Ирина Хрусталева

Осторожно: блондинка!

Глава 1

– Ах, негодяй, – возмущенно прошептала Лариса, разглядывая смятый листочек бумаги, который она вытащила из кармана брюк своего мужа.

Лара собирала вещи в химчистку и предварительно проводила ревизию его одежды. На найденном листке был записан, причем женским подчерком, номер телефона и имя Кристина. Даже дурак бы понял, что этот номер имел совершенно определенное значение. Рядом с цифрами красовался ярко-красный отпечаток губ.

– Вот скотина! – зло прошептала Лариса. – А я мозги ломаю, что это с ним творится в последнее время? А сегодня намыливался с самого утра, как на свадьбу. Теперь мне понятно, какая у тебя встреча с зарубежными партнерами, сукин сын. Я, значит, твои штаны стираю, а ты потом в чистеньких по бабам бегаешь? Ну держись, я тебе покажу, где раки Новый год встречают!

Лариса заметалась по квартире, разбрасывая вещи, потом собирала их и перекладывала с места на место. Обессилев, она плюхнулась в кресло и задумалась. Потом вскочила, решительно схватила трубку телефона и набрала рабочий номер мужа. Она глубоко вздохнула, будто перед прыжком в воду и, как только услышала его голос, сладенько пропела:

– Привет, милый, как дела?

– Лариса, ты что это, специально мне звонишь, чтобы спросить, как у меня дела? – нервно проговорил в трубку Сергей.

– А в чем дело, дорогой, разве я, твоя жена, не имею на это право? – не убирая из голоса мармелада, проворковала Лариса.

– Девочка моя, извини, но у меня совершенно нет времени, занят по самое некуда.

– Хорошо, хорошо, милый, я только хотела спросить, ты приедешь сегодня к ужину?

– Я же тебя предупредил, что сегодня буду поздно. У меня деловая встреча с зарубежными партнерами, – раздраженно сказал Сергей.

– Ой, извини, Сереженька, я совсем забыла. Можно, я тогда сегодня к маме поеду и останусь у нее на ночь, а то давно ее не видела? – продолжала ворковать Лариса, мысленно прокручивая своего благоверного в мясорубке.

– Конечно, милая, распоряжайся своим временем по своему усмотрению, – торопился закончить разговор Сергей, и в его голосе Лариса уловила ликующие нотки.

Она еле сдержала себя, чтобы не рявкнуть в трубку, что он негодяй, скотина и вообще не стоит даже ногтя на ее мизинце, но сдержалась и продолжила игру.

– Тогда до завтра, дорогой, вечером встретимся.

Женщина решительно подошла к гардеробу и, распахнув его, уставилась на наряды, которыми шкаф был забит под завязку.

– Итак, что же мне такое придумать и надеть, чтобы этот облезлый ловелас смотрел на меня в упор и не узнавал?

Лариса выбрала брючный костюм, который она недавно купила для торжественного случая. Через неделю у них с Сергеем будет годовщина свадьбы, и они собирались отпраздновать это событие в ресторане. Обновку муж еще не видел, Лариса хотела сделать ему сюрприз. И вот сейчас, когда она надела этот туалет на себя и посмотрела в зеркало, слезы злости и обиды навернулись на глаза.

– Живем-то всего четыре года, а уже налево побежал, Казанова фигов. Чем, интересно, я-то ему не угодила? Вроде все при мне? И мордашка пока не обвисла, и животик подтянут, да и вообще… – Лариса начала вертеться перед зеркалом. – Что мужикам нужно? С жиру бесятся, сволочи. Ну я тебе твой жирок-то порастрясу, умник. Я тебе такое устрою, что будешь в ногах валяться и прощения просить.

Лариса подошла к телефону и позвонила в салон красоты. Там работала ее давняя подруга Наташа.

– Натка, привет, это Лариса. Слушай, мне нужно срочно поменять имидж… Как в каком смысле? В самом прямом. У тебя сегодня твой, ну тот, у которого руки волшебные, работает? Все хочу поменять: и прическу, и цвет волос, ну и макияж соответственно… Отлично, уже бегу.

Лариса быстренько собралась и спустилась в гараж за машиной. Через сорок минут она входила в кабинет своей приятельницы, на дверях которого красовалась табличка «Генеральный директор».

– Фу ты, ну ты, – покачала головой Наташа, когда увидела Ларису в новом элегантном костюме. – Никак на рандеву собралась?

– Ага, на рандеву. Хочу сегодня быть неотразимой и незабываемой, – плотоядно улыбнулась Лариса.

– Ты что, любовника завела? – с надеждой в голосе поинтересовалась Наталья. – Давно пора, я тебе не раз уже об этом говорила. Сидишь, как кукушка, дома, борщи своему ненаглядному варишь, а он небось не теряется.

– Небось, не теряется, – зло прошипела Лариса и сощурила глаза. – Представляешь, собираю я сегодня вещи в химчистку и нахожу в штанах своего разлюбезного супруга вот это, – и Лариса положила на стол подруги листок с телефоном.

Наташа глянула на листок и, прихлопнув его рукой, заявила:

– Я тебе сто раз говорила, что он у тебя кобель, каких поискать. Так ты же слушать меня не хотела. Теперь убедилась?

– Убедилась, – рявкнула Лариса и посмотрела на подругу умоляющим взглядом. – Натка, очень тебя прошу, помоги мне, сделай меня сегодня неузнаваемой. У меня кое-какой планчик созрел, хочу воплотить его в жизнь. Поймать Ефимова с поличным и оторвать к чертовой матери то самое место, которым он так гордится.

– Нет проблем, дорогая. Кем хочешь стать? Женщиной-вамп, роковой женщиной. Или может, «а-ля Монро»?

– Это как, «а-ля Монро»?

– Но ведь ты же у нас брюнетка с карими глазками, а мы можем сделать тебя яркой блондинкой с глазами, как два глубоких озера.

– А вы что же, глаза тоже перекрашиваете? – удивилась Лариса.

– Ага, перекисью водорода вытравляем, – захохотала Наташа. – Ты еще тупее, чем я думала, подруга. Для изменения цвета глаз существуют контактные линзы. Выбираешь цвет, какой тебе по вкусу, хочешь зеленый, хочешь голубой, а хочешь серый. Дошло?

– Теперь дошло, а вот насчет того, что я тупая, я тебе еще припомню. Давай, веди меня к своему чудо-мастеру, – нетерпеливо попросила Лариса и взлохматила на своей голове непослушную копну густых волос.

Через пять часов невообразимых мучений все было закончено, и Лариса наконец услышала долгожданные слова:

– Ну вот, вроде бы все, можете теперь посмотреть на себя в зеркало и принять работу.

Девушка с опаской открыла глаза и встретилась в зеркале с наглым взглядом голубоглазой блондинки.

– Ой, кто это? – вздрогнула Лариса.

– Не узнаете? Это же вы, – захохотал мастер Игорь. – Вы же просили, чтобы я сделал из вас прямую вашу противоположность. Вот и получайте.

Лариса пристально вгляделась в свое отражение, хитро улыбнулась и прошептала:

– Игорь, вы и вправду волшебник! Оказывается, я красавица. Правда, немного нагловато вульгарная, но красавица.

– С вашими чертами это преображение не стоило мне труда. Почти ничего не пришлось скрывать, все только подчеркнуть. Я люблю работать с такими лицами, а то иной раз садится в кресло Квазимодо и требует, чтобы я сделал из нее Брижит Бардо.

– Ну до Брижит Бардо мне далековато, но то, что получилось – замечательно. Это бесспорно! Мне очень нравится, честное слово, я такого, если честно, не ожидала. Никогда не могла себя представить блондинкой, а оказывается, мне очень даже идет. Спасибо вам большое, Игорек. Меня теперь и мама родная не узнает, не то что муж. Он меня в последнее время только ночью видит под маской из огурцов.

– Каких огурцов? – удивился мастер.

– Да это я так, шучу, не обращайте внимания, – засмеялась женщина и озорно подмигнула Игорю в зеркало.

Лариса поднялась с кресла и прошла в кабинет к подруге. Когда она вошла, Наташа говорила по телефону и, увидев Лару, махнула рукой.

– Подождите, пожалуйста, минуту за дверью, у меня конфиденциальный разговор.

Лариса тряхнула шикарной копной белокурых волос и капризно прогундосила:

– Я не могу ждать, мне срочно нужен директор.

– Я директор, сейчас освобожусь и приму вас, – раздраженно проговорила Наталья.

– Может, для лучшей подруги сделаешь исключение? – засмеялась Лариса и села на стол перед носом директрисы.

– Надо же, Ларка, это ты? – моментально бросив трубку, восхищенно проговорила Наташа.

– Как тебе мой новый имидж? Для соблазна сойду? – кокетливо поинтересовалась Лара.

– Да тебе с такой внешностью мужиков вместо коврика швырять и ноги об них вытирать, – захохотала подруга.

– Я тоже так думаю, – важно проговорила Лариса, а потом, не выдержав, присоединилась к хохоту подруги.

– Наташ, у меня к тебе еще одна просьба. Ты не можешь одолжить мне свою машину, а я тебе свою оставлю?

– Махнуться машинами, а зачем тебе это? Твоя-то покруче моей будет.

– Ты меня пока ни о чем не спрашивай, я потом тебе все объясню, лучше ключики дай, а вот тебе мои. – И Лариса швырнула на стол подруги ключи от своей «Ауди».

– Надо так надо, – проворчала Наталья и достала из сумочки ключи от своей машины. – Ты только поосторожнее с ней, капризная, зараза, не любит она чужих рук, взбрыкивать начинает. Я недавно ее сестре давала, так она пока до магазина доехала, все на свете прокляла. Когда вернулась, все ворчала:

– Как ты на этой ненормальной машине ездишь, она же глохнет на каждом перекрестке?

– Ничего, Наташ, думаю, я с ней сумею договориться. Машины, они, как мужики, ласку любят, хотя вторые не всегда ее заслуживают, – улыбнулась Лариса и, поцеловав подругу на прощание в щеку, вышла из кабинета.

Она села в автомобиль подруги и покатила к офису своего мужа, Ефимова Сергея.

Глава 2

Остановившись недалеко от здания, Лариса поставила автомобиль так, чтобы были видны двери, и приготовилась ждать. Ждать пришлось не очень долго, ровно в девятнадцать часов Сергей вышел из офиса и сел в машину. Как только она тронулась с места, Лариса завела свою и поехала за мужем. Ехали через центр, он был забит транспортом, поэтому только сорок минут спустя они подъехали к жилому семнадцатиэтажному дому, и Сергей остановился. Он вышел из машины, пригладил волосы и направился к подъезду. Ларисе очень хотелось догнать его прямо сейчас и надавать пинков под зад, но она сдержалась и приготовилась ждать, наблюдая, что будет дальше. Она знала своего мужа как облупленного и прекрасно помнила, как он ухаживал за ней. Сергей всегда, прежде чем пригласить ее к себе или остаться у нее, водил ее в ресторан или кафе поужинать. В этом Ефимову, конечно, нужно было отдать должное, ухаживал он красиво. Лариса почему-то была уверена, что через некоторое время парочка выйдет из дома, и не ошиблась. Она увидела голубков и зашипела, как змея:

– Блондиночки нравятся, милый? Ну получишь ты у меня сегодня блондинку, да еще с приправой, так сказать, на десерт.

Спутница Сергея и в самом деле была очень хороша. Белокурые волосы ниспадали красивой волной на спину, а ноги были такими длинными, что, казалось, они росли сразу от шеи. Парочка тем временем уселась в машину Сергея, и они поехали по направлению к центру. Лариса не отставала. Ехала на нейтральном расстоянии, чтобы не бросаться в глаза. Но мужчина за рулем, видно, так был занят своей спутницей, что совершенно не обращал внимания на то, что у него на хвосте сидит серебристый «Опель».

Лариса слишком была занята наблюдением за машиной мужа, что совершенно не замечала восхищенных взглядов мужчин в ее сторону, ехавших в своих автомобилях рядом с «Опелем». По дороге Сергей остановился и вышел из машины. Лариса еле втиснула небольшой автомобиль в узенькое пространство у тротуара и замерла. Ее муж тем временем подошел к магазинчику «Цветы» и вошел внутрь.

– Вот нахал, мне он дарил цветы в последний раз в прошлом году на Восьмое марта! А в этом вообще в командировке был и даже забыл позвонить и поздравить, – зашипела Лариса, пристально наблюдая за действиями мужа.

Мужчина вышел из магазинчика с огромным букетом бордовых роз и, улыбаясь, продефилировал к своему автомобилю. Лариса видела, как Сергей сел в машину и подал букет своей спутнице. Незнакомка лучезарно улыбнулась и поцеловала его в щеку.

– Нет, я сейчас от злости выскочу из своих собственных трусов, – подпрыгнула Лариса на сиденье.

– Можно сделать это в более подходящем месте, – услышала она голос и повернулась на него.

К окну ее «Опеля» склонился молодой мужчина южной национальности и улыбался во весь рот. Женщина, прищурившись, посмотрела на его белоснежный оскал и нажала кнопку на панели. Стекло автоматически поползло вверх и чуть не прищемило его специфический нос. Лариса очень боялась потерять из виду машину мужа, которая виляла впереди задом, собираясь свернуть в переулок. Пришлось ей немного попыхтеть, чтобы вырулить из маленького пространства, а между тем автомобиль ее мужа за это время успел скрыться за поворотом.

– Черт, черт, если я их упущу, не прощу себе этого до конца жизни, – ворчала раздосадованная женщина.

На ее счастье, как только она свернула в переулок, почти тут же увидела припаркованный автомобиль Сергея.

– Фу, слава богу! – облегченно вздохнула Лариса и осмотрелась, куда это они приехали.

Она заметила яркую вывеску на доме, у которого припарковалась. Ресторан «Тихая пристань».

– Так, так, так, дорогой, тихой пристани захотелось? Ну что ж, сейчас я тебе ее обеспечу, – и Лариса решительно выскочила из машины и направилась к стеклянным дверям.

Охранник предупредительно распахнул перед элегантной блондинкой двери и пожелал хорошего вечера.

– Спасибо, – буркнула Лариса и вошла в зал с приглушенным светом.

Чтобы не привлекать к себе внимания, она сразу же прошла к бару и забралась на высокий стул у стойки. К ней тут же подошел бармен и поинтересовался, чего желает выпить гостья. Лариса изумленно посмотрела на него и уже было открыла рот, чтобы сказать, что она не употребляет спиртных напитков, потому что у нее моментально сносит крышу, но тут же его захлопнула. Вовремя сообразила, что находится именно в том месте, где принято пить.

– Коктейль, пожалуйста, и пачку сигарет, – сделала Лариса заказ и осторожно начала осматриваться.

Она увидела своего супруга и его спутницу в самой глубине зала за столиком для двоих. Рядом со столиком стояла большая пальма и закрывала обзор, что невероятно раздосадовало Сережину супругу. Она низко нагнула голову, чтобы рассмотреть, что делает парочка.

– Что с вами, мадам? – услышала она голос бармена.

Лариса моментально вынырнула из-под стойки и улыбнулась, как ни в чем не бывало.

– Показалось, что чулок поехал. Что это?

– Это наш фирменный коктейль «Тихая пристань». Попробуйте и оцените, я думаю, вам понравится. Простите, а вы здесь одна?

Посетительница растерялась, не зная, что ответить, но потом сообразила и проворковала:

– Пока одна, но скоро должен подойти мой друг, мы договорились здесь встретиться.

Лариса засунула в рот трубочку и начала интенсивно высасывать из высокого бокала коктейль. Чтобы лучше видеть объект своих наблюдений, она продвинулась чуть ближе к краю стойки. Лариса так сильно была увлечена этим занятием, что не заметила, как осушила весь бокал до дна. Когда ее трубочка начала издавать квакающие звуки, Лариса опять услышала голос бармена:

– Может быть, хотите повторить?

– Да, да, повторить непременно, так пить хочется, просто ужас, язык к небу присох, – поспешно согласилась Лариса, продолжая наблюдение.

Бармен с улыбкой посмотрел на рассеянную девушку и начал готовить для нее второй бокал. Лариса тем временем, не спуская глаз с воркующей парочки, распечатала пачку сигарет и, достав одну, зажала ее в руке. В ту же минуту перед ее носом зажглись несколько огоньков, это сразу трое мужчин щелкнули своими зажигалками. Девушка сначала отпрянула от неожиданности, но потом, мило улыбнувшись самому симпатичному брюнету, поднесла к его зажигалке свою сигарету.

– Спасибо, вы очень любезны, – кокетливо промурлыкала Лариса и почувствовала, что у нее слегка закружилась голова.

В это время бармен подал ей второй бокал с коктейлем, и Лариса тут же присосалась к трубочке, как будто находилась в пустыне Сахара и не пила уже, по меньшей мере, дней пять. Брюнет удивленно вскинул брови и, слегка наклонив голову, тихо представился:

– Владимир.

