Эрл Стенли Гарднер

Дело об оборотной стороне медали

1

Звуки оркестра смолкли, вспыхнул яркий свет. Известный адвокат по уголовным делам Перри Мейсон улыбнулся Делле Стрит, которую держал за талию, поблагодарил легким поклоном головы и повел к их столику.

– Ты сегодня устало выглядишь, шеф, – сказала доверенная секретарша адвоката.

– Это пройдет, – улыбнулся Мейсон.

– Еще бы! – воскликнула Делла Стрит. – Сегодня ты, наверное, провел в суде самое трудное дело!

– Ну, – Мейсон взял бокал с вином и посмотрел на свет, – не самое трудное. Дело Карсона, было гораздо труднее.

– Тебе противостоял аж сам Гамильтон Бергер! – прыснула Делла.

– В первый раз, что ли? – усмехнулся в ответ адвокат.

– Зато это дело было самое опасное, – заявила Делла. – Вчера в тебя стреляли и…

– Не самое опасное, – все так же улыбаясь, возразил адвокат. – Помнишь, семь лет назад, когда…

– А-а… Дело об ожившем изваянии?

Мейсон кивнул.

– Зато это дело было самое выгодное, – не унималась Делла. – Твой гонорар составил…

– Дело Грейпстауна было ровно в одну и четыре десятых раза выгоднее, – заметил Мейсон. – Это не учитывая дальнейшие гонорары за имущественные вопросы.

– Зато твоя клиентка была в этот раз – точно самая красивая! – с победным видом заявила Делла.

Адвокат расхохотался.

– Я мог бы припомнить наших клиенток гораздо красивее, чем мисс Крайзер…

– Ну хоть что-то было в этом труднейшем деле «самым»? – расстроенно спросила Делла.

– Да, – ответил адвокат, глядя ей прямо в глаза. – Ты – самая лучшая в мире…

– Кто?

– Секретарша… – сорвалось у адвоката.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Но в смехе Деллы Стрит прозвучали горькие нотки.

– Пол Дрейк наверное отсыпается, – перевела разговор на другую тему опытная секретарша. – Досталось ему за последние дни.

– Это его работа, – проговорил Мейсон, думая о другом. – Знаешь, Делла, – вдруг сказал он. – Пожалуй, в этом деле может быть что-то, что можно было бы назвать «самым».

– Что? – живо откликнулась она.

– Вечер после этого дела, может быть самым романтичным…

– Это как?

– Уже поздно, – адвокат взглянул на часы. – Ресторан скоро закроется…

– И…

– Я поеду сейчас домой, а ты допивай свой коктейль, доедай мороженое и через четверть часа, отправляйся домой, мы все равно приехали сюда на твоей машине.

– И в этом вся романтика? – в тоне Деллы послышалось разочарование.

– Но если вдруг, – заговорщицким голосом произнес адвокат, – под покровом ночи, в твою квартиру по черной лестнице, открыв щеколду двери на кухне – помнишь, я как-то раз выводил через эту дверь одну очаровательную блондину?

– У которой был синяк под глазом? – автоматически уточнила секретарша и тут же встряхнула головой: – Так что в эту дверь?

– Если в эту дверь проберется твой преданный поклонник под покровом ночи и будет ожидать тебя с букетом роз…

– Правда? – с придыханием в голосе спросила Делла.

– Правда.

– Шеф, у тебя вино кончилось, – по-деловому заметила она. – Тебе пора уходить. – А у меня есть мороженое, так что я посижу еще четверть часа. – Она под столом открыла свою сумочку, ловко отстегнула от связки один из ключей и бросила на пол. – У тебя что-то упало, шеф, – сказала она с лукавыми огоньками в глазах.

– Да, спасибо, Делла, – адвокат улыбнулся и поднял ключ. – Желаю тебе хорошо провести остаток вечера. До встречи.

– До встречи! – сказала Делла.

Мейсон отправился к выходу из зала. Делла достала из сумочки сигарету, задумчиво глядя ему вслед, и щелкнула зажигалкой. Мороженое ее не интересовало. Снова погас свет, оркестр заиграл приятную мелодию.

Делла еле выдержала отведенные четверть часа.

В вестибюле ресторана у собиравшейся уже закрывать торговлю женщины Мейсон купил лучший из оставшихся букетов цветов. Поймав такси, он не доехал до дома Деллы два квартала, и по привычке пошел пешком. Ночь была лунная и звездная. Неизвестно чего и кого стесняясь, словно студент пряча за спину букет, Мейсон, надвинув на самые глаза шляпу, черным ходом прошмыгнул во двор Деллы. Достал ключ и усмехнулся. Как-то давно он уже пользовался этим ключом – спасая от полицейских клиентку. Теперь он воспользуется этим в свершенно других целях. Прошедшее дело было весьма трудным – им обоим требуется отдых. Он решил завтра же распорядиться, чтобы Делла купила три билета – ему, себе и Дрейку на недельный круиз. Адвокат тут же поймал себя на мысли, что у главы «Детективного Агентства Дрейка» много работы и он не сможет выкроить себе семь дней для ничегонеделанья.

Усмехнувшись, Мейсон взялся рукой за холодные перила наружной металлической лестнице и стал осторожно подниматься наверх. Добравшись до кухни Деллы, он открыл ключом застекленную дверь и проскользнул внутрь. Не зажигая свет он подошел к бару, наощупь плеснул в бокал на донышко виски и уселся в мягком кресле, дожидаясь прихода хозяйки квартиры.

Наконец в наружном замке заскрежетал ключ, вошла Делла и нажала на выключатель.

– Выключи свет, Делла, а то вся неожиданность пропадет, – улыбнулся Мейсон. – Ты сразу же узнаешь меня!

– Ох! – только и вымолвила Делла Стрит, поспешно нажимая выключатель.

Она сняла плащ и прошла в комнату. Он молчал, не зная что сказать. Делла села в кресло. В темноте он взял ее руку в свою ладонь. Мейсон не видел, но чувствовал, что она улыбнулась. Прошло минут десять – они так и сидели, думая каждый о своем.

– Да, – наконец вспомнил Мейсон и продекламировал: – Прекрасная незнакомка, прошу простить меня за наглое вторжение, эти цветы – ничтожное отражение моих чувств, которые забились в сердце моем от… от…

Они рассмеялись.

– Я узнала вас, – усмехнулась Делла. – По косноязычию. Вы – Гамильтон Бергер?

В эту мгновение раздался звонок в дверь.

– Ты кого-нибудь ждешь? – спросил адвокат.

– Нет.

Делла включила в гостиной свет и пошла к выходу.

– Кто там? – спросила она.

– Это я, Делла, – раздался из-за двери голос. – Я – Перри Мейсон.

Делла с удивлением взглянула на адвоката в гостиной. Он подошел к ней. За дверью голос, очень похожий на настоящий голос адвоката, объяснял потревоженной соседке:

– Я – Перри Мейсон, адвокат. Мне срочно понадобилась по важному делу моя секретарша. Извините, что я случайно позвонил в вашу квартиру. Спокойной ночи.

Делла и Мейсон переглянулись.

Мейсон встал у двери и глазами показал Делле, чтобы она открыла. Адвокат был явно крайне заинтригован.

– Открывай, Делла, у меня мало времени, – вновь послышался голос из-за двери.

Если бы Делла не видела адвоката собственными глазами, она бы готова была поручиться, что за дверью стоит Мейсон.

Щелкнул замок и Делла приоткрыла дверь.

Мужчина в таком же костюме, плаще и шляпе, как у адвоката, сильно оттолкнул женщину, вошел в квартиру и ногой захлопнул дверь.

– Но вы не… – начала было Делла и в этот момент незнакомец попытался нанести удар ножом.

Мейсон налетел на него сзади и вывернул руку – смертоносная сталь скользнула по плечу Деллы.

Он вскрикнула, рукав окрасился кровью.

Мейсон и незнакомец яростно боролись в коридоре – адвокат сжимал кисть пришельца, пока пальцы того не разжались и нож не упал на пол.

Незнакомец вдруг резко ударил Мейсона ногой в пах, высвободился и выхватил из кармана револьвер.

– К стене! – закричал он, не отрывая глаз от адвоката. – Руки на голову!

Адвокат выполнил приказ. И в это мгновение из кухни выскользнула Делла и что есть силы обрушила на незнакомца сзади удар сковородкой. Шляпа свалилась со злоумышленника и тот бесчувственным кулем повалился на пол. Адвокат подошел и отобрал у него револьвер.

– Твое предсказание сбывается, шеф, – сказала Делла Стрит, – ночь сегодня действительно необычная.

Адвокат переступил бесчувственное тело, прошел в комнату и положил револьвер на стол.

– У тебя наручников нет? – спросил он.

– Откуда? – сказала она. – Я секретарша, а не полицейский. Кстати, будем звонить в полицию?

В это мгновение незнакомец очнулся, резким движением вскочил на ноги и бросился в двери. Адвокат схватил револьвер.

– Стоять! – властным голосом приказал Мейсон, но мужчина не обратил ни малейшего внимания на его окрик.

Он выскочил в коридор и через мгновение его торопливые шаги донеслись с лестницы – он стремительно спускался вниз.

– Что все это означает, шеф? – спросила Делла Стрит.

– Не знаю, – ответил Мейсон. – У тебя опасная рана?

Делла только сейчас обратила внимание на окровавленный рукав.

– Нет, царапина наверное, – ответила она.

– Дай-ка я осмотрю, – с нежностью в голосе сказал Мейсон. – Надо промыть и забинтовать. Бинт, надеюсь у тебя есть?

Делла кивнула. Внимание ее привлек валявшийся у двери нож.

– Посмотри, шеф, какая у него странная ручка!

Адвокат взял у секретарши оружие и внимательно осмотрел его. Через несколько минут он чем-то щелкнул и накладка на рукоятку разделилась на две части.

– Что это означает, шеф? – удивленно спросила Делла.

– Тебе не кажется этот нож знакомым? – спросил адвокат.

– Если я не ошибаюсь, точно такой же лежит у тебя в столе в твоем кабинете.

– Не ошибаешься, – сухо ответил Мейсон. – Это он и есть.

– Но для чего эти железки?

– Отпечатки.

– Отпечатки?

– Да, отпечатки пальцев. Можешь не сомневаться, на рукоятке мои отпечатки пальцев.

– Но что это все означает, шеф?

– Он хотел убить тебя, а всю вину свалить на меня.

– Но кому надо убивать меня?

– Или сажать меня на электрический стул? – окончил Мейсон. – Не знаю.

– Не нравится мне все это, шеф.

– Если бы в жизни все нравилось… – начал было адвокат.

В это мгновение зазвонил телефон. Мейсон достал из кармана часы на цепочке.

– Третий час ночи, Делла. Кому ты можешь понадобиться в такое время?

– Это, наверное, звонит тот, кто хотел меня убить. Будет мне угрожать, а мы выясним, чего он хотел.

Телефон продолжал звонить.

– Сними трубку, Делла. У тебя есть второй аппарат?

– В спальне, – кивнула она.

– Я послушаю. Будь осторожна в разговоре.

Делла сняла трубку.

– Алло?

– Мисс Стрит? – услышала она. – Говорит ночной сторож. Я проходил по коридору, дверь в контору мистера Мейсона была открытой. Я вошел – там у вас такое творится! Все раскидано, кругом листы бумаги… Вы не могли бы приехать?

– Я не знаю, – сказала Делла Стрит. – Я сейчас позвоню мистеру Мейсону и он сам решит. Прикройте пожалуйста дверь в наш офис.

– Может быть, вызвать полицию? – спросил сторож.

– Нет, не надо, я свяжусь с агентством Пола Дрейка и они присмотрят. Спасибо, что позвонили.

– Лучше было бы вам приехать и самим все посмотреть – вдруг что ценное пропало. Тогда надо вызывать полицию.

– Спасибо, что позвонили, – повторила Делла. – Я решу этот вопрос.

Она повесила трубку.

Из спальни появился Мейсон, задумчиво потирающий подбородок.

– Что ты обо всем этом думаешь, шеф?

– Теперь ясно, откуда у злоумышленника нож, – ответил адвокат. – Я поеду в офис и посмотрю, что и как.

– Я поеду с тобой! – тут же заявила Делла.

– Это может быть ловушкой, – возразил адвокат. – Они хотят выманить тебя из дома.

– Но я узнала голос ночного сторожа и…

– А мой голос из-за двери ты тоже узнала? – усмехнулся Мейсон. – Кто-то сильный и хитрый бросил нам вызов.

– Кто?

– Сам ломаю над этим голову. Где ты оставила машину?

– Припарковала у дома. Я не поставила ее в гараж, потому что…

– За домом могут следить, – задумчиво перебил ее Мейсон и взял со стола трофейный револьвер. – Мы покинем квартиру путем, которым я сюда вошел и поймаем такси кварталах в четырех отсюда. Пошли. Хотя нет, позвони Полу, пусть тоже едет в офис.

– Пол, наверняка, спит и будет…

– Это его работа, – пожал плечами Мейсон.

Делла позвонила Полу Дрейку и вкратце описала ситуацию.

– Он приедет, шеф, – отрапортовала Делла.

– Хорошо. Поехали.

Они выключили свет и покинули квартиру черным ходом. Через двадцать минут они уже вместе с ночным сторожем поднимались в лифте.

– Я смотрю, – объяснял сторож, – дверь приоткрыта. Я думал, что мисс Стрит забыла закрыть. Заглянул – а там такое творится…

Они прошли по коридору и открыли дверь в приемную. Делла щелкнула выключателем и вспыхнул свет. Стулья были опрокинуты, телефон на столе Герти разбит, машинки на двух других столах были скинуты. Пол неровным слоем устилали разлетевшие по всей приемной листы бумаги.

Стараясь не наступать на документы, Мейсон прошел к двери кабинета и открыл ее. Делла за его спиной охнула. В кабинете погром был еще больше. Сейф стоял с распахнутой дверцей, все папки были вынуты и раскиданы по кабинету.

– Блэкстоун-то чем не угодил? – недовольно сказал адвокат и поднял бюст великого юриста с пола.

У гипсового Блэкстоуна откололся кусочек носа и левое ухо.

Мейсон прошел к столу и поднял свой крутящийся стул. Устоял только стол и тяжелое черное кожаное кресло для посетителей.

Адвокат сел и закурил. Делла собирала бумаги с пола.

– Шеф, я не могу сейчас с уверенностью утверждать, но мне кажется, что большая часть бумаг по твоим прежним делам исчезла, – сказала секретарша. – Кому, интересно они могли понадобится?

– Шантаж, – только и сказал Мейсон.

– Что?

– В папках хранился богатейший материал для шантажа наших бывших клиентов, – пояснил Мейсон. – Только что все это означает…

В дверь, ведущую в кабинет прямо из коридора, раздался стук – один громкий удар, четыре тихих и вновь два громких.

– Это Дрейк, – сказала Делла. – Впустить?

Мейсон кивнул, как бы невзначай запустив руку в карман с отобранным у незнакомца револьвером.

В кабинет вошел невыспавшийся глава «Детективного агентства Дрейка». Оценив открывшийся ему вид разгромленного кабинета, он кивнул и хмуро бросил Делле:

– Привет, красотка.

– Проходи, Пол, усаживайся, – пригласил Мейсон. – Твое любимое кресло налетчики не тронули.

– Перри, опять тебе не спится? – усмехнулся Дрейк. – Что произошло?

– Кто-то забрался в мой кабинет. И кто-то хотел убить Деллу.

Высокий, внешне неуклюжий Пол Дрейк прошел к черному кожаному креслу для посетителей и уселся в излюбленной позе, опершись спиной на один подлокотник кресла и перебросив ноги через другой.

– У тебя есть сигареты, Перри? А то я свои дома забыл из-за спешки.

Мейсон достал портсигар и протянул детективу, затем щелкнул зажигалкой и оба прикурили.

– Рассказывай, – попросил Пол.

– Мы были с Деллой в ресторане, – начал Мейсон, – время было позднее, расставаться не хотелось. Мы решили поиграть в романтику. Я взял ключ от черного хода в квартиру Деллы и на такси отправился к ней. А через четверть часа она тоже вышла из ресторана и на своей машине поехала домой. Минут через десять после ее прихода раздался звонок в квартиру и голос, очень похожий на мой, заявил, что пришел Перри Мейсон. Причем, он сперва позвонил в соседнюю квартиру, и когда там открыли, он извинился, сообщив что он Перри Мейсон, что ему срочно нужна секретарша и что он в спешке позвонил не в ту дверь.

– Вот как? – усмехнулся Дрейк выпуская тонкую струйку голубоватого дыма.

– Делла открыла дверь, – продолжил Мейсон, – он прошел и без предупреждения пытался ударить Деллу ножом. Я ему помешал. Мы стали бороться, я старался отобрать нож. Наконец мне это удалось, но он неожиданно ударил меня ногой, отпрыгнул и достал револьвер. Если бы из кухни не поспела Делла и не ударила бы его сковородой по голове, ты мог сейчас и не разговаривать со мной…

– Продолжай, Перри.

– Мы прошли в комнату, оставив его в коридоре. Пока я решал, чем бы его связать, он пришел в себя и убежал. Это была непростительная глупость с моей стороны, но честно говоря, все произошло довольно неожиданно, Пол. Нож оказался из моего кабинета, я держал его в этом вот ящике стола. И на ноже было вот это, – Мейсон извлек из кармана аккуратно завернутые в платок две половинки самодельной накладки и протянул детективу.

– Что это?

– На ноже, которым он хотел убить Деллу, должны были остаться мои отпечатки пальцев. К тому же соседка…

– То есть хотели подставить тебя, Перри?

– Несомненно, – кивнул адвокат.

– Но кому это могло понадобится, черт побери? Ты ведь закончил вчера то проклятое дело…

– Это может быть месть, – спокойно ответил Мейсон. – За десятилетия адвокатской практики у меня появились враги не только в окружной прокуратуре.

– Окружной прокурор не стал бы расправляться с тобой таким способом.

– Конечно, – кивнул Мейсон. – Он не теряет надежды победить меня в суде.

– Тогда кто это был?

– Не знаю. Хотел бы знать.

– Хорошо, Перри. И что ты намерен предпринять дальше? Ведь опасность не миновала?

– Нет, конечно. Они так основательно взялись за тело, что было бы глупо предполагать, что неизвестный враг отступит после первой же осечки. И мне, и Делле, и возможно, тебе, Пол, угрожает смертельная опасность.

– Шеф, может возьмем билеты и махнем на недельку в круиз в Южную Америку? – предложила Делла. – И отдохнем заодно.

– Сегодня я как раз думал над этим, – усмехнулся адвокат. – Но теперь об этом придется временно забыть.

– Но почему? Уедем и нам ничто не будет угрожать на корабле.

– Отложить проблему – не значит ее решить, – ответил Мейсон. – Чтобы устранить опасность, надо найти врага и обезвредить его.

– Ты не собираешься звонить в полицию, Перри? – спросил Дрейк.

– И что я им скажу? Ты же знаешь мои отношения с полицией и окружной прокуратурой…

– Тогда что ты хочешь предпринять?

– Пол, ты мог бы подобрать оперативницу, похожую на Деллу и нескольких надежных людей для охраны? – спросил Мейсон.

– Дай подумать… Да, мог бы, есть подходящая по фигуре, только волосы… Но можно натянуть парик и…

– Прекрасно, – воскликнул адвокат. – Делла, если я не ошибаюсь у тебя где-то в Денвере родственники? Отправишься погостить…

– Я никуда без тебя не поеду, – решительно заявила Делла.

Она уже почти собрала все бумаги с пола и сложила их грудой на своем столе, намереваясь разбирать.

Мейсон встал со своего кресла и, засунув большие пальцы в проймы жилета, принялся задумчиво расхаживать по кабинету.

– Да, ты права, – сказал он наконец. – Нельзя оставлять тебя без присмотра. Временно тебе придется пожить в каком-нибудь отеле под вымышленным именем.

– А ты? Тебе ведь тоже может угрожать опасность.

– А я поселюсь в соседнем номере, – усмехнулся адвокат и повернулся к детективу: – Пол, ты подготовишь двойника Деллы к завтрашнему утру?

– К утру может и не успею, Перри, но к обеду – сделаю точно.

– Постарайся к утру. Мы начинаем охоту на охотника. В данном случае, Пол, твоим и своим собственным клиентом, являюсь я. И речь, как обычно, идет о жизни и смерти. На _э_т_о_т_ раз – о нашей жизни и смерти.

Глаза адвоката горели азартным огнем. Одно дело сменилось следующим. Он любил рисковать, любил запутанные тайны. Он не представлял себе жизни без опасных головоломок.

2

Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк сидели в кабинете адвоката.

– Прошло полторы недели с того вечера, – сказала Делла, – а наш противник никак себя не проявил. Может, отступился?

– Может и отступился, – сказал Мейсон. – Пол, твои люди внимательно следили за двойником Деллы?

– Да, круглосуточное наблюдение, – ответил детектив. – Следили так же за квартирой. Никаких признаков угрозы.

– Хорошо, Пол, – сказал адвокат. – Снимай людей с этого задания. Так можно год следить и напрасно. Делла, возвращаемся в свои квартиры.

– Шеф, а если противник только затаился?

– Будем надеяться, что мы ответим на его следующий удар, если таковой последует. Никому не открывать ночью и не выходить из квартиры, не предупредив меня.

– Перри, а может, оставить охрану до конца недели? – предложил Дрейк.

– Нет, Пол, спасибо. Я хочу выследить противника, а похоже, что он раскусил двойника. Оперативница сейчас в приемной?

– Да.

– Забирай ее, задание закончено, – сказал адвокат. И добавил многозначительно: – Пока.

В дверь кабинета постучали и на пороге появилась Герти.

– Мистер Мейсон, пришел мистер Филипп Реймс, из Реддинга. Утверждает, что звонил вам вчера и договорился о встрече.

– Да, Герти, пригласи его. – Он повернулся к Дрейку: – Забирай оперативницу и не засыпай там у себя. Новый клиент чреват новыми поручениями для тебя и твоих парней.

– Ага, – ухмыльнулся Дрейк. – Всегда готов. – Он встал с кресла и направился в сторону двери, выходящей в общий коридор. – Если что понадобиться, я буду у себя.

– Пока, Пол.

Едва за детективом закрылась дверь в кабинет вошел невероятных размеров мужчина в широкополой ковбойской шляпе и с громадной сигарой в зубах. Он добродушно улыбался, протягивая руку навстречу адвокату:

– Рад познакомиться с вами, мистер Мейсон. Даже у нас в Реддинге наслышаны о ваших способностях!

– Прошу садиться, мистер Реймс, – указал Мейсон на кресло для посетителей.

– У меня мало времени, – заявил Реймс, не прекращая улыбаться. Он прямо-таки лучился добродушием, здоровьем и хорошим настроением, что несколько не соответствовало цели его визита. – Самолет через час. Дела не позволяют мне надолго покинуть родной город, сами понимаете.

– Я слушаю вас, – сказал адвокат.

– Я уже говорил вам по телефону, что меня беспокоит моя дочь Анна. Она жила в Лос-Анджелесе в многоквартирном доме «Банзай». Месяц назад от нее пришло последнее письмо. Из дома она выехала и больше ее никто там не видел. Я беспокоюсь, не попала ли она в неприятности.

– Она раньше никогда не пропадала? – поинтересовался адвокат.

– Нет, – ответил посетитель. – Понимаете, мистер Мейсон, я со своей дочерью не в ладах, мы с ней не разговариваем уже два года… Она переписывается только с матерью. Мэри сказала мне об этом лишь позавчера… И я решил поручить вам разыскать Анну и выручить ее из беды, если она попала в неприятности.

– Чем она занималась здесь, работала?

– Нет, училась в Университете. Судя по письмам к матери, учеба шла успешно. Она познакомилась с неким мистером Веннетом, который старше ее на десять лет… И недавно в письме она просила денег на обустройство новой квартиры…

– Много?

– Да нет, – поморщился посетитель. – Все, конечно, относительно, но для меня немного. Двенадцать тысяч. Я, разумеется, дал деньги Мэри и она послала Анне, но я что-то заподозрил. Она раньше никогда не просила больше того, что ей посылали… Мистер Мейсон, я считаю, что Анна попала в какие-то неприятности.

– Чем вы занимаетесь, мистер Реймс?

– Всем понемногу. У меня есть небольшой заводик по переработке сельхозпродукции, около десятка ферм, мастерские. Торговля, несколько магазинов в Реддинге и Чико, поставки в Сакраменто и Сан-Франциско.

– Ваша дочь писала что-нибудь об этом мистере Веннете, чем он занимается?

– Как я понял, ничем. У него есть какие-то средства и он курсирует на своей яхте под названием «Звезда Каталонии» по всему побережью.

– У вас сохранились ее письма?

– Наверное. У ее матери. Понимаете, мы не живем вместе и…

– Разведены?

– Да, у меня вторая жена. Но я остался с Мэрион в хороших отношениях. Я могу взять у нее письма Анны.

– Думаю, мистер Реймс, что вы обратились не по адресу. Я – адвокат. Это работа для детективов. Я могу порекомендовать вам очень неплохое детективное агентство, оно расположено в этом же здании, даже на этом же…

– Я обратился к вам, мистер Мейсон. А вы, если потребуется, обратитесь к детективам.

– Но я не вижу, чем бы…

Посетитель рассмеялся и затушил в пепельнице свою сигару. Улыбка сползла с его лица и он стал серьезным.

– Хорошо, мистер Мейсон, не будем играть в прятки. Мы взрослые люди. Вы все равно бы все узнали, едва взявшись за дело. Две недели назад на яхте «Звезда Каталонии» в гавани Лос-Анджелеса обнаружен труп некоего Рея Хенсли, известного картежника и прожигателя жизни. Подозреваемые в убийстве Стив Веннет и Анна Грайхон скрылись и до сих пор не пойманы.

– Анна Грайхон? – в удивлении переспросил Мейсон.

– Да, дочка взяла фамилию матери. Я уже говорил вам, мистер Мейсон, что… Ну, мы не разговариваем два года. Но это не означает, что меня не беспокоит ее судьба.

– Ваша вторая жена молода?

– Разве это имеет какое-то отношение к моей дочери?

– Никогда нельзя заранее сказать, что в таких делах имеет отношение, а что нет.

Посетитель взглянул на часы.

– Мистер Мейсон, у меня скоро самолет…

– Вам что-нибудь известно об убийстве мистера Хенсли?

– Только то, что было в газетах. С того времени, как Анна учится здесь, Мэри выписывает несколько лос-анджелеских газет…

– Хорошо, мистер Реймс я займусь вашим делом. Продиктуйте подробный адрес моей секретарше.

Посетитель раскрыл портфель и вытащил десять пачек десятидолларовых купюр. Сложил по пять двумя аккуратными стопками и придвинул к адвокату.

– Это аванс мистер Мейсон. Если эта история с Анной…

– Может, вам удобнее выписать чек?

– Я не хотел бы афишировать наши взаимоотношения. Я не хотел, чтобы узнала в конце концов Анна, или кто другой, – улыбнулся прежней добродушной улыбкой посетитель. Он перехватил взгляд адвоката, устремленный на пачки и рассмеялся: – Перед отлетом я послал секретаря в банк, а у них оказались только мелкие купюры. Я надеюсь, вы не в претензии, мистер Мейсон?

– Нет, разумеется. Делла, выпиши мистеру Реймсу расписку и отнеси деньги в банк.

Посетитель встал, кожаное кресло жалобно скрипнуло.

– К сожалению, я очень тороплюсь на самолет, мистер Мейсон. Сегодня же я вышлю вам письма Анны. Держите меня в курсе ваших розысков.

– Естественно.

– Рад был познакомиться, мистер Мейсон, – Реймс взял у Деллы протянутую расписку. – Если это дело закончится благополучно, я заплачу еще тридцать тысяч долларов. Всего хорошего.

– До свидания.

Дверь за посетителем закрылась.

Мейсон встал и закурил сигарету.

– "Звезда Каталонии", «Звезда Каталонии», – проговорил он. – Делла, ты помнишь что-нибудь по этому делу?

– В самых общих чертах.

– Сходи в библиотеку, просмотри газеты двухнедельной давности. Надо работать.

– Сейчас принесу. Деньги сразу же отнести в банк?

– Сходи пока за газетами.

Делла скрылась в двери, ведущую в библиотеку. Мейсон задумчиво подошел к столу и взял пачку денег. Бандероль была не банковская, явно самодельная – склеена из полосок чистой бумаги. Мейсон задумчиво порвал упаковку и пролистал пачку купюр – нумерация была сплошная.

– Нашла, шеф.

Делла Стрит положила на стол газеты с кричащими заголовками: «Труп Рея Хенсли на „Звезде Каталонии“. Студентка, сбежавшая со своим возлюбленным, подозревается в убийстве».

– Знаешь что, Делла, набери-ка мне номер Пола, – попросил адвокат.

Через минуту она протянула ему трубку:

– Пол на проводе.

– Алло, Перри? – услышал в трубке адвокат. – Как новое дельце, прибыльное?

– По-моему, даже чересчур, – сказал Мейсон. – Слушай, Пол, два дня назад ты рассказывал, что готовил двадцать тысяч десятками для своего клиента, помнишь?

– Ага, но они не потребовались. Мои парни нашли похищенного ребенка и разобрались с похитителем так, что…

– А эти деньги у тебя?

– Да, все не собраться отнести в банк…

– Вот что, Пол, быстро бери эти деньги и заходи ко мне, я тебя жду. Только поторопись.

– У тебя неприятности?

– Не знаю пока, – признался адвокат. – Иди сюда, здесь все обговорим. Делла, открой Полу дверь.

Мейсон положил трубку и, дымя сигаретой, принялся расхаживать по кабинету.

– Ты чего-то опасаешься, шеф? – спросила Делла.

– После того случая в твоей квартире я опасаюсь даже собственной тени, – ответил Мейсон.

Раздался кодовый стук в дверь из коридора и Делла открыла Дрейку.

– Ну, что у тебя еще произошло?

Мейсон кивнул на деньги.

– Вон, – сказал он.

– Что это?

– Предварительный гонорар.

– И чем тебе не нравится такой гонорар?

– Самодельными бандеролями. Реймс сказал, что взял деньги в банке перед отлетом, более крупных купюр у них не было.

– Я тебя не понимаю, Перри. Чего ты опасаешься?

– Сам не знаю. Береженого Бог бережет. Кому-то очень сильно захотелось посадить меня на тюремную диету. Ты принес деньги, Пол?

Дрейк положил на стол сверток, что держал в руках. Двадцать пачек десятидолларовых банкнот с аккуратными банковскими бандеролями.

– Хорошо, – сказал Мейсон и отложил десять в сторону. – Номера переписаны?

– Их не знает никто, кроме меня.

– Отлично. Остальные возьми с собой и уходи, вечером поговорим. Я очень сильно подозреваю, что скоро ко мне заявятся гости и должен как следует подготовиться.

– Как скажешь, Перри, – пожал плечами Дрейк. – Ты уверен, что тебе не нужна моя помощь?

– Пока нет, – решил адвокат. – Да, проверь пожалуйста, что представляет из себя мистер Филипп Реймс из Реддинга и выясни, что сможешь, об Анне Грайхон и убийстве на «Звезде Каталонии».

– Понятно, – сказал Дрейк и направился к дверям, держа сверток под мышкой. – Сделаем.

Он закрыл за собой двери.

– Делла, срочно запакуй деньги Реймса и сбегай на почту, отправь их по-моему домашнему адресу.

– А что с деньгами Дрейка?

– Положи их пока в сейф. Избавимся от этих денег, а потом отнесешь те, как обычно.

– Тебе не кажется, что ты стал очень подозрительным, шеф?

– Может быть, – улыбнулся Мейсон. – Очень даже может быть. Дай-то Бог, чтобы ты оказалась права…

3

Адвокат отложил последнюю газету с рассказом об убийстве на «Звезде Каталонии», достал портсигар, вытащил сигарету и вздохнул.

– Что-нибудь было еще? – спросил он секретаршу.

– Нет, шеф. Подозреваемые в розыске, все улики прямо указывают на них. К тому же, по законам штата Калифорния, бегство от правосудия указывает на виновность.

– Знаю, – сказал Мейсон.

– Ты возьмешься за это дело, шеф?

– Это зависть от многих факторов.

– Каких, например?

– Например, был ли у нас здесь сегодня мистер Реймс?

Открылась дверь из приемной и появилась Герти.

– Мистер Мейсон, там пришел сержант Холкомб и заявляет, что должен немедленно вас увидеть по безотлагательному делу.

– Вот и ответ на твой вопрос, Делла, – усмехнулся Мейсон. – Пригласи его в кабинет, Герти.

Через минуту в кабинет в сопровождении трех полицейских вошел сержант Холкомб. Он широко расставил ноги, уперев руки в бока и улыбнулся адвокату.

– Здравствуйте, мистер Мейсон. У меня к вам несколько вопросов.

– Присаживайтесь, господин сержант. Чем могу помочь? Требуется совет в трудном деле? Я беру за консультацию пятьдесят долларов.

– Да, требуется совет, – с чувством собственной уверенности заявил Холкомб. – Однако, я надеюсь, что получу его бесплатно.

– Я вас слушаю.

– У вас есть в офисе какие-нибудь денежные суммы?

– На каком основании вы спрашиваете? – поинтересовался адвокат.

– Вот ордер на обыск, подписанный окружным прокурором Гамильтоном Бергером. Если у вас есть деньги, прошу сдать добровольно.

– У меня есть деньги, но почему я должен их сдавать?

– На основании ордера на обыск, – стараясь не выходить из себя, сказал сержант. – Предъявите деньги.

– Делла, достань, пожалуйста, из сейфа деньги, которые заплатил мистер Реймс в качестве предварительного гонорара.

Делла вынула из сейфа десять пачек десятидолларовых купюр, упакованных самодельными бандеролями из чистых полосок белой бумаги. Холкомб взял одну пачку, надорвал ее, быстро прошерстил, убеждаясь в сплошной нумерации купюр и с победным видом бросил пачку на стол.

– Ну, Мейсон, наконец-то вы попались! – не скрывая радости заявил сержант. – Я вам давно говорил, что когда-нибудь вы допрыгаетесь.

– А что случилось? – с невинным видом спросил адвокат.

– Именем закона вы арестованы по обвинению в шантаже Сюзанны Бакстон, – торжественно объявил сержант. – Джон, – повернулся он к одному из полицейских, – забери деньги. Пойдемте, мистер Мейсон.

– Я никуда не пойду, пока вы не докажете свои обвинения.

– Бросьте, Мейсон, – усмехнулся Холкомб. – Вы же прекрасно знаете, что пойдете. На этот раз вы попались. Ваш номер не прошел. Сюзанна Бакстон отдала сегодня шантажисту, причем надо заметить, все было проделано чрезвычайно хитро, что свойственно именно вам, десять тысяч долларов. Десятидолларовыми купюрами и в пачках с самодельными бандеролями. Вы попались, Мейсон.

– Вы уверены, что это те самые деньги?

– Конечно, – самодовольно сказал сержант. – Номера переписаны. Вы попались, Мейсон, – Холкомб смотрел на адвоката влюбленными глазами, рот самопроизвольно расплылся в широченной улыбке и сержант даже при всем желании не смог бы ее сдержать – радость переполняла его до краев. – Сюзанна Бакстон была вашей клиенткой и только вы располагали конфиденциальной информацией, которой ее пытались шантажировать. Вы попались, Мейсон! Черт побери, вы все-таки попались!

– Сюзанна Бакстон? – задумчиво переспросил Мейсон. – Делла, ты помнишь кто это?

– Не притворяйтесь, Мейсон. Лет пять назад вы защищали ее по обвинению в убийстве мисс Роунстон.

– Шеф, дело о камушке в небе, – напомнила Делла Стрит. – Только она не была твоей клиенткой. Ты защищал Мадлен Кроушби, Сюзанна Бакстон была свидетельницей.

– А-а, – вспомнил адвокат. – Что ж, было. Так вы говорите, что ее шантажировали некой конфиденциальной информацией? Это она заявила вам в полицию о шантаже?

– Какая разница, Мейсон? Вы наконец-то попались!

– А может быть, был анонимный звонок в полицию?

– Да не все ли равно?! – отмахнулся Холкомб. – Деньги у вас – какие еще нужны доказательства? А если потребуются, можете не сомневаться, мы их раздобудем. Собирайтесь, журналисты внизу, наверное, заждались. Какая сенсация для вечерних газет!

Мейсон встал и протянул руку за шляпой.

– Не волнуйся, Делла, – сказал адвокат и украдкой подмигнул ей. – Ровно в пять закрывай контору. Надеюсь, вы арестовываете только меня, господин сержант?

Холкомб подозрительно посмотрел на Деллу Стрит. Минуту подумал, затем заявил:

– Пока достаточно только вас. Мисс Стрит даст подписку о невыезде. Поехали.

В сопровождении Холкомба и трех полицейских Мейсон спустился на лифте вниз. В вестибюле их ожидали репортеры. Тут же защелкали фотовспышки.

– Мистер Мейсон, что вы можете сказать по поводу предъявленного вам обвинения?

– Мистер Мейсон, вы действительно шантажировали миссис Бакстон?

– Мистер Мейсон, вы…

– Господа, – громовым голосом заставил всех замолчать сержант Холкомб. – Через несколько часов вы получите официальное заявление полиции по этому вопросу. Пока могу сообщить по секрету, что у Мейсона конфискованы десять тысяч долларов, полученных от миссис Бакстон.

– Это еще надо доказать, – спокойно усмехнулся Мейсон.

– Не волнуйтесь, докажем, – самоуверенно заверил Холкомб.

Они сели в полицейскую машину – сержант Холкомб на переднее место рядом с шоферам, Мейсон на заднее, с двух сторон окруженный полицейскими.

– Вы попались, Мейсон, попались! – казалось все другие слова у сержанта Холкомба от радости просто вылетели из головы. – Поехали в Управление.

– Господин сержант, – сказал один из полицейских, – подъехал лейтенант Трэгг. Он машет нам, чтобы подождали.

– Хорошо, – вздохнул сержант. – Подождем его.

Высокий подтянутый лейтенант Трэгг подошел к машине и просунул голову в окошко машины.

– Холкомб, – сказал он, – по рации передали об убийстве в Делавар-апартментс. Два трупа, убийца сидит рядом и плачет – неожиданно застал жену с любовником. Обычное дело, ты не мог бы заняться?

– Мы взяли Мейсона с поличным! – гордо сообщил Холкомб. – Десять тысяч Сюзанны Бакстон оказались у него, он даже не удосужился их спрятать.

– Вы сперва докажите, что это те самые деньги, – улыбнулся адвокат.

– Не беспокойся, Мейсон, докажем, твоя песенка спета! Так что с этим убийством, лейтенант?

– Ты с парнями съезди туда и оформи все как следует – раскрытое убийство в твоих руках. Я вижу здесь крутятся газетчики – забирай это воронье, будет им материал для вечерних выпусков.

– А Мейсон? – подозрительно спросил Холкомб.

– Я с ночного дежурства, – ответил Трэгг. – Очень устал, заниматься убийством не с руки. А Мейсона я отвезу в Управление.

– Я сам собирался сдать его, – подозрительность в голосе Холкомба увеличилась.

– Конечно сержант, вы арестовали Мейсона и собрали доказательства. Кстати, деньги где?

– У Джона. Вы их тоже заберете?

– Нет, – усмехнулся Трэгг. – Отчитаетесь сами. Я просто заберу Мейсона, чтобы он не мешал вам расследовать убийство. Время не терпит, сержант, прошу поторопиться.

– Вылезай, Мейсон, – с некоторым сожалением приказал Холкомб. – Поедешь с лейтенантом Трэггом. Не беспокойся, мы очень скоро увидимся снова.

– Не сомневаюсь в этом, – улыбнулся адвокат, выбираясь из машины.

Он направился к автомобилю лейтенанта Трэгга. Открыл ручку задней дверцы.

– Нет, Мейсон, садись рядом со мной, – попросил Трэгг.

Мейсон пожал плечами и выполнил приказание.

Трэгг завел мотор, нажал на газ и влился в поток машин.

Какое-то время они ехали молча.

– Мейсон, я не верю, чтобы ты мог заняться шантажом, – наконец сказал лейтенант Трэгг.

– Спасибо за доверие, лейтенант, – усмехнулся Мейсон.

– Тебя подставили?

– С чего вы взяли?

– Откуда у тебя деньги Сюзанны Бакстон?

– А вы тоже, как Холкомб, убеждены, что это те самые деньги?

– У окружного прокурора есть переписанные номера.

– Сержант Холкомб так торопился арестовать меня, что не удосужился взять список и проверить номера изымаемых купюр.

Лейтенант Трэгг внимательно посмотрел на адвоката и на губах его появилась улыбка.

– Ты дьявольски опасный противник, Перри, – сказал он. – Интересно, насколько ты преданный друг?

– Спросите у моих друзей.

– Мейсон, иногда между нами пробегала черная кошка…. – начал было Трэгг.

– И что?

– Что было, то было, – вдруг сказал Трэгг. – Было и прошло… Мне нужна твоя помощь, Перри. Я попал в беду.

– Артур, ты хочешь нанять меня как адвоката?

– Можно сказать и так.

– Куда мы едем? – удивился Мейсон. – Управление полиции в другую сторону!

– Да, – вздохнул Трэгг, – мы едем ко мне домой. Там лежит труп моего зятя.

4

– Так… – протянул Мейсон. – Артур, погиб твой зять из Сан-Роберто, шериф Сэмуэль Греггори?

– Типун тебе на язык, Мейсон! – вырвалось у Трэгга. – Я за Сэма любому горло зубами перегрызу. Сэм – настоящий мужчина, он не даст заколоть себя, словно индейка. Нет, Перри, убит муж моей дочери.

– Так что все-таки произошло?

– Если б я знал! – воскликнул Трэгг, не отрывая глаз от дороги. – Я вернулся домой после ночного дежурства, зашел в кухню, а там… Убили ножом, воткнули в спину по самую рукоятку. Явно пытались представить, что это моих рук дело: на столе початая бутылка, два стакана, закуска…

– В каких вы были с ним отношениях? – поинтересовался Мейсон.

– В отвратительных. Не ладили с самого начала.

– Они с вашей дочерью давно женаты?

– Три года. Понимаете, Мейсон, Нэнси всегда была моей любимицей. У меня есть еще два сына, сейчас они оба служат в армии на восточном побережье. Дочка – младшая, и я всегда хотел девочку. Я пытался отговорить ее от замужества, но она все равно вышла за это ничтожество. У меня испортились с ней отношения, а с Биллом они не сложились с той самой минуты, когда мы впервые увиделись… Мы с ним просто на дух не переносили друг друга.

– В Управлении об этом знают?

