Януш Зайдель

Авария

Несмотря на климатизацию, на лбу Гая блестели капельки пота. Сильвия тупо уставилась на пульт витализатора.

– И что теперь будет?

Чисто риторический вопрос Сильвии разозлил Гая окончательно.

– Не понимаешь? Не знаешь, что произошло? Это тебе дефект двигателя, тут совсем другая проблема. Если Витти умер, а мы не можем вернуть его к активной жизни, это могло случиться и с другими. Все из первых трех поколений мертвы, понимаешь? Тела в порядке, но к жизни они не вернутся…

– Откуда ты знаешь?

– Знаю… – Гай заколебался. – Я пробовал… Пытался оживить еще двоих… Результаты те же, то есть никаких. Мозг не принимает управляющие функции, сознание не возвращается…

– Может это дефект витализатора?

– Возможно… Но с тем же успехом что-нибудь могло случиться со вторичными цепями управления анабиозом. В этом никто здесь не разбирается, даже из первого поколения. Кроме того, инструкция запрещает любые манипуляции управлением анабиозом.

– Значит… – Сильвия замолчала, словно боялась высказать мысль, возникшую у нее еще в тот момент, когда она узнала о проблемах с витализацией Витти.

– Вот именно. Нет смысла скрывать очевидное. – Гай говорил громким неестественно высоким голосом. – Нет уверенности, что кто-либо выйдет из анабиоза.

Долгое время они молчали, глядя на пол. Каждый из них обдумывал последствия случившегося, обнаруженного при попытке витализации специалиста по фотонному приводу.

– Мы расскажем им, Гай?

– Нет… Скорее всего нет! Все четвертое поколение за три-четыре последующих года должно оказаться в ваннах… Если узнают, никто не станет рисковать… Возникнет паника…

– Гай, мы тоже из четвертого поколения!

– Поэтому следует хорошо подумать, прежде чем принимать решение… Надо рассмотреть все возможные последствия.

Ситуация, в которой оказался экипаж «Кита», была просто кошмарной. На девяносто восьмом году путешествия, за двадцать с чем-то лет до планируемого достижения цели путешествия, оператор биостатических устройств Гай IV Мэссон, окончательно убедился, что помещенные в биостатические камеры члены экипажа не возвращаются к жизни при соблюдении обычных витализационных процедур. Сам факт невозможности их оживления мог бы стать трагедией для остального экипажа, поскольку люди в камерах были предками обитателей корабля. Но сама по себе эта трагедия не могла стать преградой для продолжения путешествия, если бы не тот факт, что все живущие, а так же их дети, внуки и последующие потомки, должны были по графику занять отведенные для них места в камерах.

Путешествие к Тау Кита было задумано как полет поколений по системе Беллинга-Роде. Это означало, что стартующий в Солнечной Системе экипаж из тридцати двух человек, первое поколение путешественников, начальные двадцать пять лет путешествия будет обслуживать оборудование корабля, одновременно дав начало второму поколению, родив детей и обучив их специальностям необходимым на корабле. Все было запланировано достаточно строго. Шестнадцать мужчин и шестнадцать женщин, отобранных по физическим данным и интеллекту, прошедших генетическое и психологическое обследования, отправились в путешествие, цели которого достигнут их правнуки, а вернут корабль в Солнечную Систему внуки с внушительным количеством приставок «пра». Каждая семейная пара поколения должна была воспитать сына и дочь. Естественно, использовались все доступные критерии по подбору супружеских пар в будущих поколениях и точные методы планирования пола новорожденных. Таким образом, через двадцать пять лет пятидесятилетние родители передавали обязанности своим двадцатипятилетним детям, а сами отправлялись на заслуженный отдых в камеры, в которых и должны были вернуться на Землю через двести с чем-то лет после начала экспедиции. Такая процедура должна была повторяться циклически до самого возвращения корабля.

Этот метод, быть может не очень гуманный, как утверждали его противники, был самым рациональным и человечным решением. При существующей скорости космических кораблей, хоть и не малой, но далекой от световой, система смены поколений была единственной позволяющей преодолеть несколько световых лет до звезд. В результате все участники путешествия должны были вернуться на Землю в возрасте меньше пятидесяти лет, не тратя всю жизнь на путешествие в космосе, лишь отдав самый эффективный ее период на обучение и работу на борту корабля. Кроме того, погруженные в анабиоз члены предыдущих поколений не занимали так много ценного корабельного пространства, не потребляли воздуха, пищи и воды.

