Шахов Сергей

Ветка

Шахов Сергей

ВЕТКА

Все персонажи реальны – Это Вы!

В кромешной темноте, среди разнокалиберных осколков гравия, лежал человек.

Очень редко в своей жизни, он терял сознание. И поэтому решил, что умер. Небывалая лёгкость бороздила его тело, было хорошо и совсем не страшно.

Но так продолжалось недолго, чёрным прессом навалилась жизнь, настоящая и болезненная.

Что же так больно? – пронеслось в голове.

Страшная мысль, что он, сломал себе что-нибудь, заставила его тело, судорожно дёрнутся. В данной ситуации сломать какую-либо конечность было равносильно медленной смерти. Успокоив как смог расшатанное воображение, которое уже рисовало перед ним различные картины его гибели, он медленно пошевелил руками, потом сделал неопределённое движение ногами, сначала одной, затем другой. Всё вроде бы действовало. Вдруг он понял, что причиняло ему столько боли одновременно! У него безумно болело лицо. Руками трогать не стал, но почувствовал, что сильно рассёк себе лоб и щеку, кровь проделывая короткий путь, частыми каплями слетала с подбородка. Клим запрокинул голову, надеясь таким образом прекратить это безобразие, но это не помогало. Как оказать себе первую помощь, в такой ситуации не имея под рукой медикаментов и зеркала он не представлял.

Пульсирующая боль, как нестранно, отрезвляла сознание. Он вспомнил, как с безумной скоростью пролетали перед глазами ржавые перекладины лестницы вентиляционной шахты метрополитена. Это его тело движимое диким инстинктом

самосохранения спасалось от ядерного пекла, которое поглотило красивый город над ним и возможно весь цивилизованный мир.

Клим отогнал чёрные мысли, которые назойливыми комарами кружили в голове.

Если жив – живи, погибаешь – борись. Со стоном в отбитом при падении теле, он встал на колени, высвободил из кармана кожанной куртки маленький фонарик, повернул цоколь приводя его в действие. Холодный синеватый свет прорезал темноту.

Так, что у нас тут?– мысленно проговорил Клим, обводя лучом вокруг.

– Сколько же их было? Этих этажей? Штук 30 или 40?

– Он осветил пространство над головой. Три этажа, а дальше свернутые бетонные тюбинги лежали на проржавевшей решетке выломав несколько прутьев, а это значит ствол шахты, через которую он попал сюда, нелепо размахивая руками, по всей видимости, плотно завалило. Каким-то образом он умудрился пролететь два последних пролета лестницы. И можно было считать чудом, что после падения он не переломал себе руки и ноги. Повернулся и луч наткнулся на узкий туннель, Клим тяжело вздохнул и встал на ноги. Стоял несколько минут пошатываясь пережидая когда успокоятся «мухи» в глазах которые резвились там по полной программе. А еще через мгновение он уже шагал неровной походкой по узкому проходу который вывел его к странной конструкции из бетонных плит, стоявших вертикально, между которых были уложены трубы с каким-то наполнителем, возможно какое-то гигантское фильтрующее устройство, посередине которого имелся проход.

Обшарпанные стены, недобро нависший низкий потолок и лужа крови под ногами.

Нужно было двигаться вперёд, попытаться проникнуть в основные туннели метро. Клим медленно и неуверенно двинулся вперёд по проходу, через десять шагов он очутился в небольшом зале где стояло устройство похожее на водяной насос, в конце этого зала он уперся в огромных размеров бронированную дверь, толщиной в пол метра приводимую в действие электромоторами. На счастье она была закрыта не до конца. В другом случае ему оставалось бы только повесится на собственных шнурках.

Прикинув, что в образовавшуюся щель он пролазит, Клим стал изображать из себя червяка, протискиваясь вперед. От напряжения боль, тупыми толчками накатывала на мозг. Наконец он оказался по ту сторону. Еще один небольшой зал и на противоположной стене два огромных вентилятора, хотя точнее сказать это было похоже на две самолетные турбины или на двух гигантских Карлсонов впечатавшихся в стену по самые пропеллеры. Точно между этими бедолагами был проход и Клим не задумываясь двинулся вперед. Дальше было еще одно фильтрующее строение, точно такие же плиты с трубами как и в начале пути. А дальше он наткнулся на решетку!

– А-а чёрт!!! вырвался хриплый возглас. – Клим ухватил рукой внушительных размеров висячий замок и с грохотом опустил его обратно. Луч света вырвал из темноты которая царила по ту сторону решётки рабочий туннель метро. А когда он увидел, что кроме висячего замка дверь в решетке заперта на внутренний замок, который отпирался железнодорожным трёхгранником, ему стало совсем худо и он опустился на пол, подперев спиной решётчатую преграду.

Силы внезапно оставили его. Был ли вообще смысл спасаться? Что его ждёт за этой ржавой решёткой? Затопленные туннели? Тысячи голодных людей? Смерть.

– Эй! – выкрикнул Клим, поднимаясь на ноги. – Что за суицид! – собственный голос задавил панику в зародыше. Он включил фонарь и отправился назад искать что-нибудь тяжелое.

Он возвратился назад к лестнице, взобрался по ней до того места где произошёл обвал и очень осторожно стал доделывать то, что не до конца сделал обрушившийся тюбинг, раскачивая надломленный металлический прут Клим через полчаса стал счастливым обладателем предмета с помощью которого можно было попробовать выбраться из западни. По дороге назад он произвёл глумление над вентилем и завладел внушительным по весу и диаметру «барашком». В итоге где-то через полтора часа обливаясь потом и держа в одной руке словно меч металлический прут, а в другой огромный «барашек» который в таком положении напоминал дырявый щит он оказался перед решёткой. Решительный вид дополнял «огнедышащий» фонарь торчащий изо рта. Выдохнув Клим бросился в бой. Он бился как лев, грохот и мат стоял такой, что казалось на него сбегутся все люди спасающиеся теперь в метро и наконец искореженный замок упал к его ногам. Клим без сил опустился на пол, с подбородка капала кровь, ужасно хотелось пить. Сколько он просидел так в темноте прислонившись спиной к решётке он не знал, может просто потерял сознание. Когда очнулся встать смог с трудом голова казалось весила сотню килограмм. Из глубины рабочего туннеля доносился странный гул, Клим по началу не понял, что происходит. Ему даже показалось, что в какой-то момент он слышал звук пистолетного выстрела. Он насторожился и прекратил работы. Через пару часов мимо него беспорядочно сверкая лучами фонарей прошла группа людей. Их возбужденные голоса еще долго слышались в темноте. Клим гадал, что же произошло, и исходил ли весь этот шум и гам с пальбой со стороны станции. С помощью прута он отогнул верхний край двери и постепенно стал двигать его вниз к внутреннему запору. Когда ему это удалось он с разбегу врезал в район замка ногой, запор выскочил, металлический прут с лязгом упал на бетон. Но дверь открывалась во внутрь и теперь Климу опять пришлось буквально просачиваться в небольшую щель, только на этот раз он снял куртку и свитер.

И вот через мгновение Клим стоял в овале туннеля. Тонкие ниточки рельс, отшлифованные до блеска сотнями тысяч колёс, радостно бликовали даже в скудном свете фонарика. Сориентироваться было очень сложно. Немного подумав и хмыкнув не опухшей половиной лица, он бодро зашагал налево.

Клим решил дойти до ближайшей станции и если он на правильном пути то окажется на Финбане, а там посмотрев, куда он попал, в какой дурдом, можно было решить, что делать дальше.

* * *

Пока Клим не чувствовал голода, но знал, что рано или поздно ему захочется есть, а главное пить. Вот тогда и начнётся самое весёлое. Опять же батарейки в фонаре не вечные.

Впрочем, пить хотелось уже прямо сейчас. Он продвигался вперёд, подсвечивая себе фонарём или осторожно касаясь толстых кабелей на стене в кромешной темноте.

Вскоре впереди замаячил слабый свет. Глаза и без того привыкшие к темноте различили стоящую на путях электричку. Добравшись до первого вагона, Клим убедился, что в вагонах никого нет, двери открыты. Валявшиеся повсюду пакеты и сумки, а кое– где и предметы гигиены, натолкнули его на мысль, что люди просто панически высыпали из вагона в туннель, забыв обо всём. Вдруг навалилась усталость, в голове стало пусто.

Клим тяжело опустился на мягкий диван сидения, может быть в первый раз, осознав, что произошло. Нет той прежней жизни, нет ничего! Даже если предположить, что уже давно морально готовишься к судному дню, то, сидя в пустом составе метро среди остатков цивилизации в виде одноразового бритвенного станка, вывалившегося из полиэтиленового пакета. В тишине, от которой ломит в ушах. Приходит понимание, что людей, которых ты знал, возможно, нет в живых. Всё что знал и любил, осталось только в воспоминаниях.

Чтобы не жалеть себя и не лечь умирать в этом вагоне. Он стал думать о дальнейших действиях, которые смогут максимально продлить жизнь.

