Сергей Герасимов

Исполнение желаний

Планета 4-146 SgrI[1] была, в точном соответствии с атласом, безжизненным куском гранита. Звезда SgrI была невидима с Земли из-за плотных галактических облаков. Звездолет опустился на ночную сторону планеты.

– А что, собственно, означает звездочка после "I"? – спросил Берг.

Он посмотрел на экраны кругового обзора. Ночное небо планеты равномерно светилось из-за близости центра Галактики; редкие гранитные скалы торчали, будто клыки, и не отбрасывали теней. Плыла поземка из крупных снежинок замерзшего аммиака.

– Это значит, – ответил Шильке, – что человек, первым прилетевший сюда, обнаружил на планете нечто необычное. А может быть, ему только показалось. Что необычного может быть в таком мертвом мире?

– Он не оставил записей?

– Не знаю.

Они вышли на поверхность планеты. Современные скафандры почти не стесняли движений.

Они подошли к ближайшему каменному клыку.

– Что ты об этом думаешь? – спросил Берг.

– Похоже на письменность, – ответил Шильке, – видимо, наш предшественник обнаружил подобные знаки.

– Спасибо, – сказал Голос.

Они одновременно вздрогнули и взглянули друг на друга.

– Что это было? – спросил Берг, помолчав.

– Это я, – ответил Голос, – спасибо, что вы меня навестили.

– Теперь я точно знаю, что означала звездочка, – сказал Шильке.

– Да, да, – сказал Голос, – однажды здесь уже были люди.

Они очень приятные существа.

– Приятные для чего? – насторожился Шильке.

– С ними приятно общаться, – ответил Голос.

– Но нам уже пора, – на всякий случай сказал Берг и выразительно посмотрел на напарника.

– Да, пора, – подтвердил Шильке. Ему вдруг стало очень страшно.

– Я знаю, – сказал Голос, – но все равно спасибо. Я хочу вас отблагодарить. У вас есть желания?

– Пожалуй, есть, – неуверенно сказал Шильке. Сейчас его сильнейшм желанием было оказаться подальше от этой планеты.

– Тогда я исполню ваши желания, – сказал Голос. – Люди, которые были раньше, попросили по три желания. Сколько хотите вы?

– По три было бы неплохо, – согласился Шильке, – большое спасибо.

– Тогда напишите свои желания на почтовых карточках и подпишитесь, – сказал Голос.

– Обещаю, мы так и сделаем, – очень вежливо ответил Берг.

Когда звездолет стартовал и планета превратилась в тонкий, быстро уменьшающийся светящийся серп, Берг достал пачку карточек.

– Ну как? – спросил он. – Писать будем? Или до сих пор страшно?

Шильке еще не совсем пришел в себя.

– А что случилось с нашими предшественниками? – спросил он.

– Не знаю.

– Я напишу, – решился Шильке, – у меня полно желаний. Мне нужны деньги, например. Были бы ненужны, я бы сидел на Земле.

Но нужно поточнее формулировать, чтобы не навредить себе.

Он задумался.

"Хочу иметь огромное количество денег", – написал он на первой карточке и подписался.

– Теперь тебе больше нечего желать, – сказал Берг.

– Как бы не так, – ответил Шильке и написал на второй карточке: "Хочу иметь прекрасное физическое здоровье, всегда".

– Как. помогло? – спросил Берг.

– Сейчас проверим, у меня был шрам от операции, здесь, на боку. Посмотри.

– Шрама нет, – сказал Берг, – кожа чистая, как у новорожденного. Скорее пиши третье желание.

"Хочу прожить семь тысяч лет", – написал Шильке и подписался. – Теперь твоя очередь писать.

"Хочу семь тысяч лет жизни", – написал Берг на первой карточке.

"Хочу, чтобы эти семь тысяч лет были спрессованны в один день" – написал он на второй.

"Хочу семь тысяч лет жизни из таких дней", – написал на третей.

– Ого! – удивился Шильке, – я бы не додумался. Но ты не расписываешься?

– Я поставлю подписи, как только мы окажемся на Земле.

