Владимир Александрович Дворцов

Вызов принят

Боевые хоккейные годы

Февраль 1979-го – сентябрь 1982 года… Для ведущих советских хоккеистов это был период, особенно насыщенный ледовыми баталиями на высшем уровне. Вспомните, что произошло за эти три с половиной года. Впечатляющая победа сборной СССР в Нью-Йорке в «Кубке вызова» и выигрыш в Москве, Стокгольме и Гётеборге, Тампере и Хельсинки чемпионатов мира и Европы, успехи ЦСКА на катках Австрии, Италии и ФРГ в розыгрыше Кубка европейских чемпионов, выигрыш сборной СССР «Кубка Швеции», турниров «Известий» и «Руде право», три победы и два поражения хоккеистов ЦСКА в США и Канаде в ходе «Суперсерии-80» в матчах с ведущими клубами НХЛ, потеря в Лейк-Плэсиде ставшего привычным за последние полтора десятка лет первого места на олимпийском турнире и блистательная победа сборной СССР в розыгрыше «Кубка Канады» в сентябре 1981 года.

Густо! Не правда ли?

В качестве специального корреспондента ТАСС автору довелось освещать большинство матчей сборной СССР и ЦСКА тех бурных хоккейных лет, приходилось многократно пересекать Атлантический океан, сопровождая наших ледовых бойцов на состязания в США и Канаду.

Есть не только о чем вспомнить и рассказать, но и над чем поразмыслить.

Парад хоккея

Начнем в хронологическом порядке – с «Кубка вызова».

Лучшие хоккеисты мира долгое время были разобщены, не встречались на ледовых полях, а соревнование их носило заочный характер. И вот в начале февраля 1979 года в нью-йоркском «Мэдисон сквер-гардене» наконец померились силами многократные чемпионы мира – хоккеисты сборной СССР и команда, составленная из лучших профессиональных игроков Северной Америки и Европы. Уверен, не погрешу против истины, если назову серию из трех матчей в борьбе за «Кубок вызова» парадом мирового хоккея!

«Кубок вызова» (по-английски «Челлендж кап») – первое международное соревнование, ради которого чемпионат Национальной хоккейной лиги (НХЛ), самой могущественной в профессиональном хоккее, был приостановлен в разгар сезона на неделю, – появился на свет далеко не сразу. Соперники шли к этому состязанию много лет.

Советские хоккеисты с 1954 года провели сотни матчей дома, за океаном и в других странах Европы с лучшими канадскими любительскими командами, в большинстве случаев при этом выходя победителями. А начиная с сентября 1972 года до февраля 1979 года наши сборные и клубные команды 31 раз встречались с сильнейшими профессионалами Северной Америки, победили в 18 встречах, 10 проиграли и 3 завершили вничью. Разница шайб 140 – 101 в пользу чемпионов мира.

Столь неутешительно складывавшийся баланс, видимо, и навел хозяев НХЛ на мысль об организации «Кубка вызова» с мобилизацией в свою сборную всех «звезд» лиги. Уже осенью 1978 года президент НХЛ Д. Зиглер согласовал с руководителями советского хоккея все основные параграфы условий предстоящего состязания. Решено было, что в сборных будет по 25 игроков, а на матч можно будет выставлять по 20 из них, включая 2 вратарей. Если по окончании основного времени третьего поединка соперники наберут одинаковое количество очков, он будет продолжен до гола. Разницу или соотношение шайб для определения победителя в расчет принимать не станут.

К этому времени был изготовлен и кубок для команды победительницы. Отметим, что тогда же было оговорено организаторами, что трофей, кто бы его ни завоевал, поступит на хранение в музей хоккейной славы в Торонто. На кубке будут выгравированы имена победителей, а сами они получат специальные призы.

С первых же дней после объявления о предстоящих матчах «Кубка вызова» интерес к ним был огромен, а, что называется, масла в огонь подлило блестящее выступление команды «Крылья Советов», усиленной несколькими горьковчанами, в декабре 1978 года – январе 1979 года.

Москвичи не только победили «середняка» НХЛ – «Миннесоту», но сыграли вничью с «Филадельфией» и убедительно переиграли «Бостон». Правда, проиграли «Детройту».

Капитан «Филадельфии», а впоследствии и сборной «звезд» Бобби Кларк после состязания с «Крылышками» отметил, что, добившись огромного прогресса в хоккее, советские команды на этом не останавливаются и за те два года, что он против них не выступал, русские хоккеисты стали играть еще мощнее.

После окончания матча в Бостоне в раздевалку советской команды наведался видный американский сенатор Э. Кеннеди и выразил свое восхищение высоким классом и отменным стилем игры советских хоккеистов.

В декабре на традиционном турнире «Известий», куда Д. Зиглер прилетел, чтобы согласовать последние детали «Кубка вызова», он сказал автору этих строк:

– Я – американский бизнесмен, но стараюсь перенимать у вас все полезное в плановом ведении хозяйства. Сейчас в Москве мы, например, в принципе договорились с руководителями советского хоккея о пятилетней программе обмена командами, судьями и о других контактах между нашими организациями. О некоторых достижениях на этом пути можно сказать уже сейчас. Впервые нам удалось направить на турнир «Известий» сборную НХЛ. Она, правда, состоит всего лишь из лучших игроков «фармклубов», но, поверьте, забрать их и оттуда на неделю было совсем нелегко. Второй успех, о котором хотелось бы сказать, – это то, что нам удалось (также впервые в истории НХЛ) на неделю остановить розыгрыш первенства лиги для того, чтобы лучшие хоккеисты могли подготовиться и сыграть серию международных матчей с чемпионами мира.

Эти встречи вызывают огромный интерес в США и Канаде. Все 56 тысяч билетов – и рекордно дорогих билетов стоимостью до 25 долларов – были распроданы мгновенно. Надеюсь, это будет захватывающая серия. Кстати, впервые в ней встретятся лучшие советские хоккеисты и все сильнейшие игроки НХЛ. Среди них, видимо, будет и несколько шведов. А уж защитник из «Торонто мэйпл лифс» Берье Сальминг – определенно.

Первый и третий матчи в качестве главных судей проведут лучшие арбитры НХЛ, вторую игру, поручено судить Виктору Домбровскому. Мы постараемся быть гостеприимными хозяевами. Советской хоккейной команде, например, заказаны номера в одном из наиболее престижных отелей Нью-Йорка – «Уолдорф Астория».

– А какими, вы думаете, будут результаты февральских матчей? – поинтересовался я в заключение интервью.

– Этот вопрос мне уже не раз задавали и ваши коллеги в Америке. Мой ответ таков: не могу предсказать результаты, но точно знаю, что их не забуду никогда…

Между прочим, президент НХЛ совсем не случайно пытался как бы приподнять прибывшую на турнир «Известий» сборную, он понимал, что пока обмен командами между Старым и Новым Светом идет отнюдь не равноценный. Наша пресса справедливо критиковала руководство НХЛ за то, что они присылали слабые команды на декабрьский московский турнир. Некоторые спортивные обозреватели даже ставили вопрос о направлении на «Кубок вызова», скажем, молодежной сборной, что, конечно, снизило бы ранг состязаний.

Возвратившись в 1977 году на чемпионаты мира, канадцы, имея в составе многих «звезд» НХЛ, таких, как Фил Эспозито, Марсель Дионн, и других, тем не менее ни разу не смогли подняться даже на вторую ступень пьедестала почета. Так что «Кубок вызова» мог бы стать и своего рода генеральной репетицией перед посылкой сборной «всех звезд» на грядущие мировые первенства.

Успех в «Кубке вызова» как воздух был необходим НХЛ для поддержания высокого авторитета не только в мире, но и у себя дома – в Канаде и США. К февралю 1979 года лига «расплодилась» с долгое время составлявших ее шести клубов до семнадцати. Талантливых хоккеистов, «звезд», на столь большое число клубов явно не хватало. А тут еще ВХА «подставила ножку», переманив нескольких из них. Уровень игры многих клубов явно не отвечал высокому стандарту прошлых лет, и все больше непроданных билетов оставалось в кассах ледовых стадионов, что во времена «шестерки» случалось крайне редко.

Популярностью за океаном пользовался тогда такой анекдот. Мелкому воришке удалось убежать из канадской тюрьмы. Однако вскоре он возвратился назад, объяснив, что «на свободе было еще хуже, чем в тюрьме: жить негде, есть нечего, пошел на хоккей, а там такая убогая игра, что тошно смотреть, вот я и вернулся…»

Собрать команду для «Кубка вызова» не было головоломкой для В. Тихонова и его помощника В. Юрзинова. За основу была принята сборная, выигравшая весной 1978 года труднейший чемпионат мира и Европы в Праге. Поскольку Вячеслав Фетисов из-за болезни, а Владимир Лутченко и Александр Мальцев, не восстановившие после травм форму, выбыли, команда была пополнена молодежью. В итоге состав получился таким: вратари —Владислав Третьяк (ЦСКА) и Владимир Мышкин («Крылья Советов»); защитники – Валерий Васильев, Василий Первухин и Зинэтула Билялетдинов (московское «Динамо»), Геннадий Цыганков, Сергей Бабинов и Алексей Касатонов (ЦСКА), Юрий Федоров («Торпедо»), Ирек Гимаев (CK «Салават Юлаев») и Сергей Стариков («Трактор»); нападающие – Борис Михайлов, Владимир Петров, Валерий Харламов, Сергей Капустин, Виктор Жлуктов, Хелмут Балдерис и Сергей Макаров (ЦСКА), Владимир и Александр Голиковы (московское «Динамо»), Виктор Тюменев («Крылья Советов»), Александр Скворцов, Владимир Ковин и Михаил Варнаков («Торпедо»). Двадцать пятая вакансия осталась незаполненной.

Забегая вперед, скажу, что лишь 19-летний Касатонов не выходил на лед, а 23 игрока приняли участие в нескольких или хотя бы в одном матче.

Организаторы, учитывая, что на карту поставлены престиж и финансовое благополучие лиги, на сей раз чрезвычайно серьезно отнеслись к формированию сборной. Началось с того, что были объявлены менеджеры команды. Главный – Билл Торри («Нью-Йорк айлендерс»), его ассистенты – Гарри Синден («Бостон брюинс», наставник «Команды Канады-72») и Клифф Флетчер («Атланта флэймз»).

Менеджеры единодушно выразили мнение, что тренером сборной НХЛ должен быть Скотти Боумэн из «Монреаль канадиенс». Однако их избранник, трижды подряд приводивший в последние годы монреальцев к победе в Кубке Стэнли, не торопился принимать, казалось бы, исключительно лестное предложение. Боумэн, видимо, помнил, как нелегко 31 декабря 1975 года его клубу на своем поле при судействе арбитра из НХЛ удалось добиться ничьей с ЦСКА.

На первых порах Боумэн предпочитал отшучиваться: «Я сейчас слишком занят, работаю с «Канадиенс» и еще на катке перед домом занимаюсь с… дочкой – будущей фигуристкой».

Все-таки в конце декабря менеджеры уговорили Боумэна занять место на капитанском мостике команды «звезд». Свое назначение он охарактеризовал как «одинаково почетное и волнующее». В помощники он пригласил толстяка Клода Руэля – своего ассистента по «Монреаль канадиенс». Было объявлено, что стартовую шестерку сборной «звезд» назовут болельщики, а девятнадцать других хоккеистов изберут самые выдающиеся авторитеты НХЛ, включая, естественно, обоих тренеров, из 340 кандидатов, в число которых вошли 271 канадец, 39 американцев и 30 европейцев.

Боумэн придавал большое значение, нежели другие специалисты, игре вратаря, справедливо заявляя, что классный голкипер в хоккее – это даже больше, чем половина команды. Поэтому он оговорил за собой право в случае необходимости в стартовой шестерке поменять вратаря. Только вратаря.

Множество любителей хоккея Канады и США приняли участие в голосовании по определению стартовой шестерки «сборной «звезд». Итог был таким: вратарь – Тони Эспозито («Чикаго блэк хоукс»), защитники – Ларри Робинсон («Монреаль канадиенс») и Дэни Потвен («Нью-Йорк айлендерс»), нападающие– Ги Лафлер («Монреаль канадиенс») – он набрал наибольшее число голосов – 176 706, его одноклубник Стив Шатт и Бобби Кларк («Филадельфия флайерс»).

А вот имена еще двадцати «звезд» НХЛ (хозяева попросили увеличить «квоту» на одного игрока): вратари – Кен Драйден («Монреаль») и Джерри Чиверс («Бостон брюинз»); защитники – Серж Савар и Ги Лапойнт («Монреаль»), Берье Сальминг («Торонто мэйпл лифе»), Бэрри Бек («Колорадо рокиз»), Роберт Пикар («Вашингтон капитэлз») и Рон Грешнер («Нью-Йорк рейнджере»); нападающие – Боб Гэйни («Монреаль»), Майк Босси, Бриан Тротье и Кларк Жиль («Айлендерс»), Дэррил Ситтлер и Лэнни Макдональд («Торонто»), Марсель Дионн («Лос-Анджелес кингз»), Жильбер Перро («Буффало сейбрс»), Ульф Нильссон и Андерс Хедберг («Рейнджере»), Дон Маркотт («Бостон») и Билл Барбер («Филадельфия»).

– В предстоящих состязаниях нашей команде будет противостоять своего рода сборная мира (за исключением нескольких ведущих игроков из ЧССР), – охарактеризовал состав хозяев В. Тихонов. – На льду будет очень много великолепных мастеров игры, в соперничестве между которыми и совершенствуется хоккей.

Профессионалы НХЛ в предстоящих матчах полны решимости доказать, что они по-прежнему сильнейшие в мире. Перед нами в состязаниях в Нью-Йорке стоит несколько задач: конечно, мы бы хотели в этих престижных встречах успешно выступить, затем мы воспользуемся предоставляющейся возможностью проверить в жестких ледовых баталиях большую группу кандидатов в сборную СССР перед близким московским чемпионатом мира и олимпийским турниром, который тоже теперь совсем не за горами.

Соперник очень силен – здесь действительно собраны одни «звезды», причем не только канадские, но и три шведские. Играть хоккеистам НХЛ предстоит на привычных, меньших по размеру, чем наши, площадках, при горячей поддержке своей публики, в основном при судействе арбитров НХЛ. Боумэн и отбиравшие команду тренеры учли, что у них сравнительно немного времени для формирования сборной, и приглашали в команду игроков сыгранными звеньями и дуэтами.

Перед встречей со столь грозным соперником вполне закономерна сдержанность приведенного выше интервью тренера чемпионов мира. Отметим, что и «профи» тоже осторожничали, чего раньше за ними не замечалось.

Г. Синден заявил, что не завидует Боумэну, хотя он и лучший канадский тренер по хоккею, и если уж он не сумеет добиться успеха, то этого не сумеет сделать вообще никто.

Незадолго до начала «Кубка вызова» любопытная статья появилась в «Спортс иллюстрэйтед», фрагменты из которой мы приводим ниже.

«…Советский Союз приобщился к национальному увлечению Канады – хоккею и усовершенствовал его. В то время как броски «щелчком» и другие технические приемы побудили НХЛ идти в одном направлении, советские хоккеисты пошли по другому пути, развивая скорость и командную игру. Новички впервые применили программу наращивания кондиции вне хоккейной площадки. Они заимствовали стратегию у футбола, например передачу шайбы на неприкрытое место на площадке, на выход партнеру. Они предпочитают эффектному, но не эффективному броску «щелчком» короткие быстрые передачи, ведущие к уверенному броску по воротам, вследствие чего игрок, не владеющий шайбой, превратился в очень опасного соперника.

Сейчас разгар сезона, игроки НХЛ в форме, матчи пройдут на поле НХЛ и в двух из трех (в первом и третьем) судьями будут представители лиги. Другими словами, если хоккеисты НХЛ проиграют свой «вызов», то уже никто не будет прислушиваться к их оправданиям. На Кубок Стэнли будут смотреть как на безделушку, из-за которой ссорятся неудачники…»

В то же время приходили телеграммы с сообщениями о всевозрастающем интересе в Северной Америке к предстоящим матчам «Кубка вызова». В частности, сообщалось, что они будут широко транслироваться по телевидению не только в США, Канаде и СССР, но и в Швеции, ЧССР, Польше, ГДР, Болгарии, Великобритании, ФРГ, Японии и некоторых других странах. Астрономической стоимости достигла цена минуты рекламного времени на телевидении, в особенности в Канаде. Тем не менее все рекламные тридцатисекундные «паузы» раскупили «Дженерал моторс», «Кока-кола» и другие крупные компании.

В связи с ажиотажем беспокойство вызывало то, в какой атмосфере пройдут предстоящие матчи, не омрачат ли их профессионалы для достижения победы любой ценой грубостью, что, к сожалению, случалось ранее не один раз.

И вот все приготовления позади. Пора отправляться в Нью-Йорк. Журналистский «корпус» у нашей сборной вновь совсем небольшой: спортивный комментатор Гостелерадио Н. Озеров и корреспондент ТАСС – автор этих строк.

У нас с Николаем Николаевичем Озеровым давно взято за правило: прибывать на место действия – матча, пресс-конференции, в данном случае – на аэродром, заранее, а покидать стадион или Дворец спорта позже других – именно в это время нередко удается узнать что-нибудь особенно интересное, поговорить в сравнительно спокойной обстановке с вечно спешащими и озабоченными тренерами или игроками.

И на сей раз мы приехали в Шереметьево первыми. Вскоре с огромным количеством хоккейной амуниции появился технический директор сборной А. Сеглин. Потом из Новогорска, где хоккеисты по традиции собираются перед отъездом на важные соревнования, прикатил автобус с командой.

Через пару часов мы уже летим над Швецией, где как раз в это время проходит решающий матч чемпионата мира по хоккею с мячом между сборными СССР и хозяев. Все интересуются выступлением товарищей по спорту, особенно Владимир Петров, родной брат которого, Юрий, – один из ведущих форвардов красногорского «Зоркого». В Красногорске, как рассказал Володя Петров, стадион, вмещающий пятнадцать тысяч зрителей, всегда заполнен до отказа, когда играет «Зоркий». Причем почти все зрители приходят по абонементам, которые приобретают осенью на весь сезон. Вот это популярность игры!

В Нью-Йорке мы узнали, что наши выиграли и снова стали чемпионами мира. Это было воспринято как доброе предзнаменование.

Через шесть томительных часов недолгая посадка на острове Ньюфаундленд, в канадском аэропорту Гандер. Все заметно оживились. Владислав Третьяк интересуется, где будут проходить тренировки. Узнав, что почти все в «Мэдисон сквер-гардене», довольный замечает: «Это хорошо, привыкнем к залу, да там и раздевалки большие. И настрой во время занятий совсем в этой громадине иной…».

Канада – хоккейная страна. Даже в таком небольшом северном городке, я бы сказал – джеклондоновском поселке, словно из-под земли появляются в аэропорту репортеры, снимают, интервьюируют участников близких теперь баталий «Кубка вызова». Когда мы вновь направляемся к самолету, диктор аэропорта по-русски желает нам счастливого полета и «хорошего хоккея» в Нью-Йорке. Об успехе или победе речи не шло. Да и понятно: в сборной НХЛ, за исключением трех шведов, все – канадцы.

Как время все меняет! Преодоление Атлантического океана за шесть часов нам кажется ныне «томительно долгим». При пересечении самого большого острова мира – Гренландии, сверкавшего под лучами солнца своим ледово-снеговым панцирем, у нас, пассажиров авиалайнера, были трудности лишь с некоторыми… словами в кроссворде.

От Гандера до Нью-Йорка лёта около двух часов. Я подсел к горьковчанам – защитнику Юрию Федорову и нападающим Александру Скворцову, Владимиру Ковину и Михаилу Варнакову. Волжане нынешней зимой отлично проявили себя в матчах за океаном, выступая за вторую сборную и «Крылья Советов». И теперь в третий раз летят играть с профессионалами. Смелые хоккеисты, бойцы.

Видимо, настраиваясь на жесткую игру с заокеанскими профессионалами, проводили волжане последний матч чемпионата страны со столичными динамовцами и немного «перегнули палку»: на последних минутах встречи на скамейке штрафников сидели Скворцов, Ковин, Варнаков, Федоров, Астафьев и кто-то шестой, отбывавший наказание за вратаря Афонина. Такое редко увидишь, и поэтому запомнилось.

Но разговориться нам не дал Петров. Над Атлантическим океаном я выиграл у него матч в шахматы – 3,5:1,5, Он требует реванша. Над Америкой добивается его – 4: 1, И очень доволен. Как я заметил, большие спортсмены и тренеры не любят проигрывать никакие соревнования, даже дружеские в шахматы или в поддавки. Такая уж у них выработалась за много лет психология.

У меня еще осталось полчасика, чтобы закончить давно начатые подсчеты состязаний между советскими и канадскими хоккеистами. С марта 1954 года, когда только начинавшие осваивать хоккей с шайбой советские спортсмены впервые встретились с родоначальниками игры – это было на чемпионате мира в Стокгольме, и до февраля 1979 года был сыгран 371 матч. В 255 победили советские хоккеисты, в 88 – канадские, 28 – завершились вничью, разница заброшенных и пропущенных шайб – 2179 – 1189 – в нашу пользу. Перевес получался немалый – 990 шайб!

На выходе из самолета в Нью-Йорке рассказываю об итогах подсчетов Виктору Тихонову. Тренер, как обычно, серьезен и сосредоточен. «Значит, 8 февраля сыграем с канадцами матч № 372», – как бы подытоживает он.

Мы улетали из февральской зимней Москвы. В Гандере попали в снежную метель и крепкий мороз, а в Нью-Йорке снега нет и в помине, по-весеннему солнечно, градусов десять тепла. С аэродрома команда отправляется в «Уолдорф Асторию». Отель, комплекс зданий высотой в тридцать-сорок этажей, занимает целый квартал. Если верить рекламе, гостиница стоит на шарикоподшипниках и непосредственно с фундаментом не соприкасается, что уменьшает вибрацию от проходящих поездов метро и проезжающих мимо тяжелых машин.

Кто только не останавливался в этом, одном из самых престижных отелей мира! Короли и премьер-министры, миллиардеры и «звезды» мирового экрана. А вот теперь пришел черед и хоккеистов сборной СССР. Правда, на всякий случай все номера советской команды не «несчастливом» тринадцатом этаже, не очень-то ходовом в США. (В скромном отеле «Веллингтон», где поселился спецкор ТАСС, этажа с таким номером вообще нет – за двенадцатым идет сразу четырнадцатый).

В «Уолдорф Астории» квартируют и соперники сборной СССР. Причем хозяева НХЛ настолько расщедрились, что пригласили и жен «звезд». Это, конечно, подзадорило наших ребят: с супругами устроились, а мы – одни-одинешеньки, ну погодите!

Между прочим, в каждом номере в вазе – красивая открытка со «своеобразной» надписью. «Кубок вызова» никто не проиграет, потому что вы выиграли очень много уже оттого, что живете в лучшем отеле мира – «Уолдорф Астория».

Отель действительно роскошный, с анфиладой зимних садов, множеством ресторанов, баров и четко налаженным сервисом в большом и малом.

Как раз в это же время в США выступало много советских спортсменов: в Лейк-Плэсиде олимпийские трассы опробовали мастера зимних видов спорта, в залах различных городов играли футболисты московских клубов «Спартак» и «Динамо».

Хоккеисты с дсроги отдыхают. А мы с коллегой Игорем Макуриным едем в отделение ТАСС посмотреть, что пишет американская и канадская пресса перед матчами.

«Советский хоккей – образец скорости и комбинационной игры, – отмечает «Спорт иллюстрэйтед». – В предстоящих матчах для победы надо обязательно нейтрализовать звено Петрова и стараться держаться подальше от скамейки штрафников».

Еженедельник «Хокки ньюс» провел анкету среди тренеров всех (тогда семнадцати) клубов НХЛ, попросив их предсказать результаты матчей. Трое дали победу хозяевам во всех встречах. Дон Черри из «Бостона», правда, при этом пошутил: «Иначе я ответить не мог, ведь в НХЛ я получаю жалованье». Девять тренеров дали победу НХЛ со счетом 2:1. Пятеро отказались быть оракулами.

«Крисчен сайенс монитор», выходящая в Бостоне, весьма лестно отзывается о советской сборной, особо выделяя Третьяка, Михайлова, Петрова, Харламова, Васильева, Балдериса.

В «Бостон глоб» Г. Синден пишет: «Чемпионы мира забивают 60 процентов своих голов после комбинационных атак и прорывов отдельных игроков, а 40 процентов – в результате использования промахов соперников, у хоккеистов НХЛ соотношение созданных голов и использования ошибок соперников обратное: 40 и 60».

«Нью-Йорк пост» подчеркивает: «Многие называют предстоящие матчи дружескими. Это далеко не так на самом деле. Ведь на карту поставлен престиж НХЛ, да и чемпионов мира тоже».

Газета приводит слова С. Боумэна: «Мы просили наших хоккеистов играть так, словно это решающие встречи финала Кубка Стэнли».

В «Дейли ньюс» Б. Торри обращает внимание читателей на то, что сборная СССР ныне быстро может менять стиль игры, если этого требуют обстоятельства, и это большой плюс команде.

Первую тренировку в «Мэдисон сквер-гардене» наша сборная провела утром шестого февраля. Катались немного тяжеловато, чувствовалось, что еще не отошли от дальнего перелета и резкой смены часовых поясов. А еще, конечно, волновались. Михайлов, проезжая мимо нас с Озеровым, как бы невзначай восклицает: «Да, узковат все-таки «Мэдисон»!»

– Как дела? – интересуюсь у Зиглера.

– На данную минуту все в порядке.

На тренировку собралось много народу: руководители НХЛ, журналисты. Д. Зиглер заметно нервничает. Да и понятно, руководители НХЛ неоднократными заявлениями о своем превосходстве загнали себя в угол: все здесь ждут от них трех побед с крупным счетом, а будут ли они? «Звезды» более спокойны: как бы не обернулось дело, они себе уже обеспечили контракты.

Первую полуторачасовую тренировку в «Мэдисон сквер-гардене» наши хоккеисты провели утром шестого февраля, а с четырех до пяти часов дня на льду занимались хозяева. Несмотря на то что «звезды» тренировались во второй половине дня, Боумэну на первое занятие всех игроков собрать не удалось. Эспозито в Чикаго… проспал и опоздал на самолет, прилетел лишь к концу тренировки. Дионн вообще не прибыл. А Босси вместо тренировки пришлось отправиться на рентген: накануне в матче чемпионата НХЛ шайба попала ему в руку, и врачи опасались, нет ли у него трещины.

Бросилось в глаза, что хозяева катались в стремительном темпе, громко подбадривая друг друга. Особо выделялись Лафлер, Хедберг, Кларк, Потвен, Сальминг.

– Боумэн попросил провести тренировку на высоких скоростях, весело, – пояснил Лафлер. – И мы старались как можно лучше выполнять его указания. Я рад, что предстоят такие интересные встречи, и счастлив, что попал в число их участников.

– Недавно в Филадельфии мне пришлось сражаться с «Крыльями Советов», – сказал Бобби Кларк. – Лишь на последних минутах нам удалось добиться ничьей, а теперь соперник у нас значительно сильнее. Правда, и наша команда выглядит отлично. У меня были опасения, что из-за инцидентов в прошлых встречах с советскими хоккеистами меня не пригласят в сборную, но этого не случилось, я даже ее капитан и счастлив.

– Не сомневаюсь, это будут интересные состязания, – заявил исполнительный секретарь профсоюза хоккеистов НХЛ Аллан Иглсон. – Поскольку мы выступаем дома, на привычных для нас площадках, меньших чем в Европе, размеров, при поддержке своих болельщиков, постараемся выиграть все три встречи, но будем счастливы, если возьмем верх и в двух матчах.

Несколько иного мнения придерживается на этот счет коллега из Торонто Д. Праудфут: он предположил, что два матча из трех выиграют чемпионы мира.

Объявлены главные арбитры предстоящих состязаний: восьмого февраля – Б. Майерс (НХЛ), десятого – В. Домбровский (СССР) и одиннадцатого – Э. Ван-Хеллеман (НХЛ). Кстати, в НХЛ сейчас всего десять главных судей. Принятой многие годы нумерации здесь теперь не придерживаются. «Раз попали в число судей НХЛ, – пояснил нововведение С. Боумэн, – значит, отличные арбитры».

Посмотрим, как это будет выглядеть на практике…

Договорились, что чемпионы мира все матчи проводят в красной форме, а «звезды» НХЛ – в белой.

Седьмого февраля в Нью-Йорк вернулась зима – выпал снег. Теперь «Большая хоккейная неделя», как окрестили эти февральские дни местные газетчики, вполне созвучна с погодой.

К хоккею подоспели мороз и снег. На заре популярной зимней игры было наоборот: сначала землю покрывал снег, а уж потом заливали катки для хоккея. Тогда не было искусственного льда, теперь стадионов с таким льдом только в Канаде и США множество.

Хоккеисты сборных СССР и НХЛ встретятся в стартовом матче «Кубка вызова» в четверг, однако уже во вторник вечером они провели вместе «два часа чистого времени» на церемонии в «Уолдорф Астории» по поводу вручения Бобби Орру одного из главных призов лиги – «Лестер Патрик трофи» и проводов его из хоккея.

Все было обставлено весьма пышно. Виновник торжества сиял, хотя порой готов был и расплакаться. Он явно взгрустнул, когда сказал, что предстоят чертовски интересные игры, а он уже за бортом и может лишь участвовать в торжественных трапезах…

После поездки Орра в Москву в качестве почетного гостя на турнир «Известий» мы с ним в приятельских отношениях. Узнав, что супруга хоккеиста – логопед, моя жена и ее коллеги из Института дефектологии собрали Орру библиотеку наших специальных книг, пользующихся заслуженным авторитетом во всем мире. Подарок, очевидно, пришелся кстати, и в Нью-Йорке Орр два месяца спустя передал через меня благодарность московским коллегам его супруги.

Орр – хоккейная «звезда» самой первой величины. В анкете, проведенной среди профессионалов НХЛ, 136 игроков его назвали хоккеистом № 1 всех времен, 58 человек отдали свои голоса за Лафлера, 11 – за Тротье, 10 – за Хоу, 8 – за Халла. Любопытно, что в ответах фигурировали и фамилии советских хоккеистов – Харламова, Балдериса и Третьяка. А ведь совсем недавно «профи» не удостаивали наших хоккеистов ни малейшим вниманием.

Об Орре здесь уместно рассказать чуть подробнее. Он родился в маленьком (65 тысяч жителей) городке Пэрри Саунд в одной из самых «хоккейных» провинций Канады – Онтарио в 1948 году. Здесь же он и живет сейчас (правда, дома бывает редко). В семье мелкого служащего было пятеро детей. Особенно их не баловали. Первые коньки четырехлетнему Бобби подарил приятель отца.

По канадским меркам Бобби начал кататься на год позже, чем другие мальчики. Однако Орр скоро их догнал и намного превзошел. По четыре-пять часов в день катался малыш по льду замерзшей реки Секин и заливу озера Гурон. Не смущало его то, что коньки ему были велики и в носки ботинок приходилось набивать старые газеты.

Очень скоро Бобби взял в руки и клюшку. С пяти лет Орр играл в хоккей в различных командах – «малюток», «малышей», «лилипутов», «петухов». Ежедневно без всяких понуканий отрабатывал он броски в пустом гараже, бегал по три километра в тяжелых рабочих башмаках отца, по 20 – 25 минут поднимал тяжести.

Все это позволило Орру уже в двенадцать лет стать заметным хоккеистом среди юношей Канады. В 14 лет «Бостон брюинз» заключил с ним «предварительный» контракт. Позже хозяева «Торонто мэйпл лифе» пытались перекупить Орра, на что получили уничтожающий ответ: «Даже если к полутора миллионам отступных, что предлагают владельцы «Торонто», они добавят всех игроков своего клуба, и то они Бобби не получат».

Трудными были для Орра юниорские годы. Целый сезон он выступал за команду Оттавы и для этого несколько раз в неделю ездил туда, тратя на дорогу в один конец три часа!

Бобби Орр рано понял, что спортсмену нужен удобный, но железный режим. Он никогда не позволял себе курить, употреблять спиртное. В день матча (а таковых у профессионалов НХЛ в неделю нередко бывает по три) Орр рано – в час дня – обедал. Приходил на стадион в два часа дня. Проверял и, если надо, подгонял амуницию. Смотрел телевизор, беседовал с кем-то из обслуживающего персонала, а самое главное – настраивался на вечернюю игру, думал об особенностях игроков команды-соперника. Его кредо я сформулировал бы так: в хоккее нет ничего более важного, чем умение кататься на коньках.

Собственно, в игре основное – броски по воротам. И надо еще уметь от дела – игр, тренировок – переходить к шуткам. Хоккейный сезон долог и труден, связан с разъездами, отрывом от семьи, близких, и, если все время оставаться в напряжении, вряд ли можно рассчитывать на успех.

«Бобби Орр – колоссальный хоккеист, – отозвался о нем Виктор Тихонов, – король на коньках, великолепный техник, светлая голова. Но больше всего меня поражает его чутье на момент, когда можно защитнику с пользой для команды подключиться к атаке. В этом отношении у Орра было много подражателей, но никто из них так не преуспел, как сам Бобби».

В феврале Орр занимал пост второго тренера в «Чикаго блэк хоукс», где провел перед этим свои последние 26 матчей как игрок, и не случайно «тостмейстером» на обеде был спортивный обозреватель из Чикаго Боб Верди.

Пока шел съезд многочисленных – человек пятьсот-шестьсот – гостей, оркестр играл популярные мелодии, и среди них «Подмосковные вечера» и «Дорогой длинною».

Мелодия В. Соловьева-Седого – уже прогресс и в музыке: еще совсем недавно, кроме «Полюшко-поле» Льва Книппера, в Америке из наших песен редко что исполняли.

Кстати говоря, проводы выдающихся спортсменов из большого спорта, если их хорошо организовать, как и матчи ветеранов, могут служить яркой пропагандой спорта.

Проводы Бобби Орра произвели впечатление на Н. Озерова, и впоследствии он приложил много сил, чтобы достойно проводить на тренерскую работу капитана сборной СССР и ЦСКА Бориса Михайлова.

Попутно замечу, что различного рода церемонии, проводы игроков, вручение призов, устраиваемые непосредственно перед матчами, зачастую влияют на их исход. К примеру, перед матчем чемпионата страны провожали капитана «Спартака» А. Якушева, и «Спартак» выиграл. Когда состоялся матч второго круга этих же команд, армейцу С. Макарову вручили «Золотую клюшку» – приз лучшему хоккеисту Европы. И выиграл ЦСКА…

Ну а здесь, в «Уолдорф Астории», Д. Зиглер вручил Орру один из престижных призов НХЛ – «Лестер Патрик трофи», при этом не преминув заметить:

– Надеюсь, в предстоящих матчах «Кубка вызова» и хоккеисты, и публика получат максимум удовольствия.

А. Иглсон выразил надежду, что «Кубок вызова», проводимый в Нью-Йорке, привлечет еще больше зрителей на хоккей. От нашей делегации Орру преподнесли фарфорового мишку. От сборной «звезд» выступил ее капитан Бобби Кларк, непривычно тихий и обворожительно элегантный.

Показали фрагменты из будущего фильма об Орре. Затем приветствовали специально прилетевшую из Голливуда «звезду» кино– и телеэкрана Барбару Стрэйзанд, известную у нас в стране по фильму «Смешная девчонка».

Большой спорт, кино, эстрада, бизнес на Западе довольно тесно переплетены. Можно вспомнить для примеpa, что огромную роль в развитии радиосети сыграл… боксерский матч в США между Дэмпси и Карпантье. Радиофирма объявила, что организует трансляцию матча, билеты на который были давно раскуплены, по радио. Мгновенно были распроданы все до этого не пользовавшиеся особым спросом довольно дорогие радиоприемники.

Так большой спорт послужил радио. А радио и телевидение, в свою очередь, впоследствии ему воздали сторицей!

– Благодарю всех хоккеистов, с которыми мне довелось играть, всех тренеров, судей, – сказал Орр в ответном слове. – Благодарю всех журналистов, с которыми довелось говорить, и прошу извинения у тех репортеров, которым мне не удалось оказать внимания. Только сейчас я осознал, насколько я великий человек. Ведь здесь присутствует столько «звезд» хоккея! И среди них – оказавшие мне огромную честь лучшие советские игроки.

Председатель Федерации хоккея СССР Н. Корольков на церемонии вручил менеджеру «будущих звезд НХЛ» Б. Уотерсу завоеванный командой на минувшем турнире «Известий» третий приз – тульский самовар.

В гостях у Бобби Орра в этот день было немало авторитетных в мире хоккея людей.

– Я бесконечно рад, что дожил до этих дней и смогу своими глазами увидеть предстоящие матчи между сборными СССР и НХЛ, – поделился К. Кэмпбелл, более тридцати лет занимавший пост президента НХЛ. – Обе команды ныне могучи и блистают звездами первой величины. На будущее я пожелал бы в розыгрыше «Кубка вызова» устраивать восемь матчей: половину – в США и Канаде, а половину – в Москве. Тогда испытание сил стало бы более объективным.

– Мы провели шесть бессонных ночей, выбирая лучших игроков для команды НХЛ, – рассказал Г. Синден. – И, думается, собрали Боумэну неплохую компанию. Я, правда, предлагал еще включить нападающих О'Рейли и Мидлтона из «Бостона», но не получил поддержки коллег. Надеюсь, что предстоящие матчи будут корректными. Не рискну предсказывать их результаты, однако думаю, что счет в каждой встрече будет небольшим, а преимущество победителей выразится в одной-двух шайбах.

– Довольны ли вы подбором игроков в сборной НХЛ? – поинтересовался у ее наставника Боумэна.

– Вроде бы да… Хотя, к сожалению, несколько отличных хоккеистов не удалось привлечь, поскольку они травмированы.

Замечаю, что интервью берут не только многочисленные журналисты, оживленно беседуют и хоккеисты. Кларк заверяет Третьяка: «Это будет джентльменский хоккей». (На следующий день мы с И. Макуриным заскочили перекусить в китайский ресторанчик. Наши соседи за столом, как выяснилось, нью-йоркские бизнесмены, обратили внимание на наши знаки прессы, выданные при аккредитации на «Кубке вызова». Разговорились о хоккее. Когда мы рассказали о заверении капитана «звезд» НХЛ, американцы дружно улыбнулись: «Это он усыпляет бдительность вратаря. Какое может быть джентльменство, когда дело идет о столь большой ставке, как финансовое благополучие всей лиги?»).

Уходя с вечера Бобби Орра, подошел к нему получить автограф на программке с его портретом и, конечно, не удержался, чтобы не узнать его прогноз.

– Два матча выиграют наши парни, а один, чтобы гостям было не обидно, завершится вничью, согласны? – улыбается Орр.

Организаторы еще сообщили, что в каждом матче жюри определит лучших игроков – по одному в обеих командах, и те получат специально отчеканенные медали, а одиннадцатого февраля будут определены и два «самых полезных» игрока Кубка, награды для которых приготовила японская фирма «Сони». Повышенное внимание к нашей команде, проводы Бобби Орра, проведенные с таким размахом, на наших хоккеистов и тренеров явно произвели большое впечатление. Не слишком ли большое?…

Состав нашей команды на стартовый матч не вызывал особых сомнений ни у наших тренеров, ни у наставников противников. В воротах, конечно, Третьяк – опора гостей и камень преткновения для хозяев, перед глазами которых все еще стояла его на грани фантастики игра во встрече с «Монреалем» 31 декабря 1975 года. Пары защитников на тренировках явно обозначились: Цыганков и Стариков, Васильев и Федоров, одноклубники Первухин и Билялетдинов; в нападении четыре сыгранные тройки: Михайлов – Петров – Харламов, Балдерис – Жлуктов – Капустин, А. Голиков – В. Голиков – Макаров, Скворцов – Ковин – Варнаков.

За полчаса до начала ко мне подошел с просьбой прокомментировать состав сборной «звезд» коллега из американской газеты. Выполнив его просьбу, я поделился своими соображениями и с В. Тихоновым.

– Примерно такой их состав мы и ожидали, – заметил тренер. – Из семи шесть монреальцев будут на льду, а в воротах – не «избранный» Эспозито, а Драйден. Боумэн право этой замены оговорил в самом начале. Но четыре защитника и четырнадцать нападающих – это надо обсудить…

Хозяева в стартовой встрече выглядели так: Драйден, Робинсон – Сальминг, Савар – Бэк, Лафлер – Дионн – Шатт, Босси – Тротье – Жиль, Барбер – Кларк – Гэйни, Хедберг – Нильсон – Перро, Макдональд и Ситтлер.

Подготовка к состязаниям с чемпионами мира неожиданно выявила, что в могущественной НХЛ… дефицит классных защитников. Правда, по этому поводу никто, пожалуй (за исключением мудрого Боумэна), не печалился: хозяева собирались большую часть матчей проводить в зоне соперников – атаковать и побеждать. Одна из нью-йоркских газет даже особо наставляла «звезд»: «Помните, что из своей зоны голов не забивают – только вперед, в атаку!»

Матч начинался в двадцать часов по местному времени (в Москве было уже четыре часа утра – не самое лучшее время для противоборства на высшем уровне и для написания спортивных репортажей тоже), но уже за час «Мэдисон сквер-гарден» был заполнен до предела, гремел электроорган, всеми цветами радуги блистали прожектора и многочисленные подсветки, разносчики прохладительных напитков, кофе, мороженого, хрустящей картошки, красочных программ сновали по всем ярусам и рядам. Многие зрители – в рубашках почитаемых ими клубов, даже с номерами своих кумиров. А одного я даже заприметил в красной форме сборной СССР и с номером 24 (возможно, поклонника С. Макарова).

Отдадим должное организаторам: хоккейные матчи с участием первых «звезд» были похожи на настоящие праздники на льду.

В девятнадцать тридцать под громкие аплодисменты на лед, на раскатку, вылетели, словно их выстрелили из пушки, хозяева. Минутой спустя неторопливо, как мне показалось, необычно робко, из боковой «калитки» выехали гости.

Минут через пятнадцать наши покинули лед, а соперники покатались еще и только по сигналу сирены уступили лед для подготовки его к торжественному открытию «Кубка вызова».

Сначала выехали на коньках с метелками служители стадиона, больше похожие, правда, на цирковых клоунов. Их встретили дружным смехом и даже поаплодировали, должно быть, за смешные пируэты на коньках. Потом постелили ковровую дорожку, вынесли сверкающий «Кубок вызова», установили микрофоны. Выехали судьи. Набежала толпа фоторепортеров, и, наконец, началось представление публике хоккеистов. Сначала стартовых шестерок, а затем и всех игроков. Тут уж и нашим хоккеистам досталось много аплодисментов. На слух, Третьяк занял второе место после Лафлера.

Под потолком зала в этот вечер висели государственные флаги СССР, Канады и США, два певца и певица исполнили гимны этих стран. (Шведов организаторы обошли, и, на мой взгляд, несправедливо – они ведь дали в команду трех игроков, а из американских хоккеистов в число 26 так никто и не пробился, они предоставили только зал и… президента НХЛ.)

Под взрыв оваций вышел Бобби Орр и произвел символическое вбрасывание. Наш капитан Борис Михайлов опередил капитана соперников Бобби Кларка и галантно преподнес шайбу Орру – на память. Игроки, положив на лед клюшки и перчатки, съехались и обменялись вымпелами, значками и сувенирами, Трибуны гремели аплодисментами. За тридцать секунд до того, как стрелки часов показали восемь, на льду остались только стартовые шестерки.

Ровно в восемь начался первый матч «Кубка вызова». И начался он ошеломляюще: на шестнадцатой секунде Лафлер филигранным броском в верхний угол завершил комбинацию, стремительно проведенную им вместе с Шаттом и вышедшим только на одну смену в этом звене Кларком.

Хотя, если вдуматься, ничего ошеломляющего в натиске хозяев для наших хоккеистов не должно было быть. Было хорошо известно, что профессионалы сразу же после первого вбрасывания устремляются на штурм. Смять, ошеломить противника. И то, что в первой смене вместо Дионна выйдет Кларк, поскольку он из шестерки «избранных», тоже не было сюрпризом. Тем не менее гол получили.

А шесть минут и шесть секунд спустя счет стал 2:0. Мог он увеличиться и раньше. На исходе 1-й минуты Б. Мейерс удалил Жлуктова. Выстояли. На 6-й минуте двухминутный штраф получил другой наш центрфорвард – Петров. Третьяк несколько раз выручал. Один раз парировал бросок Босси в упор. Однако все же Босси удалось реализовать численное преимущество, когда на поле была специально Боумэном сорганизованная для такого случая тройка Босси – Перро – Лафлер.

2:0 – так начинали профессионалы и в сентябре 1972 года в Монреале, в первой встрече сборных СССР и НХЛ. А закончилось тогда их поражением – 3:7, вспомнилось мне. Но что-то сегодня непохоже, что все так полярно переменится. Сегодня у профессионалов уже не то шапкозакидательское отношение к нашей сборной, что было семь лет назад. А самое главное – чемпионов мира не узнать: сражаются только горьковчане, а остальные – словно какие-то робкие приготовишки.

На 12-й минуте Михайлов, использовав удаление Жиля, отквитал гол. Но четыре минуты спустя могучий Гэйни проводит третью шайбу в ворота Третьяка.

Да, тяжелый выдался период! Хозяева полностью владеют инициативой. Сразу подавили нашу команду, особенно некоторых ее лидеров, психологически, выиграли жестким прессингом силовую борьбу. Сами отлично (что ново) играют в пас и показывают высочайшее мастерство бросков по воротам, особенно в тех случаях, когда были забиты голы. Где же наше преимущество в скорости? Почему защитники так часто проигрывают единоборства? И по броскам хозяева впереди – 10:6. К тому же первый наш бросок был лишь на десятой минуте.

Второй период прошел ровнее. Во второй его половине наши хоккеисты даже имели территориальное и игровое преимущество. Хозяева не использовали удаление Цыганкова. Но это, может быть, потому, что еще на 29-й минуте Жиль, брошенный вперед точным, своевременным пасом Босси, как нож сквозь масло, прошел оборонительные порядки голиковской пятерки и приблизил счет к разгромному – 4:1.