Нужно было собрать всё, что валяется, а потом отобрать все полезные вещи, если повезёт можно найти и еду. Но первым делом Клим стал осматривать содержимое своих карманов, самыми полезными оказались фонарик и складной нож с синей прорезиненной рукояткой, коробка спичек полученная в магазине на сдачу. Не густо – подумал Клим и принялся собирать брошенные вещи. Через пол часа он собрал все находки в составе. Две с половиной буханки хлеба, грамм триста о сыра, одна двух литровая и одна полторалитровая бутылка минеральной воды, две пачки макарон, блок сигарет , бутылка водки, три банки «сайры» мыло хозяйственное и туалетная бумага, это были основные находки, не считая различных мелочей. Не густо! Покидав все находки в черную спортивную сумку, и собрался уходить дальше. Взгляд его упал на одиноко лежащий, на полу, черный ком.

Это оказался длинный плащ, подумав, он сунул его в сумку и спрыгнул в туннель.

По объемному гулу впереди он определи, что находится вблизи станции. Выключив фонарь, он понял, что может различить дорогу. За поворотом ему открылся немного жутковатый вид. Привыкнув за эти часы к темноте, ему показалось, что туннель прямой стрелой вонзался в багровый свет. Ему почему-то стало страшно, страшно встречаться, с себе подобными. Он не знал, что ожидать от них, но пройти нужно было по любому.

Клим рассчитывал дойти до конечной станции. И переждав недельку пока хоть немного спадёт смертельная радиация, выбраться на поверхность и попытаться налегке совершить семидесяти километровый бросок на северо-запад от города, где находилась его семья. Годов жизни это не прибавит, но сидеть, жрать крыс и медленно умирать в одиночестве…

К тому же хотелось эффектно появится в дыму и в огне, до задницы напичканным радиацией, и, выдавливая слезу счастья, свалится в объятья родным и близким и умереть на месте. Клим хмыкнул. Хотя это делать было всё труднее и труднее из-за раздутого лица. Если не обработать его как следует, то можно умереть раньше, чем он рассчитывал. Вперёд и вперёд, как завещал великий… Подойдя к границе света, он затаился и стал рассматривать происходящее на станции. Пришел по назначению перед ним раскинулся багровый Финбан. Первое чему он поразился, было просто огромное количество народа, здесь было битком. Люди сидели даже на путях.

-Внимание!– разнёсся голос, усиленный мегафоном. Повторяю всем соблюдать спокойствие.

Видимо это повторялось уже неоднократно, потому, что никто не обратил на призыв никакого внимания. Из чего Клим заключил, что ситуацию никто не контролировал и человек с мегафоном был не готов к такой ситуации и повторял первые строчки инструкции которые наверняка должны быть у каждого начальника станции. Но

реальность была настолько ужасна, что не каждый человек вынесет огромный груз ответственности, который сейчас висел тоннами грунта над одной единственной головой.

Клим уже шагнул на свет, когда голос заговорил вновь.

-На этой станции имеются запасы продовольствия, медикаментов и воды, одеяла и матрацы, всё, что нужно для выживания…

Нет это далеко не всё, чтобы выжить– подумал Клим пробираясь между телами людей на лицах которых появился интерес.

– Если среди вас имеются врачи, военные и работники милиции просьба подойти к эскалатору. Голос был совершенно другой, не тот который говорил про одеяла и подушки.

Это была уже серьёзная заявка на установления и поддержания порядка, если объединить людей по службе своей привыкших к дисциплине, можно поддерживать её хотя бы при раздаче продовольствия и не допустить массовой паники. Ход был верный.

-Вам не кажется, что мы все здесь умрём, ? Клим с удивлением повернул голову вправо. Снизу вверх на него смотрел плотненький дедок в костюме, запачканном штукатуркой.

– Очень даже кажется – не зная зачем ответил Клим, просачиваясь в перед.

Наконец он вступил в темноту следующего туннеля который ещё ближе приближал его к конечной станции. Уже не было той дрожи в коленях, какая была в начале пути. Он хотя бы знал, что ему нужно, пока знал. Через полчаса впереди замаячил дежурный свет ещё одной электрички. Подойдя ближе он заметил тени двигающиеся внутри вагонов. Клим предпочёл бы не встречаться с людьми в таком месте. Поэтому он выключил фонарь и стал медленно продвигаться вперёд.

Вдруг нога упёрлось во что-то мягкое…

Внутренности обдало холодной волной. Приглядевшись, он различил на земле силуэт человека и этот человек был мёртв.

Перешагнув через тело, он пригнувшись стал пробираться вперёд к первому вагону. Здесь на рельсах лежал ещё один труп, на этот раз он был хорошо освещён и Клим увидел форму сотрудника милиции, всё лицо и грудь была залита уже почерневшей кровью.

– Я почувствовал силу когда мы завалили того мента– раздался бесцветный голос из вагона. Клим замер.

– Не гони Клоп, просто пришло наше время– резкий запах мочи и немытого годами тела ударил в нос Климу, когда говоривший подошел к открытой двери.

бомжи подумал он.

– Обоснуемся здесь, пока. –произнёс стоящий у двери. Чем больше на станциях перемочат друг друга тем лучше для нас, будет чем поживится.

– А хавать, чё будем? – прогнусил третий голос.

– Тебе-то не всё равно, чё жрать!? Водяной. Ты же ПТУ закончил на кондитера. Крысу вон приготовь.

– Да вон ментяру захаваем!

Клима передёрнуло. Вот суки!

– Лучше бабу, ну ту которую у светофора, она помясистей будет, чем этот костлявый. – опять голос гнусавого.

– Она уже долго лежит, да и жрать я её не буду после того, что ты с ней сделал– хмыкнул стоящий у дверей.

Внутри вагона заржали.

– Ладно сходи с Клопом разделай, а мы костерок заделаем…

Клим понял, что нужно уходить, хотя его так и подмывало перебить этих тварей, но что-то заставило его обойти вагон и двинутся вперёд, подальше от этого места. Он даже не хотел думать, о том что они собрались есть человечину. Одно это вызывало отвращение и тошноту.

Вскоре состав закончился и Клим почти с облегчением окунулся в темноту. Не успел он отойти на несколько шагов как за спиной послышался крик возмущения

– Что же это вы делаете, негодяи!!! шум возни и нечленораздельные звуки, потом грохнул пистолетный выстрел, крик боли.

Ну, уж нет суки!! мысленно взвыл Клим и бросился назад. Он летел вперёд, а ярость толкала его ещё быстрей.

– Пошли вон – негодяи!!!

– Не стреляй! Береги патроны.

– Да режь ты ему глотку! Режь!– чтоб заткнулся!

Пулей вылетая из-за вагона Клим как при замедленной съемке отметил, что двое навалились на кого-то, третий держит ноги, а четвёртый стоял на колене и держался за глаз.

Не останавливаясь, с нечеловеческим рыком Клим влепил ногой тому кто держался за глаз превращая и без того безобразное лицо в кровавое месиво. Без звука тот свалился на спину. Молниеносно развернувшись Клим столкнулся с тем кто секундой назад держал неизвестную жертву за ноги. Раскрытой ладонью снизу вверх по носу, ладонями по ушам и резкий удар ногой в печень с грохотом опустил его на грешную землю.

Оба оставшихся с пронзительными криками бросились на него, справа мелькнул холодный блик ножа. Но один тут же грохнулся на рельсы, лежащий схватил его за ногу.

Тот, что с ножом размашисто и неумело пустил его в ход. Шаг в сторону, захват кисти и нож, молнией сверкнув в темноте по рукоятку ушёл в грудь нападавшего, тело со страшным, последним криком упало на колени. Последний высвободил ногу и бросился бежать. Но Клима уже это не могло устроить и в три прыжка он нагнал подонка.

Схватив за шиворот грязной одежды, он со всего размаху грохнул его об электричку.

Потом развернул и заглянул в лицо, он очень был похож на жабу.

– Не убивай! – прокричал, прогнусавил он!

– А Кондитер! Не своим голосом прошептал Клим…

Тело потряхивало от переизбытка адреналина, когда он возвращался. Оба оставшихся в живых гада валялись без сознания. Осветив фонарём жертву, он с удивлением признал в нём того дедка со станции, нет, несмотря на огромный синяк под глазом и запачканное кровью вперемежку с грязью лицо это был он.

– Ну как, в порядке, дедуля?– осведомился Клим обыскивая Бомжей.

– Относительно . Вы, что убили этих людей?

– Пятьдесят на пятьдесят.

– Это ужасно!

– Если вы забыли, то могу напомнить, что минуту назад они хотели, как минимум перерезать вам горло, а в последующем наверняка и съесть. Клим наконец отыскал пистолет и запасную обойму– это был Макаров, скорее всего он принадлежал убитому милиционеру. И сунул его за пояс.

– То есть, как это съесть?

– Да вот так, зажарить и съесть. Нет скорее всего запечь на углях. – добавил он после секундной паузы.

