Максим ШАХОВ

БИТВА ЗА КРЫМ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

Виктор Логинов поспешно распахнул створку шкафа и снял с вешалки костюм в прозрачном чехле. Вжикнула молния, Виктор бросил на диван шикарный пиджак от Версаче и быстро влез в штаны. Через пару минут он уже поправил на шее узел дорогого галстука и окинул себя критическим взглядом в зеркале. Не найдя изъянов, поспешно распихал по карманам вещи и вышел в прихожую. Сунув ноги в итальянские штиблеты, посмотрел на часы и выскочил из квартиры.

На пятом этаже в лифт вошла молодая женщина. Виктор ее раньше не видел. Женщина нажала кнопку первого этажа. Осторожно втянув носом воздух, она невольно покосилась на Виктора. Парфюм у Виктора был не особо дорогой, но безотказный. Назывался он «Шогун». Его Логинову подарила одна знакомая. Уже бывшая…

Впрочем, сейчас Виктору было не до воспоминаний. Едва лифт остановился, он, пренебрегая правилами приличия, подался к двери. И вышел из кабины первым. Прыгнув в поджидавшее у подъезда такси, назвал улицу, добавив:

– Только быстрее, я опаздываю!

Таксист кивнул и тронулся с места.

2

Едва дверь кабинета открылась, Аркадий Маркович вышел из-за стола и с самым радушным видом двинулся навстречу гостям. Первым порог переступил крепко сбитый молодой человек лет тридцати с небольшим. Одет он был в зеленый костюм. Без галстука и вроде как без претензий. Однако Аркадий Маркович был стреляный воробей и навскидку определил, что эта «простота» обошлась владельцу в пару-тройку тысяч долларов.

За первым гостем в кабинет вошел еще один молодой человек. Выглядел он несколько странновато. Костюм у него тоже был не из дешевых, но довольно безвкусный. Однако дело было не в костюме. Второй гость был худощавым и неестественно бледным. При этом он все время косился назад.

– Ненавижу черномазых!.. – прошипел он свистящим шепотом на ухо первому.

– Заткнись, Дрон! – бросил тот через плечо и тут же изобразил улыбку: – Здравствуйте, Аркадий Маркович! Мы прямо от Сергея…

– Да-да, – с энтузиазмом пожал протянутую руку хозяин кабинета, – Сергей Валерианович предупредил меня!

– Борис! – представился первый гость. – А это Андрей!

– Очень, очень приятно! – шагнул к бледнолицему Аркадий Маркович.

Рука Дрона оказалась липкой, его взгляд не понравился Аркадию Марковичу еще больше. Расширенные зрачки беспокойно обшарили хозяина кабинета. При этом ноздри Дрона слегка подрагивали. Ощущение было такое, что он пытается понять, откуда исходит неприятный запах. Впрочем, Аркадий Маркович не подал вида. С улыбкой пожав руку Дрону, он шагнул к третьему гостю:

– А-а-а…

Третий гость ростом был с истукана с острова Пасхи, и взгляд имел соответствующий. Прикрыв дверь, он сцепил руки замком на животе и замер на пороге. Поняв свою ошибку, Аркадий Маркович поспешно развернулся и взмахнул пухлой ручкой:

– Прошу, прошу, располагайтесь! Чего-нибудь выпьете?

– Нет, спасибо, – махнул головой Борис, первым присаживаясь на один из стульев, стоящих перед столом.

– Ну что же, – возвращаясь на место, с энтузиазмом проговорил Аркадий Маркович. – Тогда к делу! Сергей Валерианович велел ни в чем вам не отказывать! Брюнетки, блондинки, экзоты? Сейчас включу каталог…

Развернув большой монитор к гостям, хозяин кабинета потянулся к мышке, однако Борис негромко сказал:

– Мы немного по другим делам, Аркадий Маркович…

– А-а… О-о… – заметно растерялся хозяин кабинета. – Но мы мальчиками, пардон, не за… Впрочем, я могу позвонить и договориться! Одну секунду!

Рука хозяина кабинета потянулась к телефону, но Борис остановил его:

– Не надо никуда звонить. Это лишнее…

3

– Первый! – отозвалась рация. – Объект вышел из подъезда! Идет к такси!

– Вижу! – буркнул в рацию старший группы подполковник Хорьков. – Работаете первым номером! Конец связи!.. Давай к проспекту! – приказал Хорьков своему водителю.

Не очень приметный, но очень быстроходный «бумер» пятой серии, стоявший в глубине двора, тут же тронулся с места и скользнул к выезду на Ленинградский проспект. Несмотря на хмурый вид и ворчливый тон, подполковник Хорьков испытывал легкий интерес. Уж больно франтовато выглядел Логинов в его бинокле…

«Вели» они его уже второй день. Никакого дела в отношении Логинова, правда, возбуждено не было – пока. Просто работа такая у оперативников Управления собственной безопасности ФСБ – интересоваться жизнью коллег. Периодически, по утвержденному лично директором ФСБ графику. Вчера очередь дошла и до Логинова.

Впрочем, ничего интересного в жизни полковника Управления по антитеррору Виктора Логинова не было. Во всяком случае, до тринадцати-двадцати трех сегодняшнего дня. Именно в это время ему на мобильный позвонила какая-то Клер, назвала «противным пупсом» и сообщила, что невыносимо скучает. Пупс-Логинов ответил, что подъедет сегодня в обычное время на обычное место. Клер сказала, что не сможет…

В результате договорились они встретиться в пять. Из-за этого Логинов похерил работу, приехал на оперативной машине домой, а теперь вот на такси катил на встречу. Для возбуждения дела «компры» было пока что маловато, но моральное падение коллеги вырисовывалось все явственнее. Такая вот веселая работа была у подполковника Хорькова…

4

– Простите, не понял?.. – растерянно посмотрел на гостей Аркадий Маркович и автоматически поправил красную бабочку.

Он был опытнейшим менеджером того, что сейчас называлось сферой услуг. В те времена, когда в России и слов-то таких еще никто не слыхал, Аркадий Маркович возглавлял ведомственный санаторий одного союзного министерства. После развала Союза он ушел в только-только народившийся гостиничный бизнес. Дальше немного поруководил казино. Полгода поуправлял сетью ресторанов быстрого обслуживания, но понял, что это тоже не его стезя, и вернулся к истокам, возглавив небольшой отель. А не так давно бывший бандит Сергей Валерьянович, когда-то широко известный в определенных кругах как Серый, предложил «с нуля» раскрутить перспективный проект – «закрытый» публичный дом для VIP-персон. И Аркадий Маркович его раскрутил.

Однако сейчас он решительно не мог понять, чего хотят от него эти странноватые клиенты, присланные самим хозяином.

– Дело такое, Аркадий Маркович! – деловым тоном проговорил Борис, не став больше ходить вокруг да около. – Нас очень интересует один ваш клиент. Он сегодня вечерком приедет к вам. Ну а мы его снимем на видео…

Круглое лицо Аркадия Марковича выразило недоумение, граничащее с ужасом. Нервно поправив золотые очки без оправы, он выдохнул:

– Но это совершенно невозможно!

Борис спокойно улыбнулся и потянулся за сигаретами. В этот миг Дрон, о котором все позабыли, вдруг вскочил, опрокинув стул. В его руке невесть откуда возник огромный пистолет. Никто не успел и глазом моргнуть, как Дрон навалился на стол, вцепился левой рукой в лацкан пиджака Аркадия Марковича и нацелил пистолет ему в лоб:

– Ты че, сука, не понял?! Сказано тебе снять или не сказано?!. Щас башку на хрен отстрелю!

Аркадий Маркович боялся вздохнуть, только отчаянно косился на дрожащий у переносицы ствол пистолета. Зрачки у него стали еще шире, чем у Дрона.

Борис сглотнул слюну и очень медленно положил на стол сигареты. Так же медленно он поднялся.

– Тихо, Дрон, тихо… Мы же обо всем договорились…

– Да?.. – повернул голову Дрон. – А чего эта падла тогда нам тут парит?..

Оглянувшись, Дрон невольно отвернул пистолет чуть в сторону. Борис мгновенно вцепился в его руку и тут же коротко ударил в челюсть. Дрон моментально обмяк и рухнул на стол как подкошенный.

Безвольное тело в два приема сползло на пол, свалив со стола что-то из канцелярского набора. Борис щелкнул предохранителем и по-дружески улыбнулся Аркадию Марковичу:

– Не обращайте внимания! Нанюхается всякой дряни, а потом лезет в разговор…

Аркадий Маркович дрожал в кресле. Его толстое лицо шло пятнами, перекошенная бабочка, казалось, сдавливала горло удавкой. Сунув дрожащий палец под ее резинку, он проговорил:

– Й-й-а… й-й-а…

– Давайте я вам налью чего-нибудь выпить, – с пониманием кивнул Борис и двинулся к бару. – А потом вы позвоните Сергею…

5

Такси выбралось на старинную улицу, расположенную неподалеку от центра Москвы.

– Какой номер? – спросил таксист.

– Желтый особняк справа…

– Ага, понял…

– В ворота свернешь, – сказал Логинов.

Старинные кованые ворота оказались закрытыми. Из будки с тонированными зеркальными стеклами к пассажирской дверце машины небрежно шагнул охранник.

– Чем могу помочь?

Логинов, не опуская стекло, показал какую-то карточку. Ее вид произвел на охранника большое впечатление. Расплывшись в улыбке, он мигом кивнул кому-то, ворота тут же начали открываться.

– К крыльцу! – велел Виктор, сунув карточку в карман.

Едва такси миновало ворота, как на невысоком крылечке, прикрытом синеватым прозрачным навесом, возник швейцар в голубой форме с обилием позолоты и такой же шикарной фуражке. Сбежав вниз, он приготовился открыть дверцу, как только авто остановится.

– Подождать? – спросил таксист.

Чуть поодаль в глубине небольшого двора стояли «елочкой» несколько машин. В том числе «Хаммер» и джип размером с фургон-свиновоз. Поэтому таксист с ходу понял, что у клиентов этого заведения денег куры не клюют…

– Не стоит, – махнул головой Логинов и быстро рассчитался. – Спасибо!

6

– С-сергей В-валерьянович!.. Эт-то я! – проговорил в трубку Аркадий Маркович.

– Я слушаю! – отозвался Серый. – Мои знакомые подъехали?

– Д-да, я поэтому и звоню.

– Сделай все, что они скажут! Это очень важно!

– Но, Сергей Валерьянович!.. – неожиданно сорвался на фальцет Аркадий Маркович. – Они ведь хотят… Я хочу сказать, что наш уважаемый клиент…

– Этот уважаемый клиент, – жестко сказал Серый, – получил от меня и моих знакомых пять «лимонов» «бакинских» на оформление площадки под строительство нового развлекательного центра. А бумаг все нет… Понял?

– Да-да, это, конечно, нехорошо… Но я хочу сказать, что это нанесет репутации нашего заведения непоправимый вред… Ведь мы потому и процветаем, что наши уважаемые клиенты уверены в полной безопасности и анонимности… А когда это откроется… А ведь это обязательно откроется… Мы сразу потеряем всех клиентов!

В трубке раздался хриплый смех Серого.

– Расслабься, Аркадий! Ничего не откроется! Потому что эта уважаемая скотина будет молчать, как рыба! Даю гарантию!

– Вы уверены?

– Сто пудов! Потому что ему будет в кайф осознавать, что не только он попал по полной программе…

– Вы думаете?..

– А тут и думать нечего! Тем более, это разовая акция, Аркадий. Вынужденная. Как только этот мудель натянет штаны и умотает, оборудование демонтируют. Просто проследи, чтобы никто из твоих ни о чем не догадался! Ферштейн, Аркадий?

– Яволь, Сергей Валерьянович!

Аркадий положил трубку, и в этот момент Дрон наконец пришел в себя. Уцепившись за край стола, он с трудом поднялся на колени и спросил:

– Не понял, а че это было?..

7

Швейцар распахнул дверь, Логинов оказался в небольшом холле. Слева стоял рыцарь с алебардой. То есть не сам рыцарь, а его доспехи. Справа располагалась небольшая стойка, вроде как ресепшн. За стойкой торчала миловидная девушка в белой блузке, рядом в позе футболиста в «стенке» возвышался дюжий секьюрити.

– Добрый день, господин… – улыбнулась девушка.

– Ингмар! – кивнул Виктор, снова показав клубную карту. – Я вам звонил днем!

Звонил он не со своего телефона, так что УСБ этот звонок не засекло.

– О, да-да! – кивнула девушка, быстро скосив глаза на монитор. – У вас встреча с Клер, верно?

– Абсолютно!

– Триста долларов! – широко улыбнулась девушка.

Виктор небрежно выложил купюры. Девушка так же небрежно смахнула их со стойки.

– Клер ожидает вас в номере 6. Том вас проводит…

– Добрый день, господин Ингмар! Прошу! – расплылся в улыбке молодой симпатичный негр в красной униформе портье, незаметно вынырнувший из-за угла от лестницы.

8

В приемной Аркадия Марковича ожидал мужчина лет сорока в джинсах и короткой куртке, приехавший с Дроном и Борисом. На коленях он держал небольшой кейс. Аркадий Маркович вышел из кабинета и кивнул ему. Потом велел секретарше:

– Лиля! Я пройдусь со специалистом по пожарной сигнализации по номерам! А ты пока подай гостям кофе!

– Конечно-конечно, Аркадий Маркович!

«Специалист по пожарной сигнализации» представляться не стал. Зато последовательно забраковал три номера, в которые его заводил Андрей Маркович. Наконец тот не выдержал:

– А в чем дело, голубчик?

– Камеру нужно подключить к телефонной линии…

– А разве она не… – пошевелил пальцами Аркадий Маркович, видимо, пытаясь таким образом изобразить радиоволны.

Однако спец его понял.

– Такие камеры легко обнаружить. Сейчас все умные, так что лучше не рисковать.

– Ну так сразу бы и сказали. У нас стационарные телефоны только в шестом и седьмом номерах. «Люксах»…

Специалист установил камеру в шестом. Вернувшись в кабинет Аркадия Марковича, он немного поколдовал с проводами компьютера. Потом сказал:

– Вроде порядок!

Все повернулись к экрану монитора. На нем в виде искаженной перспективы был изображен шестой номер. Из-за микроскопически малых размеров камеры картинка была по краям геометрически неправильной. Но достаточно четкой.

– С ракурсом угадал, – сказал спец. – Надо бы только звук проверить…

– Сходите, Андрей Маркович?.. – посмотрел на хозяина кабинета Борис.

В это время из компьютерных колонок вдруг донесся характерный стук двери. Все уставились на монитор, спец взялся за мышку. В шестой номер быстро вошла худощавая черноволосая девушка, с ходу повернулась перед зеркалом и задрала юбку выше пояса. Все невольно затаили дыхание.

– Блядские извращенцы, – вздохнула девушка, осторожно потрогав ягодицу. – Вся задница в синяках, как у бляди какой-то…

– Звук в порядке! – быстро кивнул спец, щелкая мышкой, и удивленно посмотрел на Аркадия Марковича. – Что, наш клиент уже приехал?

– Нет, – быстро потянулся тот к телефону. – Я просто не предупредил ресепшн, и они, видимо, направили в шестой кого-то другого. Сейчас исправим… Алло, Лиля! Посмотри, пожалуйста, на своем компьютере, что у нас на сегодня в шестом, а то мой занят… На час?.. Секунду… – Прикрыв трубку ладонью, Аркадий Маркович негромко сказал: – Какой-то Ингмар на час в шестом. А ваш клиент во сколько будет?

– В полвосьмого, не раньше, – сказал Борис, с улыбкой глядя на монитор. – Не надо ничего исправлять, Аркадий Маркович, поглядим, как этот Ингмар будет с вашей красоткой кувыркаться, заодно и камеру проверим…

Возражать никто не стал, поскольку делать все равно было нечего, а девушка, появившаяся в шестом, была очень даже ничего. С юмором…

9

– Угу! – произнес подполковник Хорьков, когда «бумер» проехал мимо кованых ворот, за которые нырнуло такси. – Ай-да Логинов, ай-да сукин сын…

– В каком смысле? – спросил сидевший за рулем майор Обухов.

– Это публичный дом, элитный…

– Да?.. – удивленно оглянулся майор. – Никогда бы не подумал.

– Да! Паркуйся… Второй, Второй! Как слышишь?

– Слышу, Первый!

– Подъедь. Я пересяду. Попробуем «пострелять» по окнам второго этажа. Как понял?

– Выполняю!

– А че там у них на втором этаже? – спросил Обухов, вильнув к тротуару.

– У них там номера…

– А ты откуда знаешь? А?.. – подозрительно посмотрел на начальника Обухов. – Был, что ли?

– Разговорчики в строю! – осадил майора Хорьков. – Был – не был, не твоего ума дело. Работа у меня такая… Вернешься чуть назад, встанешь у ворот, и глядите в оба! Чтоб Логинов не уехал на какой-то левой тачке. Понял?

– Понял… – кивнул майор.

10

– Приятного отдыха, господин Ингмар! – чуть поклонился Том, распахнув дверь шестого номера.

Негр явно рассчитывал получить чаевые, но Логинов ограничился легким кивком. Едва он закрыл за собой дверь, как от кровати донеслось:

– Привет, пупс!

– Здорово, красавица! – шагнул в номер Логинов и увидел Клер.

Девушка лежала на огромной кровати в очень соблазнительной позе. Юбка едва прикрывала трусики, зато совершенно не мешала рассматривать точеные ножки Клер в черных чулках.

– Ты совсем забыл меня, – капризно надула губки Клер. – Хоть бы позвонил когда…

– Работы много, – сказал Логинов, быстро окидывая номер взглядом.

В самом публичном доме Виктор с девушкой встречался впервые, предпочитая более законспирированные места. Поэтому, несмотря на то, что Логинову была прекрасно известна репутация управляемого Аркадием Марковичем заведения, он решил перестраховаться и прихватил с собой кое-что. При виде странной штуковины, которую Виктор извлек из кармана, Клер невольно села на кровати.

– Это что… – начала было она, но Логинов предупредительно вскинул палец к губам. Клер, будучи девушкой умной, тут же нашлась: – Ты не привез мне даже маленького подарочка?

– Ты и так мне дорого обходишься… – проговорил Виктор, обходя номер с компактным сканером. – Посмотрим, как ты отработаешь триста баксов…

Клер возмущенно фыркнула, но Логинов и ухом не повел. Только спросил не поворачиваясь:

– Ты еще не в ванной, детка?.. А между прочим, минута общения с тобой обходится на… то есть мне в пять долларов.

Клер снова фыркнула и, чуть слышно скрипнув пружинами кровати, вскочила. Пользуясь тем, что Логинов стоял к ней спиной, она показала ему сразу два «фака» и только после этого скрылась в ванной…

11

Вторая машина УСБ, «Шкода Октавия» с сильно тонированными задним и боковыми стеклами, припарковалась наискосок от желтого особняка на противоположной стороне улицы. Было довольно шумно, но для направленного микрофона это не имело значения.

Невидимый луч лазера уперся в окно шестого номера. Капитан Горелкин тут же услышал в наушниках легкий скрип и женский голос:

– Привет, пупс!

– Кажется, засекли! – выдохнул капитан, быстро вращая ручку регулировки.

– А ну-ка дай! – потянулся за наушниками подполковник Хорьков.

12

Логинов, откинувшись на кровати, курил, стряхивал пепел в весьма оригинальную пепельницу в виде женского лона и посматривал на Клер. Девушка выглядела очень соблазнительно даже со спины. Однако для Логинова она была не женщиной, а агентом. А Виктор работу с удовольствиями не путал. Как говорится, мухи отдельно, котлеты отдельно.

Хотя некоторые офицеры ФСБ, конечно, спали с состоящими у них на связи женщинами-агентами. Но это происходило только в том случае, когда так было предусмотрено с самого начала операции и согласовано с руководством. Вербовка Клер было проведена по другой схеме.

Варвара Сапронова была провинциалкой с далеко не средними интеллектуальными данными. Приехав учиться в Москву, девушка быстро сориентировалась. Полуголодному существованию в студенческом общежитии она предпочла более комфортное проживание в небольшой съемной квартире с забитым продуктами холодильником. Деньги новоиспеченная студентка зарабатывала проституцией, через Интернет…

Там-то ее и отыскали, когда возникла идея внедрить своего агента в элитный публичный дом. Причем Клер, сама того не зная, стала победительницей огромного кастинга. Молодых смазливых проституток в Москве пруд пруди. Но мало кто из них отличается умом. Ну а тех, кто учится на переводчика да еще и специализируется на восточной группе языков, днем с огнем не сыщешь. Но Клер сыскали.

К моменту вербовки девушка училась уже на четвертом курсе. Учитывая, скольких клиентов она за это время успела обслужить, вариант вербовки «на любовь» даже не рассматривали. Все произошло намного проще. И намного отвратительнее.

Логинов под видом клиента договорился о встрече. С ходу «засветил» в машине ксиву и обрисовал две перспективы – «кнут» и «пряник». Мол, если Варвара будет плохой девочкой и не захочет помочь дяде, то ее отчислят из вуза за занятия проституцией плюс распространят в ее родном Саранске подробную информацию об этом. Ну а если Варвара будет хорошей девочкой, то есть согласится поработать на ФСБ в одном месте, то ее после окончания учебы устроят в МИД, где она с ее-то данными наверняка не только сделает головокружительную карьеру, но и благополучно выйдет замуж за какого-нибудь красавца-дипломата.

Сперва свободолюбивая Клер, она же Варвара Сапронова, попыталась пробить Логинова слезой. Потом тихая истерика сменилась взрывом внезапной агрессии, но Логинов был начеку, так что поцарапать ему лицо Клер тоже не удалось. В конце девушка попробовала изнасиловать Виктора прямо в машине, но с тем же успехом. Ну а потом покорно подписала бумаги, и на связи у Виктора появился агент Курсистка.

Расчет оказался верным. Внедренная в публичный дом Клер не подвела. Среди элитных клиентов Аркадия Марковича было немало кавказцев и других мужиков восточного происхождения. На своих «гавайских» языках они говорили при «девочках» почти без опаски и были в общем-то правы. Подавляющее число молодых проституток и русского-то толком не знали.

Клер же не только четыре года проучилась на инязе, но и прошла краткосрочные интенсивные курсы при ФСБ. Ввиду ограниченности времени восточной поэзии и прочим изыскам ее там, конечно, не обучали. А вот обиходные обороты и минимальный словарный запас по каждому языку вбивали в голову крепко. В результате Клер худо-бедно могла понять и чеченца, и турка, и араба, и татарина…

Благодаря ее информации ФСБ дважды накрывала крупные партии оружия, один раз хлопнула канал поставки наркотиков, а совсем недавно обезвредила в ближнем Подмосковье группу прибывших с Кавказа боевиков. Все это, конечно, не было исключительной заслугой Клер, но ее работа давала возможность ФСБ по совокупности оперативных данных принимать верные решения и работать на опережение…

Поэтому, когда сегодня Клер условным звонком попросила срочной встречи, Виктор немедленно доложил об этом генералу Ватлину, получил «добро» и деньги на оперативные расходы и тут же из кабинета генерала позвонил в публичный дом, «забронировав» Клер…

13

– Класс! – повернул голову Борис. – Если это записывать, диски на Горбушке с руками оторвут! Да и телевизионщики за такое реалити-шоу кучу бабок отвалят, да, Аркадий Маркович? – Лицо хозяина кабинета приняло такое выражение, что Борис поспешил сказать: – Да шучу я! А девочка клевая, я бы такую сам взял на содержание! Интересно, что она вытворит в постели, да, Дрон?..

Аркадий Маркович окинул свой кабинет скорбным взглядом. Сейчас он напоминал подпольную квартиру времен перестройки, в которой происходил просмотр по «видаку» порнофильма. Даже истукан-телохранитель, которого, казалось, не могло заинтересовать ничто на свете, вроде как невзначай сместился под стенку и с неподдельным интересом лупал глазами на экран монитора.

А там клиент, представившийся Ингмаром, продолжал методично «прозванивать» шестой номер. Это всем присутствующим сразу объяснил спец по «подслушке» и «подсмотру». Еще и добавил:

– Ну что я говорил? Сейчас все умные. Поставили бы камеру с телесигналом, он бы ее на раз «вызвонил»…

Аркадий Маркович с ужасом думал, что будет, если этот Ингмар все же найдет камеру. Тогда скандала избежать точно не удастся. Впрочем, спец свое дело знал. Ингмар закончил проверку номера и сунул сканер в карман пиджака. Однако раздеваться он почему-то не торопился. Вроде как чувствовал неладное…

– Пупс, как насчет потереть мне спинку? – донеслось из ванной. – Есть желание?

В этот момент Ингмар подошел к телефону и снял трубку. Все невольно напряглись, однако спец сказал:

– Все нормально, не догадаешься…

Клиент действительно ничего не заподозрил, но все же решил перестраховаться. Опустив трубку на рычаг, он взял пульт и включил стереосистему. Кабинет Аркадия Марковича наполнился дурацкой песенкой «Белые кораблики». Клиент врубил громкость стереосистемы на максимум, компьютерные колонки захрипели.

– Вот же гад, а!.. – проговорил спец, торопливо уменьшая громкость. – Теперь мы ничего не услышим!

– А если и наш таким умным окажется?.. – как бы через силу спросил Дрон, который после нокаута заметно «потух».

– Да и хрен с ним! – хмыкнул Борис. – Нам главное картинка! О, сейчас начнут… Интересно…

Борис подался к монитору, предвкушая нехилую «порнушку». Девушка появилась в комнате в небрежно запахнутом халатике. Однако клиент вместо того, чтобы сорвать его с нее, присел на кровать и хлопнул ладонью рядом.

Девушка плюхнулась на указанное место, клиент вопросительно махнул головой. Клер повернула голову и начала что-то говорить ему на ухо. Клиент, кивая, закурил. Выслушав рассказ, он начал задавать вопросы. Продолжалось это целых десять минут.

– Не понял, – хмуро вздохнул Дрон, – они трахаться когда будут?

– По-моему, не будут вообще, – проговорил Борис, наклонившись к монитору. Там клиент как раз извлек из кармана и протянул девушке лист бумаги и ручку. – А прочитать можно, что она будет писать?

– Не-а, – хмуро покачал головой спец. – Для этого нужен телеобъектив…

– Не понимаю, что у них там происходит? – нервно проговорил Аркадий Маркович, выглядывая из-за головы Бориса.

– Как что? – хмыкнул тот. – Это называется встреча информатора с куратором. Ваша Клер работает на ментовку, Аркадий Маркович, поздравляю!

– А он еще камеру не хотел ставить, выкобенивался… – злорадно хмыкнул Дрон.

14

Клер очень эротично сунула ручку в рот, глядя на исписанный лист, удовлетворенно кивнула и протянула донесение Виктору. Тот приподнялся на локте и быстро просмотрел написанное, сложил лист и сунул его в карман. Клер с лукавой улыбкой облизнула языком кончик ручки. На встречах за ней такое водилось. Видимо, то, что она до сих пор не соблазнила своего куратора, подсознательно задевало профессиональную гордость проститутки.

Логинов протянул руку за ручкой, Клер ухватила его указательный палец и ловко сунула себе в рот. Виктор нахмурился и легонько шлепнул Клер по губам:

– Прекрати!..

Клер обиженно надула губки и отвернулась. Виктор спрятал ручку и извлек две долларовые сотенные купюры. Приобняв Клер за плечи, он сообщил на ухо девушке, перекрикивая музыку:

– У меня с собой только двести…

– И это все? – возмутилась Клер.

– Да довезу я тебе остальное, у нас же не Центробанк! – раздраженно прокричал Виктор, которому стоило немалых трудов выудить сегодня у Ватлина даже пятьсот долларов. Идиотизм, конечно, поскольку информация Клер уже сэкономила государству не одну сотню тысяч долларов. Но со средствами на оперативные расходы всегда напряженка. – Я пошел!

– Уже? – удивилась Клер. – Ты же за час заплатил! Хочешь, чтобы Аркаша что-то заподозрил?

– О господи! Может, у меня импотенция с преждевременным семяизвержением! Ну тогда на всякий случай давай в ванную, поплескайся там, тогда никто ничего точно не заподозрит!

– У меня сегодня что, банный день? И после чего я там буду плескаться, а, пупс?.. – потянулась к нему губами Клер.

Виктор тут же поднялся и легко поставил на ноги Клер.

– Двигай, малышка, на водные процедуры! Бай-бай! До связи!

Больше не став задерживаться, Логинов быстро покинул шестой номер и направился к лестнице. Из-за угла на звук шагов вынырнул Том. Посторонившись, он улыбнулся Виктору белоснежной улыбкой:

– Прошу, мистер Ингмар!

– Спасибо, я выход сам найду!

– Тогда до свидания, мистер Ингмар!

– Бывай, Том-бой!

Едва Логинов стал спускаться по лестнице, Том стер с лица угодливую улыбку и деловито направился к шестому номеру. В его обязанности входило не только сопровождение гостей, но и проверка самочувствия девушек после встреч. Конечно, заведение было закрытым, клиенты постоянными, но всякое могло случиться. Кто-то, войдя в раж, мог и не совладать с собой. А эротические фантазии у людей разные, в том числе и садистские. Конечно, раздувать скандала Аркадий Маркович не стал бы. Но такой визит обошелся бы клиенту намного дороже и мог стать последним…

Поэтому Том быстро нырнул в шестой номер. В нем по-прежнему орала музыка, что выглядело весьма подозрительным. Впрочем, пары секунд Тому хватило, чтобы убедиться, что с Клер все в порядке. Приоткрыв дверь ванной, он увидел, что девушка моется. На лицо Тома снова легла улыбка, на этот раз мечтательная. Однако полюбоваться на свое стройное тело Клер негру не дала.

– Брысь, извращенец! – крикнула она, брызнув на дверь водой.

Том поспешно подался назад. Потом вынырнул в коридор и отзвонился на ресепшн с мобильного:

– С Клер порядок…

В этот момент из-за угла коридора показался Аркадий Маркович. Его лицо было озабоченно-растерянным. Глаза за стеклами очков странно поблескивали. За ним быстро шел начальник смены охраны.

– Она в номере?.. – визгливо осведомился на ходу Аркадий Маркович.

– Да!..

– Свободен! – скомандовал начальник смены.

Том проводил начальство удивленным взглядом и быстро ретировался к лестнице…

15

Войдя в номер, Аркадий Маркович решительно распахнул дверь ванной. Клер вздрогнула и быстро потянулась за полотенцем.

– Одевайся! – выдохнул Аркадий.

– Что?.. – то ли не расслышала, то ли прикинулась девушка.

– Да выключи ты эту дурацкую музыку! – нервно оглянулся Аркадий.

Охранник двинулся в номер.

– А в чем дело?.. – спросила Клер, поспешно повязав полотенце на груди.

– Одевайся, мерзавка! – рявкнул Аркадий.

Музыка в этот миг смолкла, отчего крик управляющего прозвучал особенно зловеще. Клер испуганно посмотрела на Аркадия и поспешно выбралась из душа.

– Как ты могла?.. – сказал тот не столько со злостью, сколько с обидой, и шагнул в комнату. – Я тебя жду!

Клер прикусила губку и потянулась к одежде. Она не была дурой и понимала, что нужно срочно позвонить куратору. Однако Аркадий Маркович был тоже не глуп. Его место в раскрытой двери тут же занял начальник смены охраны.

Клер ничего не оставалось, как поспешно одеться под взглядом маслянистых глаз…

– Скоро?.. – нетерпеливо крикнул из номера Аркадий.

– Уже! – баритоном ответил начальник смены. Грубо ухватив за локоть пытавшуюся поправить прическу девушку, он буквально выволок ее из ванной и грубо толкнул в номер: – Пошла, сучка!

– Только без рук! – огрызнулась Клер. – Мудак!

– Что? Да я тебя щас!.. – с угрозой подался к девушке охранник, но Аркадий его осадил:

– Стой спокойно! А ты подойди сюда!

– Ну?.. – с вызовом посмотрела на Аркадия Клер.

Она уже поняла, что вляпалась по уши, поэтому не собиралась прикидываться дурочкой. Наоборот, интуиция подсказывала ей, что в этой ситуации нужно вести себя вызывающе.

– Я все знаю! – быстро сказал Аркадий. – На кого ты работаешь, мерзавка?

Монолог у управляющего вышел довольно глупым, но Клер не стала заострять на этом внимания. Отставив чуть в сторону стройную ножку и уткнув руку в бочок, она выпалила:

– На директора ФСБ!

– Что?!. – уставился на девушку Аркадий.

– Не верите?.. – хмыкнула Клер. – Тогда можете проверить! У него три родинки – здесь, здесь и здесь!

Начальник смены охраны невольно разинул рот. Уж больно уверенно Клер тыкала себя пальцем в интимные места. Аркадий Маркович вдруг закашлялся. Поспешно вытащив платок, он поднес его ко рту.

Клер же решила, что самое время действовать. Подхватив сумочку, она шагнула к выходу, небрежно отстранив начальника смены охраны:

– Оревуар, бамбини! Было приятно у вас поработать, но меня срочно командируют в резидентуру за границу! Трудовую книжку пришлете курьером на Лубянку! Па-па!

Только тут Аркадий наконец пришел в себя. Выхватив мобильный, он рявкнул:

– Посади ее! – Потом выскочил в коридор, дрожащей рукой набрал номер и быстро проговорил: – Сергей Валерьянович! У нас проблема…

16

Аркадий Маркович действительно знал свое дело. И позаботился об анонимности клиентов. Публичный дом имел несколько входов и, соответственно, выходов. Одним из них Виктор и воспользовался. Через обычную с виду дверь он попал в квартиру соседнего дома. И сразу оказался на параллельной улице. Сделал это Виктор вовсе не из конспиративных соображений, просто так ему было удобнее добираться на Лубянку.

Но УСБ этот маневр Логинова застал врасплох. И когда Виктор быстро направился к метро, в ведомственной «Шкоде Октавии» капитан еще слушал музыку, орущую в шестом номере публичного дома. Подполковнику Хорькову это занятие быстро надоело и он вернул наушники более молодому коллеге…

Логинов же обо всем этом даже не догадывался. Он думал об информации, полученной от Клер. Информация была весьма нечеткой, но касалась стратегических интересов России. Поэтому Логинов позвонил на ходу Ватлину и попросил о немедленной встрече.

После не очень долгой поездки на метро Виктор оказался на Лубянке и несколько минут спустя уже входил в кабинет генерала. Тот поднял голову:

– Ну что, что-то важное?..

– Боюсь, что да, – странно ответил Виктор. – Это тот случай, когда было бы лучше, если бы информация не подтвердилась…

Генерал Ватлин поспешно сунул бумаги в сейф. Тон Логинова и его странные речи ему не понравились.

– Ну тогда в темпе выкладывай! – нетерпеливо кивнул он.

Логинов вытащил из кармана сложенный лист и протянул через стол. Однако Ватлин отлично знал, что из себя обычно представляют донесения агентов, поэтому к листу даже не притронулся.

– Информация следующая, – не стал больше испытывать терпение начальства Логинов. – Сегодня ночью Курсистку в числе пяти элитных проституток заказывали на VIP-обслуживание. Работали в какой-то шикарной сауне с десятиметровым бассейном, клиентов было семь человек. Из них четверо чеченцев, выступавших в роли принимающей стороны. Национальную принадлежность еще двоих Курсистка определить затруднилась, поскольку они сразу же уединились с двумя девочками и трахали их все время. А вот седьмой клиент, судя по всему, был крымский татарин. Курсистке удалось услышать фрагмент его разговора с кем-то из чеченцев. Происходил он в комнате отдыха. Разговор был очень нехороший…

– Разборки?

– Если бы… Смысл того, что услышала девушка, примерно такой. Татарин сказал, что присутствие русских в Крыму связывает им руки. Чеченец ответил, что и на Кавказе дела идут совсем не так, как хотелось бы. Татарин намекнул, что у них есть план, как заставить русских убраться из Крыма, но нужны квалифицированные исполнители. Чеченец тут же «съехал», объяснив, что он таким не занимается. Однако сказал, что передаст просьбу «кому надо». И с татарином свяжутся «его» люди…

– Шамиль?.. – быстро спросил генерал Ватлин.

– Думаю, да.

– Так! Что еще?

– Это все.

– Негусто, – нервно побарабанил пальцами по столу генерал Ватлин. – Этого недостаточно для доклада руководству.

– Боюсь, больше накопать в этом случае мы не сможем…

– Не понял?..

– Девушек доставили в сауну в закрытом микроавтобусе заказчика. Самого заказчика идентифицировать весьма проблематично. Он, как и я, проходит под псевдонимом. Но даже если мы сделаем это, воткнуть ему нечего. Кто конкретно из «чехов» говорил с татарином, Курсистка не установила. А если бы и установила, что толку? Все равно в том, что он имеет выходы на Шамиля, он не признается. Хотя ежу понятно, что любой занимающий высокое положение московский чеченец такие выходы имеет. При этом отследить «связь» нереально…

– Хорошо, а татарин? Его-то Курсистка опознать сможет?

– Сказала, что постарается. Но, боюсь, опознавать его поздно.

– Это почему?

– Потому что он наверняка уже улетел. Если принять версию, что он крымский татарин, а это почти стопроцентно, то скорее всего он был одним из участников или гостей исламской конференции СНГ, которая закончилась вчера…

– Точно, я об этом не подумал… А если он еще не уехал?

– Списки участников, конечно, проверим. Но Курсистка до утра на работе. Так что провести «опознание» тех, кто еще в Москве, можно будет только завтра…

– Черт, как все неудачно!

– Неудачно – не то слово, – хмуро сказал Виктор. – Информация крайне тревожная. Судя по всему, речь идет о подготовке грандиозной провокации. А у нас только и есть, что крымский татарин, которого еще нужно найти и опознать.

– Так! – посмотрел на часы Ватлин и взялся за телефон. – Я все-таки доложу обо всем руководству. А ты немедленно займись списками делегатов этой исламской конференции. По какому поводу, кстати, ее собирали?

– По актуальному. Осудить карикатуры на пророка Мохаммеда и призвать к религиозной терпимости…

17

– Че за херня?.. – негромко выругался подполковник Хорьков.

Он потянулся за сигаретами, но в этот миг в наушниках наконец раздался голос вернувшегося в номер из коридора Аркадия Марковича:

– Отведи ее вниз по боковой лестнице и не спускай глаз!

– Я никуда не пойду! – крикнула Клер. – Убери лапы, мне надо немедленно позвонить! А-а!..

– Стоять, сучка! – рявкнул начальник смены охраны.

Вслед за этим последовал звук увесистой оплеухи и приглушенный всхлип девушки.

– Че за херня?.. – повторил Хорьков.

Он был опытным оперативником, но сейчас не понимал, что происходит. На всякий случай подполковник проговорил в рацию:

– Второй, Второй, как слышишь?

– Второй на связи!

– Объект не показывался?

– Нет, Первый!

– Понял, тогда ждем…

18

Логинов вернулся к себе и вызвал своих подчиненных – капитана Горова и старшего лейтенанта Аникеева:

– Зайдите ко мне!

– А что случилось? – поинтересовался капитан Горов.

Они с Аникеевым уже собрались домой. Вернее не домой, а на встречу с двумя сестрами-близняшками, которых Аникеев отыскал в Интернете.

– Сейчас узнаешь! – резко ответил Логинов и бросил трубку.

Горов, говоривший по телефону в полной боевой готовности – с барсеткой в руке, – повернулся к Аникееву:

– Кажись, Леньчик, наши близняшки медным тазом накрылись… Шеф вызывает! Пошли…

Минуту спустя Горов уже первым входил в кабинет Логинова.

– Разрешите?

– Садитесь! – кивнул Логинов и потянулся за сигаретой. Горов перед выходом успел щедро обрызгаться туалетной водой. Логинов наморщил нос:

– Чем это от тебя несет, гнилыми апельсинами?

– Обижаете, шеф… Это «Ожен».

– Ну извини, – щелкнул зажигалкой Логинов. – Ладно, шутки в сторону… Получена оперативная информация. Согласно ей некто, проживающий в Крыму, ищет в Москве выходы на руководство чеченских боевиков. Это все, что я пока могу сказать…

– Негусто, – почесал макушку Горов. – И как он, проживая в Крыму, ищет в Москве выходы на боевиков, проживающих на Кавказе? По объявлению?

– Очень смешно, – хмуро посмотрел на Горова Логинов. – Предположительно, он крымский татарин и, опять же предположительно, приехал в Москву на исламскую конференцию…

– Так она же вчера закончилась, шеф, – сказал Аникеев.

– Я в курсе, – так же хмуро кивнул Логинов. – Но наверняка не все делегаты разъехались. Поэтому вам нужно «пробить» списки, выявить тех, кто приехал из Крыма, и установить, кто из них еще в Москве…

– Вдвоем? – опять почесал макушку Горов.

– А ты догадливый! – кивнул Логинов. – Но это еще не все. Желательно оставшихся незаметно сфотографировать до завтрашнего утра…

– А где фотограф? – осведомился Горов.

– Фотографировать будете сами.

Горов в третий раз почесал голову и посмотрел на Аникеева. Мол, ты такое видел?.. Логинов чувства подчиненного, конечно, понимал. Но действовать по-другому он пока что не имел права. Информация была получена от агента, о котором не полагалось знать ни Горову, ни Аникееву. Кроме того, до решения начальства Логинов не мог посвящать кого-либо и в детали полученной информации.

– Могу выпросить вторую машину, – сказал Виктор. – И какой-нибудь навороченный фотоаппарат. Но это все…

– Спасибо, шеф, вы очень добрый, – посмотрел на Логинова Горов.

19

Серый выслушал сбивчивую информацию Аркадия Марковича. Она его, конечно, озаботила. Однако, в отличие от своих подчиненных, Сергей Валерьянович был пацан реальный. И слова Клер о том, что она якобы работает на директора ФСБ, его даже насмешили…

– Спокойно, Аркадий! Я все понял! Сейчас за ней приедут мои люди. Отдашь ее и сразу забудь…

– Как забудь?.. А если…

– Если что, она убежала. Понял?

– Как «убежала»?

– А ты не знаешь! Убежала – и все! Может, ей денег было мало, а может, кто-то взял ее на содержание. Уяснил?

– Уяснил…

– Вот и молодец. Там по нашему клиенту все срослось?

– Да!

– Проследи, чтобы ничего не сорвалось. Но сперва отдашь девку…

Отключив телефон, Серый тут же нажал потайную кнопку на крышке дубового стола. О его бандитском прошлом теперь мало что напоминало. Официально Серый числился бизнесменом, имел офис в центре, платил налоги и имел множество знакомых среди бомонда. Но по сути Серый оставался бандитом.

По звонку в кабинет скользнул дежуривший в приемной Бобер. Это был высокий худощавый тип лет тридцати. Трудно было предположить, что Бобер бывший боксер-тяжеловес. С виду казалось, что весил он килограмм восемьдесят, не больше. Однако Бобер имел очень тяжелые кости, и это вводило его противников в заблуждение. Именно поэтому он и сохранил в неприкосновенности свой нос.

– Возьми Слона и мигом к Аркашке! – велел Серый. – Незаметно выдернете одну девку и отвезете на хату на Ленинградском! Только так, чтобы никто не видел! Все понял?

Бобер кивнул, обнажив два торчащих передних зуба. Благодаря отменной для тяжеловеса подвижности, их он тоже сохранил в неприкосновенности. Хотя, если бы Бобер не ушел из бокса в бандиты в начале своей спортивной карьеры, и нос, и зубы ему бы наверняка «подправили» более серьезные соперники.

– Тогда двигайте! – велел Серый. – Как упадете на хату, отзвонишься… – Бобер неслышно покинул кабинет, Серый взял телефон и перезвонил своему адвокату:– Привет, Роман! Ты занят?.. Нужно будет подъехать в одно место где-то через полчасика. Нет, я лучше сам за тобой заеду… Сам увидишь, что за проблема!

Опустив трубку, Серый прикурил сигарету, откинулся в кресле и выпустил дым в потолок. Большинство из тех, с кем он начинал бандитскую карьеру, уже вышли из игры. Либо были убиты, либо отсидели, а вернувшись, обнаружили, что все уже поделено…

В Серого тоже пару раз стреляли, но оба раза ему элементарно повезло. А вот то, что он не угодил за решетку, было целиком заслугой его адвоката. Поэтому Серый ему доверял и не делал никаких резких движений без предварительной консультации с ним.

20

В шестом номере публичного дома все смолкло. Направленный микрофон уже около двадцати минут не ловил ни единого звука. Подполковник Хорьков заподозрил неладное и потянулся к рации:

– Второй, Второй, как слышишь?

– Второй на связи!

– Объект не появлялся?

– Нет, Первый!

– Конец связи!.. – буркнул Хорьков, однако сомнения его не оставляли.

И он перезвонил в центр РЭР, откуда централизованно прослушивали всех «подопечных» ФСБ.

– Хорьков! Мой объект по мобильному не звонил?

– Нет, – ответил оператор. – Только по стационарному из своего кабинета…

– Из своего кабинета?

– Ну да, только что…

– А запись можно прослушать?

– А там слушать нечего. Он подчиненных к себе вызвал…

– Понял! – выдохнул Хорьков и тут же приказал в рацию: – Второй, снимаемся! Отбой! Возвращаемся на базу!

– А что случилось?

– Что-что? Объект уже там, упустили, мать вашу!

21

– Садись! – распахнул дверцу своего «мерса» Серый.

Роман подозрительно заглянул в машину. То, что Серый заехал за ним один, не могло не насторожить опытного адвоката. Поправив очки, он нерешительно оглянулся на свой «Порш Каена», стоявший на стоянке офисного комплекса.

– Может, я за тобой?

– Садись, говорю! – нетерпеливо прикрикнул Серый.

Выглядело это не очень красиво. Адвокату было уже за пятьдесят, и смотрелся он весьма солидно. Светлый костюм, галстук, модные очки и благородные седины, уложенные первоклассным парикмахером. Но Серый, хоть и был намного моложе, имел право помыкать юристом. Потому что платил ему ежемесячно астрономический гонорар.

И Роман подчинился.

– Просто дело стремное, лучше тебе не светиться! – смягчил Серый, когда «мерс» тронулся с места.

Роман тронул очки и невольно покосился в зеркало.

– Да все в порядке, – успокоил его Серый. – А дело такое…

По дороге к Ленинградскому проспекту он ввел адвоката в курс. Конспиративная квартира, на которую привезли Клер, была зарегистрирована на подставных лиц. Дом не очень престижный, но удобный. Никаких консьержей и консьержек, кодовый замок, на каждом этаже по три квартиры. В общем, практически полная анонимность.

Серый позвонил в дверь. Бобер выглянул в глазок и открыл. Он отступил в сторону, чтобы пропустить хозяина, но тот велел:

– Давай в комнату! Слон где?..

– Там… – удивленно проговорил Бобер.

– И закрой за собой дверь! – кивнул Серый.

Бобер выполнил приказ, и только после этого прятавшийся внизу Роман быстро нырнул в квартиру. Она была с секретом. Во второй комнате имелось хитрое окно, через которое можно было скрытно наблюдать за тем, что происходит в первой.

Именно у него и расположился Роман. Эта мера предосторожности была вовсе не лишней. Ведь открытое присутствие адвоката при противоправных действиях могло аукнуться в будущем тем, что Роман из адвоката мог превратиться в обвиняемого.

Серый вошел в комнату, в которой находилась Клер. Девушка выглядела очень сильно напуганной. Когда за ней приехали в публичный дом, она попыталась дернуться. Однако тут же получила от Бобра короткий тычок под дых. И более-менее пришла в себя только в машине.

Прежде чем завести ее в дом на Ленинградском проспекте, Слон ткнул девушке в сонную артерию пальцем. И она снова на какое-то время превратилась в подобие зомби. Когда дверь комнаты открылась, Клер взглядом затравленного зверька посмотрела на Серого. И поняла, что это самый главный, тот, от которого зависит ее дальнейшая судьба.

– Ну как дела? – спросил Серый, подойдя к Клер и уставившись на нее взглядом удава. – Жалобы, претензии на обращение имеются?

– Н-нет…

– Очень хорошо! – с улыбкой оглянулся Серый на своих подручных. Те, словно по команде, осклабились. – Ты меня очень расстроила… – Подойдя вплотную к сидящей в кресле Клер, Серый поставил лакированный штиблет на сиденье между ног девушки. Та невольно раздвинула бедра. Серый чуть приподнял носком юбку и сказал: – Насиловать мы тебя не будем, не надейся. Просто забьем тебе туда бутылку шампанского… – Клер испуганно дернулась, но Серый упер ей носок в низ живота: – Сидеть, сучка! Говорить будешь?

– Да, – быстро сказала Клер.

– Молодец! – Серый удовлетворенно кивнул, но убирать ногу не стал. – Так на кого ты работаешь?

– На ФСБ…

– Точно?

– Да!

– Давно?..

22

Логинов допоздна засиделся в своем кабинете на Лубянке и только ночью уехал на оперативной машине прямиком домой. Подполковник Хорьков после этого тоже распустил подчиненных по домам, а сам вернулся на работу.

В силу специфики выполняемых задач он имел право докладывать о результатах своей работы только одному человеку – лично начальнику Управления собственной безопасности ФСБ. Однако переговорить в этот вечер с генералом ему не удалось. Тот был занят, и телохранитель посоветовал Хорькову перезвонить уже с утра.

А информация была срочной. Поэтому подполковник и решил перестраховаться. Вернувшись к себе, он составил более-менее подробный рапорт – о посещении Логиновым публичного дома, о его странном исчезновении оттуда и о проститутке, которая уверяла, что работает лично на директора ФСБ, и даже распространялась о его родинках…

Запечатанный конверт с рапортом Хорьков оставил дежурному по управлению. И только после этого поехал домой. Что со всем этим делать, теперь пусть решает начальство. Главное, что никто не скажет, что Хорьков что-то сделал не так…

23

– Ты все сказала?.. – пристально посмотрел в глаза Клер Серый. – Если что-то забыла, лучше вспомни. А то потом поздно будет…

– Все! – закивала Клер.

– Хорошо, – наконец убрал ногу Серый.

Бобер со Слоном быстро переглянулись. Обычно за такое полагалась смерть. Но перед этим Серый должен был отдать девушку им на растерзание. Однако вместо того чтобы сказать «фас», Серый велел:

– Не спускайте с нее глаз…

И вышел. Бобер со Слоном синхронно вздохнули. Серому же до их переживаний не было никакого дела. Войдя во вторую комнату, он посмотрел на снявшего наушники Романа:

– Ну что скажешь?

– Похоже, она не соврала.

– Думаешь, и вправду ее подсунула мне ФСБ?

– Необязательно. ФСБ любит работать под видом милиции. А милиция вполне могла сработать под Контору. В данном случае это не принципиально. Хрен редьки не слаще. Что Контора, что РУБОП организации серьезные. Это не участковый дядя Вася, которому можно сунуть сто баксов и палку колбасы с коньяком…

– Короче, ее того? – провел пальцем под подбородком Серый. – Давай на пару отымеем сучку напоследок, не пропадать же такому добру! Пацанов я сейчас уберу…

– С ума сошел?.. – даже брызнул слюной Роман.

– Да она чистая, не бойся, у Аркашки медицина на уровне мировых стандартов! Даже презерватив можно не надевать! – хмыкнул Серый.

– Ты не понял, – сухо сказал Роман. – Ее нельзя трогать вообще!

– Это как? – пришла очередь удивиться Серому.

– Очень просто. Если она действительно агент ФСБ, они ее будут искать…

– Ну и хрен с того?..

– Не перебивай, пожалуйста, – поморщился Роман. – Ты, кажется, привез меня сюда, чтобы посоветоваться, так?

– Все, молчу… – поднял ладони Серый.

– Так вот, как твой адвокат, заинтересованный в том, чтобы ты не попал под каток ФСБ, я тебе категорически не рекомендую трогать эту э-э… девушку. Потому что если ты убьешь ее, ФСБ этого так не оставит…

– А если трупа не найдут?

– Все тайное рано или поздно становится явным, – напомнил древнюю истину Роман. – Даже если нет трупа, остаются люди, которые к этому причастны…

– Так мне что теперь, извиниться и отвезти ее на Лубянку? Может, еще и в задницу расцеловать на прощание? – недобро улыбнулся Серый.

– Нет, я думаю, поступить нужно умнее…

Выслушав короткие рекомендации адвоката, Серый невольно покачал головой:

– Ну, Роман, ну, блин, голова! Не зря я тебе столько капусты башляю каждый месяц!

– Кто бы спорил? – скромно сказал адвокат. – А теперь не мог бы ты подкинуть меня до офиса? У меня важная встреча!

24

Серый довез Романа до офиса, потом забил срочную стрелку одному человеку. Встретились они через час в парке на площади Расковой. Пожали руки и неспешно двинулись по тропинке.

– Что за срочность? – спросил сорокалетний мужчина в кожаном пиджаке, вроде бы невзначай оглядываясь по сторонам.

Это был бывший мент, а их Серый не любил. Но в данном случае важнее было то, что его спутник руководил организованной группой, занимавшейся торговлей проститутками. И дело у него, благодаря старым связям, было поставлено очень надежно. Ни одной проститутке, попавшей в сети современного работорговца, не удавалось ускользнуть…

– У меня сделка сорвалась, – сказал Серый.

– Какая еще сделка?.. – подозрительно уставился на Серого бывший мент.

– Да все в порядке! – поспешил тот успокоить собеседника и даже распахнул пиджак, чтобы показать, что никаких микрофонов у него на теле нет. – Просто я в последнее время немного выступаю по твоей теме. Трудоустройство за рубежом и все такое…

– Ну?.. – немного успокоился мент.

– Ну и кое-что не срослось. Договорился с поляками, что подкину им трех элитных. А у них какие-то неприятности…

– Ну а я-то тут при чем?

– Девочки уже в Белоруссии, – соврал Серый. – Первоклассный товар, отвечаю. Не возвращать же их назад, правильно? А у тебя, я знаю, там налажен коридор…

– Ты ошибся! – отморозился мент.

– Ладно, – не стал спорить Серый. – Я ошибся. Но девочек возьмешь? Я в цене хорошо подвинусь…

Некоторое время мент молчал, но алчность пересилила осторожность. Да и риск был минимальным. Девочки-то были уже за границей…

– Сколько?..

Серый показал на пальцах цену.

– За всех?

– За каждую…

– Это нереально, – развернулся мент.

– Я тебе отвечаю, девочки не ширпотреб!

– Все равно дорого.

Серый некоторое время изображал торг, потом наконец сделал вид, что сдался.

– Ладно, только одно условие.

– Какое?.. – насторожился мент.

– Эти соски по легенде типа завербовались танцовщицами в Турцию.

– Ну?

– Чтоб не было никаких заморочек, отправь их куда угодно, только не в Турцию. Лады?

– Лады, – легко согласился мент, поскольку это было и в его интересах. – Где, когда?

– Где скажешь, – пожал плечами Серый. – Завтра будут на месте…

25

Логинов, казалось, только провалился в сон, как его вырвал из его цепких объятий звонок. Виктор выматерился и потянулся к мобильному. Буркнул:

– Алло!

– С добрым утром, шеф! – бодро проговорил Горов и с издевкой поинтересовался: – Не разбудил случайно?

– Не умничай! – моментально стряхнул с себя сон Логинов. – Чем обрадуешь?

– День будет хорошим! Безоблачным! И мы у подъезда, шеф! Если вы в темпе спрячете под кроватью свою блондинку, мы можем зайти и доложить обо всем…

– Код помнишь?

– А то!

– Поднимайтесь!

Пару минут спустя квартирный звонок отозвался короткой трелью. Логинов, успевший надеть шорты, открыл дверь и посторонился:

– Давайте прямо на кухню, я чай поставил!

