Шон поцеловал девушку в лоб. Она понимала, что он был прав, но от этого ее влечение к нему меньше не становилось.

– Ты очень изменился по сравнению со школой. Тогда ты все тянул руки, пытаясь забраться мне под кофту.

Шон засмеялся.

– Я всего лишь пытался сделать первый шаг, а ты всегда боролась со всеми моими лучшими порывами.

– Я всегда думала, что ты бросил меня именно из-за этого.

Когда Мария услышала проклятие, раздавшееся из уст Шона, то попыталась слезть с его колен. Но мужчина только сильнее прижал ее к себе.

– Мария, когда я разрывал наши отношения, то думал про это в последнюю очередь. У меня все в жизни перемешалось после смерти отца. Но ты всегда значила для меня очень многое. Просто наша семья потеряла все: дом, деньги...

– Я понимала это. Я хотела помочь тебе, но ты уже встречался с другими девушками...

Шон вздохнул.

– Я не отрицаю. Но девушек было намного меньше, чем мне приписывают.

Голова Марии легла ему на плечо. Она хотела ему верить.

– Мне нужно идти домой.

– Только после того, как ты меня выслушаешь. Мария, не делай ошибок. Я хотел тебя тогда, хочу и сейчас. Но если мы с тобой сегодня разделили бы постель, то я уверен, завтра очень бы об этом пожалели, – мужчина покачал головой. – Я бы не пережил этого. Мне нужно больше, чем одна ночь, – он глубоко вздохнул. – Тебе сейчас приходится очень непросто. Нам обоим непросто. Я хочу, чтобы ты вернулась в мою жизнь, Мария, – Шон в смятении провел по волосам. – Я знаю, этот проект отнимает у нас очень много времени. Но мы все равно должны найти время. Как ты относишься к тому, чтобы куда-нибудь со мной сходить?

– С удовольствием, – ответила Мария, понимая, что ведет себя легкомысленно. – А как же мой отец?

– Я знаю, Курт точит зуб на нашу семью, но, Мария, это же твоя жизнь.

– Может быть, хотя бы не будем сообщать ему об этом прямо сейчас? После болезни у него и так уйма проблем.

– Мэм, я всего лишь хочу быть с вами, – произнес Шон и поцеловал девушку, прежде чем она успела отстраниться. – Боже, какая же ты желанная, – произнес мужчина и отпустил ее. – Нам нужно развеяться, – с этими словами Шон помог Марии подняться. – Я хочу тебе кое-что показать. – И он протянул ей папку. – Ты посмотришь для меня этот проект?

– Шон Хантер, ну ты и болтун! Так вот что тебе надо было!

Он широко улыбнулся.

– Я стараюсь.

На следующее утро Шон припарковал свой грузовик рядом с машиной Марии. Хотя из-за этой девушки он практически не спал ночью, его сердце колотилось в ожидании новой встречи. Он взбежал по ступенькам, открыл дверь трейлера и поспешил внутрь. Кроме Марии в трейлере находились еще двое рабочих – Джек и Том.

– Привет, Шон, – сказал Джек. – Ты сегодня с нами работаешь?

Шон перевел взгляд с Марии на мужчину.

– Кто-то же должен присматривать за вами, ребята, – с усмешкой произнес Шон.

Мария протянула столярам чеки, и они, кивнув, отправились на строительную площадку.

Стоило двери закрыться, как Шон сразу же подошел к девушке. Не говоря ни слова, он сжал ее в своих объятиях и крепко поцеловал.

– Доброе утро.

– И тебе тоже доброго утра, – произнесла она, освобождаясь от объятий и нервно поглядывая на дверь.

– Боишься, что нас кто-нибудь увидит?

– Я хочу, чтобы наша личная жизнь оставалась личной.

– Может быть, я смогу подъехать попозже?

– Может быть, – она улыбнулась и достала из письменного стола папку, которую дал ей Шон прошлой ночью. – До того как ты отправишься к рабочим, у нас есть несколько минут, чтобы обсудить твое предложение.

– Ты уже успела его просмотреть?

Зеленые глаза девушки поднялись на Шона.

– Прошлой ночью я не смогла заснуть.

Сердце Шона забилось чаще.

– Ты тоже? Тебе еще повезло, что я не решил постучаться в твою дверь, – он пододвинул стул. – Так что ты думаешь о проекте в Лас-Вегасе?

– Он в два раза больше проекта «Парадайз». Ты справишься с таким объемом?

– Я уже думал над расширением своей компании. Рабочие у меня будут. И почти все они смогут на полгода перебраться в Вегас.

– Согласна. Это хороший проект, и его можно представить на конкурс. Временные рамки вполне разумные.

Шон почувствовал, как в нем нарастает возбуждение.

– А как ты относишься к тому, чтобы тоже на время перебраться в Лас-Вегас?

– Я? Ты предлагаешь мне работу?

– А у тебя есть какие-нибудь планы после «Парадайза»?

Мария знала, что Шон просит ее быть не только менеджером проекта. Она покачала головой.

– Тогда помоги мне получить этот проект!

Девушка вытащила из стола другую папку.

– Как я уже сказала, я не могла заснуть вчера вечером...

Глаза Шона разгорелись, когда он просматривал страницы, над которыми Мария трудилась большую часть ночи.

– Боже, сам бы я никогда не изучил его до таких деталей!

– Это часть моей работы. Еще нужно уточнить стоимость материалов. Если сможешь убедить лучших своих людей поехать с тобой, тебе придется оплачивать их содержание. А наняв местных рабочих, тебе удастся прилично сэкономить.

Шон присвистнул.

– Рядом с тобой мне кажется, что я с этим справлюсь. Сможешь ли ты отправиться со мной в Вегас, чтобы участвовать в этом конкурсе?

Мария была поражена тем, насколько Шон ей доверяет. Но она должна отказаться. Ее отец будет в ярости, если узнает. Уезжать куда-то с Хантером!

Но Мария не смогла удержаться:

– С удовольствием.

Вечером в пятницу Шон уехал в Тусон, чтобы взять билеты на ближайший самолет в Лас-Вегас. Они оба не сообщили родным о своей поездке, и особенно о том, что уезжают вместе.

После того как самолет приземлился в Лас-Вегасе, Шон и Мария забрали багаж и взяли машину. В элитном отеле Шон заказал двухместный номер. Отдав чаевые носильщику и закрыв за ним дверь, он прошел в гостиную и тут заметил обеспокоенный взгляд Марии. Что он ожидал от выходных, которые им предстоит провести вместе?

– Так как ты устала, нам стоит поужинать и немного пройтись по городу.

Она улыбнулась.

– Через полчаса я буду готова.

– А по мне – ты и так прекрасно выглядишь. – Даже слишком. На Марии были светло-желтые капри и темный шерстяной свитер. Ее красивые волосы были собраны в пучок. Девушка оглядела комнату.

– Я просто хотела позвонить маме и сообщить ей, что все в порядке.

– А что ты сказала своим родителям?

– Что собираюсь проходить собеседование на новую работу, – ответила Мария, – то есть чистую правду.

Шон смотрел, как девушка вошла в свою комнату и закрыла дверь. Он надеялся, что большую часть недели они смогут провести вместе. Вдалеке от Хейвена и семейных проблем.

Но есть ли у них шанс? Смирится ли Истон с тем, что его дочь встречается с Хантером?

Дверь спальни открылась, и в комнату снова вошла Мария. Девушка распустила волосы и подкрасила губы.

Она подошла прямо к Шону, обвила его шею руками и поцеловала. Поцелуй был глубоким и страстным. И когда девушка отстранилась, все ее тело требовало продолжения.

– Я, конечно, ничего не имею против, но к чему бы это?

– Просто захотелось хорошо начать вечер. Заодно и поблагодарить тебя за то, что хочешь и дальше видеть меня менеджером проекта.

– Да, однако этот проект мы еще не получили.

Мария улыбнулась.

– Получим. Твоя репутация становится все выше. Она растет прямо-таки на глазах.

Росла не только репутация.

– Давай отложим празднование до завтра. Пойдем поужинаем, – Шон взял девушку за руку и вывел из комнаты, пока еще мог сосредоточиться на еде, а не на Марии.

Мария уже давно так не веселилась. Она всегда была слишком занята работой, чтобы брать отпуск. К тому же считала, что азартные игры – глупая трата времени и денег. Однако с Шоном она узнавала многое, о чем даже не подозревала раньше. Например, игра в «очко».

– Блэкджек, – сказал Шон, когда Мария открыла карты.

– Я выиграла! – вскрикнула девушка. Шон подмигнул ей.

– Это уж точно! – произнес он, когда крупье выставил перед Марией фишки. Благодаря указаниям Шона ее ставка в сто долларов значительно увеличилась, и девушка решила поставить в три раза больше.

– С тебя завтра обед! – подмигнул ей Шон. Когда им обоим надоели карты, они забрали фишки и двинулись к игральным автоматам. Шон провел девушку мимо однодолларовых автоматов к пяти– и двадцатипятидолларовым.

– Ой, Шон, думаю, для меня это дороговато.

– Гулять так гулять, – мужчина ухмыльнулся и достал из кармана несколько купюр. – Давай попробуем вместе и посмотрим, что из этого выйдет.

Мария согласилась, но после того, как несколько бумажек бесследно исчезли в недрах автомата, удовольствие от игры несколько поблекло. И в этот момент неожиданно появились три вишенки.

– Ой, Шон! Мы выиграли! – радостно воскликнула девушка.

– Маловато будет, – ответил тот и потянул за рычаг. На экране снова появились разные знаки.

Каждый из них сделал еще несколько ходов, но неудачно. Мария печально наблюдала за тем, как сокращается их предыдущий выигрыш.

– Может, нам пора бы остановиться?

– А где твоя тяга к приключениям, женщина?

– Исчезла вместе с последней сотней долларов.

Он наклонился и припал к губам Марии.

– Верь мне, – хрипло прошептал Шон и положил руку девушки на рычаг, но свою не убрал. Не отрывая глаз от Марии, он опустил его.

Автомат зажужжал, когда каждая из картинок остановилась. Тройной «бар». Еще один. И еще один. Заиграла музыка, и девушка бросилась в объятия Шона, не беспокоясь о том, что на них смотрят. Они выиграли почти три с половиной тысячи долларов. Шон поцеловал Марию.

– Вот видишь, я же говорил, что мы хорошая команда!

Около часу ночи Шон и Мария неохотно признали, что уже поздно.

Они вышли из лифта и направились к своему номеру. Шон открыл дверь и пропустил девушку вперед. Свет был неярким, а из окна открывался прекрасный вид на сверкающий Вегас. Мария вышла на балкон, зная, что должна попрощаться с Шоном и пойти в свою комнату.

– Уже ночь, – произнес Шон, подойдя к девушке. – Нам завтра рано вставать.

Мария хотела возразить, но в конце концов кивнула, ожидая, что после этого мужчина уйдет. Однако вместо этого она ощутила прикосновение его рук на своих плечах.

– Спасибо за сегодняшний вечер, Мария. Я прекрасно провел время.