– А я подумал, что они раздевают труп этой женщины, чтобы надругаться над ним…

– Они уже сделали это, насколько я слышал из их разговоров. Клим связывал нелюдям ноги и руки. Запал прошёл, и убить просто так он уже их не мог. Но бросить в туннеле связанными, мог вполне. Хотя это было наверное одно и тоже.

– И вообще, что вы здесь делаете?

– Тоже, что и вы, – спасаюсь от ядерной бомбы.

– Нет, вот именно в этом месте, вы, что следите за мной?

– Знаю, что вы думаете ! Вы наверняка поступите как в тех боевиках, в одиночку будете спасать мир.– шустрый дедок, поднялся с земли стал отряхиваться.

– Да боже упаси! С чего это…– Климу почему-то начинал нравится этот дед.

– Кажется этот подонок пристрелил меня – ненеожиданно произнёс он.

Клим вскочил на ноги.

– Куда?

– В руку!

– Пошли в вагон посмотрим. – предложил Клим.

Рана оказалась поверхностная, просто большая царапина. Тем немение дед плотно сжимал губы, и щурился не заплывшим глазом, пока Клим перевязывал рану обрывком его собственной рубахи.

– Почему всё вы пошли именно за мной?

– Понимаете, каждый человек в минуты опасности подвластен своим животным инстинктам и каждый разумный человек старается эти инстинкты либо подавить, либо использовать разумно или отдаться в их власть полностью как эти– он мотнул головой в сторону связанных злодеев. – спокойно ответил Дед.

– Ну и чем же я вас так поразил, что вы бросились от кормушки, чёрт знает куда?! За неизвестным вам человеком.

– Ну допустим в людях я разбираюсь, пятый десяток подходит к концу!

– И все-таки… – не унимался Клим.

– Когда все сидели и ждали, вы шли вперёд. – просто ответил он.

Клим раскрыл, было, рот…

– И не надо говорить, что ваше целенаправленное продвижение в туннель вызвано, давлением в мочевом пузыре! – поморщился этот удивительный дед.

Клим с трудом сдержал смех, который рвался наружу, так как только, что и хотел это сказать.

– Ну, так, что берёте меня в напарники? Я не буду обузой, для вас.

Ну, что было делать?

– Меня зовут Клим.

– Петр Васильевич.

Они пожали друг другу руки.

– Ну, пошли, Пётр Васильевич.

– В путь.

– Петр Васильевич?

– Да.

– А что вы сделали тому злодею?

– Дал ему в глаз!

Оба нервно рассмеялись. И медленно двинулись вперёд, оставляя за собой мычащие свертки.

– Если честно, то я не рассчитывал так быстро найти себе попутчика. – произнёс Клим.

– Всё это судьба! И я в неё верю. И как я сказал, ещё пригожусь Вам Клим.

– Без всякого сомнения. – ухмыльнулся Клим.

– Я был не далеко от станции слышал выстрел, а потом прошла толпа людей, что произошло? – Клим обернулся в сторону Петра Васильевича.

– Бандиты какие-то, застрелили начальника станции, за что не знаю далеко было от меня. Потом забрали ещё кого-то из работников метрополитена и ушли в туннель в сторону Финлянского вокзала.

Когда впереди появилось зарево Выборгской, какое-то предчувствие остановило его. Он долго вглядывался и вслушивался в этот свет, но ничего уловить не мог. Подойдя, ближе он понял, что только крайняя необходимость может заставить осторожного Клима пройти через станцию немедленно.

Впереди творилось, что-то невообразимое.

Насколько хватало глаз, эта станция была забита людьми настолько, что, стоя они, занимали каждый метр полезной площади. Такую давку Клим видел только в консервной банке и на фестивале бега, когда раздавали бесплатные футболочки с логотипом этого фестиваля.

И никто не шёл в темноту туннеля, все как мотыльки кружили вокруг лампочки.

При этом мотыльки были очень агрессивны и напуганы. Умудряясь в такой давке врезать друг другу по морде. Попробуй сейчас толкни кого-нибудь… но идти надо!

– Извините…

– Простите…

– Разрешите? Они буквально по сантиметру протискивались вперёд.

– Куда прёшь!? – резкий пронзительный визг неприятно резанул слух, женщина с позеленевшим лицом, яростно попыталась оттолкнуть Клима от себя.

– Извините– он старался сделаться невидимым в этой толпе, как будто стоял в строю перед сержантом, который обводил взглядом стройные ряды новобранцев в поисках достойнейшего, для выполнения ответственной работы по уборки туалета и думал, что этот взгляд точно остановится на нём, как будто на лбу у него было огромное сияющее клеймо и старался усилием мысли увести этот взгляд куда подальше. И как нестранно почти всегда ему везло. Почти всегда.

Дед , как прозвал про себя Петра Васильевича Клим крепко держался позади и не отставал. Молодец.

– Что делать… , …мама, хочу есть и … , …когда погаснет свет…, …мы умрём… – обрывки фраз со всех сторон сливались в какие-то предложения, фатального содержания.

Интересно сколько они будут так стоять? Думал Клим, может их надо подтолкнуть?

Только кто его послушает, харизмой не вышел.

Никаких конфликтов при прохождении станции не возникло. Наверное всех отпугивала, или вызывала жалость его распухшая, покрытая коркой засохшей крови физиономия.

Входя в туннель, Клим заметил впереди несколько силуэтов удаляющихся от станции.

Кому-то тоже не хотелось умирать в консервной банке.

– Привал, махнул рукой Клим и удобно устроился на рельефном выступе, бетонного щита.

Света идущего от аварийного освещения станции было достаточно, чтобы сносно видеть вокруг.

– Вы думаете, Клим, что мы сможем беспрепятственно покинуть это подземелье?

– А, что же нам может помешать?

– Ну например– природные явления, катаклизмы которые последовали за… за…

– У меня такое ощущение Пётр Васильевич, что вам стыдно. Вам-то , что стыдится,

Ну, разбомбили нас какие-то козлы позорные, вот это настоящий катаклизм, что теперь поделаешь.

– Вы правы мне стыдно, стыдно за абсолютную непрактичность и безалаберность людей, взмахом указательного пальца уничтоживших цивилизацию. Пусть и зашедшую в тупик– добавил, немного подумав, Дед.

– Может потому, и уничтожили, есть всё таки люди, трезво смотрящие на жизнь– попытался сострить Клим. Неудачно.

– Пётр Васильевич, а если не секрет, чем ты занимался до…того как, философией наверно?

– Я работал в исследовательском институте, занимался получением новых видов энергий. – так будет проще и короче.

– Ну не для кого не секрет, что в глубинах исследовательских институтов, давно уже изобретён вечный двигатель, с иронией в голосе произнёс Клим.

– А кем вы работали до того как? – подозрительно осведомился Дед.

– А, что его действительно изобрели, стал давится смехом Клим, – Нет, что ПРАВДА!

* * *

«Как быстро летит время» – подумал Клим взглянув на часы.

Дорога как и положено пошла под уклон но через пару сотен метров путники остановились, туннель был затоплен.

– Твою мать! – Клим в сердцах плюнул в воду.

– Мда. – в тон ему отозвался профессор. – Интересно радиоактивная или нет?

– Как ты думаешь Василич, есть там ответвление или какой-нибудь инженерный туннель? – Клим кивнул в сторону где под нервным лучем фонаря, блестела черная, неподвижная гладь воды, пропустакая мимо ушей рассуждение Деда насчёт её радиоактивности.

– У нас нет выбора – усталым голосом проронил профессор. – Нам нужно двигаться вперед или придумывать где нам обосноваться здесь и попытаться выжить.

– Очень хорошо… – зачем-то сказал Клим.– Нужно построить какой-нибудь плот. Или попробовать проползти вдоль стены. Цепляясь за силовые кабеля.

– Я уже слишком стар для такого трюка, руки уже не те, что раньше– произнес Дед – вот лежа на диване я могу покорить Эверест… М о г. – Где теперь мой диван…– с сожалением добавил он.

Они двинулись в обратном направлении в поисках предметов из которых можно будет «сколотить» нехитрое плавсредство.

Но при всей силе, которая заставляет русских людей разбрасывать мусор вокруг себя и по широте душевной оставлять после гра ндиозных строительств грандиозные свалки приличных еще стройматериалов, в туннеле не было ни первого ни второго.

Хотя следы свежего строительства угадывались на каждом шагу.

– Да чтоб вас всех!!!… – от голода уже сдавали нервы. Клим остановился чтобы успокоиться. – Хоть бы пивную бутылку оставили.

– Пластмассовую– добавил Дед.

Клим повернул голову и посмотрел на него сквозь темноту. Он так и не понял, шутит Дед или нет. В любом случае он молодец, держался достойно.

Шагов через двадцать справа показался узкий проход, точнее «пролаз» .

– Подожди меня здесь –произнес Клим. – Только я тебя умоляю не уходи никуда. Я посмотрю куда ведет этот туннель и вернусь.

Дед без разговоров опустился на пол туннеля.