– О, вот это забота о подчиненных! – удовлетворенно кивнул Горов. – Здравия желаю, шеф!

– Привет, вольно! – пожал руку капитану Виктор.

Культурный Аникеев по дороге зашел в ванную помыть руки. Горов тем временем успел разложить на кухонном столе папку.

– Значит, так! Вот это список делегатов. Вот это официальных гостей… Зеленым маркером отмечены крымчане. Красным поверху – те из них, кто вчера был еще в Москве. Их всего четверо. Сфоткали всех, кроме одного. Он из номера не выходил. Фотоаппарат вот. Информация на полях…

– Ясно, – кивнул Виктор и принялся просматривать собранные материалы. – А вы пока чай делайте…

Аникеев залил пакеты кипятком, Горов по-быстрому соорудил пару бутербродов. Логинов удовлетворенно кивнул:

– Молодцы! А этот, которого не сфотографировали, где остановился?..

– Там же внизу все написано… – жадно вгрызся в бутерброд изголодавшийся за ночь Горов.

– Ага, вижу, – кивнул Виктор. – Ну тогда все. Спасибо, молодцы.

– В смысле – два отгула, шеф? По одному на брата?

– В смысле можете отсыпаться до обеда. А там по обстановке…

– Ну и на том спасибо, – кивнул Горов, прикончив остаток бутерброда одним махом. – Тогда, если у вас больше ничего нет, шеф, мы, пожалуй, поедем. Леньчик, двигаем!

– Дай чай хоть допью…

– Подождите, – сказал Логинов. – Я лучше с вами. Развезу по домам и сразу на работу, а то начальство за простой машины плешь проест…

26

Через белорусскую границу девушек перевозили под утро. Клер и еще двух молоденьких хохлушек, собиравшихся разбогатеть в Москве, но попавших в руки людей Серого, напутствовал Мерин – невысокий кривоногий тип с неприятным запахом изо рта и косым шрамом на щеке.

– Все поняли, соски? – спросил он, развернувшись на переднем сиденье джипа. – Если кто упорет косяка, тут и останется!

Для большей доходчивости Мерин ткнул под нос девушкам пистолет. Те испуганно прижались друг к дружке. Мерин удовлетворенно хмыкнул. По дороге от Москвы до границы он успел как следует запугать своих пассажирок. А одну хохлушку даже по-быстрому трахнул в посадке, когда остановились для отправления естественных надобностей…

– И репы веселее, мать вашу! – дыхнул мерзким запахом Мерин. – Все! Справа по одному за мной!

До белорусской границы отсюда было не больше километра. На небольшой стоянке их поджидал микроавтобус. Его водила был «левым». Его просто подписали «втемную» довезти девушек до Минска.

– Эй, командир! – стукнул в окно Мерин. – Просыпайся!

– Чего надо? – спросонья моргнул водила на бандита, на всякий случай нащупывая монтировку.

– Открывай, пассажирок принимай!

– А-а… Сейчас!

Водила быстро выскочил и открыл дверь салона. Девушки с кое-какими вещами залезли внутрь. Мерин потянулся за бумажником.

– Короче, смотри, чтоб все было путем. Девушки спортсменки, комсомолки и все такое… Башкой отвечаешь, короче, понял? Держи!

– Ага!

– И это, я тренеру знакомому в Борисов перезвонил, он их, может, встретит на своей тачке. Номера твои я ему дам… Бибикнет, короче, если что.

Водила кивнул и повернулся, чтобы закрыть дверь салона, однако Мерин его отстранил и заглянул внутрь:

– Короче, пока, не подведите тренера, а то будет бо-бо…

Полминуты спустя микроавтобус уже направился к границе. Мерин по дороге к джипу перезвонил с мобильного и сказал только одно слово:

– Подъезжайте!

Вскоре на трассе показалась «девятка». Мерин невольно поморщился. Он, конечно, предпочел бы иномарку, но по Белоруссии было лучше передвигаться на неприметных тачках.

Мерин с одним из подручных уселся в вазовскую легковушку. Двое других остались у джипа. Мерин махнул им рукой:

– Все поняли? Дождетесь и аккуратно разберетесь с ним…

Вскоре «девятка» подъехала к белорусскому КПП. Микроавтобус с девушками как раз проверял сонный белорусский пограничник. Проверка прошла без заморочек. Когда микроавтобус миновал шлагбаум, Мерин облегченно вздохнул.

Еще три минуты спустя «девятка» так же благополучно пересекла границу. Быстро нагнав микроавтобус, бандиты около часа сопровождали его на безопасном расстоянии. Все было спокойно, начинало уже светать. И Мерин велел сидевшему за рулем подручному увеличить скорость.

Тот быстро нагнал микроавтобус, посигналил и крикнул в открытое окно:

– Эй, сябро, ты российских спортсменок в Минск везешь?

– Я!

– Тормози!

Водитель микроавтобуса вильнул к обочине. «Девятка» на всякий случай остановилась метрах в шести впереди. Подручный Мерина быстро выбрался из машины и подошел к микроавтобусу:

– Мне позвонили, попросили их встретить и закинуть на базу! Эй, спортсменки, с вещами на выход!

Девушки выбрались на обочину. Подручный Мерина кивнул на «девятку»:

– На заднее сиденье грузитесь, в темпе, на базе уже ждут! Пока, командир, спасибо!

Довольный водитель микроавтобуса начал разворачиваться. Все сложилось для него очень удачно – и деньги срубил, и бензина потратил всего-ничего…

Девушки тем временем гуськом направились к «девятке». Первая из них открыла дверцу и полезла в салон. В этот миг шевельнулся прятавшийся на переднем сиденье Мерин.

– О-ой!.. – невольно вскрикнула девушка.

– Пасть закрой, с-сука! – прошипел Мерин, быстро оглядываясь.

Однако водитель микроавтобуса уже практически развернулся на встречной полосе и ничего не заподозрил. Напуганные неожиданным присутствием в «девятке» Мерина, девушки быстро уселись и молча ждали, что будет дальше.

Подручный Мерина тем временем расстегнул ширинку и помочился у распахнутой задней дверцы «девятки», ничуть не стесняясь присутствия девушек. Микроавтобус наконец скрылся из вида.

– Едем? – спросил подручный Мерина, обойдя машину.

– Подожди, я тоже отолью…

Выбравшись из «девятки», Мерин отошел подальше. Но сделал он это вовсе не из стеснительности, а из осторожности. Расстегивая ширинку, Мерин одновременно позвонил оставшимся в джипе на той стороне границы бандюкам:

– Это я! Он уже поехал назад! Часа через полтора встречайте…

27

Высадив Аникеева у подъезда, Логинов махнул ему на прощание рукой и посмотрел на часы. Богоугодное заведение Аркадия Марковича функционировало до шести утра. Смена Клер как раз закончилась, и Виктор решил, что будет проще выдернуть девушку прямо сейчас и четвертого несфотографированного подозреваемого предъявить ей, так сказать, в натуре.

Приготовившись к нытью измученной работой проститутки, он набрал ее номер. Однако механический голос сообщил, что абонент недоступен. Удивленный Виктор повторил набор, но с тем же результатом.

– Что за черт?.. – нахмурился он.

Привычки ездить в метро Клер не имела. И телефон не отключала никогда – только звук. Выходило, что ее какой-то клиент затащил в какую-нибудь сауну, расположенную в подвале…

В принципе это можно проверить. Служба заказов публичного дома работала круглосуточно. И если Клер увезли на обслуживание, там это, естественно, известно.

Логинов набрал номер ресепшн и, как всегда, представился Ингмаром.

– Очень приятно, чем можем быть полезны, господин Ингмар?

– Мне нужны на пару часов эскорт-услуги, срочно!

– Конечно, будем рады…

– Мне нужна Клер! На семь часов… – В трубке воцарилась подозрительная тишина. – Алло! Вы слышите?

– Да, господин Ингмар! Но, к большому сожалению, это невозможно…

– Ясно… Она занята? – спросил Логинов. – А когда освободится?

– Дело в том, господин Ингмар, что Клер уже не числится в нашем списке…

– Простите, как это?

– Персонал периодически обновляется, понимаете? Зато у нас появилась очень молодая девушка Мишель! Не желаете воспользоваться ее услугами?

– Я подумаю… – сказал Виктор и отключился.

Подумать действительно было о чем. На всякий случай Логинов снова перезвонил Клер и убедился, что она по-прежнему недоступна. Потом прикурил сигарету. И тронул машину с места. Клер снимала квартиру на Юго-Западе. Туда-то и направился Виктор…

28

Водитель микроавтобуса был из Смоленска. Занимался он частными грузо-пассажирскими перевозками, как по области, так и в Белоруссию, до границы которой от Смоленска всего час езды. «Подписали» его звонком на мобильный, по объявлению в местной газете. И так же заманили в ловушку, когда микроавтобус пересек границу обратно.

Некоторое время джип просто сопровождал микроавтобус, потом резко обогнал и ушел в отрыв. Один из бандитов, косясь в зеркало, набрал номер.

– Алло! – зевнул в трубке невыспавшийся водила микроавтобуса.

– Здрасьте, я по объявлению! Мы тут обломались, можете приехать и забрать нас в Смоленск?

– Да я вообще-то не в городе… А откуда надо забрать?

– Да село тут есть, сорок километров по минской трассе в сторону границы, Свиридово называется.

Водила как раз приближался к Свиридово. Это была удача, но он сказал:

– Даже не знаю… Я тут рядом, но мотор барахлит. В общем, если платите в оба конца по ночному тарифу, можно попробовать.

– Без базара! Мы тут в поле, блин, обломались, но я выйду встречу на трассу, лады?

– Лады! – хмыкнул довольный водила. – Я со стороны границы подъеду.

– А какой номер? – для проформы спросил бандит.

Водитель назвал.

– Ага, ну тогда все, я махну!

Через десять минут микроавтобус остановился на пустынном перекрестке. Бандит быстро оглянулся по сторонам и нырнул на пассажирское сиденье.

– Вон за тем коровником наша тачка обломалась! – махнул он. – Телок хоть в город закинешь…

Все было очень правдоподобно, и у водителя микроавтобуса не возникло даже тени подозрений. Он свернул на пустынную дорогу и направился прочь от трассы.

За заброшенным коровником действительно стоял джип. Однако никаких женщин в нем не было и в помине. Да и сам джип водитель микроавтобуса вдруг узнал… Его рука невольно скользнула к монтировке, взгляд метнулся на пассажира.

– Не буксуй, дятел! – рявкнул тот, выхватив пистолет. – Нам только тачка твоя нужна напрокат. Партию оргтехники из трейлера перевезти. Поведешь себя правильно, не тронем!

Секунду водитель колебался. Однако из-за джипа быстро вынырнул еще один мордоворот и шагнул к водительской дверце микроавтобуса.

– Все, все! – поднял руки водитель.

– Молоток, – осклабился первый бандит. – Фишку рубишь! Короче, мы тебя свяжем и оставим в салоне. Ментам скажешь, что бухнул со случайными корешами, кто такие, не знаешь… Уяснил?

– Уяснил… – сиплым голосом произнес водитель.

Интуитивно он чувствовал, что здесь что-то не так. Свой джип настоящие воры, промышлявшие ограблениями трейлеров, навряд ли засветили бы. Хотя джип тоже мог быть «взят напрокат»…

Однако на дальнейшие размышления водителю микроавтобуса бандиты времени не дали. Сидевший в салоне крикнул:

– Порядок, брателла подписался нам помочь добровольно! Конину в темпе неси!

Второй бандит не замешкался. Полминуты спустя он уже протянул в открытую дверь бутылку коньяка. Водитель взял ее, но сомнения шевелились в его голове, и он слегка замешкался. Бандит с пистолетом нахмурился:

– Не буксуй! Так лучше! И тебе головняков никаких, и нам «мокруху» вешать на себя не придется!

Водитель вздохнул и решительно запрокинул голову. В бутылке забулькало, по салону разнесся характерный запах. Бандит с пистолетом незаметно улыбнулся. Так им действительно было меньше головняков…

После «дозы» спиртного водиле дали перекурить. Захмелел он почти сразу. Бандиты подождали еще несколько минут, чтобы коньяк как следует успел всосаться в кровь. Наконец тип с пистолетом велел:

– Ну все, давай в салон, брателла…

Водитель микроавтобуса кивнул и выбрался из кабины. В тот же миг второй бандит нанес ему чудовищный удар монтировкой по лбу. Водитель рухнул как подкошенный.

Тело быстро сунули в салон. Джип выбрался на дорогу первым, за ним тронулся микроавтобус. У глухой балки водителя снова перенесли в кабину и кое-как усадили за руль.

– А если очухается? – спросил один из бандитов.

– Уже без разницы! – пожал плечами второй и захлопнул дверь. – Взяли!

Бандиты напряглись, микроавтобус нехотя покатился к краю балки. Через десять секунд он сорвался вниз, несколько раз перекувыркнулся и застрял в кустах вверх колесами.

Один из бандитов оглянулся на дорогу и быстро спустился вниз. Наклонившись, он ловко перебил бензопровод монтировкой. Из искореженной кабины в это время донесся приглушенный стон.

– Заткнись! Щас попустит, – хмыкнул бандит и начал взбираться по противоположному склону наверх.

Когда он оказался на дороге, из балки уже ощутимо несло парами вытекшего бензина. Бандит достал из джипа коробок спичек, поджег его и швырнул вниз. Коробок еще не успел долететь до микроавтобуса, когда в балке полыхнуло.

– Уматываем!

– А бак точно взорвется? – уточнил напарник.

– Ясный перец! – мазнул взглядом по полыхающему микроавтобусу бандит-пиротехник. – И лучше будет, если мы до того успеем отъехать!

Он не ошибся. Едва джип тронулся с места и одолел каких-то пятьдесят метров, как сзади разнесся взрыв. Над балкой взметнулся черно-красный гриб.

Когда они были уже на полдороге в Москву, позвонил Мерин.

– Ну как дела? – спросил он.

– Все путем!

– Встретили?

– Да!

– И что?

– Как доктор прописал! Все нормально. Только в аварию чуть не попали. Какой-то мудак пьяный не справился с управлением и брыкнулся в кювет. Сгорел, считай, на наших глазах, короче…

– Не хрен пить за рулем! – хмыкнул Мерин.

– Это точно! Мы как тачку поставим, тогда и накатим! А ты скоро?

– Как получится. Может, и сегодня вернусь.

– Ага! Ну тогда, если что, подъезжай в наш кабак, оттянемся вместе…

29

Едва проснувшись, Серый перезвонил на мобильный Мерину:

– Это я! Как дела?

– Все сделали по уму! Пацаны должны быть уже в Москве!

– А у тебя порядок?

– Ага! Только тут у сябров какой-то праздник, ментов в Минске до фига, так что мы торчим на окраине…

– Понял. До встречи не высовывайтесь!

– Само собой!

Позавтракав, Серый посмотрел на часы и решил, что не будет лишним еще раз перетереть на тему Клер с Романом, и перезвонил адвокату. Тот сказал, что со временем у него напряженка, поэтому решили встретиться по дороге на работу «на колесах».

В условленном месте Роман припарковал свой «порш» за «мерсом» Серого, пискнул сигнализацией и направился по бордюру к правой задней дверце.

– Идите погуляйте! – приказал Серый водителю и телохранителю. – Здоров, Роман! Садись…

Когда подручные захлопнули дверцы, Серый сообщил:

– С этой девкой все сделали, как ты сказал, она уже в Минске…

Роман выслушал подробности и удовлетворенно кивнул. Потом спросил:

– Теперь главное, чтобы с белорусскими властями проблем не вышло…

– Да там у этого бывшего мента все схвачено! Это ж не наша, блин, демократия! Там журналюги строем ходят и свой нос куда не надо не суют!

– Будем надеяться, – кивнул Роман. – Но в этой истории есть еще одно, так сказать, не очень надежное звено…

– Какое?

– Этот твой Аркадий… как его?..

– Маркович.

– Вот-вот. Боюсь, что его как работодателя Клер Контора или РУБОП могут прижать в первую очередь, когда выяснится, что их подопечная исчезла…

– И что ты предлагаешь? – нахмурился Серый. – И его, что ли, того… А где я потом замену такому ценному кадру найду?

– Нет, ты не так понял. Просто с ним надо провести соответствующую подготовку. Так сказать, морально-психологическую, чтобы когда менты или Контора его неожиданно прессанут, он с перепугу в первый момент не сболтнул лишнего. Ну а остальное я, конечно, возьму на себя… – скромно пожал плечами Роман.

– Голова! – кивнул Серый. – А кто с ним этот типа тренинг проводить будет?

– Я! – посмотрел на часы Роман. – Сможешь прислать его, скажем, на одиннадцать тридцать?

– Будет как штык! – потянулся к телефону Серый. – С конспектом и памперсом!

– Памперсы пусть прибережет для встречи с силовиками! – в тон Серому ответил Роман. – Ладно, если это все, я побежал…

30

На Лубянку Логинов гнал оперативную машину как на пожар, благо, движение было еще не очень оживленным. Приехав, Виктор сразу направился в приемную Ватлина. Генерал, к счастью, был уже у себя.

– Здравия желаю, разрешите?

– Здравствуй! – кивнул только-только приехавший Ватлин. – Заходи, садись, я сейчас… Ну что, отработали делегатов?

– Отработали, – бросил папку на стол Виктор. – Но дело хреновое! Курсистка пропала!

– Что?.. – повернулся у платяного шкафа Ватлин. – Как пропала?

– На работе ее из списка почему-то исключили! Телефон не отвечает, и дома ее тоже нет. Боюсь, с ней что-то случилось…

– Ты уверен? Может, она просто того… ну, на халтуре или как там это у проституток правильно называется?

Логинов вытащил сигарету и махнул головой:

– Не думаю… Тут что-то другое. Иначе ее бы не исключили из списка в публичном доме. Понимаете?

– Понимаю, – прошел к столу Ватлин. – Так ты у нее дома был?

– В квартире – нет. Но звонил долго, была бы – открыла бы…

– Надо проверить квартиру, – сказал Ватлин.

– Без толку! Публичный дом надо трясти, они явно что-то знают!

– И как ты себе это представляешь?

– Как-как?.. «Маски-шоу», всех мордой в пол, по одному на опрос…

– Это исключено. Никто делать это не позволит. Какие основания?

– А исчезновение Курсистки – не основание?

– А у тебя есть доказательства, что она исчезла? И вообще, это дело милиции – искать без вести пропавших. Руководство на «маски-шоу» санкцию не даст в любом случае…

– Ну тогда только один вариант, – пожал плечами Виктор.

– Какой?

– Умыкаем директора публичного дома. Вывозим за город и заставляем рыть себе могилу…

– Отставить! – досадливо махнул рукой Ватлин. – Сейчас даже бандиты так не делают, не те времена!

– Да все они делают, только без шума…

– Но мы не бандиты! – отрубил Ватлин. – Тем более что ситуация до конца не ясна. Мало ли проституток исчезает в Москве на пару-тройку дней? В общем, не пори горячку, а организуй негласную проверку. Понял?

– Так точно!

– Все! Работай! Команду выделить специалистов я дам…

31

– Вы все поняли, Аркадий Маркович? – оценивающим взглядом уставился на управляющего публичного дома Роман.

– Да, то есть… – проговорил тот, поспешно доставая платок и промокая вспотевший лоб. – Вы думаете, они меня будут бить?..

– Это навряд ли. Но жесткий психологический прессинг применят наверняка. Ну и «прокладки»…

– Какие, простите, прокладки? – удивленно посмотрел на адвоката собеседник.

– Это жаргон, сленг. Я имею в виду ловушки. Вы «Место встречи» смотрели?

– В смысле?

– Ну кино, про Жеглова и Шарапова…

– А-а, да-да, конечно, кто ж его не смотрел?

– Помните, как Шарапов под видом экспертизы почерка заставил Фокса написать письмо бандитам?

– Да, помню.

– Вот это и есть классическая «прокладка». Но вообще-то таких приемов огромное количество. Поэтому от вас требуется только одно – ничего не писать, ничего не подписывать и ничего не говорить без моего присутствия. Только то, что мы уже обговорили. Ясно?

– Да, – кивнул Аркадий, снова промокая лоб платком.

Он был, конечно, не титан духа, но никаких особых подвигов от него и не требовалось. Поэтому Роман решил, что тренинг можно закруглять.

– Тогда не буду вас больше задерживать, – поднялся он из-за стола. – Это не обязательно случится. Но если случится, четко придерживайтесь моих инструкций, и все будет нормально. Как говорится, кто предупрежден, тот вооружен, – напоследок не удержался от цитаты Роман. – Так что, можно сказать, оружием я вас обеспечил!

– Спасибо! – потряс руку адвоката Аркадий. – Я все понял!

32

Выдергивать Горова и Аникеева Логинов до обеда не стал. С группой выделенных Ватлиным оперативников он снова поехал на Юго-Запад. После тщательной подготовки штатный «медвежатник» УБТ вскрыл замки квартиры.

Обыск провели тщательно. Но ничего, что могло бы пролить свет на то, где находится Клер, не обнаружили. Документы и мобильный с номерами знакомых она, естественно, таскала с собой.

Оставались, конечно, так сказать, коллеги по совместной работе. Но опрашивать их означало «засветить» Клер. Поэтому Виктор вернулся на Лубянку. И тут же его выдернул Ватлин.

На этот раз генерал выглядел весьма озабоченным и сразу сказал:

– Твои подозрения, похоже, подтверждаются…

– А что случилось?

– За тобой вчера следило УСБ.

– Вот черт! И что?

– Начальник управления сегодня доложил о результатах директору. Они случайно записали весьма интересный разговор в публичном доме. Курсистку там действительно расшифровали. И, судя по всему, не без нашей помощи, Логинов…

– Что?..

Вместо ответа Ватлин бросил на стол распечатку разговоров в шестом номере. Виктор быстро просмотрел ее и потянулся за сигаретами.

– Можно?..

– Да, – кивнул Ватлин.

Около минуты в кабинете висела тишина. Ватлин и Логинов были профессионалами и прекрасно понимали, что от ошибок в их работе никто не застрахован. Да и навряд ли экстренную встречу с Курсисткой в публичном доме можно было назвать ошибкой. И все же оба офицера испытывали чувство вины…

– И что, теперь санкция будет? – наконец спросил Логинов.

– На что?

– На «маски-шоу» в публичном доме.

– Нет. Для получения санкции нужны основания…

– А это не основание? – кивнул на распечатку Логинов.

– Нет. Во-первых, там нет угроз, а во-вторых, эта распечатка не имеет силы юридического документа. Но директора публичного дома, конечно, нужно прижать. Только без излишеств!

33

Едва «Ниссан» Аркадия Марковича повернул к кованым воротам публичного дома, как из припаркованной неподалеку оперативной машины выпрыгнул капитан Горов. Он был невыспавшийся и злой. Поэтому на роль «злого» следователя подходил сегодня как нельзя лучше.

– Милиция! – рявкнул Горов, подскочив к водительской дверце. – Выйдите, пожалуйста, из машины!

Аркадий Маркович, хоть и был только что проинструктирован Романом, все же растерялся. Ведь тот дал понять, что «наезда» следует ожидать через два-три дня, не раньше…

– Глухой, что ли?.. – распахнул дверцу Горов.

– А в чем дело?..

– Вам придется ответить на пару вопросов! Вы, надеюсь, не против?

– Нет. Задавайте, – сказал Аркадий, не отпуская руля.

Видя, что тот не собирается покидать машину, Горов вытащил наручники.

– Тогда придется вас задержать!

– За что?

– За отказ сотрудничать!

– Я не отказываюсь! И потом… – вспомнил Аркадий инструкции Романа, – меня что, в чем-то обвиняют?

– Пока нет!

– Ну тогда вы не имеете права меня задерживать! Я звоню адвокату!

– Потом позвонишь! – потерял терпение Горов и извлек Аркадия за шиворот из машины.

– Что вы себе позволяете, это произвол! – заорал Аркадий. – На каком основании?

– Я же сказал, нам нужно задать тебе пару вопросов!

– Так задавайте! Я готов!

– Здесь, на улице?

– Пройдемте ко мне! У меня очень удобный кабинет! – кивнул на публичный дом Аркадий.

Охранники из будки в первый момент попытались прийти ему на выручку, но их заблокировал милицейский опер, взятый для прикрытия. Теперь один из охранников звонил из будки, второй наблюдал за происходящим. И это придавало Аркадию уверенности.

– Вам придется проехать с нами! – сказал Горов.

– Куда?

– В отделение милиции.

– В какое отделение?

– В ближайшее… Или мы вас доставим туда принудительно!

– Хорошо, – вздохнул Аркадий. Поскольку о случившемся охрана уже докладывала Серому, он решил больше не качать права. – Только я поеду в своей машине. Прошу на переднее сиденье!

34

– Что еще вы можете сообщить о Варваре Сапроновой?.. – в пятый раз спросил Горов.

– Я вам уже все сообщил, – нервно проговорил Аркадий. – Она работала у нас массажисткой. Но вчера вечером самовольно ушла с работы, и больше я ее не видел!

– Как она ушла? Во сколько?

– Не знаю. Она ушла тайно. В смысле, никого не предупредив. Хватились мы ее около одиннадцати. Это все!

– Да?

– Да!

– А это что?.. – вдруг протянул руку к карману Аркадия Марковича Горов. – О, как интересно! – Двумя пальцами Горов вытащил небольшой пакет с белым порошком. – Наркотиками балуетесь, Аркадий Маркович?

– Это не мое! – выпучил глаза Аркадий.

– Да ладно вам, – ухмыльнулся Горов. – Грамма три будет… А это серьезная статья! Впрочем, я мог бы об этом забыть. Если бы вы пошли мне навстречу! Ну так что – будем оформлять изъятие или поговорим о Варваре? У вас три секунды на размышление! И пять лет в перспективе!

Тут Аркадия невольно пробил холодный пот. Не пройди он сегодня тренинг у Романа, он мог бы и дрогнуть. Но адвокат свое дело знал. И Аркадий дрожащим голосом вскрикнул:

– Это «прокладка»! И у вас этот фокус не пройдет! Я отказываюсь говорить до прибытия своего адвоката!

Горов кивнул молчаливому милицейскому оперу – мол, присмотри пока. А сам вынырнул в коридор. В соседнем кабинете сидел Логинов с замначальника отделения милиции. Горов быстро взял из лежащей на столе пачки сигарету и прикурил ее.

– Ну?.. – спросил Логинов.

– Он не расколется, – покачал головой Горов. – Разве что пентоталоном ширнуть…

– Только не в нашем отделении! – быстро проговорил милицейский подполковник.

– Ну, или в камеру к «синим» подсадить, – пожал плечами Горов.

– Это в принципе организовать можно, – кивнул милиционер. – Но только если будет санкция прокуратуры или суда на его задержание… – В этот момент на столе зазвонил телефон. – Да, слушаю! Уже адвокат прибыл? А как фамилия? Ой, блин… Ясно, пока придержите… Труба дело, коллеги! – быстро сказал замначальника отделения, опустив трубку. – Адвокат вашего клиента уже внизу в дежурной части. И не какой-то «заочник», а Блумберг. А это тип еще тот, мы с ним хлебнули не раз горя! В общем, я вам больше не помощник. Блумберг ваше липовое заявление об исчезновении Сапроновой «раскусит» на раз. И тут же настрочит кучу «телег» в прокуратуру – от межрайонной до генеральной. Поэтому решайте! Или вы забираете этого Аркадия к себе и продолжаете колоть на Лубянке, или я его выпускаю…

Логинов только приглушенно выматерился.

– Понял! – поднялся милиционер.

Минуту спустя он уже вывел Аркадия Марковича к решетке у дежурной части. Блумберг закричал еще издали:

– Я буду жаловаться! Вот доверенность, а вы меня не пускаете к подзащитному!

– К какому подзащитному? – недоуменно пожал плечами замначальника отделения. – Гражданин добровольно проехал к нам для беседы. Мы его ни в чем не обвиняли. Наоборот, благодарны, что он уделил нам время. Ведь так?..

– Вы ничего не подписывали, Аркадий Маркович? – быстро сориентировался Блумберг.

– Нет!

– И претензий не имеете, верно? – спросил подполковник.

– Насчет претензий мы еще посмотрим! – окинул придирчивым взглядом подопечного Блумберг. – Вас не били?

– Нет. Только наркотики пытались подбросить…

– Что?!. – напрягся Блумберг.

– Гражданин шутит, – рассмеялся замначальника отделения. – Ну, удачи, не смею больше задерживать! И еще раз спасибо за помощь!

35

– Вот такая херня получилась! – развел руками Логинов. – И карты раскрыли, и этого Аркадия Марковича не раскололи! Говорил же я – за город его надо было вывозить, а не под ментовку с ним работать!

Ватлин хмуро уставился в стол. В чем-то Логинов был прав. Полумеры в данном случае привели к тому, что ситуация еще больше осложнилась. Но руководство требовало строго придерживаться закона. Вот и допридерживались…

– Ладно, будь у себя, – кивнул Ватлин. – Я попытаюсь убедить начальство дать нам в этом случае свободу действий. Но не больно-то рассчитывай на это. Так что думай, что делать дальше. Курсистка нам нужна кровь из носу…

– В том-то и дело! А ее сейчас, может, убивают, чтобы обрубить все концы!

– Это навряд ли. Блумберг этот явно не дурак. А значит, и его клиенты тоже. Уж теперь-то кого-либо убивать они поостерегутся. Так что пока думай, что можно предпринять…

К себе Логинов вернулся мрачнее тучи. Включил чайник, повернулся к окну и, сунув руки в карманы, уставился на улицу невидящим взглядом.

В голове назойливой мелодией вертелась фраза из «Маленького принца» насчет того, что мы в ответе за тех, кого приручили. Логинов, конечно, был далеко не маленький принц, да и Клер уподобить розе можно было только с большой натяжкой.

Но все равно Виктор чувствовал себя ответственным за случившееся с проституткой. Даже вне зависимости от того, что она сейчас являлась важнейшим свидетелем, спасение которого превратилось в дело государственной важности.

Отношения кураторов с агентами складываются по-разному. Нередко кураторы презирают своих подопечных и даже ненавидят. И не без оснований – среди армии «барабанщиков» полно личностей, общение с которыми может кого угодно заставить усомниться в самом существовании такого понятия как «человечность». Именно поэтому некоторые кураторы и делали иногда своих агентов разменной монетой в оперативных комбинациях, «сдавая» их с потрохами тем, на кого они «стучали».

Логинов такого категорически не принимал. И не потому, что был белоручкой. Просто он считал, что, если уж на то пошло, куратор должен собственноручно ликвидировать агента-мерзавца, но не предавать его ни при каких обстоятельствах. Иначе он сам автоматически становится мерзавцем.

В этом смысле Логинову импонировал Маркус Вольф – руководитель легендарной «штази», прекратившей свое существование вместе с ГДР. Какими бы неприглядными делами с сегодняшней точки зрения ни занималась «штази» в прошлом, Маркус Вольф доказал, что рыцарь плаща и кинжала может быть человеком чести. Чтобы узнать имена агентов «штази», германские власти предлагали Маркусу Вольфу миллионы, одновременно гарантируя прекращение уголовного преследования. С другой стороны, Маркус Вольф мог тайно выехать в Россию, где ему было бы предоставлено пожизненное убежище и иммунитет.

Однако убегать он не стал, посчитав это ниже собственного достоинства. Вольф остался в Германии, где прошел заключение и несколько судебных процессов, но так и не сдал ни одного секрета бывшей «штази». Вот и говори после этого, что коммунистическими спецслужбами Восточной Европы заправляли негодяи…

Чайник закипел и выключился, Виктор повернулся, но потянулся не к чайнику, а к телефону. И позвонил в Управление по борьбе с организованной преступностью ФСБ.

– Слушаю! – пробасил коллега Виктора полковник Чайкин.

– Это Логинов! Ну что, не появился ваш майор Горшков?

– Горшков появился, санкция пока не появилась…

Логинов приглушенно выматерился, но взял себя в руки:

– Личная просьба: проследи, чтобы этот твой Горшков куда-нибудь снова не умотал. А санкцию я вам принесу сам – в клюве…

36

– Дел оперативной разработки показать не смогу, – покачал головой Горшков. – А на вопросы отвечу! Валяйте!

Логинов сидел в небольшом кабинете на стуле. Горшков с сигаретой пристроился напротив него на столе. Он был чернявым, коротко стриженым, резким и худощавым. Лицо Горшков имел весьма характерное и жестикулировал не хуже чисто конкретных пацанов. Не знай Логинов, что майор в прошлом кадровый военный, он бы, пожалуй, даже не усомнился, что перед ним прожженный бандит.

– Дело такое… – сказал Виктор, тщательно подбирая слова. Не то чтобы он не доверял Горшкову, но и говорить лишнего не имел права. – Нам позарез нужно найти одну проститутку. Работала она на Серого в новом публичном доме недалеко от центра. Знаешь такой?

– Само собой. Интересное место… Ну?

– Вчера управляющий Серого Аркадий обвинил ее в том, что она работала на… В общем, на два фронта.

– В смысле стучала? Вам или ментам? – быстро спросил Горшков, резко стряхивая пепел мимо пепельницы.

– Сейчас без разницы кому, правильно?

– В общем-то да, – двумя затяжками прикончил сигарету Горшков и с силой раздавил ее в пепельнице. – Потому что ее уже закопали…

– Что?.. Это точно?.. – напрягся Логинов. – Кто тебе дал эту информацию?

– Никто, – пожал плечами Горшков. – И это не информация, а предположение. Просто Серый таких вещей не прощает. Иначе его уже давно бы закопали самого… Так что конкретно вам надо?

– Я же сказал: нам нужно ее как можно скорее найти – живой!

– Вчера, говоришь, дело было?.. Тогда шансы, конечно, есть, – довольно скептически произнес Горшков. – Но не очень большие…

– Тогда мне надо знать – на чем Серого можно как следует взять за жабры! Чтобы вынудить его отпустить девушку и оставить ее в покое!

– У вас все в УБТ такие шутники? – резко сунул в рот следующую сигарету Горшков. – Если бы Серого так просто было взять за жабры, он у нас давно бы сидел!

– Хорошо работаете! – не сдержался Виктор, тоже сунув в рот сигарету.

– Не хуже вашего! – пожал плечами Горшков. – У меня одного таких Серых знаешь сколько?.. Но, заметь, все их схемы работы – вон там, в сейфе, в папочках!

– А что толку с твоих папочек, если он раскатывает по Москве на крутых тачках, делает что хочет и имеет всех нас в виду?

– Толк есть. Просто, чтобы реализовать эти материалы, нужно не три опера, которые у меня под рукой, а три бригады «наружки» плюс техника, плюс аппаратура, плюс помощь милиции. Месяца на три… Вот тогда, на основе видеоматериалов и аудиозаписей, и можно будет таких вот Серых сажать. Потому что на голых свидетельских показания эту публику не осудишь. Адвокаты у нее ушлые, да и судьям есть что дать. А о программе защиты свидетелей я могу только мечтать… Короче, если хочешь его прижать по-быстрому, суньте наркоту. Это мой вам совет.

– Спасибо, – сказал Логинов, поднимаясь. – Уже совали…

37

Серый как раз собрался выйти из офиса, чтобы ехать на обед. Водитель уже подогнал «мерс» к крыльцу. Бобер, шедший впереди хозяина, распахнул дверь и окинул улицу быстрым взглядом. В этот миг все и началось.

На тротуар один за другим неожиданно заехали два микроавтобуса «Мерседес». Двери салонов отъехали в сторону еще до того, как они остановились, и оттуда посыпались бойцы в черных комбинезонах с надписями «УФСБ» на спине.

Двое бросились к блокированному «мерсу». Водитель у Серого был не маленький – под метр девяносто ростом. Однако после молниеносного контакта с ботинком одного из спецназовцев он в доли секунды оказался на асфальте. Выдернули его из-за руля так, словно он был невесомым…

– Лежать, сука! Руки за голову! – разнеслось над тротуаром.

– Стоять! ФСБ! Назад! – Эти команды касались уже Бобра, который инстинктивно подался внутрь.

– Задержи их! – крикнул Серый сзади и тут же бросился в глубь офиса, выхватив на бегу мобильный.

Бобер, надо отдать ему должное, не испугался. Мало того, он мгновенно сообразил, что торчать в двери на пути взбегающих на крыльцо бойцов не очень разумно. Поэтому Бобер отскочил назад, закрыл дверь и даже успел как следует упереться ногами в порог и придать своему телу наклон назад.

– Открыть! ФСБ! – послышалось сквозь топот ног.

Бобер на это только осклабился и ухватился за ручку покрепче. Но веселился он недолго. Бойцы в черных комбинезонах действовали слишком быстро.

Тонированное стекло двери вдруг взорвалось. В тамбур влетела нога в тяжелом ботинке и угодила Бобру в правую руку. Удар вышел болезненным – рука мгновенно онемела. В следующий миг дверь рванули наружу настолько резко, что Бобер просто не успел среагировать, и ручка выскользнула из его разжавшейся левой кисти. Впрочем, это было и к лучшему – иначе он бы непременно вылетел на крыльцо.

А так Бобер смог задержать бойцов еще на пару секунд. Отпрыгнув к внутренней двери, он встал в стойку и дважды махнул левой рукой. Это был так называемый «удар почтальона». Грозное оружие в боксе, которое оказалось не очень эффективным против спецназа УФСБ по Москве и Московской области.

– Кий-я! – разнеслось в тамбуре.

Хлесткому прямому удару ногой в корпус Бобер ничего противопоставить не смог. Уклон не удался, поскольку с ним телохранитель Серого малость запоздал. В результате Бобер отлетел назад, распахнув своим телом внутреннюю дверь. Равновесие он кое-как сохранил, но тут же получил еще один удар ногой, от которого рухнул на пол в фойе.

Крик «Лежать! Не двигаться!» Бобер услышал уже словно сквозь вату. В принципе вскакивать он даже и не пытался. В голове шумело, и Бобру казалось, что он мчится на карусели под всполохи иллюминации…

Бойцы в черном тем временем понеслись по коридору, распахивая двери и воплями заставляя находящихся в кабинетах опускаться на пол. Желающих боксировать со спецназом больше не нашлось, так что офис Серого взяли под контроль за считаные секунды.

Сам Серый закрылся с телефоном в кабинке женского туалета и орал Роману:

– Они ворвались в офис! Сейчас доберутся до меня, что делать?.. Что?.. Понял! Быстрее приезжа…

– Бу-бух! – содрогнулась от удара дверь.

Крошечный никелированный запор с обиженным звоном улетел куда-то под умывальник, поскольку на такое обращение рассчитан не был. Серый успел податься назад. Однако в образовавшийся проем тут же влетел боец в черном и с ходу зарядил хозяину офиса прямой в нос.

Дорогой мобильный грохнулся на кафель за унитазом, но уцелел и закричал голосом Романа из соседней кабинки:

– Я выезжаю! Жди!..

А спецназовец уже рывком выдернул контуженного Серого из кабины и подсек:

– На пол! Руки за голову! Не двигаться!

38

– Порядок! Объект под контролем! – проговорила рация. – Можно заходить!

Виктор выбрался из оперативной машины и направился к крыльцу. На безопасном расстоянии по обе стороны от входа в офис уже собрались две кучки зевак. Народ в Москве явно соскучился по подобным зрелищам. В смысле зрелищ 90-е годы оставались вне конкуренции. Реалити-шоу были на любой вкус – «Дом-1» в девяносто первом, «Дом-2» в девяносто третьем. С танками и прочими непременными атрибутами масштабных технотриллеров. Ну а «Маски-шоу» вообще происходили через день…

Оказавшись в фойе, Логинов увидел начальника дежурного взвода спецназа московского УФСБ, руководившего силовой операцией. И спросил:

– Серого хоть не упустили?

– В туалете взяли!

– В туалете?

– Ага! Женском! По телефону на толчке с кем-то говорил!

Логинов хотел было приказать отвести Серого в кабинет, но в последний момент подумал, что так даже лучше. И кивнул:

– А ну-ка пошли, покажешь!

В туалете пахло дорогим освежителем воздуха и было чисто, как в операционной. Картину только слегка портила перекошенная дверь одной из кабинок. Серый лежал с расставленными ногами под стенкой и хлюпал разбитым носом. Капли крови капали на кафель, но кровотечение было несильным.

– Ну здравствуй, Серый! – сказал Логинов, останавливаясь возле бандита.

Тот попытался поднять голову, но стоящий рядом спецназовец тут же рявкнул:

– Лежать! – И ткнул бандита ногой в бок.

– Отставить! – махнул сигаретой Виктор. Потом оглянулся на командира дежурного взвода. – Я с ним сам поговорю…

Спецназовец, стоявший над Серым, сквозь прорези маски удивленно посмотрел на Виктора, но лейтенант резко скомандовал:

– Всем выйти в коридор!

Когда он последним покинул туалет и притворил за собой дверь, Серый поднял голову и уставился на Виктора:

– Ты кто?

– Полковник Логинов! – представился Виктор, щелкая зажигалкой. – Управление по борьбе с терроризмом ФСБ… Можешь пока подняться.

Серый с опаской посмотрел на дверь. Логинов чуть заметно улыбнулся:

– Не бойся… Я, если что, не хуже их отработаю.

– А я никого и не боюсь… – со скрытым вызовом сказал Серый, поднявшись и смерив Виктора взглядом.

– Не думаю, – пожал плечами Логинов, разглядывая Серого. – Все мы чего-то боимся…

Бандит, в свою очередь, рассматривал Виктора. И не очень понимал, чего этот полковник от него хочет. Чтобы скрыть замешательство, Серый сказал:

– Сигаретой угостишь, командир?

– Держи! – кивнул Виктор, но пачку протягивать не стал, сам выудив из нее сигарету и протянув бандиту.

Логинов щелкнул зажигалкой, Серый затянулся, кивнул, потом посмотрел на испачканный кровью фильтр и провел тыльной стороной ладони под носом. Еще раз затянувшись, он сказал:

– Че-то я не въеду, командир… Вы что, бомбанули мой офис, чтобы мы с тобой покурили в туалете?

– Нет, – покачал головой Виктор.

– А в чем тогда прикол?

– Я думаю, ты догадываешься, – сказал Виктор.

– Это, что ли, насчет того, насчет чего Аркашку в ментовку дергали?

– Точно. Нам нужна Клер…

Серый вздохнул:

– Ну вы, блин, даете! Аркашка же все насчет нее выложил! Она вчера с работы смылась, где мы ее вам возьмем…

– Ты не понял, Серый, – покачал головой Логинов. – Шутки закончились. Или мы получаем Клер, или…

– Да, блин, я сам не знаю, куда она она делась! Понимаешь, командир? – очень правдоподобно изобразил негодование Серый, однако Логинов после паузы спокойно продолжил:

– Или мы проводим в офисе по всем правилам обыск…

– Ну и?.. – хмыкнул Серый. – Думаете, я эту Клер тут спрятал?

– Не думаю. Но не исключаю, что ты тут спрятал кое-что посерьезнее…

– Например? – нахмурился Серый.

– Например, пластид. Это такая взрывчатка, которую используют террористы. По оперативным данным, ты ею приторговываешь…

– Я?.. – криво усмехнулся Серый. – Ну вы даете! Я такой херней вовек не занимался!

– Возможно. Но если мы ее обнаружим, ты не отвертишься, Серый, – покачал головой Логинов. – И адвокаты тебе уже не помогут. Ни один судья, будучи в трезвом уме, не выпустит человека, который торгует пластидом. Ну что, проверим?

– Э-э! Стоп! – швырнул сигарету на пол Серый. – Я не террорист, полковник! И не отказываюсь вам помогать! С этой девкой и вправду вышла заморочка!

– Какая?.. – тут же спросил Логинов.

– Да Аркашка вычислил, что она стучала ментам…

– Как вычислил?

Серый облизнул губы:

– Этого я сказать не могу!

– Как он это вычислил?

– Блядь!.. – выругался Серый. Потом решительно выпалил: —Да случайно! Короче, камеру я ему в одном номере поставить сказал, чтоб одного педрилу снять и прижать к ногтю!

– Какого педрилу?

– Да неважно, командир! А в этом номере случайно Клер оказалась, и Аркашка увидел, как она «маляву» строчит!

– И что?

– Да что? Позвонил он мне, я сказал, чтобы он ее подержал до разбора! А она смылась!

– Это не разговор, Серый, – покачал головой Виктор.

– Да клянусь, командир! Падлой буду! Мы ее сами ищем! Вернее, искали!

– Что значит искали?

– А то, что она с перепугу дернула за границу! Не успели мы ее выцепить! Умотала, сучка, в Белоруссию! Сам можешь проверить, командир! Мы через одного человека пробили! Сегодня утром она к сябрам перебралась!

39

Логинов посмотрел на Серого долгим взглядом, потом сказал:

– Хорошо, сейчас проверим… Но если это не так, я тебе не завидую. Присмотрите за ним! – скомандовал Виктор, шагнув в коридор.

Пройдя к окну, он связался с Ватлиным и доложил о своем разговоре по душам с Серым. Генерал сказал:

– Хорошо, не отключайся! – И принялся куда-то звонить. Пару минут спустя он отозвался в трубке: – Алло, Логинов!

– Да, товарищ генерал!

– Информация подтверждается! Похоже, на этот раз Серый не соврал! Варвара Сапронова действительно сегодня под утро пересекла границу с Белоруссией!

– Или ее паспорт…

– Что?..

– Говорю, или ее паспорт границу пересек.

– Это навряд ли, – не согласился Ватлин. – Сейчас пограничников натаскали будь здоров. Навряд ли и наши, и белорусские просмотрели бы «подмену»… Вот черт, выходит, Курсистка с перепугу убежала за границу! Ну что же, придется подключить ГБ тамошнее, чтоб помощь оказали. Ладно, сворачивайтесь в темпе. Только обязательно подписку возьми, что Серый никаких претензий к нам не имеет…

– Вы что, хотите его так просто отпустить?

– А ты что предлагаешь? Цель достигнута…

– Я в этом пока не уверен. Его надо задержать! Потому что эта сволочь из тех, кого надо держать за горло…

– Отставить, полковник! Курсистка за границей! И нам надо не с Серым отношения выяснять, а принять все меры к ее скорейшему обнаружению и возвращению! Ясно?

– Так точно…

– Тогда выполняйте!

Логинов отключил телефон. Он был не согласен с Ватлиным, но с начальством не поспоришь. Да и вся ответственность за «маски-шоу» лежала на генерале. Так что «находить» что-либо без его санкции в офисе Серого Виктор просто не имел права…

– Товарищ полковник! – позвал Логинова от фойе лейтенант-спецназовец. – Там на крыльце адвокат Серого бумажками размахивает. Блумберг, по-моему, фамилия, я его рожу по телевизору несколько раз видел.

– Пусть еще немного помашет, – бросил Виктор. Снова войдя в туалет и отпустив кивком бойца, Виктор сказал Серому: – Короче, так… Информация твоя вроде бы подтвердилась…

– Ну, – развел руками Серый, – я же тебе не фуфло задвинул, командир!

– Закрой пасть! – поморщился Логинов. – Лично я бы тебя, конечно, так просто не отпустил. Но мое гуманное начальство решило по-другому. С учетом твоей информации… В общем, как только ты подпишешь бумажку, что не имеешь к ФСБ никаких претензий, мы уедем…

– Да без проблем! – посмотрел на испачканный кровью платок Серый. – Какие претензии, я не в обиде! С терроризмом надо бороться!

Настроение Серого резко улучшилось. Он снова чуствовал себя хозяином жизни. Логинов же мрачно сказал:

– Только я тебя предупреждаю: если с Клер что-то случится или уже случилось по твоей вине, я до этого докопаюсь. И тогда меня не остановит даже начальство!

Серый снова нахмурился. Будучи неплохим психологом, он почувствовал, что это не пустая угроза. Поэтому, слегка поколебавшись, Серый без консультаций с Романом выложил свой последний козырь:

– Это ты зря, командир… Я за свой базар отвечаю. Поэтому даже дам тебе еще одну наколку, чтобы ты мне поверил.

– Какую? – насторожился Логинов.

– Мои люди пробили, что Клер ломанулась в Белоруссию не просто так. Она подписалась работать проституткой в Турции…

– Так! На кого подписалась?

Серый развел руками:

– Этого я точно не знаю. На какую-то левую фирму, которые открывают на паспорта бомжей.

– А откуда тогда инфо?

– С Клер в Белоруссию поехали еще две шмары – хохлушки. Одна из них и проболталась перед отъездом знакомой…

40

– Ну? – поднял голову Виктор. – Как успехи?

– Кое-что пробили, – кивнул Горов.

Несмотря на тяжелый день, он выглядел довольным. Логинов кивнул:

– Ну так выкладывай, не тяни!

– Значит, дело такое. Гражданка России Сапронова Варвара Петровна пересекла государственную границу одновременно с гражданками Украины Мороз и Тягнирядно…

– Как-как?

– Тягнирядно, – посмотрел на лист Горов, – или Тягнырядно – я по телефону записывал. Но не это главное, шеф. Пересекли они границу на микроавтобусе «Газель», принадлежащей гражданину России Толмачеву…

– Так!

– И этот Толмачев уже вернулся в Россию!

– Регистрация у него московская? – быстро спросил Виктор.

– Не-а… Смоленская. И микроавтобус тоже зарегистрирован там.

– Так, молодец! – быстро посмотрел на часы Виктор. – Иди собирайся. Чувствую, мы сегодня еще прокатимся в Смоленск…

– А регионалам нельзя поручить переговорить с ним, шеф?

– Можно. Но навряд ли начальство на это пойдет. До Смоленска сколько?

– Километров четыреста, даже меньше…

– Ну вот. Три часа езды по хорошей трассе. А если направлять поручение, одна канцелярщина день займет…

41

«Ауди А8» летела по пустынной трассе реактивным снарядом. Наряду с депутатами Госдумы этой машиной любило пользоваться и начальство ФСБ. Правда, для оперативных нужд получить наследницу «хорьхов» было практически нереально. Разве что в самых неотложных случаях. Но обнаружение Курсистки именно таким случаем и было.

– Тормози, – велел Логинов Горову. – Подъезжаем…

Впереди в свете фар действительно загорелась флуоресцентной краской надпись «Смоленск». Горов не без сожаления чуть отпустил ногу на акселераторе, и «Ауди» мгновенно сбросила скорость. Езда на этой машине доставляла Степану такое удовольствие, что он даже перестал ощущать усталость.

При въезде в город Виктор перезвонил в УФСБ по Смоленской области. Оперативный сотрудник, которого он просил выделить в помощь, ждал у себя в отделе. Виктор уточнил у него, как быстрее всего проехать к УФСБ, и сказал:

– Выходите минут через двадцать…

В принципе помощь местного фээсбэшника могла и не понадобиться, но Виктор решил перестраховаться. Все-таки чужая «земля», так что иметь под рукой смоленского опера было нелишним.

Едва «Ауди» подкатила к массивному зданию УФСБ, освещенному фасадными прожекторами, как к ней направился молодой оперативник в костюме с галстуком.

– Полковник Логинов? – наклонился он к опущенному окну машины.

– Да!

– Здравия желаю! Капитан Свиридов!

– Очень приятно! – пожал протянутую руку Виктор. – Прыгай!

С Горовым капитан познакомился уже в машине, по дороге к месту регистрации гражданина Толмачева. Зарегистрирован тот был в девятиэтажке гостиничного типа, располагалась она неподалеку от центра города.

Добрались минут за пять. Логинов открыл дверцу и кивнул капитану:

– Пошли!

– И мне с вами? – потянулся к ключу зажигания Горов.

– Сиди лучше, – махнул головой Виктор. – А то если что-то с тачкой случится, с меня начальство скальп снимет…

Опасения Виктора казались небезосновательными. Время было уже около половины одиннадцатого вечера. А район, несмотря на близость к центру, был явно не элитным. Из кустов доносились пьяные крики малолеток, на втором этаже происходила семейная драка. Женские вопли разносились через форточку на весь двор.

– Весело тут у вас, – покачал головой Логинов.

– Как везде, – пожал плечами Свиридов.

В подъезде было темно, лифт, правда, работал. Логинов со Свиридовым вышли из кабины на седьмом этаже. В заплеванном и заваленном окурками коридоре группа подростков играла в карты прямо на полу.

Переступив через бутылки пива, оперативники прошли в самый конец коридора. Дверь нужной квартиры оказалась железной, выкрашенной в черный цвет кузбаслаком. Под звонком какой-то шутник написал маркером: «Кто званит в дверь сразу приежает неатложка».

Свиридов вопросительно посмотрел на Виктора, тот молча кивнул. Капитан утопил кнопку звонка и прислушался. Потыкав в нее еще немного, он оглянулся:

– Кажется, не работает…

– Стучи!

Свиридов постучался. Почти сразу скрипнула внутренняя дверь, кто-то выглянул в глазок. Послышался глухой женский голос:

– Кто?..

– Из милиции! – ткнул к глазку «дежурное» удостоверение Свиридов. – Откройте, пожалуйста, нам надо задать вам пару вопросов!

Дверь открыли сразу, без дополнительных расспросов. Но толком обрадоваться этому факту оперативники не успели. На пороге стояла женщина в черной косынке с опухшим лицом и черными кругами под глазами.

– Опять? – глухим голосом спросила она. – Чего вы от меня хотите еще?.. – И, не сдержавшись, зарыдала.

42

Проверку по факту гибели в ДТП гражданина Толмачева вела прокуратура одного из районов Смоленской области, на территории которого сгорел микроавтобус. Сделав пару телефонных звонков, Виктор понял, что встретиться сегодня со следователем ему не удастся.

Им с Горовым пришлось заночевать в гостинице. И только утром они выехали в район, уже без Свиридова. Здание районной прокуратуры напоминало обычный сельский кирпичный дом. Пожилой прокурор здорово смахивал на тракториста. Правда, его помощник, непосредственно занимавшийся материалами ДТП, был молодым и вид имел вполне городской.

Интерес к ДТП московских фээсбэшников его здорово удивил, но не более того. Вытащив из сейфа тощую папку, он пожал плечами:

– Обычная авария, я в этом уверен. Как только получим заключение экспертизы, будем выносить постановление об отказе в возбуждении дела…

– А когда обещали результаты? – спросил Виктор.

Помощник прокурора только плечами пожал:

– Тело отправили в Смоленск, в областной морг, своего у нас, сами понимаете, нет. Обычно они для нас не очень торопятся…

Логинов с разрешения помощника прокурора быстро просмотрел документы, потом ненадолго задумался и спросил:

– А кто производил осмотр места?

– Гаишники наши…

– Понятно, – сказал Виктор. – Дождя у вас вчера не было?

– Что?..

– Дождя вчера не было днем?

– А-а, нет… А вы что, думаете, они что-то упустили?

– Просто хочу сам посмотреть. Это можно устроить?

– Конечно. Давайте зайдем к прокурору, он даст команду ГАИ…

Полтора часа спустя Логинов с Горовым уже выбирались из балки, в которой сгорел микроавтобус. Начальника районной ГАИ не было, он укатил с утра по делам в Смоленск. Так что их сопровождал молодой полный старший лейтенант. Выглядел он слегка напуганным и предпочитал не путаться у московских фээсбэшников под ногами.

Только когда Логинов с Горовым выбрались из балки, он вылез из машины:

– Еще какая-то помощь нужна?

– Хорошо бы на этот микроавтобус посмотреть. Он где?

– У нас, на штрафплощадке…

– Тогда поехали!

«Штрафплощадка» оказалась пятачком в углу небольшой автостоянки РОВД. Огорожена она была сеткой-рабицей и напоминала загородку для выгула домашней птицы.

Логинов с Горовым довольно долго осматривали остов сгоревшего микроавтобуса. К концу осмотра Виктор выглядел очень хмурым. Горов, хорошо знавший полковника, спросил:

– Будете настаивать на проведении техэкспертизы нашими спецами, шеф?