Эта шайба явно задела самолюбие форвардов звена Голикова (жаль, что раньше этого не произошло), и они заиграли еще мощнее, чем горьковчане. В самом начале заключительной двадцатиминутки Владимир Голиков забил красивый гол, завершая комбинацию, в которой участвовали его брат и С. Макаров. По броскам мы почти догнали хозяев – 20:24, но Драйден показал, что Боумэн не зря верит в него. Финальная сирена прозвучала при счете 4:2 в пользу хозяев. В Москве было уже семь часов утра.

Лучшими игроками матча признаны Ги Лафлер и Владимир Голиков. Им вручены, как и было обещано, золотые медали, которых в мире будет всего шесть.

Матч окончен. Пора идти к тренерам, игрокам, получить несколько интервью. В девять утра материал уже должен быть передан по телетайпу в редакцию – на разговоры, на дорогу до отделения, на диктовку телетайпистке и передачу в Москву остается всего два часа. Местные журналисты передают пространные репортажи в номера газет и тоже торопятся покинуть ложу прессы. Очевидным становится их общее мнение: матч был высокого класса, это лучший спектакль из тех, что идут сейчас на Бродвее.

Тренер проигравшей команды тоже согласен, что это был хоккей на высшем уровне, но поражением огорчен. Сидит один на опустевшей теперь скамейке нашей сборной: хоккеисты ушли в раздевалку. Дали ему побыть одному второй тренер и начальник управления хоккея. Они тоже переживают поражение. Но старший тренер все, конечно, воспринимает острее и по должности, и по своему характеру.

– Не ожидал от наших лидеров – сначала шапки сняли перед «звездами» – ах Лафлер, ах Кларк! А потом, на льду, струсили. Балдерис испугался Гэйни, первой тройки не видно было, – тихо, как-то поэтому особенно горестно говорит мне Тихонов, когда я усаживаюсь рядом с ним на еще теплую скамейку в пустом полутемном зале. – Не хотят играть в сборной, надоело или не могут сражаться на высшем уровне не жалея себя – пусть скажут. Неволить никого не будем. Завтра будет у нас последний разговор.

Пошутить бы, как-то успокоить тренера. Но чувствую, сейчас это получится не к месту. А все-таки отвлечь тренера от «черных» мыслей как-то надо.

– Виктор Васильевич, надо советским читателям сказать несколько слов.

– Пожалуйста, – чувствуется, собрался тренер с силами, встряхнулся, – пожалуйста. Соперников надо поздравить с успехом. Они приложили много старания для победы, проявили незаурядное мастерство. Нас, к сожалению, подвели лидеры – форварды звеньев Петрова и Жлуктова, сыгравшие недостаточно инициативно, робко. Хорошо выглядело звено Ковина, а со второй половины встречи – голиковская тройка. Однако двумя звеньями победить такого могучего соперника, какого мы имели сегодня, конечно, нельзя. С ошибками играл Цыганков, и его пришлось отправить в запас, заканчивая встречу пятью защитниками. Из соперников отличное впечатление произвел Лафлер, поспевавший буквально повсюду. Профессионалы вновь подтвердили, что когда хотят, они могут играть жестко, но не грубо.

Много раз меня пытали: насколько отличаются интервью для печати от «беседы не для прессы». Теперь получили представление?…

На пресс-конференции кто-то из местных журналистов подкидывает нашему тренеру «спасительный вопрос»: «Какого качества был сегодня лед?»

– Лед оказался на удивление неважным, но он был одинаково посредственным для обеих команд, – ответил В. Тихонов, не ухватившись за протянутую «соломинку».

Теперь что скажут соперники? Боумэн окружен журналистами около раздевалки своей команды. По лицу видно, что счастлив, но держится скромно, с достоинством. Позже, когда его команда проигрывала, он оставался также корректен, объективен, и только глаза выдавали, насколько глубоко опечален.

– Мы счастливы, что нам удалось выиграть у столь авторитетного соперника, – говорит Боумэн, – мои хоккеисты действовали на предельных скоростях, с большим желанием победить и выполнили мою просьбу не оставлять команду в меньшинстве, хотя, конечно, это был жесткий, мужской хоккей. У нас отмечу Лафлера, у противников – звено Голикова.

– Я и мои товарищи, – охотно сообщил Жиль, – играли сегодня вдохновенно, мне показалось, что я вообще парю надо льдом, словно бабочка. Мы сумели добыть победу в атаке. Советская сборная очень сильна, но на наше счастье начала играть по-настоящему лишь во второй половине встречи.

В «Рокфеллер центре», где квартирует нью-йоркское отделение ТАСС, расположены офисы Ассошиэйтед Пресс и Канадиен Пресс. Что агентства передали о прошедшем матче?

«Сборная «звезд» НХЛ, – пишет АП, – продемонстрировала в матче с советскими хоккеистами волевой, страстный хоккей и благодаря блестящей игре Лафлера и многих его партнеров не дала соперникам перехватить инициативу».

Наутро газеты не щадят проигравших. Вот что писала девятого февраля, например, нью-йоркская «Ньюсдей»: «Не только для публики, но и для канадских игроков совершенным откровением была пассивность игры русских, которые избегали силовой борьбы. Советская команда за весь матч лишь несколько раз пыталась взяться за свое главное оружие – скоростную атаку, однако профессионалы довольно быстро и эффективно их обезоруживали».

О некоторых выдающихся хоккеистах сборных СССР и НХЛ по ходу повествования я расскажу несколько подробнее. Начну с Ги Лафлера. Он родился 20 сентября 1951 года в маленьком городке Тюрсо во франкоязычной канадской провинции Квебек. До сих пор он предпочитает говорить по-французски, хотя постоянные поездки с «Монреаль канадиенс» по Северной Америке вынудили его выучить и английский. Когда известная во всем мире финская фирма спортинвентаря «Кохо», клюшками которой одно время Лафлер играл, предложила ему с женой в качестве одной из компенсаций за рекламу отдохнуть за ее счет в Европе, супруги Лафлер без колебаний выбрали французскую Ривьеру.

По пути во Францию они заехали получить «отпускные» в Хельсинки и на сутки выбрались в Москву.

Я встречал чету в Шереметьеве, а позже беседовал с ними в «Национале». Ги Лафлера я видел не раз на снимках в газетах и журналах, на экранах телевидения и в кинохронике. В 1975 году наблюдал за его игрой из ложи прессы «Форума» в матче «Монреаля» с ЦСКА. Скажу откровенно, тогда большее впечатление на меня произвел мощный Шатт, но и Лафлер запомнился стремительным, легким, как я про себя определил, мальцевским катанием. Все-таки я побаивался упустить хоккеиста в толпе пассажиров многолюдного Шереметьевского аэровокзала и для подстраховки обратился к представителям «Интуриста» в международном аэропорту.

– Супруги Лафлер, канадцы, прибывают из Хельсинки, остановятся в «Национале» – их вы встречаете? – переспросила меня довольно сердито представительница «Интуриста». – Да, в списке они есть. Такси им заказано. Ожидайте.

Я бросился наперехват Лафлерам. И вовремя. Они, приехав всего на сутки, практически без багажа, в несколько минут прошли паспортный и таможенный контроль и стояли посреди зала, вертя во все стороны головами.

«Кохо» отправила с Лафлерами в Москву двух сопровождающих. К тому же подоспел и представитель Спорткомитета с переводчиком. Так что высокие гости, конечно, не затерялись бы в Шереметьеве. И все-таки они были явно обрадованы, когда я к ним подошел. Супруга хоккеиста Лиз даже пошутила после того, как я вручил визитную карточку: «Пожалуй, впервые мы так рады встрече с прессой».

Временем Ги располагал, и мы смогли обстоятельно побеседовать…

– Мальчишки очень любят без конца бросать шайбу по воротам, – сказал он, – а нужно в первую очередь как следует кататься на коньках. Именно так я готовлю для большого хоккея своего трехлетнего сына Мартена, такую школу в раннем детстве посчастливилось пройти мне. Лет с пяти я гонял на коньках повсюду, где только находил лед, а лишь позже у меня появилась в руках клюшка. Потом шесть лет я играл в добротной юниорской команде «Квебек рэмпортс», где многому научился и одновременно был на виду у селекционеров «Монреаль канадиенс», куда перешел в двадцать лет.

Мое обычное место на правом краю, но если травмирован кто-то из моих партнеров – Шатт или Лемэр, то могу играть в центре и на левом фланге. Мои козыри – скорость, дриблинг, точные броски из любых положений, и поэтому в столкновения предпочитаю не вступать, хотя и не боюсь жесткой силовой опеки. Скажу откровенно, что «полицейские» – хоккеисты, которым некоторые тренеры поручают выключить из игры особо опасного форварда соперников, – не мои кумиры. Правда, в последнее время охотиться за мной стали меньше —публика этого не одобряет, а именно она платит деньги за билеты, и с ее мнением, если не хочешь стать банкротом, приходится считаться.

Каждый день, когда нет матчей, в полдень я час-два тренируюсь с командой и один. Но летом коньки и клюшка спрятаны далеко. Все-таки я делаю довольно дальние пробежки, играю в теннис, а иногда моя жена, в недавнем прошлом незаурядный мастер конного спорта, сажает меня на велосипед, сама мчится впереди, и я еле за ней поспеваю.

Большинство профессионалов, и я в том числе, очень любят хоккей, играют с удовольствием, стараются все матчи проводить с полной отдачей. Впрочем, и тренеры за этим строго следят – у них в запасе немало претендентов на место каждого из основного состава. Наши наставники не мучают нас разговорами перед матчами. Обычно собрания перед игрой не длятся более четверти часа, и говорят на них все, и Боумэн не больше остальных.

Боевую форму я обретаю где-то ближе к зиме, хотя и осенью играю со старанием, а лучше всего у меня получается игра весной в матчах Кубка Стэнли. Надеюсь когда-нибудь блеснуть на чемпионате мира.

Весной 1981 года «Монреаль канадиенс» оплошал в розыгрыше Кубка Стэнли, и первые «звезды» клуба Лафлер и Робинсон вылетели в Швецию, чтобы усилить сборную Канады на чемпионате мира. Робинсон сыграл отменно и был признан лучшим защитником мирового первенства. А Лафлер, едва успев выйти на лед в матче с аутсайдерами-голландцами, был атакован соперником, получил травму и так и не обрел себя до конца чемпионата. Когда позже я расспрашивал Ги о причинах неудачи, он отшучивался: «Во-первых, после утомительного перелета и из-за большой разницы во времени между Канадой и Европой я, даже выйдя на лед, продолжал… дремать, а во-вторых, я не предполагал, что на любительских чемпионатах мира даже слабейшие команды играют так жестко».

В каждой шутке, однако, есть доля правды. В этой – тоже. Так что пока мечта Лафлера «блеснуть на чемпионате мира» осталась несбывшейся.

– В последние годы, – заметил Лафлер, – на собственном опыте и по телевидению я неплохо познакомился с игрой советских хоккеистов, и многие ваши мастера на меня произвели большое впечатление. А встречу «Монреаль» – ЦСКА я, например, считаю лучшим матчем мирового хоккея всех времен.

– Включили бы вы некоторых из советских хоккеистов в «Олл старз» мира на сегодняшний день? – поинтересовался я.

– Безусловно, – ответил Лафлер. – В воротах – Третьяк, в защите с нашим Робинсоном – Васильев, в нападении, если позволите, со мной – Тротье и Харламов.

В тот день, когда мы беседовали с Лафлером, ему еще не исполнилось 27 лет. Его рост – 180 см, а боевой вес – 77 кг. Четырежды его включали правым крайним в первую шестерку НХЛ. За шесть сезонов в лиге он забросил 247 шайб и сделал 304 голевые передачи.

Статистика в НХЛ налажена блестяще. Довольно часто она служит не только для удовлетворения любопытства болельщиков, но и для прогресса игры, помогает в работе тренерам, спортивным журналистам, судьям. Помнится, после розыгрыша «Кубка Канады» я обратил внимание, что Бобби Орр и наш Александр Гусев сделали почти одинаковое и самое большое среди других «звезд» число голевых передач. После этого и наши тренеры по-настоящему оценили эту сторону дарования Гусева, выделявшегося еще сильными, точными бросками, мужеством, но, к сожалению, нередко нарушавшего спортивный режим.

Солидная статистика НХЛ натолкнула меня и на такие мысли. В чемпионатах лиги Лафлер забивал в среднем более чем по шестьдесят голов за сезон, стал всеобщим кумиром, однако в матчах с советскими командами он, хотя и был заметной фигурой на льду, результативностью не блистал: в игре с ЦСКА ничего не забил, в «Кубке Канады» не забил, в матче со «Спартаком» забросил две шайбы, в «Кубке вызова» забил один гол, в повторной встрече с ЦСКА 31 декабря 1979 года вновь не поразил ворота, на чемпионате мира 1981 года в матчах со сборной СССР лишь один раз добился успеха.

Чем такое объяснить? На мой взгляд (не уверен, что все с этим согласятся), Лафлер – хоккеист скорее советского, чем канадского, стиля игры: скоростник, дриблер, снайпер. Я бы сравнил его с Харламовым, Мальцевым, Балдерисом. В НХЛ такого типа «звезд» совсем мало, поэтому Лафлер так заметен для местной публики. Кстати, многие в Северной Америке выделяют в нашем хоккее тех троих мастеров, которые названы выше и к которым мы предъявляем претензии в чрезмерной «мягкости». Мальцева в сборной СССР выделял экс-профессионал из «Торонто» Билл Харрис еще на олимпийском турнире 1972 года в Саппоро, где он возглавлял сборную Швеции. Харламова пригласили вместе с В. Бобровым и Б. Кулагиным в качестве почетных гостей в 1973 году на матчи Кубка Стэнли. Про Балдериса больше всех писали накануне «Кубка вызова». Запомнился заголовок репортажа о сборной СССР в «Нью-Йорк тайме» – «Электричка» и товарищи».

В матчах с нами Лафлеру, думается, труднее проявить себя, поскольку защитникам советских команд привычнее опекать такого типа игроков, нежели хоккеистов таранного склада, как, например, Эспозито, Шатт, Тротье. В соревнованиях НХЛ Лафлеру «живется» легче, чем обычно Мальцеву, Харламову, Балдерису: свою «звезду», ради которой публика ходит на хоккей, не выгодно выводить из строя даже соперникам, а вот чужих – не жалко…

Впрочем, однажды и Лафлер чуть не получил взбучку. И не от чужих, а от своих хоккеистов. Его партнеры были сильно напуганы пропажей… Кубка Стэнли, накануне в очередной раз выигранного «Монреаль канадиенс». А вскоре выяснилось, что приз взял, никому не сказав об этом, Ги и установил на лужайке перед домом отца, ожидая увидеть, как тот удивится, выйдя на крыльцо…

Кубок нашелся, команда успокоилась, и Лафлеру ничего не было – все даже посмеялись.

Закончить небольшой рассказ о Лафлере мне хотелось бы упоминанием о том, что он еще и обаятельный человек, всегда старающийся помочь в работе спортивным журналистам. Помнится, после стартовой встречи «Кубка вызова» он поделился своими впечатлениями с корреспондентом ТАСС сразу же в раздевалке: «Перед матчем я сказал себе – все должно быть хорошо и правильно с самого начала. Выходя на лед, все-таки немного нервничал, но когда открыл счет, пришла уверенность».

Десятое февраля соперники провели по-разному. У нас с утра прошел разбор игры и состоялся «мужской разговор». Потом чемпионы мира поехали тренироваться в пригород на один из муниципальных маленьких катков, поскольку в «Мэдисоне» в этот день проходил календарный матч баскетбольного чемпионата. Особое внимание было обращено на выход из своей зоны на скорости. Никто из соперников не удосужился последовать за ними. И зря, на тренировке они увидели бы совсем другую сборную СССР: быструю, могучую, рвущуюся в битву. Немногим в мире командам по силам такие быстрые и решительные преображения!

Хоккеисты НХЛ в этот день отдыхали, были предоставлены в распоряжение жен и невест. Вечером состоялось чествование недавно покинувшего пост президента НХЛ Кларенса Кэмпбела, в свое время известного адвоката, входившего в канадскую делегацию на Нюрнбергском процессе, а затем три с половиной десятка лет возглавлявшего лигу. Арендовали для этого самый большой зал «Уолдорф Астории», чуть больше по размерам концертного зала «Россия». Приглашено было две тысячи гостей, и среди них – министр из Канады, заместитель госсекретаря из США, советские дипломатические сотрудники, видные бизнесмены, деятели культуры, прессы… Весь вечер играл в основном в модном стиле «ретро» блюзы и танго гигантский, больше ста человек, джаз. Настоящий джаз! Музыканты были иссиня-черные, в белоснежных безупречного покроя костюмах, со сверкающими от позолоты инструментами.

В газетах много писали о предстоящей второй встрече. Боумэн сообщил, что собирается играть с тремя парами защитников: третий дуэт составят Лапойнт и Потвен. А нападающих будет дюжина. Жилю и Робинсону он разрешил пропустить тренировку из-за небольших травм.

Тренер не скрывал беспокойства по поводу исхода предстоящего матча: слишком легко далась первая победа. Как бы не произошла самодемобилизация игроков. И это при том, что чемпионы мира теперь «очень сердиты» на профессионалов. К тому же они уже акклиматизировались и судить будет рефери из России.

В связи с этим ворота вновь будет защищать Драйден, а не, как намечалось ранее, какой-нибудь другой вратарь из трех приглашенных.

Тротье в одном из интервью призывал «в повторной встрече не забывать о проигранном третьем периоде». Защитник Р. Грешнер высказал мнение, что во втором матче советские хоккеисты сыграют лучше, особенно в обороне. Д. Потвен призывал, чтобы быстрее пасовали, «тогда все будет в порядке». Б. Кларк сказал корреспонденту «Нью-Йорк пост», что завтра борьба пойдет значительно упорнее и будет больше удалений.

По мнению капитана профессионалов, без Александра Якушева сборная СССР слабее, чем в 1972 году, но есть у нее и плюсы: игроки лучше выдерживают силовое давление, опасными стали многие «щелчки».

О Кларке хотелось бы сказать несколько слов. Он родом из небольшого канадского городка Флин-Флон, что в провинции Манитоба. В матчах приходилось видеть его и в составах сборной НХЛ и клуба «Филадельфия флайерс».

В 1972 году в первых встречах сборных СССР и НХЛ Кларк, к сожалению, запомнился не столько игрой, сколько грубыми наскоками на Валерия Харламова, по общему мнению одного из самых ярких форвардов той «серии». В итоге атаки канадца привели к тому, что наш нападающий с тяжелой травмой покинул лед.

Когда некоторое время спустя довелось интервьюировать тогдашнего наставника «Флайерсов» Фреда Шеро, только-только выигравшего со своей командой Кубок Стэнли, он стал нахваливать вратаря Парэнта и центрфорварда Кларка. Я запомнил слова тренера: «Бобби – неустрашимый боец, хотя не обладает большим весом и высоким ростом, да к тому же играет с линзами в глазах и лечится от диабета. Он сражается на льду с первой секунды до последней. И не только сам, но и увлекает за собой партнеров. Кларк – истинный капитан, вожак команды! Бобби снайперски атакует ворота и обладает великолепным пасом. Он быстр и смел. Он осуществляет мои идеи на льду сам и вместе с командой. Бобби стал капитаном а нашей команде в 23 года, чего не было никогда ранее в клубах НХЛ».

Лестная оценка. Тем более в устах Ф. Шеро – тренера, скупого на слова вообще, а на похвалы игроков в особенности.

В январе 1976 года в матче ЦСКА с «Флайерсами» в Филадельфии Кларк не выделялся как слишком грубый игрок лишь потому, что в его команде нашлись грубияны почище – Ван Имп, Шульц и другие.

А вот в «Кубке вызова» это уже был совсем другой хоккеист. 29-летний капитан сборной НХЛ во всех трех матчах сыграл великолепно, вновь блеснув и тактической мудростью, и бойцовскими качествами, но грубости не было и в помине. «Мы будем играть жестко, – сказал тогда Бобби, – но драться не собираемся, поскольку руки у нас будут заняты клюшками, которыми мы намереваемся забивать голы». И, в общем, эти слова Кларка не разошлись с делом.

Кларк – «командный» человек. «Хоккей – коллективная игра, – говорил он мне на приеме по случаю проводов Бобби Орра. – Когда хоккеист не жалея сил старается для команды, он в то же время работает на себя. Я хотел бы всю жизнь выходить зимой с клюшкой на лед, однако знаю, что это невозможно. И как только почувствую, что в тягость партнерам, покину клуб как игрок, но, может быть, пригожусь еще в хоккее как тренер».

…В одной из газет сообщается, что матч десятого февраля будет особенно трудным для «звезд», потому что «этот день ожидается самым холодным – с русским морозом». Так и случилось, температура упала до минус 15 градусов по Цельсию.

Неожиданно легкая победа в стартовом матче даже заставила организаторов (на всякий случай) прибегнуть к дополнительной рекламе: когда мы ехали на вторую встречу, то слышали по радио в машине интервью с Шаттом, который приглашал зрителей на матчи, обещая самую интересную борьбу во второй и третьей встречах.

Думается, и сам хоккеист не ожидал, насколько он в данном случае окажется провидцем. Что касается рекламы, то это была лишь «подстраховка»: билеты на все состязания были проданы еще за несколько дней до стартового матча.

Кого только не увидишь среди публики! Спортивный комментатор телевидения и радио Болгарии Неделчев познакомил меня с народным артистом республики знаменитым оперным певцом Николаем Гяуровым. Его пригласили выступать в десяти спектаклях «Дон Карлоса» в нью-йоркской «Метрополитен опера», и в свободный вечер он пришел на хоккей.

– Я думал, на катке, где играют в хоккей, холодно, – улыбается певец, – и взял с собой теплое кашне. А здесь тепло и временами, когда возникают острые ситуации у ворот, бывает даже жарко. Признаюсь, я тоже кричал, когда забивали голы ваши ребята, что мне делать как певцу вообще-то не полагается.

Не скрою, приятно, что время от времени электротабло «Мэдисона» высвечивало такой текст: «Здесь самые лучшие с Востока встречаются с самыми лучшими с Запада! Добро пожаловать в Нью-Йорк! «Звезды» горды тем, что вы их гости!».

Похоже, что после матчей «Кубка вызова» хоккеисты и в Нью-Йорке, где кумиры любителей спорта – мастера американского футбола, бейсбола, тенниса, баскетбола, станут популярны не менее, чем в Канаде. И не повторится история со звонком в «Уолдорф Асторию», когда на просьбу канадского болельщика соединить его с Босси служащий гостиницы спросил: «Простите, а кто такой Босси, не владелец ли чулочной фабрики из Бостона, который выехал от нас сегодня?»

Во втором матче у нас травмированного Харламова заменил юный Тюменев, а вместо Цыганкова вышел Бабинов; у хозяев в запас отправились нью-йоркские шведы форварды Нильссон и Хедберг, которых заменили защитники Потвен из «Айлендерс» и монреалец Лапойнт.

Нашим хоккеистам в повторном матче удалось первыми забить гол. Это сделал на девятой минуте Капустин молниеносным броском в самый угол ворот. До этого Драйден парировал один «щелчок» и одну атаку «отразила» штанга.

Судя по дебюту, советские хоккеисты на сей раз настроены решительно – предложили высокий темп, навязывают соперникам жесткую силовую борьбу по всей площадке. Ковин даже в одном моменте перешел за рамки правил, и В. Домбровский отправил его на скамью штрафников. Хозяева незамедлительно воспользовались численным преимуществом: Босси отквитал шайбу. Вскоре и чемпионам мира предоставилась возможность сыграть в большинстве. Однако удаление Перро они не использовали.

Отличная все-таки у хозяев тройка: Босси – Тротье – Жиль! Стоило Первухину на долю секунды упустить из-под опеки около штанги наших ворот центрфорварда, как он мгновенно вывел хозяев вперед.

Все трое – канадцы. Босси из Монреаля, а Тротье и Жиль из небольших городков провинции Саскачеван. Босси – прирожденный «забивала», почти все время на острие атаки. На площадке он – вихрь, но в жизни чрезвычайно медлителен, повсюду опаздывает. Однажды, когда Босси задержал команду в автобусе, его спросили, где он застрял.

– Лифт шел вниз со всеми остановками, и это нарушило мой график движения, – ответил Босси.

– А с какого этажа ты спускался? – поинтересовался тренер.

– Со второго, – невозмутимо сообщил хоккеист…

Жиль силен и в атаке, и в обороне, он много «отрабатывает» за партнеров, не зря в клубе его избрали капитаном. Яркая «звезда» – Тротье. При дебюте в НХЛ он удостоился Кубка Колдера – приза лучшему новичку. В своем втором сезоне лишь в самом конце позволил Лафлеру потеснить себя на второе место по результативности, набрав 123 очка (46 шайб забросил и сделал 77 голевых передач).

Наши тренеры нередко просят нас, журналистов, не перехваливать игроков, чтобы те от зазнайства не снизили класс. «Звезды» НХЛ, видимо, более устойчивы к испытанию славой. В городе Вилмари, на родине Тротье, каток теперь называется «Брайан Тротье арена», а он не зазнался – играет здорово.

Забегая вперед, скажу, Брайан Тротье и его партнеры внесли решающий вклад весной 1980 года в победу «Айлендерс» в Кубке Стэнли – первую в истории «островитян».

На перерыв чемпионы мира ушли проигрывая 1:2. Однако чувствовалось, что главные события в матче еще впереди и борьба предстоит бескомпромиссная, захватывающая.

Так оно и получилось. Профессионалы хотели во что бы то ни стало обеспечить себе выигрыш приза еще во второй встрече. Едва начался второй период, Перро забивает третий гол. Ковин, как бы исправляя свою оплошность с удалением, вновь сокращает разрыв до гола. Но подключившийся в наступление могучий защитник Робинсон завершает усилия Лафлера и Дионна. И снова дистанция в два гола.

Огромная дистанция в сражении с таким соперником, как сборная НХЛ! Однако, чтобы оторваться на такое расстояние, соперники истратили, как выяснилось, слишком много сил. Гол Робинсона оказался в «Кубке вызова» последним, который забили хозяева.

Как это и раньше бывало не раз, не поспевая за стремительными соперниками, могучие профессионалы переходят рамки дозволенного. Особенно грешат защитники: в обороне, конечно, тяжко играть двумя парами. Как оказалось, даже в могущественной НХЛ имеется дефицит на классных защитников.

Жесткая игра профессионалов – не в новинку. Она в НХЛ всячески поощряется, поскольку, дескать, нравится публике. Хоккеисты Нью-Йорка и Лос-Анджелеса создали свой джаз-банд, где солировал на гитаре Марсель Дионн. Долгое время самой популярной в исполнении этой группы была песенка с таким текстом: «Не взыщи, парень, что я стукнул тебя клюшкой. Сегодня я тебя, а завтра ты меня».

Правда, решено теперь штрафовать тех, кто, затеяв драку на льду, потом слишком долго приходит в норму, и тех, кто ввязывается в чужие потасовки, превращая их в затяжные многолюдные драки.

Нарушает правила Сальминг (быстро он усвоил не только «плюсы», но и «минусы» в игре профессионалов). Хозяева выстояли. Тут же Бек, почти стокилограммовый детина, грубо бросает на борт нашего самого миниатюрного форварда Скворцова.

С третьей попытки чемпионы мира реализуют численное преимущество. Васильев и Петров разыграли шайбу, а Михайлов на «пятачке» сделал свое дело, как ни жестко его там опекали. Тут же свой второй гол забивает Капустин, и счет сравнялся. Профессионалы, особенно защитники, явно устали в погоне за нашими быстрыми форвардами.

На льду время от времени стали появляться Потвен и Лапойнт. Перзый неплохо включился в игру, а Лапойнт, не выходивший до этого на лед почти три недели, допустил ошибку, чем незамедлительно воспользовался В. Голиков, забивший пятый, победный, гол. Впоследствии в печати за пятый гол не раз критиковали… Боумэна. Но что он мог поделать? Тренер-то лучше других видел, что четверка основных защитников играет на пределе. Усталостью игроков, не выдержавших напряжения матчей с чемпионами мира, объясняются замена в заключительной встрече Драйдена Чиверсом и некоторые другие перестановки в составе. А нагорело за это снова Боумэну. Такая уж у наставников судьба: побеждает – команда, проигрывает – тренер…

О братьях Голиковых расскажу подробнее. В футболе, хоккее и других спортивных играх не раз отличались братья: Старостины, Бутусовы, Дементьевы, Майоровы, Рагулины, а теперь и Голиковы. Знакомый журналист из Торонто сказал о них после второй игры в «Кубке вызова»: «Еще недавно в Канаде самыми знаменитыми братьями из России были герои Достоевского – Карамазовы, теперь – хоккеисты сборной СССР – братья Голиковы. Карамазовых, правда, трое было…».

Когда я об этом упомянул в разговоре с Александром Голиковым, он уточнил:

– Нас тоже трое. Старший – Виктор – и в хоккей играл хорошо, но потом увлекся гитарой и стал выступать в самодеятельном ансамбле. Отец у нас рабочий, мать – домохозяйка, вырастила троих сыновей. Мы в Пензе жили рядом с катком. Лет с восьми я уже неплохо катался на коньках, а в девять лет меня приняли в детскую спортивную школу.

Владимир почти полностью повторил спортивный путь брата, но делал все на два-три года позже. А потом догнал Александра, и в сборной СССР на чемпионате мира они дебютировали одновременно – в 1976 году в Катовице. Одновременно они становились чемпионами мира и Европы в 1978 и 1979 годах. Оба они офицеры, женаты и растят сыновей.

Александр начинал как центрфорвард, а потом стал играть на краю. Но и сейчас может в любой момент сыграть в центре. И, как считает Голиков-старший, два центрфорварда в одной тройке – совсем неплохо: когда надо сыграть со сменой мест, звено почти ничего не теряет, а противникам надо приноравливаться.

В начале семидесятых годов на братьев обратил внимание Н. Эпштейн – один из наших самых чутких на юные таланты тренеров высшей лиги. Он включил Александра в состав юношеской сборной СССР, которую в ту пору возглавлял, для участия в чемпионате Европы 1971 года. В чехословацком городе Прешове Александр играл в тройке с Владимиром Поповым из ЦСКА и рижанином Хелмутом Балдерисом. Звено это стало ударным. В решающем матче – с хозяевами чемпионата – Балдерис забросил четыре шайбы из наших шести, и почти все после точных передач Александра Голикова.

Владимир играл в юношеской сборной СССР на чемпионате Европы 1973 года в Ленинграде и стал самым результативным форвардом первенства.

– Восемнадцать-двадцать лет, пожалуй, самые трудные годы у мастеров спортивных игр, – считает Александр Голиков, – из юноши надо становиться мужчиной. Нам с братом повезло – в сложный период жизни рядом с нами был замечательный тренер и человек Николай Семенович Эпштейн. Раньше он подготовил таких классных хоккеистов, как Александр Рагулин, Валерий Никитин, Юрий Морозов, оценил талант и привлек в сборную РСФСР шестнадцатилетнего Александра Мальцева. А потом и нам дал путевку в большой хоккей. При этом помог устранить такие непростые минусы, как посредственная физическая подготовка, обводка стоя на месте или с большим торможением, недостаточная мощь и точность бросков по воротам.

– Мы очень старались, тренировались не жалея сил, – рассказывал Владимир Голиков. – И дело понемногу шло на лад. Правда, один маститый в свое время тренер нас «похоронил», написав: «Голиковы – хоккеисты не для сборной страны». Хорошо, что иной точки зрения придерживались Борис Александрович Майоров, работавший с нами во второй сборной, Борис Павлович Кулагин, Виктор Васильевич Тихонов, Владимир Владимирович Юрзинов, оказавшие нам доверие приглашением в первую команду страны и такой именитый клуб, как столичное «Динамо».

– Теперь есть что вспомнить, – говорил Александр Голиков, – игру с Мальцевым и Макаровым на победных чемпионатах мира в Праге и Москве, сражения на «Кубке вызова».

В. Тихонов так отозвался о выступлениях братьев Голиковых на двух победных чемпионатах мира в Праге и Москве и в «Кубке вызова»: «Играли добротно, превосходили соперников в скорости, побеждали в силовых единоборствах, были результативны, причем забивали немало важных голов».

Об одном из них Александр вспоминал так:

– В решающем матче пражского чемпионата мира – с хозяевами – счет открыл Балдерис. Петров забросил вторую шайбу, «Пора и вам забивать, вы же умеете», – сказал нам во втором перерыве Виктор Васильевич требовательно, но как-то по-доброму. Я даже в ответ пошутил, что и правда пора. В середине третьего периода Владимир с моей передачи забросил третью шайбу. Как потом выяснилось, очень нужную для «золота».

– Если я буду в дальнейшем работать тренером, – сказал Александр, – постараюсь использовать те принципы, по которым с нами Эпштейн работал: игроку надо создать условия для роста – раз, не мешать ему набираться мастерства – два и только, в-третьих, помогать ему шагать к вершинам. Тренер и игрок должны трудиться совместно. Не только игрока учит тренер, но и педагог у ученика может многое почерпнуть, чтобы затем передать это и другим своим питомцам.

– А почему в самолете сидели такие серьезные? – спросил я в Гандере Александра. – Может быть, вы летать боитесь?

– Нет. Летаем много, чего бояться? – ответил старший брат. – Просто настраивались. До этого в клубе игра у нас разладилась: то у меня травма, то у брата, то у Мальцева аппендицит, предстояло с новым партнером играть – Макаровым. Как-то получится? Тем более, что соперник уж очень знаменитый – все «звезды»!

Получилось совсем неплохо. С Макаровым взаимодействие наладилось даже быстрее, чем можно было ожидать, – получилась скоростная, боевая тройка! В первой встрече Владимир Голиков был по заслугам отмечен, как лучший в нашей команде, золотой медалью.

Забегая вперед, скажем, что в Лейк-Плэсиде все ждали от Голиковых более яркой игры, особенно в сражении с хозяевами Олимпиады, но, к сожалению, не получилось. И не только у них. Не хватило до «золота» одной шайбы, и теперь, чтобы братьям войти в славную когорту олимпийских чемпионов, придется ждать до Игр в Сараево з 1984 году…

На последних минутах болельщики на трибунах превзошли себя, поддерживая профессионалов, из последних сил рвавшихся сравнять счет. «Гоу, гоу, гоу!» – «Вперед!» – сверкало электротабло. За 42 секунды вместо Драйдена выходит шестой полевой игрок, но чемпионы мира не дрогнули, вырвали победу!

Золотые медали лучших игроков матча получили Васильев и Тротье.

– Ну и устал же я! – первое, что сказал Виктор Васильевич Тихонов, когда я опять сразу после матча подошел к нему. На скамейке теперь гораздо многолюднее – все спешат к тренеру. Виктор Васильевич резюмирует; «В отличие от прошлого матча сегодня играла вся команда, от начала до конца играла, и, как все видели, здорово играла! А сборная НХЛ – самая сильная команда из тех, что я видел в Северной Америке».

Да, зрители, тренеры, игроки, пресса единодушны: в повторной встрече вновь был показан хоккей высшего класса, а чемпионы мира заслужили победу по праву.

– Советская команда во второй встрече действовала уверенно, – отметил корреспондент Ассошиэйтед Пресс, – и по игре было видно, что она не собирается повторять ошибок предыдущего матча. Гостей не смутило то обстоятельство, что по ходу встречи они значительное время проигрывали с дефицитом в две шайбы – 1:3 и 2:4. Советские хоккеисты выглядели более свежими, чем «звезды», их преимущество в голах подчеркивает и активный баланс бросков: советские хоккеисты «поперчили» Драйдена 31 броском, а «звезды» ограничились лишь 16 «выстрелами».

Приведу и высказывания игроков.

– Соперники жестче боролись, потеряв шайбу, в том числе и в «горячих» точках – у бортов, – заметил Гэйни.

– В первом матче мы парили в воздухе, во втором – они, – отметил Кларк.

– Наши противники не печалились, когда проигрывали две шайбы, и не особенно радовались, когда их отквитали. Они показались мне людьми с сильной психикой, – подчеркнул Босси.

«Удивительно быстрая советская команда своей игрой не раз заставляла замолкать шумных болельщиков сборной НХЛ, собравшихся в «Мэдисон сквер-гардене» на второй матч, – писала «Нью-Йорк таймс», – и просто поразила их, ликвидировав сначала отставание в две шайбы, а затем и выйдя вперед. Это была абсолютно не та команда, которая «присутствовала» на открытии «Кубка вызова». На сей раз сборная СССР показала именно тот русский хоккей, который ныне хорошо знают в Северной Америке и которого так опасаются наши «звезды».

В нашем журналистском цеху, к сожалению, немало таких, что сегодня могут превозносить до небес – в случае успеха, а завтра готовы сровнять с землей – в случае поражения. Один из таких американских «скоропалитов» задал Боумэну вопрос:

– А не отдать ли теперь Кубок Стэнли советским хоккеистам?

– Кубок Стэнли разыгрывают клубные команды, а сейчас соревнуются сборные, – стараясь оставаться спокойным, ответил тренер профессионалов, – кроме того, у советских хоккеистов есть свои весьма почетные награды – золотые медали чемпионов страны.

– Как закончится третий матч? – был задан тренеру и такой вопрос.

– Не знаю, – ответил он, – но в панику впадать мы не собираемся. Утром сядем и на свежую голову обсудим ситуацию. Постараемся в третьем матче выглядеть достойно и выиграть «Кубок вызова».

Осуществить это намерение, однако, не удалось. Более тяжкого поражения, нежели в заключительном матче «Кубка вызова», профессионалы НХЛ ранее не терпели никогда.

Перед заключительным матчем профессионалы вновь предприняли психологическую атаку на гостей. На этот раз не при помощи супершикарных приемов в «Уолдорф Астории». За полчаса до начала в раздевалку нашей команды пожаловали… полицейские с собакой. Руководители, тренеры и переводчик в этот момент куда-то отлучились, и для объяснения пришлось прибегнуть к помощи… десятилетнего сына корреспондента Гостелерадио в Нью-Йорке И. Чарикова.

Мальчик объяснил нашим хоккеистам, что полицейские с собакой пришли после звонка какого-то лица, сообщившего, что в раздевалку сборной СССР подложена бомба замедленного действия. Полицейские просят разрешения поискать «адскую машину», а собака их специально тренирована для обнаружения взрывчатки…

Возможно, такой визит перед ответственным матчем, когда нервы напряжены до предела, кого-то из игроков и выбил бы из колеи. Но грозное предупреждение звучало совсем не страшно из уст мальчика.

Полицейские ничего не нашли, извинились за беспокойство и ушли. Я застал лишь самый конец их визита. А руководители и тренеры, кажется, об этом до игры так и не узнали.

В общем, «ружье» явно не выстрелило.

Еще из утренних газет стало известно, что профессионалы в третьей встрече собираются играть особенно жестко. К этому призывали их и болельщики, вывесившие на трибуне двадцатиметровый транспарант: «Сегодня выложитесь, покажите им, где раки зимуют. Сделайте так, чтобы сила была на вашей стороне, НХЛ!» И хозяева вняли этому призыву – действовали жестко, а нередко и жестоко, но и это их не спасло.

У профессионалов место в воротах занял Чиверс, запомнившийся великолепной игрой в «Серии-74». К четверке основных защитников с первых же минут присоединился и Потвен. В атаке вновь появились нью-йоркские шведы, и четыре звена выглядели так: Босси – Тротье – Жиль, Бербер – Кларк – Макдональд, Лафлер – Перро – Гэйни, Хедберг – Нильссон – Маркотт.

В конце первого матча Боумэн послал на лед шведов Нильссона и Хедберга, чтобы они своей игрой в пас «потушили русский огонь». Не очень-то это у них получилось. И во второй встрече они не были в составе. На решающий поединок для придания еще большего энтузиазма публике нью-йоркских шведов вернули в сборную.

В. Тихонов позднее рассказал: «Перед третьим поединком у нас в делегации создалась обстановка некоторого благодушия: одну встречу выиграли – выиграли хорошо, красиво, и хватит, задача-минимум выполнена. А я считал, что надо обязательно выиграть и третий матч. И так и сказал ребятам: «Надо победить, хотя будет трудно, больно. Надо! Этого требуют интересы хоккея. А победители войдут в историю. Для этого стоит постараться».

В нашей команде перемены поистине сенсационные: Третьяка – столпа сборной СССР многих последних лет – в решающем матче в воротах заменил мало кому известный дебютант Мышкин!

– Это был риск, – поделился позже В. Тихонов, – но в спортивных состязаниях высшего класса без риска редко удается добиться победы над сильным, искушенным соперником. Важно, чтобы риск был обдуманным, обоснованным. Из чего я исходил, вводя в бой молодого вратаря? Третьяка – одного из лучших голкиперов мирового хоккея – соперники изучили всесторонне. Они понимали, что издали его не «пробить», надо подъезжать и обводить. И это у них в первых двух матчах, к сожалению, получалось не раз.

Мышкина они знали плохо (хотя должны были бы уже и к нему приглядеться – во время турне «Крыльев Советов» он играл отменно) и будут палить по нему и со средних, и даже с дальних позиций. Если он не испугается, все будет в порядке. Я спросил Володю: «Хочу тебя поставить на третий матч, не испугаешься играть?» – «Не испугаюсь, – ответил он довольно спокойно, лишь немного краснея, – все будет нормально».

И вопрос о вратаре был решен. («Когда Мышкин был совсем юным голкипером и играл в кирово-чепецкой «Олимпии», – рассказывал В. Ерфилов, в свое время тренировавший эту команду, – там играл также вратарь по фамилии Собачкин. Публика неизменно громко смеялась, если диктор объявлял по стадиону: вместо Собачкина ворота будет защищать Мышкин…»)

Из-за травм Харламова и В. Голикова изрядно перекроены и звенья полевых игроков. Пришлось даже второго дебютанта защитника Ирека Гимаева отрядить в нападение. Теперь звенья выглядели так: Васильев – Стариков, Билялетдинов – Первухин, Бабинов – Федоров, Михайлов – Петров – А. Голиков, Тюменев – Гимаев – Макаров, Балдерис – Жлуктов – Капустин, Скворцов – Ковин – Варнаков.

Как уже говорилось, ничьей в третьем матче быть не могло, кто-то должен был одержать вторую победу, если не в основное, то в дополнительное время, хотя бы оно продлилось до утра. Матч был решающим! Победа или поражение – третьего здесь не дано.

По первым же минутам можно было видеть, как нервничают и как устали соперники. Что ж, и лучшие мастера хоккея в мире тоже не железные, а обыкновенные люди – талантливые, тренированные, но люди. Об этом, сидя на трибуне, никогда не стоит забывать – и в радости, и в печали.

Секретариатом матча (очень квалифицированным и многогранным на «Кубке вызова») первый бросок по воротам был отмечен лишь на пятой минуте. Чиверс парировал «выстрел» Михайлова. Остроту создают форварды звена Жлуктова, но до гола дело не доходит. Хозяевам явно не по вкусу такое развитие событий. Тротье решил припугнуть соперников – припечатать Скворцова к борту. Однако волжанин оказался проворнее мощного соперника, и Тротье с грохотом горного камнепада врезается в борт, Чиверс не доволен присутствием Михайлова на «пятачке». Еще, видимо, по 1974 году помнит, что это грозит неприятностями. Он призывает своих защитников «убрать» чужого форварда, а потом и сам тычет в него тяжелой вратарской клюшкой, как ее иногда называют, «гитарой». Один из лучших арбитров НХЛ – опытнейший судья из Виннипега Ван Халеманд видит нарушение правил, но свисток его молчит.

Ошибается с пасом Петров. Мчится на перехват шайбы Лафлер, но чуть-чуть не успевает, и ею завладевает Бабинов.

Профессионалы окончательно перешли к тактической схеме «от обороны», причем от жесткой обороны. Маркотт бросает на борт Александра Голикова, и опять судейский свисток молчит. Однако наших хоккеистов это не останавливает – атака следует за атакой. Приятно, что наряду с испытанными ветеранами смело устремляются в самое пекло и дебютанты. Гимаев так красиво бросает по воротам из трудного положения, что даже вызывает аплодисменты зала, отчаянно болеющего за своих кумиров.

Справедливости ради надо сказать, что «звезды» при первой возможности отвечают опаснейшими контратаками. Снова выделяется Лафлер. Он опасно бросает по воротам, на скорости не раз перехватывает пасы наших хоккеистов, сам делает точные передачи. Несколько раз он дает неожиданные для гостей пасы за спину, создавая партнерам выгодные моменты. Публика в восторге: громко аплодирует, скандирует «Ги, Ги, Ги!»

Не только все-таки дурные примеры заразительны, хорошие – тоже! Наши явно заразили соперников красивой комбинационной игрой на высоких скоростях. А призывы к грубости нашли отклик, но, к счастью, не столь обширный, как можно было ожидать, вспоминая не такой уж и давний матч в Филадельфии.

Первый период – 0:0. Однако наши играют так здорово, что Д. Зиглер на просьбу оценить дебют матча только пробормотал, устремив взгляд к потолку: «Я могу лишь сказать, что весь в поту…». Г. Синден тоже ограничился одной фразой: «Нужно благодарить бога за то, что Чиверс смог отбить несколько страшных бросков».

Профессионалы настороже против наших стремительных атак, но на 25-й минуте Бек упустил Михайлова, получившего на скорости пас от Саши Голикова, и счет открыт, Один из «полицейских» профессионалов – Маркотт решил за гол отомстить ударом, и наконец замечен судьей и отправлен на скамейку штрафников. Первое же удаление чемпионы мира реализуют: Васильев отдает шайбу Балдерису, рижанин пасует Жлуктову, и счет 2:0.

Вся пятерка запрыгала на льду в каком-то немыслимом галопе. Особенно высоко подпрыгивает длинный Жлуктов. Не очень все выглядит эстетично, но понять ребят можно. Если бы в ложе прессы было позволительно, я, пожалуй, тоже бы запрыгал…

Во втором перерыве Г. Синден сказал:

– В 1972 году перед третьим периодом решающего матча мы тоже проигрывали две шайбы – 3:5, но все-таки победили. Может быть, чудо повторится. Я, правда, чувствовал бы себя гораздо лучше, если бы сейчас счет был 3:5, а не 0:2. Пока все наши броски вхолостую. Наши парни прилагают массу усилий, но русские играют с нами, словно кошка с мышкой.