– В общем, да. Невозможно все держать в себе. Иногда я изливал душу ребятам.

– Родственники, друзья, естественно, подтвердят, что вы не выносили друг друга?

– Конечно.

– В такой степени, чтобы убить?

– Мейсон, вы же адвокат… А я всю жизнь проработал в полиции. Мы оба уже всего наслушались и насмотрелись. Иногда для того, чтобы убить, достаточно одного слова, потому что злоба накапливается годами и вдруг упала последняя капля… Я клянусь вам, что не убивал зятя. Я могу застрелить преступника, пытающегося скрыться, могу убить в целях самообороны… Если помнишь, я пустил пулю в сержанта Джаффрея, когда тот пытался сопротивляться аресту… Он брал дань со всех в отеле «Кеймонт» и несколько лет тому назад убил своего напарника, отличного парня, за то, что тот его раскусил. Да, я застрелил Джаффрея не задумываясь. Но убить собственного зятя, даже если я его терпеть не мог? Все-таки, он муж моей дочери, она его любит, он ее тоже… он отец моей внучки. Я не мог бы его убить хотя бы только потому, что не хочу приносить горе собственной дочери. Ведь таким образом я могу потерять ее и никогда больше не увидеть внучку…

– Трэгг, что скажут родственники и друзья? Они посчитают, что вы могли его прикончить?

Лейтенант помолчал какое-то время, потом кивнул:

– Да. Они решат, что я мог это сделать.

– Вы живете один?

– Да. Жена умерла два года назад. Я вначале хотел продать наш дом, он казался таким пустым без Бетти… а потом я отказался от этой мысли. С этим домом связано много счастливых минут моей жизни, в нем выросли наши дети. Оставлю сыновьям.

– Прислугу нанимаете?

– Одна женщина приходит убирать два раза в неделю.

– У вас есть алиби на вчерашний вечер и ночь?

– Не знаю, Мейсон.

– То есть как это не знаете? – взорвался адвокат. – Мы профессионалы. Надеюсь, вы имели возможность неоднократно убедиться, что я полностью выкладываюсь для своих клиентов, я представляю их до конца, отдавая борьбе все силы. Только мне необходимо знать правду. Очень часто клиенты лгут своему адвокату, пытаясь показать себя в лучшем свете. Но врачу и адвокату врать нельзя: себе дороже. Я надеюсь, что уж вам-то этого объяснять не надо, Трэгг.

– Прошлую ночь я находился на дежурстве. Пока время смерти Билла не определено… Если его убили вчера вечером – я мог это сделать перед началом работы.

– А если ночью?

– Был один ложный вызов. Людей у нас, как всегда, не хватает, я ездил один. Потом выпил кофе в ночном кафе. К тому же, у меня барахлил мотор, и я немного покопался в машине.

– Хм. То есть, вас кто-то определенно решил подставить.

– Наверное.

– Вы сами-то кого-нибудь подозреваете, Трэгг?

– У меня много врагов, Мейсон. За столько лет в полиции их набралось достаточно.

– Как вы считаете, у вас и у меня может быть один общий враг?

Трэгг в удивлении посмотрел на адвоката.

– Общий враг? – переспросил он. – Почему у вас возник такой вопрос.

– Потому что меня тоже стараются подставить, Трэгг. Уже второй раз.

– То есть?

– Дней десять назад пытались убить Деллу, а вину свалить на меня, – начал объяснять адвокат. – Причем тоже ножом – его украли из моей конторы и приделали самодельные накладки, чтобы не повредить мои отпечатки пальцев на ручке.

– Приходили к ней домой? – поинтересовался Трэгг.

– Да. Вначале тот мужчина позвонил в соседнюю квартиру, словно ошибся дверью. Представился как Перри Мейсон и извинился за вторжение. Он был одет так, как обычно одеваюсь я, говорил очень похожим на мой голосом… Потом он позвонился к Делле. К счастью, я находился у нее…

– И что произошло?

– Он бросился на Деллу с ножом, поцарапал ей плечо. Я пришел ей на помощь, но он выхватил револьвер и мне было бы не сдобровать, если бы Делла не стукнула его вовремя сковородкой по голове. Я отобрал у него револьвер, прошел в комнату, спрашивая у Деллы, нет ли у нее наручников или, на худой конец, веревки, чтобы связать его. В этот момент он очнулся и кинулся к двери. Остановить его было невозможно.

– В полицию вы, конечно, не заявляли, – усмехнулся Трэгг.

– Во-первых, это было бессмысленно. Во-вторых, я сам решил все выяснить…

– Как обычно, – вставил Трэгг.

– В-третьих, – продолжал Мейсон, словно не слышал реплики лейтенанта, – мне не хотелось создавать ненужную шумиху вокруг своего имени в газетах.

– Значит, вы предполагаете, что и вас, и меня хочет подставить одно и то же лицо?

– Скорее, группа лиц. В одиночку, наверное, действовать трудновато.

– А то обвинение, что сегодня предъявили вам? Скажу по секрету, Мейсон, к нам поступил поступил анонимный звонок о том, что деньги, выплаченные Сюзанной Бакстон шантажисту, находятся в вашем кабинете.

– Тех денег в моем кабинете нет.

– И не было?

– Я воздержусь от ответа на ваш вопрос, лейтенант.

Трэгг рассмеялся.

– Но конфискованные у вас Холкомбом пачки банкнот – не те деньги, что миссис Бакстон выплатила шантажисту? Вы абсолютно уверены в этом?

– Абсолютно уверен. Холкомб не проверил ни одного номера. Он просто обалдел от радости и горел желанием поскорее меня арестовать, увидев к_а_к_и_е_-_т_о_ деньги.

– Да, это в стиле сержанта, – улыбнулся Трэгг. – Он давно точит на вас зуб, Мейсон.

– И не он один, как выясняется.

– Но кто может желать подставить одновременно и вас, и меня? – недоумевал Трэгг. – Ведь мы с вами, вроде бы, обычно находимся по разные стороны баррикады.

Трэгг завернул на подъезд к дому, под колесами машины заскрипел гравий. Лейтенант притормозил у крыльца.

– Вот здесь я и живу, господин адвокат, – сказал он. – Не думал, что когда-нибудь приглашу тебя в гости, Мейсон. Тем более, при таких обстоятельствах.

Трэгг открыл ключом дверь и они вошли в узкий длинный коридор. Кухня оказалась самой последней.

Мейсон внимательно оглядел помещение, стараясь не упустить ни одной детали. Посередине стоял довольно большой стол. На табурете находился труп молодого человека с воткнутым в спину огромным ножом для разделки мяса. Рубашка сзади побагровела, несколько капель крови упало на пол. Кровь уже засохла. Тело было холодным и одеревеневшим: смерть наступила несколько часов назад. Голова упала на стол таким образом, что стакан, из которого перед смертью пил мужчина, опрокинулся и вино разлилось по столу. Напротив стоял еще один стакан и початая бутылка.

– Нож, как я понимаю, ваш? – спросил Мейсон.

– Да, – кивнул Трэгг.

– Где он обычно хранился?

– Вон на той полке, – показал лейтенант.

– Если бы вы встретились с зятем, вы стали бы пить именно вино? Не виски, не коньяк?

– Я дежурил ночью. Наверняка, выбрал бы что-нибудь легкое, если бы вообще стал пить. По крайней мере, так решат в полиции… мои коллеги.

– Бутылка ваша?

– Да, из бара в гостиной.

– Когда вы вчера уехали из дома?

– В половине двенадцатого. Я заступал в полночь.

– Наверное, бессмысленно спрашивать, видели ли вы кого-нибудь подозрительного у дома?

– Никого не было, Мейсон, я прокрутил в памяти прошлый вечер. Вроде бы все, как обычно.

– Когда вы обнаружили труп?

– Сегодня утром, когда вернулся с дежурства. И сразу же отправился к зданию, в котором находится ваша контора: я знал, что Холкомб поехал вас арестовывать. Я хотел вас перехватить.

– Вы смотрели, есть ли у дома следы каких-то машин, чьих-то ног?..

– Конечно, смотрел. Никаких. Мейсон, на этот раз ваш клиент – такой же профессионал, как и вы. Я прекрасно знаю, что делается в подобных случаях. Я попросил вас о помощи просто потому, что одному мне не справиться. К тому же, я не в курсе всех юридических тонкостей, а вы – лучший адвокат в этой части страны. Это не комплимент, это правда.

– Спасибо, Трэгг. Я тоже не сомневаюсь в вашей профессиональной подготовке. А скажите, лейтенант, ваш зять всегда ходил в одной рубашке? Сейчас прохладно…

– Нет. Он терпеть не мог пиджаки в нерабочее время. Наверное, он пришел в плаще, у него такой темно-коричневый…

– А как ваш зять вообще попал сюда? Замок на двери был отжат?

– Я внимательно осмотрел замки у парадного и черных выходов, а также все окна – никаких следов. У меня довольно хитрые замки, их не отожмешь и не захлопнешь… У Билла был на связке ключ от дома, одно время они жили с нами и я не стал требовать ключи обратно…

– А где сейчас этот ключ?

Трэгг внимательно посмотрел на Мейсона.

– А ведь вы правы, Мейсон. Как я сам не сообразил?

Лейтенант подошел к трупу, похлопал по карманам брюк и достал из левого кармана связку ключей в кожаном футляре.

– Странно, Мейсон, но здесь нет ключа от моего дома…

– Может в плаще? Кстати, где он?

– Сейчас посмотрю в прихожей и гостиной.

Трэгг вышел из комнаты. Мейсон внимательно рассматривал кухню, стараясь запомнить каждую мелкую деталь, прекрасно зная, как мелкая деталь может оказаться решающей в суде.

– Его плаща нигде нет, – наконец вернулся Трэгг.

– И что это означает?

– Черт возьми, Мейсон, откуда я знаю, что это означает?

– Это означает, что нож воткнули в спину, когда он был в плаще… Впрочем, одна из версий.

– Вы хотите сказать, что его убили, когда он был в плаще, а потом плащ срезали и перенесли труп сюда, чтобы представить, будто он мирно беседовал, а я…

– Все может быть, лейтенант, – ответил Мейсон. – Что вы теперь планируете делать? Сообщать в полицию?

В этот момент на улице послышался скрип тормозов: перед домом остановилась какая-то машина. Трэгг бросился к окну и выглянул наружу.

– Черт! – выругался он. – Холкомб с сержантом Джонсоном. Так… Мейсон, как я могу с вами связаться?

– Вы собрались…

– Да, бежать, – перебил Трэгг. – В камере я не смогу помочь вам найти убийцу. Сидеть взаперти, ожидая как кто-то другой пытается в одиночку… Я верю вам, Мейсон, но мне спокойнее быть в курсе дел…

Мейсон уже открыл было рот, чтобы предупредить лейтенанта о том, что в штате Калифорния бегство считается признанием вины, но Трэгг жестом остановил его.

– Знаю. Не зря столько лет служу полицейским. И тем не менее… Иначе мы не докопаемся до корней. Итак, как я смогу с вами связаться?

– Позвоните поздно вечером в контору Дрейка. Представьтесь… Какая девичья фамилия вашей покойной супруги?

– Ричардс.

– Скажете, что мистер Ричардс хочет переговорить с мистером Мейсоном. Я договорюсь с Полом, чтобы звонок сразу же перевели бы на мой телефон, в кабинет или домой, в зависимости от того, где буду находиться.

– Прекрасно.

– Вас будут искать, ваши привычки известны полицейским и…

– Оставьте это мне, я знаю город, как собственный кабинет.

– Понятно, – кивнул Мейсон. – И еще один очень важный аспект, лейтенант. У вас есть с собой наличные? Хотя бы доллар. Для того, чтобы я вас официально представлял.

Трэгг опустил руку в карман пиджака, вынул бумажник и протянул пятидесятидолларовую купюру.

– Держите, Перри. Остальное потом.

– Вы убегаете через черный вход?

– Нет, через парадный – моя машина там. Я вырублю Холкомба и Джонсона. А вы порвете мой плащ, словно пытались остановить, и потрясете головой, как будто я вам тоже врезал. Так мы постараемся отмазать хотя бы вас.

Послышался звонок в дверь. Потом удар кулаком и гневный голос Холкомба:

– Открывайте немедленно! Я знаю, что вы оба здесь. Что вы там еще придумали, лейтенант? Мейсона надо срочно везти в Управление, пока он не придумал какой-нибудь очередной трюк!

Трэгг открыл дверь и без промедления ударил Холкомба в пах и, почти одновременно, левой рукой в солнечное сплетение, пока тот еще не понял, в чем дело. Джонсон сперва оторопел от неожиданности, но выучка дала себя знать и он занес кулак для удара. Однако не успел – Трэгг оказался быстрее, мощный хук правой повалил второго полицейского на пол в узком коридоре. Подбежал Мейсон, рванул на себя плащ лейтенанта.

На мгновение они в последний раз встретились взглядом.

Мейсон встал на четвереньки, словно только что очухался. Плащ с разорванным рукавом лежал перед ним.

5

Первым пришел в себя Джонсон. Увидев бесчувственного сержанта Холкомба и вроде бы только что вернувшегося в сознание Мейсона, Джонсон спросил заплетающимся языком:

– Это Трэгг нас всех? Не может быть.

В этот момент с улицы донесся шум заводящегося автомобильного мотора и почти сразу же заскрипели шины по асфальтовому покрытию.

У сержанта Джонсона никак не укладывалось в голове, что лейтенант Трэгг, которого он знал и уважал столько лет, мог поступить подобным образом с ним и Холкомбом.

– Да, – кивнул Мейсон.

Застонал Холкомб, его взгляд сфокусировался на Мейсоне, все еще стоящим на четвереньках с разорванным плащом Трэгга.

– Вам это даром не пройдет, Мейсон, – сквозь зубы прорычал сержант.

– Что не пройдет? Что я пытался остановить вашего лейтенанта, который выключил нас троих и бросился бежать? Да вы мне спасибо должны сказать!

– Во что вы втянули Трэгга, Мейсон?

– Я втянул Трэгга? Зайдите в кухню и посмотрите кто кого куда втянул. Кстати, я – адвокат лейтенанта Трэгга.

Поднявшись на ноги, Холкомб расхохотался.

– Вы – адвокат Трэгга? Да, вы большой выдумщик, Мейсон. Зачем Трэггу адвокат? Вот вам он как раз очень кстати. Вы, между прочим, арестованы. Я вас сейчас доставлю в Управление.

– Сержант, – обратился к нему Мейсон, – вы арестовали меня, даже не сверив с вашим списком ни один номер из тех купюр, что забрали у меня из сейфа. Вы уверены, что это именно те деньги, которые вы искали?

– Вы арестованы, Мейсон, – безаппеляционно заявил сержант Холкомб.

– О, Господи! – прозвучал возглас сержанта Джонсона, заглянувшего в дверь кухни.

– Что там еще? – раздраженно спросил Холкомб.

– Труп мужчины лет тридцати. В спину воткнут большой кухонный нож. По самую рукоятку.

– Что?! – заорал Холкомб.

Он грубо оттолкнул Мейсона и бросился к тому месту, где стоял Джонсон.

Холкомб оглядел кухню, заметил початую бутылку, два стакана, остатки какой-то еды на столе.

– Мейсон! – крикнул он. – Кто этот человек?

– Может, вы меня еще и за его убийство арестуете? – язвительно спросил адвокат.

– Отвечайте на вопрос! – рявкнул Холкомб. – Вы знаете этого человека?

– Лично я никогда не встречал при жизни. Знаю со слов других, а именно лейтенанта Трэгга. Это его зять.

– Черт побери! – выругался Холкомб.

– Так, – сказал Джонсон, – значит, Трэгг привез сюда Мейсона специально, чтобы…

– Чтобы он помог ему выпутаться, – докончил Холкомб. – Никогда не думал, что вы друзья с лейтенантом, Мейсон. Ну ничего, в Сан-Квентине ваша дружба окрепнет еще больше.

– А почему вы решили, что мы с лейтенантом окажемся в Сан-Квентине? – поинтересовался Мейсон.

– Вы – за шантаж, он – за убийство.

– И то, и другое, требуется еще доказать, – усмехнулся адвокат. – Вы уверены, что его убил Трэгг?

– А кто же еще? Все в Управлении знают, как он любил своего зятя.

– Но это не основание считать, что…

– Молчите, Мейсон. Мне не нужны ваши комментарии. Кстати, сейчас я отвезу вас в Управление. Вернее, нет. Я останусь здесь и вызову подкрепление. Вас отвезет Джонсон.

Сержант Холкомб подошел к телефону, набрал номер Управления, вкратце описал ситуацию и попросил прислать еще людей, врача и фотографа.

– Вам здесь больше нечего делать, Мейсон. В ваших услугах, как адвоката, _м_ы_ не нуждаемся. К тому же, вам самому предъявлено обвинение. Я приду проведать вас в тюрьме, Мейсон. Джонсон, вези его в Управление. Оформи там все необходимые бумаги.

Мейсон с Джонсоном покинули дом лейтенанта Трэгга и сели в полицейскую машину.

– Господин адвокат, – начал было сержант Джонсон.

– Никаких комментариев, – сухо ответил Мейсон.

Они молча доехали до Управления. Перед зданием собралось множество корреспондентов. Замелькали вспышки, со всех сторон на Мейсона посыпались вопросы.

– Никаких комментариев, господа, – повторял адвокат. – Надеюсь, что в ближайшее время смогу ответить на все ваши вопросы.

Войдя в здание Управления, они сразу же столкнулись лицом к лицу с капитаном Карпетом. У того был обеспокоенный вид. Мейсону практически никогда до этого не доводилось сталкиваться с начальником Трэгга и Холкомба. Но события последних нескольких часов явно требовали личного участия капитана.

– Здравствуйте, мистер Мейсон, – кивнул капитан Карпет. – Я как раз дал указания дежурному немедленно проводить вас ко мне, как только вас сюда доставят.

– Очень рад встрече с вами, господин капитан, – ответил Мейсон. – Я, естественно, предпочту решать дела именно с вами.

– Спасибо, Джонсон, – повернулся Карпет к сержанту. – Дальше я сам.

Они поднялись в кабинет капитана на втором этаже. Карпет предложил кофе. Мужчины молча выпили по чашечке и закурили.

– Мы снимаем с вас обвинение, мистер Мейсон, – сообщил капитан Карпет. – Деньги будут немедленно вам возвращены. Произошла какая-то ошибка. Мы проверили номера купюр – ни один номер не совпадает. Кто-то явно хотел вас подставить. Сегодня утром к нам поступил анонимный звонок. Наверное, простое совпадение, что деньги у вас оказались именно в тех купюрах, что и требовал шантажист у Сюзанны Бакстон. Я могу спросить, откуда они у вас?

– Получил от клиента сегодня утром и пока еще не успел отнести в банк. У моей секретарши есть копия расписки, выданной клиенту.

– Вы можете назвать имя клиента?

– Господин капитан, вы же прекрасно знаете, что разговор с клиентом конфиденциален. Я не имею права пересказывать вам содержание нашей беседы. К тому же, раз это не те деньги, то мой клиент вообще не имеет никакого отношения к делу.

– Хорошо. По крайней мере, я официально сообщаю вам, что с вас обвинение снято и деньги будут вам возвращены.

– Прекрасно.

– Это не все, Мейсон.

– Я так и думал.

– Когда поступило сообщение о Трэгге, я… Даже не нахожу слов… Я знаю его более двадцати лет. Не могу поверить, что он убил своего зятя.

– Рад это слышать, господин капитан.

– Холкомб так не считает.

– Я думаю, что Холкомба вы тоже не первый день знаете, – заметил Мейсон.

Карпет усмехнулся в ответ.

– Я представляю лейтенанта Трэгга, – сказал Мейсон.

– Он лично просил вас об этом? – удивился капитан.

– Да. И заплатил аванс.

– То есть все официально? – уточнил Карпет.

– Да.

– Вы можете рассказать мне, что произошло?

Мейсон извиняюще улыбнулся.

– Конфиденциальное сообщение клиента адвокату? – спросил Карпет.

– Да.

– Окружной прокурор будет вынужден предъявить Трэггу обвинение в убийстве. Надеюсь, вы это понимаете?

– Естественно.

– Мейсон, я буду с вами откровенен. Я не верю, что Трэгг его убил. Я хорошо знаю Трэгга. Если я могу ему чем-то помочь, помочь вашей работе – я имею в виду по защите Трэгга – звоните в любое время дня и ночи. Я к вашим услугам.

– Спасибо.

– Я знаю вашу репутацию, мистер Мейсон. Обычно вы представляете тех, кто невиновен. Я делаю вывод, что вы считаете Трэгга не замешанным в этом убийстве.

Мейсон снова улыбнулся.

– Ладно, – вздохнул капитан. – Получите внизу ваши деньги. Всего хорошего. Звоните в любое время.

– Спасибо, господин капитан. Всего хорошего.

Как только Мейсон вышел из здания, его окружили репортеры, опять защелкали вспышки.

– С вас сняли обвинение, господин адвокат?

– Почему на вас в самом начале пало подозрение?

– Сержант Холкомб заявлял нам, что вы шантажировали свою бывшую клиентку.

– Произошла ошибка, господа, – спокойным тоном заговорил Мейсон. – В полицию поступил анонимный звонок о том, что у меня находятся деньги, переданные шантажисту. Полиция, естественно, была вынуждена проверить. Да, у меня в сейфе лежали деньги именно в таких купюрах, как выплачивались шантажисту. Сейчас в Управлении полиции сверили номера. Ни один не совпал.

– Значит, кто-то хотел вас подставить?

– За годы адвокатской практики у меня, наверное, накопилось немало врагов.

– А почему у вас в сейфе лежала такая сумма наличными? Разве вы не обязаны сдавать деньги в банк?

– Я просто не успел этого сделать. Я получил их от клиента сегодня утром. Я и мои сотрудники напряженно работаем, и ни у кого еще не было времени сходить в банк. До конца дня мы их обязательно туда положим.

– Назовите имя клиента, который заплатил их вам?

– Его имя не имеет к делу никакого отношения.

– По какому делу он вас нанял?

– Никаких комментариев. Сообщение клиента, сделанные адвокату, конфиденциальны.

– Мистер Мейсон…

– Это все, господа. Мне нужно работать. Надеюсь, что сказанного мной достаточно для ваших отчетов. Спасибо.

6

Мейсон открыл своим ключом выходящую в коридор дверь кабинета.

– Слава Богу! – воскликнула Делла Стрит.

На ее лице выражалось недовольство, она явно нервничала.

– Все в порядке, Делла, – постарался успокоить ее адвокат. – По крайней мере, со мной все в порядке.

– А с кем нет?

– С лейтенантом Трэггом. Он теперь наш клиент.

– Трэгг – наш клиент? – в недоумении переспросила Делла Стрит.

– Да. Я представляю его в деле по обвинению в убийстве его собственного зятя.

– Что?!

Мейсон кивнул.

– Он невиновен, Делла.

– Ты это говоришь обо всех своих клиентах.

– А ты помнишь хоть одного виновного?

– Другие не были полицейскими.

– Ну какое это имеет значение! Вернее, имеет, но не в том смысле, что подразумевала ты. Видимо, у нас с Трэггом есть общий враг. Остались пустяки – выяснить кто именно. Трэгга стараются подставить точно так же, как меня в прошлый раз.

– Что ты хочешь сказать?

– Зятя убили ножом – кухонным ножом Трэгга. На нем явно есть отпечатки пальцев Трэгга. Почерк один и тот же, помнишь накладки на том ноже? На кухонном ноже я заметил едва различимые отметины, где крепились накладки. Вот пятьдесят долларов, оформи их, как аванс от Трэгга. И позвони Полу, попроси его зайти к нам. У меня для него много работы.

Через несколько минут в дверь послышался кодовый стук Дрейка – один громкий, четыре тихих и вновь два громких удара.

– Привет, красотка! Привет, Перри! Итак, тебя отпустили. А что там с лейтенантом Трэггом?

– А ты откуда знаешь про лейтенанта Трэгга, Пол?

– Стараюсь быть в курсе всех событий. В моей работе это просто необходимо.

– Что тебе известно?

– Трэггу предъявлено обвинение в убийстве зятя. Он скрывается. Атаковал полицейских, выполняющих свой служебный долг. Ты – его адвокат.

– И ты, естественно, догадался, что у меня будет для тебя задание?

– Конечно. Вот не ожидал, что когда-нибудь клиентом станет лейтенант Трэгг.

– У тебя клиент – я. Да, я тоже не предполагал, что Трэгг когда-нибудь воспользуется моими услугами, как адвоката. Но жизнь – странная штука. Никогда не знаешь, что тебя ждет за поворотом.

– Что требуется, Перри?

– Выясни все про этого зятя. Его звали Билл. Фамилию мне Трэгг сообщить не успел. Муж дочери Трэгга.

– А сколько у Трэгга детей? – поинтересовалась Делла Стрит.

– Еще два сына в армии. Жена умерла два года назад.

– Сколько лет работаем, можно сказать, бок о бок, а ничего не знаем друг о друге, – заметил Дрейк.

– Я тоже так подумал сегодня, – признался Мейсон. – Итак, Пол, разузнай, кто были друзья и враги этого Билла. Чем занимался. В каких отношениях с дочерью Трэгга. В общем, все.

– Понял. Что-нибудь еще?

– Да, Пол. Я думаю, Трэгга и меня хотел подставить один и тот же человек, одни и те же люди. У нападавшего на Деллу я отобрал револьвер. Выясни по номеру, кому он принадлежит, и все о том человеке.

– Прямо сейчас отправлю парней на задания.

– И, Пол, вечером или ночью тебе в контору будет звонить мистер Ричардс и спрашивать меня. Попроси своего оператора коммутатора перевести звонок на мой аппарат – или сюда, или ко мне домой.

– Ричардс? Ты хочешь сказать, что…

– Я говорю, что тебе в контору будет звонить мистер Ричардс и спрашивать меня, – перебил Мейсон.

Дрейк многозначительно посмотрел на адвоката.

– Я понял. Но ты, как всегда, рискуешь, Перри.

– И, кстати, Пол, будь осторожен. Не исключено, что тот человек или те люди, что охотятся за мной и Трэггом, захотят подставить и тебя.

– Кто это может быть, Перри?

– Понятия не имею.

– Хотят засадить за решетку и тебя, и Трэгга. Наверное, надо вспомнить все твои прошлые дела, всех, кого вы с Трэггом отправили в тюрьму и кто не так давно вышел на свободу.

– Прекрасная идея, Пол. Действуй. Однако, выясняй не только про тех, кто вышел недавно, но и два, и три года назад. Здесь нужно проверять всех.

– Как я понимаю, на расходы не скупиться?

– Естественно. Речь идет о наших жизнях.

Дрейк поднялся с огромного кожаного кресла, предназначенного для клиентов, и пересек кабинет адвоката. Он повернулся у двери и сказал:

– Будь осторожен, Перри. Мне кажется, ты имеешь дело с сильным противником.

– Постараюсь, Пол. Ты тоже береги себя.

Дверь за сыщиком тихо закрылась.

7

Было уже начало пятого, когда в дверь кабинета Перри Мейсона, ведущую прямо в общий коридор, послышался кодовый стук Дрейка.

– Впусти Пола, Делла, – попросил адвокат.

Дрейк вошел и устремился к излюбленному черному креслу для посетителей.

– Какие новости, Пол? – спросил адвокат.

– Во-первых, о револьвере, – сказал Дрейк, перекидывая ноги через подлокотник кресла.

– И что ты выяснил о револьвере?

– Он принадлежал одному типу, Бену Янгу, который хотел контролировать все букмекерские точки порта. Убит из собственного оружия три года назад. Дело не раскрыто.

– Хоть какие-то версии разрабатывались?

– Да. Тогда задержали одного букмекера, но потом отпустили: в общем-то оснований для предъявления ему обвинения у полиции не было. Стопроцентно доказать занятие нелегальным бизнесом не представлялось возможным, а уж пришить убийство конкурента – тем более. Да и сам он, наверняка, не убивал.

– А поподробнее?

– Под прикрытием легальной посреднической конторы работал подпольный тотализатор. У них было несколько точек по городу. Теперь там везде другие люди. Почему – не могу объяснить. Всем заправляли трое – Аддисон Стоун, которого тогда арестовали и отпустили, Ричард Карнейшн и Рей Хенсли, не так давно убитый на яхте «Звезда Каталонии».

– Хм, – сказал Мейсон задумчиво. – Ты выяснил что-нибудь про это убийство и про Реймса?

– Побойся Бога, Перри, мои ребята только начали копать. К тому же, я предполагал, что срочного ничего нет. А почему тебя это вообще заинтересовало?

– Дочь Реймса, который и оставил утром злополучные десять тысяч долларов в качестве аванса, обвиняется в убийстве Рея Хенсли.

– Но ведь… Анна Грайхон…

– Он утверждал, что она взяла девичью фамилию матери, – пояснил Мейсон. – Да, Пол, что-то тут все… Проверь, пожалуйста, всех, кто был хоть каким-то боком связан с тем делом трехлетней давности. Выясни где сейчас Стоун и Карнейшн, потряси их старые связи, короче все, что тебе удастся раскопать. И займись Реймсом, постарайся достать его фотографию…

– Ты считаешь, что у тебя был не…

– Я считаю, что выданные им десять тысяч долларов были взяты у Сюзанны Бакстон.

– Но уверенности у тебя нет?

– Стопроцентной – нет. Неплохо было бы достать список, что хранится у полиции и убедиться. И надо бы повидать Сюзанну Бакстон. Делла, – повернулся он к секретарше, – подними мне то дело, чтобы я освежил память. Ладно, Пол, что у тебя еще?

– Теперь о Билле Никсоне…

– Это зять Трэгга?

– Да.

– И что ты выяснил?

– Честно говоря, ничего интересного. Просто серая личность, причем с отвратительным характером. Банковский служащий. В банке его недолюбливают. Однако, очень дотошен, может выполнять любую занудную, однообразную работу. Наверное, потому, что у него такой характер. Не общительный. Чувство юмора отсутствует напрочь.

– Друзья?

– Наверное, наиболее близок был с собственным братом, Карсоном. Они близнецы. Пожалуй, это все. В банке ни с кем не сошелся. Кроме работы, нигде ни с кем не встречался. Контакты с теми, с кем учился вместе в колледже, тоже потеряны. Банк и семья – вот чем он жил.

– Отношения с дочерью Трэгга?

– Со стороны создавалось впечатление счастливой семьи. Как было на самом деле, судить сложно. Соседи говорят, что все выходные он что-то мастерил или занимался с ребенком.

– Ты говорил с дочерью Трэгга?

– Нет. Там весь день находился кто-то из полиции. Наверное, сходить к ней придется тебе.

– Сделаю это сегодня же… если она меня примет.

– Ты скажешь ей, что представляешь ее отца?

– Естественно. И что я не считаю, что он убил ее мужа. Что я уверен в этом.

– Учти, она уже соответствующим образом настроена. Здесь наш друг сержант Холкомб постарался.

– Не сомневаюсь.

– Да, кстати, в банке мне сообщили, что Никсон не пил вообще: у него больная печень.

Мейсон посмотрел на детектива.

– Ты уверен, Пол?

– Я передаю тебе то, что сказали другие люди. Конечно, он мог не брать в рот спиртного на вечеринках, устраиваемых в банке, но это не означает, что он _в_о_о_б_щ_е_ не пил.

– А враги у него имелись?

– Явные – нет. Его просто не любили те, с кем он работал, но не настолько, чтобы убивать.

– Интересная складывается ситуация. Все, определенно, подстроено, чтобы в убийстве обвинили Трэгга.

– Да, Перри, похоже, что так.

Зазвонил телефон. Делла Стрит подняла трубку.

– Тебя, Пол, – сообщила она. – Из твоей конторы.

– Пол Дрейк у телефона, – сказал тот в трубку. С минуту он слушал, что говорили на другом конце провода. – Черт побери! – наконец воскликнул детектив. – Да. Я все понял. Если кто-то из ребят позвонит с отчетом, сразу же связывайтесь со мной. Я пока сижу в конторе у мистера Мейсона. – Дрейк положил трубку на место. – Да, Перри, для твоего клиента все складывается отвратительно, – повернулся он к адвокату. – На ноже, которым убили Билла Никсона, отпечатки пальцев Трэгга.

– Что-нибудь еще?

– Да. Полиция нашла машину Трэгга припаркованной на стоянке перед универмагом «Стайлфирст». Самого лейтенанта продолжают искать. В его доме оставлена охрана.

– Спасибо, Пол. Пока это все. Отправляй ребят на задания. И не забудь предупредить оператора коммутатора, чтобы перевела звонок мистера Ричардса на мой номер.

– Не забуду. Пока.

– Да, Пол, а нельзя ли достать пузырек человеческой крови… Донорской, например.

– Какой-либо определенной группы?

– Да нет, без разницы. Лучше всего самой распространенной. Хотя, постой. Делла у тебя какая группа крови?

– Вторая, резус отрицательный.

– Пол, достань, если сможешь, самую распространенную группу крови, и еще один пузырек со второй группой с отрицательным резусом.

– Что ты задумал, Перри, что-нибудь противозаконное? – подозрительно спросил Пол.

– Сделай, как я просил и побыстрее.

– Мое дело – сторона. Ты платишь.

Дверь за Дрейком закрылась.

– Что ты собираешься делать, шеф? – спросила Делла Стрит.

– Постараюсь сегодня встретиться с миссис Никсон, поговорить об ее отце и муже. На завтра мне надо назначить встречу с Сюзанной Бакстон, а пока, Делла, разыщи телефон миссис Маккинли, если помнишь такую. Владелицу пансионата, сдающую в наем меблированные комнаты.

– Конечно, помню. Ты года полтора назад защищал ее в деле об убийстве Кристиана Винегера. Но она-то зачем тебе понадобилась?

– Трэггу надо где-то жить, пока это все не утихнет и мы не докажем его непричастность к убийству. Он не может остановиться в гостинице, у тебя или у меня. Я спрошу у миссис Маккинли, нет ли у нее свободной комнаты с отдельным входом, желательно, с узкого переулка, проходящего за ее домом. Нам не обязательно сообщать ей, кто такой Трэгг, а она, я предполагаю, не станет задавать лишних вопросов.

Делла Стрит порылась в папках и взялась за телефонный аппарат.

– Миссис Маккинли? Вас беспокоят из конторы адвоката Перри Мейсона… Да, мисс Стрит. Вы меня узнали?… Мистер Мейсон хотел бы переговорить с вами. Передаю трубку.

Она кивнула адвокату.

– Миссис Маккинли? Это Перри Мейсон. У вас все в порядке?

– Мистер Мейсон, как я рада вас слышать! Сегодня в программе новостей передали, что вам предъявлено обвинение, правда, только что сообщили, что произошла ошибка и оно снято. Что случилось?

– Кто-то из моих недругов позвонил в полицию и сказал, что у меня находятся деньги, переданные шантажисту. Шантажировали женщину, проходившую свидетельницей по одному из моих прошлых дел. Сержант Холкомб поторопился меня арестовать, даже не сверив номера купюр, имевшихся у меня в конторе, со списком врученных шантажисту.

– О, Холкомб! С ним у меня связаны самые неприятные воспоминания в моей жизни. Отвратительная, самовлюбленная личность.

– Вы абсолютно правы.

– Чем могу быть вам полезна, мистер Мейсон? Наверное, вы звоните не для того, чтобы справиться о моем здоровье?

– К сожалению, не только поэтому. Одному моему клиенту требуется временное убежище. Я не стану сообщать вам детали. Чем меньше вы знаете, тем лучше. Нет ли у вас комнаты с отдельным выходом на тот переулок, что проходит за вашим домом?

– Есть. Как раз освободилась неделю назад. Правда, она очень маленькая, и я в ней как следует не прибралась…

– Это не имеет значения. Я также попрошу вас подавать постояльцу завтраки, обеды и ужины прямо в комнату или покупать продукты – но это уже как он сам захочет. Он не будет выходить из комнаты. Или я, или Делла будем его навещать время от времени.

– Хорошо. Когда он приедет?

– Может, сегодня ночью, может, завтра.

– Окно моей спальни – третье от черного входа. Постучите, если я буду уже спать.

– Спасибо, миссис Маккинли.

– Не стоит благодарности, мистер Мейсон. Я рада помочь вам, чем могу. До свидания.

Адвокат повесил трубку и повернулся к Делле Стрит.

– А теперь, пожалуйста, набери номер миссис Никсон. Надо договориться с ней о встрече. И я попрошу тебя поехать вместе со мной, чтобы застенографировать сказанное. К тому же, присутствие женщины, не исключено, поможет ей чувствовать себя менее скованно.

Делла Стрит набрала нужный номер и, когда на другом конце ответили, спросила:

– Миссис Никсон? Вас беспокоят из конторы адвоката Перри Мейсона. Мистер Мейсон хотел бы переговорить с вами.

Мейсон взял трубку.

– Примите мои соболезнования, миссис Никсон.

– Вы определенно звоните не за тем, чтобы их выразить, – ответили на другом конце провода. – Мне уже сообщили, что вы представляете моего отца, мистер Мейсон. Я хочу вам сразу же заявить, что не желаю иметь никаких дел ни с отцом, ни с его адвокатом. Отец убил моего мужа, которого он возненавидел с первой минуты.

– Не будьте так уверены, миссис Никсон, – возразил Мейсон.

– Доказательства указывают на отца. К нам домой приезжал сержант Холкомб и все рассказал. На ноже отпечатки пальцев отца. Сомнений быть не может.

– Миссис Никсон, вы разрешите мне к вам подъехать и переговорить лично? Я думаю, нам надо обсудить ряд вопросов, которые, как мне кажется, не стоит поднимать по телефону.

– Мистер Мейсон…

– Миссис Никсон, я знаком с вашим отцом много лет, хотя мы и оказывались всегда по разные стороны баррикады. Вы, я уверен, тоже знаете его достаточно хорошо. Дайте мне шанс объяснить вам ситуацию, не ставьте на отце крест. Не забывайте, что ему сейчас требуется ваша помощь.

– Помощь убийце моего мужа?

– Повторяю, не делайте поспешных выводов. Как дочь полицейского, вы должны знать, что часто улики указывают совсем не на истинного убийцу. К тому же, за годы работы у вашего отца накопилось достаточно врагов, которые хотели бы отправить его за решетку. Вы исключаете такой вариант?

– Я не знаю. Я никого не хочу видеть. Я очень устала, у меня сильная температура. Я болею со вчерашнего дня. Когда вчера вечером позвонили, что отцу плохо и просили приехать, я не смогла выйти из дома. Сегодня я чувствую себя ничуть не лучше. Вдобавок, смерть Билли… – она разрыдалась в трубку.

Мейсон переждал, пока слезы на том конце провода стихнут и спросил:

– Во сколько позвонил коллега вашего отца?

– Часов в восемь. Он сказал, что папу из Управления отвезли домой на полицейской машине.

– Хорошо, миссис Никсон, я больше не буду вас беспокоить, я позвоню позже.

Она не прощаясь повесила трубку.

– Почему ты не настоял на встрече, шеф? – спросила Делла Стрит.

– Потому что мне не выгодно встречаться с ней. Вообще. По крайней мере, до суда.

– Но почему?

– Вряд ли она может сообщить еще что-то такое, что не раскопают люди Дрейка. И сейчас она настроенный против нас свидетель.

– Ну и что?

– Пусть так все и остается.

– Я не понимаю тебя, шеф.

Мейсон улыбнулся своей секретарше:

– Если тебе кто-либо предложит пари, ставь ползарплаты, что Трэгг невиновен.

– Я так и сделаю, – ответила Делла Стрит.

8

В дверь кабинета из приемной постучали и вошла Герти.

– Мистер Мейсон, – обратилась она к адвокату, – там пришел посыльный с письмом, говорит что дело срочное.

– Уже поздно, Герти. Я думал, что ты уже ушла, – сказал Мейсон, посмотрев на часы. – Прими послание в обычном порядке, я завтра посмотрю.

– Я думала, что вас это заинтересует, – ответила девушка. – Письмо от мистера Реймса.

– И принес его посыльный?

– Да.

– Черт возьми! – вырвалось у Мейсона. – Ведь он же собирался в Реддинг! Хорошо, Герти, принеси письмо. И попроси посыльного на всякий случай пять минут подождать.

– И что это может быть? – поинтересовалась Делла.

– Понятия не имею, – ответил адвокат.

Герти принесла запечатанный конверт, на котором было на машинке отпечатано: «Перри Мейсону, адвокату».

Мейсон торопливо вскрыл конверт и достал сложенный пополам листок дешевой писчей бумаги. На нем так же на машинке было написано:

"Мистер Мейсон!

Узнав, что Вы великолепно играете в покер, я хотел бы пригласить Вас на партию, которая, не сомневаюсь, доставит Вам удовольствие. Ставки любые – от десяти тысяч долларов до человеческой жизни. Впрочем, личную Вашу безопасность на сегодняшний вечер я Вам гарантирую. Вы можете придти с сопровождающим.

Жду Вас ровно в полночь по адресу Кроклин-авеню, шестнадцать семьдесят один. Обещаю Вам незабываемый вечер.

С уважением, Филипп Реймс."

Адвокат прочитал послание и протянул его Делле Стрит. Заложив большие пальцы в проймы жилета, он принялся расхаживать по кабинету, Герти в ожидании следила за ним глазами.

– Что ты думаешь по этому поводу, шеф? – спросила Делла, дочитав странное приглашение. – Надеюсь, ты никуда не пойдешь?

Адвокат остановился и обернулся к Герти:

– Позови ко мне этого посыльного, пожалуйста.

Через минуту в кабинет вошел юноша лет шестнадцати, в форме и фуражке с медной бляхой, на которой была выбита эмблема компании.

– Вы из какого агентства? – поинтересовался адвокат.

– У вас какие-нибудь претензии, сэр?

– Нет, нет, – улыбнулся адвокат и, раскрыв бумажник, достал десятидолларовую банкноту, – просто хотел отметить вашу прекрасную работу. Время ведь позднее. – Он протянул юноше десятку. – Где мне надо расписаться в получении?

– Извините, сэр, расписываться не надо, – потупил глаза посыльный.

– Почему.

– Это не официальный заказ.

– Не понимаю.

– Ну, меня остановил мужчина на перекрестке и попросил отнести вам конверт, сказал, что он очень торопится. Он дал мне двадцать долларов, а моя работа была уже выполнена, ну и я…

– Понятно, – улыбнулся адвокат. – А не могли бы вы описать этого мужчину?

Убедившись, что адвокат не будет жаловаться на него в агентство, юноша быстро поднял глаза и заговорил:

– Ну, такой огромный, – посыльный развел руками, демонстрируя какой. – Улыбающийся. Во рту громадная сигара, я не знал, что такие большие выпускают. Одет очень хорошо, в широкополой шляпе, в таких обычно на фермах ходят.