Поскольку одновременно действовали только два поколения, пропускная способность устройств регенерации атмосферы, воды и пищи рассчитывалась на 64 человека. До четвертого поколения все шло нормально. И именно теперь, в результате существенной аварии двигателя, возникла необходимость проконсультироваться со специалистом первого поколения. Регламент предвидел такую возможность. Люди из первого поколения, которые обучались еще на Земле и лучше знали устройство корабля, в случае необходимости могли витализироваться для устранения аварий. Такая необходимость впервые возникла на девяносто восьмом году путешествия, что с одной стороны свидетельствовало о высокой надежности корабля, а с другой – о высокой квалификации членов экипажа обучившихся во время полета. Однако, попытка витализации Витти обнаружила другую аварию, замкнувшую круг проблем: отказали устройства витализации. А возможно и сама система поддержания замершей в камерах жизни…

Гай обнимал жену и гладил ее волосы.

– Слезы не помогут, Сильвия, – тихо говорил он. – Это должно было случиться, и мы знали об этом. Мы начали жить на этом корабле, возможно, на нем и закончим. Там, на Земле, точно так же, Земля – это корабль с экипажем из очередных поколений. Одни появляются, другие уходят. Целью является само путешествие… Подумай, что и мы так же…

– Но… мы же еще не старые! Зачем нам риск заснуть без пробуждения? Почему мы не можем дожить своих лет, хоть и здесь, но до конца? Я не хочу, Гай! Не хочу идти в камеру, из которой нет возврата!

– Но Сильвия, дорогая… Мы не можем иначе! – Он говорил тихо и спокойно, но чувствовал, что даже себя не в состоянии убедить в необходимости принимаемого решения.

– А наши дети? Рея и Дан? Им тоже не скажешь? Позволишь им погибнуть, как нам и всем остальным?

Гай молчал. Он еще думал над последствиями своего поступка. Если объявить, что камеры не работают, никто не ляжет в анабиоз. И что дальше? Пятое поколение, поколение наших детей, не захочет иметь детей, обрекать их на бесцельное существование в космосе. В таком случае корабль прокормит всех нас, но… шестого поколения уже не будет. Экипаж вымрет до достижения цели… Даже если сейчас начать торможение и разворот, на Землю вернется максимум горстка старичков… Самопожертвование и усилия всех экипажей пойдут насмарку… Может случиться и по другому: перед лицом бессмысленности существования, лишившись надежды на возвращение, которое до сих пор придавало смысл всем поступкам экипажа, пятое поколение перестанет придерживаться правил полета. Станет беспланово размножаться, пренебрегая отбором и количественными ограничениями. Нарушится баланс питания. Голод и перенаселение. Никто не захочет учить и учиться, да и зачем? Нет, рисковать нельзя… Надо вести себя так, будто ничего не случилось. Надо убедить руководство, что мы справимся с двигателем без помощи эксперта первого поколения. Найдем зацепку в инструкции или подтасуем все так, чтобы не было причин для витализации Витти… Так и сделаем…

– Слушай, Сильвия! – Гай прижал жену к груди. – Ничего не случилось. Мы ни о чем не знаем. Нельзя нарушать правила игры. Мы сделаем только хуже…

– Не хочу! Я не могу… Как согласиться, чтобы все люди в возрасте пятидесяти лет, в том числе и наши дети, совершили массовое самоубийство, думая, что остаток жизни проживут на Земле! Это не по-людски, Гай!

– Так же не по-людски будет рассказать правду!

– Хотя бы Рея и Дан… Пусть они знают, пусть решат сами…

– Нельзя, Сильвия. Никаких компромиссов. Пойми, нельзя уничтожать цель к которой мы стремимся! Если оставить все как есть, существует шанс, что до конца путешествия никто ничего не узнает! Последнее поколение вернет судно на Землю.

–…и привезет сотни трупов своих предков! В этом смысл и цель?

– В противном случае… – начал Гай, но Сильвия вырвалась из его объятий, и прежде чем он остановил ее, выбежала из каюты.

Гай смотрел в дверной проем, но не бросился останавливать ее, хотя знал, что она сделает.

Через несколько минут в каюту вбежал взволнованный Дан.

– Это правда, папа?