Голы явно всех в сборной СССР воодушевили. Атака на ворота хозяев следует за атакой. В рядах «звезд» откровенная паника, когда на льду появляются быстрые, юркие, сыгранные, смелые форварды из горьковского «Торпедо». Даже местная публика не раз провожает их на отдых аплодисментами.

Кстати говоря, в битвах такого накала, как «Кубок вызова», сыгранность – важный плюс, а бойцовские качества и индивидуальное мастерство – скорость, ловкость, меткость – просто совершенно необходимы.

Васильев, который даже в таком напряженнейшем матче редко перестает улыбаться и надежно ставит в нашей зоне соперников «на якорь», решил дать «острастку» Тротье. Переборщил. И тут же отправляется отдыхать на две минуты. Теперь профессионалы взяли на прицел наши ворота. Особенно выделяется мастерством Лафлер. Но и Мышкин творит чудеса.

Время идет, а счет не меняется. Соперники ужесточают игру. Макдональд разбегается на Балдериса чуть ли не из Бруклина, Тротье берет старт при атаке Билялетдинова с Лонг-Айленда. За капитаном – Михайловым – вообще охотятся. Как потом сказал журналистам Жиль, «русских били, но они вставали, поправляли шлемы и бегали быстрее».

Если бы «профи» выиграли, нашлось бы, к сожалению, немало журналистов в США и Канаде, которые им бы простили грубость и даже жестокость. Более того, некоторые стали бы смаковать моменты «грязной» игры, как это случилось после матча «Филадельфия флайерс» – ЦСКА.

Но вот Тротье от огорчения бьет вратаря. Мышкин отвечает. Обоюдное удаление. Нападение на вратаря всегда взбудораживает всю команду. Так было и на этот раз. Игроки, тренеры, даже руководители делегации В. Сыч и В. Колосков разволновались, машут клюшками, руками, что-то кричат судье. За своего арбитра заступились болельщики – зал зашумел. С каждой секундой гул нарастал… Спас положение Михайлов – успокоил своих партнеров, что-то сказал даже руководителям и тренерам, и игру продолжили.

За Мышкина наказание отбывает Гимаев. У нас на площадке остались Первухин, Петров и Билялетдинов, у профессионалов в поле четыре игрока. Опасная ситуация. К счастью, это ненадолго. Вскоре появляется Васильев. Четыре на четыре – это уже не так страшно.

Юрия Федорова много раз приглашали в сборную СССР, но нередко упрекали в некоторой мягкости. Сегодня его бойцовские качества выше всяких похвал – как он сражался в конце второго периода на «пятачке» с Кларком!

Когда, казалось, от напряжения не выдержат ни игроки, ни тренеры, ни судьи, ни журналисты, кто-то из зрителей – от отчаяния, что ли? – выбросил с верхних рядов на лед… теннисный мячик. Игра остановлена. Несколько секунд помощники арбитра гоняются за высоко подпрыгивающим мячом. В другой раз, наверное, это вызвало бы громкий смех всего зала, но сейчас тихо: все слишком увлечены ледовой битвой.

Два гола перевеса в таком сражении – это еще не гарантия победы. Но все-таки приятно слышать от нью-йоркского журналиста: «Каждый раз, когда наши хоккеисты встречаются с вашей сборной, они забывают, что имеют перед собой дисциплинированных, талантливых соперников, которые в июле «отдыхают» со штангой и могут без устали поэтому носиться на космических скоростях все три периода. Но парни из России быстро об этом напоминают нашим «звездам». И еще. Ваши ребята хорошо друг друга «кормят шайбами».

Третий период хозяева начинают проигрывая 0:2. Профессионалы решительно настроены во что бы то ни стало изменить ход встречи в свою пользу – они по очереди похлопывают Чиверса по его широким вратарским щиткам со свирепым выражением на лице, отъезжая затем в поле или на скамейку. Из наших хоккеистов около Мышкина задержался Третьяк и что-то ему говорит – то очень серьезно, то улыбаясь.

После матча я спросил Володю:

– Что тебе говорил перед третьим периодом Владик?

– Он сказал, что сейчас профессионалы начнут палить по моим воротам. Больше издалека, но очень сильно. Бояться не надо, а нужно выкатываться вперед под броски, и все будет в порядке. Я так потом и делал. Если бы они поближе подходили к воротам, мне тяжко пришлось бы. Но они думали: Мышкин не Третьяк, он и издалека пропустит.

Тихонов тоже внес свои коррективы перед третьим периодом: «Теперь у нас трое почти все время в обороне, пусть профессионалы наступают – разрушать легче, чем создавать, а контратаки – вещь опасная, если, конечно, они быстрые и с мастерским завершающим броском». Шайбы, словно ядра, летят в маленького светловолосого вратаря. Но он как стена. (В «Хокки ньюс» я видел рекламу детской хоккейной школы в Мичигане «со специальными русскими упражнениями для вратаря вне льда». Что ж, акции рекламодателей теперь еще повысились!) Вот и первая наша контратака. Она едва не завершается голом. К сожалению, Скворцов попадает в штангу. Хотя и говорят, бросок в штангу – один из видов промаха по воротам, все-таки обидно. При счете 0: 3 даже «звездам» в третьем периоде не отыграться бы, да противник сломался бы и психологически… Ах как нужен третий гол!

Вспомнился даже рассказ о вратаре одной из любительских канадских команд. Он, страстный коллекционер, собрал более тысячи шайб, в том числе сто двадцать, сделанных в странах Европы. Есть у него и советские шайбы, «Случалось, – признался он журналистам, – иногда в играх нарочно пропускал шайбы, чтобы забрать в свою коллекцию…»

Вот если бы Чиверс был коллекционером!… Профессионалы чуть поумерили пыл, стали осмотрительнее играть в обороне. Но не долго. Время идет, а им нужно отыгрываться. Они снова с клюшками, словно с шашками, по-кавалерийски мчатся в нашу зону и бросают, бросают, бросают. Мышкин выкатывается и отбивает. А добить не дают. Наши защитники получили строгий приказ: «Добивать не давать!» И они его все как один выполняют. Рано или поздно должна была удаться еще одна контратака. Так и случилось. На 49-й минуте Гимаев овладел шайбой, Балдерис прочувствовал ситуацию и рванулся стремительно, как только он умеет, вперед к синей линии, когда еще шайба была у партнера. Гимаев заметил рывок. На синей линии, не имея перед собой никого, Балдерис получил шайбу и не сплоховал – техника бросков у него высшего класса. Чиверс был бессилен что-либо изменить.

Этот гол, как и можно было ожидать, стал переломным. Профессионалы дрогнули. Они сражались еще долгих одиннадцать минут, но многие из них уже не верили, что можно превзойти в скорости и мужестве советских чемпионов, что можно забить хотя бы один гол маленькому блондину Мышкину.

За такую шайбу Балдерису простили робость, мягко говоря, в первом матче и недостаточную активность во второй встрече. Обнимать его выскочила на лед вся команда. Пожалуй, и тренеры оставались на месте с большим трудом. Наши поняли: дело сделано. 3:0 – это победа!

В сборной СССР все успокоились и заиграли еще мощнее, четче. Минуту спустя Ковин делает счет разгромным – 4:0! Сотни болельщиков, не выдержав позора своих кумиров, поднялись со своих мест и потянулись к выходам.

Однако тысячи других все еще верят в чудеса. «Ги, Ги, Ги!» – скандируют они имя своего любимца Лафлера, умоляя «суперзвезду» сотворить чудо. Увы, на сей раз мешок с чудесами был пуст. Мышкин парирует или забирает намертво все броски и Лафлера, и его партнеров, создав, по выражению одной из американских газет, «железный занавес в воротах». Вот как получилось: в Нью-Йорке на «Кубке вызова» нашли еще одного классного вратаря для сборной СССР на близкий московский чемпионат мира!

Макаров с подачи Капустина забивает пятый гол! Фантастично!

Но и это еще не финиш. Александр Голиков, когда сборная СССР играла после удаления Михайлова в меньшинстве, забрасывает из-под игрока в момент обводки шестую шайбу в ворота вконец растерявшегося Чиверса.

Вратарь после матча в пух и прах раскритиковал себя. «Поворотный момент в третьем матче, – сказал он, – наступил в тот миг, когда решили доверить защищать ворота мне. Четыре шайбы из шести на моей совести. Я даже не пытался их отбить – стоял как статуя. Я не дал своей команде никаких шансов на победу.

Боумэн видел, что Драйден устал. И остановил свой выбор на мне. После первого периода выбор Боумэна всем казался удачным, а потом это, уверен, принесло глубокое разочарование и Боумэну, и партнерам».

Не каждый большой спортсмен отважится так выступить перед журналистами. (Я, во всяком случае, слышал еще только об одном таком – английском гроссмейстере М. Стине, который прослыл «самым большим чудаком» после того, как заявил однажды: «Соперник победил потому, что играл лучше меня».)

В разгроме виноват был, конечно, не только вратарь, поскольку два десятка полевых игроков не сумели забить ни одного гола.

6:0 – такого не ожидал никто!

Подходит специально прибывший на эти матчи давний знакомый старший тренер сборной Финляндии Калеви Нумминен. Он говорит: «Вторую половину розыгрыша Кубка ваши провели блестяще. Чемпионы мира выиграли – 9:0! «Звезды» не могли забросить шайбу четыре с половиной периода и, думаю, не забили бы гола и до мая, если бы матчи продлились до этого времени».

Финальная сирена вызвала бурную радость советских хоккеистов. «Звезды» НХЛ находились в нокдауне. Чего угодно ожидали лучшие профессионалы мира, выходя за два часа до этого на лед, но, конечно, не разгрома – 6:0! Устали защитники, на плечи четверки которых выпала гигантская нагрузка, чего «звезды» тоже никак не предполагали. Психологически сломался в конце матча вратарь Чиверс. Но что его винить! Ведь и дюжина прославленных форвардов ни разу (!) не смогла забить гол в ворота голкипера из весьма скромного клуба «Крылья Советов».

Согласитесь, было от чего впасть в прострацию даже первым «звездам» профессионального хоккея.

Это, правда, продолжалось всего около минуты. А потом многие из разгромленных овладели своими чувствами и вслед за капитаном Кларком, державшимся мужественно и старавшимся быть джентльменом, потянулись к Володе Мышкину: если не удалось забить ему гол, то теперь хоть похлопать клюшкой по щиткам его амуниции, воздать должное его мужеству и мастерству. Зал стоя приветствовал громкими аплодисментами советскую команду и героя матча – вратаря.

Объявляют, что лучшими игроками встречи признаны у победителей, конечно, Мышкин, а у проигравших – Жиль. Президент НХЛ Д. Зиглер и исполнительный директор лиги А. Иглсон вручают советским хоккеистам «Кубок вызова». Японская фирма «Сони», широко известная во всем мире, преподносит теле-, радио-, стерео-, видео– и т. п. комбайны, массовое производство которых начнется лишь в следующем году, признанным «самыми полезными хоккеистами» по результатам трех встреч Борису Михайлову и Кларку Жилю. 3 каждом «комбайне» предметов по двадцать-двадцать пять. Борису надо, пожалуй, вызывать для транспортировки приза еще один самолет.

Спортивная судьба Михайлова сложилась, в общем, счастливо – закончил играть он будучи заслуженным мастером спорта, десятикратным чемпионом СССР, семикратным чемпионом Европы и восьмикратным чемпионом мира, дважды победителем олимпиады. Десять раз в составе ЦСКА добивался он побед и в розыгрышах Кубка европейских чемпионов. В 1973 и 1979 годах его отмечали призами как лучшего форварда чемпионатов мира, а журналисты включали в «Олл старз».

Михайлов в 1979 году стал первым победителем «Золотой клюшки» – приза лучшему хоккеисту Европы, учрежденного газетой «Известия».

В семнадцати чемпионатах СССР он провел 567 матчей, забросил 427 шайб и сделал 214 голевых передач. Всего же за время выступлений на ледовых площадках в официальных и товарищеских, всесоюзных и международных встречах на его счету более 900 шайб!

В числе весьма немногих наших хоккеистов Михайлов удостоен ордена Ленина, а также орденов Трудового Красного Знамени и «Знак Почета».

Но путь к признанию, к высшим титулам у него (как и у многих больших хоккеистов) был отнюдь не легким.

Родился Борис в Москве в тяжелом военном 1944 году. Матери много лет пришлось поднимать четырех сыновей. Один из них старше Бориса, двое – младше. («Когда я в сборной играл, переживали за меня, а так «болеют» за «Спартак», но звонят, просят билеты на матчи ЦСКА – «Спартак», – сетовал однажды Борис). Когда мальчиком начинал играть во дворе в хоккей, у него был лишь… один конек. Потом раздобыл второй. Клюшки мастерил себе сам – из доски. Их обычно хватало на один день. Щитки делал из старых водосточных труб. Они надежно защищали от «укусов» шайбы, но были очень тяжелыми и страшно гремели, если он падал в них на лед. Шлемом служила солдатская шапка-ушанка.

Сначала играл в дворовой команде, там где и жил – на Хорошевском шоссе. Потом с товарищами пошел записываться в команду на стадион Юных пионеров – там помогали со спортивной формой. Бориса приняли.

После семилетки пошел работать – надо было помогать семье. Первое время трудился электриком в домоуправлении, потом на автобазе. В юности Борис мечтал стать машинистом, но когда представилась возможность поступить на курсы водителей локомотивов, его не приняли… по состоянию здоровья. И те громадные успехи, которых добился Михайлов, не будучи от природы здоровяком, в такой маневренной и атлетической игре, как хоккей, лишний раз подчеркивают оздоровительную роль спорта.

Все-таки на коньках, хоть и самоучка, катался Борис отлично, был парень смелый и очень любил хоккей. А еще, даже первые его тренеры, ценили в пареньке задатки вожака, способность повести за собой партнеров, особенно в трудные для команды моменты.

Михайлова приняли в «Трудовые резервы». Потом он играл в юношеской и молодежной командах «Локомотива». Уезжал в саратовскую «Энергию» и два года выступал там в классе «Б» и первой лиге. Вернулся в столицу и три сезона играл в команде мастеров «Локомотива», Всеволод Михайлович Бобров – кумир Бориса в спорте – приглашал его в «Спартак». Но тогдашние руководители этого спортивного общества не поддержали тренера, и Михайлов остался в «Чугунке», где в ту пору тоже играли большие мастера, к примеру ударная тройка В. Козин – В. Якушев – В. Цыплаков.

И после приглашения в ЦСКА – самую лучшую клубную команду Европы и одну из лучших в мире – до признания еще было далеко.

Лишь когда в конце 1968 года объединились вместе виртуоз дриблинга Валерий Харламов, могучий, напористый Владимир Петров и никакими силами не сбиваемый с позиции перед воротами соперников Борис Михайлов, все увидели, какие гиганты игры эти хоккеисты. (Правда, и после этого капитану ЦСКА и сборной СССР легче в спорте и жизни не стало, а порой даже приходилось труднее, нежели раньше…) Здесь не случайно употреблено слово «игры». Михайлов, Петров и Харламов не только быстро бегали на коньках, но в совершенстве владели техникой бросков и передач, умели действовать жестко и сами не пасовали перед силовыми приемами соперников.

Одной из лучших троек за всю историю они стали прежде всего за счет того, что играли в хоккей. На радость публике и себе тоже.

Михайлов, Петров и Харламов, совершенно разные по характеру и темпераменту люди, стали друзьями во многом потому, что дарили друг другу радость полного взаимопонимания на льду, радость игры!

В дни, когда Борис покидал большой спорт, на горно-обогатительном комбинате в Якутии один из алмазов в 43,5 карата назвали «Борис Михайлов». Не помню, кого из хоккеистов во всем мире так бы отличали?…

В связи с присуждением Михайлову приза «Самого полезного игрока» в «Кубке вызова» я счел уместным немного рассказать о капитане и подлинном вожаке звена, клуба, сборной.

По полезности я бы выделил еще форвардов из «Торпедо». Выступая в «Кубке вызова», они оставили самое лучшее впечатление начиная с первого, хотя и проигранного, матча. Александр Скворцов и Владимир Ковин уже несколько сезонов на примете у тренеров. Еще в 1976 году они с челябинцем Валерием Белоусовым составили звено в экспериментальной сборной страны. Они тогда запомнились быстрой, смелой игрой. Зимой 1978/79 года волжане трижды пересекали океан. Скворцов и Ковин вместе с ленинградцем Александром Андреевым играли за вторую сборную с клубами ВХА и, по мнению ее наставника Б. Майорова, были лучшими среди форвардов. Затем уже вместе с Михаилом Варнаковым горьковчане были приданы «Крыльям Советов». На их счету большинство шайб, заброшенных вратарям таких именитых клубов, как «Бостон брюинс» и «Филадельфия флайерс», отличались они и во встречах с «Детройтом», «Миннесотой» и «Нова скотия вояджерс». Забегая вперед, отмечу, что Скворцов в 1979 и 1981 годах в составе сборной СССР становился чемпионом мира и Европы.

Итак, чемпионы мира совершают круг почета. Впереди с «Кубком вызова» – Борис Михайлов и Валерий Васильев. Проехав по еще не остывшему от битвы льду, наши хоккеисты с призом направились в раздевалку. По пути сотрудники НХЛ попробовали забрать у них кубок, пытаясь при этом объяснить, что согласно договоренности, он будет храниться в Торонто, в «Галерее хоккейной славы», но их попытка не увенчалась успехом.

– Какая еще галерея? Почему в Торонто? – не соглашались разгоряченные сражением на льду наши ребята. – Мы победили, и приз поедет в Москву.

Проникнуть же в нашу раздевалку служба безопасности не позволяла никому. Не пустили даже Зиглера и Иглсона. Им, правда, пошли навстречу, вызвав из раздевалки руководителя делегации.

В два голоса шефы НХЛ снова повели рассказ о том, что надо возвратить кубок для отправки в Торонто. Однако и наш руководитель от нахлынувшей радости (пусть так будет почаще!) тоже позабыл о прежней договоренности.

– Почему в Торонто? – недоумевал Валентин Лукич. У нас в Москве тоже есть музей спорта, и еще получше, чем в Торонто. В следующий раз выиграете вы и получите кубок в целости и сохранности. Только, если будете играть так, как сегодня, вернете приз обратно не скоро, – шутливо заключил наш руководитель.

Лишь вид расстроенных вконец деятелей НХЛ вернул его к действительности, он вспомнил о договоренности, и кубок пришлось отдать хозяевам.

Правда, в апреле Д. Зиглер и А. Иглсон привезли «Кубок вызова» в Москву, где проходил очередной чемпионат мира. Перед одним из матчей он был представлен московской публике, гостям чемпионата из многих стран и еще раз показан миллионам телезрителей.

…Только когда улеглись страсти, служба безопасности пропустила в нашу раздевалку Боумэна, с ним просочился туда и Иглсон. Оба тепло поздравили тренеров, руководителей, приветствовали игроков. «Мы сделали все, на что были способны, – сказал Боумэн, – думаю, и стратегию мы выбрали правильную, но сегодня ваши ребята были на голову сильнее».

А капитан «звезд» Бобби Кларк, еще растираясь полотенцем в душе, сказал: «Сегодняшняя сборная СССР – лучшая команда в мире из тех, что я когда-либо видел!»

Тренеры Виктор Тихонов и Скотти Боумэн вместе отправились на пресс-конференцию. Журналисты как исключение из правил просят пригласить на нее и героя матча Мышкина. Когда Володе сказали об этом, он был обрадован, смущен, но старался оставаться спокойным, как и во время игры. А направляясь в зал на встречу с прессой, сказал мне с улыбкой: «Несправедливо получается: старался, старался, а теперь все наши ужинать поехали, а меня – на пресс-конференцию…»

Вытащили журналисты из раздевалки и Бориса Михайлова. Поскольку переводчик ушел на пресс-конференцию, «выступление» нашего капитана было совсем кратким, но, по общему мнению, ярким и убедительным.

– Теперь, – сказал Михайлов, – советский хоккей – номер один, НХЛ – номер два!

Перевода не потребовалось, и назавтра почти все газеты, освещавшие матчи, привели эти слова капитана советской сборной, не оспаривая его утверждения.

Боб Гэйни сказал репортерам, что соперники оказались даже жестче в борьбе при потере шайбы не только в центре площадки, но и у бортов, где любые столкновения особенно чувствительны.

– В этот вечер и днем в субботу тоже, – откровенно заявил Серж Савар, – противники были слишком сильны даже при том, что их лучший защитник Фетисов остался дома, как и великолепный нападающий Мальцев и опытный защитник Лутченко. Они были слишком могучи для нас, несмотря на то, что провели последние две игры без Харламова, а в третьей не выступал блестяще проявивший себя Владимир Голиков. После того как они потерпели поражение в первой игре, они предстали в совершенно новом свете во второй и третьей играх.

По мнению К. Нумминена, советские хоккеисты показали лучшее катание на коньках (помните, на эту сторону подготовки хоккеистов особое внимание обращал Ги Лафлер), «звезды» оказались недостаточно выносливыми для матчей столь высокого уровня (это, видимо, объясняется недостаточными тренировками летом, если вспомнить еще раз слова Ги Лафлера о том, что летом коньки и клюшка спрятаны далеко). Чемпионы мира показали себя в матчах подлинной командой, а профессионалы выглядели группой индивидуалистов, хотя и высокого класса.

Кроме того, Боумзн, по мнению финского специалиста, слишком уж долго оставлял на льду своих ведущих игроков, таких, как Лафлер, Робинсон, Сальминг. Сказалось и то, что за океаном до сих пор все-таки недостаточно знакомы с советским стилем хоккея. А это «дьявольски хитрый и тонкий стиль игры».

– Самое большое внимание мы, тренеры, просили хоккеистов обратить на контроль шайбы, – не скрывал теперь, выступая перед журналистами, В. Тихонов, – в обороне играть ближе с соперниками, ни в коем случае не позволять им добивать шайбу. А в атаке чаще делать неожиданные броски.

– Наша победа, – продолжал Виктор Васильевич, – имеет огромное значение и для всего мирового хоккея: ведь выбирая, по какому пути идти, в других странах обычно следуют примеру победителей. А это значит, что число приверженцев технического, комбинационного хоккея возрастет, в том числе и в Северной Америке.

Представляю, как нелегко было в тот вечер Боумэну идти на пресс-конференцию. (Между прочим, английские спортивные журналисты вручили специальный приз «За отвагу» тренеру футболистов «Манчестер юнайтед» Д. Секстону, который не отменил встречи с болельщиками после разгрома, кстати тоже 0:6, его клуба в очередном матче.) Боумэн стоял на возвышении, вытянувшись словно по команде «смирно!».

– У нас нет оправданий, – говорил он. – Никаких. Мы готовили свою команду, делая все, что было в наших силах, но соперники играли просто великолепно. Я не имею ни малейшего представления о том, как в России организуют подготовку своих молодых игроков, но совершенно очевидно, что нам в НХЛ придется очень внимательно и тщательно проанализировать все, что там для этого делают. Они проводят программу, которая позволяет им поднимать их хоккей на все более высокий уровень.

А теперь о том, что писала зарубежная пресса в те дни о «Кубке вызова».

«Все было на стороне «звезд» НХЛ, – подвел итог воскресного матча корреспондент Канадиен Пресс, – за исключением мастерства. Советская сборная продемонстрировала блестящий хоккей».

Принимавший участие в комментировании этого матча для Канады по телевидению Бобби Орр по-своему воздал должное победителям: «Лучшие хоккеисты НХЛ теперь должны еще больше стараться, чтобы в ближайшем будущем взять реванш у чемпионов мира».

«Что теперь будет с НХЛ? – вопрошала нью-йоркская «Ньюсдей». – После всего, что произошло, может ли матч между «Чикаго блэк хоукс» и «Торонто мэйпл лифс» вызвать какой-то интерес у публики? И если будет проведен второй розыгрыш «Челлендж кап», кого вызовет НХЛ на соревнование? Финнов? А, может быть, американцев?»

«Бостон глоб» отмечала, что «если бы проиграли русские, они, возможно, тоже искали бы оправдания: неопытный вратарь, любительская команда, состоящая из студентов и офицеров, которая вынуждена противостоять всемирно известным «звездам» – профессионалам, а также тот факт, что пришлось играть в чужой стране, в другом обществе, на маленьком катке. Однако все это звучит или звучало бы несерьезно, – подчеркивает «Бостон глоб». – Все это должно быть оставлено в стороне, ибо чемпионы мира и профессионалы НХЛ играют в хоккей самого высокого класса. Это были матчи гигантов, а остальное не имеет никакого значения. Эффект проигрыша сборной «звезд» настолько велик, что руководство лиги даже не знает, что предпринять, чтобы хоть как-то восстановить свой престиж».

«Сейчас совершенно очевидно – русские являются первыми в хоккее. И их цель – стать еще лучше, – писал в «Вашингтон пост» Р. Фачет. – Разгромив 6:0 сборную «звезд» НХЛ, советские хоккеисты доказали всем, что они лучше подготовлены и лучше организованы».

Бостонская «Крисчен сайенс монитор» отмечала: «Какие бы ни были причины победы сборной СССР, лучшая подготовка, больше талантливых игроков, лучшая сыгранность, лучшая физическая подготовка и лучший настрой – главный итог того, что советские хоккеисты уничтожили миф о превосходстве канадского хоккея».

«Что доказывает проигрыш «звезд»? – задает вопрос «Нью-Йорк пост». – Прежде всего то, что коллективная игра одной команды приносит ей победу над другой вне зависимости от того, каким индивидуальным мастерством и талантом обладают игроки последней. «Звезда» НХЛ не знает, откуда и куда будет направлен пас, а советский хоккеист знает и готов к нему».

В корреспонденции из Канады в той же газете отмечается, что никакие мировые проблемы сейчас не интересуют канадцев: ни события в Иране, ни падение курса доллара, ни страшные и небывалые в истории морозы. Только лишь разгром русскими сборной «звезд». «Не правда ли, это просто ужасно?» – то и дело слышишь на улице, в магазинах, банках, кафе, ресторанах. Канадцам, правда, надо отдать должное: несмотря на всю горечь поражения, они честно признают, что советская команда сильней без каких-либо оговорок.

«Хоккейные дороги Северной Америки и Европы скрестились, – отмечает «Глоб энд мэйл», – и руководство НХЛ должно быстро решать, идти ему по пути развития настоящего и красивого хоккея или оставаться со своим искусственным, грубым, непривлекательным и отныне неавторитетным хоккеем».

Аншлаг, не нуждающийся в комментариях, в «Монреаль стар» гласит: «Сборная НХЛ – капут!» А монреальская «Газетт» озаглавила свой репортаж, на мой взгляд, еще лучше: «Поздравляем, товарищи!»

«Оттава джорнэл» констатирует: «Год от года советские хоккеисты играют все лучше и лучше. Они побеждали наших юниоров, наши любительские команды, команды ВХА и, наконец, разгромили сборную НХЛ». Газета приводит слова государственного министра по делам физкультуры и спорта И. Кампаньоло: «Очевидно, будет проведено расследование причин поражения команды НХЛ, и после этого следует провести ряд коренных изменений в системе канадского хоккея», а также высказывание Д. Фишера, бывшего председателя организации «Хоккей-Канада»: «Мы сами себя слишком долго обманывали в отношении качества нашего хоккея. Жаль, что поражение, которое мы потерпели, не произошло несколько лет назад. В этом случае мы бы уже имели план, как нам вновь стать первоклассной хоккейной державой».

В Европе тоже немало писали о матчах в Нью-Йорке. «У канадских хоккейных экспертов появился повод, – отмечала «Свенска дагбладет», – чтобы призадуматься после того, как их флагман с треском сел на мель», «И на этот раз спортсмены СССР показали, как хорошо они играют. Мне кажется, что по эту сторону Атлантики недооценивают советский и вообще европейский хоккей», – сказал корреспонденту Шведского телеграфного бюро А, Хедберг. А один из лучших защитников профессионального хоккея Б. Сальминг признал: «Это была самая лучшая команда из тех, против которых мне когда-либо приходилось играть».

Под заголовками «Конец еще одной легенды», «Корабль «непобедимых» идет ко дну», «Холодный душ заокеанскому хоккею» чехословацкие газеты поместили подробные отчеты о победе советских хоккеистов в последней встрече с профессионалами. «Питомцы В. Тихонова, – указывала «Руде право», – сумели невероятно быстро приспособиться к площадке меньших размеров, они опережали соперника в скорости, в коллективном взаимодействии, превосходили его в физической подготовке. После убедительной победы советских хоккеистов профессионалам ничего не остается, как приспособить сроки своих лиговых игр к международному календарю и посылать на чемпионаты мира свою сборную в лучшем составе».

Дома команде был устроен восторженный прием! А сколько телеграмм пришло в адрес триумфаторов «Кубка вызова»!

«Ура! Молодцы! Поздравляем, целуем, обнимаем! Гордимся. Рады. Так держать! От души поздравляем большой победой! Вратарь Мышкин – какой парень! Спасибо за красивую игру!» – радостно приветствовали хоккеистов изо всех уголков Советского Союза счастливые болельщики.

* * *

А теперь пора подвести итоги «Кубка вызова».

В календаре международных встреч хоккеистов в последнее время видное место заняло противоборство чемпионов мира, Европы и олимпийских игр – советских мастеров шайбы с могущественными профессионалами североамериканской НХЛ. Громадное впечатление на спортивный мир произвела победа советской команды в «Кубке вызова». Соперники, правда, не скрывают, что полны решимости добиться реванша. Бобби Орр, ныне ведающий международными связями НХЛ (появился и такой пост в этой лиге, еще недавно никого вокруг не замечавшей), заявил: «Проигрыш «Кубка вызова» говорит о многом.

Если в недалеком будущем во втором розыгрыше мы снова уступим советским хоккеистам, я скажу во всеуслышание: канадские профессионалы больше не являются лучшими в мире хоккеистами».

А пока, значит, они сильнейшие, как и раньше, и лишь непредвиденные, досадные обстоятельства помешали им торжествовать победу?

Попытку приглушить звонкость победы советских хоккеистов предпринял и известный спортивный обозреватель Д. Ашкенази в статье, опубликованной в совместном европейском издании «Нью-Йорк таймс» и «Вашингтон пост» – газете «Геральд трибюн», по поводу которой мне тогда довелось написать такой довольно сердитый комментарий, озаглавленный «Проигрывать надо достойно»:

«Страницами из североамериканских газет и журналов со статьями и репортажами о минувших матчах хоккеистов сборной СССР с командой «звезд» НХЛ наверняка можно было бы (и не один раз) накрыть ледовую арену нью-йоркского «Мэдисон сквер-гардена». Подавляющее большинство обозревателей и комментаторов трезво оценили встречи, в которых профессионалы потерпели жесткое поражение, называли вещи своими именами. С интересом поначалу читается и появившаяся в «Геральд трибюн» статья спортивного обозревателя «Нью-Йорк тайме» Д. Ашкенази. «Пробудившись после ночи, последовавшей за поражением 0:6, – приводит автор слова капитана команды «звезд» Бобби Кларка, – не хочется смотреть на себя. Мы должны капитально пересмотреть свою игру».

Начав, как видно, за здравие, Ашкенази кончает явно за упокой. Со слов некоего Уолтера Есюка, подвизающегося в любительском хоккее США, он сообщает читателям такие, прямо скажем, сверхсенсационные факты: оказывается, чемпионы мира так блестяще играют в хоккей потому, что «в СССР, едва выпадает первый снег и подморозит, все теннисные корты превращают в хоккейные площадки.

Таких хоккейно-теннисных стадионов только в Москве свыше пятисот. А жителей ближайших домов под страхом тяжкого наказания заставляют ухаживать за ледовыми кортами, поддерживать их в идеальном порядке».

Почему советские хоккеисты так хорошо играют? Да потому, оказывается, по сведениям «Геральд трибюн», что маленькими детьми их покупают за 50 рублей (точно известна и цифра) и отдают в хоккейные школы закрытого типа вроде военных лагерей, где и вымуштровывают хоккеистов-роботов высокого класса.

Проигрывать в любом деле, будь то игра на бирже или хоккей, всегда неприятно. Но уж совсем плохо, если после поражения теряют лицо и несут околесицу спортивные обозреватели, их собеседники и предоставившая им свои страницы, претендующая на солидность газета «Геральд трибюн».

Намеки на различные «помехи» можно было встретить в заокеанской прессе и раньше. И в 1972, и 1974, и 1976 годах. И даже в 1978 году. Например, известный канадский хоккейный обозреватель Фрэнк Орр считал, что «формула «Челлендж кап» не совсем продумана. Допустим, первую встречу сборная СССР выигрывает 2:1, во второй – ничья, а в третьей со счетом 6:0 побеждают «звезды». Тогда предстоит игра до гола – и вдруг Россия забрасывает нам случайную шайбу. Несправедливо!»

Эти слова появились в «Торонто стар» пятого февраля, за три дня до первого матча.

А одиннадцатого февраля расстроенный Кларк, капитан сборной «звезд» и к тому же шеф профсоюза профессиональных хоккеистов, все же улыбнулся навстречу подошедшему к нему советскому журналисту и сказал: «Мы должны вас благодарить за то, что вы не сразу поставили Мышкина…».

Владислав Третьяк оба матча сыграл хорошо – все видели, но Тихонов, как тренер, постоянно думающий о будущем, понимал: когда еще будет случай рискнуть на таком уровне и решить наконец, есть у нас в сборной второй вратарь в полном смысле слова или нет? Тренер, кстати, не с одним Мышкиным шел на эксперимент, а проверил в матчах со «звездами» НХЛ и Гимаева, и Тюменева… Конечно, проверка вратаря по ответственности – общей, подчеркну, – ни с чем не сравнима в хоккее.

Теперь о прежней неизвестности новой знаменитости. Если доверие к ней лишний плюс тренерам и игрокам советской сборной, то такая уж глухая неизвестность Владимира Мышкина для противоборствовавших с ним в «Мэдисон сквер-гардене» «звезд» НХЛ не упрек ли в чем-то весьма существенном профессионалам и их руководителям?

Да, Володя всего второй раз сыграл за первую сборную, где дебютировал в играх турнира на приз «Руде право» в Праге. Но у советских специалистов на заметке он уже далеко не первый сезон, и все положенные предварительные ступени им пройдены, Мышкин родом из Кирово-Чепецка. Он – земляк Александра Мальцева и тоже начинал в детской и юношеской командах клуба «Олимпия». В составе второй сборной в декабре 1978 года он провел шесть матчей с хоккеистами ВХА. В январе 1979 года Владимир в воротах своего клуба «Крылья Советов» блестяще играл против сильнейших профессиональных клубов. Только к матчу с «Бостон брюинс» он показался И. Тузику уставшим, и в ворота поставили А. Сидельникова (кстати, выступившего отлично).

То, что на игру с «Бостоном» Мышкина не хватило, могло бы насторожить тренеров советской сборной. Но почему на Мышкина не обратили внимания «звезды» НХЛ, почему они не предположили в нем «второго Третьяка»? Непонятно.

Я спросил потом Боумэна: «Почему же вы не заменили Чиверса?» Он ответил: «У нас это не принято. Замена вратаря – особый случай. И вообще, проиграй мы 5:6 – мне бы головой в Атлантический океан с досады. Но тут 0:6 – восемнадцать полевых игроков не сделали ничего, как же я буду во всем винить Чиверса?

Признаюсь, послышался в словах тренера все же отзвук тех стереотипов, которые мешали североамериканцам в играх против европейцев. Они упорствуют обычно даже в кажущихся мелочах.

Помните стычки в Вене, когда канадцы никак не хотели подчиниться требованию играть в шлемах? Вероятно, нечто подобное и со сменами вратаря. Но не знаю, почему замена – большая психологическая травма для спортсмена, чем груз отрицательных эмоций от шести пропущенных шайб?

Великое противостояние европейского и заокеанского хоккея продолжится. Но достойное друг друга противостояние невозможно без постоянного движения в организмах обоих гигантов.

Практика показывает, что и проигравшие, если они сильны, талантливы и мужественны, а главное, самокритичны, нередко преодолевают своеобразный барьер и, следовательно, делают из случившегося выводы, небезразличные для будущего победителя. Об этом без обиняков высказался защитник «Монреаль канадиенс» и команды «звезд» Серж Савар, заявивший журналистам: «После нашего разгромного поражения, после того, как все увидели, какая пропасть разделяла соперников в «Челлендж кап», там наверху – я говорю о владельцах клубов – должны внимательно разобраться в том, что есть у них и что у нас. Они выиграли с преимуществом в шесть шайб, а ведь все могло окончиться и еще хуже. Пора начинать готовить настоящих хоккеистов, а не кулачных бойцов, которые подчас действуют так грубо, что не ясно, надо ли удалять их на две минуты или отправлять в тюрьму на три года?…»

Что же касается победителей, то они никогда не скрывали своей заинтересованности в соревновании со «звездами» профессионалов.

И ждут продолжения парада хоккея.

…И медные трубы

«Продолжение» не заставило себя ждать. Спустя всего пару месяцев после «Кубка вызова» ответственные лица НХЛ пригласили два советских клуба принять участие в декабре 1979 года – начале января 1980 года в серии выставочных, как их именуют за океаном, матчей с лучшими клубами лиги.

Руководители советского хоккея и тренеры посчитали, что такие встречи будут интересными, престижными и в то же время станут полезными при подготовке к главному турниру четырехлетия – олимпийскому, и приняли приглашение.

В ледовых баталиях с профессионалами НХЛ и ВХА начиная с 1972 года лучшие советские мастера хоккея прошли, как говорят, огонь и воду, теперь после триумфа в розыгрыше «Кубка вызова» предстояло одолеть испытание славой – «медные трубы». А между тем еще Наполеон заметил: «Ничто так не расслабляет армию, как громкая победа». Так что состязания предстояли нелегкие сразу в нескольких аспектах.

23 декабря, через день после победного завершения сборной СССР турнира «Известий», ЦСКА и московское «Динамо», по договоренности подкрепленные несколькими игроками из других клубов, вылетели в Северную Америку. Мне довелось лететь на эти соревнования в первый день рождества, и поэтому ни в самолете, ни в аэропортах «никакой очереди» не было: в Канаде и США все, если есть возможность, эти сутки стараются проводить дома.

Вашингтон и его пригороды будто вымерли: не видно было ни людей, ни автомобилей. А ведь без машин как-то и невозможно представить себе американский пейзаж – городской или сельский, все равно…

Динамовцы стартовали в «Суперсерии-80» (под таким названием вошли эти встречи в анналы хоккея) в Ванкувере, потом должны были играть с хоккеистами Эдмонтона, Виннипега и Вашингтона – в общем, с аутсайдерами НХЛ, а также трижды встретиться в Калгари с олимпийской сборной Канады.

Хоккеистам ЦСКА предлагалось помериться силами в основном с элитой лиги – финалистом Кубка Стэнли-79 «Нью-Йорк рейнджере», чемпионом НХЛ-79 «Нью-Йорк айлендерс», обладателем Кубка Стэнли-79 «Монреаль канадиенс», успешно начавшим сезон под руководством принявшего клуб Боумэна «Буффало сейбрс» и одним из самых интересных клубов, пришедших в НХЛ из приказавшей долго жить ВХА, – «Квебек нордикс».

Руководители НХЛ особое значение придавали играм с участием чемпиона СССР. «Выступлений московского «Динамо», – поделился президент НХЛ Д. Зиглер, – в Северной Америке ожидают с интересом, и практически все билеты на их матчи распроданы, но соперничество ЦСКА с китами НХЛ – это снова событие! Мы не случайно поселили команду в одном из лучших отелей Нью-Йорка «Саммит» («Встреча на высшем уровне»). Такого же уровня мы ожидаем и от самих состязаний. И в первую очередь от игры хоккеистов НХЛ – ведь за ними после «Челлендж кап» должок…»

Эти слова прозвучали предостережением. И, как вскоре выяснилось, не остались лишь словами. За десять с половиной месяцев, что прошли после «Кубка вызова», в североамериканском профессиональном хоккее произошли большие изменения. Не выдержав конкуренции, прекратила свое существование созданная в 1972 году Всемирная хоккейная ассоциация (ВХА). Большинство ее клубов канули в Лету, а лишь четыре – на совершенно кабальных условиях – были приняты в НХЛ. «Новички» должны были внести миллионные вступительные взносы, а также имели право сохранить из прежнего состава всего лишь четверых хоккеистов. НХЛ вследствие слияния стала вмещать рекордное число клубов – 21.

Крах ВХА не вызвал больших сожалений на Американском континенте. Хорошо, конечно, что клубы этой лиги проиграли в городах, где раньше большой хоккей не имел «прописки». Однако с утверждением ВХА резко упал уровень игры и как следствие этого понизился к ней интерес. Во времена, когда в НХЛ было шесть клубов – из Монреаля, Торонто, Нью-Йорка, Чикаго, Бостона и Детройта, – лишь два-три процента билетов, случалось, оставались нераспроданными. На состязаниях Кубка Стэнли аншлаги два десятка лет были неизменными. С расширением же НХЛ и возникновением ВХА полные сборы стали редкостью. Лишь во время встреч команд НХЛ и ВХА с советскими хоккеистами финансовая сторона была всегда на высоте доброго старого времени.

В Канаде, как известно, хоккей с шайбой по популярности далеко опережает другие виды спорта. Теперь по нескольку десятков тысяч зрителей собирают и многие матчи европейского футбола. Когда ванкуверские футболисты завоевали главный приз Североамериканской лиги, на аэродром их пришло приветствовать множество болельщиков. А ведь не так давно, возвращаясь домой, футболисты видели лишь лица… носильщиков.

В США по популярности впереди идут американский футбол, бейсбол, баскетбол, теннис, но и у хоккея с шайбой, а ныне и европейского футбола (несколько, правда, модернизированного) много поклонников.

По многочисленным материалам североамериканской прессы и личным впечатлениям, я мог бы представить клубы НХЛ сезона 1979/80 года. Но, думается, советскому читателю будет любопытно посмотреть, как это делают сами журналисты из-за океана. Поэтому предлагаю вашему вниманию обзор пресс-службы «Нью-Йорк тайме». Сделаны лишь небольшие сокращения за счет второстепенных подробностей.

«Самый долгий в игровых видах профессионального спорта сезон начинается 9 октября, когда 21 клуб Национальной хоккейной лиги откроет «серию», состоящую из 840 игр – по восемьдесят на долю каждой команды. К первой неделе апреля 1980 года лишь пять клубов не будут допущены к отборочным играм Кубка Стэнли, а остальные шестнадцать продолжат борьбу за него и сыграют еще несколько десятков матчей, прежде чем (видимо, где-то в начале июня) будет выявлен обладатель этого почетнейшего приза.

Открывающийся 63-й сезон будет не только самым долгим и самым напряженным в истории НХЛ (в 1917 году, первом году существования лиги, каждая из ее четырех команд сыграла по 22 игры), но и самым представительным с географической точки зрения.

Составлен такой календарь чемпионата, при котором каждая команда встречается по четыре раза с двадцатью остальными.

Семь клубов сменили своих тренеров. Скотти Боумэн, в период тренерской работы которого «Монреаль» пять раз завоевывала Кубок Стэнли, стал главным менеджером и старшим тренером «Буффало». Роджер Нильсон, который после двух лет работы был освобожден от должности тренера «Торонто», будет теперь помогать Боумэну.

Пост главного менеджера «Торонто» вновь занял Джордж Имлах, который в период с 1959 по 1969 год четыре раза приводил «Торонто» к победам в Кубке Стэнли в качестве тренера и главного менеджера, а затем работал с «Буффало». Имлах пригласил тренировать «Торонто» Флойда Смита, того самого Смита, которого Имлах же освободил два года назад от тренерской работы в «Буффало».

Пути «Бостона» и его весьма удачливого тренера Дона Черри разошлись, и Черри приглашен тренировать «Колорадо». «Брюинс» пригласил к себе Фреда Крейтона, который был освобожден от работы с «Атлантой». Место Крейтона в «Атланте» занял Ал Макнил из организации «Монреаль канадиенс», а Берни Джеффрион, вице-президент «Флеймз», оставил этот пост, чтобы тренировать монреальцев, команду, в которой он блистал в дни своих выступлений на льду».

Если вы еще не запутались, то продолжайте читать.

«Чикаго» оказался клубом, который пошел вопреки этому сценарию. Боб Палфорд оставил должность тренера «Блэк хоукс» и целиком посвятил себя деятельности главного менеджера, а на должность тренера команды приглашен Эдди Джонстон, бывший известный вратарь, но еще ни разу не тренировавший команды НХЛ.

Принято решение, что игроки в обязательном порядке должны играть в шлемах. Исключение сделано только для тех, кто подписал особое условие, освобождающее их от действия этого правила. Единственное другое изменение правил, заслуживающее внимания, запрещает игрокам оставлять скамейки своей команды, чтобы поздравить товарища, забросившего шайбу, или по любой другой причине.

Помимо своих календарных игр в лиге девять клубов сыграют также товарищеские матчи с советскими командами – ЦСКА и московским «Динамо».

НХЛ организует показательную игру между командами «всех звезд» 5 февраля 1980 года в новом детройтском Дворце спорта «Джо Луис».

А теперь о командах-соперниках. «Нью-Йорк айлендерс». Перед клубом, который завершил прошлый сезон с лучшими показателями в лиге, может стоять только одна задача – завоевание Кубка Стэнли (что и было выполнено. – В. Д.). Команда располагает центральным нападающим Брайаном Тротье, который завоевал приз самого результативного игрока в лиге и был объявлен, кроме того, самым полезным игроком НХЛ. Имеет также Майка Босси, забросившего наибольшее в лиге число шайб, и Кларка Жиля, самого сильного левого крайнего нападающего. Здесь также два сильных вратаря – Гленн Реш и Билл Смит и один из сильнейших в лиге защитников – Дени Потвен. Команда приобрела шведского форварда Андерса Каллура. В числе весьма перспективных недавних юниоров можно назвать и центрального нападающего Стива Тамбеллини.