– Очень приятно, – рассеянно пробормотала девушка, не отрывая взгляда от дальнего столика.

В это самое время ее муж, склонившись к длинноногой блондинке, целовал ей руку.

– Ну и урод, – прошептала Лариса и, повернув голову, встретилась с зелеными глазами незнакомого мужчины.

– Еще ни одна женщина не называла меня уродом, – улыбнулся Владимир.

– Да при чем здесь вы? Я и не думала никак вас называть, это совсем не к вам относится, – махнула Лариса рукой и, выбросив из бокала соломинку, опрокинула содержимое себе в рот.

Мужчина проследил за горящим взглядом Ларисы и увидел парочку, на которой уже не осталось бы живого места, если бы взглядом можно было прожигать дырки.

– Это ваш друг? Или муж?

– Или муж, козел безрогий, – проворчала Лариса и обнаружила, что ее язык начинает уже заплетаться.

– А что мешает сделать его рогатым? – вкрадчиво промурлыкал Владимир прямо в самое ухо девушке.

От его дыхания ей стало щекотно, Лариса засмеялась и уже более внимательно посмотрела на Владимира.

– Ты, конечно, ничего себе, симпатичный, но я не сплю с кем попало. Бармен, еще коктейль и льда положи побольше, жарко здесь у вас. Что касается рогов для мужа, над этим стоит подумать, но сейчас у меня не то настроение, несколько иные намерения. Сначала я обломаю об дражайшего супруга свои рога, которые он мне наставил, а потом подумаю о том, как вырастить ему его собственные. Нет, ты только посмотри, как они мурлыкают, а? Ну не гад ли, при живой-то жене? Ты вот небось тоже окольцован, а сидишь здесь и выглядываешь, кого бы снять?

Владимир захохотал и, взглянув на Ларису хитрыми зелеными глазами, проговорил:

– Нет, милая девушка, мне нет необходимости кого-то снимать. Здесь я просто отдыхаю от дел, решил немного расслабиться. А что касается моего семейного положения, то я не женат, не встретил еще на своем пути ту, которая отвечала бы моим требованиям.

– У вас, у мужиков, только одни требования: чтобы дома сидела да щи варила, а вы бы гуляли на свободе и делали что вздумается, – проворчала Лариса. – А у нас, между прочим, у жен, тоже душа имеется. И нам тоже хочется, чтобы любил, внимание уделял, в рестораны водил, – и она махнула в сторону столика, где расположился ее муж со своей пассией. – Чем, интересно, я хуже нее? Или, может, у нее в одном месте не вдоль, а поперек? – пьяно проговорила Лариса и поманила пальчиком бармена. – Еще один коктейльчик, вкусный он у вас.

– Вы много пьете, – заметил Владимир. – Может быть, в этом причина вашего неудавшегося замужества?

Лариса посмотрела на него хмельными глазками и, наклонив голову набок, задала встречный вопрос:

– Ты не любишь, когда женщина пьет?

– Этого никто не любит, я думаю. Пьяная женщина непредсказуема. И потом, это не способствует сохранению данной природой красоты.

– Ха, ха, ха, красоты? Если бы ты видел меня еще сегодня утром, ты бы на меня даже не взглянул.

– Что вы хотите этим сказать? – удивился мужчина.

– А вот я сейчас кое-что покажу, – и Лариса начала рыться в своей дамской сумочке.

Она никак не могла найти того, что ей было нужно, и вытряхнула все содержимое на стойку. Из сумочки посыпались всякие женские безделушки. Лариса начала перебирать их, отодвинув журнал «Спид-инфо». И вдруг из него что-то выпало, и в Ларисиных руках оказался конверт.

– Это еще что такое? Как он очутился в моей сумочке? Вроде из журнала выпал? Журнал я сама сегодня со стола в кабинете у мужа взяла, но конверта не видела. Интересно, что там за послание? Может, опять про любовь? – нервно хихикнула Лариса и, прищурившись, бросила взгляд в сторону парочки. Женщина распечатала конверт и, заглянув вовнутрь, удивленно вскинула брови. – Это что за ерунда? Я вроде не компьютерный гений. А точнее, терпеть этот компьютер не могу. Это мой муженек может ночами просиживать у монитора, так что это, наверное, его письмо. А чье же еще, если на его столе лежало? Кажется, я перепила, что-то туго соображаю, – бормотала себе под нос Лариса, продолжая вертеть в руках конверт. Она перевернула его – лицевая сторона была совершенно чиста.

– Надо же, и адреса никакого. Ай, бог с ним, – махнула Лариса рукой и засунула белый четырехугольник обратно в сумку.

– Где же то, что я хотела тебе показать? А вот, нашла, – и женщина вытащила из кучи всякой всячины свои водительские права. – Полюбуйся, – она протянула Владимиру корочку водительского удостоверения.

Парень взглянул на снимок и удивленно приподнял брови.

– Вы хотите сказать, что это ваша фотография?

– Здорово, правда? – захихикала девушка.

– Как же вам такое удалось?

– Хочешь жить, умей вертеться, вернее, меняться. Я как узнала сегодня про своего мужа, сразу же решила, что должна что-то сделать. Вот и сделала. Я ей, этой шлюхе, – Лариса махнула рукой в сторону парочки, – все волосы повыдергиваю, а муженька в мясорубке прокручу. Ой, что-то голова начала кружиться, только не пойму от чего, то ли от переживаний, то ли от коктейля. Ты не хочешь со мной потанцевать?

– С удовольствием, – улыбнулся Владимир. – Только, может, сначала поужинаем? Вон там есть свободный столик, за которым вам будет очень удобно наблюдать за своим объектом.

– Ладно, давай перекусим, хотя аппетит, если честно, пропал напрочь, – мотнула Лариса головой. – Только сразу предупреждаю, что платить за себя я буду сама. Не люблю быть обязанной. И потом, вы, мужики, хитрые. Сначала за ужин заплатишь, а потом компенсацию попросишь. Со мной этот номер не пройдет, – покрутив перед носом мужчины указательным пальчиком, проговорила Лариса.

– Хорошо, хорошо, договорились. Обещаю, что никаких таких поползновений предпринимать не буду, – улыбнулся Владимир и повел девушку к свободному столику.

Мужчина предупредительно отодвинул стул и дождался, пока дама сядет. Он взял в руки меню и передал его Ларисе.

– Закажите, что вам по нраву.

– Мне все равно, что закажешь, то и съем, если, конечно, в горло полезет, – безразлично бросила Лариса и снова уставилась в сторону, где сидел ее муж со своей пассией.

Владимир подозвал официанта и заказал ужин на двоих.

– А пить что-нибудь будете? – поинтересовался официант.

Владимир посмотрел на нетрезвую Ларису и, улыбнувшись, спросил:

– Вам из спиртного что-то заказать?

– А как же? – тут же оживилась Лариса. – Я мешать напитки уже не буду, принесите мне ваш фирменный коктейль «Тихая гавань». Ой нет, кажется, я перепутала? А, вот вспомнила – «Тихая пристань», – весело глядя на стоявшего по стойке смирно официанта, сказала девушка.

Официант слегка поклонился и удалился выполнять заказ. Когда принесли ужин, Лариса уже приканчивала четвертый по счету бокал коктейля. Она поковырялась в тарелках и практически ничего не съела. Девушка посмотрела на Владимира затуманенными глазками и спросила:

– Молодой человек, вы не хотите пригласить даму на танец?

– С удовольствием, – улыбнулся мужчина и встал из-за столика.

Он провел Ларису в середину зала, и они начали двигаться под медленную музыку. Лариса повисла на своем кавалере и, едва перебирая ногами, не отрываясь, смотрела на улыбающуюся парочку.

– Ты только посмотри на них, никого вокруг себя не видят. Эта скотина даже не подозревает, что его жена находится рядом и наблюдает за ним. Вот ты мне скажи, неужели я такая неинтересная женщина, что от меня непременно нужно бегать на сторону?

– Вы интересная женщина, в этом не сомневайтесь, – улыбнулся Владимир. – А с черными волосами, на мой взгляд, вы еще интереснее. Там, на той фотографии, вы как-то мягче, что ли?

– Но вы, мужики, все больше почему-то на блондинок западаете? – хмыкнула Лариса и мотнула головой в сторону парочки, за которой так пристально наблюдала.

В это время Сергей оглядел зал и, даже не задержав взгляда на танцующей парочке, снова обратил свой томный взор на спутницу. Он посмотрел на часы и что-то сказал девушке. Соблазнительница утвердительно кивнула, и Сергей подозвал официанта. Лариса занервничала и оттолкнула от себя Владимира.

– Кажется, они собираются уходить, – растерянно пробормотала ревнивая жена. – Что же мне делать? Слушай, забыла твое имя, ты не поможешь мне?

– Меня зовут Владимир, а вот вы так и не представились, хотя я спрашивал вас об этом. Правда, я подсмотрел ваше имя на водительском удостоверении, но мне бы хотелось услышать его из ваших уст, чтобы было настоящее знакомство, – улыбнулся Владимир.

– Да? Видно, я пропустила твой вопрос мимо ушей. Ларисой меня зовут, будем знакомы. Слушай, Володя, помоги мне, – тут же перескочила девушка на интересующий ее вопрос. – Я сейчас, кажется, не смогу сесть за руль. Не мог бы ты немного побыть моим личным водителем?

– А куда вас нужно отвезти?

– Откуда я знаю, куда? Куда вот они поедут, туда и мы.

– Хотите, чтобы я шпионил за вашим мужем вместе с вами?

– Правильно. Именно этого я и хочу. Оказывается, иногда мужчины могут быть понятливыми? – прищурилась Лариса. – Ну так как, договорились?

– Не привык отказывать хорошеньким женщинам, – засмеялся Владимир. – Тем более что приключение обещает быть очень занятным.

– Тогда пошли, только ты меня поддерживай, что-то ноги заплетаются и подкашиваются, будто ватные, – пробормотала девушка и вцепилась в локоть мужчины. Владимир решил поменять позицию и, взяв Ларису под руку, повел к выходу.

– Стой, я, кажется, забыла расплатиться за коктейль? – резко остановилась Лариса.

– Не волнуйтесь, я за все заплатил. Пойдемте быстрее, ваша парочка тоже поднялась из-за стола. Вы же не хотите столкнуться с ними в дверях нос к носу?

– С каким бы удовольствием я откусила этот нос, – пробормотала женщина и опять резко затормозила.

– В чем дело? – спросил Владимир и посмотрел в сторону Сергея и его спутницы.

– Я же тебе сказала, что за себя буду платить сама. И вообще, мне нужно припудрить нос, – и Лариса начала рыться в своей сумочке.

– Потом припудрите, они уже рядом, – зашептал мужчина на ухо Ларисе, но она, выдернув свою руку, с упрямством осла приросла к полу. А когда Владимир попробовал ее сдвинуть с места, топнула ногой и слишком громко заговорила.

– Я не могу выйти на улицу с красным носом… это же некрасиво… Вы, мужчины, ничего не понимаете… Черт бы побрал эту пудру, где она тут спряталась?

Лариса опустилась на колени и вывалила содержимое сумочки на пол. Владимир схватился за голову, но ничего предпринимать не стал.

– Ура, нашла! – заорала Лариса, чем привлекла к себе внимание всех присутствующих в зале.

Сергей тоже слышал крики женщины, но не задержал на этом своего внимания. Его спутница, шепнув ему что-то на ухо, упорхнула по направлению к дамской комнате. Сергей направился к дверям и остановился как раз напротив ползавшей Ларисы. Она подняла голову и увидела перед собой сразу двух мужей. Женщина попыталась сфокусировать взгляд, отчего ее глаза собрались в кучку у переносицы, и со стороны создавалось впечатление, что она сильно косит, причем обоими глазами сразу. И самое удивительное было, что один глаз у нее был синего цвета, а другой карего.

– Хеллоу, бой, – помахав своему мужу ручкой, пропищала Лариса.

Сергей брезгливо посмотрел на пьяную женщину и отвернулся. Он не узнал своей жены. В это время подошла его спутница, и Сергей предупредительно открыл перед ней двери. Владимир тут же схватил Ларису в охапку, сгреб в сумочку разбросанную по полу косметику и поволок девушку к выходу, смущенно улыбаясь охранникам, которые, распахнув двери, понимающе ухмылялись.

– Но, но! Поаккуратней, я же не мешок с картошкой? – попробовала сопротивляться Лариса, но была зажата в тиски необыкновенно сильных рук. На улице она уже болтала ногами в воздухе и ворчала откуда-то снизу. – Сила есть, ума не надо… ик… брр.

Глава 3

Владимир закинул ее на сиденье своего автомобиля и завел мотор.

– Эй, эй, а как же моя машина? Она что же, так и останется здесь? Я, между прочим, отвечаю за нее головой, это не моя машина, а моей подруги.

– Ничего с вашей машиной за ночь не случится, здесь охраняемая стоянка. Так что, думаю, голова ваша тоже останется на месте. Правда, в этом я начинаю сомневаться. Вы пьете как заправский завсегдатай ночных клубов.

– Да я вообще не пью… мне нельзя, мозги теряю.

– Про мозги это вы точно заметили, вы растеряли их где-то между вторым и четвертым стаканом.

– Поэтому и не пью. Сегодня исключительный случай, муж наставил мне рога, и у меня уже от их тяжести сводит шею. Что ты вообще можешь понимать о моем состоянии? – перешла на пьяный крик Лариса. – Вот ты скажи, скажи, тебе когда-нибудь изменял муж? Ты когда-нибудь испытал горечь измены?

– К счастью, я никогда не был «замужем», – засмеялся Владимир и попытался успокоить девушку. – Лариса, вы очень привлекательная женщина, в вашей жизни еще столько будет мужчин, что устанете отшивать. Или вы так сильно любите мужа, что не можете расстаться с ним?

– Люблю ли я Сергея? – задумчиво проговорила Лариса. – А ты знаешь, я даже не могу ответить на этот вопрос. Может, и люблю, а может, и нет. Черт, да какая разница, при чем здесь вообще любовь? – удивленно проговорила девушка и посмотрела на Владимира разными глазами. – Он мне изменил, предал, понимаешь? Всего четыре года женаты, а уже налево побежал. А что же дальше будет? У тебя ничего выпить нет?

– Может, хватит?

– Я сама знаю, когда хватит, а когда не хватит. Сейчас еще не хватит. Хочу выпить и оторвать своему муженьку все выпирающие части тела…

– Вот, есть только коньяк. Думаю, правда, что для вас это слишком крепкий напиток, – и Владимир открыл бардачок.

– Давай свой коньяк, меня сейчас никакие напитки не берут: ни крепкие, ни слабые.

Лариса отвинтила пробку и приложилась к плоской фляжке. Она сделала несколько глотков, и всю ее передернуло, словно от озноба, потом, прищурив один глаз, посмотрела на фляжку и покачала головой:

– «Арарат» пять звездочек, я бы ему присудила двадцать пять. Он что же, с перцем, что ли? По-моему, у меня кишки задымились…

На последних словах Лариса, икнув, привалилась к плечу Владимира и сладко засопела.

– О, женщины! – хохотнул Владимир и повернул вслед за машиной Сергея.

Он не выпускал из поля зрения впереди идущий автомобиль и то и дело поглядывал на спящую женщину.

– И откуда ты свалилась на мою голову? – с улыбкой прошептал мужчина и вдруг услышал сонное бормотание.

– Сам дал мне прикурить, и ни на какую голову я тебе не сваливалась.

– Вы еще что-то, оказывается, соображаете и ухитряетесь отвечать? – засмеялся Владимир.

– Ага. Я всегда все слышу… ой, мамочки, ресницы слиплись, не могу глаза открыть. Где моя пудреница?

– Хотите припудрить носик?

– Где мы? – Лариса приподняла голову.

– Едем по Брестской, сейчас свернем на Тверскую.

– Значит, правильно, они едут к этой курице домой, сегодня он забрал ее там, чтобы ехать в ресторан. Сейчас, наверное, поднимется к ней и останется на ночь. Я предупреждала, что буду ночевать у мамы, так что ему некуда торопиться. Вот скотина, чтоб ему импотентом стать. Мне нужно знать номер квартиры.

– Вы что же, собираетесь нагрянуть к ним в гости?

– А что, это идея. Представляю, как Ефимов обалдеет. Пойдем вместе? – оживилась Лариса.

– Нет уж, увольте. Я совсем не привык к семейным сценам, да еще с мордобоем, – покачал головой Владимир и усмехнулся.

– Драться не буду, даю честное благородное, просто посмотрю на подлую физиономию благоверного, как она вытянется, и уйду. Очень хочется прихлопнуть его, как таракана.

– Он что же, настолько вас боится?

– Нет не меня, а моего отца. Ведь фактически Сергей полностью зависит от него. И если папа перестанет его финансировать, фирме мужа придет полный… ну, в общем, этот самый… Конец я хотела сказать. Теперь я верю отцу, он мне еще тогда, четыре года назад, говорил, что Ефимов совсем меня не любит, а хочет жениться из-за денег.