– Не уверен, что это что-то даст. Но мне все это не нравится… Ладно. Поехали в морг!

Заключения судмедэкспертизы, само собой, еще не было. Однако вскрытие уже провели, и Виктор побеседовал с патологоанатомом.

– Какова причина смерти, сказать можете?

– Да. Удушье на фоне сильнейшего ожога дыхательных путей… Сгорел заживо, если проще.

– А каков характер других повреждений?

– Да там вообще-то от тела мало что осталось, – пожал плечами патологоанатом. – Но на черепе имеется явный след от удара…

– Где?

– В лобной части. Но это наверняка следствие удара головой о руль при падении микроавтобуса.

– А еще что?

– Это все… А вы что, в чем-то сомневаетесь? У него же в крови обнаружен алкоголь. Доза хоть и не лошадиная, но на грудь он принял основательно…

Выйдя на крыльцо морга, Виктор закурил и посмотрел на Горова:

– В общем, так, Степан! Я возвращаюсь в Москву. А ты со Свиридовым и его коллегами займешься поиском свидетелей. Местность там сельская, народ встает рано… Так что, если этому Толмачеву помогли упасть в эту балку, а интуиция мне подсказывает, что ему помогли, то кто-то что-то должен был видеть по-любому. Ю андестенд?

– Ай хев, шеф, – без особого энтузиазма кивнул Горов.

43

Белорусские коллеги на просьбу ФСБ, надо отдать им должное, откликнулись оперативно. Логинов просмотрел бодрую шифротелеграмму и перезвонил исполнителю, какому-то майору.

– Да, работаем! – заверил Виктора тот. – Найдем эту вашу Варвару, сразу сообщим. Не сомневайтесь…

– Ясно, спасибо. Только тут есть один момент.

– Какой?

– По оперативным данным, эта Сапронова с другими девушками собралась выехать через Белоруссию в Турцию…

– Так…

– Для занятия проституцией. То есть не исключено, что у них отобрали паспорта, и девушки находятся под контролем группировки по торговле людьми… – сказал Виктор и тут же об этом пожалел.

– Это полностью исключено, полковник! – отрезал белорусский коллега. – У нас никаких группировок, тем более занимающихся торговлей людьми, нет! И быть не может. Президент за этим следит лично!

– Хорошо, я понял. Тогда жду от вас хороших новостей…

Попрощался майор белорусского КГБ с Виктором довольно холодно. Логинов опустил трубку и вздохнул. В отличие от рядовых обывателей, он отлично знал, что диктатура, увы, не гарантирует образцового порядка. Хотя такую видимость и создает…

Затушив сигарету, Логинов перезвонил Ватлину.

– Да, слушаю… – сказал тот.

– Я только что с белорусским ГБ разговаривал!

– Так! И что?..

– Боюсь, помощи от них ждать без толку!

– Почему ты так решил?

– Да мне тут популярно объяснили – преступников у них нет, проституцию, наверное, тоже искоренили, ну а насчет торговли людьми вообще первый раз слышат…

– Ну и что?

– Да с такими подходами они если даже что-то накопают, все равно замолчат! Чтобы не наносить урона престижу страны и лично президента!

– Ну это ты загнул!

– Да ничего я не загнул!

– А что Горов?

– Молчит пока…

– Ну вот и тереби его, и не отрывай меня от работы!

44

Степан Горов позвонил около пятнадцати часов.

– Шеф, вы были правы! Мы нашли свидетелей, которые видели в то утро неподалеку от места ДТП большой джип…

– Марку, номера они запомнили?

– Нет, конечно, но Свиридов с коллегами подкинули одну идею…

– Какую?

– Дорога-то в Москву одна, а при въезде в Смоленск у ГАИ стоят видеокамеры, которые работают круглосуточно.

– И что?..

– В общем, мы прикинули время, которое этому джипу понадобилось для того, чтобы доехать до города, и просмотрели записи…

– Молодец, Степан!

– Да это не я молодец, а смоленские коллеги… – скромно ответил Горов. – В общем, перечень машин с видеокартинки я вам уже скинул по спецсвязи. Посмотрите, там всего три джипа, но с московскими номерами только один…

– Я понял! Можешь возвращаться, Степан. Только смотри не перестарайся с «отходной» со смоленскими коллегами! Завтра утром чтоб был на работе как огурчик!

Сразу после этого Логинов отправился в канцелярию. Получив пришедший из Смоленска список, он быстро пробил фигурировавшие в нем джипы по базам ГАИ. После чего, предварительно перезвонив, отправился в управление по борьбе с организованной преступностью в гости к майору Горшкову.

Тот встретил Виктора все в том же небольшом прокуренном кабинете. Пожав Логинову руку, Горшков по привычке присел на стол. Потом окинул Виктора цепким взглядом и спросил:

– С чем пожаловали, господин полковник?

– Глазастый, черт! – ухмыльнулся Логинов и извлек из внутреннего кармана куртки бутылку. – Держи! «Джонни Уокер», «ред лейбл»!

Горшков с улыбкой взял виски в левую руку и спросил:

– Разливать, что ли? Будем отмечать ваш налет на хазу Серого?

– Отмечать пока рановато, – покачал головой Логинов. – Это я в качестве взятки прихватил, в счет твоих будущих заслуг…

– Да? И в чем конкретно я должен переступить закон?

– В принципе ни в чем, – махнул головой Логинов. – Мне просто нужно, чтобы вы очень быстро пробили по своим базам три тачки…

– Ну тогда по закону это квалифицируется не как взятка, а как презент, – тряхнул бутылкой Горшков. – А на предмет чего надо пробить тачки?

– На предмет того, не использует ли какую-то из них какая-нибудь ОПГ.

– Например, Серого?

– Серого в первую очередь. Но не исключено, что и какая-то другая. Например, региональная смоленская…

– Это займет уйму времени. Я имею в виду, если работать по регионалам.

– Будет результат, сочтемся! – развел руками Логинов.

– Ловлю на слове!

Интуиция Логинова не подвела. Майор Горшков отзвонился буквально через десять минут.

– В общем, так, полковник. Джипом «Тойота Прадо», зарегистрированным на Мальцеву Ирину Васильевну, пользуется Миронов Дмитрий Яковлевич…

– А это, извиняюсь, кто?

– Как все запущено! Миронов, он же Мерин, – один из бывших бригадиров группировки Серого!

– Оп-па! – сказал Логинов. – В елочку!

– Дальше твой список пробивать?

– Да нет. По списку отбой. А вот с досье на этого Мерина-Миронова мне нужно ознакомиться. Устроишь?

– Только с санкции руководства, – отрезал Горшков. – Сам знаешь порядок…

– Тяжелый ты человек, майор, сколько тебе виски ни носи, – вздохнул Логинов.

– Мухи отдельно, котлеты отдельно. Получишь санкцию, приходи, я с дорогой душой! Заодно и твой «ред лейбл» попробуем…

45

Джип «Тойота Прадо» резко завернул во двор, мазнул светом голубоватых фар по ряду гаражей-ракушек и, притормозив, въехал правыми колесами на бордюр. Мерин распахнул дверцу и выбрался с пакетом в руке.

Его любовница Ирина Васильевна Мальцева жила в старой кирпичной пятиэтажке. Дом был спокойный, поскольку населяли его преимущественно пенсионеры. Именно поэтому Мерина ничуть не удивила стоящая напротив подъезда Мальцевой карета «Скорой помощи».

Пискнув брелоком сигнализации, Мерин прошел к распахнутой двери подъезда с кодовым замком. Миновав тамбур, он стал подниматься на площадку первого этажа. Сверху навстречу ему быстрым шагом спускалось двое в униформе неотложки.

– Извините, пожалуйста! – сказал первый, случайно ударив Мерина медицинским чемоданом по колену.

Тот повернулся, чтобы вызвериться, но в этот момент второй молниеносным движением ткнул бандиту в точку на шее. И Мерин моментально вырубился, не успев ничего понять. Бандита подхватили и ввели из шприц-тюбика снотворное.

Вынырнувший из кареты третий человек в униформе быстро занес в подъезд носилки. Мерина уложили на них, вынесли и погрузили в неотложку. Менее минуты спустя после своего появления во дворе Мерин уже ехал в неизвестном направлении.

Следом за неотложкой двор покинул и джип. За его руль сел быстро сбросивший куртку третий член «медицинской» бригады. Еще через час Мерин пришел в себя.

Впрочем, это скорее походило на сон. Бандиту было очень хорошо. И человек с бородкой в зеленом халате, и Логинов, и Аникеев казались ему очень милыми людьми. А еще Мерину очень хотелось говорить, чтобы поделиться со всеми просто распиравшей его радостью.

– Здорово, пацаны! Как дела, мы где зависаем?.. – с улыбкой окинул комнату Мерин.

Человек в зеленом халате повернулся к Логинову и чуть заметно кивнул. Мол, давай, клиент готов…

46

Несмотря на позднее время, генерал Ватлин ждал Логинова у себя в кабинете. Тот появился около начала первого ночи.

– Разрешите?

– Заходи-заходи! Чай будешь?..

– Не-а…

– Докладывай!

– Операция прошла успешно. Объект взяли чисто, вывезли на базу и допросили под воздействием спецпрепарата.

– Результат?

– Наши подозрения подтвердились. Курсистку вывезли в Белоруссию люди Серого. Они же ликвидировали владельца микроавтобуса «Газель» Толмачева. Лично Мерин в этом, правда, не участвовал. Он выполнял передачу троих девушек «покупателю» в Минске…

– Час от часу не легче, – вздохнул Ватлин. – Мерин знаком с покупателем?

– Нет. Но он оказался типом глазастым. Во-первых, он уверен, что «покупатель» милиционер, и в довольно высоком звании. Во-вторых, он запомнил номера машины, на которой увезли девушек. Кино смотреть будем? – выложил на стол видеокамеру Виктор.

– Да, – кивнул Ватлин на телевизор. – Подключай…

Просмотрев видеозапись допроса, генерал сказал:

– Ну что ж, поздравляю, полковник. Какие предложения по реализации?

– Надо подключить минскую резидентуру. По имеющимся данным установить «покупателя» им будет несложно…

– И что дальше?

– Готовить спецоперацию, – пожал плечами Виктор.

– Белоруссия – дружественная страна, – напомнил Ватлин. – Поэтому никаких спецопераций на ее территории нам проводить никто не позволит. Точка…

– И что тогда?.. – нахмурился Логинов.

– А вот это я тебе расскажу уже завтра, – посмотрел на часы генерал.

– А что с Мерином будем делать?

– Мерина пока переведем в какую-нибудь закрытую «психушку». До прояснения ситуации и решения руководства…

47

На следующий день Логинов по приказу Ватлина вылетел в Минск. В аэропорту его встретила посольская машина. И отвезла прямиком к администрации президента Республики Беларусь. Виктор не знал, какие рычаги задействовал Ватлин, но принял его сам первый заместитель руководителя администрации. Причем Виктора пустили к нему без очереди, в то время как в приемной томилась в ожидании аудиенции пара генералов.

– Здравствуйте, присаживайтесь, полковник! – кивнул хозяин кабинета. – Мне сообщили, что у вас есть для нас важная конфиденциальная информация. Внимательно слушаю вас!

– Спасибо, – кивнул Виктор и вытащил из кармана кассету. – Это можно посмотреть?

– Да, конечно… – нажал кнопку собеседник Виктора.

В кабинет тенью скользнул помощник, вставил кассету в видеодвойку, потом положил на стол пульт и так же неслышно удалился.

– Так что на этой кассете? – спросил заместитель руководителя администрации, взяв пульт.

– Фрагмент видеозаписи допроса одного нашего бандита. Он рассказывает, как передал в Минске «живой товар» гражданину Беларуси…

– Что, простите, передал?

– Девушек, предназначенных для переправки в Турцию для работы проститутками. «Покупатель», судя по записи, является работником правоохранительных органов вашей страны…

Хозяин кабинета нахмурился, но говорить ничего не стал. Просмотрев видеозапись, он посмотрел на Виктора.

– Это не фальшивка, – сказал тот.

– Мы это немедленно проверим… Спасибо за информацию.

– Да не за что. Но у нас в этом деле есть и свой интерес.

– Какой?

– Нам нужно во что бы то ни стало найти этих девушек. Это вопрос жизни и смерти!

– Хорошо… Вы остановитесь в посольстве или в гостинице?

– Еще не знаю.

– Тогда давайте мне свой мобильный телефон. С вами свяжутся…

48

Связались с Логиновым поздно вечером. Через полчаса он вышел из посольства и сел в черную «Волгу» со шторками на окнах. Водитель тронул машину с места. Через несколько минут Виктор уже входил в здание КГБ Республики Беларусь.

В большом кабинете его принял пожилой мужчина в генеральской форме. Это был один из руководителей КГБ. Не став ходить вокруг да около, он сразу перешел к делу:

– Вы, наверное, в курсе, что у нашей страны очень много врагов? Как внутри, так и за рубежом…

– Да, в курсе.

– Тогда, я думаю, вам понятно, что они готовы использовать для подрывной деятельности любую информацию?

– Да.

– Тогда вы, я думаю, поймете нас правильно… Мы очень благодарны вам за помощь и готовы помочь вам. Но при одном условии.

– Каком?

– Сохранении конфиденциальности. Я имею в виду, что информация не должна стать достоянием э-э… в общем, вы поняли.

– Да, конечно…

– Очень приятно иметь дело с российскими коллегами! – наконец расслабился генерал.

Несколько минут спустя Логинова провели в комнату для допросов, расположенную во внутренней тюрьме здания КГБ. Сопровождал его подполковник в гражданской одежде. Вскоре в комнату заглянул прапорщик:

– Разрешите ввести?

– Да!

– Вперед!

Через порог переступил высокий мужчина лет сорока пяти в наручниках. Выглядел он ухоженным, однако затравленный взгляд говорил, что воля его сломлена. Это был «покупатель», которому Мерин передал девушек.

– Он ваш! – кивнул подполковник, однако комнату не покинул.

Впрочем, Виктору это было все равно. Видеосъемку белорусские власти вести не разрешили. Поэтому Логинов открыл блокнот и задал первый вопрос:

– Куда вы увезли трех девушек, переданных вам в Минске гражданином Российской Федерации?..

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

49

– На баке! Отдать концы! – разнеслось над палубой.

С высоты мостика фигурки членов палубной команды казались игрушечными. Логинов повернул голову, подставив лицо теплому ветерку. Сухогруз «Алексей Санин», приписанный к Новороссийскому морскому торговому порту, швартовался в Баре.

Была ранняя весна, но побережье Адриатики встретило российских моряков почти летним теплом. Над бухтой нависали укрытые зеленью горы. На черной верхушке самой высокой из них виднелась выложенная белым камнем надпись «Тито».

Небольшой порт располагался в южной оконечности бухты. С другой стороны причала стоял под погрузкой огромный китайский сухогруз. За ним виднелся галечный пляж, занимавший большую часть северного берега бухты. За пляжем пестрели яркими цветами виллы.

Этот уголок Черногории казался раем. Даже в порту зеленоватая вода была настолько прозрачной, что Виктор с мостика видел плавающих в глубине рыб.

– Трави помалу! – крякнул спикер.

Сухогруз уже привалился к стенке, теперь какое-то время должно было уйти на натяжку и закрепление швартовых концов. Но это была забота экипажа. Логинов же, хоть и числился в судовой роли «Алексея Санина» ремонтным механиком, был озабочен совсем другим.

Две недели ушло у него, чтобы проследить путь девушек, проданных Мерином белорусскому оборотню в погонах. Через Украину их вывезли в румынский порт Констанца. И уже оттуда доставили на судне в бывшую Югославию. Казавшийся раем Бар должен был превратиться для проституток в ад.

Обстановка в Черногории такова, что добиться вызволения девушек официальным путем нереально. По данным резидентуры, в бизнесе по торговле проститутками замешана полиция. Поэтому официальное обращение приведет к тому, что в течение нескольких часов девушки исчезнут навсегда.

Причем их даже не станут убивать. В этом нет необходимости. Ведь буквально в тридцати километрах от Бара проходит граница Албании. Достаточно будет переправить проституток туда, чтобы уже никто и никогда не смог их отыскать. Самая бедная страна Европы была поистине «черной дырой» Старого Света.

50

Логинов, в отличие от других членов экипажа, служебными обязанностями перегружен не был. Едва судно осмотрели пограничники и таможенники, Виктор закинул на плечо сумку и спустился в кают-компанию.

Туда же вскоре подтянулись и другие судовые «бездельники» – доктор Пархомов, официантка Лялина и начальник радиостанции Горюнов. Второй штурман, отвечавший за увольнения экипажа на берег, быстро заполнил необходимые бумажки и протянул файл Горюнову:

– Отдашь на КПП!

Начальник радиостанции кивнул и хотел было уже направиться к выходу из кают-компании, но второй штурман попросил его задержаться.

– Вы у нас все в Югославии бывали не раз, а вот Виктор Павлович человек новый…

– Не совсем, – с улыбкой махнул головой Логинов. – У меня просто перерыв большой!

О настоящей профессии Логинова знал только капитан «Алексея Санина». Для всех остальных членов экипажа Логинов был специалистом по наладке автоматики. Даже старший механик, в подчинении которого Виктор номинально находился, знал лишь то, что докучать ремонтному механику работой не стоит. Но только потому, что он родственник какой-то крупной шишки в пароходстве. И на «Санине» находится, чтобы заработать плавстаж, без которого родственник не может назначить его на какую-то ответственную должность…

– Да-да, – кивнул второй штурман. – Я не так выразился… Но тем не менее должен вас проинструктировать. Да и всем остальным это не мешает послушать… – посмотрел он на нетерпеливо топтавшегося у выхода из кают-компании начальника радиостанции. – Ситуация в Черногории сейчас более-менее спокойная. Однако только за последний месяц с российскими моряками случилось несколько ЧП. В Дубровнике в результате нападения неизвестных трое членов экипажа теплохода «Шипка» получили ножевые ранения, один из них едва не скончался от кровопотери…

Инструктаж членов экипажа перед увольнением на берег был стандартной процедурой. Вполне обоснованной, если учесть, сколько происшествий случалось с моряками в иностранных портах. Часть этих неприятностей, конечно, происходила по вине самих моряков. Сходя на сушу после длительного пребывания в море, многие члены экипажа набирались по самое некуда. Однако практически в каждом порту даже трезвых моряков подстерегали различного рода преступные элементы, которые не гнушались обычным грабежом…

Логинов делал вид, что внимательно слушает второго штурмана. Однако на самом деле обстановку в Черногории и конкретно в Баре он знал намного лучше него. По обширной справке, подготовленной резидентурой. Обстановка в Баре характеризовалась тем, что некоронованным королем Бара и окрестностей являлся некто Златко Миркович.

Именно Златко контролировал здесь все наиболее доходные виды преступного бизнеса – наркотики, контрабанду и проституцию. По нему давно плакала тюрьма, однако трогать Мирковича власти не решались. И дело тут было не только в его хорошо налаженных коррупционных связях. Война НАТО против Югославии привела не только к распаду страны. Она привела к резкому усилению влияния ЦРУ в этом районе.

По данным резидентуры, Златко Миркович активно сотрудничал с американской спецслужбой. Именно благодаря такой «крыше» негодяй и оставался на плаву последние годы. На словах борясь за установление в бывшей Югославии демократии и законности, ЦРУ стыдливо закрывало глаза на то, чем занимался Златко…

– Вы поняли, Виктор Павлович? – спросил второй штурман.

– Да, – кивнул Виктор.

– А тебя, Лялина, я прошу быть особенно осторожной, – посмотрел на официантку второй штурман.

– А что со мной сделается? – стрельнула голубыми глазищами на него Лялина, которую на судне все называли просто Лялей.

– Юги народ горячий, а ты своей юбкой кого хочешь до умопомрачения доведешь. Утащат в горы, а там и до Албании недалеко… Поэтому лучше держись с кем-то из наших. Хорошо?

– Ну тогда я Виктором Павловичем все время буду! – неожиданно шагнула Ляля к Виктору и ухватила его под руку. – Он меня точно в обиду не даст! Да?..

Ляле было около двадцати пяти. Даже, пожалуй, меньше. Это была высокая стройная девушка, правда, не отягощенная особым интеллектом, но зато непосредственная и веселая. И живущая в свое удовольствие.

– Не дам! – шутливо пообещал Виктор, похлопав Лялину руку.

– Ну тогда я спокоен! – подвел черту второй штурман. – Удачного увольнения!

Члены экипажа покинули надстройку и гуськом спустились по трапу. Пройдя по причалу, они оказались у ворот порта. Начальник радиостанции отдал на КПП охраннику судовую роль, тот мельком просмотрел паспорта у каждого и кивком разрешил выход в город.

Одним из главных преимуществ моряков является то, что для них практически во всех странах мира действует безвизовый режим. Если человек числится в судовой роли, то власти любой страны обязаны автоматически разрешить ему сойти на их территорию.

Именно поэтому Логинов и прибыл в Бар под видом члена судового экипажа сухогруза «Алексей Санин». Едва моряки миновали КПП, как их окликнул пожилой курчавый юг в джинсах:

– Добро пожаловать в Черногорию! Водка есть?

Несмотря на развал Югославии, моряки по привычке всех жителей бывшей Балканской федерации именовали «югами». Начальник судовой радиостанции кивнул. С собой у него была довольно большая сумка. Пожилой юг отвел клиента в сторону, начался торг. Док Пархомов остановился, ожидая приятеля…

Логинова коммерческая сторона увольнения не интересовала. Поэтому он не стал задерживаться и сразу направился в город. Совершенно неожиданно за ним увязалась Ляля.

– Эй, Виктор, ты что, бросаешь меня?..

– А ты разве не с ними? – оглянулся Логинов.

– Больно нужны мне эти старперы! – презрительно хмыкнула девушка. – Ой! Кажется, камешек попал, дай, пожалуйста, руку…

Покуда девушка вытряхивала из туфельки то ли настоящий, то ли несуществующий камешек, Логинов соображал, как лучше поступить. Ляля явно положила на него глаз. Обслуживая Виктора в кают-компании, она не только норовила вроде как невзначай прислониться к нему бедром, но и подсовывала Логинову блюда поаппетитнее.

Логинов, конечно, все эти женские штучки замечал, но прикидывался полным шлангом. Ляля была девушка хоть куда. Но задание было слишком серьезным, чтобы Виктор мог позволить себе завести роман со смазливой официанткой. Это на суше отымел любовницу, заночевал, чмокнул в щечку, сказал «Чао!» и растворился в мегаполисе. А на пароходе куда ты от нее денешься?.. Тут даже двери кают запирать считается дурным тоном. Потому как никто без предварительного стука не входит…

– Все! – сказала Ляля, топнув надетой туфелькой, однако руку Виктора отпускать даже не подумала. Вцепилась, как пантера… – Пошли, мой рыцарь!

– Я вообще-то собирался в одно место, – уже на ходу прозрачно намекнул Виктор.

Ляля изобразила, что намека не поняла.

– Конечно, конечно! Я тут все знаю, покажу тебе! А че за место?..

Логинов вспомнил поговорку насчет того, что простота хуже воровства, но озвучивать ее не стал. В принципе Лялю можно было использовать. Для прикрытия…

– Это интимное!

– В публичный дом, что ли, собрался? Дурачок, зачем тебе эти грязные биксы? – проговорила девушка, прижав руку Виктора к своему горячему бочку.

– Ну вообще-то я просто хотел купить плавки. А потом позагорать на пляже. Погодка в самый раз.

– Ах ты, хитрая обезьянка! Я тоже на пляж собираюсь! Идем! Я знаю, где самые дешевые магазины!

Плавки Логинову действительны были нужны. В небольшом магазинчике спорттоваров, куда привела его Ляля, он приобрел их с небольшой скидкой, поскольку владелец лавочки когда-то учился в Москве и к русским относился с симпатией.

После этого девушка затащила Виктора в соседний магазин, где принялась выбирать себе летнюю юбку и топ. При этом Ляля то и дело просила Логинова заглянуть в примерочную кабинку и как бы невзначай продемонстрировала небольшую, но очень сексуальную грудь с торчащими вверх сосками…

Тут Логинов почувствовал, что если так будет продолжаться, то Ляля своего добьется – он трахнет ее прямо в кабинке. И сказал, что лучше подождет на улице. Девушка тут же определилась с выбором. И даже не стала снимать обновки, попросив хозяина упаковать старые вещи в пакет.

Двадцать минут спустя они уже ступили на галечный пляж. Обтесанные за столетия морской водой камешки-голыши заскрипели под ногами. Ляля сбросила туфельки, взяла их в руку и побежала к воде с криком:

– Ур-ра! Кажется, мы с тобой попали в рай, Витя! Смотри, какая красота!

Пляж Бара действительно был райским уголком. Без преувеличения. Виктору доводилось бывать во многих уголках Земли, но такой воды он не видел даже в Вест-Индии.

51

Зеленоватые волны ласкали галечный берег. Солнце пригревало почти по-летнему. Вдали виднелась величественная панорама обрамленных легкой дымкой гор. Из порта доносились приглушенный шум и крики чаек.

Народа на пляже было не очень много. Пожалуй, не больше полутора десятка человек. Логинов с Лялей расположились особняком на небольшом пригорке. Сбросив обновки, девушка растянулась на теплых голышах. Логинов сходил в кабинку и переоделся в свои новые плавки. Когда он вернулся, Ляля покосилась на него из-под очков, приподнялась и непринужденно сбросила лифчик. Потом взялась за трусики. И так не очень широкую полоску ткани, прикрывавшую низ пружинистого животика, она скатала в безобразно тонкий рулончик.

– Кхм-м… Это что? – спросил Виктор.

– Я просто хочу побольше загореть, – с невинной улыбкой сообщила Ляля.

– А-а, понял, – кивнул Виктор, невольно оглядываясь по сторонам.

– А тебя это что, возбуждает? – с улыбкой оперлась девушка на локоток.

– С чего ты взяла? У меня вообще хронический простатит…

– Да? – приподняла очки Ляля, внимательно глядя на плавки Виктора. – Ты уверен?

Логинов поспешно отвернулся и склонился над сумкой.

– Колу пить будешь?

– Пока нет. Ложись. Мы загорать пришли или что?..

Логинов вытащил из сумки полотенце, расстелил его на гальке и растянулся рядом с Лялей лицом к виллам. Ляля легонько тронула его пальчиками за плечо:

– Ого! А это что?

– В аварию попал, – соврал Логинов. И поскольку шрамов у него хватало, добавил: – Машина вдребезги, но я отделался легким испугом.

– Бедненький! – погладила Ляля Виктора теплой ладошкой.

– Ты меня что, до белого каления решила довести? – повернулся Виктор.

– А тебе что, неприятно?

– Да не в этом дело! У меня дома жена и восемь детей!

– Врешь, – сказала Ляля.

– Не вру.

– Врешь…

– Ну ладно, пять!

– Ну и до свидания! – обиделась Ляля и демонстративно отвернулась.

Виктор облегченно вздохнул. Наконец-то он получил возможность сосредоточиться на наблюдении. Чуть наискосок от того места, где они с Лялей загорали, располагалась огромная вилла Златко Мирковича…

52

Резидентура по Сербии и Черногории поработала на славу. Однако установить, где именно находятся вывезенные через Констанцу девушки, ФСБ не удалось. Их не было ни в большом портовом публичном доме Златко Мирковича в Баре, ни в его «филиалах» в окрестных городках. Копать глубже почти наверняка означало насторожить Златко. Поэтому Логинову приходилось в этом смысле действовать с нуля…

До перехода в Управление по борьбе с терроризмом Логинов был бойцом знаменитой «Альфы». Причем специализировался он там на оперативной разведке объектов воздействия. За этой несколько туманной формулировкой скрывалась трудная и опасная работа.

«Альфу» руководители бывшего Советского Союза использовали как своеобразную палочку-выручалочку. После знаменитого штурма дворца Амина в Афганистане в руководстве страны утвердилось мнение, что «альфовцы» – это такие супермены, которые могут выполнить любое задание в любой точке страны в самые сжатые сроки.

Квалификация бойцов легенадарного подразделения действительно была высока. Однако для реализации этой квалификации требовалась соответствующая предварительная подготовка. Ярким подтверждением этого как раз и был штурм дворца Амина. Ведь изначально «Альфе» была поставлена задача атаковать его, что называется, «с колес», чуть ли не на следующий день после прибытия подразделения в Кабул. Однако руководство группы настояло на двухнедельном разведывательно-подготовительном этапе. И именно поэтому штурм увенчался успехом и вошел в учебники по спецоперациям во всем мире.

Однако и в дальнейшем «Альфа» получала авантюрные приказы. Хотя, к примеру, в тех же Соединенных Штатах аналогичная группа «Омега» вступала в дело только после того, как всевозможные разведывательные ведомства – РУМО, ЦРУ, космическая разведка – собирали по объекту воздействия абсолютно полную информацию. При этом командир «Омеги» имел право в любой момент принять единоличное решение о прекращении операции, если считал, что она может сорваться…

Руководство же «Альфы» обо всем этом могло только мечтать. Именно поэтому бойцам приходилось самим осуществлять разведку. И Логинов с товарищами под видом гражданских лиц не раз рисковали жизнями, чтобы собрать необходимые данные.

С учетом того старого опыта рекогносцировка на пляже Бара была для него увеселительной прогулкой. Конечно, вилла Златко Мирковича охранялась. Однако навряд ли охранники были настолько квалифицированными, чтобы заподозрить в Логинове полковника ФСБ.

– Ты что, обиделся?.. – резко повернулась Ляля.

Выдержала она всего пять минут. Однако за это время Логинов успел как следует присмотреться к вилле местного преступного авторитета, благо опыта ему было не занимать…

– С чего ты взяла?

– А чего молчишь?

– Любуюсь…

– Чем?..

– Не чем, а кем.

– И кем же это ты любуешься? – оглянулась по сторонам Ляля.

– Вообще-то тобой, – вздохнул Виктор.

– А как же твой простатит? – приподняла очки Ляля.

– Терпимо…

– Да-да, что-то вроде шевелится. Ну а дети?

– Четыре сыночка и лапочка-дочка? Я пошутил. Это у зайца из мультика…

– Да?

– Да, – кивнул Логинов.

– Ну, тогда, может, поцелуемся?..

– Прямо здесь?

– А ты что, кого-то стесняешься? – снова оглянулась Ляля.

– Да нет. Просто боюсь, что не удержу себя в руках.

– Неужели я тебе настолько нравлюсь? – провела языком по пухлой губке Ляля.

– В этом прикиде ты просто неотразима! – заверил девушку Логинов. – Можно я тебя сфотографирую?

«Подводка» сработала.

– Да сколько угодно! – засмеялась Ляля, не догадавшись, что Логинов использует ее самым беззастенчивым образом.

Виктор тут же открыл свою сумку и извлек из нее цифровую камеру.

– А ну-ка, а ну-ка!.. – проговорил он, поднявшись и вроде как нацелив объектив на Лялю.

Та приняла самую выигрышную, на ее взгляд, позу. Виктор цокнул языком и нажал кнопку. Ляля, как и любая женщина, любила, чтобы ее снимали на видео и фотографировали. При этом она находилась еще в том возрасте, когда погрешности макияжа и отсутствие необходимого количества туши на ресницах ничуть не портят внешнего вида.

Логинов добросовестно изображал фотографа «Плейбоя», хотя на самом деле камера фиксировала вовсе не прелести извивающейся в самых соблазнительных позах Ляли, а находящуюся на заднем плане виллу Златко Мирковича…

Минуты за три Виктор добросовестно зафиксировал объект воздействия во всех возможных ракурсах. Ляля за это время удовлетворила свою потребность в позировании и решила посмотреть на результаты сессии.

– А ну-ка, давай посмотрим, что ты там наснимал! – поманила она пальчиком Виктора.

– Сейчас посмотрим, – кивнул Виктор, опускаясь на гальку рядом с девушкой и тут же ее обнимая…

– О! – вздрогнула Ляля, быстро отстранившись. – Ты что?

– Я? Ничего… – сказал Виктор, наклоняясь к лицу девушки.

Тут уж Ляля не выдержала. Ее мягкие губы потянулись к губам Виктора и залепили их восхитительным поцелуем. Несмотря на то что это была всего лишь «акция прикрытия», у Виктора невольно зашумело в голове.

Его хватило только на то, чтобы протянуть руку и от греха подальше сунуть камеру в сумку. После этого его пальцы сами собой скользнули к тоненькой полоске трусиков и коснулись тонкого рулончика ткани.

Рулончик запульсировал под мгновенно разбухающей плотью. Ощущение было такое, что под пальцами распускается роза…

– О-о! Виктор! – протяжно простонала Ляля. – Что ты делаешь?

– Я? – хрипло выдохнул Логинов. – Ничего…

– Я уже не могу… Пошли куда-нибудь! – горячо дыша, проговорила девушка.

Логинов быстро посмотрел в сторону кустов. В принципе работу он закончил, так что можно было и перегруппироваться в «зеленку». Ведь главное в работе разведчика – это вовремя замаскироваться…

53

Вернувшись на судно, Логинов первым делом полез под душ. Спина под тугими струями воды отозвалась болью. Частично из-за того, что Виктор на пляже слегка «подгорел», частично из-за «колото-резаных» ран, которые Ляля нанесла ему своими коготками в кустах. Вспоминая об устроенном ими на пляже Бара безобразии, Виктор невольно усмехнулся. Не часто случается, чтобы «операция прикрытия» доставляла разведчику такое удовольствие. Ляля оказалась восхитительной любовницей. Однако пора было приниматься и за работу…

Одевшись, Виктор спустился на нижнюю палубу. Здесь в двухместной уединенной каюте обитали двое рядовых членов его «рембригады». В судовой роли они числились «техниками-наладчиками». Пройдя по пустому коридору, Виктор поднял руку, чтобы постучаться, однако дверь каюты беззвучно распахнулась.

– Прошу, господин механик!

На пороге стоял Олег Уфимцев. Чуть повыше среднего роста, широкий в плечах и мускулистый. Круглое лицо Уфимцева с приплюснутым носом выглядело открытым и добродушным. Однако цепкий взгляд Олега с обликом беззаботного добряка как-то не вязался…

Логинов вошел в каюту. Лежавший на кровати Петр Асадчев пружинисто поднялся. Петр был повыше Уфимцева и более худощав. Однако силы ему было тоже не занимать. Белесые волосы Асадчева были аккуратно расчесаны на косой пробор.

– Ну как все прошло? – спросил он.

– Более чем… – сказал Логинов и положил на стол камеру.

– Сейчас! – кивнул Асадчев и принялся подключать ее к небольшому телевизору, стоявшему в каюте.

Уфимцев присел на кровать и провел рукой по ершику торчащих русых волос. Потом спросил:

– Как вообще обстановка у югов?

– Чисто визуально очень даже ничего, – сказал Логинов. – Погода супер, девушки дружно оголили все части тела и, похоже, озабочены только променадом. Мужчины смотрят на них во все глаза и улыбаются. На ноги никто не наступает, матом не ругается и окурки где ни попадя не бросает. Короче, все почти как в загнивающей Европе…

– Интересно… – немного недоверчиво махнул головой Уфимцев.

Он был сотрудником группы «Альфа». И пару раз бывал в Югославии в довольно длительных командировках. В то время девушкам здесь было не до променадов. По улицам носились военные джипы, даже днем часто стреляли, а по ночам вообще раздавалась непрерывная канонада.

Такой запомнил Югославию Уфимцев. Правда, конкретно в Баре ему бывать не довелось, однако ориентировался он в местных обычаях достаточно. А вот поверить, что война здесь уже закончилась, как-то не мог…

– Готово! – сказал Асадчев.

Он имел звание майора. В Югославии прежде, правда, не был, зато прошел курс подготовки на базе боевых пловцов и знал язык. Несмотря на то что Асадчев засветиться в Югославии не успел, его на пару с Уфимцевым решено было в увольнение на берег не отпускать. Мир, как известно, тесен. И если бы кто-то из местных случайно узнал Уфимцева, на операции можно было ставить крест. В этом смысле участь сотрудников спецподразделений сродни участи футболистов. Те тоже за свою карьеру успевают объездить почти весь мир, однако, как правило, видят во всех странах только аэропорты, автобусы, гостиницы, раздевалки и стадионы. Издержки профессии, в общем…

Впрочем, Уфимцеву с Асадчевым на берегу побывать предстояло. И очень скоро. Но только без соблюдения официальных процедур. Так сказать, инкогнито. Конкретно было запланировано, что они наведаются в гости к Златко Мирковичу и поговорят с ним по душам.

54

Ночь опустилась на Бар. Порт осветился серебристым светом прожекторов. Берег укрылся россыпью разноцветных огней. После напряженного трудового дня жители Бара отдыхали. И только две бригады грузчиков продолжали методично грузить в порту китайский сухогруз.

Что касается «Алексея Санина», то его погрузку должны были возобновить только утром. Пароход опустел. Пользуясь возможностью, практически все члены экипажа сошли в увольнение на берег. На судне осталась только вахта. Плюс еще несколько человек. В том числе Логинов с членами своей «бригады».

Необходимое снаряжение Уфимцев с Асадчевым уже извлекли из тайника в трюме, перенесли в свою каюту и проверили. После чего Логинов с бойцами в последний раз обговорили план. Сделанное Виктором на пляже видео играло роль вспомогательных материалов. Основные данные по вилле Златко Мирковича были получены при помощи космической разведки.

– Все понятно? – спросил Виктор.

– Да! – один за другим кивнули офицеры.

– Тогда я пошел на разведку…

Проверив коридор и выход на палубу, Виктор вернулся и спустился по трапу. Уфимцев в полной боевой готовности выглянул из каюты. Логинов подал знак. Полминуты спустя «альфовцы» черными, чуть поблескивающими в темноте тенями выскользнули из надстройки.

– Готовы? – одними губами спросил Виктор сверху.

– Готовы! – донеслось от приоткрытой двери.

Виктор потянулся к выключателю. Яркий фонарь, освещавший корму судна, погас. Палуба едва слышно загудела под ногами бегущих «альфовцев». Потом из-под кормы донеслись два приглушенных всплеска. Логинов выждал еще пару секунд и включил фонарь.

Ни на судне, ни в пустынном порту никто ничего не заметил. Кроме одного человека. Этим человеком был капитан «Алексея Санина». Он специально занял вахту какой-то работой, а сам стоял на крыле мостика.

Логинов нырнул в надстройку и вскоре оказался в фойе. Капитан тоже спустился туда. Его красивое волевое лицо было непроницаемым. Виктор негромко сказал, посмотрев на часы:

– Я тоже пошел. Если что-то изменится, я перезвоню. Ну а в непредвиденном случае с вами свяжутся из консульства и проинструктируют.

– Я понял! – кивнул капитан и крепко пожал Логинову руку. – Удачи!

– К черту!

55

Спустившись по трапу «Алексея Санина», Логинов вытащил мобильный и позвонил. Ответили ему практически сразу, на русском:

– Да!

– Я уже выхожу в город…

– Справа, метрах в восьмистах…

– Понял! – одним словом ответил Виктор и отключился.

Охранники на проходной порта смотрели по небольшому телевизору какой-то футбол. Логинов махнул паспортом и спросил:

– Кто играет?

– «Партизан»!

– И какой счет?

– Пока ноль – ноль!

Проблем в общении со старшим поколением в Югославии не было. Все когда-то учили в школе русский язык. Логинов по-дружески кивнул охранникам и покинул порт. Его лицо сразу стало серьезным.

Операция предстояла опасная. Сам факт, что Златко Миркович до сих пор жив, красноречиво свидетельствовал о том, что это очень осторожный и предусмотрительный товарищ. К тому же даже успех не гарантировал освобождения Клер. Ведь доподлинно о том, где в данный момент находится девушка, было неизвестно. Может, в Баре, а может, и в сотнях километров от него…

Свернув направо, Виктор двинулся по тротуару вдоль припортовой улицы. Через несколько минут он увидел припаркованный неподалеку от бара среди десятка других машин темный «Форд Скорпио».

Виктор подошел к нему и наклонился к водительскому окошку:

– Извиняюсь. Прикурить не найдется?

– Найдется! – кивнул сидевший за рулем человек, протягивая Виктору зажигалку. – А как насчет русской водки?

– Если за евро, то поищем! – сказал Логинов слова пароля и щелкнул зажигалкой.

Прикурив, он оглянулся по сторонам. Сотрудник резидентуры его успокоил:

– Садись, все в порядке, я тут давно осмотрелся.

Виктор обошел машину и сел на переднее сиденье. И тут же невольно сморщил нос: в машине ощутимо пахло то ли навозом, то ли чем-то в этом роде.

– Есть запашок! – кивнул майор Мамчур. – Зато тачка «чистая». И бросить можно, если что…

Логинов не стал уточнять, где Мамчур разжился машиной. В принципе это было дело майора. С ним Логинов довольно плотно работал последнюю неделю, но лично встретились они впервые. Поэтому полковник протянул руку и сказал:

– Виктор!

– Сергей!

– Ну вот наконец-то и познакомились, – констатировал Логинов.

В свете уличных фонарей толком рассмотреть Мамчура было сложно, однако лет ему было, видимо, примерно столько же, сколько и Виктору. Ну а лицо он имел, как и положено разведчику, ничем не примечательное. Так сказать, среднестатистическое.

– Тогда едем? – спросил Мамчур.

– Да, – посмотрел на часы Виктор.

Майор тронул «Форд» с места. Проехав по припортовой улочке, он вскоре повернул и выбрался на одну из центральных магистралей Бара. Город небольшой, поэтому уже спустя каких-то пятнадцать минут «Форд» оказался на северной стороне бухты.

Шикарные виллы объехали с тыла. «Форд» приблизился к берегу. Припарковавшись возле прибрежных кустов, Мамчур выключил свет. Логинов выбрался из машины, нырнул в «зеленку» и быстро обследовал берег. Потом вернулся в «Форд».

– Никого? – спросил Мамчур.

– Да, как по заказу…

Говорить было больше не о чем. На всякий случай офицеры опустили стекла на дверцах и стали ждать, одновременно контролируя обстановку в своих секторах. Минут двадцать прошло в полной тишине.

Наконец на коленях Логинова ожила рация.

– Закат, как слышишь?.. – назвал позывной Логинова Уфимцев.

– Слышу тебя, Рассвет!

– У нас порядок!

– Мы тоже на месте! Сейчас выйду! – сказал Виктор.

Каких-либо точных ориентиров на берегу не было. Так что плыли через бухту Уфимцев с Асадчевым, ориентируясь исключительно по компасу. Логинов выбрался через кусты на берег и щелкнул зажигалкой, прикурив сигарету. Ее огонек и стал для «альфовцев» ориентиром.

– Вижу, Закат! – лаконично сообщил Уфимцев.

После трехминутной пробежки берегом «альфовцы» приблизились к Виктору. Дыхательные аппараты и гидрокостюмы они спрятали в быстро оборудованном в кустах тайнике. Потом вслед за Виктором офицеры «Альфы» направились к машине.

Майор Мамчур время зря не терял. В «Форде» тоже был оборудован тайник. И майор уже извлек из него оружие и одежду. После короткого знакомства с сотрудником резидентуры «альфовцы» по-быстрому экипировались. Вскоре «Форд» тронулся с места. Высадив «альфовцев» в непосредственной близости от виллы Златко Мирковича, Мамчур с Логинов отъехали в «район ожидания».

56

Вилла Златко Мирковича была оборудована системой видеонаблюдения. Именно поэтому охранников на ней было не так много. Один постоянно торчал в подобии КПП возле ворот. Двое находились внутри виллы. Один из них каждый час производил обход территории.

Все эти сведения, а также распорядок Златко и точное время обходов были установлены при помощи космической разведки. На основании этого разработали варианты планов и попросили резидентуру кое-что уточнить. Речь шла о проектной документации виллы.

К удивлению ФСБ, резидентура раздобыла ее в полном объеме. Видимо, объяснялось это тем, что в послевоенной Югославии киллеры работали чисто военными методами, без особых изысков. «Калашников», граната, «фугас» были опробованными на войне средствами, а добра от добра, как известно, не ищут. И никому даже в голову не приходило, что какие-то злоумышленники могут построить план покушения на изучении какой-то там документации…

В системе безопасности виллы Златко Мирковича обнаружилась большая брешь. Заключалась она в том, что не был предусмотрен резервный источник электропитания. А без электричества, как известно, в современном мире мало что работает.

Скользя тенями, Уфимцев с Асадчевым добрались до расположенного на улице трансформатора и установили на нем небольшой заряд пластиковой взрывчатки. Таймер выставили на десять минут. Этого времени «альфовцам» с лихвой хватило, чтобы со всеми мерами предосторожности приблизиться к вилле Златко с тыла.

На самом заборе видеокамер не было, так что никаких особых проблем с выдвижением на рубеж атаки они не испытывали. Когда со стороны моря донесся едва слышный хлопок, свет погас по всей улице. И почти сразу же на всех участках залаяли собаки. Уфимцев забросил на забор обмотанную тряпкой «кошку». Люди, находящиеся в доме Златко Мирковича, ничего не услышали, однако от ворот прибежал доберман. Ловко перепрыгнув через сетку теннисного корта, пес с лаем бросился на забор. Уфимцев, уже влезший на ограду, вскинул бесшумный автомат и выпустил довольно длинную очередь.

Попал он удачно, доберман умер мгновенно, без предательских визгов. Теперь все решала скорость. Уфимцев спрыгнул вниз и устремился к вилле. При этом он забирал вправо, все время держась в тени. Асадчев одолел забор несколькими секундами спустя после напарника. Он обогнул теннисный корт слева и скрылся за какими-то экзотическими кустами.

Из-за фасадных углов виллы «альфовцы» высунулись одновременно, предварительно обменявшись короткими фразами по рации. Охранник с КПП успел вооружиться фонарем и шел с ним к крыльцу виллы. Асадчев вскинул бесшумный автомат и дал короткую очередь.

Охранник упал как подкошенный. Уфимцев мгновенно бросился к нему, выключил фонарь и уволок тело в кусты. Асадчев подался к входу и держал его под прицелом. Спрятав убитого, Уфимцев метнулся к крыльцу с другой стороны.

Дверь взрывать не пришлось. Через несколько секунд ее распахнул один из находившихся в доме людей Мирковича и крикнул:

– Эй, ты где? Сколько ждать можно?

Эти слова стали последними в жизни второго охранника. Фонаря у него при себе не было. Асадчев скользнул сбоку на крыльцо и убил его короткой очередью практически в упор.

Майор подхватил обмякшее тело, Уфимцев первым просочился в дом. Из-за приоткрытой двери в дальнем конце фойе на пол падал тусклый свет. Оттуда же доносился голос говорящего по телефону человека.

«Альфовцы» бесшумно пересекли фойе и приблизились к двери. Сквозь щель они увидели, что это комната видеонаблюдения. Находилось в ней два человека. Более молодой охранник стоял. Седовласый Златко присел за компьютерным столом и раздраженно беседовал по телефону с дежурным диспетчером энергокомпании…

57

Уфимцев подался к двери и замер. Златко Миркович раздраженно проговорил в телефон:

– Разбирайтесь, черт бы вас побрал! За что я плачу деньги?..

Едва хозяин виллы бросил трубку, Уфимцев ворвался в комнату. «Пш-пш-пш!..» – отозвался короткой очередью его автомат. Охранник с окровавленным боком начал клониться на стол. Златко попытался вскочить, однако Уфимцев был уже тут как тут. Уткнув горячий глушитель в шею юга, он выдохнул:

– Сидеть!

Златко сглотнул слюну и покосился на неожиданного гостя. Одет тот был в темный натовский камуфляж. На голове – черная шапочка-маска с прорезями для глаз и рта.

– Сколько на вилле людей? – негромко спросил Уфимцев по-русски.

Златко сообразил, что убивать его этот странный человек не собирается. Пока, во всяком случае. И быстро ответил:

– Четверо… Я и трое моих людей. – Тут Златко невольно покосился на убитого охранника и добавил: – Было…

– Точно?.. – надавил на глушитель Уфимцев. – Это в твоих же интересах!

– Точно… – кивнул Миркович.

Секунду спустя в комнату скользнул Асадчев. Он тоже был в маске «ночь» и камуфляже. Асадчев тут же внес в ситуацию ясность:

– По-русски говоришь?

– Да…

– Ну тогда не будем ходить вокруг да около. Ты, надеюсь, уже понял, кто мы?

– Не совсем…

– Плохо соображаешь, Златко. Мы ветераны югославской войны. Нас неплохо тут запомнили, особенно в Косово…

Тут Миркович, насколько ему позволял вдавленный в шею глушитель, закивал – мол, я сам этих косовских албанцев ненавижу. Однако Асадчев оставил эту пантомиму без внимания и продолжил:

– Только зря мы проливали кровь. Вы продались натовцам с потрохами!

На этом месте Мирковича вдруг пробил холодный пот. Он решил, что какие-то сумасшедшие наемники вернулись в Югославию, чтобы уничтожать тех, кто сотрудничает с оккупантами. И как-то узнали, что он, Златко, оказывает услуги ЦРУ.

– Я не… я не… – с ужасом промычал юг, но Асадчев его грубо перебил:

– Заткнись! Тебя следовало бы повесить как собаку, но нас послали не за этим…

– А за чем? – глухим голосом спросил Миркович.

– Наш заказчик послал нас, чтобы вернуть девушку, которую тебе переправили около двух недель назад! И мы ее вернем, даже если для этого придется порезать тебя на куски! Ты понял?

– Да!.. – выдохнул Златко.

Теперь он действительно все понял. Партнеры по бизнесу явно подсунули ему свинью. Какая-то из проданных Мирковичу девушек имела то ли влиятельного родственника, то ли покровителя. И тот нанял для ее возвращения этих «псов войны», прошедших в Югославии огонь и воду…

– Поймите меня правильно, я готов… – быстро сказал Златко. – Только…

Здесь Миркович невольно умолк. Ради спасения своей шкуры он действительно был готов на все. Только вот двоих девушек он уже перепродал в Албанию.

– Что только? – наклонился к Мирковичу Асадчев. – А?..

– Только мне нужно знать, о какой девушке идет речь! – быстро выпалил юг.

– По документам она Варвара Сапронова. Такая черненькая, с короткой стрижкой…

– Я понял! – буквально вскрикнул от радости Миркович. Все-таки бог был на его стороне. Хохлушки были, что называется, третий сорт. Поэтому Миркович от них и избавился. А вот Клер не только оставил, но и собирался достичь при ее помощи далеко идущих целей. – С ней все в порядке! Я ее пальцем не тронул, клянусь!

– Где она? – быстро спросил Асадчев.

– Там! – махнул головой Миркович.

– На втором этаже?

– Нет… На горе, в охотничьем домике!

58

– Хорошо! – быстро сказал Асадчев. – Мы это сейчас проверим!

– Я правду говорю! – заверил его Миркович.

Однако майор, кивнув Уфимцеву, вышел из комнаты видеонаблюдения. Златко ничего не оставалось, как посмотреть на капитана:

– Я не вру! Правда!

Уфимцев кивнул, глядя на него сквозь прорези маски:

– Надеюсь, что так. Иначе нам придется выполнить то, о чем просил заказчик. Если мы не получим девушку живой и здоровой, ты умрешь так, что это покажут по всем телеканалам…

Пока Уфимцев добросовестно поддерживал версию о наемниках, Асадчев вышел на связь с Логиновым:

– Закат, на связи Рассвет!

– Принимаю, Рассвет! Как обстановка?

– В норме! Три «двухсотых», объект уже обработали!

– И что?

– Говорит, тут недалеко. Десять-пятнадцать минут езды. Думаю, нужно спешить…

– Понял. На подходах обстановка пока спокойная. Так что подтягивайтесь к нам. Обсудим по дороге.

– Ясно! До связи!

Вернувшись в комнату видеонаблюдения, Асадчев кивнул:

– Выдвигаемся!

– Встал! – приказал Уфимцев. – В гараж, быстро!

Уже минуту спустя троица прошла через внутреннюю дверь в большой гараж Златко. Собственно, гаражей было три. И каждый имел свой выезд на улицу. Поскольку ехать предстояло в горы, «альфовцы» остановили свой выбор на джипе «Лексус».

Уфимцев уселся за руль. Рядом расположился Златко. Асадчев контролировал его с заднего сиденья. Миркович нажал кнопку на пульте. Автоматическая дверь гаража откинулась вверх. Джип с довольным урчанием рванулся на улицу.

– Закрой дверь гаража! – приказал Асадчев.

– Она автоматически закроется, – оглянулся назад Златко.

– Не поворачиваться! – прикрикнул Асадчев.

Миркович выполнил команду, майор сдернул со своей головы шапочку и натянул ее на голову юга прорезями назад. После этого и Уфимцев тоже открыл лицо. Через пару минут джип остановился у небольшой рощи, где торчал «Форд Скорпио» с Логиновым и Мамчуром.

Уфимцев выключил габаритные огни. Асадчев выскользнул из джипа и направился к «Форду». Плюхнувшись на заднее сиденье, сказал:

– Дайте закурить!

Логинов протянул сигареты, Мамчур – зажигалку. Асадчев кивнул, сделал пару жадных затяжек и сообщил:

– Эта сволочь на пару с местным мэром обхаживают депутатов черногорского парламента. На горе у мэрии вроде как охотничий домик. Там и держат Клер и еще пару девушек. Специально для депутатов, которые наезжают сюда оттянуться на выходные…

– Охрана?

– Серьезная. Смена из трех человек. Незаметно без подготовки на территорию не просочишься – горы. Но можно использовать Златко на правах партнера мэра…

– Ну что же, это самое разумное, – кивнул Логинов.

– Работаем на «ноль»? – уточнил Асадчев.

Он имел в виду уничтожение всех свидетелей. Логинов покачал головой:

– Нет! Расстрел бандитов – это одно дело. Спишут на разборки. Нападение на собственность мэрии – это уже совсем другое….

– Но они же нас срисуют по-любому.

– Это уже не ваша проблема. Вы должны выдернуть девушек!

– Понял!

59

«Лексус» не без труда выбрался на крутой склон. Даже его мощный движок в условиях разреженного горного воздуха терял часть своих лошадиных сил. Впрочем, до цели было уже совсем близко. Быстро одолев относительно ровный участок дороги, джип притормозил перед высокими воротами.

Дальше проезда не было. Охотничий домик мэрии приютился на обрыве и словно бы парил над светящимся внизу Баром. Панорама на город и бухту отсюда открывалась просто сказочная. Однако девушек-рабынь она наверняка не радовала. Ведь выбраться из этой высокогорной тюрьмы им было уже не суждено. Разве что в Албанию. Но это означало верную смерть от нещадного обращения и болезней в тамошних грязных публичных домах…

Уфимцев остановил джип. Он, как и Асадчев, сбросил камуфляжную куртку, чтобы не насторожить охрану. Никаких видеокамер здесь не было. Приблизиться к объекту можно было только по дороге, а она отлично просматривалась.

Из открывшегося окошка высунулась голова. Лицо охранника выглядело удивленным. Асадчев ткнул Мирковича просунутым между спинками сидений автоматом. Тот выглянул и крикнул:

– Открывай быстро! Не видишь, что это я?

Окрик подействовал. Голова охранника исчезла, несколько секунд спустя ворота открылись. Джип въехал на территорию охотничьего домика и подкатил к крыльцу. Асадчев еще раз напомнил Златко:

– В дом не заходишь! Говоришь громко и четко! Не дай бог, выкинешь какой фокус, сразу станешь покойником! Понял?

– Да!

– Тогда пошел!

Златко вынырнул из джипа. На крыльце появился тридцатилетний высокий юг в неплохом костюме, видимо, главный среди охраны. Он тоже выглядел заметно удивленным. Впрочем, Златко, памятуя о нацеленном на него автомате, не дал ему опомниться:

– Давай быстро девушек! Всех в машину! Я жду! Только очень быстро, у меня совсем мало времени!

