Хлоя Бивен

Вместе навсегда

Лунный свет проникал в спальню сквозь неплотно задернутые занавески. В призрачном полумраке смутно проступали очертания кровати, на которой в тревожном забытьи застыла хрупкая фигурка. Тонкое бледное лицо, тонувшее в облаке черных, таинственно поблескивавших в полутьме волос, казалось печальным: уголки нежного рта опустились, меж бровей залегла горькая морщинка.

Медленно тянулись ночные часы. Возникшее ближе к утру сновидение преобразило лицо спящей. Оно словно помолодело. Лоб разгладился, слегка затрепетали длинные ресницы, губы приоткрылись в улыбке. Счастьем светилось это прелестное, совсем юное личико, ибо сон вернул спящую в самый прекрасный день ее жизни...

Стояло великолепное летнее утро, и Темза была полна особого очарования. Солнечные лучи насквозь пронизывали воду, покрывали ее рябью золотистых бликов. Катер легко скользил мимо спускающихся к самому берегу изумрудных лугов, осененных ивами, мимо изящных, утопающих в зелени вилл и могучих деревьев, склоняющих ветви чуть ли не до самой воды. Аромат цветов, доносящийся с берегов, запах реки и тихие всплески воды словно зачаровывали, создавали атмосферу безмятежности и покоя.

На реке было много разноцветных лодок, иногда попадались роскошные яхты. Она стояла на носу катера. Легкий ветерок развевал черные как вороново крыло волосы. Изумрудные глаза были полны мечтательности. Нежные розовые губы слегка раскрылись в пленительной улыбке. Всем своим существом, всем телом она ощущала близость неземного блаженства. Низкий голос тихо позвал:

– Иди ко мне! Не бойся...

Когда она почувствовала прикосновение теплых сильных пальцев, то не выдержала и с легким восклицанием обернулась, страстно желая оказаться в нежных объятиях любимого.

Но знакомая высокая фигура медленно отступала, отдаляясь, пока совсем не растворилась в оранжевом мареве.

1

Делия неохотно открыла глаза. Было еще рано. За ночь она нисколько не отдохнула и не успокоилась. Сначала ее мучили тревожные мысли, ставшие привычными в последнее время. Потом она все-таки заснула и в который уже раз увидела сон, радостный и горестный одновременно. Летний день... катер... Темза... И Фрэнк рядом – надо лишь протянуть руку. Но стоит сделать это, как он исчезает словно призрак, а она просыпается со щемящей тоской на сердце.

Делия встала, приняла душ, оделась и заставила себя заглянуть к отцу в кабинет, точно зная, какую картину там застанет.

Стоя в дверях, она наблюдала, как отец мечется от стола к окну и обратно. Плечи напряжены, лицо красное. Чего доброго, еще заработает себе инфаркт, что неудивительно для человека, живущего как на пороховой бочке. Вот уже пять лет животный страх въедается в отца, держит его за горло, вынуждая жить в суеверном ожидании неотвратимого возмездия.

Теперь и Делия испытывала страх. Ведь ничто не могло остановить их врага, как невозможно укротить катящуюся с гор лавину. Они уничтожены, раздавлены. «Корпорация Гриффин» вот-вот будет стерта с лица земли вместе с владельцами. Клятва прозвучала давно, а теперь Фрэнк Хейли приступил к делу: мало-помалу они оказались зажатыми в его железном кулаке.

Он не покончил с ними одним решительным ударом. Нет, он уничтожал их безжалостно и медленно. Тщательно продумав, как заставить противника страдать, Фрэнк неукоснительно приводил свой план в действие, не забывая о мельчайших деталях и наблюдая за происходящим ледяными серыми глазами, подобно злобному божеству. Этот план грозил жизни отца Делии, потому что разрушал его дело – единственный смысл существования, которому отдано более половины жизни.

– Пять лет! – бормотал Берт Гриффин, не глядя на беспомощно стоящую в дверях дочь. – Пять лет прошло с тех пор, как он мне пригрозил, почти день в день. Вчера все сделки приостановили, завтра с нами будет покончено. Все, что у нас есть, все, чем мы были...

Он подошел к окну и уставился невидящими глазами в сад, окружавший огромный дом, который Берт выстроил почти двадцать лет назад. Дом был символом процветания, вещал о нем всему миру. Подобно новой сияющей звезде, «Корпорация Гриффин» всходила все выше и выше на деловом небосклоне, оставляя позади десятилетия тяжелого труда и изворотливости. Теперь и дом пойдет с молотка. Как долго им еще здесь жить? Несколько месяцев? Или несколько недель?

Делия вздохнула и покачала головой. Ее снова охватило отчаяние. От безжалостного и упорного преследования Фрэнка нет спасения. Она лишь пешка в этой игре, еще одно орудие в руках Фрэнка, которым он воспользовался, задумывая уничтожить Берта Гриффина.

Отец казался несчастным и одиноким, последние несколько лет сильно состарили его. Когда-то прямая спина ссутулилась, широкие плечи опустились, волосы почти совсем поседели. Он пытался бороться, надеялся победить, ведь он привык побеждать. Но ему пришлось отступить перед ледяной решительностью Фрэнка Хейли, перед властью и богатством, которыми тот располагал.

Лучше бы отец вышел из игры несколько лет назад, но Фрэнк точно знал, что Берт Гриффин будет бороться до конца, и поэтому постепенно душил фирму, наблюдая за ее судорогами с холодной отстраненностью. Теперь пришла пора нанести решительный удар, но сам он даже не появится. Слишком хорошо Делия его знала, чтобы ожидать этого. Он получит все новости по телетайпу. Оторвет лист с сообщением, скомкает его длинными сильными пальцами, и все будет кончено.

Делия со страхом взглянула на отца. Что он тогда станет делать? Оправится ли от каждодневной борьбы со смертью? За последние годы Берт Гриффин превратился в старика, и она знала, что когда на страницах газет замелькают новости о банкротстве, его жизнь будет кончена.

Отец уже давно свалил все дела в офисе на нее – не официально, нет, просто перестал там появляться. Уже несколько месяцев как заседания правления, ежедневные кризисные ситуации стали заботой Делии. Отец был слишком болен, чтобы работать. Один день в офисе вполне мог доконать его.

– Мне пора, – тихо произнесла она. – Уж сегодня-то я должна быть на месте.

– Никакого чуда не произойдет, Делия, – пробормотал отец, не оборачиваясь. – Чудеса случаются лишь с Фрэнком Хейли. Ты ничего не сможешь сделать.

– Знаю. И все же я должна быть в офисе.

Она направилась к машине. Отец все еще стоял у окна, уставившись в пространство. Да, чтобы спасти их, потребовалось бы чудо. Но чудеса вовсе не случаются с Фрэнком Хейли сами по себе. Он творит их собственными руками. И горе тому, кто встанет на его пути. Уж кому это знать, как не ей?

– У тебя два заседания утром, Делия, – напомнила Клара Тернер. – Днем тебе придется встретиться с менеджером Дженкинсона и человеком из банка. На столе – почта и биржевые котировки. Телефон звонит беспрерывно.

– Ничего удивительного, – вздохнула Делия. – Многим доставляет удовольствие наблюдать за агонией ближнего.

– Мне очень жаль. Правда, – посочувствовала Клара. Она работала личной секретаршей Берта уже двадцать лет и знала, что дни фирмы сочтены. Да все знали. Такого не скроешь, не замаскируешь. Делия уныло улыбнулась пожилой женщине и кивнула.

– Спасибо. Скоро все с этим свыкнутся.

– И ты ничего не можешь сделать? – с надеждой спросила Клара. Делия искоса взглянула на нее.

– Могу заорать что есть мочи. Разбить несколько окон. Хочешь помочь?

Странно, подумала Клара, наблюдая, как Делия идет по длинному коридору к офису, даже в самые тяжелые моменты люди не теряют способности шутить. Она никогда не уставала восхищаться внешностью дочери Берта Гриффина, особенно длинными блестящими темными волосами, ничуть не потускневшими за семь лет, что Делия приходит сюда. Никто не заслуживает таких мучений, которые сейчас приходится испытывать бедняжке. Она слишком молода, слишком красива, слишком ранима, чтобы день за днем нести это бремя. Берт должен был испить свою чашу до конца. Делия достаточно настрадалась.

Зазвонил телефон, и Клара взяла трубку. Лицо сразу стало жестким.

– Нет, сегодня никаких заявлений для прессы, – холодно заявила она. – Нет, председателя в данный момент в офисе нет. – Клара со злостью бросила трубку. Пока она здесь, ей предстоит защищать Делию от стервятников. Большего она сделать не могла.

Закрыв за собой дверь, Делия опустилась в кресло за письменным столом. Теперь это ее рабочее место, хотя на двери красовалась надраенная до блеска медная дощечка: «Берт Гриффин. Председатель». На других дверях тоже висели таблички: «Зам. председателя», «Генеральный директор», «Зал заседаний».

Делия всегда задерживала взгляд на последней табличке, потому что именно у зала она впервые увидела Фрэнка. Уже пять лет прошло, тогда ей было всего девятнадцать. Теперь же она чувствовала себя старой, усталой и сломленной. Делия откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Она была настолько подавлена, что даже не могла заставить себя думать о предстоящих встречах.

Да и о чем, собственно, думать? Результат каждой предрешен. Поставщики нервничают. Банк вот-вот заморозит счета фирмы. Со вчерашнего дня их акции сняты с торгов. Все, конец. Нечего сказать и ничего нельзя сделать. Она даже ощутила облегчение. Фрэнк лишь выжидает, чтобы нанести последний, смертельный удар. Скорее бы... Она ждала этого как блага.

Делия опустила взгляд на руки, на длинные изящные пальцы. Блеснуло обручальное кольцо – еще одна его хитрость, тщательно продуманная и идеально претворенная в жизнь. Нахмурившись и сузив зеленые глаза, она смотрела на кольцо, которое никогда не снимала. Оно напоминало ей о допущенной глупости, предупреждало об опасности в тех случаях, когда кто-то пытался очаровать ее.

Неужели ничего нельзя сделать? Ведь она жена Фрэнка! Прав ей это никаких не давало, да она никогда ничего и не ждала. И все же... Делия сняла трубку и решительно обратилась к Кларе:

– Отмени все мои встречи на сегодня. Мне нужно кое-что предпринять, дело не терпит отлагательств.

– Уж не собираешься ли ты повидать... Я могу чем-нибудь помочь? – забеспокоилась секретарша.

– От тебя, как, впрочем, и от меня, ничего не зависит. Но я намерена дать последнее сражение. Победить мне не удастся, но, черт побери, скулить я не собираюсь!

– Молодчина! – похвалила Клара. – Я верю в тебя. Дай мне знать, если...

– Новости будут плохими, – предупредила Делия, – но все же лучше плохие, чем никаких. Я устала медленно умирать.

Она вышла через черный ход и направилась к стоянке такси на углу. Если кто и подкарауливает ее у парадного входа, ждать им придется долго. Что она теряет? Очень скоро терять вообще будет нечего, а сколько можно молча глотать обиду? Хватит трусливо забиваться в угол. Этим утром она так и не позавтракала. Вечером тоже не ела. Хотя голода не испытывала. Просто все внутри медленно сжималось, заставляя мозг лихорадочно работать.

Такси высадило ее у огромного административного здания, занимавшего почти целый квартал. Оно было выстроено со вкусом и облицовано бледно-розовым камнем в тон окружающим его более старым домам. Владелец этого архитектурного шедевра «скромно» украсил фронтон своим именем, написанным шестифутовыми буквами. Солнечные лучи отражались от позолоченных литер и слепили глаза.

Хейли. Ничего больше, только фамилия, фамилия Фрэнка и ее. Стиснув зубы, Делия перешла через дорогу, поднялась по мраморным ступеням и толкнула блестящую стеклянную дверь. Она пришла не для того, чтобы бросить перчатку. Пришла сдаваться. Фрэнк хотя бы будет знать, что она уже не та робкая, зачарованная девятнадцатилетняя девушка. Как бы там ни было, Делия постарается, чтобы он запомнил этот визит.

– Мне нужно видеть мистера Хейли! – Делия в упор взглянула на молоденькую секретаршу, зная, что робкие просьбы не помогут. Девушка была новенькой. Интересно, подумала Делия, что еще здесь переменилось?

– Если у вас не назначена встреча...

– Нет, не назначена. Однако я должна его увидеть. Пожалуйста, позвоните в офис.

– Простите. Об этом не может быть и речи.

Делия не стала зря терять время. Решительными шагами пересекла холл и вошла в лифт. Она точно знает, где расположен кабинет Фрэнка, и проникнет туда. Никто не сможет ей помешать. Секретарша ринулась следом, но двери лифта захлопнулись перед самым ее носом.

Когда кабина остановилась на третьем этаже и Делия вышла, то сразу же наткнулась на запыхавшуюся секретаршу, которая явно неслась сломя голову, чтобы перехватить нахальную посетительницу.

– Вы не сможете увидеть мистера Хейли! – От бега по лестнице, от раздражения девица раскраснелась, а теперь и вовсе вспыхнула потому, что дверь офиса как раз в этот момент открылась и показался высокий темноволосый мужчина, провожавший своего гостя.

– Еще как смогу, – возразила Делия. – Мне не нужно заранее договариваться о встрече. Я его жена.

При этих словах мужчины обернулись. Высокий брюнет уставился на нее ясными серыми глазами и плотно сжал губы. Мгновение он лишь холодно смотрел на Делию, потом красивые губы изогнулись в насмешливой улыбке.

– Привет, дорогая, – мягко произнес он. – Проходи.

Фрэнк безразлично кивнул гостю, взглядом отпустил секретаршу и широким жестом пригласил Делию в офис. Она прошла мимо него, не поднимая глаз. Закрыв дверь, хозяин кабинета направился к столу.

– Так что я могу для тебя сделать, Делия?

– Ничего! – бросила она. – Я не привыкла умолять.

– Разумеется. Ты ведь теперь деловая дама. Я следил за тобой все эти годы.

Он повернулся к ней, и Делия вздрогнула, как от удара, почти забыв о своей враждебности. Та же высокая гибкая фигура. Темные блестящие густые волосы, как обычно идеальная стрижка. Но на этом сходство с Фрэнком, которого она так хорошо помнила, кончалось. Если она сама стала другой, с чего бы ждать, что Фрэнк останется прежним? Его взгляд стал жестким.

Серые глаза напоминали кристаллики льда. Линия рта твердая, на лице ни тени сочувствия. На мгновение вспомнилось, каким она знала это лицо: веселым, насмешливо-удивленным, теплым и чувственным. Все ушло... Осталась словно высеченная из камня маска.

– Все, что ты обо знаешь, – результат того хаоса, который ты внес в нашу жизнь! – резко заметила Делия, стараясь снова вернуть воинственное настроение и заставляя себя вспомнить, каков Фрэнк на самом деле.

– Я знаю больше, чем ты можешь вообразить, – ледяным тоном откликнулся он. – И нет никакого хаоса. Хаос подразумевает случайный и необдуманный метод разрушения. Хаос – это полный беспорядок, неразбериха. Я так не действую. У меня всё обдумано заранее.

– Браво! Ты хорошо все продумал, – похвалила его Делия с сарказмом в голосе. – Ты разрушил «Корпорацию Гриффин», с нами покончено.

– Не совсем, – пробормотал он, оглядывая ее ясными глазами. – Фирма еще вполне жизнеспособна. – Он сел за стол и жестом указал гостье на кресло. – Однако ты уверяешь меня, что пришла не умолять. Тогда позволь снова спросить, что я могу для тебя сделать?

– Ничего! – с яростью ответила она. – Абсолютно ничего. Мы сдаемся. Я пришла, чтобы это тебе сказать. Можешь опустить меч, нанести последний удар. Ты сделал все, чтобы пустить нас по миру.

Откинувшись в кресле, Фрэнк разглядывал ее с холодным одобрением. Его взгляд остановился на блестящей гриве волос, задержался на хрупких плечах, скользнул по стройной фигуре в темном костюме. Потом снова вернулся к лицу, вбирая его прелесть и погружаясь в сверкающую зелень глаз.

– Тебя это никогда не касалось, – спокойно напомнил Фрэнк.

– Неужели? – презрительно спросила она. – Я же была пешкой, еще одной вещью, которую можно отнять у «Корпорации Гриффин». Я была глупой, послушной куклой. Что ж, ты сделал худшее. Это убьет отца. Полагаю, ты именно этого и добивался.

– Ничего подобного! – внезапно прорычал Фрэнк. – Но если и так, я лишь восстанавливаю справедливость. Берт Гриффин убил моего отца и мою мать!

– Ты лжешь! – Трясущейся рукой Делия нащупала кресло и села, с ужасом глядя на Фрэнка. Но он уже смотрел на нее равнодушно, гнев исчез из его глаз.

– Никогда не считал нужным лгать. А отец тебе об этом не рассказывал? Спроси его! Спроси, о чем идет речь. Ты думаешь, все из-за тебя? Из-за того, что ты бросила меня и сбежала к папочке? Ты считаешь, будто так много значишь, что из-за тебя будут ломать копья? Спроси Берта, почему я уничтожаю его медленно, почему я потихоньку перекрываю воздух фирме. И напомни ему о Джеке Хейли, его жене Лайзе, моих отце и матери!

– Неправда! – прошептала Делия, не сводя с него испуганных глаз. – Ты так говоришь, чтобы оправдать свои поступки. Ты бы сказал мне раньше, когда мы были женаты, ты бы...

– Тебя это не касалось, – спокойно повторил он, пристально глядя ей в лицо. – Эта битва не имела к тебе отношения. Она всегда была и остается лишь битвой между твоим отцом и мною. Я забрал тебя у негодяя. А что касается того, что мы были женаты, так мы и не разводились. Ты сама заявила об этом у дверей моего офиса.

– Мой отец не негодяй, – с трудом выговорила Делия почти умоляющим тоном, но лицо Фрэнка не смягчилось.

– Разумеется, Фемиде твой драгоценный папочка недоступен. Для этого он слишком умен. – Фрэнк понизил голос и говорил тихо, но с явной угрозой. – Но мне закон не указ. Я потратил пять лет, чтобы выполнить свою клятву. И рад, что ты не собираешься молить о пощаде, потому что это было бы бесполезно. Я добился именно того, к чему стремился: сегодня я держу Гриффина за горло.

Делия медленно встала, не отрывая от него взгляда. Она не знала Фрэнка, никогда не знала, а ведь именно этого человека она любила глубоко и безнадежно. Ее испугал угрожающий голос, заставив почувствовать страх за отца. Это не конец. Фрэнк задумал что-то еще. Она попыталась шагнуть к двери, но внезапно потеряла сознание.

Очнулась она в объятиях Фрэнка. Какая-то женщина поспешно входила в кабинет.

– У нее обморок, – резко произнес Фрэнк. – Я отнесу миссис Хейли в комнату отдыха.

– Со мной все хорошо, – одеревеневшими губами прошептала Делия. – Ты можешь меня отпустить, спасибо.

– Какие деликатные манеры, – сердито пробормотал Фрэнк. – Что ж, ты ведь всегда была чувствительной натурой. Вовсе у тебя не все хорошо, Делия. Не стоит верить популярным романам – люди не грохаются в обморок от страха или отвращения. Ты немедленно отправишься в комнату отдыха.

Спорить было бесполезно. Слишком упрям Фрэнк. К тому же после стольких лет снова оказавшись в его объятиях, Делия почувствовала головокружение – такой забытой, волнующей и... пугающей была забота Фрэнка.

– Я могу идти, – попыталась настоять она, но Фрэнк, словно не слыша, вынес Делию из кабинета и опустил на застеленную белой простыней кушетку в небольшой комнате, а поспешившая следом женщина помогла разуться.

– Проследите, чтобы она никуда не ушла, – приказал Фрэнк, прежде чем выйти из комнаты. Женщина кивнула.

– Надо немного поспать, – ласково пробормотала служащая, снимая с Делии жакет. – Он и не подумает вас сейчас отпустить, – добавила она, когда подопечная начала протестовать и сделала попытку встать. – Пожалуйста, отдохните немного, миссис Хейли. Так всем будет лучше, к тому же вы очень бледны.

Делия смирилась, размышляя о том, что могут знать о ней люди, работающие в фирме Фрэнка. Известно ли им о его личной жизни, о борьбе насмерть с ее отцом? Знают ли они о том, она дочь Берта Гриффина и что Фрэнк медленно стирает его фирму с лица земли? Впрочем, симпатии служащих все равно будут на стороне босса.

Скоро на ней осталась лишь белая комбинация. Укрыв Делию пледом, женщина облегченно вздохнула.

– Отдохните, и все, – умоляюще попросила она. – Если вы будете спать, когда мистер Хейли вернется, он будет доволен.

Делия закрыла глаза, чтобы избежать дальнейшей беседы. К тому же Фрэнк не вернется. Займется неотложными делами, может, лишь с раздражением вспомнит о ее обмороке. У нее все еще кружилась голова, даже было неприятно лежать с закрытыми глазами. Конечно, Фрэнк прав. Она потеряла сознание вовсе не от ужаса. Уже много дней она толком не ела. И в самый неподходящий момент голодай напряжение дали себя знать.

Она заснула незаметно для себя, а когда некоторое время спустя проснулась, то увидела внимательно разглядывающего ее Фрэнка.

– Когда ты в последний раз ела? – сурово спросил он. – И не пытайся врать. У тебя кожа почти прозрачная. Ты сильно похудела. Можно сказать, таешь.

– Не знаю. Не помню. Возможно, вчера. Вчера днем, кажется. Я не уверена.

– Ты поешь сейчас, – распорядился Фрэнк. – Одевайся. Там тебя ждет суп. После такой голодовки тебе ничего другого нельзя.

– Мне не нужна твоя помощь, – попыталась воспротивиться Делия и села, натянув плед до подбородка. – Я вполне могу поесть, когда захочу. Выйди, пожалуйста, я оденусь.

Лицо Фрэнка исказил гнев, и он вырвал у нее из рук плед.

– Одевайся! – рявкнул он. – Я видел тебя куда более раздетой, чем сейчас. Не надо со мной играть, Делия. Когда ты оденешься, отведу тебя в столовую. Ты сначала поешь, а потом уйдешь. Иначе останешься здесь.

Делия была слишком слаба, чтобы спорить, поэтому спустила ноги с кушетки и потянулась за юбкой и блузкой, стараясь не замечать присутствия Фрэнка. Во всяком случае он проявил деликатность и, отойдя к окну, разглядывал улицу, засунув руки в карманы.

– Я готова, – тихо произнесла она. Фрэнк обернулся и окинул ее холодным взглядом. Потом, не говоря ни слова, провел Делию в другую комнату, где на столе одиноко стояла тарелка с дымящимся супом.

Комната была небольшой, но роскошно отделанной. Заметив, что Делия разглядывает ее, Фрэнк объяснил:

– Столовая для руководящего персонала. Мы сделали ее два года назад, уже после того как ты сбежала. Маленькая, но уютная. Можешь есть. Никто сюда не войдет.

Будто кто-то посмеет, подумала она. Здесь ведь Фрэнк. Похоже, он и не собирался уходить. Сел напротив и не сводил с нее глаз. Делия не могла заставить себя проглотить хоть ложку.

– Я... не могу есть. – Она отодвинула тарелку, и губы Фрэнка сжались еще больше, если такое вообще было возможно.

– Ты будешь есть, – приказал он. – Если нет, то просидишь здесь до утра, и каждые полчаса тебе будут приносить горячий суп.

– Ты не посмеешь! – возмутилась Делия. – У тебя нет никакого права...

– Сила дает мне право, – коротко напомнил ей Фрэнк. – Ешь суп. Если мое присутствие портит тебе аппетит, я ненадолго выйду, но сбежать тебе не удастся. Ты пришла и потребовала, чтобы тебя пропустили ко мне. Во всеуслышанье объявила, что приходишься мне женой, так что все сотрудники умирают от любопытства. Я узнаю, лишь только ты попытаешься приблизиться к лифту.

Он встал и вышел, провожаемый беспокойным взглядом Делии. Не надо было сюда приходить. Она нутром чувствовала, что сделала неверный ход, напомнив Фрэнку о своем существовании. Если он вознамерится использовать ее в своей игре, то сделает это без колебаний. Иначе к чему весь этот спектакль: «отдохни», «поешь»?

Делия посмотрела на тарелку. Теперь, когда Фрэнк не сидел напротив и не сверлил ее взглядом, она почувствовала сильный голод. Суп оказался изумительным. Делии казалось, что она ела впервые за несколько лет. Она не лгала, сказав, что не помнит, когда делала это в последний раз. Дни набегали один на другой, а ее измученный организм держался лишь на кофе – утром, днем и вечером.

Фрэнк всегда умел точно рассчитать время и появился, как раз когда Делия встала из-за стола.

– Я поела, как было приказано, теперь ухожу, – сказала она сердито.

– Почему бы нет? – насмешливо протянул Фрэнк. – Ведь ты выполнила то, что собиралась.

– О чем ты? – Она раздраженно взглянула на него. Не хочет ли Фрэнк сказать, будто она явилась сюда, чтобы грохнуться в обморок и вызвать к себе сочувствие? Уж она-то знала: этот человек не способен на участливость, особенно к ней.

– Ты пришла сообщить о вашей капитуляции? – Фрэнк снова насмешливо взглянул на нее, и Делия слегка покраснела. – Я, пожалуй, выражусь иначе. Ты пришла, чтобы заявить, что твой отец сдается.

Мы с отцом в этом деле вместе, – резко напомнила ему Делия.

Его глаза опасно сузились, сверкнув ледяным огнём.

– Вовсе нет, – хищно улыбнулся Фрэнк. – Ты никогда не была в этом деле. Возможно, за последние четыре года ты превратилась в способную ученицу, но ты ни малейшего представления не имеешь о том, что значит «быть в деле». Ты никогда не пачкала свои прелестные пальчики в грязи.

– Даже когда вышла за тебя замуж? – презрительно спросила Делия. Секунду он смотрел на нее с открытой враждебностью, но сразу же взял себя в руки.

– Твои ножки вообще едва касались земли. По большей части ты пребывала в моих объятиях. Память – такая ненадежная вещь. – Пока Делия старалась взять себя в руки и подавить гнев, Фрэнк распахнул дверь. – Пора идти, Делия. Сюда.

Неужели собирается провожать ее до выхода? Наверное, еще не весь запас колкостей исчерпан, усмехнулась про себя Делия. В лифте оба молчали, и только когда вышли на улицу, она подумала, как будет добираться.

– Я без машины. Надо вызвать такси.

– Ни к чему. Все равно я собирался отвезти тебя. Вряд ли ты в таком состоянии могла бы доехать благополучно.

Темный «ягуар» плавно затормозил перед ними. Оттуда выскочил улыбающийся юноша, открыл дверцу для Делии, а Фрэнк сел за руль. Все произошло так стремительно, что у Делии даже не было времени подумать.

– В этом нет необходимости.

– Я решил, что есть, – буркнул Фрэнк, даже не взглянув на нее. Машина плавно влилась в поток автомобилей на улице. – Давненько мне не приходилось ездить в «Корпорацию Гриффин». Почти пять лет. Так что мне будет... интересно.

– Скоро все будет твоим, – напомнила Делия сдавленным голосом. Было так странно сидеть в этой машине с Фрэнком. На нее нахлынуло столько воспоминаний, что захотелось закрыть глаза и не думать о том, где она и с кем. Но забыться оказалось невозможно. Та же марка машины, тот же мужчина рядом. Даже знакомый запах лосьона щекотал ей ноздри, вызывая ассоциации, какие мог бы вызвать слабый аромат розы, подаренной любимым и засушенной в альбоме.

– Не нужна мне фирма, – скривился Фрэнк. – Мне нужен человек, и я его почти достал.

– Ты его уже достал, – еле слышно проговорила Делия. – Если бы ты мог видеть отца...

– У меня нет ни малейшего желания его видеть! – грубо отрезал Фрэнк.

Она увидела, как сжались его пальцы на рулевом колесе, и бросила быстрый взгляд на суровое красивое лицо. Фрэнк искоса взглянул на нее – будто ледяная молния сверкнула. Делия поспешно отвернулась, слишком растерянная и взволнованная, чтобы продолжать разговор. Что она могла сказать? Ненависть Фрэнка распространялась на все, связанное с фамилией Гриффин. Так было всегда, но в юности она была слишком увлечена им, чтобы распознать это.

– Приехали, – произнес Фрэнк, когда машина остановилась у административного здания «Корпорации Гриффин». Оно не отличалось великолепием цитадели Хейли, и Фрэнк скользнул по фасаду безразличным взглядом.

– Спасибо, – пробормотала Делия и поморщилась, когда он удержал ее руку, крепко сжав пальцами через шерстяной рукав жакета.

– Тебе стоит стать стервознее, девочка, – бросил Фрэнк. – Другая на твоем месте влепила бы мне пощечину и выскочила из машины, а ты благодаришь.

Делия вырвалась, захлопнула за собой дверцу и направилась к зданию, которое вскоре станет частью империи Хейли. Поднимаясь по ступенькам, она услышала утробное рычание «ягуара», влившегося в поток машин на улице. Если ей и удалось разозлить Фрэнка под конец, на его умении водить машину это не отразилось.

***

– Ты его видела? – набросилась Клара на вышедшую из лифта Делию.

– Да. Я же предупреждала, что не стоит надеяться. Так и оказалось.

– Но ты пробыла там так долго…

– Я потеряла сознание, – нехотя призналась Делия. – Он подвёз меня.

– И?... – Услышав об обмороке, Клара встревожилась., а Делии так хотелось поскорее остаться одной.

– Ничего страшного, уверяю тебя. Я просто давно ничего не ела, вот и всё. Фрэнк заставил меня поесть. Извини, Клара, но мне нужно поработать с бумагами. Извини.

2

Поскольку все встречи были отменены, Делия оказалась не у дел. Бесполезно заниматься чем-либо, если все равно нет никакого будущего. В любой части здания она будет ловить на себе беспокойные взгляды сотрудников, подозревающих, будто хозяйка знает что-то, чего не знают они. Некоторые служащие уже приняли предложения других фирм и уволились, остались лишь самые преданные. Ответственность за этих людей камнем лежала на сердце, но Делия ничего не могла сделать, чтобы защитить их, как и собственного отца. Не могла она и уехать домой. Если вернуться раньше обычного, отец начнет волноваться, едва заметив машину.

Делия побродила по кабинету и решила сварить себе кофе. Длинный, покрытый толстым ковром коридор был пустынен. В этой части здания располагались офисы руководства корпорации. В конце коридора находилась комната, где сидела Клара. Когда-то здесь было почти так же роскошно, как и в офисе Хейли. Не слишком просторно, но обстановка всегда была деловой, и в воздухе почти ощутимо чувствовался запах богатства.

Возвращаясь в свой кабинет, Делия быстро прошла мимо зала заседаний. Здесь она впервые увидела Фрэнка, но вспоминать об этом не хотелось. В тишине ей все еще слышался его голос, настолько резкий и гневный, что Делию просто парализовало от страха.

Если бы она смогла тогда сбежать, Фрэнк никогда не увидел бы ее, и сейчас Делия не испытывала бы чувства вины, от которого не могла отделаться уже много месяцев.

Ей было тогда девятнадцать. Худенькая, гибкая, с изумрудными глазами и длинными темными волосами, спадавшими ниже плеч. Делия работала в фирме отца уже год, сразу после школы. Отец всегда говорил, что ей придется работать в семейном бизнесе и впоследствии возглавить фирму. Делии никогда не приходило в голову возражать. Она отличалась мягким, уступчивым характером.

Вообще-то трудно представить, как бы она стала противоречить Берту Гриффину. Он энергично пробивался в деловом мире, умело осваивал свою нишу и обладал страстным стремлением преуспеть. Все это и привело его корпорацию на самый верх, где она долго и оставалась. Делии пришлось научиться всему. Отец хотел в будущем сделать из нее деловую женщину, умеющую руководить фирмой и досконально знающую все необходимое.

Начала Делия с азов. Ей нравилась шумная обстановка в офисах, материнская строгость секретарши отца, Клары Тернер, нравилось выполнять незатейливую работу, а о блестящем пугающем будущем Делия старалась не думать и с удовольствием печатала счета, варила кофе и таскала туда-сюда пухлые папки.