– Закрой дверь.

Дан не отреагировал. Он говорил громко, почти кричал:

– Это правда! Понятно. А ты хочешь сохранить все в тайне? Со дня рождения нам вдалбливали, что возвращение на Землю гарантировано, а теперь… Наши жизни распланировали не считаясь с нами. Кто позволил им обрекать нас на такую жизнь здесь? Кто разрешил им ограничивать нас во времени и пространстве? Это… дерьмо, просто свинство…

– Сынок… – Гай попробовал остановить Дана.

– Кто разрешил им… вам… – голос Дана сломался. Опершись о стену он поднял глаза к потолку.

– На Земле никого не спрашивают, хочет ли он родиться, – тихо сказал Гай.

– Но там… там хоть настоящая жизнь, не такая растительная как здесь… Нас манили той жизнью. Обещали… И что? Дурацкая поломка системы анабиоза приговорила нас оставаться здесь… Я расскажу им, пусть знают. Пусть не заблуждаются. Пускай начнут настоящую жизнь здесь, по мере здешних возможностей… Наука! Знания! Правила! Зачем все это? Для кого? Для тех с Земли? Кто они для меня? Для тебя? Нас бросили в это дерьмо! А мы должны для них что-то делать? Нет! Нет смысла здесь что-нибудь делать и возвращаться к ним на Землю. Это наш мир, пусть он останется нашим…

– Оставь все как есть, ты не знаешь последствий…

Гай остановился на полуслове, потому что Дан его уже не слушал.

Фрей протискивался между стойками с которых свисали оборванные кабели. В аппаратном модуле было темно. Фрей знал, что здесь опасности нет, хотя и далековато от синтезаторов пищи. Он присел под панелью управления, на которой светилась единственная лампочка, и напряг слабый слух. Показалось что рядом звякнул металл. Он замер.

Внезапная вспышка света залила его лицо.

– Эй ты, старикашка! Вылазь! Кор, иди сюда, один есть, кажется еще с восьмого поколения. Давай, старик, двигайся! Твое время давно пришло! Пора в преобразователь. Кор, поспеши, а то сбежит…

Два подростка поволокли орущего старика в сторону модуля преобразователей.

– Ты смотри, и сохранился же! Больше тебе не придется нас обжирать, дедуля. Должен быть порядок, иначе к чему придет этот мир…

Аву поскреб черными ногтями по волосатой груди и пнул какого-то сопляка путавшегося под ногами. Он повел взглядом. В темноте чувствовалось присутствие чужого, он покрепче сжал ручку вырванную из пульта управления.

– Хуу! – буркнул он. – Ва-гуу?

Тишина.

– Ва-гуу? – повторил Аву громче.

Он прыгнул вперед, к месту, откуда донесся едва слышимый шорох.

– Агххр! – выкрикнул он нанося слепой удар.

– Йохуу! – ответил ему крик слева. Он почувствовал удар по спине. Охнул и замолчал.

Центр Управления Галактическим Пространством.

Карта опознания космического объекта номер 0789432a. Тип: непилотируемый зонд; происхождение: система F-5189941 (окраина семнадцатого сектора Галактики); цель: неизвестна; задание: вероятно экспериментальный полет, закончившийся потерей управления.

Примечания: конструкция объекта характерна для средне развитых цивилизаций внутрисистемного обитания. В момент перехвата разумных существ на борту не обнаружено. Обнаруженные в зонде примитивные живые организмы вероятно являются опытными объектами, эволюционно находятся гораздо ниже создателей зонда. Исследования показали их полную неспособность к использованию техники. Внутренне оборудование зонда в значительной степени разрушено, вероятно вследствие излишней свободы предоставленной объектам исследования и чрезмерного их размножения. Часть опытных объектов находилась в состоянии анабиоза, что позволяет сделать вывод – целью эксперимента было исследование сохранности организмов такого типа в активном и пассивном состояниях во время космического путешествия.

Выводы: В связи с отсутствием однозначной интерпретации использована статья XXII, параграф 66, пункт 4a Галактической Конвенции, согласно которому объект оставлен в том состоянии, в каком прибыл, без какой-либо внутренней модификации, ему присвоен номер и метка Центра управления, после чего объект направлен в сторону места отправления, тем самым он трактуется как «объект потерявший управление при выходе за пределы дистанционного управления».

Content

Януш Зайдель
Авария