– Вы богаты?

– Какой там, – махнула Лариса рукой. – У меня в кармане – блоха на аркане, я даже и делать-то ничего не умею. Это отец – деловой человек, все старается меня хоть чему-то научить, я ведь единственная у него. А у меня мозги, видно, не в ту сторону повернуты. Я рисовать очень люблю, а папа говорит, что это все одно баловство. Настоящие деньги, мол, зарабатывает только финансист или бизнесмен. А я, между прочим, на портретах тоже кое-какие денежки имею. Уже четвертый год хожу в художественную студию. Вот где я получаю настоящее удовольствие, прямо балдею. Наш председатель говорит, что я – портретист от бога. Портреты у меня лучше всего получаются. Хочешь, тебя нарисую? Ну вот, о чем это я говорила? А, вспомнила. Отец настоял, и мне пришлось поступить в финансовую академию, чтобы не обижать родителя. Ну проучилась я там с горем пополам два с половиной года и бросила, больше не выдержала. Что я могла с собой поделать? Смотрю на цифры, и меня начинает тошнить. Решила побыстрее замуж выскочить, чтобы отец оставил меня в покое. Пусть зятя своими финансами мучает.

– Ну и как, мучает?

– Да. Сергей в его фирме два года на зарплате сидел, потом старик смилостивился и отпочковал его. Теперь у Сергея своя фирма, но финансово отец все равно его на крючке держит. Мне сказал, что это временно, пока не удостоверится, что наша семья – не блеф, а нормальная ячейка общества. Хочет, чтобы я ему внука родила, а я что-то опасаюсь. Да и Сергей не очень горит желанием пеленками заниматься. Теперь-то я понимаю почему, а то все вешал лапшу на уши: «Дорогая, нужно немного подождать, я хочу быть уверенным, что сумею сам обеспечить своего ребенка, не хочу зависеть от твоего отца».

– А я, дура, и верила. Думала, молодец у меня муж, имеет свое достоинство, а это достоинство, видно, только в штанах и осталось.

В это время они подъехали к тому же семнадцатиэтажному дому, у которого Лариса уже была, когда следила за мужем. Сергей с блондинкой уже вошли в подъезд, а Владимир и Лариса остались сидеть в машине.

– Иди скорее, посмотри, в какую квартиру они войдут.

Владимир нехотя покинул машину и поспешил к подъезду. Дверь была открыта, и мужчина проскользнул по лестнице на второй этаж.

С третьего доносились голоса и смех. Владимир увидел, куда нырнула парочка, спустился вниз и, не спеша, пошел к машине.

– Ну что? – нетерпеливо спросила Лариса.

– Третий этаж, квартира тридцать девять.

– Подождем, пока они там расслабятся, а потом – вперед, – нервно хихикнула обманутая супруга.

– И как вы себе это представляете? Они ведь могут и не открыть. Там, между прочим, дверь металлическая, взломать не получится.

– Зачем же ломать? Ты позвонишь и скажешь, что так, мол, и так, для вас срочная телеграмма.

– Ума у вас палата, а для кого телеграмма-то? Ведь я даже не знаю, как зовут эту девушку, о фамилии я уже молчу.

– Зовут ее, кажется, Кристина. А может, и не Кристина, я точно не помню, – потерла Лариса лоб. – Нет, точно Кристина, сейчас я на листочке с телефоном посмотрю, – и девушка начала рыться в своей сумочке.

– Все равно не пойду, ведь когда приносят телеграмму, в первую очередь называют фамилию, – не сдавался Владимир.

– Да, об этом я как-то не подумала. Действительно, ерунда получается, – почесала Лариса нос и задумалась. – Ну и что же нам теперь делать? Что ты предлагаешь? – обратилась она к Владимиру таким тоном, будто он обязан был решить эту проблему.

Мужчина с удивлением посмотрел на Ларису и фыркнул:

– Ну вы и штучка. Втравили меня в историю, которая мне нужна, как телеге пятое колесо, да еще я же должен что-то придумывать.

– А что в этом такого? Ты в конце концов мужчина. К тому же вроде трезвый. Почему я не могу обратиться к тебе за советом? Или слабо бедной женщине помочь? – прищурилась Лариса и состроила такую гримасу, что Владимир, глянув на нее, весело захохотал.

– Милая Лариса, я согласился вам помочь, потому что хорошо воспитанный человек. Но быть вашим сообщником и помогать вам врываться в чужую квартиру я не собирался. Вот доставить домой, чтобы с вами по дороге ничего не случилось, – это, пожалуйста, но не более того.

Лариса уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, но в это время к дому подъехала машина «Скорой помощи». Из нее вышли двое мужчин с носилками и прошли в тот же подъезд, где полчаса назад скрылась влюбленная парочка.

– У каждого свои проблемы, – вздохнула Лариса. – Кто-то придумывает, как с поличным застукать муженька, а кто-то в это время болеет. Вон «Скорую» вызывают. Жизнь продолжается, несмотря ни на что, и никому нет дела, что Ларке Ефимовой изменяет муж. Причем самым наглым образом. И никто-то ей не хочет посочувствовать, – и она зашмыгала носом.

– Что дальше-то? – задал вопрос Владимир. – Может, домой вас отвезти? Не сидеть же здесь всю ночь? У меня совершенно отсутствует желание смотреть на ваши слезы.

– Какая же я идиотка, нужно было видеокамеру с собой взять и заснять все это, тогда были бы неопровержимые доказательства, – бормотала Лариса, совершенно не слушая, что ей говорит спутник.

– Вы меня слышите? – повысил голос Владимир.

– Конечно, слышу, что я глухая, что ли? – огрызнулась девушка.

– Ну и что будем делать? Мне совершенно не хочется сидеть здесь с вами до самого утра.

– Не мешай мне, дай подумать, – отмахнулась Лариса от Владимира, как от назойливой мухи.

– Только не очень долго думайте, – проворчал мужчина и многозначительно взглянул на часы.

Минут через двадцать из подъезда вышел врач, санитары несли за ним носилки. На них лежало тело, прикрытое простыней.

– Во, кого-то в больницу забирают, наверное, инфаркт.

– Почему именно инфаркт? Может, еще что-нибудь? – удивился Владимир.

– Ну с чем-нибудь другим человек сам может идти, своими ногами, а здесь на носилках несут, – сделала заключение Лариса.

– Я не согласен, меня однажды так радикулит скрутил, что я до туалета не мог самостоятельно дойти.

– Ха, ха, ха, радикулит, тебя? – засмеялась Лариса.

– А что здесь смешного? Я что, не живой человек? – обиженно проговорил Владимир.

Девушка оглядела его и заявила:

– На вид ты такой здоровый и сильный, поэтому очень трудно представить тебя беспомощным. Так что не сочиняй. А вот я практически никогда не болею, не знаю почему, но от меня все недуги шарахаются, как черт от ладана.

– Это же здорово, когда человек не болеет.

– Зато другие напасти сыпятся, как из рога изобилия. Мои подруги говорят, что я ходячее недоразумение, все у меня – через то самое место, через заднее.

– Охотно верю, – засмеялся Владимир.

– Мой муж в день свадьбы назвал меня бедоносицей, и с тех самых пор продолжает так называть, – пропустив мимо ушей смех мужчины, продолжала вспоминать Лариса.

– Это почему же?

– Мы когда в загс приехали, Сергей в мужскую комнату прошел. Когда сделал то, зачем пришел, стал застегивать молнию на брюках… – не договорив, Лариса закатилась в истерическом смехе. Отсмеявшись, она продолжила: – Молнию заело, он ее дергал, дергал и додергался до того, что защемил свое мужское достоинство… Представляешь, всю церемонию бракосочетания Ефимов простоял с вытаращенными глазами, – Лариса снова захохотала.

– Ой, не могу, сейчас скончаюсь. Вместо Воробьевых гор нам пришлось срочно ехать в ближайший травмпункт. Доктор быстро справился с поставленной перед ним задачей, но первую брачную ночь пришлось отложить на неделю. Вот после этого муж и назвал меня бедоносицей. И вообще, во всех неприятностях, которые с ним случаются, он почему-то винит меня.

– А при чем же здесь вы, если молнию заело? – не понял Владимир.

– Все дело в том, что этот костюм перед самой свадьбой мы вместе покупали. Но он не понравился Сергею, и муж категорически не хотел его брать, а у меня, как говорится, «рога выросли». Как это так, меня и не слушаться? Естественно, я добилась своего, и костюм мы купили именно этот, про результат я тебе уже рассказала. Слушай, Володь, а давай мы с тобой поднимемся и послушаем под дверью. Может, что-нибудь услышим? – моментально перескочив на другую тему, предложила Лариса.

– Интересно, что вы собираетесь услышать через металлическую дверь?

– Ну мало ли? – неопределенно пробормотала девушка. – И еще у меня к тебе просьба: хватит мне выкать, а то складывается впечатление, что я старше тебя по меньшей мере лет на сто.

– Хорошо, перехожу на ты, если тебе так удобнее, – улыбнулся Владимир.

– Ну что, поднимемся? А потом, даю честное слово, мы отсюда уедем. Отвезешь меня домой, а завтра я заберу свою машину от того ресторана, если, конечно, вообще найду эту «Тихую пристань». Я так была занята преследованием, что видела только задний бампер своего мужа… Ой, что-то я не то сказала, видела задний бампер машины своего мужа. По каким улицам ехали, даже не заметила.

– Я дам тебе свой телефон, если не сможешь найти, позвонишь, я подскажу.

– Договорились, только сейчас давай все же поднимемся.

– Что мне с тобой делать? – тяжело вздохнул Владимир.

– Ничего со мной не нужно делать, выходи из машины, – улыбнулась Лариса и открыла дверь со своей стороны. – Ты же не хочешь, чтобы я вляпалась в историю в одиночестве?

– Интересное дело, в какую же историю ты собираешься вляпаться вместе со мной? – воззрился на девушку мужчина.

– Еще не знаю, но ведь там наверняка имеются соседи. Вдруг увидят, что я что-то вынюхиваю, и сдадут меня куда следует? Объясняй тогда, что я не гиппопотам.

– А если мы будем вдвоем вынюхивать, значит, не сдадут? – усмехнулся мужчина. – Логика у тебя, Ларис, просто сногсшибательная. Ладно, пошли. – И Владимир нехотя вышел из машины.

Они тихонько поднялись на третий этаж и остановились у нужной квартиры. Владимир облокотился о перила, а Лариса прижалась ухом к двери.

– Ничегошеньки не слышно, глухо как в танке, – прошептала девушка и со злостью топнула ногой. – Ну и трахайтесь там до посинения, чтоб вам пусто было, – прошипела Лариса и махнула Владимиру рукой.

– Все, уходим, пошли они все к той самой матери. Что я в конце концов так переживаю? Поехали, отвезешь меня домой, – и Лариса, спотыкаясь, поплелась по лестнице вниз.

Она неуклюже оступилась и уже была готова спикировать носом до первого этажа, но была подхвачена сильными руками и поставлена в вертикальное положение.

– С… спасибо, – пробормотала женщина и окончательно повисла на руках у Владимира.

– Вот, не было печали, черт побери, – заворчал мужчина и поволок спутницу к машине. – Может, скажешь, по какому адресу тебя отвезти?

– К черту на рога или к его бабушке, – еле ворочая языком, дала «адрес» девушка.

– На такое расстояние у меня бензина не хватит, хотя с удовольствием доставил бы тебя именно туда. Давай, влезай в машину, что повисла, как куль с …

Лариса моментально выпрямилась и глянула на Владимира почти осмысленными глазами.

– Эй, кавалер, кто же так за дамой ухаживает? Разве можно сравнивать ее с … с чем ты там меня хотел сравнить? – прищурилась Лариса.

– Ничего себе заявочки, – усмехнулся Владимир. – С чего это ты взяла, что я за тобой ухаживаю? Навязалась на мою голову, вот и вожусь с тобой. Уже бы давно седьмой сон досматривал.

– Сказки рассказывай своей прабабушке. Я что, не вижу, какими ты маслеными глазками на меня смотришь? – фыркнула Лариса и, опять споткнувшись, ухватилась за мужчину. – Все вы, мужики, одним миром мазаны, и мыслительный процесс у вас сконцентрирован исключительно в штанах. Скажешь, неправду говорю? А ну, давай проверим…

Владимир моментально отреагировал чисто по-мужски, поспешно сдвинув колени.

– Ха, ха, ха, как тебя скрутило-то, ой не могу, – захохотала девушка, сложившись пополам.

– Ты что же, неужели подумал, что я и вправду полезу к тебе в это место? Обижаешь, начальник, я хорошо воспитанная дама…

– Хватит, Лариса, поехали, – резко оборвал Ларису Владимир. – Я уже очень много времени с тобой потерял, у меня своих дел невпроворот. – И мужчина насильно запихнул девушку в машину.

За тридцать минут они доехали до дома Ларисы, и Владимир, проводив ее до самой двери, откланялся.

– Зайти не хочешь? Выпьем, за жизнь поговорим, – предложила она, пыхтя над дверным замком, в отверстие которого категорически не хотел попадать ключ. – Ну что смотришь? Не видишь разве, что ключ у меня какой-то кривой, не хочет в замок влезать. Мог бы и помочь даме.

Владимир выхватил из Ларисиных рук ключ и сразу же открыл дверь.

– Прошу, – мужчина сделал рукой жест, приглашающий в дом.

– Только после вас, – попыталась расшаркаться Лариса, но, подвернув ногу в туфле на высоком каблуке, кубарем влетела в собственную прихожую.

Владимир в нетерпении закатил глаза и перешагнул через распластавшуюся на полу Ларису. Рывком подняв женщину на ноги и, поставив прямо перед собой, он тряхнул ее так, что у бедняги застучали зубы.

– Ты в порядке? – заглянул он девушке в глаза.

– В полном, – кивнула она головой и начала разуваться.

– Тогда я пошел? Не забудь вторую линзу вытащить, у тебя глаза разные. Все, я уже ушел.

– Иди, я тебе позвоню, ты мне вроде телефончик свой обещал.

– Я в твою сумочку визитку сунул, так что найдешь. Пока, Лариса, надеюсь, в стенах родной квартиры с тобой ничего не произойдет. Мне, в самом деле, пора. Думаю, что в следующий раз мы с тобой встретимся при более благоприятных обстоятельствах. Спокойной ночи. – И мужчина торопливо скрылся за дверью, при этом проворчав:

– Терпеть не могу пьяных женщин, а на вид такая симпатяжка.

– Иди, иди, потом пожалеешь, – бормотала Лариса, направляясь в кухню. – Не очень-то ты мне и нужен, мне и одной неплохо, сейчас открою себе бутылочку шампанского и продолжу банкет, – продолжала она бубнить себе под нос.

Покачиваясь, Лариса открыла холодильник. На полочке стояли две запотевшие бутылки шампанского «Брют».

– Не люблю я открывать эти бутылки, вечно у меня половина добра попадает на потолок или на чью-нибудь голову. Однако попробую.

И девушка, взяв в руки полотенце, начала открывать бутылку. Пришлось немного попыхтеть, но, к ее удивлению, бутылка осталась полной.

– Вот это я понимаю, на трезвую голову так бы не получилось.

Лариса присосалась прямо к горлышку.

– Ох, хорошо-то как, холодненькая!

В это время зазвонил телефон, и девушка, покачиваясь, подошла к аппарату.

– Хеллоу, – пропела Лариса в трубку. Сначала там кто-то недоуменно крякнул, но потом она услышала:

– Я говорю с Ефимовой Ларисой Петровной?

– Ну пока вроде Ефимова, и что?

– Вы ждете мужа?

– Неа, не жду, он сегодня занят. Трахает блондинку, у которой ноги растут прямо из ушей, – пробубнила Лариса и отхлебнула еще глоток из бутылки. На другом конце провода опять немного помолчали, потом твердым голосом проговорили:

– Я оценил вашу шутку, но послушайте меня внимательно. Мужа не ждите, он сегодня не придет, он у нас. И если вы в течение трех дней не заплатите за него двести пятьдесят тысяч долларов, то мы пришлем вам по почте его уши.

– А за каким мне его уши? Я вам буду очень признательна, если вы его кастрируете и пришлете, ик… по почте его причиндалы. Остальное можете оставить себе… ох!

– Что это с вами? – растерянно проговорил мужчина.

– Это у меня шампанское в горле булькает. Знаете, такие пузырьки? Заходи, вместе выпьем, ик…

– Вы что, пьяны? – раздраженно спросил голос.

– Я пьяная? Да как вы смеете? Я трезв, как стек… стеклышко, то есть трезва, ик…

– Пьяная дура! – зло гаркнули в ухо девушке и отключились.

Лариса с возмущением посмотрела на пикающую в ее руке трубку и, приставив ее ко рту, гаркнула:

– Сам такой, козззел!