«Нью-Йорк рейнджерс». Команда, дошедшая в прошлом сезоне до финала Кубка Стэнли и доставившая тем самым немало радости своим болельщикам, видимо, принесет им немало приятных волнений и в этом сезоне. Весьма маневренную команду возглавляют шведы Андерс Хедберг и Ульф Нильссон, а также такие ветераны, как Фил Эспозито и Уолт Качук. Много также ждут от Дона Мэлони, ставшего подлинным героем прошлогодних игр Кубка Стэнли.

Ф. Эспозито продержался в команде лишь до 9 января 1981 года и в 38 лет завершил карьеру хоккеиста. За семнадцать с половиной сезонов в НХЛ он провел 1283 матче, забросил 717 шайб, что является вторым после Г. Хоу (801 шайба) результатом. За Эспозито (до 1982 г.) остался рекорд результативности в одном сезоне – 76 шайб.

В это же время хозяева «Рейнджерсов» отказались и от услуг доселе ими превозносимого Широ. Тренер вывел клуб в финал Кубка Стэнли, чего долго не удавалось «Рейнджерсам», но потом дела пошли на спад, и Широ сразу же обвинили в… некомпетентности.

«Вашингтон капитэлз». Этот клуб, имеющий неплохие потенциальные возможности, располагает надежными вратарями в лице только что приобретенного Уэйна Стивенсона (играл за сборную Канады еще в шестидесятых годах. – В. Д.) и ветерана Гэри Иннеса, стал сильнее в 'обороне с Пьером Бушаром и Полем Маккинноном, которые присоединились к Роберу Пикару, и может теперь рассчитывать на большую остроту в атаке с Райаном Уолтером, Деннисом Маруком и Ги Шарроном, к которым подключились такие новые игроки, как Майк Партнер из «Цинциннати», Эррол Раус, Антеро Лехтонен из Финляндии и Бенгт Густафссон из «Эдмонтона».

«Ванкувер Кэнакс». Здесь множество игроков, прекрасно катающихся на коньках, но команда не богата результативными нападающими, да и ее защита нередко допускает просчеты.

Гленн Хэнлон – великолепный вратарь, который почувствует себя еще сильнее после появления таких новичков, как крайний нападающий Рик Вейв, защитник Кевин Маккарти и крайний нападающий Билли Дурлаго.

«Эдмонтон ойлерс». Слияние двух хоккейных лиг обошлось этой команде в половину состава, который позволил ей в прошлом сезоне пробиться в финал розыгрыша высшего трофея ВХА – Кубка АВКО. Б команде из того состава остались лишь Уэйн Гретцки – 18-летний вундеркинд, который подписал контракт на 21 год на сумму почти в пять миллионов долларов, Блэйр Макдональд, а также несколько великовозрастных ветеранов и потерявших форму игроков. Совершенно очевидно, что команда нуждается в основательной перестройке.

«Виннипег джетс». С Джоном Фергюсоном в качестве главного менеджера эта команда, как нетрудно предположить, может оказаться весьма твердым орешком. Хотя она также была ограблена в результате ухода ряда игроков после слияния лиг, она все же располагает полудюжиной хоккеистов из того состава, который в прошлом сезоне завоевал Кубок АВКО.

«Буффало сейбрс». Некоторые команды полагаются на какую-то одну сильнейшую связку, другие – на несколько приличных троек. «Сейбрс» делают ставку и на то, и на другое, а это приносит ту самую сбалансированность, которая особенно нужна команде для победных выступлений. Команда располагает Жилем Перро, Ришаром Мартеном, Денни Гэром, Доном Люсом, Грегош Рэмзи и Тони Маккегни в нападении. Она имеет и прекрасных вратарей – Дона Эдвардса и Боба Сова.

«Квебек нордикс». Если какой-нибудь из бывших клубов ВХА и может рассчитывать выйти в отборочный цикл розыгрыша Кубка Стэнли, наилучшие шансы на этот успех несомненно имеет «Квебек». Его сильнейшая тройка нападения – Марк Тардиф – Реаль Клотье – Серж Бернье – осталась без изменений. Сильнейший защитник Гэри Ларивьер также остался в составе клуба, и на его скамейке появился один из лучших нападающих лиги Робби Фторек. «Квебеку» удалось привлечь в свои ряды Пьера Лякруа – защитника, которого объявили сильнейшим игроком юниорского хоккея в Канаде.

«Монреаль канадиенс». Обладатели Кубка Стэнли последних четырех сезонов пострадали в результате потери Жака Лемэра, их сильнейшего центрального нападающего, уехавшего в Швейцарию, Кена Драйдена, своего вратаря – обладателя приза «Везина», который оставил хоккей, Скотти Боумэна, ушедшего в «Буффало», и Ала Макнила, который занимался в клубе подбором игроков, а теперь перешел работать тренером в «Атланту». Хотя «Канадиенс» все еще имеет в своем составе великого Ги Лафлера, Стива Шатта, Лэрри Робинсона, Сержа Савара и Ги Лапойнта и получил из «Питтсбурга» вратаря Дени Эррона, все еще невозможно дать ответ на важный вопрос, сможет ли команда приспособиться к своему новому тренеру Берни Жоффриону.

Появилось и еще одно новое лицо – нападающий Денни Жоффрион, сын нового тренера.

От себя добавлю лишь несколько строчек о европеизации североамериканского хоккея. Вроде бы и совсем недавно так и не смогли пробиться в клубы «шестерки» НХЛ такие «звезды» шведского хоккея, как Свен Тумба – Юханссон, Ульф Стернер. А ныне почти в каждом клубе лиги есть – и не по одному, а по нескольку хоккеистов из европейских стран. Причем многие здесь на первых ролях, например Б. Сальминг в «Торонто», А. Хедберг и У. Нильссон в «Нью-Йорк рейнджере».

С каждым сезоном пришельцев из Европы становится все больше. В сезоне 1981/82 года в НХЛ играли 24 шведа и 7 финнов (еще год спустя – 30 шведов, 14 финнов). Такое нашествие оказалось явно не по вкусу многим хоккеистам из Канады и США, усмотревшим в этом ущемление своих интересов. И за европейцами нередко в матчах идет самая настоящая охота. Тренер «Рейнджерсов» Ф. Широ однажды велел снять на пленку несколько случаев преднамеренной грубости в отношении форвардов его клуба Хедберга и Нильссона и направил пленку руководителям судейского «цеха» НХЛ. Однако никакого результата этот демарш не возымел.

«Нам остается утешаться лишь тем, – как-то мрачно пошутил по поводу грубых атак североамериканцев Хедберг, – что человеческие кости по прочности в сорок раз крепче… бетона. И, конечно, при случае не медлить с ответными ударами».

Хоккеисты из Старого Света «адаптировались» за океаном. Но и сами оказали влияние на североамериканских игроков клубов НХЛ: возросла культура паса, значительно реже стали безрассудные «кавалерийские» наскоки всей «пятеркой», за что ранее канадцы не раз расплачивались голами в оставленные без защиты ворота.

Повышенный интерес к нынешним выступлениям в Северной Америке советских хоккеистов отнюдь не случаен. «Он отражает ту переоценку, которая произошла после блистательного выступления сборной СССР в «Кубке вызова», – заметил Д. Зиглер.

В американской и канадской прессе, которая называет сейчас советскую школу наиболее динамично развивающейся и эффективной, все чаще появляются материалы, признающие преимущества советского хоккея над североамериканским. Красноречивым подтверждением этого служит признание спортивного комментатора одной из телевизионных компаний Нью-Йорка в ходе матча «Нью-Йорк рейнджерс» и «Бостон брюинс», когда произошло очередное крупное побоище.

«Молодые люди, – сказал он, – это не пример, которому следует подражать. – Лучше приходите сюда, в «Мэдисон сквер-гарден», 27 декабря на встречу «Рейнджерсов» с московской командой ЦСКА, Не знаю, победят ли наши парни в предстоящем состязании или проиграют, как это случилось четыре года назад, но вам, несомненно, будет чему поучиться в этот вечер».

Обозреватель газеты «Нью-Йорк пост» Марк Эверсон: «В четверг вечером наконец-то ньюйоркцы смогут посмотреть настоящий хоккей – скоростной, техничный и чистый, а не тот, где вместо забрасывания шайб занимаются ломанием ребер».

– Предстоящие соревнования имеют большое самостоятельное, престижное значение, – подчеркнул Б. Майоров. – В то же время мы полагаем, что они помогут в подготовке кандидатов в нашу олимпийскую сборную. Не случайно поэтому в команду ЦСКА включены такие вероятные олимпийцы, как нападающие из горьковского «Торпедо» Скворцов – Ковин – Варнаков, а в «Динамо» – вратарь Мышкин и нападающий Лебедев из «Крыльев Советов», а также форвард Лаврентьев из «Химика».

До стартового матча наши хоккеисты провели несколько интенсивных тренировок, правда, к сожалению, не в «Мэдисон сквер-гардене», где в последние дни проходили баскетбольные матчи (на одном из них, кстати, присутствовали хоккеисты ЦСКА), а на небольшом катке в штате НьюДжерси, в часе езды от Нью-Йорка.

В четверг утром армейцы все-таки получили возможность провести раскатку на поле, где предстояло играть.

Третьяк оправился от травмы, выходит на лед Бабинов, и есть надежда, что в последних двух-трех матчах он примет участие. К сожалению, травму получил Капустин, что не позволит ему выступать во встречах в Нью-Йорке.

В составе «Нью-Йорк рейнджере» есть пополнение: владельцы клуба в спешном порядке приобрели одного из сильнейших защитников лиги Бэрри Бека, который входил в состав сборной «звезд» НХЛ на розыгрыше «Кубка вызова», за что отдали «Колорадо рокиз» сразу пять своих игроков.

Перед началом ответственных состязаний спортсмены обычно волнуются. Так было и на этот раз. В четверг, узнав о поражении динамовцев в Ванкувере, Владимир Петров поделился: «Здесь тоже будет нелегкий матч, а может быть, и такой же грубый, как в свое время в Филадельфии. Широ – тренер «Флайерсов» теперь ведь тут работает…»

На раскатке я сообщил Борису Михайлову приятную новость: в традиционном предновогоднем опросе спортивных журналистов он назван лучшим советским спортсменом года.

– Это большая честь для меня, для хоккея, – просил передать капитан ЦСКА. – Теперь надо отвечать игрой в «Суперсерии», на Олимпиаде…

Мы не успели договорить. Подошел один из местных журналистов и сказал Михайлову:

– «Рейнджерсы» три дня не тренировались и будут сегодня вечером вашей легкой добычей.

– Я в это не верю, – ответил наш капитан, – да и Широ, как мне сказали, пишет в «Нью-Йорк пост», что матч с ЦСКА будет очень престижным. Не готовиться к таким состязаниям нельзя.

Даже обычно невозмутимый Б. Майоров перед самой игрой чуть забеспокоился:

– Эх, была бы здесь «поляна» чуть пошире, – вырвалось у него, когда мы уже занимали места на трибуне.

Масло в огонь подлил Род Жильбер, известный в свое время форвард «Рейнджерсов» и сборной Канады, а ныне вице-президент нью-йоркского клуба. Обычно весьма сдержанный в прогнозах, он на сей раз заявил довольно безапелляционно:

– Будет равная игра, и с небольшим преимуществом победят хозяева.

Воспользовавшись случаем, беру короткие интервью у Жильбера. «Козырь советских хоккеистов, – говорит прославленный хоккеист, поглядывая с нескрываемым удовольствием на потолок «Мэдисон сквер-гардена», где подвешена «на вечные времена» его рубашка с № 7, – отличная игра в пас. Это позволяет им создавать численное преимущество перед воротами соперников, а вдвоем ведь легче обыграть одного. И еще ваши парни очень цепкие – шайбу отобрать у них весьма нелегко».

В пять часов вечера нас с Е. Майоровым пригласили на установочное собрание ЦСКА. Оно было коротким, но деловым. Осталось впечатление, что достичь цели – снять предстартовое волнение и настроить на трудную и в то же время победную игру – В. Тихонову удалось.

– Опять играем с профессионалами, – сказал тренер. – Давно не встречались, больше полугода, с чемпионата мира. Вспоминайте, как они играют. Навалиться, врезаться, запугать. И больно тоже будет. Напоминаю: начинают они мощно. Три четверти патронов выстреливают вначале. Пусть и этот шквал не сбивает вас со своей игры – быстрой, с мгновенными, точными пасами. Много должны кататься. Если они пойдут вперед не одним форвардом, а двумя «клыками», то сыграем через одного из наших крайних нападающих. Почаще пас на вперед катящегося. Атакуют – «погибай», но перед этим шайбу все-таки передай. Вас будут толкать, цеплять клюшками и руками. Курс тот же – на ворота. Пойдете к борту, все равно свое получите от канадцев, но там это зазря, а на «пятачке» у вас есть шанс отомстить голом. Главная цель – ворота! Идти туда, куда не пускают. Почаще бросайте неожиданно, особенно в момент, когда к вам приближается защитник. В средней зоне сыграем со сменой мест – профессионалы этого не любят. И кто-то должен у них по тылам походить. К обороне переходим только, когда шайба потеряна на сто процентов. Не забудьте, канадцы любят начинать атаку, посылая шайбу «дуплетом» от борта. В средней зоне соперников догонять изо всех сил и тормозить. На своем «пятачке» любые действия, но не дать им слаженно играть. Выйдем с хорошим настроением. И победим!

Дыхание Олимпиады весьма ощутимо: едва армейцы первыми выехали на лед «Мэдисона», как по трансляции объявили: «Девятого февраля здесь вы сможете вновь увидеть многих игроков ЦСКА в матче олимпийских сборных США и СССР».

Стартовый поединок армейцев очень напоминал многие их выступления в нынешнем чемпионате страны и нашей сборной на недавнем турнире «Известий»: медленный, вялый первый период, великолепная игра во второй двадцатиминутке и спокойное окончание.

Пять шайб во втором периоде были заброшены в течение пятнадцати минут, в среднем каждые три минуты чемпионы СССР забивали в ворота профессионалов по голу.

В Северную Америку в составе ЦСКА приехали 24 хоккеиста. По договоренности на матч можно выставлять 20 полевых игроков и 2 вратарей. В состязании в Нью-Йорке армейцы играли тремя парами защитников и в четыре тройки нападающих, соперники выпустили на площадку три «пятерки». Наш состав выглядел так: Третьяк, Стариков – Фетисов, Касатонов – Лутченко, Волченков – С. Гимаев, Михайлов – Петров – Харламов, Макаров – Жлуктов – Балдерис, Скворцов – Ковин – Варнаков, Дроздецкий – Лобанов – Волченков.

Матч был жестким, но корректным, и у одного из лучших арбитров НХЛ В, Хэрриса хлопот по наведению порядка на площадке было совсем немного.

Как и четыре года назад в матче этих же команд, счет в самом начале состязания открыли хозяева. Это сделал, как и тогда, Виккерс при звене Ковина.

Как и предупреждал В. Тихонов, с самого начала натиск хозяев очень внушителен. Хорошо получается у нью-йоркских форвардов пас из-за ворот соперников навстречу своему, летящему на скорости, партнеру. Игра жесткая, порой грубая. Где-то в середине периода Эспозито клюшкой и еще рукой пытается сбить с ног Волченкова.

Коллега из Канадиенс Пресс, с которым у нас места в ложе прессы рядом, резюмирует первый период: «Рейнджерсы» сегодня хорошо катаются. Ваши пока чуть вяловаты. Но в целом отличный хоккей – публика не зря забила зал до предела».

Сразу же после перерыва волжане с лихвой исправили свой промах: две шайбы в ворота профессионалов забросил Варнаков. А затем еще три гола забили Лобанов, Дроздецкий и Харламов. Хорошо организовывает быстрые атаки защитник Волченков, он ассистировал в трех голах. Получалась у армейцев игра со сменой мест, а в обороне не раз выручал Третьяк.

Во втором перерыве коллега из Канадиенс Пресс лишь коротко пошутил: «Теперь ваши могут помахать рукой противникам и сказать: «Хэлло, Чарли!» В вольном переводе это соответствует нашему «Поезд ушел!»

В заключительной двадцатиминутке защитник Грешнер лишь сократил разрыв в счете.

Приятно, что в первой же встрече отлично проявили себя молодые хоккеисты: Варнаков (вместе с Нильссоном они признаны лучшими в матче), Дроздецкий, Касатонов.

«Я доволен игрой команды в обороне, – сказал после финальной сирены В. Тихонов, – получился у нас второй период».

«Во втором периоде хорошо поиграли, пасовали вовремя, точно бросали по воротам», – отметил Виктор Жлуктов.

«В ЦСКА много молодых талантливых хоккеистов, которые сейчас мало в чем уступают прославленным ветеранам, – сказал корреспонденту ТАСС Фил Эспозито, – а это свидетельствует о том, что советский хоккей не стоит на месте, идет вперед. Игра мне понравилась, несмотря на то что мы потерпели поражение. Может быть, победителям немножко не хватало азарта в атаках, но, конечно, не во втором периоде…»

Широ на матч не попал. Из-за травмы. Его супруга забыла ключи от квартиры. Пришла, позвонила. Он поспешил к дверям, поскользнулся, упал и…сломал три ребра. Замещавший его М. Николюк сказал корреспонденту ТАСС: «ЦСКА – блестяще подготовленная команда, самая мобильная и выносливая из тех, которые я когда-либо видел».

Любопытно, еще не так давно советские журналисты интересовались у канадских авторитетов: как бы сыграла сборная СССР с одним из клубов НХЛ? В четверг вечером на пресс-конференции сразу несколько местных репортеров поинтересовались у В. Тихонова, какое место заняла бы команда «Нью-Йорк рейнджере» в высшей лиге советского хоккея.

Стартовому состязанию местная пресса уделила много внимания.

«В феврале проходили матчи «Кубка вызова», а сейчас сильнейшие профессионалы Северной Америки, подкрепленные лучшими шведскими и финскими хоккеистами, получили еще один вызов от чемпионов мира, – писала «Ньюсдей». – В первом матче «Рейнджерсы» сделали все, что могли, но…»

В одном из материалов той же нью-йоркской газеты репортер грустно шутил: «Сейчас происходит еще один культурный обмен, но, правда, несколько странный. Если раньше русские присылали нам балерин, а мы отвечали джазистами, s обмен на скрипачей направляли пианистов, то теперь, когда к нам приехала отличная хоккейная команда ЦСКА, мы ей можем предложить в соперники лишь наше… сожаление по поводу недостаточного класса «Рейнджерсов».

«Советские хоккеисты мчались по льду с сумасшедшей скоростью, – приводит «Нью-Йорк тайме» слова капитана «Рейнджерсов» Д. Мэлони. – Мы не успевали за ними, и они не раз почти беспрепятственно входили с шайбой в нашу зону. Велики у них скорости паса и бросков. Матч с участием двух команд, подобных ЦСКА, вскружил бы мне голову, такой хоккей я бы не смог смотреть».

Второй матч с участием хоккеистов ЦСКА вновь принес победу нашему чемпиону, на сей раз в остром соперничестве с «Нью-Йорк айлендерс» – 3:2 (0:0, 2:0, 1:2).

Армейцы опять выиграли лишь второй период, и вновь этого хватило для общей победы, правда, с минимальным преимуществом. Заметим, что шайба и в четвертый раз побывала в воротах хозяев, но… на долю секунды позже финальной сирены и не была засчитана арбитром Ю. Карандиным.

Во второй встрече, кстати, у судейской бригады хлопот было значительно больше, чем в матче с «Рейнджерсами». Такой боец, как Михайлов, и тот после поединка не выдержал: «С кем мы сегодня играли – с хоккеистами или боксерами?» – возмущался Борис. У хозяев поэтому было больше удалений, однако численное преимущество использовали лишь они сами.

У нас изменения в составе были небольшими: вместо травмированного Скворцова (в конце первого матча в него «врезался» Бек) выступал Анисин. Это сказалось. Тренеры остались неудовлетворены действием звена Ковина. Ниже своих возможностей выступила тройка Лобанова.

У соперников играло немало хоккеистов сборной НХЛ – участников «Кубка вызова». Особо выделилось звено Босси – Тротье – Жиль, удачно сыграл вратарь Смит: из 35 бросков он отразил 32 (Третьяк из 19 бросков парировал 17).

У хозяев хорошо сыграли известные шведские хоккеисты Перссон и Каллур.

Первый тайм прошел в равной борьбе. Пожалуй, Смит чаще выручал партнеров, особенно в те четыре минуты, когда «Айлендерсы» оставались в меньшинстве. В отличие от других североамериканских вратарей он, отражая шайбу, редко падает на лед и всегда готов поэтому парировать еще бросок с добивания.

Начался второй период, и все пошло, как и во многих предыдущих встречах с участием ЦСКА: голы забили Михайлов и Балдерис.

В начале третьего периода первую ответную шайбу, едва хозяева впервые оказались в большинстве, забросил Жиль. Макаров совершает в своем стиле головокружительный «слалом» с шайбой, обведя даже вратаря, и результат становится 3:1.

Не выдержав, «отмахнулся» Михайлов. Когда он, отбыв штрафное время, выскочил на лед, Жиль забил свой второй гол.

Заканчивали встречу хозяева в меньшинстве и все-таки заменили вратаря полевым игроком, надеясь сравнять счет, но… лишь финальная сирена избавила их самих от четвертой шайбы.

Любопытно, что эту шайбу не засчитали опять Петрову. Почему «опять»? Да вот как-то не везет Владимиру в особо острых ситуациях. Весной 1969 года в Лужниках в решающем матче чемпионата страны Петров забил важный гол спартаковцам, но выяснилось, что мгновением раньше истекли десять минут третьего периода и наступил краткий антракт для смены ворот (тогда еще в заключительной двадцатиминутке, хотя давно и играли под крышей, менялись сторонами). В 1974 году в Торонто во встрече сборных СССР и ВХА Петров забил гол, который мог стать переломным. Сильно брошенная им шайба отскочила от слишком туго натянутой сетки ворот. Зрители видели, однако, что гол был, это зафиксировал и «фонарщик» – судья ВХА, только арбитр встречи Браун не заметил взятия ворот и гол не засчитал. Потом он публично казнился, но это было потом…

И вот во встрече с «Айлендерсами» третий случай. На последних секундах встречи Петров (как это только он умеет!) выскреб шайбу у соперника, прошел с ней через две зоны и, хотя его преследовал защитник и угол был слишком острым, бросил по воротам. Шайба попала в штангу. Петров сумел добить. Но пока она летела, на сей раз в сетку, время состязания истекло.

Нарочно ведь и не придумаешь такие случаи.

Послушаем, что говорили после матча его участники – хоккеисты «Нью-Йорк айлендерс».

Б. Смит: «Играть против советских хоккеистов очень трудно, но интересно. У них можно поучиться мастерству и нужно поучиться».

Б. Тротье: «Игра ЦСКА произвела на меня сильное впечатление. Советские хоккеисты постоянно в движении – с шайбой и без нее. У них блестящая физическая подготовка. Они действуют очень разнообразно, часто меняют тактический рисунок игры – в этом их большое преимущество над соперниками».

Тренер «Айлендерсоз» Э. Арбур отметил: «Проведение встреч между сильнейшими хоккеистами СССР и Северной Америки интересно для публики, полезно для игроков. Это соревнование различных школ хоккея и прекрасная возможность учиться друг у друга. Как тренеру, мне, конечно, жаль, что мы проиграли, но утешает то, что уступили очень сильному сопернику».

Дальше путь московских армейцев – в Монреаль, где в новогодний вечер они встретятся с многократным обладателем Кубка Стэнли. Несколько дней назад «Айлендерсы» в турнире НХЛ обыграли «Монреаль канадиенс» – 7:3, ЦСКА сейчас победил «Айлендерсов», но это совсем не означает, что нашего чемпиона ждет легкая победа.

Два стартовых матча армейцы провели по такой схеме: первый период – «укатывали» соперников, во втором – забивали голы, в третьем – отдыхали и готовились к следующей встрече. Получится ли по такой «раскладке» поединок с «Монреаль канадиенс»?

Теперь ответ известен: не получился. Третий период прошел по сценарию хозяев.

Но обо всем по порядку. Матч «Монреаль канадиенс» – ЦСКА – лучших, не сомневаюсь, в то время клубов мирового хоккея – это совершенно особые соревнования, каждая деталь здесь заслуживает внимания.

Приезд хоккеистов ЦСКА, несмотря на рождественские праздники, как и четыре года назад, в центре внимания всей Канады. Такое впечатление, что у большинства монреальцев главная забота – как попасть в «Форум» в новогодний вечер. Билетов в кассах было мало, и даже для дипломатического корпуса установили жесткий лимит.

Армейцам приготовлены удобные номера в одном из лучших отелей. Однако прямо с аэродрома команда отправилась на каток – тренироваться. До начала тренировки репортеры попросили кого-нибудь из наших ребят сфотографироваться с малышом на руках – ведь Год ребенка! Отважился Алексей Волченков. Снимок обошел почти все канадские газеты.

Пока хоккеисты на льду, есть время на трибуне краснокресельного «Форума» просмотреть местную прессу.

«Выигрыш помог бы нашему клубу обрести уверенность, – говорится в интервью, данном монреальской «Газетт» одним из столпов «Канадиенс» Л. Робинсоном. – Лучшие советские хоккеисты обычно демонстрируют в ответственных матчах высокие скорости, огромную подвижность от начального вбрасывания до финальной сирены. Постараемся в этом им не уступить, а если удастся, и превзойти».

«В субботу мы победили «Буффало сейбрс» – 6:3, – приводит «Газетт» слова нового тренера «Канадиенс» К. Рюэля, многие годы бывшего ассистентом С. Боумэна, а недавно сменившего «на капитанском мостике» монреальского клуба Б. Жоффриона, не нашедшего контакта со «звездами» команды. – А в понедельник с ЦСКА постараемся сыграть еще лучше – быстрее, жестче, но ни в коем случае не грубо. Было бы кощунством испортить грязной игрой состязание лучших клубных команд мира».

Позже на «установке» В. Тихонов, в свою очередь, предупредил хоккеистов ЦСКА о том, что соперник у них в Монреале будет значительно сильнее, нежели в Нью-Йорке, а сравнительно слабый старт «Канадиенс» в чемпионате НХЛ не должен вводить их в заблуждение. Мощь многократного обладателя Кубка Стэнли общеизвестна.

У нас вышел на лед и 24-й хоккеист – И. Гимаев, заменивший заболевшего Анисина. Так что у Ковина и Варнакова опять новый партнер. Не везет волжанам. Лазарет теперь у ЦСКА обширный – Бабинов, Капустин, Скворцов, Анисин. Все остальные (за исключением второго вратаря Тыжных) на площадке. Соперники не преминули воспользоваться возможностью выставить большее, нежели у нас, число хоккеистов. У них вратарь, шесть защитников и четырнадцать (!) форвардов. Правда, не изменяя традиции НХЛ, большую часть времени на льду находились «звезды» – Лафлер, Гэйни, Шатт, Робинсон, Савар, Ламбер. Так нравится публике, так спокойнее тренеру.

Хозяева настолько любезны, что перед началом встречи в «Форуме» звучит блантеровская «Катюша». Аккредитованным журналистам вместе со стартовыми листами раздали фотокопии итогового протокола матча этих же клубов 1975 года. Не скрою, приятные нюансы.

Первый период армейцы вновь лишь «укатывали». Соперники тринадцать раз атаковали ворота Третьяка, а чемпионы страны сделали только три броска. Забегая вперед, отметим, что Третьяк почти весь матч трудился и не раз выручал партнеров, а о классе игры вратаря монреальцев Севиньи так и не составилось определенного впечатления, поскольку большую часть времени он оставался не у дел.

Четко провела матч бригада судей во главе с Брюсом Худом. Савар позволил себе движение сломанной клюшкой – и тут же отправился на «отсидку». Затеяли выяснение отношений Ковин и Лафлер – получили по две минуты.

Удален Петров. Шатт перехватывает наверху шайбу и отправляет ее в ворота. Но арбитр четко фиксирует: клюшка поднята слишком высоко, и гол не засчитывает.

Несколько секунд спустя Ламбер, теперь уже по правилам, все-таки реализует численное преимущество. «Форум» гремит овацией. Армейцы, однако, довольно спокойны: впереди ведь «их» второй период.

Хозяева тоже знают о том, что оба матча в Нью-Йорке чемпионы СССР выиграли именно во вторых двадцатиминутках. И к этому приготовились. Они исключительно предусмотрительны в обороне: ни разу не бросились вперед всей «пятеркой», как случалось не однажды с профессионалами в прошлом. В то же время их контратаки стремительны и опасны. Хорошо, Третьяк на высоте. Какую коварную шайбу он парировал от Лафлера. Один раз и Владислав оказался бессилен, но его выручил Лобанов, остановивший шайбу перед пустыми воротами.

А армейцы, как им и положено во втором периоде, вышли в счете вперед. Отличились форварды звена Жлуктова, где особенно выделялся Балдерис. На двадцать седьмой минуте Жлуктов артистически подставил клюшку, изменив полет шайбы, брошенной С. Гимаевым, а на тридцать третьей минуте Балдерис, вихрем ворвавшись в зону соперников, мощнейшим «щелчком» забил второй гол.

У армейцев были и еще возможности увеличить счет в свою пользу, но Севиньи несколько раз выручал, особенно сложные шайбы он брал после бросков Балдериса и Дроздецкого.

– Великолепный матч, – поделился обозреватель «Торонто стар» и частый автор «Хокки ньюс» Фрэнк Орр, – но во втором периоде физически ваши хоккеисты выглядели лучше.

К сожалению, отдых и подготовка к следующей игре в третьем периоде в Монреале у армейцев не получились. Отвыкли хоккеисты ведущего клуба напрягаться в заключительной двадцатиминутке – во встречах всесоюзного первенства ведь такой необходимости у них давно почти и не бывало.

Канадцы – откуда прыть взялась? – навалились с новой силой, особенно Шатт. Именно он в начале заключительной двадцатиминутки, «протаранив» С. Гимаева, в упор «расстрелял» ворота Третьяка и сравнял счет.

Что же, как и четыре года назад, ничья? Нет. Равновесие длилось лишь до пятидесятой минуты, когда Гэйни, лучший из форвардов по выполнению оборонных функций, вывел «Канадиенс» вперед – 3:2.

Четвертый гол снова провел Шатт. Его бросок, правда, отбил Третьяк, но шайба попала в клюшку замешкавшегося С. Гимаева и от нее отскочила в угол ворот.

В третьем периоде наши форварды, за исключением, пожалуй, звена Макаров – Жлуктов – Балдерис, сникли: мало контролировали шайбу, на защитные линии выпала огромная нагрузка. И они ее не выдержали.

Как и четыре года назад, в матче было заброшено шесть шайб – только пропорция на сей раз была не ничейной, а победной для соперников – 4:2 (1:0, 0:2, 3:0).

Лучшими игроками признаны и отмечены картинами Жлуктов и Гэйни. «Форум» стоя приветствовал героев встречи и всех хоккеистов, показавших игру высшего мирового класса. Именно в таких состязаниях прогрессирует игра, любимая миллионами во многих странах.

«Мы, как никогда, строго соблюдали игровую дисциплину, – резюмировал, не скрывая радости, итог матча Лафлер, – были бдительны в обороне и настойчивы в атаках. Состязание получилось отменным. Нам удалось выиграть и несколько поправить свою репутацию, поколебавшуюся после февральского «Кубка вызова».

Высказался перед журналистами и Гэйни, о котором «Газетт» написала так: «Фетисов выглядел лучшим защитником мирового хоккея, пока около него не появился Гэйни. После этого он трансформировался в просто добротного защитника хорошей команды. Правда, и Гэйни не всегда может играть на высочайшем классе, как это ему удалось в матче с ЦСКА и как это обычно получается у Лафлера». Гэйни сказал: «Победа над ЦСКА очень важна для нас, потерявших Драйдена, Лемэра и даже тренера Боумэна. Надеюсь, она вдохновит нас на успехи в чемпионате НХЛ и нам наконец удастся с четвертого места перебраться на первое, а весной снова выиграть Кубок Стэнли». (Увы, надежды не сбылись.)

«Это был великолепный матч, – единодушным было мнение тренера ЦСКА В. Тихонова и его помощника Ю. Моисеева. – Канадцы смогли провести на высоких скоростях все три периода, игра проходила корректно, блистали Гэйни, Шатт и другие «звезды». У нас, к сожалению, грубые промахи, обернувшиеся голами, допустили молодые защитники С. Гимаев и Касатонов. Не смог до конца доиграть Фетисов, пятый теперь у нас травмированный».

Хозяев заявление наших тренеров задело. Диктор телевидения, помнится, сетовал: «У гостей такой тон, будто не мы выиграли, а они проиграли, и только из-за собственных ошибок. Вот куда докатился хоккей НХЛ!»

Все это так. На мой взгляд, защитники ЦСКА и сборной СССР и раньше допускали грубые ошибки. Их исправлял Третьяк. А в этой встрече всегда выручать вратарь оказался не в силах. Он играл великолепно. Но раньше он творил чудеса. Это не одно и то же…

Жюри справедливо отметило призом «лучшего игрока» Жлуктова. Я бы хотел выделить еще Макарова и Балдериса. Эта тройка потом была самой результативной в «Суперсерии-80», а Хелмут Балдерис, пожалуй, провел свои лучшие матчи в соревнованиях столь высокого и «жесткого» уровня.

Балдерис – рижанин, здесь и начинал играть в хоккей. Его первым тренером был известный всей стране футбольный арбитр Эдгар Клаве, у себя в республике не менее популярный и как хоккеист. До прихода в хоккей Хелмут увлекался фигурным катанием и имел неплохую конькобежную подготовку. Он полюбил хоккей и рос как игрок не по дням, а по часам. Особенно успешно он овладевал техникой бросков по воротам и прибавлял в скорости.

Партнеры за высокую скорость прозвали его «электричка».

Минус Балдериса – мягковат, не всегда готов к жесткой игре. Зато скорость – поистине спринтерская, и свой шанс редко упускает. Помните, например, в заключительной встрече «Кубка вызова» получил передачу, убежал и сделал 3:0. После этого «звезды» погасли. Хотя, если быть объективным, и в этом плане однажды у него был особенно досадный промах. Используй Хелмут на первенстве алира в Вене в 1977 году в матче второго круга со сборной ЧССР свой выход один на один с Дзуриллой, и наша команда была бы чемпионом. Но он не смог переиграть вратаря.

Пару недель спустя Дзурилла в Праге мне рассказывал: «До сих пор иногда мне снится этот рейд Балдериса. Он бросает, и я… просыпаюсь в холодном поту».

Никогда не спрашивал Хелмута, может быть, и ему тоже иногда в сновидениях является этот захватывающий момент?…

Заканчивая небольшое отступление, хотелось бы напомнить, что Балдерис далеко не первый яркий представитель латышского хоккея. В свое время пользовались всесоюзной известностью вратарь Меллупс, защитник Шульманис.

Возвращаясь немного назад, надо сказать, что победа над ЦСКА потребовала от хоккеистов «Канадиенс» большого напряжения физических и моральных сил: через день, второго января, у себя в «Форуме» они стали легкой добычей «Питтсбурга», проиграв этому весьма слабо выступавшему «середнячку».

Замечу, что у обеих сторон были трудности в «Суперсерии-80». Гости играли на непривычно узких площадках, при разнице во времени в семь часов, при чужой публике, а хозяева проводили встречи в маленьких и без того «окнах» между матчами чемпионата НХЛ.

Фрагменты встречи между «Монреалем» и «Питтсбургом» мы смотрели по телевидению в Буффало. В этот же вечер мы видели также игру с участием «Торонто мэйпл лифе» и с удивлением обнаружили в рядах торонтцев «звезду» давних лет – защитника сборной Канады на чемпионате мира 1967 года в Вене Карла Бревера. 42-летний ветеран не блистал, но картины не портил.

Буффало – большой промышленный центр на берегу одного из Великих озер – Эри в дальнем краю штата Нью-Йорк, вблизи канадской границы – пока что самый «проигрышный» для советских хоккеистов город Северной Америки. В 1976 году «Крылья Советов» уступили здесь местным «Клинкам» – 6:12, а ЦСКА, как известно, потерпел здесь в «Суперсерии-80» не менее тяжелое поражение.

Хоккейную амуницию москвичей выгружали из автофургона под… дулами пришвартовавшегося чуть ли не к самому стадиону военного корабля. Как пояснил нам служивший на флоте врач ЦСКА И. Силин, это был учебный крейсер. Но пушки у него были отнюдь не игрушечные, и оставалось такое впечатление, что они направлены именно на нас. Такому мрачному восприятию учебного, да еще в это время без команды, корабля, безусловно, содействовала атмосфера напряженности и недружелюбия, в которую наша спортивная делегация попала в первые дни января. Всего на несколько дней отлучившись в Канаду, мы теперь возвратились словно в другую Америку. Средства массовой информации использовали ввод ограниченного контингента советских войск в Афганистан в конце декабря для развязывания антисоветской истерии.

«Советская армия уже в Буффало, но пока лишь для игры в хоккей», – гигантскими буквами набран заголовок статьи в «Буффало экспресс». Вся статья, как и многие ей подобные в других газетах, была пропитана желчным духом антисоветизма. Не удивительно, что почти все из шестнадцати с половиной тысяч зрителей, которые пришли на матч с ЦСКА, были настроены крайне враждебно по отношению к советским спортсменам.

А здесь их еще «подогрели». На всех трибунах развешаны огромных размеров оскорбительные лозунги и плакаты, содержащие иногда даже брань в адрес нашей страны.

Только после настоятельного требования советской делегации организаторы вынуждены были их убрать.

Забегая чуть вперед, надо отметить, что североамериканская пресса не делала секрета из того, в каких – явно не соответствующих духу международных товарищеских состязаний – условиях проходила встреча хоккеистов «Буффало сейбрс» и ЦСКА. «Антисоветские настроения болельщиков помогли «Сейбрс» выиграть», – озаглавила репортаж «Торонто стар». Комментатор местного телевидения отмечал: «Причина поражения ЦСКА со столь большим счетом прежде всего в том, что советские спортсмены не выдержали психологического давления явно враждебно настроенного к ним зала и соперников. Это проявилось и в том, как громогласно пели зрители перед началом матча гимн США, и в том, как самоотверженно сражались на льду «Клинки», многие из которых показали сегодня вечером свою лучшую в жизни игру».

А теперь, собственно, о матче с «Клинками». Проходил он совсем уж не по схеме ЦСКА и был проигран – 1:6 (0:2, 0:0, 1:4). Как видно из раскладки по периодам, «укатывание» обошлось довольно дорого – в две шайбы. Второй период армейцы не проиграли, но впервые и не выиграли. Что касается заключительной двадцатиминутки, то ее итог совсем печальный, хотя по ходу встречи долго теплилась надежда.

В Буффало впервые играл Бабинов. Планировалось, что он заменит С. Гимаева, но пришлось ему выходить вместо травмированного в Монреале Фетисова. Появился вновь Скворцов, хотя он еще был и не совсем здоров. Соперники имели в своем составе помимо вратаря три пары защитников и четыре звена форвардов. Замены, правда, они, как и монреальцы, проводили не дуэтами и тройками, а по скользящему «графику». Это любимый прием С. Боумэна, который он продемонстрировал еще в 1975 году в игре «Монреаля» с ЦСКА. Наши, в общем-то, такого и ожидали теперь от «Буффало», где работал тренером он же. Ожидать-то ожидали, но вновь эта тактика оказалась непривычной и, прямо скажем, неудобной для советских хоккеистов. Перед самым началом встречи на одной из трибун вывесили такие «стихи»: «Русские – красные, «Сейбрс» – голубые. Мы должны выиграть 10:2!»

До такого разгрома не дошло, но 1:6 тоже небывалое для ЦСКА поражение в международных встречах.

А начали армейцы неплохо, я бы сказал, задорнее, нежели обычно. Хозяев не раз выручал вратарь Эдварде. Особенно трудную шайбу взял он от Скворцова. У «Клинков» кроме вратаря, как и в 1976 году, заметен двухметровый защитник Кораб и нападающий, капитан команды Гэр. Хорошо играет и форвард Маккегни, еще приметный из-за темного цвета лица. Маккегни – негр. Один из трех негритянских спортсменов в рядах НХЛ за всю более чем шестидесятилетнюю историю существования лиги.

Почему же в клубах НХЛ так мало негритянских спортсменов в отличии, например, от бокса, легкой атлетики или баскетбола? Дело, во-первых, в том, что в Канаде негров не так много, как в США, а профессиональные хоккеисты до недавнего времени почти на сто процентов и в клубах городов США набирались из канадцев. Есть причины и иного характера. И, конечно, дело не в том, что негры – южане… мерзнут на льду, как пытался одному советскому журналисту объяснить его американский коллега. Хоккейная амуниция довольно дорога, это ведь не то, что майка, трусы и кеды баскетболиста, и часто негритянским семьям она не по карману. В негритянских кварталах к тому же почти и не строят катки с искусственным льдом. Их аренда ведь тоже стоит больших денег.

На девятой минуте Гэр открыл счет. Если Эдвардс в этом матче не раз выручал партнеров, то для Третьяка это, пожалуй, было худшее выступление в его блистательной спортивной карьере. Во всяком случае, за десяток с лишним лет, что я видел Владислава Третьяка в сотнях матчей чемпионатов страны, мира, олимпийских турниров, «серий» и «суперсерий», он никогда раньше не играл так неуверенно.

Первый гол на совести вратаря. А хоккеисты ЦСКА давно приучены, что Третьяк у них творит чудеса. И вдруг в Монреале он сыграл лишь отлично, но не сверхъестественно, как обычно. А теперь в Буффало позволил себе промах. Партнеры заволновались. И зал неистово недружелюбно гудел, тоже выбивал из колеи. Армейцы не использовали даже преимущества в два полевых игрока в те почти сорок секунд, когда Ю. Карандин оштрафовал за грубость сначала Мартина, а затем Кораба. Когда же на площадку выскочил Мартин, армейцы, будучи в большинстве, еще и позволили Люсу забить гол почти беспрепятственно.

В перерыве я прошелся по пресс-галерее, расположенной под самой крышей стадиона, чтобы посмотреть, как работает ассистент Боумэна Роберте. Ничего особенного увидеть не удалось – он сидел в кресле и по радиотелефону переговаривался с тренером. В антракте они обменивались впечатлениями от первого периода, а во время матча в обязанности Робертса входило подсказывать направления для контратак.

– А не мог бы Роберте, – поинтересовался я у знакомого канадского журналиста, – заодно снабжать данными и… Тихонова?

– Не знаю, – чуть улыбнувшись, ответил коллега, – можно его спросить…

После перерыва армейцы нажали, Соперники, правда, к этому были готовы. За час до игры они просмотрели видеозапись встречи ЦСКА с «Монреалем». (В большинстве клубов НХЛ имеются фильмотеки, где собрано по нескольку видеозаписей матчей на каждого из постоянных – и даже не постоянных, вроде ЦСКА, – соперников.)

«Клинки» даже перешли к игре «от обороны». При срыве резких атак все стремительно откатывались назад. Ворота Эдвардса почти все время под обстрелом. Но он на высоте, и немного ему везет. Варнаков, например, промахнулся по пустым воротам.

Ю. Карандин удаляет капитанов – Гэра и Михайлова, увлекшихся выяснением отношений. Вскоре к ним присоединяется и Шонефельд. Сорок семь секунд наши играют вчетвером против троих. Атака следует за атакой. Но «Клинки» при громовой поддержке публики, а главным образом благодаря Эдвардсу, спаслись от гола.

Вскоре снова удален Гэр. И опять численное преимущество реализовать не удалось. Когда обе команды в равных составах, соперники прессингуют по всей площадке и не дают нашим наладить коллективную игру. Лишь звену Жлуктова это порой удается, но тогда в дело вступает Эдвардс.

В начале третьего периода армейцы, что за ними в последнее время не замечалось, еще прибавили в скорости. Наконец, еще одно удаление Гэра удалось реализовать. Капитан «Клинков» площадку не покинул (штраф был «отложенным»), но у нас вместо Третьяка выскочил полевой игрок. Балдерис, позже вместе с Эдвардсом названный лучшим игроком встречи, забил отличный гол.

Перелом?

Нет! Прошло всего двадцать секунд, как Смит забросил третью шайбу. Петров проиграл вбрасывание, соперники овладели шайбой и провели стремительную атаку. Стариков и Бабинов не успели ничего сделать. Этот гол подействовал на многих как ледяной душ. Лишь Макаров, Жлуктов и Балдерис да звено Скворцов – Ковин – Варнаков пытались, к сожалению, довольно разрозненными действиями спасти матч.

Поражение стало крупным в заключительные пять минут. Гэр, снова при звене Петрова со Стариковым и Бабиновым, ворвался в нашу зону и добился успеха. В этой встрече капитан «Клинков» и отбывал штрафы, и забивал – в общем, был особенно заметным человеком.

Затем две шайбы забросил Силинг. На пятьдесят седьмой минуте, реализуя численное преимущество (второе у нас за игру и единственное не обоюдное). И затем за четыре секунды до финальной сирены. В этот момент показалось, Третьяк и защитник С. Гимаев больше смотрели на секундную стрелку часов на электротабло, нежели на Силинга, владевшего шайбой, и он не замедлил этим обстоятельством воспользоваться.

Из-за этого звено Ковина проиграло матч – 0–1 так же, как и тройка Лобанова, звено Жлуктова выиграло – 1:0, а звено Петрова проиграло – 0:4.

Замечено, что если звено играет неудачно, то и грубые промахи защитников и даже вратаря приходятся именно на их выходы на лед…

– Хоккеисты «Буффало сейбрс» сегодня мне понравились, – отметил сразу после встречи Тихонов. – Они были быстрее, агрессивнее в атаках, надежнее в обороне, где особенно выделился вратарь Эдвардс. Выступлением ЦСКА просто удивлен. Уровню соревнования с сильнейшими в мире профессионалами соответствовали Балдерис, Жлуктов, Макаров, Бабинов, о всех других наших хоккеистах этого сказать не могу.