Девушка повернулась к нему.

– Я тоже, – прошептала она.

Мужчина коснулся ее лица, и в следующую секунду его рот накрыл губы Марии, подавив стон девушки. Шон прижал ее к себе. Его язык скользил вдоль ее губ, а потом проник внутрь. Ноги Марии ослабли, пульс участился.

– Мне не хочется заканчивать такую чудесную ночь, но лучше это сделать до того, как мы потеряем способность трезво мыслить, – Шон поцеловал девушку в кончик носа и проводил до двери ее комнаты. – Еще раз спасибо за чудесный вечер, Мария, – он поднес ее руку к губам. – Увидимся утром.

Мария продолжала стоять на месте, пока он уходил. Затем девушка услышала щелчок замка. Ей страстно хотелось последовать за ним, но она сдержалась.

Сказке конец.

Удача не подвела их и на следующий день, когда Шон и Мария отправились на конкурс проектов. Инвесторы и архитекторы проявили заинтересованность к их идеям, и когда Мария напомнила о хорошо известных проектах, в создании которых принимала участие, заинтересованность переросла в большой интерес, и их прямо спросили, когда появится возможность приступить к строительству.

Возвращаясь в отель, Шон убедил Марию в том, что они должны отпраздновать это событие. Он отправил ее в бутик, чтобы девушка приобрела какую-нибудь одежду для такого случая.

В магазине Мария остановила свой выбор на бледно-розовом платье со стразами и узкими рукавами. Наряд красиво облегал талию, а юбка спускалась воздушными складками чуть ниже колен. Девушка подобрала пару розовых туфель на высоких каблуках, которые прекрасно подошли к платью. Она даже зашла в парикмахерскую, где ей уложили волосы и сделали макияж.

В шесть часов вечера в дверь ее комнаты мягко постучали. Мария вздохнула и открыла дверь. Она потеряла дар речи, увидев перед собой высокого мужчину в темном костюме, белой рубашке с темно-вишневым галстуком. Шон выглядел просто божественно.

– Мария, ты просто великолепна! – не смог он скрыть своего восхищения.

– Так же, как и ты, – выдохнула она в ответ.

Шон сжал Марию в объятиях, и его губы прижались к ее губам в страстном поцелуе. Она обвила его шею, когда он языком раздвинул ее губы.

Шон отстранился и прижался лбом к ее лбу.

– Я хочу тебя, Мария Истон, хочу, как никого в жизни. И если я сию же минуту не выведу тебя из комнаты, это платье падет смертью храбрых.

Ее пульс участился.

– Может, я тоже хочу этого? – с вызовом спросила девушка.

Шон застыл, боясь поверить тому, что только что услышал, и зная, что им предстоит преодолеть еще очень много препятствий.

– Ты хочешь, чтобы мы занялись любовью?

Их взгляды встретились, и Мария кивнула.

– А как же твой отец? А вражда между нашими семьями?

– Это не наша вражда, – Мария встала на цыпочки и поцеловала Шона. – Ведь Кэтрин вышла замуж за твоего деда потому, что они любили друг друга. Это единственная причина, по которой двое должны быть вместе.

– Это причина, по которой мы должны быть вместе, – Шон поцеловал Марию долгим, глубоким поцелуем. – Мария, ты выйдешь за меня замуж?

Мария не могла трезво мыслить. Собственно, она не могла это делать с тех пор, как Шон вернулся в ее жизнь. А сейчас лишь поняла, что кивает в ответ на его невероятное, безумное, удивительное предложение.

Пока девушка не успела передумать, Шон отвез ее в мэрию, где они получили разрешение на брак, а затем они поехали в церковь. Все, чего ей хотелось, – это выйти замуж за человека, которого она так любила. Тогда все будет хорошо. Потому что так должно быть.

Мария стояла с букетом белых роз, не в силах оторвать глаз от Шона, когда вдруг услышала:

– Объявляю вас мужем и женой.

Их губы соединились в поцелуе. Мария окончательно растерялась. Шон, наконец, отстранился и улыбнулся девушке:

– Ну, миссис Хантер, как вы относитесь к тому, чтобы вернуться в отель и отпраздновать?

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

С третьей попытки Шону все-таки удалось открыть дверь номера. Он повернулся к Марии и взял ее на руки.

– Я хочу сделать все правильно, – произнес он, перенося жену через порог. Руки девушки обвили шею мужчины, и она поцеловала его.

Он донес девушку до стола, накрытого белой скатертью. В комнате горели свечи. На столе был накрыт свадебный ужин. Всюду были расставлены букеты цветов.

– О, Шон, – выдохнула Мария. – Как ты все это устроил?

– По телефону, – ответил мужчина и помог девушке сесть. – Я хотел, чтобы сегодняшний вечер был особенным. – Шон подошел к столу, взял из ведерка со льдом бутылку шампанского и открыл ее. – Знаю, мы поспешили со свадьбой, но это не значит, что ночь не должна нам запомниться.

Шон налил шампанское в бокалы и только тут почувствовал, что у него дрожат руки.

– За мою прекрасную невесту! – Шон произнес тост, и они оба осушили бокалы. Шон не мог оторвать от нее взгляда. – Мария, скажи мне, что это не сон. Только не говори, что я проснусь и ты исчезнешь.

Девушка подошла ближе.

– Я – не сон, Шон. Я твоя жена, – она поднялась на цыпочки, поцеловала его, нежно прикусив его нижнюю губу. Потом девушка скользнула губами по щеке к уху мужа и сказала: – Ну и когда мы начнем наш медовый месяц?

Шон тяжело сглотнул.

– Думаю, нам следует начать с обеда. – Он посмотрел в пленительные зеленые глаза Марии. – Возможно, ты голодна...

Девушка допила шампанское и поставила бокал на стол.

– Да, голодна, – девушка многозначительно посмотрела в сторону спальни, – но я совсем не хочу есть.

– Так же, как и я, – признал он.

Мария не могла поверить, что они с Шоном женаты. Неожиданно она запаниковала, разум боролся с ее любовью к этому человеку. Был ли у них шанс? Ее отец ненавидел Шона, а она любила их обоих. Почему она должна выбирать между ними?

Девушку охватила дрожь, и все вылетело из головы. Все, кроме Шона. Ее пальцы скользили по его широкой груди и добрались до плеч. Мария прижалась к нему еще крепче, давая свободу своей страсти.

Без малейших усилий Шон подхватил жену на руки и понес в спальню. Двуспальную кровать обрамляли зажженные свечи. Полог кровати был отодвинут, словно их здесь ждали. Шон положил девушку на кровать.

– Я мечтал об этом с тех пор, как впервые увидел тебя.

– Я рада, что мы дождались, – застенчиво призналась Мария.

Он снова поцеловал девушку и положил ее на спину и улыбнулся, расстегивая молнию на ее платье.

– Я думаю, тебе лучше снять это, пока я не порвал и не испортил что-нибудь. Сегодняшняя ночь должна быть идеальной.

Девушка чувствовала будоражащую смесь страсти и обещания.

Мужчина опустил лямки платья с плеч девушки, и оно соскользнуло вниз. Она стояла в одном кружевном белье. Его взгляд затуманился, когда Шон посмотрел на грудь девушки. Затем он коснулся ее рукой и начал ласкать пальцем сосок. Девушка застонала, страстно желая большего. И он наградил ее тем, что опустился вниз и прижался губами к тугому бутону ее женственности.

Голова девушки откинулась назад, когда она легла на прохладные простыни. Шон выпрямился, снял рубашку и бросил ее на пол. Затем наступила очередь ботинок, ремня, брюк... всего остального. Мария почувствовала, что ей трудно дышать, когда она рассматривала его идеальное тело. Когда она снова посмотрела в его лицо, то оказалась словно загипнотизирована его глазами. Он склонился над девушкой.

– Ты такая красивая...

Мужчина снял лифчик и коснулся ее груди. Затем Шон взял сосок в рот и ласкал его до тех пор, пока девушка, не в силах сдерживать свою страсть, не потянулась к нему. Она забыла обо всем, кроме этого мужчины.

– Я хочу тебя, Мария.

– Докажи мне это, займись со мной любовью, Шон, – Мария тяжело дышала. – Прямо сейчас.

Шон больше не мог сопротивляться ей. Он хотел эту женщину так долго... Он столько лет любил ее...

– Шон! – выкрикнула она.

Он не мог больше сдерживаться, и волна наслаждения захлестнула его. Собрав последние силы, он перевернулся на бок и сжал жену в объятиях, целуя ее волосы, прикасаясь к губам и влажной коже. Как же он любит ее! И всегда любил.

– О, Шон... – прошептала Мария, в ее глазах стояли слезы.

Мужчина прижал девушку к себе.

– Не плачь, маленькая. Или хотя бы скажи мне, что это слезы счастья.

– Счастья... Просто все это изумительно...

– Да, это было действительно изумительно. – Он начал целовать ее лицо. – Миссис Хантер, я никогда не говорил, что люблю вас?

Она почувствовала желание расхохотаться, но посторонние мысли вновь проникли в ее разум и заставили сомневаться.

– Это безумство. Мы вели себя как сумасшедшие. Приехали на строительный конкурс, а в итоге поженились.

– Я ни о чем не жалею. А ты?

Девушка дрожала все сильнее, а ее глаза наполнились слезами.

– О, Шон, это вызовет столько проблем! Но я ни о чем не жалею.

– Боже, я безумно счастлив! – Он прижался губами к ее рту, снова разжигая огонь страсти.

Мария вздохнула.

– Давай-ка посмотрим, найдем ли мы ключи от рая еще разок.

На следующее утро Шон никак не мог оторвать глаз от спящей Марии. Теперь она была его женой. Он до сих пор не мог в это поверить. Мысль о том, что со вчерашнего вечера он отвечает за другого человека, немного пугала. Жизнь менялась, а его бизнес еще не был стабильным. Большая часть доходов Шона уходила на то, чтобы выплатить долги Нейту. Если проект «Парадайз» будет завершен вовремя, Шон получит обещанную премию. Но до тех пор Марии придется жить в его маленькой квартире...

Мысли Шона перенеслись к небольшому участку земли за городом, который принадлежал ему. Около года назад он купил его, чтобы начать строительство дома, но до сих пор не находилось ни денег, ни времени. Возможно, сейчас удастся сосредоточиться на этом.

Он снова взглянул на свою жену. Волосы Марии рассыпались по подушке. Мужчина коснулся ее нежной щеки. Должно быть, она устала, так как оба они почти всю ночь не спали.

У Шона дух перехватило, когда он вспомнил, что в любви Мария оказалась такой же ненасытной, как и он. За эти годы ничего не изменилось. Его тело напряглось. Он снова хотел ее.

Не в силах сопротивляться этому желанию, Шон наклонился и прижался к соблазнительным розовым губам. Мария тут же ответила на поцелуй и обвила руками его шею.

– Доброе утро, – наконец произнес Шон.

Мария моргнула.

– Ну-ка, напомни мне, кто ты такой.

Именно это Шон и сделал, положив девушку на спину и устроившись сверху. Его губы ласкали ее тело до тех пор, пока Мария не начала умолять его о большем.