Женщина бросила трубку и поплелась в спальню, задевая все углы, которые можно было задеть. Она то и дело прикладывалась к бутылке и ворчала между глотками:

– Уши по почте. А на хрена мне его уши? Холодец варить? Придурки!

Наконец, добравшись до места, Лариса, прищурившись, глянула на двуспальную кровать и, качнувшись пару раз, плюхнулась на нее прямо в одежде, утопив нос в пуховой подушке.

Глава 4

Лариса очнулась от непонятных звуков. В квартире явно кто-то находился, но, что это не муж, девушка почему-то была уверена. Голова ее гудела как высоковольтные провода, а язык намертво присох к нёбу. Лариса взглянула на окно и поняла, что была глубокая ночь.

Осторожный звук вновь повторился, и девушка напряглась. Потом тихонько поднялась с кровати и обнаружила, что сжимает в руке бутылку из-под шампанского. В ней еще что-то булькало, и Лариса с наслаждением допила остатки спиртного. Таким образом, промочив горло, она на цыпочках подошла к двери и заглянула в щелку. В комнате никого не было, но дверь в кабинет мужа была приоткрыта, и Лариса увидела тусклый лучик света, скользнувший по полу. Она тихонько, опять на цыпочках подкралась к кабинету и заглянула внутрь. Спиной к ней стоял мужчина. Он что-то искал в столе Сергея, освещая ящики фонариком.

«Интересно, как он попал в квартиру, или я спьяну дверь забыла закрыть? – подумала Лариса, продолжая наблюдать за незнакомцем. – Черт меня побери, а кто же это вообще такой? Неужели вор? Ну держись, мародер, я тебе покажу, как к порядочным людям в квартиру вламываться!» – и Лариса, издав победный клич индейцев апачи, влетела в кабинет.

Она в два прыжка оказалась рядом с мужчиной и со всего маху опустила ему на голову бутылку, которую сжимала в руке. Злоумышленник охнул, повернулся и, глупо улыбнувшись, повалился к ногам воительницы.

– Вот так! – с удовлетворением заключила Лариса, поглядев на поверженное тело врага. Она перешагнула через распростертого на полу мужчину и, довольная собой, покачиваясь, прошла на кухню.

Лариса открыла холодильник и извлекла оттуда литровую пачку апельсинового сока. Только опустошив наполовину пакет, девушка удовлетворенно вздохнула и присела на стул.

– Нет, нельзя мне пить, это точно. Состояние – хуже не придумаешь, еще и воришки по дому разгуливают, как по своему собственному.

В мозгах постепенно начало проясняться, и до Ларисы вдруг дошло, что в кабинете ее мужа лежит человек, которого она только что огрела тяжелой бутылкой.

«Ой, мамочки, а вдруг я его убила? Что же мне тогда делать?» – промелькнуло у нее в голове.

Девушка вскочила и как ошпаренная понеслась в кабинет – посмотреть на творение рук своих. Незнакомец по-прежнему лежал и не шевелился. Она осторожно заглянула ему в лицо и отметила, что никогда прежде его не видела.

– Эй, ты живой? – окликнула лежавшего на полу девушка. Мужчина не подавал признаков жизни. Лариса толкнула его мыском ноги. – Эй, что молчишь-то? Давай вставай, а то я сейчас в милицию позвоню…

В ответ тишина.

– Кажется, умер. Ой, мамочки, что же делать-то? Что делать? Как же это? Что же это? Я не хотела, честное слово, не хотела. Может, показалось… может, он еще живой?

Лариса снова приблизилась к распростертому на полу телу и, наклонившись, зашептала:

– Слушай, ну скажи хоть словечко. Ты живой или не живой?

Мужчина по-прежнему не подавал признаков жизни, и Лариса, присев на корточки, боязливо дотронулась до его руки. Ощутив, какая она холодная, девушка вскрикнула и заметалась по комнате, не зная, что предпринять. Хватать телефон и звонить в милицию или бежать отсюда, куда глаза глядят. Она выскочила в прихожую и, не попадая ногами в туфли, стала натягивать на себя плащ. Потом, случайно взглянув в зеркало, увидела там какую-то всклокоченную блондинку, которая таращилась на нее бешеными глазами разного цвета.

– Аааа! – заорала Лариса не своим голосом и села на пол.

Потом, тряхнув головой, она, наконец, сообразила, что увидела в зеркале свое собственное отражение, и облегченно перевела дух.

– Так, Ларочка, возьми себя в руки и подумай, что делать дальше, – стала успокаивать себя девушка. – Может, позвонить отцу? Нет, у старика слабое сердце, как услышит такое, все, хана ему придет. Не переживет он известия о том, что его дочь грохнула человека. Хоть и вора, но все равно тварь божью. Может, мужу, кобелю такому, звякнуть и обрадовать сообщением: в кабинете у него с комфортом расположился свеженький труп? Бумажка с телефоном его пассии лежит где-то у меня в сумочке.

Лариса схватила сумочку и вывалила все содержимое на пол. Девушка лихорадочно разбрасывала все, что попадалось под руку, искала ту бумажку. В руки попала визитка, и Лариса, нахмурившись, пригляделась к белому прямоугольничку.

– Чья это, интересно? Так: «Гончаренко Владимир Романович». Частное детективное агентство «Холмс». Решаем даже самые запутанные проблемы». О, как же я могла про него забыть? Вот кто мне нужен, Владимир! Он, кажется, в курсе моих проблем с мужем. Что я ему там вчера плела? Ай, да какая разница? – и женщина помчалась в зал, чтобы позвонить по номерам, указанным в визитке.

Один телефон не отвечал, мобильный был отключен, и Лариса, не теряя надежды, набрала третий. Трубка издала не менее десяти гудков, прежде чем на другом конце провода соизволили ее взять. Лариса услышала недовольный сонный голос:

– Алло, ну кто там еще?

– Володя, это Лариса, помнишь меня? – торопливо закричала девушка в трубку.

– Очень хотел бы забыть, но, как вижу, это будет довольно затруднительно при твоем темпераменте. Ты хоть на часы посмотри, сколько сейчас времени?

– При чем здесь время? – взвизгнула Лариса. – У меня в квартире валяется труп, и я не знаю, куда его девать.

– Что валяется? – не понял мужчина. – Ты что, еще что-нибудь пила?

– Ничего я не пила! – выходя из терпения, заорала девушка. – Я повторяю: у меня в квартире лежит труп, который я огрела бутылкой по голове.

– Кого огрела? Труп?

– Тогда он еще не был трупом, а был мужчиной. То есть не мужчиной, а вором, и я его бутылкой… и теперь он спокойно лежит, а я беспокоюсь, не знаю, что с ним делать.

– Да, дорогая, без бутылки с тобой не разобраться. Мелешь черте-те чего, – пробормотали на другом конце провода и замолчали.

– Володя, почему ты молчишь? – дрожащим голосом спросила Лариса и замерла в ожидании ответа. Мужчина тяжело вздохнул и проворчал:

– Ладно, сиди, не дергайся, я сейчас приеду.

– Володя, только ты побыстрее, а то я покойников ужас как боюсь.

– Через пятнадцать минут буду, я от твоего дома недалеко живу. Дверь посмотри, закрыта? Запрись и сиди, никого не пускай и не выпускай.

– Никого не пущу, а выпускать вроде некого, если, конечно, труп уйти не захочет. Ой, мамочки, Володя, приезжай побыстрее, я так боюсь, прямо все поджилочки трясутся. Слушай, а можно я тебя во дворе на лавочке подожду?

– Сиди дома и жди, – рявкнул Владимир и отключился.

Лариса посмотрела на трубку и проворчала:

– Тебе хорошо говорить, сиди дома. Сам бы попробовал с покойником посидеть, да еще ночью, я бы посмотрела на тебя.

Лариса на цыпочках прокралась к двери ванной комнаты и, влетев туда, закрылась на щеколду. Зубы ритмично отбивали чечетку, а коленки подпрыгивали им в такт.

– Может, душ принять? Вспотела, как грузчик. Нет, дождусь Владимира, решим вопрос, а уж потом буду заниматься водными процедурами, а сейчас только зубы почищу.

Лариса включила воду, взяла в руки зубную щетку и задумалась, вспоминая события прошлого вечера. «Больше сроду в рот спиртного не возьму, только бы все произошедшее было простым кошмарным сном». Женщина прекрасно понимала, что мертвый мужчина вполне реален, но старалась хоть как-то себя успокоить.

– Что, черт возьми, он забыл в нашем доме? Почему рылся в столе Сергея? Что, в конце концов, он там искал?

На все эти вопросы мог ответить только один человек, но он, к сожалению, был мертв, и говорить по этой причине теперь не мог.

– Я защищалась, хотя он и не нападал на меня, но вполне мог это сделать, если бы я его не опередила. Может, вызвать милицию и сказать, что этот тип хотел меня убить? За самооборону мне ничего не будет.

В это время раздался звонок в дверь, и Лариса от неожиданности подпрыгнула и стукнулась головой о сушилку. Потирая ушибленное место, она сперва высунула из ванной нос, а потом, осмотревшись, на цыпочках подошла к входной двери. Заглянув в глазок, девушка убедилась, что это Владимир, и, облегченно вздохнув, щелкнула замком. Лариса схватила его за руку и втащила в прихожую. Потом, убедившись, что на лестничной площадке никого нет, захлопнула дверь. На этот раз на Владимире был не элегантный костюм, как вчера вечером, а джинсы и кашемировый джемпер. Лариса хоть и была испугана и расстроена, но все же отметила, что такой стиль ему очень к лицу. И еще она успела отметить, что вещи довольно дорогие.

– Ну что еще здесь у тебя произошло? – спросил Владимир, глядя на взъерошенную и похожую сейчас на ведьму Ларису.

Она, ни слова не говоря, потащила его в гостиную и там бесцеремонно толкнула мужчину на диван. Сама же встала перед ним, сложив руки лодочкой, как перед иконой, и заговорила шепотом:

– Представляешь, просыпаюсь я и слышу, что в квартире кто-то есть. Когда в дверь кабинета заглянула, смотрю, а он в письменном столе у Сергея роется. Ну я его и приласкала бутылкой, вор же. А он, недолго думая, возьми да и скончайся. Какое он имел право умирать в чужой квартире? Что теперь делать-то? – на одном дыхании выпалила Лариса и уставилась на Владимира сумасшедшими глазами.

– Как что? В милицию звонить, – спокойно заявил Владимир.

– С ума сошел? – взвилась Лариса и заметалась по комнате. – Мой отец в порошок меня сотрет, если я буду замешана в каком-нибудь криминале.

– Так ты же защищалась. Вор в твою квартиру залез, это самооборона.

– Ой, Володя, но человек-то мертв, все равно убийство, суда не миновать.

– А что же ты от меня-то хочешь? Чем я тебе могу помочь?

– Как это чем? Ты что, не мужик? Помоги мне от трупа избавиться.

Владимир вытаращил на девушку глаза и возмущенно выдохнул:

– Вот придумала, так придумала. Во что, интересно, ты меня хочешь втянуть? Чтобы я с трупами возился? А если нас с тобой застукают за этим занятием. Меня же лицензии лишат. Ай, да что там лицензия, посадят за милую душу, это хоть ты понимаешь?

– Я прекрасно все понимаю, не дура. Но ты не можешь меня бросить в беде, оставить наедине с посторонним трупом.

– Слушай, Лариса, что ты ко мне привязалась? Ну что я сделал тебе плохого? Мне совершенно не хочется иметь дело с каким-то воришкой, которого ты укокошила. Для таких случаев имеется милиция.

Лариса нервно металась по комнате. Владимир смотрел на нее сочувствующим взглядом и, наконец, тяжело вздохнув, сдался.

– Давай веди, показывай твой посторонний труп. Боже, и за что ты сбросил на мою голову эту бомбу замедленного действия?

– Не пойду, я боюсь, сам иди, он вон там, в кабинете лежит на полу возле письменного стола. А за бомбу ответишь, – прошипела девушка.

Владимир решительным шагом направился к кабинету, на всякий случай вытащив пистолет из-за пояса.

– Ой, у тебя настоящее оружие есть? Как здорово! – восхищенно прошептала Лариса и последовала на цыпочках за Владимиром.

Лариса вытягивала шею, силясь хоть что-нибудь увидеть из-за широкой спины мужчины. Он вошел в кабинет, она тут же остановилась и замерла на месте. Через несколько минут Владимир спокойно вышел оттуда и, усмехнувшись, посмотрел на Ларису.

– Ну и где же твой труп?

– Как это, где? Ты что, слепой, что ли? Там он, на полу лежит.

– Никто там не лежит, пойди сама посмотри.

Лариса ринулась в кабинет и застыла на пороге, удивленно озираясь по сторонам. Она даже встала на колени и стала ползать по комнате, заглядывая под диван, под стол и под кресло.

– Ты что делаешь? – удивленно спросил Владимир.

– Труп ищу, не видишь, что ли? Может, он под диван заполз?

– Кто заполз, труп? – закатывая глаза и дергаясь от смеха, поинтересовался Владимир.

Лариса вытащила голову из-под дивана и, сморщив нос, чихнула несколько раз подряд.

– Нужно помыть там, пыли набралось, ужас! Слушай, Володь, а куда же он ушел?

– Кто?

– Кто, кто? Конь в пальто. Что ты такой несообразительный? Я же о трупе говорю.

– Если ему удалось уйти, значит, это уже не труп, а живой человек. Я думаю, что тебе просто приснился кошмарный сон, – сделал заключение мужчина.

Лариса посмотрела на него уничтожающим взглядом и прошипела:

– Не нужно делать из меня идиотку. Я, конечно, была с похмелья, но прекрасно все соображала. А это что, ты мне не скажешь? – и девушка показала на бутылку, валявшуюся под столом.

– Бутылка из-под шампанского, – пожал Владимир плечами.

– Так я же его вот этой бутылкой и шарахнула. Он прямо к моим ногам так и рухнул. Лежит и не дышит. Где же он, черти бы его разорвали?

– Тебя не поймешь, был труп, было плохо, нет трупа, опять плохо. Что тебе нужно, в конце концов? Радуйся, что твой труп сбежал и решил все твои проблемы.

– Да я, конечно, радуюсь, только ума не приложу, как ему удалось сбежать, а я ничего не заметила? Может, когда я в ванной комнате сидела, пока тебя ждала, поэтому ничего и не слышала? А может, он в окно вылез?

– Ага, если учитывать, что здесь десятый этаж, то я ему не завидую, – проговорил Владимир и покрутил пальцем у виска.

– Это ты мне показываешь? – окрысилась Лариса.

– А то кому же? Слушай, может, я пойду? Спать хочу, умираю.

– Никуда ты не пойдешь, – категорически заявила хозяйка квартиры. – Вон, постелю тебе на диване, спи на здоровье, а оставаться одной здесь после всего я отказываюсь.

– Я не привык спать на чужой постели, – попробовал отвертеться Владимир, но не тут-то было.

– Тогда бери меня с собой, я буду спать в твоей квартире, у меня подобных привычек нет, – скороговоркой проговорила Лариса и направилась к прихожей.

– Только этого еще не хватало, – подпрыгнул Владимир на диване, на котором только что удобно примостился. – Уж лучше тогда я здесь расположусь, а то тебя потом не выселишь.

– Так-то лучше, – облегченно вздохнула Лариса. – Вдруг он вздумает вернуться?

– Кто? – зевая во весь рот, спросил Владимир.

– Труп, кто же еще? – озираясь по сторонам, прошептала девушка и еще раз заглянула под диван.

– Слушай, хватит чепуху молоть, дверь закрыта, я здесь, все в порядке.

– Так раньше дверь тоже была закрыта, он же как-то вошел? А может, я ее забыла закрыть? Ничего не помню, – Лариса потерла лоб.

– Чтоб я еще когда-нибудь прикоснулась к спиртному? Да никогда в жизни. Это же надо такого натворить? Живого человека и бутылкой по голове! Вроде кто-то звонил мне вчера, только вот что говорили, убей, вспомнить не могу. Что-то насчет мужа… Ай, ладно, нужно будет, еще позвонят.

– Ларис, кстати, о муже. А если твой благоверный вернется и застанет меня здесь, тогда что?

– Ничего! – рявкнула девушка. – Ему, значит, можно к чужим бабам бегать, а я что, не люди?

– Предупреждаю сразу, я зря драться не привык. Не так воспитан.

– Очень хорошо, располагайся тогда в моей спальне, а я сейчас душ приму и приду.

– Куда придешь? – удивился Владимир.

– Сам сказал, что зря драться не любишь. Вот чтобы было не зря, я спать с тобой лягу, – заявила Лариса и, резко развернувшись, понеслась в ванную, оставив мужчину с открытым от изумления ртом.

Глава 5

Пронзительный звонок в дверь заставил Ларису кубарем слететь с кровати.

– Черт возьми, в этом доме когда-нибудь покой будет? Только уснула и опять разбудили.