Здесь Златко красноречиво посмотрел на часы, но тип в костюме выполнять его приказ не торопился. Вместо этого он сказал:

– Мне мэр ничего не говорил…

– Правильно! Потому что дело срочное! Давай быстрее…

– Я без приказа не могу, – махнул головой охранник и вытащил мобильный телефон.

Златко вздохнул и быстро оглянулся на джип. Уфимцев только плечами пожал. Мол, твоя жизнь в твоих руках… И тут же посмотрел в зеркало, чтобы увидеть, чем занимается охранник у ворот.

Затаившегося на заднем сиденье Асадчева видно не было, однако Златко физически ощущал нацеленный на него автомат. Юг вздохнул и решительно повернулся к главному охраннику.

Извинившись перед мэром за поздний звонок, тот начал торопливо говорить в трубку:

– Тут такое дело, приехал господин Миркович и…

– Дай! Я сам! – требовательно протянул руку Златко.

Почти вырвав мобильный из рук охранника, он быстро сказал:

– Привет, это я!.. Да ничего не случилось! Просто мне срочно понадобились девушки! Не для чего, а для кого! Нет, по телефону сказать не могу… Нет, бери выше… Потом скажу откуда! Все! У меня нет времени! Если все пройдет как надо, концессия наша, понял? Тогда все! Конечно, перезвоню! – Отключив телефон, Златко быстро вернул его и прикрикнул на старшего охранника: – Ну чего встал? Я же сказал: девушек быстро в машину! Не ясно?

После этого дело пошло на лад. Уже пару минут спустя на крыльце зацокали каблучки. Три испуганные девушки, подгоняемые окриками охраны, спустились по ступенькам и втиснулись на заднее сиденье джипа к Асадчеву. Вошедший в роль Миркович вальяжно плюхнулся на переднее кресло и картинно прикрикнул на Уфимцева:

– Чего копаешься? Поехали!

«Лексус» резко тронулся с места, развернулся и устремился к воротам. Едва охранник снова распахнул их, джип рванулся вперед и на большой скорости направился по дороге вниз.

60

Охотничий домик остался высоко на горе. Джип в очередной раз вильнул, и его фары осветили стоящий под скалой «Форд». Уфимцев остановился рядом с ним. Фары погасли.

Из «Форда» вынырнул какой-то человек, подошел к «Лексусу» и открыл заднюю дверцу:

– Дамы, в темпе перегружаемся!

Сидевшая с края Клер узнала голос Логинова.

– Это ты?! – вскрикнула девушка. – Госпо-о-ди!

В следующую секунду она уже повисла на Викторе, содрогаясь в рыданиях. Тот погладил ее по плечам:

– Ну-ну, красавица! Все уже позади! Так что давай без соплей, ладно?..

– Ла-а-дно! – судорожно вздохнула Клер.

Девушки забрались на заднее сиденье «Форда». Логинов шагнул к машине и спросил у Мамчура:

– Ты уверен, что тебе не надо сопровождения?

– Занимайтесь своими делами! – быстро сказал тот. – До Скадарского озера двадцать минут езды, а там меня ждет машина с дипномерами…

– Только сразу отзвонишься, ладно?

– Само собой!

– Ну тогда все!

– А ты что, не с нами? – подала голос с заднего сиденья «Форда» Клер.

– Нет. Но мы скоро встретимся! – заверил ее Виктор.

– Точно?

– Точнее не бывает! Удачи! – махнул рукой Виктор.

«Форд» тронулся с места. Логинов повернулся к «Лексусу». Уфимцев сказал через плечо:

– Давай!

Сидевший за Мирковичем Асадчев левой рукой неожиданно ухватил юга за лоб и потянул на себя. В следующее мгновение основание правой ладони «альфовца» с силой врезалось в затылок Златко. Тот умер мгновенно.

Уфимцев натянул перчатки и быстро вытер отпечатки пальцев на руле, рачагах и дверце. Пару минут спустя «Лексус» столкнули с дороги, но с таким расчетом, чтобы он не загорелся.

Оружие и комбинезоны «альфовцы» забросили в «Форд» Мамчура, так что к берегу вся троица спустилась налегке. Виктор проводил Асадчева и Уфимцева в море, а сам отправился к порту по берегу. Несмотря на напряженный день, усталости он почти не чувствовал.

Мамчур успел отзвониться и сказать: «Порядок!» Это означало, что освобожденные девушки уже находятся на территории России. То есть пересекают на посольской машине по мосту Скадарское озеро и уже к утру окажутся в консульстве, где им немедленно оформят документы и первым же рейсом отправят на родину.

Ну а насчет оружия с камуфляжем тоже можно было не беспокоиться. Сбросить это добро с моста в озеро – дело двух секунд…

61

Однако на пароходе Логинова поджидал сюрприз. Едва он вошел в свою каюту, как в коридоре протопали торопливые шаги. Виктор настороженно повернул голову, ожидая стука. Однако, в нарушение всех правил судового этикета, дверь с грохотом распахнулась.

– Ты скотина, Витя!.. – ткнула с порога острым ноготком в лицо Логинова Ляля.

– Тс-тс! – приложил палец к губам Виктор. – Народ спит, Ляль…

– Ты все равно скотина! – чуть тише проговорила девушка и, качнувшись, шагнула через порог.

Логинов, конечно, был виноват перед девушкой. Чтобы избавиться от Ляли, он спровадил ее с поварихой Жанной на берег, клятвенно пообещав, что попозже обязательно присоединится к ним в баре «Луна»…

– Ты почему не пришел? – приступила к выяснению отношений Ляля.

То, что она набралась с Жанной в «Луне», неудивительно. Жанна была своеобразной достопримечательностью «Алексея Санина» – могла перепить любого мужика. Поэтому удивительно не то, что Ляля пьяна, а то, что она до сих пор могла самостоятельно передвигаться. А Логинову ведь скоро нужно встречать «альфовцев»…

– Извини, киса, – обнял девушку Виктор. – На меня тут кучу работы навалили…

– Да? На берегу работал? В публичном доме? – оттолкнула руку Виктора Ляля. – Кобель чертов!

Логинов снес бы и не такие оскорбления, если бы Ляля после них ушла. Но планы у нее явно были другими. После оскорблений она с чисто женской последовательностью, видимо, собиралась подарить Виктору немного любви. Для разнообразия.

– Так! – сказал Виктор, быстро посмотрев на часы. – У меня действительно куча работы… Радиограмма пришла из пароходства! Поэтому прекрати эти истерики!

– Точно?

– Точно, – заверил Лялю Виктор.

– Тогда извини, пожалуйста!.. – повисла на Викторе Ляля. – Я просто очень тебя люблю!

Выдворить ее после этого было весьма проблематично. Поэтому Логинов нашел другой выход. Чмокнув девушку в ухо, он сказал:

– Я тоже тебя люблю! И за это надо выпить! Подожди…

Полминуты спустя Логинов уже всучил Ляле стакан с «мартелем».

– Это что?.. – пьяно посмотрела на напиток Ляля.

– Тихо-тихо! Не разливать! – придержал ее руку Логинов. – Это волшебный напиток любви! Пьем до дна, на брудершафт! Ты же меня любишь?

– Очень!..

– Ну тогда за нас!

Ляля не без труда опорожнила свой стакан. Логинову «мартель» пошел как вода. Поставив на стол стаканы, он обнял Лялю и поцеловал, завалив на диван. Та что-то попыталсь сказать заплетающимся языком.

– Тихо-тихо! – отстранился от нее Виктор. – Я сейчас! Жди! Хорошо?

– Хр-р-шо!.. – кивнула Ляля, прикрыв глаза.

Логинов облегченно вздохнул и позвонил капитану. Когда он покидал каюту, Ляля уже громко посапывала, уронив одну руку на пол.

62

Логинов выбрался из надстройки и оглянулся на мостик. Капитана видно пока не было, и Виктор, облокотившись на перила, закурил. Капитан «Алексея Санина» должен был обеспечить операцию по незаметному возвращению на судно «альфовцев».

В принципе вахтенный помощник в ночное время имел право находиться в своей каюте. А вот его помощник-матрос был обязан постоянно контролировать трап «Алексея Санина». Чтобы он не углядел чего лишнего, капитан судна и должен был его куда-нибудь временно услать…

Наконец кэп появился на мостике и подал условный знак. Логинов тут же выключил освещение кормы и спустился к фальшборту. Через несколько минут под кормой раздался всплеск.

Логинов облегченно вздохнул и потянулся к висящему тут же спасательному кругу с концом. Развязав узел, Виктор осторожно спустил круг в воду. Вынырнувший из воды Асадчев выбрал слабину и ловко вскарабкался по веревке на судно. Уфимцев тоже не заставил себя ждать. Логинов помог ему перебраться на палубу и первым двинулся к надстройке. Пару минут спустя «альфовцы» незамеченными спустились в свою каюту. Логинов сказал:

– Переодевайтесь, я скоро…

Прикрыв дверь, Виктор с тряпкой двинулся обратно на корму, затирая по дороге мокрые следы. Управившись с этим, он вытащил из воды спасательный круг, аккуратно смотал веревку и повесил все это на место. Потом поднялся наверх и включил освещение кормы.

Капитан вопросительно махнул головой. Логинов кивнул. Через пару минут Виктор коротко переговорил с ним в фойе. И только после этого спустился в каюту к «альфовцам».

63

Утром Логинов кое-как выпроводил из каюты Лялю. Выглядела она жутко помятой и в дверь каюты попала только с третьей попытки. Наспех умывшись, Виктор переговорил с капитаном «Алексея Санина», потом позвонил майору Мамчуру.

– Да?.. – усталым голосом ответил тот.

На заднем фоне разносились характерные звуки турбин.

– Это я! – быстро сказал Виктор. – Я так понял, вы уже в аэропорту?

– Правильно понял. Все в порядке. Жду взлета…

– Ну тогда все! – сказал Логинов и отключился.

Они старались не болтать лишнего по телефону. Ну а главное и так было ясно – девушки уже в самолете, который вот-вот взлетит…

Спустившись в каюту к «альфовцам», Виктор поделился с ними этим известием, после чего они обсудили кое-какие вопросы. Покончив с этим, Логинов отправился в кают-компанию завтракать.

Бедная Ляля едва передвигалась между столами. Впрочем, после вчерашнего массового увольнения в город, щедро сдобренного горячительными напитками, в подобном состоянии находилась большая часть членов экипажа. Логинов поковырял вилкой в пересоленном Жанной омлете, допил сок и покинул кают-компанию, сочувственно кивнув на прощание несчастной Ляле.

Погрузка судна уже возобновилась. Стоя на шлюпочной палубе, Виктор понаблюдал за тем, как бригада портовых грузчиков словно бы нехотя выполняет свою работу, и приглушенно выматерился.

Принцип экстерриториальности распространяется только на военные корабли. На гражданских судах он не действует. Поэтому и Виктор, и «альфовцы», в отличие от Клер и ее спутниц, согласно международным нормам все еще находились на территории Черногории. Со всеми вытекающими отсюда последствиями…

После показавшихся Логинову бесконечными четырех часов погрузку наконец закончили. К счастью, представители береговых властей прибыли на судно без задержки. После примерно сорокаминутных формальностей «Алексею Санину» дали «добро» на отход.

С берега отдали концы, сухогруз задним ходом отвалил от стенки. Развернувшись, он покинул бухту и направился в море. Виктор Логинов, стоя на корме, курил и смотрел на быстро удаляющуюся надпись «Тито». Казавшийся райским уголком Бар на поверку оказался вовсе не райским местом. Однако его посещение закончилось успешно. Логинов в последний раз затянулся, швырнул окурок в кильватерную струю и нырнул в надстройку.

64

Капитан «Алексея Санина» находился на мостике. В принципе это вроде как входило в его обязанности. Согласно уставу капитан должен присутствовать здесь при прохождении всех узкостей и при швартовках. Правда, «Алексей Санин» уже оставил Бар за кормой и сейчас быстро приближался к границе территориальных вод.

Но на судне как-то не принято обсуждать действия капитана. Он здесь царь и бог. Капитан имеет право даже регистрировать браки именем Российской Федерации. И помещать любого из находящихся на борту судна под арест. Ну а на мостике может хоть ночевать…

Вахтенный матрос-рулевой держал курс, стоя за штурвалом. Третий помощник капитана вышел с биноклем на крыло мостика, чтобы рассмотреть появившееся далеко впереди по курсу судно. Оглянувшись назад, он удивленно приложил к глазам бинокль, потом просунулся на мостик:

– Сергей Геннадьевич! Тут что-то непонятное!

Капитан «Алексея Санина» тут же вышел на крыло. Сухогруз быстро нагонял серый пограничный катер со стремительными обводами. Капитан, не отнимая бинокля от глаз, коротко приказал:

– Быстро уточни наше местоположение относительно границы территориальных вод!

– Есть! – кивнул третий помощник и поспешно нырнул в надстройку.

Капитан открыл шкафчик установленного на крыле мостика судового телефона и быстро позвонил. Услышав «Алло!», он негромко сообщил:

– У нас проблема, Виктор Павлович!

– Что за проблема?

– Нас нагоняет пограничный катер, а мы еще не покинули территориальных вод!

– Черт! Понял… Постарайтесь потянуть время.

– Это само собой!

Повесив трубку, капитан «Алексея Санина» закрыл ящик. Пару секунд спустя на крыло вынырнул вахтенный помощник:

– Около полутора миль до границы, Сергей Геннадьевич!

– Ясно!

В это время с катера передали сигнал «Застопорить ход». Вахтенный помощник быстро спросил:

– Выполняем?

Капитан махнул головой:

– Нет! Беру управление судном на себя…

Вахтенный помощник коротко ответил:

– Есть!

После этого он вернулся на мостик и отступил в сторону, чтобы не мешать капитану. Тот тоже нырнул в дверь и приказал рулевому:

– Курс прежний!.. Передать в машину команду «Внимание!»

– Есть, курс прежний! – кивнул рулевой.

Второй приказ был адресован уже вахтенному помощнику. Тот быстро подошел к машинному телеграфу и отработал команду. После чего на всякий случай продублировал ее голосом по судовой трансляции.

Кэп удовлетворенно кивнул. Между тем пограничный катер уже нагнал «Алексея Санина» и начал обходить его по правому борту. Капитан вышел на крыло.

Командир катера, торчавший на боевой рубке, характерным жестом приказал судну остановиться. Капитан развел руками – мол, не понимаю. Командир катера потянулся за микрофоном, и над морем разнесся его усиленный динамиком голос:

– «Алексей Санин», немедленно остановитесь!

Пограничник говорил по-русски с легким акцентом, но вполне понятно. Дальше играть в молчанку было нельзя. Капитан сухогруза взял в руку микрофон коротковолновой рации и выдал в эфир:

– Мы находимся в нейтральных водах! Вы что, нуждаетесь в помощи?

– Вы находитесь не в нейтральных, а в территориальных водах! Приказываю вам немедленно остановиться! – снова приказал в динамик командир погранкатера.

– Наши приборы показывают, что мы уже пересекли границу территориальных вод! – прибегнул к проверенной уловке капитан «Алексея Санина».

В отличие от суши, морская граница – весьма условная линия. И точно определить, где она проходит, невозможно даже при помощи самых современных приборов. Ведь определяется она расстоянием до береговой линии. Его, конечно, можно измерить очень точно. Но вот направление, в котором нужно проводить это измерение, вопрос достаточно спорный…

Командир пограничного катера все это, естественно, знал. И прекрасно понимал, что если вступить в спор на ходу, то очень скоро «Алексей Санин» действительно окажется за границей территориальных вод. Поэтому катер по его команде рванулся вперед, после чего вильнул влево, оказавшись перед носом сухогруза.

– Лево руля! Малый ход! – крикнул капитан и раздраженно проговорил в рацию: – Черт бы вас побрал, вы грубо и намеренно нарушаете правила предупреждения столкновения судов! И ответите за это!

Впрочем, командир катера эту угрозу проигнорировал. Он продолжил блокировать путь «Алексею Санину», так что капитан вскоре вынужден был скомандовать:

– Стоп машина!

– Есть, стоп машина! – дернул ручку машинного телеграфа вахтенный помощник.

Пройдя по инерции еще пару кабельтовых, «Алексей Санин» лег в дрейф. Пограничный катер развернулся по дуге и стал приближаться к подъемному трапу судна. В это время на шлюпочной палубе возник Логинов.

Капитан посмотрел на него и едва заметно пожал плечами. Мол, я сделал все, что мог. Виктор хмуро кивнул. И он, и капитан прекрасно понимали, что пограничники действовали по приказу властей, а вовсе не по своей собственной инициативе.

65

Пограничный катер был довольно большим. Именно поэтому пришвартоваться непосредственно к борту «Алексея Санина» он не мог. Застопорив ход метрах в тридцати от борта сухогруза, командир катера сообщил через динамик:

– Внимание, на сухогрузе! Сейчас на ваше судно прибудет досмотровая группа! Опустите трап!

– Это произвол! – ответил по рации капитан «Алексея Санина». – Вы нарушаете морскую конвенцию и международные договора о свободе мореплавания!

– Ваше судно находится в территориальных водах суверенного государства! Поэтому его досмотр не противоречит никаким международным договорам! Опускайте трап!

Делать было нечего. Когда с пограничного катера на воду спустили большой мотобот, и он приблизился к борту «Алексея Санина», капитан сухогруза отдал приказ опустить трап.

Три минуты спустя на борт судна поднялись десять человек. Для обычной досмотровой группы это чересчур. Кроме восьми вооруженных морских пограничников, которых возглавлял лично командир катера, в составе группы находилось и двое гражданских лиц. Один был примерно сорока лет, в очках, с властным, волевым лицом, в очень дорогом костюме. Второй помоложе, лет тридцати, костюм на нем был тоже неплохим, но явно не того класса, что на первом гражданском.

– В чем дело? – шагнул навстречу прибывшим капитан «Алексея Санина». – На каком основании вы задержали следовавшее в нейтральных водах судно? Я требую объяснений!

– Судно находится в территориальных водах! Поэтому мы действуем на основании наших законов! – отрезал пограничник. – У нас есть сведения, что на вашем судне могут находиться нелегалы…

– Кто?..

– Нелегальные мигранты! Поэтому немедленно соберите всех членов экипажа в конференц-холле!

– Я не могу собрать там всех членов экипажа! Вахта обязана находиться на своих местах!

– Не возражаю! Тогда соберите в холле всех, кто не стоит вахту! Остальных мы проверим на местах!

Капитан «Алексея Санина» поднял голову и приказал на мостик:

– Передайте по трансляции: всем свободным от вахты членам экипажа собраться в красном уголке!..

Пять минут спустя встревоженный экипаж сухогруза почти в полном составе уже находился в красном уголке. Логинов присел рядом с похмельной Лялей. Девушка обхватила потной ладошкой его руку и нервно спросила:

– Что это такое, Витя? Я сколько плаваю, ничего подобного не видела!

– Наверное, просто проводят крупномасштабную показательную операцию по борьбе с нелегальной миграцией, – стараясь выглядеть как можно спокойнее, сказал Виктор. – Чтоб замылить глаза Евросоюзу…

– А зачем им замыливать глаза Евросоюзу? – удивилась слабо подкованная в тонкостях европейской политики Ляля.

– Наверное, чтоб финансовую помощь получать на развитие демократии. И чтоб свои грязные делишки продолжать проворачивать…

– Ну а мы-то тут при чем?

– Мы просто под руку попали, – пожал плечами Виктор.

– Козлы!.. – дыхнула на него перегаром Ляля.

Не догадываясь об истинных причинах происходящего, суть она охарактеризовала очень точно. Логинов немного удивленно посмотрел на девушку и кивнул:

– Это точно…

Тут в красный уголок вошел командир пограничного катера. Держа в руке судовую роль, он сказал:

– Всем приготовить паспорта!

После этого пограничник двинулся между столами, проверяя документы. Однако Логинов довольно быстро понял, что это лишь прикрытие. Вскоре в двери красного уголка появились двое гражданских югов. И тот из них, который был помоложе, принялся внимательно рассматривать членов экипажа. Причем интересовали его только мужчины.

Виктор сообразил, что это один из охранников охотничьего домика мэрии. И пытается он опознать Уфимцева или Асадчева. Ну а второй гражданский почти наверняка был мэром Бара…

66

Логинов протянул свой паспорт командиру пограничного катера. Тот взял его в руки и сверил фамилию по судовой роли. Бегло пролистав документ, он не вернул его Виктору, а сказал:

– Вас я попрошу пройти с нами!

– А в чем дело? – с улыбкой спросил Виктор. – С моим паспортом что-то не так?

– С паспортом все так. Но нам нужно с вами побеседовать!

– Ну раз нужно, побеседуем… – начал подниматься Логинов.

Однако тут за него самоотверженно вступилась Ляля. Уцепившись в руку Виктора, она крикнула:

– Эй, я не поняла! Куда это вы его собрались забрать? А?..

– Спокойно! Мы просто хотим побеседовать…

– Так беседуйте тут! Я его никуда не отпущу!

– Вы хотите, чтобы мы применили силу?.. – протянул руку пограничник.

– Да пошел ты! – отмахнулась Ляля. – Жанна, сюда!

– Эй, матросик! – густым басом отозвалась повариха. Размерами она была как двое пограничников. Поднявшись со своего места, Жанна мгновенно перекрыла проход. Наступая на командира пограничников, она прогудела: – Ты что, хочешь со мной поссориться?.. Ручонки убрал, ну!

– Группа, ко мне! – скомандовал командир пограничников.

– Стоп! Стоп! – вскочил на ноги Виктор. – Ляля, Жанна! Успокоились! Все будет хорошо!

– Я тебя никуда не отпущу! – вцепилась в Логинова официантка.

– Да никуда я не денусь! Сядь, пожалуйста!

Кое-как успокоив воинственных женщин, Логинов в сопровождении командира катера покинул красный уголок. Его провели в пустую кают-компанию. Здесь Виктор присел. Командир пограничников положил на стол судовую роль. В приоткрытой двери расположился мэр…

– Так в чем проблема? – спросил Виктор. – Вы меня подозреваете в нелегальном пересечении границы, что ли?

– Нет. Однако мы хотим уточнить вопрос с вашими соотечественниками.

– С какими?

– Вы ремонтный инженер, так?

– Так. Только не инженер, а механик.

– На судне в Бар прибыли еще двое членов рембригады… Садков и Ермилов, так?

Именно под этими фамилиями числились в судовой роли «альфовцы». Поэтому Логинов кивнул:

– Так.

– А где они сейчас?

– А я откуда знаю?.. – пожал плечами Логинов.

– Не понял? – удивленно повел головой пограничник.

– Чего вы не поняли?

– Ведь они находились в составе возглавляемой вами бригады, так?

– Находились… – согласился Виктор.

– И вы не знаете, где они сейчас?

– Не знаю… Это вообще-то уже не ко мне. Обратитесь к капитану.

– Вы хотите сказать, что вам вообще ничего не известно о ваших подчиненных?

– О моих бывших подчиненных! – поднял палец Логинов.

– Хорошо, о ваших бывших подчиненных, – кивнул пограничник.

– Почему же? Мне известно, что вчера вечером на борт пришла радиограмма из пароходства. В ней предписывалось, чтобы Садков и Ермилов пересели на другое судно, находящееся в Шибенике…

– На какое судно? – быстро спросил пограничник.

– А я откуда знаю?

– Но они не покидали порт! – прикипел к лицу Виктора взглядом пограничник.

Видимо, он надеялся таким образом огорошить Логинова и уличить его во лжи. Однако Виктор спокойно пожал плечами:

– Что значит, не покидали? Они сошли на берег…

– Но охранники на проходной говорят, что…

– Стоп! – поднял руку Логинов. – Я еще имею какое-то отношение к Садкову и Ермилову как к своим бывшим подчиненным… Но к вашим портовым охранникам я вообще никаким боком. И меня никак не касается, что там они говорят. Тем более что выходы моряков в город письменно не фиксируются. А у ваших охранников в будке стоит телевизор, так что при атаке «Партизана» из порта могли незаметно выйти не только двое моряков, но и пара груженых трейлеров. Хотя это, конечно, лично мое мнение… – картинно развел руками Виктор.

– Ладно, – хмуро сказал пограничник, оглянувшись на дверь. – Можете вернуться в холл.

В красном уголке членов экипажа держали еще около сорока минут. Досмотровая группа за это время тщательно проверила судно. Однако ни российских девушек, ни Уфимцева с Асадчевым она не нашла.

Когда пограничный мотобот отваливал от борта «Алексея Санина», Логинов вышел на палубу. Лицо мэра Бара было хмурым. Он не без оснований связал гибель Мирковича и пропажу девушек с приходом в порт российского судна. Однако разработанную ФСБ операцию ему разгадать оказалось не по силам…

Вскоре после того как «Алексей Санин» пересек границу территориальных вод, Логинов спустился в одно из помещений машинного отделения. С трудом приподняв переносную площадку для обслуживания оборудования, он оттащил ее в сторону. Под ней открылся люк цистерны технической воды.

Виктор отстучал ключом условный знак, однако «альфовцы» решили перестраховаться. И когда Логинов открыл люк, то увидел только тускло поблескивающую поверхность воды. Пришлось выстукивать сигнал еще раз.

Только после этого затаившиеся в глубине цистерны Уфимцев с Асадчевым всплыли. Когда их головы в масках дыхательных аппаратов показались на поверхности, Логинов сказал:

– Вам, я вижу, понравилось? Может, так и поплывете?

– А чего? – хмыкнул Уфимцев. – Воздух через расширительный патрубок в цистерну поступает, нырять нужно, только если кто-то открывает крышку люка… Бассейн, короче. Обеспечите провиантом, товарищ полковник, поплывем.

– Да нет уж, – махнул головой Виктор. – Лучше я вам провиант в каюту носить буду. Выбирайтесь, мы уже в нейтральных водах!

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

67

– Здравия желаю, товарищ генерал!

– Здравствуй, здравствуй, Витя! – выбрался из-за стола генерал Ватлин. – С возвращением в Москву!

– Спасибо!

– Как самочувствие?

– Нормально, – кивнул Логинов, который только накануне вечером вместе с «альфовцами» прилетел в Россию чартером из итальянского города Бари, поскольку именно туда направился «Алексей Санин» из бывшей Югославии. – А у вас тут как обстановка?

– Без изменений, – посерьезнел генерал. – Садись… – Вернувшись на место, Ватлин продолжил: – К сожалению, за время твоего отсутствия продвинуться в установлении личности этого загадочного крымского татарина не удалось ни на шаг… В то же время в меморандуме, который директор ФСБ получил от резидента из Киева, провокации против Черноморского флота считаются весьма вероятными.

– Ясно, – вздохнул Логинов.

– Да в том-то и дело, что ничего не ясно, – покачал головой Ватлин. – А время работает против нас… В общем, принято решение направить Курсистку на Украину. Немедленно!

– В распоряжение резидентуры? – спросил Логинов.

– Нет. В твое распоряжение, Витя.

– Не понял, – махнул головой Логинов.

– Ты сам знаешь, что для установления контакта между куратором и агентом нужно время. Иначе эффективной работы не будет. А Курсистка к тому же еще толком не отошла после своей югославской эпопеи… Так что поедешь с ней ты! – развел руками Ватлин. – Больше некому!

– Гм-м… Я, конечно, все понимаю, но у меня же с украинскими спецслужбами…

– О твоих проблемах руководство в курсе, – кивнул Ватлин. – Но других вариантов, к сожалению, нет. Поедешь под чужим именем. Спецчасть документы уже подготовила. Так что давай по-быстрому обговорим детали…

68

Почетный председатель меджлиса крымскотатарского народа Умбаров сидел в своем кабинете в опустевшем здании крымского парламента. Своих помощников он отпустил, после чего закрыл дверь на ключ и извлек из сейфа бутылку водки «Союз-Виктан». Набулькав в стакан граммов сто пятьдесят, Умбаров залпом выпил и, не став закусывать, откинулся в кресле. Однако хмель не приходил.

Умбарову было уже за шестьдесят. Крымские татары привыкли считать его несгибаемым лидером, беззаветным борцом за права своего народа. И, надо сказать, не без оснований. В советские времена Умбаров прошел и тюрьмы, и психушки, однако от своих взглядов не отказался. Неудивительно, что именно он вот уже долгие годы возглавлял меджлис.

Однако сейчас Умбаров выглядел просто смертельно уставшим и немощным стариком. Богатырским сложением он не отличался никогда. Зато воли и внутренней силы Умбарову было не занимать. Но сейчас в глазах харизматического лидера крымско-татарского народа стояло отчаяние.

Борьба крымских татар за свои права имела несколько этапов. Еще в советские времена высланные Сталиным в Среднюю Азию, татары начали возвращаться в Крым. О легальном проживании на своей исторической родине они тогда могли только мечтать. Поэтому селились татары в горах – в пещерах и землянках. Ну а власти их вылавливали и отправляли в лагеря.

И только при Горбачеве были приняты законодательные акты, которые процесс возвращения татар в Крым узаконили. Однако к тому времени райский полуостров был давно заселен и обжит русскоязычным населением. Поэтому все гарантии относительно обустройства возвращающихся татар стали не более чем бумажной декларацией.

Само собой, что новые крымчане тесниться или отдавать свои дома татарам не собирались. Местные власти выполнение распоряжений Москвы откровенно саботировали. Татары начали самозахват земель. Крым оказался на грани этнического конфликта. Но в этот момент развалился Советский Союз, и новые украинские власти пообещали татарам скорейшее разрешение их проблем…

С тех пор прошло уже пятнадцать лет. Но до сих пор крымско-татарское население Крыма оставалось в полуподвешенном состоянии. За эти годы на полуострове не раз могли разразиться кровавые межнациональные столкновения. Но каждый раз Умбаров, хоть и с огромным трудом, удерживал свой народ от радикальных методов, получая клятвенные заверения Киева, что проблемы крымских татар наконец-то будут решены.

Однако правительства сменяли правительства, а воз был и ныне там. Новой надеждой крымских татар стали оранжевые. Меджлис безоговорочно поддержал революцию, Ющенко стал президентом Украины. Но год его правления кардинальных сдвигов не принес. Однако Умбарову объяснили, что все дело в крымских депутатах, представлявших в основном оппозиционные оранжевым силы. Так что все проблемы обязательно решатся после парламентских выборов. Если татары, конечно, поддержат оранжевых…

И вот выборы прошли. Крымские татары оранжевых изо всех сил поддержали. Однако Ющенко это не помогло. Пропрезидентские партии набрали в Крыму ничтожное количество голосов. Официальный Киев практически лишился представительства как в местных советах, так и в парламенте Крыма.

Но еще хуже было другое. Прошедшие парламентские выборы стали первыми, прошедшими на Украине по чисто пропорциональной системе. То есть избиратели голосовали не за конкретных кандидатов, а исключительно за партии и блоки. Это превратило выборы в фарс. «Проходные» места в абсолютно всех списках продавались. Как правило, только первые пять мест в них занимали более-менее раскрученные политики. Ну а дальше шли те, кто был способен выложить за депутатский мандат три-пять миллионов долларов. Место в крымском парламенте, правда, стоило на порядок дешевле. Ну а в местном вообще копейки – примерно как потрепанный «Мерседес»…

Само собой, что места в списках покупались вовсе не для того, чтобы решать проблемы избирателей. Депутатами стали люди, для которых единственной целью была личная выгода и нажива. Это прекрасно понимали все. И позиции Умбарова в руководстве меджлиса после выборов сильно пошатнулись. Но для него главное было, конечно, не это. Главное было, что решение проблем крымско-татарского народа снова откладывалось. Минимум на пять лет.

69

– Здравия желаю, шеф! – улыбнулся Аникеев, открыв дверь конспиративной квартиры.

– Тихо, не ори! – сказал Виктор, входя в тесную прихожую. – Как обстановка?

– Нормально, – кивнул Аникеев. – Давно вернулись?

– Вчера. Но сегодня опять уезжаю.

– Куда?

– Секретно, товарищ старший лейтенант, – пожал плечами Виктор.

– Понял.

– Ну тогда сделай, пожалуйста, чаю, а я пока побеседую с нашей дамой.

Едва Логинов вошел в комнату, как Клер повисла на его шее:

– Привет, Витя! Я так рада тебя видеть!

– Я тоже, – улыбнулся Логинов, осторожно отстраняясь от девушки.

В Баре он ее толком не рассмотрел. Теперь же увидел, что двухнедельное заключение не прошло даром. Клер заметно похудела, под глазами появились темные круги. В глазах девушки стоял затаенный страх.

– Хорошо выглядишь! – соврал Виктор, зная, что лучшим инструментом в обращении с женщинами является комплимент.

– Ну да, как затраханная кляча, – вздохнула Клер. – Меня тут еще долго будут держать?

– Нет.

Страх в глазах девушки стал явственным.

– Я боюсь! – снова прижалась она к Логинову.

– Чего, дурочка? – погладил ее по голове Виктор. – Все уже позади.

– Да? А Серый с его гоблинами? Думаешь, они меня оставят после всего в покое?

– Вот как раз Серого можешь не опасаться, – заверил девушку Логинов. – Им вплотную занялось наше Управление по борьбе с организованной преступностью на пару с Генпрокуратурой. Так что ближайшие лет десять Серому будет не до тебя, это я гарантирую!

– Да?.. – посмотрела на Логинова Клер.

– Да, – серьезно кивнул тот. – Давай-ка присядем, у меня есть к тебе серьезный разговор.

70

Умбаров снова наполнил стакан водкой и выпил, даже не поморщившись. Он был мудрым политиком, который много лет вел свой народ к цели и сохранял хладнокровие в самых критических ситуациях. Но сейчас Умбаров чувствовал себя политическим банкротом. Он завел свой народ в тупик. С учетом результатов парламентских выборов крымские татары фактически остались со своими нерешенными проблемами один на один. И без какой-либо финансовой поддержки.

В свое время меджлису активно помогала Турция. Бывшая Османская империя рассчитывала через усиление влияния крымских татар со временем прибрать полуостров к рукам. Однако с приходом к власти оранжевых политика Турции резко изменилась.

Анкара предложила Киеву весьма заманчивый проект. Речь шла о передаче Южного берега полустрова в долгосрочную концессию. То есть турки решили поменять тактику. И овладеть Крымом путем экономической экспансии. Киев этот проект воспринял весьма благосклонно. И финансовые потоки, которые Турция многие годы направляла для поддержки крымских татар, мгновенно иссякли.

В этой ситуации возглавляемый Умбаровым меджлис вскоре должен был превратиться не только в политического, но и в финансового банкрота. Само собой, что в рядах крымских татар возникло недовольство. Некоторые открыто призывали к смене руководства.

Умбаров прекрасно понимал, что остаться при власти он сможет, только если предложит своему народу ясный план выхода из кризиса. Именно поиском такого плана он и занимался последние дни. Однако пришел к выводу, что такого плана не существует. От осознания этого Умбаров и начал прикладываться к бутылке…

71

Документы Виктору спецчасть действительно подготовила надежные. Как и Клер. Однако лететь в Киев самолетом все равно было рискованно. В аэропортах полно видеокамер. Да и проверку авиапассажиров спецслужбы проводят тщательно, это не секрет.

Именно поэтому Логинов с Клер отправились в Киев поездом. И не прямым, а транзитным, следовавшим до Хмельницкого. На перроне Киевского вокзала людей было не очень много. Зато у купейного вагона, в котором ехали Виктор с Клер, расположилась весьма живописная группа.

Около пятнадцати мужчин лет тридцати пяти-сорока свалили в кучу хоккейное снаряжение. В центре возвышался штабель пивных ящиков. Из разговоров стало ясно, что хоккеисты-ветераны едут на товарищескую встречу со своими украинскими коллегами…

– Кажется, нас ждет веселая ночка, – посмотрел на часы Логинов.

Судя по тому, что пиво спортсмены начали пить уже на перроне, спортивным режимом они злоупотреблять не собирались. А билеты менять было уже поздно. Однако Клер только плечиками пожала:

– Подумаешь, проблема! Это же не в трюме с крысами неделю загибаться!

– Тоже правильно, – кивнул Логинов, посмотрев на девушку.

Клер все-таки заметно изменилась. Пережитое явно пошло ей на пользу. И теперь она временами напоминала не взбалмошную проститутку, а мудрую, хоть и совсем молодую женщину…

В купе Логинов с Клер были одни. Разгоряченные пивом ветераны расположились в другом конце вагона, однако шума от них все равно было предостаточно.

– Мама, где наше белье?..

– Мама, а тут ресторан фунциклирует?..

– Россия-чемпион! Оле-оле-оле! – разносилось в коридоре.

«Мама»-проводница пыталась утихомирить беспокойных пассажиров, однако все ее замечания и угрозы встречались дружным смехом. Наконец поезд тронулся. Клер сама постелила постели, после чего они с Виктором почти по-семейному попили чая.

– Чего молчишь?.. – спросил Виктор.

– Не знаю, – передернула плечиками Клер. – Просто… просто после всего это такое счастье – вот так просто ехать в поезде и ничего не бояться… Спасибо тебе!

На глазах девушки выступили слезы.

– Ну-ну! – тронул ее за плечо Виктор. – Давай об этом не вспоминать. Тем более, завтра у нас трудный день! Так что давай-ка укладываться баиньки.

– Давай, – шмыгнула носиком Клер. – А сказку расскажешь?..

– Сказку? – немного растерялся Виктор. – Ну разве что про Волка и Красную Шапочку.

– Хорошо! – сказала Клер и нырнула под простыню. – Давай!

Логинов тоже улегся, выключил свет и, подложив руки под голову, начал вспоминать:

– В общем, жила-была девочка. И звали ее Красная Шапочка. А у этой девочки была бабушка. Она жила в густом лесу…

Несмотря на шум, заснула Клер почти сразу. Логинов негромко позвал ее, потом повернулся на бок и под крики «Россия-чемпион! Оле-оле– оле!..» тоже провалился в сон. Завтра у них и вправду был трудный день.

72

Рифат Джанкоев отложил шашлык и посмотрел на своего собеседника:

– Умбаров завел нас в тупик. Меджлису необходимо новое руководство, которое не побоится сказать своему народу, что нас долгие годы обманывали. И поднимет его на борьбу! Это наша земля! И мы наконец-то должны стать на ней полноправными хозяевами!

Собеседник Рифата был одним из самых влиятельных представителей крымско-татарского народа. К его голосу прислушивались десятки тысяч крымских татар. Так что без его поддержки возглавить меджлис было практически невозможно…

– Умбаров национальный герой, – сказал собеседник Джанкоева. – Он сидел в тюрьме, когда тебя еще не было на свете…

– Я тоже с огромным уважением отношусь к нему, – кивнул Джанкоев. – Однако он себя исчерпал. Если мы хотим вернуть себе родину, мы должны заставить с нами считаться всех… Я готов взять на себя это. Если вы поддержите меня, мы очень скоро займем в Крыму то место, которое заслуживаем!

– Не скрою, – кивнул собеседник, – я бы этого очень хотел. Однако, боюсь, это невозможно.

– Это – возможно! – сузил глаза Джанкоев. – И я это сделаю! Если вы поддержите меня…

Убежденность, с которой говорил Рифат, произвела на его собеседника впечатление. Однако он был реалистом. Поэтому сказал:

– Я пока не говорю ни да ни нет. Потому что ситуация сложная. Люди действительно недовольны, но пока верят Умбарову. Однако если он не сможет объяснить всем нам, как мы должны бороться за свои права дальше, мы вернемся к этому разговору…

Попрощавшись с Рифатом, собеседник покинул отдельный кабинет ресторана. Джанкоев снова присел. На его лице возникла улыбка. Однако напоминала она скорее волчий оскал.

Рифат Джанкоев был еще достаточно молод. Заметных официальных должностей в меджлисе он не занимал. Однако узкий круг посвященных относился к Рифату с уважением.

Именно он уже несколько лет курировал силовой блок. То есть отвечал за функционирование нелегальных военизированных организаций крымских татар, иногда называемых отрядами самообороны. Необходимость в их создании возникла в начале девяностых. Тогда обстановка в Крыму сложилась просто-таки жуткая. Хозяевами полуострова были не власти, а разномастные криминальные группировки. Вооруженные до зубов бандиты практически в открытую разъезжали на иномарках и отстреливали всех, кого считали нужным. Ну а милиция делала вид, что ничего не замечает…

Не создай татары тогда своих бригад, от пуль бандитов наверняка бы полегли и сам Умбаров, и все руководство меджлиса. Этого не случилось, но потери среди татар были. Собственно, и выдвинулся Рифат благодаря гибели своего шефа, расстрелянного неизвестными прямо в машине возле дома.

К тому времени, правда, криминальные войны уже пошли на спад. И меджлис отодвинул своих боевиков в тень. С тех пор их использовали в качестве своеобразного пугала, когда нужно было добиться уступок от властей.

Рифат Джанкоев с таким положением дел, конечно, был не согласен. Но слишком велик был авторитет меджлиса и лично Умбарова. Поэтому Рифат и выполнял все эти годы функции мальчика на побегушках. И ждал своего часа. И наконец дождался…

73

В Киев хмельницкий поезд прибыл рано утром. Похмельные хоккеисты ползали по коридору бледными тенями. Логинов, наоборот, чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. Ухватив зевающую Клер за руку, он быстро затащил ее в подземный переход. Поднявшись по эскалатору, они оказались на привокзальной площади. Здесь Виктор усадил Клер в первое попавшееся такси, сам прыгнул на переднее сиденье и велел:

– В центр!

Такси тут же тронулось и стало взбираться под гору. Логинов оглянулся и удовлетворенно хмыкнул. Если даже их встречали украинские «топтуны», то Виктор своими стремительными маневрами наверняка заставил их сбиться со следа. Впрочем, для верности они поменяли такси. И только потом поехали на конспиративную квартиру, снятую резидентурой специально для подобных случаев.

Открыл им молодой сотрудник в костюме с галстуком. Вручив Виктору ключи, он сказал, что с ним свяжутся, и тут же покинул квартиру. Клер сбросила туфельки, прошла в комнату и плюхнулась на диван:

– Как можно вставать в такую рань? Кофе хочу! А ты?..

– Я бы чая выпил, сейчас посмотрю, что тут у них есть…

– Нет-нет! – поспешно поднялась Клер. – Я сама!

– Как знаешь, – пожал плечами Логинов, опускаясь на освобожденный Клер диван.

Он уже порядком отвык от женской заботы, поскольку ни одна дама сердца не была в состоянии сколько-нибудь долго выдержать его график. Поэтому порывы превратившейся практически в пай-девочку Клер начинали беспокоить Виктора. К хорошему привыкаешь быстро. Эдак расслабишься, потеряешь форму, а потом что…

Однако потерять форму с работой Виктора было проблематично. Уже в процессе чаепития на квартирный телефон позвонил подполковник Филипенков.

– С прибытием! – сказал он.

– Спасибо! Как договоримся?

– Я сейчас подъеду и перезвоню, – зевнул подполковник. – О’кей?

– О’кей…

Минут через двадцать Виктор вышел во двор и уселся в шикарный джип «Акура» с украинскими номерами. Щеголевато одетый Филипенков протянул Логинову руку и после рукопожатия тронул машину.

– Откуда дровишки? – спросил Виктор, имея в виду джип.

– Невесты, – пожал плечами подполковник. – Беру, когда не хочу светиться на посольских машинах… Как добрались?

– Терпимо. С хоккейной командой ехали – «Оле-оле-оле!»

– Бывает… – зевнул Филипенков. – Извини, я вчера до трех ночи на одном мероприятии торчал. Премии какой-то фонд вручал представителям местного бомонда.

– Понятно, – кивнул Виктор. – Куда едем?

– В мою берлогу, она тут рядом, на Подоле…

В киевской резидентуре подполковник Филипенков отвечал за политическую разведку. Офис у него был оборудован в торговом представительстве РФ. После десяти минут езды по еще свободным утренним улицам джип повернул к воротам с символикой России и посигналил. Ворота поползли в сторону. Пару минут спустя они уже вошли со двора в здание торгпредства и поднялись на этаж.

– Заходи! – кивнул Филипенков, отключив сигнализацию.

Кабинет у него был не очень большой, но уютный и современно обставленный. На одной из стенок висела большая мишень для дартса. Только поверх кругов приколот к ней был плакат с портретом Юлии Тимошенко. Леди Ю была изображена на нем в белом свитере, на голове – ставшая знаменитой коса, в руках – росток чего-то зеленого, подозрительно смахивающего на коноплю.

– Это что? Для разрядки? – спросил Логинов.

– Вроде того, – кивнул Филипенков, усаживаясь в свое вращающееся кресло и закидывая ноги на стол. – Если бы ты только знал, как меня достали все эти физиономии с предвыборных плакатов… – Стрелка со свистом рассекла воздух и вонзилась первой вумен украинского политикума в переносицу. – А так они смотрятся лучше! – удовлетворенно хмыкнул Филипенков. – Не находишь?..

Логинов с некоторым удивлением посмотрел на подполковника. Тот улыбнулся:

– Не бойся, крыша у меня пока на месте. Хотя с этой чертовой работой могла бы уже и поехать. Полтора года выборов – это чересчур, а я за это время даже в отпуске не был.

– Сочувствую, – кивнул Виктор. – Но нет худа без добра. Зато ты должен отлично ориентироваться в обстановке и сможешь мне помочь.

– Постараюсь, – кивнул Филипенков. – Но обстановка на Украине сложная, потому что все эти политиканы – не более чем верхушка айсберга. На самом деле реально влияют на процессы не все эти раскрученные персонажи, а те, кто за ними стоит.

– И кто эти кукловоды? Олигархи?

– Да. Причем, в отличие от своих российских коллег, они предпочитают оставаться в тени. И небезуспешно.

– Ну это же секрет полишинеля, – пожал плечами Логинов. – Кто за кем стоит и кого дергает за ниточки, давно известно.

– В том-то и дело, что нет, – покачал головой Филипенков. – Украинские олигархи действительно усвоили уроки своих российских собратьев. Характерный пример: недавно в Киеве с большой помпой открыли огромный гипермаркет. Причем на месте парка, несмотря на протесты общественности и «зеленых».

– И что?

– Вложения миллионные. Плюс непонятная уступчивость городских властей. То есть за этим проектом наверняка стоит кто-то очень богатый и влиятельный. Однако докопаться до его имени ни журналистам, ни нам так и не удалось. Хотя, поверь, были задействованы все возможности, в том числе в местных спецслужбах. Та же ситуация и с большинством телеканалов. Их реальные владельцы, как правило, неизвестны.

– Хорошо, но с политиками-то проще.

– Не скажи, – махнул головой Филипенков. – С политиками еще сложнее. Считается общеизвестным, что за Партией регионов стоит донецкий клан, за оранжевыми – киевский, за зелеными – запорожский. Но в действительности все намного сложнее. И президентские выборы это очень ясно показали!

– В каком смысле?

– В самом прямом, – пожал плечами Филипенков. – Только почти никто почему-то не увидел за деревьями леса…

– Ну объясни, – кивнул Логинов, доставая сигареты.

– Объясняю… Ты можешь себе представить, что в 2008 году на президентских выборах в России единым кандидатом от пропутинских партий и официальным преемником ВВП будет назван какой-нибудь Вася Кемеровский – с двумя с половиной ходками на зону да еще и с непогашенной судимостью?

– С трудом! – ухмыльнулся Виктор.

– Ну вот! А ведь на Украине произошло как раз это! Янукович, по сути, даже не имел права принимать участие в президентских выборах. Как раз из-за непогашенной судимости…

– Ты уверен?

– Уверен. Потому что судья, вроде бы погасивший задним числом эту самую судимость, уже больше года находится в розыске. А это, боюсь, означает, что найти его уже не удастся. Теперь понимаешь?

– Не очень, – честно признался Логинов.

– Это потому, что у нас в России олигархов президент поставил на место. А на Украине именно олигархи исподволь руководят всем и вся – в том числе и политиками. Янукович не более чем марионетка, которую вытолкнули на выборы с определенной целью.

– С какой?

– Боюсь, развязать гражданскую войну.

– Шутишь?

– Какие шутки? Ведь даже дауну было понятно, что такой кадр ни за что не станет президентом. А если и станет, то страна расколется на две части. Это же очевидно!

– И чем тогда думали представители тех партий, которые выдвинули его в качестве единого кандидата и поддержали?

– А кто им позволял думать? Их просто заставили это сделать. Ну кроме Партии регионов, конечно. Те-то просто толкали своего кандидата…

– Как-то это все звучит неожиданно, хотя твои объяснения довольно убедительны. Допустим, я согласен. Но зачем была нужна война этим э-э… кукловодам украинской политики?

– Вот! – кивнул Филипенков. – Это самый главный вопрос, который никто не удосужился задать. А ведь ответ очевиден. Любая олигархическая структура должна развиваться. Потому что если она не будет развиваться, ее ожидает скорый и неизбежный крах. Но как раз накануне президентских выборов на Украине ускоренными темпами окончательно разворовали государственную собственность. Различные кланы скупили за бесценок все, что только можно было, и в Киеве, и в регионах. Поэтому более-менее законно оттяпать у конкурентов заводик или комбинатик стало невозможно…

– И что?..

– И тогда кто-то просчитал, что если расколоть страну, то такая возможность появится. Ведь если бы началась война, то все предприятия в том же Киеве, принадлежащие членам Партии регионов, сразу бы отошли новым хозяевам. Надеюсь, ты в этом не сомневаешься?

– В принципе нет… – кивнул Логинов. – Но война…

– Кому война, а кому мать родна! За всем происходящим на Украине стоят олигархи. И они уже исчерпали все возможности дальнейшего обогащения, кроме войны…

74

Рифат Джанкоев привык находиться в тени. О его функциях знали немногие даже в крымскотатарской среде. Поэтому, когда вскоре после Нового года ему позвонил на мобильный какой-то незнакомец, Рифат был немало удивлен.

– Здравствуйте, Рифат!

– Здравствуйте… – после паузы проговорил Джанкоев.

– Вас, наверное, удивляет, что ваш телефон не определяет номер, с которого вам звонят, верно?

– Кто это?.. – резко спросил Джанкоев.

– Ваши друзья. Нам нужно встретиться…

– Я с незнакомыми не встречаюсь!

– Это в принципе правильно. Однако в данном случае опасаться вам совершенно нечего. Это не то, что вы думаете…

Рифат хотел было уже отключить телефон. Однако что-то его удержало. Его телефонный собеседник говорил очень спокойно. И очень уверенно.

– А что я думаю?

– Вы думаете, не ловушка ли это. Это не ловушка.

– А что?

– У нас к вам есть деловое предложение.

– Я бизнесом не занимаюсь!

– Поверьте, мы в курсе ваших занятий. Всех! Например, мы знаем о штольне. И о фундаменте в Бахчисарае…

По спине Рифата пробежал холодок. В штольне в горах у крымских татар был оборудован тайник, где хранилось оружие. А в фундамент в Бахчисарае в свое время спрятали два трупа убитых бандитов.

– Кто вы, шайтан бы вас побрал? – спросил Рифат.

– Я же сказал: у нас к вам деловое предложение. А то, что мы люди серьезные, вы, надеюсь, уже поняли. Если бы мы хотели причинить вам неприятности, то сделали бы это легко. Мы же хотим предложить вам взаимовыгодное сотрудничество…

– Хорошо, – после паузы сказал Рифат. – Где, когда?

Собеседник назвал место и время. Потом предупредил:

– Только, пожалуйста, не надо никаких прикрытий! Во-первых, это в ваших же интересах, а во-вторых, я тогда просто не пойду на контакт. Придется перенести встречу, а это не нужно ни вам, ни мне…

В условленное время в условленном месте в машину к Рифату подсел мужчина лет пятидесяти пяти. Худощавый, невысокого роста, с печальным лицом.

– Здравствуйте, Рифат! Наконец-то мы с вами познакомились лично! – протянул он руку.

– Здравствуйте… – кивнул Рифат.

– Называйте меня Глебом, для простоты. Хорошо? – сказал незнакомец таким тоном, что было неясно – это настоящее его имя или нет.

– Хорошо, – пожал плечами Рифат.

– Тогда приступим, – кивнул незнакомец. – Я говорю с вами от имени, скажем так, весьма мощной финансово-промышленной группы.

– Какой? – поинтересовался Рифат.

– У нее нет названия, нет официальной вывески и тем более своего сайта. Но именно это и делает ее неуязвимой. По всей Украине на нас работают миллионы людей и даже не догадываются об этом.

– И вы думаете, я вам поверю?

– Конечно, поверите, – пожал плечами Глеб. – Потому что мы собрали о вас практически полную информацию. А это под силу только структуре с неограниченными возможностями.

– И какую же информацию вы обо мне собрали?.. – напрягся Рифат.

– Не бойтесь. Мы не интересовались вашим босоногим детством и не пытались установить, подглядывали вы за девочками в школьном туалете или нет. Нас интересовало ваше нынешнее положение в иерархии крымско-татарского народа. И мы собрали достаточно информации, чтобы предложить вам сотрудничество.

– А вы уверены, что я соглашусь?

– Безусловно. Вы, Рифат, прирожденный лидер. И, так сказать, патриот своего народа. Политику руководства меджлиса вы считаете проигрышной. И готовы ради восстановления прав собственного народа к самым радикальным действиям. И даже, общаясь с эмиссаром турецкой разведки, как-то предлагали профинансировать восстание крымско-татарского народа.

Рифат понял, что Глеб действительно является представителем могущественной группы. Потому что узнать такие подробности просто невозможно…

Его собеседник мгновенно уловил это. И проговорил:

– Я вижу, вы готовы к более предметному разговору. Верно?

– Да, – кивнул Рифат.

– Тогда так. Мы готовы финансово и организационно помочь вам прийти к руководству в меджлисе. И реализовать все ваши задумки. Вот в чем заключается наше предложение. Ну а теперь, извините, я обязан задать довольно глупый вопрос: вы согласны?

– А какой вам смысл мне помогать?

– Отличный вопрос, – кивнул Глеб. – Мы в вас, Рифат, не ошиблись! Если бы вы его не задали, мы бы еще думали, стоит иметь с вами дело или нет. Но вы нас убедили – стоит! А теперь отвечаю. Наш интерес заключается в том, что в результате реализации нашего плана мы с вами станем фактическими хозяевами Крыма. Ну а то, что эта земля способна принести миллиарды долларов, надеюсь, вам объяснять не надо. Верно?

– Да.

– Так каков будет ваш ответ, Рифат?

– Я согласен!

– Отлично, – кивнул Глеб. – Тогда давайте договоримся, когда мы с вами сможем встретиться, чтобы обговорить наш план более предметно.

– А сейчас нельзя? – спросил Рифат.

– Видите ли в чем дело, – посмотрел на него собеседник, —для того чтобы достичь нашей общей цели, нужно провести целый комплекс специальных операций. А это целая наука.

75

– Так… – побарабанил пальцами по столу Логинов. – Я понял. Ну а конкретно в Крыму какая обстановка?

– Хреновая, – прикурил сигарету Филипенков. – Я как раз к этому и вел. Дело в том, что сейчас вероятность реализации описанного сценария в масштабах Украины близка к нулю. Пик противостояния между Западом и Востоком пройден. И очень похоже, что теперь кукловоды украинской политики сосредоточили свои усилия на Крыме…

– А конкретнее? – попросил Логинов.

– Пожалуйста… С конца прошлого года на полуострове наблюдается нездоровое оживление. Сперва там откуда-то появились представители «студенческого братства» и начали блокировать маяки. Потом разные СМИ дружно заговорили о якобы слишком низких ценах, которые платит за аренду военных объектов Черноморский флот. Вскоре кто-то подкинул правительству Украины перечень объектов, которые вроде бы вообще не учтены в договоре аренды. Одновременно со всем этим крымские татары вдруг возобновили самозахват земель на полуострове. И тут же несколько партий, активно поддерживавших Януковича на президентских выборах, а теперь фактически клеймящих его позором, инициировали проведение общекрымского референдума о статусе русского языка…

– Ну насчет языка нормально, – кивнул Виктор.