– Пожалуйста, Шон, – взмолилась она.

И в этот момент раздался телефонный звонок.

– Забудь о нем, – пробормотал мужчина.

– Мы не можем, – Мария села на кровати.

– Хорошо, но запомни, на чем я остановился, – ответил Шон, потянувшись к трубке с твердым намерением высказать все человеку, который звонит в такую рань. – Алло.

– Хантер, – в трубке раздался раздраженный голос Курта Истона, – я хочу знать, что ты делаешь с моей дочерью.

– Я не обязан отвечать на ваши вопросы, не касающиеся проекта. Сегодня выходной день, Курт.

– Мне плевать, какой сегодня день! Ты отвечаешь за свою работу двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. А теперь дай мне Марию. И не пытайся соврать мне, будто она не у тебя.

Откуда Истон узнал, что они покинули город? Только Род знал, как найти Шона. Мария взяла трубку.

– Да, папа.

Шон прошелся по комнате, пытаясь не слушать разговор жены с отцом.

– Да, мы вернемся сегодня, – девушка кивнула. – Я приеду на ужин. Пока, пап.

Обернув простыню вокруг своего тела, Мария положила трубку.

– Вчера отцу пришлось поехать в госпиталь.

Сейчас он в порядке, но, когда я не пришла его навестить, мама рассказала ему, что я улетела в Лас-Вегас.

– Когда мы вернемся, у нас найдется, что ему рассказать.

Мария подняла на мужа обеспокоенные глаза.

– Шон, мы не можем сказать ему, что женаты. В любом случае не сейчас. Он болен.

– То есть ты хочешь сказать, что все это было... ошибкой?

Девушка выбралась из кровати, прижимая к груди простыню.

– Нет, я этого не говорила. Но сейчас слишком многое на кону. Нам нужно думать о проекте, а отец не готов справиться с известием о нашей женитьбе, – она положила руку на грудь мужа. – Прошу тебя, Шон. Пусть какое-то время это будет между нами. Только до тех пор, пока не стабилизируется состояние отца.

У Шона не было выбора.

– Только до этого времени, – с неохотой кивнул он и наклонился, чтобы припасть к ее губам.

Мария отстранилась.

– Шон, нам нужно вылететь первым рейсом. Я сказала отцу, что приеду как можно раньше, – девушка указала на дверь своей комнаты. – Я закажу билеты, пока ты принимаешь душ, – она быстро поцеловала его и вышла.

Шон печально покачал головой.

– Думаю, медовый месяц окончен.

Вечером Мария сидела за обеденным столом в доме своих родителей, ковыряя вилкой еду на тарелке. Ей не хотелось есть. Она мечтала только о том, чтобы быть рядом с мужем.

Шон подвез ее сюда. По дороге домой они почти не разговаривали. Девушка расстроилась из-за того, что он не спросил, когда они снова увидятся, но не могла его винить. Да, они были женаты, но об этом никто не должен знать... пока.

– Почему ты не ешь цыпленка, дорогая? – спросила мама. – Ты себя хорошо чувствуешь?

Шерил Истон всегда изумляла дочь. Все еще красивой блондинке в январе исполнилось пятьдесят два. Она оставалась стройной, элегантно одевалась. Мать Марии сумела прекрасно обустроить быт и вырастить двоих детей. Ни разу в жизни девушка не слышала, чтобы она сказала отцу хоть одно грубое слово. И никогда ему не перечила.

– Все в порядке, мам.

– Ты явно не в порядке после того, как провела с Хантером целые выходные, – раздраженно сказал ее отец. – Я не хочу, чтобы ты общалась с ним.

– Папа, я с ним работаю! Кроме того, я взрослый человек и могу сама решить, с кем мне общаться.

Он гневно посмотрел на дочь.

– Значит, тебе все равно, если я стану посмешищем для целого города, когда все узнают, что моя дочь сбежала в Лас-Вегас с Шоном Хантером? Он же просто бабник!

Мария поняла, что краснеет. Что ж, это было правдой. Шон встречался со многими женщинами.

– А откуда все об этом узнают, если ты им не расскажешь?

Ее брат швырнул вилку на тарелку.

– Как ты вообще можешь выносить присутствие этого ублюдка? Видимо, ты перешла на их сторону.

– Рич, никаких сторон давно нет, – девушка посмотрела на отца. – Что Шон может поделать с тем, что случилось много лет назад? – Она поднялась. – Мне нужно идти.

Слава богу, что никто не попытался остановить Марию, когда она вышла из дома. С нее хватит. Однако, направившись к машине, она услышала, что ее зовет мать.

– Мария, не уходи вот так. Не нужно расстраивать отца.

– Мама, я устала от этого. Я хочу помочь отцу, но его ненависть к Хантерам не идет ему на пользу. – Господи, что же будет, когда Курт Истон узнает, что теперь Шон – его зять?

– Мы должны помочь ему, Мария.

– Не думаю, что я могу что-то сделать. Я не позволю ему указывать мне на то, с кем я должна проводить время.

– Я знаю. И знаю, что ты влюблена в Шона. Ты всегда мечтала о нем. Тогда, в старших классах, я знала, что ты бегаешь к нему.

– И почему ты никогда меня не останавливала?

– Потому что мне хватало проблем твоего отца. Против Шона я ничего не имею. Он кажется мне милым молодым человеком. Ты знаешь, я перед тобой виновата... Шон однажды пришел к тебе, а я сказала, что ты не хочешь его видеть.

Сердце Марии забилось сильнее.

– Когда это было?

– Это была прощальная вечеринка перед твоим отъездом. Я просто не хотела расстраивать твоего отца.

– Мам, ты должна была мне сказать!

– Я хотела, но это было не лучшее время для твоего отца, к тому же ты собиралась уезжать и все такое...

Мария отлично понимала, что значило это «все такое». Ее отец все еще пил.

Она хотела рассказать матери о своих чувствах к Шону, о свадьбе, но это поставило бы ее меж двух огней.

– Я люблю Шона...

Кивнув, мать взяла Марию за руку.

– Ты уже слишком взрослая, и не мне учить тебя. Советую лишь: держи это в тайне от отца. Он многое пережил, когда Нейт выкупил «Дабл Эйч», а компания Шона получила проект «Парадайз»... Теперь еще его болезнь... Просто не торопись.

– Мам, это смешно. Хантеры не собираются отравлять жизнь семье Истоков. Нужно поблагодарить дедушку Истона за то, что он положил начало всей этой ерунде. Но отца я виню только в том, что он передает эту ненависть Ричу.

– Рич – хороший мальчик. Ему просто нужно понимание и внимание отца.

Мария не была в этом так уверена.

– Мама, почему Рич не хочет поработать на стройке? Он может проводить там выходные, когда не занят в школе. Пусть немного заработает. Он узнает, что Шон не так уж плох...

Мать вздохнула.

– Я предложу ему, если ты будешь приходить к нам навещать отца. Я знаю, в своей жизни твой отец сделал много ошибок, но он тебя любит.

– Я тоже его люблю.

Шон сидел у двери квартиры Марии, когда та наконец подошла. Его сердце забилось чаще, когда она вышла из машины и начала подниматься по ступенькам.

На ней были джинсы и желтая блузка с короткими рукавами. Волосы мягкими волнами лежали на плечах. Он хотел заключить ее в объятия и целовать до тех пор, пока она не признает, что хочет его...

– Шон, что ты здесь делаешь?

– Привет, – мужчина поднялся. – Я думал, нам нужно поговорить.

– Забавно. Я думала, нам не о чем было говорить, когда мы возвращались из Вегаса.

Шон пожал плечами.

– Я был зол из-за того, что ты хочешь скрыть нашу свадьбу. Но потом я подумал...

– И к какому выводу пришел?

– Я вел себя как последний мерзавец, – Шон сделал шаг к ней. Мария не отступила, и тогда он коснулся ее волос. – И, о боже, как же я по тебе соскучился! Я не мог перестать думать о тебе, о нас.

– О, Шон!

Он заключил жену в объятия и поцеловал ее так, словно не хотел уходить никогда. Их обоих охватил жар, когда он начал ласкать ее.

– Может, продолжим внутри? – хриплым голосом предложил он.

Девушка вручила мужу ключ. Он отпер дверь и внес Марию в квартиру. Возле кровати горела лампа, мягко освещая комнату.

Шон повернулся к жене, обхватил ее лицо ладонями и проложил дорожку из поцелуев по линии подбородка, щеке, закрытым глазам.

– Прошлой ночью все было невероятно. Прошло всего двенадцать часов, но они показались мне вечностью. – Его голос был хриплым от желания, дыхание – учащенным. Мария чувствовала то же самое. – Пожалуйста, скажи, что ты тоже меня хочешь.

Желание заставило Марию забыть о здравом смысле.

– О, Шон, да! – Она притянула его к себе и поцеловала. Рука ее коснулась его груди, пальцы вцепились в воротник. Шон сорвал с себя одежду и начал раздевать жену.

В этот момент раздался стук в дверь.

– Кто там? – спросила Мария.

– Мария, это Нейт. Я ищу Шона.

– Я здесь, Нейт, – Шон торопливо начал одеваться, пытаясь не думать, что заставило брата искать его здесь. Он натягивал рубашку, когда Мария осмотрительно ушла в ванную.

Шон открыл дверь.

– Нейт, что случилось?

– Мы не могли найти тебя, поэтому я заехал за Марией и увидел твой грузовик.

– Что-то на стройке? – спросил Шон, обеспокоенный видом брата.

Тот кивнул.

– Кто-то тренировался стрелять по окнам домов.

– Черт! И когда закончится этот кошмар? – Шон продолжал застегивать рубашку.

– Извини, к тому времени, как твоя охрана дозвонилась до нас, нарушители уже исчезли.

– С Роджером и Джерри все в порядке?

– Да, все нормально. Я велел им оставаться на месте до тех пор, пока мы не приедем.

– Думаю, я должен быть тебе за это благодарен, – Шон наконец заправил рубашку в джинсы, проигнорировав вопросительный взгляд Нейта. Он уже надевал куртку, когда Мария вышла из ванной.

Времени на смущение не было, так же как и на приветствия. Шон взял ее за руку, и они направились к двери.

Именно сейчас он должен наконец остановить то, что хотело уничтожить его.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Потребовалось всего десять минут на то, чтобы добраться до стройки на патрульной машине Нейта. Шон открыл дверцу прежде, чем она остановилась. Он поспешил к зданию, чтобы оценить нанесенный ущерб, и столкнулся с одним из охранников, Роджером, который разговаривал с патрульным Кларком.

– Вы успели их хотя бы рассмотреть? – спросил Шон, зная, что он не получит желаемого ответа.

Роджер покачал головой.

– Извини, Шон. Джерри и я преследовали их до моста, – охранник махнул рукой в сторону реки. – К тому времени, как мы добрались туда, они нас опередили. Мы услышали, как завелся грузовик, и они на огромной скорости укатили.