– Лар, а кто это, как думаешь? – испуганно прошептал Владимир.

– Откуда же я знаю? Что не муж – это точно, у него есть ключи. Пойду в глазок посмотрю, – и Лариса на цыпочках подкралась к двери.

Звонок не переставал трезвонить, и вдруг девушка услышала голос своего отца:

– Открывайте, долго я буду под дверью стоять?

Лариса ракетой влетела обратно в спальню и сдернула Владимира с кровати.

– Прячься быстрее, отец приехал. Если тебя увидит, убьет и фамилии не спросит.

– Это за что же меня убивать? – растерялся Владимир и стал поспешно кутаться в простыню.

– Ну что ты возишься, боже ты мой? Что же ты такой неповоротливый? Давай, быстрее иди в ванную, туда отец не пойдет.

Лариса, отдавая команды Владимиру, одновременно собирала в кучу его одежду. И когда наконец ей удалось запихнуть мужчину в ванную, она бросила туда и его вещи.

– Оденься, пока я его буду отвлекать. – В дверь уже начали просто барабанить. – Иду, иду, чего ломиться-то? – ворчала Лариса, отпирая дверь.

– Почему так долго не открывала? – строго спросил отец, проходя в комнату.

– Спала я. Между прочим, нагая, – девушка вызывающе вздернула нос. – Пока оделась, пока туда-сюда. Не буду же я раздетая тебе дверь открывать?

Петр Васильевич остановился и уставился на дочь изумленным взглядом.

– Что это у тебя на голове?

– Волосы у меня на голове, прическа, – приглаживая дыбом стоявшую шевелюру, проговорила Лариса.

– Это теперь так называется? Я думал, что веник вверх метелкой, – хмыкнул мужчина и прошел в комнату.

– Сейчас так модно, вам, старикам, не понять, – пробубнила Лариса и поплелась вслед за отцом.

А старику было сорок девять лет от роду, и выглядел он, как настоящий денди. Весь его облик олицетворял воспитанность и ухоженность. Он был умен и богат.

– Где уж, нам уж? – усмехнулся Петр Васильевич. – Где твой-то? Дрыхнет все?

– Кто? – растерянно спросила Лариса.

Отец внимательно посмотрел на дочь и поинтересовался:

– Что с тобой, Лариса? Какая-то ты взъерошенная. Про твоего мужа спрашиваю, неужели не понятно? Кто же еще может здесь дрыхнуть, кто может меня интересовать?

– А его нет, – поспешно выпалила девушка.

– А где же он в такую рань, интересно?

– Понятия не имею, он не ночевал, – пожала плечами Лариса. – Кофе будешь, я сварю? – спросила она у отца.

– Кофе я выпью, только ты должна мне ответить на один вопрос. Давно это у вас?

– Что ты имеешь в виду? – спросила Лариса, направляясь на кухню. Отец последовал за ней, в недоумении приподняв брови.

– Ночевки вне дома?

– Нет, кажется, в первый раз, – безразлично ответила девушка.

– И ты так спокойно об этом говоришь?

– А что прикажешь делать? Устраивать истерику с битьем посуды? Оно мне надо?

– Ничего не понимаю, – задумчиво произнес мужчина и пошел в ванную.

– Ты куда? – испуганно заорала Лариса и, догнав отца, схватила его за полу пиджака.

– Что с тобой, дочка? Я только хотел помыть руки, – недоуменно уставившись на дочь, проговорил мужчина.

– На кухне помой, у меня в ванной кран сломался, я уже на сегодня и слесаря вызвала, – скороговоркой выпалила Лариса.

– Давай посмотрю, я ведь пока мужчина.

– Не нужно, папочка, – поспешно возразила девушка, при этом испуганно вытаращив глаза, чем еще больше удивила своего отца.

– Негоже тебе в таком нарядном костюме слесарить, на это простые сантехники имеются, – торопливо продолжала тараторить Лариса, улыбаясь отцу самой очаровательной улыбкой, на которую только была способна.

– Прекрати мелочиться, иногда самому даже интересно простую мужскую работу сделать, – отмахнулся от дочери Петр Васильевич и открыл дверь ванной комнаты. Он растерянно остановился на пороге.

– Вы кто?

– Слесарь, – охрипшим голосом ответил Владимир и нервно сглотнул.

Петр Васильевич повернулся к дочери и испытующе посмотрел на нее. Дочь как ни в чем не бывало глядела на отца кристально честными глазами.

– Надо же, оказывается, слесарь уже пришел, а я и не заметила, – брякнула она.

Отец продолжал разглядывать побледневшего Владимира, который торопливо застегивал последние пуговицы на рубашке. Потом, неопределенно крякнув, Петр Васильевич вернулся на кухню. Лариса показала Владимиру кулак, а тот только развел руками и прошипел:

– Я что, должен был в ванне утопиться и вместе с водой слиться в дырочку?

– Нечего было в ванной прятаться, мог бы просто в спальне под кровать залезть, – прошипела в ответ Лариса.

– Ну ты… ты… – возмущенно запыхтел Владимир, но мысли своей так и не высказал, потому что Лариса захлопнула дверь, чуть не прищемив ему нос.

Она как-то бочком протиснулась в кухонную дверь и выжидающе уставилась на отца.

– Кто это такой?

– Пап, тебе же ответили, слесарь.

– Дочь, я, конечно, очень тебя люблю, но это совершенно не помешает мне оторвать тебе голову и сказать, что ты такой и родилась. Имей в виду, что это было бы наказанием не за поступок, а за то, что ты хочешь сделать из своего отца дурака. Садись вот сюда на стул и рассказывай все по порядку.

Лариса тяжело вздохнула, но спорить с отцом не стала. Набрав побольше воздуха в легкие, она начала выкладывать все, что произошло с самого момента, когда она собирала вещи в химчистку. Она рассказала обо всем, умолчала только о сбежавшем «трупе». Когда дочь закончила, Петр Васильевич задумался. Немного помолчав, он наконец высказался. И речь его заключалась в единственном слове:

– Подонок.

– Кто, пап? – не поняла Лариса.

– Муженек твой, кто же еще? Я тебя предупреждал, я тебе говорил. Нет, ты же упрямая, как ишак, не послушала. Теперь вот получай. Ладно, пойду я, что-то расхотелось мне кофе пить. Как только появится Сергей, скажи, что я его срочно жду у себя в офисе. Никаких отговорок быть не может, дело касается его валютных счетов, что-то там не совсем чисто, хочу разобраться. Ты своего «слесаря»-то проводи, не нужно показывать сейчас Сергею, что ты тоже не лыком шита. Развод должен быть цивилизованным, не хочу я шепота за своей спиной, что, мол, моя дочь – шлюха. Это же надо, только познакомилась и в первый же вечер залезла к мужику в постель. Странные у вас нравы, у современной молодежи, – и мужчина с осуждением покачал головой.

– Папа, как ты можешь такое говорить? Я вовсе не шлюха, а Володя – очень порядочный мужчина.

– Поживем, увидим, – многозначительно изрек Петр Васильевич и направился к двери.

Он поцеловал дочь на прощание и просил передать матери привет, когда Лариса поедет навестить ее. Вот уже десять лет они находились в разводе, отец женился на молодой девушке, которой было тогда почти столько же, сколько сейчас Ларисе. Однако с бывшей женой остался в дружеских отношениях. В воспитании дочери он принимал самое непосредственное участие со всеми отсюда вытекающими последствиями. Молодая жена, как позже выяснилось, была бесплодной, поэтому Петр Васильевич возлагал все свои надежды на единственную дочь и ждал, что когда-нибудь она родит ему внуков.

Как только дверь за отцом закрылась, Лариса фурией влетела в ванную и заорала на Владимира:

– Ты что, больше ничего не мог придумать, как только слесарем назваться? В какое дурацкое положение ты меня поставил?

– А кем, по-твоему, я должен был назваться? – рявкнул Владимир в ответ. – Может, тараканом, случайно заползшим сюда из соседней квартиры через вентиляцию? Это ты, как говорится, без царя в голове, тоже мне придумала, куда меня спрятать. Это ты выставила меня в дурацком виде, как мальчишку, черт бы тебя побрал. Прямо как в анекдоте, только вместо мужа – отец. Впервые в жизни попадаю в такую ситуацию. С ума можно сойти, и это в мои годы, – сокрушенно качая головой, говорил Владимир, сверкая глазами в сторону девушки.

Лариса уже было раскрыла рот, чтобы продолжить баталию, но тут зазвонил телефон. Девушка опрометью бросилась в комнату и выпалила, запыхавшись:

– Да, слушаю. Кто это?

– Лариса Петровна Ефимова? – вкрадчиво проговорил мужской голос.

– Она самая. Кто это? Что нужно?

– Как я понял, вы вчера были не в форме, – и голос многозначительно хмыкнул. – Поэтому думаю, что не помните наш разговор. Перейду сразу к делу. Ваш муж у нас, и если вы в течение трех дней не выплатите за него двести пятьдесят тысяч долларов, вы никогда его не увидите. Я имею в виду, живым не увидите.

– А где мне взять те самые доллары, вы случайно не подскажете? – с сарказмом поинтересовалась женщина и усмехнулась.

– Смеется тот, милая девушка, кто смеется последним. Где вы их возьмете, ваша проблема, нам это совершенно не интересно. Делайте, что вам говорят, иначе будете получать своего ненаглядного частями по почте.

– Можете эти части оставить у себя и законсервировать для потомков, а мне он не нужен. Думаю, вы обратились не по адресу. Мне совершенно наплевать, что с ним будет, он мне больше не муж. Мы, видите ли, разводимся, так что обломчик у вас вышел, ошибочка значит.

На другом конце провода немного помолчали, но потом твердый голос заговорил:

– Мы никогда не ошибаемся. Если вы не сделаете того, о чем вас пока только просят, то можете попрощаться не только с мужем, но и со своим отцом. Он в данное время постоянно находится на мушке у снайпера. Если хотите удостовериться, выгляните в окно прямо сейчас.

Лариса подскочила к окну и увидела, как машина отца выезжает со двора. В это самое время сзади автомобиля взметнулось небольшое облачко пыли, и девушка поняла, что это была пуля.

– Хорошо, что вы от меня хотите? – упавшим голосом спросила Лариса.

– Вы хорошенько подумайте о том, что я вам сказал, а завтра я позвоню снова и передам инструкции для передачи денег.

– Но где же я могу достать такую сумму?

– Это ваши проблемы. И еще, не вздумайте все рассказать отцу, этим вы только ускорите его кончину. Про милицию я даже не упоминаю, это само собой разумеется. Имейте в виду, я не шучу. И помните, что от вашего поведения зависит жизнь ваших близких. Ведь, кроме мужа и отца, по-моему, у вас есть еще мать? – И трубка запищала короткими гудками.

Лариса растерянно вертела трубку в руках, когда Владимир вошел в комнату.

– В чем дело, Лар? Что с твоим лицом? – замер мужчина у двери.

– А что с моим лицом? – машинально переспросила девушка, думая совершенно о другом.

– Его как будто стерли, смотрится как чистое, белое полотно, – испуганно произнес Владимир.

– Мне сейчас позвонили и сказали, что Сергея похитили, – шепотом ответила Лариса и плюхнулась в кресло.

– Вот это новость. И что же они хотят взамен?

– Денег просят.

– Много?

– Чуть-чуть, всего-то двести пятьдесят тысяч долларов, – развела Лариса руками.

– Ничего себе аппетиты! – присвистнул Владимир. – И что ты собираешься делать?

– Ради Ефимова я бы ничего не стала делать, но они пригрозили, что убьют моего отца. Он у них, оказывается, на мушке. Да и про мать упомянули, – растерянно проговорила девушка и испуганно посмотрела на мужчину.

– Вот это уже серьезно, – почесал затылок детектив. – Отцу расскажи, мне кажется, он мужик с головой, придумает что-нибудь.

– Ему так и так придется говорить, хотя меня только что предупредили, чтобы я этого не делала. Без папы мне никогда таких денег не найти, это бред. У меня в кошельке больше тысячи долларов сроду не было, и те долго не задерживаются. Мне иногда кажется, что у меня не руки, а решето. Поэтому папа никогда наличные деньги мне не дает. А если что-то хочу купить, то дает свою кредитку. Мне он тоже карточку подарил на день рождения, но она закодирована, и отец сказал, что до поры до времени мне этот код ни к чему. Я пока даже не знаю, какая она и сколько там денег. Володь, мне кажется, что без той длинноногой блондинки здесь не обошлось, – задумчиво проговорила Лариса, без предисловия перескочив на другую тему.

– Ты знаешь, я только что тоже об этом подумал, – удивился мужчина.

– И что ты предлагаешь? Придумай что-нибудь, а? Ведь ты же детектив, сыщик. Если, конечно, твоя визитная карточка не врет.

– Не врет, сыщик я. Только не очень-то я люблю заниматься похищениями с целью выкупа.

– Какая мне разница, любишь или не любишь. Что сейчас-то делать? Посоветуй.

– Думаю, в первую очередь нужно подъехать к тому дому, где мы вчера с тобой были.

– И что, пойдем к той блондинке?

– Сначала просто нужно будет осмотреться, может, поговорить с кем удастся. Попытаться узнать, что за девица, чем занимается. А уж если понадобится, тогда и навестить ее.

– И мы прямо возьмем и пойдем к ней? И что мы ей скажем? Здравствуйте, я ваша тетя? Извините, но вчера вы кувыркались в постели с моим мужем, а сегодня я получила известие о том, что он похищен. Это случайно не вы сделали? – уперев руки в бока и скорчив на лице гримасу, изрекла Лариса, с упреком глядя в глаза Владимиру.

– Не пойдем, а я пойду один, – покачал головой детектив.

– Это почему один? – подпрыгнула на месте Лариса. – Нет уж, дорогой, никуда ты один не пойдешь. Я буду везде сопровождать тебя. И не вздумай спорить, все равно переспорить меня не получится. Это дело касается моей семьи, поэтому я сама должна все видеть и слышать.

– А вдруг она тебя знает?

– Если и знала, то совсем другую. Я же тебе свою фотографию показывала. А в этом новом образе меня еще никто не видел, только ты и отец. Ну, еще подруга моя, Наташка, в ее салоне все это со мной и проделали. Так что ничего у тебя не получится, не отвертишься. Я поеду с тобой.

– Может, сначала позвоним? Вроде ты говорила, что у тебя есть ее телефон. Вдруг этой дамы дома нет?

– Нечего звонить. Сам сказал, что сначала надо посмотреть, что к чему. Потом и наведаемся в гости. Ты чего расселся, давай ноги в руки и вперед.

Лариса заметалась по квартире со скоростью сверхзвукового истребителя, хватая и натягивая на себя одежки. Владимир наблюдал за девушкой и удивлялся тому, как это недоразумение в женском обличье способно в мгновение ока убедить собеседника в своей правоте. При этом категорически отметая все его возражения.

Глава 6

Владимир остановил машину у знакомого дома и вопросительно посмотрел на Ларису.

– Ну что теперь?

– Как это что? Выходи из машины. Отправляемся, – нервно проговорила девушка и открыла дверь со своей стороны. – Сейчас прогуляемся вдоль дома, может, кого из соседей увидим. Ведь должно же здесь дежурное радио по сплетням сидеть, как это обычно бывает. Я имею в виду старушек у подъезда.

– Что-то не видно никого, – пробормотал Владимир, стараясь сквозь густые кусты разглядеть что-либо у дома.

– Если не сдвинешься с места, то вообще ничего не увидишь. Давай выходи. – И Лариса первая выскочила из машины.

Владимир нехотя последовал за ней. Женщина подхватила его под руку, и, лучезарно улыбаясь, поволокла к знакомому подъезду чуть ли не насильно.

– Ты что упираешься? Я тебя что, на эшафот тащу? – прошипела Лариса, продолжая улыбаться. – Смотри, вон молодая мамаша с коляской. Гуляет. Пойдем спросим про Кристину.

– И что ты собираешься спрашивать? – Сыщик приостановился и уставился на Ларису. Она посмотрела на спутника с сочувствием и закатила глаза.

– Слушай, кто из нас детектив, ты или я? Похоже, в сыщики ты угодил совершенно случайно, по ошибке.

– Очень-то не умничай. Тоже мне, «Пинкертон» в юбке нашелся, – обиженно проговорил мужчина и демонстративно отвернулся.

– Ну предположим, сейчас я не в юбке, а в джинсах, и в «пинкертоны» совсем не напрашиваюсь. Просто ты задаешь мне такие вопросы, что меня разбирает смех. Не обижайся на меня, я сейчас ужасно нервная, должен же понимать. А когда я нервничаю, то могу наболтать бог знает чего. Потом, конечно, жалею об этом, но, как говорится, слово не воробей… Так о чем это мы? Ах да, я сказала, что нужно подойти к девушке с коляской и расспросить о Кристине. У тебя какие-то другие соображения?