– Да какой хрен нормально? Согласно украинской конституции результаты референдума приравнены к результатам обычного социологического опроса! И инициаторы референдума об этом не могут не знать! Ну а проводить референдум в тот момент, когда сотни крымских татар сидят в палатках на захваченных землях с канистрами бензина наготове, чтобы успеть поджечь себя при появлении милиции, это полный идиотизм!

– Ты хочешь сказать, что за всеми этими событиями стоит тот, кто хочет дестабилизировать обстановку в Крыму?

– Это очевидно. Подумай сам, откуда какие-то студенты из богом забытого западноукраинского университета знают тонкости договора о размещении в Крыму Черноморского флота? И откуда у них деньги на поездку в Крым? То же самое касается и сбора подписей о референдуме. А деньги для подобного мероприятия нужны немалые… В общем, все это – очень умело срежиссированный спектакль. И студентами, и татарами, и придурковатыми украинскими политиками умело манипулируют из одного центра. И цель тут одна – развязать на полуострове войну.

– Ты считаешь, это реально?

– Да. При одном условии.

– Каком?

– Если удастся на какое-то время вывести из игры Черноморский флот. Именно он является гарантом стабильности на полуострове. И поэтому стоит как кость в горле тем, кто явно пытается превратить Крым во вторую Чечню и огрести на этом миллиарды. Долларов, а не рублей или гривен.

– Ты обо всем этом докладывал в Москву?

– Естественно. Это моя работа.

– Хорошо. Но кто хотя бы предположительно является организатором всего этого? Финансовые потоки-то можно отследить, а? Если и западноукраинские студенты, и крымские татары, и партии финансируются из одного центра…

– К сожалению, нет. Однако, исходя из аппетитов и возможностей организатора, я очертил круг лиц, которые могут за этим стоять.

– И кто же они?

Филипенков снял ноги со стола, пружинисто поднялся и прошел к какой-то абстракционистской картине. Понять, что на ней изображено, было практически нереально. И Логинов вдруг поймал себя на мысли, что это, пожалуй, самая лучшая иллюстрация к тому, что происходит на Украине.

За картиной был спрятан сейф. Набрав сложный код, подполковник Филипенков открыл его и извлек семь тонких папочек. Положив их на стол перед Виктором, он сказал:

– Читай, не буду тебе мешать. Мне как раз нужно кое-что сделать…

Виктор кивнул, подполковник вышел. Для начала Логинов одну за другой открыл папки. И не смог скрыть своего удивления. Ни одно лицо на фото не было ему знакомо. Раскрученные СМИ украинские политики были просто марионетками. В отличие от них, истинные хозяева Украины к популярности явно не стремились.

Фото в папках были любительскими или сделанными при помощи длиннофокусных объективов с дальнего расстояния. В двух случаях фотографий не было вообще. Хмыкнув, Виктор прикурил сигарету и приступил к изучению досье «серых» кардиналов.

К его удивлению, первый владелец заводов, газет, пароходов, а также акций стратегических предприятий не осилил даже техникума. Венцом его образования стало ПТУ… Хотя тот же Роман Абрамович высшего образования тоже не имел, бросив свой институт нефти и газа ради бизнеса. Что не помешало ему стать впоследствии самым богатым человеком России.

Еще один украинский олигарх путь к вершинам начинал с банального «наперсточничества». Видимо, навыки, приобретенные в процессе мошенничества, оказались как раз тем сокровенным знанием, которое было необходимо для успешного занятия предпринимательством на Украине в 90-х годах прошлого столетия.

Другие фигуранты досье были не столь колоритными личностями. Некоторые даже откровенно скучными. Соучредитель и совладелец нескольких финансово-промышленных групп Коростеньский на досуге коллекционировал… бабочек. И регулярно выставлял свою коллекцию в краеведческом музее.

Впрочем, дух коллекционирования был не чужд и его коллегам. Один из олигархов имел в личном гараже два десятка машин. Стоимость каждой из них колебалась от шестисот тысяч до миллиона американских долларов. Ясно, что с такими замашками поневоле будешь оглядываться по сторонам – где бы еще что «прихватизировать».

Закончив читать досье, Логинов закурил. Особого уважения вся эта публика, конечно, не вызывала. Однако не это было главным. Главным было понять, кто из этой «великолепной семерки» является «ястребом», решившим залить Крым кровью ради своих корыстных интересов. Бывший «наперсточник» и рэкетир?.. Или владелец коллекции супердорогих лимузинов?

К сожалению, ответа на этот вопрос досье не давали. Не было его и у подполковника Филипенкова. Поэтому Логинов перекурил и снова придвинул папки к себе. «Ястребом» мог оказаться любой из семерых. Поэтому Виктор принялся читать досье по второму кругу, на этот раз очень внимательно, стараясь не упустить ни одного факта.

76

Следующая встреча Рифата с загадочным Глебом произошла двумя днями позже и длилась несколько часов. Рифат был поражен услышанным. Глеб в прошлой жизни явно работал в спецслужбах. И специализировался он, видимо, на проведении переворотов в третьих странах.

Рифат сам был сторонником силовых методов. Однако даже его план Глеба поначалу поразил своей жестокостью. Но тот объяснил Рифату, что иначе ничего не получится. Путь к вершинам власти требует крови. Не будет крови, не будет и власти.

С тех пор прошло несколько месяцев. Рифат получил от Глеба деньги и провел большую подготовительную работу. И вот наконец все должно было начаться.

Cкоро в соответствии с планом прольется первая кровь. И маховик операции завертится. За первой кровью последует вторая кровь, потом третья. Крови будет много. Но на этой крови Рифат вознесется к власти. И наконец воплотит мечту своего народа в жизнь. Крымские татары снова станут полноправными хозяева у себя на родине.

Ну а Рифат как их лидер будет решать, кого на эту родину пускать, а кого нет. С кем делиться богатствами крымской земли, а кого к полуострову не подпускать на пушечный выстрел. Конечно, стоящая за Глебом финансово-промышленная группа будет стараться урвать побольше. Но такова цена, которую Рифату придется заплатить за помощь. Ничего. Крым большой, расплатиться с кредиторами земли хватит…

77

– Ну как успехи? – спросил подполковник Филипенков, входя в кабинет.

– Уже заканчиваю, – кивнул Виктор, поднимая голову. – Еще минут двадцать. Я тебя задерживаю?

– Да нет, все в порядке. Читай. Я пока еще одно дело проверну, – сказал подполковник, достал из стола какой-то файл и вышел.

Закончив изучать досье, Логинов аккуратной стопкой сложил их на краю стола. Память у него была не то чтобы феноменальная, но всю информацию из досье он запомнил. Не дословно, конечно, но фактологически точно.

Филипенков словно бы стоял под дверью.

– Уже закончил?.. – спросил он входя.

– Да, – кивнул Виктор. – Спасибо. Информацию к размышлению принял…

– Надеюсь, она тебе поможет, – серьезно сказал подполковник, пряча папки в сейф. – Вопросы имеются?

– По досье нет, – махнул головой Виктор. – А вот относительно Крыма… Там действительно все так серьезно? Это же, в конце концов, не Чечня…

– Слава богу, пока не Чечня, – присел Филипенков. – Однако до этого недалеко. С чего началась война в Чечне?

– С требования вывода российских воинских частей?

– Да. И с их последующей блокады. Сейчас на полуострове снова обострилось противостояние между крымскими татарами и остальным населением. Крымско-татарская молодежь настроена весьма агрессивно по отношению к славянской. Как результат, русские и украинцы самоорганизуются в казачьи сотни. Заметь, без какого-либо указания сверху и без всяких спекуляций на языковую тему. Сама обстановка вынуждает их это делать, поскольку в одиночку крымско-татарской экспансии не противостоять. В общем, ситуация весьма тревожная, но ее пока удерживает присутствие на полуострове наших военных. Однако если российский Черноморский флот блокировать в местах дислокации, то будет достаточно одной искры, чтобы полуостров вспыхнул…

– Я понял, – проговорил Логинов. – Еще раз спасибо за информацию.

– Не за что. Тогда, если официальная часть закончена, может, поедем ко мне позавтракаем? Как говорится, лучше позже, чем никогда. Заодно познакомлю тебя со своей невестой.

– А кто она?

– Бизнес-леди. Преуспевающая, – развел руками Филипенков. – Других не держим…

– А что начальство на этот счет говорит? – поинтересовался Логинов.

– А чего оно скажет? Присяга любить не запрещает… Кстати, примерно восемьдесят процентов офицеров Черноморского флота женятся на гражданках Украины. И примерно такая же картина среди молодых дипломатов. Вот так, Логинов, сколько бы политиканы и политтехнологи нас ни разделяли, мы один народ. Помни об этом в Крыму…

– Спасибо за напоминание, – улыбнулся Виктор и уже серьезно добавил: – Я этого никогда и не забывал. И за приглашение спасибо. Я бы с удовольствием, но, к сожалению, принять его не могу. Конспирация.

78

Океанографическое судно «Вулкан» легло в дрейф в Черном море примерно в пятидесяти милях от южной оконечности Крыма, за пределами территориальных вод Украины. Ходило судно под кипрским флагом, несмотря на то, что ни один киприот отродясь не ступал на его палубу. Впрочем, это была обычная практика.

«Вулкан» до развала Советского Союза был приписан к Одесскому морскому порту. В начале девяностых это было весьма современное судно, оснащенное необходимым исследовательским оборудованием. Однако судьба распорядилась так, что «Вулкан» был арестован за долги Черноморского морского пароходства на Канарских островах.

Более десяти лет покинутое экипажем судно торчало на приколе. Желающих купить его не было. Китайцы, правда, приглядывались к нему. Как к куче металлолома. Однако из-за небольшой тоннажности перегон «Вулкана» в Гонконг с последующей разделкой был экономически невыгоден. Видимо, беспризорный «Вулкан» так и стоял бы на Канарах до конца своих дней. Но в жизни кораблей, как и в жизни людей, большую роль играет случай.

«Вулкан» совершенно случайно попал в поле зрения созданного в 2005 году фонда «Голубая планета». Осмотр показал, что, несмотря на годы забвения, корпус и судовая силовая установка находятся в удовлетворительном состоянии. Остальное было делом техники.

«Вулкан» отправился в док судоремонтного завода. Буквально за две недели он преобразился. Пришедшие в негодность элементы судовых систем вырезали. Вместо них установили новые трубы, емкости и все необходимое. Навигационное оборудование заменили почти полностью. Покинул док красавец «Вулкан», сверкая свежей краской на бортах. На дымовой трубе судна красовалась эмблема – стилизованное изображение земного шара, бережно поддерживаемого человеческой рукой…

Фонд «Голубая планета» был создан для спасения исчезающих видов флоры и фауны Мирового океана. Цель, конечно, исключительно благородная. Поэтому никаких проблем с тем, чтобы заручиться поддержкой соответствующих структур ООН, у него не было. Экспедиция «Вулкана» в акваторию Черного моря, запланированная на конец весны 2006 года, проходила под эгидой ООН.

79

Через пару часов после посещения Логиновым российского торгпредства в дверь конспиративной квартиры позвонили. Виктор на всякий случай выглянул в глазок. На лестничной площадке стоял тот самый молодой человек в костюме при гластуке, который встретил их утром и передал ключи. Виктор открыл дверь и посторонился. Молодой человек вошел и сказал:

– Посольская машина стоит в соседнем дворе, за бойлерной. Хвоста нет, проверяли.

– Понял, спасибо, – кивнул Виктор и прошел в комнату. Клер смотрела по телевизору какой-то сериал. – Подъем, девушка! Карета подана. На сборы – три минуты!

Клер потянулась к пульту, выключила телевизор и спросила:

– Карета хоть комфортабельная?

Было похоже, что девушка постепенно начинает отходить от своей югославской одиссеи. Однако напоминать ей о трюме с крысами Логинов, конечно, не стал.

– Посмотрим, – пожал он плечами.

Три минуты спустя они выскользнули в подъезд и спустились во двор. В укромном месте их поджидал черный «Мерседес» Е-класса с желтыми дипломатическими номерами.

– Ну что, довольна? – спросил Логинов.

– Ага!

– Ну тогда прыгай… – Нырнув вслед за Клер на заднее сиденье, Логинов поздоровался с пожилым водителем за руку и спросил: – Маршрут ясен или напомнить?

– Мне сказали Киев – Симферополь… – оглянулся водитель.

– Ну тогда с богом! – кивнул Виктор.

«Мерседес» тронулся с места. Клер откинулась на спинку и спросила:

– Мы хоть до завтра доедем?

– Надеюсь, будем к вечеру, – сказал Виктор. – До Симферополя семьсот километров. Часов шесть езды.

80

Белоснежный катер несся по глади моря. На его борту красовалась надпись «Голиаф». Длина судна составляла менее пяти метров. А вот двигатели, скрытые в глубине высокой надстройки, действительно обладали завидной мощностью. Разгон до шестидесяти миль «Голиаф» осуществлял за несколько секунд. При этом катер практически полностью выступал из воды и в дальнейшем как бы парил над поверхностью в режиме глиссера.

Впрочем, в Крыму подобным кого-либо удивить трудно. В разгар сезона в море не редкость суперсовременные скоростные яхты, которые так любят звезды Голливуда. Правда, на Украине владельцы подобных дорогих игрушек себя не афишируют. Если посмотреть документы, то окажется, что все эти яхты принадлежат бабушкам-дедушкам из Конотопа. В крайнем случае, бедным родственникам из Киева.

«Голиаф», правда, принадлежал некой консалтинговой фирме с непроизносимым названием. За штурвалом яхты сидел еще молодой, лет тридцати восьми мужчина. Чуть прищуренный взгляд и волевое лицо делали его похожим на морского волка. По документам Андрей Яновский был вполне сухопутным человеком. И числился начальником службы безопасности этой самой консалтинговой фирмы.

Рядом с ним в пассажирском кресле сидел Глеб – знакомый Рифата Джанкоева. Он в консалтинговой фирме занимал более высокое положение, являясь советником по безопасности. И по должности был обязан курировать Андрея Яновского.

Впрочем, так было всегда. И Глеб, и Андрей, несмотря на ощутимую разницу в возрасте, были отставниками. Оба являлись бывшими офицерами ГУРа, или Главного управления разведки Минобороны Украины. Только Глеб до отставки занимал в этой структуре высокую руководящую должность, а Яновский был специалистом-практиком по диверсионной и подрывной работе.

ГУР всегда был самой закрытой спецслужбой Украины. И взять его деятельность под контроль до конца не удалось ни одному президенту. Именно поэтому Ющенко, едва придя к власти, обрушил на штаб-квартиру ГУРа всю мощь генеральной прокуратуры. На Рыбачий остров, где располагался ГУР, высадился десант следователей под прикрытием спецназа.

Повальные обыски проводились во всех помещениях. Но больше всего следователей интересовали суперсекретные лаборатории ГУРа. Ющенко не без оснований полагал, что диоксин, которым его отравили, был произведен именно здесь. В результате лаборатории буквально разгромили. Однако ГУР умеет хранить свои тайны. Следователи так и не нашли даже малой толики диоксина, чтобы провести сравнительный анализ.

Несмотря на то что доказательств причастности ГУРа к отравлению найти не удалось, Рыбачий остров подвергли массированной чистке. Под нее попали и Глеб с Андреем. Впрочем, без работы они не остались. Вскоре оба стали сотрудниками незаметной консалтинговой фирмы. Зарплату, как это принято в Киеве, оба получали в конвертах. Именно поэтому никто даже не догадывался, что она существенно превосходит не только офицерские оклады, но и доход президента любого процветающего банка.

Это, конечно, выглядело странно. Но только если не знать, что Глеб и Андрей были носителями тайн, над разгадкой которых последние годы ломали себе головы не только украинские политики, но и правоохранительные органы.

81

В Симферополь «Мерседес» въехал около половины седьмого вечера. Поездка прошла без приключений. Реформированные украинские гаишники при приближении «мерса» иногда, правда, резво выскакивали из кустов, однако, узрев дипномера, тут же изображали, что просто вышли размяться на обочине…

Въехав в город, водитель дважды повернул и остановился на безлюдной улочке. Виктор попрощался:

– Спасибо за доставку! Удачи!.. Вы сразу обратно?

– Да нет. Я в консульстве заночую, надо же еще командировку оформить.

Логинов кивнул и подхватил сумку. Выбравшись из машины, он по-джентльменски помог выйти Клер, махнул на прощание рукой и захлопнул дверцу. «Мерседес» уехал. Такси удалось поймать только на соседней улице.

Согласно легенде, Логинов был российским предпринимателем, приехавшим в Крым с коммерческой целью. Клер числилась его секретарем-референтом. Солидная легенда требовала и солидного обеспечения.

Логинову с Клер забронировали апартаменты в аккуратном коттедже, расположенном на окраине города. Это была частная гостиница. Коттедж разделен на две части с отдельными входами. Апартаменты были не очень большими, но вполне современными. От обслуживания Виктор отказался. Получив деньги, хозяин гостиницы пожелал новым жильцам приятного отдыха и укатил на своем «Пассате».

По дороге Логинов с Клер прикупили кое-что из продуктов. Бросив вещи, Виктор наспех перекусил и отправился в город.

Полчаса спустя в условленном месте его подобрал сотрудник крымского консульства РФ, по совместительству являвшийся офицером ФСБ. Крымский резидент находился в Москве. Его подчиненный просто передал Виктору файл с подготовленной справкой, доверенность и ключи от машины. После чего продиктовал контактные телефоны резидентуры, попрощался и отправился ловить такси.

Машина была так себе – «Опель» девяносто восьмого года выпуска. Однако главное, что она имела крымские номера. Виктор, чтобы привыкнуть к ней, немного попетлял улицами, потом отыскал супермаркет, загрузил в багажник продукты и вернулся в коттедж.

– Эй, ты где? – крикнул он, не обнаружив Клер ни на кухне, ни в гостиной.

– В ванной! Откисаю! – отозвалась Клер.

– Ясно… – сказал Виктор.

Загрузив продукты в холодильник, он открыл бутылку пива и уселся в кресло в гостиной. В файле, подготовленном для него резидентурой, находились материалы по меджлису крымско-татарского народа, его лидерам, а также развернутая справка о сопутствующих полулегальных организациях.

Потягивая пиво, Виктор углубился в чтение. Среди фамилий, упоминавшихся в документах, наверняка должна была присутствовать и фамилия человека, которого Клер мельком видела в московской сауне. Однако фотоматериалов у резидентуры, к сожалению, практически не было. Крымско-татарскими организациями ФСБ активно интересовалась только в период первой чеченской войны, когда на территории полуострова при активном участии турецких спецслужб и мусульманских фондов были устроены госпитали для оздоровления чеченских террористов. Однако вскоре украинские власти эту лавочку прикрыли, и причин заниматься крымско-татарскими организациями не стало.

– Витя! – донеслось из ванной.

– Что?

– Принеси мне, пожалуйста, попить!

– Сейчас…

Отложив файл, Виктор с бутылкой пива прошел на кухню, извлек из холодильника колу, открыл ее и отправился в дальний конец аппартаментов к ванной.

– Тук-тук!

– Заходите, открыто!

Логинов просунулся в дверь. Клер лежала в наполненной пеной большой зеленоватой ванной.

– Колу заказывали?

– О, а ты что, пиво пьешь?

– Да.

– Так нечестно, – капризно скривила губки Клер. – Тогда и мне пива!

– Сейчас принесу, – развернулся было Виктор, однако Клер его остановила:

– Да ладно, давай свою бутылку!

Виктор шагнул к ванной. Клер приподнялась, и над пеной показались ее торчащие соски. Виктор целомудренно отвел взгляд в сторону. От внимания Клер это не ускользнуло.

– Ой, какие мы стеснительные, – чуть насмешливо проговорила она.

– Держи! – протянул бутылку Логинов.

Он, конечно, был профессионал и все такое, однако нормальных мужских реакций это не исключало. Ну а вид торчащих грудей Клер мог возбудить кого угодно.

– Иди ко мне, – вдруг сказала Клер, тронув его за руку. – А?..

– У меня работа! Ты пиво берешь или нет? – сиплым голосом проговорил Виктор, глядя в сторону.

Вместо ответа Клер неожиданно поднялась в ванной во весь рост. Тут Логинов поневоле повернул голову и спросил:

– В чем дело?

– Я тебе что, не нравлюсь, да? – спросила Клер, проводя рукой по своему стройному телу.

– При чем тут это? – сглотнул слюну Логинов.

– Ну тогда ясно! – выпалила Клер. – Просто ты меня считаешь грязной сучкой, биксой, которую можно только использовать для всяких ваших секретных делишек! Да?

– Что это на тебя нашло? – как можно спокойнее спросил Виктор. – По-моему, я тебя вытащил из такой передряги, что…

– Да! Но ты меня вытащил только потому, что я видела этого долбаного татарина!

– Это неправда, – покачал головой Виктор. – А других девушек…

– Это правда! И ты это сам прекрасно знаешь! – сжала кулачки Клер. – Ладно! Я грязная сучка! И я не имею права даже на элементарные чувства! Доволен? А теперь иди! Я не хочу тебя видеть! Ясно?

– Ты не права, – махнул головой Логинов.

Неловко повернувшись с бутылками в руках, он собрался было уже уйти, но Клер в этот момент разрыдалась. Плюхнувшись в ванну, она закрыла лицо руками и сквозь слезы забормотала:

– Все вы такие… думаете одно… говорите другое… а делаете третье… и ты такой же…

Логинов немного поколебался. Потом поставил бутылки и присел на край ванной. Тронув рукой Клер за голову, он сказал:

– Ну чего ты? Все же нормально…

– Не нормально… Не нормально!.. – отмахнулась Клер. – Уйди!.. Иди занимайся своей работой…

82

Глеб познакомился с Коростеньским в ресторане «Козырная карта», расположенном в подвале на углу Рогнидинской и Большой Васильковской. Несмотря на то что до Крещатика отсюда рукой подать – метров сто, – «Козырная карта» никогда не ломится от посетителей. Потому что цены здесь не то что высокие, а просто заоблачные.

Зато известные личности, не отягощенные заботами о хлебе насущном, столуются в «Козырной карте» с превеликим удовольствием. Знакомство было неслучайным. Пообщаться Коростеньскому с Глебом порекомендовал некто Габарчук.

Его взлет к вершинам власти был не то что стремительным, а просто-таки феноменальным. Руководитель управления СБУ не самой большой области Украины за год с небольшим стал сперва главой СБУ, а вскоре занял и кресло премьер-министра.

Габарчук, безусловно, был достаточно талантливым товарищем. К примеру, именно он положил конец беспределу в Крыму. Бандитские войны на полустрове вызвали недовольство самого президента Кучмы. Габарчук, будучи уже в ранге главы СБУ, посетил полуостров с краткой рабочей поездкой, после которой в Крыму, словно по мановению волшебной палочки, стрелять почти прекратили…

По слухам, Габарчук просто выдвинул криминальным главарям полуострова ультиматум – или они свои разборки переносят в укромные места и не отпугивают больше пальбой потенциальных курортников, или… с ними очень быстро разбирается «бригада смерти» СБУ. Такой была полуофициальная версия. Однако всей правды о причинах перемирия не знал никто.

А заключалась она в том, что за Габарчуком с самого начала стоял Коростеньский. Уже тогда, благодаря финансовой мощи своих структур, он был способен оказывать влияние практически на любые процессы в стране. Те же крымские бандиты «отмывали» деньги именно при помощи схем Коростеньского, хотя даже не догадывались об этом.

Люди Коростеньского тихо и незаметно провели среди криминальных клиентов разъяснительную работу. В совокупности с угрозой шефа СБУ это дало неплохой результат. Кучма оценил эффективность Габарчука. И когда вскоре в стране грянул спровоцированный Коростеньским кризис, премьер-министром назначили именно Габарчука. Причем ни президент, ни Верховная рада даже не догадывались, что Габарчук является протеже тихого любителя бабочек, и все они пляшут под его дудку.

В следующие месяцы Коростеньский увеличил свое состояние в несколько раз. Только вот Габарчук оказался никудышним премьером, и вскоре его отправили в отставку. Впрочем, впереди уже маячили президентские выборы, так что Коростеньский решил двигать своего раскрученного протеже на главный пост в стране.

Габарчук, ясное дело, согласился. Однако, будучи товарищем вменяемым, свои скромные шансы он оценивал реально. И без обиняков выложил Коростеньскому, что без специальных технологий ловить им на выборах нечего. Любитель бабочек живо заинтересовался – что это за такие специальные технологии?.. На что Габарчук ответил, что это немного не к нему. Специальными технологиями занимаются немного в другой конторе. Расположена она на Рыбачьем острове и называется ГУРом…

83

Вечер закончился молчаливым перемирием. Клер поплакала еще с полчаса в ванной, потом накинула на себя махровый халатик и, пожелав Виктору спокойной ночи, удалилась в спальню.

– Спокойной ночи! – кивнул Виктор, провожая девушку взглядом.

Опухшее от слез личико Клер, тем не менее, было весьма милым. И в этот момент она очень смахивала на маленькую девочку, которую ужасные взрослые ни за что ни про что обидели…

Что касается Логинова, то у него на душевные переживания и детские обиды просто не было времени. До глубокой ночи он внимательно изучал подготовленные резидентурой материалы. А потом составлял план действий. Покончив с этим, он быстро постелился на диване в гостиной, выключил свет и провалился в сон.

Проснувшись утром, Логинов услышал, что на кухне кто-то возится. По апартаментам разносился запах жареной яичницы с беконом и чего-то еще. Удивленно посмотрев на часы, он поднялся и отправился на разведку. Первой его мыслью было, что по ошибке хозяин гостиницы все же прислал прислугу. Однако на кухне хлопотала Клер.

– Привет, – протирая глаза, сказал Виктор.

– Доброе утро, соня! – оглянулась Клер. – Завтрак уже готов, но умыться ты успеешь…

Выглядела она на все сто – успела и прическу соорудить, и подкраситься. От вчерашней обиженной девочки, пускавшей пузыри в ванной, не осталось и следа. Озадаченный подобной метаморфозой, Логинов провел рукой по подбородку и спросил:

– С чего это ты ни свет ни заря подорвалась?

– Все равно ты бы меня разбудил, – с улыбкой передернула плечиками Клер. – Правильно?

– Правильно.

– Ну вот я и решила сделать тебе приятное!

– Угу, – сказал Логинов и двинулся умываться.

Вернувшись, Виктор уселся за сервированный стол. Клер даже чай ему заварила в чашке – как он любил. Еда оказалась очень вкусной, а может, Виктору просто так показалось…

Клер поела первой. Пока Виктор пил свой чай, она помыла посуду, потом сняла передник, аккуратно повесила его на спинку свободного стула и прикурила сигарету. Присев на стол для посуды, она спросила:

– И какой у нас план?

– Напряженный, – пожал плечами Виктор.

84

Таким образом именно Габарчук стал инициатором знакомства Коростеньского и Глеба, которое произошло в ресторане «Козырная карта» на углу Рогнидинской и Большой Васильковской. Сам Коростеньский светиться в общепите не любил и предлагал встретиться в более укромном месте. Однако Глеб настоял именно на «Козырной карте».

Просто он знал, что служба безопасности там на уровне и ни о каких «прослушках» не может быть и речи. Ну а на своей территории запись будущего разговора Коростеньскому организовать было не проблемой…

Тот разговор Коростеньский запомнил на всю жизнь. Познакомившись с Глебом, он сказал:

– Наш э-э… общий знакомый рекомендовал вас как уникального специалиста в интересующей нас области.

– Да, – кивнул Глеб. – Это действительно так.

– И вы, так сказать, готовы нам помочь?

– Да, – кивнул Глеб. – Иначе меня бы здесь не было. Только…

– Что?

– Вам это недешево обойдется, – покачал головой Глеб. – Я не набиваю себе цену. Просто после развала Союза я единственный специалист в этой области в этой стране.

– А куда подевались остальные? – уточнил педантичный Коростеньский. – Если это не секрет, конечно.

– Не секрет, – покачал головой Глеб. – Остальных успели перевезти в Москву. Вместе со всеми документами. Хотя, должен сказать, даже в Союзе этой темой занимался весьма ограниченный круг лиц.

– Понимаю, – кивнул Коростеньский. – Пожалуйста, не обижайтесь, но я не люблю ходить вокруг да около. Я человек прямой и конкретный. Поэтому хочу спросить – а вас почему не вывезли в Москву? – Потому что я сам не захотел, – пожал плечами Глеб.

– А можно узнать, почему?

– Потому что часть моей работы заключается как раз в том, чтобы предвидеть развитие ситуации. И я прекрасно понимал, что перспектив в Москве у меня никаких. Когда страна сама разваливается, ей уже не до того, чтобы проводить перевороты и влиять на развитие других стран.

– Не до жиру, быть бы живу? – улыбнулся Коростеньский.

– Можно и так сказать, – согласился Глеб и вдруг улыбнулся. – В общем, не знаю, поверите вы мне или нет, но я уже тогда предвидел нашу сегодняшнюю встречу.

– Простите, не понял? – серьезно посмотрел на Глеба Коростеньский.

– Не конкретно с вами, – объяснил тот. – Но то, что мои услуги на Украине обязательно в скором будущем кому-то понадобятся, я знал наверняка. Это же элементарно – как только в стране появляются действительно богатые люди, они тут же начинают стремиться к власти. Марксизм-ленинизм, однако…

– Понятно, – кивнул Коростеньский. – Марксизм-ленинизм – это, конечно, хорошо. Но, если вы не возражаете, хотелось бы перейти к конкретике.

– Не возражаю, – махнул головой Глеб. – Я готов вам изложить свое видение ситуации за десять тысяч долларов.

– Однако… – потер переносицу Коростеньский. – Это же почти новый «Мерседес».

– Я не настаиваю. Могу даже порекомендовать вам своих бывших коллег в Москве. Они сейчас остались без работы и наверняка проконсультируют вас дешевле. Только учтите два момента. Первый – сама поездка в Москву обойдется вам в копеечку. Второй – мои коллеги, безусловно, отличные профессионалы. Именно поэтому они потребуют от вас детальной закрытой информации о положении на Украине. А за ней вам придется опять-таки возвращаться ко мне. Ну или «пробивать» через старые связи Габарчука в СБУ. Диктовать телефончики? Или вы запомните? – посмотрел на часы Глеб.

– Вы меня убедили, – кивнул Коростеньский. – Только денег у меня с собой нет.

– Ну это не проблема, – пожал плечами Глеб. – Отдадите потом. Только, пожалуйста, не создавайте ни мне, ни себе лишних проблем.

– Простите? – не понял Коростеньский.

– Я тут недавно оказал услугу одному как бы бизнесмену. С такой мордой, – показал руками Глеб. – Он ездил на пятисотом «мерсе» с сопровождением. Крутой такой был, дальше некуда… В общем, решил он на мне сэкономить. Самое главное, что и сумма-то была смешная – две штуки зеленью. А он почему-то их решил зажать.

– И что?

– Разбился, бедняга. На бориспольской трассе. Оба «мерса» шли под двести, так что остались от них только колеса. И оно ему было надо? – искренне пожал плечами Глеб. – Нашел кому долги не отдавать.

– Угу, – снова тронул себя за переносицу Коростеньский. По случайности он эту аварию видел, как раз ехал в аэропорт. Навряд ли его собеседник блефовал. – Намек понял. Оплату проконтролирую лично. Так что давайте вашу консультацию…

– Пожалуйста. Ситуация такова. Габарчук не имеет никаких шансов победить на выборах действующего президента. Мало того, он наберет очень мало голосов. То есть двинуть его в президенты одним ходом абсолютно нереально.

– И это все? За это я заплатил вам десять тысяч долларов?

– Поверьте, я дал вам абсолютно реальную информацию. Воспользовавшись ею, вы можете отказаться от финансирования Габарчука и сэкономить намного более существенные средства. Но, повторюсь, речь шла об одноходовой комбинации. Многоходовая комбинация может достичь цели. Однако она потребует намного больше времени, чем осталось до выборов.

– А конкретнее?

– Если цели нельзя добиться одним махом, остается только двигаться по этапам. Этап первый – дальнейшая раскрутка Габарчука с одновременной дискредитацией президента. Этим мы достигаем двух целей – уменьшаем рейтинг президента и повышаем популярность Габарчука. Насколько нам это удастся, окончательно выяснится в первом туре. По его результатам мы «продаем» свои голоса, то есть голоса, отданные за Габарчука.

– Кому?

– По обстановке. Во второй тур выйдут двое кандидатов, но не Габарчук. Тому из них, кто более реально будет претендовать на президентство, мы и «продадим» наши голоса. За гарантию предоставления Габарчуку ключевой государственной должности.

– Премьерской?

– Смотря по обстановке и по количеству наших голосов. Такие вещи заранее просчитать невозможно.

– Ладно… А если реальным кандидатом будет Кучма?

– Продаем голоса ему.

– Но ведь мы будем, так сказать, в первом туре играть против него. Вы думаете, он на это пойдет?

– А куда он денется? Тем более, мы будем играть по-умному. Чтобы оставить мосты.

– Ладно. Выборы прошли, выбрали президента, Габарчук занял ответственную должность. Это все?

– Ну, во-первых, это лучше, чем ничего. А во-вторых, это только первый этап. Подготовительный.

– А в чем будет заключаться второй?

– На втором этапе мы готовим операцию по силовому устранению действующего президента. И вторым ходом двигаем Габарчука на его место.

– И как именно?

– Извините, но я не Нострадамус, – развел руками Глеб. – Я могу точно сказать, что Габарчук на выборах не победит. Но точно назвать имя следующего президента я не могу. А вот когда он появится, тогда можно будет и думать, как его устранять.

85

Заправившись по дороге, Логинов направил «Опель» к зданию, в котором располагался офис меджлиса крымско-татарского народа. Ехать пришлось почти через весь город. Впрочем, вечером Виктор тщательно изучил план Симферополя, так что заблудиться не боялся.

Накануе особо присматриваться к городу времени не было. Теперь же Логинов поневоле это сделал. Столица Крыма выглядела неважно. Разбитые дороги, выщербленные тротутары, десятки лет не ремонтированные дома…

Бывшая всесоюзная здравница, как когда-то гордо именовали Крым, переживала явный упадок. Впрочем, подполковник Филипенков просветил Логинова на этот счет еще в Киеве. Заниматься обустройством полуострова ни местным, ни региональным властям последние годы было недосуг. Все усилия чиновников и элит были направлены на «прихватизацию» земельных участков и различных объектов Крыма. В борьбе за лакомые кусочки побережья в ход шли абсолютно все средства – вплоть до банального расстрела конкурентов.

Полуостров, обладающий уникальной инвестиционной привлекательностью, прозябал в нищете. Глядя на облупленные дома, потрескавшиеся тротуары и весьма бедно одетых жителей Симферополя, Логинов невольно вспомнил строки, написанные почти сто лет назад: «Холодная весна, голодный Старый Крым. Как и при Врангеле, такой же виноватый…»

Вся вина жителей Крыма заключалась лишь в том, что они жили в потенциально самом богатом регионе Восточной Европы. И именно поэтому полуостров буквально разрывали на части все, кто мог.

Логинов отбросил посторонние мысли и посмотрел в зеркало на Клер. Та сидела на заднем сиденье и по сторонам почти не глядела.

– Там в сумке лежит цифровая камера, – сказал Виктор. – Пользоваться умеешь?

– Немножко, – кивнула Клер, доставая камеру. – А мы что, кино снимать будем?

– Скорее домашнее видео, но для служебного пользования… – прикурил сигарету Виктор. – Сейчас мы припаркуемся у одного интересного здания. И будем за ним наблюдать.

– И чем же оно интересное?

– Тем, что там может появиться твой знакомый. Тот самый, из московской сауны. Ясно, девушка?

– Ясно. А камера тогда зачем?

– Затем, что наблюдение мы будем вести незаметно, издали. А у камеры для этого очень подходящее увеличение.

– Как скажешь, милый! – кивнула Клер.

– Что?.. – Логинов даже дымом поперхнулся.

– Говорю, как скажешь, милый, – повторила Клер, наклоняясь, чтобы постучать его кулачком по спине.

Ткнув сигарету в пепельницу и откашлявшись, Логинов решил тему не развивать. Милый так милый. Хотя, конечно, Клер его немало удивила, если не сказать напугала. Милым его в последний раз называла бывшая жена сто лет назад. Еще до развода.

86

До сих пор украинские политики и правоохранительные органы пытаются доискаться истинных причин «кассетного» скандала. И никому даже в голову не приходит, что первоисточником его стала вроде бы будничная встреча Коростеньского с Глебом в ресторане «Козырная карта» на углу Рогнидинской и Большой Васильковской.

Коростеньский и Глеб заключили в «Козырной карте» договор о сотрудничестве. И с тех пор на Украине стали происходить весьма неожиданные и непонятные вещи. Автором скандалов и провокаций был Глеб. Реализовывались они на деньги Коростеньского. «Исполнителей» подбирал Глеб. В дальнейшем ими манипулировали так виртуозно, что они сами не догадывались, что работают на Коростеньского.

Правда, первый исполнитель был в курсе того, кто сценарист и кто хозяин, поскольку это был сам Габарчук. В разгар той самой президентской кампании, когда Кучма избирался на второй срок, он обнародовал сенсационную видеозапись. На ней двое людей в масках, представившись сотрудниками спецотряда МВД, рассказывали шокирующую историю о том, как по приказу своего руководства они ликвидировали лидера оппозиции Черновола.

При этом лично Кучму Габарчук ни в чем не обвинял, просто требовал объективного расследования. И от самой кассеты он тоже скромно дистанцировался, сообщая, что безвестные офицеры передали ее ему «как самому честному» кандидату… Коростеньский, правда, прибегнуть к подобной фальшивке решился не без колебаний. Слишком уж топорной она выглядела.

– Кто в это поверит, Глеб? – спрашивал он, потирая переносицу. – Ведь если предположить, что эти офицеры действительно убили Черновола, то зачем они прячут лица? Ясно, что их руководству их личности и так прекрасно известны…

– Чем чудовищней ложь, тем охотнее в нее поверят, – цитировал Геббельса Глеб. – Это сработает, вот увидишь…

И это действительно сработало. Мелькавший с кассетой в руке по всем каналам Габарчук существенно повысил свой рейтинг. И в первом туре занял третье место. Во втором туре Кучме должен был противостоять коммунист, причем с реальными шансами на выигрыш.

В этой ситуации добытые путем топорной фальшивки голоса избирателей Габарчук легко «продал» Кучме за пост председателя Совбеза. Кучма победил и остался президентом. А Глеб вскоре представил Коростеньскому второй этап операции.

За деньги Коростеньского на Украине начали готовить протестную акцию «Украина без Кучмы». Параллельно воплощалась в жизнь самая знаменитая провокация в новой украинской истории. Пока Кучма боролся во втором туре со своим соперником-коммунистом, Габарчук, пользуясь своим новым статусом председателя Совета безопасности, тщательно изучил персональный состав президентской охраны.

После чего лично вошел в контакт с майором Кальниченко. Майор перевелся на Украину из Москвы и был специалистом по радиоэлектронике. Габарчук по разработанному Глебом плану сыграл на его патриотических чувствах. И в течение нескольких следующих месяцев Кальниченко вел записи всех разговоров, происходивших в президентском кабинете. Когда материала стало достаточно, Кальниченко порекомендовали ради безопасности уволиться. А потом и вовсе покинуть страну.

Ну а дальше на Украине развернулись события, ради которых, собственно, и нанимал Глеба Коростеньский. Слегка «подправленные» записи майора Кальниченко подкинули лидеру социалистов. Тот их обнародовал на фоне вроде бы совершенно спонтанно начавшихся акций гражданского неповиновения.

Страну едва не охватил хаос. Президентское кресло под Кучмой зашаталось. Руководство Украины находилось в растерянности, слабо понимая суть происходящего. Ну а за спиной Кучмы маячил Габарчук, готовый подхватить выскальзывавшую из рук гаранта власть…

Цель была на расстоянии вытянутой руки. Однако тут в дело неожиданно вмешались США. На волне созданной Глебом дестабилизации они решили «подсадить» в президентское кресло Ющенко. В планы Коростеньского такая «рокировка», естественно, не входила. Не для того он мутил воду, чтобы рыбы в ней наловили американцы.

И Коростеньский дал «отбой». По инерции протесты еще какое-то время продолжались, но без финансовой подпитки быстро сошли на нет. Кучма остался при власти, а Габарчук так и не стал его преемником.

Коростеньский в тот момент находился почти в прострации. Ведь до заветной цели было буквально рукой подать… Не вмешайся в его игру чертовы американцы, и все прошло бы как по нотам. И олигарх решил США отомстить.

Впрочем, Коростеньский был реалистом. И понимал, что в открытую воевать с американцами себе дороже. Даже его миллиардов не хватит, чтобы противостоять агентам дяди Сэма. А дядя Сэм явно решил сделать ставку на Ющенко. И теперь поддерживал его изо всех сил.

Именно тогда Глеб и выдвинул предложение о физическом устранении Ющенко.

87

– Ну что?.. – со слабой надеждой спросил Логинов, сидевший рядом с Клер на заднем сиденье «Опеля».

– Нет, не он, – покачала головой девушка, отнимая от глаза окуляр камеры. – Я устала. И есть уже хочу. Сколько мы еще будем здесь торчать?

Вопрос был хороший. Неподалеку от входа в офис меджлиса крымско-татарского народа они находились уже пятый час. Результат был нулевой. При этом посетителей оказалось намного меньше, чем предполагал Виктор. За последний час в дверь вошли только три человека с характерной внешностью. И двое офис покинули. С такой посещаемостью знакомого Клер можно было ожидать здесь до скончания века. Без какой-либо гарантии, что он здесь в конце концов появится…

– Так, – сказал Виктор, посмотрев на часы. – Наверное, сворачиваемся. Как говорится, хорошего понемножку.

– Как скажешь, милый, – покорно отложила камеру Клер и с готовностью посмотрела Виктору прямо в глаза.

От этого взгляда с Логиновым произошла немного странная вещь. Что-то сладко шевельнулось в его груди и приглушенным эхом отдалось в низ живота. Это было что-то новое. Так сказать, неизведанная страница в отношениях куратора с агентом. Нет, заниматься сексом с информаторами, вернее информаторшами, Виктору приходилось. И не раз. И неплохим сексом. Но чтобы от их взглядов у Логинова что-то шевелилось в груди, а не в паху – такого он припомнить что-то не мог.

– Ты это… – хрипловатым голосом сказал Логинов.

– Что, милый?

– Прекращай эти штучки, вот что!

– Какие?

– Какие-какие?.. Сама знаешь, какие! Эти ваши… женские. И не называй меня милым, ладно?

– Тебе что, неприятно?

– Приятно-неприятно – какая разница?..

– Как это – какая?

– Хорошо, мне это неприятно! – отрезал Логинов. – Поэтому я прошу тебя, очень прошу больше этого не делать!

– Как скажешь, ми… – проговорила Клер и засмеялась: – Извини! Я больше не буду!

– Спасибо, – кивнул Логинов и пересел на водительское сиденье.

Клер с улыбкой смотрела на него в зеркало. Прежде чем он тронул машину, она сказала:

– Поехали, врунишка…

Логинов хотел было что-то ответить, но только рукой махнул, состроив недовольную гримасу.

88

В открытую противостоять Ющенко Коростеньский не мог. С другой стороны, на фоне ослабления Кучмы на Украине стремительно усиливался донецкий клан, который полубандитскими методами подчинял себе всех и вся. Пытаться противостоять этому «катку» было еще опаснее. Пожалуй, даже равносильно подписанию себе смертного приговора…

Тогда-то, проанализировав ситуацию, Глеб и заявил Коростеньскому:

– Мы уже не сможем протолкнуть Габарчука в президенты Украины. И с этим ничего нельзя поделать.

– Все действительно так безнадежно? – тронул себя за переносицу Коростеньский.

– В масштабах всей страны – да. Но если нельзя захватить власть в стране целиком, ее можно разделить на части…

Тот разговор и стал отправной точкой нового плана. В рамках его Коростеньский потратил немало денег, чтобы кандидатом в президенты от власти стал бывший зэк Янукович. И именно он должен был стать по замыслу Глеба козлом отпущения. Ведь самого Ющенко в разгар кампании предполагалось устранить…

Коростеньский план принял. Глеб действительно знал свое дело. Одним выверенным ходом они достигали сразу нескольких целей – устраняли Ющенко, окончательно дискредитировали Януковича в глазах большей части населения и тем самым раскалывали Украину на зоны влияния. В результате донецкие с их ресурсами оставались как бы за границей и уже не могли оказывать влияния на процессы в Киеве.

Этот дьявольский план был простым и изощренным одновременно. Он просто не мог не сработать. Однако в решающий момент в дело вмешался случай. Смертельная доза диоксина составляет примерно десять миллиграммов. В бокал Ющенко подсыпали пятнадцать. Он осушил бокал лишь на треть…

Этого, правда, тоже достаточно, если бы соратники экстренно не вывезли Ющенко в Вену. Именно тамошние врачи умудрились остановить сильнейшее внутреннее кровотечение. И Ющенко вернулся в Киев живым.

Коростеньский опять кусал себе локти. Ведь для претворения его плана в жизнь не хватило каких-то ничтожных пяти миллиграммов диоксина. По сути, одного глотка. Сделай его Ющенко, и все повернулось бы совсем по-другому.

Однако Ющенко рокового для себя глотка не сделал и выжил. И вылилось все в оранжевую революцию. Коростеньский же долго переживал неудачу. И все время возился со своими бабочками. Но потом собрался. Глеба хоть и выперли из ГУРа, но расставаться с ним Коростеньский, естественно, не собирался.

И летом 2005 года они обсудили план по Крыму. Глеб считал полуостров самой оптимальной точкой приложения усилий на данном этапе. Здесь имели место, с одной стороны, практически неисчерпаемые богатства, а с другой, весьма сложная обстановка…

– Кого будем травить? – уже привычно спросил Коростеньский, выслушав Глеба.

– Травить – навряд ли, – сказал тот. – Обстановка в Крыму другая. В общем, со средствами определимся по ходу операции. Как говорил Наполеон, ввяжемся в драку, а там видно будет…

Так Коростеньский ввязался в драку за Крым. Именно для того, чтобы иметь возможность незаметно контролировать ситуацию, он и создал фонд «Голубая планета»…

89

Пока Клер готовила поесть, Логинов перезвонил в Москву. У спецслужб традиционно особые отношения с электронными СМИ. Теракты, имевшие место в России, активно освещались телерадиокомпаниями. Как следствие, Логинов был лично знаком почти со всеми их боссами. Коротко переговорив с вице-президентом ВГТРК, он отправился с фотокамерой на кухню.

– Ты скоро?..

– Да, уже все готово, – кивнула Клер. – Сейчас насыпаю…

– Погоди, – оглянулся Виктор, потом подцепил стул и поставил его под стенкой. – Садись…

– Зачем?

– Хочу тебя сфотографировать. Для доски почета…

– Для какой еще доски?

– Это шутка… Так, смотри на меня… Хорошо… Внимание! Готово. Вроде нормально, но на всякий случай давай еще раз…

Сделав второй снимок, Виктор положил камеру и уселся за стол. Клер не стала больше донимать его расспросами, а принялась кормить. Получалось это у нее очень естественно, как будто она всю жизнь готовилась к тому, чтобы ухаживать за Логиновым на кухне.

После обеда Виктор перекурил и посмотрел на часы:

– Я съезжу в одно место, а ты пока можешь отдыхать. О’кей?

– А можно я с тобой?

– Да в принципе можно, только какой тебе интерес торчать в машине?

– А какой мне интерес торчать дома? С милым и в шалаше рай!

– Ты же мне обещала!

– Все! Все! – прикрыла ладошкой рот Клер.

– Ладно, тогда поехали, – поднялся Виктор.

По дороге он заскочил в фотосалон, где распечатал прямо с камеры фотографии Клер. Немного попетляв по центру, Виктор наконец отыскал нужный дом и припарковал «Опель». Открыв дверцу, он сказал:

– Я постараюсь побыстрее…

– Ага! – кивнула Клер.

Примерно через полчаса Логинов вернулся. Сев в машину, он вытащил из кармана свежезаламинированную карточку:

– Держи!

– Что это?

– Ты у нас теперь по совместительству внештатный корреспондент «Радио России»…

– Да?.. – недоверчиво поскребла ноготком свою фотографию Клер.

– Да, – кивнул Логинов. – Так что вживайся пока в образ…

– А как?

– Ну, по-моему, в этом деле главное уметь делать умное лицо. Можно еще для важности надувать щеки…

– И это все?

– Нет. Еще нужно уметь задавать вопросы.

– Умные?..

– Можно глупые, но с умным лицом.

– Думаешь, у меня получится?

– С твоей внешностью – легко.

– Думаешь?

– Уверен. Сейчас только заедем где-нибудь купим диктофон. А то без диктофона несолидно.

– И что я с ним буду делать?

– Красиво вытаскивать из сумочки. И ставить на стол.

90

– Скоро? – спросил Глеб, посмотрев на часы.

Морской болезнью он не страдал, но и какого-либо удовольствия от прогулок на катере не получал. Глеб был человек рациональный. А в катании по морю какой смысл? Одна пустая трата времени.

– Скоро, Михалыч, – кивнул Андрей Яновский, покосившись на экран радара. – Минут через пятнадцать.

Андрей вышел в отставку в звании майора. Вообще-то при увольнении в запас, как правило, присваивали внеочередное звание – чтоб пенсия была побольше. Однако всем, кого вычистили из ГУРа по указанию нового президента, никаких званий не присвоили. Но Яновский на Ющенко был не в обиде. Чего обижаться, если именно Андрей являлся исполнителем его отравления…

Яновский был диверсантом от бога. Как профессионал он предлагал отравить Ющенко рицином. Ведь работал этот яд безотказно. Если бы к Яновскому прислушались, Ющенко умер бы наверняка – вне зависимости оттого, сделал бы он из своего бокала один глоток или несколько.

Но Глеб приказал использовать диоксин. Рицин имеет одно неоспоримое преимущество – его абсолютно невозможно обнаружить в организме отравленного. Но в случае с Ющенко это преимущество являлось недостатком. Ведь Ющенко нужно было не просто убить, а убить так, чтобы в его убийстве не сомневались.

Ющенко искал следы диоксина на Украине. Дело заключалось в том, что диоксин, полученный в различных лабораториях, существенно отличается по составу. А кровь Ющенко, взятая после отравления, хранилась в одной из лабораторий Голландии. Так что, добравшись до яда, можно было точно установить, этим диоксином отравили президента или нет…

– Наконец-то, – проговорил Глеб.

Яновский посмотрел вперед, на горизонте действительно показалась точка. Это был «Вулкан». Яновский слегка подкорректировал курс, и десять минут спустя «Голиаф» уже сбросил скорость, по дуге подойдя к борту исследовательского судна.

Один матрос-индиец принял концы. Второй спустил трап. Глеб поднялся на борт первым. Яновский последовал за ним. Поднявшись в сопровождении молчаливого матроса на вторую палубу, бывшие гуровцы оказались у двери каюты.

Матрос-индиец постучался, потом просунулся внутрь и по-английски сообщил:

– К вам гости, сэр!

За дверью возник хозяин – примерно шестидесятилетний мужчина профессорской внешности. Одет он был в безукоризненно отутюженные брюки и тайскую цветастую рубаху-халат.

– А я вас уже заждался! – улыбнулся мужчина. По его кивку матрос-индиец мгновенно испарился. – Прошу! Заходите! Располагайтесь! Я сейчас…

Бывшие офицеры уселись на большом кожаном диване. Хозяин каюты тем временем взял со стола специальный застекленный футляр, внутри которого к бархату были пришпилены три засушенные бабочки.

– Ну не красавицы ли, а? – продемонстрировал он этот натюрморт гостям. – Какая игра красок! Какое совершенство линий! Я в ожидании вас смотрел на них и думал: природа совершенна, а мы, вместо того чтобы восхищаться ее гармонией, все суетимся, куда-то бежим и в этой суете невзначай обижаем ближних… – Посмотрев на бабочек в последний раз, хозяин каюты не без сожаления спрятал свою красоту в рундук и спросил:– Ну так что там у нас?

– Ситуация весьма удачная. Татары на днях открывают в Симферополе бюст какому-то своему деятелю. Будет присутствовать, так сказать, весь цвет нации… Лучшего момента, чтобы убить Умбарова, не придумаешь!

– Ну что же, – кивнул любитель бабочек Коростеньский. – Момент действительно удачный. Только я тут вот что подумал – снайпер это, конечно, хорошо… Но может, лучше этот бюст заминировать, а? Чтобы уж наверняка? А то опять выйдет осечка, как с Ющенко…

– Заминировать бюст нельзя, – покачал головой Глеб. – Это исключено.

– Почему? Ведь подобный акт, так сказать, российского вандализма должен по-настоящему всколыхнуть крымско-татарскую общественность!

– Нет-нет, – покачал головой Глеб. – Чтобы всколыхнуть татар в нужную сторону и в дальнейшем направлять, нужны лидеры. А если бюст заминировать и взорвать, лидеры пострадают в первую очередь. И через кого потом этим стадом управлять?..

– А если нашего человека, так сказать, наверняка вывести из зоны поражения? – спросил дотошный Коростеньский.

– Наш план и так достаточно сложен, – слегка поморщился Глеб. – Поэтому не стоит усложнять его без необходимости.

– Да… Пожалуй, ты прав, – кивнул Коростеньский. – Ладно, остановимся на снайпере. И как, по-твоему, будут развиваться события после этого?

– Согласно плану снайпер дает Умбарову произнести несколько слов. Потом стреляет. Умбаров падает, Джанкоев бросается на поиски убийцы. Вернувшись, он рассказывает всем об обнаруженных доказательствах. Дальше по его призыву толпа татар отправляется в центр и начинает митинг у здания правительства Крыма с требованием немедленно найти убийцу Умбарова. Параллельно на экстренном заседании президиума меджлиса Джанкоев толкает пламенную речь…

– Текст вы ему подготовили? – уточнил Коростеньский.

– Это лишнее. Если он будет говорить по бумажке или заученный текст, это бросится в глаза.

– Да-да, – согласился Коростеньский. – Согласен. И что дальше?

– И его должны избрать председателем меджлиса, – развел руками Глеб.

– Ты уверен, что это получится?

– Во всяком случае, мы сделали для этого все. Джанкоев практически заручился поддержкой самых влиятельных членов меджлиса. Но даже если его и не изберут председателем, ничего страшного. Преемника Умбарова, если это будет не Джанкоев, мы уберем в тот же день. Сделать это не составит труда – ведь за его безопасность будет отвечать как раз Джанкоев.

– Так-так, – тронул переносицу Коростеньский. – С татарами ясно. А что с россиянами?

– Получив доказательства, украинские власти под натиском татар просто вынуждены будут потребовать от командующего Черноморским флотом РФ допустить своих следователей на базы флота. В категорической форме. Но россияне, конечно, на это не пойдут…

– Стоп! – поднял палец Коростеньский. – А если пойдут?

– Это сильно осложнит реализацию нашего плана, – нахмурился Глеб. – Но это практически исключено. Министр обороны России возмущенно скажет, что это провокация, что к случившемуся ни ЧФ, ни Россия не имеют никакого отношения. Поэтому, согласно договору, никаких следователей на территорию объектов флота никто допускать не будет. А часовые, в случае попыток подобного проникновения, в соответствии с уставом, не только могут, но и будут обязаны стрелять на поражение… В результате украинские власти получат основание для блокирования объектов Черноморского флота. Возможно даже, что Верховная рада объявит его вне закона. Пока украинские власти будут выяснять отношения с россиянами, мы запустим механизм террора.