– Черт! – С Шона было достаточно. – Для чего они это делают? Какой в этом смысл? Мы думали, они хотят украсть что-то ценное, но, выходит, их цель – лишь навредить.

К ним подошла Мария.

– Когда рассветет, возможно, Нейт сможет добавить что-нибудь определенное, – произнесла она.

Шон кивнул.

– Думаю, нужно оценить ущерб.

Они двинулись к двухэтажным домам. Шон взял у Роджера большой фонарь и направил луч света на фасад, чтобы обнаружить выбитые стекла и испорченные рамы. Часть облицовки тоже пострадала.

– О черт! Этот дом должен был стать нашим первым объектом для показа. На следующей неделе должен приехать специалист по интерьеру, а в следующем месяце дом необходимо сдать. Чем нам заменить эти окна? Их делали по заказу. На это ушли многие недели, – пробормотал Шон себе под нос.

– Я могу позвонить кое-кому, – предложила Мария.

– А смысл? Они вернутся и устроят что-нибудь еще. Черт, я не могу постоянно все тут заменять! В конце концов, это очень дорого!

– А как насчет страховки?

– Объяснения и сбор документов займут больше времени, чем имеется в нашем распоряжении. Время нам так же дорого, как деньги, – Шон повернулся к Нейту. – Что еще я могу сделать? Как остановить этих ублюдков?

– Ну, ты уж точно не можешь гоняться за ними по городу с ружьем. Придется тебе оставить это дело закону.

– Без обид, брат, но пока ты ничем помочь не смог, – Шон сразу же пожалел о сказанном. – Извини.

Нейт кивнул.

– И ты меня. У меня недостаточно людей, чтобы патрулировать всю стройку. Остается надеяться только на то, что эти мерзавцы совершат какую-нибудь ошибку.

Раздался звук мотора, и на стройку въехала машина, из которой вышел Курт Истон.

– Отлично, именно его нам и не хватало, – простонал Шон.

Внезапно Мария вырвала руку и пошла навстречу отцу. Даже не поздоровавшись, Истон забрал фонарь у Шона и повернулся к дому. Через полминуты он произнес:

– Шериф, что вы собираетесь делать?

– Сейчас я сделать ничего не могу, – ответил Нейт. – Как рассветет, мы проверим мост, откуда уехал грузовик. Надеюсь, преступники стали более беспечными и оставили какие-нибудь следы.

Истон взглянул на Шона.

– Это твоя вина. Ты должен был сосредоточиться на этом проекте, а не рыскать в поисках другого проекта в Лас-Вегасе.

Шон больше не мог сдерживаться.

– Да ты просто этим наслаждаешься, да, Истон?! К тому же ты можешь обвинить во всем меня, и это еще лучше!

Истон пожал плечами.

– Я не виноват в том, что ты не можешь справиться с работой!

– Думаю, вам обоим следует немного остыть, – вмешался Нейт.

– Шон здесь ни при чем! – добавила Мария.

– Но он не смог предотвратить этого.

– Можно подумать, я не пытался! – произнес Шон, пытаясь обуздать гнев. – Я нанял охрану, добавил освещения. Все выглядит так, будто у них на руках вся информация. Они явно знают расписание работы наших охранников. – Они всегда на шаг впереди меня, добавил он про себя. – Это становится уже подозрительным. Как будто кто-то хочет меня уничтожить.

– Ты сам к этому идешь! – презрительно фыркнул Курт.

– Черт возьми, Истон, я буду удивлен, если окажется, что ты к этому не причастен.

Мария ахнула:

– Шон, отец ни за что бы этого не сделал! Ему тоже есть что терять.

Шон переводил взгляд с Истона на Марию. В сердце словно вонзился нож, когда его жена выступила против него заодно с отцом.

– Но не то, что могу потерять я, – произнес он.

– Шон, подожди! Я хочу поговорить с тобой, – Мария бросилась за мужем, но он не остановился.

– Зачем? Ты уже объяснила свою позицию, – бросил он через плечо.

– А чего ты ждал, когда обвинил моего отца?

– В моем обвинении хотя бы есть смысл. У кого еще на меня зуб? Кто еще бы с радостью посадил Хантера в лужу? Что ж, моя дорогая, я уже достаточно соблюдал нейтралитет.

– Отец никогда бы не зашел так далеко. – Мария молилась, чтобы это оказалось правдой.

– Когда речь идет о Хантерах, твой отец пойдет на все.

– Шон, я знаю, что он почти все вложил в «Парадайз».

– Так же, как и я. Это начало моего пути, Мария. Это наше будущее. По крайней мере я думал, что у нас есть будущее, – голубые глаза, которые она так любила, стали холодными. – А теперь я уже в этом не уверен.

Мария почувствовала боль оттого, что он в нее не верит. А чему она удивляется? Ей следовало к этому привыкнуть, Шон уже ранил ее однажды.

– И я тоже.

Внезапно она услышала, как ее зовут, и оглянулась на отца, прислонившегося к машине. Он выглядел совсем вымотанным.

– Мне нужно отвезти отца домой, – она замолчала, надеясь, что сейчас Шон извинится и обнимет ее.

– Мы ошибались, Мария, когда думали, что наша свадьба остановит семейную вражду. Этого никогда не будет. Курт Истон ни за что не примет меня, – Шон отвернулся, когда отец снова позвал Марию. – Тебе пора идти.

Ее сердце вздрогнуло от боли.

– Прощай, Шон.

Рано утром на следующий день Шон и Нейт встретились на мосту. Они исследовали каждый дюйм и нашли несколько чехлов для винтовки. Нейт забрал вещественные доказательства с собой, чтобы проверить отпечатки пальцев. Однако если у вандалов был криминальный опыт, то это напрасная трата времени.

– Этого мало, но, возможно, нам повезет, – произнес Нейт.

– Я больше не собираюсь полагаться на удачу. И перееду в трейлер до тех пор, пока этот проект не будет закончен. Я не позволю кому-то отнимать то, что принадлежит мне, – продолжил Шон, думая не о проекте, а о Марии.

– Все еще считаешь, что Курт Истон приложил к этому руку?

– Вряд ли он сам стал бы пачкать руки, но можно нанять кого-нибудь, – Шон вздохнул. – Если бы это были подростки, они давно бы уже угомонились.

Брат посмотрел на него.

– Будь осторожен. Если эти парни – профессионалы, они могут играть в довольно жестокие игры. – Нейт замолчал на мгновение. – Конечно, это не мое дело, но я готов спорить, что у вас с Марией все серьезно.

Да уж, серьезней некуда! Он на ней женился.

– Двадцать четыре часа тому назад я тоже так думал.

Брат похлопал Шона по плечу.

– Если хочешь поговорить, я всегда рядом. Нейт улыбнулся, сел в патрульную машину и уехал.

Шон снова взглянул на поврежденный дом. Строители уже начали работать над панелями. Да, не этим должны были его люди заниматься сегодня. Он повернулся к тому месту, где обычно парковалась Мария, но там было пусто.

После всего, что Шон ей наговорил вчера, ее нельзя было винить в том, что она не приехала. А он так хотел, чтобы его жена была рядом с ним. Неужели это слишком много? Да, должно быть, ведь он вел себя как полный идиот.

Шон вошел в трейлер и обнаружил на своем столе конверт. Послание от Марии.

«Шон,

я связалась с «Эксклюзив Виндоу Компани» и заказала новые окна для двух домов. Они гарантируют доставку заказа через три недели. Я уже имела с ними дело, их продукция превосходного качества. И они всегда держат слово. Если тебе не по нраву мое самоуправство, заказ можно отменить в течение двадцати четырех часов.

Какое-то время меня на стройке не будет, но не волнуйся, свою работу я выполню. Я чувствую, что нам обоим нужно время, чтобы все обдумать и решить, какой путь следует выбрать. Пожалуйста, не пытайся связаться со мной.

Мария».

Шону стало нечем дышать, и он опустился на стул. Как получилось, что все так запуталось? Мужчина потер лицо руками. Все, что ему нужно, – это Мария.

У него сердце разрывалось от воспоминаний о том, что было между ними в Лас-Вегасе. Ему принадлежал тогда весь мир: Мария стала его женой и они занимались любовью... Те двадцать четыре часа они словно провели в раю.

Мысли Шона снова вернулись к прошлой ночи и к тому, какой измученной казалась Мария. Он хотел, чтобы она никогда не пожалела о том, что вышла за него замуж. Если это значит, что сейчас придется ненадолго оставить ее в покое, он это сделает.

Мария просидела дома целую неделю. За это время Шон ни разу не зашел к ней и даже не позвонил.

Благодаря ноутбуку и Роду, который сообщал, когда Шона не было на стройке, девушка стала приходить в трейлер, чтобы работать. Последнее, чего ей хотелось бы, – это наткнуться на Шона. Слезы навернулись на глаза, когда знакомая боль сжала сердце. Все так запуталось. Почему она влюбилась в Шона? Почему поехала с ним в Лас-Вегас? Значило ли для него это хоть что-нибудь? Слеза покатилась по щеке. Значила ли она для него хоть что-то?

– Разве утро не удалось? – Голос матери прервал ее размышления.

Мария быстро вытерла слезы.

– Оно было чудесным, мама.

Они съездили сегодня в Тусон, чтобы развеяться. Походили по магазинам. Мария даже купила себе новое бледно-сиреневое платье. Прежде чем вернуться домой, они остановились пообедать в кафе.

– Мы уже целую вечность не выбирались вместе за покупками, – Шерил Истон взяла дочь за руку. – Хотела бы я избавить тебя от всех неприятностей.

– Сомневаюсь, что ты можешь заставить папу принять Шона.

Ее мать вздохнула.

– О, милая, я пытаюсь сделать это уже много лет. Я знаю, что эта глупая вражда отразилась на нем, особенно на его здоровье, – женщина подняла бровь. – А теперь это отражается на тебе. Снова.

Мария открыла было рот, но возразить не смогла.

– Я беспокоюсь о Шоне, – она покачала головой.

– И ты все еще его любишь, – добавила Шерил.

– Да, но это не меняет дела. Шон и отец ненавидят друг друга. Как я могу выбирать между ними?

– Возможно, тебе придется это сделать.

Было бесполезно отрицать очевидное. Мария покачала головой, по ее щеке скатилась слезинка.

– О, мама, что же мне делать? Как я могла предположить, что, вернувшись сюда, я смогу работать с Шоном, словно между нами никогда ничего не было? Это так больно!

Шерил взяла дочь за руку.

– Хотела бы я ответить на твои вопросы... Поверь мне, после стольких лет жизни с твоим отцом я могу сказать только одно: тебе придется принимать хорошее вместе с плохим. И тебе придется любить мужчин, несмотря на то что они упрямые и глупые.

– Именно. Я люблю Шона. И я несчастна.

– Могу поспорить, что Шон чувствует себя не лучше. Не волнуйся, милая. Если суждено, то все рано или поздно наладится.

Шон вошел в кафе и сел возле стойки. Он не хотел есть, но его мать попросила встретиться с ней в кафе.