Клим двинулся вперед. Ширина этого ответвления была такова, что он мог достать обе стены расставив руки. Толстые канаты бронированных кабелей уходили вдоль этих стен. Появилось мимолетное ощущение, что он находится в чреве гигантского телефонного кабеля. Через сто шагов туннель стал сужаться, а кабелей и отдельных проводов стало больше. Туннель стал круто забирать вправо, что не мешало планам Клима. Он надеялся , что этот кабельный колодец проведет их минуя затопленный участок.

Пока, что он двигался в нужном направлении, правда пробираться вперед было все трудней.

Вдруг, что-то живое упало ему на плечи. Клим похолодев изнутри, с криком сорвал с плеча волосатое чудовище, которое с визгом вцепилось в рукав толстой кожаной куртки, луч закрепленного на строительной каске фонаря высветил живность в руках Клима– это оказалась здоровенная крыса, он резко, так, что свело мышцы , отшвырнул ее от себя. Крыса оторвалась и кувыркаясь в воздухе, противно визжа скрылась среди проводов.

– Фу мерзость!!! – чуть не обделался от страха! – в слух возмущался Клим.

Сделал шаг и почувствовал сильный удар в ботинок.

– А!! Черт! – он пинком отправил еще одну здоровенную, размером с небольшую кошку, крысищу вслед за первой. Пространство не позволяло быстро двигаться, Клим как мог вертел головой во все стороны. Он мог поклятся, что в луче фонаря, среди проводов он заметил как минимум дюжину, голодных, умных, глаз– бусинок.

Пора было отступать. Клим медленно стал пятится назад.

Вскоре он увидел Деда, при его приближении героический старик поднялся с пола. – Ну как? – осведомился он.

– Проход вроде бы есть, но я точно не могу сказать, так как я до конца не дошел. – Там в-о-о-т такие крысы. – Клим развел руки в стороны, как заправский рыбак показывающий явно преувеличенный размер пойманной рыбы.

– Мутанты. – заключил Дед.

– Что-то вроде того– усмехнулся Клим, брезгливо потирая рукав куртки где на ощупь ощущались отметины от острых резцов крысы.

– Лучше идти вдвоем.

До места, где крысы атаковали Клима они добрались довольно быстро. Клим держа в руке складной нож пробирался вперед, профессор грозно сжимал черенок от сломанной лопаты, который он подобрал у входа.

На этот раз на них не накинулись крысы, но появилась еще одна проблема. Колодец раздваивался. Клим решил держатся правее, ближе к основному туннелю. Идти стало немного посвободней.

Вскоре дорогу им преградила металлическая дверь, которая выглядела герметичной. Скорее всего это была предосторожность от затоплений ремонтных туннелей. А может еще для чего-нибудь.

– А если там вода ?– Дед показал на дверь палкой.

– Наврятли. – Клим ткнул пальцем на металлическую трубу которая выходила из стены у самого пола со стеклянным смотровым окошком. – Хотя может этот своеобразный датчик и не работает, он схватил двумя руками за рукоятку запора.

– Только выбора у нас нет. – запор со страшным визгом открылся. Вода действительно была, она хлынула в образовавшийся проем бедным потоком. За дверью воды было примерно по щиколотку. Шаг за шагом вода поднималась, через полсотни шагов дошла до колен. Следующая дверь оказалась открыта, уровень воды остался тот же. Черная вода бурлила под равномерными шагами, Клим стал замечать, что луч исходящий из фонаря заметно потускнел. – Плохи дела. – пронеслось в голове.

По всей видимости эта ветка инженерного туннеля была заброшена. Справа тянулись пустые полки на которых по всей видимости раньше были уложены кабеля.

Изогнутые куски покрытых толстым слоем ржавчины труб, словно инопланетные растения, вырастали из воды. С потолка свисали остатки кабелей связи. Когда-то уложенный на полу настил из досок давно прогнил, ноги то и дело попадали в образовавшиеся дыры или скользили по оставшимся доскам. Требовалось соблюдать чрезвычайную осторожность чтобы не повредить ноги. То и дело тишину нарушали непристойные возгласы, советовавшие что-нибудь сделать с какой-то матерью.

Особенно забавно было– это слышать из уст пожилого профессора.

Вскоре этот опасный участок закончился дверью, которая была открыта на одну треть и все попытки сдвинуть с места приржавевший металл до конца, не увенчались успехом. Пришлось протискивать свои тела вперед. После чего они оказались в квадратной комнате размером примерно пять на пять метров. Вдоль стен стояли металлические ящики всевозможных размеров, с торчащими во все стороны проводами. Клима заинтересовали два инструментальных ящика которые стояли у стены слева. Откинув легкую дюралевую крышку он обнаружил на дне множество проржавевших гаечных ключей, поорудовав рукой он выудил сначала плоскогубцы, а затем две прилично сохранившиеся отвертки и сунул их в сумку. Второй почему-то оказался под завязку набит ржавыми гвоздями.

– Давай передохнем Василич и за одно перекусим. – Предложил Клим. – Тем, что у нас есть. –Через секунду добавил он порывшись в сумке среди скудных запасов

– Это было бы как раз кстати. – отозвался профессор.

– Бывали случаи– продолжил Дед уплетая кусок зачерствевшего хлеба. – что люди от голода сходили с ума и ели себе подобных. Был случай в Америке когда футбольная команда разбилась в Андах и …

– Знаю я про этот бред. – перебил Клим. Кучка идиотов которые находились в нескольких днях пути от людей стали охать и молится при этом умудряясь поедать умерших товарищей вместо того, чтобы поднять свою задницу. А потом они так сожалели об этом. Их нужно было в клетку сажать, а не фильмы снимать. – он был явно раздражен. – на лучше хлебни. – Клим протянул деду пол литра.

Дед отрицательно замотал головой. Клим пожал плечами и опрокинул обжигающий напиток в желудок, поморщился, занюхал рукавом.

– Но вы Клим, не попадали в такую переделку и ваша реакция, как и реакция любого человека неизвестна.

– Да вот Вам и переделка– Клим развел в темноте руками– но будьте уверены! Я не стану есть человечину!

– По моему надо прекратить этот неприятный разговор – промолвил Профессор.

Оставшиеся крохи доедали молча. Потом дошла очередь до глотка чистой, драгоценной воды, которой тоже осталось немного.

– Ладно. –Клим встал, предательски хрустнули затекшие суставы.

– Продолжим.

Через несколько десятков шагов вода поднялась до пояса.

– Стоп. Профессор уперся в спину Клима.

– Придется строить плавсредство, у меня нога не достаёт до дна– пробормотал он.

– И что делать теперь? – невозмутимо спросил Дед.

– Вернёмся назад, попробуем использовать инструментальные ящики.

Содержимое ящиков с шумом плюхнулось в воду. Плотно закрыв крышки Клим просунул в отверстие для навесного замка по гвоздю и загнул их.

– Я думаю выдержит– произнес он. – Будем держатся и плыть.

– А если в туннеле утопленники, если я хотя бы ногой дотронусь до тела у меня случится инфаркт и я присоединюсь к ним.

– Тьфу ты Дед! обалдел что ли!

– Если станция затоплена то возможность столкновения с мертвым телом девяносто девять процентов.

Клим содрогнулся представив себе всплывающее вдруг около него лицо утопленника.

– Есть встречные предложения?

– Нет.

– Тогда надо идти. – Клим поволок ящик на глубину. – Скорее всего мы выберемся около станции.

Вода была неприятно холодной, особенно когда добралась до живота. Клим сцепив зубы и стараясь не утопить сумку с вещами, которая лежала на ящике, поплыл. Позади охнул профессор целиком погружаясь в черную воду.

Медленно , очень медленно продвигались вперед. Клим надеялся, что этот туннель ведет в правильном направлении иначе сил на обратную дорогу может и не хватить.

Час барахтанья в холодной воде показался вечностью, но самое главное, что не проходило стойкое ощущение движения на одном месте. Но когда до свода можно было дотянутся рукой, они оказались в основном туннеле. Потолок ребристой аркой навис над ними. Через неопределённое время зацепившись руками за кабель начинающие пятиборцы решили отдышатся.

– Интересно долго еще до подьёма? – после продолжительного молчания произнес профессор.

– Сомневаюсь я ,что-то. – не радужно обронил Клим. – Хорошо еще, что туннель полностью не затоплен. – Ладно поплыли вперёд, а то замёрзнем. Вода была очень холодная. Он зацепил рукой ящик Деда, помогая ему плыть.

Неожиданно нога ударилась во что-то мягкое! Клим стараясь не взвыть от накатившего на него отвращения и страха мотнул ногами поднимая волну на поверхности. Луч фонаря заметался в замкнутом пространстве.

– Боже мой что это !? резкий крик профессора заставил Клима повернуть голову в его сторону.

– Что такое?

– Да это же человек!!– голос Деда как-то неестественно резанул слух.