Именно работу курьера она выполняла в тот день, когда впервые увидела Фрэнка. Ему был тридцать один год. Красивый, жесткий, да к тому же в дикой ярости. С таким страшным гневом ей еще не приходилось сталкиваться. Во многих отношениях это была драматическая встреча, хотя и совершенно случайная. Приди Делия на несколько минут позже – и вся ее жизнь сложилась бы иначе. Более того, Фрэнк никогда бы ее не увидел, никогда бы не узнал, кто она такая.

Было раннее утро понедельника, самое начало рабочего дня. Через пару часов начиналось заседание правления, и Делия спешила все подготовить. Скоросшивателей оказалось слишком много, чтобы отнести за один раз, и она торопилась. Ведь на столе лежала куча документов, нуждавшихся в перепечатке. Делия с трудом протолкнулась сквозь тяжелые двери в конце коридора. Ворох папок скрывал ее почти до самой макушки.

Голос она услышала сразу все, как только вошла в отсек руководства, но пути назад уже не было. Дверь, мягко чавкнув, захлопнулась, а руки Делии были заняты скоросшивателями.

– Поглядывайте через плечо, – с угрозой произнес низкий баритон. – Я буду наступать вам на пятки! И я вас достану. Пять лет! Вот сколько это займет. Начинайте отсчет с сегодняшнего дня и помните: вам своей судьбы не избежать.

Дверь в кабинет отца захлопнулась с грохотом, и звук эхом отозвался в коридоре.

Делия инстинктивно прижалась к стене, но незнакомец настолько ослеп от ярости, что налетел на нее, толкнув в плечо, едва не сбив с ног. Разумеется, папки веером рассыпались по полу, как колода карт.

Только оказавшись у двери, он сообразил, что натворил, и оглянулся. Девушка опустилась на колени, пытаясь собрать папки. Она не казалась рассерженной, не произнесла ни слова, даже не бросила на неуклюжего посетителя возмущенного взгляда. Просто собирала папки с таким видом, будто они оказались на полу из-за ее неловкости.

Он вернулся и остановился рядом, глядя на нее сверху вниз, а девушка подняла на него самые огромные зеленые глаза, какие ему когда-либо приходилось видеть.

– Виноват, – мрачно извинился он. – Был слишком зол, чтобы вас заметить. – И, присев на корточки, принялся помогать, когда она кротко улыбнулась и отрицательно покачала головой:

– Не стоит, вы не можете мне помочь. Их надо укладывать в определенном порядке.

– По алфавиту?

– Нет. По степени срочности. Извините, бумаги конфиденциальные, – прибавила она, слегка покраснев и явно смущаясь от того, что приходится выказывать недоверие. Он встал и с интересом посмотрел на нее, слегка улыбаясь.

– Все равно извините. – Незнакомец, кивнув, направился к выходу, а Делия вернулась к сбору папок, стараясь сосредоточиться. Таких красивых мужчин она никогда не встречала, и ей было непонятно, как можно быть таким милым, если только что метал громы и молнии. Серые глаза, напоминающие сверкающий хрусталь, улыбались, резко выделяясь на загорелом лице. Он казался сильным и властным.

Делия исподтишка бросила взгляд вслед симпатичному посетителю и увидела, что он уже стоит в дверях, но все еще продолжает наблюдать за ней.

– Как вас зовут? – Голос гипнотизировал, обволакивая сознание своей мягкостью.

– Делия. Делия Гриффин.

На секунду серые глаза сузились и оглядели ее всю – начиная с блестящих темных волос. Красный свитер подчеркивал изящную линию высокой груди. Темная юбка с алыми, в тон свитеру, маками солнцем лежала на полу, отчего девушка сама походила на экзотический цветок. Она ощутила странную тревогу, встретившись с глазами мужчины. Ей отчего-то было радостно, но беспокойство не уходило. Быстро отвернувшись, Делия снова занялась папками, а он тихонько рассмеялся, отчего у нее по спине поползли мурашки.

– До свидания, Делия Гриффин. – Она не успела ответить, потому что когда подняла голову, то увидела, что незнакомца и след простыл. Испытывая разочарование, Делия шумно вздохнула, потом выровняла папки и поднялась на ноги.

Любопытно узнать, кто он такой, но вряд ли это удастся, отец может черт знает что подумать. Странно, но она даже не вспомнила об услышанной ею угрозе, не задумалась, почему этот человек так разозлился. Слишком сильным было впечатление от него, и ни о чем другом Делия думать не могла.

Снова они встретились через два дня. Делия всегда сама ездила на работу. Отец утверждал, что так удобнее: сразу видно, что у его дочери нет никаких привилегий. Да и ей нравилось водить машину, ощущать себя самостоятельной.

В среду она задержалась после работы, чтобы поужинать с подругой. Иногда после ужина они отправлялись в кино. Отец никогда не беспокоился, как бы поздно дочь ни возвращалась, поскольку считал, что она должна уметь сама о себе позаботиться, научиться отвечать за свои поступки.

Выйдя из здания корпорации и направляясь к машине, Делия услышала тихий голос, заставивший ее вздрогнуть:

– Привет, Делия.

Обернувшись, она увидела Его. Делия и так сразу узнала голос, но сейчас ей показалось, что сбылась ее самая заветная мечта. Вот он, собственной персоной, стоит, прислонившись к темному «ягуару», и смотрит на нее ясными серыми глазами. Высокий, подтянутый и мускулистый, он казался сказочным принцем. Делия молчала.

– Вы что, предпочитаете не отвечать, когда к вам обращается незнакомец? – мягко осведомился он. – Если вас учили не разговаривать с незнакомыми людьми, то позвольте вам напомнить, что мы уже встречались. Я едва не сбил вас с ног.

– Я помню. – Делия слегка покраснела, смущенная замечанием насчет незнакомцев, и подумала, что выглядит в его глазах девчонкой.

– Давайте я начну сначала. – Он тепло улыбнулся. – Вы собрались домой?

– Нет. У меня сегодня свидание.

– Вот как?.. Свидание...

На мгновение Делии померещилось, что он расстроился, и она быстро уточнила:

– Ну, не совсем свидание. По средам я встречаюсь со своей школьной подругой. Мы ужинаем, а потом иногда ходим в кино.

– А что она будет делать, если вы не объявитесь?

– Я всегда прихожу. – Сердце начало биться пугающе быстро, она закусила губу. – Если возникают непредвиденные обстоятельства, я звоню.

– Так позвоните, – невозмутимо предложил он.

– Но...

– Сегодня вы проведете вечер со мной. – Он пристально смотрел на нее, и Делия сильнее прикусила дрожащую губу, не смея верить ушам. Подойдя поближе, он терпеливо ждал.

– Я вас не знаю, – наконец прошептала она, и мужчина понимающе кивнул.

– Вот и познакомимся. Кстати, меня зовут Фрэнк Хейли. Но если вам не хочется...

– Хочется! – Делия с беспокойством подняла на него глаза, боясь, что он передумает. Фрэнк улыбался, оглядывая ее с явным интересом, что еще больше смутило девушку.

– Отлично. Тогда прошу в машину. Найдем телефон, вы позвоните подруге. Потом поужинаем, и я отвезу вас куда пожелаете.

Делия смотрела на него как загипнотизированная. Фрэнк легонько коснулся ее щеки.

– Тебе нечего бояться. Ясно?

Ей так хотелось ему верить, и она кивнула. На самом деле следовало бояться этого мужчину с мягким баритоном и изумительными серыми глазами. Но ее словно околдовали. Фрэнк легко влез к ней в душу.

Резко зазвонил телефон, возвращая Делию к действительности.

– Это Боб Уиллис, – доложила Клара.

– Как дела? – Голос Боба звучал так умиротворяюще, что Делия улыбнулась.

– Висим на ниточке, которая в любой момент может лопнуть.

– Ну, по крайней мере, пока еще никаких плохих новостей, – констатировал приятель. – Чем ты занимаешься, Делия? Ждешь, когда упадет топор, или пытаешься от него увернуться?

– У меня нет шансов увернуться, Боб, – устало вздохнула она и более твердо добавила: – Я принадлежу к семейству Гриффин. Прятаться не имею права.

– Да ты просто девчонка!

– Мне двадцать четыре года, а чувствую я себя на все восемьдесят. Вот так, дружок.

Уиллис вполголоса выругался, и на мгновение Делии показалось, что больше ему нечего сказать. Но она ошиблась.

– Послушай, радость моя, я утром улетаю в Германию. Там пробуду неделю, а то и дольше. Давай я тебя до отъезда пристрою к нам.

– Нет, спасибо тебе, Боб. Капитан последним покидает тонущий корабль. Я тебе очень признательна...

– Оставь эти дурацкие церемонии, дорогая. Ты нам в фирме пригодишься. Ценный кадр. Твоя беда в том, что у тебя чересчур мягкий характер. – Делия закусила губу. Примерно то же сказал утром и Фрэнк, только куда более язвительно. – Когда я вернусь, – добавил Боб, – сразу же тебе позвоню. А пока...

– Буду держать ушки на макушке и не спускать палец с курка, – заверила она приятеля, заставив себя засмеяться.

– Дорогая моя Делия, ты не от мира сего, – печально заметил он. – Хищника, нацелившегося на жертву, ничто не остановит. Фрэнк Хейли обладает невероятной властью. Ты это знаешь. – Боб глубоко вздохнул. – А я улетаю, и не будет плеча, на котором ты могла бы поплакать. Береги себя.

– Непременно. – Делия положила трубку и мрачно улыбнулась. Плечо ей точно могло потребоваться, но только не Боба. Да и никого другого. Она все еще видела во сне Фрэнка и просыпалась, потрясенная. Вначале все складывалось слишком чудесно, чтобы оказаться правдой. Зато конец был жестоким.

Когда Делия наконец вернулась домой, то услышала привычный вопрос:

– Что нового?

– Ничего. – Она не собиралась рассказывать о том, что ездила к Фрэнку. Это бы добило отца. Он всегда ненавидел Фрэнка. Поскольку других встреч не было, говорить было не о чем.

За ужином Берт Гриффин угрюмо молчал, лишь изредка благодаря подававшую ужин экономку. Лиз давно работала у них и наверняка знала о неприятностях. Каждый раз, входя в столовую, она бросала обеспокоенные взгляды на бледное лицо Делии. Даже экономка надеялась на нее, ждала чуда, и это угнетало Делию больше, чем плохое настроение отца.

Бежать некуда, обратиться не к кому. Ужасно быть такой уязвимой и беспомощной.

– Что-то надо делать! – внезапно проскрипел отец, когда они пили кофе. – Должен быть какой-нибудь выход, который я упустил из виду. – Он поднялся и стал вышагивать по комнате, с каждой минутой все больше заводясь. – Ведь мы всегда могли достать денег.

– Никакие кредиты не могут сравниться с деньгами Хейли, – спокойно напомнила ему Делия. – У Фрэнка на счетах миллионы, да еще поддержка двух мощных банков.

– Но у тебя есть право на часть его денег! – Берт Гриффин в ярости повернулся и уставился на дочь. – Ты же с ним так и не развелась. Если бы ты это сделала, твоему муженьку пришлось бы расстаться с крупной суммой.

– Сомневаюсь. В любом случае мне от Фрэнка ничего не нужно. Я и крохи не приму.

– Ты чересчур слабохарактерна, – презрительно заметил отец. – Когда-нибудь, девочка моя, ты научишься идти по трупам ради собственной выгоды. Ты же отпустила Хейли с миром.

– Я радовалась тому, что уцелела, – пробормотала Делия. Отец уже не раз поднимал эту тему, и разговор для нее всегда был тягостным и противным. Уйдя от Фрэнка, она поставила крест на прошлом и не хотела бередить старые раны.

Отец погрузился в привычное молчание, а Делия поскорее отправилась спать, пока он не начал все снова. Ему всегда удавалось заставить ее почувствовать свою вину за свалившиеся на них неприятности. Как будто, не выйди она за Фрэнка замуж, ничего бы не случилось. Пять лет назад тот поклялся уничтожить Берта Гриффина. Даже когда Фрэнк был на ней женат, когда сжимал в объятиях дочь злейшего врага, он не собирался изменять своему слову.

Делия лежала в постели, не в состоянии заснуть от нервного напряжения, и думала о Фрэнке. Каким холодным и бессердечным он сегодня был! Ни капли человечности. Он сотрет их с лица земли, даже мокрого места не останется. Может, он и считает «Корпорацию Гриффин» дееспособной, но только без нынешних хозяев. Вероятно, деньги и влияние Франка могли бы их спасти. Что он собирается делать? Заберет ли все в свои руки или дождется, пока они сами канут в небытие?

Делия представила себе лицо Фрэнка: сначала жесткое и холодное, потом мягкое и доброе, каким оно когда-то ей казалось. Как можно было оказаться такой наивной и доверчивой? С самого первого момента она была очарована и теперь, оглядываясь назад, понимала, что готова была верить всему, только бы быть с ним.

После первого вечера, проведенного вместе, Фрэнк звонил ей каждый день, но никогда – домой. Делия даже подозревала, что ему неизвестно, где она живет. Фрэнк постоянно куда-нибудь приглашал ее, и Делия то и дело оставалась в городе, чтобы провести с ним вечер. Отец не знал, что она встречается с Фрэнком, а Делия ничего не рассказывала. Как обычно, Берт был целиком поглощен делами, планами, а поскольку дочь каждый день появлялась на работе, больше его ничего не волновало.

Берт Гриффин всегда был таким. Он понимал, что дочери одиноко без друзей. Ведь матери ее уже не было в живых, а он умел говорить только о делах. Его не заботило, что дочь почти каждый вечер возвращается заполночь. Он просто предполагал, что она проводит время с друзьями, а Делия не собиралась выводить его из заблуждения. Глубоко в душе она была убеждена, что отец придет в страшный гнев.

Делия никогда не задумывалась об уверенности, с которой Фрэнк бросил отцу свою угрозу, но память о том инциденте затаилась где-то в дальних уголках ее мозга. А пока она была околдована, тонула в серебристо-серой глубине глаз Фрэнка, таяла от его улыбки.

По выходным они проводили вместе целые дни, гуляя, катаясь на машине, посещая театры и рестораны. Иногда обедали в маленьких загородных тавернах, иногда – в роскошных ресторанах, где Делия чувствовала бы себя неуютно, не сиди напротив принц из сказки.

Фрэнк обращался с ней бережно, и она это понимала. Делия была полностью в его власти, но он держал дистанцию.

Иногда Делия, расставаясь с ним, испытывала огорчение. Ей хотелось чего-то большего, о чем она имела весьма смутное представление. Хотелось, чтобы Фрэнк хоть раз поцеловал ее, но он лишь держал ее руку и улыбался.

Создавалось впечатление, что Фрэнк не может и дня прожить, не повидав ее, и все же он никогда ничего от нее не требовал, к великому огорчению Делии. Она мечтала закружиться в вихре страсти.

Как-то в субботу они встретились в ресторане. На небольшой площадке кружилось несколько пар. Делию вдруг бросило в дрожь от мысли, что Фрэнк может пригласить ее, и тогда она окажется в его объятиях. Ей хотелось попасть в сладкий плен его рук с того самого момента, как она увидела Фрэнка, но теперь, когда мечта могла стать реальностью, Делия запаниковала.

– Пойдем потанцуем. – Они закончили ужин. Фрэнк поднялся и, улыбаясь, взглянул на нее.

По спине Делии побежали мурашки, ноги подгибались, она с трудом встала. Фрэнк положил руку ей на талию и повел на площадку. От его прикосновения Делию словно обожгло огнем. Когда же они начали двигаться в такт медленному, чувственному ритму, она потеряла способность думать.

Впервые их тела соприкоснулись, и все в девушке затрепетало. Плечо, на которое она положила руку, напряглось, мускулы перекатывались под тонкой тканью пиджака. Она подняла глаза на его лицо, но Фрэнк смотрел поверх ее головы. Да, он умел держать себя в руках. Его превосходство и опытность вызывали в ней благоговение.

Он медленно опустил серебристые сверкающие глаза, и Делия почему-то вспомнила виденного в зоопарке великолепного хищника. Но тут Фрэнк улыбнулся, поднял руку и нежно коснулся ее щеки.

– Делия, – ласково сказал он, – прекрасная Делия с волосами, как вороново крыло, и глазами, как изумруды.

При этих тихих словах она не покраснела, хотя в другой ситуации обязательно смутилась бы. Наоборот, в ней поднялось ликование, грозящее выплеснуться наружу. Она глубоко прерывисто вздохнула, обнаружив, что задержала дыхание. Фрэнк прищурился и приложил ее дрожащую руку к своей груди, к тому месту, где ровно и сильно билось сердце.

Они уже не улыбались и, казалось, глаз не могли оторвать друг от друга. Потом Фрэнк притянул ее ближе и зарылся в ее волосы.

– Пойдем? – тихо спросил он, и Делия смогла лишь кивнуть, не в силах говорить. Случилось что-то, чего никогда раньше не случалось. Каждый нерв натянут, сердце бешено колотится, воздуха не хватает.

Фрэнк взял ее за руку и вывел из ресторана к машине. Двигался он с той же плавной звериной гибкостью, которую Делия заметила еще при первой встрече. Принц по-прежнему оставался недосягаем, словно их разделяли тысячи световых лет, и она почувствовала, как на глаза навертываются горячие слезы. В мире все так несправедливо! Никогда ей не встретить никого, далее близко похожего на Фрэнка. Она ему скоро надоест. Зачем встречаться с несмышленой девятнадцатилетней девчонкой? Женщины наверняка толпами за ним бегают.

В машине Фрэнк взглянул на Делию, и та быстро отвернулась, боясь, что он заметит дрожащие на ресницах слезы. Он ласково взял ее за подбородок и повернул лицом к себе, но Делия упорно отводила глаза. И тогда он наклонился и легонько поцеловал ее в губы.

Это было мягкое, воздушное прикосновение, даже и не поцелуй вовсе, но когда Делия задохнулась от переизбытка чувств и задрожала, Фрэнк притянул ее к себе, решительно обнял и поцеловал по-настоящему. Губы у него оказались твердыми, теплыми и настойчивыми. Впервые в жизни Делия ощутила чувственное наслаждение.

Фрэнк прижал ее к себе крепче, а она покорно подняла к нему невинное лицо.

Казалось, поцелуй длился вечность, но на самом деле прошло лишь несколько секунд, и Фрэнк, разомкнув объятия, отодвинулся и откинулся на сиденье. Закрыв глаза, он старался справиться с прерывистым дыханием. Делию била нервная дрожь. Повисла неловкая пауза.

– Отвезу-ка тебя домой, – наконец предложил Фрэнк хриплым голосом, но она отрицательно покачала головой.

– У меня своя машина.

– Тебе нельзя сейчас садиться за руль, Делия. Я тебя отвезу.

– Далеко, да и... Если машина здесь останется, я не смогу... Завтра воскресенье... Если ты захочешь встретиться со мной...

– Ты знаешь, что я захочу с тобой встретиться, – перебил он. – Приедешь на поезде. Буду ждать тебя на станции. В десять. У нас будет целый день.

– Я могу сказать тебе, где я живу... – начала Делия, в восторге от того, что он хочет видеть ее после того, как поцеловал, но Фрэнк сухо заметил:

– Я знаю, где ты живешь. – Делия в этом и не сомневалась. Фрэнк знает все. Он идеален во всем. И она его обожает.

На прощание он не поцеловал ее, чему Делия обрадовалась. Если бы Фрэнк это сделал, у нее не хватило бы сил войти в дом.

– Завтра, с утра, – напомнил он и поднес ее руку к губам. – Буду ждать, Делия.

Несмотря на поздний час, отец все еще был в кабинете. Делия заглянула туда пожелать ему спокойной ночи и порадовалась, что он не обратил внимание на отъехавшую от дома машину. Отец равнодушно кивнул, но Делия не огорчилась. Сердце ее пело: Фрэнк, Фрэнк. Завтра она снова увидит его, и на этот раз все будет иначе.

Когда Делия сошла с поезда, Фрэнк уже ждал на перроне. Просияв лицом, он быстро оглядел ее, но Делия не смутилась, уверенная, что выглядит мило. Темно-зеленая летняя юбка, такого же цвета блузка без рукавов, золотистый поясок на тоненькой талии – вполне элегантный наряд, который завершали золотистые босоножки на высоком каблуке. Увидев их, Фрэнк улыбнулся.

– Значит, пешая прогулка отменяется, – пошутил он, и Делия рассмеялась, впервые почувствовав себя ровней ему.

Сунув руку в сумку, висевшую на плече, она вытащила оттуда обычные сандалии и, продемонстрировав их, весело возвестила:

– Я готова к любым подвигам!

– В самом деле? – Фрэнк внимательно посмотрел на нее, отчего девушка начала краснеть, потом, пожалев, протянул руку. – Пошли! Полагаю, мне сегодня следует доставить тебя домой пораньше. Завтра рабочий день. Так что не будем терять ни минуты.

Она послушно забралась в машину и оживленно повернулась к спутнику.

– Куда мы поедем? – Делия сияла и казалась такой счастливой, что Фрэнк не мог оторвать от нее глаз. Просто молча разглядывал ее, прежде чем ответить:

– На реку. Там около маленькой гостиницы стоит у причала мой катерок. Всего в нескольких милях отсюда. Мы подкрепимся в гостинице и отправимся в неизвестность.

Делия едва не прыгала от возбуждения и напоминала ребенка, которого впервые берут в путешествие.

– Ты что, никогда не каталась на катере?

– По Темзе нет, – призналась она и с ноткой гордости добавила: – Но я была в круизе вокруг Европы.

– А! Ну тогда другое дело, – иронично-уважительно протянул Фрэнк. – Здесь, конечно, экзотики маловато. Разве что утку увидим.

– Ты... – Делия надула губки, – надо мной смеешься.

– Для твоей же пользы, – не стал отпираться он. – Ты похожа на заколдованную принцессу. Смех раскрепощает и иногда... отвлекает. Давай смеяться весь день.

Делии, однако, стало не до смеха, когда она поняла глубинный смысл этой фразы. Когда она вышла из поезда, Фрэнк пожирал ее глазами, да и теперь воздух вокруг казался заряженным электричеством. Это возбуждало и пугало. Хоть бы он снова коснулся ее! Делии так сильно этого хотелось, что сердце начало биться в новом ритме, и Фрэнк это почувствовал, судя по выражению его лица и по тому, как крепко сжимали руль его руки.

– Прости, – прошептала она.

– А что ты можешь поделать? – Фрэнк уже не улыбался и отстраненно смотрел куда-то перед собой.

– Ничего. – Это было правдой. Делия страстно хотела, чтобы Фрэнк любил ее. Это желание преследовало ее уже много дней.

– И я ничего, – тихо признался он. – Возможно, нам не следует больше встречаться.

Эти слова звучали как приговор, и у Делии перехватило дыхание, а лицо стало белым как мел.

– Не бросай меня, Фрэнк, – с отчаянием прошептала она. Он резко повернулся и через мгновение с силой прижал девушку к себе.

– Боже милостивый! Я и не могу! – хрипло бормотал он, осыпая лицо Делии градом поцелуев и повергая ее в трепет.

Губы ее раскрылись, и, заметив эту невинную капитуляцию, Фрэнк еще крепче сжал Делию в объятих, но тут же отстранился.

– Не здесь, – резко произнес он.

Только тут Делия подняла глаза и заметила изумленных прохожих, невольных свидетелей этой сцены, но «ягуар» уже начал плавно двигаться, спасая ее от смущения.

– О Господи, – выдохнула она, и Фрэнк с удовольствием рассмеялся, откинув голову.

– Ну, во всяком случае они не стали наклоняться, чтобы разглядеть получше, – усмехнулся он и мягко спросил: – Ты все еще хочешь покататься на катере?

– Да. – Делия пребывала в приподнятом настроении, и любовь заставляла забыть об осторожности. Перед этим восхитительным, неизведанным доселе чувством все остальное меркло.

3

День выдался чудесным. Они пошли взглянуть на катер, стоявший на якоре недалеко от маленькой гостиницы. Делия переобулась в сандалии и забралась на борт, чтобы все внимательно осмотреть. Катер был далеко не роскошным, но значительно больше, чем она ожидала. Он слегка покачивался на воде, в которой играли солнечные зайчики. Делия стояла на палубе и полной грудью вдыхала теплый, пахнущий разнотравьем воздух.

– Замечательно! – выдохнула она, а Фрэнк бросил довольный взгляд на ее восхищенное лицо.

– В мире нет другой девушки, которой так легко было бы угодить, – насмешливо заметил он, спрыгивая на берег.

Делия несколько поостыла, уловив, как ей показалось, циничную нотку, но постаралась подавить огорчение. Наверное, Фрэнк порицает ее за излишнюю непосредственность.

– Утонченные женщины, – насмешливо продолжал Фрэнк, любуясь ее покрасневшим личиком, – никогда не выказывают восторга. Эта посудина показалась бы им до смерти скучной.

Уголки губ Делии опустились, она отвела взгляд от завораживающих серых глаз, день уже не казался ей солнечным и радостным.

– Я не умею притворяться, – призналась она дрогнувшим голосом. – Если мне что-то нравится, я не скрываю этого. Возможно, когда-нибудь я научусь контролировать свои чувства.

– Иди сюда, дорогая. – От низкого голоса у нее мурашки побежали по спине, но Делия послушно подошла к борту.

Протянув руки, Фрэнк обхватил ее тонкую талию и снял с палубы, причем так нежно, что Делия замерла от наслаждения. Он бережно поставил ее на землю.

– Ты очаровательна, – тихо сказал Фрэнк и провел рукой по ее волосам, любуясь блестящими прядями. – Ты самая милая девушка на земле, а будь ты рафинированной леди, я бы помер со скуки.

Говорить Делия не могла. Сердце колотилось от его взгляда. Фрэнк наклонился и осторожно коснулся губами ее рта.

– Пора завтракать, – шепнул он, и между ними снова пробежала та же искра, как тогда, в машине. Подтолкнув Делию к гостинице, Фрэнк уверенно обнял ее за талию. Делия опасалась, что не выдержит, обернется и обовьет руками его шею. Чувства обуревали ее с такой силой, что с трудом удавалось держать их под контролем.

– Не надо меня бояться, Делия, – тихо попросил он, поворачивая ее к себе.

– Я не боюсь, – с трудом выговорила она, хотя правды в этих словах было немного.

– Я никогда не обижу тебя. – Фрэнк притянул ее ближе, и Делия почувствовала на щеке его теплое дыхание. – Ты удивительная. Я хочу заботиться о тебе. Можешь полностью доверять мне.

Несмело улыбнувшись, Делия положила голову ему на плечо, и они пошли дальше, тесно прижавшись друг к другу. Радость переполняла все ее существо.

Во время завтрака Фрэнку удалось ее расшевелить, так что, когда они вернулись на катер, Делия без оглядки восторгалась всем, что видела. Они медленно плыли по Темзе. Катер легко скользил мимо спускающихся к самому берегу лугов, осененных ивами, мимо изящных, утопающих в зелени вилл и могучих деревьев, склоняющих ветви чуть ли не до самой воды. Аромат цветов, доносящийся с берегов, запах реки и тихие всплески воды словно зачаровывали, создавали атмосферу безмятежности и покоя. Когда катер повернул к пристани, Делия хотя и устала, но была невероятно счастлива.

Они сидели на палубе и пили лимонад. Делия слегка обгорела, а лучи заходящего солнца еще ярче высвечивали изумрудную зелень ее глаз.

– Привяжем катер и соберем вещи, – распорядился Фрэнк, когда они достигли берега. – А потом прямиком домой.

Делия спустилась в маленькую каюту, где оставила сумку. Сияние дня померкло. Ей не хотелось расставаться с Фрэнком. Каждый раз, когда приходилось возвращаться домой, ей все труднее и труднее давалось прощание. Невидящими глазами Делия уставилась в пространство. Из оцепенения ее вывел голос Фрэнка.

– В чем дело? – Фрэнк подошел к ней, и Делия печально склонила голову, покусывая губы.

– Я... я не хочу домой, – прошептала она. – Не хочу уходить от тебя.

– Тебе девятнадцать, – напомнил ей Фрэнк, – и ты вовсе не похожа на тех экзальтированных женщин, которые...

– Не смей! – Она повернулась к нему, в глазах плескалась боль. Устыдившись своих слов, Фрэнк сжал Делию в объятиях.

– Да нет никаких женщин, – бормотал он. – А если бы и были, неужели ты думаешь, я взглянул бы хоть на одну, когда есть ты? Я лишь пытаюсь не заходить слишком далеко... – Но Делия продолжала вглядываться в него огромными, полными слез глазами, и Фрэнк грубо притянул ее к себе, погрузил пальцы в черные волосы и хрипло выдохнул: – Бог ты мой, Делия! Я хочу тебя, и ты это знаешь!

Фрэнк целовал ее страстно, жадно, и Делия с готовностью приникла к нему, обвила его талию руками, положив голову ему на плечо.

Руки Фрэнка ласкали каждый изгиб ее тела, колени у девушки подгибались, она медленно оседала, увлекая Фрэнка за собой.

– Нет! – с трудом выдохнул он. Голос его дрожал, но Фрэнк все еще сжимал ее талию, как будто боялся, что Делия исчезнет. Так, обнявшись, они и шли по берегу. Уже почти стемнело, и она порадовалась, что в сумраке не видно ее лица.

– Сюда, – почти резко сказал Фрэнк. – Тебе не помешает выпить, да и мне тоже. – Он толкнул дверь гостиницы, и они оказались в полутемном и шумном зале, заполненном народом. Из вмонтированных в стены динамиков рвалась музыка, посетители громко разговаривали, смеялись.

– Именно то, что нам надо, – буркнул Фрэнк. Большинство людей толпилось у бара, так что без труда нашелся маленький темный уголок, где спинки обитых красным бархатом стульев почти скрывали желающих уединиться от посторонних глаз. – Сиди здесь, – распорядился он, – я принесу выпить.

Делия обрадовалась возможности сесть, потому что все еще продолжала дрожать. К тому же ей хотелось хоть немного побыть одной, пока Фрэнк ушел к бару. Она всегда умела смотреть правде в глаза, так учил её отец. И сейчас она должна признать, что влюбилась в Фрэнка по уши. И хочет его не меньше, чем он ее. Это пугало и возбуждало, такое случилось с ней впервые, но Делия твердо знала, что хочет быть с Фрэнком до конца своей жизни. И непонятно, что делать, если он думает иначе.

Фрэнк вернулся, сел рядом и пододвинул ей рюмку с коньяком.

– Выпей. Придает мужества, – участливо посоветовал он, и Делия послушно отпила обжигающую жидкость. Она едва не поперхнулась и снова почувствовала себя отвратительно молодой и далекой от Фрэнка. Руки, лежавшие на столе, дрожали. Она в отчаянии смотрела на свои кисти и едва не подпрыгнула от неожиданности, когда Фрэнк накрыл их ладонями.

– Милая, милая Делия, – прошептал он и, наклонившись, коснулся губами ее щеки, потом подбородка.. И вдруг притянул Делию к себе, обняв за плечи. – Сдаюсь, – еле слышно пробормотал Фрэнк, приподнял ее лицо за подбородок и властно поцеловал.

Никто не мог помешать ей ответить на этот поцелуй. Делия положила голову ему на плечо и приоткрыла губы, которыми Фрэнк тут же снова нежно завладел. Она позабыла о тускло освещенном зале, толпе народа, но Фрэнк снова сумел остановиться.

– Надо уйти, – вымолвил он с сожалением, целуя ее в висок. – Похоже, мы выбираем самые неподходящие места.

У «ягуара» Фрэнк поднес ее руку к губам и поцеловал, а в темноте машины снова притянул Делию к себе, ласково поглаживая волосы.

– Что ты скажешь, если я предложу поехать ко мне? – хрипло спросил он, заглядывая в глубину ее глаз. Даже в неверном свете гостиничной вывески Делия могла разглядеть, насколько напряжено его лицо. Она ни на секунду не сомневалась, что имеет в виду Фрэнк.

– Скажу «да», – прошептала она. – Я люблю тебя и хочу быть только с тобой.