– А ты бывал на фермах? – снова улыбнулся адвокат.

– Бывал.

– Что-нибудь еще об этом мужчине вспомнишь?

– Да, нет. Я, пожалуй, все рассказал.

– А какими деньгами он тебе заплатил?

– Дал две десятки.

– Можно на них взглянуть?

– Конечно, сэр, – посыльный вынул из кармана, две сложенные банкноты, – я их в этот карман положил, чтобы… ну, не перепутать…

– Понятно, – улыбнулся Мейсон. – Ты не возражаешь, если я тебе взамен этих, дам сорок долларов другими купюрами?

– Сорок долларов?

– Да, только ты распишешься на этих десятках, чтобы потом опознать и рассказать все, как было…

– Но, сэр… – посыльный явно колебался. – Я ни в чем не виноват.

– Конечно ни в чем, тебя никто и не обвиняет. Так берешь сорок долларов?

Соблазн для юноши явно был очень велик.

– А что я должен буду говорить?

– Ничего, – пожал плечами адвокат. – Тебя никто ни о чем и не спросит. Но если спросят, скажешь правду и только правду. И ничего кроме правды.

– Хорошо, сэр, давайте я распишусь.

– И продиктуй свое имя и адрес моей секретарше.

– Хорошо, сэр.

– Тогда все, благодарю за отличную работу.

– Спасибо, сэр.

Посыльный выполнил необходимое, взял из рук адвоката обещанные сорок долларов и покинул кабинет. Делла Стрит закрыла за ним дверь.

– Это все-таки был мистер Реймс! – воскликнула она.

– Откуда такая уверенность, Делла?

– Описание полностью совпадает. К тому же, зачем ты взял у посыльного эти две десятки? – ехидно спросила секретарша.

– Сам не знаю… – задумчиво сказал Мейсон. – Не могу понять, что за игра идет. Ладно, Делла, предлагаю поужинать. Ты не возражаешь?

– Шеф, а ты помнишь, чтобы я когда-нибудь возражала против ужина? – вопросом на вопрос ответила Делла.

– Вот и прекрасно. Набери номер Пола, пригласим его поужинать вместе с нами.

Делла быстро набрала знакомый номер.

– Алло, Перри? – услышал адвокат голос Дрейка, – я сам собирался звонить тебе.

– Что-нибудь случилось?

– Пока ничего особенного. У меня список номеров купюр, которые Сюзанна Бакстон отдала шантажисту.

– Прекрасно, Пол. У меня тоже есть кое-какие новости и новые поручения. Мы собираемся с Деллой поужинать, ты не составишь нам компанию?

– У меня много работы, но не настолько, чтобы я довольствовался замерзшим гамбургером с засаленным шницелем. Желудок надо беречь.

– Отлично. Зайди ко мне со списком, а потом пойдем ужинать к Мэддисону.

– Считай, что я уже у тебя, – отозвался детектив, вешая трубку.

– Открой Полу дверь, Делла, – попросил Мейсон и вновь взял в руки приглашение мистера Реймса.

Наконец вошел Пол и протянул Мейсону листок на котором на машинке было отпечатано двадцать пар цифр – первые и последние номера купюр в пачках.

– Делла, проверь, пожалуйста, по записанным у тебя номерам. Совпадают?

Делла быстро пролистала записи в своем блокноте, сверила с цифрами детектива и кивнула:

– Да, совпадают. Только в списке Пола номера двадцати тысяч.

– Значит, половину шантажист оставил себе на накладные расходы, – усмехнулся Мейсон и достал две купюры, полученные от посыльного. – А эти, Делла, не фигурируют в списке?

Секретарша взяла банкноты и быстро посмотрела на номера.

– Шеф, ты предвидел это? Они тоже из списка.

– Я догадывался, – усмехнулся адвокат и повернулся к Дрейку, протягивая ему приглашение на партию в покер. – Как тебе это понравится, Пол?

Дрейк ознакомился с содержанием письма и вернул листок адвокату.

– Мне это совершенно не нравится, Перри.

– Ладно, детали обсудим за ужином. Дай своим людям задание – немедленно выяснить, что расположено по этому адресу, скорее всего, это частный дом. Пусть выяснят кому принадлежит и все про хозяина этого дома. Прямо сейчас пошли людей – столько, сколько понадобится, хоть всех, что у тебя есть, к этому дому. Пусть перекроют каждую щелку.

– Ты, что – собираешься отправиться туда? Да это все равно что самому засунуть голову в гильотину.

– Пол, неужели ты думал, что я могу отказаться от подобного предложения? – усмехнулся адвокат. – Но принять разумные меры предосторожности никогда не мешает.

– Парни должны быть при оружии? – мрачно спросил Дрейк.

– На твое усмотрение.

– Хорошо, еще что-нибудь?

– Иди, распорядись, и присоединяйся к нам, мы с Деллой подождем тебя внизу. Все остальное обсудим за ужином.

– Если все остальное будет в таком же стиле, то ужин в меня просто не полезет, – заметил Дрейк, открывая дверь в коридор.

– Мы придумаем что-нибудь, чтобы поднять твой аппетит, – заверил Мейсон, подмигнув Делле.

Через десять минул Пол Дрейк присоединился к Мейсону и Делле Стрит, ожидавших его в холле здания, они вместе вышли на улицу и пешком отправились в ресторанчик «На перекрестке у Мэддисона», где их прекрасно знали.

Официантка быстро положила перед ними вилки и ножи, поставила масло и подала меню. Мейсон заказал всем салат из креветок, консоме и бифштексы.

– И пожалуйста, три бакарди, – добавил Мейсон, улыбнувшись Делле.

– Два, – поправил Дрейк. – Мне принесите бурбон. И еще кусок пирога с мясом. – Ужинаем за твой счет, Перри? – спросил он, когда официантка отошла.

Мейсон утвердительно кивнул.

– Надо было заказать двойной бурбон, – вздохнул детектив. – И двойной кусок пирога.

– Подкрепляйся как следует, Пол, – усмехнулся Мейсон. – Ночь предполагается бурной. Мистер Реймс затеял серьезную игру. Ты получил его фотографию?

– Еще нет. Мои парни пока не могут его найти, он поехал по фермам, где у него заключены контракты, вернется только завтра. Так сказали в его офисе.

– Вот как, – усмехнулся адвокат. – А он тем временем вознамерился поиграть со мной в покер. Пол, ты составишь мне компанию?

– Ты все-таки решил идти туда? – мрачно спросил Дрейк.

– Разумеется. Вся жизнь – игра в покер. Похоже, кто-то собирается продемонстрировать мне этот тезис на практике.

– Реймс?

– Если он… Не знаю, мне почему-то кажется, что всем руководит более крепкая рука.

– И чья?

– Если бы знал – честное слово сказал бы, – невесело усмехнулся адвокат. – Ты послал людей на Кроклин-авеню?

– Дом сейчас будет взят под наблюдение. Со временем туда подтянется достаточно парней, чтобы и мышка не проскочила. Все машины и посетители, сразу же будут зафиксированы – у машин проверят номера, людей обеспечат «хвостом».

– Я надеюсь на тебя, Пол.

Официантка принесла заказ и какое-то время все занимались салатом.

– Пол, помнишь один из твоих оперативников изображал как-то раз меня, когда Холкомб со свидетелем хотели провести опознание. По-моему, его звали Джерри Ландо.

– Да, он и сейчас на меня работает, а что?

– Ему можно доверять?

– Вполне.

– То есть он не будет болтать попусту?

– Перри, отвечать стопроцентно можно только за себя. Но Джерри не из таких, я могу ручаться за него с высокой степенью уверенности, что он не подведет.

– Ты достал пузырьки с кровью, как я просил?

– Их привезут ко мне в контору через полчаса, может чуть раньше, – ответил Дрейк.

– Прекрасно. Пусть твой Джерри Ландо обеспечит себе такие же как у меня костюм, плащ и шляпу на сегодняшнюю ночь и будет наготове. Дай Делле номер телефона, по которому я смогу с ним связаться.

– Ты хочешь, чтобы он вместо тебя пошел в полночь к Реймсу?

Мейсон расхохотался.

– Нет, Пол. Я пойду сам – не могу же я отказать в предложении сразиться в покер с достойным противником. Сейчас я думал о своем клиенте.

– О Трэгге?

– Да о нем.

– И что?

– Для нас очевидно, что он не убивал, не так ли?

Делла и Дрейк утвердительно кивнули.

– И столь же очевидно для полиции, что убил Билла Никсона именно Трэгг, не так ли? Полицейские привыкли верить доказательствам и отпечаткам пальцев на орудии убийства, поколебать их уверенность будет нелегко. Тем более – поколебать уверенность присяжных заседателей.

– И что ты надумал?

– Продемонстрировать другой возможный вариант.

Дрейк хотел было что-то спросить, но в этот момент к нему подошел метрдотель и что-то прошептал на ухо. Дрейк посмотрел на Мейсона.

– Перри, меня разыскивает мистер Ричардс, – сказал он. – Ты не хочешь пройти со мной к аппарату?

– Извини, Делла, мы скоро вернемся, – сказал адвокат, вставая из-за стола.

Мейсон и Дрейк вернулись минут через десять.

– Все в порядке? – спросила Делла.

– Да, – ответил адвокат. – После расскажу. Поторопись с ужином, Пол, у тебя еще много дел.

– А я что делаю? – возразил Дрейк с набитым ртом.

Поужинав, они вместе вернулись в здание, поднялись на лифте и разошлись по кабинетам – Дрейк отправился в свой маленький кабинет, заставленный столом с четырьмя телефонами, двумя огромными шкафами и стульями. Мейсон с Деллой вернулись в свой просторный офис.

– Делла, дай мне дело Сюзанны Бакстон, – попросил адвокат Деллы.

– Это дело Мадлен Кроушби, – поправила секретарша. – Шеф, а почему бы тебе не отправить эти две десятки, взятые у посыльного капитану Карпету? Ведь ты сказал, что он выразил желание нам помочь? Вот пусть поговорят с посыльным и поищут этого толстяка…

– Делла, не забывай, что мистер Реймс наш клиент, – напомнил адвокат.

– Клиент! – фыркнула секретарша. – Он обильно смазывает веревку салом, чтобы она плотнее затянулась на твоей шее. Вот дело Мадлен Кроушби, шеф.

– Что-то папка тонковата, – заметил адвокат.

– Ты помнишь, что было полторы недели назад? – съязвила Делла. – Дневника мисс Роунстон теперь нет. Так что, в шантаже Сюзанны Бакстон мы все же виноваты, хотя и косвенно. Я изучила оставшиеся в папке документы и могу рассказать тебе вкратце, в чем заключалось дело.

– Не надо, – вздохнул Мейсон. – Вкратце я помню и так. Надо поговорить с Сюзанной Бакстон. Позвони ей, не может ли она принять нас прямо сейчас. До встречи с Трэггом еще три с половиной часа.

9

Мейсон припарковал машину на стоянке перед жилым домом «Квентор Сейд», вылез, открыл дверцу и помог Делле выйти из машины. В вестибюле дома к ним подошел швейцар:

– К кому вы направляетесь, господа?

– К Сюзанне Бакстон, – ответил Мейсон.

– Она ожидает вас?

– Да, я звонила ей, – быстро ответила Делла.

– Как ей представить вас?

– Адвокат Перри Мейсон и мисс Стрит.

Швейцар подошел к администратору и тот поднял трубку местного телефона.

Мейсон осмотрел холл. Дом явно был из дорогих и престижных – везде ковры, хрустальные люстры, в мраморных нишах красовались статуи в античном стиле. Квартиры в этом здании, наверняка, обходились не менее пяти-шести тысяч долларов в год.

Через минуту швейцар подошел к ним:

– Пожалуйста, проходите, вас ждут. Поднимитесь на лифте на четвертый этаж, квартира четыреста три.

Когда адвокат с секретаршей вышли из лифта, они увидели стоявшего в коридоре у раскрытой двери начинающего лысеть мужчину лет пятидесяти.

– Мистер Мейсон? – спросил он.

– Да, – отозвался адвокат. – Это моя секретарша мисс Стрит.

– Карл Раунцифер, – мужчина протянул руку. Во взгляде его не было дружелюбности, но и вражды Мейсон не заметил. – Проходите, пожалуйста, Сюзанна ждет вас.

Они прошли по коридору в просторную, ярко освещенную гостиную, где все дышало уютом, изяществом и вкусом. Сюзанна Бакстон сидела в глубоком, обитом желтым бархатом кресле и курила сигарету, вставленную в длинный мундштук.

– Здравствуйте, мистер Мейсон. Садитесь, пожалуйста. Вы нарушили свое слово?

– Извините, миссис Бакстон…

– Миссис Раунцифер, – поправил его мужчина.

– …миссис Раунцифер, – поправился несколько удивленный Мейсон. – Я не снимаю с себя вины.

– Как дневник Шарлотты попал к шантажистам?

– Значит, вы не считаете шантажистом меня? – спросил Мейсон.

Она расхохоталась.

– Хотите виски? – предложила хозяйка.

Мейсон посмотрел на Карла Раунцифера и сказал:

– Сюзанна, я хотел бы поговорить с вами конфиденциально. Я собираюсь вытащить вас из неприятного положения и…

Женщина выпустила струйку дыма и снова рассмеялась.

– Хотите виски? – переспросила она.

– Да, благодарю.

Она встала.

– Сейчас я приготовлю. Поговорите пока с Карлом, он в курсе всех дел.

– В курсе? – с удивлением переспросил Мейсон.

– Да, – ответил хозяин квартиры. – Так получилось. Закуривайте, мистер Мейсон.

– Спасибо, – адвокат прикурил от протянутой зажигалки. – Я слушаю.

– Когда позвонил тот наглец, я был у себя в офисе. У меня строительная компания и я достаточно неплохо зарабатываю, сейчас много подрядов, город стремительно разрастается… Впрочем, я отвлекся, извините. Он заявил Сюзанне, что он все знает о ее сыне и потребовал двадцать тысяч долларов, иначе вся информация будет предоставлена ее мужу.

– Она развелась с первым мужем?

– Нет, три года назад он умер от рака. Он долго болел, Сюзанна не отходила от него. Он был моим другом, его тоже звали Карлом… В общем, через какое-то время я предложил Сюзанне выйти за меня замуж и она согласилась.

– Хорошо, и что было дальше?

– Когда я вернулся с работы, Сюзанна мне все рассказала о звонке шантажиста. Тайна о ее сыне была мне известна – это нельзя было раскрывать Карлу Бакстону, но меня это не касается.

– И что предприняли вы?

– Мне, в общем-то было все равно, но лишняя огласка все равно не нужна – я известный бизнесмен. Тем не менее, я терпеть не могу шантажистов, в юности меня самого шантажировали, и я с отвращением вспоминаю те годы. Я предложил Сюзанне согласиться на требования шантажиста, сообщить обо всем полиции, и заплатить, переписав номера купюр. В полиции пошли нам навстречу. Они даже пошли на то, чтобы не разглашать нового имени Сюзанны. Кстати, шантажист его тоже не знал. Она снимает эту квартиру под именем Бакстон. Мы официально зарегистрировались всего три недели назад и не успели все переоформить.

– Ну, ладно, – сказал Мейсон. – Что произошло?

– По требования шантажиста Сюзанна сняла со счета двадцать тысяч десятидолларовыми купюрами. После Карла осталось значительное состояние, и у Сюзанны собственный счет. Он позвонил и назначил встречу через два дня на пляже «Бенретта». Я сообщил полиции и они обещали провести операцию по задержанию. Но в ту же ночь неизвестный мужчина открыл отмычкой дверь в квартиру, проник в спальню и разбудил нас.

– Вы его разглядели? – заинтересованно спросил Мейсон.

– Нет. Он ослепил нас лучом мощного фонаря, он его с нас не сводил за весь разговор. Он знал, что деньги у меня в квартире, видимо, следил за Сюзанной. Он поднял жену с постели, а меня приковал наручником к спинке кровати, чтобы я не мог сообщить в полицию. А вот и Сюзанна с коктейлями, она все лучше расскажет.

Сюзанна поставила перед всеми бокалы со спиртным и снова уселась в глубокое желтое кресло. Посмотрела, что сигарета в мундштуке погасла, поморщилась, вынула старую и вставила новую. Муж тут же поднес к ней зажженную зажигалку.

– Так что произошло после того, как неизвестный приковал вашего мужа к кровати? – спросил Мейсон, обращаясь к Сюзанне Раунцифер.

Она выпустила тонкую голубую струйку дыма, не спеша пригубила виски и ответила:

– Он спросил где деньги, я ответила, что в секретере в гостиной. Он повел меня туда. Я достала приготовленные купюры. Он небрежно посчитал пачки и запихал их в холщовую сумку, что висела у него на плече. Затем он сел в кресло и предложил сесть мне. Я села в это же самое, а он сидел в том, где сейчас ваша секретарша. Он не отводил фонарика от моего лица и я не могла его разглядеть вообще. Он заявил, что честно выполняет свое слово и из того же мешка достал дневник Шарлотты…

– Что?! – не сдержался Мейсон. – Он отдал вам дневник?

– Да, – пожала плечами Сюзанна. – Он же сразу сказал, что отдаст дневник за двадцать тысяч.

– И что было дальше? – взяв себя в руки, спросил адвокат.

– Он провел меня в спальню, стараясь держаться на расстоянии, приказал лечь в постель, сам отстегнул наручники у Карла и ушел. Мы бросились к телефону, но он заранее перерезал проводку. Когда Карл спустился вниз, ночной дежурный спал. И ничего не видел, или утверждает, что не видел. В полиции его допрашивали, но безрезультатно. Полицейские заверяют, что по купюрам они поймают шантажиста.

– Я полагаю, – медленно сказал Мейсон, – что это был не шантаж.

– Почему вы так решили, мистер Мейсон? – спросил Раунцифер.

– Шантажист никогда бы не стал отдавать дневник, он пытался бы доить из вас деньги до самой смерти.

– Но кто же это тогда был? – воскликнул Карл Раунцифер. – Просто грабитель? Но ведь он больше ничего не взял и отдал тот злополучный дневник!

– Кстати, откуда он у него? – снова спросила Сюзанна. – Не вы же ему передали, мистер Мейсон. Мне прекрасно известна ваша репутация. Кстати, этот дневник Монике Кастл гораздо опаснее, чем мне.

– А где она сейчас? – постарался перевести разговор Мейсон.

– Моника? – переспросила Сюзанна. – Вышла замуж за какого-то англичанина и укатила на туманный Альбион. До нее далеко, не дотянешься. Так как все-таки попал к нему дневник? Ведь вы говорили…

– Да, – сказал Мейсон. – Я виноват и не снимаю с себя вины. Мой офис был ограблен полторы недели назад, пропали многие архивные документы. Кстати, какого числа вам впервые позвонил шантажист?

– Восьмого.

– Значит, на следующий же день после ограбления.

– Вы заявляли в полицию об ограблении? – спросил Раунцифер.

– Я сам пытаюсь найти грабителя.

– Но пока ничего не вышло?

– Пока нет.

– А как получилось, что в газетах написали, что якобы десять из тех двадцати были обнаружены у вас? Как вообще полиция рассказала об этом, ведь они нам обещали, что пока шантажист не пойман, мое имя…

– Кто-то анонимно позвонил в полицию и заявил, что деньги у меня. И заявил именно моему злейшему врагу, сержанту Холкомбу, он специально попросил его к телефону.

– Да, я помню, – поморщилась Сюзанна, – здоровый такой, прет напролом…

– Холкомб работает в Отделе по раскрытию убийств, тогда как шантажем занимается совсем другой отдел.

– То есть вы хотите сказать, что все это было всего-лишь тщательно продуманной и исполненной операцией, чтобы подставить вас? – воскликнула Сюзанна Раунцифер.

– Выходит, что так, – согласился адвокат. – Хотя и двадцать тысяч долларов, сумма немаленькая, стоила хлопот. Таким образом злоумышленник мог получить деньги и перевести весь удар на меня.

– Но полиция заявляет, что по купюрам найдет шантажиста.

– Всякое бывает, – улыбнулся Мейсон. – Мир не ограничивается Лос-Анджелесом или штатом Калифорния. Отмыть деньги можно и на Аляске – полиция тоже не всесильна. Я сожалею, что вы потеряли такую сумму, но приложу все усилия, чтобы найти преступника. Тут я даю вам свое честное слово.

– Спасибо, – сказала Сюзанна. – Хотя в полиции нам гарантировали, что вернут деньги.

Мейсон поставил пустой бокал на поднос.

– Благодарю за угощение, миссис Раунцифер. Не смею вас дольше задерживать. – Он встал. – Приятно было познакомиться, мистер Раунцифер. Скажите, а отпечатков пальцев он не оставил?

– Полиция все здесь осмотрела, – сказал Раунцифер. – Он был в перчатках и не оставил следов.

– И опознать его вы не сможете?

– Если только по голосу, – сказала Сюзанна Раунцифер. – И то неизвестно…

– А где сейчас дневник Шарлотты?

– В полиции. Они надеялись найти там отпечатки пальцев шантажиста, но, похоже, тоже безрезультатно.

– Что ж, спасибо. Извините еще раз, что все так произошло. До свидания.

Они вышли из квартиры и на лифте спустились вниз.

– Ты хочешь поговорить с ночным дежурным? – спросила Делла.

– Нет, – ответил Мейсон. – Этим займутся люди Дрейка, хотя это ничего не даст.

– Но может, преступник подкупил его, чтобы тот сказал, что якобы спал?

– Сомневаюсь, Делла. За место в таком доме держаться, сумма подкупа должна быть значительной. К тому же, если бы ночной дежурный взял деньги, то наверняка бы выдал себя, потратив хоть одну десятку – откуда ему знать, что номера переписаны. Скорее всего, действительно спал…

Они сели в машину и Мейсон завел мотор.

– И куда теперь? – спросила Делла Стрит.

– Отвезу тебя домой. А сам поеду на встречу с Трэггом.

– А в полночь ты пойдешь в дом на Кроклин-авеню?

– Да.

– Я пойду с тобой! – твердо заявила Делла.

– Ты не умеешь играть в покер, – улыбнулся адвокат.

– С чего ты взял? – фыркнула Делла.

– По твоему лицу видно. Нет, Делла, я пойду с Полом, его оперативники подстрахуют нас. Они уже наблюдают за домом, и я при входе буду знать, что меня там ждет. А ты отдохни, сегодня ночью нам еще предстоит потрудиться.

– Да, если ты выйдешь оттуда живым, – возразила Делла. – Помнишь, что в письме сказано о ставках на человеческую жизнь?

– Там же сказано, что моя личная безопасность гарантирована, – улыбнулся Мейсон. – Одно тебе могу сказать в утешение, Делла. Если не прошлое дело, то уж наверняка это обещает быть самым-самым. Самым опасным, самым сложным и самым захватывающим. И уж самым необычным – это точно!

– Но не самым прибыльным, – возразила Делла.

– Пока дело не окончено, об этом судить трудно, – заметил Мейсон.

– Но уж одно-то наверняка известно, что в этом деле не будет с_а_м_ы_м_, – победно заявила Делла Стрит. – Нашего клиента в этом деле самым красивым не назовешь!

– Это уж точно, – рассмеялся Мейсон.

10

Мейсон проехал мимо небольшого кафе, стараясь не поворачивать голову в его сторону. Кафе в этот час было еще полно посетителей. Адвокат знал, что Трэгг должен быть там и проверяет, нет ли хвоста.

Объехав несколько кварталов, Мейсон вновь проследовал мимо кафе, тщательно посматривая в зеркальце заднего обзора. Затем он резко развернул автомобиль и вновь миновал кафе. Если бы был «хвост», адвокат наверняка бы его обнаружил.

Мейсон развернулся еще раз и, как и было обговорено с лейтенантом, припарковал машину возле огражденного забором из колючей проволоки пустыря, на котором еще совсем недавно возвышалось заброшенное трехэтажное здание.

Мейсон перешел через довольно оживленную улицу и зашел в кафе. Сел за ближайший к выходу столик и закурил. Подошла миловидная девушка и адвокат попросил принести кофе и сандвич. Она отошла, Мейсон через выпускаемую струйку дыма пытался осмотреть посетителей.

Лейтенанта Трэгга в зале не было. Мейсон посмотрел на часы. Вполне возможно, что опытный полицейский все-таки заметил «хвост» и вовремя скрылся.

Для очистки совести Мейсон отсидел положенные двадцать минут и, оставив деньги за кофе и сандвич, до которого так и не дотронулся, вышел из кафе.

До встречи в доме на Кроклин-Авеню было еще полтора часа. Раздумывая, как поступить, адвокат сел в машину, завел мотор и поехал вперед, при первой же возможности свернув на улицу, ведущую к центру.

– Не оборачивайся, Мейсон, – неожиданно услышал он за спиной голос Трэгга. – Хвоста за тобой не было, но они могут следить очень по-умному. Я-то знаю, что у всех патрульных имеются рации. Они всю полицию поставили на ноги, у каждого постового есть моя фотография.

Трэгг лежал на полу автомобиля перед задним сиденьем. Со стороны могло показаться, что в машине один Мейсон.

– Куда ехать? – спросил адвокат.

– Куда угодно.

– Я договорился с хозяйкой одного пансионата насчет комнаты для тебя, – сообщил Мейсон. – Там ты будешь в безопасности, пока мы не найдем убийцу.

– Хозяйка пансионата твоя бывшая клиентка?

– Да, – ответил Мейсон не сводя глаз с дороги.

– Забудь об этом, – сказал Трэгг. – Можешь не сомневаться, все твои клиенты записаны. Холкомб в первую очередь проверит к кому ты можешь обратиться за помощью. Рассказывай, что тебе удалось сделать?

– Ровным счетом ничего, – невесело усмехнулся Мейсон. – Если говорить о твоем деле. Но у меня такое впечатление, что мое дело неразрывно связано с твоим.

– Что заставляет тебя так думать?

– Накладки. На ноже, воткнутом в спину Билла Никсона я увидел едва приметные следы от накладок.

– Разве этим что-нибудь докажешь! – в сердцах воскликнул лейтенант.

– Я попробую, – ответил Мейсон.

– Как? – спросил Трэгг.

Адвокат промолчал.

– Мейсон, хватит дурить мне голову! – чуть не заорал Трэгг. – Сейчас речь о моей жизни, о моей чести, наконец, черт тебя раздери! Я имею право на откровенность.

– Согласитесь, господин лейтенант, я сейчас тоже имею право на вашу откровенность.

– А разве я хоть что-то утаил?

– Хорошо, Я, возможно, еще напомню вам эти слова, – сказал адвокат.

– Только в этом деле, – тут же заявил Трэгг.

– Да, только в этом деле, – согласился Мейсон и рассказал ему свой замысел.

Какое-то время Трэгг размышлял.

– Что ж, – наконец сказал он, – только не звони в Управление, чтобы не примчался Холкомб. Он любое ваше слово поставит с ног на голову.

– Знаю, – усмехнулся адвокат.

– Еще какие новости? – спросил Трэгг.

Адвокат без слов остановил машину у ярко освещенной витрины универмага, протянул письмо Реймса и вышел из машины. Закурил, подошел к витрине, постоял какое-то время, потом отбросил окурок и вернулся в машину.

– Кто такой Филипп Реймс? – спросил Трэгг.

Мейсон рассказал.

– Я пойду с тобой, – заявил лейтенант. – Сколько сейчас времени?

– Без трех одиннадцать. Со мной пойдет Дрейк.

Трэгг вздохнул и сел на сиденье.

– Все равно меня увидят, когда я буду выходить из машины на Кроклин-авеню, – заявил он. – Если за тобой вообще следят.

– Со мной пойдет Дрейк, лейтенант, – повторил Мейсон.

– Я что возражаю, Мейсон? В письме не сказано, сколько ты можешь взять сопровождающих. Мы пойдем втроем.

– Трэгг, а ты не боишься, что мы наткнемся на труп, и в пять минут первого к дому подкатят оповещенные анонимным звонком полицейские машины?

Трэгг задумался.

– Мейсон, а ты сам этого не боишься? – наконец спросил он.

– Боюсь.

– И все равно пойдешь?

– И все равно пойду.

– Тем более, я должен быть с тобой, – безапелляционно заявил Трэгг.

Сзади послышались какие-то звуки. Мейсон обернулся. Лейтенант настраивал рацию.

– Если за тобой следят, я это выясню, – пояснил Трэгг.

– По рации тебя могут вычислить?

– Пока я молчу – нет.

– Хорошо.

Какое-то время Мейсон молча вел машину. Путь до Кроклин-авеню предстоял неблизкий, но времени было еще достаточно.

– Ты разговаривал с моей дочерью? – спросил Трэгг.

– По телефону.

– Она не захотела даже принять моего адвоката? – горько спросил полицейский.

– Да, Холкомб убедил ее в твоей безоговорочной вине. Собственно, если бы я захотел, я бы встретился с ней и поколебал бы ее уверенность в твоей виновности.

– Почему же ты не захотел? Ведь Нэнси…

– По телефону, она заявила, что вчера в восемь часов вечера ей звонил твой коллега и сообщил, что тебе стало плохо и тебя из Управления отвезли домой в полицейской машине…

– Но я в это время спал! – возразил Трэгг.

– Вот именно! – усмехнулся Мейсон.

– Что вот именно?

– Если она на суде, будучи враждебно настроенной свидетельницей, заявит, что звонил кто-то и сказал, что отвез тебя, то я смогу это обыграть и…

– Но моя дочь не будет лгать! – с ноткой упрека воскликнул Трэгг.

– Господи, – вздохнул адвокат. – Я разве утверждаю, что она лжет? Она говорит правду – звонок был. Как-то надо было выманить твоего зятя из дома?

– А если бы поехала Нэнси? – с ужасом воскликнул Трэгг. – То…

Мейсон не ответил. Долгое время они ехали молча.

– С деньгами-то теми, за которые тебя Холкомб арестовал, все нормально прошло? – наконец прервал молчание Трэгг.

– Да. Я наконец познакомился с капитаном Карпетом. Он сказал, что не верит в твою виновность, но вынужден выдвинуть против тебя обвинение и предложил всяческое содействие мне в работе над этим делом.

– Да? – удивленно сказал Трэгг.

Мейсон посмотрел в зеркальце и встретился с ним взглядом.

– Что-нибудь не так? – спросил адвокат.

– Да нет, все нормально. Кстати, Мейсон, ты выяснил, кому принадлежит дом на Кроклин-авеню?

– Я поручил это Дрейку. Когда приедем, наверняка будем знать.

– Ты поставил дом под наблюдение?

– Я же не обладаю столь мощной дружиной, как лейтенант полиции, – рассмеялся Мейсон. И серьезно добавил: – Как только я получил это письмо, я сразу же попросил послать Дрейка оперативников, следить за каждым выходом. К полуночи там должно быть полно его людей.

– Вооруженных?

– Не знаю. Кстати, лейтенант, у тебя есть оружие?

– Конечно.

– Если ты действительно хочешь пойти со мной, то у тебя его быть не должно.

– Но…

– Не должно! – жестко сказал Мейсон. – И вообще я поставлю ряд условий.

– Каких?

– Ни во что не вмешиваться, чтобы не произошло. У нас разные манеры вести дела, лейтенант. И я не хочу, чтобы ты с самыми лучшими намерениями все испортил. Не забывай – сейчас за твоей спиной не стоит Закон и вся полиция Лос-Анджелеса.

– За моей спиной – правда, – проворчал Трэгг.

– Конечно, – усмехнулся Мейсон. – Но надо ли объяснять, что порой к ней ведут весьма окольные пути?

– Хорошо. Я ничего не скажу, – пообещал Трэгг. – Еще что?

– Да, в общем-то все, – пожал плечами Мейсон. – Дальше по обстановке. Револьвер придется оставить перед входом в тот дом.

– Но я не имею права передавать табельное оружие в чьи-либо руки!

– Я разве об этом что-либо сказал? – усмехнулся Мейсон. – Спрячь оружие в салоне автомобиля, пока я не гляжу и ничего не могу заподозрить.

Через пять минут Мейсон остановил машину.

– Приехали, дальше пойдем пешком.

– Но до того дома не менее двух кварталов, – сказал Трэгг.

– Лейтенант, повторяю еще раз – вы сейчас не страж закона. Вы – беглец, и за вами охотятся…

– Хорошо. Я понял. Пошли.

Они вышли из проулка и по другой стороне улицы, стараясь держаться в тени, приблизились к дому шестнадцать семьдесят один. Огромный особняк, окруженный зеленью, был погружен во тьму.

– До назначенного времени еще четырнадцать минут, – сказал Трэгг, взглянув на часы.

– Подождите здесь, лейтенант, я сейчас вернусь.

Мейсон перешел улицу, прошелся мимо дома, стараясь попадать в свет фонарей, и вернулся к Трэггу.

– Ты видел людей Дрейка? – спросил лейтенант.

– Нет, – ответил Мейсон. – Я и не должен был их увидеть, пока они того сами не пожелают. Но Пол сейчас подойдет.

Адвокат оказался прав – не прошло и двух минут, как они увидели в неверном свете фонарей приближающуюся к ним нескладную фигуру детектива.

– Привет, Перри. Здравствуйте, господин лейтенант.

Дрейк вопросительно посмотрел на адвоката.

– Трэгг пойдет с нами, Пол, – пояснил Мейсон. – Это его дело в такой же степени, как и мое. Ты выяснил, кому принадлежит это дом?

– Да, Перри. Возьмись рукой за этот столб, чтобы не упасть. Этот дом принадлежит Рею Хенсли.

– Что?! – в один голос воскликнули Мейсон и Трэгг.

11

Какое-то время Мейсон и Трэгг переваривали сообщение Дрейка.

– Но ведь Хенсли снимал квартиру в Тарсон-апартментс, – наконец сказал Трэгг. – Я был там, он действительно жил в той квартире.

– Этот дом принадлежит Рею Хенсли, – сказал Дрейк. – Это – факт.

– Хорошо, Пол. Давно твои люди наблюдают за домом?

– Первый приехал в четверть седьмого. Дом без каких либо-признаков жизни. В одиннадцать двадцать пять подъехало такси, из него вышел огромный толстяк в широкополой шляпе и по дорожке отправился к дому. Открыл ключом дверь и вошел. Но свет так нигде и не зажегся. Наверное, на окнах очень плотные шторы.

– То есть в доме, кроме этого толстяка, никого нет? – спросил Мейсон.

– Я говорю только то, что видели мои парни. Откуда мне знать входил ли туда кто до шести часов?

– Ты прав, Пол, надо быть настороже.

– А, может, не стоит туда идти вообще, Перри? – без всякой надежды спросил Дрейк.

Мейсон усмехнулся.

– Время, подходит, Мейсон, – сказал Трэгг.

– Пошли.

– Будут какие-нибудь указания моим парням, Перри? – спросил Дрейк.

– Пусть внимательно смотрят за домом и слушают. В случае чего-нибудь странного пусть действуют по обстановке и выручает своего босса, – усмехнулся адвокат, поддразнивая друга. – Да, самое важное – пусть следят за дорогой и если заметят хоть что-то, похожее на полицейскую машину, сразу же стучат в двери и окна.

– Ты боишься ловушки, Перри? – спросил Дрейк.

– Я не знаю, чего надо бояться, – честно ответил Мейсон. – И самое противное в этой истории, что я пока никак не могу понять, с кем мы имеем дело.

– Кто-то решил поиграть с нами в… – начал было Трэгг.

– …В покер, – закончил Мейсон. – Кстати, лейтенант, вы хорошо играете в покер?

– Я предпочитаю биллиард.

– Честно, говоря, я так и думал, – улыбнулся Мейсон. – Пол, дай инструкции своим людям и идем. Некрасиво заставлять себя ждать.

Дрейк быстрым шагом пошел вперед и вскоре словно растворился в темноте. Мейсон и Трэгг не спеша направились к калитке в железной ограде особняка.

– Лейтенант, я так понял что дело об убийстве Хенсли вели вы?

– Да, – ответил Трэгг. – Черт, Мейсон, если бы не вся эта дребедень, завтра-послезавтра я расковырял бы это дело.

– Вы подозреваете в убийстве Хенсли Стива Веннета и Анну Грайхон?

– Мейсон, не кажется ли вам, что…

– Не думал, что так быстро придется мне напоминать вам ваше обещание, господин лейтенант, – заметил адвокат.

– Реймс – ваш клиент, и он отец Анны. Он…

– Мой клиент – вы, – заявил Мейсон. – И… Продолжим наш разговор позже, вон Пол идет. Без минуты полночь.

Подошел Дрейк.

– Пол, у тебя есть оружие? – спросил Мейсон.

– Нет, но если надо я могу взять у любого из своих парней.

– Не надо, – ответил адвокат. – Я спросил для того, что если бы у тебя был револьвер, я попросил бы его оставить одному из твоих оперативников.

Они поднялись на кирпичное крыльцо, по бокам которого красовались широкие круглые вазы с посаженными в них цветами, и Мейсон нажал на кнопку звонка. Они приготовились к ожиданию и что откроет им толстяк в широкополой ковбойской шляпе.

Дверь открылась мгновенно. В свете луны они увидели высокого, тощего седого старика в строгом черном костюме. Мейсон кинул быстрый взгляд на Дрейка, тот пожал плечами, безмолвно отвечая: «Мои парни видели только то, что видели».

– Чем могу служить, джентльмены? – спросил он.

– Мы приглашены. Я – Перри Мейсон.

– Прошу вас, входите, – предложил седовласый.

Они прошли в темноту дома, впустивший их старик закрыл дверь и щелкнул выключателем. Зажглась тусклая настольная лампа на специальной высокой узкой тумбе неподалеку от входной двери, рядом с лампой стоял телефон. Мейсон быстро осмотрелся в неверном свете. Они находились в огромном холле, заставленном кадками с пальмами и удобными диванами; две полукруглые лестницы, застеленные коврами, уводили наверх.

Седовласый поднял трубку телефона и обратился к Мейсону:

– Могу я узнать имена ваших спутников, мистер Мейсон?

– Пол Дрейк, глава «Детективного агентства Дрейка» и его оперативник Джерри Ландо, – быстро ответил адвокат.

– Хорошо. Подождите минуточку, джентльмены.

Седовласый что-то быстро сказал по телефону, повесил трубку на место и произнес:

– Снимайте здесь плащи и прошу вас наверх, джентльмены.

Они поднялись за ним на второй этаж по одной из полукруглых лестниц. У массивных резных дверей стояла тумбочка с такой же тусклой настольной лампой. На тумбочке лежало множество черных масок, полностью закрывающих лицо.

– Джентльмены, – сказал седой, – игра предстоит крупная, поэтому прежде, чем я проведу вас к игровому столу, предлагаю надеть маски.

– Мои спутники с удовольствием воспользуются вашим предложением, – ответил Мейсон и повернулся к Дрейку и Трэггу: – Одевайте, так даже будет лучше.

– А для чего маски? – спросил Трэгг.

– Когда играют на крупные ставки, то разрешается одевать маски, чтобы по выражению лица нельзя было догадаться какие карты на руках, – пояснил Мейсон и усмехнулся: – Но опытный покерист может сделать выводы даже по движениям пальцев.

Трэгг и Дрейк одели маски.

– Мы готовы, – сказал Мейсон.

– Джентльмены, если у вас с собой есть оружие, прошу вас оставить его здесь.

– У нас нет оружия, – спокойно ответил Мейсон. – Прошу вас обыскать нас.

Седовласый внимательно посмотрел на открытое лицо адвоката, сделал было шаг, чтобы проверить его утверждение, но потом передумал и сказал:

– Я верю вам на слово, джентльмены. Прошу вас к игровому столу.

Он распахнул дверь и прошел внутрь.

Они оказались в очень большом зале, погруженном в темноту. Посереди стоял обычный игровой стол, покрытый зеленым сукном. Низко к столу спускалась лампа с абажуром – так что хорошо освещен был только сам стол, все остальное растворялось во мраке. За столом сидели четыре человека. Сколько человек с автоматическими винтовками или револьверами находилось по углам и находилось ли вообще, можно было только догадываться.

– Садитесь, господа, – сказал тощий человек, сидевший прямо против двери, так что казалось, что он восседает во главе круглого стола. – Рад, наконец-то, познакомиться лично, мистер Мейсон. Позвольте представиться. Мистера Реймса вы уже знаете.

Толстяк, сидевший слева от говорившего, рассмеялся. Лица его под маской было не разглядеть. Он достал огромную сигару и вынужден был приподнять маску снизу, чтобы засунуть ее в рот и прикурить.

– Меня называйте мистер Икс, – продолжал тощий, голос у него был какой-то скрипучий и достаточно неприятный. – А это, – кивнул он на две фигуры справа от себя, – мистер Игрек и мистер Зет. Кто из вас мистер Пол Дрейк?

– Я, – подал голос детектив.

– Очень приятно, – ответил мистер Икс, – значит вы, – повернулся он к Трэггу, – мистер Ландо?

Трэгг молча кивнул.

Седовласый мужчина сел на последний, восьмой стул за круглым столом, достал запечатанную колоду карт и протянул ее Мейсону. Сам в это время начал готовить фишки.

Мейсон полез за бумажником.

– Что, вы мистер Мейсон, – рассмеялся мистер Икс, – вы просто сообщите сколько вам требуется фишек, все расчеты после игры.

– Как скажете, – ответил Мейсон. – Какова начальная ставка?

– Первую ставку – жизнь вашей секретарши, вы уже выиграли, мистер Мейсон, – сказал Икс.

Адвокат почувствовал, как напряглись Дрейк и Трэгг.

– Я выиграл ставку, – улыбнулся Мейсон, – а что проиграли вы?

– Не партию, мистер Мейсон, не партию. Сейчас на кону стоит жизнь лейтенанта Трэгга. Подснимите, пожалуйста, карты. Или вы доверите это мне?

– В такой игре я доверяю только себе, – ответил адвокат и сдвинул колоду, протянутую седовласым.

Пока старик раздавал карты, Мейсон, Трэгг и Дрейк не отводили глаз от его проворных пальцев. Наконец раздача была закончена.

– Мы с мистером Мейсоном ставки сделали, – сказал Икс, – мистеру Дрейку и мистеру Ландо, а также мистерам Реймсу, Игреку и Зету придется поставить на кон свои жизни.

– Я пас, – сказал Дрейк, даже не глядя в карты.

– А вы не игрок, мистер Дрейк, не игрок, – ответил Икс.

– Я поставил, – ровным, слегка измененным голосом ответил Трэгг.

Игрек и Зет тоже согласились сделать необычную ставку. Реймс бросил карты, так и не вынув изо рта огромную сигару.