По всей видимости Клим задел ногой тело утопленника что и подтолкнуло его к поверхности. Вода за это время не пощадила человеческую оболочку. Тело раздулось до огромных размеров, глаза с чудовищно набухшими веками и огромными синими губами превратили лицо в нереальную восковую маску.

– Спокойно, с-с-покойно Василич– это всего лишь покойник– Клим попытался изобразить холодное спокойствие в голосе. Конечно если этот тоненький блеящий звук, который вырвался из его рта, можно было назвать холодным.

– Держись ближе ко мне, ближе ко мне. – Клим оттолкнул ногой труп и подтянул к себе ящик Деда. – Накаркал профессор!

– Да я, да я… – задрожал голос Деда.

– Ладно всё позади успокойся. – Поплыли отсюда.

Вскоре расстояние между поверхностью воды и сводом туннеля начало увеличиваться, а ещё через двадцать минут они без сил опустились на рельсовое полотно, которое показалось им самой тёплой поверхностью на земле.

– Василич вставай, нужно отжать одежду. – Клим встал на ноги.

– Всё, не могу. – слабо отозвался он. – Сердце. Кажется я умираю. Я бы умер еще там, но не хотел превратится в то с чем мы столкнулись.

– Ты что сдурел профессор! Как так умирать, мы же выбрались на сушу, ты что? Клим опустился на колени перед Дедом. – Сейчас подожди. – он стал снимать с него мокрую одежду, Дед не сопротивлялся, был очень слаб в добавок сказывалось долгое пребывание в холодной воде. Клим снял с него всё одежду и закутал в сухой плащ. «Нужно было раздеться, перед тем как лезть в воду» – винил себя Клим. Потом сам трясясь от холода снял с себя одежду.

Дед без разговоров выпотрошил сумку и сделал мощный глоток горючего.

– Н-нормально? – зуб явно не хотел попадать на зуб. Он опять наклонился к Деду.

– Полегче.

– Ну вот видишь. – подбодрил его Клим. – Всё будет хорошо.

– Утопленник стоит перед глазами. – дрожащим голосом произнёс Дед

– Да интересно! – произнёс Клим выжимая одежду.

– Что интересно?

– Да то, что не может утопленника так разнести за такое короткое время. – Ну сколько прошло после взрывов? Десять-двенадцать часов.

– Ну и?– Дед немного приподнялся на локте.

– Наверное рядом проходит отвод какой-нибудь подземной речушки. Может бомж какой забрёл. Вот тебе Василич и девяносто девять процентов – Клим ухмыльнулся.

– А что же тут смешного?

Клим не ответил просто пожал плечами.

– Поспи немного Василич. – обратился он к Деду, хотя это было лишним несколько секунд назад он слышал как его пожилой напарник дёрнулся всем телом, погружаясь в сон, а сам принялся отжиматься от «пола», что бы согреться. При этом ощущая себя полным идиотом, когда представил как это выглядит со стороны. Но глядеть как голый мужик отжимается было не кому, Дед тихо похрапывал, закутавшись в плащ, а кругом Клима окружала только непроглядная тьма.

Немного разогнав кровь он поднялся на ноги. «Всё же не совершенный орган– глаза человека» – подумал Клим втягивая через нос тяжёлый воздух подземелья. «Ни черта не видать».

Он сел на сумку и задумался.

«Ну и что делать?»– спрашивал он сам себя. «Это же действительно КОНЕЦ. – Он обхватил голову руками. – Жрать нечего, вода наверняка опасна для питья. Через пару дней в туннеле, их могут убить только за то, что у них есть фонарь. Нужно подниматься на поверхность, здесь всё одно –смерть…»– он сжал зубы, да так что свело челюсть и заболела рана на лице, кажется эта боль и привела его в чувство. Сколько он готовился к этому? Наверное, лет пять назад, он предполагал возможность всемирной экологической катастрофы, но представить, что кто-то из теневых правителей мира решится на самоуничтожение! При всех раскладах их деньги теперь ничего не значат, а соответственно должна быть причина. Что может подтолкнуть людей у которых всё есть к такому? Жажда власти? Новый передел земли? Или просто скука? Клим остановился на скуке. Летали же миллиардеры от скуки в космос, нам дурили головы, что полёт за пределы атмосферы доступен только физически подготовленных космонавтов, да и то не всем. А потом приходит старичок с миллионами и раз… уже наблюдает голубую планету из вакуума космоса. Так почему не пободаться между собой в такой вот нестандартной ситуации. Как не дико это звучит, но Климу это казалось наиболее приемлемой версией развязывания ядерной войны. Только то, что земля не развалилась на куски, хотя запасов данного типа оружия как известно хватило бы для того что бы несколько раз уничтожить «Шарик», а продолжала вращаться, говорило о том, что было выпущено только определённое количество смерти. Либо человечество много на себя берёт, утверждая, что может вот так запросто расколоть то, что само не создавало. Но разве Смерти бывает мало? Но задумка впрочем неплохая, для определённого количества особей вида «хомосапиенсов», хотя «сапиенсами» всё же их назвать нельзя. Цивилизация зашла в тупик– это понятно любому человеку способному видеть очевидное. Не видать нам не новых видов энергии, пока в недрах есть нефть, уголь, и это приносит определённому кругу людей прибыль, не летать в космос и не заселять Лунные и бог знает какие еще базы, потому, что восемьдесят процентов населения Земли захотели бы покинуть планету из-за распространяемой по всему миру кастрированной «Демократии» , а ведь в шахтах и на вышках нужно работать, нужно открывать двери лимузинов и следить, чтобы «Эти люди» жили безопасно и комфортно. Конечно же теперь нам всего это не видать тем более, но если в одну или несколько безумных голов, заскучавших от жизни людей пришла мысль о создании своего мира, тогда…

Клим представил возникающие на поверхности куполообразные базы, где подневольные учёные создают и воплощают в жизнь новые технологии… Стоп. Надо же как воображение разыгралось.

Клим поднялся, включил фонарь. Сначала потрогал на ощупь одежду, она была еще влажной. Не обращая на это внимание он стал натягивать её на себя. Потом подошёл к сладко похрапывающему, профессору, посмотрел на часы. С момента Начала Конца прошло 15 часов с копейками. Нужно было соблюдать надземное деление времени на день и ночь, иначе всё пойдёт кувырком.

« А ведь у меня тоже есть свой козырь. Вот лежит человек, который способен своими знаниями привести меня в будущее или по крайней мере научить как это сделать» – подумал Клим, рассматривая героического старика. Тот по детски задёргался и застонал по сне. Наверное снится кошмар, Клим наклонился на корточки и легонько потряс профессора за плечё

– Веди меня Вергилий.– как можно бодрее произнёс Клим и улыбнулся. – К светлому будущему!

– А! Что?! – поднял голову профессор.

– Вставайте профессоре, ночь еще впереди.

* * *

На подъеме через километр они наткнулись сразу на две электрички, причём одна сошла с рельс устроив полный кавардак в туннеле практически полностью перегородив его. Кое где вырывались языки пламени. Клим пробирался вперёд выискивая наиболее удобный путь. Дед следовал за ним. Почти сразу они наткнулись на то, что осталось от пассажиров этого поезда. Переломанные трупы лежали повсюду, пахло кровью и внутренностями, весь этот смрад дополняла вонь от пожара. Когда пришлось пролазить через разбитое окно, ладони и обувь скользили по крови. Клим стискивал зубы но двигался вперёд через покореженный металл и тела, как мог освещая дорогу Деду, представляя каково ему сейчас. На той стороне вагона он поднялся и осветил лаз через который должен был показаться профессор, через секунду показалась его голова, а когда свет упал на его лицо Клим понял, что тот на грани обморока. Лицо Деда превратилось в белую маску. Клим подошёл и помог подняться.

– Всё нормально? – попытался успокоить его Клим.

– Нннормально. – слабым голосом отозвался он.

Вторая электричка полностью убила надежду на свободный проход по туннелю изогнувшись словно головоломка в виде змейки. Около головного вагона Клим споткнулся о тело человека и растянулся на шпалах, фонарь выпал из рук и запрыгав по покрытию погас.

– АА! Чёрт! – выругался Клим.

– Что? Что случилось? – послышался взволнованный голос Деда.

– Да всё нормально. – Клим с трудом поднялся, пошарил в кармане выискивая зажигалку. Слабый свет замаячил в кромешной темноте.

– Стойте там. – предостерёг Клим. Сам же стал искать фонарь. Он лежал в двух метрах от места падения. Клим поднял его, осмотрел.

Вроде цел. Фонарь был светодиодный и не мог повредится от такого падения. Был случай он падал и с более внушительной высоты чем рост человека. Клим встряхнул его и покрутил цоколь, голубой свет замерцал и фонарь ожил. Потом направил луч назад. На рельсах лежал человек в форменной одежде машиниста метрополитена.

– Он живой! – воскликнул Дед.

– Да ну. – Клим не поверил и вернулся назад. Машинист и вправду подавал признаки жизни– стонал.