– Зачем ты так мила и прекрасна? – простонал Фрэнк и нежно ее поцеловал. – Не хочу отпускать тебя ни на минуту. Каждый раз при встрече я стараюсь вести себя благоразумно, но мне так мучительно расставаться с тобой. Не оставляй меня, Делия.

– Не оставлю, – пообещала она. Фрэнк мягко отстранился и завел мотор. Делия снова положила голову ему на плечо. Это судьба, ее судьба, и она останется с любимым, пока он того хочет. О доме, об отце Делия и не вспоминала. И душой, и телом она принадлежала Фрэнку.

Квартира поразила Делию утонченной роскошью. Она озиралась, широко раскрыв глаза.

– Можно посмотреть? – спросила Делия, все еще не веря, что попала в замок принца своей мечты. Кроме того, она немного волновалась, предчувствуя, что этот вечер в корне изменит ее жизнь.

– Нет, – тихо ответил Фрэнк. – Посмотришь потом. – Он обнял девушку, повернув лицом к себе. – Не бойся меня. Я хочу тебя, милая, но никогда не причиню тебе зла.

Делия просто таяла от его взгляда. И верила: Фрэнк никогда не причинит ей зла.

– Не бросай меня, – прошептала она, заглядывая в серые глаза, а он теснее прижал ее к груди и увлек в спальню.

– Ни за что в жизни, – пообещал он. – Без тебя мне не жить.

Осторожно, медленно Фрэнк раздел ее. Потом Делия затуманенным взором наблюдала, как раздевается он. Ей не приходилось видеть обнаженного мужчину. Он же не сводил с нее горящих глаз, упиваясь ее красотой.

Когда Фрэнк наконец лег рядом, Делия удовлетворенно вздохнула, и он, взглянув на нее, тихо спросил:

– Что ты?

– Здесь мое место, – призналась Делия. – Мне кажется, я все время ждала, но лишь теперь знаю, чего именно.

– Любимая! – Он приник к ее губам настойчивым поцелуем. Потом исступленно ласкал ее тело, и Делия, дрожа, повторяла его имя, сама не узнавая свой голос.

Пальцы Фрэнка гладили бархатистую кожу, путались в густых рассыпавшихся по подушке прядях, когда он наконец овладел ею, Делия лишь слегка вскрикнула, принимая его.

– Ты моя! – страстно выдохнул он. – Ты принадлежишь мне. Навсегда!

– Навсегда...

Закрыв глаза, Делия выгибалась навстречу его горячей плоти. Жизнь без Фрэнка казалась ей немыслимой. Она знала это давно, уже много дней, и ни о чем другом была не способна думать.

На следующий день им пришлось спуститься на грешную землю. Фрэнк настоял на том, чтобы отвезти ее домой пораньше, прежде чем Берт Гриффин уйдет в офис.

– Ему наши новости не понравятся, – обеспокоенно предупредила Делия, а Фрэнк обнял ее и серьезно сказал:

– У него нет выбора. Мы с тобой поженимся. Никто и ничто нам не помешает. Нравится это твоему отцу или нет, но ему придется смириться.

Делия, витавшая в облаках от счастья, позволила Фрэнку рано утром усадить себя в машину и отвезти домой, хотя на душе слегка скребли кошки. Она ожидала от отца резких слов и даже более крупных неприятностей, но и вообразить не могла сцену, которая произошла между отцом и Фрэнком.

С первой встречи Делия настолько погрузилась в свои чувства к Фрэнку, что здравый смысл покинул ее. Теперь же все, о чем она должна была подумать раньше, вылилось на нее, как ушат холодной воды. Она оказалась между двумя врагами, снедаемыми неистовой ненавистью друг к другу.

Завидев Фрэнка Хейли на пороге своего дома, Берт замер на месте. На Делию отец даже не взглянул. Он скорее всего и не заметил, что дочери всю ночь не было дома. Это никогда не имело значения, а тем более сейчас, когда его лютая злоба рвалась наружу.

– Убирайся из моего дома! – Делия едва узнала голос отца, почти такой же низкий, как у Фрэнка.

– Папа! – попыталась она вмешаться, но напрасно.

– Вон! – с яростью завопил Берт. Тут только дочь попалась ему на глаза, и он, нахмурившись, прорычал: – Где ты шлялась, черт побери?

– Она была со мной, – любезно сообщил Фрэнк. – Мы можем обсудить все как цивилизованные люди или другим манером, как пожелаете. Но Делия была со мной.

Это сообщение привело Берта в еще большее исступление, и он попытался схватить дочь за руку.

– Иди в свою комнату! – грозно велел он. – Я сам разберусь.

Но Фрэнк шагнул вперед, закрыв собой Делию и держа ее за руку.

– Делия пойдет со мной!

Наконец-то последние слова Фрэнка, пробившись сквозь гнев, дошли до Берта. Он начал понимать, что происходит.

– Значит, вот чем ты решил воспользоваться? Думаешь добраться до меня через Делию? Тут ты ошибся, Хейли. Моей дочери еще ничего не принадлежит. Здесь ты не получишь ни пенса.

– Мне нужна только Делия, – холодно заявил Фрэнк. – Из этого дома она может даже одежду не брать. Я куплю все, что она захочет.

– Ей девятнадцать! – Лицо Берта побагровело.

– Достаточно взрослая, чтобы решать самостоятельно, – заметил Фрэнк все так же холодно. – Достаточно взрослая, чтобы выйти за меня замуж. Вы можете прийти на свадьбу. Можете благословить дочь.

– Ты от меня благословения не получишь! – хрипло выкрикнул Берт Гриффин. Фрэнк повернулся, потянув за собой Делию.

– Мне от вас ничего не надо, – ледяным тоном напомнил он Берту. – Ничего из того, что вы можете дать. То, что мне нужно, я возьму сам. Но Делия не ваша собственность. Она здесь не замешана. Мы пришли лишь сказать, что собираемся пожениться.

Они уже подошли к двери, а на Берта словно столбняк напал. Удрученная Делия с жалостью взглянула на отца. Она никогда ничего не решала. По большей части отец не обращал на нее внимания, если речь не шла о работе. А сейчас эти мужчины дерутся из-за нее, словно из-за сокровища.

Отец явно неправильно истолковал ее взгляд, на его лице появилось выражение триумфа.

– Никуда не ходи, девочка, – велел Берт уже более спокойно. – Ты не знаешь Хейли. Он жесток и беспощаден!

И даже не сказал, что любит меня, что желает мне добра, с горечью отметила про себя Делия.

– Я должна идти с Фрэнком, – печально сказала она. – Я хочу быть с ним. Я его люблю. Зачем все это?

– Она не выйдет за тебя замуж! – снова повысил голос Берт Гриффин, не обращая на дочь внимания.

Фрэнк презрительно посмотрел на него.

– Она уже принадлежит мне, и так будет впредь. Это навсегда. Моя секретарша проинформирует вас насчет свадьбы. Можете прийти, можете не приходить – ваше дело. Но если вы Делию подведете, – добавил он с угрозой, – если не выполните отцовского долга и не вверите ее моим заботам, как положено обрядом венчания, считайте, что это еще одно очко против вас. Уж я не забуду.

Было в его голосе что-то, чего Делия раньше не слышала. Словно на мгновение Фрэнк стал другим человеком. Но она не успела как следует об этом подумать. Они уже вышли из дома и сели в машину. Прощай, старая жизнь! Отец не сделал попытки их догнать, но в объятиях Фрэнка она забыла о всех невзгодах.

Берт все-таки явился на свадьбу. Он повел дочь к алтарю и старался вести себя непринужденно, хотя ни слова не сказал ни Фрэнку, ни его гостям. Делия пыталась уверить себя, что отец пришел на торжество, потому что слишком ее любит и не может подвести. Но в душе она знала, что обманывает себя. Просто Берт Гриффин смертельно боялся человека, который стал его зятем.

Делия вздохнула и повернулась на бок, страстно желая заснуть. Только так можно скрыться от себя самой, да и то... Она часто просыпалась по ночам и машинально протягивала руку в поисках Фрэнка, но тут же вспоминала, что его нет рядом и никогда больше не будет.

Зря она поехала к нему сегодня. Ничего хорошего из этого не вышло. Все, что случилось сегодня, только усилило ее горечь, к тому же она еще раз продемонстрировала свою уязвимость. Обморок наверняка разозлил Фрэнка, а она чувствовала себя теперь просто дурой. Лучше бы не высовываться, не напоминать ему о своем существовании, и он продолжал бы делать свое черное дело так же спокойно, как и раньше.

На следующее утро ожидаемого вызова в банк не последовало, так что Делии оставалось только ждать. На этот раз к ней никто не приставал, телефон молчал. Но к тому времени, когда пришла пора идти домой, Делия с ума сходила от беспокойства. Возможно, отсутствие новостей – хорошие новости, но нервы у нее не выдерживали. Когда она уходила, Клара удивленно спросила:

– Что происходит?

– Полагаю, что-то ужасное. – Делия остановилась у стола секретарши и глубоко вздохнула. – Наверное, наши недруги сейчас собрались и решают, как бы поскорее потопить нас.

– Никогда не надо терять надежды, – заметила Клара, но Делия лишь устало передернула плечами.

– А что еще остается? Сегодня ничего не случилось, но мы все знаем, что конец неминуем. Может, завтра.

Наверняка завтра, думала она, покидая здание корпорации. Скорее всего на следующей неделе ей уже не надо будет сюда приходить. Все здесь будет принадлежать могущественному Хейли.

Скорее бы... Она извелась и устала. Когда все кончится, можно будет не думать о Фрэнке, к которому она постоянно вольно или невольно возвращалась мыслями. Когда же «Корпорация Гриффин» прикажет долго жить, можно будет уехать на все четыре стороны. Или пойти работать к Бобу.

Не успела Делия сесть в машину, как ее догнала Клара.

– Выпьем кофе, – предложила секретарша, забираясь на заднее сиденье.

– Ладно. – Делия вырулила на оживленную улицу. Почему бы нет? Дома ее ждут набившие оскомину вопросы и упреки. Сейчас весьма кстати общество Клары, потому что есть возможность отвлечься.

– Знаешь, такого я не ожидала, – призналась Клара, когда они уселись за угловой столик в маленьком шумном кафе. – Ну, во всяком случае, после того как ты вышла замуж за Фрэнка.

– Не очень ясно почему, – мрачно заметила Делия. – Я ведь ничего для Фрэнка не значила. До сих пор не понимаю, зачем он вообще все затеял. Я могу понять драку в бизнесе, но откуда такая враждебность?! Папа пришел в ярость из-за свадьбы, а Фрэнк почему-то ненавидит его. Что-то произошло у них еще до того, как я с Фрэнком познакомилась, но он мне так и не рассказал. Отец тоже. Я редко видела его после того, как вышла замуж. Мои визиты были ему неприятны. Он лишь засыпал меня вопросами, на которые я не могла ответить.

– Твой отец довел до банкротства фирму, созданную отцом Фрэнка, – осторожно сказала Клара. – Насколько мне известно, игра шла по правилам. – Она печально пожала плечами. – Кто-то выживает, кто-то идет на дно. Вот отец Фрэнка и пошел на дно. Более того, он умер.

– Но мой отец в этом не виноват! – горячо воскликнула Делия.

– Я сообщила тебе все, что знала. – Клара внимательно посмотрела на Делию. – Знай я больше, обязательно бы рассказала. Ведь именно ты страдаешь из-за того, что случилось давным-давно.

– А я подыграла Фрэнку, – задумчиво произнесла Делия.

Клара нахмурилась.

– Он тебя любил.

– Да будет тебе! – Делия попыталась рассмеяться. – Зачем ты так, Клара? Я ведь не ребенок и не полная идиотка. Фрэнк использовал меня, чтобы достать отца. Он и ребенка не хотел потому, что знал: наш брак долго не продлится. Я просто стала средством для достижения цели.

– Может, ты ошибаешься? – мягко спросила Клара.

– Я была нужна своему мужу как орудие. Ты наверняка слышала все сплетни про Лоретту Крейзел. Она была до меня, при мне, думаю, она и сейчас с Фрэнком.

При мысли о красавице, которая всегда была частью жизни Фрэнка, лицо Делии омрачилось. Лоретта работала у Фрэнка юристом, но на самом деле значила для него гораздо больше. Все об этом знали, в конце концов узнала и Делия. Фрэнк и не стал ничего отрицать. Делия ушла от него по многим причинам, но в первую очередь из-за Лоретты Крейзел. Сейчас уже можно было спокойно оглянуться назад и признать это.

Фрэнк всегда был богат. Пусть фирма его отца и обанкротилась, но у Фрэнка имелись собственные средства, оставленные ему дедом и американским дядей. С помощью этих денег он восстановил фирму отца и взялся мстить Берту Гриффину.

– Мне пора. – Делия встала, и Клара вздохнула. Попытка вмешаться успеха не принесла. Все так запуталось, что концов не найти.

– Мало от меня проку, верно? – печально спросила секретарша. Делия попыталась улыбнуться.

– Тут нужно чудо. А чудес на свете не бывает. Если верить отцу, монополия на чудеса у Фрэнка, и он не собирается ею делиться.

Когда Делия вернулась домой, ее в очередной раз поразило, как здесь холодно и неуютно. И так было всегда. Она едва помнила мать, но хорошо знала, что и до ее смерти отец не интересовался ничем, кроме бизнеса.

– Я пришла, Лиз. – Просунув голову в кухню, она увидела, что Лиз возится с ужином.

– Скоро все будет готово, – улыбнулась экономка. – Ты слегка припозднилась, но я это предвидела. По крайней мере, ты дома. Твой отец, верно, в кабинете.

Где ему еще быть? – подумала Делия. Придется туда идти. Он ждет от нее подробного дневного отчета. Выпрямившись, она пересекла холл и тихонько открыла дверь в кабинет.

Сначала ей показалось, что отца нет в комнате. Она позвала его, но ответом была тишина. Делия уже готова была уйти, когда увидела нечто страшное. Отец лежал на полу. Из-за письменного стола видны были только ноги. Наверное, он внезапно потерял сознание и упал, не успев позвать на помощь.

Опустившись около него на колени, Делия прикоснулась к его лицу, холодному и покрытому испариной. Дышал он неровно, тяжело. Делия поняла, что случилось то, чего она опасалась вот уже несколько недель: сердце не выдержало. Она кинулась из комнаты, крикнула Лиз и схватила телефонную трубку, чтобы вызвать «скорую помощь». Возможно, уже слишком поздно, но если есть хоть малейший шанс, его надо использовать.

Потом Делии казалось, что за этот час она прожила неделю. Поначалу она была в панике, и хотя медики приехали быстро, все равно дела были плохи. Правда, по дороге в больницу отец пришел в себя, но почти не сознавал, что случилось, и едва узнавал Делию.

– Кто-нибудь должен побыть с вами, – сказала медсестра в больнице, и Делия стала звонить Кларе. Больше ей не к кому было обратиться, только к Бобу, но он уехал в Германию. Клары не оказалось дома, и Делия оставила сообщение консьержке, которая не раз их выручала. Теперь оставалось только ждать и волноваться.

Она так и не успела поесть. В больнице было тепло, но Делию знобило. Болезнь отца – это последний удар, окончательный приговор судьбы. Не стоит надеяться на благополучный исход. Все шло наперекосяк, и Делия, как всегда, винила себя, снова и снова перебирая в уме, что она сделала и чего не сделала за последние недели в поисках выхода.

– Садись! – Сильная рука подвела ее к креслу, а от знакомого голоса по спине побежали мурашки.

– Что ты здесь делаешь? Как ты?..

– Мне позвонила Клара Тернер, – коротко объяснил Фрэнк, заставляя ее сесть, – и практически приказала кинуться тебя спасать. Заодно, – мрачно добавил он, – выложила все, что думает обо мне.

– Я не просила Клару тебе звонить, – словно оправдываясь, проговорила Делия. – Я обратилась к ней за помощью, потому что... ну, больше не к кому, а я...

– Черт побери, Делия! Ты же моя жена! – Фрэнк сел рядом, сердито глядя на нее. – Кто тебе поможет, как не я?

– О, пожалуйста! – едва смогла выговорить Делия в приступе истерического смеха. – Ты – последний человек, на чью поддержку я могла бы рассчитывать в любом случае, а тем более, когда речь идет о моем отце! Ты что, пришел полюбоваться на заключительный акт?

Фрэнк что-то прорычал вполголоса, вскочил и зашагал прочь. Делия смотрела ему вслед, и в душе ее рос страх. Вот сейчас Фрэнк уйдет, а ведь он на самом деле нужен ей здесь. Зря она не сдержалась. Все-таки не Фрэнк виноват в этом сердечном приступе. Отец сам подорвал свое здоровье, каждый день пьянствуя и постоянно накручивая себя и других.

Тупая усталость охватила Делию. Она закрыла глаза и опустила голову. Когда Фрэнк, схватив ее за руку, поднял из кресла, она вздрогнула, не смея поверить, что он вернулся.

– Пошли, – мрачно велел он. – Тебе надо что-нибудь съесть и согреться.

– Я не могу...

– Можешь. Тут за углом небольшая забегаловка, где можно поесть и выпить. Я спрашивал врачей, они говорят, что в ближайшее время ситуация не изменится. Нечего здесь сидеть и терзать себя. Во всяком случае я этого не допущу. Ты идешь со мной.

Спорить с Фрэнком всегда было бесполезно. Она обычно ему подчинялась, и в этом смысле все осталось по-прежнему. Тем более что он говорил разумные вещи. Делия это понимала.

– Хорошо, – вздохнула она.

В маленьком темном кафе рядом с больницей почти никого не было. Делия удивленно взглянула на часы. Почти десять. В больнице она просидела гораздо дольше, чем ей казалось. А новостей о состоянии отца, вероятно, придется ждать еще несколько часов.

Будет ли отец бороться за свою жизнь? Пять лет назад она была бы в этом твердо уверена, но сейчас сомневалась. Отец уже давно разваливался на части прямо на глазах, а она ничего не сделала, чтобы поддержать его.

– Я знала, что так будет. Мне надо было действовать, – пробормотала Делия еле слышно.

– Что?

Она и не заметила, что говорит вслух, и смотрела на Фрэнка затуманенным взором.

– Я видела, что дело идет к инфаркту. Видела, но ничего не сделала. Просто позволила этому случиться.

– Значит, теперь ты станешь винить себя в его инфаркте? – резко спросил Фрэнк. – Что ты могла сделать, чтобы помешать отцу загонять себя в могилу? Берт Гриффин не из тех, кто прислушивается к голосу разума. У него на все свои резоны, свои грязные махинации.

– Ты его не знаешь! Никогда не знал! – горячо воскликнула Делия, возвращенная к жизни его резким, презрительнм тоном.

– Знаю все до последней мелочи, – угрожающе заверил Фрэнк, – всю его жизнь до сегодняшнего дня. Уж если я кем займусь, от меня ничего не скроется.

4

Делия встретилась с ледяным взглядом серых глаз, которые когда-то так ласково ей улыбались. Разве она знала этого человека? Разве была его женой в полном смысле этого слова?

– Любопытно, сколько ценных сведений ты почерпнул от меня? – прошептала она дрогнувшим голосом. – Наверное, я многое тебе рассказала, сама того не сознавая...

– Опять ты берешь вину на себя! – нетерпеливо перебил Фрэнк и внезапно поморщился. – Или весы качнулись? Теперь моя очередь? Берт никогда не попал бы в больницу, если бы я методично не уничтожал его? Таков твой вывод?

– Кто может знать, что случилось бы? – Делия уставилась на свои дрожащие руки и поспешила перевести разговор в безопасное русло. – Я от этой рюмки сразу опьянела.

– Тебе надо поесть, – сказал Фрэнк, заметив, что Делия даже не притронулась к своей тарелке. Он пододвинул ей вилку и нож и приказал: – Ешь! Ты не двинешься отсюда, пока не поешь. Тебе и поспать не помешает, но сначала надо подкрепиться.

– Я не могу спать, – неуверенно возразила Делия, послушно принимаясь за еду, вкуса которой не чувствовала. – Посижу на диванчике в больнице и попытаюсь отдохнуть немного.

– Ты ляжешь в постель и заснешь. Вот закончим ужинать и поедем домой.

– Домой? – Делия подняла изумленные глаза и встретила мрачный взгляд Фрэнка.

– Ну да. К нам домой.

– Это твоя квартира. Я не имею к ней никакого отношения. – В ее голосе слышались панические нотки, но если Фрэнк их я уловил, то виду не подал и лишь пристально смотрел на Делию.

– Когда ты вышла за меня замуж:, – вкрадчиво напомнил он, – половина всего, что у меня есть, стала твоей. Включая квартиру, дом и все остальное. Если ты не хочешь спать на моей половине квартиры, можешь спать на своей половине.

– Сейчас не время для шуток, – отмахнулась Делия.

– Я объясняю, как обстоит дело, а не пытаюсь тебя развлечь, и если бы ты со мной развелась, то была бы сейчас очень богатой. А если я умру первым, денег у тебя будет невпроворот.

– Прекрати! – возмутилась она. – Мне ничего твоего не надо, как ты прекрасно знаешь.

– По закону ты моя наследница. Теперь ты уже достаточно взрослая, чтобы уметь обращаться с деньгами.

– Женись снова! – в отчаянии воскликнула Делия, не зная, как прекратить это издевательство. Как он может куражиться, когда ее отец борется за жизнь на больничной койке?

– У меня уже есть жена, – холодно напомнил Фрэнк. – Одного неудачного брака мне хватает за глаза.

– Если отец умрет, можешь считать, что жены у тебя нет, – с горечью пробормотала Делия. Как только она отложила вилку, Фрэнк резко встал.

– Разговор окончен, Делия. Теперь спать.

– Не пойду! – На мгновение она заупрямилась, но Фрэнк никогда не сомневался в том, что возьмет верх. И вот она уже стоит, покачиваясь. Стресс, усталость, алкоголь сделали свое дело. Делия вполне могла бы заснуть и за столиком.

– Иди к машине, или я понесу тебя, – предупредил Фрэнк. Ей удалось добрести до машины, и уютный салон «ягуара» показался светом в конце туннеля. Куда бы Фрэнк ни вез ее, придется подчиниться, потому что она едва держалась на ногах.

– Отец... – пробормотала Делия, когда Фрэнк, поддерживая под руку, вел ее к квартире.

– Предоставь это мне. Я не подведу, – заверил он. Собственно, Фрэнк никогда ее не подводил, мелькнула у нее мысль. Никогда. Если не считать Лоретту Крейзел...

Интересно, как часто после их с Фрэнком разрыва в этой квартире бывала Лоретта Крейзел? Если Лоретта хотела ребенка, Фрэнк ей тоже отказывал? Бред какой-то... Лоретте не нужны дети. Это она, Делия, хотела ребенка от Фрэнка, так сильно хотела...

– Почему? – прошептала Делия, не замечая, что говорит вслух. Она, покачиваясь, стояла в прихожей, пока Фрэнк запирал дверь. – Почему я не могла родить ребенка?

Он резко повернулся, пораженный болью в ее голосе, и увидел, что Делия плачет. Это были слезы сожаления. Если бы у нее был ребенок, частица Фрэнка всегда была бы с ней.

– Ты устала, Делия. – Голос Фрэнка странно осел.

– Почему? – повторила она по-прежнему шепотом, не сводя с мужа печальных глаз. – Никогда не могла понять. Я так хотела ребенка! Кому бы это помешало, даже если ты женился на мне, чтобы придать пикантности охоте за скальпом отца?

Фрэнк промолчал, медленно снял с нее жакет и бросил на стул.

– Ты должна поспать. Сейчас не время обсуждать прошлое. Задай мне этот вопрос в другой раз, – мягко предложил он. – А сейчас – в постель. Дорогу ты знаешь.

– Мне не в чем спать... – закапризничала Делия, но Фрэнк проявил ангельское терпение.

– Когда ты сбежала, то все бросила, включая одежду. Все вещи на месте. Насколько я помню, в гардеробе лежит целая коллекция ночных рубашек.

У Делии не было сил двигаться, и она продолжала стоять, непонимающе глядя в лицо Фрэнка. Он подхватил ее на руки, отнес в спальню и усадил на кровать. Потом принес ночную рубашку и сурово предупредил:

– Ты разденешься сама, иначе я могу передумать насчет ребенка.

Он вышел и плотно притворил за собой дверь. Делия от усталости даже не соображала, о чем он говорит. Ей казалось, что события сегодняшнего дня – просто сон, игра воображения. Кое-как она натянула ночную рубашку, улеглась и заснула, едва голова коснулась подушки. Сил волноваться просто не осталось.

Проснувшись, быстро умывшись и одевшись, Делия кинулась к телефону, но не успела даже снять трубку, когда в гостиную вошел Фрэнк.

Один быстрый взгляд на ее встревоженное лицо, и он сразу понял, куда Делия собирается звонить.

– Твой отец пока справляется.

– Откуда ты знаешь? Ты звонил? Почему ты меня не разбудил?

– Зачем? Так или иначе, но тебя пока к нему не пустят.

– Разумеется, пустят. Я еду туда немедленно! – Делия гневно топнула ногой, уверенная, что Фрэнк снова собирается интриговать.

– Валяй, – безразлично согласился он. – Но тебя не пустят.

– Да? Все-то ты знаешь, – огрызнулась она.

– Я там уже побывал, – огорошил ее Фрэнк.

Фрэнк ездил в больницу? Пытался увидеть отца? Невероятно! Разве что хотел над ним поиздеваться...

– Ты поехал измываться над человеком, который, возможно, умирает? – едва не задохнулась она. – Хотел позлорадствовать?

– Хорошего ты обо мне мнения, Делия! – Фрэнк не на шутку разозлился. – Как здорово тебя натаскали! Каждое слово твоего отца – правда, а я – распоследний негодяй. Тогда какого черта ты вообще выходила за меня замуж?

– Я тебя любила. – Слова вырвались помимо ее воли, но на Фрэнка не произвели никакого впечатления.

– Детская фантазия! – хмуро буркнул он. Похоже, ярость его утихала, чему Делия была рада. Ей не приходилось видеть Фрэнка в настоящем гневе, но она была об этом наслышана. – Я хотел сказать Берту пару слов, – продолжал Фрэнк. – Думал подбодрить его. Ты, возможно, не заметила, но в данный момент никто не наваливается на драгоценную фирму Гриффина.

Она заметила еще вчера, но решила, что это затишье перед бурей.

– Банк, – нервно заговорила она. – Они не...

– Я отозвал своих псов, – коротко сообщил Фрэнк. – После твоего визита я передумал. И сегодня пошел в больницу, чтобы сказать об этом твоему отцу и выдвинуть деловое предложение, но, к сожалению, меня не пустили.

– Какое предложение? – Делии стало трудно дышать, ведь Фрэнку не свойственно останавливаться на полдороге. Скорее всего, он придумал более изощренный способ мести.

– Пожалуй, тебе лучше сесть, – предложил Фрэнк, усаживаясь и указывая на кресло напротив.

– Какое предложение? – повторила Делия, рухнув в прекрасно сохранившееся творение знаменитого Чиппендейла.

– Я готов все приостановить, – холодно сообщил Фрэнк. – Готов сделать «Корпорацию Гриффин» своей дочерней фирмой или, если твоего отца это не устраивает, помочь ей встать на ноги как самостоятельной компании.

Невероятно! Делия внимательно смотрела на него, пытаясь предугадать, какие Фрэнк может выставить условия, какие придумать ловушки. Но его лицо ничего не выражало.

– Почему? – спросила она, прерывисто вздохнув. Уж, разумеется, не потому, что бывшая жена нанесла ему визит, и, конечно, не из жалости к ее отцу. Сегодняшний Фрэнк холоден и безжалостен. Вероятно, всегда таким был, только по неопытности она этого раньше не замечала.

– Не из щедрости и не по доброте души. – Он устроился поудобнее и загадочно усмехнулся. – Есть одно условие.

Еще бы, подумала Делия. За все надо платить.

– Я буду очень тебе признателен, если ты перестанешь смотреть на меня, как кролик на удава, – заметил Фрэнк, все еще усмехаясь. – Условие не слишком обременительное, если учесть все обстоятельства.

– Какие обстоятельства? – прошептала она.

– Я готов признать, что мое неустанное преследование фирмы может иметь непосредственное отношение к теперешнему состоянию твоего отца. Но я вовсе не хочу, чтобы он умер. Однако так или иначе с «Корпорацией Гриффин» будет покончено, если я не помогу вам открыто, если не станет известно, что я на время встал у руля. Таким образом, я тебе нужен, и я готов помочь.

– Но?.. – выдавила Делия.

– Но я хочу на несколько недель взять взаймы свою жену. Ничего обременительного, никаких супружеских обязанностей. Просто для вывески на время одной необходимой мне поездки.

– Что? – Делия медленно встала. Фрэнк взглянул на нее, вопросительно подняв темные брови, а в его изумительных глазах теперь явственно плясали чертики.

– Ты же не дура, Делия, – тихо заметил он. – Ты отлично все поняла. Я отправляюсь в поездку. Мне на несколько недель нужна жена, чисто номинально. У меня жена есть. Так что может быть проще?

– Что ты задумал? – Делию охватил неистовый гнев. – Да стоит отцу тебя увидеть, он тут же умрет. А уж такое предложение точно его прикончит. Если тебе нужна спутница, возьми Лоретту Крейзел.

– Она мне не жена, – спокойно напомнил Фрэнк, насмешливо глядя в ее разъяренное лицо. – У меня крупная сделка, очень крупная, с большой американской компанией, глава которой уважает семейные ценности. Ему не нравятся разводы, любовницы или что-то в этом роде, он – за крепкую семью. Он знает, что я женат, и хочет с тобой познакомиться. А я намерен купить у него фирму, тогда у меня будет база в Америке.

– Поезжай и покупай! – огрызнулась Делия. – И дай «Корпорации Гриффин» уйти на дно, не оставив следа. Ты для этого здорово постарался.

– Деньги для него не фетиш. Кроме того, у меня много конкурентов, – спокойно объяснил Фрэнк. – Сколько бы я ни предложил, но если найдется покупатель с репутацией хорошего семьянина, предпочтут его. Это, конечно, смешно...

– Совсем не смешно! – выпалила она. – И я не позволю тебе пойти к отцу. Он из последних сил цепляется за жизнь, а ты... ты думаешь лишь о своей корысти!

– Полагаешь, я Берту что-то должен? – рассердился Фрэнк. – Пять лет назад я поклялся и до сих пор этой клятве был верен. Я могу выдать за миссис Хейли кого-нибудь другого и рискнуть, что янки не догадается. Но предлагаю тебе, потому что вовсе не собираюсь вгонять Берта Гриффина в гроб, несмотря на то что он сделал с моими родителями.

– Он ничего не сделал! – Делия почти кричала. – Что бы там ни было, речь шла о бизнесе.

– Он лжец и мошенник, – резко заявил Фрэнк, глядя ей прямо в глаза. – Поезжай в больницу, попытайся взглянуть на отца, а потом сообщи мне о своем решении. Предложение остается в силе до полуночи. Но если ты откажешься, «Корпорацию Гриффин» уже ничто не спасет.

– Почему ты на мне женился? – прошептала Делия побелевшими от гнева губами, чувствуя себя втоптанной в грязь.

– По той же причине, что и ты, Делия. Я тебя любил, или, если тебе трудно в это поверить, я тебя хотел. Уж это я доказал, как мне кажется.

Фрэнк встал и вышел. Через несколько секунд хлопнула входная дверь.

Делия не собиралась принимать предложение Фрэнка. Она уже договорилась о работе с Бобом Уиллисом. А «Корпорация Гриффин» пусть тонет. К Фрэнку она не вернется ни за какие коврижки.

Делия быстро собралась и вызвала такси. Пусть ее не пустят к отцу, но надо самой убедиться в этом. На слово Фрэнка нельзя полагаться ни в чем.

Делии преградила дорогу дежурная сестра.

– Простите, миссис Хейли. Посетители не допускаются. Вашему отцу лучше, но видеть его нельзя. Мистер Хейли уже заезжал, я так ему и сказала. Разве он вам не передал?

– Передал, – кивнула Делия. – Но неужели запрет и ко мне относится? Я имею право видеть своего отца! Вы можете не пустить его зятя, но не имеете права отказать мне.