Мейсон взглянул на карты – червонная и бубновая дамы, червонный и бубновые валеты и пиковая семерка.

– Поменяйте мне три карты, пожалуйста, – попросил мистер Икс у седовласого. Посмотрел карты, довольно хмыкнул и веером положил их на стол перед собой.

– Одну, пожалуйста, – в свою очередь сказал Мейсон, снося пиковую семерку.

Адвокат посмотрел полученную карту – семерка треф. Он бросил быстрый взгляд на Икс, тот еще раз усмехнулся. Лицо Мейсона было бесстрастным, словно высеченным из гранита.

Трэгг, Игрек и Зет тоже поменяли по несколько карт.

От последней возможности поменять одну карту Икс отказался. Мейсон сбросил семерку треф и получил семерку червей.

– Тысяча долларов, – заявил Икс, придвигая стопку фишек к центру стола.

Мейсон усмехнулся и небрежно бросил к центру стола горстку фишек.

– Ответил и две тысячи поднял. Жизнь скучна без риска.

– Вам часто приходится рисковать, мистер Мейсон, – сказал Икс. – Вы рискуете сломать голову.

– Кто не рискует – тот не живет, – заметил Мейсон.

– А кто рискует, тот живет недолго, – с какой-то злостью в голосе ответил Икс.

Трэгг без слов пододвинул к центру стола стопку фишек. Игрек так же молча последовал его примеру. Зет бросил карты. Икс отсчитал фишек и сказал:

– Три и тысячу сверху.

Мейсон расхохотался, свободным движением достал сигарету и щелкнул зажигалкой.

– Стоило ли затевать игру, мистер Икс, если вы так осторожны?

– Игра – она как жизнь, любит разумных, – явно недовольным голосом сказал Икс.

– Разумно ли было затевать игру, если не уверен в своих картах? – задал риторический вопрос Мейсон. – Ответил и десять тысяч сверху.

– Будьте любезны еще фишек, – спокойным негромким голосом сказал Трэгг.

Хоть фраза была произнесена довольно тихо, все посмотрели на него. Лицо игрока скрывала маска.

– Ответил, – сказал лейтенант.

– Черт возьми! – впервые за весь вечер подал голос Игрек и с досадой швырнул карты на стол. – Мистер Икс, вы уверены, что мы сели играть с теми противниками?

– Уверен, мистер Игрек, – сказал Икс. – Ваши десять тысяч, мистер Мейсон. Нет смысла затягивать игру при хороших картах… Вы наверняка блефуете.

– Проверьте, – спокойно предложил Мейсон.

Икс из-под маски в полумраке сверкнул глазами и придвинул к центру горсть фишек.

– Открываемся, – сказал он. – Давайте по одной.

– Согласен, – сказал Мейсон.

Трэгг не ответил, про него вроде бы все забыли.

– Пиковая дама, – сказал мистер Икс, – ваша Делла Стрит.

– Она всегда была червонной дамой, – улыбнулся Мейсон, открывая свою карту.

– Дама треф – Сюзанна Бакстон.

– Она не Бакстон, мистер Икс, – усмехнулся Мейсон открывая бубновую даму. – Три недели как она миссис Раунцифер.

Икс непроизвольно кашлянул. Открыл двух королей и победно взглянул на Мейсона.

– Это жизни ваших друзей, мистер Мейсон, что у вас?

Мейсон молчал. Дрейк громко сглотнул. Реймс расхохотался – издевательски и неприятно, смех у него был низкий – гы-гы-гы.

– Вы проиграли жизнь лейтенанта Трэгга, – победно сказал Икс. – Вы проиграли.

Мейсон молчал.

– Вы забыли про меня, господа, – вдруг подал голос Трэгг. – Я тоже участвую в игре.

– Вряд ли ваши карты могут что-либо изменить, мистер Ладно, – небрежно отмахнулся Икс.

Трэгг спокойно снял маску и вздохнул.

– Сегодня я не могу вас арестовать, мистер Икс, но можете не волноваться, я до вас доберусь.

Лейтенант выложил на стол четыре туза.

12

– Ваши карты биты, мистер Икс, – совершенно холодным, бесстрастным голосом заявил Трэгг и встал. – Честный человек на вашем месте застрелился бы. Но я этого не требую. Снимите маску.

Неожиданно мистер Игрек вскочил и выхватил из-под мышки револьвер.

– А ну сядь на место, ты, су…

Игрек замолчал. Револьвер Трэгга был нацелен ему в грудь.

– Это ты сядь на место, гаденыш, – заявил Трэгг.

– Только сделай движение и я выстрелю в грудь Мейсону, – наконец пришел в себя Игрек.

– У меня прицельная стрельба равна скорострельности револьвера, – спокойно сказал лейтенант. – Пока ты сделаешь один выстрел, я – четыре прицельных. Хочешь проверить?

Если бы в помещении были мухи, то были бы слышны трепетания их крыльев.

Дрейк осторожным движением снял маску, достал платок и вытер вспотевшее лицо. Мистер Реймс нервно постучал пальцами по зеленому сукну. Мейсону бросился в глаза застарелый белый шрам на внешней стороне ладони Реймса от мизинца уходящий под манжет рубашки.

– А вы обманули меня, лейтенант, – ровным голосом прервал тяжелое молчание адвокат. – Вы обещали оставить оружие в машине. Я поручился за вас…

– Нет, Мейсон, – ответил Трэгг не сводя револьвер с Игрека. – Вы просили, но я не обещал и не сказал, что выполнил вашу просьбу. Когда спросили об оружии, я размышлял отдавать револьвер или нет, а вы ответили за всех. Ваша совесть может быть спокойна.

Мистер Икс спокойно достал из кармана серебряные часы на цепочке и взглянул на них.

– Успокойтесь, мистер Игрек, – своим неприятным голосом приказал Икс. – Мы гарантировали жизнь мистеру Мейсону и его спутникам. – Он немного помолчал и добавил: – На сегодняшнюю ночь.

Игрек, не сводя револьвера с Мейсона, сел.

– Успокойтесь, господин лейтенант, – продолжал Икс. – Мы можем спокойно все обсудить. Как правило, уважающиеся себя игроки после партии в покер не пуляют в друг друга из револьверов. Садитесь же.

Трэгг сел, не спуская глаз с Игрека.

– Надо проигрывать достойно, джентльмены, – подал голос седовласый старик, впустивший Мейсона со спутниками и раздававший карты.

– Вы правы, – ответил мистер Икс. – Господа, я предлагаю произвести окончательный расчет нашей игры. Мистер Мейсон, похоже, мы переоценили свои силы. Или недооценили вас, что, собственно, одно и то же, – он говорил медленно, словно тщательно подбирал слова или тянул время. – Предлагаю такой вариант: вам мистер Мейсон, и вашим друзьям с нашей стороны больше ничего угрожать не будет… Мы сбрасываем карты, слишком сильные козыри оказались у вас на руках. Мы умеем достойно проигрывать, мистер Мейсон. А вам, лейтенант Трэгг, я предлагаю следующее: завтра в Управление полиции с повинной явится убийца вашего зятя и доказательно заявит, что убил он. До-ка-за-тель-но. Это я вам гарантирую. Но я потребую от вас одну услугу.

– Какую? – не сводя взгляда с Игрека, спросил Трэгг.

– Вы прекратите одно дело, – сказал Икс. – Еще одно нераскрытое убийство. Одним больше, одним меньше – какая вам разница?

– Какое убийство? – спросил Трэгг.

В этот момент где-то в темноте послышался удар камушка о стекло. Пол Дрейк вздрогнул. Мейсон раскашлялся и достал портсигар.

– Сигарету, господа?

Дрейк протянул руку и вынул сигарету из протянутого портсигара. Мистер Реймс тоже протянул руку и взял сигарету. Мейсон удивленно посмотрел на него, но, не подавая вида, щелкнул зажигалкой и все трое прикурили.

– Какое убийство закрыть? – вновь спросил лейтенант Трэгг у мистера Икса.

– Джентльмены, а вы уверены, что играете честно? – вдруг спросил седовласый старик. – Вы обманули насчет оружия… Вы обманули и что пришли втроем?

– Вы не спрашивали, сколько нас пришло, – улыбнулся Мейсон.

– Что с ними разговаривать?! – вдруг закричал Игрек. – Мертвые молчат и не расследуют убийств!

– Заткнись, – тихо сказал седовласый и мистеру Игреку вдруг словно кто-то невидимый с силой вогнал в рот кляп.

– Так какое убийство закрыть? – стоял на своем Трэгг.

– Это я вам сообщу завтра, – ответил мистер Икс, – когда с вас снимут обвинение, лейтенант. – И посмотрев на Трэгга, он усмехнулся и раздельно произнес: – Кон-фи-ден-ци-аль-но! Мистер Игрек, уберите оружие, вы нервируете наших гостей.

Игрек неохотно убрал револьвер.

– Сделайте тоже самое, господин лейтенант, – попросил Икс. – Даю вам слово чести, что вам ничего не угрожает. – Он снова посмотрел на свои часы. – Мы можем продолжить нашу игру. Правда, несколько снизим ставки…

В это мгновение распахнулась дверь и голос Холкомба произнес:

– Никому не двигаться! Полиция!

– Как же так? – непроизвольно вырвалось у мистера Реймса.

Мейсон вздохнул и затушил сигарету в пепельнице, стоявшей рядом с ним.

– Все арестованы, – сказал Холкомб.

В тусклом свете, льющемся в дверь с лестницы, можно было разглядеть, как появилось еще несколько силуэтов полицейских.

Неожиданно седовласый старик схватил длинный продолговатый ящик с фишками и что есть силы врезал по низко висящей над столом лампе. Осколки стекла брызнули в стороны. Помещение погрузилось в темноту.

– Уходим! – крикнул старик и тут же послышался звук отодвигаемых стульев.

– Мы еще доиграем нашу партию, – услышал Мейсон прощание мистера Икса.

– Стоять! – заревел взбешенный Холкомб. – Трэгг, на этот раз ты от меня не уйдешь! Да включите же свет! Черт всех раздери!

В непроглядной темноте если и можно было что разглядеть, то только растерянные фигуры полицейских в дверном проеме. Послышался треск рвущейся ткани, грохот упавшего стула, торопливые шаги в сторону, противоположную выходу, громкий звук удара и чей-то сдавленный крик. И почти сразу же несколько выстрелов.

– Что здесь происходит! – орал Холкомб. – Да включите кто-нибудь свет! Есть здесь выключатель или нет?

По огромному помещению заметался луч фонарика одного из полицейских. Хлопнула дверь и послышались разгневанные удары и проклятия.

– Включите свет! – совсем выходя из себя орал Холкомб.

Наконец, кто-то из полицейских обнаружил все-таки выключатель и помещение залил яркий свет. Комната оказалась еще более огромной, чем казалось при свете лампы над столом и совершенно пустой – никакой мебели, кроме трех сиротливых стульев у стены под окнами не было.

– Всем оставаться на своих местах! – тяжело дыша, словно он только что пробежал несколько миль, сказал Холкомб. Двумя руками он держал револьвер. – Любое движение расцениваю, как попытку бегства и стреляю без предупреждений.

Мейсон сидел за столом, когда зажегся свет он вынул из портсигара сигарету и прикурил, внимательно оглядывая обстановку и действующих лиц. Дрейк стоял возле стола и держался за скулу, его стул был опрокинут. Трэгг держался за ручку двери, в которую сбежали четверо игроков и седовласый старик. Холкомб и четверо полицейских смотрели только на него.

– Что, Трэгг, – усмехнулся Холкомб, – твои дружки сбежали, не взяв тебя с собой? Ты арестован. Садись на место.

Трэгг вздохнул, прошел обратно к столу и сел. В ярком освещении люстр зеленое сукно на столе уже не казалось изумрудно ярким.

Холкомб подошел и опустился на свободный стул, на котором пятью минутами раньше восседал мистер Игрек.

– Сдать оружие, – приказал сержант Холкомб Трэггу.

Тот без слов достал свой револьвер и положил на стол перед собой. Один из полицейских по кивку Холкомба забрал оружие.

– Как все это понимать? – спросил сержант.

– Я встречался с Мейсоном, – начал Трэгг.

– Знаю, – самодовольно перебил сержант, – мы следили за ним. Даже ты, лейтенант, не засек наблюдение!

– Мейсон, – не обращая внимания на слова сержанта, громко, чтобы слышали остальные полицейские, продолжал Трэгг, – уговорил меня сдаться полиции. После долгих размышлений я согласился поехать вместе с ним. Мейсон предполагал, что если оставит меня одного, то я передумаю и не сдамся. Я вынужден был поехать сюда. Через час я был бы в Управлении. Мистер Мейсон и мистер Дрейк полностью подтвердят мои слова.

– Конечно подтвердят, – осклабился в ухмылке Холкомб. – Иначе Мейсону самому грозит тюрьма за укрывательство преступника. Впрочем, это обвинение я с него и не снимаю. Что здесь происходило?

– Меня пригласили поиграть в покер, – объяснил Мейсон. – Я не мог отказать себе в удовольствии – так редко попадаются достойные противники…

– Кто это были? Имена, адреса? – потребовал Холкомб.

– Мы бы все выяснили, но вы позволили им скрыться, – горько сказал Трэгг.

– Никуда они не скроются, – расхохотался Холкомб. – Здание окружено, мышь не проскочит. Наверняка, их уже конвоируют сюда по лестнице. Джон, – повернулся сержант к одному из подчиненных, – сходи проверь, чего там мешкают.

Джон вышел из помещения.

– Не ожидал, лейтенант, от вас такой прыти и неуважения к закону, – заявил Холкомб, тасуя колоду, оставленную седовласым. – Убить собственного зятя и оказать сопротивление полиции!

– Я не убивал Билла, – мрачно произнес Трэгга.

Холкомб расхохотался:

– Присяжным это объясняй, Трэгг. Дело раскрыто, утром состоится заседание Большого Жюри. Теперь, когда ты арестован, нет причин тянуть с судом. Мейсон, это будет твое первое поражение. Ради этого, мы даже не будем обвинять тебя в укрывательстве преступника. Я посмотрю, как ты проводишь Трэгга в газовую камеру. Ну-ка встать, Трэгг! Джексон, Гинс, помогите ему, если он сам не хочет.

Трэгг медленно встал. Полицейские оказалась за его спиной. Холкомб подошел к нему и что есть силы врезал кулаком по лицу. Трэгг покачнулся и, если бы не стоявшие сзади полицейские, упал бы.

– Это половина моего утреннего должка, Трэгг, – прошипел Холкомб. – А сейчас ты получишь вторую!

– Что здесь происходит? – спросил властный голос.

Неожиданно в зале появилось новое действующее лицо – капитан Карпет. Холкомб несколько удивленно посмотрел на него, отошел от лейтенанта и отрапортовал:

– Господин капитан, обвиняемый в убийстве Билла Никсона лейтенант Трэгг арестован.

– Что здесь происходит? – устало повторил капитан.

Холкомб быстро объяснил ситуацию.

Карпет огляделся и сел за стол между снова усевшимися на свои места Трэггом и Холкомбом. Сержант снова принялся тасовать карты. Капитан Карпет внимательно посмотрел на Трэгга, тот выдержал его взгляд. Потом Карпет посмотрел на Мейсона и, не глядя на сержанта сказал:

– Десять минут назад в полицию поступил анонимный звонок, что Мейсон и Дрейк вошли в здание на Кроклин-авеню шестнадцать семьдесят один и застрелили после пыток Анну Грайхон и Стива Веннета. Как все это понимать?

Мейсон и Трэгг быстро переглянулись.

– Холкомб, ты сказал, что здесь было еще четверо в масках, где они?

– Должны быть арестованы, господин капитан… Я послал узнать, где они… Они…

В этот момент появился посланный Холкомбом полицейский и доложил:

– Из здания никто не выходил.

– Это как понимать, сержант? – удивленно спросил капитан. – Вместо того, чтобы обыскать дом, вы тасуете карты и наслаждаетесь местью?

– Но, господин капитан…

– Немедленно обыскать дом! – рявкнул Карпет. – В какую дверь убежали неизвестные?

– Вон в ту, – указал Холкомб.

Капитан поднялся.

– Пойдемте, посмотрим.

Холкомб тоже встал и вместе с несколькими полицейскими последовал за ним к дверям. Они оказались запертыми и Холкомб приказал взломать.

Рядом с Трэггом у стола стоял полицейский, но на Мейсона и Дрейка никто не обращал внимания. Адвокат поднялся со стула и тоже приблизился к взламываемой двери.

Наконец дерево подалось и открылся проход в длинный очень широкий коридор, по одной стороне которого шли окна, а по другой – целый ряд дверей в какие-то комнаты.

– Все осмотреть! – приказал Холкомб.

– Осторожнее, сержант, – сказал Мейсон. – Как минимум у одного из них был револьвер. Впрочем, мне кажется, что их уже нет в доме.

– Что за чушь вы несете! – воскликнул Холкомб. – Все двери и окна под наблюдением, они наверняка затаились где-то здесь!

Сержант подошел к первой двери и толкнул ее ногой, дверь подалась. Он вошел и осветил помещение мощным полицейским фонариком.

– Черт! – выругался он. – Господин капитан, здесь на кровати два трупа.

– Включите свет, – приказал Карпет.

Холкомб пошарил по стенам, нашел наконец выключатель и комнату залил мягкий свет. На большой двуспальной кровати лежали бездвижно мужчина и женщина.

– Мейсон, кто это и за что вы их убили? – рявкнул Холкомб.

Мейсон демонстративно засунул руки в карманы пиджака.

– Расследуйте, господин сержант, – сказал он.

В это мгновение женщина застонала и шевельнулась.

– К тому же, ваши трупы стонут, Холкомб, – усмехнулся Мейсон.

Холкомб подошел и перевернул тело женщины на спину.

– Это Анна Грайхон, – сообщил Холкомб капитану, – я помню ее по фотографиям.

– Тогда второй – Стив Веннет? – спросил Карпет.

– Скорее всего. – Холкомб всмотрелся в лицо мужчины. – Да, это он.

Полицейский потряс женщину за плечо, пошлепал по щеке, наконец приподнял веко, всмотрелся в ее глаз и произнес:

– Они под влиянием какого-то наркотика, капитан. Что все это означает, Мейсон?

– Понятия не имею. Меня пригласили в этот дом сыграть партию в покер. По всей видимости, судя по анонимному звонку в Управление, готовили нам с Дрейком ловушку. Посмотрите, на тумбочке у двери лежит револьвер. Наверняка оружие с выбитыми номерами, или утерянное. И думаю, что на нем, возможно, висит какое-нибудь убийство.

– Не прикасайтесь ни к чему, – угрюмо буркнул Холкомб.

– Я ни к чему и не прикасаюсь, – улыбнулся Мейсон. – Я бы посоветовал вызвать врача, в них могла быть введена слишком большая доза наркотика, надо сделать промывание.

– Мейсон, – заявил Холкомб, – мы и без ваших советов обойдемся. – Он бросил быстрый взгляд на капитана Карпета и добавил: – Мотайте-ка отсюда по-добру, по-здорову, пока я вас не арестовал по обвинению в укрывательстве преступника. Джон, проводи господ Мейсона и Дрейка до выхода и проследи, чтобы они не разговаривали с Трэггом. И вызови врача и фотографа.

К адвокату подошел полицейский и сказал:

– Пойдемте, мистер Мейсон.

– Хорошо, – сказал тот. – Холкомб, напоследок рекомендую все же обследовать дом. Где-то здесь скрываются пятеро мужчин, один из которых готов стрелять. Если, конечно, ваши полицейские не пропустили их уход.

– Обойдемся без ваших советов, Мейсон. Джон! – заорал Холкомб, – да выведи ты его к чертовой бабушке отсюда!

– Господин сержант, – громко сказал Мейсон, – если я вам вдруг понадоблюсь, то где-то около часа буду на квартире своей секретарши Деллы Стрит, потом поеду домой, а к десяти часам утра появлюсь в своем кабинет.

– Хорошо, Мейсон, если вы нам понадобитесь, мы вас найдем, – ответил Холкомб.

Мейсон в сопровождении Дрейка вернулся в зал с игровым столом, ободряюще кивнул на прощанье Трэггу и спустился вниз. Они одели плащи и шляпы и вышли из дома.

– Наконец-то, – вздохнул Дрейк, – чистый воздух. В атмосфере той комнате мне было как-то не по себе.

– Что ты держался за скулу? – спросил друга адвокат.

– Да пытался задержать в темноте кого-то из них. Ну и нарвался.

– Болит?

– Сейчас уже нет.

– Проверь своих людей, не попался ли кто в руки полиции, – сказал Мейсон выходя через калитку на улицу.

– Хорошо, Перри, подожди меня здесь.

Мейсон закурил сигарету, разглядывая четыре полицейских автомобиля выстроившихся в рядок у обочины. Других машин не было.

Наконец вернулся Дрейк.

– Перри, мои парни не попались, никто. За домом ведется наблюдение – никто не выходил. Неужели этот мистер Икс до сих пор в здании?

– Сомневаюсь, – ответил адвокат. – Наверное, из дома есть какой-то тайный выход. Учитывая, что дом принадлежал Хенсли, который был не совсем чист перед законом, и…

– Да, Перри, ты прав. Что теперь делать? Продолжать наблюдение?

– Сколько у тебя здесь человек?

– Девять.

– Это твой оперативник бросал камушек в стекло?

– Да. И стучал в дверь, но мы не слышали.

– Хорошо. Всех здесь держать бессмысленно, Пол, оставь двух или трех. Пусть постараются выяснить все, что узнает полиция. Да и еще, позвони в газеты… Журналисты еще не знают о случившемся?

– Скорее всего нет, раз их здесь не видно.

– Сообщи, что в этом здании арестован Трэгг и найдены бесчувственные тела Анны Грайхон и Стива Веннета. Газетчики все равно рано или поздно узнают. Пусть слетятся сейчас, твоим оперативникам легче будет работать.

– Я понял, Перри, сделаю.

– Ты приехал на машине?

– Нет, на такси.

– Моя машина в двух кварталах. Ты отпусти лишних людей, а я сейчас вернусь за тобой.

– Да, Перри, у меня для тебя есть подарок, – усмехнулся детектив.

– Какой?

Дрейк осторожно достал из кармана что-то, завернутое в платок, и протянул адвокату.

– Карты мистера Игрека с его отпечатками пальцев. Остальные незаметно взять не удалось. Тебе это пригодится.

– Ты прав, Пол. Это прекрасный подарок. Ландо готов?

– Должен ожидать команды.

– Прекрасно. Звони ему – пусть едет к Делле. Сейчас я вернусь на машине, отвезу тебя и тоже отправлюсь к ней.

– Не беспокойся, Перри, я доеду на машине одного из моих парней. Занимайся своими делами.

– Хорошо, увидимся завтра в конторе, Пол. И меня все больше интересует дело об убийстве на «Звезде Каталонии».

– Я уже догадался об этом, – улыбнулся Дрейк.

13

Мейсон подошел к дверям квартиры Деллы Стрит и осторожно позвонил.

– Кто там? – тихо спросил голос Деллы из-за двери.

– Это я, – ответил Мейсон.

– Кто я?

– Мейсон.

– А пароль?

– Какой пароль?

– Но откуда я знаю, что ты мой шеф?

Мейсон улыбнулся.

– Но ведь мы не договаривались ни о каком пароле, – сказал он.

– Действительно. Тогда скажи имя обвиняемой в деле о поющих жуках?

Мейсон вздохнул.

– Там была не обвиняемая, а обвиняемый. Брайн Эпстэйн.

Замок щелкнул и Делла открыла дверь.

– Шеф, я так рада тебя видеть!

– Что же сразу не открыла дверь, раз рада?

– А кто десять раз предупредил, чтобы я была осторожной? – лукаво улыбнулась она.

– Хорошо, – сказал Мейсон, закрывая дверь. – Я знаю, что у тебя есть бутылочка виски… Ландо еще не приходил?

– Нет еще.

– Подождем.

Мейсон прошел в гостиную и расположился в удобном кресле.

– Рассказывай, как все прошло у Реймса, – попросила Делла, протягиваю Мейсону виски с содовой.

Мейсон закурил и, маленькими глотками отпивая коктейль, поведал о событиях этой ночи, которая для него еще отнюдь не закончилась.

– Но куда же делись эти четверо в масках? – удивленно спросила Делла.

– Это не самый важный вопрос, – отмахнулся адвокат. – Ответ на него узнаем завтра утром. Полиция наверняка обыщет там каждый уголок. Наш противник встретился с нами лицом к лицу, пожалуй, впервые в моей практике. И я ровным счетом не знаю кто он и как к нему подступится…

Раздался звонок в дверь. Мейсон встал и, положив руку на рукоятку дверного замка, спросил:

– Кто там?

– Джерри Ландо, – тихо ответил гость.

Мейсон открыл дверь и быстро впустил оперативника Дрейка.

– Здравствуйте, мистер Мейсон. Какого мое задание?

– Добрый вечер, вернее, ночь, – улыбнулся адвокат, внимательно осмотрев одежду детектива и удовлетворенно кивнув головой. – Ваше задание на сегодня самое простое.

– Я слушаю.

– Сейчас вы выйдете и позвоните в соседнюю квартиру. Не в ту, что слева, а напротив. Позвоните как следует, долго. Затем вернетесь к квартире Деллы и позвоните сюда еще раз – когда услышите, что кто-то подходит к двери в квартире напротив. Когда там откроют дверь, извинитесь и скажите, что вы адвокат Перри Мейсон, что вам срочно понадобилось обсудить дела со своей секретаршей Деллой Стрит, что вы в спешке перепутали двери и что вы еще раз приносите глубочайшие извинения. Надо постараться сделать так, чтобы дверь в квартиру Деллы открылась в этот момент и соседи видели, как вы входите.

– Хорошо. Что дальше?

– Почти ничего. Через пять минут мы выстрелим и вы должны, капая кровью с предварительно пропитанного носового платка, выбежать из квартиры, с грохотом спуститься по лестнице и исчезнуть. Естественно, вы должны сразу же обо всем забыть.

– Что-нибудь противозаконное?

– Нет. Хотя и на краю пропасти, но нет. Улики будут самые настоящие. Кстати, оставлять здесь ваши отпечатки пальцев, в том числе и на кнопках звонков, совершенно не обязательно.

– Шеф, ты хочешь заново разыграть ту сцену и вызвать полицию? – спросила Делла Стрит.

– А ты только сейчас об этом догадалась? – улыбнулся Мейсон. – Идите, – повернулся он к Ландо, – мы ждем.

Ландо в точности выполнил инструкции Мейсона. Через несколько минут раздался звонок и, когда Делла открывала дверь, тот извинялся перед соседями, утверждая, что он – адвокат Перри Мейсон.

Делла впустила Ландо и закрыла дверь.

– Шляпа у вас, надеюсь, совершенно новая? – спросил Мейсон.

– Не знаю, – ответил оперативник. – Плащ и шляпу мне дал Дрейк.

– Прекрасно, оботрите ее, чтобы не осталось ваших и Пола отпечатков и бросьте на пол.

Мейсон взял флакончик с кровью, пропитал носовой платок, выдавил несколько капель и размазал по сковороде. Затем отдал платок Ландо.

– Держите. Постарайтесь, чтобы в коридоре и на лестнице остался кровавый след. И побольше грохоту. Флаконы и платок передадите Дрейку. И чтобы никто ни о чем не знал.

– Я понял, мистер Мейсон. Можете на меня положиться.

Из второго флакона Мейсон вылил немного на заранее порезанную кофту Деллы и на ее плечо, которое тут же принялся забинтовывать – чтобы кровь проступила через бинт. Затем подошел к двери и выстрелил из трофейного револьвера в стену.

– Бегите, – сказал он Ландо, открывая дверь.

Оперативник с грохотом выбежал из квартиры и устремился к лестнице, стараясь производить как можно больше шума.

Мейсон подошел к телефону и набрал номер.

– Полиция? Пожалуйста, пришлите наряд в Криттмор-апартментс на Западной Селиг-авеню. Говорит Перри Мейсон, я у своей секретарши, мисс Стрит. Несколько минут назад сюда ворвался человек, который пытался убить ее, но я помешал. Сейчас он валяется в коридоре, мисс Стрит оглушила его сковородой. Да, мы постараемся его связать. Ждем вас.

Мейсон повесил трубку, подмигнул Делле, вынул из кармана завернутые в платок карты с отпечатками мистера Игрека и бросил на полу рядом со шляпой, одну оставив себе. Нож Мейсона, аккуратно смоченный в крови и с накладками на нем, лежал на столе рядом с револьвером.

– Хочешь еще виски, шеф? – спросила Делла.

– Не сейчас, – отозвался адвокат, закурил и принялся ходить из угла в угол. Наконец, что-то решив, он подошел к телефону и набрал еще один номер. – Это редакция «Старра»? Говорит Мейсон. Да, Перри Мейсон, адвокат. Только что совершено покушение на мою секретаршу, Деллу Стрит. Да, полицию вызвали… По-моему, я сказал вам достаточно, – заявил Мейсон и повесил трубку.

– Им понадобится много времени? – спросила Делла Стрит.

– Минут пять. Настоящий преступник как раз успел бы скрыться. А уж Ландо поблизости и следа нет.

– Только бы не приехал Холкомб, – вздохнула Делла. – Не хочется видеть его физиономию.

– Холкомбу сейчас не до того, он в том доме проторчит еще как минимум полчаса, а потом повезет в тюрьму Трэгга.

– Как ты думаешь, у нас все получится?

– Не знаю, Делла. Я обращался с накладками и револьвером очень осторожно, там не должно быть моих отпечатков – только убийцы. Я очень надеюсь, что они сохранились.

Наконец раздался звонок в дверь.

Мейсон поспешил к двери.

– Кто там?

– Полиция, вызывали?

– Да, прошу вас входите, – сказал Мейсон распахивая дверь. – Я – Перри Мейсон, адвокат. Совершено покушение на Деллу Стрит. Я, собственно, случайно оказался здесь в столь позднее время. Обстоятельства сложились так, что…

– Где он? Вы сказали, что оглушили и связали его. Это его кровь в коридоре?

– Мы хотели связать его. Делла с силой ударила его сковородой по голове… Он стрелял в меня. Мы старались ничего не трогать.

– Из чего он стрелял? Где оружие? – спросил один из полицейских.

Второй полицейский внимательно оглядывал место происшествия.

– Лежит на столе, – сказал Мейсон, – я не подумал в горячке об отпечатках и схватил его, но, может, они остались и на револьвере, и на ноже…

– Так где преступник?

– Пока я звонил, а Делла искала веревку, он пришел в себя и убежал, даже шляпу не забрав… От него был такой грохот по лестнице, что, наверное, весь дом разбудил.

– Что за карты валяются? – спросил второй полицейский.

– Они выпали из его кармана, – подала голос Делла. – Мы ничего не трогали.

– Вы мисс Стрит? У вас серьезная рана?

– Нет, царапина, – ответила Делла. – Если бы не мистер Мейсон, он попал бы мне прямо в сердце… Мистер Мейсон перевязал меня, завтра схожу к врачу.

– Вы уверены, что ничего серьезного?

– Во всяком случае, с ног не валюсь. Виски хотите, офицеры?

– Ну… Если только совсем чуть-чуть, мы все же на службе. Расскажите нам всю историю со всеми подробностями.

Раздался звонок в дверь.

– Кого еще несет?

– Может, убийца вернулся? – с испугом сказала Делла. – С подмогой…

Первый полицейский достал револьвер и кивнул товарищу. Тот встал у двери с оружием наготове. Полицейский рывком распахнул дверь. Там стоял улыбающийся мужчина. Еще один человек за его спиной тут же щелкнул фотоаппаратом, ослепив на мгновение полицейского вспышкой.

– Кто вы такие? – оторопело спросил патрульный.

– Журналист газеты «Старр», – улыбаясь, ответил тот, перешагивая порог. – На мисс Стрит совершено нападение?

Полицейский пришел в себя и вытолкнул репортера за порог.

– Все заявления позже, господа, – рявкнул он и захлопнул дверь.

Снова зазвонил звонок.

– А если вы будете мешать следствию, – выкрикнул в дверь полицейский, – то я арестую вас за нарушение общественного порядка.

– Откуда только эти газетчики все всегда знают, – с деланным удивлением воскликнул адвокат. – Делла, позвони еще в несколько газет, чтобы этот наглец не чувствовал себя хозяином положения.

Делла подала бокалы с виски полицейским и подошла к телефону.

– Садитесь, господа, – указал Мейсон на кресло, – я отвечу на все ваши вопросы.

Полицейские мучили расспросами Деллу Стрит и Мейсона около получаса и забрали револьвер, нож в накладках на рукоятке, шляпу и карты, якобы оброненные неудачливым убийцей. Делла Стрит предлагала в качестве вещественного доказательства свою порезанную окровавленную кофточку и обмазанную кровью сковородку, но полицейские заявили, что этого пока не требуется.

Наконец, патрульные, покинув квартиру, освободили поле боя журналистам, которые в ожидании сенсации столпились у дверей квартиры Деллы Стрит, как стервятники у загнанной лани, в ожидании когда лев насытится и наступит их черед.

Мейсон не скупился на краски, расписывая происшествие, когда зазвонил телефон. Делла сняла трубку, послушала, положила ее рядом и подошла к Мейсону.

– Шеф, – шепнула она ему на ухо, – звонит Пол, у него что-то очень срочное.

– Все, господа, – обратился Мейсон к журналистам. – Время позднее, мисс Стрит устала и мне больше нечего вам заявить.

– Обнимите мисс Стрит для фотографии, мистер Мейсон.

– Мисс Стрит, встаньте так, чтобы была видна повязка на руке.

– Мисс Стрит, возьмите сковородку, которой вы ударили преступника.

– Мистер Мейсон, а что вы скажете…

– Все, господа, интервью закончено, – властно повысил голос адвокат. – Прошу вас покинуть квартиру, если не хотите, чтобы наши отношения испортились. Делла, закрой дверь за господами журналистами.

Мейсон быстро прошел в спальню и взял телефонную трубку.

– Алло, Пол? Что случилось? Я думал, ты давно спишь…

– Я в аэропорту, – сообщил Дрейк.

– Что ты там делаешь?

– Удивительная случайность, – усмехнулся Дрейк, – но Бог помогает тем, кто хочет, чтобы им помогли.

– Да в чем дело? – не выдержал Мейсон.

– Когда я возвращался домой в машине моего оперативника, – начал Дрейк, – то, случайно выглянув в окно, в соседней машине заметил на заднем сиденьи седовласого старика, впустившего нас в дом и раздававшего карты.

– Та-ак, – протянул адвокат, – продолжай.

– Почему-то я решил, что тебе будет интересно узнать кто он такой и проследил за ним.

– Молодец, Пол, – воскликнул Мейсон. – И что ты выяснил?

– Он приехал в аэропорт вместе с еще одним мужчиной, возможно одним из тех, что были тогда в масках. По фигуре второй похож на мистера Игрека или Зета, но ручаться не могу.

– Что было дальше, Пол? Не тяни…

– У них были куплены билеты до Чикаго, пять минут назад они зарегистрировались. Мистер Богуш и мистер Хауэр. До отлета сорок минут. Будут какие-нибудь указания?

– О Боже, конечно, – выдохнул Мейсон. – Отправляй своего парня за ними. Он согласится?

– Естественно, согласится, – усмехнулся Дрейк. – И билеты на самолет есть. Я просто решил посоветоваться с тобой.

– Ты можешь успеть послать еще трех парней, по двое на каждого? Я хочу все о них знать.

– Ну, трех сразу, может, и не найду, но еще одного – точно успею, – ответил детектив.

– Действуй, Пол, это очень важно, – сказал Мейсон. – Наконец-то появилась ниточка в этом проклятом деле, за которую можно потянуть. Не упустите их, Пол.

– Мы постараемся, – ответил Дрейк и повесил трубку.

Мейсон вернулся в гостиную. Делла Стрит улыбнулась ему и повесила трубку.

– Ты слушала? – спросил адвокат.

Делла кивнула.

– Отлично, – резюмировал Мейсон. – Не придется лишний раз ворочать языком. – Он сел в кресло и устало потянулся. – Кто-то обещал мне еще виски с содовой, – напомнил он.

Делла сделала коктейль ему и себе. Мейсон пригубил, поставил бокал на стол и закурил.

– Вроде все прошло хорошо, – сказала Делла Стрит.

– Вроде, – подтвердил адвокат и зевнул. – Устал я сегодня, Делла. Сейчас докурю и отправлюсь спать.

Какое-то время они молча курили. Неожиданно прозвенел звонок в дверь.

– Наверное, какой-нибудь зазевавшийся газетчик, опоздавший к общему пирогу, – лениво сказал адвокат. – Поговори с ним через дверь, пошли его к черту.

Делла встала и направилась к двери. Мейсон стряхнул пепел с сигареты и вновь отпил виски.

– Шеф, там заявляют что принесли срочную телеграмму Делле Стрит для Перри Мейсона.

Адвокат тут же вскочил на ноги и схватил так и не взятую полицией в качестве вещественного доказательства, но зато многократно сфотографированную сковородку с уже подзасохшей кровью.

– Открой, – сказал он и встал около двери.

Делла открыла.

– Вы мисс Стрит?

– Да.

– Распишитесь вот здесь.

Делла расписалась, закрыла дверь и протянула Мейсону телеграмму. Он взял листок и прочитал:

«МЕЙСОН ВЫ ХОРОШИЙ ИГРОК ЗПТ НАМ ВДВОЕМ В ЭТОМ ГОРОДЕ ТЕСНО ТЧК ВАМ ПРИДЕТСЯ УЙТИ ТЧК ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО ОСТАНЕТСЯ ЗА МНОЙ ТЧК МИСТЕР ИКС»

Мейсон протянул листок Делле. Когда та прочитала, адвокат небрежно заметил:

– Этот мистер Икс отвратительно играет в покер. И совсем не умеет играть в шахматы.

– Зато, наверное, умеет играть в биллиард, – улыбнулась Делла Стрит.

– Как я сегодня выяснил, – ответил Мейсон, – это любимый конек лейтенанта Трэгга.

14

Мейсон припарковал машину на стоянке и, придерживая рукой шляпу, чтобы ее не сорвал шальной утренний ветерок, направился к зданию, в котором располагался его офис. На ходу он достал из кармана мелочь, чтобы купить свежую газету.

Когда он подошел к зданию, мальчишка, торгующий газетами, как раз отсчитывал сдачу за последний экземпляр.

– У вас больше нет газет? – на всякий случай спросил адвокат.

– О, мистер Мейсон, – улыбнулся мальчик, узнав героя утреннего выпуска. – Сегодня все быстро разобрали. Если хотите, я через двадцать минут принесу газету в ваш офис.

– Спасибо, – улыбнулся Мейсон, – моя секретарша наверняка уже купила.

– Да, сэр, она взяла две штуки.

Мейсон кивнул мальчишке на прощанье и вошел в здание, чувствуя на себе взгляды спешащих в свои офисы служащих. Он направился к лифтам.

– Здравствуйте, мистер Мейсон, – тут же подошел к нему адвокат, контора которого располагалась этажом выше. – В последние дни на вас навалилось столько событий… У вас очень бурный образ жизни…

Открылись створки лифта и они оба вошли в кабину.

– Да, – стараясь отвязаться, ответил Мейсон, – на скуку не жалуюсь.

– Адвокатская работа, – притворно вздохнул коллега, расправляя утреннюю газету, которую Мейсону очень хотелось просмотреть, – требует прежде всего скучной исследовательской работы, а не прыжков через крыши и не поставленных ударов сковородой по голове противника.

– Адвокатская работа, – с раздражением ответил Мейсон, – прежде всего требует защиты интересов клиентов, даже если для этого приходится прыгать по крышам.

Оппонент хотел что-то возразить, но в это время лифт остановился на этаже Мейсона, и адвокат поспешил покинуть нежеланного собеседника.

Мейсон прошел по коридору и, доставая ключ от личного кабинета, взглянул на часы. Было семь минут десятого.

Войдя в кабинет, он первым делом увидел Пола Дрейка, развалившегося в кресле для посетителей и потягивающего ароматный кофе.

– Опаздываете на работу, господин адвокат, – усмехнулся Дрейк.

– Задерживаюсь, – поправил Мейсон. – А вот вы, господин детектив, пьете кофе в рабочее время и заигрываете с чужой секретаршей.

– Я заигрываю? – притворно удивился Дрейк. – Совсем наоборот – это она ухаживает за мной. Такого кофе тебе, пожалуй, она и не варит…

– Как тебе не стыдно, Пол! – с возмущением воскликнула Делла, на щеках ее появилась краска.

– Ладно, – сказал Мейсон повесив плащ и шляпу в шкаф и проходя к своему столу, – хватит болтать, надо работать. Кто-нибудь даст мне, наконец, утренние газеты?

Дрейк и Делла Стрит с двух сторон протянули ему свежую прессу.

– Перри, я хотел бы отчитаться и идти к себе, у меня тоже много дел, – заметил Дрейк. – Чтение газет может и подождать.

Мейсон вздохнул и отодвинул газету.

– Хорошо, Пол. Что ты выяснил? Только говори то, чего нет в газетах, нечего терять время.

– С чего начинать? – поинтересовался детектив.

– С чего угодно, только побыстрее.

– Ладно, – усмехнулся Дрейк, – начну по порядку. Во-первых, сержант Холкомб все еще в доме на Кроклин-авеню. Похоже, что в этом доме никто не жил минимум недели две – повсюду слой пыли, на кухне съестных запасов практически нет. Холкомб рвет и мечет – он убежден, что полицейские, оставшиеся в засаде, просто-напросто упустили беглецов. Его люди буквально обнюхали каждый уголок дома – никаких следов сбежавших покеристов, естественно, не нашли.

– А куда привели следы сбежавших покеристов тебя, Пол?

– В Чикаго обоих подопечных ждала машина, – ответил детектив. – Я сумел в последний момент отправить троих парней и связаться с детективным агентством в Чикаго, так что моих оперативников тоже ждала машина, вернее – три, я постарался подстраховаться…

– И что делали эти мистер Богуш и мистер Хауэр?

– Отправились в некий богатый особняк. Мистер Богуш, который седой, там и остается до сих пор, мистер Хауэр вышел через полчаса и отправился в отель «Унивёср» в центре города.

– Кому принадлежит особняк?

– Побойся Бога, Перри! Быстро только кролики размножаются! Информация будет в течение ближайшего часа.

– Мне она нужна в течение ближайших десяти минут, – с нажимом произнес Мейсон.

Зазвонил телефон. Делла Стрит подняла трубку.

– А вот и информация, – усмехнулся Дрейк. – Наверняка это из моей конторы.