Толпа, которая всегда собирается к обеду, уже схлынула. Он не был в настроении с кем-либо общаться. Чего бы ему действительно хотелось – это пойти домой и дня два спать мертвым сном. Но это вряд ли получится до тех пор, пока он не поймает вандалов. Может быть, тогда все встанет на свои места.

Шон повернулся на стуле к двери, когда чьи-то каштановые кудри привлекли его внимание.

Он не отрываясь смотрел на столик, который заняли Мария и миссис Истон. Голодный взгляд Шона не отрывался от лица жены. Бледная кожа, чудесные волосы. Он помнил, как эти кудри рассыпались по подушке, когда они занимались любовью. У мужчины перехватило дыхание, когда он посмотрел на ее губы и вспомнил, как они касались его разгоряченной кожи.

Словно почувствовав его взгляд, Мария подняла голову и посмотрела в его глаза. Внутри у Шона все сжалось. Господи, как же он скучал по ней! Боль сдавила грудь, когда в автомате зазвучала песня «То ли рай, то ли боль». К нему подошла мать.

– Шон, ты пришел.

Он моргнул и поднялся, чтобы помочь Бетти сесть на стул рядом с собой.

– Приятно знать, что, сколько бы неприятностей я тебе ни доставлял, ты все равно меня любишь.

– Что ж, это так. Но вы уже многого достигли, сынок. Ваш отец гордился бы вами. Не позволяй, чтобы все пошло прахом из-за одного человека.

Они не называли Курта Истона по имени.

– Но этот человек может уничтожить меня.

– А ты ему не позволяй этого! Ты замечательно делаешь свою работу, и остальные инвесторы знают об этом.

К ним подошла официантка и взяла заказы. Когда она ушла, Шон продолжил:

– Я уже потерял очень много времени и денег в этом проекте. Я не могу позволить себе нанимать еще больше охраны.

– Поэтому ты собираешься там поселиться? Как ты собираешься следить за строительством без сна? – Бетти покачала головой. – И как к этому относится Мария?

Шон огляделся. У его матери слишком хорошо получалось читать его мысли.

– В последнее время она все больше тянется к отцу.

Бетти вздохнула.

– Похоже, Курт использует свою болезнь, чтобы держать дочь подальше от тебя. Может, я смогу как-нибудь помочь?

– Мам, мы с Марией вообще не видимся сейчас.

– А с каких это пор ты перестал добиваться того, чего тебе хочется? Ты такой же упрямый, как твой отец. Все, что тебе нужно, заслуживает того, чтобы за это бороться. И как сильно тебе нужна Мария?

До боли.

– Я не думаю, что Хантер и Истон смогут ужиться.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Прошла еще одна неделя, и грусть Марии только усилилась. Она потеряла сон. Да и как она могла уснуть, если думала только о Шоне и о той страстной ночи в Лас-Вегасе! Когда она наконец закрывала глаза и забывалась, то видела его во сне. У нее осталось только это.

Ни разу в жизни она не была настолько одинокой.

Печальные размышления были прерваны стуком в дверь. Мария поднялась с кровати и посмотрела в зеркало: выглядела она просто ужасно и определенно была не в настроении принимать гостей или выслушивать очередной бессмысленный разговор матери. Кое-как причесав волосы, она босиком подошла к двери и открыла ее.

– Тори?

– Привет, Мария. Ничего, что я без приглашения? Ты, я вижу, не настроена принимать гостей...

– Я просто ожидала увидеть свою маму с очередным тортом.

Тори застенчиво улыбнулась и протянула ей коробку сладостей.

– Я принесла тебе чудесных пончиков с шоколадом!

У Марии просто слюнки потекли.

– Пожалуйста, проходи, – Мария посторонилась и позволила молодой женщине войти. – Не обращай внимания на беспорядок, я недавно пыталась здесь убраться.

– Да, это место заставляет о многом вспомнить, – взгляд Тори ожил, когда она обвела глазами комнатку. – Ты знаешь, когда я впервые оказалась в этом городе, то Нейт уговорил Сэма, чтобы тот сдал мне эту комнату и взял на работу.

Мария взяла бумаги с неубранной кровати и покачала головой.

– Сэм очень милый человек, – она застелила кровать покрывалом. – Садись сюда. Я не могу тебе многого предложить, – Мария взглянула на животик Тори. – И кофе тебе нельзя, не так ли?

– Должна признаться, что пончики – это всего лишь предлог, чтобы тебя навестить.

– Тебе не нужно извиняться, Тори.

Женщина подняла одну бровь.

– Возможно, ты еще изменишь свое мнение, когда узнаешь, что я должна тебе сказать, – она вздохнула. – Обычно я не вмешиваюсь, но сейчас не могу смотреть на двух людей, которые вместо того, чтобы быть вместе, даже не встречаются. Я люблю Шона как брата, и он очень несчастен. Я думаю, ему ничуть не легче, чем тебе.

Что-то напряглось в груди Марии.

– Пожалуйста, не надо говорить о Шоне.

– И все-таки я должна тебе кое-что сказать. Я знаю, что значит быть покинутой. Большую часть своей жизни я позволяла своему отцу указывать мне и делала все, как он говорил. Я так хотела, чтобы он любил меня! Но оказалось, что я просто удовлетворяла его прихоти и капризы, – Тори моргнула, пытаясь не заплакать. – В конце концов это едва не стоило мне мужа.

Мария, чувствуя боль этой женщины, всем сердцем потянулась к ней.

– Извини, я до сих пор переживаю из-за этого. Но дело в том, Мария, что мне больше не нужно спрашивать отца, кого мне любить. Я люблю Нейта. И нашего будущего ребенка.

Мария почувствовала легкую зависть.

– Я уверена, что Шон любит тебя. И ты любишь его. Я знаю, как эта вражда повлияла на семью Хантеров. Теперь она стоит между тобой и Шоном. Но это происходит только потому, что ты позволяешь своему отцу вмешиваться в ваши отношения.

Это было правдой. Мария оказалась между двух огней уже давно, и теперь история повторяется.

– Мы оба наговорили друг другу гадостей. Шон думает, что мы сделали ошибку.

– Ошибку? – переспросила Тори.

На этот раз Мария не сдержалась, и слезы потекли по щекам.

– Мы поженились в Лас-Вегасе.

Глаза Тори округлились.

– О господи! – Затем по ее лицу расплылась широкая улыбка. – Вы с Шоном поженились две недели назад и до сих пор никому ничего не сказали?!

Мария вытерла слезы.

– Две недели и пять дней, – поправила она. – Но большую часть этого времени мы были не вместе. И я не могу винить в этом Шона. Я просила его сохранить это в тайне до тех пор, пока мой отец не поправится. Затем ночью был погром на стройке, и мой отец многое высказал Шону, тот ответил ему тем же... Я попыталась их остановить, но вышло только хуже.

– Значит, Шон живет на стройке, а ты здесь, всеми покинутая? Как же мне это знакомо! Когда Нейт выкупил на аукционе «Дабл Эйч», между нами было редкое непонимание. Я уехала в Сан-Франциско, потому что думала, что Нейт меня не любит.

– А что случилось?

Тори вздохнула.

– Просто я позволила своему отцу вмешаться. Это было большой ошибкой. Слава богу, я вовремя образумилась.

– Вряд ли Шон вернется ко мне, Тори. Тем более теперь, когда мой отец пригрозил ему увольнением.

– Сомневаюсь, что Шон переживает из-за Курта Истона. Существуют всего две вещи, о которых беспокоятся Хантеры мужского пола: защита их наследия и люди, которых они любят. Нейт чувствовал, что не может просить меня выйти за него замуж, пока ему нечего мне предложить. Шон задавлен проблемами на стройке. Но, согласись, он поработал на славу, чтобы создать свою компанию.

– И он это сделал! Мой отец ошибается в нем. Шону ничего не нужно мне доказывать.

У Марии разболелась голова, и она почувствовала тошноту.

– Нужно было принять его сторону. А теперь он думает, что я против него. Все, чего я хотела, – это сохранить относительный мир.

– Тогда скажи ему обо всем. И не тяни, иначе все станет еще хуже. Гарантирую, Шон не оттолкнет тебя. Иди к нему.

Марию охватило волнение. Она встала, но тут же почувствовала сильное головокружение, застонала и легла на кровать.

Тори поспешила ей на помощь.

– Вот так, полежи, – она опустила голову Марии на подушку. – Никуда не уходи.

Женщина вышла и вернулась с мокрым полотенцем, которое положила на лоб Марии.

– Головокружение скоро пройдет.

Мария застонала.

– Мне так плохо... Я просто хочу умереть.

– Если мои подозрения верны, – улыбнулась Тори, – то какое-то время это будет происходить частенько. Думаю, Шон не знает о том, что ты беременна?

– Вы поженились?! – Нейт ошарашенно посмотрел на Шона. – В Вегасе?!

Шон перестал мерить трейлер шагами.

– Ты что, с первого раза не расслышал? Да! Мы с Марией поженились!

– Тогда скажи мне, какого черта ты делаешь здесь, когда твоя жена где-то в другом месте?!

Было уже больше четырех часов утра, и Шон уже несколько дней жил, как зверь в клетке. Он почти не спал. Единственное, о чем он позволял себе думать, – это как наконец схватит того, кто хотел разрушить его дело. А когда Нейт приехал помочь ему, то Шон начал изливать брату душу.

– Потому что Мария хочет, чтобы все было именно так.

– Ну, если я чему-то научился за то время, что женат, так это тому, что женщины не всегда говорят то, что думают. Они хотят, чтобы за ними побегали.

– То есть я должен примчаться за ней в особняк Истонов, чтобы Курт пнул меня в задницу?! Нет уж, спасибо! Кстати, о женах. Почему ты оставил Тори одну в таком положении?

– Она сегодня у мамы, так что я могу тебе помочь. Но дело даже сложнее, чем я думал. Слушай, братишка, тебе надо поговорить с Марией. Чем больше ты будешь ждать, тем сложнее будет все наладить.

– Все случилось так быстро.

Нейт поднял бровь.

– Хочешь сказать, что не любишь Марию?

– Я люблю ее. Я даже не знал, как сильно, пока мы... – воспоминание о той ночи в Лас-Вегасе снова обожгло его. – Пока она не ушла. А мне так нужно было, чтобы она поддержала меня!

– Мария вовсе не против тебя. Просто она любит своего отца. Тори тоже прошла через это. – Нейт взглянул на Шона. – Возможно, Марии придется сделать выбор. Никому из нас не по нутру та ненависть, которую Истоны питают к Хантерам. Но Мария теперь тоже Хантер.

– Надолго ли? Раздался треск радиорации.

– Шон, это Джерри. Ты на связи?

Мужчина поднял трубку.

– Да, Джерри, я на связи. Что случилось?

– Какое-то движение в третьем секторе. Роджер пошел посмотреть.

Шон взглянул на Нейта.

– Оставайся на месте, Джерри. Мы с Нейтом сейчас будем, – он устремился к двери. Нейт последовал за ним. – На сей раз я их поймаю, – сказал Шон, чувствуя, как нарастает гнев.