– Какие будут цели?

– Российские офицеры, что попадутся под руку, самые влиятельные депутаты крымского парламента – по нашему списку, и те деятели крымско-татарского движения, которые будут ставить палки в колеса Джанкоеву. Дальше будет видно. Если татары будут брать верх в Крыму, сделаем ставку на Джанкоева. А если русскоязычное население с ними справится, через наших людей в крымском парламенте протащим идею федерализма – отделение Крыма от Украины и неприсоединение к России. Само собой, что Джанкоева тогда уберем. Но это все перспектива. На первом этапе главное стравить украинские власти с Черноморским флотом и развязать руки Джанкоеву. А там уже процесс пойдет…

– Ну что же, – кивнул Коростеньский. – Как говорится, жребий брошен. Ставки сделаны, ставок больше нет. Предлагаю выпить за успех нашей операции… Кстати, как она у вас называется?

– Никак, – покачал головой Глеб. – Такие вещи лучше не называть. Меньше шансов, что информация просочится.

– Да, понимаю, – кивнул Коростеньский, подойдя к бару. – Но для, так сказать, пользования в нашем узком кругу я бы какое-то название придумал. Например…

– «Битва за Крым», – подсказал молчавший все это время Андрей.

Как военный, он не имел привычки говорить без разрешения начальства, но тут голос подал.

– Точно! – оглянулся Коростеньский. Плеснув в бокалы бурбона, он кивнул: – Прошу! «Битва за Крым»! Очень удачное название! Предлагаю выпить за тех, кто одержит в ней победу! То есть за нас!

Все дружно сомкнули бокалы и выпили. В этот момент в дверь каюты постучали. Коростеньский повернулся и крикнул:

– Кто?

– Это есть я, Пэтр! – донеслось из коридора на жутком английском. – У нас возникнуть нэбольшой проблэм с эхолот!

91

Логинов прикурил очередную сигарету и посмотрел на вход в офис меджлиса крымско-татарского народа. Клер пропадала там с девяти утра. А время было уже около половины одиннадцатого. Виктор даже начал слегка беспокоиться.

В кармане отозвался мобильный. Логинов вытащил его, быстро мазнул взглядом по дисплею и сказал:

– Слушаю!

Звонил генерал Ватлин, однако связь была незащищенной, так что говорить следовало осторожно.

– Здравствуй, Витя!

– Здравствуйте!

– Ну как там погода в Крыму?

– Не очень. Холодновато пока.

– У нас в Москве весна тоже что-то задерживается. Ну а что по работе?

– Стараемся. Но пока не можем найти поставщика…

– Ясно. Может, помощь нужна?

– Да нет. Я тут уже привлек кое-кого по протекции московских знакомых, запасся рекомендациями, так сказать. Думаю, это ускорит процесс.

– Хорошо. Тогда если что, сразу сообщай.

– Обязательно. До свидания.

– Удачи!

Через пару минут после телефонного разговора Клер выпорхнула из двери на крыльцо и зацокала по ступенькам. Виктор невольно залюбовался. Для визита в офис меджлиса они с вечера купили ей вроде деловой, но с довольно короткой юбкой костюмчик. Ну а показывать свои ноги Клер было не стыдно…

На этот раз Виктор припарковался непосредственно перед входом. Впрочем, светиться тут ему самому не стоило, поэтому выскакивать из машины, чтобы помочь Клер усесться, Виктор не стал, просто открыл изнутри дверцу.

Когда девушка плюхнулась на переднее сиденье, он спросил:

– Ну как дела?

– Ужасно! – скривилась Клер.

Виктор нахмурился:

– Что? Не поверили, что ты журналистка?

– Да при чем тут это?.. Все поверили! Меня даже принял заместитель председателя этого чертового меджлиса! И даже в ресторан приглашал! Вот! – ткнула Виктору визитку Клер.

Логинов хмыкнул: к напечатанным телефонам на карточке от руки корявым почерком было дописано еще два.

– Ну так, я вижу, все прошло нормально, – сказал он.

– Какой нормально? Они же все пялились мне под юбку! Чуть шеи не посворачивали!

– Ну так и это нормально…

– Да? А то, что им всем под шестьдесят, тоже нормально? Внуки небось уже такие, как я! Тьфу, старперы чертовы!

Логинов украдкой посмотрел на Клер. Такие разговоры для проститутки выглядели довольно странно. Однако Клер, похоже, действительно была возмущена тем, что ее ноги беззастенчиво разглядывали мужики. Чудны дела твои, господи…

– Своего знакомого, я так понял, ты там не обнаружила, – констатировал Виктор.

– Слава богу, нет, – махнула головой Клер. – Но его фотографию я, кажется, видела…

– Что?! Так чего ж ты молчишь?..

– Не кричи на меня, пожалуйста, – тихо сказала Клер, с обидой посмотрев на Виктора.

– Извини, – тронул тот ее за руку. – Так что за фотография?

– Не знаю. Похоже, с какого-то праздника… Она висит на стене в конференц-зале. Спрашивать я ничего не стала, чтобы не наделать глупостей. Правильно?

– Правильно, – кивнул Виктор. – Ты молодчина.

– Конечно, – кивнула Клер. – Я даже знаю, где этот тип с фотографии будет почти наверняка.

– Где?..

– Завтра крымские татары открывают бюст какому-то своему национальному герою. И меня тоже пригласили присутствовать…

– И где это будет?

– На окраине Симферополя, в одиннадцать…

– Ты просто чудо!

– Конечно, – кивнула Клер. – Только кое-кто этого не понимает…

92

– Задрала эта скандинавка со своими проблемами! – раздраженно проговорил Коростеньский по-русски и крикнул по-английски:

– Заходи, Анна!

Дверь открылась. Глеб с Андреем повернули головы и на миг замерли. На пороге стояла эдакая пародия на женщину. Под два метра ростом, с бочкообразными обводами и словно бы вытесанным из плохого гранита лицом. На голове – какие-то жалкие локоны рыжевато-ржавого цвета, очень похожие на обрывок кацавейки.

– Знакомься, Анна! – с улыбкой махнул бокалом Коростеньский. – Это мои украинские друзья Глеб и Андрей. А это научный руководитель экспедиции доктор океанографии и океанологии Анна Бьорк Нильсен!

– Очень приятно! – кивнул головой Глеб.

– Энн! – словно в тисках сжала его руку Анна.

Андрей рукопожатие скандинавки перенес легче, поскольку был тренирован. Анна же, покончив с формальностями, быстро повернулась к Коростеньскому:

– Эхолот снова не работать! Я не успевать выполнить наш программ…

Глеб, оказавшись в тылу дюжей скандинавки, невольно покосился на ее ягодицы. Возбудить они могли только махрового извращенца или человека, отсидевшего в одиночке месяцев шесть. Несмотря на это, Анна выставила их на показ – шорты, сделанные из джинсов, были настолько короткими, что врезались в мощные телеса тонкой полоской…

Глеб невольно поморщился. Андрей только головой покачал. Анна тем временем загрузила Коростеньского по полной программе – и насчет сломавшегося эхолота, и насчет бестолковых матросов-индусов, которые не только ни хрена не понимали в океанологии, но даже ничего толком подать не умели…

– Ничего, Анна, все будет хорошо. Сроки скорректируем, – успокоил скандинавку Коростеньский. – И с матросами воспитательную работу обязательно проведем. Может, выпьешь с нами?

– Нэт, – покачала головой Анна, повернувшись к гостям. – Я была очень рад с вами познакомитьсья, но у меня программ… – Глядя на симпатичных мужчин, Анна невольно засмущалась и нервно затеребила висевший на ее груди деревянный медальон. – Еще раз прошу извинить. Надеюсь, мы с вами непременно встретимся…

Одарив на прощание Глеба с Андреем улыбкой, Анна Бьорк Нильсен походкой Железного дровосека покинула каюту. Глеб повернул голову к Коростеньскому и спросил:

– Где ты откопал эту женщину с веслом?

– Да не откапывал я ее… Мне это чудо по линии программы охраны окружающей среды ООН подкинули. Она почетный профессор какого-то американского университета. Не отказываться же было…

– Ну тогда предлагаю выпить за крокодилов! – поднял стакан Глеб. – Чтобы они как можно реже попадались на нашем пути!

– Издеваешься? – спросил Коростеньский.

– Наоборот. Сочувствую!

– Ну тогда можно, – кивнул олигарх, поднимая стакан.

93

Александр Метелкин собирался в увольнение. Этой весной Александр мог дембельнуться, поскольку два года его службы истекали. Но Метелкин уже подал рапорт, в котором просил командование перевести его на контракт. И командир бригады морпехов полковник Скляров к этому рапорту приложил весьма лестную характеристику на Метелкина.

Два года назад Александр призвался на флот из заштатного городка Тульской области. Мать, ясное дело, плакала. Отец Александра работал водителем и погиб пару лет назад в автомобильной аварии. Вот и остался Метелкин за мужчину в семье.

Мать после смерти отца сильно болела. А у Метелкина была еще и младшая сестренка Катька – такая себе девочка-припевочка с веснушками и огромными синими глазищами. Так что пойти учиться в институт Александр не мог, денег даже на еду толком не хватало. Вместо учебы пришлось парню идти работать. Только вот в провинциальном городке работу найти непросто. Все «хлебные» места чуть ли не по наследству передаются.

В общем, пришлось парню помаяться. Единственной отдушиной для Александра был спорт. Поэтому, когда пришло время послужить родине, на него в военкомате положил глаз «покупатель» с Северного флота. Так и получил Метелкин разнарядку в морскую пехоту…

Мать, наслушавшаяся ужасов о «дедовщине», сильно боялась за сына. А Александр уже тогда чувствовал, что это его счастливый билет. Не видел он для себя перспективы в родном городке. Без денег или крутых родителей там ловить абсолютно нечего. Так что у Александра даже мыслей не появлялось «закосить». А если бы и появились, то для этого нужны деньги. Как у сынка директора местного молокозавода. Тот купил себе справку, что служить ему противопоказано, и на всех остальных сверстников посматривал свысока.

В общем, поезд, почти как в песне, унес Александра на границу. С Норвегией. Точнее, не на саму границу, а в расположенный неподалеку от нее Мурманск. Именно под Мурманском находилась учебная часть морской пехоты, куда привезли желторотых новобранцев.

Оказалось, что ужасы армии и флота, о которых так любили распространяться средства массовой информации, несколько преувеличены. Во всяком случае, в учебке морской пехоты порядки были вовсе не зоновские, а флотские.

Тяготы, конечно, были. Гоняли молодых будь здоров. Не будь за плечами Александра многолетних занятий спортом, трудно бы ему пришлось. Метелкин втянулся в армейский уклад раньше других. Командование это заметило, и вскоре Александр стал замкомвзвода. К концу учебки он заматерел в хорошем смысле этого слова. Пол называл исключительно палубой, стены – переборками, а потолок – подволоком. Ну а слово «Мурманск», как и полагается на флоте, произносил с ударением на втором слоге.

Но не это, конечно, было главное. За достаточно короткий промежуток службы Александр Метелкин превратился в настоящего морского пехотинца. Неудивительно, что командование хотело оставить его в учебке. Однако так вышло, что именно в это время в Мурманск прибыл представитель Черноморского флота.

В бригаду морской пехоты ЧФ отбирали самых лучших. Само собой, что попал в это число и Метелкин. Как ни хитрило командование учебки, но «отбить» Александра не смогло. Черноморский флот находился на особом положении, так что флотское начальство было на стороне представителя ЧФ.

И снова был поезд, и снова он унес Александра, только на этот раз за границу. Хотя какая с Украиной граница?.. С Норвегией – да. А с Украиной не граница, а так – недоразумение.

Вскоре Метелкин познакомился со своими новыми сослуживцами, и служба пошла своим чередом. Учения, наряды, стрельбы, марш-броски. Бригада морской пехоты жила напряженной жизнью, но после учебки Метелкин к такому ритму приноровился легко.

Служба не тяготила Александра, а приносила удовольствие. К концу второго года он превратился во вполне сформировавшегося мужчину, настоящего воина.

Зимой пришлось морпехам совершать бросок на БТРах, чтобы спасти от захвата маяки ЧФ. При этом Метелкин стал вроде как знаменитостью. Журналисты засняли, как он с грозным окриком отгонял от ворот маяка непонятно откуда появившихся в Крыму западноукраинских студентов. Кадр оказался зрелищным, его показали практически все центральные российские и украинские каналы.

Когда Метелкин позвонил домой, мать взволнованно проговорила:

– Саш, а мы тебя с Катькой в телевизоре видели! И не мы одни, весь город! Меня даже мэр вчерась к себе пригласил, чаем напоил, материальную помощь выделил! Только я изволновалась вся, по вас хоть не стреляли?

– Да нет, мать, все в порядке.

– Точно, Саш? А то мне соседка таких ужасов наговорила, я всю ночь потом не спала!

– Да не слушай ты эту соседку, у нее ж язык что помело!

– Ну слава богу! Я теперь спокойна… А еще вчера, когда я из мэрии возвращалась, меня, знаешь, кто подвез?

– Кто?

– Да одноклассник твой бывший, сын директора молокозавода… Сам остановился, говорит, мол, садитесь, ну и расспрашивал по дороге, как там дела у тебя. Я на такой машине первый раз каталась.

Конечно, Александру было приятно такое внимание земляков к его матери. И сердце Метелкина наполнилось гордостью.

– А домой-то когда, а, Саш? Твой одноклассник говорит, как вернешься, на молокозаводе поможет тебе устроиться.

– Домой приеду где-то в конце весны, мать. Только вот молокозавод мне ни к чему. Я с командованием переговорил, буду рапорт подавать на сверхсрочную. Командование не против…

– Ой, Саш!.. Ты что?.. – охнула мать. – А мы с Катькой как без тебя?

– Да я ради вас и остаюсь. У контрактника зарплата такая, что на нашем молокозаводе за полгода не заработаешь. Половину буду вам отсылать, наконец-то заживете по-человечески. Да и привык я уже, мать, к флоту. Ну а весной ждите с подарками.

94

Логинов поставил чашку с чаем и посмотрел на часы. Клер уже помыла посуду и присела напротив Виктора с сигаретой. Их отношения в последние пару дней вроде как стабилизировались. То есть Клер изо всех сил ухаживала за Логиновым и терпеливо выжидала, точнее, ожидала взаимности. А он изо всех сил старался делать вид, что ничего не замечает.

Со стороны это, наверное, выглядело не очень умно. Но когда требовала работа, Логинов мог и дураком прикинуться. До определенной степени, конечно.

– Ты готова? – спросил Виктор, посмотрев на Клер.

– Я всегда готова, милый, – мягко улыбнулась девушка. – Дело только за тобой.

С «милым» Логинову пришлось смириться – из тактических соображений. Сделав вид, что не заметил двусмысленности, Виктор кивнул:

– Тогда давай одеваться.

– Как скажешь, – ткнула в пепельницу только-только зажженную сигарету Клер и поднялась. – Форма одежды деловая?

– Нет-нет, костюм сегодня не пойдет, – махнул головой Логинов. – Нам совершенно ни к чему, чтобы все татары пялились не на бюст, а на твои ноги.

– А чем тебе не нравится мой бюст? – прищурилась Клер.

– Я имею в виду не твой бюст, а тот, который будут открывать, – терпеливо пояснил Виктор. – В общем, лучше надень джинсы и какую-нибудь целомудренную кофточку.

– В смысле топ?

– Ну да, топ, – не стал спорить Логинов. – И вот еще что…

– Что?

– Нельзя исключать, что этот твой московский знакомый парень глазастый. Поэтому что– нибудь повяжи на голову.

Такая перспектива Клер не вдохновила.

– Может, я лучше надену бейсболку? – спросила она.

– Да нет. Бейсболка не пойдет… Все-таки это торжественное мероприятие. Да и у татар на счет женских головных уборов более консервативные представления. Не стоит выделяться.

– Хорошо, – кивнула Клер и направилась в спальню.

У Виктора с гардеробом проблем было меньше. Он уже был в джинсах и майке. Дополнить ансамбль должна была легкая куртка-ветровка. Стандартный, так сказать, оперативный прикид.

– Ужас! – донеслось из спальни. – Я тебя убью, Логинов!

– В чем дело? – отозвался из кухни Виктор.

– Ты меня за эти дни так раскормил, что я в джинсы не могу влезть…

– Постарайся.

– А я что делаю? Господи, кошмар, с такими темпами я за неделю закоровею! Ты меня толстой будешь любить, Логинов?

На этот раз Виктор решил промолчать. Но Клер вскоре крикнула:

– Ты что замолчал? Не будешь?

– Буду. Если ты себя будешь прилично вести.

– А я что делаю? – проговорила Клер, выходя из спальни. Повернувшись перед зеркалом, она окинула взглядом свою обтянутую джинсами попку и сокрушенно покачала головой: – Все, сажусь на диету… Слышишь, Логинов?

– Слышу, слышу, не кричи, – сказал Логинов, прислонившись к косяку кухонной двери. – По-моему, так тебе даже лучше.

– Ну если тебе нравится, то я спокойна… Ну как, пойдет? – спросила Клер, повязав на голову косынку.

– По-моему, супер, – кивнул тот.

– Тогда я перекуриваю, штукатурюсь и можем выезжать! – кивнула девушка.

Сдернув с головы косынку, она прошла на кухню. Логинов посторонился, развернулся и сказал:

– Тогда, значит, сделаем так. Я тебя высажу, пристрою где-нибудь машину и буду околачиваться поблизости. А ты будешь вроде бы как невзначай перемещаться в толпе. Если засечешь своего знакомого, тихо отойдешь в сторонку и отзвонишься… Ну а дальше по ситуации. Вопросы?

– Может, сходим вечером в какое-нибудь кафе и потанцуем?

– Я имел в виду вопросы по существу.

– По существу все ясно.

95

Тот самый кадр у маяка, который прославил Александра Метелкина среди земляков, имел и еще одно, совершенно неожиданное продолжение. Уже сугубо личного плана.

Конечно же, бравый морпех в увольнении без женского внимания не оставался. Были у Александра зазнобы. Но, как бы это сказать, все больше для удовлетворения взаимных физиологических потребностей.

И вот, вскоре после событий на маяках, отправился Александр в увольнение в город. Хотел позвонить своей зазнобе, но потом вдруг раздумал. И решил просто побродить по городу. Попил пивка, потом прогулялся. И не заметил, как ноги сами привели его на севастопольскую набережную.

Глядя на море, укрылся Александр от ветра за каким-то ларьком и закурил. И даже не заметил, как к нему приблизилась девушка, тоже решившая прогуляться по берегу.

А девушка скользнула глазами по мужественному лицу морпеха и вдруг притормозила. Александр перевел свой устремленный вдаль взгляд на нее. Их глаза встретились. Метелкин был не робкого десятка, но тут его буквально заклинило.

В девушке вообще-то не было ничего такого особенного. Но Александру показалось, что красивей он никого не встречал в своей жизни. Однако заговорить с ней Метелкин навряд ли решился бы. Так и стоял бы бравый морпех дурак дураком, но девушка вдруг с виноватой улыбкой сказала:

– Извините, я вас просто по телевизору видела, в новостях… Правильно?

– Было дело, – кивнул Метелкин, наконец обретая дар речи. – А вас как зовут?

– Катя, – улыбнулась девушка.

– Как мою сестру, – тоже улыбнулся Метелкин.

Вот так и встретил Александр свою судьбу. Девушку, так сказать, для души. Тот день для них пролетел незаметно. Прошлись они по набережной, в кафе посидели, посетили знаменитый аквариум-океанарий. Но видел Метелкин только Катю, а всего остального просто не замечал…

Катя в прошлом году окончила педучилище, была учительницей младших классов, жила и работала в Балаклаве. Была она худенькой, востроносенькой и чем-то напоминала воробушка. Но для Метелкина красивее никого не было на свете.

Сперва они встречались по выходным в Севастополе. А потом Александр зачастил в Балаклаву. Катины родители рано умерли, жила она в неказистом домишке на окраине.

Поначалу Метелкин просто помогал девушке по хозяйству, а то дом без мужской руки порядком обветшал. Потом как-то само собой случилось то, что и должно было случиться. Так сказать, взаимное удовлетворение физиологических потребностей…

Только с Катей, в отличие от других зазноб, все это было совсем по-другому. И окончательно понял тогда бравый морпех, что это именно то, что ему нужно – для души. В общем, решил он жениться. Вскоре и матери позвонил.

Правда, слова подходящие нашел с трудом:

– В общем, мать, я это… вроде как того… ну, значит, гм-гм… познакомился тут с одной… то есть не с одной, а… Короче, Катей ее зовут!

Мать, конечно, заохала, но Александр ее успокил:

– Да ты не переживай, мать, она хорошая, сама увидишь! Я в конце весны, значит, с ней приеду… Вот! Тем более что и зовут ее тоже Катей, так что она тебе обязательно понравится… Ну и это, учительница она… Значит, детей воспитывать будет как положено…

Мать, правда, не выдержала и всплакнула, но в общем и целом разговор прошел нормально. В следующее увольнение Метелкин сообщил Кате:

– Я матери звонил, сказал, что мы приедем в конце весны. Вдвоем. Так что ты там насчет отпуска порешай у себя в школе. Лады?

– Порешаю, – счастливо улыбнулась Катя.

С тех пор в каждое увольнение Метелкин отправлялся прямиком в Балаклаву. Потому как чувствовал себя здесь уже не гостем, а почти что хозяином. Вот и сегодня, едва сдав наряд, Александр расписался в книге увольнений и отправился на автобус.

Вообще-то увольнительная у него была до двадцати четырех часов. До полуночи то есть. Однако Метелкин с молчаливого согласия начальства в последнее время возвращался в часть не ночью, а на утреннее построение.

Конечно, это было нарушением, но начальство все понимало. Да и не по кабакам шлялся Метелкин, а ночевал у своей девушки.

Так что начальство было в курсе, и Метелкин, втиснувшись в маршрутку, поехал в Балаклаву. Несмотря на тесноту, чувствовал он себя отлично. И даже улыбался тетке, поставившей на его короткие флотские сапоги сумку. Потому что ехал морпех к любимой, и ожидал его в Балаклаве дом.

96

– Удачи! – сказал Виктор.

– Постараюсь! – кивнула Клер и выпорхнула из машины.

Логинов тут же тронул «Опель» и направился к перекрестку. Не зная, как сложится обстановка, Клер он высадил в квартале от сквера, чтобы не светить машину. Повернув направо, Виктор пересек проезжую часть и припарковался за ларьком с надписью «Ремонт обуви».

Оглянувшись по сторонам, Виктор проверил мобильный и покинул машину. Пару минут спустя он уже перешел дорогу и направился по дорожке к центру сквера. Обстановка там ему не понравилась.

В сквере царило нездоровое оживление. На тротуаре стояли две милицейские машины и автобус. Слева из-за кустов доносились какие-то выкрики в мегафон, эхом повторяемые толпой. Вскоре за кустами проглянули милицейские фуражки.

Минуты за три Логинов окончательно разобрался с ситуацией. Выглядела она следующим образом. На площадке, расположенной в центре сквера, был установлен покрытый белым полотнищем бюст. Там уже собралось примерно сто-сто пятьдесят человек крымских татар, в основном мужчин. Татары в сквер продолжали прибывать.

Свои машины они парковали по периметру, поскольку небольшая стоянка сквера, расположенная справа, была уже забита под завязку. Татары вели себя спокойно. Пока, во всяком случае.

А вот в левой части сквера было довольно шумно. При том, что издавала этот шум небольшая толпа человек в тридцать, не больше. Состояла она из двух, так сказать, совершенно различных социально-возрастных групп.

Половина были бабушки весьма почтенного возраста, но с комсомольскими и пионерскими значками на растянутых вязаных кофтах. Вторая половина толпы тоже была одета небогато. Однако это были уже молодые люди студенческого возраста. Выделялся из толпы мужик с потрепанным баяном. На его голове красовалась бескозырка с выцветшей надписью «Дважды Краснознаменный Балтийский флот». Также имели место тельняшка и фланка. Однако, судя по тому, как этот красавец надел гюйс, к флоту он имел такое же отношение, как стоявшие в оцеплении милиционеры…

Этот винегрет поначалу слегка озадачил Логинова, но, скользнув взглядом по одному из плакатов, он понял, что к чему. В Киеве подполковник Филипенков кратко обрисовал ему, так сказать, политический спектр Украины. Самой отталкивающей силой Филипенков считал карликовый блок с помпезным названием «народная оппозиция».

Организатором этого блока была какая-то экзальтированная дама, пытавшаяся во всем копировать Жириновского. Правда, таланта Владимира Вольфовича ей явно недоставало. Впрочем, как и ума. Именно поэтому в парламент она пробиться последнее время не могла, как ни пыжилась. Что, впрочем, было и неудивительно. Ведь ее политические взгляды, если они у нее, конечно, были, Филипенков охарактеризовал как «политическую проституцию». Дама эта клялась в любви к Лукашенко и божилась в вечной дружбе с Россией. Что не мешало ей тесно сотрудничать с ультранационалистическим «Братством», члены которого воевали в Чечне и от которых шарахались как черт от ладана даже самые радикальные оранжевые…

В общем, «народная оппозиция» за деньги выступала за что угодно и против кого угодно. Так что целью митингующих, скорее всего, были небольшие прибавки к пенсиям и стипендиям. Дирижировала всем этим кордебалетом какая-то усатая тетка с мегафоном.

– Не допустим дальнейшего уничтожения зеленых насаждений! Нашим детям нужны деревья, а не памятники! Руки прочь от парков и скверов Симферополя! Ура! – разнеслось над парком.

– Уря!.. – тонкими старушечьими голосами взвыла толпа.

Оборванные студенты активно замахали плакатами, часть из которых явно осталась от парламентских выборов. Усатая дама подала знак переодетому матросом баянисту. Тот, видимо, промышлял исполнением трогательных песен в общественных местах и в транспорте, поскольку дело свое знал. После короткого вступления над сквером разнесся «Варяг».

В паузах, во время проигрышей, усатая тетка кричала в мегафон:

– Черноморскому флоту – ура!.. НАТО – позор!.. Долой депутатскую неприкосновенность!.. Губителей зеленых насаждений – к криминальной ответственности!..

Стоявшие в оцеплении молоденькие милиционеры на всю эту жуткую художественную самодеятельность никак не реагировали. И даже откровенно позевывали. Видимо, за предвыборную кампанию насмотрелись и не на такое. Татары на выживших из ума бабушек и нищих студентов тоже внимания не обращали. А вот Логинов вдруг ощутил непонятное беспокойство. Ведь от всей этой постановки за версту разило провокацией…

97

Балаклава тоже была городом российской воинской славы. До развала Союза здесь располагалась крупная военно-морская база стратегического значения.

В знаменитой Балаклавской бухте тогда базировался ударный дивизион подводных лодок. В его составе в том числе находились две лодки, одна из которых была вооружена четырьмя крылатыми ракетами, вторая – одной баллистической. По соседству с лодками базировались многочисленные катера балаклавского погранотряда. Тут же, в бывшей даче знаменитого писателя Куприна, находился секретный институт, в котором обучали военному делу дельфинов. И лодки, и катера находились под круглосуточной охраной этих сообразительных морских обитателей. Дельфины охраняли вход в бухту. Только вместо подводных автоматов вооружены они были баллончиками с углекислым газом. Ну а на горе располагался ракетный дивизион береговой артиллерии, который мог поражать морские цели на значительном расстоянии.

А еще в Балаклаве имелись выдолбленные в скалах многочисленные штольни. В них располагался крупнейший арсенал как обычного, так и ядерного оружия. И там же имелось укрытие для подводных лодок. В него своим ходом могли войти до семи субмарин. После чего массивные ворота-шлюзы надежно закрывались, и спрятанные лодки оставались невредимыми даже при ядерном ударе противника…

Но все это в прошлом. После развала Союза Балаклаву передали украинским властям. И уникальная военно-морская база быстро захирела. То, что не вывел и не вывез из бухты Черноморский флот России, быстро распродали за бесценок и разворовали. Некогда секретные объекты передали в аренду многочисленным коммерческим структурам. Фактически кормившаяся от флота Балаклава быстро пришла в упадок. Люди старались массово покинуть город, поэтому квартиры и дома продавались почти за бесценок.

Этим и воспользовались крымские татары. Вскоре на окраине Балаклавы образовалась довольно внушительная крымско-татарская слобода. Дом невесты Александра Метелкина, Кати, располагался как раз в этом районе. Впрочем, каких-то особых проблем с подобным соседством не было. Все-таки татар в Балаклаве было не так много, чтобы они решались в открытую качать права. Да и украинские пограничники здесь базировались, так что татар очень быстро поставили бы на место…

Сойдя с маршрутки, Метелкин заскочил в магазин купить продуктов, после чего отправился на окраину пехом. Катя уже должна была быть дома. Метелкин открыл калитку и вошел во двор.

К некоторому удивлению Александра, пес Дружок не встретил его обычным лаем. Впрочем, Дружка не держали на привязи, так что он мог забежать куда-то на огород. Метелкин прикрыл калитку на щеколду и направился к невысокому крылечку.

Вытерев ноги, он толкнул дверь и крикнул, шагнув в небольшой предбанник:

– Кать, я уже дома!..

Обычно Катя выходила его встречать, но тут даже не ответила. Метелкин вдруг почувствовал тревогу. Не став разуваться, он быстро распахнув внутреннюю дверь и просунулся в дом.

Первая комната была одновременно и кухней. Пахло в ней борщом, и у Метелкина отлегло от сердца. Если Катя сварила борщ, значит, с ней все в порядке…

– Кать, ну ты где пропала?.. – с улыбкой вошел в дом Метелкин.

В следующий миг скрипнуло крыльцо и кто-то отворил наружную дверь. Александр оглянулся и в тот же миг услышал:

– Тихо, не дергайся, стой как стоишь!

Говорили с порога второй комнаты – по-русски, с едва уловимым акцентом. Улыбка мгновенно слетела с губ Метелкина, он быстро повернулся. Первой его мыслью было, что в доме крымский татарин. Однако одного взгляда Александру оказалось достаточно, чтобы понять – это скорее кавказец. И не просто кавказец, а матерый бандит.

– Дернешься, твоей девке сделаем такое, что тебе и не снилось. На твоих глазах. Понял?

В руке кавказец держал бесшумный автомат «Вал». Без напряга, но так, что Метелкину сразу стало понятно – выстрелит он мгновенно. Но даже это не остановило бы Александра.

Морпехи не сдаются, это в Метелкина за время службы вбили крепко. Так что никакой автомат кавказца не остановил бы его. Бросился бы на бандита Метелкин с голыми руками… Только вот кавказец рассчитал все очень точно. Угроза расправы с Катей сработала. Ведь шансов у Александра в неравной схватке почти не было.

98

Пройдя по дорожке, Логинов присел на скамейку и закурил. Происходящее в сквере ему сильно не нравилась. Подполковник Филипенков своей информацией об обстановке в Крыму насторожил Виктора. И теперь он пытался понять, кому понадобился этот шабаш «народной оппозиции». Да еще и с этим переодетым «матросом»…

Перекурив, Виктор поднялся и двинулся назад. Цель у него, конечно, была другая – идентификация крымского татарина, разговор которого подслушала Клер. Однако мысль о провокации крепко засела в его подсознании. И теперь Логинов смотрел на сквер совсем другими глазами. Глазами специалиста по антитеррору.

Для чего нужны эти бабушки-студенты?.. Для того, чтобы отвлечь внимание милиции?.. Тогда от чего?.. Или от кого?…

Логинов окинул сквер опытным взглядом. Ничего подозрительного… Или это только так кажется?.. Ну и рожа у этого «матроса»… На кой ляд он все-таки понадобился организаторам?.. Ведь это явный маскарад…

Так ничего и не обнаружив в самом сквере, Виктор скользнул взглядом по деревьям. И вдруг похолодел…

Над верхушками торчала башня девятиэтажки. Остальные дома в округе были старыми четырехэтажками, поэтому их деревья закрывали. А вот девятиэтажку нет. Дистанция – двести-двести тридцать метров… Далековато, но для хорошего профессионала не проблема…

– Чепуха, не может быть… – пробормотал Виктор.

Однако ноги уже сами несли его к покрытому белой тканью бюсту. Вплотную к группе татар он приблизился прогулочным шагом, но внутри Виктора нарастало беспокойство. Оглянувшись на девятиэтажку, он убедился – если снайпера посадить на чердаке или на крыше здания, то директриса пройдет над верхушками деревьев.

Секунду Логинов колебался. Потом посмотрел на часы и направился к выходу из сквера. Он понимал, что это глупо. Но все же решил проверить свое предположение. Все-таки офицер антитеррора – это болезнь. В форме синдрома маниакальной подозрительности. Но лучше протопать лишних пятьсот метров и убедиться, что ты маньяк, чем потом всю жизнь корить себя…

99

Кавказцев оказалось двое. Один с бесшумным автоматом «Вал» находился в доме Кати, второй прятался во дворе. Это именно он скользнул в предбанник вслед за Александром и блокировал ему путь к отступлению. Хотя Метелкин и так не бросил бы Катю…

Кавказец с «Валом» велел морпеху лечь на пол в кухне. Второй быстро связал Александру ноги и руки. После этого морпеха затащили в большую комнату и усадили на стул под стенкой.

Тут Александр наконец увидел Катю. Девушка с кляпом во рту лежала на диване. Она тоже была связана, но никаких следов насилия над ней Метелкин не заметил, и у него чуть отлегло от сердца.

Смысла происходящего Александр не понимал. В бригаде морпехов было немало старослужащих, воевавших в Чечне. Но лично Метелкин в командировках на Кавказе никогда не был, так что версия мести вроде как исключалась.

– А теперь слушай меня, – сказал кавказец с «Валом», подходя к Метелкину и поднимая его подбородок глушителем. – Только слушай внимательно. Я два раза повторять не собираюсь… Ты и твоя девка нам не нужны. Сделаешь что надо, мы сразу уйдем. Понял?

– Да, – кивнул Метелкин.

– Тогда читай и запоминай… Ваха!

Вахой звали второго кавказца. По кивку бандита с «Валом» он встал перед Метелкиным. Бандит с «Валом» вытащил из кармана лист бумаги. Ваха развернул его перед лицом морпеха так, чтобы тот мог прочитать написанный от руки текст. А написано там было следующее: «Мы, российские патриоты, долго терпели. Но нашему терпению пришел конец. Настала пора перейти от слов к делу и очистить Крым от иноверцев. Крым был и всегда останется российским. Мы начнем с татар. Потом придет черед и остальных. С нами Бог и Россия!»

Этот текст Метелкину не понравился. С мрачным лицом он прочитал его дважды. Кавказец с «Валом» нетерпеливо спросил:

– Запомнил?

– Не совсем… – мотнул головой Метелкин, чтобы выиграть время.

Он понимал, что это какая-то провокация. Но разгадать ее смысл пока не мог.

– Так запоминай быстрее! – с угрозой произнес кавказец.

Метелкин прочитал текст еще дважды.

– Запомнил?..

– Запомнил…

– Ваха, давай ставь камеру!

Второй кавказец начал быстро готовить к записи компактную видеокамеру, и Метелкин наконец понял, что задумали бандиты…

– Готово? – спросил кавказец с «Валом».

– Готово! – кивнул Ваха.

– Давай!

Метелкин отрицательно покачал головой.

– Не буду!

– Что?!. – оскалился кавказец.

– На камеру не буду…

– Ваха! Смотри за ним!

Шагнув к дивану, чеченец поставил «Вал» и грубо развернул Катю.

– Не трогай! – попытался было вскочить со стула Метелкин.

Со связанными руками и ногами это оказалось непросто. Да и Ваха был начеку. Придержав морпеха, он ударил его рукояткой пистолета по шее. Второй кавказец тем временем задрал на Кате халат и одним рывком сорвал с девушки трусики…

– С-суки!.. – крикнул Метелкин, но тут же получил еще один удар от Вахи.

Второй кавказец тем временем ухватил Катю за волосы, запрокинул ее голову и принялся расстегивать ширинку. Метелкина словно током ударило. Если бы у него не были связаны руки и ноги, он бы за несколько секунд порвал бандитов голыми руками. Однако те знали, что делали…

И Метелкин крикнул:

– Хорошо! Я согласен! Я все скажу! Только не трогай ее!

Кавказец оглянулся и сказал:

– Только смотри! Если снова начнешь героя строить, мы твою девку отымеем по полной программе по очереди с Вахой! Понял?

– Понял… – кивнул Метелкин.

– Не слышу!

– Понял!

Кавказец не без сожаления отпустил волосы Кати и приказал Вахе:

– Снимай!

Ради Кати Метелкин решил выполнить требование бандитов. Он надеялся таким образом спасти девушку. Однако и Метелкин, и Катя были обречены в любом случае…

Сделав несколько дублей записи, кавказцы зверски изнасиловали Катю. А когда окончательно стемнело, один из балаклавских татар помог кавказцам вывезти трупы морпеха и его невесты в горы и схоронить так, чтобы их уже никто и никогда не нашел.

100

Нырнув во двор девятиэтажки, Логинов окинул его цепким взглядом. Обычный двор, в котором припаркован с десяток машин не самых престижных марок. Под навесом пять мужиков забивают домино. Чуть в стороне на лавочке сидят бабки. Три мамаши выгуливают своих чад на детской площадке…

Дверь единственного подъезда девятиэтажки распахнута настежь. Замок сломан. Ничего удивительного, дом на окраине, непрестижный. Публика разношерстная, глушит тоску по красивой жизни водкой, сколько замков ни врезай, все равно вынесут спьяну в тот же вечер.

Подъезд. Почтовые ящики покорежены. Ход в подвал настежь. Запах еще тот. Лифт, естественно, не функционирует. Придется пешком…

На лестнице Виктору попался какой-то субъект маргинальной внешности. Прищурив подбитый глаз, он попросил:

– Сигареткой угости, сосед, а?..

– Не курю, – махнул головой Логинов.

На девятый этаж он взобрался только чуть– чуть запыхавшись. Остановившись, Виктор оглянулся по сторонам и двинулся по лестнице на техэтаж. За первым пролетом открылся выход на крышу. К нему вела невысокая вертикальная железная лесенка. Справа от нее располагалась узкая дверь техэтажа. Деревянная, без какого-либо намека на запоры… В России до терактов тоже была такая картина. Но потом все эти дела быстро поправили.

Сперва Виктор вынырнул на крышу. Как и следовало ожидать, она оказалась пустой. Убедившись в этом, Логинов спустился и осторожно потянул на себя дверь техэтажа. Она открылась без каких-либо усилий.

Несколько секунд Виктор подождал, пока глаза привыкнут к полумраку, потом пригнулся и нырнул внутрь. На техэтаже пахло не шанелью номер пять, но получше, чем в подвале. Тут и там кучи какого-то хлама.

Виктор окинул взглядом правую часть техэтажа и шагнул к углу кирпичной выгородки, закрывавшей от него левую половину. Его взгляду открылась еще пара узких окошек, выходивших на сквер. И тут же сердце в груди Виктора забухало. Под одним из этих окон стояли два ящика. А на самом окне был аккуратно постелен сложенный ватник.

Это могла быть только оборудованная для стрельбы снайперская позиция.

101

В Крым для выполнения «работы» тайно прибыло четверо чеченских боевиков. Все они в свое время воевали в диверсионно-террористическом батальоне Басаева и являлись настоящими головорезами. На счету каждого не менее сотни убитых – российских мирных жителей, солдат– федералов, журналистов, иностранцев и своих братьев-чеченцев.

Командовал этим небольшим отрядом профессиональных убийц Арсан Талхазов. Его руки тоже были по локоть в крови, но при этом Арсан обладал и завидным умом. Выделялся он и своей внешностью. Будучи чистокровным чеченцем, Арсан Талхазов имел довольно светлые волосы и голубые глаза. Характерный чеченский акцент Арсан при желании тоже мог «спрятать».

Прибывших чеченцев разместили на окраине Балаклавы. Там у Джанкоева жил верный человек. Надежные документы Рифат смог раздобыть только для самого Талхазова и его подручного Вахи. Вдобавок к этому Рифат снабдил Арсана не очень новой, но вполне надежной «семеркой».

На первом этапе этого было вполне достаточно. Талхазов с Вахой могли абсолютно свободно перемещаться по полуострову и готовиться к покушению на Умбарова.

Надо сказать, что чеченцы стоили того аванса, который Джанкоев передал приезжавшему в Крым посланцу Басаева. Операцию они подготовили быстро и тщательно. Накануне покушения на Умбарова чеченцы наведались в один дом, расположенный неподалеку от татарской слободки Балаклавы. И разобрались с его хозяйкой и ее знакомым, российским морпехом…

Теперь оставалось только убрать Умбарова на митинге и подкинуть подготовленные «доказательства» причастности к убийству лидера крымских татар российских военных. Ну а дальше на полуострове должна была завертеться настоящая кровавая мясорубка. И именно прибывшие чеченцы должны были сыграть в ней главные роли…

102

Логинов замер. Его глаза быстро опустились и тут же обнаружили на пыльном полу едва заметную цепочку следов. Разгадывать их было некогда. И без этого Виктор отлично понимал, что снайпер находится за следующим углом кирпичной выгородки хода на крышу.

Оружия у Виктора, естественно, не было. А снайпер свое наверняка держал наготове. В этой ситуации шансов у Логинова никаких. И он подался назад.

Быстро покинуть чердак и позвонить с мобильного в милицию. Это было самым разумным. Ведь снайперу обнаруживать свое присутствие не с руки. Только вот он что-то заподозрил и решил Виктора живым с чердака не выпускать.

Едва Логинов подался задом за угол, как снайпер бросился за ним. Дальнейшее произошло за считаные секунды. Думать было некогда, так что действовал Логинов чисто автоматически. На выработанных за годы службы рефлексах.

Пытаться убежать равносильно смерти, поэтому Виктор метнулся к углу. Едва снайпер выскочил из-за него, Логинов ударом ноги выбил у него оружие. В следующий миг нанес удар рукой в голову.

Однако на этот раз противник среагировал. Присев, он пробил встречный прямой правый в корпус Виктора. Ощущение было такое, словно Логинов на всем ходу налетел на железобетонный столб. Удар здорово его потряс, и ему пришлось отскочить к двери.

Противник действовал хладнокровно. Он не стал бросаться за выбитым автоматом, поскольку в этом случае у Логинова был шанс уйти в подъезд. Вместо этого снайпер неуловимым движением выхватил левой рукой нож и с коротким гортанным криком бросился на Логинова.

Времени на то, чтобы восстановиться после удара в корпус, противник ему практически не дал. В этой ситуации Виктору ничего не оставалось, как использовать движение снайпера. Заблокировав его руку, Логинов опрокинулся на спину и изо всех сил рванул противника на себя, одновременно воткнув ногу в его живот.

Бросок в падении через себя из арсенала джиу-джитсу стал для снайпера неожиданным. Словно наткнувшись на полном ходу на барьер, он по инерции перекувыркнулся через Логинова, плюхнувшись на спину у выхода с техэтажа.

Что там случилось с его ножом, Логинов разбираться не стал. Вместо этого он тут же бросился к выпавшему автомату. В прыжке схватив его, Виктор направил оружие на снайпера.

Но тот снова оказался на высоте. Не успев подобрать выпавший нож, снайпер ухватил попавшийся под руку большой обломок кирпича и мгновенно швырнул его в Виктора.

Увернуться тот не успел. Кирпич плашмя угодил в лоб Виктора, едва тот повернулся. В глазах Логинова потемнело, в голове помутилось. Однако ему достало сил, чтобы не выронить автомат и практически вслепую выпустить длинную очередь…

103

Опустошив почти весь магазин, Логинов левой рукой потрогал лоб. К его удивлению, крови практически не было. Смахнув слезы, он попытался поймать фокус. Перед глазами плыли круги, но сквозь них уже проступило раздвоенное изображение техэтажа…

Когда зрение восстановилось полностью, Логинов обнаружил, что его противник исчез. Первой мыслью было, что снайпер забился за какую-то кучу хлама. Учитывая, что у него нож, Логинов вскакивать не стал, а перевернулся на живот и с автоматом наготове принялся внимательно оглядывать чердак.

Примерно минуту спустя он убедился, что техэтаж пуст. Тут уж Виктор быстро вскочил и бросился к двери. Высунувшись со всеми мерами предосторожности в подъезд, он посмотрел на лестницу.

– Твою мать! – невольно сорвалось с его губ.

На лестнице просматривалась цепочка из мелких капель крови. Логинов все-таки зацепил снайпера, но рана оказалась пустяковой. И тот смог выскочить с техэтажа, пока Виктор в состоянии глубокого нокдауна вел огонь. То, что Логинов не услышал этого, было неудивительно. Автомат хоть и стрелял практически бесшумно, но даже при незначительной контузии со слухом возникают большие проблемы.

А вот что было по-настоящему удивительно, так это то, откуда на техэтаже симферопольской девятиэтажки взялся чеченец? А в том, что это был именно чеченец, Логинов не сомневался. Слава богу, насмотрелся на эту публику. Да и своим гортанным выкриком снайпер себя выдал…

Гнаться за чеченцем по лестнице было бесполезно, поэтому Логинов после секундной заминки устремился на крышу. Взлетев по железной лесенке, он метнулся в обход крипичной будки к краю крыши и выглянул во двор.

Чеченца он там не увидел. Зато от подъезда девятиэтажки к соседнему дому быстро ехала темно-синяя «семерка»…

Логинов вскинул автомат. Увеличенное изображение машины возникло в оптике прицела. Однако угол был слишком большим, чтобы Логинов смог рассмотреть, кто находится в машине. Да и стекла бликовали…

Палец Логинова лег на спусковую скобу. Машина вот-вот должна была скрыться за соседним домом. Только вот стопроцентной уверенности в том, что в ней действительно находится раненый чеченец, у Виктора не было.

И выстрелить он так и не решился.

104

Все шло хорошо. Только вот в самый решающий момент удача вдруг отвернулась от Джанкоева. Рифат в своей машине сопровождал «Мерседес» Умбарова, ехавшего на митинг по случаю открытия бюста выдающемуся крымскотатарскому писателю и журналисту. Лидер меджлиса даже не догадывался, что сегодняшнее выступление должно стать для него последним…

И тут у Рифата Джанкоева зазвонил телефон. Он посмотрел на дисплей и поспешно приложил трубку к уху. Звонил Арсан Талхазов, который в эти минуты должен был как раз готовиться к выстрелу в Умбарова.

– Да!.. – сказал Рифат.

– У нас накладка! Со сквером ничего не получится!

– Что?!.

– Я едва ушел с чердака!

– От кого?

– Не знаю! Но это явно не местные! Так что звони ментам!

– Зачем?

– Скажи, что на крыше девятиэтажки снайпер…

– Что?.. – не поверил своим ушам Рифат.

– Звони быстро! Сейчас некогда объяснять!

105

Синяя «семерка» скрылась за четырехэтажкой. Логинов снял палец со спусковой скобы и отнял глаз от резинового раструба прицела. Еще раз окинув двор уже невооруженным взглядом, он быстро вернулся на техэтаж.

За кирпичной выгородкой Логинов обнаружил сделанный из искусственной кожи чехол для гитары. Для автомата он был великоват, однако в чехле принесли на крышу не только оружие…

Постеленный на окне ватник оказался вовсе не ватником, а бушлатом. С нашивками морской пехоты Черноморского флота. Но самой неожиданной находкой стали два воинских медальона на шнурке, которые лежали на ящиках. Подняв их, Логинов приглушенно выматерился.

Все стало на свои места. Визит крымского татарина в Москву, встреча его с чеченцем в сауне, снайпер-чеченец на чердаке и «матрос»-баянист были звеньями одной цепочки. Целью была дискредитация Черноморского флота России.

Логинов быстро обмотал автомат бушлатом и сунул его в чехол. Потом посмотрел на часы. Не появись Логинов на техэтаже, церемония открытия бюста вылилась бы в нечто такое, последствия чего даже трудно было себе представить…

Однако пока чеченец и его наниматель не были обезврежены, опасность сохранялась. Логинов быстро отряхнулся, покинул техэтаж и начал спускаться по лестнице. Слух у него уже полностью восстановился, поэтому он и обратил внимание на какой-то шум во дворе.

У Виктора мелькнула мысль, что это как-то связано с раненым чеченцем. Ведь стопроцентной уверенности в том, что на темно-синей «семерке» уехал именно он, не было.

Сбежав на площадку между девятым и восьмым этажами, Виктор выглянул в окно. Увиденное застало его врасплох. У подъезда стоял микроавтобус. Возле него торчал боец в черном комбинезоне и шлеме-каске с короткоствольным автоматом в руках.

Подавшись от окна, Логинов прислушался. Снизу доносился топот. Логинов понял, что его переиграли. То ли сам чеченец, то ли тот, кто его нанял, позвонил в милицию…

Счет пошел на секунды. Логинов развернулся. Единственным выходом было спрыгнуть с крыши на какой-нибудь балкон. Он уже собрался было метнуться наверх, как вдруг услышал матерный вздох этажом ниже…

Логинов подался к перилам и выглянул вниз. На восьмой этаж взбирался тот самый тип с фингалом под глазом. Виктор без колебаний бросился к нему.

– Слышь, сосед, выпить хочешь?.. – спросил он, выразительно хлопнув рукой по гитарному чехлу.

– А то… – хрипло выдохнул запыхавшийся алкаш.

– Тогда давай в темпе! – ухватил его за рукав Виктор. – Ты на девятом живешь?

– На восьмом… Вон моя берлога, – ткнул пальцем алкаш.

Дверь его квартиры выходила прямо на лестничную площадку. Дверью это, правда, назвать было трудно – выбивали ее не один десяток раз. Но сейчас и это было огромной удачей.

– Открывай! В темпе! – кивнул Виктор. – Мне еще в одно место надо успеть!

Алкаш вытащил ключ и тут же его уронил. А топот приближался… Логинов быстро наклонился, схватил ключ и сунул его в замочную скважину. Распахнув дверь, он буквально втолкнул алкаша в квартиру.

– Эй, ты чего?.. – набычился тот.

Логинов молча заскочил следом и захлопнул дверь. Алкаш с перекошенным лицом попытался его ударить, но Виктор ткнул ему пальцами в солнечное сплетение. Подхватив обмякшее тело, он шепотом сказал:

– Тихо-тихо, не шуми…

Несколько секунд спустя мимо двери протопали ноги в тяжелых ботинках…

106

Из-за анонимного звонка Рифата в милицию митинг задержали. Прибывший к скверу Умбаров вступил в объяснения с милицейским начальством, потом принялся звонить в ГУВД Крыма.

Рифат Джанкоев под шумок отлучился в один из близлежащих дворов. Там в его машину подсел Арсан. Татарин спросил:

– Так что случилось?

– На крышу неожиданно ворвался какой-то вооруженный тип… Ты кому говорил про девятиэтажку, а? – вдруг сузил глаза Арсан.

– Никому.

– Точно?

– Точно. Так кто ворвался, я что-то не пойму? – в свою очередь с подозрением посмотрел на чеченца Рифат.

– Даже не знаю, – махнул тот головой. – Он был в гражданском.

– Может, из УБОПа? Или из уголовного розыска? – предположил Рифат.

– Нет! С ментами я бы справился легко! А этот оказался настоящим волчарой. Если бы это была Россия, я бы решил, что он из спецназа ГРУ! Только там так натаскивают.

– Может, это сотруднк СБУ? – мрачно спросил Рифат.

– Не знаю. Но он был один, вот чего я не могу понять! А сотрудники спецслужб по одному в таких случаях не работают. Ты точно никому не проболтался?

– Нет, конечно. И что теперь делать с Умбаровым?

– Уложить его из снайперки уже не получится. Придется по-быстрому отработать запасной вариант, – посмотрел на часы Арсан Талхазов. – Мы с Вахой прямо сейчас едем на место и все готовим. Твое дело организовать проезд Умбарова. Через сколько он там появится?

– Думаю, через час-полтора. Успеете?

– Да.

– А что делать с кассетой?

– Кассету пока придержи, – сказал знавший в таких делах толк Арсан. – Подбросишь ее телевидению после того, как мы уберем Умбарова…

107

Окна квартиры алкаша выходили на сквер. Хозяина Логинов быстро связал, сунул ему в рот кляп и положил отдыхать на полу, предупредив:

– Тихо! Это учения! Не дергайся, и все будет хорошо!

Чтобы у хозяина квартиры был стимул вести себя примерно, на пол перед его лицом Виктор положил сто гривен. Психологический расчет оказался точным. За эти деньги можно купить с десяток бутылок водки, и алкаш затих.

Виктор же на цыпочках направился к входной двери. В этот самый момент у него запиликал мобильный телефон.

– Черт! – выдохнул Виктор, поспешно сунув руку в карман.

Звонила Клер. Нырнув в ванную, Логинов негромко сказал:

– Да!..

– Ты куда пропал?..

– Да дело тут у меня рядом небольшое…

– Ясно. А тут набежала куча милиции, не дают татарам начать митинг.

– Ясно… А что с твоим знакомым?

– Я его, кажется, видела…

– Кажется или точно?

– Не знаю, не уверена… Только я его увидела, как начался весь этот бардак. Сейчас тут такое творится…

– Ясно. Ты тогда это… Постой там в сторонке, может, все-таки вычислишь его. А я, как смогу, подтянусь.

– Только быстрее. Мне страшно…

– Постараюсь, – сказал Виктор.

Отключив звук, он сунул телефон в карман и вынырнул из ванной. В этот момент на площадке затопали ноги, в квартиру позвонили. Виктор замер и скосил глаза в комнату. К счастью, алкаш таращился на «сотню» и к звонку отнесся с философским спокойствием.

– Никого нет! – сказал кто-то за дверью.

– На всякий случай пройдитесь по остальным квартирам, – донесся приглушенный голос сверху. – Гильзы еще теплые, может, кто-то что-то и слышал…

Шаги отдалились. Логинов осторожно нырнул в комнату и прикрыл за собой дверь. Гильзы на техэтаже подобрать он не догадался.

Хотя если бы Виктор начал с ними возиться, то почти наверняка попался бы симферопольскому ОМОНу. С поличным. Уж слишком быстро сориентировались чеченец и его наниматель.

Впрочем, сейчас что-либо изменить было уже нельзя. Оставалось только надеяться, что милиция не решится на повальные обыски с выбиванием дверей квартир.

Пока же Логинов на всякий случай решил отзвониться генералу Ватлину. Ведь если его обнаружат и арестуют, то доложиться в Москву будет проблематично. А информация была из тех, что снабжаются грифом «Воздух!!!»

Прямо говорить по незащищенной линии Виктор не мог. Однако Ватлин был достаточно подготовлен, чтобы правильно понять закодированный доклад.

– Черт! – сказал он. – Значит, мы все-таки опоздали…

– Скорее успели, – не согласился Виктор. – Диктую номера…

– Да-да, давай.

Логинов продиктовал номера жетонов. Потом повторил фамилию. По старой морской традиции, на подкладках бушлатов их пишут раствором хлорки.

– Хорошо, – сказал Ватлин. – Может, все– таки подключить консульство, чтобы они попытались тебе помочь?

– Сейчас не стоит. Вот если меня возьмут, тогда да.

– Тогда удачи!

– Спасибо!