При внешнем осмотре никаких серьёзных ран на теле, кроме ссадин и порезов на голове и руках Клим не обнаружил. Это был мужчина примерно одного возраста с ним, небольшого роста, немного полноват, лица он толком не разглядел, оно было покрыто тёмной коркой из запёкшейся крови.

– Эй. – позвал Клим. – Эй очнись.

– А-аа. – тихо простонал в ответ машинист. Потом отреагировав на свет приоткрыл глаза. – Что? Как? – он медленно приходил в сознание.

Дед приподнял его голову. Клим вылил немного драгоценной воды в приоткрытый рот, тот жадно хватал жидкость разбитыми губами, потом закашлялся и Клим убрал бутылку.

– Как это могло случится, я же по расписанию?

«Явно бредит» – решил Клим.

– Жертвы есть? – спросил машинист и попытался подняться, но это ему не удалось.

– К сожалению есть. – ответил Дед.

– Как тебя зовут? – спросил Клим.

– Володя.

– Моё имя Клим, а это Пётр Васильевич и все мы, вместе с тобой Вова, в полном дерьме.

– Правда? – сдавлено спросил Вова. При этом его лицо приобрело такое наивное детское выражение, что Клим невольно улыбнулся.

– Чистая правда. – сделав серьёзное лицо, утвердительно кивнул головой Клим. Изо всех сил сдерживая рвущийся наружу неуместный смех. «Забавный малый».

С трудом Дед и Клим подняли его на ноги, Дед при этом заботливо отряхнул грязный и разорванный китель машиниста.

– Как же мы пройдём через ЭТО? – Клим высматривал малейшую лазейку в этой каше из металла и бетона.

– А где мы? – Вид у Вовы был немного обескураженный.

– Где-то на пути к Лесной. – ответил Клим и сочувственно посмотрел на него.

– Тогда нам назад. – Неожиданно заявил Вова. Там должно быть помещение из которого ведет скважина в глубинный коллектор.

– Клим вытаращил глаза. – Ты то откуда знаешь?

– Я в своё время тут путевым обходчиком работал после армии.

– А что это за коллектор? – заинтересовался Клим.

– Заброшенный. – просто произнёс Вова. Но ведёт он к Лесной.

– Володя! Торжественно произнёс Клим. Ты послан нам свыше! – И улыбнулся.

Прежде чем отправится в обратный путь Клим забрался в кабину и вытащил оттуда аптечку и железнодорожный фонарь. Фонарь вручил Вове. И только тогда подумал, что мог бы стать счастливым обладателем такого добра уже как минимум два раза, когда осматривал брошенные электрички.

Преодолеть обратный путь через обломки оказалось ещё труднее. Клим два раза заползал не туда и приходилось пятится назад по густо смазанным человеческой кровью внутренностям вагонов. Наконец этот кошмар закончился и они оказались перед завалом.

– Куда теперь? – хрипло спросил Клим.

Вова молча зашагал вперёд, через два шага мощный луч его фонаря словно ножом разрезал темноту.

Клим махнул рукой Деду. – Иди за ним я замыкаю. Дед спотыкаясь двинулся следом за Вовой. Шли минут двадцать но вот Вова остановился и осветил еле заметное углубление. Это был небольшой коридор который упирался в искомое помещение. Помещение на самом деле оказалось небольшой комнаткой два на два с люком в полу, который чрез несколько секунд уже валялся в стороне освободив колодец.

– Оооо.. – крикнул в темноту Клим. – Ну что же. – он нащупал первую ступень ногой, потом вторую…

Спуск прошёл удачно и троица стояла в нижнем туннеле молча озираясь вокруг.

Мрачные своды угнетающе давили к полу, посреди которого, весело журчал небольшой ручей.

– Ну и куда? – Клим обернулся в сторону Володи.

Вова качнул лучом вверх по течению. – Туда.

– Тогда вперёд.

Шли они довольно долго, и вскоре слева обнаружился точно такой же коридор как на верху. Только теперь лестница уходила ввысь. Но Вова сказал ,что есть выход практически перед станцией, а этот лаз ему не известен. Отмахав еще пару километров они наткнулись на неожиданное препятствие – пробку, которая наглухо перекрывала проход. Надо заметить что пробочка была худовата и сквозь многочисленные трещины обильно сочилась вода.

– Хрена приехали. – почесал голову Клим.

– Этого не было! – возмутился Вова.

– Придётся разведать лаз который мы прошли. – заключил обмен репликами Дед.

Они развернулись обратно. А Клим для себя отметил. Что если этот кусок тоннеля замурован и с противоположной стороны то он мог бы послужить идеальным убежищем.

Когда он первым поднялся по ржавой лестнице и поднатужившись сдвинул люк в сторону, оказался в небольшой комнатушке в которой была металлическая лестница с перилами которая вела ещё выше.

Когда все трое шумно прогрохотали по ней наверх, Клим озадаченно повёл фонарём по сторонам. Взгляд упёрся в до боли знакомую армейско-зоновскую конструкцию очка и на ряд его братьев близнецов разделённых между собой перегородками.

– Это, что постапокалиптический толчёк?

– Да это туалет. – подтвердил Вова. – Станция совсем близко.

Когда открыли входную дверь очутились на лестнице ведущей вниз, помимо двери через которую они вышли рядом находилась ещё одна, запертая на задвижку с ухом для навесного замка.

– А это что? – спросил Клим. – подёргав внушительный замок.

– Наверное для девочек. – пожал плечами Вова.

– Хорошо что для мальчиков не заперт. – Клим отпустил замок. – Наверное диггеры взламывали. – Спасибо им большое.

Луч фонаря высветил надпись между дверями сделанную красной краской по обшарпанной штукатурке: СУ– 554

– Да-аа, много их тут, если – это номер по порядку. – Клим легко сбежал вниз к основному туннелю держась за перила.

Когда подошли к прямому участку перед станцией стало сразу понятно, что пройти через станцию не удастся. Там была настоящая бойня– шум, визг женщин истошные крики детей, вой раненых. Силуэты людей метались в багровом свете аварийного освещения Подойти поближе они не рискнули.

– Что делать будем? – голос Деда опустился до шёпота.

– Прямо перед станцией есть отворот влево, туннель огибает станцию по дуге. – ответил Вова. – Но для этого нужно подойти ещё ближе.

– Что же там произошло? – в голосе Деда проскальзывали нотки страха.

– Понятия не имею. – ответил Клим. – Но не хотел бы сейчас там оказаться.

– Я бы тоже не хотел. – сдавлено произнёс Вова.

– Насколько близко нужно подойти? – спросил Клим поворачивая в темноте голову в сторону Володи.

– Метров на двадцать. – он пожал плечами. – Ну может тридцать.

– Хрено… – Клим замер. По туннелю в их сторону кто-то бежал.

Троица замерла вжавшись в стену. Через минуту мимо них падая и спотыкаясь на каждом шагу проследовала довольно большая группа людей – около дюжины. По всхлипам и рыданиям можно было определить наличие женщин.

И не одного фонаря. – отметил про себя Клим. – Куда прутся, хотя бы факел зажгли. Примерно в двадцати метрах от того места где вжавшись в стену сидели Клим со товарищами кто-то из уходящих со станции в глубь туннеля споткнулся и упал. На это никто не обратил внимание, и вскоре остальная часть группы скрылась из зоны восприятия слуха. А упавший, остался лежать, периодически издавая громкие стоны.

Дед рванулся было к нему но Клим удержал его за рукав.

– Не надо. – беспомощного нам только не хватает.

– Мы все тут беспомощные. – Забыли Клим! – он вырвался и пошёл вглубь туннеля.

Вова вздохнул, включил свой мощный фонарь и направился следом.

– Может вы тогда на станцию сходите, окажите там первую помощь пострадавшим? – крикнул им вслед Клим.

А в ответ только покачивающийся луч Вовиного фонаря.

– Тьфу! – Клим плюнул в сердцах и отправился следом. Держа наготове пистолет.

Когда он приблизился Дед и Вова уже суетились над мужчиной лет 35 роста примерно 190, худощавый и нескладный он лежал между рельсами нелепо разбросав свои длинные ноги, джинсы в нескольких местах порваны. Сквозь прорывы были видны глубокие порезы или царапины из которых сочилась кровь. Но самая серьёзная рана была на голове, у него был рассечён лоб, кровь лилась просто ручьём, мешая рассмотреть черты лица.

– Ну и что вы собрались с ним делать? – Клим направил луч фонаря на окровавленное лицо лежащего.

– У нас же есть аптечка. – просто сказал Дед.

– Конечно а потом, что мы сами будем делать – упёрся Клим. – У меня вон «физио» уже разнесло. Мне бы лучше помогли.

– Но ты же делал себе водочный компрэс? – Дед опустил голову.

– Мы должны как можно скорее и незаметней, под шумок подойти к обходному туннелю. – возмущался Клим. – Я не знаю, что там произошло, но народ очухается и валом попрёт оттуда. – Бросьте его и вперёд!

– Мы не можем бросить человека. – твёрдо как камень произнёс Дед.