– А я прослежу за тем, чтобы все было законно. Не хотелось бы потом гоняться за тобой с обвинением в избиении подозреваемого. Так что пообещай мне, что не будет самоуправства.

Братья поспешили к нужному сектору, убедившись, что их не видно и они не спугнут вандалов. Наконец они нашли Джерри.

– Роджер сказал, нарушитель только один, – охранник указал на здание. – Он внутри, малюет на стенах.

Нейт начал давать инструкции.

– Скажи Роджеру, чтобы оставался на месте до тех пор, пока мы не окружим здание. – Пока Джерри передавал сообщение, Нейт обернулся к Шону: – Я шериф, поэтому именно я встречу этого паренька. Он может быть вооружен.

– Отлично. Главное, чтобы он опять не ушел, – Шон чувствовал, как колотится сердце.

Мужчины бесшумно двинулись по периметру здания и скоро обнаружили Роджера, спрятавшегося за углом. Нейт вытащил оружие и дал знак остальным, что пора заходить.

В здании мужчины заметили стройную фигуру, одетую в черное, с маской на лице.

– Я шериф Хантер, – громко произнес Нейт, шагнув к нарушителю. – Брось банку и подними руки вверх!

Человек замер, бросился в сторону, вскочил на подоконник и спрыгнул в темноту. Все бросились за ним, но он уже бежал по направлению к холмам.

– Черт, на этот раз ему не уйти! – прорычал Шон, бросаясь в погоню. Паренек был в отличной форме, зато Шон знал здесь каждый камень, к тому же его подгоняли адреналин и гнев. Погоня продолжалась. Мужчины пробежали деревья и оказались на залитой лунным светом равнине. Шон почувствовал прилив новых сил оттого, что видел свою жертву.

Внезапно прибавив скорость, он врезался в нарушителя, и они покатились по траве. Тот боролся изо всех сил, пинался и брыкался, но Шон был тяжелее килограммов на десять, поэтому смог прижать паренька к земле и держать его до тех пор, пока не подбежали охранники и Нейт.

Пока Шон удерживал неизвестного, Нейт защелкнул на запястьях нарушителя наручники.

– У вас есть право хранить молчание, право... – начал перечислять шериф, поднимая его с земли.

Шон больше не мог ждать. Он должен был узнать, кто это, поэтому мужчина сорвал с нарушителя маску и оказался лицом к лицу с Ричем Истоном.

– Будь я проклят! – выдохнул Шон. Парень старался вырваться.

– Вы не можете этого сделать! Вот подождите, узнает мой отец! – он взглянул на Нейта. – Он заберет твой значок!

Тот пожал плечами.

– Пусть подавится! До отставки мне всего несколько месяцев. А сейчас меня беспокоишь ты. Ты хоть представляешь, во что вляпался, сынок?

Поведение парня стало еще более нахальным.

– Мне плевать. Отец меня вытащит.

Было шесть часов утра, когда Мария припарковала свой грузовичок на стоянке стройки. Она все еще не была уверена, готова ли поговорить с Шоном или нет. Но ему следовало сказать новость. Вчера утром, после заявления Тори, она прошла тест на раннюю беременность.

Результат оказался положительный.

После того как прошел первый шок, Мария поняла, что будет счастлива выносить ребенка Шона...

К тому же Шон сам ей позвонил и попросил приехать. Это хороший знак, не так ли?

Она заметила патрульную машину Нейта, припаркованную возле трейлера. Что он делает здесь так рано? Поднимаясь по ступенькам, Мария увидела, что к стройке приближается машина ее отца.

– О нет, только не сегодня утром, – пробормотала девушка. Она не хотела снова ссориться. – Папа, что ты делаешь здесь?

– Именно это я, черт возьми, и собираюсь узнать! – бросил тот, направляясь к трейлеру. – А потом я хочу встретиться с другими инвесторами и избавиться от Хантера.

Мария вздохнула.

– Почему бы тебе сначала не послушать то, что хочет сказать Шон, а потом уже сделать выводы?

Курт Истон посмотрел на дочь.

– А тебе придется покончить с привязанностью к этому парню. У него нет будущего.

– Моя личная жизнь – это мое дело! – Мария сделала глубокий вдох и открыла дверь.

Шон стоял возле своего стола. Он выглядел усталым. Одежда была помята, а подбородок покрыт двухдневной щетиной. Что ж, так он был еще привлекательнее.

– Мария, – он выдохнул ее имя, и ей захотелось броситься к нему в объятия.

– Шон, что случилось? – она посмотрела в другой конец трейлера и увидела, что рядом с Нейтом сидит ее брат.

Курт Истон шагнул вперед.

– Хантер, что у тебя была за причина вытаскивать меня из дома в такую рань?

Нейт поднялся и шагнул вперед.

– Это я попросил Шона вызвать вас.

Именно в эту минуту Истон заметил сына.

– Рич? – произнес он и остановился, увидев наручники. – Что это значит? – Он уставился на Нейта. – Шериф, лучше начинайте объяснения.

– Ваш сын Ричард безобразничал на стройке, – ответил Нейт.

Лицо Истона покраснело от гнева.

– Это невозможно!

– Мы поймали его здесь около четырех часов утра. В руках у него был баллон с краской, и он размалевывал панели серого мрамора.

Гнев Истона исчез, лицо стало бледным.

– Шон и я не были единственными свидетелями, – продолжал Нейт. – Двое охранников, Джерри и Роджер, тоже были здесь. Роджер даже узнал маску, он видел ее незадолго до этого на одном из нарушителей. Оба охранника дали письменные показания по сегодняшним событиям.

Мария дрожала, пока Нейт рассказывал об этом ужасе. Она беспомощно наблюдала за тем, как ее отец идет к мрачному парню.

– Зачем, сынок? – тихо спросил он. – Зачем ты это сделал?

Рич моргнул, с недоумением глядя на отца.

– Пап, но мы же должны были отомстить Хантерам за все! Разве ты не этого хотел? Я славно поработал, не так ли?

Марии стало плохо. Она слабо опустилась на стул, Шон бросился к ней.

– Ты в порядке?

Девушка не могла на него смотреть. Она не хотела видеть отвращение в его глазах.

– He думаю, что когда-нибудь буду в порядке, – ее глаза наполнились слезами. – Мне так жаль, Шон.

Всхлипнув, она выбежала на улицу, надеясь, что прохладный воздух поможет ей справиться с тошнотой. Она держалась за живот, радуясь, что не стала завтракать. Мария не знала, вызвана ли тошнота беременностью или шоком от происшедшего. Шон поспешил за женой.

– Мария, не нужно так. Не вини себя. Ты ничего не могла бы с этим поделать.

Девушка покачала головой.

– Какая разница? Ненависть отца пошла дальше, чем просто личная неприязнь. Мой младший брат словно заразился этим, – она украдкой взглянула на Шона. – Ты заметил выражение его лица? Он думал, что все сделал правильно, – слезы покатились по ее щекам. – Почему я не предвидела, что все так обернется?

– Потому что думала, что он ничем не хуже другого подростка. У таких ребят в головах еще не все утряслось, – он подошел ближе, и девушка ощутила его тепло. Она так сильно хотела, чтобы Шон обнял ее. – Ричу придется ответить за свои действия.

– Но кто-то должен быть с ним рядом. Он же еще ребенок! Я не могу просто уйти... еще раз. Когда-то я уже заставила его разбираться с тем, что отец пьет, и с... этой враждой. Возможно, если бы я осталась, он бы был другим.

Дверь трейлера открылась, и Нейт вывел брата девушки на улицу. Отец шел за ними. Он посмотрел в сторону дочери.

– Мария, ты нужна своей семье.

Она кивнула.

– Мне нужно идти, – произнесла она, противясь своему сердцу. – Ради Рича...

Шон напрягся и взял девушку за руку, пытаясь ее остановить.

– Мария, ты моя жена, – прошептал он. – Я хочу быть там ради тебя.

В глазах девушки появились слезы. Ей было стыдно за то, что ее отец и брат сделали Хантерам.

– Ты не можешь, – вздохнула она. – То, что сделал Рик, – это ужасно, но я его сестра. Ему нужна моя поддержка. Я знаю, я просила тебя о времени. Теперь прошу о терпении. Просто подожди еще немного.

– Черт! Я бы отдал все что угодно, лишь бы Рич не был в этом замешан. – Шон придвинулся к ней, его голова была всего в нескольких сантиметрах от ее лица. – Просто знай, Мария, ничто не изменит моего отношения к тебе.

Затем, чтобы придать большую значимость своим словам, он поцеловал жену.

– Пожалуйста, Шон, мне нужно идти.

Она разбивала его сердце, освобождаясь от его объятий и отпуская его руку. Внезапная пустота была почти невыносимой. Шон снова терял ее.

– Мария, я не брошу тебя. Я тебя люблю.

Девушку поразили эти слова, но, когда ее позвал отец, она повернулась и убежала.

Шон собирался разобраться со всем этим, даже если это значило, что ему придется пойти на сделку с дьяволом. Он положит конец этой вражде раз и навсегда.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

В восемь часов утра Шон вошел в офис шерифа на Мэйн-стрит. Он кивнул диспетчеру и прошел прямо в кабинет Нейта.

Его брат, сидевший за металлическим столом, поднял глаза.

– Тебе не нужно было приходить так рано, – сказал он. – Ты заслужил, чтобы сегодня подольше поспать.

Шон вскочил сегодня чуть свет, принял душ и побрился. Слишком много дел, которые требовали его внимания, чтобы тратить время на сон. Нейт выглядел не менее уставшим.

– Кто бы говорил! Могу поспорить, что ты вообще не ложился.

– Нужно было сопроводить заключенного.

Шон сел на единственный стул в маленьком офисе.

– Рич Истон все еще под арестом?

Нейт поставил на стол две чашки кофе.

– Нет, парень был освобожден под ответственность отца. Но это не значит, что ему не предстоит отвечать за свой поступок.

Шон был рад, что все так закончилось. Или еще не закончилось? Рич был братом Марии...

– Я собираюсь слегка облегчить его бремя. Не буду предъявлять ему обвинение.

Нейт уставился на него.

– Некоторые из статей уголовного кодекса действуют, несмотря на твое желание или нежелание. Например, стрельба без лицензии в пределах города.

– Но, учитывая, что это первое правонарушение, я уверен, судья будет мягок.

– Думаешь, это хорошая идея? Я, конечно, знаю, что Мария твоя жена, но позволить этому недорослю так легко отделаться...

– Нет, я ему ничего не позволяю. Ему придется заплатить за повреждения, и не отцовскими деньгами, а тем, что он заработает этим летом на нашей стройке, – Шон улыбнулся. – Я лично устрою ему идеальное наказание.

– Думаешь, это сделает тебя его любимым зятем?

В дверь постучали, и в комнату вошла Тори.

– Эй, кто-нибудь видел моего мужа? Высокий, симпатичный, собирается уходить в отставку?

Ухмыльнувшись, Нейт подошел к жене и заключил ее в объятия.

– Извините, такого мы не видели. А я не подойду? – Он торопливо поцеловал Тори.