108

Загородная резиденция Умбарова располагалась на противоположной окраине Симферополя. Недалеко от нее Арсан с Вахой заранее присмотрели очень удобное место для установки фугаса. Кусты здесь подступали практически вплотную к дороге. При этом место было достаточно безлюдным…

«Семерку» оставили подальше. К месту закладки отправились пешком. Впереди с травинкой в зубах прогулочной походкой шел Арсан. Несмотря на расслабленный вид, глаза и уши боевика фиксировали малейшее движение в «зеленке», любой звук…

Ваха двигался метрах в пятидесяти позади. Он тащил тяжеленную сумку с зарядом. Впрочем, для него она казалась игрушкой. За годы войны он перетаскал по горам тонны боеприпасов, и по выносливости мало в чем уступал мулу…

На счастье боевиков, в районе закладки никого не оказалось. Убедившись в этом, Арсан подал условный знак. Вскоре из кустов вынырнул Ваха.

В сумке имелась саперная лопатка. Достав ее, Ваха без перекура принялся готовить место для закладки. Арсан вел наблюдение. Ваха работал споро. Вскоре он позвал Арсана. Тот подошел и помог Вахе аккуратно извлечь из сумки все необходимое. Минут десять Ваха колдовал над ямой. Сперва соединил необходимые проводки, а потом аккуратно уложил на место снятый дерн.

Лишнюю землю чеченец аккуратно ссыпал в пакет. Сунув его в опустевшую сумку, он снова окликнул Арсана:

– Готово!

Тот появился из кустов и окинул критическим взглядом место установки фугаса, но говорить ничего не стал. У боевиков была налажена специализация. Арсан начинал воевать снайпером. Ваха же прошел в горном лагере курсы взрывников. А потом много лет оттачивал полученные там навыки на практике. Так что дело свое он знал. Место закладки визуально, без специального оборудования обнаружить было практически невозможно. Ну а ориентиры они присмотрели заранее – еще при выборе места…

– Тогда пошли, – кивнул Арсан.

По дороге к машине он перезвонил Рифату Джанкоеву и сообщил, что у них все готово.

– Я понял, – ответил тот. – Ждите, я перезвоню…

109

Митинг, посвященный открытию бюста, милиция проводить все же разрешила. С примерно получасовой задержкой. От греха подальше прикрыв алкаша одеялом, Логинов за происходящим в сквере наблюдал через оптику автомата.

Для стрельбы позиция не годилась – ветки деревьев отсюда закрывали большую часть площадки с бюстом. Но для наблюдения за общей ситуацией в сквере обзор был достаточным.

Милиции в сквере было полно. От былого спокойствия татар не осталось и следа. Собравшиеся возле бюста представители коренной крымской нации с гневными лицами размахивали руками и что-то выкрикивали. Можно было себе представить, что бы происходило сейчас в сквере, если бы Логинов не обезоружил снайпера…

В тот самый момент, когда у бюста появился невысокий старик с худощавым лицом, Виктору позвонила Клер:

– Я снова видела его!

– Понял! Где?

– Только что сквозь толпу прошел Умбаров, это у татар самый главный… А тот его сопровождал…

– Ясно, – сказал Логинов, припадая к прицелу. – А какой он из себя?

– Как какой? Татарин…

– Это понятно. А во что он одет, ты не запомнила?

– Ну на нем такая куртка, с погончиками…

– Ага, – сказал Логинов. – Вижу…

– Что?

– Да это я про себя…

– Ты скоро?

– Не знаю, – сказал Виктор.

– Не поняла… Ты вообще-то где?

– Потом расскажу… Слушай, еще одна просьба. Если этот тип пришел с Умбаровым, значит, он с ним и уйдет. Стань где-нибудь возле стоянки и попробуй запомнить номер машины, если он уедет…

– Кто, Умбаров?

– Нет, этот тип, который с погончиками. Ладно?

– Ладно. А потом что?

– А потом я с тобой созвонюсь. Но если вдруг не получится, тогда сообщишь все человеку из консульства, который тебя найдет…

– Логинов! Ты что, решил бросить меня?

– С чего ты взяла?..

– Ты скотина, понял? Я была тебе нужна только для того, чтобы найти этого татарина!

– Не кричи…

– Да пошел ты! А я-то думала… Все! До свидания!

– Клер, подожди!.. – проговорил Виктор.

Но в телефоне послышался всхлип, потом короткий удар, и связь оборвалась…

110

Рифат Джанкоев на митинге не отходил от Умбарова ни на шаг. По дороге к машине он уговаривал лидера крымских татар немедленно ехать в свою резиденцию и пересидеть там, пока ситуация не прояснится.

Умбарову как депутату крымского парламента милиция сообщила, что причиной задержки митинга была оперативная информация о покушении на него. На этом-то и играл Джанкоев. Однако Умбаров решил сперва заехать в ГУВД.

С этим Джанкоев ничего поделать не мог. Поэтому и сопровождал лидера крымских татар на своем «Пассате» с тремя людьми из отряда самообороны. В «Мерседесе» Умбаров охраны не терпел, так что с ним ехал только его многолетний водитель, приходившийся лидеру крымских татар каким-то дальним родственником.

В ГУВД Крыма Умбаров пробыл около получаса. Конечно, Джанкоев много бы отдал за то, чтобы сопровождать своего шефа, но порядки в ГУВД были жесткими. Депутатский мандат Умбарова служил пропуском только для него.

И все эти полчаса Рифат Джанкоев нервно расхаживал у своего «Пассата» на ведомственной автостоянке ГУВД. Он пытался понять, что же за человек помешал Арсану устранить Умбарова. И кто за ним стоит. И почему милиция не сообщила о найденных на чердаке девятиэтажки автомате и личных вещах морского пехотинца ЧФ России.

Вопросов много. Найти на них ответы непросто. Поэтому лучшим средством разрешения ситуации было доведение дела до конца – то есть устранение Умбарова.

Интуитивно Джанкоев понимал, что в игру вмешалась третья сила. И играет она явно на стороне Умбарова. Поэтому-то Рифат и нервничал. Ведь Умбарова нужно было устранить во что бы то ни стало. Без этого запустить маховик террора и вознестись на нем к власти в Крыму невозможно. Умбаров, несмотря на последние неудачи, оставался для большинства крымских татар непререкаемым авторитетом…

Увидев показавшегося в двери лидера меджлиса, Рифат быстро оглянулся по сторонам и взбежал на высокое крыльцо ГУВД. Все должны были видеть, что Джанкоев делал все возможное, чтобы уберечь Умбарова от смерти…

– Ну что они сказали? – спросил Рифат, пытаясь поддержать Умбарова под руку.

Однако тот руку отдернул – не любил, несмотря на преклонный возраст и высокое положение, таких вот жестов.

– Да ничего они толком не говорят, – неопределенно ответил Умбаров.

– Ссылаются на тайну следствия? – быстро спросил Рифат, которому любая информация сейчас была на вес золота.

– Следствия никакого нет. Для этого, по словам замначальника ГУВД, пока нет оснований. Был анонимный звонок о том, что на техэтаже одного из домов возле сквера засел снайпер. Они немедленно направили туда ОМОН.

– И что? – быстро спросил Рифат.

– Омоновцы обнаружили только разбросанные по чердаку гильзы. В общем, ГУВД не исключает, что это была провокация, имевшая целью срыв открытия бюста. По данному факту проводится дознание.

– Ясно, – сказал Рифат. – Вернее ничего не ясно… Поэтому я категорически настаиваю, чтобы вы какое-то время провели под надежной охраной. Если все-таки будете куда-то выезжать, заранее предупредите меня. А я пока попробую прояснить ситуацию по своим каналам.

111

К счастью, омоновцев из девятиэтажки вскоре убрали. Припав к глазку квартиры алкаша, Виктор увидел, как наверх прошел толстый, но совсем молодой мужчина с папкой. Сопровождали его два милиционера.

Судя по всему, мужчина был обычным дознавателем РОВД. В принципе это было логично. Поскольку трупов на техэтаже не обнаружили, то и заниматься гильзами ни прокуратуре, ни СБУ оснований нет…

Когда связь с Клер прервалась, Логинов пару раз позвонил ей, но безуспешно. Пришлось экстренно связываться с резидентурой. Тот самый молодой сотрудник, который снабдил Виктора «Опелем», вскоре приехал к скверу, но опоздал. Умбаров к тому времени уже отбыл. И куда подевался опознанный Клер крымский татарин, установить так и не удалось.

Время поджимало, и Виктор решил рискнуть. Предварительно сунув чехол с автоматом на антресоль, он снял одеяло с алкаша. Тот под ним порядком взопрел. Виктор помахал у него перед носом еще одной сотенной купюрой, положил рядом с первой, потом сказал:

– Это чтоб тебе не было скучно. Я за водкой. Как вернусь, развяжу… Договорились?

Алкаш, насколько это было возможно в его положении, закивал.

– Ну тогда жди…

Предварительно выглянув в глазок, Логинов выскользнул на лестничную площадку и запер квартиру. На лестнице милиции не было. А вот возле подъезда торчал «уазик» местного райотдела. Бабки с лавочки тоже переместились к подъезду и обсуждали случившееся.

На Логинова внимания никто не обратил. Нырнув за угол, он быстро оглянулся и набрал номер сотрудника резидентуры. Когда тот ответил, Виктор спросил:

– Ты где?

– На стоянке, у магазина…

– Ясно…

Три минуты спустя Логинов уже подсел в «десятку» темно-зеленого цвета с антикрылом.

– Привет! – быстро пожал он руку сотруднику резидентуры. – Машина посольская?

– Не-а, моя…

– Ясно. Дипломатические документы у тебя при себе?

– Само собой…

– Тогда вот что. Вон в той девятиэтажке нужно кое-что забрать. Но там на чердаке орудует милиция. В общем, есть риск, что тебя накроют. Но другого выхода нет. Там остались очень важные улики. Поэтому, если что, придется размахивать паспортом и прикрываться дипстатусом…

– Это понятно.

– Ну тогда жди. Я по-быстрому сгоняю в магазин за водкой. Прихватишь с собой…

– А водка-то зачем?..

– Потом объясню…

К счастью, все прошло удачно. Минут через десять сотрудник консульства вышел из подъезда девятиэтажки с гитарным чехлом в руке и направился к стоящей поодаль «десятке». Едва он сел, Логинов тронул машину с места. Отъехав за соседние дома, он сразу остановился.

– Все! Вези это добро прямиком в консульство!

– И что с ним делать?

– Пока ничего. Я скоро позвоню… Счастливо!

Логинов выбрался из машины и отправился к своему «Опелю». По дороге он снова перезвонил Клер, но связи так и не было.

– Чертова истеричка! – пробормотал Виктор.

Едва он сел в машину, как телефон зазвонил. Номер был незнакомый. Виктор чуть поколебался, потом ответил:

– Да!

– Виктор Павлович? – спросил мужской голос.

– Он самый…

– Мне сообщили ваш номер из центра… У меня есть информация по поводу медальонов.

Логинов понял, что звонят ему из отдела контрразведки Черноморского флота.

– Так. И что?

– Информация крайне тревожная. Человек, чью фамилию вы сообщили, вчера не вернулся из увольнения.

– Я понял, – сказал Виктор.

– Мы, конечно, подняли на ноги всех его сослуживцев, но, сами понимаете…

– Понимаю, – хмуро сказал Виктор.

Снять медальоны с морского пехотинца можно было, только убив его…

112

Доведя Умбарова до «Мерседеса», Рифат Джанкоев открыл дверцу. Когда Умбаров сел, Рифат захлопнул ее и направился к своему «Пассату». По дороге он быстро позвонил Арсану и сказал только три слова:

– Минут через двадцать!

«Мерседес» уже начал выруливать со стоянки. Джанкоев поспешно нырнул за руль «Пассата» и тронулся вслед за ним. Сидящим в салоне крымским татарам он сказал:

– На Умбарова сегодня в сквере готовилось покушение! Так что будете дежурить в его доме круглосуточно.

– Без оружия?.. – подал голос один из подчиненных Рифата.

– Пока да, – кивнул тот. – Оружие я подвезу позже.

После этого в салоне «Пассата» воцарилась напряженная тишина. Татары осознали, что дело принимает очень нехороший оборот. Рифат как раз этого и добивался.

Сидевшие в машине были не из тех, кому Джанкоев мог доверить свои истинные планы. Однако они были настоящими патриотами крымско-татарского народа. Так что при правильной обработке их можно было и на смерть послать. В своих целях, конечно…

«Мерседес» и «Пассат» быстро миновали центр Симферополя. По мере приближения к окраине Рифат Джанкоев все больше нервничал. Наконец машины выбрались из города и ходко направились к поселку, в котором располагалась резиденция Умбарова. Теперь счет пошел на секунды.

113

На всякий случай Логинов, оглядываясь по сторонам, объехал вокруг сквера. Он уже практически опустел, и Клер тоже видно нигде не было.

– Чертова истеричка! – снова пробормотал Логинов и направил «Опель» к окраине Симферополя.

К счастью, девушка отыскалась в гостинице. Видимо, она только-только приехала на такси и теперь рыдала на кухне. На столе стояла бутылка «мартеля», но притронуться к ней Клер не успела – слезы не дали.

– Ничего не хочешь мне сказать? – спросил Логинов, присев напротив девушки.

Та пару раз всхлипнула, потом протяжно проговорила:

– Извини-и-и… Я со злости разби-и-ила телефо-о-он!..

– Нашла о чем рыдать, – пожал плечами Виктор. – Купим новый.

Обстановку он решил не нагнетать, и это сработало. Клер пару раз хлюпнула носом в платок, потом сказала:

– Я сделала все, как ты и сказал…

– Так. И что?

– Этот тип, ну с погончиками, сел в «Фольксваген» и поехал за «Мерседесом» Умбарова.

– Что за «Фольксваген»?

– «Пассат»… – снова шмыгнула носом Клер. – Сейчас, я его номер где-то записала…

Логинов взял блокнот, который девушка вытащила из сумочки. Номер состоял из двух букв, четырех цифр и еще двух букв.

– Молодец, – кивнул он и вытащил телефон.

Сотрудник резидентуры был уже в консульстве. Виктор спросил у него:

– Ты можешь пробить по номеру одну машину?.. Как можно быстрее… Да, записывай. «Фольксваген-Пассат»… какого цвета?

– Черный, – сказала Клер.

– «Фольксваген-Пассат» черного цвета, номерной знак…

Закончив диктовать, Виктор отключил телефон. Но он тут же отозвался снова. Виктор удивленно посмотрел на дисплей и сказал, приложив трубку к уху:

– Что-то еще?.. Что?!. Твою мать! И где это произошло?.. Ясно, понял!

Вскочив, Логинов бросился в комнату и включил телевизор. По местному крымскому каналу как раз сообщали о взрыве машины Умбарова…

114

Ваха не один десяток раз подрывал в Чечне колонны федералов. Поэтому дело для него было привычным. Место закладки он выбрал с тонким расчетом. Дорога здесь резко поворачивала, поэтому водителю нужно сбросить скорость. И вот здесь-то и должен грянуть взрыв…

Фугас имел достаточную мощность, чтобы в полосе пяти-шести метров превратить небронированный «Мерседес» Умбарова в груду исковерканного железа. Ну а если бы тот каким-то чудом остался жив и выбрался из машины, закончить дело должен был Арсан. Он занял позицию метрах в пятидесяти от фугаса с «калашниковым».

Конечно, лучше было бы использовать «Вал» с оптикой, но бесшумный автомат остался на крыше девятиэтажки. Однако с пятидесяти метров Арсан мог прикончить Умбарова и из пистолета. С его умением стрелять это не проблема…

По звонку Рифата каждый из боевиков занял свою позицию. После подрыва Ваха должен был сразу уходить к «семерке». Ну а Арсан – по обстановке.

Ваха устроился под кустом на небольшом пригорке. Отсюда участок дороги перед поворотом просматривался как на ладони. И два заранее выбранных ориентира – тоже. Подрыв нужно было осуществить как раз в тот момент, когда «Мерседес» окажется между ними. При скорости шестьдесят километров в час за несколько мгновений, необходимых для прохождения радиосигнала и срабатывания фугаса, лимузин Умбарова должен был оказаться как раз в середине полосы поражения. И превратиться в искореженную консервную банку…

Повернув голову, Ваха напряженно смотрел в сторону города. Наконец на дороге показались две машины. Первым ехал черный «Мерседес». И тут же у Вахи завибрировал мобильный. Звонил Арсан. Он наблюдал за дорогой при помощи бинокля, так что мог рассмотреть номера.

– Это он! – сообщил Арсан по-чеченски.

– Понял! – выдохнул Ваха.

Сунув телефон в карман, чеченец взял в руки пульт и нажал кнопку активации. Пульт чуть слышно пикнул, в его передней части загорелся зеленый светодиод. Ваха подался чуть вперед.

Машины ехали со скоростью девяносто-девяносто пять километров в час. На такой скорости осуществить подрыв очень сложно. Но Ваха не зря столько лет шлифовал свое мастерство. Перед поворотом машины должны притормозить…

И все произошло именно так, как рассчитал чеченец. Метров за сто до поворота черный «Мерседес» Умбарова едва заметно «присел» на передние колеса, задние блок-фары вспыхнули красным. Водитель сбросил скорость до шестидесяти километров, и пару секунд спустя «Мерседес» приблизился к первому ориентиру…

Палец Вахи лег на кнопку, он невольно вытянул шею, чтобы не упустить нужный момент. Как только черный блестящий силуэт «мерса» оказался между двумя ориентирами, чеченец утопил пластмассовую пуговку…

Над дорогой оглушительно громыхнуло. И «Мерседес», и отставший от него «Фольксваген» утонули в огромном облаке пыли, взметнувшейся от обочины. Ваха перед самым взрывом открыл рот. Так делали все опытные подрывники, чтобы избежать разрыва барабанных перепонок.

Несмотря на это, уши у чеченца все-таки заложило. Подавшись назад, за пригорок, он вскочил и тут же устремился в сторону «семерки». И даже не услышал, как над дорогой загрохотал автомат…

115

Перед поворотом Рифат Джанкоев сбросил скорость километров до сорока. Дистанция между машинами увеличилась метров до тридцати. Навряд ли сидевшие в «Пассате» крымские татары обратили внимание на этот факт, а если и обратили, то последующие события начисто стерли его из их памяти.

Честно говоря, случившееся поразило даже ожидавшего взрыва Рифата Джанкоева. Над дорогой оглушительно грохнуло – так, что даже «Пассат» подпрыгнул. Взметнулось пыльное облако. В одно мгновение оно поглотило не только «Мерседес» Умбарова, но и всю дорогу до самой лесополосы.

Джанкоев невольно дернул руль, и «Пассат» вильнул к осевой линии. Здесь Рифат и остановился. Сидевшие в машине татары с воплями распахнули дверцы. В этот момент слева из-за клубов пыли донеслась торопливая автоматная очередь.

Для Рифата этот звук был как бальзам на душу. Однако он вполне натурально изобразил вопль отчаяния и тут же выхватил телефон. Его подчиненные из отряда самообороны тоже что-то кричали, а один даже метнулся в пыльное облако в надежде помочь Умбарову.

Впрочем, раздавшийся второй взрыв заставил его вернуться к «Пассату». В этот момент Рифат уже кричал оператору 02:

– У дачного поселка только что взорвана машина депутата Умбарова! По ней стреляют!

– Где именно это происходит? – спросила оператор.

Однако Рифат отключился. Слишком быстрый приезд милиции в его планы не входил. Нужно было дать время чеченцам отъехать как можно дальше от места.

116

Если бы у Вахи от взрыва не заложило уши, он бы, возможно, услышал не только автоматные выстрелы, но и предшествовавший им вскрик Арсана. Тот располагался на той же обочине, что и Ваха, но по другую сторону от фугаса.

Именно нахождение в этой точке и позволило Арсану увидеть то, чего не мог заметить со своей позиции Ваха. В тот самый момент, когда «Мерседес» Умбарова приближался к фугасу, из-за поворота вынырнул джип. Не какой-то там голимый «Мерседес» или «Лексус», а «Порш Каенна». Ехал на нем явно какой-то крымский новый русский, а эта публика, как известно, медленно ездить считает ниже своего достоинства. Соответственно, в поворот «Порш» вошел на скорости километров так под девяносто. Ну а чтобы его не выбросило при этом на обочину, он, естественно, рулил по встречной полосе…

Водитель «Мерседеса» Умбарова чисто инстинктивно притормозил. Случилось это буквально за мгновение до взрыва. За полсекунды, не больше. Однако при скорости шестьдесят километров в час машина за секунду преодолевает примерно семнадцать метров.

Так что экстренное торможение спутало боевикам все карты. Когда грянул взрыв, «Мерседес» Умбарова не только еще не въехал в полосу поражения, но и находился от ее границы в паре метров…

– Блядь! – вскрикнул Арсан.

Впрочем, уже в следующий миг он вскинул «калашников» и выпустил длинную очередь в направлении «Мерседеса». Правда, видеть лимузин Арсан не мог из-за взметнувшихся над дорогой клубов пыли, но чеченец полагался на интуицию. И она его не подвела.

Пули с характерным звуком ударили в бок машины лидера крымских татар. Умбаров с водителем были обречены…

117

Логинов буквально прикипел глазами к экрану большого телевизора. Однако видеоряда в распоряжении телевизионщиков не было. Диктор просто сообщила, что некоторое время назад на окраине Симферополя была взорвана машина лидера крымских татар Умбарова…

Логинов закурил и быстро позвонил сотруднику резидентуры.

– Видели? – спросил тот.

– Да… Мне нужно как можно скорее узнать подробности! Такая возможность есть?

– Да, в принципе имеется один надежный источник…

– Тогда звони ему! – сказал Виктор и тут же отключился.

Он настроился на долгое ожидание, однако сотрудник резидентуры проявил просто-таки чудеса оперативности. Отзвонился он через каких-то пять минут. Видимо, ему просто повезло, однако, в любом случае, его информация дорогого стоила.

– Алло! Это я…

– Да! Я слушаю! – быстро проговорил Виктор.

– Я переговорил с э-э… источником! И он сказал, что телевизионщики врут!

– В каком смысле?..

– Покушение действительно было, но взорвали и расстреляли не машину Умбарова, а джип какого-то винного магната!

– Это точно?..

– Да! Он как раз находится на месте… «Мерседес» Умбарова в момент взрыва действительно был совсем рядом. Но он почти не пострадал. И сейчас Умбаров находится в своей резиденции. Это проверили!

– Понял! Добро! – сказал Виктор.

Отключив телефон, он снова закурил и уставился в одну точку. Будучи офицером антитеррора, Логинов в совпадения не верил. В жизни, конечно, бывает всякое. Но работа приучила Виктора рассчитывать на худшее. Из этого он и решил исходить…

118

В клубах пыли на дороге раздавались звуки лопающихся стекол, скрежет и человеческие вопли. Пули «калашникова» прошивали дверцы, дробили человеческие кости и застревали в роскошных кожаных обшивках кресел.

А потом одна из них угодила в бензобак. Над дорогой грохнул еще один взрыв. Сквозь клубы пыли вверх взметнулся огненный гриб. Арсан поспешно перевернул перемотанные изолентой рожки, расстрелял оставшиеся патроны, бросил автомат и метнулся прочь от дороги.

Несмотря на неожиданную накладку, они свою работу выполнили. Выжить в прошитом пулями и взорвавшемся «Мерседесе» было нереально. В этом Арсан не сомневался, слава Аллаху, расстреливал колонны федералов не один десяток раз. И что к чему знал…

Как всегда после удачной акции, Арсан испытывал легкую эйфорию. Вроде как чувствовал себя полубогом. Именно поэтому по дороге к «семерке» он завернул на небольшой пригорок и посмотрел в сторону дороги.

Клубы пыли уже более-менее осели. Сквозь них просматривались мечущиеся у остановившегося посреди дороги «Пассата» фигурки людей. И охваченный пламенем остов «Мерседеса». Лицо Арсана исказилось в зловещей улыбке…

Однако в следующий миг улыбка вдруг слетела с лица чеченца. Вместо этого с его губ сорвался хриплый вскрик разочарования. Повернувшись всем телом к дороге, он всмотрелся в силуэт горящей машины и выдохнул:

– Блядь!..

Пылающая машина была искорежена взрывом, однако Арсан уже не сомневался – это был вовсе не «Мерседес» Умбарова, а тот самый злосчастный джип «Порш». Чеченец сразу понял, что случилось.

«Порш» в полосу поражения тоже не угодил, и его водитель резко ударил по тормозам. Однако скорость была такой, что по инерции джип проехал еще какое-то расстояние. И закрыл собой «Мерседес» Умбарова…

Все пули «калашникова» принял на себя «Порш». А «Мерседес» под его прикрытием рванул за поворот и ушел с линии огня…

– Блядь! – повторил Арсан.

Он был вне себя. Второй раз за сегодня из-за непонятных совпадений срывалась тщательно подготовленная акция. Это был какой-то рок. Однако исправить ничего было уже нельзя. «Мерседес» стал недосягаемым, да и автомат Арсан бросил на обочине.

Поэтому чеченец развернулся и поспешно направился к «семерке». Уже по дороге он позвонил Рифату Джанкоеву.

119

Пройдя на кухню, Виктор посмотрел на Клер. Та уже успела ликвидировать следы рыданий и даже подкраситься. Виктор улыбнулся. Клер виновато посмотрела на него:

– Ты на меня уже не обижаешься?

– Нет.

– Правда?

– Правда, – кивнул Виктор. – Только у меня к тебе есть одна просьба.

– Все что угодно, милый! Я вся твоя!

– Я как раз насчет этого, – поморщился Виктор. – Тут в Крыму заваривается очень нехорошая каша. Чтобы ее расхлебать, мне нужно быть в форме. В общем, я тебя прошу, очень прошу – давай оставим выяснение наших отношений до того, как все закончится. Договорились?

– А это надолго?

– Не знаю, – пожал Виктор плечами. – С твоей помощью, думаю, расхлебаемся за день-два…

– Я согласна!

– Спасибо, – кивнул Логинов. – Тогда в темпе ищи карточку этого твоего знакомого…

– Какого?

– Старпера, который заглядывал тебе под юбку и приглашал в ресторан. Надеюсь, ты ее не потеряла?

– Сейчас посмотрю, – потянулась к сумочке Клер.

120

Звонок российской журналистки застал заместителя председателя меджлиса врасплох. В меджлисе обстановка была напряженной. Все были крайне озабочены последними событиями и пытались понять, что все это означает. И тут эта самая журналистка томным голоском попросила о срочной и тайной встрече.

Будь на ее месте кто-то другой, зампредседателя меджлиса, наверное, отказал бы. Однако он был как раз в том опасном возрасте, когда мужчина все отчетливее понимает, что совсем скоро может перестать быть мужчиной. И соответственно, хватается за любую, даже иллюзорную возможность совокупиться с молодой женщиной – а вдруг это в последний раз?..

Поэтому зампредседателя меджлиса не смог устоять и подъехал на своей машине к условленному месту. Как и договаривались, один. Журналистка себя ждать тоже не заставила. Из-за угла вынырнул «Опель» и остановился чуть поодаль.

В зеркало заднего вида зампредседателя меджлиса увидел, как Клер выбралась из машины в своем убойном костюмчике с короткой юбкой. Сердце его учащенно забилось. Словно завороженный, смотрел он в зеркало на стройные ножки приближающейся девушки.

– Привет! – улыбнулась она, плюхнувшись на переднее сиденье.

– Здравствуй-те!..

Клер наполнила салон его машины каким-то восхитительным запахом. То ли от него, то ли от нахождения рядом молодого тела журналистки в голове зампредседателя меджлиса все перепуталось.

Бросить все к черту… Взять два билета на самолет и укатить в Анталию… Хоть на неделю… И будь что будет…

Рука сама собой скользнула к руке Клер и сжала ее с такой силой, что девушка невольно вскрикнула:

– Э-э… держите себя в руках!

В этот момент задняя дверца машины неожиданно распахнулась и в салон нырнул Логинов:

– Не помешаю?..

Зампредседателя меджлиса невольно вздрогнул. Из-за романтического помутнения в голове он совершенно перестал следить за происходящим вокруг, так что появление в машине незнакомца стало для него полной неожиданностью.

– Что это значит?.. – резко повернулся он.

– Не то, что вы думаете, – махнул головой Логинов. – И, пожалуйста, не надо кричать. Речь идет о безопасности вашего лидера Умбарова…

121

– Вы что, не видели, что это другая машина?! – нервно проговорил Рифат Джанкоев. – Как можно перепутать «Порш» с «Мерседесом»?..

– Не ори на меня, – совсем тихо произнес Арсан Талхазов.

Однако в его голосе чувствовалось нечто такое, отчего по спине Рифата мгновенно пробежал холодок. Осекшись на полуслове, он замолчал. Встретились они в одном из тихих симферопольских дворов. Арсан подсел в «Пассат» Джанкоева, Ваха остался в «семерке».

Рифат вдруг понял, что этот светловолосый чеченец может сейчас убить его, даже не моргнув глазом. Просто потому, что слова Джанкоева показались ему оскорбительными…

– Нам просто не повезло, – хмуро сказал Арсан. – Но мы доведем работу до конца. Это я тебе обещаю!

– Когда? – спросил Рифат.

– Сегодня!

– И как ты себе это представляешь?

– Сколько охраны в доме Умбарова?

– Три человека.

– Вооружение?

– Пока никакого. Я обещал сегодня подвезти… Но у самого Умбарова есть пистолет…

Арсан презрительно ухмыльнулся:

– Да хоть гаубица… Это ему не поможет. Мы прикончим его сегодня же. И всех, кто будет в доме!

– Ночью?

– Зачем тянуть? Лучше вечером.

– И как вы проникнете в дом?

– На твоей машине…

Рифат немного помолчал, потом спросил:

– А со мной как быть?..

– Вот это и надо обдумать. Тебя, наверное, придется слегка ранить… Тогда ты будешь вне подозрений и сможешь рассказать, что нападавшими были российские морские пехотинцы…

В этот миг у Рифата Джанкоева зазвонил мобильный. Он посмотрел на дисплей и быстро сказал:

– Умбаров!.. Да, я слушаю!

122

Машина зампредседателя меджлиса крымско-татарского народа остановилась у резиденции Умбарова. Водитель посигналил. Несмотря на то, что охрана о приезде была предупреждена заранее, ворота открыли не сразу.

Наконец машина въехала во двор. Зампредседателя встретил и проводил в дом один из подчиненных Рифата Джанкоева. Умбаров принял соратника в своем кабинете. Когда дверь за охранником закрылась, он тихо спросил:

– Где он?..

– В багажнике… – одними губами ответил зампредседателя.

Умбаров кивнул, потом потянулся к телефону. Позвонив начальнику смены охраны, он велел:

– У нашего гостя проблемы с машиной! Пусть его водитель загонит ее в гараж на смотровую яму!

После этого Умбаров вызвал к себе личного водителя. Тот действительно являлся родственником председателю меджлиса, так что в его преданности сомнений быть не могло…

Водитель Умбарова молча выслушал инструкции и кивнул. На его лице не отразилось даже тени удивления, словно в резиденцию таким образом гости приезжали каждый день. Спустившись в гараж, он поздоровался с водителем зампредседателя меджлиса. Какое-то время оба с умным видом заглядывали под капот машины. Потом водитель Умбарова включил компрессор и прикрыл дверь гаража. Пару минут спустя он уже незаметно провел выбравшегося из багажника Логинова через внутреннюю дверь гаража в дом.

– Здравствуйте! – сказал Логинов, оказавшись в кабинете Умбарова.

– Здравствуйте! – кивнул тот.

Однако ни вставать, ни протягивать Виктору руку лидер меджлиса не стал. На гостя он смотрел настороженно и с недоверием. Впрочем, Логинову это было все равно. Пройдя к столу, он присел на стул и сказал:

– Я благодарен за то, что вы согласились со мной встретиться…

– Кто вы? – хмуро перебил его Умбаров. – Пока я этого не узнаю, разговаривать нам не о чем.

Прежде чем Логинов влез в багажник машины зампредседателя меджлиса, его тщательно обыскали. Однако Умбаров все равно смотрел на гостя с опаской и держал руку на приоткрытом ящике стола, где у него лежал пистолет. В его положении это было объяснимо.

– Хорошо, – решительно кивнул Виктор. – Я офицер управления по антитеррору ФСБ России. Я понимаю, что особой любви к этому ведомству вы не питаете. Но, боюсь, мы просто обречены на этом этапе сотрудничать. И вот почему… Как я уже сообщил вашему заместителю, один человек из вашего ближайшего окружения вошел в контакт с чеченскими боевиками…

– Вы уверены, что это Рифат Джанкоев?..

– Да, – кивнул Виктор. – И, похоже, он задался целью убрать вас любой ценой. Но при этом свалить вину за убийство на российских военных. Вот почему мы обречены действовать сообща.

– А почему я должен верить вам?

– Вы мне ничего не должны, – покачал головой Виктор. – Однако я готов ответить на любые ваши вопросы. И в процессе этого вы очень быстро убедитесь, что дело обстоит именно так, как я вам говорю.

123

– Я считаю, что это слишком опасно! – проговорил Рифат Джанкоев. – Пока мы не поняли, что происходит…

– Быстро открывай багажник! – велел ему Умбаров.

Рифат сделал вид, что вынужден подчиниться. Играл он на водителя Умбарова, который тоже находился в гараже. Именно родственник лидера меджлиса должен был впоследствии подтвердить, что Рифат всеми силами пытался не выпустить шефа из резиденции.

– Только надо что-нибудь подстелить, – сказал Умбаров, окинув взглядом багажник «Пассата».

Водитель тут же метнулся в угол огромного гаража и принес более-менее чистый ватник. Умбаров подождал, пока его постелили, и забрался внутрь.

– Ну как? – с деланной заботой склонился Рифат.

– Терпимо, – отозвался из багажника Умбаров. – Все. Иди предупреди охрану. И не дергайся! Ничего со мной не случится… Откроешь багажник, когда приедем на место! Ясно?

– Ясно! – кивнул Рифат, направившись к воротам гаража.

Водитель хотел было захлопнуть крышку, но тут Умбаров сказал:

– Подожди, дай мне на всякий случай фонарь…

Джанкоев хотел было задержаться в гараже, но Умбаров прикрикнул на него из багажника:

– Чего встал? Времени и так мало!

Тут уж Рифату ничего не оставалось, как выскользнуть из гаража в приоткрытые ворота. Направившись к дежурившему бойцу отряда самообороны, Рифат быстро его проинструктировал.

Когда тот кивнул, Джанкоев вернулся в гараж. Водитель главы меджлиса негромко сказал, проходя мимо Рифата:

– Все в порядке!

Черный «Мерседес» Умбарова стоял во дворе. Его правое переднее крыло было усеяно мелкими царапинами. Боковое стекло пассажирской дверцы покрылось сеточкой трещин. Но это были все повреждения, которые лимузин получил при направленном взрыве.

Быстро сев за руль, водитель Умбарова завел мотор «Мерседеса». Проинструктированный Рифатом боец тут же распахнул ворота. «Мерседес», словно пришпоренный конь, рванулся с места и вынырнул на улицу.

Боец отряда самообороны прикрыл ворота, но запирать их не стал. Рифат распахнул двери гаража. Усевшись за руль, он покосился в зеркало на багажник и едва заметно улыбнулся. Забравшийся в «Пассат» Умбаров даже не предполагал, что сам сунул голову в петлю…

Выждав ровно две минуты, Рифат прямо из гаража стартовал к воротам. Боец поспешно открыл их. «Пассат» выехал на улицу пригородного поселка, но повернул не налево, как «Мерседес», а направо. Таким образом Умбаров рассчитывал сбить с толку возможных убийц, если они следили за его резиденцией…

Придумано все в общем-то было довольно толково. Только вот убийцы даже не собирались преследовать пустой «Мерседес» председателя меджлиса. Они спокойно ожидали спрятавшегося в багажнике Умбарова в условленном месте. В том самом, где лидер крымских татар собирался пересесть в другую машину.

124

В условленном месте Логинов пересел в зеленую машину сотрудника резидентуры. Десять минут спустя он уже находился в консульстве, в комнате спецсвязи.

– Да! – отозвался в трубке Ватлин.

– Здравия желаю, товарищ генерал!

– Ты откуда звонишь? – насторожился Ватлин.

– Из консульства.

– А-а… Ясно. Ну и как обстановка?

– Сложная, товарищ генерал. Но я только что встречался с Умбаровым.

– И что?

– Договорились о взаимодействии.

– Конкретно?

– Конкретно он позвонил нашему фигуранту Рифату Джанкоеву и сообщил, что сегодня кровь из носу должен тайно выехать из резиденции на важную встречу.

– Так…

– Само собой, что чеченцы-наемники такой шанс не упустят. Вот тут-то мы их и обезвредим.

– Мы – это кто?

– Мы – это я с сотрудниками контрразведки ЧФ.

– Это исключено! Подключать к этому наших военных нельзя ни в коем случае!

– Тогда я и один управлюсь. Только в этом случае придется прихватить с собой трофейный «Вал» с оптикой.

125

«Пассат» быстро миновал несколько усадеб и свернул на объездную дорогу. Здесь Рифат вытащил телефон и перезвонил Арсану:

– Я еду. Порядок. Будем минут через пять.

– Понял.

– А у вас что?

– Пока ничего. Ждем…

Рифат отключился. Настроение у него было приподнятым. Уж в этот-то раз ничто не могло помешать им довести дело до конца. Умбаров был обречен. Оставалось только обставить его гибель так, чтобы никто не усомнился в героизме Рифата. Но это было делом техники.

«Пассат» миновал дачный поселок и наконец выбрался на шоссе. Впрочем, уже через пару километров он свернул. Здесь, в укромном месте, Умбаров собирался пересесть в какую-то машину. Но тут уже сидели в засаде Арсан с Вахой…

Рифат сбросил скорость. Он боялся пропустить ориентир, но Умбаров выбрал его очень удачно. Установленный на пригорке геодезический знак, открывшийся за изгибом грунтовой дороги, не заметить было невозможно. Пару минут спустя «Пассат» уже притормозил на обочине.

Пригорок с геодезическим знаком располагался на опушке леса. Было ветрено, но весна уже пришла в Крым. В лесу вовсю щебетали птицы, в изумрудной траве копошились проснувшиеся после долгой зимней спячки насекомые. А вот людей видно не было.

Рифат выбрался из машины и оглянулся по сторонам. Некоторое время он колебался, потом отошел на несколько метров от «Пассата» и позвонил.

– Да! – ответил Арсан.

– Я на месте!

– Вижу!

– Что делаем?

– Ждем машину, которая должна за ним приехать. Мы с Вахой сейчас подберемся поближе и, как она подъедет, положим всех. Тогда к тебе точно никто не придерется.

– Так, а Умбарова выпускать?

– Не стоит. Пусть пока лежит в багажнике. Тогда все будет выглядеть естественнее…

126

– Ага… – одними губами проговорил Логинов. – Вижу…

В засаде у геодезического знака Виктор провел уже почти полтора часа. Конечно, для профессионального снайпера это сущий пустяк. Тем и по несколько суток приходится лежать без движения. Причем в любую погоду.

Правда, Логинов профессиональным снайпером не был, но в засадах тоже провел не одну сотню часов. Это и позволило ему обвести вокруг пальца чеченцев. А те были опытными воинами.

К геодезическому знаку боевики приблизились так, что Виктор обнаружил их только в двадцати метрах от себя. Окрестности чеченцы обследовали тщательно, но Логинов понимал, что на открытое место они не сунутся. Поэтому и оборудовал себе «лежку» на самом виду, непосредственно под геодезическим знаком.

Около часа он вел наблюдение. Боевики в «зеленке» передвигаться умели. Кусты не шевелили и на сухие ветки не наступали. Поэтому даже установить их количество Виктору удалось не без труда.

Непосредственно у знака расположились двое. Однако нельзя было исключать, что их издали прикрывает еще кто-то. Именно поэтому Виктор и не форсировал события.

Наконец слева над кустами показались облачка пыли. Пару минут спустя к знаку подкатил черный «Пассат». Рифат Джанкоев выбрался из него, потом отошел в сторону и позвонил.

Именно после этого короткого разговора все и началось. Затаившиеся боевики покинули укрытия и приблизились к «Пассату». На этот раз они особо не прятались. Кроме того, занятые ими позиции красноречиво свидетельствовали о том, что снайпера у них нет…

Теперь можно было и действовать. Логинов понимал, что в одиночку взять в плен всех троих – двух чеченцев и Рифата – нереально. Поэтому первым делом он определился с тем, кого «исполнять». Выбор пал на Ваху.

Осторожно размяв руку, Логинов тщательно прицелился и утопил спусковую скобу. «Пфу-ук!» – дернулся «Вал». Ваха ткнулся простреленной головой в землю. А Логинов уже направил автомат на второго боевика. Его он узнал сразу. Это был именно тот чеченец, с которым Логинов столкнулся на крыше девятиэтажки.

Враг был матерый. Поэтому-то Виктор и решил брать живым именно его. Только вот уверенности в том, что это получится, не было. Поймав в оптику правое плечо чеченца, Виктор очень медленно выбрал слабину.

«Вал» дернулся. Пуля ударила Арсана в плечо. Тот выпустил из рук автомат и перевернулся на спину. Рефлексы у него были отработанными. В другой ситуации Виктор уже не успел бы сделать второго выстрела. Но слишком выгодной у него была позиция. Поэтому он чуть приподнялся и прострелил боевику и второе плечо.

– А-а!.. – взвыл тот раненым зверем, но не столько от боли, сколько от отчаяния, и закатался в траве.

Стоявший у «Пассата» Рифат вздрогнул и быстро оглянулся. Логинов в этот миг вскочил. Куски дерна взметнулись в стороны, ветки опали.

– Стоять!!! Не двигаться!

Рифат вздрогнул второй раз и замер. А Логинов уже прыгнул с пригорка и в несколько прыжков оказался у Арсана. Тот действительно был настоящим головорезом. Даже корчась на земле от нестерпимой боли, он попытался встретить Логинова коварным ударом ногой. Однако Виктор к подобному был готов.

Уклонившись, он нанес Арсану жестокий удар подъемом в район коленного сгиба. Чеченец взвыл, Логинов бросился на него и ударил по голове прикладом. Арсан затих.

Рифат же за время короткой схватки пришел в себя. И бросился к машине. Логинов вскинул «Вал», выстрелил под ноги Джанкоеву и крикнул:

– Стоять!!!

Фонтанчики земли, выросшие перед ним из дороги, отрезвили Рифата. Он резко остановился. И даже без дополнительной команды поднял руки. Несколько секунд спустя Логинов подлетел к нему и подтолкнул к машине:

– Руки на крышу! Живо!

127

Рифат Джанкоев положил руки на крышу «Пассата» и раздвинул ноги. Логинов его быстро, но тщательно обыскал. Только после этого опустил «Вал» и оглянулся по сторонам. В окрестностях геодезического знака все было вроде спокойно, однако оставаться тут, испытывая судьбу, конечно, не стоило.

– Открыл багажник! – приказал Логинов, отступив в сторону.

Рифат Джанкоев обогнул заднее крыло «Пассата» и дрожащей рукой нажал замок багажника. Крышка мягко открылась, и в тот же миг с губ Рифата невольно слетело удивленное восклицание. Багажник был пуст…

– Закрыл рот, взял ватник и в темпе за мной! – не стал вступать в объяснения Логинов.

Арсан был еще без сознания. Виктор быстро связал его, потом боевика уложили на ватник и в темпе погрузили в багажник. Ту же процедуру проделали и с телом убитого Вахи. Спрятав оружие под заднее сиденье, Логинов наспех отряхнулся и уселся в переднее пассажирское кресло «Пассата».

– Заводи! Поехали! – велел он Рифату. – Только не вздумай строить героя! Со мной эти фокусы не пройдут!

«Пассат» направился к севастопольской трассе. Привлечь к операции офицеров контрразведки ЧФ Логинову не разрешили, но без помощи флота обойтись было невозможно. В нескольких километрах от выезда из Симферополя «Пассат» поджидал тентованный «КамАЗ».

Согласно документам он перевозил из аэропорта на базу ЧФ военный груз. Как только «Пассат» подъехал, из кабины «КамАЗа» выпрыгнул моложавый офицер в синей морской куртке и пилотке. Подойдя к машине, козырнул:

– Кап-два Тюленев! Замначальника отдела военной контрразведки ЧФ!

– Подполковник Логинов! – кивнул Виктор, быстро оглядываясь. – Как тут обстановка?

– Дозорные выставлены…

– Ну тогда в темпе грузимся!

По команде Тюленева тент «КамАЗа» отлетел в сторону. На землю посыпались морские пехотинцы. В течение двух минут они загрузили в кузов оружие, боевиков и напуганного Рифата.

– А с машиной что? – спросил Тюленев.

– Придется сжечь, – пожал плечами Виктор.

Пока он возился с баком, Тюленев коротко свистнул. К «КамАЗу» бегом вернулись дозорные морские пехотинцы. Логинов, уже сунувший в бак «Пассата» тряпку, оглянулся:

– Готовы?

– Да! – отозвался с подножки кабины Тюленев.

Виктор щелкнул зажигалкой и бросился к «КамАЗу». Едва он запрыгнул в кузов, флотский грузовик рванул с места. Примерно через минуту опущенный тент колыхнулся от взрыва. Логинов вздохнул и расслабленно оперся о борт…

128

Комната для допросов отдела контрразведки Черноморского флота окон не имела. Верхний свет был потушен. На тяжелой флотской табуретке, именовавшейся баночкой, в свете яркой лампы потел Рифат Джанкоев. Его волосы слиплись, пот струился по лицу, но смахнуть его он не мог, поскольку был пристегнут к баночке наручниками.

– Значит, организовать убийство Умбарова и тем самым спровоцировать дестабилизацию обстановки в Крыму тебе приказал некто Глеб?

– Да, – закивал головой Джанкоев. – И привлечь для этого чеченцев приказал тоже он. И деньги мне передал…

От былой самуверенности Рифата не осталось и следа. Всего несколько часов назад он собирался стать лидером крымско-татарского народа и возглавить восстание в Крыму. Сейчас же Рифат выглядел жалким ничтожеством и валил все на загадочного Глеба.

Впрочем, куривший в темноте Логинов был не склонен недооценивать Рифата. Бенито Муссолини в день фашистского переворота в Италии трусливо забился под кровать, когда в его дом ворвалась толпа. Муссолини был уверен, что это полиция приехала его арестовывать. Однако это оказались его сторонники, спешившие поздравить будущего диктатора с победой…

Так что жалкий вид Джанкоева ничего не значил. Не вмешайся в события в Крыму ФСБ, и некоторое время спустя это ничтожество вполне могло бы стать полноправным хозяином Крыма и залить полуостров кровью. Как некогда подобное ничтожество стало хозяином другого полуострова – Апеннинского.

– Хорошо, – сказал Логинов. – Жить хочешь?

– Да!.. – даже подпрыгнул на баночке Рифат.

– Тогда тебе придется нам помочь…

– Я готов!

Логинов невольно улыбнулся. Интересная все-таки штука история. Окажись в середине прошлого века итальянская полиция хоть чуточку порасторопнее, и не очень удачливый журналист Муссолини наверняка точно с такой же готовностью сдавал бы соратников и валил бы все на своих спонсоров – итальянских капиталистов…

– Тогда поможешь нам аккуратно выдернуть из Балаклавы двоих оставшихся чеченцев. Ясно?

– Да.

– Только имей в виду: если они уйдут, мы будем считать, что ты их предупредил условной фразой. Что с тобой тогда будет, догадываешься?

– Убьете?.. – опустил голову Рифат.

– Зачем марать о тебя руки? Мы просто отдадим тебя твоим землякам. И пусть они разбираются с тобой по вашим законам.

– Тогда лучше убейте… – сглотнул слюну Рифат.

– Да мы вообще не по этим делам! – раздраженно проговорил Виктор. – Так что давай эту тему закроем. Сейчас придет переводчик. И ты позвонишь своему человеку в Балаклаве. А потом переговоришь с чеченцами.

129

Глеб с Андреем Яновским ужинали в одном из самых дорогих казино Севастополя. Кухня здесь была отменной, как и обслуживание. Но ни изысканные блюда, ни уютная атмосфера заведения сегодня не доставляли Глебу ни малейшего удовольствия.

Отложив вилку, Глеб в очередной раз с надеждой посмотрел на экран установленного в отдельном кабинете телевизора. Однако программа местного канала шла своим чередом. Никакого выпуска экстренных новостей не было.

Яновский, в отличие от шефа, аппетита не потерял, но в знак солидарности тоже отложил вилку. Посмотрев на часы, он спросил:

– Хотите позвонить?

Глеб задумался, тщательно вытирая пальцы салфеткой. День выдался томительным и нервным. Этот местный дурацкий канал они смотрели с одиннадцати часов утра – всё ожидали сообщения об убийстве Умбарова на митинге. Сообщение в эфире так и не прошло. Зато пару часов спустя придурковатая дикторша взахлеб сообщила, что «Мерседес» Умбарова взорван на окраине Симферополя…

Глеб даже позволил себе откупорить бутылку шампанского, чтобы отметить удачу. Под вечер, когда обстановка должна была более-менее четко обозначиться, он собирался нагрянуть на «Вулкан» к Коростеньскому, чтобы обсудить дальнейшие шаги. А заодно получить причитающийся им с Андреем кейс с деньгами.

Только вот некоторое время спустя та же самая дикторша сообщила, что информация насчет Умбарова была ошибочной. Машину на окраине Симферополя действительно взорвали и вдобавок расстреляли, но находился в ней вовсе не Умбаров, а некий винный магнат…

Глеб едва сдержался, чтобы не запустить в телевизор шампанским. Непьющий Яновский уселся за руль «Лексуса» и отправился на разведку в Симферополь. На джипе езды туда было минут сорок от силы, но вернулся Яновский только часа через три.

– Что-то у них не срослось, – сообщил он. – Умбаров жив-здоров, даже в больницу не обращался. А винного магната действительно исполнили качественно – эксперты еле-еле наскребли золы для генного анализа. Судя по почерку, это именно абреки…

– Ты уверен? Может, местные разборки?

– Да нет, Михайлович, – покачал головой Андрей, – я же там специально проехал… Фугас на обочине, полдороги разворотило, место для закладки выбрано с умом. Крымским такое в голову не придет. Я уверен, этого местного винного царька исполнили абреки. По ошибке…

– Что значит по ошибке? Они что, на номера не смотрели?! – раздраженно вскрикнул Глеб.

Яновский пожал плечами:

– Может, и смотрели. Только у них там на Кавказе с образованием не очень. Помните анекдот: «Гиви, скоко будет трижды три? – Гдэ-то так – сэм-восэм… – Молодэц! Садись, „пять“…

– Блядские абреки!.. – не сдержался Глеб, который к ненормативной лексике прибегал крайне редко. – И что теперь?.. Этот Умбаров ведь не дурак! По-любому теперь какое-то время отсиживаться будет в берлоге!

– Не отсидится, – покачал головой Яновский. – Они его все равно достанут…

– Уверен?

– Сто процентов. Насчет грамоты у абреков, конечно, не очень, но как диверы они свое дело знают. Президента Чечни Кадырова как ни охраняли, они его все равно достали. Ну а с Умбаровым намного проще. Рифат каждый его шаг контролирует. Так что исполнят они его. Причем, думаю, сегодня же…

Подобная уверенность Яновского заметно успокоила Глеба. В таких делах Андрей разбирался намного лучше своего шефа. Поэтому-то Глеб, считай, целый день и не отходил от телевизора. Однако дело близилось уже к полуночи, а информация о ликвидации Умбарова все не проходила…

Это не нравилось уже и Яновскому. Поэтому-то он и спросил о звонке. Однако Глеб был чрезвычайно осторожен. Работа приучила его к тому, что любой звонок можно отследить.

– Почту сперва посмотрим, – наконец отложил салфетку Глеб.

Рифат никаких телефонных номеров Глеба, естественно, не имел. Однако на самый крайний случай татарину дали адрес электронного ящика. С него-то и решил начать Глеб…

130

– Готов? – спросил Виктор.

– Да, – кивнул Рифат.

В руке он держал свой мобильный телефон. Перед звонком с него сняли наручники, дали попить и позволили привести себя в порядок. Так что теперь Рифат Джанкоев выглядел вполне сносно. Только уж по€том от него сильно разило…

– Звони! – приказал Виктор.

Штатный переводчик отдела контрразведки придвинулся к татарину поближе, чтобы не пропустить ни единой фразы. Рифат ткнул кнопку вызова. Когда его человек ответил, он поздоровался по-татарски.

Логинов смысла разговора не улавливал, поэтому смотрел на лицо переводчика. Слушал тот напряженно, но признаков озабоченности не выказывал. Наконец трубку взял один из оставшихся на свободе чеченцев.

– Это я! – перешел на русский Рифат.

– Что с Арсаном? – с тревогой спросил собеседник. – Почему его телефон не отвечает?

– С Арсаном все в порядке, – поспешил успокоить чеченца Рифат. – Просто они с Вахой немного засветились, и мне пришлось временно спрятать их в горах. А там сети нет…

– Он нам что-то передал? – уже спокойнее спросил чеченец.

– Да. Я поэтому и звоню. Арсан решил, что и вам лучше на день-два перебраться в горы. Из-за этого морского пехотинца… Так что собирайтесь, я подъеду где-то через час.

– Оружие брать?

– Да. Арсан сказал, что так будет лучше.

– А это не опасно?

– Нет. Машина будет надежной. Милиция такие не останавливает вообще.

– Я понял.

– Тогда ждите звонка…

Отключив телефон, Рифат вздохнул и провел рукой по лбу.

– По-моему, порядок, – наконец посмотрел на Логинова переводчик. – Никаких условных фраз я не заметил.

– Молодец, – кивнул Виктор, протягивая руку за телефоном. – Если так же отработаешь в Балаклаве, придется твоим землякам судить тебя заочно.

131

Позвонив официанту, Глеб с Яновским расплатились и вышли на улицу. «Лексус» прошуршал шинами по парковке казино и вынырнул за ворота. Несколько раз повернув, он остановился у ночного магазина.

Впрочем, покупать никто ничего не собирался. Нырнув в темный двор, Яновский через пару минут выбрался на параллельную улицу к большому супермаркету электроники.

Сам супермаркет, естественно, был уже закрыт, но на втором этаже здания располагался компьютерный клуб. Он работал до часу ночи, на крыльце толпились подростки с сигаретами. Яновский миновал их и поднялся по лестнице наверх.

Секьюрити проверил его металлодетектором. В огромном зале располагалось около ста пятидесяти компьютеров, народа, правда, было немного поменьше, но все равно достаточно, чтобы затеряться в толпе. Яновский заплатил деньги, получил чек и прошел между рядами. Присел он в самой середине зала.

Сперва Андрей ввел данные с чека, потом незаметно оглянулся по сторонам. Никого из обслуги поблизости не оказалось, а посетителям клуба до других посетителей дела не было. Яновский вошел в Интернет и набрал нехитрый пароль. В ящике действительно оказалось сообщение. Было оно кратким: «У меня проблема с исполнителями нужна срочная помощь».

Яновский быстро стер текст. Лицо его не выражало никаких эмоций. Перезагрузив компьютер, он спокойно покинул зал. По дороге Яновский разорвал чек и разбросал клочки в темном дворе. Сделал он это чисто автоматически. Но такова уж натура бывших сотрудников ГУРа – следов не оставлять.

132

«КамАЗ» ухнул тормозами и остановился на одной из кривых улочек татарской слободки Балаклавы. К счастью, уличного освещения здесь не было вообще. Логинов выбрался из кабины первым, за ним на землю спрыгнул Рифат Джанкоев.

– Давай! – одними губами произнес Виктор.

Рифат приложил к уху мобильный телефон и что-то коротко сказал по-татарски. Сквозь лай собак послышались приближающиеся к калитке шаги. Скрипнул запор. На улицу выглянул хозяин усадьбы. Рифат с ним поздоровался.

Несколько секунд спустя балаклавский татарин отступил в сторону. На улицу вынырнул нагруженный поклажей боевик. Прятавшегося за кабиной Виктора он не заметил.