Делии неприятно было упоминать о зяте, и оставалось лишь радоваться, что отец ее не слышит. Для Берта Гриффина Фрэнк был зятем, ниспосланным адом. Даже когда все шло нормально и она еще была счастлива, отец не признавал этого брака.

– Вы можете взглянуть на него, но издали, – смягчилась сестра.

– Отец все еще без сознания? – тихо спросила Делия.

– Большей частью – да, – ответила сестра, ведя за собой Делию.

Они подошли к реанимационному отделению. Сестра жестом предложила ей приблизиться к стеклянной перегородке, и Делия постаралась взять себя в руки. Палата оказалась маленькой, всего на три койки, но занята была только одна. Делия в испуге прикусила губу.

Если бы там были еще пациенты, она ни за что бы не узнала отца. Человек, лежавший на высокой кровати, вовсе не походил на Берта Гриффина. За ночь он как бы усох, а лицо стало таким же белым, как и волосы. Но даже не это больше всего испугало Делию. Отец был подключен к такому количеству аппаратов, что просто невозможно представить, как он откроет глаза или заговорит. Все зыбкие надежды на благополучный исход рухнули.

Делия закрыла глаза, пошатнулась, и сестра едва успела поддержать ее.

– Мы ведь не из вредности не пускаем посетителей, миссис Хейли, – сказала она внезапно подобревшим голосом. – Иногда родственники больных пугаются, как вы сейчас, а это вовсе ни к чему. Завтра или послезавтра ваш отец будет выглядеть значительно лучше. Вам не следовало приходить сегодня.

– А... отец обо мне спрашивал? – дрожащим голосом спросила Делия.

– Насколько я знаю, нет. Он несколько раз приходил в себя, но трудно сказать, хорошо ли соображал. Каждый раз очень волновался. Говорил о корпорации, но путанно, так что я не могу передать его слова точно.

– Я догадываюсь, – уныло заверила Делия.

Разумеется, волновался он о «Корпорации Гриффин», а не о дочери. В фирме заключалась его жизнь, и, даже находясь между жизнью и смертью, он думал лишь о деле. Так было всегда. Почему же сейчас что-то должно измениться? Даже жена шла на втором месте после корпорации. Делия же замыкала список приоритетов. Если отец и выживет, то не ради нее. Выживет, и что?.. Он лишь увидит, как разваливается его компания.

– Полагаю, ты побывала в больнице? – догадался Фрэнк по расстроенному лицу Делии, когда она вошла в квартиру.

– Да. Я видела отца. Сначала меня не пускали, но я... настояла. Меня подвели к перегородке, и я смогла увидеть... смогла увидеть...

– Ну и дурочка же ты...

Фрэнк решительно усадил ее в кресло. Не успела Делия оглянуться, как в руке у нее оказался бокал с коньяком, и Фрэнк проследил, чтобы она выпила. Отойдя к окну, он долго стоял, уставясь на улицу, и наконец устало спросил:

– Ну и чего ты добилась этим посещением, Делия?

– Я видела отца.

Глухой монотонный голос заставил его резко обернуться.

– Черт побери, Делия! – выругался Фрэнк. – Почему ты меня не слушаешь? Почему не позволяешь о тебе позаботиться? Ты же не от мира сего. И всегда была такой. Один Бог ведает, как ты справлялась с корпорацией.

– Я не так беспомощна, какой ты меня считаешь, – возразила Делия. От коньяка ей стало теплее, и она немного осмелела. – Ты не оставил мне выбора. В корпорации сейчас обходятся без меня, но это не может долго продолжаться. Должен быть кто-то из руководства.

– Руководству сейчас нечего делать, – сердито заметил Фрэнк. – Я же сказал тебе, что отозвал свору. Ничего там не происходит.

– Вот именно! – кивнула Делия. – Никакого бизнеса! Банк молчит потому, что ты вмешался. А бизнеса нет потому, что ты все уничтожил. В результате получается один большой ноль.

– Клара Тернер вполне справится, – с иронией протянул Фрэнк. – Кроме того, она не одна там. Персонал все еще работает.

– Все еще!.. Скоро их всех уволят.

– Не уволят, если я возьму фирму под свою опеку.

Делия поспешно отвернулась. Ей нелегко далось решение, которое она приняла по дороге из больницы. Но дело в том, что альтернативы не было.

Она отлично понимала, что заставить отца сражаться за жизнь можно лишь одним способом: он должен знать, что ему есть ради чего жить. Но лишь фирма имела для него значение. Или «Корпорация Гриффин», или ничего. А без Фрэнка «Корпорации Гриффин» не будет.

Фрэнк опустился в кресло напротив и уставился на Делию ясными серыми глазами.

– У Берта есть шанс? – вывел ее из задумчивости Фрэнк.

– Трудно сказать. – Делия подняла на него несчастные глаза. – Говорят, он приходил в себя. И знаешь, ни разу не спросил обо мне, только... о фирме.

Глаза Фрэнка сузились, а губы зло сжались, когда он увидел отчаяние Делии. Впрочем, голос его звучал ровно:

– Он же в полубессознательном состоянии. Вроде как во сне. Не жди чуда, Делия.

– Мне кажется, я никогда не ждала чуда, – ответила она как всегда просто и искренне. – Слишком уж я приземленная.

– Тем не менее Берт пока держится. Наступит момент, когда он начнет бороться. У него это в характере.

– Было в характере, – печально возразила Делия. – Отцу всегда было за что бороться. Теперь же ничего нет, а уж ради меня он, безусловно, стараться не станет.

Лицо Фрэнка исказила мука, руки сжались в кулаки. Делия отрешенно смотрела на него, задумавшись. Достанет ли у нее храбрости снова, хоть и на время, возникнуть в жизни Фрэнка?

Целый длинный чудесный год он был для нее всем. Когда они расстались, Делии казалось, что она никогда не оправится. Болезненные воспоминания о безвозвратно ушедшем счастье терзали ее. До сих пор Фрэнк оставался для нее самым лучшим человеком в мире, самым сильным, самым-самым... В низком голосе теперь часто звучал гнев, но она-то помнила в нем смех и нежность, которые преследовали ее, подобно призракам.

– Я согласна, – быстро произнесла она, боясь, что передумает.

– На что согласна? – Фрэнк сидел очень спокойно и бесстрастно смотрел на нее. Лицо Делии вспыхнуло. Итак, все оказалось жестокой шуткой. Или он уже передумал.

– Ты... ты хотел взять меня взаймы, – запинаясь, выдавила она. – Собирался заключить сделку с отцом.

– Верно, – вполголоса согласился Фрэнк. – Но мне так и не удалось его увидеть, а если бы и удалось, он явно не в состоянии торговаться. А ты твердо решила?

– У меня нет выбора. – Делия избегала встречаться с Фрэнком глазами, предпочитая разглядывать свои пальцы. – Я должна дать отцу то, ради чего он захотел бы жить.

Фрэнк долго молчал, и Делия уже начала думать, что ответа не дождется. Но Фрэнк внезапно поднялся.

– Прекрасно. Я согласен. Ты снова притворишься моей женой...

– Я никогда не притворялась! – почти закричала Делия, резко подняв голову и с гневом уставившись на него. – Это ты притворялся! Я никогда не пыталась причинить вред кому-нибудь из твоих близких и никогда не заводила тайного любовника!

– Верю, – с иронией пробормотал Фрэнк. – Насколько я понял, ты этим занялась, после того как ушла от меня. Как его зовут? Боб Уиллис, кажется?

– Да! – со злостью соврала Делия. Пусть думает что хочет. Если решит, что у нее кто-то есть, возможно, станет держаться от нее подальше. – Позволь, однако, напомнить тебе, что когда я была за тобой замужем, Боба я даже не знала.

– Ты все еще за мной замужем, лапочка, – ядовито напомнил Фрэнк. – Скажи ему, чтоб не забывал. И чтоб духу его рядом не было, ясно? Для всех остальных мы с тобой снова сошлись, по крайней мере на время. Если до моего янки дойдет хоть слово о том, что это все вранье, конец сделке, а если моя сделка рухнет, то же случится и с твоей, Делия.

Она встала, давая понять, что разговор окончен. Хотя пока нельзя навестить отца, но здесь ей делать нечего.

– Куда это ты собралась? – резко спросил Фрэнк, крепко схватив ее за руку.

– Домой, куда же еще? – холодно ответила Делия. – Пожалуйста, сообщи, когда тебе понадобятся мои услуги. Обещаю быть в полной готовности.

– Насчет дома ты плохо придумала, – уже спокойнее сказал Фрэнк. Делия насторожилась. – Тебе не стоит оставаться одной.

– Зря это, Фрэнк. Мне ведь уже не девятнадцать. Теперь меня не так легко подчинить. Мы заключили сделку, и я собираюсь увидеть реальные результаты.

– Они уже появились, – мягко заметил он, отпуская ее руку. – Еще до того как я упомянул о сделке. Я уладил дела с банком. А что касается меня, Делия, то я даю тебе слово.

Это звучало обнадеживающе. Фрэнк всегда держал слово.

– Хорошо, – кивнула она, – но все равно здесь мне делать нечего.

– Отсюда близко до больницы, – напомнил он. – Если твой отец очнется, ты будешь там через несколько минут. Если же что-то случится, ты тоже будешь рядом, – спокойно добавил он.

Делия понимала, что Фрэнк прав. Понимала также, что и сама сомневается, сумеет ли отец выжить. Но слова Фрэнка звучали столь цинично, что она набросилась на него, заливаясь слезами.

– Ах ты свинья! – кричала она, не помня себя. – Ты ведь этого хочешь? Сидишь и ждешь, когда он умрет!

Фрэнк, поймав за руки, попытался утихомирить Делию.

– Я вовсе не жду, когда он умрет! – зло отчеканил он. – Господи, да это же подсказывает здравый смысл, которого тебе явно не хватает. Когда с Бертом случилась беда, тебе не к кому было обратиться. И позволь напомнить, что у тебя и сейчас никого нет. Кроме меня.

Делия знала, что он прав, и гнев ее исчез, уступив место горечи. Действительно, если и Фрэнк от нее отвернется, придется туго. Она останется один на один с массой проблем.

– Ладно, – кивнула Делия. – Я останусь, но... я не могу жить в одной квартире с тобой.

– Никогда на это и не рассчитывал. Я съеду, но давай договоримся: если что-то случится, ты мне сразу же позвонишь. За тобой надо присмотреть. Как бы ты ко мне ни относилась, я все-таки твой муж.

Делия снова кивнула, стараясь спрятать заплаканное лицо.

– Я позвоню, – пообещала она. – А где ты?..

– Я буду в нашем загородном доме. Ты, вероятно, вычеркнула его из памяти, как и все, связанное со мной.

– У меня где-то записан телефон, – пробормотала она, сделав вид, что не поняла намека. – Ты тоже звони, как только я понадоблюсь.

Неожиданно Фрэнк схватил ее и с силой прижал к себе.

– Понадобишься? – горячо прошептал он. – Ты всегда была мне нужна! Кое-что в мире не меняется, как бы ни сложились обстоятельства.

Делии было больно. Она отважилась взглянуть в серые затуманенные страстью глаза. Делия предприняла попытку вырваться. Заметив ее испуг, Фрэнк разомкнул руки и отвернулся, презирая себя за слабость.

– Не бойся, Делия, – буркнул он с неожиданной холодностью. – Когда-то ты заставила меня бегать за тобой, словно восторженного юнца. Но я ошибок не повторяю. Мы заключим сделку, деловое соглашение, а когда обязательства будут выполнены, ты получишь развод, о котором избегаешь упоминать.

5

Фрэнк ушел, оставив ее посреди комнаты. Делия настолько растерялась, что не могла собраться с мыслями. А он поехал в тот самый коттедж, который когда-то она, полная счастья и надежд, помогала обустраивать.

Как же давно это было! Взволнованная воспоминаниями, она опустилась в кресло. Нелегко будет притворяться счастливой женой Фрэнка. Остается лишь полагаться на его актерский талант. Придется подумать и о туалетах. Те, к кому они направлялись, были богаты. Делия всю жизнь жила в достатке, но не таком, чтобы соперничать с благосостоянием кругов, в которые вхож Фрэнк.

Эта поездка в Штаты!.. Протокольные обеды, обязательные светские рауты... Ее вдруг охватила ревность, стоило лишь представить Фрэнка рядом с утонченной изысканной леди, какой ей, Делии, никогда не стать.

Почему Фрэнк настаивает на том, что должен присматривать за ней, хотя вот уже четыре года, как все кончено? Да, она все еще его жена, но если бы они расстались друзьями, было бы вполне естественно обратиться к нему. Делия не решалась признаваться даже самой себе, но почему-то ей и сейчас это казалось естественнным. Она устала нести свой крест, устала от одиночества и отчаянно хотела опереться на Фрэнка.

Через пару дней из больницы Делии сообщили, что Берт Гриффин пришел в сознание, и она отправилась к отцу, так и не позвонив Фрэнку.

Отец все еще был пугающе слаб, но, кажется, настроился выкарабкаться.

– Как дела?

Делия спрятала печальную улыбку. Именно такого вопроса она и ожидала. Конечно, отец спрашивал не о том, что происходит в ее жизни. Его интересует корпорация, и она принялась рассказывать, хотя ничего конкретного сообщить не могла.

– Пока все тихо. Банк словно забыл о нас...

– Почему? – Отец тут же стал подозрительным, и Делия попыталась отделаться общими фразами. Перед ней стоял выбор. Можно пожать плечами и соврать, что сама не знает, но тогда он не перестанет волноваться. А если сказать, что Фрэнк готов передумать, отец наверняка не поверит.

Она не смела сказать и о своей сделке с Фрэнком. Всплеск отрицательных эмоций может снова загнать отца туда, откуда он едва выбрался.

– Ну, дела понемногу идут, – туманно объяснила она. – Возможно, они передумали.

– Делия, ты безнадежна! – простонал Берт. – Банки не передумывают. Для них значение имеют лишь прибыли и убытки, а уже довольно долго они видят, что мы приносим лишь убытки. – Он задумался. – Что-то странное происходит...

Делия видела, что отец начал расстраиваться, и осторожно взглянула на него, не зная, как поступить. К счастью, появилась сестра и прогнала ее. Короткий визит подошел к концу. К тому же сестра хотела с ней поговорить.

– Мистеру Гриффину нужна операция, – начала она, когда они вышли в коридор. – Хирург уже беседовал с вашим отцом и объяснил, что без операции не обойтись. А потом ему надо будет хорошенько отдохнуть под медицинским присмотром.

– А он согласился? – Сердце Делии екнуло при упоминании об операции. Отец ведь ни словом об этом не обмолвился. Его интересовали лишь дела в корпорации.

– Да, согласился. И даже не слишком взволновался. – Неожиданно сестра улыбнулась. – Мне кажется, ему хочется одного: поскорее вернуться к работе.

Делия кивнула. Она и сама это знала. Как и то, что отец не станет беречься и изменять своим привычкам: будет излишне волноваться, много пить и есть. И опять от нее ничего не зависело, оставалось только ждать и надеяться.

Операцию назначили через две недели. За это время Делия ни разу не видела Фрэнка. Хоть она и обещала связаться с ним, если что-то произойдет, но слова не сдержала: вдруг он пожелал бы приехать? А ей хотелось избегать встреч до самого последнего момента, когда придется лететь в Америку.

Каждый день она навещала отца, но разговорами тяготилась, боясь проболтаться о сделке с Фрэнком.

Накануне операции Берт выглядел совсем неплохо. Настойчиво расспрашивал, что происходит. Делия решилась открыть карты. Даже маленькая надежда на возможное возвращение к работе действовала как лекарство, так что отцу полезно узнать, почему банк относится теперь к их компании более доброжелательно.

– Фрэнк уладил дела с банком, – тихо сказала она, осторожно наблюдая за его реакцией. – Он приходил, чтобы обсудить все с тобой, но ты был слишком болен.

При упоминании имени зятя лицо Берта Гриффина перекосилось и покраснело, и Делия с беспокойством схватила отца за руку.

– Это правда, – заторопилась она. – Он не хотел, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

– И ты этому веришь? – Берт прерывисто рассмеялся. – Он всегда умел тебя одурачить, девочка моя. А ты с готовностью даешь обвести себя вокруг пальца. Если банк и угомонился, с Хейли это никак не связано.

Внезапно Делия разозлилась. Ей надоело терпеть постоянные унижения от Фрэнка и от отца, надоело принимать удары от обоих, не получая никогда никакой благодарности.

– Это заслуга Фрэнка, – твердо заявила она. – А еще он переговорил с нашими кредиторами. Сейчас все зависло, но хуже не стало. Он это сделал потому, что... что заключил со мной сделку.

– Какую сделку? – Берт Гриффин подался вперед и уставился на дочь. – Какие сделки может заключать такой человек? Ведь в любом случае он свои обязательства не выполнит.

Последние слова прозвучали несколько неуверенно, и Делия подозрительно посмотрела на отца. Она доверяла Фрэнку, несмотря ни на что, и была твердо убеждена, что слово свое он сдержит при любых обстоятельствах.

– Когда тебе станет получше, я поеду с ним в Америку, – решилась она рассказать. – В качестве его... дамы. – В последний момент она не смогла произнести слова «жена». Боялась совсем расстроить отца. – У него там сделка, и я ему нужна. Взамен Фрэнк предложил взять нашу компанию под свое крыло: или выкупить нас, или помочь встать на ноги – на твое усмотрение. Его поддержка сделает нас снова дееспособными и поможет избежать банкротства.

Берт откинулся на подушки, о чем-то размышляя, глаза расчетливо прищурились.

– Хейли хочет, чтобы ты к нему вернулась? – наконец спросил Берт, но Делия замотала головой.

– Бесспорно, нет! Да я бы все равно не согласилась, но и он этого не хочет. Все затеяно ради успеха сделки, а после возвращения из Америки Фрэнк согласен подать на развод.

Берт Гриффин внимательно посмотрел на дочь.

– Неплохая, видать, сделка, – тихо присвистнул он.

– Верно. Он рассчитывает таким образом заполучить базу в Штатах. Дело в том, что человеку, к которому мы отправляемся, не нравятся партнеры-холостяки в возрасте Фрэнка. Он старомоден.

– Значит, ты едешь как жена Фрэнка, – догадался Берт, все еще внимательно вглядываясь в дочь и не выказывая никакого гнева или раздражения.

– Чисто формально, – быстро заверила Делия, и отец задумчиво кивнул.

– Мы ничего не теряем, а приобрести можем порядочно, – заявил он после минутного раздумья и впервые за много месяцев улыбнулся. Огонек в его глазах Делии понравился. – Давай, Делия, поезжай. Это снимет корпорацию с крючка. Ты молодец.

На душе у Делии стало совсем муторно: она ощутила, как мало значит для отца. Когда она уходила, Берт бросил замечание, окончательно прояснившее его позицию.

– В конце концов, ты все еще его жена. Вот так...

Она может быть чьей угодно женой, если это приносит пользу фирме. Если бы не вражда между Фрэнком и отцом, Берт Гриффин встретил бы своего зятя пять лет назад с распростертыми объятиями. Он считал бы этот брак весьма полезным для корпорации. Делия почувствовала себя пешкой, которую произвольно двигали два сильных человека, не считавшихся ни с чем, кроме своей выгоды.

В тот же вечер позвонил Фрэнк. Узнав о предстоящей операции, он минуту помолчал, потом холодно заметил:

– Кажется, мы договаривались, что, если что-то произойдет, ты мне позвонишь.

– Я полагала, ты не захочешь, чтобы тебя беспокоили из-за мелочей.

– Скажи уж, что ты, черт побери, не хотела дать мне повод навестить Берта, – проворчал он и сердито спросил: – Когда операция?

– Завтра. – Надеясь, что Фрэнк не предложит поехать с ней в больницу, Делия поспешила сообщить о разговоре с отцом. – Я все ему рассказала о нашей... сделке, – неуверенно закончила она.

– И?.. – Даже по телефону она почувствовала, как замер Фрэнк.

– Идея ему, кажется, понравилась. – Она услышала на другом конце провода холодный резкий смех и машинально сжала трубку. – Фрэнк, надеюсь, ты позвонил не для того, чтобы сообщить, что мы летим сегодня ночью? Понимаешь, до операции я не смогу уехать.

– Ты полагаешь, я это потребую, Делия? – вкрадчиво поинтересовался Фрэнк. – Мне нужна счастливая, улыбающаяся жена, а не измученное существо, поминутно вздрагивающее в ожидании плохих новостей. Время у нас еще есть. Поедем, как только будем знать, что Берт в безопасности.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Делия, и на этот раз он рассмеялся беззлобно. Представив, как озорно поблескивают серые глаза, Делия покраснела.

– Рады стараться, миссис Хейли, – насмешливо ответил он. Делия промолчала, боясь голосом выдать свое смущение, но Фрэнк был не только старше, но и проницательнее. Он по-мефистофельски расхохотался: – Скорее всего большую часть времени в Штатах мне придется следить, как бы кто тебя не вогнал в краску.

Делия резко бросила трубку, радуясь, что больше не слышит его голоса. По коже бегали знакомые мурашки, и ей пришлось долго шагать по квартире, чтобы успокоиться.

Ни за что больше не поддамся его обаянию! – поклялась она себе. – Не позволю Фрэнку снова влезть мне в душу.

Господи, кого она пытается обмануть? Его облик, его голос, его смех, его запах – все, абсолютно все будило в Делии воспоминания, которые она старательно запрятала в самые дальние уголки своего сознания, чтобы забыть там навсегда.

Нет, рассудила она, чем скорее я избавлюсь от Фрэнка Хейли, тем лучше.

Операция прошла успешно. Организм у Берта оказался крепким, если не считать сердца.

Делия в последний момент все-таки позвонила Фрэнку и сообщила время операции. Когда она появилась в больнице, Фрэнк уже бродил по холлу. Томительное ожидание проходило в молчании, но все равно Делия чувствовала себя спокойнее рядом с Фрэнком. Он казался ей скалой, непоколебимой и прочной, в чем она, впрочем, никогда и не сомневалась.

В ночь после операции Делия впервые за долгое время спала спокойно. Фрэнк остался ночевать в квартире и его присутствие действовало на Делию как снотворное. Хоть ненадолго, но она почувствовала себя в безопасности.

Только на следующий день она сообразила, что пришла пора выполнять свои обязательства. Теперь уже ничто не мешало Фрэнку приступить к организации поездки в Штаты. Она приняла его помощь в делах фирмы и моральную поддержку во время болезни отца.

Теперь настало время расплачиваться.

Атмосфера в корпорации еще оставалась напряженной, но все понимали, что грядут перемены.

– Фрэнк решил помочь, – без обиняков объявила Делия Кларе, не желая отделываться отговорками, да и вообще для нее всегда было проще говорить правду.

– Самое время, – фыркнула секретарша, но было видно, что она довольна. Вопросов Клара задавать не стала, а Делия воздержалась от комментариев. Если Кларе хочется думать, что они с Фрэнком помирились, то весьма скоро ей придется убедиться: это всего лишь сделка.

– Мне нужно будет уехать в Штаты, – как бы между прочим сообщила Делия и удивилась, что и это известие Клара восприняла спокойно, не задав ни одного вопроса.

– Звонил Боб Уиллис, – вспомнила секретарша, когда Делия уже направилась в свой кабинет. – Он вернулся из Германии раньше, чем ожидал.

– Прекрасно. – Делия улыбнулась и ушла. Еще одна проблема. Придется решать, что делать с предложением Боба. Да еще она наврала Фрэнку об их отношениях.

Так или иначе, это не самое главное. Фрэнк с Бобом никогда не встретятся, а Бобу она позвонит, как только вернется из Америки. Ей наверняка понадобится работа. Делия не собиралась оставаться в корпорации, если здесь то и дело будет появляться Фрэнк. И не хотела, чтобы отец вертел ею, как хотел. Если он намерен вернуться и работать с Фрэнком, пусть попытается.

Впервые за долгое время Делия получила удовольствие от дня, проведенного на работе. Ей почему-то казалось, что груз с ее плеч снят. Она не знала, является ли причиной обещание Фрэнка взять дело в свои руки или ее собственное решение начать самостоятельную жизнь.

Она покинула офис с улыбкой на лице. Отец шел на поправку, и необходимость торчать в квартире Фрэнка отпала. Сегодня Делия намеревалась отправиться домой и оставить Лиз распоряжения на время своего отсутствия.

Делия как раз направлялась к стоянке, когда подъехал Боб и нажал на клаксон. Он опустил стекло и крикнул, не упев даже выйти из машины:

– Делия, радость моя! Я вернулся! Забудь обо всех невзгодах! Я тебя спасу.

Она обернулась на звук его голоса и рассмеялась, с удовольствием разглядывая мальчишеское лицо, высунувшееся из окошка, и волосы, взъерошенные порывом сильного ветра. Но при виде знакомого темного «ягуара», остановившегося за машиной Боба, смеяться ей расхотелось. Фрэнк с каменным лицом сидел за рулем.

Тем временем ничего не подозревавший Боб, выскочив из машины, устремился к Делии и, сжав в объятиях, звучно расцеловал, хотя раньше никогда себе не позволял подобных вольностей.

– Я сбежал из Германии при первой возможности, – радостно сообщил он. – Все время о тебе беспокоился. Теперь мы можем подумать и о будущем.

Делия оцепенела. По громкому стуку захлопнувшейся дверцы «ягуара» она догадалась, что Фрэнк где-то рядом и все слышал. Спокойствие, обретенное с таким трудом, улетучилось. Сейчас Фрэнк встретится с Бобом лицом к лицу и в самом деле поверит ерунде, которую она наговорила. Затравленно глядя на Фрэнка, Делия молчала. Заметив, что она смотрит мимо него, Боб слегка растерялся.

– В чем дело, радость моя? Кончай волноваться. Я заберу тебя к себе, и все наладится. А враг пусть повесится.

Разумеется, Боб имел в виду, что Делия перейдет к нему на работу, но по яростному лицу Фрэнка можно было догадаться, как он истолковал эти слова.

– Делия просто в восторге, – заверил он Боба. Голос такой же ледяной, как и взгляд. Уиллис аж подпрыгнул от неожиданности. – Однако, – продолжал Фрэнк, – враг вешаться не собирается, а моя жена не вещь, которую можно забрать, отдать и так далее.

– Вы что, снова сошлись? – Боб недоуменно уставился на Фрэнка, слишком пораженный, чтобы испугаться ярости в серых глазах.

– Именно так, – насмешливо подтвердил Фрэнк. – На следующей неделе мы отправляемся в Штаты, на второй медовый месяц, так сказать. – Он помолчал, разглядывая с высоты своего роста ошеломленное лицо Боба. – И не вздумайте пытаться встретиться с моей женой.

Он крепко взял Делию за руку, не дав даже слова сказать, и увлек к «ягуару».

– Пусти! – От смущения Делия старалась говорить потише. Фрэнк остановился и зло посмотрел на нее.

– Если я тебя отпущу, дорогая моя, то отпущу и вашу фирму, которая грохнется с большой высоты и разлетится на куски. Банк подберет все стоящее, так что, когда твой отец выпишется из больницы, и пылинки не останется.

– Ты обещал! – Делия уставилась на него со злостью и страхом. Лишь день удалось ей прожить спокойно, и вот все началось снова.

– И я держу свое слово, как ты прекрасно знаешь, – повысил голос Фрэнк. – Мы с тобой договорились. Ты по своей воле пошла на сделку, и я предупредил: если кто-нибудь заподозрит, что это игра, сделке конец. Если ты переедешь к Уиллису, то не потребуется других доказательств того, что мы вовсе не примирились. Мне от тебя не будет никакой пользы. Тем самым ты освободишь меня от взятых обязательств.

– Ты... ты все неправильно понял, – заторопилась Делия. – Ты ошибаешься.

– В самом деле? – грозно спросил Фрэнк. – Ты уже призналась, что Уиллис твой любовник. А теперь он еще и прилюдно обнимает тебя и во всеуслышание возвещает, что все будет в порядке, если ты поедешь с ним. Возможно, мы с тобой не так уж и нужны друг другу и стоит расторгнуть сделку незамедлительно.

– Боб говорил о моей работе в своей фирме. Это он мне предложил еще до отъезда в Германию. – Делия хотела добавить, что Боб до сегодняшнего дня ни разу даже не поцеловал ее, но передумала. Если признается, что соврала, вряд ли Фрэнк будет верить ей потом.

Фрэнк окинул ее холодным взглядом. Было видно, что он в ярости. Ему бросились в глаза нервно дрожащие руки Делии и побелевшее от волнения лицо. Он втряхнул головой и глубоко вздохнул.

– Ладно. Начнем сначала, но, Делия, один неверный шаг, и между нами все кончено. Если я еще раз увижу Уиллиса, выпутывайся сама. То же относится и к корпорации.

Он подтолкнул ее к «ягуару», но Делия воспротивилась:

– Я на машине. Хочу поехать домой. Когда ты решишь, что пора начинать спектакль, дай мне знать. А пока у меня куча дел. Лиз одна в доме, да и я не могу ехать, не подготовившись.

– А как насчет Уиллиса? – с издевкой спросил Фрэнк. – Ты ведь позвала его в гости?

– Нет! – возмутилась Делия. Терпение ее лопнуло. – Мне вовсе не нужно, чтобы еще кто-то болтался под ногами. Вполне хватает неприятностей с тобой и отцом, хотя я к вашим распрям никакого отношения не имею. Ты же сам говорил, что меня ваши дела не касаются. Или это ради красного словца? Мне надоело, что на меня все шишки валятся. Когда все будет позади, вы с отцом можете уединиться и сколько угодно поливать друг друга грязью. А пока я намерена придерживаться условий сделки, но в цивилизованной форме. Если смысл слова тебе непонятен, то пусть «Корпорация Гриффин» падает с той самой высоты, о которой ты упоминал, а я наконец стану свободной!

Фрэнк секунду наблюдал за ней с насмешливым восхищением.

– Значит, ты все же выросла, Делия, – тихо заметил он, – и готова покончить с двумя волками в твоей жизни.

– Мне лишь хочется, чтобы они оставили меня в покое, – взорвалась Делия. – Даже самый смиренный человек может восстать.

– Ну, смиренной ты никогда не была, – протянул Фрэнк, – лишь чересчур добросердечной себе же во вред. – Он легонько коснулся рукой ее лица. – Милая, милая Делия, – пробормотал он, – тебе трудно будет меня убедить, что твое сердце за четыре года, что мы не виделись, ожесточилось.

– Совсем не трудно, – упрямо возразила она. Его прикосновения и слова снова напомнили о прошлом, а без этих воспоминаний она сейчас вполне могла бы обойтись. – Сообщи, когда мне выходить на сцену, – закончила она и направилась к своей машине.

– Если тебе что-то нужно... – начал Фрэнк, но Делия лишь сверкнула в его сторону зелеными глазами.

– Свобода! Больше мне от тебя ничего не требуется.

– Получишь, – пообещал Фрэнк, и улыбка бесследно исчезла с его лица. – Когда все закончится, мы разведемся. Будет у тебя свободы сколько пожелаешь.

Делия решительно зашагала прочь, боясь задать себе простой вопрос: почему при упоминании о разводе ей показалось, будто сердце сжали холодные пальцы? Видимо потому, что тогда все будет кончено, а она была слишком честной, чтобы не признаться себе, что в глубине души никогда не верила в окончательный разрыв. Никогда не забывала о Фрэнке.

Перед глазами сам собой возник образ Лоретты Крейзел, и Делия внезапно сообразила, почему Фрэнк заговорил о разводе именно теперь. Уже четыре года, как их брак превратился в формальность. Ни у одного из них не было ни сил, ни желания затевать бракоразводный процесс. Развестись до поездки в Штаты, по-быстрому жениться на Лоретте и взять с собой ее Фрэнк не мог. Ведь если бы его партнер узнал, что он развелся и снова женился, это скорее всего расстроило бы сделку.

Сердце больно сжалось. Делия прошла бы мимо Боба, не заметив его, если бы тот сам не остановил ее.

– Это правда, Делия? Вы снова вместе?