– Делайте, что хотите! – Клим достал аптечку и бросил рядом с раненым. – Давайте бригаду неудачников соберём! – Он отошёл на десять шагов пыхтя как паровоз.

Дед с Вовой за его спиной начали колдовать над раненым. Участок тоннеля был прямой около шестидесяти метров потом поворачивал вправо и видимо через пятьдесят, может меньше был проход в нужный им поворот. Через десять минут случилось –то чего он опасался. Клим увидел мерцание факела, потом ещё одного люди приближались из-за поворота.

– Всё! Поднимайте его! – отходим назад в толчёк! – Он рывком поставил Деда на ноги. – Вова вцепился в раненного пытаясь поднять его.

На этот раз Клим спорить не стал и помог поднять его. Раненный еле передвигал ноги но, они успели взобраться по лестнице и запереться изнутри прежде чем их заметили.

– Останемся здесь пока. – хрипло произнёс Клим.

Вова встал и сделал то до чего Клим бы не додумался никогда. Он повернул выключатель. И аварийная лампа на потолке полыхнула огнём, заливая все неприятным багровым светом.

– Ого! – только и смог произнести Клим. – Может тут и вода есть. – он встал и с надеждой повернул кран в положение «Открыто». На этот раз не повезло. Воды не было.

– И на том спасибо. – Клим щуря глаза посмотрел на тусклый плафон, потом опустил глаза вниз. – Ну что как там наш больной?

– Наверное сотрясение. – предположил Вова. – Он немного стёр с лица раненого кровь и как мог перевязывал ему голову.

Клим устало опустился на холодный пол. – Мне потом окажите милость – смажьте йодом мой «итерфейс». – он обвёл пальцем своё лицо, и устало закрыл глаза.

Когда Клим разлепил веки то обнаружил, что все его спутники спят вповалку на кафельном полу. Посмотрел на часы – утро. Утро новой подземной эры человечества. Вот так– подумал Клим и тяжело вздохнул. – придётся просыпаться среди умывальников и сырости, каждое утро изо дня в день, пока не умрёшь. Интересно где тут мёртвых закапывать? Взгляд непроизвольно упёрся в нового знакомого, грудная клетка которого старательно вздымалась к верху, давая Климу понять, что искать место для похорон тела ещё рано.

Он отвёл взгляд, почувствовал, что его собственная боль немного отступила. Наверное пока спал рану обработали и именно йодом судя по тому как стянуло кожу.

Потом прислушался к обстановке за металлической дверью. Тишина,

Клим медленно поднялся и отправился в дополнительный экскурс по СУ – 554. Ничего нового он не обнаружил, покрутил вентили, подвигал заслонки. Воды не было. Разочаровавшись Клим обновил по маленькому, одно из очек туалета.

– Подьём братцы! – бодро прокричал Клим. – И критически окинул взглядом слабые попытки проснутся, его товарищей по несчастью.

– Ооо Шайзе… – подал голос раненный.

Клим застыл с открытым ртом, а Вова мгновенно открыл глаза.

Раненый медленно приоткрыл веки.

– Во ист хир ди нэкстэ…. – глаза его вылезли из орбит, когда он узрел склонившуюся над ним опухшую, с такими же выпученными от удивления глазами, физиономию Клима. – Ууу бан шштацьон…. – закончил он заикаясь и совсем тихо.

– Ай! – Как-то по детски вскрикнул незнакомец и осторожно потрогал свою забинтованную голову.

– Полный цум тофель. – заржал Клим. – откидываясь назад. – Только немца нам не хватало в нашей тёплой компании.

Незнакомец съежился и выжидательно посмотрел на него.

– Немец, что ли? – спросил Вова.

– Да, да. – закивал головой немец. – Берлин.

– Ну конечно. – Кивнул головой Дед. – Откуда взяться тут немцу как не из Берлина.

– Говоришь по русски? – Вова явно взял переговоры с иностранным гражданином в свои руки.

– Да, корошо говорю. – попытался кивнуть головой Немец.

– Гут! – Клим опять наклонился вперёд. – Меня зовут Клим, это Вова – служитель подземного культа метрополитена. – Вот этот серьёзный мужчина в костюме, Пётр Васильевич – Профессор и уважаемый человек. – Как тебя зовут?

– Алекс Берг. – строительная компания «Бункер 56». – в Россия по делам компании.

– Ну не переживай. – Клим сочувственно похлопал Берга по плечу и заорал как будто перед ним глухой человек. – В Берлине сейчас наверное такой «убанштацьён» – мама не горюй.

– Это переводится как «станция метро», по моему. – шепнул ему на ухо Дед.

– Да какая разница. – отмахнулся Клим. – убанштацьён он и в Африке убанштацьён.

– Так что произошло на станции?– задал мучивший всех вопрос Дед.

– Как всё начиналось, я не видел. Всё происходил на противоположном конце платформ. Мне кажется, что все началось с того, что люди начали устраиваться лежать.

– Что? – Клим пока не мог привыкнуть к акценту Берга.

– Мало мест. – Берг развёл руками. – Много людей.

– А понятно. – кивнул головой Вова. Из-за места под солнцем друг-другу морды бить стали.

– Да. Бить морда. – подтвердил Берг. – Но когда открыть дверь, где запас! Люди стали туда лезть. Другие не пускать. Потом убивайт. А я бежать.

– Значит обстановка примерно такова. – Заключил Клим. – Кто сейчас рулит на станции не известно. Скорее всего тот кто оказался сильнее. Суваться туда не имеет смысла, даже если конфликт исчерпан.

– Особенно если можно обойти. – вставил Вова.

– Точно! – согласился Клим. – Поэтому. – он посмотрел на часы. – Сейчас раннее утро, перекусываем и выдвигаемся.

Перекусили банкой консервы на всех, сделали по глотку воды.

– Ну с богом. – Клим отодвинул защёлку и выглянул наружу.

В туннеле царила мёртвая тишина. Он выскользнул на лестницу и махнул рукой остальным. Быстро спустившись они на пределе скорости бросились к повороту на станцию. Около изгиба туннеля они выключили фонари, сбавили скорость и тяжело дыша продолжили движение медленно шаг за шагом. Наконец можно было разглядеть станцию.

Как раз в тот момент два человека скидывали с платформы мертвое тело, держа его за руки и за ноги. Дверь про которую говорил Берг, оказалась одной из тех, что всегда привлекают взгляд, когда стоишь на платформе в ожидании электрички. Двери, которые порождали массу слухов и догадок о том, что они скрывают. Так вот, одна была открыта, и с платформы к ней был переброшен настил из досок. Людей было значительно меньше чем на тех станциях, которые остались позади.

Как только «похоронная команда» отошла от платформы, Клим махнул рукой и сам рванул с места, подавая пример остальным. Через минуту они окунулись в темноту обходного туннеля.

Только метров через шестьдесят они, тяжело дыша, перешли на шаг.

Пройдя ещё столько же, они наткнулись на электричку. Видимо она была пуста изначально, так как все двери состава были закрыты, за окнами вагонов царил мрак. Клим забрался на прицепное устройство и уже примерялся раскокать стекло ржавыми плоскогубцами, как Вова окликнул его.

– Пообожди Клим, у меня ключи есть. – Он протянул Климу набор машиниста, состоявший из двух предметов в связке, один из которых был трёхгранный универсальный ключ.

Тот молча кивнул и забрал ключ. В кабине фонаря не было, но содержимое аптечки перекачевало в сумку Клима.

Он обшарил все остальные кабины состава, но больше ничего полезного не нашёл. Через полчаса он тяжело спрыгнул на шпалы. Кусок сайры за это время успел целиком растворится в желудке. Страшно хотелось есть и пить, болела голова. Посмотрев на мрачные лица спутников, Клим убедился, что у них примерно те же ощущения.

Он вздохнул и побрёл вперёд. Остальные цепочкой последовали за ним. Вскоре они оказались у выхода в основной туннель. Клим осторожно выглянул в сторону станции. С этой стороны до платформы было довольно далеко. Они без помех вышли и направились в сторону «Мужества».

– Куда мы всё таки идём? – наконец развеял давящую тишину Вова.

– Как можно ближе к поверхности. – ответил Дед. – Чтобы проще было выбраться потом. – Видал чего на станциях творится?

– Видал. Но мы без еды не продержимся и нескольких дней, если от обезвоживания раньше не умрём. – с ноткой тоски в голосе ответил Вова.

– Ну в крайнем случае на Гражданке прибьёмся к местным. – сказал Клим и подумал. «как быстр люди стали в метро местными».

– Ага если примут. – фыркнул Вова.

– Да ладно Вова. – придумаем что-нибудь. – попытался успокоить его Клим.

В луче фонаря мелькнул овал отходящего в право туннеля.

– Наверное перемычка между встречными туннелями. – пояснил Вова.

– Ну тогда нам наверное прямо. – Клим не останавливаясь, зашагал дальше.