– Алло, – сказала Делла и, послушав, повернулась к Мейсону. – Шеф, в приемной находится мистер Сэмуэль Греггори. Он требует немедленной встречи с тобой. Герти говорит, что он аж весь кипит от ярости и нетерпения. Он шипит и плюется, словно убегающее на плиту молоко. В голосе Герти слышатся панические нотки.

– Чем же вы вызвали гнев почтенного джентльмена? – улыбнувшись, спросил Дрейк. – И кстати, его имя вам чего-нибудь говорит?

– Да, это шериф из Сан-Роберто. Женат на родной сестре Трэгга. Скорее всего, причина его раздражения не мы, – заметил Мейсон. – Впрочем, чувства и мысли блюстителей порядка зачастую непредсказуемы. – Адвокат с тоской посмотрел на разложенную на столе газету с заманчивыми заголовками. – У тебя еще что-нибудь важное есть, Пол?

– Так, по-мелочи. Пока терпит. Через час я приду тебе с новым отчетом. Кстати, из Реддинга должны подвезти фотографии мистера Реймса и членов его семьи.

– Это хорошо, – кивнул адвокат. – А что там там по поводу Анны Грайхон и ее дружка?

– Пока ничего определенного.

– Как только что узнаешь – немедленно ставь меня в известность. И еще – я просил подготовить тебя списки всех, кто мог иметь зуб на меня и на Трэгга. Это готово?

– Будет готово в течение часа, – несколько смутившись заверил Дрейк.

Адвокат недовольно нахмурился, но промолчал.

Дрейк поставил на стол пустую чашку из-под кофе и встал.

– Ну, я пошел работать, Перри.

– Иди, Пол, иди. Делла, пригласи мистера Греггори, пока он не затерроризировал Герти окончательно.

Дрейк покинул кабинет адвоката через дверь, выходящую в общий коридор. Почти в это же мгновение распахнулась дверь из приемной и на пороге показался огромный, багровый от ярости, шериф Сан-Роберто.

– Что здесь происходит, черт побери! – заорал он, не здороваясь. – Вы что здесь все с ума посходили! Я вас спрашиваю, Мейсон!

– А в чем, собственно дело? – спокойно поинтересовался адвокат.

– Он еще спрашивает в чем дело! – воскликнул посетитель. – Я мчусь сюда, едва прочитал тот бред в вечерних газетах. В Управлении полиции меня видеть не желают, подавай, говорят, прошение по инстанции… бюрократы чертовы! Окружной прокурор, которому я неоднократно помогал лично, не может уделить мне пять минут. Они что все рехнулись?! Какой, к дьяволу, Артур убийца?! Ему достаточно взглянуть было на этого щенка, как он от страха штаны пачкал! Совершенно ни к чему было убивать такую мокрицу, да еще ножом. Я бы еще поверил, если бы Артур врезал ему промеж глаз, так что у того бы все мозги вылетели, но ножом… Чушь! Белиберда! Дребедень на фиговом масле!!!

– Вы все сказали? – спокойным тоном произнес Мейсон. – Тогда садитесь и обсудим дело спокойно. Что вы хотите от меня лично?

Греггори перевел дух, словно только что заметил адвоката, пристально посмотрел на него и тяжело плюхнулся в кресло для посетителей.

– Черт побери, Мейсон, я помню то дело о сонном моските… Я не одобрял вашей манеры, но… – Он потряс головой, словно пытаясь сбросить наваждение и посмотрел Мейсону в глаза: – Вы – адвокат Артура?

– Да, – кивнул Мейсон. – И что вы хотели мне сказать?

– Артур никого не убивал, – убежденно сказал шериф. – Но, если вдруг и случилось такое… то… – Он неожиданно смутился, каким-то виноватым мальчишеским движением полез во внутренний карман и достал пачку денег. – Но если все же такое случилось, то я оплачу ваши услуги… Артур для меня – как родной брат. Сколько бы ни стоило ваше…

– Мой клиент – Артур Трэгг, – сухо сказал Мейсон. – Я уже получил аванс и защищаю его интересы.

– Так какого черта вы здесь сидите? – заревел Греггори. – Делайте же что-нибудь, дьявол вас раздери, делайте!

– А мы делаем, – спокойно сказал Мейсон. – Вы утренние газеты читали?

– Нет, еще не успел, – признался шериф.

– Я тоже еще не успел, – заметил Мейсон. – А мне, между прочим, это необходимо, чтобы во всем разобраться. Мне необходимо сейчас думать, получать информацию, а не слушать ваши излияние, сдобренные чертыханиями…

– Извините, Мейсон, я не хотел вас обидеть. Но Артур… Если я могу помочь вам с расследованием, то… я ведь профессионал, как-никак…

– Вы были у дома Трэгга? – спросил Мейсон.

– Я… – начал было посетитель.

Его перебил звонок телефона, номер которого не был зарегистрирован ни в одном телефонном справочнике и который знал лишь сам адвокат, Делла Стрит и Пол Дрейк.

Мейсон поднял трубку:

– Что нового, Пол?

– Это не Пол, – раздался странный гнусавый голос на том конце провода. – Я хотел бы конфиденциально поговорить с вами, Мейсон, по делу лейтенанта Трэгга.

– Кто вы?

– Это сейчас не имеет значения. Вы не хотите пообедать со мной? Для вас это довольно важно.

– Кто вы? – еще раз спросил Мейсон, кинув быстрый взгляд на шерифа Греггори, который придвинул к себе лежавшую на столе газету и стал с интересом изучать сенсационный материал об аресте своего шурина.

– Я сказал, что сейчас это не важно. Никто не должен знать, что я хочу встретиться с вами. Ни одна живая душа, вы поняли меня, Мейсон?

Что-то очень знакомое послышалось адвокату в тоне, каким были сказаны последние слова, но Мейсон так и не вспомнил что именно.

– Хорошо, – сказал адвокат. – Что вы предлагаете?

– Я хочу встретиться с вами без свидетелей. Вы должны быть совершенно один и даже ваша секретарша не должна знать зачем и куда вы направляетесь.

– После вчерашних событий это исключено, – жестко сказал Мейсон.

На том конце провода воцарилось молчание. Мейсон ждал.

– Хорошо, – наконец ответил незнакомец. – Обычно, когда вы выступаете в суде, вы обедаете в небольшом итальянском ресторане, где отдельные кабинки…

– И что?

– Позвоните хозяину ресторана, что придет гость и спросит кабину, отведенную для вас. Я буду один. Даю вам свое слово.

– Я не знаю кто вы, и _ч_т_о_ стоит ваше слово.

– Вам придется довериться, Мейсон. Я знаю _ч_т_о_ стоит ваше слово, и если вы даете его мне, что ни одна живая душа не узнает, то я доверюсь вам.

– Откуда вы узнали номер этого телефона? – спросил адвокат.

– Вы все поймете после беседы со мной. Так вы даете _с_в_о_е_ слово?

Какие-то мгновения Мейсон напряженно размышлял.

– Так да или нет? Никто не должен знать, даже ваша доверенная секретарша.

Мейсон посмотрел на Деллу Стрит, которая слушала по параллельному аппарату, тщательно фиксируя каждое слово незнакомца в блокноте для стенографирования.

– Хорошо, я даю вам слово, – сказал адвокат.

– Прекрасно. В двенадцать часов я жду вас в итальянском ресторане неподалеку от Дворца Правосудия. До свидания.

В трубке раздались гудки. Мейсон медленно положил ее на аппарат.

Шериф Греггори закончил чтение статьи о ночной игре в покер и посмотрел на адвоката.

– Это кто звонил? – подозрительно спросил посетитель. – Не те, кто приглашали вас играть в карты?

– Нет, это совершенно по другому делу, – сказал Мейсон, демонстративно зевнув. – Хорошо, господин шериф, я рад, что вы пришли ко мне и готов обратиться к вам с просьбой. Вы хорошо знаете дом лейтенанта Трэгга?

– Конечно, – ответил Греггори. – Я там все время останавливаюсь, когда приезжаю в Лос-Анджелес.

– Сегодня, по-видимому, вам придется остановиться в другом месте, – невесело усмехнулся адвокат.

– Вы правы, – раздраженно проворчал шериф. – Но в чем просьба, черт побери?

– Не могли бы _в_ы_ как следует осмотреть территорию вокруг дома, сам дом, и, в особенности, все окна и двери. Надеюсь, вам не надо напоминать, что любая самая незначительная деталь, вроде окурка сигарет или пустой коробки из-под спичек…

– А разве полицейские там все не осматривали? – удивился Греггори.

– П_о_л_и_ц_е_й_с_к_и_е_ осматривали, – ответил Мейсон. – Я, к сожалению, не полицейский, а адвокат. И я должен защищать интересы своего клиента. А для того, чтобы защищать, я должен иметь информацию. Я уверен, что вы _м_о_ж_е_т_е_ заметить то, что не увидел предвзято настроенный сержант Холкомб.

– Смею вас заверить, что когда Артур выйдет из тюрьмы, мы с Холкомбом еще поговорим, – мрачно сказал Греггори. – По-мужски.

– Я могу рассчитывать на вашу помощь? – спросил адвокат.

Успокоившийся шериф встал с кресла.

– Да, Мейсон. Спасибо за доверие. Я там каждый дюйм рассмотрю под микроскопом.

– Достаточно будет, если вы сделаете это с лупой, – улыбнулся Мейсон. – Я буду здесь после двух часов и надеюсь услышать ваш рассказ.

– Не волнуйтесь, Мейсон, ни одна былинка, ни одна царапина не ускользнет от моего внимания. Ради Артура я не то, что его участок, всю пустыню Мохаве готов на брюхе исползать, лишь бы найти оправдывающие доказательства. Вы точно знаете, что он не убивал?

– Точно, – улыбнулся Мейсон и, бросив быстрый взгляд на часы, еще раз с сожалением посмотрел на разложенную на столе газету. – Чтобы ваши поиски были более результативны, шериф, я введу вас в курс дела.

И Мейсон быстро пересказал ему основные детали происшедших событий.

– Можете на меня рассчитывать, Мейсон, – пообещал в заключение шериф Греггори. – И если я выйду на этих… На того, кто подставляет Артура, я…

– Вы не Суд Присяжных, – холодно сказал Мейсон.

– Я – шериф.

– Здесь не ваш округ, – заметил адвокат. – Вы вооружены? Лучше будет, если вы оставите свой револьвер на хранение моей секретарше.

– Без револьвера я – голый, – проворчал Греггори. – Вы же не потребуете, чтобы я оставил у вас на хранение свои брюки?

Делла Стрит за своим столом прыснула в кулак.

– Хорошо, – улыбнулся Мейсон. – Но вы должны дать мне слово, что ни при каких обстоятельствах…

– Знаю, знаю, – пробурчал себе под нос Греггори. – Черт побери, я не сопливый школьник! Ладно, время дорого, не смею вас задерживать.

Он вышел из кабинета.

Мейсон потянул к себе газету.

– Кто это звонил, шеф? Мистер Икс? – спросила Делла Стрит.

– Скорее всего – нет, – ответил адвокат. – Мне показался голос знакомым, только, наверняка, нос был зажат рукой.

– Я надеюсь, ты не собираешься идти? – спросила Делла Стрит.

– Конечно, собираюсь.

– Но почему?! Ведь это может быть очень опасно!

– Опасно в лифте спускаться – трос может в любой момент лопнуть.

– Вот так всегда! – воздела очи к небу Делла. – Ты ему про то, что ослы некормлены, а он – про надежную упряжь в запасе.

– Ладно, не ворчи, – улыбнулся адвокат. – Что-то подсказывает мне, что опасность не угрожает и…

Вновь зазвонил незарегистрированный телефон.

Мейсон кивнул Делле Стрит, чтобы она слушала и снял трубку.

– Алло? – осторожно сказал он.

– Перри? – раздался удивленный голос Дрейка, – это Пол, ты не узнаешь что ли?

– Узнаю, – с облегчение выдохнул Мейсон. – Есть что-то новенькое?

– Да, – сказал Дрейк сразу помрачневшим голосом. – Мы выяснили, кому принадлежит особняк в Чикаго, где ночевал мистер Богуш.

– И кому? – беззаботно спросил Мейсон.

– Такого в твоей практике еще не случалось, Перри, – сказал Дрейк.

– Я приготовился услышать самое худшее, – заверил адвокат.

– Т_а_к_о_г_о_ ты вряд ли ждешь, – проворчал сыщик. – Это дом Дона Лонегана, а мистер Богуш – его правая рука.

– И кто такой Дон Лонеган?

– Один из пяти ведущих главарей чикагской мафии, контролирующий добрую треть преступного мира Иллинойса. Ты крепко влип, Перри.

– Что ж, жажды бояться, в пустыню не ходить.

– Не будь столь самоуверен, Перри. К тому же, это еще не все новости.

– А может быть что-то хуже того, что ты сказал?

– Не знаю, тебе решать, Перри, что лучше, а что хуже. Час назад в Мемориальном Госпитале Хьюго скончался от чрезмерной дозы наркотиков Стив Веннет.

– Черт возьми! – не сдержался Мейсон. – А Анна Грйхон?

– Врачи уверяют, что угрозы ее жизни нет.

– И то хорошо. Фотография Реймса пришла?

– Да, я заскочу к тебе минут через десять.

– Жду тебя, – сказал адвокат и повесил трубку.

Он посмотрел на Деллу Стрит.

Раздался звонок внутреннего телефона. Секретарша сняла трубку.

Мейсон заложил большие пальцы в проймы жилета и принялся расхаживать по кабинету.

– Да, – наконец сказал он, – события принимают крайне неожиданный поворот.

– Шеф, это все еще не самое удивительное, что ты сегодня слышал, – сказала Делла Стрит.

– А может быть что-то еще, что может меня _с_е_г_о_д_н_я_ удивить? – усмехнулся Мейсон.

– Да, шеф, – ответила Делла. – В приемной дожидается Филипп Реймс, который очень хочет тебя видеть.

15

Какое-то время Мейсон напряженно размышлял.

– Знаешь что, Делла, – наконец сказал он, – сходи в приемную и извинись перед мистером Реймсом – пусть подождет десять минут. Скажи, что у меня важный междугородный звонок.

– Я прямо так и скажу Герти, – ответила Делла, все еще державшая трубку в руке.

– Пожалуйста, _с_х_о_д_и_ в приемную и попроси мистера Реймса подождать немного, – повторил адвокат.

– О! Я поняла – ты хочешь убедиться, что там наш вчерашний посетитель?

Мейсон кивнул.

Делла выпорхнула из кабинета и через несколько минут вернулась.

– Да, шеф, это он. Он взволнован и растерян, в его руках вчерашний вечерний выпуск газеты. Интересно, что за сложную комедию он пытается разыграть?

– Набери номер Дрейка, – быстро сказал Мейсон. – Я еще не понял, что это за комедия, но ее режиссер – либо безумный дилетант, либо гениальный новатор.

– Пол на проводе, – кивнула секретарша.

– Алло, Пол?

– Да, Перри, я уже выхожу, – ответил детектив. – Принесу тебе фотографии Филиппа Реймса и сообщу некоторые новые подробности.

– Твой визит несколько откладывается, – усмехнулся Мейсон. – Мистер Реймс сидит в моей приемной собственной персоной.

– Что?! – не поверил своим ушам Дрейк.

– То, что я сказал. Ты знаешь что делать?

– Разумеется, – согласился детектив. – Сколько времени в моем распоряжении?

– Вполне возможно, что его уже не осталось, – ответил Мейсон. – Я постараюсь задержать Реймса как можно дольше. Пол, сделай все что можно, отправляй вслед за ним всех парней, что у тебя под рукой. _Н_и_к_а_к_и_х случайностей быть не должно. Ты понял, Пол? _Н_и_к_а_к_и_х_!

– Я все понял, – ответил Дрейк и повесил трубку.

– Приглашай нашего трагика, Делла, – распорядился Мейсон, с сожалением убирая так еще и непрочитанный выпуск «Старра» в ящик стола.

Когда Делла Стрит ввела посетителя, Мейсон, словно гранитная скала, возвышался над своим необъятным столом. Лицо адвоката ничего не выражало.

– Вы пришли доиграть нашу прерванную партию в покер, мистер Реймс? – спросил Мейсон.

– Какой покер?! Какая партия?!! О чем вы говорите?! Я ничего не понимаю! _Н_и_ч_е_г_о_!!!

Мистер Реймс совершенно не напоминал вчерашнего жизнерадостного человека. Кожа его пожелтела и словно опала, на лице явственно проступила глубокая сеть мелких морщин. Он нервно достал из кармана сигару, пытался откусить кончик, но дрожащие пальцы переломили сигару пополам. Бизнесмен с отвращение бросил обломки в корзину для бумаг.

– Меня вчера чуть не убили! – истерично закричал толстяк. – Я прочитал эту статью о долларах и обвинении вас в шантаже! Это же те доллары, что я вручил вам, да? Мир сошел с ума! Мой секретарь исчезает! В моих товарах – наркотики! Я как безумный ношусь по складам, потом в меня стреляют! Мистер Мейсон, может быть вы объясните мне, что происходит?!

– Вытяните руки над столом, – неожиданно приказал адвокат.

– Что? – не понял посетитель.

– Пожалуйста, протяните над столом руки, – повторил Мейсон.

Посетитель в недоумении выполнил просьбу. Его руки дрожали над полированной поверхностью стола.

– Успокойтесь, смотрите на кончики пальцев, – голосом заклинателя змей произнес Мейсон. – Мне необходимо пройти в библиотеку и обсудить с моей секретаршей одно срочное дело. А вы сосредоточьтесь на дрожании ваших пальцев. Когда вы успокоитесь, мы сможем поговорить нормально.

– Но, мистер Мейсон, как вы можете говорить спокойно, когда…

– Я могу говорить _т_о_л_ь_к_о_ спокойно, – властно сказал юрист. – И вы тоже должны успокоиться. Вы у адвоката, а не у священника, эмоции здесь излишни.

Мейсон встал из-за стола и кивком указал Делле Стрит на дверь в библиотеку.

– Кстати, – повернулся адвокат к уставившемуся на кончики пальцев посетителю, – каким рейсом вы прилетели в Лос-Анджелес?

– Я арендовал самолет, – не поворачиваясь ответил Реймс. – В реддингской компании «Пионер Авиолайнерс». Самолет ждет меня в аэропорту.

– Хорошо. Успокаивайтесь, я сейчас вернусь.

Едва закрыв за Деллой дверь в библиотеку, Мейсон возбужденно потер руки и принялся вышагивать по комнате словно боксер на ринге в ожидании противника.

– Что случилось, шеф, – спросила Делла Стрит. – Что тебя так взволновало? Я же вижу как у тебя глаза блестят.

– Игра, Делла, игра! – воскликнул Мейсон. – Мне брошен вызов и раздача карт еще не закончилась!

– Да в чем дело, в конце концов! – в сердцах воскликнула Делла. – Я ничего не понимаю.

– Это не тот человек, что вчера играл со мной в покер в особняке на Кроклин-авеню, – ответил Мейсон.

– Как не тот?! – Делла рукой позади себя нащупала спинку стула и не глядя опустилась на него. – Откуда ты знаешь?

– У того был застарелый шрам на кисти левой руки, – лаконично объяснил Мейсон. – Вот что, Делла, немедленно беги к Полу и внимательно изучи фотографии Реймса – кто, в конце концов сидит у нас в кабинете? И пусть Дрейк свяжется с аэропортом и проверит, ожидает ли мистера Реймса самолет из Реддинга. Ты запомнила название фирмы?

Делла утвердительно кивнула.

– Отлично. Беги к Полу. Я подожду ответа здесь.

Мейсон достал сигарету и резко щелкнул зажигалкой. Делла Стрит рванулась к двери в приемную. Мейсон тихонько приоткрыл дверь в кабинет и увидел профиль Филиппа Реймса, который старался успокоиться, уставившись на дрожащие кончики своих пальцев. Адвокат закрыл дверь и принялся возбужденно ходить по помещению – неизвестно кому больше надо было успокоиться: посетителю или хозяину кабинета.

Мейсон закурил вторую сигарету когда, наконец, дверь из приемной распахнулась и в библиотеку вбежала Делла Стрит. Адвокат быстро загасил окурок в пепельнице.

– Это действительно Филипп Реймс, – сообщила Делла, отдышавшись. – Никаких сомнений быть не может – вот фотографии, сделанные три года, год и три месяца назад.

Мейсон принялся внимательно изучать снимки.

– Дрейк выяснил – в аэропорту действительно ожидает реддингский чартерный самолет, прибывший в Лос-Анджелес около часа назад, – продолжала секретарша. – Пол интересуется: готовить ему парней для наблюдения или дать отбой тревоги?

– Пока преждевременно, – решил Мейсон. – Я сперва хочу поговорить с Реймсом. – Он убрал фотографии обратно в конверт и протянул секретарше. – Пойдем. Застенографируй каждое его слово. Мне кажется, что мы сейчас услышим очень интересную историю, которая приблизит нас к разгадке. Чует мое сердце, что где-то здесь скрывается один из важнейших узелков, распутав который мы увидим свет в конце тоннеля.

Адвокат открыл дверь в кабинет и прошел к своему столу. Он не торопясь сел на крутящийся стул и посмотрел на посетителя. Тот уже не держал над столом руки – задумчиво нюхал очередную огромную сигару.

Делла Стрит быстро прошла к своему столу и приготовилась записывать.

– Вы успокоились, мистер Реймс?

– Да, спасибо, мистер Мейсон. Я попытался привести свои мысли в порядок, но… но ничего не связывается. Я – бизнесмен. Я умею выращивать кукурузу и разводить скот, я умею торговать и заключать контракты. Но я не детектив. Мне никак не понять, что происходит… А происходит черте-что, мистер Мейсон! Я…

– Давайте не будем снова кричать и проклинать судьбу, – спокойно и дружелюбно улыбнулся Мейсон. – Вы у адвоката. Моя профессия – распутывать загадки. Вот и займемся этим. Вы – расскажете, а я – попытаюсь разобраться что к чему. Итак, давайте по порядку. Что произошло вчера после того, как вы покинули мой кабинет?

– Да ничего особенного, – пожал плечами Реймс. – Я спокойно добрался до аэропорта и рейсовым самолетом улетел в Реддинг. Пообедал и поехал в контору. Затем я отправился домой, купил газету… И тут все началось, мистер Мейсон.

– Что именно началось?

– Ну… Я прочитал, что вас обвиняют в шантаже и что у вас нашли десять тысяч долларов в десятидолларовых купюрах… Ведь эти же деньги заплатил вам я! Я подумал, что произошла какая-то ошибка и…

– Где _в_ы_ взяли те деньги? – спросил Мейсон.

– Я именно к этому и подхожу. Второй моей мыслью было то, что я стал жертвой чудовищного обмана. Деньги передал мне Айзек Симонс, мой секретарь… Он получил их в банке… А потом я вспомнил, как он две недели назад отговорил меня обращаться к вам, когда я только прочитал о том, что Анна…

– Он отговаривал вас обращаться _и_м_е_н_н_о_ ко мне? – уточнил Мейсон.

– Да, он говорил, что вы очень дорогой адвокат, а реальные способности человека не всегда соответствуют тому, что о нем пишут газеты. Он отговаривал меня даже вчера, вручая деньги для аванса вам. Он не верит в вас, мистер Мейсон.

– Каждый сам выбирает во что ему верить, – усмехнулся адвокат. – Продолжайте, пожалуйста.

– Да, вы правы, когда я начинаю задумываться над тем, почему он отговаривал меня, и сопоставлять дальнейшие события… Но этого не может быть, ведь…

– Что произошло дальше? – перебил Мейсон.

– Ну, я сразу же позвонил в контору, чтобы выяснить откуда Айзек взял эти десять тысяч. Его не было – рабочее время уже закончилось и…

– И как поступили вы?

– Я отправился к нему домой. Он холостяк и снимает меблированные комнаты на окраине города… Вернее он говорил, что это дешевые меблированные комнаты, но там оказался очень дорогой дом. Его не было там и я решил поехать в свой центральный склад, я думал, что он мог быть там. Видите, он не только мой секретарь, он отчасти ведет и торговые операции, и… Короче, на складе его не было, а рабочие грузили коробки с бананами в грузовики с лос-анджелескими номерами. У меня не было в этот момент никаких отправок, я знал точно и…

– Продолжайте, – улыбнувшись, подбодрил Мейсон.

– Я спросил, что они делают. Они сказали, что грузят по моему распоряжению, показали накладные и… Мистер Мейсон, я хотел проверить качество продукта, случайно уронил коробку и… Я нашел на дне, под фруктами, под картонной прокладкой, дюжину маленьких полиэтиленовых пакетиков с белым порошком… У меня сознание помутилось… Меня обманывали, я оказался замешан в торговлю наркотиками! Вы только представьте себе, мистер Мейсон, – я!!! Я оказался… Нет, это в голове не укладывается – наркотики на моем складе! Я никогда бы подумать не мог! Я всегда старался держаться подальше от…

– Я понял, – перебил Мейсон. – Как поступили вы?

– Я закричал, чтобы все заносили обратно, чтобы вызвали полицию. Тут от машин отделились два… Я сам не маленький, мистер Мейсон, но один из них был намного выше меня, а в плечах!.. Бородатый, лохматый такой, а лицо! Он достал револьвер. Я испугался, мистер Мейсон. А чтобы вы сделали на моем месте?!

– Что сделали вы? – поинтересовался адвокат.

– Я… Я побежал к своей машине. Я очень быстро побежал, я так не бегал никогда в жизни! Он бросился за мной – я держал в руке накладные и грозил вызвать полицию. Но я успел раньше, мотор завелся сразу же. Они стреляли мне в след! Заднее стекло моей машины пробито пулей!

– Что вы предприняли?

– Я… Я поехал в полицию. Реддингское Управление полиции расположено на другом конце города.

– Что вы сказали в полиции?

– Я… Я не доехал, мистер Мейсон. Я остановил машину – и думал. Склад принадлежит мне. И, самое страшное, подпись на липовых накладных была моя! То есть, конечно, не моя, но я сам отличить подделку не смог!

– И что вы предприняли?

– Я отправился в свою контору, просмотреть документы. Когда я подъезжал, с места отъехала машина, мне показалось – та легковая, что стояла у склада, когда я там… Ну, когда я обнаружил наркотики. Я испугался. Я подождал четверть часа и поднялся к себе. Господи великий, мистер Мейсон! Там все разгромлено, там не осталось ни одного документа, ни одной целой страницы! Тогда я снова поехал на квартиру Айзека. Администраторша сказала, что он пришел за полчаса до меня. Но в квартире его не оказалось – там тоже все было разбросано, словно что-то искали…

– Или спешно собирали вещи?

– Ну… Да, возможно и так. Айзека не было, наверное, он спустился по черной лестнице.

– Вы так и не добрались до полиции?

– Нет, я боялся. Я и сейчас боюсь. Я ничего не понимаю. И… Я испугался ехать к себе домой. Тот бородатый мужчина с револьвером! Он же стрелял в меня.

– И что вы сделали?

– Я отправился на одну из своих ферм. Оттуда я позвонил жене и она сказала, что этот бородатый мужчина вместе с другим, который был в нормальном деловом костюме, приезжал и спрашивал меня. Я боялся, что они выставили засаду. После некоторых раздумий я решил арендовать самолет и лететь к вам. Я боюсь. Боюсь этого мужчины, боюсь полиции. Подумать только – моя фирма замешана в торговле наркотиками! Четверть века работы – все насмарку, все втоптано в ослиный навоз! Моя жизнь кончена. И, вдобавок, мою родную дочь обвиняют в убийстве!

– Опишите, пожалуйста, вашего секретаря, – попросил Мейсон. – Как давно он у вас работает?

– Айзек? Я думаю, что он тоже ничего не знал. Хотя… Я не знаю, что теперь и думать, мистер Мейсон. Только вы можете помочь мне во всем разобраться!

– Так что же все-таки представляет из себя ваш секретарь?

– Ну, ему тридцать лет, может быть, чуть старше. Худой, несколько ниже меня, черные волосы и такие тонкие усики. Расторопный молодой человек, у меня работает третий год и я ему полностью доверял. Хватка у него… Мой предыдущий помощник умер, погиб в авиакатастрофе и приход Айзека был большой удачей для меня.

– Он был знаком с вашей дочерью?

– С Анной? Да, конечно… Собственно, он и познакомил ее со Стивом Веннетом, когда тот был на своей яхте в Сан-Франциско, а мы ездили туда на ярмарку. Я еще тогда сказал Анне… О, я начинаю что-то понимать. Этот негодяй был в сговоре с Веннетом! Они испортили мою дочь! Из-за них она вынуждена скрываться от полиции и…

– Она уже не скрывается от полиции, – перебил его Мейсон. – Она была вчера арестована. В доме, куда пригласили меня от вашего имени.

– Что?

– Почитайте газеты, – сказал Мейсон, доставая из ящика утренний выпуск. – Она и Стив Веннет были напичканы наркотиками под завязку. Кто-то анонимно позвонил в полицию, заявив, что я застрелил вашу дочь. Рядом действительно лежал револьвер и их _д_о_л_ж_н_ы_ были застрелить.

– Что? – снова тупо повторил Реймс.

– Да, – подтвердил Мейсон. – Кстати, от чрезмерной дозы наркотиков Стив Веннет скончался сегодня утром в Мемориальном Госпитале Хьюго.

– А моя дочь? – сразу же испуганно спросил посетитель. – Анна не…

– Ее жизни опасность не угрожает. По крайней мере, сейчас от наркотиков. Но ее вполне могут осудить за убийство на «Звезде Каталонии».

– Мистер Мейсон, но ведь я вас как раз и нанял, чтобы защитить ее. Хотя теперь надо защищать меня… Ну и узел!.. Мистер Мейсон, а можно задать вам нескромный вопрос?

Адвокат удивленно посмотрел на посетителя.

– Попробуйте, – сказал он.

– Мистер Мейсон, у вас случайно здесь нет глотка виски? У меня прямо голова кругом идет и я…

От неожиданности Мейсон рассмеялся. Он откинул голову назад и хохотал.

Реймс посмотрел на адвоката и тоже рассмеялся – сперва робко, а потом громко – напряжение бессонной ночи давало себя знать.

Делла Стрит встала со своего места, подошла к стеллажу с юридическими книгами, вынула толстенный том и достала початую бутылку виски и стакан. Она подошла к посетителю и на два пальца плеснула в стакан.

– Послать в буфет за содовой? – спросила секретарша.

– Нет, спасибо, если можно я выпью так, – резко перестав смеяться ответил Реймс и залпом осушил стакан.

Посмотрев на него, Делла поспешила налить вторую порцию.

Мейсон достал из кармана портсигар и закурил, внимательно глядя на посетителя. Тот взял в руку бокал и разглядывал коричневато-золотистую жидкость в бокале.

– И что мне теперь делать? – наконец спросил Реймс.

– В любом случае, – медленно произнес Мейсон, – _в_ы_ сейчас ничего предпринимать не должны.

– А вы?

– Защищать ваши интересы – моя работа.

– Вы разберетесь со всеми проблемами?! – с надеждой в голосе воскликнул бизнесмен.

Мейсон побарабанил пальцами по столу.

– Откровенно говоря – не знаю. В моей практике едва ли не впервые случается подобное – я вынужден защищать двух человек в двух разных делах, причем высока вероятность, что эти дела связаны между собой. – Мейсон помолчал и добавил: – А возможно, и трех клиентов, в трех разных делах, которые наверняка связаны. Остается лишь разобраться где курица, а где яйцо и размотать клубок…

– Так вы беретесь за это дело?

– Я уже взялся, получив от вас аванс, – вздохнул Мейсон, окончательно решив для себя этот вопрос. – Хорошо. Теперь слушайте меня внимательно. Отправляйте арендованный самолет обратно в Реддинг. Сами снимите здесь номер в каком-нибудь приличном отеле, сообщите моей секретарше где остановились и не выходите из номера. Ни с кем в контакт не вступайте. Н_и_ с _к_е_м_! У вас с собой есть деньги? Кстати, у вас личный счет или дела вашей фирмы…

– Вы опасаетесь, что счета фирмы могут арестовать? Вы собираетесь сообщить о наркотиках в полицию?

– Пока не знаю, – ответил Мейсон. – Я сильно подозреваю, что на ваших складах наркотиков больше нет. И, вполне вероятно, все документы уничтожены. Но в этом деле есть что-то более серьезное, чем просто торговля наркотиками…

– И что это?

– Откуда ж мне знать? – пожал плечами адвокат. – Но я выясню, чего бы мне это не стоило. – Мейсон посмотрел на часы и покачал головой. – К сожалению, мистер Реймс, у меня на сегодня много дел…

– Да-да, конечно, – воскликнул толстяк, вставая. – Я и так отнял у вас слишком много времени. – Он залпом допил остатки виски. – Прошу прощения, но у меня была такая ночь… Я как вспомню этого бородача с револьвером, так…

– Идите в отель, отдыхайте. Можете позволить себе бутылочку виски и ложитесь спать. Из номера не выходите. И, главное, сразу же позвоните сюда, чтобы мы в любой момент могли с вами связаться.

– Конечно, мистер Мейсон, – Реймс протянул адвокату огромную ладонь, – я сразу же позвоню вам. Я вам так благодарен за все! У меня словно скала с плеч свалилась – я знаю, что передал дело в надежные руки.

– До свидания, мистер Реймс.

Когда посетитель ушел, Делла Стрит вопросительно посмотрела на адвоката.

– Набери номер Пола, – попросил тот.

Когда Делла выполнила просьбу, Мейсон взял трубку.

– Алло, Пол? Мистер Реймс только что вышел из моего кабинета.

– Рассказывал басни? – поинтересовался сыщик.

– Не знаю, – вздохнул Мейсон. – Возможно, говорил правду. Зачастую правда столь невероятна, что поверить в нее невозможно… В общем, я склонен ему доверять.

– Значит, парней за ним не посылать?

– Пошли одного – проверить, где он остановится. Высока вероятность, что он по дороге выпьет несколько коктейлей и просто забудет позвонить нам, а я хочу иметь возможность в любой момент найти его. В плотной опеке, я думаю, необходимости нет.

– Хорошо, сейчас я дам распоряжение и приду к тебе.

– Я тебя жду, только у меня осталось очень мало времени, у меня важная деловая встреча, – ответил Мейсон. – Поторопись.

Не прошло и пяти минут, как в дверь раздался условный стук Пола Дрейка.

– Открой, Делла, – попросил Мейсон, не прекращая традиционного хождения из угла в угол.

Делла Стрит открыла дверь и вернулась на свое место.

– Да, Перри, информация стекается небольшими ручейками, но превращается в полноводную реку, – усмехнулся Дрейк, усаживая в черное кресло для посетителей. – Вот список освободившихся из тюрьмы за последние десять лет, которые имеют все основания точить на тебя зубы. Вот такой же список по лейтенанту Трэггу. Работка, надо сказать, адова – перетрясти столько информации… Честно, говоря список Трэгга в три раза больше, поскольку те, кого разоблачал ты, в основном уже закончили свои скорбные жизни в газовых камерах. Сейчас посмотришь списки?

– Нет, позже, Пол, у меня совсем мало времени. Есть информация из Чикаго?

– Те двое, что следят за Богушем, звонили десять минут назад – они сидят у него на хвосте. Тот, что следит за Хауэром, рапортовал два часа назад, что выезжает из отеля. Ему послали напарника, но не успели – у отеля не было машин ни того, ни другого. Вероятно, мой парень продолжает слежку в одиночку и не имеет возможности позвонить с отчетом.

– Что можешь сказать о Доне Лонегане?

– Мои коллеги в Чикаго предоставили массу информации. Ему пятьдесят пять лет, респектабелен на вид, слегка хромает на левую ногу – утверждает, что во время войны служил летчиком и попал в аварию. Глава мощнейшего синдиката – рэкет, букмекерство, проституция, наркотики… Короче, все, что запрещено законом. Впрочем, для прикрытия содержит несколько вполне легальных и даже процветающих фирм. Кстати сказать, у него кличка среди определенных кругов Юморист, поскольку одна из официальных фирм Лонегана – похоронное бюро. Полное обслуживание клиентов, так сказать. Серьезный человек, очень даже, имеет сильные связи в Нью-Йорке и Вашингтоне. Месяц назад у него чуть было не случились крупные неприятности, но один из высокопоставленных полицейских чиновников Чикаго проворовался, уничтожил все документы и сбежал из страны. К слову, через Лос-Анджелес – сел здесь на пароход, отправляющийся в Индию…

– Этого чиновника нашли? – вдруг заинтересовался Мейсон.

– Нет. Хотя документы в служебном кабинете и дома уничтожались явно в спешке, видимо, бегство было спланировано заранее. Чувствовал взяточник, что земля под ногами нагревается.

– Я хочу знать подробности по этому делу, Пол. Мне нужна вся информация, что только сможешь достать – газетные и полицейские отчеты, фотографии… Короче – все.

– Перри, мы делаем все что можем!

– Знаю. Анна Грайхон пришла в себя? Ее допрашивали?

– Нет, врачи заявили, что если сегодня к ней кого и пустят, то не раньше вечера. А, скорее всего, она сможет говорит лишь завтра утром. Хотелось бы послушать ее историю. Кстати, ей выдвинуто обвинение в убийстве Рея Хенсли и у ее палаты дежурят вооруженные полицейские. Она тоже твоя клиентка, Перри?

– Да, – кивнул Мейсон, – тоже.

– Однако, каша заваривается. Что ты намерен предпринять?

– Сейчас самое главное – понять, что связывает разрозненные кусочки головоломки. Как собрать целостную картинку, если понятия не имеешь, что на ней изображено?

– По краям кусочков – совпадут-несовпадут, – усмехнулся Дрейк.

Мейсон взглянул на часы.

– У тебя еще много информации, Пол? Я тороплюсь.

– Собственно, ничего важного – все есть в этих рапортах, можешь сам изучить позднее. Кстати, Холкомб так и не решил загадку, как вышли из дома на Кроклин-авеню люди в масках. Я думаю, что, скорее всего, просто прошляпили полицейские и они покинули дом через черный ход, где их в переулке позади участка, наверняка, ожидала машина.

– А твои оперативники тоже могли прошляпить?

– О, черт, там же были мои парни! Хотя они и попрятались при появлении полиции, но… Нет, Перри, тогда я ума не приложу. Мои люди не пропустили бы подобного. Загадка…

– Надо бы съездить, осмотреть тот дом, – заметил Мейсон.

– Холкомб там наверняка все стены стетоскопом прослушал.

– И все же, – улыбнулся Мейсон, – насколько мне известно, телепортацию пока не изобрели. Они явно как-то покинули дом. Ладно, это пока терпит. Мне уже пора уходить. Да, ты не в курсе, Трэггу выдвинули официальное обвинение?

Дрейк растерялся:

– Честно говоря, Перри, не знаю. Я как-то не задавался этим вопросом. Если не выдвинули – то выдвинут. А что?

– А просто я очень хочу поговорить с лейтенантом, – ответил Мейсон.

– Ты же вчера с ним разговаривал, – удивился Дрейк. – Что нового он может тебе рассказать? Как его допрашивал Холкомб? Так вряд ли это тебе очень интересно.

– Нет, Пол, он мне сказал, что _п_о_ч_т_и_ раскрыл дело об убийстве на «Звезде Каталонии». Почти. И когда ему оставалось совсем чуть-чуть, его подставили. К Делле приходил убийца примерно тогда, когда мистер Реймс хотел обратиться ко мне за помощью в связи с убийством на «Звезде Каталонии». А как только обратился – ему подсунули доллары, полученные шантажом, и тут же оповестили кого следует. Ведь мне, Пол, по большому счету вчера очень повезло, если подумать.

– Везет тому, кто достоин, – вмешалась Делла Стрит.

– Слишком часто тебе везло, Перри, – вздохнул Дрейк. – Когда-нибудь везение закончится.

16

Мейсон вошел в итальянский ресторан, где договорился о встрече с незнакомцем, и взглянул на часы – без семи двенадцать.

– Добрый день, – обратился адвокат к метрдотелю. – Я вам звонил час назад. Кто-нибудь меня спрашивал?

– Добро пожаловать, мистер Мейсон, кабинка вам приготовлена. Но вас еще никто не спрашивал. Проходите, пожалуйста.

Мейсон прошел в отведенную ему комнату, снял плащ и шляпу. Тут же подошел официант.

– Что будете заказывать, мистер Мейсон?

– Пока только бурбон, – улыбнулся Мейсон и снова посмотрел на часы. – Даже, пожалуй, два.

– Двойной? – уточнил официант.

– Нет, два.

Едва официант вышел, метрдотель ввел в кабину человека. Воротник пальто у пришедшего был высоко поднят, а шляпа надвинута на самый лоб, остальную часть лица закрывали огромные черные очки. Он был высок и массивен, с бочкообразной грудью. Адвокат усмехнулся – слишком напоминал мужчина медведя гризли и одного старого знакомого Мейсона.

– К вам гость, мистер Мейсон.

– Спасибо, – улыбнулся адвокат метрдотелю, – оставьте нас, пожалуйста, одних. – Он повернулся к незнакомцу: – Присаживайтесь.

Метрдотель плотно закрыл за собой дверь.

– Присаживайтесь, Гамильтон, – улыбнулся Мейсон. – Решили поиграть в шпионов?

– Черт вас побери, Мейсон, надеюсь вы один такой умный, – вздохнул окружной прокурор, снимая очки и шляпу. – Как вы догадались?

– Во-первых, – усмехнулся Мейсон, – чтобы остаться неузнанным, вам надо вдвое уменьшить фигуру. Во-вторых, я сделал это задолго до того, как увидел вас – путем логических размышлений.

– Позвольте спросить у вас о ходе ваших рассуждений?

– Позвольте сохранить их в тайне, – улыбнулся адвокат. – Садитесь спиной к двери, чтобы официант не видел вашего лица. Закурите? – спросил Мейсон доставая портсигар.

Окружной прокурор кивнул и мужчины молча курили, пока официант не поставил перед ними бокалы с бурбоном.

– С чего это вы вдруг решили пригласить меня на обед, Гамильтон? Ведь вы, бывало, хотели задушить меня голыми руками.

– Бывало, – согласился окружной прокурор. – А бывало, когда я пожимал вашу руку.

– Бывало, – кивнул Мейсон. – Так в чем причина этого странного приглашения и вашего маскарада?

– Вы поставили меня в дурацкое положение, Перри! – в сердцах воскликнул Гамильтон Бергер.

– Да? – поднял брови Мейсон. – И чем же именно?

– Хватит притворяться идиотом, Перри, вы прекрасно все понимаете! Тем, что _М_е_й_с_о_н_ – адвокат _Т_р_э_г_г_а_ в деле об убийстве. Достаточно в деле одного из этих двух имен, чтобы обратить в панику всю окружную прокуратуру.