– Нет. Просто нужно сначала обдумать, как и что спросить, чтобы не вызвать ненужных подозрений.

– Володь, положись на меня. Я знаю, как нужно заводить разговоры. Иди за мной и смотри. Одним словом, «учись студент, пока я жива», – засмеялась Лариса и снова подхватила Владимира под руку.

Она нарочно прижалась грудью к его руке и заметила, как у мужчины покраснели уши. Это было показателем его смущения или возбуждения, что приятно пощекотало ее самолюбие. Настроение Ларисы сразу же поднялось на несколько баллов. Они поравнялись с молодой мамашей, и Лариса приветливо поздоровалась:

– Добрый день. Скажите, вы в этом доме живете?

– Здравствуйте. Да, я из этого дома, а что вас интересует?

– Видите ли, я разыскиваю свою тетку, двоюродную сестру моей матери, и в справочном бюро мне дали этот адрес. А одна старушка сказала, что в этой квартире живет молодая девушка Кристина. Я имею в виду квартиру тридцать девять на третьем этаже, вон в том подъезде.

– Все правильно, там живет Кристина Семенова. Правда, она купила эту квартиру всего два года назад. Может, как раз у вашей тетки? Я-то сюда тоже недавно въехала, сразу после Кристины, поэтому не знаю, кто там жил раньше. Вы бы сами поднялись да спросили.

– Да мы уже ходили, там никто дверь не открывает, – махнула Лариса рукой и тут же продолжила: – Может, стоит подождать? Или встретиться с ней на работе, вы случайно не знаете, где она работает?

– По-моему, она вообще не работает, – с улыбкой проговорила молодая мамаша и наклонилась к коляске, где заплакал малыш. Лариса тоже заглянула в коляску и всплеснула руками:

– Какой милый ребенок. Девочка или мальчик?

– Сын, – гордо вскинула голову мамочка и дала пустышку своему чаду.

– Вы такая молоденькая, а уже мамочка, – с легкой завистью покачала Лариса головой. – А я вот все никак не решусь.

– Ой, да вы что? Вы даже не представляете, какая это радость иметь ребенка. Сразу жизнь становится другой.

– Мы с вами уже долго беседуем, а даже не знаем, как обращаться друг к другу, – засмеялась Лариса и представилась: – Меня Лена зовут, а вас как?

– Я – Катя, а мой сыночек – Антоша.

– Ну раз вы представили своего сына, тогда я тоже представлю вам, только не сына, а мужа. Знакомьтесь, мой супруг Николай, – и Лариса, повернувшись к Владимиру, лихо ему подмигнула. Мужчина невольно сморщился от только что присвоенного ему звания супруга, но заставил себя через силу улыбнуться и кивнуть головой. – Катюша, так что вы говорили о Кристине, что она вроде нигде не работает? Она что, домохозяйка?

– Вот как раз этого нельзя о ней сказать. Какая она домохозяйка, когда дома почти не бывает?

– Так, значит, все же работает?

– Нет. Днем она по тренажерным залам да бассейнам мотается, богатых мужчин вылавливает. А по вечерам – по ресторанам да кабакам с пойманной жертвой.

– Так, значит, она просто-напросто путана?

– Нет, она себя таковой не считает. Она говорит, что просто умеет красиво жить. Кристина ведь не на одну ночь снимает клиента, а знакомится для продолжительных отношений. Стремится побольше денег из него выкачать. Как поймает богатенького – на некоторое время успокаивается. Ходит уже не в спортивный зал, а в салоны красоты, поддерживает себя в нужной форме. Как ухажер надоедает или перестает финансировать ее в нужном объеме, она его под одно место коленом. И тогда снова пускается на охоту за следующим. Что уж греха таить? С ее внешностью особо надрываться не нужно, мужики сами к ногам валятся.

– А откуда же у вас такая подробная информация? – удивленно спросила Лариса.

– Так моя квартира находится рядом, стенки-то «бумажные» – абсолютно все слышно. Да Кристина и сама иногда по-соседски забегает ко мне чайку попить. Между прочим, даже не скрывает своего отношения к мужчинам. Только посмеивается над ними и говорит:

– Из мужика нужно вытягивать все, что можно. И главное, поскорее, пока дает.

Она всегда себе женатых присматривает. Говорит, с ними хлопот меньше и к ней никаких претензий. Пришел уже готовенький, обстиранный, выглаженный, на нее смотрит с обожанием. А что еще нужно женщине? Как ни странно, но у нее и подруг-то нет. Правда, иногда приезжает к ней сногсшибательно красивая дама. Она как в лифте проедет, потом два дня запах ее духов держится. Я даже думала, что Кристина нетрадиционной сексуальной ориентации. Но потом смотрю, вроде нет, часто с мужчинами ее вижу. А недавно здесь появился молодой мужчина, симпатичный такой. И главное – не чета предыдущему, совсем не старый.

– И давно появился? – сглотнув нервный комок, спросила Лариса.

– Недели две, наверное, я точно не помню.

– А дама, значит, перестала приезжать?

– В том-то и дело, что нет, не перестала. Она, кстати, сегодня приезжала рано утром, я как раз Антошку встала кормить. Слышу, разговаривают за стенкой. Слов, правда, было не разобрать – Антоша раскричался. Он у меня, когда голодный, орет так, что уши закладывает. Я его покормила, он прямо под грудью и уснул. Подошла я к окну и вижу, та дама из подъезда выходит. Мои окна прямо над подъездом расположены.

Девушка хотела сказать что-то еще, но в коляске заворочался малыш и начал хныкать, постепенно набирая обороты.

– Ну вот, время пришло кормить. Видите, как разворчался? Он у меня словно будильник, по нему можно время проверять, – засмеялась Катя и, извинившись, начала прощаться: – До свидания, мне домой пора. Если захотите приехать повидаться с Кристиной, а ее не будет, заходите ко мне. Моя квартира сороковая, прямо рядом с ее.

– Спасибо вам огромное, Катенька, мы обязательно зайдем. Мне с Кристиной позарез нужно встретиться. Мама очень просила ее сестру разыскать, не могу ей отказать. Видно, действительно продала тетка свою квартиру, и теперь ее адрес сможет подсказать только Кристина. А в справочном бюро, верно, остались старые сведения.

Молодая мамаша направилась к подъезду, и Владимир поспешил помочь ей поднять коляску до лифта. Когда он вернулся, то увидел Ларису, сидевшую на лавочке в глубокой задумчивости. Он подошел к девушке и спросил:

– Что будем делать дальше?

– Володь, представляешь, какие же мы жены дуры? Обстирываем их, обглаживаем и готовенькими подаем таким, как Кристина. Да еще на блюдечке с голубой каемочкой. А потом вот такие Кристины потрошат наших мужей, да еще над нами смеются.

– Лариса, может, потом погорюешь по этому поводу? Я у тебя спросил: что будем делать дальше?

– Нужно навестить Кристину.

– И как же мы представимся? Не думаю, что ее очень обрадует факт визита к ней жены любовника.

– Давай поднимемся и скажем, что мы из жэка. Пошли, пошли, на ходу сейчас придумаю, что сказать.

– А если ее нет дома?

– Слушай, Володя, кто из нас сыщик, ты или я? Что ты все время мне глупые вопросы задаешь? Пусть только попробует не быть, я ей устрою тогда Новый год в июле. Пойдем, не бойся, я с тобой.

Владимир покраснел от негодования, его задели Ларисины слова.

– Кто это боится? – недовольно проворчал он. – Навязалась на мою голову, еще и командует, а у меня своих дел невпроворот.

– Твои дела подождут, а у меня, сам знаешь – всего три дня. Неужели ты посмеешь бросить меня со всем этим одну? Вот вы какие мужчины. Как в постель к женщине прыгать, так это всегда пожалуйста, а как в беде помочь, так вас нужно днем с фонарем искать! А еще – сильный пол!

– Это кто, интересно, к тебе в постель прыгал? – задохнулся Владимир от возмущения. – Да ты меня, можно сказать, почти изнасиловала.

– Мне было необходимо снять стресс, а под рукой кроме тебя никого не оказалось, – нагло парировала Лариса. – Не очень-то ты и сопротивлялся, так что не прикидывайся, – прищурившись, добавила она и, вскочив с лавочки, бегом скрылась в подъезде.

Владимир покачал головой и, вспомнив, как она была хороша сегодняшней ночью, глубоко вздохнул и кинулся догонять шаровую молнию.

– По-моему, меня к ней приговорили, – бурчал мужчина себе под нос, перескакивая со ступеньки на ступеньку.

Он догнал ее на втором этаже и схватил за руку.

– Постой, не кипятись, давай подумаем, что скажем, чтобы открыли дверь.

– Я же тебе уже сказала, – зашептала Лариса. – Скажем, что комиссия из жека, проверяем что-нибудь.

– Что именно?

– Слушай, «Холмс», тебе не сыскное агентство держать, а учиться в институте благородных девиц.

– Ладно, пошли, будешь сама выкручиваться, – буркнул мужчина, поняв, что с этой девицей спорить бесполезно. Они поднялись на третий этаж и остановились у квартиры номер тридцать девять. В сороковой надрывался Антоша, и Лариса облегченно вздохнула, обрадовавшись, что там их не услышат. Она решительно нажала на кнопку звонка и приникла к двери ухом. Открывать дверь никто и не думал, поэтому девушка снова надавила на звонок.

– Елки-палки, неужели нет дома? Что делать-то?

– Я тебе, между прочим, говорил, что сначала надо бы позвонить. Только ты слушать умных советов не желаешь. Мы, видишь ли, сами с усами, – злорадствовал Владимир, ехидно улыбаясь.

– Нечего смеяться. Ишь разулыбался, зубы не боишься простудить? – шикнула Лариса и от злости, что мужчина был прав, двинула по двери ногой. К немалому удивлению обоих, дверь приоткрылась. – Ой, Володь, дверь-то открыта, а мы здесь надрываемся, – обрадованно захихикала девушка.

– Очень-то не радуйся, – дернув спутницу за руку, зашептал Владимир. – Нормальные люди в наше время двери открытыми не держат. Не нравится мне все это, как бы в историю не вляпаться. Я с такими делами уже сталкивался, ничего хорошего они не сулят.

– Хватит тебе стращать. Просто войдем и посмотрим. Что здесь такого-то?

– Стой пока здесь, я один войду.

– Счас, разбежался. Вместе, значит вместе, и никаких гвоздей, – возразила Лариса и решительно шагнула в прихожую.

В квартире было тихо, даже радио не работало. Владимир оттеснил девушку и пошел первым. Лариса на цыпочках кралась за ним, крепко ухватившись за его руку.

– Что это ты дрожишь? Ты же у нас вроде без страха и упрека? – хмыкнул мужчина.

– Не хами, у самого ладони вон как вспотели. Дрейфишь, умник?

Владимир остановился у двери в спальную и тихонько приоткрыл ее.

– Оп-ана! Картина Репина «Приплыли», – выдохнул Владимир и замер на пороге.

Лариса вытянула шею, чтобы увидеть ту самую картину, в которой кто-то куда-то приплыл, и когда увидела, испуганно пискнула:

– Ой, мамочки, опять труп. Нет, я этого не переживу и буду следующим, – и девушка тихонько начала оседать на пол.

– Эй, эй, только этого не хватало. Сейчас же прекрати падать в обморок, – зашипел Владимир. – Быстро сваливаем отсюда. О боже, вляпался все-таки я с тобой!

Он схватил Ларису за шиворот и поволок к выходу. Она совершенно не сопротивлялась, а безропотно перебирала непослушными ногами. Владимир дотащил Ларису почти до первого этажа, когда очень некстати отворилась дверь подъезда. Мужчина моментально прижал Ларису к стене и впился в ее губы поцелуем. Она попыталась сопротивляться, но услышала злой шепот Владимира:

– Заткнись, хоть на минутку.

Он продолжал ее целовать и постепенно этот поцелуй превратился из вынужденного и грубого, в нежный и страстный. Мимо них ковыляла какая-то старуха и, увидев целующуюся парочку, проворчала:

– Тьфу, срамота, совсем молодежь обнаглела, скоро лягут на лесенке! Ни стыда, ни совести.

Когда бабка скрылась из виду и Владимир услышал, как хлопнула дверь на втором этаже, он оторвался от Ларисиных губ и немедленно поволок ее дальше. Лариса выдернула руку и возмущенно топнула ногой.

– У тебя что, совсем крыша поехала? То целоваться лезет, то волоком тащит, как куль с мукой? Я тебе что, марионетка на веревочках? Зачем целовал, не спросясь?

– А ты хотела, чтобы нас эта бабка срисовала, а потом, когда менты на труп приедут, рассказала про нас?

– Ой, Володь, я даже об этом не подумала, – смущенно пролепетала Лариса.

– У меня такое впечатление, что думать для тебя – непозволительная роскошь, – прищурившись, съязвил Владимир.

– Какой же ты грубиян, – сморщила Лариса носик в брезгливой гримаске. – Между прочим, девушка Катя нас тоже видела, так что думаю, ты зря старался, так самоотверженно лобызаясь. – Потом, будто что-то вспомнив, она резко остановилась. – Значит, ты меня целовал по необходимости?

– А ты что вообразила? От большой любви, что ли? – нервно проворчал мужчина и, схватив Ларису за руку, потащил ее дальше.

– Ну ты и наглец, – задохнулась от обиды девушка и выдернула руку. – Да как ты смеешь говорить мне такое, после того, что между нами было? Иди отсюда и не показывайся мне больше на глаза. Без тебя управлюсь! – И Лариса, пылая гневом, понеслась к дороге.

Владимир не успел и глазом моргнуть, как она поймала машину и укатила.

– Не баба, а ведьма на помеле, чтоб тебе пусто было! – сплюнул мужчина и пошел к своему автомобилю.

Он сел за руль и замер. В голове царил настоящий кавардак. Перед глазами стояла только что увиденная картина. Поперек кровати лежит полураздетая девушка, длинные белокурые волосы разметались по подушке, остекленевшие глаза уставились в потолок. На лбу заметна маленькая дырочка от пули, рядом с ней струйка крови. И кругом – гробовая тишина.

Лариса в это время ехала в машине и буквально дымилась от злости.

«Ну почему мне так не везет? Неужели я настолько неинтересная женщина, что меня уже и полюбить нельзя? – думала она. – А что, собственно, я хотела? Чтобы Володя после первого же ночного приключения рассыпался в признаниях и потащил меня в загс? Кажется я не совсем права. В конце концов, я же замужем. Пока замужем. Что привязалась к бедному парню? А ведь он прав, я сама затащила его в постель». И Лариса захихикала, вспоминая, как все это произошло.

– А как он хорош в постели, – мечтательно прошептала девушка и увидела в зеркале смеющиеся глаза водителя. – И что смешного вы на мне увидели? Афишу во весь лоб «Аншлаг» с гвоздем программы Кларой Новиковой? – зло прищурилась Лариса.

– Нет, нет, ничего. Просто вы разговариваете вслух и, по-моему, даже не подозреваете об этом, – еще шире улыбнулся мужчина.

– В самом деле? – вскинула девушка брови. Потом махнула рукой: – Ай, да ладно. Вы же никому не расскажете, что здесь услышали, правда? Будем считать, что поплакалась вам в жилетку и мне сразу стало легче.

– Договорились, – засмеялся мужчина.

Сначала Лариса хотела заехать за своей машиной к ресторану «Тихая пристань», но в самый последний момент передумала, совершенно не было настроения самой садиться за руль, поэтому продиктовала водителю свой домашний адрес. Через тридцать минут они подъехали к подъезду ее дома, и девушка, расплатившись с водителем, вышла из машины.

– Еще жилетка понадобится, звоните, – улыбнулся мужчина и протянул Ларисе свою визитку.

– Обязательно, – улыбнулась она в ответ и спрятала визитку в сумочку.

Лариса вошла в свою квартиру и устало опустилась на пуфик в прихожей.

– Что же происходит? Почему убили эту Кристину и кто? Кто похитил Ефимова, и связано ли это убийство с его исчезновением? Ой, мама! Сколько вопросов и ни одного ответа. Что мне делать? Где доставать эти проклятые зеленые бумажки? Придется звонить отцу и просить, чтобы он срочно ко мне приехал. По телефону о таких вещах не говорят.

Лариса решительно встала и направилась к телефону. На пороге комнаты она застыла и с изумлением окинула взглядом кавардак, царивший в помещении.

– Ничего себе! Что все это значит?

Все вещи были разбросаны, хрустальная ваза лежала на полу и под ней расплылась водяная лужа.

«Давно нужно было выбросить цветы, уже засохли», – растерянно подумала девушка. Она прошла в комнату и, нахмурившись, начала наводить порядок. И вдруг плюхнулась на пол и заплакала.

– Господи, что творится в последнее время? За что мне такие напасти? В чем и перед кем я провинилась? – сквозь слезы громко вопрошала она.