Через сто метров туннель раздался в стороны и вверх, образно напоминая желудок удава только что, сожравшего добычу. В этом случае добыча должна быть размером с атомную подводную лодку. Для чего это было сделано, Клим так и не понял.

Шли довольно долго, может сказывалась усталость и вынужденное голодание. Туннель больше не показывал чудес и дырок, был однотонный и прямой. На подьёме он слегка изогнулся вправо. Клим первый заметил маячивший в сотне шагов впереди мерцающий свет и выключил фонарь. На путях стояла очередная электричка. Но на этот раз там уже кто-то хозяйничал в полный рост. Из-за вагона показался человек с факелом в руке и встал прямо посреди туннеля. Зарево факела осветило неясную фигуру, а вагон за её спиной выглядел как живое доисторическое чудовище.

– Кто такие? – выкрикнула фигура. Мерцание света в вагонах прекратилось.

Клим от удивления изогнул брови. Оказывается их увидели раньше.

– Люди! – крикнул он в ответ, обернулся и тихо приказал остальным прижаться к стенам. Когда шуршание за спиной улеглось Клим, поправил за ремнём Макаров, включил фонарь и спокойно направился к незнакомцу.

Не дойдя пяти метров, он примирительно опустил луч фонаря в ноги незнакомцу.

– Откуда будешь? – спросил он.

– С Выборгской. – Ответил Клим, внимательно разглядывая собеседника. Это был мужчина лет тридцати пяти, среднего роста, атлетического телосложения, одетый в камуфляжную форму, на погонах Клим разглядел капитанские звёздочки, голова была гладко выбрита, а бычью шею обвивал «тельник». Он стоял, расставив ноги на ширину плеч, левую слегка выдвинув вперёд, и в свою очередь спокойно разглядывал Клима.

– Далеко забрался. – Кивнул головой капитан.

– Всего-то через одну остановку. – усмехнулся Клим, а в голове замаячили строки из известной когда-то песни: «…а я люблю военных, красивых здоровенных…»

– А как через Лесную прошёл?

– Там обходной туннель есть. – честно признался Клим.

– Что нужно на Мужества? – задал очередной вопрос Капитан.

– Ну в идеале, поесть, попить и поспать. – попытался схохмить Клим.

– Всё возможно. – на полном серьёзе ответил Капитан. – Блинов!!! Неожиданно гаркнул он. Клим напрягся. А из-за вагона выпрыгнул ещё один военный, на этот раз молодой светловолосый парнишка лет девятнадцати.

– Проводи человека к полковнику.

– Вообще-то я не один. – Клим слегка приподнял фонарь.

Теперь напрягся Капитан.

– Сколько с тобой? Кто такие? –

– Ты ещё: «Сколько лет?» – спроси? – с иронией ответил Клим. – Четверо нас. И все добропорядочные жители подземного царства.

– Не умничай, братан. Здесь все умные. – Зови остальных.

Клим развернулся и пошёл назад. Своих спутников он обнаружил там же, где оставил, старательно сливающихся с местностью.

– Ну что пошли?

– А что там? – Вова даже не двинулся с места.

– На Мужества по всей видимости рулят вояки, предлагают встретится с главным. – Полковником! – Клим торжественно поднял палец верх. – Ладно всё пошли. Подьём.

Его спутники нехотя отлепились от стен и зашагали вслед за Климом.

Капитан окинул компанию острым взглядом.

– Следуйте за бойцом. – махнул он рукой в сторону рядового.

Они молча протиснулись мимо электропоезда, в составе копошились ещё несколько человек, а последний вагон вообще был отцеплен. Через пару сотен шагов показалось тусклое пятно станционного освещения. Но только поднявшись по лесенке на платформу Клим понял, сколько же там народа. Станция была открытой – одна гигантская платформа. И вот на этом огромном гранитном плато расположились не меньше шести сотен человек. По обеим сторонам платформы стояли электрички, в вагонах которых люди обустроили спальные места для женщин и детей. На входе их остановил мужик угрюмого вида, волосатая рука которого опиралась на стальной лом.

– Семнадцать. – буркнул он.

– Четыре. – ответил Блинов.

Мужик отступил в сторону.

«Пароль?» – с уважением подумал Клим. Так же ему показалось, что скажи сейчас Блинов цифру «пять» – лом этого дядьки приземлился бы точно на больную климовскую голову. Проникнувшись «уважухой» он уже почти с нетерпением ожидал встречи с Полковником, который среди общего хаоса, за столь короткое время смог взять под контроль такую массу напуганных, гражданских людей.

В четыре ряда пол был устлан деревянными настилами, которые хранятся на станциях как раз на такой случай на них сидели или лежали люди, между каждым рядом был оставлен узкий проход. Боец повёл их по центральному проходу. Клим почему-то старался смотреть перед собой, а люди вокруг затихали, когда четвёрка чужих проходило мимо. Он уже догадывался, что конечным пунктом их пути станет противоположная стена, декорированная металлом, которую венчала золотая, пятиконечная звезда. Подойдя ближе, он отчётливо увидел очертания двери которая сливалась с общей отделкой стены прямо под неработающими электронными часами, рядовой вёл их прямиком в этом направлении. Чуть правее Клим разглядел небольшие ворота, а за ними ещё правее, такую же дверь.

Небольшой коридорчик за дверью вильнул змеёй и привёл их к низкорослой, крепкой деревянной двери, кое где всё ещё сверкающей лаковым покрытием советских времён. Боец повернулся к Климу

– Оружие. – утвердительно сказал он протягивая руку.

Клим удивлённо распахнул веки.

– У тебя за ремнём пистолет, отдай его мне или одному из своих друзей. – опять удивил боец.

Молча качнув головой Клим медленно достал Макаров и протянул его Деду. Рот уже было раскрылся, дабы извергнуть что-то вроде «Если я не вернусь убей тут всех и сожги это логово разврата», но краем глаза заметив напряжённое лицо бойца Блинова передумал.

Когда пистолет скрылся в кармане дедовского пиджака, рядовой открыл дверь и жестом показал Климу идти вперёд – это оказалась входом на лестницу, которая вела круто вниз. На невысоком потолке в плафоне, на котором, красной краской была намалёвана буква «А» тускло светила одна единственная маленькая лампочка. Клим держась за деревянный поручень осторожно спустился вниз, повернул на право и очутился в длинном коридоре, стены которого были окрашены в три полосы, первая от пола темно синяя, следующая светло-голубая, выше шла полоса обшарпаннй и закопченной побелки, с лево и с права по коридору располагались двери. Всё это, в тусклом свете «авариек», выглядело настолько удручающе, что у Клима зашевелились волосы на затылке. Он протопал мимо трёх дверей с право и трёх с лева, когда боец окликнул его.

– Мы пришли. – он постучал в дверь которую только что с лева миновал Клим.

– Товарищ полковник, разрешите войти.

– Войдите. – раздался приглушённый массивом двери голос.

Через мгновение Клим оказался в маленьком кабинете, с письменным столом, шкафом со стеклянными дверцами и парой стульев. Справа в стене незаметно устроилась закрытая дверь, ведущая видимо в какое-то смежное помещение.

В кабинете, не считая Клима, присутствовали трое человек. Один сидел у стола слева от входа, другой справа. Оба были в форме работников метрополитена. За столом восседал просто огромный, коротко стриженный мужчина, в армейском камуфляже, единственным отличительным знаком на его форме был краповый берет небрежно засунутый под погон.

– Здравия желаю товарищ полковник. – выдал Клим.

Полковник медленно оторвал взгляд от какой-то схемы и прошил им Клима.

– Здорово, коль не шутишь. – голос Полковника работал на такой частоте, которая заставляет поджать хвост любого, не зависимо от сказанного.

Но Клим был не из робкого десятка.

– Шутить – здоровью вредить! – ответил Клим ухмыляясь.

– Что нужно?

– Ну вообще, хотелось бы попить, поесть и отдохнуть какое-то время.

– Ну что же попить можно. – задумчиво произнёс полковник. – Остаться и поесть нельзя. Очень много народа, чужих не принимаем.

– А как же «госрезерв»? – опять ухмыльнулся Клим. – У каждой станции есть доступ к «госрезерву».

Полковник и железнодорожники переглянулись. Краповик жестом отправил бойца за дверь.

– Кто ты? И что тебе известно про это? – голос Полковника стал ещё суровей.

– Я как и вы – «выживший». – уклонился от ответа Клим. – А про резерв слышал в бане, когда пил пиво с одним МЧСсовцем.

– И что же он говорил? – скептически прищурившись, подал голос железнодорожник сидящий с права.

– Ну вообще-то, вы собирались нас выкинуть со станции. – пошёл ва-банк Клим. – Пойду на «Политехе» с людьми пообщаюсь.

– Не бери на понт. – спокойно отозвался второй представитель метрополитена. – На «Политех» тебе не пройти, там на обеих путях туннельная «гермуха» сработала, так что это «конечная» – братуха… – он осёкся под испепеляющим взглядом Полковника.

Content

Шахов Сергей Ветка

Шахов Сергей ВЕТКА