– У нас великолепен был Эдвардс, – подчеркнул Боумэн, – особенно в те трудные минуты, когда мы оставались в меньшинстве. И, конечно, мы благодарны публике за ее горячую поддержку.

Удалось поговорить с героями матча, некоторыми хоккеистами «Буффало».

– Хоккеистов НХЛ много критиковали, – сказал Гэр, – за проигрыш «Челлендж кап», за драки. Как видите, мы быстро исправились – обыграли ЦСКА и не грубили. Нам помогла поддержка публики – зрители нас вдохновили. На представлении они вашим гудели (правда, Третьяка встретили овацией), и это произвело впечатление. Мы посмотрели не только видеозапись игры ЦСКА с «Монреалем», но познакомились с манерой судейства вашего арбитра по видеозаписи встречи с «Айлендерсами». Лично мне, – улыбнулся капитан «Клинков», – последнее, правда, мало что дало. А еще велик был Эдварде – шайбы в этот вечер от него отскакивали.

– Я внимательно смотрел перед этим тренировку ЦСКА, – сказал сам герой встречи, – и обратил внимание на манеру бросков почти всех нападающих. И, конечно, мне здорово помогала вся команда: партнеры заставляли ваших бросать, в основном, издалека, броски были откровенными, а вблизи никого не было, и мне не надо было выталкивать ваших форвардов с «пятачка».

– Я не согласен с Эдвардсом, – пробасил с высоты своего почти двухметрового роста Кораб. – В нашей зоне тоже было «жарко». Меня, например, четыре раза атаковали весьма ощутимо. Нам, к счастью, все-таки удалось захватить свою синюю линию и не давать вашим форвардам раскатываться. Все играли у нас с подъемом и отдали много сил и умения, чтобы не дать выиграть в Буффалс третий, ключевой, матч турне.

На матче в Буффало я встретил немало специалистов североамериканского хоккея. К примеру, наставника олимпийской сборной Канады Т. Уотта, приезжавшего в Москву на декабрьский турнир «Известий», капитана «Филадельфии» Б. Кларка. Последний, кстати, выполнял в своем клубе роль играющего тренера. И весьма здесь преуспел. «Флайерсы», потерявшие за последние несколько лет полтора десятка игроков основного состава, в том числе одного из своих столпов – вратаря Парэнта и тренера Ф. Широ, вдохновляемые Кларком, той зимой буквально творили чудеса. Начали они скверно: ничья, потом разгромное поражение – 2:9 от аутсайдера – «Атланты», а затем три месяца «Филадельфия» больше никому не проигрывала, в основном побеждала и лишь изредка отдавала соперникам по очку.

За океаном, особенно после «Кубка вызова», старательно учатся у лучших советских хоккеистов, приезжая на их матчи издалека, подумалось тогда. Это приятно. Но ведь и учителям не к лицу останавливаться на месте, не совершенствовать свое мастерство, а тем более отступать с завоеванных позиций. На следующее утро после тяжкого поражения в Буффало мы отправились, как ребята шутили, «к нашему крейсеру» – на стадион, забрать хоккейную амуницию, чтобы затем лететь в Квебек-сити на последний матч турне. Несмотря на довольно ранний час, на стадионе шла… тренировка «Клинков».

А ведь не раз доводилось слышать: клубы НХЛ так много играют, что на тренировки времени не остается… Оказывается, остается.

Огромный авиалайнер, в который мы погрузились, чтобы во второй раз за турне покинуть США и попасть в Канаду, летел откуда-то из Южных штатов Америки и заканчивал свой маршрут в Торонто. Там предстояла, как сообщил наш всегдашний за океаном сопровождающий Агги Кукулович, пересадка.

За жарким диспутом мы с Тихоновым это объявление пропустили. Кто-то из команды его чемодан все-таки получил и снова сдал, а я этой процедуры не выполнил. В Квебек-сити выяснилось, что моя дорожная сумка и костюм, который я перевозил на «плечиках» в чехле, остались в Торонто…

Команда после двух поражений подряд поскучнела, а это происшествие немного развлекло делегацию. Правда, любителям позлословить разойтись не пришлось: к ужину вещи были доставлены из аэропорта Торонто прямо в мой номер гостиницы, да еще в отличной упаковке.

В жизни нередко случается: не повезет вначале, а потом все кончится хорошо. Бывает и наоборот.

Даже сопровождавший нас старший детектив НХЛ (как шутили хоккеисты, «всегда хорошо заряженный человек») заметил перемену в настроении своих подопечных.

– Ваши ребята примерного поведения, – обратился он к Тихонову. – Не устраивают дебошей в отелях, не расползаются после матчей по ночным клубам – работа сними для меня почти курорт. В качестве премии я хотел бы пригласить команду в кино, на какой-нибудь развлекательный фильм. Это и встряхнет их немного.

Армейцы решительно настроились на победу – заговорило наконец самолюбие больших спортсменов. Михайлов сказал: «Если они нам вначале не забьют, обязательно выиграем. Выложим сегодня наш «козырь» – скоростную выносливость, мы его к Олимпиаде приберегаем, но сегодня надо. У профессионалов обычно на скорости в матче один, редко двое, а у нас два-три, а то четыре или все пять игроков. И мы все три периода так можем «молотить».

Хозяева пятого января выступали в Торонто, где победили 7:3, и лишь утром шестого в день игры с ЦСКА прилетели в Квебек-сити. Решив максимально использовать это обстоятельство, армейцы начали, как никогда до этого в турнире мощно. И впервые в «Суперсерии-80» им удалось самим открыть счет. Михайлов на десятой минуте сделал Петрову на «скрещивании» отменную передачу, и тот не промахнулся. (Когда Владимиру Петрову перевалило за тридцать, один из тренеров отозвался о его игре так: «Если в ударе, шайбу у него никто не отнимет. Почти каждый пас у чужих ворот – голевой, а выскочит сам на бросок – доставай шайбу из сетки…» На мой взгляд, верно подмечено).

Но и после этого до трудной победы чаша весов не раз колебалась то в сторону армейцев, то в сторону «Квебек нордикс», в рядах которого выступали такие известные мастера, как Тардиф, Бернье, Лякруа, Клотье, Фторек, Шмир и даже швед Хегюста.

Еще до первого гола армейцы имели отличную возможность отличиться. Хозяева, явно не успевая за ураганом атак соперников, решили охладить их пыл… грубостью. Арбитр Б. Лунс судил четко и решительно: одного за другим отправил он на «отсидку» двух профессионалов. Минуту и пятьдесят шесть секунд армейцы имели на площадке двух лишних игроков, но «пятерки» Петрова и Жлуктова из-за накопившейся после двух поражений нервозности не смогли реализовать численное преимущество.

Это прибавило решительности и лихости хозяевам, бурно поддерживаемым одиннадцатью тысячами зрителей переполненного «Коллизея» (капитально отремонтированного после перехода клуба в НХЛ). Хорошо, Третьяк несколько раз выручал, да и полевые игроки сыграли самоотверженно. Запомнилось, как Балдерис кинулся под бросок.

Гол придал силы армейцам. И хотя всего четырнадцать секунд спустя Фитчнер его отквитал, почин даром не пропал. Даже когда были удалены Петров, а затем Балдерис, армейцам удалось отстоять свои ворота. Второй период вновь был выигрышным для москвичей. На дальний точный бросок Томаса, которого своевременно не закрыл Фетисов (Третьяк тоже был не безупречен), Балдерис и Скворцов ответили тремя голами.

С волнением ожидал я третьего периода. Ведь в четырех предыдущих матчах армейцы проигрывали заключительные двадцатиминутки. Неужели печальная «традиция» повторится и в Квебек-сити?

На сей раз армейцы сыграли хорошо, продемонстрировали высокие бойцовские качества, которых некоторым из них так не хватало в ходе матчей в Монреале и Буффало.

Сначала, правда, используя удаление Касатонова, шайбу забросил Хислоп, а затем Фитчнер сделал счет равным. Канадцы атаковали на высоких скоростях, мощно бросали по воротам. В который раз пришлось убедиться, что хоккеисты НХЛ сражаются за победу до конца. Однако наши сумели переломить ход встречи. На сорок восьмой минуте шайбу – столь важную в этот момент – забросил Михайлов. А через семь минут его партнер – Харламов. В итоге – 6:4 (1:1, 3:1, 2:2).

У нас лучшим игроком встречи вновь назван Балдерис, у канадцев – Фитчнер.

– В этом боевом матче хоккеисты ЦСКА продемонстрировали мужество и высокий класс во всех трех периодах. И это принесло победу, – резюмировал В. Тихонов.

– Мы сделали все, что в наших силах, – заявил тренер хозяев Ж. Демерс, – но сегодня наш клуб не выдержал натиска мощно игравших соперников.

«Суперсерия-80» завершилась победой ЦСКА – 3:2. Динамовцы, хотя и имели не столь могучих соперников, играли много слабее: после проигрыша «Ванкуверу» с олимпийской сборной Канады закончили встречи так – 5:9, 3:3 и 1:5, выиграли у «Виннипега» – 7:0 (три гола были забиты в самом конце матча) и «Эдмонтона» – 4:1 (долго счет сохранялся – 2:1) и завершили турне ничьей – 5:5 – с «Вашингтоном». Две победы, две ничьи и три поражения. Один из авторов «Хокки ньюс», помнится, объяснял разницу в успехах коротко и однозначно: «В ЦСКА имеется одиннадцать хоккеистов высокого роста и солидного веса, а в «Динамо» – ни одного».

И теперь пришла пора подвести итоги.

Каждый волен подводить их по-своему. Руководитель делегации армейских хоккеистов доложил о победе со счетом 3:2.

Известный кинорежиссер, а в молодости неплохой боксер В. Наумов, вместе с А. Аловым поставивший ряд прекрасных фильмов, сказал мне, что «считает итог неудачным: главным противникам – второй и четвертой командам чемпионата НХЛ «Буффало» и «Монреалю» – проиграли, с первой – «Филадельфией» – не встречались. Могли уступить и десятой команде – «Квебеку», если бы она с очередной встречи турнира НХЛ возвратилась домой хотя бы накануне, а не в день матча. О результатах динамовцев говорить вообще не приходится…»

Из того, о чем мы беседовали на финише «Суперсерии-80» с В. Тихоновым, я написал такое резюме:

– Турне было для нас весьма полезным и своевременным. В прошлом году наши ведущие хоккеисты одержали много славных побед: выиграли «Кубок вызова», вновь стали чемпионами мира и Европы, завоевали Кубок европейских чемпионов, вышли победителями на турнирах «Руде право» и «Известий». Кое-кто, очевидно, почувствовал себя непревзойденным мастером, позволил себе психологически разоружиться, а это ведь недопустимо в большом спорте вообще и в большом хоккее в частности, где у нас имеются такие могучие соперники, как профессионалы НХЛ, сборные ЧССР, Канады, Швеции, Финляндии, США.

За зазнайство, несобранность нам пришлось расплачиваться поражениями, огорчительными как для нас – тренеров и игроков, так и для наших многочисленных почитателей. Рассчитываю все-таки, что проигрыши армейцев и динамовцев пойдут на пользу в деле подготовки сборной СССР к ледовым баталиям совсем близкой ныне Олимпиады. Надеюсь, теперь никому из кандидатов в олимпийскую сборную не придется доказывать, что они обязаны постоянно совершенствовать свое мастерство, играть с полной самоотдачей в каждом матче.

Профессионалы в большинстве встреч выглядели мощно. Они тщательно изучали соперника. Я бы подчеркнул: в «Суперсерии-80» нам противостояли не канадские профессионалы, а хорошо нас распознавшие соперники, взявшие на вооружение (не без помощи играющих в клубах НХЛ «звезд» шведского и финского хоккея) все лучшее из североамериканского и европейского хоккея. Хозяева выходили на лед предельно мобилизованными и сразу же начинали действовать на высоких скоростях, не щадили себя в жесткой силовой борьбе.

Соперники показали необычно высокую для них игровую дисциплину. Их тренеры тщательно разрабатывали тактику поединков. Провалы в обороне, как бывало не раз ранее у профессионалов, всей «пятеркой» мчавшихся вперед забивать, теперь были чрезвычайно редки.

Боумэн посадил своего ассистента Робертса в ложе прессы на самом верху стадиона и получал от него по ходу встречи по радиотелефону коррективы, которые легче было вносить при взгляде на игру с верхней точки. Кстати, Боумэн планирует в недалеком будущем оснастить радиотелефонами и хоккеистов, что правилами не запрещено…

У нас отметил бы высокий уровень игры форвардов звена Жлуктова. Жаль, что из-за травмы Бабинов смог принять участие в состязаниях лишь с четвертого матча. Травма, безусловно, помешала полнее раскрыть себя Скворцову. Нельзя не сказать, что из-за повреждений у ряда игроков мы почти все время были лишены возможности выступать боевым составом.

Свою отрицательную роль сыграла и вспышка антисоветской истерии, имевшая место в это время в Северной Америке.

В двух матчах слабо сыграл ряд хоккеистов ЦСКА, особенно ведущие.

В пяти встречах по очкам мы впереди – 6:4. Разница шайб в пользу соперников – 18 – 17. Превзошли они нас и по броскам – 134:124. Армейцы во вторых периодах забросили двенадцать шайб и пропустили одну. Но в первых и третьих двадцатиминутках голевой баланс в пользу профессионалов – 5:1 и 12:4. Звено Петрова выиграло лишь два матча из пяти и в целом проиграло 5:7, в том, числе в Буффало – 0:4. Результаты других троек: Жлуктова – 8:2 (в том числе пять шайб на счету Балдериса), Ковина – 3:5, Лобанова – 1:4 (Варнаков свой первый гол забил, играя в звене Жлуктова). Защитники не забросили ни одной шайбы. К сожалению, приходится говорить, что в Буффало после счета 1:3 многие армейцы сложили оружие, не попытались внести в игру перелом, оказываясь порой в роли сторонних наблюдателей.

На будущее нам необходимо более собранно подходить к матчам за океаном. Игры в Канаде и США с ведущими клубами НХЛ совершенно иного плана, нежели состязания с европейскими командами. И к жестким хоккейным баталиям на площадках меньшего размера надо тщательно готовиться в физическом, тактическом и психологическом планах. Необходимо иметь возможность хотя бы одну ледовую площадку в Москве переделывать на время с учетом габаритов североамериканских стадионов, чтобы на ней перед отъездом проводить тренировки.

– Хочу еще раз сказать, – подчеркнул В. Тихонов, – что из матчей «Суперсерии-80» наши ведущие хоккеисты должны сделать надлежащие выводы, дабы исключить досадные поражения на главном турнире четырехлетия– олимпийском.

* * *

В Лейк-Плэсиде наши хоккеисты получили суровый урок: после пяти побед, причем четырех подряд, на Играх минувших лет довольствовались «серебром».

Прежде чем рассказать, как и почему это произошло, позволю себе небольшое вступление.

В конце матча сборных СССР и Канады на олимпийском турнире в 1964 году в Инсбруке Вениамин Александров – большой мастер кистевого, без подготовки, снайперского броска – забил в ворота родоначальников игры гол, ставший последним в этой решающей встрече и принесший нашей команде победу – 3:2.

Эту шайбу назвали «золотой». Хотя, строго говоря, для завоевания высших наград Олимпиады и второго подряд титула чемпиона мира, чего хоккеисты из европейской страны добились впервые, советской сборной достаточно было в том поединке и ничьей. И с полным правом «золотым» мог именоваться и второй гол, забитый Вячеславом Старшиновым. Но так уж вошло в анналы хоккея – «золотая шайба» Александрова, и, думается, ничего изменять годы спустя не надо. Тем более что тот гол Вениамина вскоре вызвал (в определенной степени, конечно) к жизни самые, пожалуй, массовые в мире хоккейные соревнования – на призы ЦК ВЛКСМ и клуба «Золотая шайба».

Да, шайба бывает и проходной, например, еще гол при большом преимуществе одной из команд, но может превратиться и в золотую шайбу, если решает судьбу главных наград на олимпийском турнире. Так же, как литр воды бывает незамеченным, когда выливается из крана в нашей квартире, но та же тысяча граммов воды может спасти жизнь человеку в раскаленной пустыне. Одному и тому же совершенно иная цена в различных обстоятельствах.

Адрес высших наград Лейк-Плэсида тоже определила одна капля – «золотая» шайба, заброшенная хозяевами в конце матча со сборной СССР и принесшая им победу – 4:3. Повезло: забили – «золотой» гол, фортуна отвернулась – пропустили всего одну лишнюю шайбу. Так, знаю, подводили итоги многие после окончания турнира. Признаюсь, вначале и я так думал. И только несколько позже, поостыв и проанализировав все обстоятельства (и не только спортивного характера), связанные с этим проигрышем, пришел к выводу, что «недобрали» мы в решающей встрече не одну, а минимум восемь шайб.

Почему восемь? Поясняю.

Девятого февраля в «Мэдисон сквер-гарден» в присутствии многих тысяч ньюйоркцев советские хоккеисты разгромили сборную США, много месяцев интенсивно готовившуюся блеснуть на Олимпиаде у себя на родине, – 10:3! А две недели спустя наши олимпийцы в Лейк-Плэсиде уступили хозяевам игр – 3:4. Вот откуда взялась цифра дефицита – восемь шайб. (Хотя в обеих встречах, как понятно, у соперников было много и, казалось бы, вернейших, неиспользованных возможностей.)

Как же так получилось, что в столь короткое время «растаяли» восемь шайб нашего преимущества и победа 10:3 обернулась поражением 3:4?

Рассказ, отнюдь не категорично бесспорный, об этом ниже. Думается, он не потерял актуальности, поскольку с аналогичными ситуациями на международной спортивной арене в наш беспокойный век советские команды – и не только хоккейные – могут встретиться еще не раз.

И месяца не прошло после возвращения наших ведущих хоккеистов с матчей «Суперсерии-80», как 20 из них надо было снова отправляться за океан – на Олимпиаду в Лейк-Плэсид.

На тренировочный сбор В. Тихонов и В. Юрзинов пригласили 28 игроков. Большинство из них, за исключением Дорощенко, И. Гимаева, Вожакова, Ковина и Варнакова, выезжали в ФРГ, где дважды выиграли (довольно скромно – 7:4 и 4:2) у национальной команды хозяев.

Затем возникли непредвиденные проблемы: получил травму Капустин и уже в США выбыл из строя Бабинов. Их заменили Скворцов и юный Касатонов, которого предпочли опытному Лутченко. К 12 февраля – старту олимпийского хоккейного турнира – сборная СССР выглядела так: Третьяк и Мышкин, Касатонов – Фетисов, Васильев – Стариков, Билялетдинов – Первухин, Михайлов – Петров – Харламов, Скворцов – Жлуктов – Балдерис, Макаров – В. Голиков – А. Голиков, Мальцев – Лебедев – Крутов. Трое форвардов, названных в конце списка, – все правые крайние, хотя умеющие играть в центре и слева, отбирались в основном как игроки резерва для первых трех звеньев. Чтобы они не «засиделись», их выпускали четвертой тройкой. В ходе турнира они, однако, стали… лучшим нашим звеном.

Как видно, на кардинальные изменения (о чем не раз говорилось в ходе «Суперсерии-80») не пошли.

Тринадцатые (ох уж это несчастливое и, особенно в Северной Америке, нелюбимое число!) зимние Олимпийские игры, организовать которые вызвался крохотный, с населением всего около трех тысяч человек, курортный поселок из штата Нью-Йорк Лейк-Плэсид, проходили в весьма сложной обстановке: в первую очередь политической (говорят: спорт – вне политики, но политика использует спорт в своих целях все шире и чаще!), во вторую – созданной мало поворотливыми организаторами.

«Афганский вопрос» был к февралю 1980 года поднят администрацией тогдашнего президента США Д. Картера, что называется, до небес. В качестве наказания среди всего прочего с американской стороны требовали полного бойкота Игр в Москве.

В ту пору автор этих строк написал комментарий, дающей, надеюсь, представление о накале страстей. Озаглавлен он был «А стоит ли ехать в Лейк-Плэсид?» – спрашивают в СССР».

Вот его текст: «Президент США Д. Картер призывает в случае невыполнения его ультиматума бойкотировать летние Олимпийские игры в Москве. Не исключено, что ему удастся отстранить от выступления в Москве атлетов США и некоторых других стран, обычно покорно плывущих в кильватере политики США. Безусловно, отсутствие американских спортсменов, и в первую очередь баскетболистов, боксеров, легкоатлетов, пловцов, и некоторых выдающихся атлетов из других стран снизило бы уровень Московской олимпиады, для успешного проведения которой советские люди так много сделали и которую ожидают как прекрасный спортивный праздник.

Впрочем, олимпиады – феерии спорта – с нетерпением и большими надеждами ждут любители спорта не только в СССР, но и во многих странах мира. Десятки тысяч из них собираются посетить летом столицу Олимпиады Москву.

Под Московскую олимпиаду Д. Картер и иже с ним хотят подвести мину. «Так стоит ли в таком случае спортсменам из СССР, ряда социалистических и неприсоединившихся стран ехать сейчас на зимние Игры в Лейк-Плэсид?» – все чаще и чаще спрашивают советские люди в нашей стране.

Тем более что в США сейчас развернута беспримерно разнузданная антисоветская истерия. Самолеты Аэрофлота вынуждены вместо Нью-Йорка приземляться в Монреале. Взрываются бомбы около советских учреждений. Правительство не гарантирует безопасности советским гражданам. Во время хоккейного матча в Буффало между «Буффало сейбрс» и ЦСКА зал был увешан антисоветскими лозунгами. С трибуны выкрикивали ругательства по адресу советских людей. А сейчас дошло до того, что выпущен значок, надпись на котором коротка и ужасно ясна: «Убей русского!»

Стоит ли ехать в Лейк-Плэсид? Небезопасно ли отправляться на зимнюю Олимпиаду в США? Такие вопросы задают тысячи советских людей в своих письмах в общественные организации и редакции газет.

Что можно ответить на них?

Да, небезопасно. Да, на советских спортсменов наверняка будет оказываться нажим не только со стороны их конкурентов на льду или лыжне…

Некоторые участники олимпийской сборной СССР уже отбыли в Лейк-Плэсид и заняли свои камеры в будущей федеральной тюрьме для несовершеннолетних преступников, пока что именуемой «олимпийской деревней». Однако авангард не так сложно и отозвать на Родину, а основные силы вообще не посылать. И тогда Игры в Лейк-Плэсиде останутся без Родниной и Зайцева, Третьяка и Харламова, Линичук и Карпоносова, Петрусевой и Зимятова, Тихонова и Алябьева, Моисеевой и Миненкова и других «звезд» мирового спорта. Не приедут на Олимпиаду и многие выдающиеся спортсмены из ряда других стран».

Вот о чем хотелось напомнить, отвечая на вопрос, а стоит ли ехать в Лейк-Плэсид.

В такой напряженной ситуации автор этих строк десятого февраля вылетел на Олимпиаду. По расписанию наш самолет должен был лететь в Нью-Йорк. (На нашем багаже были бирки с надписью «Нью-Йорк».) Но… О том, что случилось с нами дальше, говорилось в переданной мною одиннадцатого февраля заметке «Олимпийское гостеприимство по… нью-йоркски».

Так получилось, что первый репортаж с XIII зимней Олимпиады я передал не из столицы Игр Лейк-Плзсида, а из Нью-Йорка. За целые сутки из Москвы удалось доехать лишь сюда. А ведь вначале ничто не предвещало осложнений. Примерно через десять часов полета авиадиспетчерская служба Бостона начала снижение нашего самолета, а нью-йоркская руководила его посадкой. Трансатлантический перелет завершился мягкой посадкой в нью-йоркском аэропорту имени Кеннеди. Казалось бы, нужно выходить, получать багаж и ехать дальше в Лейк-Плэсид.

Не тут-то было. Еще когда самолет совершал посадку, мы обратили внимание, что слева и справа от нас, параллельно с полосой приземления, по летному полю мчится более десятка полицейских автомобилей. Экипаж нашего самолета получил указание следовать за одной из машин аэродромного обслуживания, которая привела нас в… тупик на краю аэродрома.

Прошло некоторое время, но никто и не собирался подавать трапы для пассажиров и забирать багаж. Зато примчалось множество автомобилей с фотокорреспондентами, телеоператорами, репортерами. Самолет, появлявшихся в дверях членов экипажа и выглянувших вдохнуть свежего воздуха пассажиров снимали словно каких-то инопланетян.

Так встретил Нью-Йорк самолет, на борту которого находились направляющиеся в Лейк-Плэсид многократная, абсолютная чемпионка мира Мария Исакова, олимпийские чемпионы Вячеслав Веденин, Алевтина Колчина, Виктор Косичкин, Александр Горшков и многие другие прославленные советские спортсмены и тренеры, а также группа спортивных журналистов.

Два часа продержали советский самолет в аэродромном тупике. Согласитесь, после многочасового перелета это весьма утомительно и неприятно само по себе. В особенности для находившихся на борту нескольких пожилых людей.

«За время активных занятий спортом я посетил много различных стран, – сказал нам Вячеслав Веденин, – но никогда ничего похожего не происходило. Случай в аэропорту Нью-Йорка беспрецедентный и возмутительный!»

В феврале 1980 года эта сердитая заметка не увидела света – решили не омрачать" совсем близкую Олимпиаду, но сейчас стоит напомнить о том возмутительном факте, дабы ничего подобного не могло произойти в канун Игр в другом американском городе – Лос-Анджелесе.

Лишь после вмешательства представителя Аэрофлота в Нью-Йорке советскому самолету дали возможность взлететь. К счастью, запас горючего позволил долететь до Вашингтона, где нас быстро доставили с борта самолета в здание аэровокзала, разгрузили багаж.

Поздно ночью, проделав 400-километровое путешествие на автобусах, мы добрались до Нью-Йорка.

Может, не стоило писать об олимпийском гостеприимстве по нью-йоркски? В столице – Вашингтоне – исправили «нелюбезность» провинциалов. Но ведь Лейк-Плэсид расположен в штате Нью-Йорк…

После стольких треволнений, искренне завидуя коллегам, добиравшимся до Лейк-Плэсида через Монреаль (ближе, а главное – спокойнее), мы отправились на автобусе в столицу зимней Олимпиады. От Нью-Йорка путь отнюдь не близкий – более 500 километров.

По радио в автобусе мы слышим сводку погоды. Диктор говорит, что «зима нынче в США необычная: в Нью-Йорке в феврале снега нет, а в некоторых южных штатах он выпал». Не обнаружили мы хотя бы малейших признаков снега и на полпути между Нью-Йорком и Лейк-Плэсидом, в Олбани, где остановились перекусить (между прочим, именно небольшой Олбани – столица штата, а Нью-Йорк всего лишь «райцентр»).

Судя по прогнозам гидрометцентра США и даже местного «Фермерз алманак», снега в Лейк-Плэсиде в дни Олимпиады должно было быть вполне достаточно. В горах Адирондак, где примостился Лейк-Плэсид, еще четвертого июля 1979 года выпал снег, девятого октября прошел снегопад. Эти факты настраивали предсказателей погоды на оптимистический лад. Однако лишь одиннадцатого февраля, в день нашего автобусного путешествия из Нью-Йорка, а Лейк-Плэсиде пошел снег. Снегопад продолжался двое суток, и надобность в искусственном снеге, который на всякий случай был заготовлен, отпала.

Особенно радовались этому лыжники, биатлонисты, горнолыжники: искусственный снег – это, конечно, даже в наш век техники экзотично, но естественный все-таки привычнее, надежнее, и, если так можно сказать, теплее…

Лишь к вечеру добрались мы до Лейк-Плэсида.

«Куда же мы заехали?» – первое, что подумалось, когда наш автобус наконец заглушил мотор в крохотном поселке около дощатого сарайчика с едва различимой надписью, сделанной от руки на куске картона, «Аккредитация прессы».

«Добро пожаловать, мир, мы готовы!» – висел в Лейк-Плэсиде лозунг. Но на самом деле все обстояло совсем не так, как казалось организаторам, К Олимпиаде здесь были построены современные спортивные сооружения: Дворец спорта, трамплины, трассы для бобслея и саночников и т. п. Однако для решения еще многих важных проблем: устройства Олимпийской деревни, размещения прессы и гостей, организации транспорта и т. п. – не хватило ни денег, ни опыта.

Солидарен с оценкой финской газеты «Кансан Уутисет» в том, что «Олимпийские игры 1980 года в Лейк-Плэсиде ознаменовали собой победу духа олимпийского движения». В то же время нельзя не согласиться с чехословацкой газетой «Руде право», отмечавшей, что «спортсмены – участники Игр вели себя подлинно по-рыцарски и только благодаря их терпению и выдержке спортивная сторона Олимпиады, в общем, не пострадала».

Лейк-Плэсид (в переводе с английского «Спокойное озеро») расположен в невысоких Адирондакских горах, на берегу живописного озера, окружен обширными смешанными лесами. По широте это примерно наша Алма-Ата. Для США это почти самый север – до канадской границы всего несколько десятков километров. В разгар курортного сезона здесь собирается до двадцати тысяч человек.

В 1932 году в Лейк-Плэсиде проходила III зимняя Олимпиада. По сравнению с нынешними это были крохотные Игры: около 700 спортсменов и тренеров, около 100 журналистов, меньше десятка тысяч зрителей. В феврале 1980 года в Играх участвовало более 1500 спортсменов, с ними приехало примерно такое же число руководителей, тренеров, врачей, массажистов, операторов видеозаписи, переводчиков и прочих лиц. Отряд журналистов и представителей электронной прессы, включая многочисленный обслуживающий их персонал, фоторепортеров и кинооператоров превышал на Играх население городка, достигал трех с лишним тысяч человек.

Несколько сот тысяч любителей спорта хотели посетить соревнования Олимпиады, несмотря на фантастически вздутые цены на билеты, но удалось это осуществить далеко не всем. Даже тем, кто имел билеты или был аккредитован при пресс-центре Олимпиады, далеко не всегда удавалось попасть на соревнования. Из-за дороговизны номеров в нескольких небольших отелях Лейк-Плэсида большинство журналистов и зрителей жили непомерно далеко от спортивных арен. Я, например, квартировал в 110 км от Лейк-Плэсида в отеле «Станхелм» («Каменный шлем») и каждый день проезжал 220 км по извилистым, обледенелым, нередко засыпанным снегом, дорогам на автобусе. Не все любители спорта и даже журналисты, однако, оказались готовыми к таким испытаниям.

Американский болельщик, приехавший из штата Коннектикут и попавший на облюбованный им хоккейный матч лишь… к концу третьего периода, заявил: «Когда видишь, какое безобразие творится с транспортом на земле, поневоле задумываешься, а высаживались ли мои соотечественники на Луне? Не снято ли все это в Голливуде?»

Один английский журналист, отчаявшийся вовремя добраться из своего отеля до катка в день триумфа соотечественника фигуриста Р. Казенса, послал в Лондон телеграмму шефу с просьбой отставить его от освещения «этой сумасшедшей Олимпиады».

Многие, попав раз-другой в затор или оказавшись жертвами других организационных неполадок, досрочно покидали соревнования, предпочтя место на трибуне или в ложе прессы креслу около телевизора.

Что имеется в виду под словами «другие организационные неполадки»? Расскажем о них для начала словами корреспондента английского журнала «Hay»:

«Из-за неорганизованности и неразберихи чуть было не пришлось прекратить зимнюю Олимпиаду в Лейк-Плэсиде. Ее беда в том, что там встретились спортсмены-профессионалы и организаторы-любители, а не наоборот,» – заявил один высокопоставленный член Международного олимпийского комитета ледяным тоном в то время, когда гости Олимпиады чуть не умерли от холода. Это один из наиболее мягких комментариев по поводу полного провала организаторов Олимпийских игр, за которых краснела вся страна. То, что заранее гордо назвали Олимпиадой, на деле оказалось американским кошмаром.

Рвачи, мошенники, авантюристы – вот некоторые из эпитетов, которыми награждали организаторов Олимпиады зрители, заплатившие свыше 30 фунтов стерлингов за билеты на соревнования, куда они так и не смогли попасть из-за того, что местный транспорт совершенно не справлялся с перевозкой пассажиров. А из тех, кто добрался, многие поспели лишь к концу состязаний, и им пришлось мерзнуть на морозе, ожидая, пока их отвезут обратно домой.

Даже некоторым спортсменам приходилось возвращаться с соревнований на попутных автомашинах.

Организация Олимпиады в Лейк-Плэсиде – гигантская неразбериха. Одна возмущенная женщина позвонила на радио и предложила отослать членов местного Оргкомитета в Иран и обменять их на американских заложников. Подобно тысяче выведенных из себя гостей затерявшейся высоко в горах Адирондак деревни, она почувствовала, что ее крупно надули.

Дело не только в транспорте, или, вернее сказать, в его отсутствии. Кроме того, гостей разместили в убогих комнатушках за непомерно высокую плату; телефонная сеть не справлялась с возросшим числом абонентов (некоторым пришлось ждать ответа оператора по пять часов); половина мест на стадионах пустовала, потому что ошибочно было объявлено, что все билеты уже проданы.

В Лейк-Плэсиде пришлось наводить порядок губернатору штата Нью-Йорк Хью Кэри, который ввел чрезвычайное положение. Он же разбудил среди ночи своим телефонным звонком организаторов Олимпиады и пригрозил им, что он на время прекратит Олимпийские игры, если они не наведут порядок «в этой чертовой неразберихе».

Как в Монреале четыре года назад, в Лейк-Плэсиде также поступают тревожные сообщения о том, что мафия неплохо нажилась на проведении Олимпиады, в частности получила официальное право обслуживать туристов и продавать сувениры. Однако один житель Нью-Йорка заметил: «Эти сообщения – всего лишь шутка. Мафии было бы стыдно участвовать в таком безобразии. Если бы она приложила к этому руку, все бы прошло гораздо организованней».

Принимая решение о проведении Игр в таком маленьком населенном пункте, как Лейк-Плэсид (он был единственным претендентом на проведение зимней Олимпиады-80), МОК, безусловно, совершил ошибку, которая не должна повториться.

Зло и остроумно отреагировал на неразбериху кто-то из местных бизнесменов, в середине Игр выбросивший в продажу безрукавки с надписью: «Я пережил Олимпиаду в Лейк-Плэсиде». Они шли нарасхват.

Влиятельная «Вашингтон пост» поместила корреспонденцию из Лейк-Плэсида, где, в частности, было написано:

«Самый сложный вопрос первой недели зимней Олимпиады состоял не в том, кто выиграет медаль и какую именно. Нужно было дать ответ на вопрос, являются ли эти игры привлекательным зимним карнавалом или же исключительно неумело подготовленным, никчемным мероприятием, какое только можно себе представить.

Билеты на церемонию открытия стоили 50 долларов. Все зрелище продолжалось всего лишь час и носило такой сухой и серьезный характер, что это побудило одного из присутствующих заметить: «50 долларов – это не стоимость билета. Такова цена разума тех, кто был настолько глуп, чтобы купить их».

Зрители, сидевшие в первых рядах у катка, на котором проводились соревнования по скоростному бегу на коньках, оказались в глупом положении. Их билеты стоили 67 долларов 50 центов. В десяти шагах от них сотни зрителей следили за соревнованиями через сетчатый забор, причем они имели перед собой почти такой же хороший обзор.

Помещения для жилья находятся на большом расстоянии от мест соревнований, они весьма убоги, и антрепренеры Лейк-Плэсида проявляют склонность менять условия контрактов, которые они уже заключили со своими жертвами после того, как они убедились в том, что те в безвыходном положении. На табло, действующем с помощью ЭВМ, которое показывает данные, результаты, графики соревнований, стали появляться странные сообщения. Например, когда шел список судей на соревнованиях по фигурному катанию, то он содержал девять имен, на первый взгляд ничем не примечательных: Бреннан, Блэк, Ренквист и т. п. На самом деле это были имена членов Верховного суда США».

Из-за неполадок в освещении матч хоккеистов ЧССР и Норвегии 12 февраля начался на четверть часа позже объявленного срока. Все-таки одна половина площадки оказалась освещенной лучше другой, и поэтому команды менялись сторонами через каждые десять минут.

Один из нью-йоркских коллег, намерзшись в ожидании автотранспорта, заметил мрачно: «Может быть, мы бойкотируем не ту Олимпиаду?…»

Неповоротливо работала служба, ведавшая стартовыми протоколами и сообщением результатов соревнований. Итальянские горнолыжники, отчаявшись узнать свои секунды, позвонили на телевидение в… Рим, и только там им все рассказали.

Чехословацким хоккеистам не только пришлось на четверть часа позже начинать стартовый матч, но и после его окончания 45 минут ждать автобус, чтобы добраться до Олимпийской деревни. «Распаренные после душа, с мокрыми волосами, мы вынуждены были прыгать и притоптывать на морозе, – жаловался Франтишек Каберле. – Уверен, на олимпиадах такого не должно быть».

– Толкотни и давки, – заметил как-то коллега из ГДР, – не было лишь в буфете на конькобежном стадионе: там всегда можно было получить… ледяные сосиски и теплое пиво.

Неправильным было бы обойти молчанием и Олимпийскую деревню Лейк-Плэсида. Впервые в истории Игр (будем надеяться и последний раз) она размещалась, как уже говорилось, в будущей…тюрьме.

Хоккеисты сборной США, хотя это и обошлось им в «кругленькую сумму», предпочли жить вне Олимпийской деревни, в специально арендованном коттедже.

Что же собой представляла Олимпийская деревня и каковы были там условия жизни?

Это двухэтажное кирпичное здание сложной круговой конфигурации с узкими зарешеченными окнами, весьма похожими на бойницы какого-нибудь из московских монастырей. Мягко говоря, «малогабаритные» комнаты – камеры с нарами в два яруса – предназначались для малолетних правонарушителей. А пришлось их обживать первыми взрослым тётям и дядям – спортсменам, сплошь и рядом весьма внушительных габаритов. На двадцать камер имелись один туалет и одна душевая комната. После апартаментов «Уолдофр Астории» контраст разительный.

В секторе, где жили советские спортсмены, на небольшом пространстве размещались олимпийцы еще из нескольких стран – больше ста постояльцев. Одни хотят слушать музыку, другие подремать, у третьих установочное собрание перед выступлением. Такое «несовмещение» терпимо в студенческом общежитии, но не на Олимпиаде. А сколько нервной энергии забирала перенасыщенность информацией. Зимятов стал первым олимпийским чемпионом. Ура! Наши лыжницы проиграли… Лыжницы и в эстафете потерпели поражение… Здесь проигрыш, там успех, здесь снова подкачали… Хоккеистам сегодня надо выиграть – за себя и за неудачников, а то что же скажут дома?…

В такой обстановке непросто готовиться к выступлениям и добиваться побед над сильными и тоже жаждущими олимпийского триумфа соперниками.

Американские фигуристы Тай Бабилония и Рэнди Гарднер, например, которым все в США пророчили победу над Родниной и Зайцевым, не выдержали психологически. Гарднер четыре раза перед выходом на лед для исполнения короткой программы пытался «провернуть» довольно несложный «волчок» и все четыре раза падал. После этого американская пара… снялась с соревнований. Партнеры вышли из Дворца спорта, добрались до своих автомобилей, а разъехались из Лейк-Плэсида в разные стороны…

На олимпийском хоккейном турнире в Лейк-Плэсиде было, пожалуй, рекордное количество неожиданностей, еще усиливавших общую напряженность.

На олимпиадах все играют с огромным желанием победить, и стоит немного недооценить соперника или переоценить собственные возможности, как будешь незамедлительно наказан.

Примеров более чем достаточно: румынские хоккеисты выиграли у бронзового призера минувшей, инсбрукской, олимпиады сборной ФРГ – 5:2, польская команда победила финскую – 5:4. Американцы, заменив вратаря полевым игроком, вырвали ничью у шведов – 2:2. Финны выиграли битву у канадцев – 4:3, отобрав у родоначальников игры место в квартете финалистов. Голландцы обыграли поляков – 5:3, американцы «наказали» сборную ЧССР – 7:3, шведы тоже победили чехословацких хоккеистов – 4:2.

Вот какие были ледовые баталии! В «четверку» не смогли пробиться даже сборные ЧССР и Канады!

«Без Глинки, оставшегося дома, и выбывшего из соревнований из-за серьезной травмы Мартинца нам тяжело, – сказал автору этих строк один из лучших снайперов сборной ЧССР Милан Новы. – А мне, если откровенно, еще очень не хватает одноклубника из «Польди» Поспишила, его напарника по сборной Махача и, конечно, Холечека… Пока этим ветеранам полноценной замены у нас не нашлось, но будем искать. А то что же это за хоккейный олимпийский турнир без матча СССР – ЧССР?»

Впрочем, неожиданности эти были довольно ожидаемы.

Каждый раз восхождение на высшую ступень пьедестала почета на олимпиадах давалось сборной СССР нелегко, и неожиданностей при этом, не всегда приятных, хватало. Сейчас о них нелишне напомнить.

Инсбрук-64. В первом периоде сборная СССР забросила команде ЧССР четыре «сухие» шайбы, кое-кто из наших игроков посчитал дело сделанным, и… два других периода остались за соперниками – 7:5. Хорошо, что хватило запаса…

Гренобль-68. В самом начале встречи со сборной ЧССР наши забивают и… сбавляют обороты. На сей раз соперники не упустили свой шанс, выиграв 5:4. Советская команда победила затем во всех остальных встречах, но лишь выигрыш канадцев у хоккеистов ЧССР и ничья, которую сделали с ними в последнем туре шведы, позволили ей во второй раз подряд стать олимпийским чемпионом.

Саппоро-72. Канадский тренер шведов Б. Харрис применил в матче с советской командой тактическую новинку (четыре звена), которая, кстати, принесла эффект еще в товарищеской встрече в канун турнира. Наши тренеры, однако, должного внимания тогда на нее не обратили, в итоге – трудная ничья – 3:3.

Инсбрук-76. После жестких баталий с профессионалами примерно в таком же стиле наши хоккеисты стали играть и на Олимпиаде со сборной ЧССР. В результате при счете 0:2 остались на площадке втроем. Хорошо, что Третьяк, Цыганков, Ляпкин и Шадрин выстояли…

Динамовцы, усиленные Мышкиным, Лебедевым и Лаврентьевым, добыли лишь очко в трех матчах с олимпийцами Канады, ЦСКА проиграл в Монреале и Буффало.

Вспомним заодно, что хозяева нынешней Олимпиады – хоккеисты США, горевшие желанием через 20 лет повторить успех Скво-Вэлли, выиграли в декабре турнир в Лейк-Плэсиде у вторых сборных Швеции, ЧССР, СССР и команды Канады; что сборные ЧССР и Швеции остаются грозными соперниками при любых «кадровых» потерях; что на последнем турнире «Известий» весьма внушительно выглядела финская команда.

Если бы постоянно помнить об этих фактах, взятых из хоккейного архива, не сомневаюсь, что нашей отличной сборной вполне по силам пройти олимпийский турнир без неприятных для десятков миллионов ее поклонников неожиданностей и вновь вернуться на Родину с золотыми медалями. Если помнить!

Советские хоккеисты соревнования в своей группе провели успешно, хотя без волнений, можно сказать – треволнений, не обошлось.

Началось все блестяще. С японцами сыграли 16:0. Легко перемахнули и голландский «барьер» – 17:4. Без особых усилий обыграли катовицких «обидчиков» – польских хоккеистов – 8:1. Помнится, этот матч проходил на стареньком катке, построенном еще к Олимпиаде 1932 года. Мест на трибунах здесь не более тысячи, обстановка отнюдь не олимпийская, а скорее… домашняя. Зрителей собралось всего несколько сот (не зря один рассерженный кассир назвал билеты на матчи заведомо неравных по силам хоккейных команд обоями: их плохо покупали, и они рулонами оставались в кассах). Рядом с крохотной ложей прессы сидели десятка полтора местных поляков (в США их проживает издавна, кстати, несколько миллионов) и при каждой редкой контратаке своих любимцев скандировали: «Панове, шмело!» Но даже их горячая поддержка не помогла…

Однако победы над основными соперниками дались нелегко.

В матче с финнами еще за пять минут до финальной сирены проигрывали 1:2. У соперников дважды отличился яркий форвард Порвари. Лишь на 55-й минуте дебютанту сборной 19-летнему юниору Владимиру Крутову удалось сравнять счет, а на 52-й минуте Александр Мальцев и Борис Михайлов в считанные секунды забили два победных гола.

«Ваша команда, – сказал после окончания матча тренер финнов Нумминен, – играла именно так, как и ожидалось. А мы теперь знаем «лекарство», которым можно сдержать ваш натиск. Соперникам пришлось играть в непривычном для них стиле. Избранная нами тактика оказалась удачной».

В таких случаях исход игры не в нашу пользу решается лишь в особых ситуациях или во время последних пяти минут матча вследствие физического преимущества. Так и произошло…»

И после двух периодов состязания с канадцами наша ледовая дружина отставала от соперников – 2:3. Лишь в заключительной двадцатиминутке три гола Александра Голикова (!) и шайба Бориса Михайлова, на которые канадцы смогли ответить лишь одним метким броском, принесли победу и выход в финальную четверку с двумя очками. Канадцы есть канадцы: проигрывая 4:6, они все-таки заменили вратаря полевым игроком в тщетной надежде спасти положение.

Право продолжать борьбу за медали получили также хоккеисты Швеции и США, имевшие по «финальному» очку, и Финляндии, начинавшие второй этап борьбы с нуля.

В первом же матче в финале соперниками советских хоккеистов оказались хозяева игры. Об олимпийской команде США-80 надо сказать особо. Она этого заслужила.

Подготовка к ледовым баталиям в Лейк-Плэсиде началась задолго до начала Олимпиады. Прежде всего выхлопотали солидные вознаграждения для игроков – сумму со многими нулями для того случая, если они победят. Затем подобрали лучших из возможных тренеров – Герберта (Херба, как его называют в США, где все любят сокращать, упрощать, ускорять) Брукса.

В 1980 году Бруксу было 42 года. Он прошел большой путь в хоккее. Отличился в школьных и университетских командах. В 1960 году в Скво-Вэлли стал в составе сборной США олимпийским чемпионом. А потом еще десять сезонов – до 1970 года – выступал в национальной команде страны.