Через два месяца полета звездолет плавно опустился на бетонное поле вблизи маленького городка. Когда отключились двигатели и в кабине впервые за последние полгода стало тихо Берг достал карточки.

– Смотри, я ставлю подписи, – сказал он.

Конечно ставишь, после того, как у меня снова отрасли волосы на лысине и появились два зуба, вырванные двадцать лет назад, – с некоторым раздражением подумал Шильке, – конечно ставишь, теперь ты уверен, что твои карточки сработают.

Они расстались, выйдя из космодрома.

– До встречи через тысячу лет, – пошутил Шильке.

– До встречи через тысячу лет.

* * *

Когда Шильке узнал о неожиданном наследстве, он совсем не удивился. Несколько услужливых типов сразу же прилипли к нему, как мухи к липкой ленте. Шильке выбрал одного из них.

– Сделаешь так, – сказал он услужливому типу, – оформишь для меня покупку самого дорогого дома. Там будет все, о чем только можно мечтать. Чем больше денег ты потратишь, тем больше я тебе заплачу. Но чтоб к вечеру все было готово. Я хочу спать в собственном доме.

Остаток дня он провел, гуляя по городу, а когда стало темнеть, отправился на окраину, где находились лучшие игровые залы, конечно, нелегальные. Ходить вечерами в таких местах было опасно, но Шильке помнил о своем втором желании.

Он сыграл на каждом из тридцати трех автоматов и, конечно, тридцать три раза выиграл. Деньги, которые не поместились в кармане, он просто держал в руке.

К нему подошел серый человечек.

– Видите тех двоих у двери? – спросил человечек. – Это два брата, один из них псих. Они ждут, когда вы выйдете. За умеренную плату я мог бы показать вам запасной выход.

Шильке отдал серому человечку деньги, которые держал в руке.

– Мне не нужен запасной выход, – сказал он, – я знаю, как обращаться с психами.

Он шел к центру, насвистывая мелодию своей любимой песенки "Of All Loves". Шаги постепенно приближались. Он специально свернул в переулок.

– Ребята, я не люблю, когда кто-то идет за спиной, – сказал он.

Перед ним стояли два негра устрашающего вида. Тот, который побольше, напоминал шкаф. Тот, что поменьше, выхватил нож и оскалил зубы.

– А, значит, ты и есть псих, – сказал Шильке.

Он ударил большего в грудь. Ему показалось, что дверца шкафа проломилась. Меньший махнул ножом; лезвие разрезало рукав и плавно скользнуло по коже, не оставив царапины. Псих от удивления выронил нож.

– Деньги давай, – сказал Шильке.

Псих отдал довольно большую пачку.

– И это все, что ты награбил за день? – спросил Шильке. —

Мелочь мне не нужна. Он бросил деньги на тротуар и ветер зашелестел бумажками и понес их прочь вместе с остальным мусором. Была ветренная лунная ночь. Псих тоскливо посмотрел вслед деньгам.

– Никто не смеет со мной так говорить! – вдруг закричал он. – Никто не смеет называть меня психом! Никто не смеет обижать моего брата!

– Ну и что? – спросил Шильке.

– Я застрелю тебя из пистолета! – продолжал кричать псих.

Я буду ждать тебя возле каждой двери! Я буду ждать тебя за каждым углом!

– Жди, если есть время, – сказал Шильке и ушел.

Эту ночь он провел в собственном доме. Он спал до одиннадцати утра, а потом просто лежал в огромной, невероятно мягкой и чистой постели, и наслаждался ничегонеделанием.

Потом он включил телевизор. Передевали сводку новостей.

Впервые в жизни он чувствовал себя в полной безопасности.

"Эдвард Берг, – сказал репортер, – Эдвард Берг, космонавт-исследователь, недавно вернувшийся из рейса, найден сегодня мертвым. Он разбился, упав с крыши дома. Полиция проводит расследование."

Не может быть, это другой Берг! – подумал Шильке.

"Вот фотография Эдварда Берга", – Шильке увидел знакомую фотографию на весь экран.

Ему стало страшно, гораздо страшнее, чем на ледяной планете. Он совершенно точно помнил третье желание Берга:

"Хочу семь тысяч лет жизни из таких дней"; он совершенно точно помнил, как Берг ставил свою подпись.