Ни на один из этих вопросов Лариса не знала ответа, и от этого было отвратительно на душе. Девушка стремительно встала и взяла трубку телефона. Некоторое время она нерешительно смотрела на нее и соображала, кому лучше всего позвонить, отцу или Володе?

«Наверное, Владимир обиделся на меня, – размышляла она. – Пошлет меня куда подальше и будет абсолютно прав». Решившись наконец, Лариса направилась в прихожую и извлекла из своей сумочки визитку Владимира. На ней было три телефона, один из них – номер мобильного. Она набрала именно этот номер и почти сразу услышала голос мужчины. Лариса немного помолчала, а потом виновато пробормотала:

– Володь, это Лариса.

– О, боже! – простонал Владимир. – Что опять случилось? Ты вроде сказала, чтобы я больше не появлялся в поле твоего зрения? Зачем звонишь?

– Извини меня, пожалуйста, я была не права, – тихо прошептала девушка.

– Это говорит о том, что у тебя опять какое-то ЧП? – усмехнулся мужчина.

– Ага, у меня в квартире кто-то учинил погром.

Владимир немного помолчал, а потом сказал:

– Сиди дома, я еду.

Глава 7

– Как ты думаешь, что могут искать в твоем доме? – спросил Владимир, окинув взглядом кавардак.

– Откуда я знаю, нашел о чем спросить? Самое интересное, что мои золотые безделушки не тронули, а лежат они, между прочим, не в бронированном сейфе, которого у меня нет, а в простой шкатулке на трюмо в спальне.

– Значит, это не просто воры, а люди, которые ищут что-то конкретное, – сделал заключение мужчина. – Лар, скажи, пожалуйста, чем занимается твой муж на своей фирме?

– Оптовые поставки лекарственных препаратов из-за рубежа в Россию, – махнула рукой девушка. – Мой отец отдал ему некоторых поставщиков, сперва финансировал, чтобы было с чего начинать, потом отпустил Сергея, как говорится, в самостоятельное плавание. Правда, отец не теряет дела моего мужа из виду. Говорит, что у такого недотепы, как Сергей, слишком много соблазнов.

– Что он имеет в виду?

– Так фармакологией многие занимаются. А это, сам понимаешь, часто не каждому доступные препараты для онкологии, ну и вообще…

– Наркотики, что ли?

– И это тоже, – вздохнула Лариса. – Отец человек чести, он никогда не пойдет на сомнительные сделки. А вот Ефимову он почему-то не доверяет. Постоянно держит связь с поставщиками, которых Сергею отдал. Старается контролировать его сделки. Правда, не знаю, насколько это эффективно, но, судя по некоторым фактам, не очень. Деньги у муженька водятся, и хорошие, это я точно знаю.

– Откуда? Он что, тебе что-то рассказывал?

– Ага, дождешься от него, как же? Я у него видела золотую кредитную карточку. А чтобы такую иметь, знаешь сколько на счету должно быть? У отца точно такая же, правда, покруче, платиновая. Только Сергею до отцовских масштабов десять лет по канализации плыть да дерьмо хлебать и все равно не догнать. Его фирме всего два года, а отец уже двенадцатый год вкалывает. Чувствуешь разницу?

– И ты не спросила, откуда деньги?

– Нет, не спросила. Хотела немного подождать, посмотреть, что дальше будет. А тут события закрутились. Ведь это только три дня назад я его кредитку увидела.

– Ларис, где компьютер? Давай-ка туда заглянем.

– А ты в этом разбираешься?

– Попробую, – усмехнулся мужчина.

– Пошли, он в кабинете у Сергея стоит.

Когда они вошли в кабинет, Лариса остолбенела.

– Ну блин, дают! Сюда я еще не дошла.

В кабинете был полный разгром. Все дискеты валялись на полу, бумаги были разбросаны по всей комнате, компьютер мигал включенным монитором. Ящики письменного стола были выдвинуты. Но самое удивительное зрелище представляли собой кожаный диван и кресла. Их сиденья были вспороты и выпотрошены…

– Интересное кино, – пробормотала девушка. – Что же такое скрывает Ефимов, что ищут с таким усердием? Может, те самые тысячи, которые и хотят с меня получить? Слушай, Володь, а что, если правда?

– Что правда-то? – не понял Владимир.

– Ну как что? Ты хоть слышишь, о чем я толкую? Баксы, говорю, может где-то здесь лежат? Вот и похитили придурка, чтобы вернуть. А так, кому он нужен?

– Сразу видно, что ты в подобных делах – полный профан, – сморщился Владимир. – Зачем его похищать, чтобы взять то, что лежит дома. И тем более звонить тебе? Они бы просто привели его сюда под дулом пистолета и потребовали отдать деньги. Это же элементарно, как дважды два. Нет, здесь что-то другое, но вот что, ума не приложу. Создается впечатление, что похитители и те люди, которые что-то здесь ищут, вообще даже не подозревают о существовании друг друга.

– Ну, наплел кружева, – пробормотала Лариса. – Оттого что они не знают друг друга, мне ничуть не легче. Даже наоборот. Так бы я у них спросила, чего они хотят. Если бы то, что им нужно, у меня было, отдала бы – и делу конец. А теперь ломай себе голову, делать мне больше нечего. Она у меня и так опухла от дум, соображаю, где деньги брать. Может, правда отцу позвонить?

– Думаю, это самая правильная мысль, которую я от тебя слышу, – поспешно согласился Владимир.

Лариса прищурила глаза и, уперев руки в бока, с издевкой проговорила:

– Это ты так говоришь, чтобы самому побыстрее отвертеться от этого дела? Уже коленки задрожали, да? Ты считаешь себя профессиональным сыщиком? Конечно, считаешь, раз агентство открыл. Только черт меня побери, если я когда-нибудь назову тебя таковым. Ты же трусишка, какой из тебя детектив? Или думаешь, я не сумею заплатить тебе? Не волнуйся, сумею. Попрошу у отца денег на какую-нибудь дорогую шмотку и удовлетворю твой меркантильный голод.

– Лариса, прекрати сию же минуту, иначе я за себя не ручаюсь, – проревел Владимир, и желваки на его скулах заходили ходуном.

– А что ты мне сделаешь? Ударишь? Только попробуй приблизиться и сразу узнаешь, как становятся импотентами, – приняла боевую стойку Лариса. – Сегодня ночью мне показалось, что я встретила настоящего мужчину, но, видно, ошиблась. Впрочем, со мной такое постоянно происходит, – махнула девушка рукой. – Отец говорит, что я совершенно не умею разбираться в людях. Вот и в тебе ошиблась.

– Прекрати, я сказал, – гаркнул Владимир так громко, что девушка подпрыгнула от неожиданности. – Я разве отказался тебе помогать? Ты действительно непроходимая дура, раз обвиняешь меня в том, в чем обвиняешь. Неужели я приехал бы по первому твоему сигналу «Караул, помогите!», если бы хотел избавиться от тебя? Тем более ты сама послала меня очень далеко, и у меня был замечательный повод прикинуться глубоко обиженным. Потом, Лариса, мы знакомы с тобой всего сутки. Это ли не повод, послать тебя к черту на рога и благополучно забыть? Ты действительно меня ужасно утомила своим ослиным упрямством и строптивостью. Мне даже кажется, что во время наших пикировок и у меня тоже вырастают ослиные уши. Но я не могу промолчать. Мне было с тобой хорошо, как никогда в жизни и ни с одной из женщин.

– И что это значит? – кокетливо поинтересовалась девушка.

– Ничего такого, о чем ты подумала, – рявкнул Владимир, чем заставил Ларису рухнуть с седьмого неба на грешную землю. – Это значит, что я очень неплохо к тебе отношусь и не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

– Чтобы еще разок со мной переспать? – склонив голову набок, усмехнулась Лариса.

– А ты что, против? – тоже с усмешкой задал встречный вопрос мужчина.

– Честно?

– Конечно.

– Неа, не против, мне тоже с тобой было обалденно. Ефимову до тебя, как до луны. Только сразу предупреждаю, нос не задирай, это всего лишь секс.

– Значит, договорились? – поспешно спросил мужчина.

– О чем? – нахмурилась Лариса.

– О перемирии, бестолковая.

– Хорошо, по рукам, – вздохнула девушка, – деваться мне все равно некуда. И помочь, кроме тебя, мне тоже некому.

– Свой остренький язычок спрячешь? – погрозил пальцем Владимир.

– Вот этого обещать не могу. Дело в том, что мой язык живет совершенно самостоятельной жизнью независимо от меня. Я иногда даже не успеваю сообразить, а он уже ляпает, что ни попадя. Если что, ты очень не обижайся и помни, что я тебя заранее предупредила. По рукам?

– Ладно, я почти уже привык. Думаю, скоро вообще перестану замечать.

– А вот это вряд ли, – захохотала Лариса и закатила свои глазки-вишенки.

– Ладно, хватит смеяться, давай делом заниматься. – Владимир стряхнул со стола разбросанные в беспорядке бумажки и уселся за монитор компьютера. – Ты мне, пожалуйста, не мешай. Ничего ведь не понимаешь, сама говорила. Пойди лучше кофе свари, а то у меня после сегодняшней ночи глаза слипаются, хоть спички вставляй. Поспать-то удалось всего часа полтора, если не меньше.

– Хорошо, Володь, работай, я тебе мешать не буду, а кофе – это я сейчас мигом, – прочирикала Лариса и понеслась в кухню.

Владимир проводил ее взглядом и удивленно покачал головой:

– Надо же, оказывается, мы умеем быть покладистыми? Чудеса да и только!

Мужчина собрал разбросанные дискеты, просмотрел надписи и углубился в работу. Через пятнадцать минут Лариса тихонько вошла в комнату и поставила на стол поднос, на котором дымилась чашечка ароматного кофе и возвышалась гора всевозможных бутербродов.

– Ты читаешь мои мысли, – не отрываясь от монитора, проговорил Володя и впился зубами в бутерброд с ветчиной. – Оказывается, я голодный как волк. Спасибо, ты просто умница.

Лариса зарделась от похвалы и на цыпочках вышла из кабинета. Она решила пока навести порядок в комнатах. Собрав в кучу мусор, женщина вышла на лестничную клетку к мусоропроводу. Дверь в соседнюю квартиру была приоткрыта, и оттуда доносилась ругань. Лариса давно привыкла к подобным баталиям, поэтому только улыбнулась. Дело в том, что соседка Ларисы Татьяна была патологически ревнива, и ее бедный супруг Николай на протяжении десяти лет супружеской жизни пытается доказать бестолковой бабе, что любит только ее – единственную и неповторимую.

– Откуда этот рыжий волос? – услышала Лариса из-за двери громоподобный голос Татьяны.

– Так от Матильды же, – виновато оправдывался Николай.

– Ах ты, кобель преклонного возраста! Ты что же это, уже и не скрываешь своих похождений? Какая такая Матильда? – не своим голосом визжала Татьяна.

– Да ты что, Танюша? Это же наша кошка.

– Ты всегда выкрутишься, а вот я сейчас проверю. Матильдочка, кис, кис, кис, иди сюда, милая, я тебя поглажу.

Раздался дикий кошачий вой и вслед за этим:

– Чего разоралась-то? Подумаешь, один волосок выдернула.

Минуту в квартире стояла тишина, а вслед за этим послышалось ворчанье:

– Надо же, подходит. Но это еще ни о чем не говорит. От тебя вечно женскими духами воняет, как из лифта выходишь, даже здесь запах чувствуется.

– Танечка, я же в женском коллективе работаю. От вас, от женщин, хоть противогаз одевай, льете духи на себя ведрами.

– Они что же, все обтираются об тебя? – заорала супруга.

– Ну что ты вечно придумываешь?

– А сегодня почему задержался, ты же говорил, что у вас короткий день? – не унималась Татьяна.

– Да всего на пятнадцать минут. Бензин кончился, на заправку заезжал.

– Заправщица небось молодая, в юбочке по самую эту самую?

– Боже мой, Таня, ну что я за пятнадцать минут мог успеть?

– Как это что? Со мной же успеваешь? – взревела неугомонная супруга.

Лариса выбросила мусор и, улыбаясь, тихонько прикрыла соседскую дверь, чтобы не грели уши жильцы остальных двенадцати этажей.

– Мне бы ваши заботы, – вздохнула девушка. Вернувшись к себе, она прошла на кухню. Усевшись за стол, Лариса задумалась. «Что же все-таки происходит? Кто шуровал у меня в квартире?»

И вдруг ей в голову пришла простая мысль… Сорвавшись с места, Лариса побежала к соседям, чьи споры она только что слышала. Она не стала врываться к ним без приглашения, хотя и знала, что дверь не заперта. Сдержав свой порыв, она культурно позвонила. На пороге тут же появилась Татьяна и, увидев Ларису, нахмурилась.

– Вам кого? Вы кто такая?

– Тань, ты что, уже соседей не узнаешь? – удивленно уставившись на женщину, спросила Лариса.

– Ой, Ларочка, это ты, что ли? – всплеснула соседка руками.

– Слушай, как здорово выглядишь, умереть и не воскреснуть. Как тебе идет эта прическа, и цвет волос изумительный! Проходи.

– Спасибо, Танюш, мне тоже так больше нравится. Проходить не буду, я на минутку. У меня к тебе всего один вопрос. Ты не видела, кто сегодня посещал мою квартиру? Я имею в виду посторонних. Ты не заметила?

– Видела двоих. Правда, когда уже уходили. Один еще очень громко с твоим Сергеем попрощался. Пока, говорит, Серега, завтра созвонимся.

– А как они выглядели, не подскажешь?

– Как выглядели? Да вроде обычно выглядели. Один в темных очках от солнца, а у второго бейсболка с огромным козырьком.

– А что-нибудь особенное не заметила, ну, там примета какая-нибудь?

– Примета? Вроде нет. Хотя постой. У того, что с козырьком, на указательном пальце нет одной фаланги. Я когда вышла из двери, он схватился за козырек и натянул его поглубже, вот я палец и приметила. А что случилось-то, Ларис?

– Нет, нет, Танюш, ничего страшного. Просто мне показалось, что мой погуливать от меня начал. Вот я и спросила у тебя, может, бабу какую приводил.

– Это они мастера, – проворчала женщина и сощурила глаза.

На эту тему она могла рассуждать бесконечно. Ларисе не хотелось застрять в соседской квартире на вечные времена, выслушивая ее мнение о мужчинах: какие мужики продажные сволочи, стоит им только увидеть коротенькую юбочку.

– Ладно, Тань, я пошла, дел у меня вагон и маленькая тележка, – заторопилась Лариса. – Спасибо тебе.

– Да не за что, – пожала плечами Татьяна и закрыла за соседкой дверь.

Лариса опять уединилась на кухне и задумалась: «Очень интересно, как же они могли прощаться с Сергеем, если его дома не было? Скорее всего это специальный трюк, чтобы соседи ничего не заподозрили. У Ефимова сроду не было беспалых знакомых. Во всяком случае, у тех, кого я знаю, все пальцы на месте. С кем же это он связался? Еще и меня втравил в историю. Если, не дай бог, с отцом что-нибудь случится, удавлю Ефимова собственными руками. Если, конечно, меня не опередят типы, что мне звонили».

Вспомнив про снайпера, девушка пробормотала:

– Не похоже, чтобы они шутили.

В это время Владимир вышел из кабинета, устало щуря и протирая глаза.

– Ну, нашел что-нибудь?

– Нет пока. Все больше рабочая дребедень, не вызывающая особых интересов. Сейчас немного отдохну и еще покопаюсь. Ларис, а ты помнишь, как в ресторане у тебя из сумочки выпал конверт. Ты еще тогда сказала, что это, наверное, для твоего мужа.

– Ой, мамочки, и правда, – подскочила на стуле девушка и понеслась в прихожую. Она вывернула свою сумочку наизнанку, но конверт испарился. – Где же он? Ведь вчера здесь был. Володь, а я случайно его в ресторане не оставила?

– Нет, ты обратно все в сумку сгребла. И конверт в том числе. Я его потом тоже видел, когда тебе визитку в сумку сунул.

– Конверт пропал, – упавшим голосом пролепетала Лариса.

– Может, ты его переложила куда-нибудь?

– Зачем он мне нужен? А впрочем, спьяну я что угодно могла сделать, а потом благополучно забыть.

– Может, этот конверт и искали? Что хоть в нем было?

– Да какая-то дискета.

– Точно! – сказал Владимир. – Это ее ищут, дискету, помяни мое слово. Значит, копаться мне в той ерунде, что валяется в кабинете, нет никакого смысла. Нужно искать дискету.

– А вдруг ее уже нашли? Между прочим, соседка мне любопытную информацию выложила о тех, кто здесь был.

– А ты сумку дома оставляла?

– Нет, она все время со мной была. Теперь я вспомнила, сегодня утром конверта точно в сумке уже не было. Я не помню, что искала в сумке, но конверта там не было. Он довольно большой, я не могла его не заметить.

– Я уверен, если мы найдем эту дискету, сразу все станет ясно.