Когда НХЛ стала расширяться, да еще появились клубы ВХА, подумывал о карьере профессионального хоккеиста. Однако, сообразив, что зыбиться в «звезды» он несколько запоздал, решил сосредоточиться на тренерской работе. Выпускник Миннесотского университета возглавил здесь же студенческую сборную. Под руководством Брукса команда трижды за минувшие семь лет становилась первой в состязаниях хоккеистов – студентов США, в том числе в сезоне, завершившемся весной 1979 года.

В 1978 году он был наблюдателем на чемпионате мира в Праге. Следующей весной как тренер привозил сборную США на московское мировое первенство. Посетил он и все три матча «Кубка вызова».

Бруксу предоставили целый штат ассистентов. По примеру Боумэна, оснастившего своих помощников в «Буффало» радиотехникой, Брукс тоже отправил Лу Вейро на верхний ряд трибуны, вменив ему в обязанность держать радиосвязь, корректируя игру, с сидящим рядом с ним на скамейке Патриком, вследствие чего контратаки хозяев Олимпиады выглядели весьма остро.

Имелся даже отдельный тренер для работы с голкиперами.

Все это привело к положительным результатам. А что касается особого внимания и затрат на работу с вратарями, то они окупились с лихвой блестящей игрой основного стража ворот Джима Крэйга, лишь в матче со сборной СССР много раз выручавшего команду в, казалось, безнадежных ситуациях.

Сначала кандидатов в олимпийскую сборную США было 800. Весьма внушительная цифра. К марту 1979 года их осталось 100. Почти полгода их было 26, т. е. состав определился и наигрывался. Заключительный этап подготовки начался в конце лета 1979 года недельным тренировочным сбором на новом (с площадкой международных размеров) стадионе в Лейк-Плэсиде.

С сентября 1979 года и до начала Олимпиады хоккеисты сборной США провели более шестидесяти матчей: с профессионалами различных рангов, олимпийской сборной Канады, на турнире в Лейк-Плэсиде, где выступали тоже олимпийцы Канады, вторые сборные СССР, ЧССР и Швеции. Играли в США, Канаде, европейских странах, стараясь почаще выступать на катках международных габаритов.

Подопечные Брукса много побеждали, например, на упоминавшемся турнире в Лейк-Плэсиде; немало и проигрывали, но из всех состязаний тренер и хоккеисты старались делать правильные выводы, дабы обратить себе на пользу и успехи, и неудачи. И, как показала жизнь, преуспели в этом, завершив Олимпиаду с золотыми медалями.

Даже в Лейк-Плэсиде хозяева продолжали наращивать мощь. Стартовую встречу со шведами они сумели свести к ничьей лишь за 27 секунд до финальной сирены, заменив вратаря полевым игроком. А через день (расписание турнира было составлено явно не в пользу хозяев) уверенно переиграли сборную ЧССР – 7:3. Эти результаты в должной мере не насторожили советских хоккеистов, которым слишком врезался в память их выигрыш в Нью-Йорке – 10:3, и это, конечно, сыграло свою отрицательную роль.

Не станем, однако, анализировать, не рассказав прежде о самом матче.

Ситуация к этому, одному из последних дней Олимпиады была напряженной: по очкам в неофициальном командном зачете и по числу медалей нашу команду опережали олимпийцы ГДР. Мы, правда, лидировали в сборе «золота».

Накануне мы с главным художником «Журналиста» A. Соколовым были в гостях у хоккеистов. Пока коллега фотографировал, я присел сыграть в шахматы с В. Харламовым и А. Мальцевым. Ребята заметно волновались.

B. Тихонова видели мельком – он болен.

С утра была радость: впервые в истории Олимпиад советский спортсмен выиграл лыжный марафон – гонку на 50 км. Эта высшая награда стала третьей в коллекции Николая Зимятова. И три других наших участника вошли в зачетную «шестерку», заняв третье, пятое и шестое места.

Но вечером так удачно начавшийся день приготовил неприятный сюрприз.

Начали встречу с американцами наши хоккеисты с большой уверенностью, все еще памятуя о недавней победе в Нью-Йорке, не отойдя от бурного чествования в «деревне» лыжников, порадовавших коллективным успехом в марафоне. Чувствовалось, всем очень хотелось сразу добиться солидного преимущества в счете (как тогда в «Мэдисоне»), надоело «вылезать из-под коряги», как это было во встречах с финнами и канадцами.

Но желание требовалось подкрепить умением.

Американцы понимали, какой у них в этот день грозный соперник. (Интерес к встрече в Северной Америке был огромный. Канадское телевидение предлагало командам солидное вознаграждение за согласие перенести матч, неожиданно ставший «гвоздем», на вечернее время.) И, несмотря на горячие призывы своих болельщиков, переполнивших каток до предела, идти вперед, действовали чрезвычайно осмотрительно. Обороне было уделено особое внимание, а шайбы, видимо, хозяева рассчитывали забрасывать используя контратаки и промахи соперников. По территориальному преимуществу, броскам советские хоккеисты выиграли матч – 39:16, а по голам проиграли – 3:4(2:2, 1:0, 0:2).

Впрочем, поначалу все складывалось неплохо. На 4-й минуте удалили Михайлова – отбились без особых усилий. На 10-й минуте дебютант Крутов ловко изменил полет шайбы после «щелчка» другого недавнего юниора – Касатонова, и счет открыт.

Хозяева – ребята не робкого десятка – гнут свою линию: жестким прессингом по всей площадке стараются разрушать атаки советской команды, сочетают индивидуальную – канадскую игру с комбинационными действиями в стиле лучших европейских команд.

Пять минут спустя Шнайдер, единственный в сборной США, игравший на минувшей Олимпиаде в Инсбруке, мощным, без подготовки, но со средней дистанции, броском сравнивает счет. Билялетдинов пытался его встретить, но запоздал и, пожалуй, еще и перекрыл обзор Третьяку.

Наши торопятся вновь повести в счете, грешат индивидуальной игрой. Хорошо еще, что Макарову удается проход – на 18-й минуте счет 2:1.

Казалось, с этим соперники и уйдут на перерыв. Но хозяева рассчитывали, как говорилось, не только на контратаки, но и на ошибки противника. И своего шанса не упустили.

Видя, что время на исходе, Кристиан (его отец был вместе с Бруксом олимпийским чемпионом в 1960 году) бросил из средней зоны. Третьяк отбил шайбу небрежно – прямо перед собой – и вместе с Билялетдиновым и Первухиным устремил взгляд… на секундную стрелку. А Джонсон следил, как и должно, за шайбой. В несколько шагов он к ней подлетел и добил в ворота. После короткого совещания арбитр гол засчитал, и было объявлено, что до конца периода еще… две десятые секунды.

В. Тихонов заменил Третьяка (такого еще не случалось на чемпионатах мира и олимпиадах раньше никогда) Мышкиным. На вбрасывание вышли к центру площадки лишь три наших хоккеиста. Едва шайба коснулась льда, как прозвучала сирена. Крайне неприятная концовка периода: гол пропустили, счет сравнялся и потеряли основного вратаря.

В перерыве зрители развлекались, запуская с трибун… планирующие тарелки. И это усугубляло настроение нереальности: не в дурном ли сне все это – летающие тарелки, счет 2:2 со студенческой командой, отправление в запас титана-вратаря?… К сожалению, все это было наяву.

Второй период за нашей сборной, но с минимальным преимуществом – 1:0. Мальцев, хотя у него и разболелась рука, с подачи Крутова реализовал численное большинство.

А чего же, спрашивается, ждут корифеи, форварды троек Петрова, Жлуктова?

Нападающие звена Петрова приберегали «порох» к Олимпиаде в ряде встреч «Суперсерии-80», но и здесь «взорвались» лишь после того, как «поезд ушел» – в заключительной игре со шведами. Балдерис и Жлуктов, бывшие вместе с Макаровым нашей ударной силой в «Суперсерии-80», теперь со Скворцовым выглядят бледно. Тем более что Хелмут нередко катается только вдоль бортов. Да и горьковчанин, не раз выступавший блестяще вместе с Ковиным и Варнаковым, сейчас никак не войдет в игру, ужасно волнуется.

Была надежда, что в заключительной двадцатиминутке скажется наше преимущество в физической подготовке. Обычно в этом периоде большую активность проявляют крайние форварды, удлиняя своими рейдами атаки, что выбивает из колеи соперников, потративших много сил в первых двух периодах. Ничего подобного не произошло в этом матче. Напротив, прессинг противника стал еще активнее (не последнюю роль в этом сыграла поистине громкая поддержка трибун), а чемпионы мира растерялись, засуетились, сбились на индивидуальную игру, побежали взапуски с американцами, значительно моложе большинства их по возрасту.

Дало себя знать и усилившееся волнение: время идет, а решающего преимущества все нет. А ведь так много стоит на карте! В случае успеха в Лейк-Плэсиде сборная СССР – в шестой раз олимпийский чемпион, наконец обгонит по числу побед канадцев. Третьяк, Васильев, Мальцев, Михайлов, Петров и Харламов становятся трехкратными победителями олимпиад (таких хоккеистов всего четверо в мире – А. Рагулин, В. Давыдов, В. Кузькин и А. Фирсов), а Мышкин, Касатонов, Фетисов, Стариков, Первухин, Билялетдинов, Скворцов, Балдерис, Макаров, Лебедев, А. и В. Голиковы имеют шанс стать олимпийскими чемпионами.

Финский арбитр Кайсла судил неплохо, порой ошибался, иногда немного помогал хозяевам, не выдерживая гулкой реакции трибун на свои решения. На 42-й минуте он удалил Крутова (всего было у команд по три удаления). Однако такой оборот дела вновь выбил из колеи наших хоккеистов. Меньше минуты потребовалось хозяевам, чтобы вновь Джонсон сравнял счет.

Наши нередко слишком торопятся с броском. Многие все еще не отошли от привычки, появившейся в недавних матчах «Суперсерии-80», играть в тесноте узких площадок профессионалов.

Ничья устраивала советских хоккеистов, однако они понимали, что играть на удержание счета с середины периода опасно, и снова атаковали, но наступали разрозненно. В эти минуты особенно ярко сыграл Крэйг. А в первой же контратаке (вновь четко скорректированной по радио) хозяева забросили шайбу (Эурэйжен), которая и решила исход матча.

Хотелось бы написать, что в заключительные десять минут наши хоккеисты сделали все, чтобы спасти хотя бы очко, но такие слова не соответствовали бы истине…

Перед финальной сиреной хозяева усилили давление, не давая заменить Мышкина полевым игроком. Во встречах с финнами и канадцами наши хоккеисты, в конце концов, спасали матчи. На сей раз этого сделать не удалось.

Много было сюрпризов, как говорилось, на хоккейном олимпийском турнире. Наша команда-чемпион сюрпризы преподносить не имела возможности из-за своего титула, она могла, правда… сдать чемпионские полномочия. Это, к сожалению, и произошло.

На пресс-конференцию после матча пришел Юрзинов. «Игра была острой, – сказал он, – интересной для публики. У нас грубые ошибки допускали защитники, неуверенно сыграли вратари».

Брукс был оживлен, шутил: «Отвечу на все вопросы, – сказал он вначале, – если дадут… кока-колы – пить очень хочется». (Замечу, что шутка – спутник многих американских тренеров не только в дни побед, но и поражений. Помнится, в 1969 году на чемпионате мира в Стокгольме тренер сборной США, проигравшей нашей команде 2:17, Д. Мейасич все-таки нашел в себе силы улыбнуться: «Требуется хорошее воспитание, – заметил он, – чтобы идти на пресс-конференцию при таком счете. Ведь там мне надо вести себя словно на… похоронах».)

Утолив жажду, Брукс сказал:

– Мы счастливы, что выиграли. Нам звонил президент и поздравил с победой. (Утром этого же дня конькобежец Хайден выиграл для США пятую золотую медаль, чего никогда доселе не случалось на олимпиадах, но от главы государства получил лишь телеграмму.) После недавнего поражения в Нью-Йорке мы сделали выводы. В «Мэдисоне» мои ребята аплодировали до начала встречи обладателям «Челлендж кап», а сегодня они сражались не на жизнь, а на смерть. Такой отчаянной поддержки публики команды в Северной Америке, уверен, не имели за все сто с лишним лет существования хоккея. Сегодня мы не только были неизмеримо крепче духом, мы внесли изменения в тактику. Нам помогла хорошая техника. И не только игры в хоккей, но и радиотехника.

Мы приехали на Олимпиаду не для того, чтобы блеснуть в одном из нескольких матчей, а за золотыми медалями. В воскресенье для этого нам предстоит сразиться и выиграть у хорошей финской команды, которая, напомню, закрыла путь в финал канадцам.

Вечером 24 февраля советские хоккеисты, проведя свой лучший матч на Олимпиаде на высоких скоростях, отлично комбинируя в атаках и почти без ошибок в обороне, разгромили бронзовых призеров – шведов – 9:2 (4:0, 5:0, 0:2).

Вот как выглядел вклад звеньев и отдельных хоккеистов в семи матчах олимпийского турнира:

Однако к этому времени победитель Олимпиады по хоккею был уже известен: американцы днем вырвали победу у финнов – 4:2 (0:1, 1:1, 3:0). В прошлые годы на чемпионатах мира и олимпиадах нашу сборную выручали хоккеисты ЧССР, Швеции, США, а финской команде это не удалось.

До 42-й минуты сохранялся счет, устраивавший нашу команду, но затем хозяева забили три гола. В двух периодах невооруженным глазом было видно, как устали американские хоккеисты, как много сил отдали для выигрыша у сборной СССР. Но в заключительной двадцатиминутке их словно подменили.

Так, двадцать лет спустя американские хоккеисты во второй раз стали олимпийскими чемпионами. Их радости, восторгу болельщиков, отваливавших спекулянтам сотни долларов, чтобы купить билеты на матч, не было предела. Даже чрезвычайно строгие блюстители порядка около входа в раздевалки под трибуной ледового дворца покинули на несколько секунд свои посты, отлучившись «хоть глазком» поглядеть, как Брукс (второй раз за последние три дня) беседует с позвонившим в Лейк-Плэсид президентом.

Брукс сиял еще лучезарнее, нежели два дня назад. «Президент снова поздравил нас от имени всей страны, – сказал он на пороге раздевалки. – За нами прилетит его самолет, и мы будем почетными гостями в Белом доме!

Почти все мои ребята, кто пожелает, получат хорошие контракты в клубах НХЛ. Меня тоже не обошли вниманием. Для этого стоило так долго и упорно трудиться, как это выпало на нашу долю. Парни, которые пробились в сборную США, имели хорошие физические данные, встали на коньки и взяли в руки клюшки еще малыми ребятишками, так что с техникой у них не было проблем, а в тактике мы многому научились у европейцев, и особенно у советских хоккеистов. После того как ваша команда победила в «Челлендж кап» «звезд» НХЛ, у меня больше не оставалось сомнений, чей стиль копировать и развивать, если мы хотим выиграть олимпийское «золото», А вот что сказал Тихонов:

– Проще всего сейчас было бы объяснить наш единственный проигрыш в одну шайбу невезением, слишком большим волнением ребят или найти козла отпущения среди игроков. Но так поступить, твердо уверен, было бы не правильным, вредным для дальнейшего роста советского хоккея – самобытного, мощного, завоевавшего мировое признание.

В течение нескольких последних лет хоккеисты сборной СССР потерпели всего два поражения. Первое – в феврале минувшего года в розыгрыше «Кубка вызова», за которое тут же взяли убедительный реванш, а второе – в минувшую пятницу, за что, к нашему глубокому сожалению, по регламенту турнира реванш невозможен.

Проиграли мы в Лейк-Плэсиде или выиграли бы – все равно необходимо было сказать: нам, тренерам, так и не удалось снять у многих хоккеистов волнения перед встречами с командами Финляндии и Канады, и оба эти состязания стоили нам, как говорится, слишком большой крови. Еще больше нервничали наши подопечные в состязании с хозяевами. В матчах с финнами, канадцами и американцами мы имели двойное превосходство в числе бросков по воротам и в количестве атак, однако реализация этого преимущества оказалась неудовлетворительной.

Когда же в противоборстве со шведами волнение улеглось, наша команда показала мощную, результативную игру. Советская сборная, как и многие другие национальные команды, находится в состоянии постоянного обновления. Вот и в Лейк-Плэсид приехали дебютанты – юные Крутов и Касатонов. Однако в последнее время приток талантливой молодежи несколько замедлился, а заменять ветеранов новичками только потому, что они моложе, на мой взгляд, было бы неправильным.

В матче с новыми олимпийскими чемпионами, как, впрочем, и в ряде встреч ранее – с профессионалами НХЛ, некоторым нашим хоккеистам не хватало нацеленности на ворота в условиях жесткой опеки соперниками.

Судьи в международных встречах, и в частности в Лейк-Плэсиде, несколько по-иному трактуют правила: разрешают толчки, захваты соперников руками, удары. Арбитры в чемпионате страны значительно больше ограничивают силовые единоборства. Так что, выходя на международную арену, нам приходится в короткое время перестраиваться, что удается далеко не всегда и не всем.

Сейчас наша сборная получила урок, требуется немного погодя, когда уляжется волнение, его самым тщательным образом проанализировать и начинать как можно обстоятельнее готовиться к апрельскому турниру в Швеции, чемпионатам мира и крупнейшим международным состязаниям и, конечно, к Олимпиаде 1984 года в Сараево.

Об успехе хоккеистов США много говорили, писали прежде всего, конечно, в американской прессе. Некоторые выдержки – микроскопическая часть из появившейся в газетах и журналах, которые приводятся ниже, еще раз подчеркивают, что матч хоккеистов олимпийских команд СССР и США был отнюдь не только спортивным состязанием. В особенности для хозяев Игр. И это обстоятельство не в полной мере учитывалось нашей стороной.

Комментатор телевидения компании Эй-би-си Д. Маккэй чуть ли не в слезах сказал в заключении своего репортажа об Олимпиаде, в котором превозносил победы Эрика Хайдена и американских хоккеистов: «Какая Олимпиада.

Какая страна! Давайте согласимся: мы – великий народ!»

Газеты сообщали о многочисленных стихийных демонстрациях и всеобщем ликовании в связи с успехом американских хоккеистов. В мюзик-холле Нью-Йорка «Радио-сити» представление было прервано сообщением о счете матча за золотые медали. Присутствующие запели национальный гимн. То же самое произошло на матче по баскетболу в одном из колледжей в штате Огайо.

Член палаты представителей Ф. Аннунцио внес законопроект о выпуске специальной золотой медали в честь конькобежца Хайдена и олимпийской хоккейной команды США. Выступая в конгрессе, он подчеркнул, что эти золотые медали будут «выражением благодарности и признательности американского народа спортсменам за их выдающиеся достижения».

«Местечко в горах Адирондак упустило шанс претворить в жизнь мечту, задуманную двадцать лет назад в Скво-Вэлли, – писала одна из американских газет. – Здесь не хватало сердечности, оваций зрителей – как гонорара и аванса спортсменам за их выступления. Только когда сборная США победила советскую хоккейную команду, настроение подскочило вверх. Благодарность Картера «герою нации» Эрику Хайдену выражалась простой поздравительной телеграммой. А вот победа хоккейной команды над советской сборной послужила поводом для приглашения на прием в Белый дом».

В вышедшей позже книге «Лейк-Плэсид-80» тоже подчеркивалось: «Победа хоккеистов США имеет политическое значение, ибо наши парни отобрали золотую медаль в любимейшем зимнем виде спорта русских. Более того, успех на Олимпиаде, как и ожидалось, Хайдена и, как надеялись, хоккеистов в особенности заранее планировалось использовать для сплочения «нации».

«Из-за положения в Иране и Афганистане, – писал журнал «Спотс Гэймз энд плэй», – Олимпиаду в Лейк-Плэсиде, как никогда ранее, в США широко использовали в политических, пропагандистских целях».

– Америку старались заставить разгневаться – отмечал профессор-историк М. Инноченцо, – ибо если страх ослабляет, то гнев делает сильнее. Жезлом советской угрозы размахивали перед лицом американских хоккеистов, словно красной тряпкой перед мордой быка, заставляя их озлобиться на соперников и сражаться с ними на пределе их возможностей. При этом спортсменам пытались внушить, что их «противники не люди, а существа низшего порядка».

В какой-то степени, надо сказать, задуманное удалось осуществить. И это, несомненно, нашло свое отражение в результатах матчей. Но все-таки, пожалуй, главное, что хозяева сумели отлично подготовиться к олимпийскому хоккейному турниру и максимально использовать наши промахи.

«Конькобежец Эрик Хайден, – писала «Крисчен сайенс монитор», – сделал то, что до него не сделал никто, – выиграл пять золотых медалей за одни олимпийские игры. А затем откуда-то появляется хоккейная команда и делает то, чего от нее не ожидал никто, – побеждает могучую сборную СССР».

«Команду США, – отмечала «Нью-Йорк тайме», – составленную в основном из студентов, на старте ставили лишь на седьмое место в списке двенадцати сборных. До сентября будущие олимпийские чемпионы никогда не играли вместе, а им предстояло встретиться с национальными командами, тренировавшимися и накапливающими опыт годами.

Правда, на этот раз, – продолжала газета, – американские хоккеисты шли по новому пути. Тренировались не несколько недель, как это бывало раньше, а шесть месяцев и провели перед Олимпийскими играми 61 матч. Команда была молодой, средний возраст ее игроков – 21 год – самый молодой состав из всех сборных, но энтузиазм хоккеистов более чем компенсировал недостаток опыта».

Корреспондент Ассошиэйтед Пресс писал: «Если анализировать тактику сборной СССР, то ни у одной команды на Олимпиаде не было столь очевидной стратегии нападения.

Расположение игроков не является тайной. Практически всегда нападение советской команды исходит из центра. Нейтрализуйте центр, как это сделала финская команда во время первых 54 минут матча, и у вас будут большие шансы одержать победу.

Уже после первых четырех игр было заметно, что советские хоккеисты в довольно плохой форме: гораздо чаще, чем обычно, игроки защиты прижимали шайбу к борту, когда на них оказывалось давление».

– Ключевым элементом тактики русских хоккеистов является создание численного перевеса, – сказал в интервью «Чикаго трибюн» Кен Драйден, работавший на Олимпиаде в Лейк-Плэсиде как комментатор Эй-би-си. – Когда они этого добиваются, особенно в вашей зоне, они выигрывают.

– Причина проигрыша сборной СССР заключается в том, что команда действовала не в своем стиле, – сказал президент Международной федерации хоккея Гюнтер Собецки. – Американцы везде заявляли, что они играют в стиле советской сборной, но это не совсем так. Они быстро катаются, комбинируют, но вместе с тем умеют и любят вести силовую игру, прибегая к тактике прессинга, не давая сопернику выстраивать атак.

Сборная США оказалась прекрасно подготовленной физически, способной выдерживать высокий темп игры на протяжении всех трех периодов, ее игроки могут кататься за каждым из соперников, не давая им возможности вести комбинационную игру.

Тактика сборной США предусматривала борьбу за шайбу по всей площадке и силовое давление на советских защитников, чтобы вынуждать их ошибаться.

– Победа хоккеистов США, – по мнению обозревателя шведского телеграфного бюро, – благоприятно скажется на популяризации этого вида спорта в Северной Америке. Молодые хоккеисты США много взяли из европейского хоккея, особенно у сборной Советского Союза.

Одновременно обозреватель подчеркивал целеустремленность, настойчивость и дерзость молодых американских хоккеистов: «Они ничего не боялись, атаковали беспрерывно и с неистощимым оптимизмом».

По возвращении в Москву пришлось слышать множество разговоров о причинах неудачи наших хоккеистов. Помнится, заслуженный тренер СССР Юрий Баулин, участник матча сборных СССР и США на Олимпиаде 1960 года, восклицал: «В Скво-Вэлли была точно такая же игра, как в Лейк-Плэсиде! Мы атаковали, на нашей половине поля лед можно было вообще не заливать, вся игра около американских ворот шла. Пучков у нас в воротах совсем замерз. Но три контратаки – три шайбы, а мы Маккартану только две забросили…»

Писали, однако, на эту животрепещущую тему мало. После комментария, переданного автором этих строк в заключительный день из Лейк-Плэсида, долгое время единственной публикацией на сей счет было напечатанное в «Литературной газете» письмо декана актерского факультета школы-студии при МХАТе доцента О. Герасимова. Где автор, кстати, отнюдь не специалист хоккея, но внимательный зритель, высказывал ряд соображений, которые я, например, полностью разделяю. «В нашем же хоккее, – писал О. Герасимов, – практика формирования команд такова, что на многие матчи первенства страны ЦСКА выходит как на бой с тенью. Глядишь – и видишь: спортсменам скучно. Они «обречены на победу»… Команда отвыкла бороться. Ибо эта наука дается только в бою…Заокеанские тренеры продемонстрировали завидное умение учиться на ошибках, перенимать у противника все лучшее. Нас били нашим же оружием. Причем соперники не делают из этого секрета».

С появлением советских хоккеистов в начале пятидесятых годов на международной арене образовалась «большая пятерка» – Канада, СССР, ЧССР, Швеция и США. Потом отпали сначала хоккеисты США, а затем и Канады. Осталась «большая тройка». Короткое время вообще лишь сборные СССР и ЧССР практически соперничали за «золото».

Возьму на себя смелость утверждать, что после Лейк-Плэсида в хоккее впервые появилась «большая шестерка». Она не «застынет» в порядке мест, занятых на Олимпиаде, – США, СССР, Швеция, Финляндия, ЧССР и Канада, но в борьбе за высшие награды главных международных соревнований – на олимпиадах, чемпионатах мира, различных турнирах типа «Кубка Канады» – будут соперничать не две-три или четыре сборные, а все шесть перечисленных выше национальных команд. И это делает решение задачи советскими хоккеистами еще сложнее.

Закончить эту главу хочется кратким анализом.

От частного пойдем к общему. В ходе матча ЦСКА с «Буффало» наши хоккеисты допустили ряд просчетов. Повторены они, к сожалению, и в Лейк-Плэсиде во встрече со сборной США, Не готовы психологически оказались армейцы к разнузданной антисоветской истерии. Бурная недоброжелательная реакция трибун в Буффало их выбивала из колеи. То же было и в Лейк-Плэсиде.

В конце матча в Буффало Третьяк и С. Гимаев следили не за шайбой, а за секундной стрелкой часов и… получили шестой гол.

В конце второго периода встречи со сборной США наш вратарь и защитники тоже на доли секунды раньше сирены позволили себе отключиться от игры и… получили вторую шайбу. Счет стал 2:2, Третьяка (впервые в истории чемпионатов мира и олимпиад) отправили в запас. Эдварде блестяще защищал ворота «Буффало», армейцы к этому оказались не готовы, не предложили ему ничего головоломного, необычного. В то же время сами с каждой минутой теряли уверенность в атаках. То же самое случилось, когда четко начал матч вратарь сборной США Крэг. Матчи с «Буффало» и сборной США были в числе худших в спортивной карьере Третьяка. Это крайне отрицательно действует на наших хоккеистов. Они вратаря (как он их множество раз) не выручили.

Некоторые защитники в проигранных матчах сыграли с грубыми ошибками еще и потому, что явно переоценили собственные возможности. Не исключено, что этому способствовали и руководители сборной, слишком ограничившиеся в выборе игроков обороны.

Соперники, прессингуя, старались заставить советских хоккеистов перейти на индивидуальный стиль игры. И в обоих матчах это им, в общем-то, удалось. Наш козырь – комбинационная игра – использовался значительно реже, чем требовалось для победы.

В Буффало Боумэн применил новинку– использовал в игре радио. В матче с американцами на Олимпиаде то же сделал Брукс. И снова это оказалось сюрпризом.

Многие наши хоккеисты рассчитывали, что после триумфа в «Кубке вызова» противники падут перед нами ниц и в матчах «Суперсерии-80». То же повторилось месяц спустя. Некоторые в нашей сборной полагали, что после поражения 3:10 в Лейк-Плэсиде американцы рано или поздно сдадутся чемпионам четырех последних олимпиад.

На Олимпиаде в Лейк-Плэсиде впервые на международной арене возникла «большая шестерка». Надо было психологически на это настроиться в матчах с финнами, канадцами и особенно американцами, а наша команда нацелилась на бой со сборной ЧССР и перестроиться до конца так и не смогла.

Травмы отдельных хоккеистов – дело, к сожалению, не редкое, слишком выбивают из колеи наши команды.

Отлично выступила в «Суперсерии-80» тройка Макаров – Жлуктов – Балдерис. Стоило ли ее разбивать в Лейк-Плэсиде?

В «Суперсерии-80» защитники в пяти матчах не забросили ни одной шайбы. В решающей встрече олимпийского турнира игроки обороны также не смогли результативно участвовать в атаках, что было необходимо в условиях вязкой опеки соперниками наших форвардов.

После проигрыша (и досадного!) в Монреале в матче в Буффало у некоторых наших хоккеистов ощущалась нервозность, неуверенность. То же самое произошло во встрече со сборной США, после нервотрепки в битвах с финнами и канадцами, после огорчений от проигрыша некоторых наших «верных» чемпионов в других видах спорта.

Сказалось и длительное проживание в «тюрьме», и волнение от того, что олимпийское «золото» – для многих первый и последний шанс – рядом.

Тренеры правы, предлагая перед выездом на матчи с профессионалами немного позаниматься в Москве на площадке североамериканских габаритов. Но, думается, мы сами себе усложнили задачу, отправив за полтора месяца до начала Олимпиады на матчи «Суперсерии-80» не сборную СССР, а два клуба и проводя игры этого этапа подготовки на площадках меньших размеров.

В клубах выезжало за рубеж по 24 игрока. Ранее в «Кубке вызова» в распоряжении тренеров тоже было две дюжины хоккеистов. На чемпионатах мира можно иметь двух вратарей и два десятка полевых игроков. А в олимпийском турнире необходимо обходиться всего двадцатью хоккеистами, из которых двое – вратари.

К этому тоже не сразу приспособишься.

В «Кубке вызова», в «Суперсерии-80», на чемпионатах мира имелась возможность взять реванш за проигрыш у соперников в повторной, третьей встречах или очки, потерянные, скажем, в Монреале или Буффало, компенсировать победами в Нью-Йорке и Квебек-сити. На Олимпиаде один проигрыш с разницей в одну шайбу исправить негде. К такой цене одного гола психологически многие в нашей команде готовы не были.

Больше внимания необходимо было уделить «столпам». Третьяку – в обороне, Михайлову – Петрову – Харламову – в атаке. Ввод Мышкина в игру в решающем матче «Кубка вызова» был смелым и мудрым решением В. Тихонова. Однако в дальнейшем, зная характер Третьяка, требовалось провести с ним определенную работу, внушить, что он был и остается вратарем № 1 советского и мирового хоккея. Пораньше надо было определиться и с тройкой Петрова, поставив перед ними цель – блеснуть могучей, комбинационной игрой на Олимпиаде, не дергая их при подготовке к Лейк-Плэсиду, если какие-то встречи они и проводили посредственно, а возможно, от каких-то матчей и освободив их вовсе.

Взаимоотношения тренеры – «звезды» – дело тонкое. Особенно, как подмечено, когда они сотрудничают продолжительное время. С одной стороны, утрачивают эффект слова руководителя команды, ранее воспринимавшиеся игроками как откровения и кладезь мудрости, а с другой – «премьеры», добившись больших успехов, начинают слишком уж тщательно оберегать свой авторитет от критических замечаний. Взаимоотношения ухудшаются, и в такой обстановке возможны срывы с обеих сторон, что отнюдь не на пользу делу.

О создании атмосферы доброжелательства, спокойствия и в то же время требовательности по высшим меркам надо сказать особо. Добиться этого чрезвычайно сложно. Тем более если тренер понимает, что соперники, выведенные из себя поражениями, грозящими им солидным финансовым ущербом, бросятся догонять «обидчиков».

Поэтому стоять на месте никак нельзя, а многие хоккеисты не прочь сезон-другой лишь погреться в лучах славы, не особенно себя утруждая на льду. Тут нужны гибкость, убежденность и убедительность, остроумие, умение войти в контакт с людьми сложных, порой трудных характеров. И «звезды» должны идти навстречу своим наставникам, ведь не прихоти ради те пытаются поднять их и без того высокий игровой потенциал.

Думается, в сложные периоды взаимоотношений между игроками и тренерами (хотя когда они бывают простыми?) «стороны» постоянно должны обмениваться мнениями, претензиями, творческими находками, но ни в коем случае команда не должна глухо, как непроходимая тайга, молчать на установочных собраниях и разборах матчей.

Помнится, Борис Михайлов взял слово на «установке» в Квебек-сити коротко, но в то же время убедительно и эмоционально дополнил В. Тихонова:

– Сегодня мы должны показать свой класс и победить. Тогда выиграем «Суперсерию» и сможем вернуться домой с поднятой головой. А не настроимся на битву – проиграем, все скажут, что первые два матча в Нью-Йорке мы выиграли случайно, и потеряем всеобщее уважение. Лично я такого себе не пожелаю. Вы себе, наверное, тоже не хотите? А тогда – в бой!

К сожалению, нередко в январе-феврале 1980 года команды ЦСКА и сборная СССР молчали. И это не шло на пользу делу.

На обратном пути в Москву мы разговорились с Валерием Харламовым.

– Почему же все-таки получился «завал» в середине «Суперсерии»? – поинтересовался я.

– Причин несколько, – ответил он. – Для меня главная в том, что не дали порадоваться, побыть пару дней дома после выигрыша «Известий», а сразу в Америку помчали. Неужели нельзя было подумать о паузе дня в два-три?…

Если бы руководители команды услышали эти слова по пути в Нью-Йорк, можно было еще что-то предпринять например повиниться в непродуманных до конца переговорах. И это, не сомневаюсь, несколько бы сняло раздражение.

Рассказывают, что в свое время в английском флоте был замечательный капитан – лучший из лучших. Когда корабль, случалось, попадал в особо трудную ситуацию, он, стоя на мостике, на виду у всей команды доставал из кармана отутюженного кителя листок, несколько секунд изучал запись и прятал листок обратно. После этого распоряжения капитана звучали еще громче и увереннее. Впрочем, в них уже и не было особой необходимости: спаянный за многие годы совместного плавания экипаж после «чтения» капитана действовал поистине вдохновенно.

Годы взяли свое – капитан скончался. Прежде чем похоронить его с подобающими почестями, решено было достать и прочитать магические слова на заветном листочке, который при жизни капитан всячески оберегал от посторонних глаз.

Достали листок, прочли. Там было всего четыре слова: «Впереди – нос, сзади – корма»…

В этой трагически шуточной легенде содержится, однако, и одна важная мысль: никогда нельзя забывать о кажущихся прописными истинах вашего дела.

О плюсах и минусах «суперклуба» ЦСКА неоднократно писалось. Повторяться не стану. Отмечу только, что нехватка боевых при гудящих переполненных трибунах матчей в чемпионате страны сказалась на выступлениях наших асов в «Суперсерии-80» и на олимпийском турнире: они отвыкли играть в полную силу все три периода. Даже давление трибун, а то и просто слишком шумную атмосферу стадионов команда переносила неважно.

Почему бы и нам не проводить матчи погромче, попраздничнее? Поиграть до начала цветными софитами, как это было на проводах А. Якушева, при паузах в игре включать музыку, как это уже, кстати, было, но потом почему-то исчезло?

У профессионалов НХЛ перед матчем принято представлять публике по шесть сильнейших хоккеистов команд: вратаря, дуэт защитников и тройку нападающих – для игроков честь и публике приятно. Почему бы не перенять этот хороший обычай и нам?

Думается, перед международными матчами на уровне сборных, на турнирах «Известий», например, хорошо бы для исполнения государственных гимнов приглашать наших лучших певцов, что тоже придало бы еще большей праздничности этим встречам на высшем хорошем уровне.

Не надо бояться проявлять инициативу администрации Дворцов спорта. В день первого матча хоккеистов на реконструированной Малой арене в Лужниках по инициативе ее дирекции были учреждены награды для забившего первый гол хоккеиста и купившего первый билет зрителя. После окончания матча призы были вручены под аплодисменты публики. Разве не интересно?

Кстати, с появлением сейчас еще трех ледовых арен – на проспекте Мира, в Лужниках и на Сетуни, – думается, можно иногда, особенно по субботам и воскресеньям, проводить в Москве по два хоккейных матча в день (но в разное время), что позволило бы в чемпионате страны устраивать туровые дни, когда сразу бы встречались все двенадцать клубов высшей лиги.

Необходимо, на мой взгляд, заступиться за юных любителей хоккея. Их не стали пускать без сопровождения родителей на матчи в будние дни. Сотрудники охраны порядка объясняют это тем, что, расходясь с матчей по домам, особенно после выигрыша любимой команды, 13 – 15-летние болельщики нередко выходят за рамки правил поведения в общественных местах.

Запретить посещать – проще всего. Английские короли Эдуард lll, Ричард II, Генрих IV в свое время издавали указы, в которых запрещали играть в футбол. И мотивировали они это тоже тем, что «матчи сопровождаются потасовками зрителей»… Вести же воспитательную работу, конечно, сложнее.

Но, думается, второй путь правильнее. Юных болельщиков надо вернуть на трибуны. Ведь лучше свободное время провести на стадионе, нежели в бесцельном шатании по улицам и дворам. Да и для хоккея это хорошо – без юных, страстных, шумных болельщиков он становится слишком уж пресным.

В интересах широкой публики, очевидно, и повышение заинтересованности хоккеистов в завоевании индивидуальных призов чемпионата. Сейчас таких состязаний (за звание лучшего бомбардира, самой результативной тройки и т. п.) немало, но призы ожидают игроков какие-то невыразительные, а иногда их вручение лауреатам задерживали по нескольку лет. А вот Спорткомитету учредить бы солидный приз – самому полезному хоккеисту сезона. Определять победителя можно поручить тайным голосованием тренерам и капитанам двенадцати клубов высшей лиги, членам президиума Федерации хоккея СССР, двенадцати спортивным обозревателям и дюжине болельщиков – победителей конкурса.

В хоккей играют для зрителей. Поддержка, интерес публики в матчах, в свою очередь, много могут сделать для повышения класса хоккея, которого оказалось недостаточно в состязаниях в Монреале, Буффало, Лейк-Плэсиде.

Жизнь постоянно выдвигает новые задачи. Еще несколько лет назад разве можно было предполагать, что в Северной Америке скрупулезно станут изучать и перенимать стиль игры советских хоккеистов, а в тоже время встречи с ведущими клубами НХЛ не будут особым раздражителем для наших ведущих мастеров.

Настраивая хоккеистов на матчи «Суперсерии-80» и олимпийского турнира, думается, не до конца учитывался такой фактор: многим нашим хоккеистам не хватает честолюбия. Ведь сколько выиграли! – рассуждают такие, – «Кубок вызова», чемпионат мира, Европы, турниры «Известий» и «Руде право», Кубок европейских чемпионов, если теперь и проиграем – беда не большая.

Видимо, надо искать какие-то дополнительные психологические средства для настроя на борьбу за новые победы команды, в которой многие успехами уже переполнены. В идеале, конечно, хорошо бы иметь два примерно равноценных состава сборных, но это в идеале…

Кстати, перевести дух подчас необходимо не только игрокам, но и тренерам. А получается это у наставников пока лишь тогда, когда их… снимают с работы. В дни или месяцы простоя тренеры имеют возможность дать отдых нервной системе, проанализировать свою работу: как художники – отойти от картины, поглядеть на нее со стороны или как литераторы – прервать работу над рукописью, дать ей немного отлежаться.

Вот и образуется у тренеров свой круг – работает, снимают, отдыхает, приглашают в другую команду, снова работает…

В записках о трех поездках за океан с лучшими советскими хоккеистами я старался как мог рассказать и о светлых днях советского хоккея, и об «осечках» Монреаля и Буффало, и об уроке Лейк-Плэсида.

Приятно написать, что, говоря во многом о случайности нашего поражения на Олимпиаде, не ошибся. Не прошло и двух месяцев после Лейк-Плэсида, как сборная СССР вновь отправилась на крупные международные соревнования – розыгрыш «Кубка Швеции» и, уверенно победив во всех матчах, возвратилась на Родину с главным призом турнира.

Победно дебютировав в 1954 году на чемпионате мира и Европы, выиграв с первого же захода олимпийский турнир 1956 года в Кортина д'Ампеццо, советские мастера хоккея бросили дерзкий вызов могучим соперникам, возглавляемым родоначальниками игры – канадцами, и сильнейшим в Европе сборным Чехословакии и Швеции.

Прошло ровно четверть века (всего-го 25 лет), и в хоккейном мире произошли такие большие изменения, что некогда легендарные профессионалы НХЛ вынуждены были, дабы не утерять престижа, бросить вызов многократному чемпиону мира, Европы и олимпиад – сборной СССР.

Вызов был принят, и метнувшие «перчатку» получили чувствительный удар – поражение в двух матчах из трех «Челлендж кап».

Соперники, однако, показали себя молодцами – быстро поднялись на ноги и бросились изо всех сил вдогонку за советскими корифеями хоккея. Пришлось и нашим лучшим клубным командам испить из горькой чаши поражений, а сборной даже расстаться с титулом, казалось, навечно прописавшимся в нашей стране, олимпийского чемпиона.

Наступил черед советским хоккеистам бросить вызов соперникам.

И они это сделали, победив весной 1981 и 1982 годов на чемпионатах мира и Европы, а осенью 1981 года завоевав «Кубок Канады».

О турнире 1981 года и матчах с канадцами на чемпионате мира 1982 года – заключительная глава этой книги.

«Кубок Канады» и «Кубок канадцев»

Каких только престижных призов не завоевывали советские хоккеисты за короткий – всего три с небольшим десятка лет – срок выступлений на международной арене! Не раз добывали они главные награды олимпиад, чемпионатов мира, Европы, побеждали в «Кубке вызова», турнирах «Известий» и «Руде право», Кубке Швеции, Кубке европейских чемпионов, соревнованиях на призы Ахерна, Спенглера, Брауна и многих других соревнованиях. Не значились наши мастера шайбы лишь в числе обладателей «Кубка Канады».

Справедливости ради отметим, что до осени 1981 года этот турнир с участием всех сильнейших любителей и профессионалов мира состоялся лишь однажды – в 1976 году, и советские хоккеисты были представлены на нем «экспериментальной» командой, занявшей третье (после сборных Канады и ЧССР) место.

И вот в сентябре 1981 года и этот пробел в списке успехов советских хоккеистов исчез – они победили во втором розыгрыше «Кубка Канады», да к тому же стали еще обладателями вообще уникального приза – «Кубка канадцев».

…Помнится, во время чемпионата мира в один из солнечных апрельских дней в Гётеборге руководитель советской делегации, как-то загадочно улыбаясь, сказал: «Теперь по «Кубку Канады» все оговорено и подписано, осталось совсем немного – хорошо подготовиться и мощно сыграть».

Да, для победы в «Кубке Канады» требовалось на старте сезона в сентябре показать хоккей такого уровня, который достигается обычно лишь весной на мировых первенствах.

На сей раз в числе соперников сборной СССР не было ни одного противника, не подталкиваемого на битву особо престижными для каждого из них обстоятельствами.

Канадцы играли дома и горели желанием реабилитировать себя за разгром 0:6 в «Кубке вызова», а также вновь доказать миру, что в «Кубке Канады» могут побеждать только родоначальники игры.

В сборной страны «Кленового листа» не было такого кумира, каким пять лет назад был защитник атакующего плана Бобби Орр, зато появился новый идол – форвард из «Эдмонтон ойлерс» Уэйн Гретцки. В первый сезон выступления в НХЛ в 1979/80 году парнишка, родившийся 26 января 1961 года в городке Брантфорде, что в провинции Онтарио (для того чтобы играть в НХЛ, ему даже осенью 1981 года еще требовалось письменное разрешение родителей), поделил первое место по результативности с таким могиканом лиги, как Марсель Дионн. Оба набрали по 137(!) очков. Гретцки 51 шайбу забросил, превзойдя считающийся «гроссмейстерским» в НХЛ рубеж 50 голов, и сделал 86 голевых передач. В следующем сезоне, 1980/81 году Уэйн стал единоличным лидером среди бомбардиров, к тому же с новым рекордом лиги – 164 очка (55 шайб и 109 голевых передач)! Забегая вперед, отметим, что вскоре после «Кубка Канады» Гретцки установил рекорд НХЛ, забросив 50 шайб всего лишь в 39 матчах конца 1981 года, а сезон 1981/82 года вновь закончил с впечатляющим рекордом – 212 очков, 92 шайбы и 120 голевых передач! Лучшим бомбардиром стал молодой форвард из Эдмонтона и на чемпионате мира 1982 года в Финляндии, хотя начал там выступления неудачно.

Сильнейшие канадские хоккеисты не только были преисполнены желания поддержать свою пошатнувшуюся репутацию, сыграть с блеском их призывали миллионы канадцев, считавших, что так они должны почтить память Терри Фокса.

Летом и осенью 1981 года в Канаде было много телевизионных передач об этом юноше из семьи рабочего железнодорожника, о нем пространно писали газеты. А когда Терри скончался, не дожив до 23 лет, ему воздали почести, которых не удостаивались и многие выдающиеся деятели страны.

Юноша этого вполне заслуживал. История последних лет жизни Терри Фокса донельзя печальна и трогательна и, не сомневаюсь, вызовет уважение у каждого познакомившегося с ней. Восемнадцатилетним юношей студент университета в Ванкувере, отличный спортсмен, Фокс лишился ноги выше колена – у него обнаружили рак кости. Терри не пал духом, не замкнулся в себе перед лицом ужасающей болезни. Больше того, он задумал провести «Марафон надежды» – преодолев на одной ноге и протезе огромную дистанцию с Атлантического до Тихоокеанского побережья.

Три года он готовился к марафону, а затем приступил к его осуществлению. Терри стартовал в сопровождении лишь своего школьного товарища. Несмотря на боль, причиняемую протезом, вопреки ливням и ураганам, он каждый день преодолевал десятки километров. За его поистине героическим пробегом вскоре стала следить вся Канада. Почти пять тысяч километров дистанции преодолел Фокс, но вынужден был сойти – дала себя знать роковая болезнь.