Ох, опять придется врать, тоскливо подумала Делия. Ей так хотелось сказать Бобу правду, но если она это сделает, то лишит отца смысла жизни. Даже пыли не останется – так пообещал Фрэнк.

– Хотим попробовать, – с трудом выговорила она. – Ты извини меня, Боб. Фрэнк все неправильно понял.

– Надеюсь, я тебе не навредил, – осторожно заметил он. – Я видел, что вы ссорились.

– Да все в порядке. – Она попыталась улыбнуться. – Фрэнку мало надо, чтобы рассердиться, и, как я уже сказала, он неверно все понял.

– Просто Отелло какой-то, – невесело пошутил Боб. – Принесла меня нелегкая не вовремя. Но ты ведь знаешь, у меня натура такая... порывистая.

– Ты был очень мил, – успокоила приятеля Делия. – Мне пора, Лиз заждалась. И у меня куча дел до отъезда.

Она попыталась жизнерадостно улыбнуться. Фрэнк ревнует? Да он просто разозлился, что его хорошо продуманные планы под угрозой. Когда все закончится, он, ни минуты не раздумывая, отпустит ее с Богом, а сам вернется к Лоретте Крейзел.

Делия завела мотор и вырулила к выезду с парковочной стоянки. Губы ее сжались при виде Фрэнка, все еще стоявшего у «ягуара» и наблюдавшего за ней. Он не собирался рисковать. Если Боб сядет в машину и поедет за ней, Фрэнк, чего доброго, спихнет его с дороги.

Отец был прав. Наверное, эта американская сделка очень крупная. Фрэнк готов пуститься во все тяжкие, только бы все прошло гладко. Он берет под свое крыло «Корпорацию Гриффин» и соглашается на время отказаться от личной жизни, лишь бы явиться в Штаты с законной женой.

Господи, пошли мне силы освободиться и от отца, и от Фрэнка.

Фрэнк дождался, пока Берта перевели в частную клинику для реабилитации.

Когда Делия пришла к отцу, он выглядел куда лучше, чем в последние месяцы до болезни.

– Видимо, мы с Фрэнком скоро уедем, – напомнила она. – Не хотелось бы оставлять тебя одного, но выхода нет. Сострадание не в характере Фрэнка.

– Но все же он согласился подождать, пока я выпишусь из больницы, – заметил Берт Гриффин. – Думаю, он к тебе неравнодушен. Не забывай, он очень богат. Постарайся на этот раз не просчитаться.

Делия едва не отказалась от всего одним махом. Она-то делала это для отца, прекрасно понимая, какой подвергается опасности. Фрэнк до сих пор действовал на нее, как огонь на порох, и ей приходилось с собой бороться. А отец предлагает отбросить все свои принципы и постараться ради выгоды помириться с Фрэнком.

С трудом скрыв отвращение от меркантильности отца, она сердито возразила:

– Это входило в уговор. Он знал, что я не уеду, пока не буду знать, что ты поправляешься.

– Я никогда ни в каких подпорках не нуждался, – огрызнулся Берт. – Куда важнее помочь компании, чем болтаться здесь и таскать мне цветы. Делия, не думай обо мне, помни только, зачем ты это делаешь.

– Где уж мне забыть, – сухо заметила она. – Буду жить в Штатах и притворяться столько, сколько потребует Фрэнк.

– Почему обязательно притворяться? – поправил ее отец с многозначительной улыбкой. – Ты будешь вести себя, как его жена. Но ты и есть его жена. Выходит, Хейли вовсе не лишен здравого смысла.

Одни хитрости, с горечью думала Делия, уходя из больницы. Неизвестно, кто из этих двоих в этом смысле хуже. Сама она ничего не значила: для одного – лишь дочь, из замужества которой можно извлечь пользу, для другого – жена, добродетель которой служит хорошей вывеской. Ей захотелось хоть раз выкинуть что-нибудь дикое, неожиданное, сделать что-то только для себя. Но пока она в прочной клетке. Потом все изменится, сердито решила Делия. Она им покажет! Пойдет работать к Бобу, станет другой, похожей на Лоретту Крейзел и других женщин, созданных не для работы, а для любви и поклонения.

Делия печально улыбнулась. Кого она пытается обмануть? Ее уже не переделаешь. Одна мечта – сбежать, и сделать это следует сразу же по возвращении из Штатов. Оставить отца с его драгоценной фирмой, а Фрэнк пусть живет так, как жил раньше.

6

Через несколько дней Фрэнк позвонил Делии в офис. Час расплаты пробил.

– У тебя три дня на сборы, – услышала она. – Наш рейс днем в субботу, пересадка в Нью-Йорке, потом летим в Калифорнию.

Делия сразу представила себе эффектных бронзовых от загара женщин в крошечных бикини.

– Почему Калифорния? – задала она глупый вопрос.

– Потому, что он там живет, – явно удивился Фрэнк.

– Ты хочешь сказать, что мы остановимся у него в доме? – ахнула Делия.

Фрэнк, видимо, раздраженный ее бестолковостью, сердито ответил:

– Вовсе нет. Он мне предлагал, но я отказался.

– Почему?

Подозрительность Делии мгновенно вывела Фрэнка из себя.

– Не из-за каких-то тайных мотивов, касающихся тебя! Это деловая поездка, а не развлекательное путешествие на выходные.

– Разве мы летим только на выходные? – пробормотала Делия, устыдившись своей мнительности.

– Мы пробудем там столько, сколько потребуется, – рявкнул Фрэнк. – Возьми себя в руки, Делия! Я не собираюсь тащить тебя в постель. У меня чисто деловые интересы, так что просто постарайся сыграть роль нормальной жены. Большего от тебя не требуется. Я заеду за тобой в субботу утром.

– В этом нет необходимости. Я приеду сама. Ты мне скажи время...

Фрэнк бросил трубку, не дав Делии договорить.

Калифорния... Делия начала судорожно вспоминать свой гардероб. Сможет ли она выглядеть достаточно элегантно? Ведь скорее всего придется ходить на приемы, всякие деловые ланчи-обеды. Или Фрэнк не будет таскать ее за собой повсюду?

Он говорил, что тот американец любит, чтобы все было по-домашнему. Как это понимать? Даже если он выше всего ставит семейные ценности, это вовсе не означает, что его жена с утра до вечера занимается кройкой и шитьем, а потом щеголяет в платьях собственного изготовления. О Калифорнии Делия знала лишь по фильмам. И хотя понимала, как это глупо, но картинки роскошной жизни, мелькавшие в ее голове, действовали на нервы.

Из офиса Делия ушла пораньше, сказав Кларе, что в следующий раз придет уже после возвращения из Штатов.

– Всего хорошего! – жизнерадостно напутствовала ее секретарша. – Желаю приятно провести время.

Делия взглянула на нее, как на сумасшедшую. Предстояла поистине каторжная поездка. Придется играть роль, а это Делии всегда давалось нелегко. Она любила быть самой собой, не умела притворяться. И еще придется постоянно видеть Фрэнка. Ему она полностью доверяла, но не слишком полагалась на себя и свои чувства. Фрэнк так прочно владел ее мыслями, что трудно будет устоять перед его чарами и обаянием.

Делия сердито передернула плечами. Какие чары? Какое обаяние? Фрэнк позволял себе указывать ей, полагал, что имеет право выходить из себя. Будь у нее хоть капля здравого смысла, она бы давно влюбилась в Боба и вела бы спокойную, веселую жизнь. Боб во многом уступал Фрэнку, а главное, не обладал силой его характера. Уиллис не волновал Делию, а прикоснуться к Фрэнку для нее было все равно, что дотронуться до оголенного электропровода.

Следующие два дня Делия неустанно рылась в шкафах, перебирая вещи. Отец не ограничивал ее расходы даже в юности, а с того времени, как начала работать, у нее скопилась груда дорогих тряпок. Но теперь она с сожалением вспоминала о туалетах, оставшихся в квартире Фрэнка. Такие прелестные вещицы, а она ушла и все бросила.

Они много путешествовали, когда жили вместе. Фрэнк баловал ее и просто заваливал нарядами. Ему доставляло радость видеть лицо Делии, когда он появлялся с чем-нибудь новым и роскошным.

Именно роскошные вещи ей сейчас требовались. Делия присела на край кровати и стала прикидывать, хватит ли у нее мужества совершить рейд на квартиру. Ключ есть, Фрэнк живет в коттедже и даже не узнает, что она побывала в квартире, пока не увидит на ней эти вещи. А может, он и не вспомнит, что это за платья. Скорее всего сейчас он обращает внимание лишь на то, что носит Лоретта Крейзел.

Эта мысль заставила Делию решиться. Почему бы нет? Одежда принадлежит ей, как и драгоценности. Не мешкая, она отправилась в путь.

Когда Делия остановилась у дома, где располагалась квартира, ей показалось, что стало слишком темно для этого времени суток. Подняв голову, она обнаружила, что собираются тучи, и заторопилась к двери – не хотелось попадать под дождь. Времени на розыски много не потребуется, Делия уже решила, что возьмет с собой.

Тишина в квартире будила тревогу, потому что здесь остро ощущалось присутствие Фрэнка. Должно быть, все четыре года после их разрыва он большую часть времени проводил здесь. Возможно, делал это потому, что загородный дом его раздражал. Квартира принадлежала ему еще до их встречи, а коттедж они покупали вместе. Так что квартира всегда оставалась настоящим пристанищем Фрэнка.

Делия отбросила назойливую мысль о том, каких женщин он сюда водил после ее ухода. Не время поддаваться эмоциям. К тому же это наверняка была лишь одна женщина. И она знала, кто именно.

Делия решительно прошла в помещение, когда-то служившее ей гардеробной. Там был огромный стенной шкаф со всем необходимым. Сейчас у нее не было ни времени, ни денег, ни желания бродить по магазинам, а здесь все, что душе угодно. Остается только отобрать и отвезти домой.

Однако дело оказалось простым лишь на первый взгляд. Платья, костюмы, вечерние туалеты находились в том же идеальном состоянии, в каком их оставила хозяйка. Делия начала быстро снимать одну вещь за другой и складывать на диванчик. Поскольку она понятия не имела, как долго они пробудут в Штатах, следовало внимательно отнестись к выбору туалетов. Пришлось отказаться от первоначальной идеи забрать что попало и сбежать.

Кроме того, Делия решила, что некоторые вещи стоит примерить. Ее фигура за четыре года не изменилась, но то, что хорошо смотрится на девятнадцатилетней девушке, не всегда идет женщине, на чьем лице оставили след пережитые невзгоды.

Однако она ошибалась. Вещи словно заставили ее почувствовать себя такой же, какой она когда-то была. И Делия принялась беззаботно мерить все подряд.

Вскоре на улице начался ливень. Бросив беглый взгляд в окно, Делия швырнула на кучу выбранной одежды ярко-красный плащ. Возможно, дождя в Калифорнии не будет, но рисковать не стоило. Довольная своей предусмотрительностью, она даже тихонько рассмеялась, но внезапно услышала неясный звук за спиной, свидетельствовавший, что она, увы, больше не одна в квартире.

Делия круто повернулась и увидела Фрэнка, небрежно прислонившегося к дверному косяку и рассматривавшего ее с явным одобрением.

– Не паникуй, – предупредил он. Голос низкий, почти бархатный. – Если бы не заметил внизу твою машину, решил бы, что нас грабят.

Делии не понравилось интимное «нас». Растерявшись, она быстро отвернулась, но тут же сообразила, что стоит перед Фрэнком в одних шелковых трусиках. Пришлось снять лифчик, чтобы примерить бальное платье с глубоким вырезом, и она не стала снова его надевать.

– Пожалуйста, выйди и закрой за собой дверь, – глухо попросила она, но Фрэнк не двинулся с места.

– Я знаю, как ты выглядишь, Делия, – мягко напомнил он. – Изучил каждый дюйм твоего тела. Я помню, какая у тебя шелковистая кожа, не забыл, как рассыпаются по плечам твои чудесные волосы. Ты совсем не изменилась. Если я к тебе прикоснусь, уверен, все будет, как раньше.

– Пожалуйста, Фрэнк, – взмолилась Делия. Она трепетала от смущения и какого-то неясного томления. Ни до, ни после Фрэнка в ее жизни не было ни одного мужчины, и Делию взволновало то, как подействовали на нее слова Фрэнка. Мягкие, бархатистые, они нежно ласкали слух, как когда-то руки любимого – ее тело.

– Я же не трогаю тебя, Делия. – Фрэнк словно читал ее мысли. – Какой вред от слов?

Делия схватила первое попавшееся платье и прижала к груди. Она слышала, как Фрэнк подошел и встал у нее за спиной, но боялась обернуться.

– Не прячься, – попросил он. – Поздно прятаться. Я уже тебя видел. Помнишь, когда привез тебя из больницы? – Делия ощущала теплое дыхание Фрэнка на своем плече, потом он легко провел рукой по ее спине. – Ты думаешь, я каменный?

– Я... я не знала, что ты появишься, – в отчаянии прошептала она.

– Ехал мимо и увидел твою машину, – пробормотал он невнятно, массируя пальцами ее плечи. – Стало любопытно, что это ты задумала. Никак не ожидал застать тебя в таком виде.

– Я хотела взять вещи... – с трудом вымолвила Делия. – И мерила кое-что.

Фрэнк тихо рассмеялся и коснулся губами ее плеча.

– Я ухожу! – Она как огня боялась дурманящих прикосновений пальцев и губ Фрэнка, но стремилась к нему, словно мотылек на пламя. Делия по-прежнему не оборачивалась, зная, что лицо выдаст ее. Фрэнк потянул из ее рук платье, которым Делия безуспешно пыталась прикрыться, и отбросил в сторону. Потом заключил Делию в объятия, прижав к своему теплому телу.

– Помнишь, ты когда-то сказала: «Не оставляй меня, Фрэнк». И добавила: «Никогда». – Его руки легли на грудь Делии, а губы интимно защекотали шею. – Я все еще хочу тебя, Делия. Я тебя предупреждал.

– Это нечестно! Ты же обещал... – Слова вырвались вместе с рыданием. Делия чувствовала, как тело предает ее.

– При чем тут честность? Ведь тебя тоже сжигает желание, любовь моя. Ты меня хочешь.

За окном лил дождь. В спальне горела лишь одна лампа, которую Делия зажгла по пути в гардеробную. Они словно оказались вне времени, в другом мире, существующем только в мечтах, и Делия сдалась на милость настойчивых рук и чувственных слов Фрэнка. Как долго она тосковала по его прикосновениям! Когда Фрэнк привлек ее к себе, Делия отдалась тому страстному голоду, который по-настоящему никогда и не покидал ее. Четыре года она старалась не думать о Фрэнке, но на самом деле помнила о нем постоянно. Теперь же долго сдерживаемое желание требовало удовлетворения.

– Фрэнк! – выдохнула Делия, и сильные руки вознесли ее над ковром и бережно опустили на кровать.

– Я знаю, – хрипло шептал он. – Это больно, Делия, так ведь? Как будто постоянно нож внутри. – Фрэнк скинул пиджак, резко стянул через голову рубашку, нетерпеливо сорвал галстук. – Уиллис знает тебя так же хорошо, как и я? Его объятия могут заставить тебя плыть по кромке сознания?

Делия не успела возразить, потому что Фрэнк уже оказался рядом, и она, прильнув к его сильному, такому желанному телу, напрочь забыла обо всем на свете.

– Делия, – он сжал в ладонях ее лицо, – ты знаешь, теперь я не смогу остановиться. Ты знаешь, что не смогу?

Ответить Делия не могла. Губы дрожали, и единственное, что она сделала – нежно коснулась пальцами его лица, глядя на Фрэнка широко распахнутыми зелеными глазами.

– Бог ты мой! – хрипло пробормотал он. – Ты ведь даже не представляешь, как ты хороша! И никогда до конца не понимала, как я тебя хочу, насколько я без ума от твоего тела.

Он обжигал ее горячими поцелуями, и Делия сначала робко, а потом с все большей страстью отвечала.

Фрэнк, не отрываясь от ее губ, освободил Делию от единственного оставшегося на ней предмета туалета, и последняя преграда между жаждущими любви телами рухнула.

– Фрэнк! – вскрикнула Делия и тут же услышала низкий, чувственный смех.

– Я здесь, прелесть моя, – сказал он с почти свирепым удовлетворением. – Я помню этот вскрик, я помню, Делия. А теперь, моя маленькая дикарка, – хрипло прошептал Фрэнк, – скажи мне.

– Я тебя хочу, – выдохнула Делия слова, которые он всегда требовал, и услышала довольный вздох. Так Фрэнк выражал ликование ее полным подчинением.

Весь мир разлетелся на яркие цветные куски, сверкающие в бархатной темноте. Фрэнк увлек ее в другое измерение, туда, где она так давно не была, и Делия балансировала на грани сознания, тонула в наслаждении, и только крепкие руки Фрэнка удерживали ее, готовую воспарить.

– Шш, – прошептал он еле слышно, нежно гладя ее волосы. – Все хорошо. Я с тобой. Шш.

Постепенно фантазии сами собой развеялись, и Делия, огорченная расставанием со сказкой, всхлипнула. Фрэнк еще крепче прижал ее к себе.

– Шш, – тихо повторил он. – Ты ведь совсем не изменилась, правда? Ты всегда была слишком чувствительной, дорогая. Трудно удержать тебя на земле. Как ты думаешь, что бы случилось, если бы я тебя отпустил? Куда бы завело тебя твое жаждущее тело? Но я никогда не решался рискнуть и выяснить это.

Они все еще лежали, обнявшись, но Делию охватила глубокая печаль. Что она натворила? Как могла позволить такому случиться? Фрэнк любит ее сейчас не больше, чем когда-то. То есть совсем не любит. Он хотел ее, вот и все.

Она сама себя предала. Поступилась своими принципами, потеряла лицо. А ведь еще утром намеревалась держаться с прохладцей, думала о будущем, собиралась начать новую жизнь. Но стоило Фрэнку прикоснуться, и она сдалась.

Делия осторожно разомкнула его руки и потянулась к одежде.

– Хочешь принять вместе со мной душ? – невинно спросил Фрэнк, и она замерла, уловив чувственный подтекст.

– Прекрати! – выпалила она, злясь на себя.

– Мы же всегда так делали, – напомнил он, водя пальцем вдоль ее позвоночника. – Ты часто лжешь, Делия. Как и твой отец. Наверное, это у вас в крови.

– Я никогда!.. – обернулась к нему в гневе Делия. Зеленые глаза метали молнии.

– Лгала, лгала, – перебил он спокойно. – Бедняга Уиллис! Зря я на него набросился. Ни он, ни кто другой не касался тебя эти четыре года.

– Не выдавай желаемое за действительное. – Она отвернулась, судорожно нащупывая одежду и одновременно остро ощущая, что Фрэнк рядом лежит обнаженный и довольный, с насмешливой улыбкой на губах.

– Я твое тело знаю не хуже собственного. Оно было моим, и мое до сих пор.

– Наверное, гордишься, как ловко заманил меня в постель, – огрызнулась Делия.

– Никакого ловкачества, крошка, – насмешливо протянул он. – Ты отдалась мне с радостью. Так же, как и я тебе.

Нет, подумала она с тоской, ничего ты не отдал, лишь удовлетворил свое желание.

– В самом деле? – Уже одетая, она встала и решительно повернулась к Фрэнку. – Что ж, ты просчитался. Мне не нужны эти тряпки, потому что я никуда с тобой не еду. И можешь угрожать, сколько пожелаешь. Отец поправится, вернется к работе и возьмет все в свои руки. А я найду себе дело по душе.

Фрэнк не пошевелился и продолжал лежать, закинув руку за голову и слегка согнув ногу в колене. Делии с трудом удалось оторвать взгляд от всего этого мужского великолепия. Наконец Фрэнк насмешливо улыбнулся.

– Твоему отцу нечего будет брать в руки, – ядовито заверил он. – Как только я подам знак, кредиторы оставят от корпорации рожки да ножки. Я уже выплатил кое-какие ваши долги, но я вовсе не расположен быть щедрым к Берту Гриффину и не считаю, будто должен подарить ему фирму из-за того, что переспал с тобой. Ты получила не меньшее удовольствие, чем я, и хотела этого не меньше. Наш уговор остается в силе, или «Корпорации Гриффин» конец.

Делия не верила своим ушам.

– Ты выплачиваешь наши долги? Не может быть!

– Все же ты не от мира сего, Делия, – хмыкнул он. – Ну почему, по-твоему, и банк, и остальные на вас пока не наваливаются? Ты что, считаешь, я настолько всемогущ, будто мне достаточно поднять руку, чтобы все поутихли? – Делия именно так и думала, что он сразу же прочел на ее лице. Фрэнк усмехнулся, встал и, лениво потянувшись, начал одеваться. – Эх, – шутливо посетовал он, – будь я хоть вполовину таким могущественным, как ты считаешь, я бы правил миром.

– Значит, мне придется с тобой поехать? – жалко пробормотала она.

– Боюсь, что так. Может быть, после сегодняшнего тебе легче будет играть эту роль?

– Это больше не повторится! – резко заявила она. Фрэнк прищурился.

– Не стоит зарекаться, Делия.

Ее бросило в краску, и она резко повернулась, чтобы уйти, но не успела сделать и двух шагов, как низкий голос остановил ее:

– Твои платья, Делия. Ведь в Америке тебе предстоят еще более тяжкие испытания, чем сегодняшнее. Ты должна быть неотразима. – Опять он дразнит ее. Не близость была тяжким испытанием. Мучительно снова терять Фрэнка.

Делия молча принялась собирать одежду в большой пакет, а Фрэнк направился к маленькому сейфу, спрятанному за великолепной картиной Дега, извлек оттуда шкатулку с драгоценностями и положил на кровать.

– Тебе может кое-что понадобиться. Намечаются приемы. – Он поднял сверкающее изумрудное ожерелье. – Возьми это, мое любимое. Подходит к твоим глазам.

Делия почти выхватила у него ожерелье и сунула сумку вместе с еще несколькими вещицами. Фрэнк купил ей ожерелье в качестве свадебного подарка, и она его обожала. Но тогда она обожала и Фрэнка. С этой частью своего прошлого ей надо разделаться как можно быстрее.

Она все еще любит Фрэнка, отрицать это бесполезно. Если бы он сейчас простер к ней руки, она упала бы в его объятия. Но он об этом никогда не узнает. Делия поспешила к выходу и громко захлопнула за собой дверь.

Дождь перестал. Женщина швырнула объемистый пакет на заднее сиденье, уговаривая себя не поднимать глаза к окнам квартиры. Если Фрэнк наблюдает за ней, то она хотя бы не позволит ему догадаться, насколько велика его победа.

Но, черт возьми, как же трудно ей придется в этой поездке!

В Нью-Йорке стояла жара. Перелет оказался утомительным, и, хотя они летели первым классом, Делия никак не могла расслабиться. Когда добрались до гостиницы, где предстояло переночевать, Делии казалось, что ноги скоро откажутся ее держать.

– Закажи что-нибудь в номер и сразу же в постель, – посоветовал Фрэнк, заметив ее бледность. – Нам пришлось остановиться в Нью-Йорке только потому, что у меня сегодня вечером встреча. Иначе полетели бы прямиком в Калифорнию. С другой стороны, может, оно к лучшему: у тебя совсем измотанный вид.

– Устала, – призналась Делия. И не столько от трансатлантического перелета, сколько от угрызений совести, могла бы добавить она. Делия чувствовала себя раздавленной, была противна себе самой, но если Фрэнк о чем и догадывался, вида не подавал.

– Я, пожалуй, сам позвоню в ресторан. Если тебе что-нибудь потребуется, я в соседнем номере, хотя через час уеду и вернусь совсем поздно.

Фрэнк кивнул и вышел, плотно прикрыв дверь.

Теперь сомнений нет. Он чужой человек. Внезапная страсть – всего лишь похоть. Делия чувствовала себя использованной и брошенной.

Она приняла душ, а когда вышла из ванной комнаты, на столике в спальне уже стоял поднос. Серебряные крышки скрывали такие деликатесы, устоять перед которыми не смог бы даже самый усталый человек. На подносе также лежала карточка: «С уважением от мистера Хейли».

Делия поморщилась. Интересно, а как он записал их в гостинице в разные номера? Наверняка они показались странной парочкой. Разные спальни, да еще ужин с приветом. «Пошлите ужин моей жене с моим уважением». Смешно, если бы не было так грустно. Делию бросало от отчаяния к сожалению и до смерти пугало будущее.

Ей будет трудно изображать жену. Придется постоянно быть рядом с Фрэнком, улыбаться ему, позволять держать себя за руку... Оставалось надеяться, что этот американец, несмотря на причуды, не ждет открытых проявлений чувств между супругами, достаточно идеальных манер. В этом смысле Фрэнк мастер. Зачем она ему понадобилась? Взял бы с собой фотографию и с гордостью всем демонстрировал, объясняя, что жена заболела.

Жестоко с его стороны постоянно напоминать, что он держит за горло фирму, ради которой отец живет. Она немного поела и забралась в постель. Где-то в городе Фрэнк играет в свои любимые деловые игры. Это настоящая его страсть. Скорее всего, к Лоретте Крейзел он тоже не питает глубоких чувств, иначе давно бы потребовал развода.

Тебя больше не должны волновать привязанности Фрэнка, напомнила она себе. Скоро ваши пути разойдутся навсегда.

На следующий день, когда они прилетели в Калифорнию, Делия уже вполне пришла в себя и даже выглядела лучше, чем Фрэнк. Впервые она заметила усталые морщинки на красивом лице. Видимо, поздно вернулся накануне и поэтому казался порядком вымотанным.

Когда Делия увидела встречающего их мужчину, она воспряла духом.

Уже в возрасте, седой, но вполне бодрый на вид. По мнению Делии, слишком молод для ухода на покой. И улыбка открытая, приятная. Американец тепло пожал руку Фрэнку и с удовольствием посмотрел на Делию.

– Моя жена Делия, – представил Фрэнк, беря ее за руку. – Дорогая, это Ричард Парадайз. – Тот сразу заключил ее в медвежьи объятия.

– Никогда ничего прелестнее не видел, – заявил он. – Вы уж простите меня за энтузиазм, крошка, но я наслышан о вас от Фрэнка. Полагал, что он преувеличивает, а оказалось – нет.

Делия умудрилась жизнерадостно улыбнуться, но на самом деле слегка оторопела. Никакая она не крошка, хотя Фрэнк и возвышается над ней, да и этот человек напоминает доброго гризли. То, что Фрэнк о ней рассказывал, придавало ситуации известную достоверность. Она убедилась, что партнеры друг друга знали, так что если бы Фрэнк оставил ее в Англии, это выглядело бы подозрительным.

– Знавал его дедушку и дядю Билла, – поделился Ричард Парадайз, беря гостью под руку и ведя к машине. – Но все никак не мог заманить Фрэнка сюда, к себе. Так что сегодня у меня удачный день. – Он нетерпеливо оглянулся и извиняющимся тоном добавил: – Жду сына. Вот-вот подойдет.

Он принялся болтать с Фрэнком, а Делия с удовольствием стояла около сверкающего лимузина. После длинного перелета приятно размять ноги. Она не обращала внимания на разговор и вздрогнула, когда Ричард внезапно сказал:

– Вот он. Подойди и познакомься с этим прелестнейшим созданием, Джон.

Делия оказалась лицом к лицу с человеком, который сразу же вызвал у нее глубокую неприязнь.

– Я рассказывал тебе о Фрэнке Хейли, – продолжал Ричард, – а это его жена Делия.

– Что ж, приветик, Делия! – Он словно старался взглядом загипнотизировать ее. Делия мгновенно ощутила раздражение Фрэнка. И тут она была с ним солидарна. Даже ее имя Джон произнес с какой-то неуважительной фамильярностью.

– Мой сын Джон, – сообщил Ричард, и Делия невольно сравнила добродушный взгляд отца и скользкий, оценивающий – сына. Она буквально вырвала руку, но глаза Джона не отрывались от лица Делии. Темные, отталкивающе темные, а глубоко внутри – неясный проблеск. Ее едва не передернуло.

Джону было, наверное, лет двадцать восемь. Слишком прилизан, светлые волосы, черты загорелого лица довольно красивы. У Делии создалось странное впечатление, будто Джон ждет момента, чтобы сделать бросок, и она невольно подумала, может ли вообще какая-нибудь девушка к нему привязаться. Он был омерзительно самодоволен, взгляд холодный и раздевающий. Это так на нее подействовало, что она замерла на месте, хотя очень хотелось сделать шаг назад. Не мигая, Джон смотрел на нее.

У него были глаза кобры.

7

Их довезли до отеля, и после знакомства с Джоном Делия от души порадовалась, что не будет жить в доме Парадайзов. Молодого Парадайза следует избегать во что бы то ни стало. Скорее всего он уделял каждой встреченной им женщине навязчивое внимание, но Делии это казалось отвратительным. С нее хватило и одного раза.

– Нам заказывал номер Ричард Парадайз? – спросила она, когда они вошли в холл белого здания гостиницы, украшенного испанскими арками и коваными решетками балконов.

– Нет, это сделал я, – коротко ответил Фрэнк.

Он до сих пор находился под впечатлением от встречи с сыном Парадайза, так что Делия не рискнула больше ни о чем спрашивать, пока они поднимались вслед за портье по лестнице. К тому же ее беспокоил вопрос о спальнях. Ведь они уже находились на территории человека, верящего в счастливый брак. Вдруг Ричард узнает, что они спят в разных комнатах? Она нервничала, исподтишка поглядывая на Фрэнка, но в ответ получила лишь раздраженный взгляд.

– Вот ваши апартаменты, – объявил портье, открывая две двери. – Они соединяются балконом.

– Замечательно, – сердито проворчал Фрэнк. – Надеюсь, больше ни с какими номерами они не соединяются?

– Ни в коем случае, сэр.

Делии показалось, что портье как-то странно взглянул на них, но Фрэнк на такую ерунду внимания не обращал. Он заказал чай. Бой внес багаж, и они остались одни.

– Выбирай любую комнату, – безразличным тоном предложил Фрэнк, еще раз раздраженно взглянув на нее. Делия пожала плечами.

– Обе одинаковые. Мне все равно.

Фрэнк кивнул, забрал свои чемоданы и вышел через дверь, соединявшую номера. Делия обреченно уселась на кровать и принялась разбирать вещи. Если так будет продолжаться, Ричард Парадайз очень скоро изменит свое мнение насчет их идеального брака. Интересно, что представляет собой миссис Парадайз, подумала Делия, и еще раз вздрогнула, вспомнив их сына.

Официант принес чай и сервировал его на балконе. Делия бросила возиться с чемоданами и вышла понежиться в последних лучах солнца. Совсем маленькая гостиница. Даже лифта нет. Раскинулась во всех направлениях среди великолепного сада. Крыши разной высоты, крытые красной черепицей, резко контрастирующей с белыми стенами. Большинство номеров – на первом этаже. Но из их с Фрэнком комнат открывался прекрасный вид на сад и океан.

Больше похоже на гасиенду, решила Делия, ожидая Фрэнка и наслаждаясь испанским колоритом строения, широкой полосой песчаного пляжа и прозрачным, бирюзового цвета океаном.

– Чудесно! – Она с восторгом повернулась к вышедшему на балкон Фрэнку, который лишь усмехнулся.

– Совет человека, который бывает здесь часто, – буркнул он, уселся за белый стол и принялся разливать чай. Делия, даже не успевшая предложить свои услуги, сникла. Опять ее детская непосредственность некстати, в точности как тогда, на катере, на Темзе, пять лет назад.

Она молча села, взяла чашку и кивком поблагодарила Фрэнка. Как часто вспоминается ей прошлое!

– Сегодня Ричард Парадайз с женой с нами ужинают, – сообщил Фрэнк, и Делия резко подняла голову.

– А Джон?

– Не спрашивал, – процедил Фрэнк сквозь зубы. – Очень рассчитываю, что молодого Парадайза больше интересуют ночные клубы.

На лице Делии отразилось отвращение.

– У него глаза, как у змеи... как у кобры.

– Слышал, что у кобр прекрасные глаза, – пробормотал Фрэнк, отпивая глоток из чашки, а Делию передернуло от брезгливости.

– Только если они не принадлежат людям. Меня от Джона в дрожь бросает.