– Может быть, – поддразнила его женщина. Шон почувствовал зависть. Ему хотелось таких же простых, наполненных любовью отношений с Марией. Он встал.

– Мне лучше пойти.

– Но на самом деле я пришла увидеть тебя, – произнесла Тори.

Одно время Шону нравилась эта женщина, но Нейт заявил на нее свои права, и Шону пришлось смириться. Теперь он любил Тори как сестру и желал своему старшему брату счастья с ней. Шон приобнял Тори.

– Видишь, Нейт, я же всегда говорил, что нравлюсь ей больше.

– Найди себе свою женщину! Тори отпихнула Шона.

– Именно об этом я и пришла с тобой поговорить, – начала женщина. – Мария очень сильно тебя любит.

У Шона защемило сердце.

– Она тебе это говорила?

Тори кивнула.

– Я разговаривала с ней вчера утром. Вся эта ерунда с братом очень ее мучает. Ты действительно нужен ей, Шон.

– Я пытаюсь что-то сделать, мне просто нужно...

Дверь снова открылась, и вошла Бетти Хантер.

– Как хорошо, что ты здесь, Шон! Я была на стройке, но Род сказал мне, что ты уже ушел.

– Что случилось, мам?

– Нейт позвонил мне и сказал, что Рича Истона обвинили в вандализме. Бедная Мария... Ты с ней говорил?

Шон покачал головой. Как он мог, когда Мария хотела побыть со своей семьей?

– Нет, но во всем, что произошло с Ричем, она винит себя. Считает, что, если бы была с ним дольше, он не попал бы во все эти неприятности.

– Что за чушь! Если кто и виноват, так это Курт. Это худший пример для сына. Мальчику нужно другое влияние.

Нейт сделал шаг вперед.

– Именно это Шон предоставит оболтусу в огромных количествах. Он планирует дать Ричу работу.

Глаза Бетти загорелись.

– О, сынок, это замечательно!

– Да не радуйтесь вы так! Мне еще нужно поговорить об этом с Куртом.

Ему предстояло обсудить с Истонами не только это.

– Это сработает, – мама Шона широко улыбнулась. – К тому же вы с Марией сможете разобраться с собственными проблемами. Конечно же, у всех молодоженов есть проблемы, с которыми нужно справиться...

Мужчина посмотрел на брата.

– А откуда она узнала, что мы с Марией женаты?

– Я не говорил ни слова. – Нейт развел руками.

– Нейт, а ты когда об этом узнал? – с подозрением спросила мужа Тори.

– Вчера ночью, как раз перед тем, как мы поймали нашего подозреваемого.

Тори повернулась к Шону:

– Мария рассказала мне вчера утром. Я же рассказала маме только потому, что мне нужен был совет.

Шон присел на край стола.

– Ну, раз уж все об этом знают, то, может, кто-то объяснит мне, что я должен делать?

Мать подошла к сыну.

– Иди к Марии и расскажи ей о своих чувствах.

Он хотел рассказать Марии о многом. Однако до того ему надо еще кое-что сделать. Шон направился к двери.

Шон подъехал на своем грузовике к двухэтажному дому Истонов. Он был здесь только один раз много лет назад.

И снова его будущее находилось в руках Курта Истона. Шон проехал через открытые ворота и припарковал машину. Прежде чем он растерял остатки храбрости, он подошел к крыльцу и позвонил в дверь.

Дверь открыла удивленная Шерил Истон.

– Здравствуйте, миссис Истон. Я бы хотел поговорить с мистером Истоном.

Казалось, эта просьба не обрадовала женщину.

– Я не уверена, что это хорошая идея, Шон. Все очень взволнованы из-за этого происшествия.

– Я не планирую подливать масла в огонь, но нам с вашим мужем предстоит разрешить несколько вопросов.

Поколебавшись, Шерил пригласила Шона. Войдя, он с интересом осмотрелся. Элегантная обстановка, на стенах чудесные картины. Да, у Истонов хороший вкус.

Миссис Истон открыла двойную дверь, ведущую в комнату с темно-зелеными стенами.

– Присаживайся, сейчас я схожу за мужем.

– Мария здесь? – спросил Шон.

– Она спит.

Шерил Истон вышла, и Шон оглядел комнату, пытаясь успокоить свои нервы. Кого он обманывал? Курт Истон всегда был уверен, что любой Хантер в Хейвене должен знать свое место. Хантеры – рабочие, Истоны – фермеры. И Курт не даст им с Марией своего благословения.

– Если пришел позлорадствовать, можешь уходить, – обычно властный голос Истона, казалось, слегка дрожал.

Шон обернулся. Хотя Истон всегда появлялся прекрасно одетым и выглядел намного моложе своих пятидесяти с небольшим, за последние сутки он явно сдал.

– Я пришел потому, что проект «Парадайз» нужно закончить вовремя и при этом не выйти за рамки бюджета.

– Мне плевать на этот чертов проект. Сейчас у меня есть проблемы и поважнее.

– Ну, а меня беспокоит эта чертова стройка, потому что если я ее не закончу, то потеряю свою компанию. Поэтому нам придется работать вместе. Но самое главное: я не буду выдвигать обвинение против Рича.

Курт впился в Шона глазами.

– Что ты имеешь в виду?

– Против вашего сына, возможно, будут выдвинуты другие обвинения, но так как он несовершеннолетний, судья, скорее всего, сжалится над ним. А все, что я потребую от Рича, – это чтобы он возместил ущерб работой на стройке.

Истон гордо выпрямился.

– Я собираюсь лично возместить ущерб, причиненный моим сыном.

– Разумеется, но тогда я отклоню свое любезное предложение, – пригрозил Шон. – Рич должен сам отвечать за свои действия. И он должен знать, что Хантеры вовсе не плохие люди.

– Хочешь сказать, что это я плохой?

– Нет, в такие игры я не играю, Курт. Вы единственный, кто подогревает эту старую вражду.

– Потому что Истоны потеряли все.

– Боже мой, это было шестьдесят лет назад! – Шон повысил голос. – Все те люди уже мертвы. Потеряли все... – Шон огляделся. – Я бы сказал, что дела у Истонов идут даже лучше, чем у Хантеров. В материальном плане, разумеется. И вот мое предложение. Вы принимаете его? Если да, то я жду Рича в первый день летних каникул, – с этими словами Шон направился к двери.

– Если думаешь, что сможешь этим вернуть Марию, то ты ошибаешься, – окликнул его Истон. – Она не пойдет против меня.

Шон развернулся.

– Именно такое отношение и привело вашего сына к беде. Мария любит вас, Курт, но она также любит и меня. Вы собираетесь заставить ее сделать выбор? Если да, то она скоро вас возненавидит. Вы снова заставите ее уехать.

– Ты всего лишь мальчишка, в которого она была влюблена в школе. Она забудет тебя... Снова.

– Самую большую ошибку я совершил, позволив Марии уйти. Я знаю, что ранил ее, и вечно буду раскаиваться в этом. Но это был очень тяжелый период для меня и моей семьи. Я люблю вашу дочь и надеюсь сделать все возможное, чтобы она была счастлива.

– Ну, пока тебе это не очень удается.

– Что ж, может, вы мне поможете? Мое предложение все еще в силе. Теперь выбор за вами. Вы готовы положить конец этой безумной вражде?

Мария спустилась вниз, когда услышала голос своего отца из кабинета. Она подошла поближе и узнала голос Шона. Девушку затрясло. Он пришел за ней? Стало тяжело дышать.

– Если ты любишь Марию, Хантер, оставь ее в покое. Уходи!

– Значит, собираетесь продолжать давить на ее чувство ответственности перед семьей и еще шантажируете ее своей болезнью?

– Мария – покорная дочь. Она никогда не покинет меня, пока я болен.

Она знала, что отец ее использует, но это уже было слишком. Девушка зашла в комнату.

– Не такая покорная, как ты думал, папа.

– Мария? – Истон выглядел удивленным. – Ты должна отдыхать.

– Я проспала более чем достаточно, – девушка повернулась к Шону. Он тоже выглядел уставшим. – Пап, мне нужно поговорить с Шоном. – Она взяла своего мужа за руку и повела через коридор на веранду.

Только там она сказала:

– Ты уверен в том, что говорил мне вчера?

Шон улыбнулся.

– Абсолютно.

Мария упала в его объятия, обвила руками его шею и прижалась к его губам. Они были твердыми, родными и голодными. Инициативу перехватил Шон, углубляя поцелуй. Наконец он отстранился.

– О, моя дорогая, – он осыпал поцелуями ее щеки и закрытые глаза. – Как же я тебя люблю!

– Шон, я тоже тебя люблю, – Мария опустила голову ему на грудь. – Как бы я хотела уйти отсюда и никогда не оглядываться...

– Так же, как и я. Но мы не можем, Мария. Тебе нужна твоя семья так же, как и мне моя.

Ее глаза наполнились слезами. С ребенком у них будет своя семья. Может быть.

– Что же делать? Я хочу быть твоей женой.

Он наградил ее той самой сексуальной улыбкой, которую она так любила.

– Единственное, в чем я уверен: мы не можем позволить твоему отцу управлять нашими жизнями.

– Я приходила на стройку прошлым вечером, чтобы увидеть тебя, поговорить, рассказать тебе...

Его рот снова завладел ее губами. Вынырнув из омута поцелуя, Мария спросила:

– Ты рассказал папе, что мы женаты?

– Женаты?!

Они резко развернулись и увидели Шерил и Курта Истон, стоящих в дверях.

– Да, мы с Марией поженились в Лас-Вегасе, – твердо сказал Шон.

Курт сверкнул глазами.

– Какого черта?!

– Да, мы это сделали. Дело в том, что я без ума от вашей дочери.

– И как ты собираешься обеспечивать ее?

– Хватит, Курт, – потребовала Шерил и улыбнулась паре. – Разве ты не видишь, что они счастливы? Ты проиграл. Если и дальше будешь таким же упрямым, то еще много чего потеряешь, – она снова предостерегающе посмотрела на мужа, после чего бросилась к дочери с объятиями. – О, Мария, – выдохнула Шерил. – Я хотела бы, чтобы у вас была большая свадьба, по крайней мере, чтобы я придумала меню. – Ее глаза наполнились слезами, после чего она обняла и Шона. – Я знаю, ты любишь мою девочку и будешь о ней заботиться.

– Да, миссис Истон, я ее люблю и буду о ней заботиться.

– А о чем еще может просить мать?

– Много о чем, – встрял Курт. – Мария, строительный бизнес этого типа еще не налажен.

– Это временно, пап, – сказала девушка. – Нам предложили новую работу в Лас-Вегасе.

– Они приняли наш проект? – Шон уставился на Марию.

Она кивнула.

– Этим утром. Тебе нужно будет перезвонить им завтра утром, – ответила Мария, ее зеленые глаза сверкали.

– Похоже, все идет как надо. – Шон нежно поцеловал жену.

Раздался какой-то шум. В дверь вошла экономка и оповестила хозяев о том, что приехали Хантеры. Нейт, Тори и Бетти уже выходили на веранду.