Вскоре юноша скончался, оставив о себе память, как об одном из благороднейших людей нашего времени. Он завещал большую сумму, собранную им в ходе марафона в виде пожертвований, фонду национального общества по борьбе с раком.

В наше время большой хоккей, как уже не раз приходилось это констатировать, нередко оказывается в центре внимания общественности страны или даже многих государств…

Шведы впервые за последние годы имели возможность собрать под знамена «Тре крунур» всех своих сильнейших хоккеистов, в том числе и профессионалов из заокеанских клубов, и тоже жаждали победы. Берье Сальминг, «звезда», не нуждающаяся в представлении любителям спорта, заявил об этом во всеуслышание: «Наша цель – только первое место. И никакое иное. С такой командой нам это по силам».

После «золота» студенческой команды на Олимпиаде в Лейк-Плэсиде у сборной США, составленной из профессионалов НХЛ, не было иного выбора, нежели как бороться за победу в «Кубке Канады».

С честолюбивыми планами отправлялись за океан финалисты первого розыгрыша «Кубка Канады», сборная ЧССР и хоккеисты Финляндии, страны – организатора следующего чемпионата мира.

Надо отметить, что профессионализация сборных – участников второго розыгрыша «Кубка Канады» в отличие от первого подобного турнира резко возросла. В 1976 году сборная Канады была укомплектована лучшими профессионалами НХЛ на 95 процентов и одно место было предоставлено Б. Халлу, игравшему тогда в ВХА. По нескольку хоккеистов из клубов НХЛ было в командах США и Швеции.

Теперь же сборные Канады и США были сформированы исключительно из «премьеров» НХЛ. Причем у канадцев отбор был настолько жестким, что за бортом, например, остался удостоенный приза «лучшего защитника» лиги сезона 1980/81 года Р. Карлайл из Питтсбурга, который, по мнению С. Боумэна, «снизил спортивную форму». Американцы, мало того что на треть пополнили свою сборную хоккеистами, добывшими «золото» на Олимпиаде, затем перешедшими в профессионалы, впервые пошли на то, что добились (дело трудное и обычно требующее длительного времени) гражданства США для нескольких канадских хоккеистов, в том числе для вратаря из Чикаго Тони Эспозито, ставшего у них основным стражем ворот. Сборная Швеции на 80 процентов состояла из профессионалов НХЛ. Даже финская национальная команда более чем на треть была составлена из хоккеистов этой лиги.

И еще одно важное обстоятельство. На него обратил внимание В. Тихонов еще в апреле в Гётеборге. «Одно могу сказать, – поделился он тогда, – уже сейчас совершенно определенно: все команды будут готовиться чрезвычайно серьезно, теперь все поняли – шапками соперников не закидаешь, на одном, даже самом высоком, авторитете успеха не добиться».

И действительно, например, чехословацкие хоккеисты, не только значительно омолодившие сборную, но под руководством Л. Букача, ранее стажировавшегося за океаном, и его помощника С. Невеселы сделавшие свою игру значительно жестче, начали подготовку уже в мае. С шестнадцатого июля тренировались вместе кандидаты в сборную СССР. С конца июля получили в свое распоряжение всех игроков тренеры национальных команд Швеции и Финляндии. Весь август (небывалый случай) готовились к розыгрышу «Кубка Канады» лучшие хоккеисты Канады и США.

В последний месяц лета сильнейшие хоккеисты мира провели ряд тренировочных, или, как их называют за океаном, «выставочных» матчей. Чемпионы мира в гостях по два раза обыграли сборные Швеции – 2:1 и 4:1 и Финляндии – 4:3 и 5: 2. (Матч в Стокгольме состоялся на площадке канадских габаритов, оборудованной в «Юханнесхофе» специально для тренировок сборной Швеции.) А одну встречу в Эдмонтоне хозяевам турнира проиграли – 2: 3. Другие проверочные матчи принесли такие результаты: Финляндия – ЧССР – 2:2, 5:5, Швеция – ЧССР – 5:5 и 7:3, Канада – США – 5:2 и 6:5, Канада – Швеция – 10:3, США – ЧССР – 4: 1, Швеция – Финляндия – 6:3.

Результаты свидетельствовали, что борьба за Кубок предстоит упорная, а у хозяев шансы на победу несколько большие, чем у других команд.

Пять лет назад в сентябре 1976 года, в первом розыгрыше «Кубка Канады», наша команда участвовала без таких тогда ведущих мастеров, как А. Якушев, В. Шадрин, Ю. Ляпкин, Б. Михайлов, В. Петров, В. Харламов, Г. Цыганков, и других. В стартовом матче советские хоккеисты, руководимые В. Тихоновым, Б. Майоровым и Р. Черенковым, уступили сборной ЧССР – 3:5, потом сыграли со шведами вничью – 3:3, победили финнов – 11:3 и американцев – 5:0, но проиграли канадцам – 1:3. В итоге третье место, вслед за сборными Канады и ЧССР.

На сей раз в распоряжении В. Тихонова и В. Юрзинова были все ведущие мастера советского хоккея, из числа которых они к началу сентября отобрали двух вратарей – В. Третьяка и В. Мышкина и два десятка полевых игроков: защитников В. Фетисова, А. Касатонова, В. Васильева, И. Гимаева, В. Первухина, 3. Билялетдинова, С. Бабинова и В. Зубкова; нападающих С. Макарова, И. Ларионова, В. Крутова, В. Шалимова, С. Шепелева, С. Капустина, A. Мальцева, В. Голикова, Н. Дроздецкого, А. Скворцова, B. Жлуктова, А. Хомутова. Девятнадцать из этих игроков завоевали на апрельском чемпионате мира и Европы золотые медали. Ларионов, Гимаев и Зубков заменили ветеранов Петрова, Лебедева и Макарова. В первом розыгрыше «Кубка Канады» участвовали девять хоккеистов – Третьяк, Васильев, Билялетдинов, Бабинов, Капустин, Мальцев, Жлуктов, Скворцов и Шалимов.

Кроме горьковчанина Скворцова, все другие хоккеисты представляли в сборной столичные клубы – ЦСКА, «Спартак» и «Динамо» (во всех командах соперников хоккеисты были собраны более чем из десятка клубов).

Дорогу за океан я описывал не одиножды. И на сей раз обошелся бы без этого, приступив сейчас непосредственно к рассказу о матчах, если бы не одно, к огромному сожалению, печальное обстоятельство: по пути в аэропорт Шереметьево была остановка в спорткомплексе ЦСКА на Ленинградском проспекте, где в это время шла гражданская панихида супругов Валерия и Ирины Харламовых.

…Трагедия произошла рано утром 27 августа 1981 года. Автомобиль, которым управляла Ирина, а в салоне сидели Валерий и двоюродный брат жены, мчался из-за города (с дачи Харламовых) в Москву. Шел дождь. Скорость была около ста. На 73-м километре Ленинградского шоссе «Волгу» занесло на скользком асфальте и бросило под колеса встречного тяжелого грузовика. Все трое погибли мгновенно…

Так получилось, что у Валерия слишком уж многое было связано с автомобилями. Появился на свет он в самом начале 1948 года в машине «скорой помощи», так и не успевшей доставить молодую маму в родильный дом. Летом 1976 года попал в жестокую автокатастрофу (в тот раз он сам был за рулем). Валерия отправили в госпиталь со сложным переломом ноги. И вот опять…

Хоккеисты сборной СССР узнали о случившемся в Канаде, в далеком Виннипеге. Вначале никто не поверил сообщению – ведь расстались с Валеркой только-только. Почти до последнего дня он был в числе кандидатов неучастие в турнире. Мало ли «уток» было, есть и будет, связанных со знаменитостями спорта, эстрады, кино. Борис Майоров связался с Москвой. Худшее подтвердилось. Только тогда поняли – трагедия произошла на самом деле.

А вскоре по всем программам канадского телевидения дикторы то и дело называли фамилию «Харламов» и без конца крутили пленки матчей с участием Валерия.

Сразу после возвращения из Канады сборная СССР в полном составе поехала на кладбище в Кунцево. Осенний ветер шумел в горе цветов и развевал вымпел армейского спортивного клуба.

Для игроков сборной, тренеров гибель Харламова была тяжелым ударом. Уверен, «выставочный» матч с канадцами в Эдмонтоне и первые встречи турнира со сборными ЧССР и Швеции в Виннипеге наши проводили, так и не сбросив с себя тяжести гибели всеобщего любимца.

Спортивные журналисты родины хоккея не только называли Харламова наряду с Третьяком и Якушевым в числе «звезд» первой величины. Даже из этой блестящей троицы его выделяли, пригласив вместе с тренерами сборной СССР В. Бобровым и Б. Кулагиным весной 1973 года посетить решающие матчи розыгрыша Кубка Стэнли. Думается, в этом выборе главную роль сыграло то, что Харламов был не только выдающимся мастером игры, но и исключительно обаятельным человеком. Это быстро почувствовали в Канаде.

А я попал под его обаяние как хоккеиста и как человека еще в довольно далеком теперь 1969 году. (Нас, журналистов, нередко упрекают в пристрастии к какому-то клубу. Однако гораздо чаще мы «болеем» за выдающихся, снискавших уважение и симпатии тренеров, игроков.) Солнечным весенним утром сразу после окончания вновь победного для сборной СССР чемпионата мира мы беседовали с дебютантом главной команды страны, за две минувшие недели покорившим своей игрой спортивный мир.

– Родился в Москве, – рассказывал Валерий, чуть иронически улыбаясь, – дескать, зачем это интервью? – Отец, Борис Сергеевич Харламов, москвич, мать Орибе Абат Хермане (близкие и знакомые называют Бегоня, и в честь бабушки также Бегоней назвали супруги Харламовы дочку), приехала в СССР в конце 30-х годов во время гражданской войны в Испании из Бильбао. Они – рабочие завода «Коммунар». До восьмого класса учился в 642-й школе, а потом до десятого – в 706-й. На коньках я рано начал кататься и в хоккей зимой играл во дворе все свободное время. Когда открылся на Ленинградском проспекте летний каток ЦСКА, поехали с отцом поступать в хоккейный клуб.

Отбор в тот день проводил Борис Павлович Кулагин. То ли кандидаты были не очень, то ли был он в тот день особенно строг, из всех отобрал одного меня. Да и то, видно, не до конца был уверен, что правильно поступил и со мной, – смотрел сурово. С испуга я год себе сбавил. Мне уже исполнилось четырнадцать в январе, а я сказал, что тринадцать. Вскоре, правда, сознался.

В клубных командах со мной занимались Кулагин, Виталий Георгиевич Ерфилов. Со временем стали меня подпускать тренироваться с командой мастеров, иногда даже выходил на несколько минут поиграть. А потом (я солдатом был) отправили осенью в команду на Урал. Вначале я пригорюнился, но потом отошел, даже азарт меня взял. Там я забивал больше всех. А когда к марту набросал 34 шайбы, меня обратно в ЦСКА вызвали. Оказывается, Кулагин в меня верил, поддерживал связь с начальником команды. Тот тоже обо мне был хорошего мнения и не стал утаивать бомбардира. Видно, уговорили они и Тарасова.

В ЦСКА и после возвращения не сразу у меня заладилось, в каких только звеньях я не играл, скольких партнеров поменял! Лишь когда с Борисом Михайловым и Владимиром Петровым объединились, пошло дело, заработала машина.

Обычно выдающимся хоккеистам я задавал вопрос: «Когда вы сыграли первый матч за команду мастеров и когда забили первый гол в чемпионате страны?» Гроссмейстеры хоккея, как правило, без труда вспоминают эти даты. А Харламов сказал: «Я не помню». Поморщил лоб, немного помолчал и добавил, чтобы журналист, не дай бог, не подумал, что он важничает: «Я же не думал, что это понадобится…»

В этом небольшом интервью, на мой взгляд, весь Харламов: добрый, веселый, скромный человек.

За дюжину лет, что прошли с той нашей беседы, мы виделись и разговаривали еще множество раз. 14 января 1976 года я был в числе гостей на дне рождения Валерия. Для этого, правда, никуда ехать или идти не надо было. Мы в тот день летели на могучем ИЛе из Вашингтона в Москву после окончания «Суперсерии-76», и все хоккеисты, тренеры ЦСКА и «Крыльев Советов» и мы с Н. Озеровым стали гостями именинника. Несмотря на то что на борту авиалайнера международных линий напитки и закуски не дешевы и идут за валюту, а гостей было около восьмидесяти человек, застолье именинник организовал в прямом и переносном смысле на высшем уровне.

Когда триумфально для сборной СССР завершился «Кубок вызова», Валера, очень гордый большой победой, сформулировал, что для него было абсолютно нетипично, почему наша команда превзошла корифеев НХЛ: «У нас, – точно подметил Харламов самую суть, – «звезды» – для команды и команда – для «звезд», у профессионалов «звезды» – каждый для себя».

Валерий Харламов забросил множество шайб, сделал огромное число голевых передач в чемпионатах СССР, на мировых первенствах, олимпийских турнирах, в ходе «серий» и «суперсерий». Но мы с Борисом Михайловым и Владимиром Петровым, собравшись как-то октябрьским днем в Кавголове на спортивной базе ленинградского СКА, вспомнили прежде всего об одной шайбе, совсем для Валерия не трудной, но, наверное, одной из самых дорогих.

– С «Кубком Канады» у Валеры прямо какой-то рок, – вспомнил Михайлов. – На осень 1976 года первый его розыгрыш наметили, а Валера летом, после чемпионата мира, на шоссе не вырулил.

Мы, конечно, сразу к нему в госпиталь Бурденко в Лефортово примчались. И потом не раз навещали, И наши жены тоже. (К нему многие рвались – любили ведь его, но медики не всех, естественно, пропускали.) Вкусненького чего принесем, поговорим с ним, между собой поспорим. Он лежит словно не в больничной палате, а на тренировочном сборе в Архангельском или Новогорске – рядом Михайлов с Петровым, и, как обычно, выясняют истину. Может, и о травме своей в эти минуты забывал. Там у него в палате практически и «экспериментальная» сборная родилась. Мы ему говорили: «Валера, без тебя мы на «Кубок Канады» не поедем. Все время вместе играли и теперь тебя подождем, а в Канаду пусть молодежь съездит». Вначале он нас отговаривал. Зачем же, дескать, такой интересный турнир пропускать? Но потом согласился с этим, и, чувствуется, еще больше захотелось ему скорее вылечиться и вернуться на лед: не только ведь теперь для себя, а товарищи ждут, даже на «Кубок Канады» не поехали.

А нам именно этого и надо было, чтобы он скорее поправлялся и возвращался в хоккей на радость всем любителям игры, миллионам поклонников Харламова и нашей тройки.

Когда в сентябре из госпиталя вышел, вначале ходил вразвалку, как матрос по кораблю. Больно ему было нестерпимо. Терпел. Потом тренироваться стал – еще больнее стало. И опять все превозмогал, очень хотел нас не подвести – вернуться побыстрее в звено.

Мы, естественно, его подбадривали всячески.

– Пришло наконец время Валерию на матч выходить, – добавил Петров. – Доктор немного сомневался: как бы чего не вышло в столкновении. На тренировках-то у нас все с ним осторожны были, а тут ведь с соперниками придется дело иметь. Но мы доктора заверили, что соперники Харламова уважают и, как нам известно, ничего плохого ему не сделают.

Константин Борисович Локтев был очень рад возвращению Валерия, но поначалу намечал его выход в третьем звене, поскольку мы уже набрали высокую форму и Валерию за нами не угнаться. Однако мы тренера уговорили, чтобы наш друг с нами играл. Мы его лучше введем снова в большой хоккей, аргументировали мы свое предложение, – с нами ему привычнее, спокойнее. А за исход матча мы просили не беспокоиться – настрой у команды был такой, что для Харламова, если бы понадобилось, мы в тот вечер клубом и сборную мира одолели.

«Крылья Советов», с которыми мы встречались, – не сборная мира. Обыграли без особых усилий. А в одной шайбе соперники нам, пожалуй, помогли. Мы наступали на ворота (дальние от выхода на лед), Борис прошел по крага, отпасовал мне, а я выложил шайбу Валерию. Защитник внимательно смотрел на Харламова, вратарь тоже, а Валера «стрельнул» и забил гол. Мы его бросились обнимать. Соперники тоже… улыбались, клюшками по льду стучали. Такой реакции на гол в свои ворота мы ни раньше, ни после никогда не видели.

А публика что делала! Все повскакали с мест, стоя аплодировали. Тоже ведь так ждали этого гола! У Харламова, наверное, это один из самых памятных голов.

– Спрашивали вы его об этом? – поинтересовались форварды у меня.

– Спрашивал, но об этой шайбе он не упоминал. Валера все понял тогда. Для него этот момент одним из самых сокровенных стал. А о сокровенном люди, особенно такие, как Харламов, обычно распространяться не любят…

Стартовый матч розыгрыша «Кубка Канады» с командой ЧССР советские хоккеисты провели во вторник первого сентября. Термометр в тени показывал 25 градусов по Цельсию, даже на катке было душно, лед, залитый совсем недавно и еще не приобретший нужных качеств, буквально плавился под коньками игроков, резко снижая скорости. Всего 3516 человек пришли на «Арену», вмещающую в четыре раза больше зрителей.

Как замечено давно, стартовые матчи нашим хоккеистам даются трудно. А тут еще, как говорилось, они к этому времени не отошли от больно ударившей их потери товарища по команде.

В апреле на чемпионате мира в Швеции наша сборная в первом круге уже к середине матча обеспечила себе победу над чехословацкими хоккеистами с крупным счетом (во втором круге, правда, была ничья – 1:1, но наши к тому времени уже были чемпионами и играли слишком спокойно).

Сборная ЧССР в тот сентябрьский день отнюдь не настраивала нашу команду на боевой лад. А тут еще такая будничность, для родины хоккея совершенно не типичная (состязания нередко проводились днем, в рабочее время, а билеты были баснословно дороги – до 25 долларов. Вот организаторы и недосчитались многих зрителей). Как ни настраивали тренеры чемпионов мира на трудный матч, ничего не получалось. Лишь благодаря Третьяку, признанному лучшим у нас игроком, первый период закончили вничью – 0:0. Многие наши защитники оказались явно не готовы к быстрой жесткой игре соперников, нередко нарушали правила и отправлялись на скамейку штрафников. Чемпионы сбились с ритма, почти не удавались комбинационные атаки.

Сразу после перерыва главный в ту пору бомбардир чехословацкого хоккея, также отмеченный как лучший игрок матча, Новы забил гол. Только после этого начала набирать обороты чемпионская «машина». На тридцатой минуте Дроздецкий получил выверенный пас от Мальцева, умчался от соперников и поразил ворота.

В конце встречи наши хоккеисты были полными хозяевами на льду, но время истекло, и молодые, многие совсем не обстрелянные чехословацкие хоккеисты, которым прочили роль аутсайдеров, добыли очко в матче с одним из фаворитов – сборной СССР.

В нашей команде наряду с вратарем можно было выделить и звено В. Голикова (не играли в тот день Мышкин, Гимаев и Зубков). Любопытно, что и на апрельском чемпионате мира поначалу тоже отличались форварды именно этой тройки.

В сборной ЧССР по сравнению с чемпионатом мира пять новобранцев – Свобода, Пашек, Дудачек, Пеничка, Кралик, однако сыграла молодая команда отлично.

– Мы знали, что нас – это впервые за многие последние годы – не считают за грозных соперников, – поделился позже Милан Новы. – И это, вы видели сами, задело самолюбие всех моих товарищей по сборной без исключения. И мое, конечно, тоже. Тренерам настраивать нас на бескомпромиссный матч не потребовалось. А теперь, возможно, добытое очко вдохновит нас и на борьбу за высокое место.

Еще одна неожиданность зафиксирована в матче сборных США и Швеции, проигранном лучшими скандинавскими профессионалами команде, на треть состоящей из недавних любителей, правда олимпийских чемпионов, —1:3.

Хозяева в первый день сентября порадовали земляков, прильнувших к телевизорам, победой над финнами – 9:0. Однако и в этом матче не все сразу получилось гладко. Только на 17-й минуте Босси открыл счет, и этот гол долго оставался единственным. Любимчик публики Гретцки забросил две шайбы и сделал голевую передачу.

И матч второго тура – с американцами – канадцам дался нелегко. Правда, местные болельщики получили большое удовольствие от встречи. Первый период прошел в равной борьбе – 1:1. После второго «Кленовые листья» вышли вперед – 3:1. В начале заключительной трети игры американцы сравнивают счет – 3:3. А потом хозяева забрасывают пять безответных шайб. Вот эта интрига!

Чехословацкие хоккеисты, как и надеялся их капитан, вдохновленные ничьей с чемпионами мира, разгромили финскую сборную – 7:1.

Чемпионы мира в своем втором матче на турнире одержали первую победу, обыграв шведов – 6:3 (2:0, 1:2,3:1).

«Шведские хоккеисты горели желанием добыть первые очки на турнире и взять у нас реванш за два недавних поражения на родине, – поделился признанный лучшим игроком матча в сборной СССР Сергей Капустин. – Сейчас мы живем со шведами в одной гостинице «Вискаунт горт». Многие из лидеров «Тре крунур» подходили ко мне и моим товарищам по сборной и заявляли: «В Виннипеге мы вас обязательно победим», но не получилось…»

С первой же минуты соперники, тон в игре которых, конечно, задавали профессионалы, пытались навязать чемпионам мира, выступавшим в том же составе, что на старте, жесткий хоккей, не раз выходя при этом за рамки правил. Американский арбитр Б. Генри трижды в первом периоде наказывал шведов двухминутным штрафом. Капустин и Макаров использовали численное преимущество. Однако после перерыва скандинавы действовали так, словно и не проигрывали две шайбы, а забитый Хокансоном гол, естественно, придал им сил. Соперники не использовали (думается, от слишком большого волнения) несколько, что называется, стопроцентных возможностей, да и Третьяк неоднократно выручал. Потом красавец гол забил Капустин после точного паса Шалимова. Но это был еще не перелом. Хедберг перед перерывом сделал счет 3:2.

Касатонов вновь реализовал численное преимущество. А Молин опять сделал разрыв в счете минимальным. Лишь после того как на 56-й минуте Мальцев, когда чемпионы мира были на льду в меньшинстве (!), перехитрил отменно игравшего и признанного лучшим в «Тре крунур» Линдберга, шведы сложили оружие. До финальной сирены Крутов успел забить шестой гол, четвертый раз реализовав численное преимущество.

Шведы надеялись, что смогут переиграть соперников в жесткой силовой борьбе с большим количеством «разменов». Но они ошиблись, а их недисциплинированность обернулась для них голами.

Реализация численного преимущества на узких площадках здесь, в Северной Америке, у чемпионов мира сначала не получалась. Так было и в товарищеском матче с канадцами 29 августа, и в игре со сборной ЧССР уже в рамках этого турнира. Накануне встречи со шведами в ходе интенсивной, почти двухчасовой тренировки вновь много внимания было уделено этому компоненту игры.

Что писали и говорили после первых двух туров?

После двух поражений скромнее выглядит притязание скандинавских хоккеистов. «Мы рассчитываем пробиться в четверку полуфиналистов, – приводит слова А. Хедберга газета «Виннипег фри пресс», – но для этого нам предстоит отчаянно потрудиться в матчах со сборными Финляндии и ЧССР, где мы можем надеяться на успех».

В этом, однако, сомневался автор опубликованного на этой же полосе газеты репортажа о встрече сборных СССР и Швеции, озаглавивший его весьма недвусмысленно: «Чемпионы отправили «Тре крунур» в корзину для мусора».

Газета приводит высказывания игроков сборной Швеции. Б. Сальминг, например, недоволен американским судьей Б. Генри, который, по его мнению, «несколько раз ошибался». П. Линдберг, напротив, самокритичен. «Я видел, – подчеркнул вратарь в интервью сотруднику газеты, – что Мальцев собирается произвести бросок, поспешил соединить ноги, чтобы не дать пролететь шайбе между щитками, но она все-таки вошла в ворота. Как это получилось, для меня осталось загадкой».

Торонтская «Глоб энд мэйл» в репортаже о состязании советских и шведских хоккеистов особо выделяет в нашей сборной Капустина и Мальцева и подчеркивает, что «для первой победы в «Кубке Канады» чемпионам мира пришлось как следует поработать в третьем периоде».

Заключительные двадцатиминутки, кстати говоря, как и положено в матчах подлинно большого хоккея, оказались решающими и в двух других состязаниях минувшего тура. Результаты встречи ЧССР – Финляндия, по мнению автора репортажа в «Виннипег сан», более благоприятные для победителей, нежели их игра. По мнению М. Новы, которое он высказал, давая в Виннипеге интервью сотруднику газеты «Ческословенски спорт», сборная ЧССР в ее нынешнем составе весьма перспективная команда, но для того чтобы вновь реально претендовать на чемпионский титул, молодежи требуется регулярно выступать в матчах с сильными соперниками, а не утешаться победой над сборными средней руки.

Судя по итоговому счету – 8: 3, канадцы одержали безоговорочную победу над сборной США. Однако, на взгляд корреспондента «Виннипег фри пресс», это не совсем так. Газета приводит, в частности, высказывание тренера американцев Б. Джонсона, утверждающего, что «две важные шайбы после счета 3:3 были заброшены хозяевами из офсайта».

После выигрыша у шведов наши хоккеисты переместились почти на полторы тысячи километров к Западу – в Эдмонтон, где их уже поджидала сборная США.

И так было до самого финала: куда бы чемпионы мира ни приезжали, соперники их уже ожидали: седьмого сентября в Виннипеге – финны, девятого в Монреале – канадцы, одиннадцатого в Оттаве – сборная ЧССР и тринадцатого сентября, вновь в Монреале, – опять канадцы. Так-то вот составили расписание турнира хозяева для главного своего соперника.

Матч в Эдмонтоне имел не только важное турнирное значение, но и финансовое. Он целиком транслировался одной из национальных телевизионных компаний США, видимо, в надежде еще на одну победу соотечественников над чемпионами мира. И, как говорили, доход от продажи прав на показ игры во многом покрывал расходы устроителей турнира.

Организаторы известинского турнира (он проходит только в Москве) намереваются устраивать его по составу участников на уровне «Кубка Канады». В таком случае они должны быть готовы к соответствующим расходам и подумать, где помимо реализации билетов их можно возместить (продажа телевизионных прав, реклама на бортиках катка и т. п.), чтобы быть не в убытке, а, как и устроители «Кубка Канады», в прибыли.

Мы – спортивный обозреватель «Труда» Ю. Ваньят, фотокорреспондент ТАСС В. Зуфаров и автор этих строк – решили не переселяться в Эдмонтон, а, поскольку следующая игра должна была состояться вновь в Виннипеге, слетать туда лишь на несколько часов. Благо, расписание компании «Эйр Канада» это сделать позволяло. Вылетели мы днем, имея при себе лишь блокноты и фотоаппараты. И едва не были жестоко наказаны за несвойственную опытным, казалось бы, путешественникам легкомысленность. На обратном пути наш самолет всего минут на десять-пятнадцать опередил надвинувшийся на Виннипег циклон с молниями, грозой, ураганным ветром, проливным дождем. Почти на двое суток аэропорт Виннипега был закрыт. Даже и не хочется себе представлять, как бы мы «кувыркались» за полторы тысячи километров or «базы», не имея ни жилья, ни вещей, ни связи с редакциями, ожидавшими от нас материалов.

Как говорится, век живи – век учись!

В субботу, пятого сентября, Эдмонтон – полумиллионный очень красивый, современный, главный город провинции Альберта, сказочно разбогатевший, как и соседний Калгари – столица зимней Олимпиады 1988 года, после открытия в прериях Дальнего Запада Канады больших запасов нефти, приветствовал гостей чудесной солнечной погодой. Хоккей здесь (так же, как вообще в Канаде) очень популярен, а с появлением в местном клубе «Эдмонтон ойлерс» вундеркинда Уэйна Гретцки город вообще переживает хоккейный бум. Уже в аэропорту нам повстречалось несколько парней с цифрой 99 на рубашках – номер, под которым играет Гретцки.

Сборная СССР выступала в том же составе, что и в предыдущих встречах. Третьяку на представлении команд устроили овацию. Надо сказать, что наш вратарь «отработал» потом аплодисменты: нагрузка на него и на Т. Эспозито была большая. И Третьяк ни разу не подвел товарищей. Да и Эспозито сыграл хорошо, но ошибки допускал.

В матче со шведами советские хоккеисты четыре раза реализовывали численное преимущество. В состязании с американцами счет был открыт нашими ребятами тоже в большинстве. Ларионов изменил полет шайбы, брошенной Фетисовым. Хоккеисты сборной США очень старались. Конечно, им хотелось повторить успех олимпийской команды, но чемпионы мира были настроены решительно. Наши атаковали больше. Соперники защищались всей командой, не раз проводя опасные контратаки. Судьба матча решилась в первые минуты второго периода. Олимпийский чемпион Бротен отквитал гол. Но не прошло минуты, как Жлуктов (его в американской прессе нередко называют «Фил Эспозито ЦСКА») вновь вывел сборную СССР вперед. Бросил он не сильно, но метко. «Еще Вениамин Александров в свое время говорил нам, молодым игрокам, – рассказывал Виктор в самолете на обратном пути в Виннипег, – не всегда надо бросать сильно, порой нужен точный, неожиданный выстрел. Т. Эспозито, думается, должен был бы забрать эту шайбу, но промахнулся «ловушкой».

Именно после этого находившийся на галерее прессы президент НХЛ Д. Зиглер, специально прилетевший на матч, сказал мне саркастически: «Эспозито – это не Третьяк. Теперь он не только гражданин США, но может себя именовать и лучшим другом сборной СССР».

Вовремя подоспел и третий гол. Макаров в стремительном слаломе по правому краю точно выложил шайбу Крутову, бросок последнего был точен. «Я буду показывать видеозапись этого гола своим игрокам, – сказал главный менеджер сборной США Лу Нанн, – до начала чемпионата НХЛ, во время чемпионата и, если моей команде повезет, в ходе розыгрыша Кубка Стэнли. Это блестящая шайба!

Американская сборная, целиком составленная из профессионалов НХЛ (в их числе ныне и многие бывшие олимпийцы), пыталась спасти матч, боролась до финальной сирены. Один раз Фетисову даже пришлось выручать Третьяка, выбив шайбу из оставленных им ворот. Фетисов был назван лучшим в сборной СССР. Отметил бы еще Дроздецкого, Шепелева, В. Голикова.

После того как Голиков в третьем периоде, заметив, что Эспозито закрыт игроками, забросил четвертую шайбу, победа сборной СССР стала реальностью.

Сборная СССР выиграла у американцев – 4:1 (1:0, 2:1, 1:0). На пресс-конференции после окончания встречи В. Юрзинова спросили, рассматривает ли он эту победу как реванш за проигрыш – 3:4 на Олимпиаде.

– Мы не очень любим вспоминать о Лейк-Плэсиде, – сказал с улыбкой тренер, – но, в общем-то, реванш состоялся, причем в Эдмонтоне сборная США, конечно же, была по составу значительно сильнее студенческой команды, выступавшей на Олимпиаде.

Третий матч «Кубка Канады» наша сборная, пожалуй, провела лучше, чем первые два. «Привыкли постепенно к узким площадкам, жесткой силовой опеке, – объяснил это Жлуктов, – вот еще у бортов надо поувереннее играть, особенно когда встречаемся с канадцами».

«Если бы мы проиграли хозяевам не в третьем, а в первом периоде, – поделился Бротен, – то на матч со сборной СССР у нас сохранилось бы больше сил, а так многим из нас не хватило свежести, защитники не всегда справлялись с обороной, а уж о помощи форвардам они не помышляли».

«Хорошо, что мы не допускали грубых ошибок, – отметил форвард сборной США олимпийский чемпион Кристиан, – но плохо, что сами не могли забить».

В этот день первую победу в розыгрыше «Кубка Канады» одержали шведы, обыграв в Виннипеге финнов – 5:0. До середины третьего периода, правда, их перевес был минимальным – 1:0. В упорной борьбе проходил и другой матч на виннипегской «Арене», принесший сенсацию:

Канада – ЧССР – ничья (4:4). Причем хозяева поначалу проигрывали молодой сборной ЧССР – 0:2. Потом вышли вперед – 3:2 и все-таки потеряли в итоге очко. Видимо, и «Кленовые листья» немало сил отдали победе над американцами. «Как команда они играли здорово, – высказался о сборной ЧССР форвард хозяев Гэйни. – Их «пятерки» совсем не оставляли нам пространства для маневра».

День ото дня в Канаде все больший интерес к сборной СССР в ее нынешнем обновленном составе. В экипаже «Боинга», на котором мы возвращались из Эдмонтона в Виннипег, была стюардесса, хорошо говорившая по-русски. После взлета она от имени авиакомпании поздравила чемпионов мира с победой в Эдмонтоне, а перед посадкой пожелала им успеха в Виннипеге.

Сборную Финляндии советские хоккеисты победили с самым пока для себя на турнире убедительным результатом – 6:1 (2:0, 1:1, 3; 0). Однако долгое время счет оставался «скользким». Три гола были забиты лишь на 57, 58 и на 59-й минутах.

В состязании с финнами ветерана Васильева и травмированного в матче с американцами Капустина заменили Зубков и Гимаев. Капитанскую повязку надел Мальцев. Чемпионы мира сразу обрушились на ворота соперников. На 5-й минуте Крутов открыл счет. Незадолго до перерыва Дроздецкий мощным «щелчком» забил второй гол. Однако едва начался второй период, как Синисало с точной передачи Хагмана с близкого расстояния провел шайбу в ворота Третьяка. Третий гол наши ребята не могли забросить долго. Наконец, на 33-й минуте Макаров стремительно убежал от финских защитников и поразил ворота соперников. Надо отметить, что звено Макаров – Ларионов – Крутов от матча к матчу играет все слаженнее и результативнее.

Соперники, почувствовав, что не смогут уйти от поражения, заиграли грубо. Шведский арбитр Д. Олссон не сразу обратил на это внимание, а когда спохватился, стал удалять группами не только виноватых, но и правых.

Шалимов и Фетисов дважды реализовали численное преимущество, Жлуктов забил шестой гол в тот момент, когда наша команда имела трех полевых игроков против пяти соперников (!), а финским хоккеистам так ни разу и не удалось добиться успеха.

– Я доволен результатом, но не самим матчем, – сказал после его окончания Виктор Тихонов. – К сожалению, соперники действовали слишком грубо. Они травмировали Мальцева – у него повреждена ключица. На мой взгляд, финнам не удалось создать хорошей команды для выступления в розыгрыше «Кубка Канады». На чемпионате мира их сборная выглядела интереснее.

Канадцы во встрече четвертого тура со шведами на первых же минутах забили два гола – защитник Потвен и один из самых результативных форвардов НХЛ Босси. Постепенно шведские хоккеисты уравняли игру. Во втором периоде Хедберг отквитал один гол. Лафлер вновь довел разрыв в счете до двух шайб – 3:1. Заключительную двадцатиминутку скандинавы выиграли, забив два гола (Хедберг и Калур) и пропустив один (Перро). За 56 секунд до финальной сирены шведы заменили вратаря шестым полевым игроком, но ничьей добиться так и не смогли, проиграв 3:4.

Матч проходил необычно корректно для профессионалов: в двух первых периодах было только по два удаления, а в третьем обошлось без штрафов.

Во встрече хоккеистов США и ЧССР, выигранной американцами 6:2, решающим стал третий период, когда американцы сумели провести четыре безответные шайбы. Правда, по общему мнению, судейство этой встречи было явно пристрастным. Рефери даже умудрился не заметить, как вратарь американцев Эспозито выбросил шайбу уже после того, как она пересекла линию ворот.

После четырех туров определились три участника полуфиналов – сборные Канады, СССР и США. На четвертое место претендовали хоккеисты ЧССР и Швеции. А сборная Финляндии точно в полуфинал уже не попадала.

В пятом туре финны наконец добыли первое очко, сыграв в Монреале со сборной США вничью – 5:5 (1:1, 1:2, 2:1).

В другом матче этого тура четвертой «путевкой» в полуфинал завладели молодые чехословацкие хоккеисты, буквально разгромившие в Оттаве шведов – 7:1 (2:0, 3:1, 2:0). Это был жестокий удар и по НХЛ, более полутора десятков лучших игроков которой выступали в форме «Тре крунур».

Крупный выигрыш сборной ЧССР дал повод в недавнем прошлом тренеру «Монреаль канадиенс» К. Рюэлю, а ныне селекционеру этого известного клуба заявить: «В финале, как и на финише первого розыгрыша «Кубка Канады», встретятся канадские и чехословацкие хоккеисты». Однако большинство других тренеров и журналистов, аккредитованных на турнире (более трехсот из двух десятков стран Европы, Америки и Азии), полагают, что в решающем матче 13 сентября на лед монреальского «Форума» выйдут сборные СССР и Канады. И это, несмотря на поражение чемпионов мира в «Форуме» от хозяев турнира – 3:7 (0:1, 2:1, 1:5).

Хотя исход состязания не имел турнирного значения, не мог помешать обеим командам выступать в полуфинале, интерес к матчу был настолько велик, что организаторы пытались продавать и без того дорогие билеты с нагрузкой, вынуждая приобретать билеты и на другие встречи. Но после резкого выступления прессы им пришлось отказаться от этой затеи. Впервые на турнире на матче нашей команды зал был забит битком.

По приезде в Москву меня не раз спрашивали: «Не нарочно ли наши проиграли, да еще крупно, канадцам, чтобы усыпить их бдительность?»

Я всегда высказывал в этом сомнение. Дело в том, что резонанс от такого поражения непредсказуем, может статься, что проиграешь – «усыпишь бдительность», а через несколько дней плоды твоей стратегии будет пожинать уже… другой тренер.

Тем не менее некоторый маневр в составах наставники обеих сборных себе позволили. Наши дали передышку Третьяку, не играл травмированный Первухин. Мальцев выбыл из-за травмы вообще. Правда, Капустин поправился и вновь появился на льду. В Эдмонтоне игра была товарищеская, в пятом туре – «полутоварищеская», а предстояла еще в финале – официальная, решающая.

Символическое вбрасывание шайбы сделал Морис Ришар, в свое время «звезда» номер один профессионального хоккея. А затем публика тепло приветствовала вышедшие на лед команды. Поистине массированному штурму собирателей автографов подвергся Третьяк: ведь это такая редкость, что он в запасе и его руки не заняты клюшкой и «ловушкой».

Два периода прошли в равной борьбе. Гретцки, признанный лучшим у хозяев, уже на 1-й минуте, стремительно обогнув ворота Мышкина, открыл счет. Хорошо, Володя не расстроился. Напротив, подбадриваемый партнерами, собрался. Не 17-й минуте после «перепаса» с Шалимовым мог отквитать гол Капустин, но угодил в штангу. Лафлер и Гретцки специалисты «нырять» на клюшки соперников, зарабатывая так численное большинство. Одно такое удаление хозяева реализовали, но… секундой позже сигнала на перерыв. На 24-й минуте Лафлер все-таки использовал численное преимущество. Но тут же два гола забили Ларионов и названный лучшим в сборной СССР Шепелев (Сергей, как и на чемпионате мира, по ходу турнира явно набирал форму). Первый гол был забит, когда играли в большинстве, а второй – когда на льду было по четыре полевых игрока. Обоюдное удаление последовало после того, как Линсмен из печально известного особо грубой игрой клуба «Филадельфия флайерс», имеющий кличку Крыса, ударил Мышкина. Васильев заступился за вратаря. Наказали обоих.

В перерыве по стадиону объявили: хоккеист, признанный лучшим на турнире, получит золотой перстень с бриллиантом стоимостью в десять тысяч долларов, а самому ценному игроку первых пяти туров фирма, торгующая в Канаде советскими автомобилями, вручит вездеход «Ниву».

В заключительной двадцатиминутке соперники оживились. Голы у них забили Мидлтон, Дионн, Потвен, Босси и Горринг, явно в подражание Гретцки взявший себе № 99; в нашей сборной – Макаров. Пять шайб из семи были заброшены соперниками в то время, когда на площадке находился новичок сборной защитник Зубков.

Нелегко, конечно, тренеру идти на пресс-конференцию после проигрыша со столь крупным счетом. Наставник сборной СССР по баскетболу А. Гомельский советует в таких случаях «не бранить своих игроков, судей, зрителей, а, мобилизовав свой юмор, оставаться тренером до конца».

B. Тихонов был очень расстроен. Он сказал мне: «Мы решали в этой встрече сразу несколько задач. Во-первых, намеревались хорошо сыграть, во-вторых, дать отдых основному вратарю и травмированному Первухину, поскольку послезавтра у нас более важный полуфинальный матч. К нашему огорчению, первую задачу выполнить мы не смогли. После двух пропущенных шайб в третьем периоде у нас исчезла уверенность в игре, а соперники словно обрели второе дыхание.

– Мы рады победе, – отметил на пресс-конференции C. Боумэн, – довольны тем, что играли в присущем нам стиле. Но мы понимаем, что самые трудные испытания в розыгрыше «Кубка Канады» еще впереди.

Многие газеты обращают внимание на то, что в списке самых результативных игроков турнира первые пять строчек занимают канадцы: Гретцки – 11 очков, забросил 5 шайб и сделал 6 голевых передач, Лафлер – 10 (2 + 8), Перро – 9(3 + 6), Босси – 8 (6 + 2), Тротье – 8 (3 + 5), а уж затем идут два советских хоккеиста: Касатонов – 8 (1+7) и Макаров – 7 (3 + 4).

«Несмотря на то что хоккеистам Канады и СССР, – пишет монреальская «Газетт», – видимо, еще предстоит скрестить клюшки в финале, можно открыть один из секретов успешной игры хозяев против чемпионов мира: они посылали троих своих игроков вперед, чтобы те прерывали длинные передачи соперников и организовывали внезапные, стремительные контратаки».

Любопытное сообщение появилось в «Торонто стар»: «Тренеры европейских сборных считают, что вынужденный переход с больших площадок на узкие, североамериканские, снижает их шансы, а С. Боумэн, напротив, полагает, что тренироваться надо на больших полях и тогда будет легче играть на маленьких. Поэтому в понедельник его команда «Буффало сейбрс» отправляется в Лейк-Плэсид, где будет готовиться к сезону на олимпийском катке».

В полуфиналах фавориты турнира, словно сговорившись, выиграли с одинаковым счетом, постаравшись снять вопрос о победителе еще в первом периоде. Чемпионы мира в Оттаве обыграли сборную ЧССР – 4:1 (3:0, 1:0, 0:1), а хозяева турнира в Монреале нанесли поражение команде США – 4:1 (3:0, 0:1, 1:0).

Матч в Оттаве вызвал огромный интерес. Небольшой, всего на семь тысяч зрителей, стадион «Севик центр» собрал полные трибуны. Мне давно хотелось здесь побывать: увидеть своими глазами арену, на которой Анатолий Фирсов в 1969 году за полтора периода забросил любительской сборной Канады, готовившейся к чемпионату мира, шесть шайб! Но все как-то это не получалось: дороги большого хоккея шли мимо столицы Канады. Но вот теперь давнее желание осуществилось. На матче присутствуют министры, депутаты парламента, дипломатический корпус, в том числе посол СССР в Канаде А. Н. Яковлев. Публика тепло приветствовала советских хоккеистов и молодую чехословацкую сборную, успешно выступающую на турнире. По трансляции пустили «Полюшко-поле», «Катюшу».

У нас играл боевой состав, лишь Мальцеву травма не дала возможности выйти на лед, и его заменил Гимаев. Накануне, в четверг, наша команда провела интенсивную тренировку, особое внимание уделив надежности игры в обороне. В. Тихонов специально занимался с Фетисовым и Касатоновым, порой увлекающимися рискованными рейдами вперед.

На этот раз советские хоккеисты не повторили ошибки стартового матча. С первых же минут они были активны, смело атаковали, при малейшей возможности метко обстреливали ворота Ланга. Соперники имели возможность перехватить инициативу, когда на 4-й минуте американский арбитр Б. Генри удалил Крутова. Но здесь выручил Третьяк, парировавший несколько бросков из разряда неберущихся.

Блестящая игра вратаря придала уверенности и вдохновения и его товарищам. Особенно слаженно действовало звено Шалимов – Шепелев – Капустин, и как только сборная СССР получила численное большинство, именно этих форвардов отправили на лед. Они оправдали возлагавшиеся на них надежды. Шепелев на 9-й минуте открыл счет. Семь минут спустя завидное хладнокровие проявил Голиков – в скоплении соперников и партнеров овладел шайбой и с близкого расстояния мастерски перебросил ее через распластавшегося на льду вратаря в сетку. Еще через полторы минуты Шалимов, получивший отличную передачу от Шепелева, забил третий гол.

– Мы мечтали о том, чтобы наша молодежь пробилась в полуфинал, – сказал мне в перерыве сосед по ложе прессы обозреватель газеты «Ческословенски спорт» 3. Валента. – И наши надежды сбылись. Правда, я знаю, что наши ребята нацеливались и на выход в финал. Аппетит, как говорят, приходит во время еды, возможно, они перегорели, а скорее всего, не хватило мастерства сдержать атаки чемпионов мира.

Во втором периоде чехословацкие хоккеисты приложили много старания для того, чтобы изменить ход состязания в свою пользу. Однако чемпионы мира не позволили этого сделать, они полностью контролировали игру. К сожалению, в этой двадцатиминутке после атаки Корбелы вынужден был покинуть площадку из-за травмы Дроздецкий.

На 30-й минуте Шепелев направил шайбу в покинутые Лангом ворота. Кто-то из полевых игроков накрыл ее рукой. Был назначен штрафной бросок, который реализовал сам Шепелев, признанный, кстати, лучшим игроком сборной СССР в этой встрече.

Лишь в середине заключительной двадцатиминутки названный лучшим в команде ЧССР Лала «размочил» счет, реализовав численное преимущество.