– Не могу сказать, что я от него в восторге, – согласился Фрэнк. Он отодвинул кресло и закинул ногу на ногу. – От него можно ждать неприятностей.

– Если мы не будем обращать на него внимания, он не станет к нам приставать, – с надеждой произнесла Делия. Фрэнк поднял одну бровь.

– Мне довольно сложно не обращать внимания на зловредное насекомое. Держись от него подальше. – То был суровый приказ, и Делия раздраженно взглянула на мужа.

– Приятно было бы влепить ему пощечину и велеть убраться, – размечталась она. – К сожалению, после этого Ричард не станет лучше к тебе относиться, и сделка может не состояться.

– Не смей бояться обидеть этого наглеца! – Фрэнк буравил ее ледяным взглядом, явно с трудом сдерживаясь. – Если он хоть что-то предпримет, ты немедленно отреагируешь! Ты меня слышишь?

– Я не глухая, – быстро ответила Делия, осторожно оглядываясь. Фрэнк повысил голос, и она с облегчением убедилась, что вблизи нет ни души.

– Так или иначе, – продолжал Фрэнк более спокойно, – ты будешь при мне. Я сказал Ричарду, что у нас второй медовый месяц, и он просто зашелся от восторга. И понятно, ждет, что мы будем шептать друг другу милые глупости, держась за руки. Меня этот сценарий вполне устраивает, так что не беспокойся насчет молодого Парадайза.

Делии удалось выдержать взгляд Фрэнка, но пульс внезапно участился.

– Хорошо еще, что Ричард не в курсе насчет двух смежных номеров, – ехидно заметила она. – Когда ты отправишь мне ужин наверх вместе с приветом, он придет в экстаз!

Фрэнк широко улыбнулся.

– Мне было забавно, – признался он, – понаблюдать за реакцией портье. Я весь вечер смеялся. Если тебе станет одиноко, – вполголоса добавил Фрэнк, – ты всегда можешь перебраться ко мне.

– Одиночество меня не тяготит, – отрезала Делия, встала и направилась в свою комнату.

– И снова ты лжешь, – мягко поддразнил Фрэнк, с удовольствием разглядывая ее изящную фигурку. – Тебе надо с этим бороться. Это сложно, если порок наследственный.

Делия поторопилась скрыться в своей комнате, едва не расплакавшись. Теперь она уже не была так уверена в невиновности отца. Ведь сама убедилась, каким он может быть холодным и расчетливым, к тому же при всех своих недостатках Фрэнк всегда был кристально честен.

Еще раз она перебрала в уме причины, по которым Фрэнк решил им помочь. Он потратил много сил, чтобы захватить корпорацию в свои руки. Теперь же ослабил хватку и даже помогает удержать тонущий корабль на плаву.

И все из-за одной сделки в Америке? Не будь она здесь, в Калифорнии, ни за что бы не поверила. По правде говоря, Делия и сейчас не слишком в это верила. Почти каждый день, с той поры как Фрэнк предложил последний вариант спасения фирмы, она с ужасом ждала, когда же выяснится, что на самом деле это лишь еще одна интрига, чтобы отомстить отцу.

Ей придется подыграть Фрэнку вне зависимости от его истинных целей. Но как же это трудно! Ведь она все еще любит своего мужа. Стоит Фрэнку лишь пошевелить пальцем, и она упадет в его объятия. Так или иначе, об этом он не должен догадываться.

Ужин прошел хорошо, поскольку Джон Парадайз не явился. Жена Ричарда оказалась простоватой женщиной с жгуче-черными волосами. Они были настолько явно крашеными, что Делия, как ни старалась, не могла отвести от них глаз. В натуральном виде они, верно, седые, и с седыми волосами миссис Парадайз выглядела бы более пристойно.

– Ой, котик, взгляни! – воскликнула она, когда ее знакомили с Делией. – Натуральная брюнетка! Ты только посмотри на этот блеск. Такой краски не сыщешь.

Ричард ухмыльнулся, а Делия смутилась и растерялась.

– Адда меняет цвет волос так же часто, как и точку зрения, – хмыкнул он. – На этой неделе она брюнетка. Неделю назад была рыжей.

– Пепельной блондинкой! – поправила его Адда Парадайз, ткнув локтем под ребро. – Рыжей я была в прошлом месяце.

– Я уже запутался, – засмеялся он. При таком открытом обсуждении столь деликатного вопроса смущение Делии прошло. Она тоже рассмеялась. Фрэнк был несколько озадачен, но он скрыл растерянность, пригласив всех к столу, который накрыли на широкой веранде с видом на море.

Огоньки горящих свечей отражались в хрустальных бокалах. В центре круглого стола – белые розы.

– Очень романтично, – восхитилась Адда, а Ричард многозначительно ей улыбнулся и объявил громким шепотом:

– Второй медовый месяц. Мы должны об этом помнить и не слишком засиживаться.

Делия зарделась как маков цвет. Фрэнк, помогавший ей сесть, нежно обнял ее за плечи.

– У нас вся жизнь впереди, – спокойно сказал он. – Наш второй медовый месяц начался еще до отъезда из Англии.

Делия немедленно вспомнила квартиру и слабо освещенную спальню и с трудом сдержалась, чтобы не высвободиться из его рук. Чего он от нее ждет? Что она начнет кокетничать? Но ее разрумянившихся щек, по-видимому, оказалось достаточно, чтобы Фрэнк отпустил ее и с довольным видом уселся напротив. Чета Парадайз сияла.

О делах не говорили. Ричарду явно хотелось вспомнить старые времена, дедушку и дядю Фрэнка. Делия и о собственном муже услышала много такого, чего раньше не знала. Оказывается, он приехал в Штаты учиться в Гарварде и свободное время работал вместе с дедом и дядей, изучая на практике суровый и сложный мир американского бизнеса.

– Хейли тогда быстро встали на ноги, – вспоминал Ричард. – Дед Фрэнка до самой смерти напоминал вихрь. И дядя Билл такой же. Эту парочку быстро все узнали. Приходилось быть начеку, чтобы поспеть за конкурентами.

Неудивительно, что Фрэнк сумел так высоко взлететь. Учителями у него были двое классных специалистов, он с ними жил, вместе работал. Так что стереть с лица земли «Корпорацию Гриффин» не было для Фрэнка Хейли непосильной задачей.

– Я поверить не мог, когда после смерти твоего деда Билл погиб в автомобильной катастрофе. Какая трагедия! – Ричард задумчиво взглянул на Фрэнка. – Все думали, ты тут останешься и продолжишь дело, ведь все досталось тебе. Я поразился, когда ты бросил фирму на менеджеров и вернулся в Англию.

– Там мои корни, – коротко заметил Фрэнк. – Я, собственно, и не собирался осесть навсегда в Штатах.

– Да, конечно, ведь твой отец обрел в Англии вторую родину. Я давно не слышал о Джеке. Как он?

– Отец умер.

Больше Фрэнк не сказал ничего, но Ричард и так был потрясен. Он забормотал соболезнования.

Делия содрогнулась – столько горечи было в этих двух словах Фрэнка. Он не забыл, не простил и, значит, не оставил планов мести.

Она понимала, что в какие бы игры Фрэнк ни играл, как бы ни помогал им, рука помощи, протянутая «Корпорации Гриффин», – холодное железо, затянутое в бархатную перчатку. Делия все поставила на карту ради отца, но скорее всего вендетта продолжалась и будет продолжаться, пока Фрэнк окончательно не уничтожит своего врага. Надеяться на светлое будущее нелепо. Фрэнк не даст им вырваться, никогда и не собирался.

Когда Парадайзы уходили, Делия вместе с Фрэнком пошли проводить их. Ночь была дивной. В темно-синем небе высоко стояла луна. Слышался шум океанского прибоя.

Когда машина отъехала, Делия не спешила возвращаться в гостиницу и стояла, любуясь пейзажем. Фрэнка же больше занимала ее стройная фигурка в платье цвета слоновой кости, хорошо контрастирующем с темными волосами Делии.

– Хочешь пройтись по пляжу? – тихо спросил он.

– Пожалуй, – нерешительно согласилась Делия. – Но тебе совсем не обязательно сопровождать меня.

Фрэнк не счел нужным пререкаться, взял ее за руку и повел через сад к пляжу.

– Я заметил, что ты весь вечер поглядываешь на меня с тревогой.

– Ничего подобного! – возмутилась Делия.

– Глаза меня никогда не обманывали, – проворчал он. – Сообщение о смерти моего отца вряд ли могло тебя удивить, ты об этом уже знала. Так откуда твое беспокойство, Делия? Может быть, ты боялась, что я расскажу Парадайзам, как и почему он умер? Ты что, думала, я добавлю: и в смерти моего отца виноват отец Делии? Ты этого ждала, сжимаясь от страха?

– Нет! Я даже не думала об этом! – воскликнула она. Вырвав руку, Делия пошла вперед, но Фрэнк тут же нагнал ее.

– Если ты думаешь, что я позволю тебе одной бродить ночью по пляжу, забудь об этом.

– Я не хочу бродить одна по пляжу, я вовсе не думала, что ты станешь упоминать про моего отца. Почему, что бы ни случилось, всегда виновата я? Ответственность всегда на мне. – Она закусила губу, не в состоянии продолжать. Фрэнк что-то буркнул, взял ее за плечи и повернул к себе.

– Когда это я возлагал на тебя ответственность? – раздраженно спросил он. – Я защищал тебя, заботился о тебе, я носил тебя на руках. Взгляни на меня!

Делия продолжала смотреть под ноги. Тогда Фрэнк нетерпеливо поднял за подбородок ее лицо, но, взглянув в изумрудные заплаканные глаза, немедленно перестал злиться.

– Ах ты, маленькая дурочка! – пробормотал он, притягивая Делию к себе. – Я так ничему и не научился, верно? Мне надо бы подхватить тебя на руки и унести куда-нибудь подальше.

Делия ощущала тепло его тела, его руки медленно гладили спину, губы коснулись скулы и не торопясь двинулись к подбородку.

– Меня беспокоило не то, что ты можешь заговорить об отце, – тихо сказала она, понимая, что Фрэнк слушает ее вполуха, с упоением вдыхая ее запах, все крепче сжимая объятия. – Недавно он открылся мне совершенно с другой стороны. Раньше я была уверена в его невиновности, но теперь... не знаю.

Фрэнк отстранился и побрел по пляжу, Делии ничего не оставалось, как идти за ним.

– Я никогда тебе об этом не рассказывал, Делия, – сдержанно сказал он. – И сейчас не собираюсь. Ты напрасно ждешь от меня подробностей.

– Я ничего не жду, – заверила она почти шепотом, и Фрэнк коротко рассмеялся.

– Верно, ты никогда ничего не ждешь. Даже сейчас ты убеждена, что у тебя нет никаких прав. Ты берешь то, что Берт считает нужным тебе дать, потом снова приходишь за подачкой, так?

– И то, что сочтешь нужным дать ты, – с горечью напомнила Делия. – Если бы я стойко защищала свои права, меня сегодня здесь не было бы.

– И где бы ты была – с Уиллисом? – Фрэнк резко, со злостью повернулся к ней. О чем говорить с этим человеком? Делия круто развернулась и зашагала к гостинице на максимальной скорости, которую позволяли развить высокие каблуки туфель, тонущие в песке.

Она наклонилась, чтобы разуться, но тут ее подхватили две сильные руки и легко, как пушинку, понесли к гостинице.

– Отпусти! – Она беспомощно размахивала руками, но на Фрэнка это не произвело впечатления.

– Заткнись, Делия! – ласково пробормотал он. – Давай представим, что не было этих пяти лет, что тебе девятнадцать. Ты ведь почти не изменилась. От тебя исходит все то же сияние невинности и чистоты. По тебе ни за что не скажешь, что ты была замужем. Ричард наверняка решил, что я умыкнул тебя из монастыря.

Делия слегка растерялась, услышав эту тираду, но краем глаза заметила, что Фрэнк широко ухмыляется, и у нее отлегло от сердца.

Ночью Делия спала крепко, проснувшись позже обычного, поспешила подняться, не зная, позавтракал ли уже Фрэнк. На балконе его не оказалось, в соседнем номере тоже было тихо, но, перегнувшись через перила, она заметила подъезжавшую машину и спешившего навстречу Фрэнка.

Делия отошла от перил на случай, если это приехал Ричард Парадайз, не хотелось показываться ему в неглиже. Но до нее донесся женский голос, который Делия уже слышала и узнала бы всюду, поскольку он не раз преследовал ее в ночных кошмарах.

– Ну вот, я здесь, дорогой, и еле стою на ногах.

– Но выглядишь, как всегда, потрясающе! – Радостный, медовый голос Фрэнка. – Тебе явно на пользу ночные перелеты. Стоит летать почаще.

– Ради тебя я готова хоть жить в самолете.

Делия заглянула через перила, зная, что увидит, и не была разочарована. Лоретта Крейзел, повиснув на руке Фрэнка, направлялась к гостинице. Шествие замыкал бой, кативший тележку с багажом.

– Слава Богу, что ты здесь, – радовался Фрэнк, когда они проходили как раз под балконом Делии.

Это уж слишком! Присутствие любовницы в уговор не входило.

Делия уже однажды через все это прошла, еще раз ей не вынести, хотя сейчас она лишь номинальная жена. Фрэнк вызвал к себе Лоретту, потому что не может без нее обходиться. Она будет ночами навещать его, будет с ним завтракать, ходить на переговоры.

Борясь с унижением и яростью одновременно, Делия принялась паковать вещи. Она уедет до обеда, не станет даже завтракать. Пусть Фрэнк не рассчитывает, что она останется. Как он вчера сказал? «Никогда не возлагал на тебя ответственности?» Разумеется, он обращался с ней, как с дурочкой, и сейчас делает то же самое. Вне всякого сомнения, ее он тоже решил наказать за то, что она Гриффин по рождению.

Через несколько минут в номер Делии вошел Фрэнк, и довольное выражение его лица сменилось гневом при виде раскрытых чемоданов и разбросанных по кровати вещей.

– Что ты делаешь, черт побери? – прорычал он.

– Уезжаю, – сухо объявила Делия. – Игре конец, шоу закончилось. Скажешь Парадайзам, что я сбежала с гостиничным администратором.

Фрэнк надвигался на нее, как хищный дверь из джунглей, но она не отступила. Зеленые глаза сверкали от ярости.

– За кого ты меня принимаешь? – воскликнула Делия. – Ты шантажом заставил меня поехать с тобой и играть роль, от которой меня тошнит, а теперь еще вызвал любовницу. Как ты собираешься объяснить это Ричарду?.. «Ты уже знаком с мой женой, Ричард, а это Лоретта. Она совсем другая, без нее мне не обойтись».

– Разумеется, мне без нее не обойтись! – рявкнул Фрэнк. – Она юрист компании. Я не имею права подписать ни одной бумаги без нее, черт побери!

– Не считай меня дурой! – бушевала Делия. – У нас в компании тоже есть юрист, однако он никогда не фамильярничает с хозяином. «Я здесь, дорогой!» – передразнила она Лоретту.

– Ясно. Ты стояла на балконе и подслушивала! – От презрительного тона Фрэнка Делия разозлилась еще больше.

– Я искала тебя и не нашла. А пряталась потому, что не была одета.

– Ты и сейчас не одета, – заметил Фрэнк, но она не позволила сбить себя с толку.

– Оденусь, когда соберу вещи. Ты явно считаешь меня наивной до глупости, чтобы не принять приезд Лоретты за оскорбление. Недальновидной до идиотизма, чтобы хотеть ребенка, когда мы еще были женаты. Безмозглой до тупости, чтобы разгадать твои хитрости!..

– А ведь ты ревнуешь, – с большим удовлетворением констатировал Фрэнк, начиная остывать. – Ты здесь потому, что я тебя шантажировал, признаю. Тогда с чего бы тебе так остро реагировать на появление Лоретты? – Он взял Делию за плечи и повернул лицом к себе. – Я уже сказал, она – юрист и здесь для того, чтобы поставить свою подпись под контрактом с Парадайзом, других причин нет.

– Ну так можешь считать, что я выхожу из игры! – Делия барахталась в руках Фрэнка в тщетной попытке вырваться, от злости и обиды даже не реагируя на его прикосновение. – Я еду домой, и что бы ты ни говорил, своего решения не изменю.

– А я ничего говорить и не собираюсь, – мрачно объявил он. – С разговорами покончено. – Легкий толчок – и Делия навзничь упала на кровать.

– Не прикасайся ко мне! – Дрожащим голосом предупредила Делия цинично усмехающегося Фрэнка.

– Ты все канючила, что хочешь ребенка, – пробормотал он, расстегивая рубашку. – Я согласен. Возможно, материнство прибавит тебе здравого смысла и оградит от всяких глупых поступков.

– Нет! – Ее не на шутку испугали горящие желанием серые глаза.

– Да, Делия, – мягко сказал Фрэнк. – Ты ревнуешь. И как еще я могу доказать, что Лоретта ничего для меня не значит? Она здесь, а я хочу тебя. И через секунду ты будешь умолять меня заняться с тобой любовью.

– Ты меня не любишь! – Слова вырвались против ее воли. Фрэнк вытянулся рядом, прижал Делию к себе, губами коснулся ее шеи и плеч.

– Так вот что ты хотела услышать, – хрипло прошептал он. – Ладно, я тебя люблю. Так лучше, Делия? Теперь тебе легче, и ты больше не ревнуешь? Понимаешь, что Лоретта – юрист и только?

– Нет! – воскликнула она, стараясь увернуться от ласковых губ. – Она твоя любовница. И такая же, как ты – жесткая, бесчувственная, безжалостная.

– Ну никак ты не вырастешь, – шутливо посетовал Фрэнк, находя ее губы. – Хотя какая разница! Я все равно схожу с ума, когда ты рядом. Все так же слежу за твоей походкой, мне все так же хочется коснуться тебя. – Он спрятал лицо у нее на груди. – Ты пахнешь, как цветок, как утренняя роза, нежная роза в росе. И всегда так было. Ты преследовала меня в сновидениях.

Он поцеловал ее, и Делия сразу прекратила сопротивление, обвив руками его шею.

– Скажи мне, – потребовал Фрэнк. – Скажи мне, Делия.

– Я хочу тебя, – умоляюще простонала она, и Фрэнк стянул с нее ночную рубашку, лаская обнаженную кожу.

– И я тебя хочу, – хрипло признался он. – Я хочу тебя всегда, с того времени, как впервые увидел. На тебе был красный свитер и черная в цветах юбка. Твои волосы рассыпались по плечам, а таких прекрасных глаз я никогда не видел.

– Но ты никогда меня не любил, – пожаловалась она, лаская его лицо и разыскивая губами его рот.

– Не любил? – пробормотал Фрэнк, дыша часто и прерывисто. – Ты понятия не имеешь, что я чувствую. Когда-нибудь я дам тебе волю, но не сейчас. Ты остаешься!

Фрэнк чуть отстранился, но Делия, испугавшись, что он сейчас встанет и уйдет, потянулась за ним, цепляясь за него руками, ища его губы. В глубине души она презирала себя, но противостоять Фрэнку оказалось выше ее сил. Хотелось стать его частью, слиться с ним – навсегда. Поэтому она льнула к Фрэнку, доверчиво следуя за ним к тому мигу, когда мир словно взрывался, и она летела в неведомое пространство.

Когда комната вновь начала обретать четкие очертания, Делия услышала голос Фрэнка:

– Ох, Делия! Ну что мне с тобой делать? Наши отношения похожи на длинную печальную битву в темноте – ни конца, ни надежды.

Делию душили слезы, и она бросилась в душ, а когда вернулась в спальню, застала Фрэнка одетым. Чемоданы исчезли, и она поняла, что Фрэнк повесил платья снова в шкаф.

– Я заказал тебе завтрак. – Он вел себя как ни в чем не бывало. – Сама понимаешь, мне придется позавтракать с Лореттой, надо многое обсудить. Тебе будет скучно, да ты и не захотела бы терпеть общество мисс Крейзел.

Делия, не ответив, уселась перед туалетным столиком и принялась расчесывать волосы, избегая встречаться с Фрэнком глазами и надеясь, что он уйдет и даст ей возможность восстановить душевное равновесие.

– Но ты не сможешь постоянно находиться в стороне, трусишка, – заметил Фрэнк, встав за ее спиной и наблюдая за Делией в зеркало. – Сегодня к восьми мы приглашены на ужин к Парадайзам, Лоретта тоже там будет.

– Надеюсь, я справлюсь, – тихо ответила она, водя по волосам щеткой.

– Там будет много народу, – почти извиняющимся тоном добавил Фрэнк. – Довольно большой прием.

– Неважно, – отстраненно произнесла Делия. Фрэнк пожал плечами и повернулся, чтобы уйти.

– Кстати, – заметил он уже от двери, – я сегодня звонил в Англию, в клинику. Подумал, ты захочешь узнать, как там отец. С ним все нормально.

Это было так неожиданно, что Делия резко повернулась и удивленно уставилась на Фрэнка. Зачем он это сделал?

Заметив ее недоумение, Фрэнк разозлился.

– Вижу, о чем ты думаешь. Считаешь, будто я позвонил туда, надеясь услышать, что Берту стало хуже.

Такая мысль даже не приходила ей в голову, поэтому Делия спокойно встретила его взгляд.

– Ничего подобного, – холодно отчеканила она. – Не стоит судить всех по себе. У некоторых мысли более простые и незатейливые. Я лишь удивилась. Спасибо, что позвонил, спасибо, что сказал мне. А если ты считаешь, что это лишь хорошие манеры простушки, то ты, наверное, недалек от истины. Сегодня утром я еще раз доказала, какая я дура, потому что иначе уже давно была бы в аэропорту.

Делия демонстративно отвернулась и сделала вид, что увлечена прической. Фрэнк, постояв несколько секунд, быстро вышел.

Поняв, что можно больше не притворяться, Делия отложила щетку и уронила голову на руки, охваченная глубокой тоской. Она все еще любила Фрэнка, и любила гораздо сильнее.

Ей давно не девятнадцать. В голове нет романтического тумана. Фрэнк ей нужен, и без него она не представляет себе жизни. А теперь еще потеряна и вера в отца. Так что впереди ждет лишь полная пустота.

Наверное, следует отдохнуть. Делия чувствовала себя вымотанной, а ведь день только начинался. До восьми еще далеко, к тому времени она совсем изведется. Уж лучше поспать.

8

Делия проснулась как раз вовремя, чтобы успеть привести себя в порядок. Сразу же принялась за дело, зная, что вечером должна выглядеть как можно лучше. Почему Ричард и Фрэнк тянут со сделкой? Почему еще не подписали бумаги? Потому, что Лоретта приехала только сегодня, напомнила она себе. Теперь дело сдвинется с мертвой точки и скоро ее семейная жизнь с Фрэнком придет к концу.

Она выбрала белое муаровое платье, которое недавно купила, собираясь ужинать с Бобом. Ужин не состоялся, потому что в корпорации назрел очередной кризис, а Делия всегда в таких случаях откладывала развлечения.

Подойдя к зеркалу, она осталась довольна: одно плечо обнажено, облегающий лиф, от талии расходятся мягкие складки. Делия испытывала удовлетворение от того, что не Фрэнк купил ей это платье. Хотя изумрудное ожерелье и золотой браслет с изумрудной же застежкой, которые пришлось надеть, – его подарок.

Разглядывая себя в зеркале, Делия огорчилась, что выглядит слишкой юной даже в этом роскошном платье. Повинуясь внезапному порыву, что случалось с ней исключительно редко, она позвонила портье и спросила, есть ли в гостинице парикмахер. Таковой нашелся, так что к восьми часам Делия выглядела потрясающе: забранные вверх волосы затейливо переплетались на макушке и спадали вниз каскадом локонов.

Фрэнк позвонил и предупредил, что будет ждать в холле. Взяв крохотную вечернюю сумочку, она бросила последний взгляд в зеркало и покинула номер.

Лестница вела в просторный, ярко освещенный холл. Пока Делия спускалась, головы всех присутствующих поворачивались к ней. Она это заметила и, занервничав, побледнела. Со стороны Делия казалась почти воздушной. Когда она осмелилась поднять глаза, то увидела, что Фрэнк, очень серьезный и торжественный, идет навстречу, не сводя с нее горящего взгляда.

Сердце ее екнуло и тревожно забилось, такое откровенное желание читалось в глазах Фрэнка. Она упала бы к его ногам, будь это любовь, но, увы, это было лишь желание.

– Где она? – Делия не стала утруждать себя приветствиями и оглядывала холл, разыскивая женщину, которая грозила занять ее место в сердце Фрэнка.

– Уже уехала, – сердито ответил он. – За ней заехал Джон Парадайз.

– Ты позволил ей поехать с Джоном? – изумилась Делия.

Фрэнк мрачно усмехнулся, расслышав в ее голосе удивление. Наверное, Делия так и осталась при своем мнении, будто они с Лореттой любовники, подумал Фрэнк.

– Она способна сама о себе позаботиться, – холодно ответил он. – В отличие от тебя Лоретта в защите не нуждается. Молодой Парадайз это сразу понял. Уехал несколько озадаченный.

– Я тоже могу о себе позаботиться, – возразила Делия. Фрэнк взял ее под руку и повел к ожидавшему такси. Он никогда не упускал шанса подчеркнуть ее беспомощность.

– Не станем испытывать судьбу, – с иронией пробормотал он, бросая взгляды на ее прелестное лицо и хрупкую фигурку в красивом платье. – Ты будто вышла из утреннего облака и похожа на фею цветов. Лоретта же способна постоять за себя где угодно и обратить в свою пользу любую невыгодную ситуацию. Если Джон попробует на ней свои штучки, ему не поздоровится.

Весьма вероятно, мрачно подумала Делия, парочка достойна друг друга. Но Делия знала, к кому прилипнет Лоретта, стоит им появиться в клубе. Фрэнк посадил ее в такси и всю дорогу не обращал на нее внимания. Его молчание начало действовать ей на нервы, но, к счастью, далеко ехать не пришлось.

Какие бы страсти ни одолевали Фрэнка, он держал их в узде. Когда он взял Делию под руку, прикосновение возбудило в нем жгучую волну желания. Он ненавидел себя за это. Если бы у Делии хватило наблюдательности, думал Фрэнк, она могла бы торжествовать, но проницательность не была ей свойственна.

Однако от Делии не укрылось его состояние. Да, Фрэнк ее хочет, но к любви это не имеет никакого отношения. Любовь нежна и добра, она умеет прощать. Фрэнк же не прощает никогда, а в один прекрасный день исчезнет и его желание.

Клуб сиял огнями, теплый ночной воздух был наполнен музыкой. Это заведение предназначалось лишь для самых богатых, что было слишком очевидно.

Сквозь освещенные окна виднелись сверкающие люстры и разноцветье дорогих туалетов. Делия с облегчением поняла, что в своем шикарном платье не будет белой вороной.

Их уже ждали Ричард с женой и Джон с Лореттой.

– Вы заставляете меня радоваться тому, что я продолжаю жить. – Ричард ласково взял Делию под руку. – Мне кажется, такой красоты мне не вынести.

Делия рассмеялась, подняла голову и увидела, что Адда Парадайз с улыбкой смотрит на нее. В этот вечер волосы у Адды были белокурыми, и Ричард перехватил удивленный взгляд Делии.

– Да парик, парик, – доверительно прошептал он, похлопывая ее по руке. – У нее такое хобби. Всю жизнь этим увлекалась. Наверное, таким способом старалась поддерживать во мне интерес. Но мне чаще хотелось грохнуться в обморок.

– Я решила, что с вашими волосами мне трудно конкурировать, – пояснила Адда, кивком указывая на блестящие локоны Делии. – Думаю, пора завязывать с черным цветом. Слишком уж легко догадаться, что волосы крашеные.

– В самом деле? – пробормотал Джон Парадайз, протискиваясь поближе к Делии. – Глазам своим не верю. Когда я встретил вас накануне, я был потрясен. Теперь же вы кажетесь мне просто неземной.

– Она земная лишь для меня, – предупредил его Фрэнк и крепко взял Делию за руку. – Для остальных она – игра воображения.

Старшие Парадайзы уже разговаривали с Лореттой и пропустили эту пикировку, отчего Джон несколько осмелел.

– Иными словами, руки прочь, – мрачно резюмировал он, уставившись на Фрэнка.

– Это моя жена, – с угрозой уточнил Фрэнк.

– А разве я сомневался? Для меня естественно делать комплименты прекрасным женщинам. Им обычно нравится.

– Мужья, возможно, не в восторге, – ядовито предположил Фрэнк. – Мне думалось, на сегодняшний вечер ваша дама – мисс Крейзел.

Джон с мрачной ухмылкой взглянул на Лоретту.

– Суровая дама, – пожаловался он, а Фрэнк увлек Делию прочь, буркнув:

– Так и думал, что вы заметите.

Лоретта, находясь слишком далеко, чтобы расслышать этот обмен любезностями, ничего, однако, не упустила: ни покрасневшего от смущения лица Делии, ни оценивающего взгляда Джона Парадайза, ни мрачного раздражения Фрэнка. Извинившись перед своими собеседниками, она подошла к Фрэнку и взяла его под руку.

– Я уж думала, ты никогда не приедешь, – промурлыкала она. – Какие странные люди! Давай скорее закончим дела и назад, в Лондон.

Делия старательно смотрела в сторону, всем своим видом демонстрируя неприязнь. Фрэнк будет недоволен? Ну и пусть. Разумеется, Лоретте хочется поскорее вернуться в Лондон. Интересно, а на заседаниях она тоже говорит таким бархатным голосом, или интимные модуляции припасены исключительно для Фрэнка?

Тут в разговор вступил Ричард, и атмосфера несколько разрядилась. Клуб был огромным, вряд ли в Лондоне можно было найти что-то подобное. Даже на Лоретту он произвел впечатление. Делия иногда тайком поглядывала на соперницу, которую до сих пор не доводилось видеть так близко, и теперь вынуждена была признать, что Лоретта вызывающе красива.

Прямые волосы медового цвета, никаких кудрей и волн, с которыми всю жизнь мучилась Делия. И одета великолепно – прямое темно-синее шелковое платье облегало точеную фигуру. Делия решила, что мисс Крейзел совсем не похожа на юриста. Выдавали лишь глаза: ледяной голубизны, внимательные, умные и жесткие.

На Делию Лоретта бросала холодные ироничные взгляды и совсем иначе смотрела на Фрэнка, чего и не пыталась скрыть от его жены.

После ужина вечеринка продолжилась. Начались танцы, но Делию захватили в плен Ричард и Адда, которым, похоже, она очень нравилась. Они начали знакомить ее со своими друзьями. Лоретта тут же воспользовалась моментом и завладела вниманием Фрэнка. Они ворковали до тех пор, пока идиллию не нарушил младший Парадайз, и Делия даже испытала к Джону нечто похожее на благодарность.

Фрэнк пригласил Делию танцевать, но почти все время молчал. Постоянно посматривая на соперницу, Делия удивлялась, что той, казалось, по душе общество Джона.

Ловя взгляды Лоретты, Делия старалась убедить себя, что та смотрит на Фрэнка, но понимала, что это не так. Слишком уже внимательны были холодные голубые глаза. Что-то готовится, забеспокоилась Делия. Если Лоретта Крейзел так мила с Джоном Парадайзом, значит, ей это выгодно.

Через некоторое время Делия снова оказалась в обществе Ричарда и Адды, а Фрэнк увел танцевать Лоретту. Делия старалась не замечать, как уверенно лежит рука партнерши на плече Фрэнка, и вздрогнула, когда подошел Джон Парадайз и пригласил ее.

Хотя вряд ли это можно было назвать приглашением. Он потребовал! Делия в присутствии его родителей не решилась отказать и выдавила холодную улыбку, которая очень развеселила Джона.

– Значит, – начал он, когда они затерялись среди танцующих, – вы с Фрэнком разошлись.

– Ничего подобного, – быстро возразила Делия. – С чего вы взяли?

Теперь она знала, о чем шепталась Лоретта с этим змеенышем. Неужели мисс Крейзел не знает, что Ричард хотел продать свое дело только примерному семьянину? Делия совсем растерялась. Фрэнк не мог ей помочь, поэтому приходилось действовать на свой страх и риск.