– Вы в панике?

– А разве не видно?

– Вы хотите заключить со мной сделку, Гамильтон?

– Вы не пойдете на сделку, – вздохнул окружной прокурор. – Я хочу, чтобы вы меня поняли, Перри. У нас с Управлением полиции прекрасное взаимодействие, но трения между двумя службами иногда случаются… И они очень нежелательны для плодотворной работы. Лейтенант Трэгг – одна из ключевых фигур, мы во многом от него зависим. К тому же, лично мне он глубоко симпатичен. И теперь ситуация: с одной стороны – абсолютно неопровержимые, прямо-таки железобетонные доказательства прямо указывающие на его виновность, вдобавок об этом деле во всю раструбили газеты. С другой стороны – вы взялись защищать Трэгга. Положа руку на сердце, Перри, признаю, что если у вас есть какой-то талант, кроме, разумеется, ораторского, так это всегда верить в невиновность клиента. Вы разбиваете самую надежную линию обвинения, где, казалось бы, все дюжину раз проверено и перепроверено и подкопаться абсолютно не к чему.

– Так что вы, все-таки, хотите от меня? – спросил Мейсон.

Окружной прокурор сделал глоток из бокала, затушил сигарету и сказал:

– Буду играть с вами предельно честно, Мейсон. Обвинение Трэггу еще не предъявлено.

– И?

– И я хочу, чтобы вы прямо сейчас убедили меня в его невиновности. Если дело дойдет до процесса… и вы выиграете, то я заполучу себе смертельного врага вместо верного товарища. Я этого не хочу.

– То есть вы предлагаете, чтобы я вывалил вам сейчас свои соображения и доказательства, чтобы подготовиться и разбить их на процессе? – усмехнулся Мейсон.

– Если _в_ы_ убедите _м_е_н_я_ сейчас, – сказал окружной прокурор, – то через полчаса лейтенант Трэгг выйдет на свободу. Но вы должны стопроцентно убедить меня. Конечно, если драматическая победа на процессе и газетная шумиха для вас важнее справедливости…

– Гамильтон, причем здесь справедливость и ваше предложение? Вы боитесь проиграть – вот и все.

– Нет, Мейсон, вы прекрасно знаете, что не боюсь. А вот для вас драматический эффектный процесс – воздух, без которого вы не можете жить.

– Ну, – дурашливым голосом произнес Мейсон, – _т_а_к_о_й_ процесс, действительно, не повредил бы моей репутации…

– Сколько нервных клеток вы потратите, вынуждая нас на этот процесс – и своих и моих.

– Тратить нервные клетки для защиты клиента – моя работа, – ответил адвокат.

– Да у вас, оказывается, ничего нет по этому делу, Мейсон! – воскликнул Бергер. – Вы блефуете! Если вы можете доказать, что Трэгг невиновен – ответьте честно. Если нет – закончим на этом разговор.

– Хорошо, – признался Мейсон, – я торговался по привычке. Мои нервные клетки _д_о_л_ж_н_ы_ тратиться для защиты клиента, но я обязан з_а_щ_и_щ_а_т_ь_ нервы клиента. Ведь Трэгг в тюрьме, среди уголовников, наверняка не находит себе места. Деятельная натура, в четырех стенах, без информации, в то время, когда над ним повисло такое обвинение и к тому же погиб его родственник, как бы он ни относился к нему… Да, от такого положения вещей я _т_о_ж_е_ должен защищать своего клиента.

– Об этом не беспокойтесь, – отмахнулся Бергер. – Я позаботился, чтобы он был в отдельной… в отдельном помещении и чтобы его обеспечили всем необходимым, в том числе и газетами.

– Гамильтон, вы же сами не верите в его виновность! – воскликнул Мейсон.

– Сейчас не важно верю я или не верю, Мейсон. Сержант Холкомб просто убежден в виновности Трэгга и развил чересчур активную деятельность. Мы должны как-то реагировать. Вы же читали, какое интервью он дал в утренние газеты?

На лице Мейсона ничего не отразилось, газету он так прочитать и не сумел.

– После этого интервью… Кстати, что _в_ы_ о нем думаете, там есть хоть доля истины?

– Я воздержусь от комментариев интервью господина сержанта, – холодно ответил Мейсон. – Каждый говорит, что вздумается и в меру своих умственных способностей.

– Так вы согласны на мое предложение или нет? – взорвался Бергер. – Если нет, то я ухожу и никто никогда не узнает, что мы беседовали. И встретимся в суде!

– Это угроза? – усмехнулся Мейсон. – Я не боюсь угроз, но я принимаю ваше предложение, Гамильтон. Я несколько удивлен, честно говоря, услышав его, и не готов сейчас построить убедительную версию. – Адвокат встал из-за стола и закурил сигарету. – Но я попробую. Вы не возражаете, если я буду говорить стоя? Мне надо привести в порядок мысли, если вы хотите, чтобы я вас убедил _п_о_л_н_о_с_т_ь_ю_ и _б_е_з_о_г_о_в_о_р_о_ч_н_о_.

– Да, – кивнул Бергер. – Именно этого я и хочу.

– Я могу быть уверенным, что кабинет не прослушиваете, а у вас в портфеле нет диктофона? – неожиданно спросил Мейсон.

– Да как вы смеете? – взорвался Бергер, но тут же взял себя в руки. – Да, Мейсон, я даю вам свое слово, что наш разговор полностью конфиденциален. И сейчас _в_ы_ знаете, что стоит _м_о_е_ слово. Так же как _я_ знаю, что стоит _в_а_ш_е_.

– Хорошо. Вы читали о ночном покушении на мою секретаршу?

– Читал, – фыркнул Бергер. – Не хочу вас обидеть, Мейсон, но на меня ваши фокусы не производят ни малейшего впечатления. На присяжных – другое дело. На меня – нет. Вы пытаетесь доказать, что на ноже, воткнутом в тело Билла Никсона были такие же накладки, дискредитируя таким образом главную улику – отпечатки пальцев на ноже. Признайтесь, Мейсон, это инсценировка?

– Буду откровенен с вами, Гамильтон, то что произошло вчера – действительно инсценировка, точное слово.

– Я же говорил! – вырвалось у окружного прокурора.

– Но, – продолжал Мейсон, – даю вам _с_в_о_е_ слово, что подобное произошло с точностью во всех деталях полторы недели назад.

– Что?!

– Да. Тогда я подумал, что кто-то мстит мне. После покушения мы с Деллой неделю жили в гостинице под круглосуточной охраной частных детективов, я не хотел рисковать ее жизнью. Кто-то явно пытался подставить м_е_н_я_. Впоследствии меня попытались подставить с деньгами, добытыми путем шантажа.

– Но ведь номера же не совпали! – воскликнул Бергер.

Мейсон хитро улыбнулся.

– Черт вас побери, Перри, всю жизнь вы ходите по острию ножа и ни разу не сорвались и не порезали пятки! Вы не боитесь, что мы как следуем все перетрясем и выйдем на эти деньги?

– Честно говоря, не боюсь. Но вы ведь дали мне слово, что разговор конфиденциален.

– Да, и я сдержу его. Но пока я не вижу связи.

– Я тоже с трудом ее увидел, – признался Мейсон. – Естественно было предположить, что кто-то мстит и мне, и Трэггу. Кто-то, кто был осужден с нашей помощью. В тот момент я бы не удивился, если бы вы или кто-то из ваших заместителей тоже оказались бы замешанными в какую-либо историю. Я даже попросил подготовить списки всех вышедших на свободу осужденных, которые могли точить зубы на меня и на Трэгга.

– Вы отработали эти списки? – с неожиданным интересом спросил Бергер.

– Не успел. Я…

В это мгновение открылась дверь и вошел официант за заказом.

– Я не хочу есть, – ответил Бергер, совершенно забыв о своей конспирации. – Если только бутерброд с беконом и кофе. И еще одну порцию бурбона.

– Я, пожалуй, тоже не хочу обедать, – решил Мейсон. – Принесите два бутерброда, большой кофейник и сливки. И две порции бурбона.

– Я жду продолжения, – сказал Бергер, когда официант вышел.

– Разумеется, вы читали рапорты о вчерашних событиях на Кроклин-авеню? Так вот, там впервые прозвучала фраза, заставившая меня крепко задуматься.

– И что за фраза?

– Трэгг не должен был принимать участия в игре, так получилось, – пояснил Мейсон. – Когда лейтенант расшифровал себя, главарь, или, представлявшийся там главным, лучше сказать так, предложил Трэггу, что в прокуратуру явится с повинной человек и _у_б_е_д_и_т_е_л_ь_н_о_ покажет, что Билла Никсона убил он, а не Трэгг. А в обмен он попросил…

– Что?

– Что Трэгг замнет одно дело об убийстве.

– Какое именно? – со все возрастающим интересом спросил Бергер.

– Так называемый мистер Икс отказался назвать при всех, ему требовалось принципиальное согласие Трэгга.

– Лейтенант, разумеется, отказался?

– Разумеется.

– Черт побери, мог бы согласится, а потом…

– Дело касалось чести, господин окружной прокурор, – заметил Мейсон. – Но он пытался выяснить какое убийство, помешал приезд Холкомба.

– Что ж, продолжайте, – вздохнул Бергер.

Раздался вежливый стук в дверь – официант принес заказ. Он быстро расставил тарелки с бутербродами, налил кофе и вышел, закрыв за собой дверь.

– Я стал анализировать факты, – сказал Мейсон. – У меня есть информация, что в тот момент, когда мистер Реймс только _з_а_х_о_т_е_л обратиться ко мне для защиты своей дочери Анны Грайхон, к Делле заявился убийца, пытавшийся воткнуть в нее _м_о_й_ нож, с _м_о_и_м_и_ отпечатками пальцев. Не правда ли, похожий почерк, мистер Бергер?

– Анна Грайхон… Дело об убийстве на «Звезде Каталонии»? – удивленно воскликнул Бергер. – Но ведь ничего особенного там не было – убит рядовой мошенник, мелкие разборки между собой. Из-за чего устраивать такие сложности?

– Труп опознали? – словно между делом поинтересовался Мейсон.

– Да, два его компаньона были в морге и опознали Рея Хенсли.

– Его _к_о_м_п_а_н_ь_о_н_ы_? – переспросил адвокат.

– Что вы хотите сказать?

– Интересно все получается, Гамильтон, – принялся размышлять вслух Мейсон.

– Что именно? – недоумевал окружной прокурор.

– У меня есть информация, что двое неизвестных, игравших с нами в покер, после таинственного исчезновения оказались в аэропорту и вылетели в Чикаго. Один, по всей видимости, наш, местный. Второй – некий мистер Богуш, правая рука известного чикагского гангстера Дона Лонегана. Слышали такое имя, Гамильтон?

– Мне бы со своими преступниками разобраться, не то что о чикагских выяснять! – воскликнул Бергер. – Впрочем, что-то знакомое… А, может и ошибаюсь… Нет, не знаю. И что дальше?

Мейсон взял в одну руку бутерброд, в другую кофе и, откусив на ходу, продолжил расхаживать по небольшому помещению:

– Примерно в то время, когда обнаружили труп на борту «Звезды Каталонии», который впоследствии был опознан _к_о_м_п_а_н_ь_о_н_а_м_и преступника, как их товарищ, в Чикаго сбежал один высокопоставленный чиновник, благодаря чему положение Лонегана значительно улучшилось. Расследование показало, что чиновник прилетел в Лос-Анджелес, сел на пароход в Индию и след его потерялся…

– Вы подразумеваете какую-то связь?

– А разве лицо трупа не было размозжено до неузнаваемости? – вопросом на вопрос ответил Мейсон. – Вот вам и ответ, почему могли стараться убрать меня и Трэгга, почему вчера пытались убить, и свалить, между прочим, убийство на меня, Анну Грайхон и Стива Веннета – людей на которых должно было упасть и упало подозрение в убийстве.

– Черт возьми, Мейсон, – воскликнул Бергер, отодвигая недопитый кофе и вставая из-за стола, – я должен немедленно отправляться в свой кабинет и разобраться со всем этим делом. То, что вы сказали…

– Мы решили дело с Трэггом? – спросил Мейсон.

Гамильтон Бергер бросил быстрый взгляд на адвоката и тоже принялся расхаживать по комнате с другой стороны стола, только не заложив большие пальцы в проймы жилета, как Мейсон, а сцепив руки за спиной.

Минуту они молчи ходили в противоположных направлениях.

– Вы можете подбросить еще что-нибудь относительно убийства Билла Никсона, чтобы я мог _о_б_о_с_н_о_в_а_н_н_о_ закрыть дело против Трэгга? – наконец спросил окружной прокурор.

– Только косвенные улики и предположения, – ответил Мейсон.

– Я слушаю.

– Первое: если убийца – Трэгг, у него должен быть помощник.

– Почему?

– Потому что дочь Трэгга под присягой готова заявить, что в восемь часов звонил коллега лейтенанта и сказал, что его _и_з У_п_р_а_в_л_е_н_и_я_ отвезли домой, потому что ему стало плохо. Трэгг заступал в полночь и в это время спал, по его словам, дома. Голос отца Нэнси Никсон узнала бы в любом случае – значит, был помощник. Следовательно, это _с_п_л_а_н_и_р_о_в_а_н_н_о_е_ убийство, а не преступление под воздействием мгновенных эмоций, как только и могло бы быть в случае с Трэггом. Если бы Трэгг _с_п_л_а_н_и_р_о_в_а_л_ убийство – его бы даже не заподозрили.

– Склонен с вами согласиться, – ответил Бергер.

– Далее, – продолжал Мейсон. – В доме мы с Трэггом не нашли плаща убитого – а погода стоит холодная, сами знаете. Возникает предположение, что убит Никсон _н_е_ в _д_о_м_е_ Трэгга. Я полагаю, труп обследован на наличие яда в организме?

– Черт побери, Перри, зачем нужно было обследовать организм на наличие яда, если ясно, что причиной смерти послужил ножевой удар в спину? – воскликнул Бергер.

– Вы с своем репертуаре, Гамильтон, – улыбнулся Мейсон. – Вот почему ваши дюжины раз проверенные, железобетонные линии обвинения, разваливаются, как карточные домики. У вас в глазах все заслоняет очевидное – вы не допускаете возможности других вариантов.

– Вы убеждены, что в организме присутствует яд? – нахмурился Бергер.

– Вовсе нет, – пожал плечами Мейсон. – Я _у_б_е_ж_д_е_н_, что убийство произошло не в доме Трэгга. Вполне вероятно, что огромный кухонный нож Трэгга пошел по следу острооточенного ножа, кинжала или другого оружия меньших размеров… Потом с убитого сняли плащ и воткнули в старую рану новое орудие убийства – в таком случае, можно было обойтись даже без накладок на рукоять, а они были. Я видел следы от них.

– Вот если бы вы принесли сами накладки! – воскликнул Бергер.

– И если бы преступник сам явился к вам с повинной! – в тон ему продолжил Мейсон.

– Ладно, Мейсон, – резко остановился Бергер. – Вы меня убедили. Но у меня к вам есть просьба.

– Какая именно?

– Вы с Трэггом как можно скорее проведете пресс-конференцию с журналистами и изложите им то, что изложили сейчас мне. Мы остаемся чистыми, поскольку обвинения не предъявляли. Вы окажете мне такую услугу?

– Почему бы и нет, – кивнул Мейсон. – А что насчет Анны Грайхон? Вы намерены предъявлять ей обвинение?

– Дело об убийстве на «Звезде Каталонии» ведет один из моих заместителей… После того, что вы рассказали… все, конечно, требует тщательной проверки… Я не могу дать вам сейчас определенного ответа, Мейсон.

– Хорошо, тогда у меня ответная просьба, – сказал Мейсон.

– Какая?

– Я хочу поговорить с Анной Грайхон, лучше даже если в присутствии Трэгга, как только она придет в себя.

Гамильтон задумался.

– Если только в присутствии лейтенанта, – сказал наконец окружной прокурор.

– Если уж на то пошло, – улыбнулся Мейсон, – то я имею право на к_о_н_ф_и_д_е_н_ц_и_а_л_ь_н_у_ю_ беседу с клиенткой.

– Ей, кстати, – парировал Бергер, – _п_о_к_а_ не предъявлено никаких обвинений, она содержится под стражей, как важный свидетель и только.

– Если мы снова поссоримся, то не договоримся, – заметил Мейсон.

– Да, вы правы, – сказал Бергер, надевая пальто. – Отправляйтесь к себе и приглашайте журналистов.

Он открыл бумажник и достал десятидолларовую банкноту.

– Я думал, – сказал Мейсон, – что вы окажете мне любезность и позволите заплатить.

– Сегодня плачу я, – твердо сказал окружной прокурор, – но я требую вашего слова, что это будет строго конфиденциально.

17

Мейсон задумчиво докурил сигарету, потом налил себе еще кофе из кофейника и добавил сливок. Беседа с Гамильтоном Бергером стоила ему, как ни странно, столько же нервного напряжения, сколько и поединок в зале суда. Мейсон обдумывал собственные слова, сказанные десять минут назад окружному прокурору – что из этого экспромта действительно соответствует истине, а что всего лишь навсего навеяно охватившим его вдохновением?

Наконец, он отодвинул от себя пустую чашку, взял плащ и шляпу и покинул кабину. У выхода из ресторана он подошел к телефону, опустил монету и набрал номер своей конторы.

– Алло, Делла? Как оборона крепости?

– Привет, шеф. Оборонять особо нечего. Звонил мистер Реймс, он снял номер в отеле «Огайо» и заперся там вместе с бутылкой джина. Тебя домогался какой-то репортер, чтобы выяснить твое мнение об интервью Холкомба в утренней газете, но ему пришлось уйти не солоно хлебавши. А у тебя как дела, шеф? – осторожно спросила Делла. – Все в порядке?

– А что у меня может быть не в порядке? – усмехнулся Мейсон. – Я всего лишь пообедал.

– Кто это был? – поинтересовалась секретарша.

– Где? – деланно удивился адвокат.

– Не морочь мне голову, сам знаешь о ком я говорю.

– Ну, если ты сама знаешь…

– Я тебя спрашиваю: кто это был?

– Ты же знаешь, Делла, что я дал слово не сообщать об этом даже тебе.

– Шеф, ведь я все равно не отстану, – усмехнулась она в трубку.

– В любом случае по телефону я не скажу, тебе придется дожидаться моего возвращения.

– И как скоро ты вернешься?

– Как только положу трубку. От Пола новости были?

– Тишина.

– Хорошо. У меня есть для тебя задание – возьми телефонный справочник и обзвони _в_с_е_ газеты. Скажи, что в пять часов я дам сенсационное интервью по делу Трэгга в моем кабинете. Приготовь там все для пресс-конференции.

– Шеф, если я обзвоню все газеты, то журналисты битком набьются в твой кабинет, да еще некоторые в приемной останутся.

– Честно говоря, Делла, меня это мало беспокоит – пусть хоть на плечи друг другу садятся, все равно не пожалеют.

– Лучше бы ты пожалел меня, шеф. Что ты такого сенсационного разузнал?

– Я сейчас приеду, – сказал Мейсон и, не смотря на протесты на том конце провода, повесил трубку.

Он вышел из итальянского ресторанчика, прогулялся до места, где припарковал свой автомобиль и отправился в контору.

Когда он открыл дверь в свой кабинет, то сразу же встретил вопросительный взгляд Деллы.

– Ну? – потребовала она, едва адвокат закрыл за собой дверь и повесил в шкаф плащ и шляпу.

– Что, ну? – усмехнулся Мейсон.

– Рассказывай, что произошло?

– Ну уж нет, – воскликнул Мейсон. – Пока я не прочитаю все, что было в утренних газетах по этому делу…

Внезапно распахнулась дверь из приемной и в кабинет ворвался Сэмуэль Греггори.

Следом за ним шла возмущенная Герти.

– Молчи, женщина! – рявкнул на нее шериф из Сан-Роберто. – Мистер Мейсон с нетерпением ожидает меня.

– Герти, возвращайся на место, – улыбнулся адвокат. – Я приму мистера Греггори прямо сейчас.

Герти, все еще негодуя, закрыла за собой дверь.

Шериф Греггори торжествующе водрузил на стол адвоката объемистую картонную коробку из-под макарон.

– Вот! – торжествующе объявил он.

– Что это? – поинтересовался адвокат.

– Я благодарен вам, Мейсон, что вразумили меня, а я-то сдуру собирался бить морду Холкомбу! – воскликнул Греггори. – Я нашел, мистер Мейсон! Собирайтесь, немедленно отправляемся в Управление и освобождаем Артура!

– И что вы нашли? – с интересом спросил адвокат.

Шериф раскрыл коробку. В ней лежал коричневый плащ и две накладки, похожие на знакомые Мейсону, как две капли воды.

– Где вы это взяли? – воскликнул адвокат.

Шериф из Сан-Роберто победно расхохотался.

– Не только вы умеете работать головой, Мейсон, – произнес он. – Вы забыли о машине Билла Никсона. Нэнси сказала, что он отправился к Артуру на машине. Все забыли о ней! Все, кроме меня. Я отправился на стоянки, полный намерения обойти их все, сколько бы мне не потребовалось бы на это времени.

– Вы нашли машину Билла Никсона? – воскликнул Мейсон, в волнении вставая со своего вращающегося стула. – Черт побери, я действительно совершенно выпустил это из виду.

Он вытащил плащ и развернул его. На спине была небольшая дырка, оставленная острым ножом, лезвие которого явно уступало по ширине кухонному ножу Трэгга.

– Да, я нашел машину Билла, – гордо повторил Греггори. – Это было в багажнике.

– Надеюсь, что отпечатки пальцев…

– Разумеется, Мейсон, разумеется, – заверил Греггори. – Мы же профессионалы. Только у меня сильное подозрение, что там все самым аккуратнейшим образом протерто.

– Вы разговаривали с дежурным по стоянке, который…

– Спрашиваете! – воскликнул Греггори. – Я разыскал его и поднял с постели. Он прекрасно помнит, кто ставил машину на парковку и по его описаниям это явно не Билл. И уж тем более не Артур.

– Этот дежурный может повторить свои слова на суде? – быстро спросил Мейсон.

– И на суде, и там и столько, где и сколько это понадобится, – уверенно заявил Греггори. – Он сидит в вашей приемной и дожидается, когда вы снимите с него показания под присягой. Напрасно вы думаете, Мейсон, что полицейские могут работать только ногами и кулаком…

– Я вовсе так не думаю, – улыбнулся Мейсон.

В это мгновение раздалась прерывистая трель телефонного звонка.

– Это еще что? – недовольно поморщился Греггори.

– Ничего не понимаю, – удивилась Делла Стрит, – ведь так Герти предупреждает о…

– Да, – улыбнулся Мейсон. – Так Герти предупреждает о приходе одного-единственного человека. Добрый день, Трэгг.

– Артур! – воскликнул пораженный шериф, оборачиваясь к двери.

– Сэм! – воскликнул не менее пораженный Трэгг.

Мужчины крепко обнялись.

– Что ты здесь делаешь, Сэм? – наконец спросил Трэгг.

– Что я здесь делаю! – воскликнул Греггори. – Да я места себе не находил с тех пор как прочитал вчера о том, что тебя обвиняют в убийстве Билла. Примчался сюда. В Управление не пускают, к окружному прокурору не пускают, к тебе не пускают, этого Холкомба нигде не нашел, впрочем он от меня никуда не уйдет… Спасибо, Мейсон наставил меня на путь истинный и я начал работать. – Вот, – королевским жестом показал он на стол, где были разложены плащ и накладки. – Это я обнаружил в машине Билла, ос…

– Ты нашел машину Билла? – воскликнул Трэгг.

– Я же уже сказал. Она была припаркована на стоянке в восьми кварталах от твоего дома. Там, в приемной Мейсона, сидит дежурный, который помнит кто ее ставил….

– Я хочу поговорить с ним, – рванулся к двери Трэгг.

– Может быть, – улыбнулся Мейсон, – вы сперва поговорите с нами? Дежурный не убежит, тем более, что господин шериф знает его адрес.

– Да, извините, – поспешно сказал Трэгг, протягивая адвокату руку. – Спасибо, Мейсон, что вы сделали для меня. Я не сомневался, что не ошибся в выборе.

– Теперь вы почувствовали на собственной шкуре, что значит сидеть в тюрьме, будучи невиновным? – спросил Мейсон.

– Если ты невиновен, – ответил Трэгг, – то тебе ничего не страшно. Впрочем, вы правы, не у всех адвокатом выступает Перри Мейсон. Бесило только, что сам ничего не можешь сделать в то время, как преступник хохочет над тобой. Но вы правы были Мейсон, хорошо смеется тот…

– Кто смеется без последствий, – с усмешкой закончил Мейсон. – Мистер Икс ждет с нами встречи.

– Нет, Мейсон, – усмехнулся Трэгг. – Не с нами. Со мной.

– Присаживайтесь, господа, – предложил Мейсон. – Обсудим дело спокойно, я напомню вам ваши вчерашние слова, господин лейтенант.

– О, конечно, я же вам должен гонорар! – воскликнул Трэгг. – У меня с собой нет чековой книжки, я сюда приехал прямо из тюрьмы, но… Вы просто назовите сумму, Мейсон, и не вздумайте занижать ее. То, что вы сделали лично для меня, не должно повлиять на мое служебное отношение к вам.

– Разумеется, господин лейтенант, – улыбнулся Мейсон, – разумеется. Ваш гонорар составит очень приличный ужин для нас с Деллой сегодня вечером. Честно говоря, обед с одним известным вам лицом не пошел мне в прок…

– Это само собой, – сказал Трэгг. – Я имел в виду денежный гонорар.

– Ну, – небрежным тоном ответил Мейсон, – можете прислать мне чек на двести пятьдесят долларов, и…

– Перри, я же просил…

– И, – твердо продолжил Мейсон, – сдержите данное вами вчера слово.

– Напомните, о чем вы говорите, Перри.

– Вы хотите взять своим слова назад? – вскинул брови адвокат.

– Отнюдь, я никогда не беру свои слова назад, – нахмурился лейтенант. – Я просто не могу вспомнить, что вы имеете в виду.

– Я говорю о том, что мы дали друг другу слово не утаивать ничего, касающегося этого дела. _Т_о_л_ь_к_о_ этого дела.

– Так дело закрыто, Мейсон. Тем более, когда Сэм раздобыл такие доказательства! – удивился Трэгг.

– Вы имели разговор с одним должностным лицом перед тем как отправиться ко мне? Он разве не ввел вас в курс дела?

– Ах вот вы о чем. Нет, он сказал, что открылись новые обстоятельства и вы изложите мне их, поскольку вы их и раскопали. Черт возьми, Мейсон, у меня руки чешутся, я хочу покончить, наконец, с этим делом.

– Но вы ведь только что утверждали, что дело закрыто! – усмехнулся адвокат.

– Боже праведный, Мейсон, как трудно с вами общаться! – в сердцах воскликнул Трэгг. – Но что такого вы хотите узнать от меня? Я же всю ночь проторчал в камере.

– П_о_к_а_, – с нажимом в голосе ответил Мейсон, – я хочу сдержать слово и рассказать то, что известно мне. Но я сильно подозреваю, что в ближайшее время вы узнаете то, что неизвестно мне…

– Почему вы так думаете? – удивился Трэгг.

– О, Господи, – вздохнул Мейсон, – а то мы первый день знакомы! Не стоит сравнивать возможности полицейского офицера, стоящего во главе расследования и возможности частного лица, обладающего лишь собственными мозгами и вынужденного платить за каждую кроху информации.

– Хорошо, – согласился Трэгг. – И что же вы хотите сообщить мне?

Мейсон бросил быстрый взгляд на шерифа Греггори.

– Я не знаю, Трэгг, насколько удобно говорить об этом сейчас.

– Ну… – рассмеялся Трэгг, – от Сэма у меня секретов нет. Раз уж он здесь появился, я добьюсь, чтобы он помогал мне в этом деле. Мне хочется познакомить его с мистером Иксом, презанятнейшая личность.

– Ну, хорошо, – согласился Мейсон.

Он более стройно и лаконично чем перед окружным прокурором изложил свою версию.

– Я могу закурить? – спросил Трэгг.

Мейсон кивнул.

– Тогда угощайте, у меня с собой нет.

– Вы же курите сигары, – заметил Мейсон.

– В пустыне и черепаха – пища, – ответил Трэгг.

Мейсон достал свой портсигар. Они закурили и какое-то время лейтенант размышлял над услышанным.

– Хорошо, – наконец заявил Трэгг. – Все это очень интересно. Но почему вы убеждены, что Реймс говорит вам правду. Кстати, а что вообще он вам говорит?

– Он мой клиент, а все сообщения клиента адвокату…

– Мейсон, – расхохотался Трэгг. – А ведь кто-то только что напоминал нам о вчерашней взаимной договоренности не иметь секретов в этом деле.

Мейсон помрачнел.

– К сожалению, Трэгг, я попал в собственную ловушку. Я сейчас перескажу вам содержание нашего разговора, а вы потом выступите свидетелем в суде…

– А дело может дойти до суда? – спросил Трэгг.

– Я не исключаю такой возможности.

Какое-то время Трэгг курил молча. Наконец он спросил:

– Рассказ мистера Реймса важен для понимания дела?

– Да, – вздохнул Мейсон. – Мне придется рискнуть. Лично я уверен в невиновности моего клиента. Делла, зачитай, пожалуйста, стенограмму рассказа мистера Трэгга.

Делла достала блокнот. Мейсон встал со своего вращающего стула и принялся расхаживать по кабинету, внимательно слушая спокойной, ровный голос секретарши. Трэгг и Греггори ловили каждое ее слово, чуть ли не затаив дыхание.

– Насколько всему этому можно доверять? – спросил Трэгг, когда она закончила.

– Не знаю, – вздохнул адвокат. – У меня не было возможности хоть как-то проверить. Я дал вам информацию – работайте. И я очень хочу поговорить с Анной Грайхон, как только она придет в себя.

– Я вам обещаю это, – заверил Трэгг. – Вполне возможно, что это случится сегодня во время торжественного ужина.

– В таком случае, – улыбнулся Мейсон, – я надеюсь, что Делла простит нас, если мы ее покинем. Шериф Греггори составит ей компанию.

– Но до ужина я должен появиться в Управление и отдать необходимые распоряжения, – заметил Трэгг.

– До ужина у нас действительно масса дел, – согласился Мейсон, взглянув на часы.

Зазвонил местный телефон. Делла сняла трубку.

– Шеф, Герти говорит, что пришел первый газетчик, хотя до назначенного времени для интервью еще сорок минут. Он хочет поговорить с тобой до того, как придут остальные, предлагает гонорар за эксклюзивное интервью. Думаю, что через пять минут журналисты набьются в приемной, как селедки в бочке.

– Черт, там же сидит дежурный со стоянки! – воскликнул шериф Греггори. – Они сейчас начнут его пытать…

– Да, – согласился Мейсон. – Делла, пригласи его сюда. Я очень хочу заслушать его показания насчет человека, припарковавшего машину Билла Никсона.

– А уж как я хочу заслушать эти показания! – воскликнул Трэгг. – Может быть, чуть меньше, чем встретиться с человеком, припарковавшим машину на стоянке.

18

Метрдотель распахнул перед Мейсоном и Деллой Стрит дверь и провел их к столу, за которым восседали лейтенант Трэгг и шериф Греггори.

– Видели? – спросил Трэгг, показывая вечерний выпуск газеты, еще пахнущий краской. – Они специально оставили место для интервью и успели в вечерние выпуски.

Неожиданно Мейсон рассмеялся.

– Что с вами? – поинтересовался Трэгг.

– Я вдруг вспомнил, что еще не читал утреннего выпуска, – признался Мейсон.

– Так прочитайте сейчас, – сказал Греггори. – У меня с собой газета, которую вы мне дали.

– Я думаю, – заметил Трэгг, – что сперва стоит выпить за здоровье Мейсона. Пока нас не выдернули из-за стола, – многозначительно добавил он.

Когда они поставили бокалы на стол, Мейсон спросил:

– Выяснили что-нибудь новенькое, Трэгг?

Лейтенант вздохнул, улыбнулся и начал:

– В полном соответствии с достигнутой нами договоренностью, я ставлю вас в известность….

– Артур, – перебил его Мейсон, – вы же не в кабинете Гамильтона Бергера, а на товарищеском ужине. Расслабьтесь и говорите на человеческом языке.

– Что ж, – усмехнулся Трэгг, – пока мы отдувались перед журналистами, полицейские не сидели без дела. Окружной прокурор потребовал эксгумации трупа, найденного на «Звезде Каталонии». Отпечатки его пальцев не соответствуют хранящимся в архиве полиции отпечаткам пальцев Рея Хенсли.

– А кому они принадлежат?

– Ну, Перри, – протянул Трэгг, – неужели агентство Дрейка работает быстрее? Сюда летят двое парней из полицейского Управления Чикаго, крайне заинтересовавшихся этой историей.

– Анна Грайхон еще не пришла в себя? – спросил Мейсон.

– Пока нет. Как только это случится, меня мгновенно поставят в известность.

– Еще что-нибудь?

– Ничего такого, что стоило бы сообщать за таким прекрасным ужином.

– Мне никак не дает покоя маленький пустячок, – заметил Мейсон.

– Какой именно? – спросил Трэгг.

– Как вчера удалось сбежать покеристам? Дом был окружен. Холкомб обследовал каждый закуток и не нашел никаких следов…

– Я сам осмотрю дом, – заявил Трэгг. – И обязательно решу эту загадку.

– Я хочу поехать с вами, – попросил Мейсон. – Только, наверное, не сегодня.

– Договорились, – кивнул Трэгг. – Завтра в девять тридцать мы с Сэмом заедем за вами в контору и вместе отправимся на Кроклин-авеню.

– Хорошо, я буду ждать.

– Еще что-нибудь вы хотели спросить у меня, Перри?

– У меня есть вопросы относительно расследования убийства на «Звезде Каталонии», но они вполне подождут, пока мы не расправимся с ужином.

– Тогда давайте еще выпьем, – предложил Греггори.

– С удовольствием, – кивнул Мейсон. – За здоровье и свободу лейтенанта Трэгга.

Заиграла музыка.

– Перри, вы не возражаете, если я приглашу вашу очаровательную секретаршу на танец? – спросил Трэгг.

– Конечно возражаю, – усмехнулся Мейсон. – Ведь вы обязательно постараетесь переманить ее к себе.

– Как тебе не стыдно, шеф! – воскликнула Делла Стрит. – Пойдемте танцевать, лейтенант.

– Я бы с удовольствием взял ее к себе на работу, Мейсон, – заметил Трэгг, вставая, – только очень сомневаюсь в вероятности подобного.

Они пошли танцевать. Мейсон задумчиво закурил, не отрывая взгляда от своей секретарши и подтянутого лейтенанта полиции.

– Может выпьем виски, пока Артура нет? – предложил шериф Греггори. – Винцо, конечно, вкусное, но оно для дам, мужчины пьют виски. А Артур утверждает, что ему предстоит трудная ночь.

– Я не знаю какая предстоит ночь мне, – отозвался Мейсон, – но день действительно выдался не из легких. К тому же, прошедшей ночью я спал всего три часа. Но вы, разумеется, пейте, шериф, отдыхайте.

Наконец музыка смолкла, Трэгг подвел Деллу к столу и любезно придвинул ей стул.

– А ты знаешь, шеф, – сказала Делла, – лейтенант действительно сделал мне предложение, над которым я крепко задумалась.

– Я же говорил, что он попытается перетащить тебя в полицию, – усмехнулся Мейсон. – Не поддавайся на его уговоры, Делла, там тобой будет командовать Холкомб, а ты этого просто не вынесешь.

– Шеф, он сделал мне предложение совсем другого рода, – покраснев, опустила глаза Делла. – Он предложил мне выйти за него замуж.

– И что ты ответила? – медленно спросил Мейсон предельно серьезным голосом.

– Что, к сожалению, он староват для меня, – не поднимая глаз, произнесла Делла.

– Черт возьми, Перри, – усмехнулся Трэгг, – насколько мне известно, я на год моложе вас. И, видите ли, староват для нее!

– Наверное, – улыбнулся Мейсон, – она имела в виду не телом, а душой!

– И что же, душа моя заскорузла и суха?

– Это не я сказал, – усмехнулся Мейсон.

– Да бросьте вы снова ссориться, – добродушно сказал Греггори, до сих пор довольный, что вытащил шурина из тюрьмы и пребывавший в отличном настроении. – Посмотрите, Мейсон, на того мужчину, что у входа оглядывается по сторонам. Он очень похож на того пьяницу, что в Сан-Роберто представлялся вашим частным детективом.

– Ой, конечно, это Пол Дрейк, – воскликнула Делла Стрит, радуясь, что может сменить тему, которую сама же и подняла. – Пол, присоединяйся к нам, – замахала она рукой.

Дрейк подошел к столу, вид его был мрачнее предгрозового вечера на море.

– Что случилось, Пол? – спросил Мейсон, отодвигая ему стул.

Детектив даже не взглянул на стул.

– Только что мне сообщили, что в Чикаго найден с двумя огнестрельными ранениями в груди Саул Познер, – сообщил Дрейк.

– И кто этот Саул Познер? – спросил лейтенант Трэгг.

Мейсон в ответ лишь недоуменно пожал плечами.

– Это мой оперативник, следивший за мистером Хауэром, – упавшим голосом сказал Дрейк.

– Черт, – не сдержался Трэгг, отодвигая тарелку. – Ужин закончился, едва начался.

– Он погиб? – быстро спросил Мейсон.

– Он сейчас в больнице, над ним колдуют врачи. Но говорят, что положение очень сложное.

– Пол, – сказал Мейсон, – звони в Чикаго, пусть ищут лучших хирургов, сколько бы это ни стоило, но он должен быть спасен. Я не хочу его смерти.

– Это еще не все, – сказал Дрейк.

– Есть что-то еще? – спросил Трэгг.

– Да. По просьбе лос-анджелеской полиции, как вы может знаете, полиция Реддинга принялась разыскивать Айзека Симонса, секретаря мистера Реймса.

– И? – в один голос спросили Мейсон и Трэгг.

– И он найден в своей квартире в Реддинге с семью огнестрельными ранами в груди, шесть из которых были смертельны. Смерть наступила от двадцати четырех до двадцати часов назад.

Трэгг бросил быстрый взгляд на Мейсона.

– А где сейчас этот мистер Реймс? – спросил лейтенант.

Детектив тоже посмотрел на адвоката.

– Да, Пол, отвечай, – сказал Мейсон.

– Он снял номер в отеле «Огайо», взяв с собой бутылку джина. Но сейчас его в номере нет. Наверное, он спустился по черной лестнице и скрылся. Перри, ты же сам сказал, что в плотной опеке нет необходимости…

– Ну и карусель! – воскликнул Мейсон вставая и закуривая сигарету.

– Это еще не все, Перри, – виноватым голос произнес Дрейк.

– Ну что еще? – в раздражении произнес адвокат.

– Вот, – протянул Дрейк бланк телеграммы. – Принесли в мою контору полчаса назад. Она предназначена тебе.

Мейсон взял бумагу. Шериф Греггори налил себе и Дрейку виски. Детектив, не взглянув в бокал, молча выпил.

Адвокат протянул бумагу ожидающему в нетерпении Трэггу. Там было написано:

«МЕЙСОН ВЫ СЛЕДУЮЩИЙ ТЧК МИСТЕР ИКС»

Трэгг внимательно посмотрел на Мейсона.

– Что вы на меня смотрите так, лейтенант, – усмехнулся тот. – Неужели вы думаете, что я испугался?

– Нет, я так не думаю, – ответил Трэгг. – _Я_ испугался за вас.

– Побеспокойтесь лучше о собственной безопасности, – проворчал Мейсон. – Вон, кстати, в зал вошел полицейский, заметил вас и направляется сюда. Не удивлюсь, если вы сейчас получите такое же послание, Трэгг.

Трэгг посмотрел на Греггори и налил всем в бокалы виски.

– Что случилось? – спросил он у подошедшего к ним полицейского.

– Извините, господин лейтенант, что прерываю ваш отдых…

– Не тяните крокодила за хвост, это опасно, – проворчал Трэгг.

– Вам просили передать, что четверть часа назад в Мемориальном Госпитале Хьюго Анна Грайхон умерла от острой сердечной недостаточности.

Трэгг так сжал пальцы, что хрупкий бокал треснул. На стол капнула кровь из пореза, но Трэгг этого даже не заметил.

– Как же так? – воскликнул Пол Дрейк. – Ведь врачи же заверяли, что ее жизни опасность не угрожает!

– Я не удивлюсь, – произнес Мейсон, – если выяснится, что причиной этой недостаточности было чье-то пристальное внимание.

– Извините, Мейсон, – сказал Трэгг, вставая, – за неудачный ужин. Мы еще посидим с вами, когда мистер Икс будет сидеть в тюрьме. Допивай, Сэм, и пошли. Мы отправляемся в Госпиталь. Если ваше предположение верно, Перри, то…

– То что вы сделаете?

– Одно могу гарантировать, – мрачно ответил Трэгг, – если вы правы, то четверо охранников Анны Грайхон даже во сне больше не увидят полицейскую форму. Встретимcя завтра утром, как договорились. Если будет что-то очень важное, пожалуйста, немедленно звоните в Управление, мне все передадут.

– Если вы что-то узнаете, что не может потерпеть до утра, то тоже сообщите мне, – попросил Мейсон.

– Обязательно. Пойдем, Сэм. Вы, Перри, пожалуйста, продолжайте ужин с мисс Стрит и мистером Дрейком. За все заплачено.

Трэгг и шериф Греггори быстро пошли к выходу. Полицейский, принесший нерадостную весть, едва поспевал за ними.

– Что-то в этом деле чересчур много трупов, – задумчиво сказал Мейсон. – И я очень не хочу, чтобы к ним прибавился кто-то еще. Пол, ты можешь организовать охрану для Деллы? Мы отправляемся по домам.

– А тебе? – спросила Делла Стрит.

– Да, неплохо будет, чтобы до дома за мной следовал человек Дрейка. Круглосуточное наблюдение за квартирой, наверное не требуется.

– Мы разъезжаемся? – спросила секретарша.

– Да, на сегодня рабочий день закончен. Отправляйся отдыхать. Что-то подсказывает мне, что завтрашний день тоже будет напряженным. Впрочем, можем задержаться еще на полчаса и посмотреть, что заказал Трэгг на горячее.

– Сейчас мне кусок в горло не полезет.

– Все равно потребуется время, пока Пол вызовет охранников.

– А ты сам что собираешься делать, шеф?

– Тоже отправлюсь домой, – усмехнулся Мейсон. – Чтобы изучить перед сном, наконец, утреннюю газету.