Он подошел к окну и отодвинул занавеску. На улице его поджидал вчерашний псих.

Зазвонил телефон.

– Алло?

– Я потратил все ваши деньги, – жизнерадостно сообщил голос, – и даже полтора миллиона в долг. Сколько вы мне заплатите?

Шильке бросил трубку и осмотрелся. Ты всегда был трусом, всегда был трусом, – сказал он сам себе, – ты всегда хотел только безопасности. И в полеты ты напросился только для того, чтобы никто не сомневался в твоей смелости. "Теперь мне не выбраться", – сказали вслух его губы. Он почувствовал, как задергалась щека. Халат сразу стал мокрым и прилип к спине.

Он снова откинул занавеску и посмотрел в окно. Псих стоял там же. Вдруг псих поднял глаза и увидел Шильке. Шильке сделал шаг назад. Псих бросился ко входу в здание.

Шильке выбежал на лестницу. На нем не было ничего, кроме ночного халата. Он ясно слышал шаги внизу.

Он бросился наверх.

Дом имел пять этажей. Шильке выбралося на крышу. Дальше пути не было. Он увидел, как медленно открывается люк. Из люка показалась голова. Псих увидел Шильке и оскалил зубы. Он выпрыгнул на крышу. Он двигался быстро и бесшумно, как кошка. В его руке был пистолет.

Шильке отступил к самому краю крыши.

– Дальше! – скомандовал псих. – Дальше! Никто не смеет называть меня психом! Никто не смеет обижать моего брата!

"Разбился, упав с крыши дома", – вспомнил Шильке тебевизионное сообщение и посмотрел вниз. От страха закружилась голова. Псих выстрелил. Шильке ощутил толчок в грудь и увидел, как переворачивается мир вокруг него. Прямо над головой был зеленый дворик с песочницей. В песочнице играли дети.

* * *

– Очень интересный и очень печальный случай, – сказал доктор.

Доктор проводил обход. Студенты, шедшие за ним, притворялись, что слушают. Двое незаметно целовались, остальные скучали. Ведь было лето, а летом не до занятий.

– Просто замечательный случай паранойи, – продолжал доктор, – Этот человек внезапно получил огромное богатство.

Это было слишком большим шоком для него и психика не выдержала. Его стал преследовать страх.

– Деньги, деньги, не надо! Скажите, доктор, скажите им, что я не виноват… – стал тихо умолять Шильке.

– Видите, – сказал доктор, – у него бред преследования.

Ему кажется, что его хотят убить; кажется, что он потратил все деньги и залез в долги. К сожалению, это неизлечимый случай. В бреду он взобрался на крышу собственного дома и бросился вниз. Ветви дерева смягчили удар. Он не получил даже царапины. Вообще, у него отличное здоровье. Я впервые встречаю такого здорового человека, такого физически здорового человека. И он чрезвычайно богат.

– И ничем нельзя помочь? – поинтересовался один из студентов.

– Совершенно ничем. При таком здоровье он может прожить сто лет и к нему все равно не вернется рассудок. Это будут сто лет невыносимого страха. Сто лет в аду. Эй, прекратите там целоваться!

– Жаль его, – сказал студент.

Сестра передала доктору запечатанный конверт.

– Что это? – спросил доктор.

– Это для нашего пациента.

Доктор распечатал конверт и прочел вполголоса:

"Дорогой друг!

Мне оказалось достаточно только первых двух желаний. Это было прекрасно. Не могу передать, как я счастлив.

Третью карточку я разрываю.

Желаю тебе счастливых семи тысяч лет жизни. Прощай."

Доктор достал из конверта почтовыю карточку, разорванную на четыре части. Сложив части, он прочел:

"Хочу семь тысяч лет жизни из таких дней.

Э.Берг."

– Снова какой-то бред, – сказал доктор. Выбросьте это в мусорную корзину. И перестаньте там целоваться, сколько можно повторять!

Примечания

1

индекс I означал видимость в инфракрасном диапазоне

Content

Сергей Герасимов

Исполнение желаний

Примечания