– Прежде всего хотел бы поздравить советских хоккеистов с выходом в финал, – сказал после игры наставник сборной ЧССР Л. Букач. – Сегодня они заслуженно и красиво победили. Мы начали слишком вяло. Если раньше некоторые наши хоккеисты выходили на игру с чемпионами мира словно маленькие дети на прием к зубному врачу, то сейчас робости не испытывал никто, но многие, почувствовав возможность из аутсайдеров превратиться в финалистов «Кубка Канады», заволновались, словно девушки, пришедшие на первое свидание. Это не позволило нам остановить скоростные атаки советских форвардов. Несмотря на сегодняшний проигрыш, мы удовлетворены итогами турнира – молодые спортсмены приобрели ценный опыт выступлений в состязаниях на высшем уровне.

Местные журналисты задали пришедшему на пресс-конференцию В. Юрзинову вопрос с подвохом: «С кем бы вы хотели встретиться в финале – с канадцами или американцами?»

Наш тренер ответил достойно и с юмором:

– Пожалуй, лучше в финале играть со сборной США, ведь американцы не раз заявляли, что будут бороться за выход в полуфинал, а канадцы, как известно, нацелены только на первое место.

– Памятуя ничью на старте, – поделился В.Тихонов, – мы самым серьезным образом готовились к полуфинальному матчу. Довольны, что добились права представлять Европу в решающей встрече с родоначальниками хоккея.

За ужином в отеле советские хоккеисты смотрели по телевизору игру канадцев с американцами, проходившую в Монреале на три часа позже. После этой встречи С. Боумэн признался, что немного волновался за ее исход: «Все желали мне удачи в игре с русскими в финале, – рассказывал он, – но я знал, что на тот матч мне не надо настраивать команду, и боялся осечки в полуфинале».

Все, однако, обошлось. Еще в первом периоде Энгблом и дважды Босси забили три безответных гола. В конце встречи Дионн провел четвертую шайбу.

Канадские любители спорта и пресса в восторге от «Кленовых листьев». «Как жаль, что такая прекрасная команда в воскресенье вечером перестанет существовать, – сетовал в субботу «Глоб энд мэйл». – В ней нет таких бомбардиров, как Марук, Бабич, Ришар, забросивших в минувшем сезоне по 50 и более шайб. Зато есть такие коллективные игроки, как Гэйни, Дионн, Дагузй и другие. В целом получилась могучая команда».

Раньше читать такое в канадских газетах не приходилось – на родине хоккея признавали только клубы, а сборные считали ненужной затеей, придуманной в Европе.

С торонтской газетой трудно не согласиться. С. Боумэн имеет сейчас блестящую сборную. Победить ее в воскресенье, да еще ни где-нибудь, а в монреальском «Форуме», будет архинелегко.

В этот день, несмотря на то что он был воскресным, буквально весь город был на улицах, по которым проходила трасса традиционного монреальского марафона, на сей раз посвященного памяти Терри Фокса.

Один из местных юношей, отличившийся в 42-километровом пробеге, был удостоен чести произвести символическое вбрасывание шайбы в финальной встрече. Зрители наградили его громкими аплодисментами. Лучшие солисты оперы исполнили канадский и советский (на русском языке) гимны. «Форум» был забит до предела. Уже за полтора часа до начала игры лишний билетик, держа в руках не одну сотню долларов, спрашивали за много кварталов от стадиона.

Большинство местных болельщиков и специалистов были уверены в победе своей сборной, которая ранее выиграла у нашей команды «выставочный» матч, а затем и состязание пятого тура. Правда, искушенный в хоккее спортивный обозреватель «Торонто стар» Д. Проудфут сказал нам перед встречей: «У вашей команды все-таки есть шанс победить, если она сможет перевести игру в зону хозяев. И, конечно, Третьяк способен внести коррективы в любой матч».

Сами же чемпионы мира были полны желания победить!

– Канадцы вышли на лед, – поделился после игры В. Тихонов, – держа в памяти счет 7: 3, а мы – 3:7. Мы, тренеры, просили хоккеистов проявить в этом матче все свое мужество, а игроков, выступавших с незалеченными травмами, – героизм.

Команда получила задание выстоять в первом периоде, поскольку мы знали, что канадцы именно в начале состязания постараются решить судьбу встречи в свою пользу. Одновременно мы просили ребят дать как можно большую нагрузку защите соперников, «укатать» их, заставить много двигаться.

Во время представления игроков и в ходе всего первого периода шум в «Форуме», где на переполненных трибунах собралось более семнадцати тысяч зрителей, стоял невероятный. Это подействовало на некоторых наших игроков, особенно молодых, которым никогда раньше не приходилось выходить на лед в обстановке такого ажиотажа. Однако даже в самые напряженные моменты финального матча у нас никакой паники, напротив, настроение было боевым, даже приподнятым.

Не последнюю роль в создании высокого тонуса, как говорили сами хоккеисты, сыграла «установка» на игру, которую накануне, после ужина, провели приехавшие к команде в гости актер и режиссер Р. Быков, композитор В. Мигуля, поэт-пародист А. Иванов. Особенно понравились куплеты, сочиненные и исполненные Быковым и Мигулей где давался совет, как расколоть «гретцкий» орех, и заканчивавшиеся словами о том, что в воскресенье профессионалы наверняка споют песню «Клен ты мой опавший».

…Советские хоккеисты играют мужественно, но из-за большого волнения и плотной силовой опеки допускают довольно много ошибок в передачах. К 10-й минуте счет бросков 7:0 в пользу «Кленовых листьев». «Крупнокалиберные» канадцы при каждом удобном и неудобном случае врезаются в соперников, причем не всегда по правилам. Явно опасаясь бурной реакции трибун, шведский судья Д. Олссон первый раз сделал обоюдное удаление, но потом стал штрафовать и поодиночке. В конце периода советские хоккеисты 19 секунд имели преимущество в два полевых игрока, атаковали опасно, но гола не забили.

Много раз выручал в первой двадцатиминутке Третьяк.

У канадцев большую активность проявляют Лафлер и Робинсон. Они не только отлично играют, но все время стараются подбодрить партнеров, дают им советы во время смены составов. Кстати, Робинсон и капитан канадцев Потвен проводят на площадке из защитников больше всего времени. А из нападающих Боумэн старается подольше задерживать на льду сыгранное звено Босси – Тротье – Жиль.

После перерыва отличная контратака советской сборной закончилась голом Ларионова. Ай да дебютант! Почин в таком напряженном матче очень важен. Пропущенная шайба еще больше активизировала канадцев, и вскоре Жиль, воспользовавшись нерешительностью Бабинова, сравнивает счет. Напряжение в матче достигает предела, В эти трудные минуты с самой лучшей стороны показало себя звено Шалимов – Шепелев – Капустин. Они много и метко обстреливают ворота Лью, выведя нашу команду вперед по числу бросков. А на 32-й минуте Шепелев, обыграв защитника, забивает второй гол. Затем он же, на паузе перехитрив вратаря, реализует численное преимущество.

Сергей Шепелев был известен любителям спорта, когда играл еще в свердловском «Автомобилисте». Он выступал за молодежную сборную СССР, приглашал его в рижское «Динамо» тренировавший тогда команду В. Тихонов. Однако заметной фигурой стал после того, как в «Спартаке», куда он перешел, было создано ударное звено. Б. Кулагин в интересах сборной страны соединил здесь хоккеистов из разных троек. «Шепелева привлек, – рассказывал Борис Павлович, – потому, что он импонировал своей скоростью, незаурядной обводкой, снайперской сноровкой, У него очень сильные руки. Когда Сергей ведет шайбу, делая все время из нее клюшкой «котлету» – перекладывая с боку на бок, – отобрать ее у форварда очень трудно».

Эту тройку заметили и поддержали тренеры сборной. «Приглашая звено спартаковцев в сборную, я все-таки сомневался, как Шепелев, недавно еще крайний форвард, сыграет в обороне, – вспоминал позже В. Тихонов. – Однако Сергей эти опасения вскоре развеял. К тому же он настолько опасен в атаке, что соперники трудиться в обороне его заставляют не так уж часто».

Спартаковцы хорошо сыграли на чемпионате мира в Швеции, а потом подтвердили свой высокий класс и на «Кубке Канады». Капустин и Шалимов и ранее были ведущими форвардами в сборной, а теперь и Шепелев получил репутацию одного из лучших центральных нападающих.

Очень хорошо сказал о Шепелеве Третьяк, когда в Москве на одном из наших совместных выступлений перед любителями спорта я попросил его это сделать: «Добрый парень, отличный хоккеист, смелый, шайбу принять на себя не испугается, меткий форвард. И самый, наверное, скромный в сборной СССР. Он все больше помалкивает. Молчит и… забивает самые важные голы. Такие хоккеисты очень нужны в команде!»

После матча присутствовавший на игре заслуженный мастер спорта А. Фирсов сказал: «Наши выстояли в труднейшем первом периоде, и я поверил в победу».

В. Тихонов признался: «Счет стал 2:1, я понял, что мы выигрываем. Правда, я не ожидал столь крупного результата».

Присутствовавший на стадионе премьер-министр Канады П.-Э. Трюдо заявил во втором перерыве в телеинтервью: «Хорошо, когда канадская сборная имеет возможность помериться силами с такой могучей командой, как советская».

Уверен, хоть коротко (о Владиславе уже столько написано!), здесь надо сказать и о другом из двух, по общему мнению, главных героев «Кубка Канады» – Третьяке. Его вклад в победу, на мой взгляд, еще больший, нежели Шепелева. Не случайно Владислав по окончании финального матча был отмечен призом – золотым перстнем с бриллиантом – «абсолютно лучшему хоккеисту турнира», а в декабре в традиционной анкете советских спортивных журналистов назван в «десятке» лучших спортсменов года вторым, вслед за трехкратным чемпионом мира по шахматам А. Карповым.

Канадские газеты посвятили нашему голкиперу множество восторженных строк, статей, полос. Приведем здесь лишь одно краткое высказывание наиболее распространенной во франкоязычной части Канады газеты «Ля пресс»: «В финальном матче Владислав Третьяк закрыл ворота сборной СССР непробиваемым занавесом».

Что же больше может сделать вратарь для своей команды?!

Хоккейные вратари – моя давняя слабость. В юности, играя в футбол, я без труда менял амплуа: был центрфорвардом, крайним защитником, голкипером. А в хоккее на несколько секунд встал в ворота и сразу понял: тут от меня команде польза будет небольшая. С тех пор я особенно зауважал этих отважных спортсменов. Потом мне повезло на дружбу с такими выдающимися стражами ворот и незаурядными личностями, как Николай Пучков, Виктор Коноваленко, Владислав Третьяк.

Владислав получил диплом преподавателя физвоспитания, успешно учится в военно-политической академии. Он член ЦК ВЛКСМ. Ему было поручено от имени спортсменов мира держать осенью 1981 года речь на олимпийском конгрессе в Баден-Бадене.

Третьяк провел весь розыгрыш «Кубка Канады» выше всяких похвал, на мой взгляд, показав вообще лучшую свою игру. Сам же свой вклад в победу он оценил так: «Моя роль, особенно в финальном матче, была слишком преувеличена канадской прессой: один человек – вратарь или форвард – в современном хоккее не в состоянии решить исход встречи, успеха может добиться лишь команда, если отлично, храбро сыграют все как один».

Интересно, какой видит Третьяк символическую сборную мира за последние годы? Вратарей он называет двух: своего учителя и кумира Коноваленко и Планта, защитники – Рагулин и Робинсон, нападающие – Михайлов – Петров – Харламов.

В начале третьего периода Шепелев, проскочив на огромной скорости между двумя защитниками, забивает свой третий гол, затем Крутов, когда чемпионы мира были в…меньшинстве, забрасывает пятую шайбу.

Эти два гола, пожалуй, окончательно сломили сопротивление канадской сборной, а публика стала покидать трибуны. Лишь Боумэн, надеясь разве что на чудо, все еще тормошит своих подопечных.

Один раз не выдержали нервы у судьи за воротами – канадца. Когда кто-то из форвардов хозяев попал в штангу, он зажег фонарь.

В конце встречи еще три гола забили Ларионов, Голиков и Скворцов.

Итак, чемпионы мира завоевали и последний из наиболее престижных призов, которым до того не владели, – «Кубок Канады». В решающем матче разгромили сильнейших канадских профессионалов – 8:1 (0:0, 3:1, 5:0).

Призы лучших игроков встречи получили Третьяк и Тротье. А затем капитану сборной СССР Валерию Васильеву П.-Э. Трюдо вручил главный приз «Кубка Канады» – 48-килограммовую металлическую скульптуру в виде разрезанного пополам кленового листа.

Как донес ее Васильев до раздевалки?! Я, например, с трудом мог лишь приподнять эту глыбу металла со стола.

Позже я не удержался и спросил Валерия: «Как ты дотащил этот тяжеленный приз, да еще после такой напряженной игры?» Ответ Васильева, как обычно, был краткий, но исчерпывающий: «Молча».

После игры я беседовал с тренерами обеих сборных, присутствовал на организованной здесь впервые общей пресс-конференции. «Я не думаю, что нам надо стыдиться результата турнира, – сказал С. Боумэн. – Игра есть игра, и в воскресенье вечером победу праздновала сильнейшая команда. Но мы хорошо провели все другие матчи турнира и много полезного для себя почерпнули».

Сразу после матча В. Тихонов был возбужден от счастья и хорошо, «от сердца» сказал игрокам: «Вы еще сами не понимаете, что сделали, какую победу одержали!» А на пресс-конференции он снова был невозмутим: «Нынешняя сборная Канады сильнее команды НХЛ, выступавшей в розыгрыше «Кубка вызова», – отметил В. Тихонов. – Она лучше сбалансирована, солидно подготовлена во всех отношениях. Нам нелегко было выдержать натиск канадцев в первом периоде. Не могу сказать, что нынешняя сборная СССР – сильнейшая за всю историю, как некоторые тут считают. У нас много молодых хоккеистов, которые, несомненно, еще улучшат игру.

Не думаю, что счет 8:1 отражает точное соотношение сил. В конце матча от огорчения соперники впали в транс. Если бы мы играли вновь завтра или послезавтра, результат мог быть совершенно иным. Но турнир завершился сегодня, и мы рады победе, счастливы, что сумели порадовать миллионы любителей хоккея нашей страны!»

Как оценила пресса мира итоги розыгрыша «Кубка Канады»?

«Теперь в течение четырех лет – до следующего розыгрыша – мы будем слышать, что советские хоккеисты превосходят нас в мастерстве, – цитируют канадские газеты слова самого популярного ныне форварда североамериканского хоккея Уэйна Гретцки. – Я мог бы привести тысячи уважительных, на мой взгляд, причин, почему мы проиграли Кубок, но, если говорить откровенно, у нас нет оправданий, советские хоккеисты победили нас честно, без фокусов».

В другом комментарии, озаглавленном «Сборная СССР низвергла канадскую команду в финальном сражении», говорится: «Хоккейной гордости Канады нанесен удар прямо в сердце…Чемпионы мира в некоторых встречах турнира выглядели отнюдь не грозной силой, – отмечает далее автор комментария, – но когда наступило время развернуть свое вселяющее страх наступление, они продемонстрировали истинную мощь!»

«Советские хоккеисты в финале «Кубка Канады» убедили канадцев в том, что сила коллектива гораздо мощнее честолюбия отдельного человека, – писал в «Руде право» Я. Станек. – При этом организаторы турнира по всем направлениям создавали привилегии своей команде, а к европейским сборным относились сдержанно, что было составной частью тщательно продуманной концепции».

«Это был хоккей высочайшего класса. Учитесь играть в хоккей у советских спортсменов! В сборной СССР похвалы заслуживают все участники турнира. Однако среди них нужно выделить Третьяка и Шепелева. После выигрыша «Кубка Канады» советская команда стала чемпионом мира по всем показателям», – указывала стокгольмская «Экспрессен».

Обозреватель другой шведской газеты «Дагенс нюхетер» Б. Бюстрем написал: «Сборная СССР действовала на турнире «Кубок Канады» так, как срабатывает бомба замедленного действия. В финальном матче у советских хоккеистов стало получаться буквально все – скорость, точность передач, выигрыш микропоединков каждым хоккеистом».

ФРГ – страна могучего футбола, и гамбургский спортивный обозреватель не удержался от такого сравнения: «Беды канадского хоккея сродни минусам английского футбола: много боевого духа, жесткости, но мало игрового мышления, изобретательности».

Специалисты и журналисты наряду с похвалами в адрес «Кленовых листьев» положительно оценивают выступление молодой сборной ЧССР (ее средний возраст 21,8 года), в первую очередь выделяя таких хоккеистов новой волны, как Ланг, Руснак, Дудачек, Лала.

Суммируя высказывания о выступлении профессионалов из США, приведу одно характерное: «Американским хоккеистам в розыгрыше «Кубка Канады» не удалось поддержать олимпийский жар их любительской команды».

Разгромной критике подверглась «Тре крунур». Больше всего ее игрокам досталось от 45 специальных корреспондентов шведских средств массовой информации, прибывших в Канаду с командой. В беседах шведские коллеги сетовали на то, что многие их «звезды» НХЛ не так серьезно готовились к турниру, как лучшие игроки команд соперниц. Досталось и тренеру А. Пармстрему. Все три периода со сборной Чехословакии скандинавы играли плохо, жаловались коллеги из Стокгольма. А что сделал тренер, чтобы изменить ход встречи? Ничего!

Перцу добавил Б. Майоров, заявив корреспонденту «Глоб энд мэйл»: «Не могу понять, как могли двадцать отличных хоккеистов, в том числе семнадцать «звезд» НХЛ, проиграть четыре матча и выиграть лишь один?»

Явно лучшего выступления ожидали на родине от сборной Финляндии, пополненной более чем наполовину профессионалами НХЛ. «Нет ничего удивительного, что финские хоккеисты, хотя и стали самой корректной командой, оказались в самом хвосте турнирной таблицы, – отмечала «Хельсинген саномат». – Они позволили соперникам произвести по своим воротам в среднем более чем на 40 бросков, в то время как другие команды не допускали более чем по 30 «выстрелов» за игру по своим воротам. Финские же форварды бросали в среднем всего чуть более чем по 20 раз по воротам соперников и ни разу не использовали, как, впрочем, и шведы, численного преимущества».

Наша команда выиграла «Кубок Канады», а каков был вклад каждого из хоккеистов?

В какой-то степени ответ на этот, думается, совсем не праздный вопрос даст таблица, которую я составил по протоколам матчей.

Подобные таблицы практикуют газеты Северной Америки. Болельщики профессиональных хоккейных клубов к ним привыкли и легко ориентируются.

Замечу, что защитники атакующего плана при такого рода подсчете оказываются в более выгодном положении, особенно в матчах на канадском льду, где секретариат ведет четкий подсчет не только голевых передач, но и предшествующих им пасов.

На турнире «Кубок Канады» хоккеисты сборной СССР произвели 180 бросков по воротам соперников, забросив 32 шайбы, 2 из которых пришлись на долю защитников, 30 шайб, находящихся в активе нападающих, распределены так: звено Ларионова – 11, Шепелева – 10, Голикова – 6, Жлуктова – 3. Пропущено 15 шайб: Третьяк, по чьим воротам в шести матчах было совершено 125 бросков, – 8, Мышкин (в одной игре 33 броска) – 7.

У Касатонова 50 очков[1], у Фетисова – 41, однако Третьяк, когда я спросил, кто из защитников был его лучшим помощником в охране ворот, назвал Первухина и Билялетдинова, а их показатели в таблице выглядят куда скромнее. Справедливости ради напомню, что пять «минусовых» очков Билялетдинов получил играя в матче пятого тура в паре с дебютировавшим в сборной Зубковым.

Позволю себе небольшое дополнение к таблице соображениями общего характера.

«Можно констатировать, – сказал уже в Москве В. Тихонов, – что хоккей стал более универсальным. Классный игрок должен уметь делать на поле все: и атаковать, и защищаться. Естественно, возросли физические и нервные нагрузки, выдержать которые может лишь истинный атлет. Увеличились скорости, ужесточился прессинг с первой до последней секунды. В этих условиях все технические приемы должны быть доведены до автоматизма, пространство приходится отвоевывать силой. Успех команды в значительной мере будет зависеть от степени взаимодействия и взаимозаменяемости нападающих и защитников.

Чемпионам мира ни в коем разе нельзя почивать на лаврах. Соперники давно бросились за нами в погоню. Помогает им в определенной степени то, что в Северной Америке теперь играет несколько десятков лучших хоккеистов из Швеции, Финляндии, а с осени 1981 года и из Чехословакии (Глинка и Бубла в «Ванкувер канукс»), а в лучших европейских сборных в ряде престижных турниров выступают их земляки, прошедшие закалку в ледовых битвах клубов НХЛ».

От себя бы добавил. Сборная СССР победила в «Кубке Канады» потому, что подготовилась (тренировки, товарищеские матчи) к этому турниру (хотя на сей раз все были в одинаковых условиях) значительно серьезнее своих главных соперников – канадских профессионалов из НХЛ. Это выразилось в том, что советские хоккеисты (в первую очередь Третьяк, Фетисов, Касатонов, Васильев, Шалимов, Шепелев, Капустин, Ларионов) смогли на финише усилить игру, а хозяева пик формы прошли где-то в середине соревнований.

Чемпионы мира продемонстрировали верную тактику не только применительно к каждому матчу, но и к каждому периоду, каждой смене составов на льду. Тактика не только была безошибочной, она еще была тонкой, с хитринкой.

На этом можно было поставить точку в рассказе о еще одной, я бы сказал этапной, победе советских хоккеистов, если бы не одно обстоятельство. Как уже говорилось выше, после окончания финального матча прямо на льду «Форума» премьер-министр Канады П.-Э. Трюдо вручил капитану сборной Валерию Васильеву отлитый из никеля «Кубок Канады», выполненный в форме срезанного наполовину кленового листа.

Затем приз упаковали в один из вместительных баулов, в которых хоккеисты транспортируют по миру свою амуницию, и поручили «Гулливеру» сборной Виктору Жлуктову и массажисту Константину Громадину отнести ценную поклажу в автобус команды. На сей раз розыгрыш «Кубка Канады» проводился под эгидой ЛИХГ, а по правилам международных хоккейных соревнований (равно, впрочем, как футбольных, волейбольных и т. д.) победители забирают переходящий приз до следующего розыгрыша. Так что никаких сомнений в этом плане в нашей делегации и не возникало. Однако руководитель оргкомитета соревнований А. Иглсон и работники «Галереи хоккейной славы» из Торонто потребовали отдать им приз. После короткой, но чрезвычайно некрасиво выглядевшей схватки хозяева отобрали приз у победителей.

Чемпионы мира не стали утаивать от организаторов и журналистов всего того, что они думали в связи с этим инцидентом.

Недоброжелательный, мягко говоря, поступок организаторов турнира наутро стал известен всей Канаде. Дали ему свою справедливую оценку советская пресса, средства массовой информации многих других стран.

Кончилось тем, что девятого октября приз доставили в Москву, а 14 октября перед матчем ЦСКА – «Спартак» на льду Дворца спорта в Лужниках посол Канады в СССР Джефри Пирсон передал приз капитану сборной СССР В. Васильеву. Это был все тот же никелевый 48-килограммовый, срезанный пополам, кленовый лист, но не «Кубок Канады», а его полная копия – «Кубок канадцев».

История его такова. Дискриминационная мера организаторов розыгрыша «Кубка Канады» вызвала возмущение у канадских любителей спорта. Владелец небольшого автопредприятия из Виннипега Джорж Смит бросил клич: собрать деньги, сделать копию кубка и отправить ее победителям. Его призыв нашел широкий отклик на родине хоккея: довольно крупная сумма – более десяти тысяч долларов – была собрана в считанные дни. Изготовили копию приза и в Виннипеге в присутствии многих горожан передали представителю советского посольства в Канаде. На церемонии передачи приза выступил губернатор провинции Манитоба, столицей которой является Виннипег. Он, в частности, сказал: «Мы живем в странах с разными политическими системами, но мы должны не враждовать, а, напротив, уважать друг друга, жить в мире».

А в декабре, на традиционном турнире «Известий», побывал и сам Д. Смит с женой и сыном, тепло встреченные нашей спортивной общественностью.

* * *

Ледовые баталии со «звездами» НХЛ, проходившие в начале сезона 1981/82 года в финальной части розыгрыша «Кубка Канады» в монреальском «Форуме», получили продолжение в самом его конце – на аренах Тампере и Хельсинки в ходе чемпионата мира.

Родоначальники игры в апреле 1982 года имели возможность (правда, в последний момент) собрать для выступления на мировом первенстве самую мощную в истории чемпионатов мира сборную. Довольно быстро из числа соискателей Кубка Стэнли выбыли несколько именитых клубов, что позволило М. Джонстону, на время оставившему клуб НХЛ «Колорадо рокиз» и возглавившему сборную Канады, включить в команду для чемпионата мира лучшего бомбардира лиги Уэйна Гретцки («Эдмонтон ойлерс»), Бобби Гейни («Монреаль канадиенс»), Бобби Кларка, Дэррила Ситтлера и Билла Барбера («Филадельфия флейерс») и еще ряд известных мастеров.

«Компанию» им могли составить монреальские «звезды» Ги Лафлер и Ларри Робинсон. Они прошлой весной в Стокгольме и Гётеборге испытали, что такое чемпионат мира. Лафлер при первом же выходе на лед в матче с голландцами был травмирован и сыграл слабо. Робинсон удостоился звания «лучшего защитника чемпионата мира». На сей раз оба, несмотря на, казалось бы, разные судьбы в Швеции, предпочли остаться дома.

В Канаде и США до сих пор далеко не все представляют себе, насколько серьезный турнир – соревнование за мировое «золото». Лучшие канадские и американские профессионалы (последние пополнили сборную США) прилетели на чемпионат мира, словно на экскурсию в Европу с женами, невестами, родителями (Гретцки, например, с папой) и даже детьми.

«Звездам» НХЛ за короткое время требовалось найти общий язык (и не только на льду) с новыми партнерами, хотя еще совсем недавно, в ходе чемпионата НХЛ, отношения между ними были весьма напряженными. Требовалось привыкнуть к внушительной разнице во времени, к большим размерам площадок и некоторым другим необычным для них вещам.

Все это нашло отражение в результатах первых матчей, сыгранных мощной, повторяю, канадской сборной со шведами – 3:3, чехословацкими хоккеистами – 2:4, итальянцами – 3:3.

Новички высшей лиги – итальянцы, среди которых две трети получили хоккейное образование в Канаде, после этой поистине сенсационной ничьей радовались как дети, а их вратарь – герой матча и один из лучших игроков команды – Джим Кореи шутил: «Дайте нам судью Федотова, и нам никто не страшен, мы не только удержимся в группе «А», но еще и поборемся за медали». Он имел в виду, что при судействе горьковчанина, тоже, кстати, дебютанта чемпионата мира, А. Федотова итальянцы выиграли у сборной США 7:5, а затем добыли очко у канадцев, дважды сравнивая счет в те минуты, когда наш арбитр оставлял в меньшинстве… сборную Италии.

В то же время сборная СССР уверенно одерживала одну победу за другой, не допуская ни единой осечки: выиграли у итальянцев 9:2, шведов – 7:3, у сборной ЧССР – 5:3, финнов – 8:1, американцев – 8:4, у команды ФРГ – 7:0. «Советские хоккеисты, – заметил после игры с финнами один из местных журналистов, – уже в первом периоде нарисовали всю картину матча, а потом лишь наносили дополнительные штрихи. После первого периода счет 6:0 надо было объявить итоговым, а зрителей отпустить по домам, вернув им деньги за несыгранные сорок минут…»

Однако день ото дня, буквально на глазах, «Кленовые листья» прибавляли в мощи атак, надежности обороны. По итогам чемпионата защитник Крэйг Хартсбург из «Миннесоты норт старз», нападающие Гретцки и Барбер, несомненно, в числе лучших игроков турнира. И перед заключительными встречами стало ясно, что хоккеистам советской команды надо срочно переориентироваться: главным соперником будет не сборная ЧССР, как предполагали, а команды Канады, два матча с которой скорее всего и решат судьбу главных наград чемпионата мира.

Такая перестройка на полном ходу, понятно, задача сложная: одно дело играть с техничной, тяготеющей к комбинационному стилю сборной ЧССР, иное – добывать «золото» в битвах с жесткими, не жалеющими ни себя, ни соперников канадцами. Но «стрелки» были переведены, и предстояло финишировать по иной, нежели предполагали ранее, «магистрали».

Хорошо, что В. Тихонов такую метаморфозу предусмотрел. Еще зимой в Москве он говорил: «Может случиться, что канадцы станут нашим соперником номер один, хотя и займут после первого круга четвертое место, и нам по регламенту чемпионата придется разыгрывать с ними золотые медали в двух матчах подряд». Я даже об этом написал. Но этот абзац в обозрении перед чемпионатом мира, помнится, не привлек особого внимания: состав-то сборной Канады был еще никому не известен.

Мало кто мог и предположить, что канадские «звезды», прилетев в Европу и получив обидные «щелчки» в стартовых матчах, станут, словно малоизвестные игроки школьных команд, неистово, ежедневно по полтора часа, тренироваться и это быстро повысит класс команды, собранной из отличных хоккеистов, к тому же весьма уязвленных победами, одержанными сборной СССР над «Кленовыми листьями» зимой 1979 года в «Кубке вызова» и осенью 1981 года в финале «Кубка Канады».

Но все, однако, произошло именно так.

…Перед матчами с канадцами советские хоккеисты устроили день отдыха. Тренировки не было, всей командой ездили на лесную прогулку.

Хоккеистов сопровождал приезжавший из Хельсинки оператор нашего Центрального телевидения. Как правило, до конца чемпионата такие вещи не практикуются, чтобы «не сглазить», но на этот раз наставники решили продемонстрировать команде, что примет можно не бояться – сборная наша могуча! Чудесное местечко неподалеку от Тампере подсказал тренер команды В. Юрзинов, ранее успешно работавший играющим тренером в местном клубе «Коэ-вее».

У чемпионов мира накопились травмы, и врач Б. Сапроненков, массажисты К. Громадин и О. Кученев времени даром не теряли. Однако, в общем, все были здоровы и готовы к сражению с «Кленовыми листьями».

А в том, что предстоит «ледовая битва», сомневаться не приходилось. Ветеран НХЛ Бобби Кларк так прямо и заявил: «Мы выиграем у сборной СССР и можем считать, что не зря летали за океан».

Канадцы же перед состязанием с чемпионами мира провели интенсивную тренировку, причем, как рассказывал спортивный обозреватель «Торонто стар» Д. Проудфут, отрабатывали игру в меньшинстве, специально готовясь отражать атаки звеньев Ларионова и Шепелева. «Это легче, – заметил коллега, – нежели за несколько дней изменить свою слишком жесткую, по международным меркам, манеру игры». И профессионалов, правда на тренировке, усиленно снимали для Канадского телевидения, которому, учитывая огромный интерес к предстоящим встречам с чемпионами мира на родине хоккея, пришлось все-таки в последний момент заплатить солидную сумму за право трансляции заключительных матчей мирового первенства.

Как показал ход матчей, советские хоккеисты правильно сделали, что отдохнули, отвлеклись, подлечились: они выглядели свежее, превосходили соперников в скорости, коллективных действиях, не уступая при этом в самоотверженности., За два десятка лет мне довелось видеть несколько сот состязаний между советскими и канадскими хоккеистами у нас дома, в Канаде, в различных странах мира, но впервые пришлось присутствовать на матче из… шести периодов. Между третьей и четвертой двадцатиминутками перерыв был чуть более семнадцати часов – не так уж много для состязания столь высокого накала. В Тампере в субботу игра закончилась поздним вечером. Поужинали, переехали на автобусе за сто пятьдесят километров в Хельсинки, отвезли форму на стадион, поехали в гостиницу «Ханасари» – чудесное, кстати, местечко в пригороде на берегу Финского залива (здесь в случае выхода в финал должны были квартировать финские хоккеисты, но у них досрочно начались летние «каникулы»), а днем в воскресенье снова закипела ледовая битва.

Сборная СССР в обоих матчах выступала в неизменном составе: Третьяк; Фетисов – Касатонов, Васильев – Бабинов, Первухин – Билялетдинов; Макаров – Ларионов – Крутов, Шалимов – Шепелев – Капустин, Тюменев – В. Голиков – Кожевников, И. Гимаев – Жлуктов – Дроздецкий.

Первая встреча началась с опозданием на семь с половиной минут. Как говорили, задержка произошла по вине Канадского телевидения, насобиравшего множество рекламы и часть ее «прогонявшего» перед началом состязания.

Половина периода прошла в равной борьбе. Обороняясь, канадцы не стесняются откатываться почти всей «пятеркой». Причем не просто едут назад к своим воротам, но еще практически на каждом участке площадки стараются вступить в борьбу с нашими хоккеистами. А затем счет открывает Барбер. Гретцки дал из центра отличный пас на левый фланг. Капитан профессионалов «щелкнул», и шайба над клюшкой Третьяка проскочила у него между ногами (как говорят хоккеисты, «в домик») в сетку ворот. Все «красные» канадцы (наши играли в белой форме) высыпали на лед обнимать Барбера.

Как и ожидали соперники, наши несколько раз получали численное преимущество (шведский арбитр Д. Олссон судил четко), но использовать его не могли. Разыгрывали шайбу слишком медленно, да и соперники подготовились к атакам наших ведущих звеньев. Лишь в конце периода, когда реализовывать большинство вышла тройка Голикова, дебютант сборной СССР Кожевников отквитал шайбу.

– Это первая встреча сборных СССР и Канады после нашего поражения в финале «Кубка Канады», – сказал перед матчем Гретцки. – Мы очень рассчитываем взять реванш.

Да, игра боевая, но разве можно сравнить ураганные атаки, которые обрушили канадцы на наши ворота в первом периоде финала «Кубка Канады», с равной, в общем-то, игрой в первой двадцатиминутке встречи на чемпионате мира?

Второй период принес сборной СССР преимущество, как и осенью в Монреале, в два гола. Универсальный игрок Гимаев, уже в ходе чемпионата успешно заменивший нападающего Хомутова, своевременным броском в покинутые голкипером ворота завершил самоотверженный прорыв Дроздецкого – 2:1. А затем Макаров отобрал в центре площадки у Гретцки, явно не привыкшего к такому «обращению» в чемпионате НХЛ, шайбу, промчался с ней к воротам канадцев, и счет стал 3:1.

В сентябре в Монреале наши хоккеисты в третьем периоде разгромили хозяев, доведя результат до 8:1! В Тампере заключительную двадцатиминутку выиграли канадцы, хотя это и не спасло их от поражения в матче – 3:4.

Высокого накала получился период! Довольно быстро наши остаются втроем против пятерых канадцев. Такое уже случалось в конце второго периода: Тюменев и Касатонов слишком «переориентировались» на жесткий хоккей и с интервалом примерно в минуту вынуждены были покинуть лед. Во второй раз втроем наша команда остается на полные две минуты. Удалили Гимаева, и в это же время к судье подъехал капитан соперников и попросил (что разрешается правилами) проверить загиб крюка у клюшки Кожевникова. Оказалось, что он превышает положенные пятнадцать миллиметров, и второй наш хоккеист отправился на скамейку штрафников.

В меньшинстве наши выстояли. Особенно самоотверженно действовали защитники Билялетдинов и Первухин и сменявшие друг друга форварды Голиков и Жлуктов. Однако затем в равных составах Рейнхарту удалось сократить разрыв в счете до минимума. Хорошо, что через минуту новичок чемпионатов мира Ларионов забросил четвертую шайбу.

Это был, пожалуй, ключевой матч чемпионата мира: выиграет наша команда, она почти недосягаема, проиграет – канадцы могут реально рассчитывать на «золото»… Измеряют крюк у клюшки Дроздецкого, и у него тоже «нестандарт». Пропп реализует большинство, и счет 4:3. Только возобновилась игра, контролю подвергается «оружие» Крутова. И здесь не норма. Еще одно, третье (!), удаление из-за неправильно загнутого крюка.

Как хорошо, что третий период наконец закончился.

– Соперники были достойны друг друга, – сказал после игры один из руководителей нашей делегации Б. Майоров. – Я доволен результатом, жаль только, что было так много удалений, в том числе из-за клюшек.

– Это был наш лучший матч на чемпионате, – констатировал М. Джонстон. – К сожалению, мы допустили все-таки две-три грубые ошибки, а в состязании со сборной СССР даже такое непозволительно…

Канадцы, помнится, чрезвычайно расстроились, потерпев жестокое поражение в финале «Кубка Канады». Немного их успокоило сообщение, что это был матч с «роковым» номером – 413 между советскими и канадскими хоккеистами. Проигранными оказались, однако, и встречи с «обычными» номерами – 414-й, а затем и 415-й.

В Тампере форварды тройки Шепелева не забили канадцам ни одного гола. Едва началась игра в Хельсинки, они стали наверстывать упущенное. Шепелев бросил и сам же добил шайбу. Защитник Хартсбург реализовал удаление Ларионова. Вскоре после вбрасывания в нашей зоне он мощно «щелкнул», Третьяк подставил клюшку неудачно – от крюка шайба у него между ногами пролетела в ворота.

У наших теперь клюшки в порядке, но и канадцы не только поменяли цвет рубашек (они теперь в белой форме, советские хоккеисты – в красной), а еще и внесли коррективы в свою игру – действуют жестко, но в рамках правил. На 17-й минуте у соперников удаление. Тут же шепелевцы ворвались в зону канадцев, Капустин точно и своевременно отпасовал Фетисову, и защитник не промахнулся. Профессионалы ни с того ни сего «завелись» – Рейнхардт бьет Гимаева, Ситтлер колет клюшкой Крутова. Вновь бывший арбитром Д. Олссон отправляет их «остудиться». Канадцы почти на минуту остаются втроем. Это им даром не прошло: Шалимов, несмотря на то что его нещадно «обрабатывали», устоял на «пятачке» и перед самым перерывом забил третий гол.

В начале второго периода наказан Капустин, но Кожевников в меньшинстве забросил четвертую шайбу. Следуя примеру опытного Макарова, он атаковал «самого» Гретцки, отобрал у него шайбу и стремительный рейд по оголенным тылам уехавших реализовывать большинство канадцев завершил неотразимым броском.

«Вот она, «золотая» шайба!» – подумалось в ту секунду. 4:1 – это победа! Так же, видимо, посчитали и наши хоккеисты. А канадцы есть канадцы. Они мгновенно почувствовали, что натиск немного ослаб, и перехватили инициативу. «Иначе и не могло быть, – сказал после игры Кларк. – Ведь у многих из нас, в том числе и у меня, была, наверноe, последняя возможность в жизни выиграть у русских, отквитаться за поражение в «Кубке Канады», и мы не хотели ее упустить».

В течение минуты канадцы забрасывают две шайбы: сначала Гретцки заканчивает свой проход голом, а затем Напьер точным броском завершает комбинацию, начатую ветеранами Кларком и Ситтлером.

Несколько слов об Уэйне Гретцки. На первый взгляд он мало похож на «звезду» такой атлетической игры, как хоккей: чуть выше среднего роста – 180 см, а вес вообще небольшой – 75 кг. Но на льду Гретцки – зимой 1982 года ему исполнился только 21 год – преображается: все время в движении, прирожденный снайпер. Главное, что делает его особенно заметным в силовом, но отнюдь не комбинационном канадском хоккее, то, что он думающий игрок и часто находит неожиданные для соперников решения.

Отец – монтер по телетайпам и неплохой в свое время хоккеист-любитель Уолтер Гретцки поставил сына на коньки и дал в руки клюшку, когда ему исполнилось всего три года. По его мнению, главный козырь Уэйна – умение в игре концентрироваться. Он не просто гоняется за шайбой, а постоянно оценивает, анализирует игровую обстановку и мчится обычно туда, куда и приходит шайба.

Дабы избежать частых столкновений с «крупногабаритными» соперниками, Гретцки разработал для себя игру за воротами противника, откуда сделал множество голевых передач. Лишь играя за воротами Третьяка, он не преуспел. То, что оригинально в НХЛ, не является сюрпризом для советских мастеров. Хотя, как говорил мне Третьяк, «приходится совею вертеть головой, когда Гретцки заезжает за ворота, и это создает немалое напряжение».

На чемпионате мира в Финляндии Гретцки во второй половине турнира выглядел значительно лучше, чем на «Кубке Канады», но все-таки ничего сверхъестественного не показал. Я полностью согласен с оценкой В. Фетисова, данной канадской «звезде»: «Гретцки – выдающийся форвард. Заурядный игрок не мог бы побить все рекорды результативности НХЛ. Однако играть против него все-таки проще, нежели сдерживать атаки тройки Шепелева в матчах чемпионата страны».

Сам Гретцки так охарактеризовал турнир в Финляндии: «Чемпионат мира – самый серьезный хоккейный турнир. С ним не идут в сравнение даже «Кубок Канады» и Кубок Стэнли. В столь напряженном соревновании я долго не мог найти свою игру. Разыгрался лишь на финише. Советские хоккеисты победили нас в Тампере и Хельсинки, потому что были выше по классу. Особенно сильно, на мой взгляд, сыграла защита чемпионов. «Звездой» первой величины я считаю Фетисова. Советская сборная отличалась блестяще продуманной организацией игры, дисциплиной. И это прежде всего способствовало ее победе на чемпионате».

Едва началась заключительная, шестая, двадцатиминутка хоккейного марафона, как Лоу с передачи Гейни сравнивает счет. Восторгу канадцев нет предела. Да, видно, что теперь это – не случайно собравшиеся хоккеисты, а грозная команда.

Столько за прошедшие сутки истрачено сил – физических и душевных, а на площадке игра идет в вихревом темпе, жесткой силовой борьбе.

Канадцы жмут, наши отбиваются. Вновь игру высшего класса показывает Третьяк, которому з этот день исполнилось ровно 30 лет. Лишь когда на льду появляются Фетисов и Касатонов, соперникам приходится уходить в защиту. Уж больно это могучая пара! Высокая скорость, мужество в борьбе, мощь и прицельность бросков!

У нас несколько человек играют с травмами: Макарову вновь выбивают левую руку (жутко было даже смотреть, как он сам «вправил» ее на место), у дебютанта Тюменева поврежден нос, Шепелева сильно ударили по ноге, у Крутова – кровоподтек под глазом… А сражение между тем не утихает. Все хоккеисты – и наши, и канадцы – отчаянно крутят головами, все время осматриваются, как бы сзади или сбоку не врезался соперник.

Только на 56-й минуте наконец наступил перелом. Ларионов, на вид хрупкий и медлительный, выиграл вбрасывание у Гретцки и отпасовал Макарову, а Сергей молниеносным броском без замаха вонзил шайбу в сетку. Макарова едва не задушили в объятиях. И опять канадцы не пали духом – продолжают борьбу (за это и любят зрители ходить на матчи с их участием). Теперь, однако, и чемпионы мира (их официально так можно будет назвать через три минуты) не ослабляют натиска. Фетисов на 57-й минуте забивает свой второй в этом важном матче гол – 6:4.

Все-таки молодцы канадцы! Проигрывая две шайбы, они заменяют вратаря четвертым полевым игроком (по два хоккеиста из каждой команды в эти секунды были на скамейке штрафников). Но отквитать хотя бы гол им не удалось, а Жлуктов, вновь вышедший в меньшинстве, дважды мог забросить шайбу в пустые ворота. Оба раза он промахнулся: устали наши ребята до предела.

Напряженным, захватывающим получился хоккейный марафон в шесть периодов, в котором сильнейшие канадские профессионалы вновь бросили вызов советским хоккеистам. И вновь триумф чемпионов мира!

– Мы счастливы, что снова стали чемпионами мира и Европы, – сказал В. Тихонов, едва переведя дух и расцеловавшись с игроками. – Зрители, надеюсь, получили удовольствие от нашей драматической борьбы с канадцами. Правда, нам, тренерам, такие матчи доставляют много волнения.

Такие победы стоят, не сомневаюсь, тренерам много больше, нежели «много волнения».

Сезон 1981/82 года сборная СССР провела без ударной тройки Петрова, ушли из команды еще несколько опытных мастеров. На смену им пришли новички. Великолепно вписались в команду Ларионов, Кожевников, Тюменев. С приходом воспитанника заслуженного тренера СССР Н. Эпштейна Ларионова в сборной СССР и ЦСКА появилась блестящая «пятерка». Юный центрфорвард не только организовал игру крайних нападающих, но и успевает дирижировать защитниками. Мощь атак Фетисова, на мой взгляд сейчас лучшего игрока мирового хоккея, и Касатонова резко возросла. Еще один воспитанник пензенского хоккея Кожевников для дебюта сыграл отлично и по справедливости вместе с Ларионовым, Гимаевым, Тюменевым и Хомутовым удостоен звания «Заслуженный мастер спорта».

Нельзя не сказать и об игре ветеранов. Достойным представителем в когорте знаменитых капитанов хоккейной сборной СССР стал Валерий Васильев. О Сергее Макарове монреальская «Газетт» писала: «Дух захватывало, когда Макаров стремительно прорывался к воротам сборной Канады. А как он забил гол, переведя шайбу с левой на правую сторону клюшки! Мало кто из «звезд» НХЛ могли бы повторить такой гол.» Виктора Шалимова назвали «лучшим форвардом чемпионов мира» (такого же титула среди защитников был удостоен Вячеслав Фетисов). Много теплых слов заслужили Сергей Капустин, Виктор Жлуктов, Владимир Голиков, да и другие наши игроки.

«Хоккеистов сборной СССР поздравляем с блестящей победой!» – говорилось в одной из телеграмм, во множестве приходивших в апрельские дни в Хельсинки, – желаем новых успехов в спорте, дагестанского долголетия! Семья Алисултановых, село Хив Дагестанской АССР». Полностью присоединяюсь к этим словам.

На этом заканчиваются заметки спортивного журналиста о том, как чемпионы мира дали достойный ответ на вызов, брошенный им профессионалами НХЛ, многие годы считавшимися лучшими хоккеистами мира.

Примечания

1

Очки складываются из следующих показателей: за заброшенную шайбу – пять, за голевую передачу – три, присутствие на льду в момент удачного завершения атаки – очко, присутствие на площадке в тот момент, когда был пропущен гол, – минус очко.

Content

Владимир Александрович Дворцов
Вызов принят

Боевые хоккейные годы

Парад хоккея

…И медные трубы

«Кубок Канады» и «Кубок канадцев»

Примечания