– Давайте быстро в кузов! – кивнул Рифат.

Боевик двинулся вдоль борта «КамАЗа». За ним на улице показался второй чеченец. Темной тенью он проследовал за своим сообщником. Логинов с «Валом» наготове подался к крылу «КамАЗа». Ведь, в случае чего, боевики должны были отступать к калитке…

Однако прятавшиеся в кузове морпехи сработали на отлично. Из «КамАЗа» не донеслось ни единого подозрительного звука. Рифат поспешно попрощался со своим человеком и направился к кабине.

Логинов подождал пока он залезет в нее и метнулся назад. Тент был аккуратно закрыт, никаких вещей на земле не валялось. Логинов негромко спросил:

– Порядок?

– Флотский! – отозвался из кузова кап-два Тюленев.

Виктор поспешно вернулся к кабине. Десять минут спустя «КаМАз» уже приблизился к севастопольской дороге. Здесь грузовик ненадолго остановился. Рифата отправили в кузов, Тюленев пересел в кабину на случай, если придется объясняться с украинскими гаишниками.

До базы ЧФ добрались без проблем. Зная, что генерал Ватлин сидит на Лубянке как на иголках, Логинов тут же позвонил ему по спецсвязи.

– Порядок, товарищ генерал! Все боевики с амуницией у нас!

– Как все прошло?

– Без накладок! Даже хозяин конспиративной усадьбы ничего не заметил!

– Слава богу! Тогда прими, так сказать, устную благодарность от имени командования, Витя!

– Служу России, товарищ генерал! Что, готовить этих чеченских красавцев к отправке в Москву?

– Готовить… – сказал Ватлин. – Но это уже не твоя забота. Приказ руководства – передать бандитов контрразведке ЧФ. А они уже разберутся, как их лучше транспортировать – прямо самолетом в Москву или морем через Новороссийск… Ну а тебе поставлена другая задача.

– Какая?

– Устроить ловушку для этого самого Глеба. Чеченцы и Рифат ведь только исполнители его планов. Сам понимаешь, новых найти не проблема… Поэтому, пока этот загадочный Глеб не обезврежен, провокации в Крыму не прекратятся.

133

– Ну что? – спросил Глеб, едва Яновский нырнул за руль «Лексуса».

– «У меня проблема с исполнителями. Нужна срочная помощь», – процитировал Андрей и запустил двигатель.

– Это все?

– Да…

Джип задним ходом вырулил на проезжую часть. Несколько секунд спустя он уже ехал по улице. Даже если бы спецслужбы контролировали Интернет и прибыли в компьютерный клуб через пять минут, у них не было ни единого шанса вычислить того, кто только что прочитал послание Рифата Джанкоева.

– Телефоны где? – спросил после паузы Глеб.

– В бардачке, – кивнул Андрей. – Будем звонить?

– А что делать? – поморщился Глеб.

Впрочем, Яновского это интересовало из чисто практических соображений. Любой звонок, конечно, можно отследить. Но только есть способы, как даже в этом случае обезопасить себя.

Яновский тут же направил «Лексус» к центру. Здесь, несмотря на позднее время, движение было оживленным. Поэтому, даже если бы кто-то запеленговал телефон, толку от этого немного. Поди определи, из какой машины ведется разговор.

Пока Яновский маневрировал, Глеб готовил телефон к работе. Ничего особенного в нем не было. Обычная дешевая модель. Глеб просто вставил в гнездо новую сим-карту и активировал ее. А потом набрал номер Рифата.

134

Мобильный Рифата вдруг разразился громкой трелью и, вибрируя, пополз к краю стола. Рифат поймал его дрожащей рукой и показал дисплей Логинову:

– Неизвестный номер! «Киевстаровский»!

– Подожди, не отвечай!.. – быстро проговорил тот. Схватив трубку стационарного телефона, он набрал короткий внутренний флотский номер. – Алло! Это отдел контрразведки!

– Все в порядке! – ответил оператор радиоэлектронной разведки Черноморского флота. – Мы засекли звонок…

– Сколько вам нужно времени?..

– Даже не знаю. В сети оператора слишком большая плотность…

– Хорошо, работайте! – быстро проговорил Виктор и кивнул Рифату: – Давай!

– Алло!.. – наконец ответил тот.

– Я получил твое сообщение… – сказал Глеб. – Так что случилось?

– У меня возникли проблемы с исполнителями!..

– Это я понял! – нетерпеливо перебил татарина Глеб. – Какого рода проблемы?

– Они два раза не смогли выполнить работу! Из-за этого на встрече мы поспорили…

– И что?..

– Я едва унес ноги! А машина моя сгорела! Возле севастопольской трассы…

– И где ты сейчас? – после короткой паузы спросил Глеб.

– В Севастополе, в надежном месте…

– Хорошо. Жди, – сказал Глеб и тут же отключился.

– Я тянул как мог! – развел руками Рифат.

– Молодец, – кивнул Виктор и снова позвонил в отдел радиоэлектронной разведки. – Ну что с нашим объектом?

– Уже отключился, – сообщил оператор, – но в принципе мы его почти нащупали.

– И откуда он звонил?

– Из центра города. Причем в движении…

– Ясно, – сказал Логинов. – Тогда продолжайте работать.

– Да мы и не прекращали…

Опустив трубку, Логинов взял мобильный Рифата и включил на воспроизведение встроенный диктофон. Пару раз прослушав запись разговора Джанкоева с Глебом, он пошел звонить в Москву генералу Ватлину.

135

Закончив разговор с Рифатом, Глеб тут же отключил телефон.

– Ну что? – спросил Андрей Яновский.

– Блядские абреки! Блядские татары! – выдохнул Глеб. – Где у тебя сигареты?

– Вон! – кивнул на «торпеду» Андрей.

В таком состоянии он видел Глеба едва ли не впервые в жизни. Судя по этому, дела обстояли очень плохо. Однако Яновский как неплохой психолог не стал доставать Глеба расспросами, понимая, что тому нужно успокоиться.

Глеб сделал несколько жадных затяжек. Потом побарабанил пальцами по подлокотнику. И наконец сказал:

– Рифат попытался предъявить чеченцам претензии за плохую работу…

– И что?..

– И они обиделись. В результате Рифат еле ноги унес. Помнишь, в вечернем выпуске криминальных новостей показали сгоревшую в посадке неподалеку от Симферополя машину?

Поскольку Глеб с Андреем с особым интересом весь день смотрели выпуски местных криминальных новостей, этот материал они тоже не пропустили.

– Его, что ли? – догадался Яновский.

– Его!.. – раздраженно выдохнул Глеб. – Блядские чурки! Как с ними можно работать? Просчитываешь комбинацию до последней детали, до малейшего нюанса! А потом один черножопый смотрит как-то не так на другого, тому это не нравится, и из-за этого все идет коту под хвост!

– Менталитет… – пожал плечами Андрей. – Восток дело тонкое. И что будем делать теперь, Михалыч? Зачищать хвосты?

Яновского, в отличие от Глеба, вывести из себя было практически невозможно. Впрочем, это было и неудивительно. Психологическая устойчивость, пожалуй, самое главное качество для профессионального диверсанта. Приемам обороны и нападения, стрельбе и прочим вещам научить можно кого угодно. Только вот насколько весь этот профессиональный арсенал человек способен реализовать в критических ситуациях, зависит исключительно от его психики.

У Яновского с этим был полный порядок. К неудаче он отнесся философски и был готов хоть немедленно приступить к ликвидации, так сказать, конфликтующих сторон. Кого исполнять, для Яновского значения не имело – хоть татар, хоть чеченцев, хоть индусов. Просто профессия у него была такая…

Однако Глеб торопиться не любил. Решения он привык принимать только после тщательного взвешивания всех «за» и «против». Конечно, в данном случае надежды на удачное завершение операции практически не оставалось. Помирить Рифата с чеченцами после всего случившегося – это было не под силу даже Глебу…

Но финансировал акцию не Глеб, а Коростеньский. Так что, в любом случае, команда о зачистке «хвостов» должна была исходить именно от него. Хотя бы чисто номинально…

– Зачистить этих чурок мы всегда успеем. Никуда они не денутся, – уже почти спокойно сказал Глеб, тыкая сигаретой в пепельницу. После этого он вытащил спутниковый телефон и набрал номер Коростеньского. – Добрый вечер, это я…

– Да-да! – очень бодро, несмотря на поздний час, отозвался олигарх. – Какие новости?

– Неважные, – вздохнул Глеб. Он решил не тянуть кота за хвост, а сразу подготовить хозяина к худшему. Чтобы, пока они с Яновским прибудут на «Вулкан», Коростеньский немного успокился и смирился с неудачей. – К сожалению, обе попытки оказались неудачными…

– Как же так?.. – упавшим голосом спросил олигарх.

– Увы, так бывает. От случайностей никто не застрахован… Но это не все плохие новости. Наши друзья на почве этих неудач очень сильно рассорились. Я бы даже сказал – окончательно…

– Что значит рассорились?

– Детали я сообщу лично. Решать, конечно, тебе, но, боюсь, нам придется приостановить операцию. Для, так сказать, перегруппировки сил… Но это мы обсудим у тебя. Так что жди…

– Что он сказал? – спросил Яновский, когда Глеб закончил разговор.

– Ничего, – махнул головой Глеб. – Видно, слова закончились.

– У меня бы тоже закончились, – покачал головой Андрей. – Вбухать в операцию столько «гринов»… К причалу?

– К причалу, – кивнул Глеб, швырнув в окно мобильный телефон.

– А что теперь с нашим гонораром?.. – покосился на него Яновский.

– Попробуем выцарапать хоть половину…

136

Звонок Глеба поначалу огорошил Коростеньского. Он не мог поверить, что все опять сорвалось из-за какой-то нелепой случайности. Будь Коростеньский менее закаленным, он бы, вероятно, решил, что его преследует какой-то злой рок, и начал бы срочно искать подходящую белую колдунью, чтобы она сняла с него это проклятие…

Однако с закалкой у Коростеньского все было в порядке. На пути к своим миллиардам он прошел многое. И жадных чиновников, которым сколько ни давай, все мало, и шкафоподобных бандитов, размахивавших перед его носом нунчаками, и мало чем отличавшихся от этих бандитов сотрудников различных правоохранительных органов…

Но Коростеньский не сломался. Потому что твердо знал, рок – это выдумка слабых. И нужна эта выдумка исключительно для того, чтобы оправдывать собственные неудачи. Конечно, в жизни любого человека может быть черная полоса. Но в этом случае нужно не отступать и не метаться. И тогда рано или поздно ты добьешься своей цели.

Как-то раз Коростеньский продемонстрировал это одному своему знакомому на практике. Тот пытался убедить олигарха в том, что главное для достижения успеха – действовать в соответствии с гороскопами. И настоятельно рекомендовал ему своего личного астролога. На что Коростеньский от души рассмеялся и спросил:

– А этот твой звездочет может, например, гарантировать тебе выигрыш в рулетку по гороскопу?

– Нет… Но это же совсем другое. В рулетке у казино ведь на один шанс больше. Так что обыграть казино невозможно…

– Верно, – кивнул Коростеньский. – У казино тридцать семь шансов против тридцати шести моих. Только я все равно обыграю любое казино. В десяти случаях из десяти. И без твоих гороскопов.

– Это нереально, – покачал головой собеседник Коростеньского.

– Поехали, – пожал плечами олигарх.

Через полчаса они были в казино. У Коростеньского имелась клубная карта. Подозвав пит-босса, он провел карточкой по считывающему устройству терминала. На экране телевизора высветилась цифра с многими нулями.

– Держи, – протянул олигарх карточку пит– боссу. – Я просто не знаю, сколько мне понадобится чипов, так что рассчитаемся потом. О’кей?

Вообще-то это было против правил казино. Однако на то и пит-босс, чтобы позволять богатым клиентам то, что запрещено бедным. И пит– босс кивнул.

– Тогда давай дилера в VIP-зал!

Три минуты спустя игра началась. На зеленом сукне перед Коростеньским стояли акукратные стопки чипов. Каждый соответствовал ста гривнам. Олигарх потер руки и кивнул:

– Запускай!

Дилер крутанул колесо рулетки. Костяной шарик побежал по нему в обратном направлении. Коростеньский взял один чип и с улыбкой поставил его на «чет». Шарик начал приближаться к металлическим порожкам.

– Ставки сделаны! Ставок больше нет! – объявил немного удивленный дилер.

Шарик запрыгал и нырнул в ячейку номер «шесть». Олигарх с улыбкой посмотрел на своего знакомого:

– Я выиграл у казино сто гривен!

– Один раз… – пожал плечами тот.

– Запускай! – велел Коростеньский, небрежно смахнув выигранный чип с игрового поля, а первый оставив на прежнем месте.

Колесо вновь завертелось, шарик стремительно побежал по нему…

На этот раз выпал «нечет». Однако проигрыш Коростеньский воспринял с философским спокойствием. И на следующий раз он снова поставил на «чет», только уже два чипа. Вероятность выигрыша составляла чуть меньше половины. Но выпал снова «нечет». Олигарх с невозмутимым видом снова сделал ставку на «чет», только, естественно, уже в четыре чипа…

Судьба, казалось, отвернулась от него бесповоротно. «Нечет» выпал семь раз подряд. Потом шарик прыгнул в «зеро»… И снова угодил в «нечет».

К этому времени Коростеньский проигрывал казино уже пятьсот одиннадцать чипов, что составляло чуть меньше десяти тысяч долларов. Отыграть такую сумму казалось задачей нереальной. И так бы оно и было, если бы олигарх начал рвать на себе волосы или метаться, меняя тактику. Однако Коростеньский, несмотря ни на что, придерживался своей системы.

И в десятый раз он поставил на «чет» удвоенную против предыдущей ставку. Костяной шарик запрыгал по порожкам и прыгнул в ячейку. Четную. Судьба отступила. Вернее Коростеньский превозмог ее своим упорством…

– Я опять выиграл у казино сто гривен, – с улыбкой повернулся он к своему знакомому. – Будем продолжать?

– Не стоит, – с уважением посмотрел тот на олигарха.

Он все понял. Если уж Коростеньский выиграл в случае, когда «чет» не выпадал девять раз подряд, то проиграть сегодня он не мог в принципе. Ведь размер ставок на VIP-рулетке был не ограничен, а на карточном счету у олигарха денег вполне достаточно…

– Ну и что?.. – с улыбкой спросил Коростеньский, когда они расположились ужинать в VIP-зале. – Составишь мне рекомендацию к своему астрологу?

– Таким, как ты, астрологи на хрен не нужны!

– Ну а сам еще пойдешь к нему?

– А что делать? Мы люди слабые… Да и нет у меня карты на пятьдесят тысяч долларов, чтобы гарантированно выиграть у казино сто гривен. Так что придется…

137

– Это Логинов, товарищ генерал!

– Да, слушаю, Витя!

– Наживка сработала, – доложил Виктор.

– Глеб вышел на связь?

– Да, телефонная игра началась.

– Рифат отработал нормально?

– Да, на уровне.

– Звонок флотские спецы отследили?

– Отследили, товарищ генерал. Только Глеб этот осторожен. Звонил он в движении из центра города. Телефон сразу отключил, теперь наверняка от него избавится. Так что, боюсь, заманить его в ловушку так просто не удастся…

– Никто и не говорил, что это будет просто. Но сделать это нужно во что бы то ни стало. Ясно?

– Так точно, товарищ генерал. Только, чувствую, для этого мне придется прожить с Рифатом в отделе контрразведки не один месяц…

– А что делать, Витя? Во время войны СМЕРШ по три года вел с немцами радиоигры. Ну а насчет жилья не волнуйся. Если дело затянется, командование выделит вам подходящие апартаменты…

– Я понял, товарищ генерал.

– Руководство на тебя очень надеется, Витя. Сам понимаешь, вопрос тут стратегический…

– Да я все понимаю, – сказал Виктор. – Но Глеб не из тех, кого можно так просто обвести вокруг пальца. Тут нужна тщательно спланированная оперативная комбинация. Заставить его ошибиться можно, только вынудив действовать в состоянии цейтнота…

– Значит, разрабатывай комбинацию. Все возможности ЧФ в твоем распоряжении, исключая, конечно, прямое применение силы… Будет план, сразу докладывай. Обсудим и согласуем с руководством. Когда ждать?

– Думаю, завтра.

– Ну тогда удачи!

– Спасибо, товарищ генерал…

Положив трубку, Логинов потянулся и вернулся в кабинет, где Рифат Джанкоев находился под присмотром кап-два Тюленева.

– Ну что Москва сказала?

– Москва сказала спать, – посмотрел на часы Виктор. – Так что укладываемся кто где может. Утро вечера мудренее.

138

Звонок Глеба, конечно, стал для Коростеньского ударом. Но от него олигарх довольно быстро оправился. Ведь Коростенский твердо усвоил – для того, чтобы чего-то добиться, нужно иметь достаточный запас терпения. И денег. И то и другое у Коростеньского было.

Хлебнув для разрядки немного коньяку, Коростеньский открыл рундук и занялся своим любимым делом – разглядыванием бабочек. И довольно быстро алкоголь в совокупности с видом мохнатых красавиц подействовал. Теплая волна разлилась по телу Коростеньского. Неудача перестала казаться такой жестокой. Олигарх даже слегка улыбнулся при виде самого любимого экземпляра своей коллекции…

И в этот самый миг в коридоре послышались торопливые шаги. Коростеньский их узнал и удивленно посмотрел на часы. Его лицо исказила гримаса, с губ сорвалось:

– Убил бы эту скандинавку! Ни днем ни ночью покоя нет!

Доктор океанографии и океанологии Анна Бьорк Нильсен в последнее время действительно зачастила на палубу Коростеньского. Именно поэтому он и стал узнавать ее по шагам. У олигарха даже закралось сомнение – а не пытается ли эта помесь гипсовой статуи с викингом совратить его…

Коростеньский с сожалением отложил застекленный футляр и повернулся к двери. Он ожидал стука, но на этот раз научный руководитель экспедиции правилами этикета почему-то решила пренебречь. Дверь распахнулась, и госпожа Нильсен буквально ворвалась в каюту под удивленным взглядом Коростеньского.

– Эхолот сломался окончательно?.. – скривился олигарх, словно от зубной боли. – Или что?..

Тут Коростеньский наконец заметил, что Анна выглядит как-то не так, совсем по-другому… То есть она была одета все в те же свои дурацкие шорты и майку, и прическа в виде ржавой водоросли осталась без изменений, однако ощущение было такое, что в каюту Коростеньского вошел совсем другой человек.

Остановившись перед олигархом, Анна окинула его каким-то презрительным взглядом. Потом сказала:

– Подъем, Петр! Хватит таращиться на своих дурацких букашек!

От удивления Коростеньский едва не выронил бокал с коньяком. И дело тут было даже не в сказанном Анной, а в том, что она произнесла фразу на вполне сносном русском языке. Даже чересчур сносном для скандинавки, которая и английский-то жутко коверкала…

Коростеньский от удивления оторопел. В делах он, конечно, был жестким и даже жестоким. Однако в личном общении олигарх был предельно вежлив – даже с самыми мелкими служащими. И, естественно, к подобному не привык.

– Что вы себе позволяете, Анна? – наконец удивленно спросил Коростеньский.

При этом он внимательно смотрел на скандинавку.

– Я сказала, подъем! – повторила та и тут же ухватила олигарха за плечо.

Тут у Коростеньского наконец мелькнула догадка. Он сообразил, что все эти неудачи с эхолотами и прочим оборудованием привели к тому, что у доктора океанологии и океанографии Анны Бьорк Нильсен помутился рассудок.

Врачом Коростеньский не был, однако он понял, что скандинавку надо чем-нибудь отвлечь, а потом незаметно вызвать подмогу. Поспешно поставив бокал, олигарх попытался мягко отстранить руку женщины.

– Анна, посмотри лучше, какой восхитительный экземпляр мне привезли из Вест-Индии… – потянулся к футляру со своей любимой бабочкой Коростеньский.

Однако рассудок скандинавки помутился окончательно. Вместо того, чтобы отвлечься на бабочек, она ухватила Коростеньского крепче и изо всех сил рванула из кресла:

– Ты что, не понял? Встал и пошел за мной!

Тут Коростеньский испугался по-настоящему. Видимо, на почве умственного сдвига у Анны высвободились сдерживаемые до этого сексуальные инстинкты. Иначе зачем она хотела затащить его в свою каюту?..

Коростеньский был, конечно, человек закаленный, но это уже слишком. Он лучше бы занялся любовью с черноморской камбалой, чем с Анной Бйорк Нильсен.

Будучи в быту человеком скромным, Коростеньский ротой охраны себя никогда не окружал, даже на берегу. Ну а в море это вообще было бы смешно. Но одного телохранителя олигарх на «Вулкан» с собой прихватил. Работы на судне у него, правда, не было вообще, но жил он на одной палубе с Коростеньским, только по другому борту.

Чтобы привлечь его внимание, олигарху ничего не оставалось, как вступить в схватку с Анной. Как только скандинавка рывком приподняла его из кресла, Коростеньский ухватил ее за руку и начал выворачивать предплечье с криком:

– Сергей! Сюда!

Прием оказался для скандинавки неожиданным, так что Коростеньскому в первый момент даже удалось завести предплечье доктора океанологии и океанографии за спину. Однако сориентировалась Анна на удивление быстро и, резко развернувшись, ударила Коростеньского локтем второй руки по голове.

Удар оказался очень болезненным. Олигарх тотчас выпустил руку Анны и рухнул в кресло с воплем:

– Сергей! На помощь!

Одновременно Коростеньский попытался лягнуть Анну ногой в живот. Той это не понравилось, и она поставила в скоротечной схватке эффектную точку – схватила со стола футляр с огромной бабочкой и изо всех сил ударила олигарха по голове.

Пластмасса треснула, на контуженного Коростеньского посыпались осколки стекла. Отпавшее крыло тропической красавицы вертолетиком спланировало на палубу…

– Сергей!.. – простонал Коростеньский, обхватив голову руками.

– Да твой секьюрити давно связан! – раздраженно проговорила Анна. – Так что закрыл рот, поднялся и быстро в коридор! И не зли меня больше…

139

«Голиаф» сбросил скорость и медленно приблизился к «Вулкану». Матрос-индиец принял концы, потом спустил трап. Глеб поднялся на борт первым. Яновский последовал за ним.

«Вулкан» спал. Все тот же матрос повел прибывших к трапу. Ничего не предвещало опасности, но Яновский настороженно оглядывался по сторонам. Он что-то чувствовал…

Матрос свернул в коридор, дошел до двери каюты олигарха и негромко постучался. Изнутри донесся голос Коростеньского:

– Войдите!

Матрос открыл дверь и отступил в сторону. Глеб вошел первым, за ним через коммингс переступил Яновский. Коростеньский сидел в кресле. Не поднимаясь, он сказал:

– Заходите…

Особого энтузиазма в его голосе, правда, не чувствовалось. Вид хозяин каюты имел неважный, еще и на голове его виднелась какая-то странная шишка. Однако Яновский смотрел не на Коростеньского, а на дверь второй комнаты. Едва переступив порог каюты, он почувствовал, что там кто-то есть…

140

Оказалось, что в коридоре у каюты Коростеньского Анну страховал старший помощник «Вулкана» – поляк. Вдвоем со скандинавкой они привели олигарха на шлюпочную палубу, где жила Анна.

Каюта у нее была не такой роскошной, как у Коростеньского, но тоже состояла из двух комнат. Олигарха усадили в кресло. К этому времени он окончательно убедился, что с головой у Анны все в порядке. Мало того, старший помощник «Вулкана» явно находился у нее в подчинении…

Коростеньский понял, что стал жертвой международной преступной группировки. Чтобы выиграть время и собраться с мыслями, он спросил:

– Это киднепинг или хайджекинг?

Первый термин означал похищение с целью получения выкупа людей, второй – захват гражданских судов, правда, воздушных. Коростеньский просто не знал, как на международном преступном жаргоне называется захват «Вулкана»…

– Ни то ни другое, – сказала Анна, присаживаясь напротив олигарха. – Мы такими вещами не занимаемся… – Прикурив сигарету, скандинавка выпустила дым в сторону и сказала: – Для начала имеет смысл представиться. Специальный агент ЦРУ Нильсен. Агент ЦРУ Марковский. – Кончик сигареты описал дугу и указал на старшего помощника «Вулкана».

Коростеньский невольно закашлялся. Подобного поворота олигарх не ожидал. Гангстеры – ерунда, с ними всегда можно договориться. Пираты – хуже, но тоже еще куда ни шло… Но вот агенты ЦРУ на «Вулкане» – такое Коростеньскому не могло присниться в самом кошмарном сне.

Кое-как уняв кашель, он изобразил на лице довольно жалкую улыбку:

– Очень приятно. Но чем, так сказать, обязан?..

– Только не надо этих дешевых гримас, Петр! – раздраженно одернула олигарха Анна. – Во-первых, на это нет времени, а во-вторых, ты хоть и болван, но не до такой же степени!

– Извиняюсь, но я ничего не понимаю… – нахмурился Коростеньский.

– Ты все прекрасно понимаешь, – сказала Анна. – И нам о твоих делах тоже все прекрасно известно. В поле зрения ЦРУ ты попал еще во время предыдущих президентских выборов, когда попытался добиться избрания Габарчука. С тех пор мы тебя и разрабатывали…

– Ясно, – хриплым голосом произнес Коростеньский. – И что вы от меня хотите? Чтобы я подписал договор о сотрудничестве и стал вашим агентом?

– Какой договор, Петр? Ты и так от нас никуда не денешься. Практически все твои тайные счета в Европе и Латинской Америке за эти годы выявлены. Блокировать их можно за несколько часов…

– На каком основании?

– Основания всегда найдутся, – махнула сигаретой Анна. – Однако тебе не стоит беспокоиться. Сделаешь то, что тебе скажут, и все будет в порядке…

– Хорошо. И о чем идет речь?

– О твоей операции по дестабилизации обстановки в Крыму.

– Да?.. – осторожно спросил Коростеньский. – Я что-то такой операции не припоминаю…

– И название «Битва за Крым» тебе тоже ни о чем не говорит? – с издевкой посмотрела на олигарха Анна. – Прекрати, Петр! В последнее время все твои разговоры, в том числе по спутниковому телефону, прослушивались… Так что, несмотря на все ваши меры предосторожности, мы имеем о твоем плане весьма подробную информацию… И мы очень заинтересованы в реализации той его части, которая касается дискредитации и блокирования Черноморского флота России.

– План, к сожалению, провалился…

– Я слышала твой разговор с Глебом, – кивнула Анна. – Этого бы не случилось, если бы мы с самого начала взяли ваши действия под свой контроль, как я предлагала. К сожалению, руководство ЦРУ до поры предпочло не вмешиваться… Но, как говорится, лучше позже, чем никогда!

– В каком смысле?

– В прямом! Ваш план, я это признаю, весьма удачен. Поэтому отказываться от него было бы непростительной ошибкой. Так что мы общими усилиями доведем его до конца – в части, касающейся Черноморского флота!

– Но это, боюсь, уже невозможно. Мы лишились исполнителей… – развел руками Коростеньский.

– Да?.. – хмыкнула Анна, потянувшись к столу. Взяв тонкую папку, она открыла ее и сказала: – Я тут на днях улучила момент, чтобы сфотографировать медальоном твоих гостей. И их уже успели идентифицировать в Лэнгли. Вот этот, – Анна показала Коростеньскому цветное фото Андрея Яновского, – проходит по картотеке ЦРУ как один из самых квалифицированных диверсантов бывшего Советского Союза. Во всяком случае, есть веские основания полагать, что он, несмотря на молодость, был причастен к череде странных самоубийств высших партийных деятелей Компартии в девяносто первом году… Имея такого исполнителя, было весьма глупо привлекать к делу этих бородатых горцев.

– План разрабатывал Глеб, – развел руками Коростеньский.

– Да-да, – кивнула Анна. – Этот Глеб тоже весьма квалифицированный специалист, но несколько в другой области. По данным ЦРУ, он участвовал еще в подготовке сандинистского переворота в Никарагуа и организации революционных бригад в соседних странах… Правда, в данном случае он ошибся. Но мы эту ошибку теперь поправим общими усилиями. Верно, Петр?..

141

Чутье не подвело Яновского. Секунду спустя на пороге второй комнаты каюты Коростеньского показалась рослая скандинавка. Глеб при виде ее смущенно крякнул. Однако Яновский ситуацию прочитал намного лучше своего шефа. И тут же подался к двери…

– Не стоит, господин Яновский! – быстро сказала Анна. – Там мои люди…

Глеб удивленно замер. Яновский же сориентировался мгновенно. Быстро протянув руку, он закрыл дверь на запор, потом бросил взгляд на иллюминатор и скользнул к Анне с грацией тигра…

– Не делайте глупостей!.. – предостерегающе вскрикнула Анна, но Яновский уже метнулся к двери второй комнаты.

Однако Андрей явно недооценил скандинавку. Та резко отступила назад, одновременно высунув в проем руку. Навстречу Яновскому вдруг вылетели маленькие стрелы на проводах. Увернуться он не успел.

Электрошокер издал характерный звук, Яновский грохнулся на палубу. Глеб невольно сглотнул слюну и подался к иллюминатору. Анна досадливо поморщилась:

– Хоть ты не делай глупостей! Нам нужно просто договориться о сотрудничестве!

142

Очнулся Яновский довольно быстро. За время отключки ему связали руки за спиной и кое-как впихнули в кресло. Народа в каюте стало больше.

За спиной Андрея с пистолетом-пулеметом «ругер» с глушителем стоял какой-то научный сотрудник экспедиции. Это следовало из эмблемы на его рубашке. У двери каюты на стуле сидел старший помощник «Вулкана», тоже с «ругером» и тоже с глушителем. Оружие сказало Яновскому о многом. В свободной продаже «ругеров» не бывает.

Удивленно вскинув бровь, Андрей негромко спросил у Глеба:

– Американцы?..

– Наконец-то! – явно обрадовалась Анна.

– Американцы, – кивнул Глеб. – ЦРУ. И эта у них главная…

Тут Яновский почти с ненавистью посмотрел на Анну. Она сидела на диване. Электрошокер со стреляющими электродами был снова приведен в боевую готовность…

Яновский вздохнул. Первый раз в жизни его так жестоко обманули. И кто?.. Баба с веслом… Точнее с электрошокером…

– Замечательно, что ты, так сказать, наконец-то вернулся к нам, Андрей! – отреагировала издевкой на взгляд Яновского скандинавка. – Я, как ты верно догадался, специальный агент ЦРУ. Со специальными полномочиями…

– А не пошла бы ты, сучка, со своими полномочиями в задницу!.. – криво усмехнулся Яновский.

Коростеньский нервно заерзал в кресле. Глеб неодобрительно покосился на Андрея, но промолчал. Стоявший позади Яновского тип в рубашке научного сотрудника поднял «ругер» и вопросительно посмотрел на Анну – мол, стукнуть наглеца по голове или по почкам?..

– Все в порядке! – отрицательно покачала головой Анна и посмотрела на Яновского с явным уважением. – Браво, браво! Теперь я окончательно убедилась, что вы тот самый человек, который нам нужен…

Во взгляде скандинавки читалось нечто большее, чем простой интерес агента к исполнителю. Анна явно заинтересовалась Яновским и как мужчиной. Однако тот только презрительно хмыкнул и спросил вполголоса у Глеба:

– Что эта сучка несет?..

– Они все знали с самого начала, – вздохнул Глеб. – А теперь решили взять операцию под свой контроль…

– Это действительно так, Андрей, – кивнула Анна. – С этого момента вы все работаете на ЦРУ. И именно тебе придется сделать то, что так бездарно завалили чеченцы…

– Ага, разогнался, – криво ухмыльнулся Андрей. – Сейчас, только шнурки наглажу…

– Что, прости, нагладишь?.. – не поняла Анна.

– Я говорю, что работать на вас я не буду.

– У тебя нет другого выхода, Андрей. Мы знаем о тебе достаточно, чтобы остаток жизни ты провел в украинской тюрьме. Уверена, что ты этого не захочешь сам. Верно?..

Яновский метнул на Анну затравленный взгляд, но на этот раз промолчал.

– Вот и отлично, – кивнула та. – Будем считать, что точки над «i» расставлены. В случае удачного завершения операции вы все трое получите иммунитет от уголовного преследования в США. Это официальное заявление, сделанное в присутствии двух агентов ЦРУ, – подчеркнула Анна. – Ну а поскольку с формальностями покончено, то не будем терять время. Вы, Андрей, отправитесь на берег и наконец ликвидируете Умбарова. И уже завтра мы распространим доказательства причастности к этому российского Черноморского флота… Вопросы?

– Закурить можно?.. – хмуро спросил Андрей.

– Да, конечно. Развяжи его…

143

Логинов, казалось, только уснул, как на столе вдруг забился и запиликал мобильный Рифата Джанкоева. Логинов поспешно вскочил с дивана и включил лампу.

– Брать? – спросил Рифат.

– Подожди! – Логинов сам схватил телефон и посмотрел на дисплей. Нахмурившись, он поспешно перезвонил в отдел радиоэлектронной разведки ЧФ: – Вы звонок засекли?!

– Да! Это спутниковый! Можете говорить…

– Диктофон включи! – Виктор протянул мобильный Рифату.

Пару секунд спустя Джанкоев уже ответил:

– Алло!

Логинов дождался конца разговора и тут же перезвонил в отдел радиоэлектронной разведки:

– Ну что?

– На этот раз повезло! – сообщил оператор. – Звонок был из точки в Черном море. Причем очень далеко от берега. Координаты диктовать?

– Да!..

Поспешно записав на листе цифры, Виктор быстро сказал:

– Продолжайте работать!

Он нажал на рычаг и тут же перезвонил по другому номеру.

– Адъютант командующего ЧФ, слушаю… – отозвался в трубке сонный голос.

– Это полковник Логинов! Мне командующего!

– Но он только лег, товарищ полковник. Может…

– Я сказал: мне командующего! Срочно! – почти рявкнул Виктор.

– Понял! Сейчас! – наконец проснулся адъютант.

144

– Ну что же, – посмотрела на часы Анна, – поскольку все детали оговорены, можно звонить вашему агенту.

Глеб вытащил из кармана спутниковый телефон и набрал номер Рифата Джанкоева. Несмотря на позднее время, тот ответил довольно быстро.

– Алло!

– Это я! – сказал Глеб.

– Да-да, я слушаю!

– У тебя все в порядке?

– Да… Если это можно так назвать.

– Ты еще в Севастополе?

– Да. В Симферополе мне пока лучше не показываться…

– Ничего страшного, – успокоил Рифата Глеб. – Мы этот вопрос решим. Сегодня же.

– Как?

– Об этом переговоришь с моим человеком. Он перезвонит тебе часа через два. Встретитесь, и все порешаете. Понял?

– Да, но…

– Да все будет в порядке! Просто сделаешь, как он скажет. И уже завтра все наладится. Понял?

– Понял…

– Ну тогда жди звонка.

– Хорошо!

Глеб отключил телефон и вопросительно посмотрел на Анну. Та кивнула:

– Отличная работа, Глеб! Теперь дело за Андреем. Но я уверена, он справится! Ты готов, Андрэ?

Яновский как помрачнел после угрозы пожизненного заключения в украинской тюрьме, так и оставался хмурым все это время. Говорить он почти не говорил, только после перекура усиленно жевал жевательную резинку.

Посмотрев на Анну с презрительной улыбкой, он вдруг выплюнул жвачку на пол и выдохнул:

– Да! Теперь готов! Хрен у меня нет выхода, сучка!!!

В следующий миг Андрей надавил себе пальцем на зубы сбоку и с силой сжал челюсти.

– Яд! – успела крикнуть Анна, но ее агент опоздал.

Тело Яновского забилось в судорогах и начало съезжать на пол.

– Быстрее! – крикнула Анна, бросаясь к креслу, однако Глеб покачал головой:

– Бесполезно, у него в зубе был цианистый калий… Чертов идиот!

Наклонившись, Глеб закрыл лицо руками. Анна повернула голову Яновского, но та безвольно откинулась. Скандинавка зло посмотрела на Глеба:

– Почему ты не предупредил об ампуле?!

– Я что, думал, что он такой идиот?..

– Не спускайте с них глаз! – приказала Анна, повернувшись к двери. – Я доложу обо всем в Лэнгли!

145

– Это Логинов, товарищ генерал!

– Да!

– Мы только что засекли Глеба! Он позвонил по спутниковому! Находится в море, далеко за границей территориальных вод!

– Так… Это удача! Флотских на ноги поднял?

– Да. Только что переговорил с командующим. Он лично прибудет в штаб.

– Молодец! Обо всех изменениях обстановки докладывай немедленно! А я сейчас подключу космическую разведку!

– Понял!

146

Старпом «Вулкана» поспешно отодвинул стул и открыл дверь каюты Коростеньского. Анна вышла. Старпом запер дверь, но садиться не стал. Нервно прохаживаясь туда-сюда, он на несколько секунд повернулся к креслу спиной.

В тот же миг из груди напуганного Коростеньского вырвался невольный вскрик. «Мертвый» Андрей Яновский вдруг черной молнией метнулся к стоявшему у кресла агенту в рубашке с эмблемой экспедиции. Столь удачно подыгравший ему Глеб тоже не остался в стороне и неожиданно прыгнул сзади на старпома.

Схватка была скоротечной. Казалось, Яновский просто слегка коснулся пальцами противника, но тот сразу обмяк. Его «ругер» мгновенно оказался у Яновского.

Глеб подобной прытью похвастаться не мог, он просто на секунду блокировал старпома захватом сзади. Однако и этого Яновскому вполне хватило. Резко развернувшись, он в один прыжок приблизился к старпому и ткнул пистолет ему в бок.

– Пш-пш-ш!.. – раздалось в каюте, и старпом тут же начал падать на палубу.

Яновский бесшумно приблизился к двери каюты и на несколько секунд замер, прислушиваясь. Наконец повернулся и негромко сказал Глебу:

– Кажется, в коридоре никого!

Глеб тяжело дышал, на его лбу выступила испарина, как будто схватка в каюте продолжалась не доли секунды, а несколько минут. Участие в активных действиях явно не было его сильной стороной, однако соображал Глеб на удивление быстро. Повернувшись к Коростеньскому, он спросил:

– Сколько людей ЦРУ на судне?

– Й-й-я н-не знаю, – с трудом проговорил олигарх. – С Анной б-были только эти двое…

– Что скажешь? – спросил Глеб у Яновского.

– Все равно зачистить придется всех…

Глеб думал не больше секунды, потом молча кивнул. Яновский кивнул Коростеньскому:

– Идем, покажешь дорогу!

– Чт-то в-вы задумали? – испуганно спросил олигарх.

– Загадочная катастрофа в Черном море, – пожал плечами Андрей. – Исследовательское судно исчезло при невыясненных обстоятельствах. Поиски результатов не дали… Сколько человек на судне?

– С-сорок шесть, – едва выдавил из себя Коростеньский.

Он стал серым от ужаса, но до этого никому не было дела. Яновский быстро открыл дверь и высунулся в коридор. Подавшись назад, он кивнул олигарху:

– Давай в темпе! Покажешь сперва, где радиорубка!

147

Недавно назначенный командующий Черноморским флотом жил неподалеку. Пока Логинов в сопровождении кап-два Тюленева дошел до здания штаба ЧФ от отдела контрразведки, адмирал успел приехать туда.

Оперативный зал штаба был огромным. Одну из его стен занимал большой экран. Сейчас на него была спроецирована подробнейшая карта Черного моря.

– Здравия желаю! – поздоровался Логинов с адмиралом.

– Здравия желаю, – кивнул тот и по очереди пожал руки Виктору и Тюленеву. – Интересующее вас судно отмечено на карте красной точкой… Где данные разведки?..

– Вот! – шагнул к адмиралу один из офицеров штаба.

Командующий ЧФ открыл папку.

– Так… Ага, вот… Дизельное судно «Вулкан», порт приписки Фамагуста. В акватории появилось полторы недели назад. Занимается исследованиями в рамках ооновской программы. Принадлежит фонду «Голубая планета»… Это все.

– Ясно, – посмотрел на экран Виктор. – А может быть, что там поблизости еще какое-нибудь судно, о котором вы не знаете?

– Судно – нет, разве что катера или лодки, – покачал головой адмирал. – Но координаты совпадают с точностью до секунд. Так что тот, кто вас интересует, наверняка находится на «Вулкане». Вернее, находился в момент звонка…

– Понятно, – нахмурился Виктор. – А когда вы сможете получить точную информацию о нахождении всех плавсредств в этом районе?..

– Как только наш корвет приблизится к «Вулкану» на дистанцию действия своей РЛС. Он обозначен зеленой точкой, – кивнул на карту адмирал.

– И через сколько это произойдет?

– Минут через тридцать-сорок.

– А если подключить авиацию?

– Разведывательная авиация ЧФ базируется на Кавказском побережье. Так что быстрее все равно не получится. Да и смысла нет. На близких расстояниях РЛС корвета способна обнаружить даже надувной спасательный плот. Авиация таких объектов не «видит»…

– Ясно. Откуда тут можно позвонить в Москву?..

148

Поголовное истребление членов экипажа «Вулкана» заняло чуть больше десяти минут. Прикончив в кубрике на нижней палубе последних спящих матросов, Яновский спросил:

– Это все?..

– Все… – хрипло выдохнул Коростеньский, и тут его вырвало.

Яновский отвернулся и без каких-либо эмоций произнес:

– Только давай в темпе, времени и так нет…

Через минуту Коростеньскому полегчало. Они поднялись по трапу и вынырнули из надстройки на палубу. Яновский задрал голову и коротко свистнул. Торчавший на мостике Глеб высунулся.

– Порядок! Сорок пять «двухсотых»! – доложил Андрей.

– А еще один где?.. – уточнил педантичный Глеб.

– Еще один вот, – кивнул на Коростеньского Андрей.

– А-а, ну да… Тогда я спускаюсь.

Через пару минут все трое вернулись в каюту олигарха. Глеб посмотрел на часы.

– В темпе собирайся!

Коростеньский кивнул и скрылся во второй комнате. Глеб тенью скользнул к двери и заглянул в щель. Повернувшись, он жестом показал Глебу, что олигарх вскрывает сейф.

Глеб кивнул, Яновский присел на подлокотник кресла и принялся нетерпеливо похлопывать теплым «ругером» по ладони. Наконец Коростеньский вышел. На себя он успел надеть жилет со множеством карманов, в руке держал пухлый саквояж.

– Ничего не забыл? – спросил Яновский, пружинисто поднявшись.

– Ах да, бабочки!.. – развернулся к рундуку олигарх.

Однако Андрей преградил ему путь пистолетом, одновременно потянувшись к саквояжу.

– Давай! А то еще потеряешь…

Тон Яновского не понравился Коростеньскому. Разжав потную руку, он посмотрел на Глеба и сипло спросил:

– Мы куда, в Севастополь?..

– Мы – да, – кивнул тот. – А у тебя другой маршрут…

– К-какой м-маршрут?..

– Еще один исследователь океанских глубин ушел от нас, – проговорил Андрей, заглядывая в саквояж. – Он не был столь известен, как Жак-Ив Кусто, но тоже немало сделал для человечества…

– Что он говорит?! – вскрикнул Коростеньский. – Глеб!..

– Ты слишком известен, чтобы можно было оставить тебя в живых…

– А деньги! У меня на заграничных счетах миллиарды! Я поделюсь!

– Как раз к твоим счетам нам и не стоит соваться, – сказал Андрей, бросив саквояж Глебу.

– Сволочи!!! – заорал Коростеньский, вскидывая сжатые кулаки.

Яновский с непроницаемым лицом поднял «ругер» и короткой очередью в упор убил олигарха. Глеб с набитым деньгами саквояжем в этот момент уже шел к двери.

В коридоре он спросил:

– Сколько нужно времени, чтобы подготовить судно к взрыву?

– Зачем его взрывать? Достаточно поджечь машинное отделение, взорвется оно само…

149

– Разрешите обратиться к полковнику, товарищ адмирал?

– Да…

– Вас вызывает Москва!

Несколько секунд спустя Логинов уже присел у пульта спецсвязи.

– Логинов, слушаю!

– Это я, Витя, – отозвался генерал Ватлин. – Ну как там у вас обстановка?

– Корвет уже захватил «Вулкан» своей РЛС. Других плавсредств в районе пока не обнаружено…

– Космическая разведка докладывает то же, – сказал Ватлин. – Черт!.. Если этот Глеб останется на судне, мы ничего не сможем предпринять. Я проверил – теплоход «Вулкан» действительно работает в рамках программы ООН. И фонд «Голубая планета» достаточно авторитетная международная организация. Основал ее в прошлом году некто Коростеньский…

– Кто?!. – невольно вскрикнул Логинов, так что на него даже оглянулись несколько офицеров штаба ЧФ.

– Коростеньский. А что?.. Ты его знаешь?

– Заочно! Товарищ генерал! Организатором всей этой провокации является именно Коростеньский!

– Ты уверен?

– Теперь абсолютно! Мне в Киеве очертили круг лиц, которые к этому могли быть причастны!

– Так, ясно… – задумчиво проговорил Ватлин. – И что нам это дает?..

– Пока ничего…

– Вот именно. Доказательств-то у нас никаких… И брать на абордаж этот «Вулкан» нам никто не позволит…

– На это-то и рассчитывал Коростеньский, когда организовывал свой фонд, – вздохнул Виктор.

– В любом случае, корвет пусть маневрирует в районе и продолжает контролировать обстановку. А там видно будет. Ясно?

– Так точно, товарищ генерал!

150

«Голиаф» отвалил от борта «Вулкана» и, развернувшись по дуге, направился в сторону берега. Глеб оглянулся на судно.

– Ты уверен, что оно затонет?

– Не позже, чем через полчаса.

– А через сколько примерно его могут найти и установить причину катастрофы?

– Найти – где-то через неделю-две. И то, если привлекут военных. А установить причину – навряд ли… Глубины тут за триста метров, а водолазы и на ста еле-еле работают.

– Ясно. Значит, времени на пластические операции у нас будет достаточно…

– И на операции, и на все остальное, – кивнул Яновский. – Я завтра же лечу в Грецию. Гражданство там можно купить недорого… А ты где осядешь, Михалыч?

– Пока пересижу по запасным документам где-нибудь под Киевом. С деньгами и на Украине неплохо. А там видно будет…

На катере воцарилось молчание. Говорить больше было не о чем. Яновский закурил. Поток воздуха из-за козырька сносил сигаретный дым в ночную мглу, растворяя его без остатка. Точно так же несколько часов спустя должны были бесследно раствориться на берегу и Яновский с Глебом…

151

– Товарищ командующий, срочное сообщение командира корвета!

Командующий ЧФ взял трубку. Выслушав доклад, он сказал:

– Понял! Сбросьте ход и держитесь вне зоны действия его РЛС!

– Что-то новое? – спросил Логинов.

– Да, полковник! Только что от «Вулкана» отделилась новая цель. Оператор РЛС корвета классифицирует ее как малотоннажную быстроходную… В общем, это скорее всего катер. Курс он держит к берегу.

– Ясно! – быстро сказал Логинов. – Я докладываю в Москву!

Связавшись с Ватлиным, он сообщил новость.

– Сколько ему хода до берега? – спросил генерал.

– Чуть больше часа… Так что будем делать?..

– Пока что не выпускать катер из вида.

– А потом?

– А потом незаметно встретишь его пассажиров на берегу и будешь следить!.. Нет у меня таких полномочий, Логинов, чтобы захватывать суда в нейтральных водах!

– Это не судно, а катер.

– Да какая разница?.. Все! Конец связи!

152

Яновский в очередной раз мазнул взглядом по приборной доске и вдруг напрягся. Глеб это мгновенно уловил.

– В чем дело?

– Какое-то судно, – ткнул пальцем в край радарного экрана Андрей.

– Может, какой-то олигарх вроде Коростеньского решил прогуляться по ночному бризу?

– Может, – кивнул Яновский, однако курс слегка изменил.

Минуту он молчал, потом вдруг наклонился к радару и произнес:

– Черт!..

– Что?..

– Они тоже изменили курс! Ты спутниковый телефон сбросил, Михалыч?..

– И мобильный тоже…

– Ну тогда держись!

Яновский резко повернул штурвал, так что Глеб едва не выпал из кресла. В следующий момент Андрей до упора передвинул вперед рычаг топливной рейки, и «Голиаф» понесся над морем на предельной скорости.

– До российских территориальных вод примерно сто пятьдесят километров! – объяснил свой маневр Андрей. – Если это и по нашу душу, все равно оторвемся. А там утопим катер и на плоту высадимся на Тамани…

153

– Вас снова Москва, товарищ полковник!

Логинов прошел к пульту спецсвязи. Настроение у него было ни к черту. Катер приближался к территориальным водам Украины. Корвет, маневрируя, издали следил за ним. Командующий ЧФ уже вызвал машину, чтобы ехать досыпать, поскольку слежка на берегу в боевые задачи флота не входила…

– Слушаю, товарищ генерал…

– У вас сигналы SOS приняли?

– Простите, не понял? Какие SOS?

– Так! Трубку не клади, быстро проверь, не принимает ли корвет сигналы бедствия с «Вулкана»!

Чтобы уточнить это, Логинову понадобилось не больше минуты.

– Никак нет, товарищ генерал! – доложил он. – А что случилось?

– Согласно данным со спутника, «Вулкан» горит!

– Что он делает?..

– На судне сильнейший пожар! Так! Пригласи, пожалуйста, командующего!

– Сейчас… Товарищ адмирал! Вас!

– Да! – взял трубку командующий ЧФ.

– Это генерал Ватлин!

– Да, я понял!

– Через несколько минут вы получите официальную команду из главного штаба ВМФ, поэтому, пожалуйста, не теряйте времени!

– В каком смысле?

– «Вулкан» объят сильнейшим пожаром. Сигналов бедствия не подает. Так что в рамках защиты свободы мореплавания вам необходимо организовать перехват и задержание отошедшего от «Вулкана» катера!

– Понял! Сейчас же дам команду корвету!

154

Отрыв почти удался. Неизвестное судно то исчезало с экрана радара «Голиафа», то снова появлялось. Между тем впереди уже показались огоньки. Слева – крымского берега, справа – таманского.

До цели оставалось совсем немного, когда на экране радара по ходу «Голиафа» вдруг появилось сразу несколько точек. Яновский сначала не поверил своим глазам, однако точки двигались очень скоординированно. И Яновский все понял.

– Обложили, суки! – выдохнул он. – Это уже россияне!

– И что теперь?.. – хрипло спросил Глеб.

Яновский несколько секунд молчал, прикусив губу и вглядываясь в зеленоватый экран. Потом вздохнул:

– «Голиаф» не вынесет двоих…

– Что?..

– Извини, Михалыч, но тебе придется застрелиться, – решительно проговорил Яновский.

Глеб отшатнулся от него, но Яновский действовал стремительно. Неожиданно отпустив штурвал, он одной рукой ухватил Глеба за шиворот и наклонил, а второй приставил к его голове пистолет.

Выстрел утонул в гуле двигателя. Тело Глеба обмякло. Яновский поспешно перетащил его в штурманское кресло и вложил в руку наспех протертый пистолет.

После этого Андрей надел спасательный жилет. Пачки долларов из кейса он упаковал в несколько пакетов, сунул их в прорезиненный мешок и привязал к жилету. Покончив с этим, Яновский в последний раз осмотрелся.

Российские пограничники не должны были найти на катере ничего, что могло бы натолкнуть их на мысль еще об одном пассажире «Голиафа». Яновский ничего такого не увидел. Теперь оставалась самая малость – прыгнуть на ходу с катера и до утра добраться до берега.

Для диверсанта класса Яновского – задача вполне выполнимая. И Яновский шагнул к борту «Голиафа»…

155

Операция по задержанию катера затянулась. Тот вовремя отвернул от корвета и уже больше часа уходил от погони в направлении норд– норд-вест.

Все его передвижения отражались на карте оперативного зала штаба ЧФ. Логинов здорово волновался, но в работу морских офицеров не вмешивался. Как говорится, каждый гинеколог должен заниматься своим органом.

А командующий ЧФ тем временем методично обставлял красную точку катера зелеными точками своих кораблей. Казалось, деваться ему уже некуда. Однако для подстраховки адмирал связался еще и с пограничниками.

Наконец оперативный дежурный доложил:

– Цель пересекла границу территориальных вод Российской Федерации!

– Связь! – приказал адмирал.

– Есть, связь!

– Внимание! Говорит командующий ЧФ! Приказываю командирам всех кораблей приступить к операции! Связь с пограничниками поддерживать непрерывно!

Отдав приказ, адмирал повернулся к Логинову:

– Все в порядке, полковник! Теперь этот катер никуда не денется…

156

Яновский осторожно поставил ногу на борт «Голиафа». Ошибиться с прыжком было нельзя. Если бы он поскользнулся и попал в кильватерную струю, ему бы буквально перемололо кости…

Убедившись, что подошва не скользит, Яновский приготовился к прыжку. Но в этот самый миг слева послышался грохот и к «Голиафу» вдруг пристроился вертолет. Его прожектор пронзил темноту и безжалостно высветил фигуру Андрея на борту катера.

– Суки!.. – хрипло выдохнул тот.

Появление вертолета стало для него полной неожиданностью. Локатор «Голиафа» был морским, так что засечь воздушную цель он не мог в принципе. Ну а шум винтов вертолета до последнего момента надежно скрывал гул движков катера…

Яновский понял, что это конец. Спасение было близко, но ему не хватило нескольких секунд. Совсем чуть-чуть.

– Внимание, на катере! – отозвался громкоговоритель вертолета. – Вы незаконно вторглись в территориальные воды Российской Федерации. Немедленно застопорите ход и приготовьтесь к приему досмотровой группы! Повторяю…

– Пошел ты!

Метнувшись к мертвому Глебу, Андрей вырвал из его руки пистолет. Вскинув его обеими руками, он начал стрелять по вертолету. Однако пилот тут же вильнул в сторону. Да и пистолетные пули пограничному геликоптеру были что укусы комара.

Грохнул последний выстрел, затвор с сухим щелчком замер в крайнем заднем положении, а вертолет так и продолжал лететь за «Голиафом», словно привязанный. Яновский швырнул пистолет на палубу и повернул голову.

– Извини, Михалыч… На этот раз мы проиграли вчистую. Но хрен они от меня что узнают!

С опущенными плечами Яновский двинулся к корме. Но силы, чтобы уйти красиво, у диверсанта нашлись. Став на самый край кормы, Яновский с кривой ухмылкой поднял голову и показал пограничникам сразу два «фака». И с той же ухмылкой секунду спустя он шагнул в бешено бурлящую кильватерную струю…

ЭПИЛОГ

Логинов осторожно открыл дверь и переступил порог. Однако Клер его все равно услышала. Выскочив в прихожую, она повисла у Виктора на шее:

– Боже, наконец-то! А я так волновалась! Ты что, не мог позвонить?..

– Да как-то не до звонков было, – устало вздохнул Виктор. – Отпусти, а то я сейчас упаду прямо в прихожей…

– С тобой все в порядке?.. Ты не ранен? – испуганно отстранилась Клер.

– Нет, все нормально. Устал только…

Пройдя в комнату, Виктор рухнул в кресло. Клер смотрела на него, стоя возле косяка, и шмыгала носом. Немного передохнув, Виктор улыбнулся:

– Прекрати… Все в порядке! И задание свое мы выполнили!

– Да?.. – неожиданно нахмурилась Клер. – И что теперь?..

– А что теперь? – сказал Виктор. – Теперь будем жить. Иди ко мне, малышка. Я по тебе что-то соскучился…

Content

Максим ШАХОВ
БИТВА ЗА КРЫМ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ЭПИЛОГ