– Мы просто хотели убедиться, что все в порядке, – словно оправдываясь, стала объяснять Бетти. – Вы рассказали им о свадьбе?

Шерил двинулась к гостям.

– Да, это замечательная новость! Давайте выпьем за новобрачных, – она посмотрела на экономку. – Сара, пожалуйста, принеси нам бутылку шампанского, – И, взглянув на округлый животик Тори, добавила: – И содовой тоже.

– По крайней мере, твоя мама радуется нашей свадьбе, – прошептал Шон.

Мария посмотрела на своего отца.

– Сейчас я переживаю не из-за нее.

Шон заметил, что Курт стоял в одиночестве. Не сдвинувшись ни на шаг.

– Хотел бы я это исправить, – произнес Шон. Мария прикоснулась к его лицу.

– Я знаю. И из-за этого люблю тебя еще больше. Шон, есть еще кое-что, о чем мне хотелось бы тебе рассказать. Кое-что незапланированное, – ее живот сжался. – Именно из-за этого я приходила к тебе вчера вечером.

Пробка с хлопком вылетела из бутылки с шампанским, и девушку прервали поздравления. Вино разлили по бокалам. К Марии подошла Тори и протянула ей стакан с содовой.

– Ты им рассказала? – спросила девушку Мария.

– Рассказала что? – насторожился Шон. Мария тяжело вздохнула, когда Тори отошла.

– Ты помнишь, мы решили пожениться, чтобы прекратить вражду?

– Это было далеко не главной причиной. Той ночью я любил тебя. И всегда любил и буду любить.

– И я вышла за тебя замуж, потому что всегда любила тебя. Но наша свадьба все-таки еще не прекратила вражду.

– Я знаю. Но, может быть, твой отец еще изменит свое мнение, – Шон не был уверен, что верит в это больше, чем Мария.

– А как ты относишься к тому, чтобы сделать следующий шаг? – спросила она.

Шон выглядел озадаченным.

– Хорошо. А какой?

– Связать две семьи вместе. Существует кое-что, что сумеет соединить наши семьи навсегда.

Шон наконец понял, что имела в виду девушка.

– Ребенок?

Она медленно кивнула.

– Помнишь, в нашу брачную ночь мы совсем не думали о предохранении.

Мужчина наклонился поближе.

– Любимая, ты совсем свела меня с ума, и я не... – Затем Шона осенило. Мария беременна. – Ты уже... у тебя будет ребенок?

Все вокруг стихли и повернулись к Марии. Та кивнула.

– Да, у нас будет ребенок.

Шон сжал девушку и крепко ее поцеловал.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

– Я тоже тебя люблю. Ты рад?

Шон тяжело вздохнул, не в силах описать свои чувства.

– Да, как никогда в жизни, – прошептал он, еще сильнее сжимая Марию в объятиях. – Может быть, это именно то, что нужно. – Он обратился ко всем: – Я знаю, это непривычно, когда жених произносит тост, но сейчас немного непривычны и обстоятельства. За мою жену, единственную женщину, которую я когда-либо любил. – Потом Шон посмотрел прямо на Курта Истона. – Она нашла способ покончить с враждой. – Он поднял бокал выше. – За мать моего ребенка. За следующее поколение. За нашего ребенка, который принесет только любовь нашим семьям.

Шон снова поцеловал жену, и все кинулись их поздравлять. Он уже не думал о Курте, семейной вражде или строительном проекте. Единственное, что волновало Шона сейчас, – его собственный рай, который он держал в объятиях.

ЭПИЛОГ

Шесть недель спустя Шон наблюдал за тем, как Нейт танцует с Марией в клубе «Хейвен Кантри». Хотя им с Марией и удалось отговорить Шерил Истон от повторения брачной церемонии, все же было решено организовать небольшой праздник. И вот Шон, во взятом напрокат смокинге, сидел в клубе и смотрел на то, как его красавица жена танцует.

На ней было то самое розовое платье, которое было куплено в Лас-Вегасе и в котором они поженились.

Музыка закончилась, и Шон сразу же подошел к паре. Нейт хмуро посмотрел на него.

– Я же сказал, что позабочусь о ней. Я же знаю, как себя вести с будущими матерями.

– Разумеется, знаешь, – заверила его Мария. Защитный инстинкт взял верх над Шоном, и он прижал к себе жену.

– Я хочу быть единственным, кто заботится о тебе.

– И ты замечательно с этим справляешься, – Мария стала серьезнее. – Шон, мы же с тобой уже об этом говорили. Я не хочу, чтобы ты меня опекал.

Зазвучала медленная мелодия, и Шон обнял свою жену.

– Мне нравится оберегать тебя, Мария. Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. И ты просто замечательно обо мне заботишься.

– Тогда скажи это своему отцу. Он смотрит на меня, словно ястреб. Курт пообещал, что если я не буду должным образ о тебе заботиться, то он меня закопает.

Глаза Марии загорелись.

– Я так рада, что вы с папой общаетесь. Ну, хоть немного.

Шон заставил себя улыбнуться.

– Да, мы над этим работаем.

Шон сомневался, что когда-либо будет испытывать теплые и нежные чувства к этому человеку. Но между ними наступило перемирие, хотя Курт сразу же решил, что Шон никогда не будет достоин его дочери.

Мужчина притянул свою жену ближе.

– Мария, я докажу твоему отцу, что он ошибается.

Она слегка отстранилась и улыбнулась.

– Единственный человек, которому ты должен что-либо доказывать, – это ты сам. За последние два года ты уже столько сделал! Проект «Парадайз» почти закончен, большинство домов уже проданы. Инвесторы ждут, когда строительная компания «Хантер» начнет новый проект. Я бы сказала, что ты просто мастер.

Следующие шесть месяцев Шон планировал провести в Лас-Вегасе.

– Да. Мы оба настоящие мастера, – сказал мужчина и слегка отстранился в такт музыке. – Мария, ты мой партнер во всем.

Мария никогда в жизни не испытывала столько счастья. У нее был Шон, ребенок и целая жизнь вместе.

– Меня только беспокоит, где мы будем жить. Моя квартира слишком мала, – начал Шон.

Жена снова поцеловала его.

– Мой дом там, где ты. И у нас еще целых шесть месяцев, чтобы найти другое жилье.

– Именно об этом я и хотел с тобой поговорить, – подхватил Шон, затем огляделся. – Ох, хотел бы я знать, что им теперь надо, – он кивнул через плечо. Мария посмотрела, куда указал Шон, и увидела, как к ним приближается семья Хантеров. – Думаю, нам пора сматываться.

– Шон, это невежливо. Твоя семья просто желает разделить наше счастье.

Он застонал.

– Хорошо. Но мы уйдем отсюда через десять минут, – Шон сексуально подмигнул Марии. – Наш медовый месяц продолжается.

Перед тем, как Мария успела что-либо ответить, к ним подошли его мама, Сэм, Нейт и Тори, возглавляемые Эмили.

– Шон, Мария, вы не поверите, кто будет сниматься в моем фильме!

– Том Круз? – поддразнил Шон.

– Нет. Кэмден Питерс, – сказала Эмили.

– Кэмден Питерс! – вздохнула Мария.

– Это замечательно, – произнесла Тори. – Он такой сексуальный!

Шон покосился на брата. Нейт был ненамного счастливее, чем он сам, оттого, что их жен так взволновал какой-то актеришка.

– Эй, я слышал, ему почти сорок, – заметил Шон.

Его мама посмотрела на него.

– Мужчины с возрастом становятся только интереснее. А возраст у Кэмдена Питерса самый лучший.

Выражение лица Сэма свидетельствовало, что и ему не по душе разговоры об этом «интересном» мужчине, который собирается приехать в город. С Шона тоже было достаточно. Он взял свою жену за руку и увел прочь.

– Удачи, – сказал Шон оставшимся. – Нам следует пообщаться с остальными гостями, – солгал он, когда шел с Марией через танцевальную площадку.

Пока они выходили из зала, их несколько раз останавливали и поздравляли люди, которых Шон никогда раньше не видел. Наконец ему удалось вывести свою жену наружу, на пустынный, залитый лунным светом балкон. То, что нужно. Он прижал Марию к себе и прильнул к ней губами в страстном поцелуе. Когда Шон ее отпустил, они оба тяжело дышали и жаждали большего.

– Да, это бы того стоило... – мечтательно протянула Мария. – Но нет, мы сейчас не можем уйти. Я пообещала маме, что мы останемся здесь по крайней мере до десяти вечера.

Он застонал и снова поцеловал свою жену.

– Шон, ты играешь нечестно, – Мария уперлась ему руками в грудь. – Тебе меня не убедить.

– Я просто хотел прекратить все эти разговоры о Кэмдене.

– О, да ты ревнивый! Это то, что нужно каждой беременной девушке, особенно когда ее талия стремительно исчезает.

Шон окинул взглядом свою высокую, стройную жену.

– Оттого, что ты беременна, ты стала только красивее, – он положил руку на ее еще плоский живот. – И не важно, насколько округлым он будет, для меня ты всегда будешь очень сексуальной.

Глаза девушки наполнились слезами.

– О, Шон. Я люблю тебя. Никогда никого не любила, кроме тебя.

Шон прислонился к жене.

– Мария... Мы с тобой наделали много ошибок. И сейчас я понимаю, как сильно я всегда любил тебя. Не пройдет и дня, чтобы я не повторил тебе эти слова. И я сделаю все возможное, чтобы быть хорошим мужем и отцом.

Девушка прикоснулась к его лицу.

– Ты хороший муж и будешь хорошим отцом. И спасибо большое за то, что помог Ричу. Только благодаря тебе это уже совсем не тот избалованный подросток.

Шон отмахнулся от комплимента.

– Меня больше тревожит крыша над твоей головой, дом для моей жены и ребенка.

– Ну пока у нас нет четких планов... – начала Мария.

– Свадебный подарок твоего отца, возможно, решит наши проблемы с жильем.

Сначала Шон не был уверен в том, что хочет принимать щедрость Истона, но потом вспомнил о своей семье.

– Твой отец предложил нам один из новых домов. Дом шесть, – Шон смотрел, как расширились глаза Марии. Он знал, что это был ее любимый дом.

– О, Шон, – девушка сглотнула, пытаясь сдержать волнение. – А как тебе это нравится?

– Сначала я расстроился, потому что хотел сам позаботиться о жилье для своей семьи. Но потом понял, что это попытка твоего отца примирить наши семьи. Ведь теперь мы все связаны нашим ребенком.

Мария улыбнулась.

– Ну разве мы не счастливы?

– Разумеется, – сказал он, едва сдерживая свои чувства. – Так что мы переедем в дом на Парадайз-стрит!

– Звучит как великолепное начало нашей новой жизни.

Шон притянул к себе свою жену и прижался к ней губами, давая понять, как много она для него значит. О да, он был счастлив. У него была любимая жена, и они уже ждали ребенка. Строительный бизнес стремительно развивался. Но самое главное – вражда Истонов и Хантеров осталась в прошлом.

Content

Патрисия Тэйер
Ключи от рая

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ЭПИЛОГ