– Ты тогда уж и вечернюю заодно прочитай.

– Непременно. И еще я хотел бы просмотреть списки вышедших на свободу моих врагов.

– Ты же отбросил эту версию, шеф?

– Кто тебе сказал? – улыбнулся Мейсон. – Пока дело не закончится, все версии имеют право на жизнь.

19

Мейсона разбудил звонок незарегистрированного ни в одном справочнике телефона, номера которого не знал никто, кроме Деллы Стрит и Пола Дрейка.

Адвокат, преодолевая сон, поднял трубку и услышал длинный гудок. Звонок повторился. Только сейчас до сонного сознания дошло, что звонят в дверь.

Мейсон рывком сел на кровати, провел ладонями по лицу, словно срывая маску сонливости и взглянул на часы – пять двадцать две.

Звонок еще раз требовательно зазвенел. Мейсон встал с кровати и прямо в пижаме двинулся к входной двери. На ходу он остановился, задумчиво поскреб подбородок с отросшей за ночь щетиной и повернул в комнату. Из ящика бюро адвокат взял револьвер, подумав при этом, что был на стрельбище последний раз, наверное, с полгода назад. Он проверил заряжен ли барабан.

Затем Мейсон снова направился к входной двери и услышал очередную трель звонка.

Мгновение Мейсон размышлял не позвонить ли Дрейку или Трэггу. Но передумал.

Он решительно включил в коридоре свет и громко спросил деланно сонным голосом:

– Кто там?

– Важное сообщение мистеру Мейсону от лейтенанта Трэгга, – сразу же откликнулся голос за дверью. – Откройте, пожалуйста.

– Я не одет, – сказал адвокат. – Передайте сообщение на словах.

– У меня запечатанный конверт и я обязан вручить его лично вам в руки.

– Я разрешаю вам вскрыть конверт и прочитать письмо, – произнес Мейсон, несколько отодвигаясь от двери, чтобы не попасть под револьверные пули в случае чего.

– Мне все равно нужна ваша подпись, что вы получили послание, – сказал мужчина за дверью. – Вы можете пойти одеться, я подожду.

– Нет, – твердо ответил Мейсон, прижимаясь к стене рядом с дверью и держа перед собой револьвер. – Передайте Трэггу, что если он хочет связаться со мной, пусть звонит в «Детективное агентство Дрейка», мне все передадут. Я пошел спать.

Адвокат громко щелкнул выключателем, оказавшись в темноте.

Вместо ответа две пули на уровне груди Мейсона пробили дерево двери.

Адвокат был готов к чему-то подобному. Решение пришло мгновенно. Он с диким криком боли бухнулся на колени, застонал и стих.

– Как вы себя чувствуете, мистер Мейсон? – раздался насмешливый голос за дверью и пули пробили дверь снизу, долженствуя впиться в упавшее тело.

Мейсон быстро и бесшумно встал на ноги и вновь прижался к стене. Сердце его стучало о грудную клетку, но внешне он был спокоен и ожидал: решиться ли преступник проверить дело рук своих или уберется восвояси?

Внезапно Мейсон почувствовал утренний холод и слегка поежился – все-таки он был в одной пижаме и тапках на босу ногу.

В скважину дверного замка протискивали какой-то металлический предмет. Мейсон крепче сжал рукоятку револьвера.

Язычок замка щелкнул и дверь распахнулась, скрывая адвоката от глаз взломщика. Не увидев на полу распростертого тела, убийца сделал несколько шагов внутрь по коридору, вглядываясь в темноту.

Это был тот самый человек, с фигурой и в костюме адвоката, который вломился больше недели назад в квартиру Деллы Стрит и получил по голове удар сковородкой.

Мейсон не стал дожидаться, пока убийца осмотрится и вновь пустит в ход оружие. Адвокат стремительно вышел из укрытия и со всех сил ударил по затылку убийцы рукояткой револьвера и чуть присел, готовясь подхватить его и сразу же затащить в спальню.

Шляпа, точно такая же как у самого адвоката, слетела с головы преступника, а сам убийца обмяк и словно превратился в резиновую куклу, Мейсон едва смог удержать его. Неожиданно адвокат буквально спинным мозгом почувствовал опасность и вместе со своей жертвой резко развернулся на сто восемьдесят градусов.

И тут же из коридора раздалось еще два выстрела. Мейсон четко почувствовал смертельный обжигающий полет в нескольких дюймах над головой и плечом. Тело первого убийцы дернулось в его руках и Мейсон выстрелил из-под бездвижной руки оглушенного гангстера – в четырехугольнике дверного проема на фоне ярко освещенного коридора фигура мистера Реймса представляла собой превосходную мишень.

Второй убийца даже сообразить не успел, что происходит – пуля сразила его наповал.

В это время первый нападающий зашевелился, открывая глаза и Мейсон был вынужден еще раз треснуть его рукояткой револьвера по голове – ничего, она у злоумышленника крепкая, раз не раскололась словно тыква после удара Деллы сковородкой.

Мейсон быстро выскочил в коридор, держа револьвер в руке и готовый к любым неожиданностям. Все было тихо, никто из соседей не открывал двери и не интересовался происходящим. Нападающих явно было всего двое. Мейсон склонился над телом – на стрельбище бы так точно не попал, ровнехонько между глаз. Убитый был очень похож на мистера Реймса, но это был не тот человек – в первый миг Мейсон вновь обознался. Он поднял левую руку убитого: на ладони красовался старый бледный шрам.

Мейсон взял труп под мышки и, с трудом развернув, принялся затаскивать тяжелую тушу в квартиру. Ему пришлось прежде втащить в спальню более легкого лже-мейсона, еще раз для профилактики стукнув его по голове, а затем уж затаскивать тело лже-реймса, чтобы закрыть дверь. Крови в коридоре не было – во лбу убитого красовалась маленькая аккуратная дырочка и все. Может, в профессиональные убийцы пойти? – мысленно усмехнулся Мейсон и протер рукой лоб – ладонь оказалась вся в крови.

Мейсон закрыл входную дверь, быстро прошел в спальню и включил большой свет. Он подошел к телефону, снял трубку, уже начал было набирать номер, но передумал – неудачливый убийца мог в любой момент прийти в себя, а упустить его снова Мейсон не мог себе позволить. Кинув быстрый взгляд на неубранную постель, еще хранившую его тепло, Мейсон подошел к шкафу и распахнул створки. Выдернул из старых брюк брюшной ремень, проверил его на крепость – все в порядке. Длины ремня тоже должно хватить.

Мейсон оглядел спальню о чем-то размышляя. Наконец, решение пришло ему в голову.

Он подставил стул к распахнутой двери, с трудом усадил раненого, крепко связал ему за спиной руки и, пропустив через спинку стула, крепко примотал ремень к дверной ручке, вспомнив, как один пожилой моряк учил Мейсона вязать морские узлы.

Адвокат проверил, насколько свободны движения пленного и, удовлетворенно кивнув, прошел в ванную комнату.

Под душем он обдумал сложившуюся ситуацию, тщательно побрился, насухо вытерся, прошел в спальню и, посмотрев на пленника, принялся одеваться в повседневный костюм.

Затем он подошел к телефону и, еще мгновение подумав, решительно набрал домашний номер Пола Дрейка.

– Доброе утро, Пол, – сказал он, когда на том конце провода подняли трубку.

– Привет, Перри, – раздалось в ответ. – Действительно утро. Как это тебя не угораздило в три часа позвонить?

– Оставь шутки, Пол, – попросил Мейсон.

– Что случилось? – сразу же забеспокоился Дрейк.

– Минут двадцать назад ко мне в квартиру позвонились двое убийц от мистера Икса.

– И ты не открыл дверь? Правильно. Сейчас я сяду на телефоны и обеспечу охрану…

– Пол, все совсем не так, как ты думаешь, – перебил адвокат. – Они с_а_м_и_ открыли дверь, после нескольких выстрелов.

– Тогда почему ты жив?

– А ты хотел, чтобы я умер?

– Не говори глупостей, Перри! – рявкнул детектив. – Рассказывай, что произошло?

– В общем, сейчас это не важно, – ответил Мейсон. – Важен результат. Тот, что изображал из себя мистера Реймса при игре в покер лежит у меня в коридоре с дырой во лбу, а тот, что являлся к Делле тогда, полторы недели назад, сидит связанный и без сознания.

– Ну и ну! – только и сказал Дрейк. – И что ты теперь собираешься делать?

– Сейчас позвоню Трэггу и все сообщу ему. А пока он едет, попробую привести моего двойника в чувство и постараться его разговорить.

– Ты тогда лучше сперва развяжи ему язык, а потом зови Трэгга.

– Мы же с ним работаем вместе, забыл?

– Все равно, не мне тебе объяснять, что полицейский, он и на необитаемом острове – полицейский. Что ты хочешь от меня?

– Чтобы ты подъехал на своей машине к моему дому, – сказал адвокат. – Встань неподалеку от подъезда на другой стороне улицы и жди меня. Что бы ни случилось, не выходи из машины. И постарайся не бросаться в глаза.

– Я тебя не понял, Перри. Что должно случиться?

– Так или иначе, я сейчас сообщу о происшедшем Трэггу или другому полицейскому. Приедет скорая, возможно, проведают о случившемся журналисты. А я хочу иметь возможность ускользнуть от всех если понадобится…

– А если я увижу подозрительных типов?

– Сомневаюсь, Пол. Мистер Икс не так умен, как хочет казаться. Он просто в бешенстве, вот и все…

– Тогда тем более…

– Ну, – вздохнул адвокат, – если что заметишь, то напротив моего дома есть телефонная будка, сразу же позвони мне, а я решу, что делать.

– Договорились, Перри. Я уже сижу в машине и мчусь к тебе.

Адвокат повесил трубку и задумчиво почесал подбородок.

Позади него раздалось шевеление.

Мейсон резко повернулся. Пленный убийца дернулся, не приходя в сознание, и снова затих. Мейсон подошел к нему. Плащ раненого уже пропитался кровью. Мейсон быстро ослабил на нем галстук, расстегнул жилет и рубашку, оторвав в спешке несколько пуговиц – впрочем, он и не старался действовать аккуратно. Пуля попала в правое предплечье гангстера и рана не должна быть смертельной. Но крови вытекло много. Мейсон прошел к аптечке и достал нашатырь. Взяв в руку свой револьвер, он поставил рядом с дверью второй стул, сел и поднес флакончик к носу убийцы.

– Доброе утро, приятель, просыпайся.

Убийца отпрянул от флакончика, открыл глаза и увидел чисто выбритого, одетого адвоката с револьвером в руке. Он пытался дернуться, но рана позволила лишь слабо взбрыкнуть. К тому же, ремень держал крепко.

– У меня есть несколько вопросов, – сказал Мейсон, – и совершенно нет времени.

– Ты не убьешь меня, – сказал пленный с трудом ворочая языком.

– Хочешь проверить? – усмехнулся адвокат и кивнул в коридор: – Посмотри на своего дружка.

Мужчина облизал губы и с трудом повернул голову.

– Закон на моей стороне, – сказал адвокат. – А тебе решать – лежать рядом с ним или отвечать на мои вопросы.

– Ты не убьешь меня, – с некоторой неуверенностью сказал бандит. – То была самооборона, а выпустить пулю в связанного и беспомощного человека ты не сможешь.

– Хорошо, – усмехнулся Мейсон, вставая. – Пусть будет так. Ты прав. Я не буду нажимать курок. Даю тебе ровно минуту на размышление. Потом спокойно ухожу завтракать и затем отправлюсь в контору. Где-то к обеду я вспомню об этом незначительном утреннем происшествии и позвоню в полицию. Как ты думаешь, сколь долго вытекает кровь из такой раны и можно ли умереть от потери крови?

Пленный дернулся, чтобы встать и лишь застонал от боли. Адвокат демонстративно отвернулся к окну и закурил.

Начинало светать.

– Черт, ваша взяла, – после очень непродолжительного размышления ответил бандит. – Все равно умирать, а так… Ведь ни в вас, ни в вашу секретаршу я не попал, по суду мне только попытку припишут… Правда ведь, вы адвокат и должны знать? Мне грозит газовая камера?

– _Я_, – медленно и четко произнес Мейсон, – _н_е _С_у_д П_р_и_с_я_ж_н_ы_х_. Я могу говорить только за себя.

– Ладно, все равно, – с трудом проговорил раненый. – Дайте пить… И задавайте свои вопросы…

Мейсон сходил на кухню и налил стакан воды. Вернулся в спальню и поднес к губам страждущего.

– Итак, – начал допрос Мейсон, – кто такой мистер Икс?

– Я… не знаю никакого мистера Икса.

– Что ж, возможно, – согласился Мейсон. – Кто послал тебя к Делле Стрит и ко мне?

– Он… Он меня убьет.

– Если ты мне сейчас не скажешь, умрешь быстрее и с большей гарантией, – пожал плечами Мейсон, прекрасно понимая, что не выполнит угрозы. Лицо адвоката было суровым, словно высеченным из гранита.

– Хорошо, я скажу… – выдавил через боль раненый. – Его раньше звали Баннером Болесом, он работал в крупной фирме… утрясал всякие проблемы… ну, с законом и тому подобное… вы понимаете, о чем я говорю?..

Мейсон кивнул.

– Потом он на чем-то попался и восемь лет отсидел в Сан-Квентине… Сейчас он сам владеет какой-то фирмой… Только имя у него другое…

– Какое?

– Я не знаю… – ответил бандит.

– Как его зовут? – жестко повторил Мейсон.

– Клянусь вам, мистер Мейсон, не знаю. Он даже не подозревает, что мне известно его прежнее имя, он меня не вспомнил… Я какое-то время тогда, больше пятнадцати лет назад, работал у него… Но меня он не вспомнил…

– Хорошо, как ты связался с ним?

– Ну… через Роджи…

– Кто такой Роджи?

– Бармен в баре «Золотой Гусь», что в гавани. Всем известно, что он всегда поможет найти клиента… Нет, сам он чист… полиции на него…

– Оставим это пока… – сказал Мейсон. – Опиши твоего нанимателя.

– Ну… я не знаю… Хорошо одет, лет пятьдесят, лысина…

– Под это описание подходят тысячи жителей Лос-Анджелеса, – заметил адвокат.

– Я не знаю, что еще про него сказать… Нет, не знаю… Мужчина, как мужчина… шрамов или родинок у него не помню… обручальное золотое кольцо у него на пальце… Он заплатил мне за то, что я… Ну, когда не получилось, у вашей секретарши, я думал, что меня найдут и за невыполнение заказа… Но я деньги все хотел отдать, честно. А вчера он меня сам нашел и сказал, что дает шанс исправить ошибку. И еще денег обещал.

– Ладно, – сказал адвокат. – Попробуем по-другому. Что тебя связывало с ним? – Мейсон кивнул в сторону убитого.

– Да ничего! – воскликнул бандит. – Я вчера впервые его увидел. У меня было задание отправиться с ним поздно вечером в ресторан, называть его мистером Реймсом и чтобы он обращался ко мне «мистер Мейсон», потом он должен был наорать на меня, устроить скандал, я должен был уйти из ресторана, а он остановить меня и усадить в свою машину и так, чтобы это видели как можно больше людей… Потом он должен был привезти меня к вам, чтобы сторож гаража нас видел вместе, а потом мы поднялись по черной лестнице и…

– И вы, – медленно произнес Мейсон, – выполнили инструкцию в точности?

– Почти, – горько усмехнулся раненый гангстер. – Только не застрелили вас.

Мейсон бросился к телефону, хотел было набрать номер Дрейка, решил, что детектив уже выехал и поспешно набрал другой номер, который тоже знал наизусть.

– Алло? Управление полиции? Лейтенант Трэгг из Отдела по раскрытию убийств не у себя? Говорит Перри Мейсон, у меня к нему чрезвычайно важное дело.

– Лейтенанта Трэгга нет на месте, мистер Мейсон, что ему передать?

– Дайте мне его домашний телефон, немедленно.

– Извините, мистер Мейсон, я точно знаю, что его нет дома. Возникли некоторые проблемы, и мы всюду безуспешно пытались его разыскать…

– Что за проблемы? – быстро спросил Мейсон.

– Я не уверен, что могу их вам сообщить.

– Ладно. У меня дело чрезвычайной важности. Мистер Филипп Реймс из Реддинга остановился в отеле «Огайо». У меня есть основания полагать, что ему угрожает смертельная опасность, если он вообще еще жив. Вы можете обеспечить ему охрану?

– Если мы будем обеспечивать охрану людям по каждому телефонному звонку…

– Это не каждый телефонный звонок, – раздраженно рявкнул адвокат. – Вы не слышали: говорит _П_е_р_р_и _М_е_й_с_о_н_. Или вы не читали вчерашних газет? У меня для вас еще одно важное сообщение, но сперва пошлите патруль в отель. Если необходимо, арестуйте Реймса, иначе его могут просто убить. Вызывайте патруль немедленно, я подожду у телефона.

– У вас еще есть что-то важное? – переспросил дежурный.

– Да, но это важнее, поскольку срочно. Я жду.

Через какое-то время в трубке снова раздался голос дежурного офицера:

– Алло, мистер Мейсон? Что вы еще хотели сообщить?

– Была предпринята попытка совершить на меня покушение.

– Да, я знаю, мистер Мейсон, я читал газеты.

– Черт вас побери! – не выдержал адвокат. – Попытка была совершена час назад. Одного я убил, он лежит у меня в коридоре. Второй серьезно ранен, связан и ждет прибытия полиции…

– Что же вы сразу не сказали?! – рассердился полицейский.

– Потому что у меня есть подозрения, что другие убийцы охотятся за Реймсом. Вы выполнили мою просьбу?

– Да, его найдут и доставят в Управление. Какой ваш адрес?

Мейсон быстро продиктовал.

– Я записал, – ответил дежурный. – А вы уверены, что крепко связали второго? А то опять убежит, и патруль _с_н_о_в_а_ никого не застанет?

– Дважды одну ошибку я не совершаю, – ответил Мейсон. – Как только объявится Трэгг пусть позвонит мне или прямо едет сюда. Раненый оказался очень словоохотливым человеком.

– К вам уже выезжают, – поспешно объявил дежурный и повесил трубку.

Через десять минут прибыл патруль. Еще через пять врачи с носилками, следователи и фотографы. Врач сразу осмотрел раненого, сказал, что пуля прошла навылет, и приказал вести бандита в машину, он его обработает по дороге.

Мейсон стоял у окна, курил сигарету и отвечал на вопросы следователя. Его радовало, что не примчался сержант Холкомб, которого он сейчас абсолютно не хотел видеть, и очень беспокоило, что лейтенанта Трэгга и шерифа Греггори так нигде и не нашли.

Когда на носилках вынесли убитого бандита, Мейсон обратился к незнакомому раньше сержанту, который вел протокол:

– У меня масса срочных дел, – сказал адвокат. – На все вопросы, которые еще остались, я отвечу позже и лучше лейтенанту Трэггу. Я могу оставить вас здесь, чтобы вы закончили все необходимые формальности?

– А мы уже почти все закончили, мистер Мейсон. Если вам надо, вы можете идти, мы потом захлопнем дверь. Вчера в Управлении только и говорили о том, что вы сделали для лейтенанта Трэгга.

– Тогда я пошел, – быстро гася окурок в пепельнице, ответил Мейсон.

– Всего доброго, мистер Мейсон. Я надеюсь, лейтенант Трэгг поймает этого мистера Икса. Да, забыл спросить: разрешение на хранение оружия у вас есть?

– Разумеется. И на хранение, и на ношение. Сейчас я принесу.

– Не требуется, мистер Мейсон, – улыбнулся полицейский. – Я вам верю.

– Раненого отвезли в больницу?

– Нет, – с серьезным выражением на лице ответил полицейский. – Врач сказал, что рана не опасна, лишь потеря крови, вы же слышали. Его повезли в Управление, чтобы избежать новых неожиданностей.

– У вас впереди блестящая карьера, господин сержант, – улыбнулся Мейсон и вышел из собственной квартиры, оставляя в ней работающих полицейских.

У лифта стояли санитары с носилками.

– Покер не любит нервных! – сказал Мейсон мертвому бандиту. – Надеюсь, мы еще встретимся и с остальными игроками.

Санитары с удивлением посмотрели на него.

Адвокат стал быстро спускаться по ступенькам.

Выйдя на улицу, он заметил машину Дрейка и встревоженно наблюдающего за подъездом детектива за рулем. Он махнул сыщику рукой и быстро перешел улицу.

– Привет, Пол, – улыбнулся Мейсон.

– Как твои дела? – озабоченно спросил Дрейк.

– М_о_и_ в порядке.

– А чьи не в порядке?

– У меня есть серьезные опасения, что смертельная опасность угрожает Филиппу Реймсу. Если он _е_щ_е_ жив. И нигде не могут найти Трэгга и Греггори.

– Ты полагаешь…

– В _э_т_о_м_ деле я уже привык предполагать самое худшее, – ответил Мейсон.

Они смотрели, как из подъезда выносили носилки с убитым гангстером.

– Куда едем, Перри? – спросил Дрейк.

Мейсон взглянул на часы.

– Давай-ка заедем к Трэггу домой, – попросил Мейсон. – Не исключен вариант, что вчера они с Греггори засиделись допоздна и просто не слышат звонок телефона.

– Маловероятно, – заметил Дрейк, заводя двигатель, – но возможно.

– А потом заедем куда-нибудь позавтракать. Очень хочется горячего кофе и яичницу.

– Я бы тоже не отказался, – усмехнулся Дрейк.

Машина детектива тронулась с места и устремилась вперед по улице, которую чуть дальше пересекал проспект с оживленным движением.

В это мгновение с другой стороны подъехал полицейский автомобиль и из него выскочил сержант Холкомб.

– Что здесь произошло? – спросил он у полицейского, стоявшего возле дверей в подъезд.

– Покушение на мистера Мейсона.

– Где он? – спросил Холкомб, прикуривая.

– Я не знаю, – ответил полицейский, наблюдая как санитары вдвинули носилки с тупом и захлопнули дверцы.

Холкомб, прикуривая, видимо прослушал ответ, но проследил взгляд полицейского.

– Убит? – с недоверием в голосе спросил Холкомб.

– Убит, – глядя на санитарную машину ответил полицейский. – О, дьявол, журналист приехал, значит, сейчас слетятся и другие. Пойду сообщу сержанту Пратту.

Полицейский поспешно вбежал в здание.

Журналист подскочил к сержанту.

– Доброе утро, мистер Холкомб. Ан Деев, газета «Оверсан-ньюс», – представился он. – Я случайно проезжал мимо и увидел полицейские машины. Что произошло?

– Совершено покушение на мистера Перри Мейсона, – довольно ответил Холкомб.

– Что?!

– Да, именно так, – расплылся в улыбке сержант.

– Где он?

– Убит, – ответил Холкомб непроизвольно растягиваясь в совершенно неприличной ухмылке и бросив прощальный взгляд в стороны отъезжающей санитарной машины. – У-б-и-и-и-т!

Корреспондент успел сфотографировать уезжающую санитарную машину, щелкнул на всякий случай сержанта Холкомба у дверей дома Мейсона и со всех ног помчался к своей машине, чтобы успеть продать сенсационную новость во все телеграфные агентства.

20

Лейтенанта Трэгга дома не оказалось. Мейсон звонил минут пять, Дрейк не выдержал и обошел дом, стуча во все окна.

– Поехали завтракать, Пол, – наконец вздохнул Мейсон.

– Ты думаешь, что-то случилось?

– Не знаю, – ответил Мейсон. – Мне необходимо поразмыслить и кое-что проверить.

Они вернулись в машину, свернули на бульвар и поехали в поисках какого-нибудь кафе.

Наконец Дрейк нашел искомое, припарковал автомобиль и они отправились завтракать.

Они заказали по кофе и яичнице с беконом. Когда официант ушел, Мейсон достал из портфеля бумаги и принялся внимательно их изучать.

Дрейк молча пил кофе, стараясь не мешать другу.

Наконец, Мейсон щелкнул пальцами.

– Что-нибудь выяснил, Перри? – спросил Дрейк.

– Да, – ответил Мейсон. – Я теперь знаю, кто стоит за всем этим.

– Ты знаешь, кто мистер Икс?

– Мистер Икс, по всей видимости, просто исполнитель. Может, командует группой. Но мозг всего предприятия – совсем другой человек.

– И кто же?

– Раньше его звали Баннером Болесом. Ты оказался прав, я знаком с ним.

– Ты когда-то вывел его на чистую воду? – поинтересовался детектив.

– Да, и довольно давно. Я с трудом вспомнил. Дело Балфура. Ну, Делла назвала его Делом об удачливом проигравшем. Жена брата Аддиссона Балфура, помнишь была империя Балфуров, убила своего мужа, поскольку он поймал ее в постели с этим самым Болесом. А тот работал в фирме специалистом по улаживанию конфликтов.

– Да, Перри, теперь я вспомнил! – воскликнул Дрейк. – А разве его не отправили в газовую камеру?

– Он не убивал, – пояснил Мейсон. – Он лишь заметал следы. Со знанием дела, стоит заметить. Он как раз профессионал по инсценировкам, запутыванию улик и прочим сюрпризам. Узнаю его почерк.

– Черт, Перри, я совершенно не помню как он выглядел.

– Честно признаться, я тоже, – вздохнул Мейсон.

– Да, специалисты такого профиля, как правило, имеют незапоминающуюся внешность, – со знанием дела ответил детектив.

– Ничего, подымем фотографии в архиве. Трэгг все перекопает, но разыщет его. Дело близится к завершению, Пол.

Официант принес им по яичнице.

Дрейк какое-то время молча ел, а потом спросил:

– Ты Делле звонил?

– Да, но она уже уехала.

– А ты не боишься, что друзья мистера Икса побывали и у нее?

– Я позвонил в гараж, – сообщил Мейсон. – Она сегодня утром брала свою машину. – Адвокат взглянул на часы. – Наверное, она уже в конторе. Давай доедай и поехали в офис. Если с Трэггом все в порядке, то в половине десятого он приедет ко мне.

– А если нет?

– Если бы да, если бы нет… – проворчал Мейсон. – Я еще кофе не допил, чтобы гадать на гуще. Если с ним что-то произошло, то находясь на рабочих местах мы узнаем это быстрее, чем если будем сидеть в кафе или болтаться по городу.

Позавтракав, Мейсон расплатился, они вышли из кафе, сели в машину и отправились к зданию, где располагались их офисы.

Всю дорогу Мейсон задумчиво смотрел вперед себя. Дрейк не приставал с вопросами, понимая, что друг сосредоточился над решением важных проблем.

– Пол, – сказал адвокат, когда они поднимались в лифте, – я попрошу тебя поехать со мной и Трэггом в дом на Кроклин-авеню.

– Если Трэгг приедет, – заметил Дрейк.

– Что-то подсказывает мне, что Трэгг приедет, – убежденно ответил Мейсон.

– Хорошо, – согласился детектив. – Я только забегу в контору узнать нет ли новостей.

– Если будет что-то важное…

– Знаю, знаю. Не волнуйся, если будет что-то важное, ты узнаешь об этом через десять секунд после меня.

– Ладно, я буду у себя, – сказал Мейсон, выходя из лифта. – Расскажу Делле о маленьком утреннем приключении.

Адвокат прошел по коридору и открыл ключом дверь личного кабинета. Он ожидал увидеть спокойную, деловую Деллу Стрит, но ее стол был пуст. Мейсон повесил в шкаф плащ и шляпу и прошел в приемную.

У коммутатора сидела Герти, слезы неудержимым потоком текли по ее полному лицу.

– Что случилось, Герти, – ласково спросил адвокат. – Твой приятель женился на другой?

Герти подняла голову и вдруг истошно закричала, словно увидела привидение.

– Да, что случилось, Герти? – не выдержал Мейсон.

– Э-а… Я… В-о-т, – она кивнула на лежащую перед ней газету.

Мейсон протянул руку. На первой странице утреннего выпуска «Кроникл» красовался его собственный портрет в траурной рамке. Подпись гласила:

«По сообщению сержанта Холкомба сегодня рано утром в собственной квартире застрелен известный адвокат Перри Мейсон»

От неожиданности Мейсон расхохотался.

– Успокойся, Герти, перестань плакать. Я пока не собираюсь умирать.

– Но… Ведь в газетах же написано…

– И что? Раз написано в газете, то мне теперь следует пойти и застрелиться, чтобы очередной бред сержанта Холкомба соответствовал истине?

– Нет, мистер Мейсон, не надо! – серьезно ответила девушка.

Зазвонил телефон. Герти сняла трубку.

– Контора адвоката Перри Мейсона, – сказала она и почти сразу же передала трубку Мейсону: – Это спрашивают Деллу Стрит.

Мейсон взял трубку.

– Алло! – услышал он голос Гамильтона Бергера. – Мисс Стрит? Я только что прочитал в газете… Приношу вам свои искренние сердечные соболезнования по поводу столь невосполнимой утраты…

– Утрите слезы, Гамильтон, – усмехнулся Мейсон, – я так просто из жизни не уйду. И не надейтесь.

– Перри? – изумленно воскликнул окружной прокурор и тут же сердито закричал: – Что за дурацкие фокусы, Мейсон?! Я купил газету и меня словно молотом по голове огорошили. Я бегом в первую же будку, чтобы выразить мое горе, а вы устраиваете цирк! Вы…

– Это не мои фокусы, – спокойно перебил его Мейсон, – а, как явствует из газет, сержанта Холкомба. Я, кажется, говорил вам вчера, что каждый думает в меру своих способностей. Так вот Холкомб даже не пытается думать. Он выдал _о_ч_е_н_ь_ желаемое за действительное. Кстати, вы знакомы с рапортом сержанта Пратта?

– Нет, я только еду в прокуратуру, вчера был трудный день… Я купил газету и… Извините, Перри, я не хотел вас обидеть, но…

– Ладно, не извиняйтесь. На меня действительно было совершено покушение. Одного бандита я застрелил, второго ранил первый. Рана не опасная, только большая потеря крови. Он оказался говорлив и назвал имя человека, который, по-моему, стоит за всем этим делом. По крайней мере здесь, в Лос-Анджелесе.

– И кто это? – осторожно спросил Бергер, явно не удивившийся бы, услышав отказ.

– Сегодня мы по одну сторону баррикады, – сказал Мейсон и, вдруг вспомнив Трэгга, добавил: – Все равно вы узнаете это через полчаса. Некий Баннер Болес.

– Баннер Болес? – переспросил Бергер. – Нет, не помню.

– Лет десять назад вы вели процесс по обвинению Теда Балфура в наезде на неизвестного бродягу. Впоследствии, погибшим оказался его дядя, а убийцей – жена дяди. Баннер Болес заметал следы. Вы же сами вели процесс…

– Я сейчас не помню, но все тщательно проверю, – заверил Бергер. – Но почему сержант Холкомб решил, что вы убиты?

– Мне не дано читать мысли тех, у кого их нет, – ответил Мейсон. – Я не видел Холкомба с позавчерашнего вечера и рад был бы не видеть его еще сто лет.

– Что ж, я счастлив, что весть оказалась ложной. Можете не сомневаться, Мейсон, виновные будут наказаны.

Окружной прокурор с явным нетерпением повесил трубку.

Адвокат перевел взгляд на улыбающуюся Герти.

– А где Делла? – спросил он.

– Она пришла сегодня рано, чтобы разобрать почту, – ответила та. – А когда я принесла газету, она сразу же помчалась в Управление полиции, чтобы все выяснить. Мистер Мейсон, мне пришлось дать ей таблетку, так она побледнела и аж тряслась вся. Скоро она, наверное, вернется, как только все выяснит.

В это мгновение дверь в приемную распахнулся и на пороге появился лейтенант Трэгг.

– Герти, вы плакали? – спросил он и повернулся к Мейсону: – Перри, вы ее обидели?

– Отнюдь не я, – усмехнулся адвокат, – а сержант Холкомб. Смотрите сами.

Мейсон протянул Трэггу газету со своим портретом в траурной рамке.

– Опять Холкомб? – раздался в дверях голос шерифа Греггори. – Что этот губошлеп еще натворил? Я же говорил, Артур, надо его было прямо вчера разыскать. Впрочем, так оно даже и лучше, сразу за все получит, не придется два раза руки марать.

– Где вы были, лейтенант? – спросил Мейсон. – Я беспокоился за вас. И в Управлении тоже. Там для вас есть новости, только мне, естественно, не сообщили какие.

– Да, – поморщился Трэгг, – виноват. Сэм уговорил съездить к сестре, чтобы она не психовала. Мы позвонили ей по телефону, но она заявила, что я по-прежнему в тюрьме, а Сэм мне помогает обманывать ее. До Сан-Роберто час езды, а как гоняет Сэм, так за сорок минут добрались. Ну, и решили переночевать там.

– С_э_м _г_о_н_я_е_т_, – проворчал Греггори. – Между прочим, Артур, кто бы говорил! На обратном пути за рулем сидел ты, а мы добрались на полторы минуты быстрее.

– Потому, что я умею управлять машиной, Сэм, – ответил Трэгг. – Ладно, Мейсон, что произошло?

Адвокат в двух словах обрисовал ситуацию.

– Каким образом появилась эта статья, – закончил Мейсон, – я не имею ни малейшего представления. Холкомба я вообще не видел. Дело ведет сержант Пратт.

– Серьезный парень, – сказал Трэгг. – Я все выясню у него.

Раздался звонок телефона. Герти взяла трубку и, послушав, протянула ее адвокату:

– Это мистер Дрейк.

– Алло, Пол? Есть новости?

– Мистер Реймс нашелся.

– Он жив или?..

– Жив, – усмехнулся Дрейк. – Оказывается, он никуда и не пропадал. Просто вышел из номера, чтобы купить еще бутылку джина, в холле встретил сорокалетнюю вдовушку из Сакраменто и ночь провел у нее. Десять минут назад вернулся в свой номер и тут же сообщил, что дверь номера взломана и он здесь ни при чем.

– Его пристрастие к слабому полу на этот раз спасло ему жизнь, – усмехнулся Мейсон. – Есть еще что-нибудь?

– Да, – голос Дрейка сразу стал мрачным.

– Стреляй!

– Мне только что сообщили, что вчера ночью двухчасовым самолетом из Чикаго вылетел мистер Богуш.

– Ну и?

– Ну и с ним восемь человек совершенно определенной наружности. Тут два варианта, Перри. Или они летят помочь своим людям и тогда у нас земля горит под ногами, или они решили закрыть свой лос-анджелеский филиал.

– Ладно, Пол, лейтенант Трэгг у меня. Мы тебя ждем.

– Сейчас буду.

Мейсон задумчиво повесил трубку.

– Что там _е_щ_е_ случилось? – спросил Трэгг.

– Мистер Богуш вылетел из Чикаго в Лос-Анджелес с восемью представительными мужчинами недвусмысленной внешности.

– Сейчас сообщим в Управление и мои ребята их встретят.

– Они вылетели в два часа ночи и уже давно здесь.

– Та-ак, – протянул Трэгг. – Перри, я знаю, у вас в библиотеке есть телефон. Мне нужно позвонить в Управление, а потом решим, что делать. _В э_т_о_м _д_е_л_е_ у меня от вас секретов нет, но мне так будет удобнее. Кстати, Мейсон, а кто сейчас ваш клиент в этом деле?

– Частично – мистер Реймс, – ответил Мейсон, – но главным образом, мои клиенты – я сам и мои друзья, чьим жизням угрожает опасность.

– Ладно, подождите пять минут.

Открылась дверь и вошел Дрейк.

– Вы здесь? – усмехнулся он. – А я стучу-стучу в дверь кабинета, все костяшки отбил.

– Да, пойдем в кабинет, пока Трэгг звонит. Герти, если Делла появится – пусть немедленно идет ко мне.

– Хорошо, мистер Мейсон, – улыбнулась Герти.

Мужчины прошли в кабинет.

– Если я правильно понял стенограмму записи вашего вчерашнего разговора с мистером Реймсом, – сказал шериф Греггори, – у вас где-то здесь хранится виски. Было бы неплохо отметить ваше возвращение с того света, Мейсон.

– Вы правильно поняли стенограмму, – усмехнулся Мейсон, подходя к шкафу с книгами.

Через десять минут к ним присоединился Трэгг.

– Ну, как дела? – поинтересовался Мейсон.

– Ничего чрезвычайного, по счастью не произошло. Вашего пленного, Мейсон, вывернули наизнанку. По нашему делу, он почти все сообщил вам, но за ним водятся и кое-какие другие грешки. Например, он здорово забеспокоился, когда его спросили откуда у него револьвер, с которым он пришел к Делле Стрит.

– А что насчет господ из Чикаго?

– В Управлении ничего об этом не знали. Вчера прилетели детективы из Чикаго и мы имели содержательную беседу. Через несколько дней для Дона Лонегана в Чикаго начнутся черные дни. Вы можете не беспокоиться насчет этих людей, Перри, через пять минут в холле вашего здания будут трое полицейских детективов и если что, то они непременно заметят опасность.

– В холле сейчас пятеро моих парней, – усмехнулся Дрейк, – и уж они заметят все, даже ваших полицейских.

– Ладно, – улыбнулся Трэгг. – Вы предупредите своих оперативников, а я, когда буду выходить, предупрежу своих. Если чикагская восьмерка заявится сюда в полном составе, противостоять им будут столько же оперативников. Я не хочу, чтобы что-то случилось с Деллой и Герти.

– Какое у нас с вами в последнее время редкостное единодушие, – усмехнулся Мейсон. – Так мы едем?

– Да, отправляемся. Мистер Дрейк, вы с нами?

– Если вы не возражаете.

– Какой мне смысл возражать, если мы с Перри работаем вместе?

Зазвонил телефон. Мейсон взял трубку:

– Алло?

– Шеф, ты живой! Господи, ты живой! Я тут чуть с ума не сошла! – услышал Мейсон взволнованный голос Деллы Стрит. – Мне в Управлении сказали… я уже в морг мчаться хотела, эти полицейские всегда все путают… А сержант Холкомб – хам, я плюнула ему в лицо…

– Действительно плюнула?

– Да!

– Но это же оскорбление полицейского при исполнении, – строго сказал Мейсон, нахмурившись.

– Ну и черт с ним! – заявила Делла сквозь слезы радости. – Все равно у меня лучший адвокат в стране, и самое большое, что мне грозит – это штраф. Выплачу. Зато я сказала ему, все…

– Ладно, Делла, – усмехнувшись ответил Мейсон. – Возвращайся в контору и помогай Герти оберегать крепость. Сейчас наверняка начнутся соболезнующие звонки.

– А ты куда? – с подозрением спросила Делла Стрит.

– Я с Трэггом посмотрю здание на Кроклин-авеню, как договаривались, а потом вернусь сюда. До встречи.

– Подожди, шеф. Так меня ж не выпускают.

– Что?

– Ну да, Холкомб хочет арестовать меня за оскорбление.

– Подожди минутку, – адвокат посмотрел на лейтенанта. – Трэгг, нужна ваша помощь.

– Что там еще случилось? – спросил Трэгг.

– Делла плюнула Холкомбу в лицо и сказала ему, что она о нем думает. Тот хочет арестовать ее за оскорбление.

– Надо было не плевать, а по-женски – в мужское место, – мстительно сказал Греггори. – Артур, ты же защитишь женщину? Тем более, что вчера делал ей предложение, а в действиях ее нет никакого криминала. Холкомбу в лицо не плевать, надо, а… Впрочем, это я сам.

– Дайте трубку, Перри, – сухо сказал полицейский. – Алло, Делла? Это Трэгг. Холкомб рядом с вами? Нет? А кто есть? Хорошо, дайте ему трубку, пожалуйста. Сержант? Говорит лейтенант Трэгг. Немедленно отпустить мисс Стрит! А Холкомбу передайте… А мне плевать, что он там говорит, выполняйте приказ! Пусть отвезут мисс Стрит в ее контору на поли… Она на своей машине? Хорошо, пусть едет сама. Вы лично проводите ее до выхода и откроете дверцу автомашины, ясно? И вежливо, не дай Бог она мне потом скажет… Все, выполняйте приказ. – Трэгг повесил трубку. – Делла скоро будет здесь. Вы хотите ее подождать, Перри?

– Нет смысла, поехали на Кроклин-авеню, – ответил Мейсон.

Мужчины вышли из офиса адвоката и все вместе спустились в лифте.

– Пол, ты поезжай на своей машине, вслед за машиной лейтенанта, – решил Мейсон. – Я поеду с ним, нам надо обсудить еще кое-какие детали.

– Как скажешь, Перри, – ответил Дрейк. – Ну, господин лейтенант, хотите я сейчас сообщу вам где и кто именно ваши люди?

– Попробуйте, – усмехнулся Трэгг.

Дрейк подозвал к себе неприметного человека и быстро что-то спросил. Тот ответил.

– Вон мужчина у лифта, что пялится на блондинку, брюнет у газетного киоска и долговязый тип у телефона, – сообщил Дрейк.

– Что ж, поздравляю, это действительно люди из моего Отдела, – усмехнулся Трэгг. – Хорошо работают на Перри Мейсона.

Они прошли к машине Трэгга, Дрейк отправился на стоянку к своему автомобилю.

– Что еще интересного вы можете мне сообщить? – спросил Трэгг у Мейсона, когда заметил, что Дрейк выезжает со стоянки.

Лейтенант завел двигатель и отправил машину вперед.

– Собственно, я вам все рассказал, – заметил Мейсон. – А вот у меня к вам есть несколько вопросов.

– Я слушаю, – улыбнулся Трэгг. – Легко и приятно работать с вами вместе, Перри. Ну почему вы не служите в моем Отделе? Гонорары маловаты?

– Сложно сказать, – усмехнулся Мейсон. – Наверное, потому, что так мне не приходится видеть ежедневно сержанта Холкомба.

– Сдался вам всем Холкомб, – раздраженно воскликнул Трэгг. – Полицейский, как полицейский, бывают куда хуже, поверьте мне на слово.

– Верю, верю, – откликнулся Мейсон. – Вы проверяли вчера почему умерла Анна Грайхон?

Лицо Трэгга помрачнело.

– Да, – сказал он. – Вскрытие проводил наш лучший патологоанатом. Ей было введено лекарство со сложным названием, которое я не запомнил, да и вряд ли оно вам что скажет. Этот препарат и послужил причиной смерти.

– Вы допросили полицейских, охранявших палату?

– Бывших полицейских, – поправил Трэгг. – Да. Эти разини пропустили к больной медсестру. Красивая брюнетка, лет сорока со спортивной фигурой. Чуть широковатый рот, родинка на верхней губе и еще две у левого виска. Мейсон, вы что знаете ее?

– С чего вы решили, лейтенант?

– Вы как-то странно посмотрели на меня.