– Все чересчур хорошо, чтобы быть правдой. Никогда раньше не встречал такого ревнивого мужа, – насмешливо добавил он.

– Ну, уверена, что касается мужей, тут вы настоящий эксперт, – парировала Делия. – Но в данном случае у вас неверная информация.

– Я так не думаю, детка, – ухмыльнулся он. – Раздельное проживание говорит само за себя. По моей информации, вы ведь живете в соседних номерах, хотя и лучших в гостинице?

– Как вы смеете со мной так разговаривать? – возмутилась Делия. Тревога ее перешла в ярость. – Наши дела – не ваша забота.

– Но моего отца они интересуют, – ядовито заметил он, заводя ее в угол, подальше от посторонних глаз. – Однако меня можно уговорить не сообщать ему об этом.

Делия резко дернулась, пытаясь вырваться, но Джон лишь засмеялся и крепче ухватил ее. Она изо всех сил боролась и даже не заметила подошедшего Фрэнка. Вдруг лицо Парадайза исказилось от боли: Фрэнк взял Джона за шкирку, как котенка, и воротничок врезался тому в шею, мешая дышать.

– Разве я не велел тебе держаться подальше от моей жены? – спросил Фрэнк сквозь зубы. – Вижу, по-хорошему ты не понимаешь.

Он положил руку на плечо Джона, и Делия изумленно увидела, как тот медленно начинает опускаться на колени.

Наверняка инцидент привлек внимание присутствующих, поэтому Делия попробовала вмешаться.

– Фрэнк! Пожалуйста! – дрожа, попросила она. Ей еще не приходилось видеть Фрэнка в таком гневе. Поэтому она с облегчением вздохнула, когда подошел Ричард, изумленный и раздраженный.

– Что тут происходит, черт побери? – спросил он, и Фрэнк разжал пальцы. Ричард увидел, как сын, пошатываясь, выпрямился, массируя шею. Он был белее мела. Молча протиснувшись сквозь толпу, Джон вышел из клуба.

Фрэнк прижал к себе Делию и только тогда повернулся к Ричарду.

– Если я вижу, как кто-то грубо обращается с моей женой, у меня темнеет в глазах, – холодно объяснил он. – Я еще выясню, в чем дело, а пока мы уходим. Если сделка состоится, Ричард, мы завтра все подпишем, если нет – забудь. В любом случае мы завтра возвращаемся домой.

Подошедшая Адда немедленно заметила уже выступившие синяки на хрупких руках Делии.

– Господи, дорогой, ты только взгляни! – шепотом обратилась она к Ричарду, и на его лице гнев немедленно сменился беспокойством.

– Я с ним дома разберусь, – пообещал он. – О сделке не волнуйся, Фрэнк. Этому молодому человеку придется многое объяснить.

Но Фрэнк был не в настроении идти на мировую. Он обнял Делию за плечи и повел к выходу.

– Плевал я на сделку, – буркнул он. – Мне она без разницы. Дай мне знать завтра и пораньше.

Они вышли из клуба, провожаемые любопытными взглядами всех присутствующих.

– Не смущайся, – бросил Фрэнк, все еще сердясь, а Делия едва сдержала истерический смех.

– Да я не смущаюсь, – прошептала она, стараясь успокоиться. – Интересно только, что этот подонок скажет Ричарду, когда вернется домой. Мне он объявил, что знает о наших действительных отношениях.

– В самом деле? – пробормотал Фрэнк таким тоном, будто его это вовсе не интересует.

– Ты не оценил всей серьезности ситуации, – настаивала Делия, стараясь поспеть за ним. – Когда Ричард узнает правду, сделке конец.

Фрэнк вполголоса выругался, но это скорее относилось к его собственным чувствам, нежели к сделке. Когда Делия садилась в такси, она все еще дрожала. Столько переживаний, столько неприятностей – и все впустую. Она не смела даже заикнуться о своих подозрениях, что именно Лоретта спровоцировала эту безобразную сцену. А ведь когда они вернутся в гостиницу, Фрэнку захочется узнать все подробности.

Она откинулась на сиденье в полном изнеможении. Придется держать свои догадки при себе, иначе Фрэнк решит, что она из ревности пытается навлечь на Лоретту неприятности.

Фрэнк привел ее прямиком в номер, закрыл дверь и повернулся к Делии.

– Слово в слово! – потребовал он, не сводя с нее пристального взгляда.

– Да слов было немного. Он пригласил меня танцевать, нет, велел пойти с ним танцевать и сразу же все выложил. Заявил, что мы с тобой разошлись. Он знает даже про отдельные номера.

– Почему ты просто не ушла от него? – проворчал Фрэнк. Она раздраженно взглянула на него.

– Ты как раз наблюдал результаты моей попытки. Я могла бы его ударить, но решила предоставить разбираться тебе.

– И на что ты рассчитывала? Что я посмеюсь? – прорычал Фрэнк. Делия вздохнула и отвернулась.

– Нет. Я тебе обрадовалась, но чувствовала себя неловко. Он сегодня все расскажет Ричарду, и ваша сделка распадется.

– К черту сделку! – пробормотал Фрэнк. Подошел к телефону и, набрав номер, резко сказал: – Принесите моей жене чай. И побыстрее. Надень халат, – хмуро предложил он ей. – Тебе будет комфортнее.

Делии показалось это хорошей мыслью, к тому же был шанс, что, когда она вернется из ванной комнаты, он уже уйдет. Ведь Фрэнк бросил Лоретту в клубе. И даже если эта дама и способна отбиться от целой орды хулиганов, негоже поступать с ней не по-джентльменски.

Делия ушла в ванную, сняла нарядное платье, с грустью подумав, что все приготовления к приему пошли насмарку. Она, не торопясь, умылась, расчесала волосы, но, когда вышла, Фрэнк все еще был в ее номере. Он сидел в кресле и о чем-то размышлял.

Он показал на уже принесенный поднос с чаем, подождал, пока она не налила себе чашку, и только тогда заметил:

– Значит, Лоретта попыталась потопить корабль. Почему бы тебе не сказать об этом в открытую?

– Не в моей компетенции рассуждать о крупных сделках, – осторожно произнесла Делия. – Так или иначе, Джон сказал: «по моей информации». Возможно, насплетничал кто-нибудь из гостиничной обслуги.

– Недурственная попытка, Делия, – насмешливо протянул Фрэнк. – Насколько мне известно, этот тип со змеиными глазами со дня нашего приезда тут не бывал, только сегодня заехал за Лореттой. И все время был у меня на виду. Никто с ним не разговаривал.

Делия слегка улыбнулась, ее позабавило, как Фрэнк охарактеризовал Джона Парадайза. Она сама так о нем думала. Но ей не хотелось быть втянутой в рассуждения о Лоретте.

– Ну, мне непонятно, чего она этим рассчитывала добиться, – заметила Делия, – а потерять могла многое.

– Зная твой пунктик, не стану спрашивать, что именно, – съязвил он. – Пей чай. Завтра я до всего докопаюсь.

– Мне кажется, что о сделке теперь не может быть и речи, – вздохнула Делия. – Джон наверняка наврет отцу с три короба, хотя бы для того, чтобы оправдаться. К тому же ты явно причинил ему сильную боль. О каких сделках может идти речь!

– Ты считаешь, что я должен был сделать вид, будто ничего не заметил? – сухо поинтересовался Фрэнк. Она энергично затрясла головой. При воспоминании о безобразной сцене ее передернуло. – А что до сделки, – продолжил он, – не так уж она и важна. Я в этой стране настолько зацепился, что вполне могу обойтись без фирмы Парадайза.

– Тогда зачем?.. – Делия изумленно уставилась на него. Фрэнк встал, бросил на нее насмешливый взгляд и направился к двери.

– Все дьявольские хитрости. – Внезапно передумав уходить, он повернулся к Делии. – Дай мне взглянуть на руки. Он здорово тебя прижал?

Делия не успела его остановить. Фрэнк поднял рукава халата, разглядывая темнеющие синяки злыми, прищуренными глазами.

– Мне бы надо было свернуть ему шею, – процедил он. – Больно?

Он обеспокоенно смотрел на нее, но Делия отрицательно покачала головой и мимолетно улыбнулась, тронутая заботой Фрэнка.

– Чуть-чуть. Я подержу руки в холодной воде.

– Может, попросить посыльного купить какую-нибудь мазь? Здесь есть ночные аптеки.

– Да все пройдет, Фрэнк, – заверила Делия, машинально кладя ладонь на его рукав. Фрэнк посмотрел на нежные пальцы, казавшиеся прозрачными на темной ткани. Когда она подняла глаза, в них светилась нежность. Он взял лицо Делии обеими руками и осторожно поцеловал в губы.

– Ладно, Делия. Если понадоблюсь, я рядом.

– А ты не вернешься за Лореттой? – спросила она и получила в ответ кривую усмешку.

– Нет. Если она здорово заведется по поводу того, что ее бросили, значит, не виновата. Если же не станет заострять вопрос, тогда наверняка у нее рыльце в пуху.

– Ты можешь ошибиться, – пожала плечами Делия, и Фрэнк бросил на нее быстрый взгляд.

– Могу, – спокойно согласился он. – Тут все дело в чутье, а у тебя чутье всегда было лучше, чем у меня. Так как ты полагаешь?

– Откуда мне знать? – поспешно спросила она, чувствуя себя неуютно под внимательным взглядом Фрэнка.

– Ты весь вечер за ней следила. Если Лоретта что-то затевала, ты должна была заметить. – С этими словами Фрэнк вышел, оставив Делию в полном недоумении. Почему его не заботит сделка, ради которой он вытащил ее сюда с таким трудом? А теперь создается впечатление, что он просто оказывал услугу Ричарду, покупая его фирму.

Но тут Делия напомнила себе, что невозможно проследить за ходом мыслей Фрэнка. Лоретта же наверняка интриговала. Да черт с ней. Главное, что завтра они уедут и не придется больше встречаться с этим ужасным Джоном Парадайзом.

Делия встала довольно рано, но Фрэнка нигде не было видно. Почему-то после вчерашнего вечера она чувствовала себя более уверенно. Ведь Фрэнк ее защитил. Гнев его не был притворным, и дело не только в ревности. Делия решила позавтракать в ресторане. Не будет она прятаться в комнате, как испуганный ребенок. Может, за завтраком удастся выведать у Лоретты, не она ли разболтала Джону то, что ему знать совсем не полагалось.

Но внизу не было ни Фрэнка, ни Лоретты, и Делия не смогла скрыть огорчения, подумав, что они где-то вместе.

Позавтракав без аппетита, она отправилась в свою, скорее всего, последнюю прогулку по пляжу, потому что знала: Фрэнк ни за что здесь не останется, даже если дело будет завершено благополучно. Жаль, что такое прелестное место послужило сценой для обмана, в котором ей тоже пришлось принять участие. Хорошо было бы приехать сюда в отпуск. Но только если с Фрэнком, сразу же напомнила она себе. Ни с кем другим, да и одной тоже здесь делать нечего.

Когда она вернулась, Фрэнк уже был в гостинице.

– Мы сегодня улетаем, – сообщил он, как только Делия вошла в номер.

– Я буду готова. – Больше Делия ни о чем не собиралась говорить, ей ничего не хотелось знать. По крайней мере еще останется надежда, что все это притворство и ее собственные переживания не прошли впустую.

– Если хочешь, мы можем остаться и как следует отдохнуть, – тихо предложил Фрэнк, глядя на ее расстроенное лицо.

– Отдохнуть? Ох, Фрэнк, если хочешь сделать мне одолжение, не предлагай продлить весь этот кошмар. Мне не терпится отсюда убраться. И что бы ни случилось, я со своей ролью справилась. Не забывай об этом. Не моя вина, что пришлось иметь дело с придурком.

От ее тона Фрэнк слегка нахмурился, но сдержался и серьезно кивнул.

– Да. Твоей вины тут нет. Ты хорошо сыграла роль, Делия. И даже превзошла мои ожидания.

Делия покраснела. Не понять намек было невозможно.

– Значит, ты поможешь «Корпорации Гриффин» выкарабкаться? – настойчиво спросила она. Он отвернулся и равнодушно пожал плечами.

– Я же сказал. Дал слово. Вчерашний конфликт не твоя вина. Так или иначе, на результат это практически не повлияло, хотя отношения между мной и Ричардом несколько испортились. Утром я подписал договор.

– Вместе с Лореттой? – Делия ничего не могла с собой поделать, слова сорвались с языка помимо воли. Фрэнк сердито посмотрел на нее.

– Естественно. Я же говорил, у нее право второй подписи.

– Значит, она возвращается с нами? – тихо спросила Делия. Он вполголоса выругался и направился к двери.

– Лоретта уже улетела. Ей кое-что надо сделать в Нью-Йорке. А мы возвращаемся домой.

– Ей не понравится, что ты ее бросил в Штатах, – настаивала Делия, но Фрэнк лишь раздраженно взглянул на нее.

– Понравится или не понравится, не имеет значения. Она на меня работает, и такой работой не бросаются. Если мисс Крейзел хочет остаться, то будет делать то, что я ей велю, и ездить туда, куда я ее пошлю. Собирай вещи, Делия, и не лезь не в свои игры, особенно если не готова в любой момент выложить туза.

– У меня и нет туза, – с несчастным видом заметила Делия. За мгновение до того, как закрыть дверь, Фрэнк обернулся.

– Еще как есть, дорогая. Беда в том, что ты никогда этого не понимала.

9

После роскошного солнца Калифорнии Лондон показался серым и мрачным.

По дороге из аэропорта Делия смотрела в окно такси на сгущавшиеся сумерки. Рядом молча сидел Фрэнк. Она тоже молчала, почти сдерживая дыхание, боясь сказать что-нибудь не то.

Они не обсуждали никаких планов, но было ясно, что первым делом придется заехать на квартиру. Фрэнк, уезжая, оставил машину на подземной стоянке. Делия хотела в аэропорте взять второе такси, но Фрэнк пообещал отвезти ее домой.

Делия едва не поморщилась, когда вспомнила старую поговорку насчет того, что дом твой там, где твое сердце. А ее сердце всегда было и останется с Фрэнком. Отныне ей придется жить с отцом, но из корпорации она все равно уйдет и подыщет себе другую работу. В этом смысле Делия очень надеялась на Боба Уиллиса. Вряд ли он откажется взять ее на работу, хотя Фрэнк и велел ему держаться подальше.

– Зайди в квартиру.

Делия очнулась и увидела, что такси уже остановилось и водитель вытаскивает их багаж. Делия занервничала.

– Это необходимо? – тихо спросила она. – Нельзя ли просто отвезти меня домой?

– Я хочу с тобой поговорить, – настаивал Фрэнк, холодным взглядом отпуская таксиста, который поспешно уехал. Фрэнк взял чемоданы, оставив Делии две маленькие сумки. – Выпьем по рюмке коньяку, перекинемся парой слов, и поедешь.

Она как можно спокойнее кивнула. Собирается ли Фрэнк сказать, что теперь она может начать бракоразводный процесс? Или выдвинет еще условия, на которых будет помогать их компании?

Зачем я согласилась? – ругала себя Делия в кабине лифта.

Скорее всего сегодня она в последний раз в этой квартире, где была поначалу невероятно счастлива, а потом впервые узнала, почем фунт лиха. Ей было слишком больно бросать последний взгляд на знакомые вещи, поэтому она осталась стоять в центре гостиной, крепко сцепив перед собой руки.

Фрэнк скептически взглянул на нее, налил коньяк и протянул ей рюмку.

– Я бы выпила чаю, – тихо возразила она. Фрэнк пожал плечами.

– Ты знаешь, где кухня. Это ведь и твоя квартира.

Он явно ее провоцировал, но Делия решила не обращать внимания. Она прошла в кухню и занялась приготовлением чая, прислушиваясь одновременно к каждому движению Фрэнка. Тяжело было ждать, когда он объявит о своем решении, каким бы оно ни оказалось. В блестящем уме Фрэнка постоянно роились идеи. Он все продумывал тщательно и до конца.

Когда она вернулась в гостиную, Фрэнк с закрытыми глазами сидел в кресле. Делия осторожно опустилась на диван и приготовилась ждать, не желая торопить его. Фрэнк выглядел усталым, как будто нес тяжелый груз, и ей показалось, что он думает сейчас о родителях. Неужели память о них грызет его все эти годы? Именно поэтому он мог работать практически круглосуточно и за несколько лет сколотил фантастическое состояние?

– Какие у тебя планы?

Оказывается, Фрэнк следил за ней, и Делия виновато поежилась, прежде чем ответить:

– Все зависит от того, что ты намерен предпринять. Если будешь брать все в свои руки, тогда мне надо быть в офисе, чтобы ввести тебя в курс дела. С другой стороны, если ты предпочтешь быть в тени и только помогать, тогда мне придется остаться, пока отец не поправится. А потом я уйду.

– И куда далее? – коротко поинтересовался он.

– К Уиллису. Он давно предлагал мне место. Именно об этом Боб и говорил, когда...

–...Я на него налетел, как петух, – закончил Фрэнк, впиваясь в нее холодным взором. – Эти последние годы ты чертовски здорово поработала, к тому же когда-нибудь фирма перейдет к тебе. Зачем сейчас уходить, когда все можно спасти, а через несколько месяцев компания будет работать нормально?

– Из чувства самосохранения, – спокойно ответила Делия. – Я заслужила новую жизнь, совсем другую. Хочу начать сначала и ни во что больше не впутываться. – Она решила высказать все и больше не терзаться. – Если ты согласен, я подам на развод. С этим можно разобраться сразу, компания тут ни при чем.

Фрэнк внимательно разглядывал ее.

– Я буду возражать против развода, – проговорил он ровным голосом.

От удивления Делия на миг потеряла дар речи.

– Ты же сказал... В тот вечер, когда ты так мерзко обошелся с Бобом, ты сказал, что я могу подавать на развод.

– Иногда мне изменяет выдержка, – развел руками Фрэнк. – Сейчас я не злюсь и, повторяю, развода тебе не дам.

– Ты не можешь... Мы уже так давно расстались. Даже если ты серьезно, я через год могу получить развод и без твоего согласия. Пустая формальность.

– Я вполне серьезен, – заверил Фрэнк. – Для той формальности, о которой ты говоришь, закон требует пять лет раздельной жизни. За последнюю неделю мы с тобой дважды были близки. В глазах всего мира мы помирились. Так что никакого развода!

Делия вдруг все поняла. Их «любовь» тоже была частью плана, как водится у Фрэнка, и она попалась на удочку.

– Значит, ты нарочно, – прошептала она. – Ты даже это... запланировал.

– А ты помогла. – Он криво усмехнулся. – Не припоминаю, чтобы ты слишком сопротивлялась, Делия, напротив, была моей активной помощницей. – Прищурившись, он посмотрел на нее. – Мне тоже не пришлось мучиться, я ведь всегда тебя хотел, с первой встречи.

– Отвези меня домой! – Делия вскочила и в ярости уставилась на него, но Фрэнк оставался бесстрастным. Он возражал против развода по совершенно непонятным причинам, и хотя она все равно могла поступить по-своему, Фрэнк вряд ли будет сидеть сложа руки. Кто знает, что он предпримет?

– Можешь остаться здесь, – предложил Фрэнк. Издевается, что ли? – Здесь лучше, чем в том огромном холодном доме, где ты жила последние годы. Для всех окружающих мы помирились. Пусть продолжают так думать. Я нисколько не сомневаюсь, что твой отец будет в восторге.

– С чего бы это? – Она все еще надеялась, что Фрэнк отвезет ее домой.

– Не валяй дурака, Делия, – буркнул он, медленно поднимаясь с кресла. – Я ведь так или иначе вам помогаю. Рано или поздно Берту Гриффину придется работать вместе со мной. В глазах знакомых для него не так унизительно принимать подачки от зятя, который только что снова сошелся с его дочерью.

Делия, как ни старалась, ничего понять не могла. Ясно лишь, что Фрэнк задумал еще какую-то пакость, но что именно, ей знать не дано. Ее снова охватил страх.

– Ты же обещал, – запинаясь, выговорила она. – Я только делала вид, что мы помирились, и свои обязательства выполнила. Ты сказал, что поможешь «Корпорации Гриффин». Дал слово.

– Я его сдержу, – мягко уверил он. – Вся беда в том, Делия, что теперь, когда ты на время вернулась к семейному очагу, мне хочется заполучить тебя навсегда. Возвращайся ко мне, и я сниму твоего отца с крючка.

– Ты обещал! – Она смотрела на него испуганными зелеными глазами, а Фрэнк лишь пожал плечами и слегка улыбнулся.

– Я обещал помочь компании. Ни слова не говорил, что прощу твоего папашу. И никогда не собирался. Отомстить можно разными способами.

– И что ты будешь делать?

– Опять у тебя на лице то же выражение, – насмешливо пробормотал он. – Снова ты уверена в моей злокозненности. А что касается моих намерений, я никогда не выкладываю карты на стол до подходящего момента. Я долго ждал. Подожду еще, если ты, конечно, захочешь рискнуть.

Делия почувствовала, как ее охватывает гнев. Попалась! Она всегда попадается: сначала влюбилась в Фрэнка, потом хотела помочь отцу. Теперь Фрэнк спокойно заманивает ее в новую ловушку. Сомнений нет, он использует ее, как делал всегда, чтобы добиться собственных целей. Он же не попросил ее вернуться, потому что любит. Не любит и никогда не любил! А теперь еще и угрожает, взывая к ее совести и верности отцу.

– Недурственная попытка, но тебе не повезло, – презрительно заявила она. – Ты рассчитываешь на мои дочерние чувства. Но на этот раз, Фрэнк, ты просчитался. Я уже другая. Когда-то я сделала бы все, тебе стоило только попросить, но теперь с этим покончено.

Улыбка сползла с его лица, уступив место тревоге. Делия воодушевилась. Один раз, один только раз ей удастся провести Фрэнка. Если она сможет выбраться отсюда, не показав, что любит его больше, чем прежде, можно будет считать это победой.

– А что касается отца, – продолжала она, поскольку Фрэнк хранил молчание, – так ему я доверяю не больше, чем тебе. За последние недели я убедилась, что выбирать-то между вами нечего. Вы оба готовы использовать меня, чтобы добиться своего. Но на этот раз я не поддамся. Мы будем придерживаться условий сделки, и я рассчитываю, что ты слово сдержишь. А потом я начну новую жизнь, в которой не будет ни отца, ни тебя. Боб Уиллис с радостью возьмет меня в свою фирму вовсе не из-за какого-то особого ко мне отношения. Я умею работать, Фрэнк. И собираюсь это делать.

– Ты хочешь, чтобы я сказал, что люблю тебя? – тихо спросил он. Делия отвернулась, взяла чемодан и сумку.

– Не унижай себя ложью, – бросила она. – Ты никогда не лгал, так что поздно начинать. Да и мне уже все равно. Я просто хочу домой. Свое дело я сделала.

Делия решительно направилась к двери, внутренне ликуя. Может, она и проиграла сражение, но выиграла битву!

Фрэнк в «Корпорации Гриффин» не появлялся. Когда Делия пришла в офис в понедельник, ей сразу стало ясно, что ситуация изменилась к лучшему, но Фрэнк руководил по телефону, не желая заходить в столь ненавистное ему здание. Жизнь кипела, почти как в лучшие дни.

Хейли прислал одного из своих лучших менеджеров, Фреда Осборна, гения средних лет, который вместе с Делией копался в делах компании. Вряд ли его отношение можно было назвать отеческим, но Делия вскоре привыкла к нему и работала с удовольствием. Она многому училась у Фреда, и ей приятно было замечать его быстрые довольные взгляды, когда ей удавалось выдвинуть удачное предложение. Делия по-прежнему старалась себя убедить, что Боб возьмет ее на работу не из жалости, а потому что она того стоит.

Отец поправлялся. Правда, его поведение бесило Делию. Компания уже не была в опасности, и он взял за моду, хотя ни разу еще не был в офисе, критиковать почти все планы Делии, обращаясь с ней, как с неразумным младенцем.

К счастью, Фред Осборн лишь произносил что-то нечленораздельное, когда слышал о пожеланиях Берта, и продолжал все делать по-своему. Он признался Делии, что каждый вечер отчитывается перед Фрэнком, недовольство которого, похоже, беспокоило Осборна куда больше, чем чье бы то ни было.

Делии, как ни странно, было приятно, что Фрэнк все держит под контролем, и она заливалась краской при мысли о том, что Фред Осборн, возможно, рассказывает и о ее интересных предложениях. Она с удовольствием ушла в работу, это мешало думать о Фрэнке. Тоска по нему всегда преследовала Делию, а теперь, после совместной поездки в Штаты, еще сильнее чувствовалось одиночество. Разумеется она любила Фрэнка, умирала от желания оказаться в его объятиях... Но только, если бы могла поверить в его любовь.

Однажды вечером она закончила работу рано и решила пройтись по магазинам. Дни стояли теплые, хотя стали уже короче. К тому времени как Делия сделала все покупки, витрины были уже ярко освещены, а на небе зажглись первые звезды.

– Да это же жена Фрэнка! – Делия отвернулась от витрины и увидела перед собой Лоретту Крейзел. – Слышала, «Корпорация Гриффин» снова процветает, – продолжала та, прежде чем Делия успела вымолвить хоть слово. – Весь Сити стоит на ушах. Хотя раз ты вернулась к Фрэнку, это все объясняет.

– Разве? – пробормотала Делия. – Значит, Сити интересуется личной жизнью Фрэнка?

– Ну, он же не первый встречный! – произнесла Лоретта с многозначительной улыбкой. – Им давно уже интересовались, с той поры, как его отец покончил жизнь самоубийством. К тому же мистер Хейли неотразимый мужчина. Так что повышенное внимание к его персоне вполне оправдано.

Делия словно окаменела. Прохожие то и дело толкали ее, но она ничего не замечала и во все глаза смотрела на Лоретту.

– Его отец покончил жизнь самоубийством? – наконец спросила она сдавленным голосом, а Лоретта приподняла красиво очерченную бровь.

– Разве ты не в курсе? Странно. Из-за этого Фрэнк и вернулся из Америки, из-за этого и остался здесь. Ему в Штатах принадлежит больше, чем здесь. Уж я-то знаю, – добавила она, хмурясь. – Меня обычно туда посылают улаживать всякие проблемы. Я летаю на пару с Фредом Осборном. Слышала, теперь он работает с тобой?

Делия молчала. Еще один человек наткнулся на нее, и Лоретта нетерпеливо взяла ее за руку.

– Тебя скоро собьют с ног. Вот не думала, что мои сплетни так на тебя подействуют. Мне казалось, ты все знаешь от Фрэнка. Пойдем выпьем кофе. Тебе лучше сесть.

Делию настолько ошеломило услышанное, что она безропотно дала себя увести. Если Лоретта говорит правду и отец Фрэнка ушел из жизни по своей воле, тогда именно в этом причина ненависти Фрэнка и конца вендетте не будет.

– Ну вот. У тебя потрясенный вид. – Лоретта уселась на стул и нетерпеливо махнула официанту. – Я бы никогда тебе не рассказала, но ведь ты все же была женой Фрэнка.

– Я все еще его жена, – тихо сказала Делия, делая слабую попытку защититься. Несомненно, Лоретта все делала с умыслом. Делия не знала, зачем она это затеяла, но не могла не попытаться выяснить то, что скрывалось от нее пять лет и превратило Фрэнка в непримиримого врага отца.

– Почему? – тихо спросила она. – Почему отец Фрэнка?..

– Его завлекли в ловушку, обманули и разорили, – сообщила Лоретта. Она с показным удовольствием пила кофе и, не сомневалась Делия, получала огромное наслаждение от разговора. – Он был маклером, занимался недвижимостью, – продолжала Лоретта. – Он был честен, его все любили. Как и для Фрэнка, для него слово было законом. Разумеется, Джеку Хейли приходилось сталкиваться с конкуренцией, но он медленно и старательно создавал свою компанию, все было честно.

– И что же случилось? – спросила Делия.

– Зависть и жадность, – ответила Лоретта. – Некоторым не нравится работать и ждать, а хочется сразу все, причем даже то, что им не принадлежит. – Она сочувственно взглянула на Делию. – Ты же наверняка знаешь, что это твой отец довел Джека Хейли до самоубийства? Как ты можешь не знать? Об этом же писали во всех газетах, хотя ничего никогда не было доказано и никакие имена не упоминались. Все знали, что твой отец использовал нескольких агентов, чтобы уговорить Хейли купить землю, которая никогда не подлежала застройке. Сделка была огромной, пришлось много назанимать. И все рассыпалось, как карточный домик, а твой отец вцепился Джеку Хейли в горло мертвой хваткой и купил его компанию за бесценок. Но даже не это привело к смерти Джека Хейли. Дело в том, что он занял деньги, которые никогда не смог бы вернуть, дал обещания, которые не мог выполнить, а для него было невозможно так жить. И он съехал на машине с обрыва.

– Но может быть... может быть, это был несчастный случай? – прошептала Делия. У нее не хватало мужества даже попытаться защитить своего отца, во всяком случае не под холодным взглядом сидящей напротив женщины.

– Таков был вердикт, – презрительно заметила Лоретта, – но все знали, что это не так. По крайней мере страховка давала вдове возможность продержаться.

– Как она умерла? – прошептала Делия.

– Лайза давно болела, – сообщила Лоретта. – Об этом не распространялись. Она не пережила смерти мужа и скончалась на той же неделе.

– Фрэнк был богат, – прошептала Делия. – Он мог бы помочь.

– Тогда он не был богат. Он разбогател позже, а на спасение компании потребовалось бы много денег.

– Но его дед, дядя... Почему Фрэнк не обратился к ним?

– Ты, похоже, никогда не слышала о такой вещи, как гордость, – насмешливо заметила Лоретта, кладя деньги за кофе под пустую чашку и вставая со стула. – Ведь твой отец этим похвастаться не может, да и ты тоже. Надо же! Вернуться к Фрэнку через четыре года! Ты ведь знаешь, что мы продолжаем встречаться? Ты знала об этом и раньше. Предполагаю, ты вернулась, чтобы заставить Фрэнка спасти твоего отца, после того как столько лет ушло на то, чтобы его уничтожить. Но не надейся! Фрэнк все еще хочет отомстить, и, зная его, можно не сомневаться, что он своего добьется.

– Между прочим, – Делия тоже встала, – я вовсе не вернулась к Фрэнку. Я работаю, чтобы реанимировать «Корпорацию Гриффин», а потом исчезну с вашего горизонта. Можете встречаться, сколько душе угодно.

– И будем! – Лоретта вышла из ресторана.

Делия взяла сумочку и бросила на стол несколько монет. Ноги с трудом держали ее. Теперь она знала, почему Фрэнк ненавидит так сильно ее отца и почему тот его боится. Хотя нельзя доверять Лоретте, но на этот раз она, видимо, сказала правду.

Всю жизнь Фрэнк знал цену обещаниям, да и его отец тоже. Джек Хейли не сумел сдержать свои обещания, и бесчестие убило его. Фрэнк же свое обещание сдержит. Вендетта до победного конца.

Делия не пошла к отцу в клинику. Не могла его видеть. До сих пор она лишь смутно представляла, что произошло между ее отцом и старшим Хейли. Только Фрэнк мог рассказать ей всю правду. В глубине души Делия была уверена, что отец даже оправдываться не станет. Скажет: бизнес, все так делают. Возможно, но это было бесчестно и постыдно. Совсем недавно она бы кинулась на его защиту, уверяя, что такого не могло быть. Сейчас Делия не могла так поступить, потому что сердце подсказывало ей: все очень похоже на правду.

Ей даже стало казаться до известной степени справедливым, что Фрэнк начал свою месть с того, что отобрал у врага дочь. Это было первым шагом, а затем он начал последовательно стирать «Корпорацию Гриффин» с лица земли. Он на любых торгах предлагал больше, чем они, и благодаря своим исключительным способностям умудрялся получать прибыль там, где ее вовсе не ожидалось. Сейчас Фрэнк им помогает, потому что у него созрел какой-то новый ужасный план, нечто более страшное, чем все содеянное им раньше.

На следующий день в офисе Делия выглядела усталой и все больше молчала. Фред Осборн исподтишка поглядывал на нее, ни о чем не спрашивал, но явно о многом догадывался. К обеду она уже не могла сдерживаться, так что, когда маленькая столовая почти опустела, приступила к нему с расспросами, в глубине души желая убедиться, что Лоретта ее обманула.

– Вы давно работаете на Фрэнка? – издалека начала Делия.

– Почти шесть лет. Я поступил к нему практически сразу после его возвращения из Штатов. Тогда компания была совсем разорена. Фрэнк вложил в нее деньги и опыт, да и работал так, что все диву давались. Я не уверен, но слышал, что поначалу банки побаивались его поддерживать. Судя по всему, он взял их штурмом. У него огромные капиталы в Штатах. – Внезапно Осборн покраснел. – Не понимаю, зачем я вам все это рассказываю. Вы ведь его жена. Наверняка знаете больше меня.

– Я мало знаю о его отце, – осторожно заметила Делия. – Только вчера выяснила, что есть подозрение, будто он покончил жизнь самоубийством.

Фред Осборн нахмурился и смущенно взглянул на нее.

– Печальные дела. Когда я начал работать в фирме, ходили такие слухи, но вы ведь знаете, как бывает... Насколько мне известно, официально это не признано.

Где уж, печально подумала Делия. Фрэнк сказал, что закону никогда не добраться до отца, но сам-то он его поймал. Но почему он в конце концов отпустил жертву? Это казалось бессмысленным. Разве что задумал что-то пострашнее, ради чего даже попросил ее вернуться к семейному очагу. Хочет, чтобы последний удар противник принял в одиночестве?

Как Джек Хейли.

Вечером Делия направилась в маленькую, но роскошную клинику. Отец уже вполне мог возвратиться домой. Если Лоретта сказала правду, то, когда отец вернется, ее в доме не будет. Пусть живет как хочет и сам управляет своей корпорацией.

Выглядел Берт хорошо, широко улыбался и не укорял ее за то, что не пришла накануне.

– Ты выглядишь усталой, Делия, – заметил он. – Неужели твой муж загонял тебя в офисе? По слухам, он человек суровый.

– Он ни разу не появлялся, – спокойно ответила она. – Работаю я с Фредом Осборном, а он докладывает обо всем Фрэнку. Тем не менее дела идут. Я даже удивляюсь, как Фрэнку удается все так быстро наладить.

– Наверное, он вернул часть бизнеса, которую украл у нас, – ядовито заметил Берт. – Я вообще не понимаю, зачем он это делает. В его броне нет ни одного изъяна, я бы давно обнаружил, если бы был.

– Да, он лишен слабостей, – согласилась Делия. – Верно, смерть отца его этому научила.

– Ты о чем? – Берт Гриффин выпрямился в кресле и уставился на нее. – Отец его был не просто слаб, он был дураком.

– Но честным дураком? – тихо спросила Делия. – Именно поэтому тебе и удалось его провести?

– Не знаю, что там Хейли тебе наговорил... – начал Берт, но она холодно перебила, не отрывая глаз от его лица:

– Я Фрэнка вообще не видела. Получила эту информацию совсем из другого источника. Фрэнк никогда и словом не обмолвился об этой истории, равно как и ты. Почему? Потому что его отец умер из-за тебя?

– Я не сбрасывал его машину с обрыва. – Лицо Берта побагровело от злости. – Он оказался таким идиотом, что все принимал на веру, вот и потерял фирму. А уж потом сам своей судьбой распорядился.

– Потом – это когда ты не оставил ему ничего, лишил даже чести и самоуважения, – уточнила Делия.

– В банк честь и самоуважение не заложишь, – насмешливо уверил ее отец. – Ты наслушалась какой-то ерунды. В бизнесе всегда так: либо плывешь, – либо тонешь. Джек Хейли как последний дурак принимал все на веру. Ты тоже дура, Делия. Тебе не преуспеть, слишком мягкая. Всегда такой была.

– Но не теперь, – возразила она, поднимаясь и собираясь уходить. – Я всегда винила Фрэнка за то, что он недостаточно меня любит, ведь я-то любила его всей душой. Но как мог он меня любить? Смешно было этого ожидать. Вся его жизнь отравлена, и ты тому виной. Нет, я уже давно не дура и довольно быстро учусь, если знаю правду. А теперь я ее знаю.

– Ну и что ты собираешься делать? – презрительно бросил Берт. – Снова побежишь к Фрэнку Хейли?

– Разве это возможно? – спросила Делия. Она смотрела на отца так, будто никогда раньше не видела. – Ведь люблю-то я, не Фрэнк. Нет, к нему я не побегу. Я просто ухожу. Когда вернешься в контору, все будет на месте. И заботься о компании сам.

– Немедленно вернись! – зло прорычал Берт, но Делия уже плотно закрыла за собой дверь.

Она сыта по горло. Единственное, чего бы ей хотелось – быть с Фрэнком. Но теперь это стало невозможным. Остальное не имело значения.

На следующий день Делия на работу не вышла. Какой смысл? Жизнь вообще потеряла смысл, когда Делия наконец поняла, почему Фрэнк так упорен в своей вендетте. И еще она знала, что его не остановить. Когда она помогала Фреду Осборну поставить компанию на ноги, то работала не на отца: направляемая невидимой рукой Фрэнка, она просто способствовала осуществлению его планов.

Во всяком случае она больше не ощущала необходимости защищать отца. Его Делия тоже понимала. Теперь ей лишь хотелось уехать и ни о чем больше не думать. Как будто это возможно, если она так сильно любит Фрэнка! От сердца не убежишь.

Весь день Делия разбирала вещи, чтобы можно было уехать из этого дома, который, по сути, никогда настоящим домом для нее не был. Она понимала, что никогда не вернется сюда, невыносима сама мысль о каждодневных встречах с отцом. Его вид будет напоминать ей о прошлом, о Фрэнке, о битве не на жизнь, а на смерть.

Затем настал ее последний день в офисе.

Делия жалела лишь о том, что больше не увидит Клару и тех людей, которые поддерживали ее в самые трудные дни.

Клары за столом не оказалось, и Делия решила, что попрощаться можно будет попозже. Она не собиралась сидеть в офисе весь день, дома было слишком много дел. Если отец решит покинуть клинику и приедет домой, он попытается уговорить ее остаться, а Делии вовсе не хотелось спорить. Она должна исчезнуть раньше.

– Вы вернулись, миссис Хейли? – обрадовался Фред Осборн, когда она в последний раз вошла в кабинет. Он попытался улыбнуться. – Когда вы вчера не пришли, началась самая настоящая паника. Насколько я могу судить, сотрудники оценивают свои шансы на выживание по выражению вашего лица. Трудно себе представить, что будущее «Корпорации Гриффин» зависит от столь молодой леди.

Видимо, он хотел сделать ей комплимент, внушить уверенность в себе, но не достиг цели. Делия лишь почувствовала себя виноватой перед верными ей людьми. Она была у них в долгу. Всего лишь раз не пришла, никого не предупредив, и они уже запаниковали. Что же с ними будет, когда она вообще исчезнет?

Делия печально посмотрела на Осборна, и тот забеспокоился.

– Вы не заболели? – заботливо спросил он. – Может быть, дать вам что-нибудь?

– Нет, спасибо. Я здорова, – пробормотала Делия, подошла к окну и уставилась на улицу. Она понимала: сейчас или никогда.

Это единственный шанс вырваться на свободу. Если она затянет, вернется отец, и все начнется снова.

– Я ухожу. – Делия повернулась лицом к Осборну. – Здесь я вам больше не нужна. Вы управляете компанией для Фрэнка, делаете все необходимое. Люди будут с вами работать. Они – самые лучшие. Верные и трудолюбивые. Сейчас я для них – вроде талисмана, но все, что вам нужно, вы легко сможете узнать у Клары. Она была секретарем отца долгие годы.

– Но я полагал... Мистер Хейли сказал, вы остаетесь, будете здесь работать...

– Нет, я на такое никогда не соглашалась, – твердо заявила Делия. – Я пообещала побыть здесь, пока нужна вам, но, по сути, вы вполне обошлись бы и без моей помощи. Так или иначе, я не могу остаться. Я недавно узнала то, о чем и не подозревала раньше, когда обещала вам помочь. Я ухожу сегодня.

– А мистер Хейли знает? – встревожился Осборн. Делия невольно улыбнулась при мысли о том, что этот умный, талантливый человек робеет при мысли о встрече с тем, кто мог бы в своих объятиях донести ее почти до ворот рая.

– Узнает, когда вы ему сообщите, – насмешливо сказала она. Осборн почувствовал себя неловко.

– Мне придется сказать, – покаялся он, смущенно глядя на нее. – Каждый вечер, уходя отсюда, я отчитываюсь перед ним буквально во всем, а шеф первым делом спрашивает, как вы справляетесь. Он даже хочет знать, как вы выглядите. – Фред откашлялся, все больше смущаясь. – Как вы понимаете, свои вопросы мистер Хейли задает не слишком доброжелательным тоном, но тем не менее всегда спрашивает. Он вчера уехал, вернется только сегодня после обеда, так что мне не пришлось говорить ему, что вас накануне не было в офисе.

– Ничего страшного, – с иронией произнесла Делия. – Зато вы сегодня сможете поразить его дважды. Во-первых, вчера прогуляла; во-вторых, сегодня ухожу.

– Разве это обязательно? – спросил Осборн. Она кивнула и принялась собирать свои вещи со стола, аккуратно складывая их в коробку.

– Обязательно, если я намерена выжить, мистер Осборн, – тихо сказала Делия.

10

Делия попрощалась со всеми, попыталась приободрить сотрудников. Собрала небольшое совещание в конференц-зале и, стараясь держаться официально, сообщила, что мистер Хейли, наверное, наладит дела в фирме. Все уже были знакомы с Фредом Осборном, но когда она подтвердила, что Фрэнк и сам делает все, чтобы поставить компанию на ноги, послышался общий вздох облегчения.

Они все прекрасно знали отменную репутацию Фрэнка, и, кроме того, многие догадывались, почему «Корпорацию Гриффин» постигла такая жестокая судьба. Несколько человек смотрели на Делию с жалостью, но, разумеется, всех больше беспокоило собственное будущее.

Клара, однако, была более проницательной.

– Фрэнк остановился, Делия?

– Насчет фирмы, да. Он дал слово, я ему верю.

– Почему же ты пытаешься скрыться? – спросила секретарша. – Только не уверяй меня, что это не так. Я видела, как ты боролась за компанию из последних сил. Тогда ты не убегала, почему бежишь сейчас?

– Я боролась потому, что злилась на Фрэнка, была предана отцу, – медленно объяснила Делия. – Теперь не осталось ни злости, ни преданности. Я узнала такое, чего не могу забыть. Мне лучше просто уйти.

– Куда? Будешь работать у Боба Уиллиса?

– Нет. – Делия задумчиво покачала головой. – Собиралась, но теперь не могу. Если честно, Клара, то я пока не знаю, чем буду заниматься. Мне надо все обдумать. Я просто уеду. Нужно время.

Она чуть не сказала, что ей нужна свобода, но вовремя вспомнила, что уже говорила это Фрэнку. Теперь у нее свободы будет навалом, ведь Фрэнк ушел из ее жизни. Все кончено. Последнее действие. Делия не знала, как он поступит. Ее это не интересовало. Когда будет нанесен сокрушительный удар, она уже не будет связана с компанией. Отца ей тоже теперь не жалко. Некоторым людям просто не везет. Своими непростительными поступками отец навлек на себя ту судьбу, которую готовит ему Фрэнк.

Уже смеркалось, а еще надо было сложить вещи. У Лиз сегодня выходной, так что удастся избежать тяжелых объяснений. Делия понятия не имела, куда поедет. Ей лишь хотелось скрыться, скрыться от правды, от горя. А куда – значения не имело.

Уже в машине Делии, несмотря на охватившее ее отчаяние, пришло в голову, что надо все же найти место, где можно временно остановиться. Она повернула машину туда, где располагалось, как ей было известно, несколько вполне добропорядочных гостиниц, маленьких, без показного блеска. Об их существовании такие важные шишки, как Фрэнк и его друзья, наверняка даже не подозревают. Делия подумала, что хорошо бы не просто исчезнуть, а стать совсем другим человеком. В гостинице можно назваться каким угодно именем, никто ничего не узнает. Делия остановилась у первой попавшейся и вошла, чтобы узнать, если ли свободные номера. Первым делом она запрет дверь и заснет. Думать будет завтра. Только не сегодня. Все оказалось так просто, что она машинально указала в регистрационной карте свое настоящее имя – Делия Хейли – и только потом вспомнила, что не собиралась этого делать. Она немного занервничала, бросила быстрый взгляд на администратора. Но на того фамилия не произвела впечатления, и Делия облегченно вздохнула. Ей вечно мерещилось, что Фрэнк всемогущ. Однако оказывается, что вне делового мира фамилия Хейли просто одна из многих.

Вместе со стареньким портье, из которого, как она подозревала, состояла добрая половина обслуги гостиницы, Делия отправилась за вещами.

– Здесь парковка запрещена, – сообщил портье, увидев ее машину. – Можно парковаться на другой стороне после шести вечера и до восьми утра. Придется вам что-нибудь подыскать. У нас нет парковочной площадки при гостинице. Я бы на вашем месте оставил машину на другой стороне на сегодня. Уже поздно искать стоянку.

Он был прав. Уже одиннадцать. Делия помогла погрузить вещи на тележку и решила переставить машину. Она и не догадывалась, что так поздно, пока портье не сказал. Теперь же ощутила почти смертельную усталость. День выдался тяжелым и длинным. Больше всего ей хотелось уснуть. Делия развернулась и припарковалась на другой стороне улицы, едва втиснувшись между двумя другими автомобилями.

Во всяком случае до восьми утра машина может тут простоять. Делия заперла дверцу и взглянула через улицу на гостиницу, которая почему-то уже не казалась уютной и привлекательной. Может, потому, что ее влекли только Фрэнк и его квартира, тепло его сильных рук и улыбка в серых глазах. Но об этом глупо даже мечтать. С этим покончено навсегда. Глаза наполнились слезами. Делия шагнула на проезжую часть и подняла голову, только когда ее ослепил свет фар и оглушил пронзительный гудок.

Из-за угла на большой скорости вылетел «форд». Делия даже не успела посмотреть в ту сторону. Водитель ехал слишком быстро и, не успев затормозить, задел Делию передним крылом, отбросив ее, как тряпичную куклу, к припаркованным машинам. Там она и осталась безжизненно лежать на мокром асфальте.

Делия не знала, что старый портье, беспокоясь за ее безопасность в поздний час на безлюдной улице, следил за ней, не видела, как он засуетился и позвал на помощь. «Форд» остановился, оттуда выскочил побледневший молодой человек и склонился над пострадавшей, торопливо нащупывая пульс. Он затрясся как осиновый лист, не обнаружив никаких признаков жизни.

– Оставьте ее, – сурово приказал старый портье, отталкивая лихача. – Все, что можно, вы уже сделали. – Он снял пиджак и осторожно накрыл Делию, убрав упавшие ей на лицо темные волосы. – Такая молоденькая и красивая, – пробормотал он. – Такая красивая и одна-одинешенька.

Сквозь волны боли доносились голоса. Особенно выделялся один, который ей хотелось слышать почаще. В нем звучало отчаяние:

– Не покидай меня, милая! Борись! Не оставляй меня, дорогая.

Вмешивались другие голоса, более спокойные, более равнодушные. До нее дотрагивались прохладные руки и уносили боль. Тогда она снова проваливалась в темноту, где не было ничего.

Когда Делия наконец открыла глаза, то увидела встревоженную Клару. Делия попыталась заговорить, приподнять голову.

– Нет! Не двигайся, – торопливо проговорила Клара. – Будет больно. Я стану так, чтобы тебе было лучше видно. Слава Богу, никаких шрамов! – Клара озабоченно вглядывалась в лицо Делии. – Досталось голове, плечам и спине.

– Ну и как я? – слабым голосом спросила Делия, и Клара похлопала ее по руке.

– Бывает хуже, лапочка. Иначе меня сюда ни за что не пустили бы. До сегодняшнего дня пускали только родственников, то есть Фрэнка.

– Фрэнк? Он был здесь? – Делия смутно помнила его голос, но считала, что все это фантазия, результат болевого шока.

– Он просидел здесь двое суток. Не спал, не отходил ни на шаг, – сообщила Клара. – Его чуть ли не вышвырнули сегодня утром, и он пошел принять душ и хоть пару часов поспать. Ни в какую не соглашался уйти, даже когда врач лично заверил его, что ты поправишься. Ты же знаешь, каков Фрэнк! Босс всегда и везде.

– Как он узнал?..

– Полиция сообщила. Ты же сняла номер под своим именем, так что они сразу же связались с родственниками. С той поры он тут и сидел. Ты хоть что-нибудь помнишь?

– Машину. Помню машину, – медленно сказала Делия. Глаза сами закрылись. Ей не удалось побороть нестерпимое желание заснуть. Клара что-то говорила, но Делия уже не слышала.

Проснулась она ночью, свет был притушен, и глазам не было так больно. Ее руку сжимали теплые пальцы. Делия перевела взгляд и увидела темную голову, приникшую к ее руке. Фрэнк уснул рядом и даже во сне не выпустил ее руку.

Она медленно высвободила пальцы и коснулась волос, упавших ему на лоб и смягчивших резкие черты лица. Он выглядел таким усталым, под глазами – густые тени. Никогда еще Делия не видела его таким беззащитным. Она легко провела пальцами по его лицу. Как тяжело любить и не иметь права показать это!

– Фрэнк... – Она с глубокой тоской прошептала его имя почти беззвучно, но спящий мгновенно встрепенулся.

– Делия! – Он осыпал ее ладонь поцелуями. – Делия, любовь моя, прости меня! Я так виноват.

– Я в порядке, Фрэнк, – тихо возразила она. – Ты тут ни при чем. Ты ни в чем не виноват. И не надо притворяться. Я знаю обо всем, знаю, почему ты никогда не любил меня. Все правильно, только не надо притворяться. По крайней мере я хоть недолго была с тобой и испытала счастье.

Лицо Фрэнка исказила боль, серые глаза потемнели. Он моргнул, пытаясь смахнуть повисшие на ресницах слезы.

– Но я на самом деле люблю тебя, Делия, – хрипло произнес он. – Всегда любил. Каждая минута без тебя была словно вычеркнута из жизни. Я и в Штаты потащил тебя, надеясь, что ты вернешься. Но только все испортил. Я пытался прожить сразу две жизни. Одну наполнил любовью к тебе, другую – ненавистью и горечью. Я хотел получить все – и тебя, и право возмездия. Но это оказалось невозможным. А я был чересчур самонадеян, чтобы это осознать, и почти потерял тебя. И вот теперь едва не потерял навсегда.

Делия с трудом улыбнулась и сжала его пальцы.

– Это был дурацкий несчастный случай, – тихо сказала она. – Я погрузилась в переживания и не смотрела, куда иду. Хотела сбежать. – Она прерывисто вздохнула и закрыла глаза. – Но нельзя сбежать от себя. Это ведь невозможно, правда?

Она говорила невнятно, и Фрэнк сильнее сжал ее руку.

– Не покидай меня, Делия, – взмолился он. – Мне обещали, ты выздоровеешь. Ты мне дала слово давным-давно. Ты ведь когда-то сказала: навсегда.

Она слегка улыбнулась, но глаз не открыла.

– Могу пообещать снова, Фрэнк... Навсегда... Я не оставлю тебя, если нужна тебе.

– Ты мне нужна, – заверил он срывающимся голосом. – Я тебя люблю, Делия. Чего бы мне это ни стоило, я все налажу.

Лишь слабая улыбка была ответом, и Фрэнк поднес руку Делии к губам.

– Не засыпай, дорогая. Скажи, что это мне не снится. Скажи, что любишь меня.

– Я тебя люблю, – прошептала Делия. – Никогда не переставала любить. Можно, я теперь немного посплю, пожалуйста?

Фрэнк счастливо рассмеялся.

– Какие хорошие манеры, – мягко поддразнил он. – Спи, дорогая. Никто больше не сможет тебя обидеть.

На следующий день Фрэнк и Берт вошли в палату вместе, и сердце Делии сжалось в тревоге. Эти двое не встречались пять лет, со дня ее свадьбы, и то, что они пришли вместе, было невероятно. А может, это предвещает новую беду?

– Как ты, Делия? – Отец подошел к ней первым, Фрэнк скромно стоял в сторонке.

– Сегодня значительно лучше, – заверила она. Берт выглядел вполне здоровым. Делия искоса взглянула на Фрэнка и, увидев, что он улыбается, снова перевела глаза на отца.

– Ты нас перепугала, Делия, – ворчливо заявил отец. – Я ничего не знал, пока... Фрэнк мне не сообщил.

Легкая заминка показала, насколько непривычно Берту Гриффину называть зятя по имени, из чего Делия поняла, что эта встреча мужчин не первая.

– Ты уже приходил сюда? – спросила она отца, и Берт торжественно кивнул.

– Сразу же, той ночью. Но ты была без сознания. Я подумал... – Отец замолчал, и Делия с удивлением поняла, что он волнуется. Ей казалось, отец равнодушен к ней, но сейчас он с трудом сдерживал слезы.

– Ну, теперь все хорошо, – как можно увереннее постаралась произнести она. Фрэнк поспешил к ней, словно ему было невыносимо оставаться на вторых ролях.

– И будет хорошо, – твердо проговорил он. – На следующей неделе я отвезу тебя домой. – И добавил, улыбаясь: – На этот раз я, возможно, стану запирать тебя.

– Я никуда не денусь. – Их глаза встретились, и на мгновение в мире не осталось никого, кроме них двоих.

– Я хотел отказаться от корпорации, – сообщил отец. – Но он мне не позволил.

– И правильно сделал, – упрямо заявил Фрэнк и нахмурился. – Какого черта вы тогда будете делать? И нечего впутывать Делию. Я не хочу, чтобы она вникала во все мелкие детали.

– Ну, не такие уж мелкие... – начал Берт, но Фрэнк тут же перебил его:

– Начинаем все заново. Мы ведь уже договорились. Компания называется «Корпорация Гриффин», и управлять ею будете вы. Я помогу, насколько это в моих силах, но основная ответственность ложится на вас. Когда-нибудь корпорация перейдет к Делии, как вы и планировали.

– Правильно. – Берт Гриффин с сожалением кивнул. – Больше мне нечего ей оставить. Но я чуть не развалил фирму...

– Это я развалил, – безжалостно уточнил Фрэнк. – Вы можете построить все заново, а что до Делии, так ее уже нечему учить, если верить Фреду Осборну.

– Возможно, я не захочу вернуться, – тихо вставила Делия, и мужчины встревоженно повернулись к ней. – Да ничего такого, – успокоила она их. – Я не пытаюсь цепляться за прошлое и горечи больше не испытываю. Теперь я хочу быть просто женой Фрэнка, вести хозяйство... и растить детей.

– Значит, компания перейдет по наследству вашим внукам, – обратился Фрэнк к Берту, с нежной улыбкой глядя на Делию.

– Тогда есть, ради чего стараться, – заметил Берт, сверкнув глазами.

Через две недели Фрэнк приехал за ней и предложил выбирать:

– Коттедж, или квартира? – спросил он, осторожно усаживая Делию в машину и садясь за руль.

– Квартира, – без колебаний выбрала Делия. – Все начиналось там. Попробуем начать снова оттуда.

– Ничего никогда и не кончалось, – заметил Фрэнк, озабоченно поглядывая на ее все еще бледное лицо. – Когда ты меня бросила, я все время торчал в квартире. Не мог заставить себя перебраться в коттедж. У нас насчет него было столько планов! Я вроде как превратил квартиру в музей воспоминаний о тебе. Господи, как же я тебя люблю! Ты – главное в моей жизни. С того самого момента, как я тебя впервые увидел.

Делия ласково коснулась рукой его щеки.

– Так Лоретты никогда не было, верно? – тихо спросила она, и Фрэнк покачал головой, печально улыбнувшись.

– Нет, моя милая. С первой нашей встречи никогда никого не было.

– У меня тоже, – заявила Делия, и он улыбнулся, рассеивая ее последнюю тревогу.

– Я знаю, милая, – мягко сказал он. – Знал всегда. Нам с тобой суждено быть вместе.

Позже, в теплой спальне, свернувшись около Фрэнка калачиком и положив голову ему на плечо, Делия мечтательно оглядывала комнату, где впервые принадлежала ему.

– Ты сотворил для меня чудо, – прошептала она, и Фрэнк нежно коснулся губами ее щеки.

– Я не умею творить чудеса, Делия, – тихо проговорил он. – Могу лишь цепляться за единственное имеющееся у меня чудо – то, которое я едва не потерял, дав волю мстительности.

– Я тебя не виню, – нежно заверила она. – Когда Лоретта мне все рассказала, я решила, что ты никогда меня не любил. Она рассказала о самоубийстве твоего отца и...

– Это был несчастный случай, Делия, – перебил ее Фрэнк. – Какая-то поломка в машине, и отец потерял управление. Он бы никогда не бросил маму. Они любили друг друга. Я всегда знал, что это несчастный случай, но слухи ползли, и я не в силах был их остановить. А во мне они разжигали ненависть. Когда я встретил тебя, решил, что мне нужно все: и ты, не ведающая правды, и моя месть. Я не испытывал жалости к Берту, хотя уже знал, что он твой отец.

– Не надо, – мягко остановила его Делия. – Все в прошлом. Отец вернулся к работе, да и выглядит совсем по-другому.

– Если бы твой отец управлял компанией так, как он это делает сейчас, мне бы никогда его не достать.

– В самом деле? – поддразнила Делия.

– Точно, – буркнул Фрэнк, сжимая ее в объятиях. – И не смотри на меня так. Сначала тебе надо поправиться.

– Я уже поправилась! – возразила она, но Фрэнк грустно улыбнулся.

– Ты еще недостаточно окрепла, чтобы улететь в те края, куда обычно рвешься, когда я люблю тебя, – заметил он. – Ты ведь не довольствуешься полумерами, милая, а ребенок может немного подождать.

– А будет ребенок? – затаив дыхание, спросила она. Фрэнк покрепче прижал к себе Делию.

– Обязательно, – пробормотал он. – Твое страстное желание завести ребенка меня вдохновляет. Кроме того, мы вроде как пообещали твоему отцу, а Хейли привыкли держать слово.

– Ох, и почему мы не завели ребенка раньше? – вздохнула она.

– Я боялся, что ты от меня устанешь, – тихо признался Фрэнк. – Ты была слишком молода, и я это понимал. Не хотел взваливать на тебя заботу о ребенке.

– Значит, виной моя молодость и твоя глупость, – подвела итог Делия, и он с удовольствием рассмеялся.

– Довольно точное заключение.

Делия выглянула в окно, наблюдая за отъезжавшей машиной Фрэнка. Уже два месяца, как они переехали в коттедж, и она до сих пор не могла прийти в себя от восторга. На улице шел мягкий снежок. Большие пушистые хлопья уже покрыли все вокруг сверкающим белым ковром. Скоро Рождество, первое Рождество за четыре года, которое она встретит с Фрэнком. Они будут вместе целую неделю.

Она переоделась и вернулась к высокой елке у горящего камина. Уборщица уже ушла, так что Делия была в доме одна. Опустившись на колени и поправляя елочные украшения, она снова перебирала в памяти счастливые события последнего времени. Фрэнк, как и обещал, привел все в порядок. Отец вернулся к работе новым человеком, и, хотя в его отношениях с зятем все еще проскальзывала напряженность, оба изо всех сил стремились забыть прежнюю вражду.

Делия знала, что они стараются только ради нее, но не беспокоилась. И Берт, и Фрэнк, да и она сама получили свой урок. Она больше никогда не станет сомневаться в любви Фрэнка.

Тут Делия услышала, как кто-то вошел в холл, и удивленно обернулась. В дверях стоял Фрэнк.

– Я не слышала, как ты подъехал!

– Я припарковался на заднем дворе, – объяснил Фрэнк, буквально пожирая жену глазами. – Пусть машина стоит там всю неделю, мы никуда не поедем. Надеюсь, нас засыплет снегом.

Странный напряженный взгляд Фрэнка смутил ее, но Делия тут же поняла, в чем дело.

– Я это нашла, когда разбирала вещи, – рассмеялась она. – Хотела сделать тебе сюрприз.

Черная юбка с алыми маками веером стелилась по полу. Красный свитер облегал высокую грудь и подчеркивал блеск волос цвета воронова крыла.

– Ах ты, маленькая чертовка, – погрозил пальцем Фрэнк. – Ты точно знала, как это на меня подействует. Я словно увидел тебя в первый раз. – Он бросил кейс на пол и подошел поближе, возвышаясь над ней, как скала. Делия улыбнулась, задрав голову. – Надеюсь, это еще не рождественский подарок? – хрипло выговорил он. – Мне ведь надо гораздо больше, чем только смотреть на тебя... – Он поднял ее на ноги и нежно обнял. – Как будто все вернулось, и не было никакой беды, – прошептал Фрэнк. – Знаешь, дорогая, я вряд ли выжил бы, если бы потерял тебя.

– Ты никогда меня не потеряешь, – Делия обвила его шею руками. – Я научилась пользоваться своей козырной картой и теперь мне ничего не страшно.

– Ты учишься медленно, но запоминаешь крепко, – похвалил ее Фрэнк, крепко целуя.

Подняв жену на руки, он направился в спальню, по дороге осыпая любимое лицо поцелуями.

– Как было бы здорово провести в постели все Рождество, – размечтался Фрэнк, когда они лежали в объятиях друг друга.

– Я люблю тебя, – прошептала Делия дрожащим голосом, касаясь его лица. Он поцеловал кончики ее пальцев.

– Я знаю. Никогда не сомневался. И готов провести с тобой в спальне не только Рождество, но и остаток жизни.

– Клара с отцом ужинают у нас сегодня, – напомнила Делия, улыбаясь и глядя на него счастливыми зелеными глазами.

– Помню, – проворчал он. – А ты им скажешь, что беременна?

Делия села, изумленно уставясь на него, а Фрэнк лукаво улыбнулся.

– Я только что хотела сказать тебе! Откуда ты знаешь?

– Не вчера родился, – заметил Фрэнк с шутливым самодовольством. – Иногда мне все же удаются некоторые чудеса. – Он притянул Делию к себе, смущенный ее благоговейным взглядом. – По правде говоря, я встретил доктора Гринуэя, и он меня сердечно поздравил.

– Он не имел права! – надулась Делия. – Я хотела сказать сама.

– Так скажи, – хрипло потребовал Фрэнк. Лицо Делии сияло от счастья.

– У меня будет твой ребенок! Придется подождать еще семь месяцев, но тут ничего не поделаешь.

– О, любовь моя! – прошептал Фрэнк. – Я желаю того же, что и ты, но больше всего я хочу тебя. Ничто не должно было нас разлучать, и ничто не разлучит нас впредь.

– Мне не следовало в тебе сомневаться, – вздохнула Делия – Но ты был прав. Слишком уж я была молодой. Я не рискнула вмешаться в битву между тобой и отцом, так что, когда пошли слухи насчет тебя и Лоретты, я им поверила. Когда она рассказывала мне о твоих родителях, то уверяла меня, что вы все еще...

– Она всего лишь юрист и всегда была только им, – спокойно перебил ее Фрэнк. – Когда ты была в больнице, я предложил ей выбор: или уйти совсем, или работать в Штатах. Она предпочла последнее.

– Но она тебе нужна? – тихо спросила Делия.

– Мне нужна ты, – улыбнулся Фрэнк. – В этом и начало, и конец. Ничто друтое значения не имеет.

Ничто другое никогда не будет иметь значения. Они справятся со всеми трудностями, если будут вместе. Делии не верилось, что еще недавно будущее казалось ей таким мрачным. Теперь все заполняла радость, та радость, которая сопутствовала их любви с первой встречи.

Вечером приехали отец и Клара, и Делия сообщила им замечательную новость. Они еще долго сидели при свечах, радуясь сыпавшемуся за окном снегу. На этот раз их ждало белое Рождество – довольно редкий случай для капризной английской погоды.

Content

Хлоя Бивен
Вместе навсегда

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10