– Нет, я просто думаю. И что дальше?

– Такой женщины в персонале госпиталя не числится. Откуда она взялась и куда исчезла – неизвестно.

– Полицейские из Чикаго привезли отпечатки пальцев сбежавшего чиновника?

– Да, проверка проведена. На «Звезде Каталонии» найден труп Стюарта Хаммета из Чикаго. Честно говоря, еще день-два спокойной работы и я сам бы догадался, что произошло нечто подобное. Я подошел к этому вплотную.

– Именно поэтому вас и пытались убрать.

– Вы правы. Мы приехали. А этот дом днем производит совсем другое впечатление, чем ночью. Есть в нем что-то жизнерадостное.

– Посмотрим, насколько нас порадует его осмотр, – усмехнулся Мейсон.

– Перри, а что собственно, вы ожидаете найти? – спросил Трэгг.

– Если бы вы знали, лейтенант, – вздохнул Мейсон, – как часто мне приходится действовать по наитию, вслепую. Зачастую, до самой последней минуты в суде я не знаю правды. У меня, если можно так выразиться, выработалось чутье. А потом надо разбрасывать сети как можно шире – какая-нибудь рыбешка, да попадется.

– Ладно, пошли, – скомандовал лейтенант, когда к ним присоединился Пол Дрейк.

Мужчины прошли по дорожке и поднялись на крыльцо. Трэгг, предусмотрительно взятым в Управлении ключом, открыл дверь.

Они осматривали дом в течении получаса. Трэгг, Греггори и Дрейк обнюхали буквально каждую щелочку в стенах – безрезультатно. Адвокат ходил вслед за ними по всему дому и задумчиво курил. Дом был большой, с огромным количеством комнат, тремя лестницами на второй этаж и с тремя черными выходами – с задней стороны дома, с кухни и из гаража. Они осмотрели все, даже облазили чердак.

– Ни зацепочки, – наконец сдался Трэгг. – Этого следовало ожидать, ведь Холкомб здесь все осмотрел.

– Мало ли что осмотрел Холкомб, – проворчал Дрейк.

– Напрасно вы так говорите, Пол, Холкомб свое дело знает, – вступился за корпоративные интересы Трэгг. – Что будем делать, Перри?

– Думать, – усмехнулся адвокат. – Пройти сквозь стены они не могли, значит, выход должен быть. Если бы с нами была бы Делла, я попросил бы ее нарисовать план обоих этажей, тщательно промерив все стены и сравнить… Впрочем, я сам догадался, где должен быть потайной ход. Пошли.

Он уверенно направился к лестнице на второй этаж.

Они снова оказались в зале, где происходила игра в покер. В ярких солнечных лучах, заливавших помещение, зал не казался огромным, мрачным и пустым. Дрейк распахнул дверь в коридор, в котором скрылись в тот вечер преступники. В конце его была лестница, ведущая на чердак и на первый этаж, к выходу в патио с бассейном.

– Мы же здесь все осмотрели, – недоуменно сказал Трэгг.

– Мне кажется, что если сравнить размеры этого коридора с комнатами первого этажа, – задумчиво ответил Мейсон, – то обнаружится несоответствие примерно в ярд. Возле самой двери должен быть люк. Смотрите еще раз.

Трэгг, Греггори и Дрейк чуть не столкнулись лбами, склонившись над паркетом.

– Черт! – вскоре воскликнул Трэгг! – Вы правы, Перри! Но как вы догадались.

– По нескольким причинам, – ответил Мейсон. – И странно, что вы их не заметили сами. Во-первых, несоответствие размеров первого и второго этажа, ясно, что в помещениях первого этажа в длину не хватает как минимум ярда, хотя они и талантливо спланированы, чтобы это не было заметно. А во-вторых: почему паркет именно в этом коридоре тщательно протерт до блеска, в то время как в других помещениях явно не убиралось не меньше недели. Вы нашли как открыть люк?

Люк был расположен в самом углу коридора, слева возле двери из зала, так, что дверь совершенно не мешала бы, даже если бы он был открыт.

– Нет, не могу понять, как он открывается. Возможно, какая-нибудь хитрая система и рычаг вообще на первом этаже.

– Отойди, Артур, – попросил Греггори, доставая из чехла охотничий нож.

Он подцепил паркетину и сумел приподнять край люка. Трое мужчин просунули пальцы и совместными усилиями вырвали замок.

– Осторожнее!

Вниз уходила глубокая шахта, в стене которой были вбиты металлические скобы. Трэгг кинул вниз десятицентовик и слушал когда он упадет.

– Однако, ярдов десять.

– Следует учитывать, что мы на втором этаже, – сказал Мейсон. – Я хочу спуститься и посмотреть, что к чему.

– Зачем вам это? – спросил Трэгг. – Мы выяснили, как они скрылись и…

– А зачем мне было это выяснять, чтобы останавливаться на полпути?

– Перри, – нравоучительно сказал лейтенант. – Мы пройдем этим путем и выясним, что он выходит наверх где-нибудь на задворках.

– Вполне возможно, – согласился Мейсон. – Но стоило ли строить дом и так хитро маскировать подземный ход просто для того, чтобы иметь возможность в любой момент удрать? Где вы бы лично устроили подземный ход в своем доме, в подвале?

– Скорей всего.

– Это не простой подземный ход. Если не хотите, я спущусь один.

– Вот еще! – хмыкнул Трэгг и сел на краю люка. – Однако физподготовка здесь необходима… Как этот неуклюжий толстяк здесь спускался?

– Я наперегонки с ним не бегал, – усмехнулся Мейсон, – но могу поручиться, что он вряд ли бы отстал.

Трэгг, за ним Мейсон, потом Греггори и Дрейк спустились по подземной шахте и оказались в довольно просторном тоннеле.

Трэгг, Греггори и Дрейк зажгли предусмотрительно взятые мощные фонари.

– Похоже, это одно из ответвлений городской канализации, – заметил Мейсон. – Трэгг, вам за бурную деятельность в полиции когда-нибудь приходилось спускаться в канализацию?

– Только в пору молодости, – сказал Трэгг. – Обычно для это есть полицейские чином пониже.

– Придется потерпеть. Три дня назад шел дождь, потом было сухо. Вот эти следы в грязи, вполне возможно, принадлежат интересующим нас лицам.

Трэгг, как опытная ищейка, взявшая след, отправился вперед, освещая путь фонарем. Дрейк замыкал шествие. Шли долго – минут десять. Наконец тоннель вышел в гораздо больший тоннель, по дну которого бурлила вода и стоял очень неприятный запах. По краю большого тоннеля шла дорожка, позволявшая пройти вдоль стены, не замочив ног.

Они растерянно стояли, освещая фонарем дорожки в обе стороны.

– И что теперь? – спросил Трэгг, зажав нос.

– Придется воспользоваться правилом правой руки, – сказал Мейсон. – Пойдем вправо пока что-либо не найдем или не поймем, что направление выбрано неверно. Тогда вернемся на это место и пойдем влево.

– Тогда мы сутки проторчим в канализации и насквозь пропитаемся этой вонью.

– Я не думаю, что выход где-то далеко… – ответил было Мейсон, но его прервал Греггори:

– Посмотрите, там вроде окурок!

Шериф подошел, поднял с пола окурок и внимательно осмотрел его.

– Окурок брошен не больше двух, от силы трех дней назад, – сказал он наконец.

– Похоже, – согласился Трэгг.

– Между прочим, – сказал Мейсон, – этот тот же сорт, что курю я. А перед самым бегством, лже-реймс взял у меня сигарету…

– И держал ее в зубах, пока спускался по шахте? – язвительно спросил Трэгг.

Мейсон пожал плечами.

– Ладно, пойдем туда, – решил Трэгг, взявший на себя командование маленьким отрядом.

Они шли долго, освещая себе путь мощными фонарями. В одном месте тоннель пересекал другой, но через него был перекинут мостик – широкий толстый стальной лист, который дребезжал под ногами и вот-вот казалось, что рухнешь в зловонную воду внизу.

– Учитывая расположение дома, – сказал Трэгг, – мы направились на север, потом под углом градусов семьдесят, свернули на запад и был поворот еще на тридцать градусов на запад. Наверху здесь, так… Что же здесь наверху? По моим расчетам мы где-то в районе, где располагаются сплошные портовые склады. Как долго еще идти, Мейсон, не пора ли повернуть назад?

– А мы уже пришли, – усмехнулся адвокат. – Видите чуть впереди в стене металлические скобы, очень напоминающие те, по которым мы спустились?

Трэгг подбежал и внимательно осмотрел лестницу и шахту, в которую они уводили.

– Это явно самодельная лестница и шахты здесь быть не должно, она специально прорублена, – констатировал он наконец.

– Разрешите? – спросил Мейсон, решительно берясь за скобу.

– Нет, первым пойду я, – отрезал лейтенант.

– Артур, люк на верху может быть на замке, – вмешался Греггори. – Давай я полезу первым. Если что – я сильнее тебя и плечами смогу выломить преграду.

– Ты сильнее, как же… – проворчал Трэгг, но пропустил зятя вперед.

Греггори, за ним Трэгг, Мейсон и Дрейк стали подниматься по металлическим скобам вверх.

– Здесь рычаг, Артур, – крикнул Греггори. – Попробовать потянуть?

– Я бы был поосторожнее, – подал снизу голос Дрейк.

– Да бросьте, вы, – проворчал Трэгг. – Это же обычные уголовники, не шпионы какие-нибудь. Давай, Сэм, попробуй.

– Открылась! – сообщил Греггори. Он высунулся по пояс и осмотрелся: – Здесь какое-то-помещение, заставленное пустыми коробками.

– Забирайся наверх, – приказал Трэгг. – Только тихо, вдруг там кто-нибудь есть, тепленькими возьмем. Мейсон, вы вооружены?

– Конечно, нет.

– А Дрейк?

– Пол, у тебя есть револьвер?

– Есть, – недовольно произнес детектив. – Надо вернуться и вызвать полицейских, раз уж мы с Трэггом, а не лезть на рожон.

Трэгг выбрался наверх и протянул Мейсону руку. Тот ловко вылез из шахты.

В дальнем конце небольшого помещения, заставленного коробками и всяким хламом, было небольшое, засиженное мухами окно, через которое падал свет. Полицейские выключили фонари. Греггори подошел к единственной двери и подергал – она оказалась заперта. Он приготовился навалиться плечом.

– Подождите, шериф, – улыбнулся Мейсон. – Трэгг же предупреждал, что лишний шум нам не нужен. Пол, продемонстрируй свое искусство.

Дрейк подошел к дверям, поколдовал над замком и распахнул дверь.

– Прошу вас, господа, – с некоторой долей триумфа в голосе произнес детектив.

Мейсон хотел бы пройти в дверь, но Трэгг решительным жестом преградил ему путь, достал револьвер и сам двинулся вперед. За ним, также достав оружие, пошел шериф Греггори.

Они оказались в длинном темном коридоре, в самом его конце, заканчивавшемся тупиком, в котором было окно с толстыми рамами. Трэгг посмотрел через стекло и увидел лишь серую безрадостную стену здания напротив.

– Я был прав, – прошептал лейтенант, – это портовые склады. Пошли.

Вдоль всего коридора располагались двери в подсобные и конторские помещения. Двери, несмотря на рабочее время, были заперты или открыты, но в комнатах никого не было. Коридор закончился и резко повернул в большой, ярко освещенный склад, сверху донизу заставленный коробками и мешками. Огромные ворота, были на запоре. Внутри склада возле ворот стояли три грузовика с коробками с бананами и их спешно разгружали восемь рабочих. Огромный бородатый человек подгонял их, со спины казалось, что у него в руках хлыст.

Трэгг прижал палец к губам. Четверо мужчин замерли на мгновение и осторожно вернулись назад в коридор.

– Лейтенант, вам не кажется, что этот мужчина, что распоряжается грузчиками, очень похож на громилу из рассказа Реймса? – спросил адвокат. – Коробки, между прочим, из-под бананов.

– Да, – согласился Трэгг. – Я это заметил. А еще я заметил вооруженных людей за столом у ворот. Перри, скажите честно, вы знали об этом?

– Откуда, лейтенант? – возразил Мейсон. – Если бы я точно знал о складе, то разве ползал бы по канализации?

– Нам надо убираться, – сказал Трэгг. – Запомнить место и вызывать подкрепление. Черт, рация в машине. Ну, ничего, доберемся до какого-нибудь телефона. Пошли.

Трэгг направился к помещению с люком.

– Господин, лейтенант, если уж здесь нет выхода на улицу, – заметил Мейсон, – то, может, откроем окно в одной из комнат и вылезем наружу? Все лучше, чем бродить по канализации.

– Да, вы правы, Перри, у меня такое впечатление, что я насквозь пропитался той вонью.

Они прошли в одно из незапертых помещений, открыли окно и по очереди выбрались на свежий воздух.

– В какую сторону идти? – спросил Греггори.

– В противоположную от склада, – сказал Трэгг и все вместе побежали за ним. – Надо выбраться на какую-либо оживленную улицу.

Неожиданно из-за угла вышел человек.

– Мистер Мейсон? – в изумлении уставился на него незнакомец. – Вы же… Эй, Брюгсон, тревога! – тут же опомнился и закричал он. – Полиция!!!

Греггори быстро стукнул его по голове и охранник упал. Они услышали за углом здания топот ног. Шериф быстрым движением вытащил из кармана у оглушенного мужчины револьвер.

– Не люблю бегать от преступников, – сказал Трэгг, – но сейчас не тот случай. Нам надо обязательно дозвониться до Управления. Я знаю это место и найду склад. Бежим!

Он бросились к соседнему зданию, обогнули длинный ангар и побежали по улице, по которой медленно двигался погрузчик. Через три длинных строения они увидели склад, двери которого были открыты, там работали грузчики и стояло несколько грузовых и легковых автомобилей.

– Туда! – махнул Трэгг.

Они быстро добежали до склада.

– Полиция! – быстро сказал Трэгг грузчикам, показывая жетон. – Есть здесь телефон?

– Там, в конторе, – сказал один из рабочих.

– Подождите меня здесь, – попросил Трэгг спутников.

Мейсон достал портсигар и протянул Греггори и Дрейку. Они тяжело дышали, но скорее не от бега, а от возбуждения.

– Что теперь будем делать? – спросил Греггори, закурив.

– Собственно, мы свою миссию выполнили, дальше решения принимать Трэггу, – сказал Мейсон. – Он запомнил место, полиция окружит здание через десять минут. Скорее всего будет перестрелка. Я подозреваю, что в коробках наркотики, о которых говорил Реймс. А торговцы наркотиками так просто могут руки и не поднять.

В воротах склада показался Трэгг и махнул им на припаркованный красный плимут.

– Поехали, – распорядился он. – Я обо всем договорился.

Они сели в автомобиль и Трэгг завел двигатель.

– В полквартале от дома Хенсли есть кафе, – сказал лейтенант. – Сэм, ты посидишь там с Мейсоном и Дрейком, пока я не вернусь. Это не должно занять много времени, вся полиция Лос-Анджелеса поднята на ноги и все кончится быстро.

– Артур! – гневно возразил шериф Греггори. – Я буду с тобой во время операции! Я не собираюсь сидеть без дела когда ты полезешь под пули.

– А я и не полезу, – усмехнулся Трэгг. – Это операция парней из Отдела по борьбе с наркотиками, я в ней участвовать не буду. Мое дело – расследовать убийства. Я просто посмотрю, что за рыбка попадет в сети. Если будет кто-то по моей части, мы с ним поговорим. Перри, я вам обещаю это. Если нет – будем искать нашего друга мистера Икса в другом месте. Все, выходите. Ждите меня в кафе, пропустите по стаканчику виски, после подземелий вам будет не вредно.

– Это уж точно, – проворчал Греггори, вылезая из автомобиля.

– Я скоро вернусь, – улыбнулся на прощанье лейтенант, – никуда не уходите из кафе.

Мейсон, Греггори и Трэгг прошли в зал и сели за столик.

– Вы предпочитаете виски или джин? – поинтересовался шериф.

– Я предпочитаю кофе, – улыбнулся адвокат.

– Официантка, три джина, кофе и что-нибудь поесть, – распорядился шериф. – Черт, после этой канализации мне, честно говоря, есть не хочется.

– А у меня, наоборот, – усмехнулся Дрейк, – прорезался аппетит, как только мы оказались вдали от этого склада.

– Вы посидите здесь, – сказал Мейсон, вставая, – а я позвоню в контору, поговорю с Деллой.

– Молодец, девица, – одобрительно кивнул Греггори. – Я бы такой и сам предложение сделал!

– Я передам ваши слова Трэггу, – усмехнулся Дрейк.

– Молчите! – зашипел Греггори. – Вы просто не знаете моей жены! Она мне за одну только подобную мысль голову оторвет. А что я такого сказал? Да ничего! Давайте лучше выпьем!

Мейсон отсутствовал больше двадцати минут. Шериф Греггори и Дрейк успели пропустить по три порции виски, вспоминая, как когда-то Дрейк по поручению Мейсона изображал из себя старателя, нашедшего золотые россыпи и по этому поводу напился до чертиков, чтобы приманить к себе преступника, а шериф Греггори хотел его арестовать.

Наконец Мейсон вернулся с газетой, на которой красовался его портрет в черной рамке, и сел за столик.

– Что так долго, Перри? – поинтересовался Дрейк.

– Сделал несколько важных звонков, – ответил адвокат. – К тому же никак было не пробиться в свою контору, пришлось звонить по незарегистрированному номеру. Герти говорит, что все пытаются выразить соболезнование. Меня беспокоит, что Делла еще не вернулась. Может, Холкомб ее не отпустил?

– Если это так, – заметил Греггори, щелкнув пальцами, подзывая официантку, – то на его счет падает еще несколько тумаков. Повторите, пожалуйста, – обратился он к девушке. – И наливайте сразу двойную порцию, что вам без конца взад-вперед бегать?

Мейсон развернул газету.

– Странно видеть тебя в черной рамке, – усмехнулся Дрейк. – Интересно, сколько этот газетчик получил за такую «сенсационную» новость?

– Я думаю меньше, чем кое-кто заплатил бы за то, чтобы это оказалось правдой, – усмехнулся адвокат.

– Что есть, Перри, то есть, – согласился Дрейк. – Списки твоих врагов внушительны, а ведь это только те, кто сидел…

К тому времени, когда появился лейтенант Трэгг, шериф Греггори и Пол Дрейк были уже на «ты» и обнимались. Мейсон, дочитав, отложил газету.

– Как все прошло, лейтенант? – поинтересовался Мейсон. – Присаживайтесь.

– Все нормально, – сказал Трэгг.

– Артур, выпей с нами! – закричал Греггори.

– Так все-таки? – потребовал рассказа Мейсон.

– Операция по задержанию прошла успешно, – начал Трэгг. – При перестрелке легко ранен один полицейский, трое бандитов убиты, остальные арестованы. После того, как охранник обнаружил нас, они готовились к полицейскому налету, но не думали, что полиция сработает так быстро. Никого из руководства там не было – так, мелкие сошки. Но мы их выпотрошим и, надеюсь, все выясним.

– Наркотики? – спросил Мейсон.

– Вы, возможно, удивитесь, Перри, но не только наркотики. Там целый склад оружия – от армейских винтовок до скорострельных пулеметов. Похоже, что вы набрели на что-то очень серьезное, Мейсон.

– По-моему, – улыбнулся адвокат, – это как раз _в_ы_ набрели. Я тут ни при чем.

Трэгг усмехнулся.

– Да, Мейсон, знаете, кто случайно залетел в сети?

– И кто же?

– Трое гостей из Чикаго. Похоже, что если бы мы не поторопились, то обнаружили бы на складе два десятка трупов. Эти джентльмены приехали не помогать своим, а, как выразился мистер Дрейк, закрывать филиал и прятать концы. Горячо у господ из Чикаго. Вот мои коллеги-то порадовались. Заботит только, где остальные пятеро и мистер Богуш.

– Описание Богуша у полиции имеется?

– Да, конечно, – кивнул Трэгг.

– Что вы сейчас собираетесь делать?

– Пока я хочу поесть, – ответил Трэгг. – Пообедаю и решу. – Он посмотрел на зятя. – Отвезу Сэма к дочери, чтобы успокоил ее.

– Хорошо, – сказал Мейсон. – Я пойду позвони в контору, Делла должна уже вернуться.

– Артур, Холкомб не отпускает Деллу, ты представляешь какой мерзавец?! – воскликнул Греггори.

– Перри, если Делла еще не вернулась, сразу же скажите мне, – попросил Трэгг.

– Хорошо, – пообещал адвокат.

Он прошел к будкам, опустил в автомат монету и набрал незарегистрированный номер своего офиса.

– Алло, Герти?

– Мистер Мейсон! – вскрикнула та и разревелась в трубку.

– Герти? Что случилось?!

– Мистер Мейсон, Делла… Ее похитил мистер Икс!..

– Что?!

– Он звонил вам двадцать минут назад… Он все продиктовал мне… Он… хочет убить вас… он… он…

– Герти, успокойся! – жестко сказал адвокат. – Ты можешь связно все объяснить, или мне приехать в контору?

– Нет, я все записала, – Герти старалась четко произносить слова, но ей мешали слезы. – Они отвезли ее в здание заброшенной шахты, в пустыню. Мистер Икс сказал, что в десяти милях от Сан-Бернардино от дороги в Лусерн-Валли отходит проселочная дорога, он поставил там шест, на который прикрепит… прикрепит… прикрепит…

– Герти, успокойся, – мягко попросил Мейсон. – Что прикрепит?

– Шляпку Деллы… как указатель вам… Он сказал, что в двух милях вправо от дороги на Лусерн-Валли находится здание заброшенной шахты и он ждет вас и Трэгга. Он сказал, что вы должны оставить машину на дороге и идти с поднятыми руками… Он сказал, что если он увидит больше одной машины, мисс Стрит будет тут же убита. И еще, мистер Мейсон, он сказал, что если до наступления темноты вы с лейтенантом Трэггом не явитесь, то… то… – Герти снова разрыдалась.

– Мы будем там и спасем Деллу, – четко произнес Мейсон, сжимая кулаки. – Даю тебе слово, Герти.

– Но… но они убьют вас, мистер Мейсон…

– У них это не получилось один раз, не получится и во второй, – сказал Мейсон.

– Правда? – воскликнула Герти.

– Даю тебе честное слово, – усмехнулся Мейсон. – Еще новости есть?

– Да, вас тут дожидается мистер Смит из Чикаго по неотложному делу… Ой, он только что ушел, мистер Мейсон. Ждал вас, ждал, а только что выбежал за дверь, ничего не сказав.

– Он слышал наш разговор? – встревожился Мейсон.

– Ну… наверное, он же сидел в кресле для посетителей. Мистер Мейсон, я…

– Герти, запри контору и отправляйся домой, – приказал Мейсон.

– Но я…

– Я сам все сделаю, Герти.

– Но я… я буду волноваться. Я… – она вновь разрыдалась.

– Когда я спасу Деллу, – четко произнес Мейсон, – _м_ы_ позвоним тебе домой. Не беспокойся.

Адвокат повесил трубку и прислонился лбом к холодному стеклу телефонной будки. Сердце его билось сильнее, чем когда он утром ожидал убийцу, открывающего дверь.

Наконец он успокоился и пошел к столу, где сидели Трэгг, Дрейк и шериф Греггори.

– У меня серьезные проблемы, – сообщил Мейсон. – Мистер Икс похитил Деллу и требует, чтобы за ней приехали я и Трэгг.

Трэгг отбросил вилку.

– Куда? – спросил он.

– В пустыню, в заброшенную шахту. Десять миль по дороге от Сан-Бернардино до Лусерн-Валли, еще две мили вправо по проселочной дороге. Он передал, что на повороте поставит шест со шляпкой Деллы, чтобы мы не заблудились.

– Мерзавец, – только и произнес Трэгг. – Ему это даром не пройдет. Сейчас я позвоню в Управление.

– Он заявил, что если увидит больше одной машины, он убьет Деллу. Наверняка там все отлично просматривается.

– Это моя территория, – совершенно трезвым голосом сказал шериф Греггори. – Я отлично знаю те места. И знаю эту шахту. Там полно зарослей кактусов и проехать можно только по той дороге. Они действительно увидят издалека вторую машину.

– Мы должны быть там до темноты, – сказал Мейсон.

– Хорошо, – решительно встал Трэгг. – Едем.

– Подождите, лейтенант, – остановил его Мейсон. – Надо все тщательно продумать. Одним соваться бессмысленно. Пусть подкрепление ждет вне зоны видимости, ведь рация-то у вас есть.

– Можно прямо сейчас отправить стрелков, чтобы прячась за кактусами незаметно приблизились к строению, – посоветовал Греггори. – Это не очень трудно, хотя надо соблюдать осторожность.

– Разумно, – согласился Трэгг.

– Еще одно, – сказал Мейсон. – В приемной меня дожидался некий мистер Смит из Чикаго. Он слышал, как Герти передавала мне инструкцию мистера Икса. Я очень опасаюсь, что он один из оставшихся пятерых людей Лонегана.

– Очень может быть, – согласился Трэгг. – Ладно, Перри, я сделаю все, чтобы спасти Деллу. Подождите, я позвоню в Управление и поедем.

Через десять минут мужчины вышли из кафе.

– Мистер Дрейк, ваша машина там, где вы ее оставили. Отправляйтесь в контору.

– Что за глупости вы говорите?! – воскликнул Дрейк. – Я еду с вами.

– Но ведь было сказано…

– Мистер Икс, – вмешался Мейсон, – говорил только об _о_д_н_о_й машине. Он не оговаривал, сколько в ней должно быть человек. Мистер Греггори не откажется составить нам компанию, раз он знает те места?

– Естественно! Мне очень симпатична мисс Стрит.

Они быстро прошли к машине Трэгга, уселись в нее и лейтенант завел двигатель.

– Я разговаривал с начальником полиции Сан-Бернардино, – сообщил лейтенант, – он мой старый знакомый. Из Сан-Бернардино сейчас отправятся две дюжины полицейских. Лучших парней, знающих пустыню. Они оцепят здание шахты.

– Но если их заметят…

– Не беспокойтесь, Мейсон. _Э_т_о_ действительно будут лучшие парни. Я даю вам слово.

– Меня радует только одно, – вдруг подал голос Дрейк.

– Что именно? – спросил лейтенант.

– Что лучшего из лучших, сержанта Холкомба, сейчас нет в Сан-Бернардино.

– Хватит о Холкомбе! – закричал Трэгг. – Скоро вам будет не до смеха.

– Лейтенант, – вдруг сказал Мейсон, – у меня возникла одна идея. Не взять ли нам с собой еще одного человека?

– Кого именно?

– Одного строительного подрядчика. Мужа Сюзанны Бакстон. Он может узнать того, человека, который приходил к ним ночью.

– Зачем это? – удивился Трэгг. – Устроим ему очную ставку позже, если… Если все кончится хорошо.

– Я считаю, что его присутствие не помешает, – настаивал Мейсон.

– Темните, Перри? Что вы скрываете?

– Если бы я был уверен, я бы сказал. Пока я только предполагаю.

Трэгг внимательно посмотрел на адвоката.

– Ладно, у нас очень мало времени. Какой адрес?

21

Когда автомобиль Трэгга подъезжал к Сан-Бернардино, лейтенанта вызвали по рации:

– Лейтенант Трэгг? Наблюдатели сообщают, что с севера к зданию заброшенной шахты подъехал автомобиль, из него вышли пятеро человек, открыли стрельбу и по ним сейчас стреляют из здания из пулемета. Прикажете что-либо предпринять?

– Нет, – прорычал Трэгг. – Ничего не предпринимайте. Мы скоро будем там. – Он выключил рацию. – Черт возьми, Перри, это гости из Чикаго. Если они убьют мистера Икса, то убьют и Деллу. Такие свидетелей не оставляют.

– Высадите меня! – вдруг резко сказал Карл Раунцифер. – Там стреляют. Вы не имеете права везти меня туда. Вы просили опознать шантажиста, а сами… Я – добропорядочный гражданин, я буду жаловаться… И зачем я вам там? – чуть ли не плаксиво закончил он.

– Вам лично ничего не угрожает, – ответил Мейсон. – Мы же все решили. Вы посмотрите издалека на человека, который выйдет из здания и скажете, похож он по фигуре на того, что приходил к вам домой или нет.

– В сотый раз повторяю – я его не разглядел, он ослепил меня фонарем. И разве это так важно, чтобы тащить меня в пустыню?

Он раздраженно отвернулся к окну и замолчал.

Лейтенант Трэгг выжимал из автомобиля все, что мог.

Заметив шест с шляпкой Деллы Стрит, он свернул на едва заметную в песке дорогу, пролегающую среди живописных бочкообразных кактусов. Он взял рацию и, вызвав местную полицию, осведомился об обстановке.

– Похоже, пятерых гостей расстреляли в упор, – донеслось из рации. – Наши люди взяли все под прицел, но те, кто в здании, очень хорошо вооружены и в укрытии. Нам неизвестно сколько там человек.

– Спросите, видны ли у строения автомобили и сколько их? – подсказал Мейсон.

Трэгг повторил вопрос в рацию.

– Кроме той, что недавно подъехала, наблюдатели доложили лишь об одной.

– Спасибо, – сказал Трэгг. – Сейчас мы будем там. Скажите своим людям, что стрелять только если с нами что-либо произойдет. Не раньше. Отбой связи.

– Значит, их должно быть не больше четырех человек, – задумчиво произнес Мейсон.

– Успокойтесь, Перри, ничего с Деллой не случится, – заверил Трэгг, выруливая по извилистой дороге на полной скорости.

Мейсон ничего не сказал в ответ, лицо его было словно высечено из гранита.

Не доехав до строения заброшенной шахты сто ярдов, Трэгг остановил машину. Здание казалось безжизненным, но за машиной наверняка следили четыре пары глаз. Перед строением валялись пятеро чикагских гангстеров скошенных из пулемета.

– Как это такие серьезные ребята так по-глупому попались? – задал риторический вопрос Дрейк.

– Серьезные! – фыркнул Греггори. – Пыжатся, как гуси, привыкли, что все дрожат от одного их имени. Вот и вышли с револьверами в руках все пятеро, надеясь запугать и уничтожить. Профессионал лишь тот, кто всегда профессионал.

– Ладно, Трэгг, – сказал Мейсон, – выходим, показываем пустые руки и медленно идем к зданию.

– Все или только мы с вами? – спросил Трэгг.

Мейсон секунду подумал.

– Выйдем все. Пусть видят, что в машине никого нет.

– И я?! – воскликнул Карл Раунцифер.

– И вы, – сказал ему Дрейк, проинструктированный Мейсоном заранее.

Они все вышли из машины и отправились к строению.

Когда они миновали три четверти пути из здания вышли четверо мужчин. Оружия у них в руках не было.

Один сделал несколько шагов вперед.

– Босс, – недоуменно обратился он к Раунциферу, – мы сдаемся?

По его голосу Трэгг и Мейсон сразу признали пресловутого мистера Икса.

– Идиот, – закричал Карл Раунцифер. – Стреляйте в них, они взяли вас на понт, кретины…

Ствол револьвера Дрейка ткнулся ему под ребра и заставил замолчать.

Трэгг и Греггори выхватили револьверы.

– Обращаю ваше внимание, – быстро и громко произнес лейтенант, – что добровольная сдача облегчит вашу участь. Вы окружены и все под прицелом. – Он поднес рацию к губам. – Алло, говорит Трэгг. Пусть стрелки выйдут из укрытий. – И тут же крикнул бандитам: – Видите?

– Хорошо, – глухо сказал мистер Икс, поднимая руки. – Сдаемся.

– Как глупо все получилось, – застонал Карл Раунцифер. – Как глупо… глупо, глупо, глупо!!!

– Мейсон, – повернулся к адвокату Трэгг, махнув полицейским, чтобы приблизились и арестовали сдавшихся. – Может вы теперь объясните мне, что все это значит?

– Позвольте вам представить Баннера Болеса, бывшего специалиста по улаживанию конфликтов, бывшего заключенного Сан-Квентина, а теперь главаря лос-анджелеского отделения банды Дона Лонегана.

– Будьте вы прокляты, Мейсон! – прокричал Карл Раунцифер. – Ненавижу вас.

Двое полицейских взяли его под руки. Словно материализуясь из воздуха появились две, три, четыре полицейских машины.

– Где Делла Стрит? – подошли к мистеру Иксу Трэгг и Мейсон.

– Там, – кивнул гангстер на здание.

– Погано ты играешь в покер, пижон, – хмыкнул ему на прощанье Трэгг.

Он с Мейсоном и Дрейком побежал к зданию.

С первого взгляда было понятно, что это здание облюбовано бандитами давно и только снаружи выглядело заброшенным и ветхим. Внутри все было отремонтировано, в замаскированные бойницы выглядывали пулеметы, запасов питания и боеприпасов хватило бы на месяц непрерывной осады.

Они нашли Деллу Стрит связанную, с заклеенным скотчем ртом. Она лежала на давно сгнившем диване в одной из задних комнат.

Мейсон подбежал к ней и сорвал с ее рта наклейку.

– Шеф, – сказала Делла с широко раскрытыми глазами. – Я знала, что ты придешь.

– Забудьте о происшедшем, Делла, – сказал Трэгг, протягивая ей руку, чтобы помочь встать. – Пойдемте к моей машине. На одного пассажира в ней стало меньше.

– А что с бандитами? – поинтересовался Мейсон.

– Их всех доставят в Управление полиции. Там мы с ними все оч-чень подробно обсудим, будет время для этого. Очень много времени. А сейчас я отвезу вас всех в Лос-Анджелес и приглашаю на шикарный ужин. Сегодня нас ничто не отвлечет.

– Спасибо, – ответила Делла, глядя на Мейсона. – Шеф, я знала, что ты придешь.

– Успокойся, Делла, все прошло, – ласково сказал Мейсон. – Идем к машине.

Арестованных уже рассадили по полицейским автомобилям и увезли. Двое полицейских остались у трупов чикагских гангстеров ждать когда за ними приедет спецтранспорт. Греггори курил у машины.

– Все закончилось, Артур?

– Да, – кивнул Трэгг.

– Неплохо бы это отметить?

– Я уже пригласил мисс Стрит, Мейсона и Дрейка в хороший ресторан. Ты как?

– Жена, конечно, ждет… – почесал в затылке шериф, – но ведь она же не узнает _к_о_г_д_а _и_м_е_н_н_о_ закончилась операция?

Трэгг расхохотался.

Все сели в машину, Трэгг развернулся и поехал обратно.

– Мейсон, как вы просчитали Карла Раунцифера? – спросил Трэгг через плечо.

– Честно говоря, лейтенант, я просто-напросто вспомнил внешность Баннера Болеса, – ответил Мейсон. – К тому же, фальшивая медсестра, которую вы сегодня мне описали – его жена, Сюзанна Бакстон. Или он просто представился ее мужем… А дальше просчитать все было просто.

– Да, действительно. Пришлось сегодня всем нам понервничать.

– Делла, – сказал Пол Дрейк. – Бросай ты эту работу. Сегодня тебя чуть не убили. Тебе надо вести дом, рожать детей… Выходи за меня замуж, пошли ты к черту неугомонного Перри.

Делла Стрит рассмеялась.

– За сутки два предложения! Это что-то, – сказала она. – Стоило ради этого немного и пострадать. Нет, Пол, ты не пара для меня.

– Бог любит троицу, – вслух подумал Мейсон и решился: – Делла, выходи замуж _з_а _м_е_н_я_.

– Шеф, – снова рассмеялась она. – Мы же сто раз обсуждали этот вопрос. Тебе понадобится новая секретарша, а я этого не могу допустить, она все напутает и…

– Делла, – не глядя на нее сказал Мейсон. – Ты помнишь в прошлом месяце мне предложили кафедру в Университете?

– Нет, не помню, а что?

– Я сейчас подумал – а почему бы мне действительно не уйти на покой и не бросить эту чертову работу? Уйду на преподавательскую деятельность, буду растить будущих противников Гамильтона Бергера. В таком случае мне не потребуется секретарша, а потребуется собственный дом с уютным кабинетом, жена и наследник.

– Шеф, – с замершим в груди сердцем спросила Делла, – ты шутишь?

– Я говорю совершенно серьезно, – заверил Мейсон. – Если ты согласишься, я ухожу на преподавательскую работу, мы купим дом…

Она бросилась ему на шею.

– Шеф, я согласна! Когда свадьба?

– Зачем тянуть, – быстро сказал Мейсон, боясь передумать, – завтра и сыграем.

Трэгг резко остановил машину, шериф Греггори чуть не врезался в лобовое стекло.

– Что случилось, лейтенант?!

– Вы… вы что, это серьезно?

– Абсолютно серьезно, Артур, – сказал Мейсон. – Прошу вас быть завтра шафером на моей свадьбе. Надеюсь, что вы не откажетесь.

– Нет, но… Господи, Мейсон уходит в отставку! Да Гамильтон Бергер пробьет головой потолок своего кабинета, подпрыгнув от радости. Вся прокуратора будет неделю ходить пьяная без глотка спиртного. Вы хоть думаете, что делаете, Перри?

– Шеф, я люблю тебя, – не сводя с адвоката глаз прошептала Делла Стрит.

– Где мы купим дом? – серьезно спросил Мейсон. – Мне хотелось бы где-нибудь в пригороде, в тихом местечке, среди природы…

– Так покупайте в Сан-Роберто, – воскликнул шериф Греггори. – У меня как раз на примете есть превосходный участок.

– Молчи, дурак, – толкнул зятя в бок Трэгг. – Получив Перри Мейсона соседом, как шериф ты получишь массу неприятностей, это я тебе гарантирую. Ладно, мчимся в ресторан праздновать ваше решение. Я угощаю.

22

Хотя все газеты и напечатали в вечерних выпусках опровержения и извинения за неверную информацию, (кроме «Старра», которая утром проявила элементарную нерасторопность, зато отыгралась вечером – мол, непроверенную информацию не публикует), на следующий день центральное место во всех утренних выпусках газет занимала свадьба Перри Мейсон и уход в отставку известного адвоката.

Мейсон ожидал Деллу Стрит на ступенях собора Святого Антония, вместе с Трэггом и Полом Дрейком.

Вокруг толпились гости. Журналистов и фотографов все равно было больше и они уже успели надоесть всем вопросами и мельканием вспышек. День стоял прекрасный и солнечный, словно сами небеса одобряли предстоящий брак.

Пришел даже напыщенный Гамильтон Бергер с огромным букетом роз. Увидев адвоката он сердечно обнял его, как родного сына и сказал со слезами на глазах:

– Мне очень жаль, Мейсон, что вы решили оставить адвокатскую практику. Нам так будет не хватать ваших речей. Я буду изредка посещать ваши лекции в Университете.

Пришли клерки суда, судебные приставы и судьи, которые смогли выкроить время в жестком расписании. Пришли многочисленные бывшие клиенты Мейсона, пришли коллеги-адвокаты.

Пришел мистер Реймс с вдовушкой из Сакраменто. Неподалеку стоял мрачный шериф Греггори с супругой. Вечер вчера прекрасно начался в ресторане, но кончился тем, что его разыскала жена. Она не возражала против праздничного стола на свадьбе Перри Мейсона, но опытный муж знал, что каждая рюмка будет под строгим учетом. «Хватит суровых будней, чтобы еще трезветь в праздники», – мрачно проворчал шериф себе под нос. По счастью, супруга эту фразу не услышала.

Мейсон терпеливо ждал машину с Деллой Стрит.

– Да, Перри, это было вашим лучшим делом, – сказал Трэгг.

– Карл Раунцифер сознался? – спросил адвокат.

– О, нет, он оказался крепким орешком. Созналась его жена. А вот мистер Икс оказался полным ничтожеством, на самом деле он и есть Рей Хенсли. Его напарники, взятые нами в пустыне, дают показания наперегонки – кто-кого перещеголяет и все валят вину на Болеса и друг на друга. Мои коллеги из Чикаго от счастья готовы меня целовать – материала на Лонегана хватит, чтобы повесить десятерых. Только Богуша нигде так и не нашли. Но далеко ему не уйти.

– Кстати, Пол, – повернулся Мейсон к детективу. – Есть новости из Чикаго о Сауле Познере?

– Да. Он выкарабкается. Пролежит полгода в больнице, но жить будет.

– Пособие по временной нетрудоспособности Саулу Познеру и больничный счет плачу я, – заявил Мейсон.

– Как скажешь, Перри, – ответил Дрейк, несколько недовольный тем, что роль шафера предложили не ему, а Трэггу.

В этот момент подъехала шикарная черная машина и Мейсон с бьющимся сердцем сбежал по ступеням, чтобы помочь выйти своей невесте и ввести ее в храм, где их навечно соединят супружескими узами.

Сияющая Делла в белом подвенечном платье выбралась из машины, следом за ней в качестве подруги невесты вышла Герти.

Мейсон взял Деллу за руку и приготовился подниматься по ступеням.

Неожиданно резко остановилась еще одна машина.

– Мистер Мейсон, мистер Мейсон! Только вы можете меня спасти! – закричала молодая стройная брюнетка. – Извините, что я мешаю вам в такую минуту! Но за мной гонятся полиция, меня хотят арестовать за убийство моей сестры! Я ни в чем не виновата, только вы можете меня спасти!!!

Остановилась полицейская машина и из нее вылез сержант Холкомб.

– Мисс Леф, вы арестованы! Вот ордер на арест, подписанный окружным прокурором.

– Мистер Мейсон, возьмите семьсот долларов аванса, это все, что я могу вам сейчас заплатить. Я ни в чем не виновата, все улики подстроены мужем моей сестры!

Мейсон озадаченно посмотрел на Деллу.

– Шеф, неужели мы не поможем несчастной? – спросила Делла Стрит и привычно достала блокнот для стенографирования и карандаш.

Мейсон вздохнул.

– Делла, я же просил не называть меня больше шефом. Сегодня наша свадьба, ты что забыла?

– Но если ты ей не поможешь, то ей не поможет никто.

Мейсон тяжело вздохнул еще раз.

– Мисс Леф, как ваш адвокат я призываю ваш хранить молчание и никому не говорить ни слова в мое отсутствие. Сегодня у меня свадьба и я не могу заняться вашим делом. Завтра утром я приду в тюрьму и обо всем поговорю с вами.

– Спасибо, любимый! – Делла поцеловала Мейсона в щеку.

Холкомб стоял с оторопевшим лицом.

За спиной адвоката громко расхохотался лейтенант Трэгг.

Гамильтон Бергер в сердцах сплюнул, резко повернулся и пошел прочь. По пути он заметил урну и с раздражением затолкал в нее шикарный букет роз.

Content

Эрл Стенли Гарднер
Дело об оборотной стороне медали

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22