– Ну почему ты так решил, откуда такая уверенность?

– Интуиция, Ларочка, интуиция. Ведь я же сыщик, не забыла еще?

– Вот и ищи, раз сыщик. Включай свою эту самую интуицию, вперед и с песнями.

– Я сказал, что я сыщик, а не сыскная собака. И нюх у меня не настолько развит, чтобы по запаху косточки откапывать. Ты, между прочим, хозяйка. Квартиру свою знаешь, как свои пять пальцев, вот и подумай, где может быть дискета. Куда бы ты могла ее спрятать?

– Нет, Володь, не думаю, что даже под хмельком я могла запрятать вещь, которая для меня не представляет ни малейшего интереса.

– Но куда же она тогда делась?

– Может, ее тот «труп» утащил? Ведь искал же он что-то в столе у Сергея? Может, как раз ее?

– Если бы он ее нашел, то не рылся бы в столе, – резонно проговорил Владимир. – Напряги мозги, подумай хорошенько. Куда бы ты могла деть конверт?

– Спроси что-нибудь полегче, – пожала Лариса плечами. – Что делать, что же делать? Что бы такое придумать? Интересно, на что рассчитывают похитители? Прежде чем пойти на такой шаг, они же должны были все просчитать. Они почему-то уверены, что я смогу достать эти деньги. Вот если бы еще подсказали где, я была бы им очень признательна, – ворчала девушка, кружась без остановки по комнате.

– Лариса, прекрати маячить, голова от тебя идет кругом. На дискете было что-нибудь написано, не помнишь?

– Да не помню я ничего, – махнула Лариса рукой. Наморщив лоб, она задумалась.

– Хотя, знаешь, там, кажется, были какие-то буквы. По-моему, КОМП. Или что-то в этом роде.

– Ну это нам ровным счетом ничего не дает, – развел руками детектив.

В это время у Владимира в кармане зазвонил телефон, и он поспешно выхватил оттуда трубку. Минуту послушав, он коротко бросил:

– Сейчас приеду.

– Ты куда? – испуганно воскликнула Лариса.

– Извини, у меня неотложные дела. Как только освобожусь, сразу приеду. Если что, звони на мобильный, он все время включен.

– А отложить твои неотложные дела никак нельзя? – с надеждой поинтересовалась девушка.

– Мою работу за меня никто делать не обязан. Волка ноги кормят, слыхала такую поговорку?

– Ладно, иди. Только не бросай меня совсем, очень тебя прошу, иначе я с ума сойду.

– Не волнуйся. Запрись и никого не впускай, я постараюсь побыстрее освободиться.

– Я вижу, здесь что закрывайся, что нараспашку держи все двери, бандиты все равно разгуливают, когда им вздумается.

– А у тебя цепочки на двери нет?

– Ха, ха, цепочки! Что это за защита! Стоит посильнее пнуть дверь ногой, и эта цепочка слетит, как миленькая. Уж если эти типы наши замки запросто открывают, то что о какой-то цепочке говорить.

– Ну я не знаю, чем тогда тебе я могу помочь. Мне действительно нужно срочно уехать, но как только освобожусь, обещаю немедленно приехать, – торопливо проговорил Владимир и поспешил к выходу.

Лариса проводила Владимира до двери и закрылась на все замки. Она не находила себе места и кружила по квартире, словно пантера в клетке. Наконец, решив, что ее может успокоить прохладный душ, она прошла в ванную комнату. Раздевшись, девушка резко крутанула не тот кран, его сорвало, и горячая вода потоком хлынула из него.

– Елки-палки, накаркала на свою голову, – взвизгнула Лариса и как ошпаренная выскочила из ванной.

В комнате она перелистала телефонную книжку в поисках телефона диспетчерской службы их жэка. Дозвонившись, Лариса сделала заявку на вызов слесаря-сантехника и пошла на кухню. Буквально через двадцать минут в дверь позвонили, и Лариса, удивившись невиданной оперативности диспетчера, пошла открывать. На пороге стоял молодой мужчина в светлых брюках и футболке.

– Надо же, как вы быстро, я даже не успела соседей затопить, – улыбнулась девушка и пригласила мужчину в квартиру. – А что же это вы в светлых брюках, испачкаться ведь могут? – тараторила Лариса, показывая молодому человеку дорогу в ванную комнату. – Представляете, сегодня в разговоре с отцом я пошутила, сказав, что у меня в ванной кран сломался, а он возьми и вправду сломайся. Нарочно не придумаешь, правда?

Мужчина молчал, что немало удивило хозяйку квартиры, и она, пожав плечами, открыла дверь в ванную.

– Вот, смотрите, кран с горячей водой. Вы пока работайте, а я пойду кофе сварю. Кофе хотите?

Мужчина неопределенно мотнул головой.

– А где же ваши инструменты? Чем будете чинить? – и, не дождавшись ответа, Лариса продолжала тараторить: – Это ничего, у меня есть все, что нужно. У мужа целый набор, сейчас принесу.

Девушка достала из кладовки чемоданчик с инструментами. Подавая его мужчине, она спросила:

– Посмотрите, годится?

Парень открыл чемоданчик и, почти не взглянув в него, опять кивнул головой.

– Ну вот и отлично. Я тогда пойду кофе варить, – и Лариса упорхнула на кухню.

Когда кофе закипел, Лариса сняла джезву с плиты и собралась разлить его в чашки. Она настолько была занята процессом приготовления ароматного напитка, что не заметила, как слесарь вошел в кухню и остановился у нее за спиной. Поэтому, когда Лариса резко повернулась, ее рука с дымящейся джезвой натолкнулась на фигуру слесаря, и кипящий кофе выплеснулся наружу. Лариса вскрикнула, а слесарь, вытаращив глаза, с воплями заметался по кухне: кипящий кофе попал несчастному на ширинку…

Лариса застыла с открытым ртом, будучи не в состоянии вымолвить ни слова. Незваный гость опрометью бросился к входной двери и выскочил на лестничную площадку. Он несся вниз, продолжая завывать от боли. Немного придя в себя, Лариса вдруг увидела, что на полу валяется ее капроновый чулок, который, готовясь принять душ, она бросила в бак с грязным бельем. И в голову ей пришла совсем неподходящая моменту мысль: «Наш слесарь – фетишист».

Глава 8

Некоторое время спустя в дверь требовательно позвонили, и Лариса, вздрогнув от неожиданности, замерла. Звонок повторился, и девушка на цыпочках прокралась к двери. Заглянув в глазок, она увидела на площадке пожилого мужчину в рабочей одежде и с чемоданчиком в руках. Он смотрел на листок бумаги, который держал в руке и, качая головой, настойчиво нажимал на кнопку звонка.

– Кто там? – пискнула Лариса.

– Чего не открываете? Сами слесаря вызывают, а открывать не хотят. Я что, так и должен под дверьми стоять?

Лариса повернула ключ, пропустила слесаря и виновато проговорила:

– Теперь вас прислали? Такая неприятность вышла с вашим коллегой, мне так неудобно.

– Каким еще коллегой?

– Ну до вас которого присылали, я его нечаянно ошпарила.

– Путаешь чевой-то, хозяйка. Никого по этой заявке к тебе не присылали. Я как пришел из сорок шестого дома, мне сразу в диспетчерской и передали твой адрес.

– Как же так? Был молодой парень в светлых брюках и футболке. У него еще родинка над губой.

– Да нет у нас молодых слесарей. Нынче вся молодежь в бизнес подалась, не хочут в нужниках ковыряться. Давай показывай, что у тебя здесь стряслось?

Лариса молча уставилась на мужика округлившимися от удивления глазами.

– Чегой-то ты онемела, хозяюшка? Показывай говорю, куда идти.

– Да, да, проходите, пожалуйста, вон туда, в ванную комнату, – растерянно проговорила Лариса.

В памяти, сменяя друг друга, замелькали события последних часов. Она вспомнила про чулок, странным образом оказавшийся на полу в кухне, и пришла в ужас. Противные холодные мурашки страха побежали по ее спине.

– Мамочки, он меня хотел убить. Удушить моим собственным чулком. Для полного счастья мне еще маньяка и не хватало. Ой, что же это делается-то?

У девушки закружилась голова, и она еле-еле устояла на ногах. Потом сорвалась с места и кинулась к телефону. Пальцы не слушались, и она никак не могла набрать нужный номер. Наконец, дозвонившись и услышав ответ, дрожащим голосом Лариса пролепетала:

– Володя, меня только что хотели убить.

– Кто?

– Слесарь.

– Лариса, что ты несешь? У тебя, видно, на нервной почве мания преследования началась? На кой ляд ты нужна слесарю, чтобы тебя убивать? Или ты ему на бутылку не дала?

– Хватит юродствовать, – взвизгнула Лариса. – У меня кран сорвало, я слесаря вызвала, а когда он пришел, я ему на ширинку кипящий кофе опрокинула, и он убежал. Наверное, я его сильно ошпарила, брючки на нем были тоненькие, все задымились, – без остановки тараторила Лариса.

– Ничего не понимаю, – проворчал Владимир. – Какой кофе? На какую ширинку? Ты что, опять напилась?

– Дурак! – рявкнула Лариса и бросила трубку. – Ну что за народ – мужики? Русским языком говорю, что меня хотели убить, а он про кофе спрашивает. Еще и алкоголичку из меня сделал, совсем обнаглел.

– Эй, хозяюшка, – услышала Лариса голос слесаря.

Она побежала к ванной комнате и остановилась в дверях.

– Прокладку нужно менять, – со значением сказал мужик.

– Так меняйте, – согласилась девушка. – Или вы хотите, чтобы я вам помогла?

– Поменять-то нетрудно, хозяюшка, только прокладка денег стоит. Я всякую дрянь не беру, импортные достаю, со знаком качества и надежности.

– Делайте все как положено, я заплачу. Импортные, значит импортные, – махнула Лариса рукой.

– Вот и ладно, а то иной раз стараешься, пыхтишь, а тебе на прощанье «Спасибо» и все. Счас горячую воду перекроем, а то, не ровен час, соседей затопишь, ремонт теперь недешев. – Слесарь занялся своей работой, но говорить продолжал: – Соседи, это дело серьезное. Я здесь недавно в одной квартире был, так там с четвертого по первый этаж залило, тоже горячей водой. Полы дыбом встали, с потолка водопад льется, а хозяин квартиры в это время с любовницей в спальне кувыркается. Опомнились, когда их дверь чуть с петель не снесли. Самая умора началась, когда его жена с работы прилетела: ей кто-то из соседей позвонил. Я там от смеха чуть не лопнул…

Лариса стояла, привалившись к дверному косяку, и с улыбкой слушала разговорчивого сантехника, но думала она в это время совсем о другом. «Интересное кино получается. Меня хотят убить, но за что? Или это действительно маньяк, получающий удовольствие, когда душит молоденьких женщин их собственными чулками? Брр, ужас-то какой. Что все это значит, и вообще, что мне делать? Может, уйти пока из своей квартиры, у матери пока пожить? Нет, уезжать нельзя, мне же звонить должны. И как же тогда быть, сидеть и трястись от каждого шороха?»

Зазвонил телефон, прервав Ларисины размышления. Она взяла трубку и устало проговорила:

– Да, внимательно вас слушаю.

– Лариса, это Сергей.

– Ты где, черт тебя побери? Тут такое творится! – заорала девушка не своим голосом.

– Лара, помолчи и выслушай меня внимательно. Все, что тебе сказали о похищении, правда, но об этом потом. Возьми у меня на письменном столе конверт, там лежит дискета. Пойди к Виктору, отдай дискету ему.

– Постой, Сережа, – начала было говорить девушка, но трубка уже запищала короткими гудками.

– Ну е-мое, Ефимов, что же ты отключился? Где я должна искать этот чертов конверт?

Лариса швырнула трубку на базу и заметалась по комнате.

– Натворил дел, скотина, а я теперь расхлебывай. Пропал конверт, понятно, про-пал, и где его искать, я не знаю. Да, напилась я вчера, ну и что? А кто виноват в этом? Ты, подлец, и виноват, а я здесь совершенно ни при чем.

Женщина продолжала делать по комнате круги, разговаривая с невидимым собеседником. Опять зазвонил телефон, и Лариса стремглав бросилась к нему. По пути она опрокинула стул и, перелетев через него, больно ударилась головой о тумбочку. Потирая ушибленное место, Лариса схватила трубку и прокричала:

– Да, да, я слушаю. Нас, наверное, разъединили, а я думала, ты сам отключился…

– Ничего я не отключался, это ты трубку бросила, еще и дураком меня назвала, – услышала Лариса голос Владимира.

– Это ты? Очень хорошо, – затараторила она, – мне сейчас Ефимов звонил, про дискету говорил, просил, чтобы я ее Виктору отвезла. Это его друг. А где мне эту дискету брать, если она потерялась? Но я Сергею не успела об этом сказать, он отключился. Что теперь делать-то, Володь?

– Я сейчас уже еду к тебе, там и поговорим. У тебя все в порядке?

– Да, все в порядке, слесарь прокладку ставит.

– Это тот, который хотел тебя убить? – засмеялся Владимир.

– Нечего хихикать, что в этом смешного? Только это не тот слесарь, а другой. Первый был не настоящий, а этот всамделишный. Теперь он чинит мне кран. А тот даже без инструментов приходил, а я, как дура, ему еще наш чемоданчик дала. Он мой чулок из бака вытащил и хотел им меня удушить, но не успел. А я хотела его кофе угостить, а вместо этого яйца ему сварила.

– Ой, Лариса, ничего не понимаю, что ты мне здесь наплела. Он что, голодный был, что ты начала ему яйца варить? – продолжал веселиться Владимир.

– Володь, хватит дурака валять, что ты, в самом деле? Я здесь, можно сказать, подвергаю свою жизнь смертельной опасности, а ты зубоскалить вздумал. Давай приезжай, я тебе все здесь по порядку расскажу.

– Хорошо, жди, я уже скоро.

– Хозяюшка, я все закончил, принимай работу, – услышала Лариса голос сантехника.

Она направилась к ванной, по пути взяла сумочку и достала деньги.

– Спасибо вам большое. Вот, пожалуйста, возьмите за беспокойство.

– Благодарствую, – обрадованно крякнул мужичонка и, обтерев руки о штаны, аккуратно взял деньги. – Вот и хорошо, день у меня сегодня удачный, хорошие клиенты попадаются. Иной раз, бывает, и рубля не заработаешь, одни бабки-пенсионерки вызовы делают. А с пенсионерки что возьмешь? Иногда суют, конечно, только я же не мародер какой, не беру. Прощевай, хозяйка, если что, зови, меня Федором Ивановичем зовут.

– Хорошо, теперь буду вызывать только вас, – улыбнулась Лариса и проводила мужчину до дверей.

Она закрылась опять на все запоры и отправилась на кухню с мыслью что-нибудь перекусить. День уже клонился к вечеру, а дело не сдвинулось с мертвой точки ни на метр.

– Считай, что осталось всего два дня, а в мозгах – пусто. Что же делать? – бормотала она, намазывая маслом хлеб.

И тут в дверь снова позвонили. От неожиданности Лариса вздрогнула.

– Мамочки, что же я стала такая нервная?

Она осторожно подошла к двери и заглянула в глазок. За дверью стоял Владимир и нервно теребил газету. Лариса впустила его в квартиру. Владимир внимательно посмотрел на девушку и даже потянул носом, не пахнет ли от нее спиртным.

– Чего это ты носом водишь? Неужели думаешь, что я действительно пила? Совесть у тебя, по-моему, отсутствует. Если тебе посчастливилось видеть меня в непотребном виде, то это не значит, что это мое привычное состояние, – взбунтовалась Лариса.

– Ты мне по телефону такого наплела, что я, грешным делом, подумал: «У девушки на нервной почве крышу сорвало».

– Ничего у меня не срывало, что, между прочим, удивительно. У любой другой точно сорвало бы, а я еще каким-то образом держусь. Проходи в комнату, я тебе сейчас все расскажу.

– Ларис, ты меня извини, но я голоден как волк. У тебя найдется что-нибудь поесть?

– Готовить я сегодня не готовила, не до этого сейчас. Могу предложить только бутерброды. Еще могу омлет с ветчиной приготовить.

– Давай омлет и бутерброды тоже, мне сейчас все равно, лишь бы что-то поесть, – одобрил предложенное меню Владимир и пошел мыть руки.

Лариса отправилась на кухню и захлопотала у плиты. Владимир тоже очень скоро появился на кухне, уселся за стол и сказал:

– Давай рассказывай, я тебя внимательно слушаю.

Девушка, занимаясь приготовлением незатейливого ужина, не спеша начала свой рассказ. Излагала все события очень подробно. Дойдя до эпизода, когда к ней явился настоящий слесарь и она вдруг поняла, что ее хотели убить, Владимир перебил ее:

– А почему ты вдруг решила, что он хотел тебя убить? Ведь попытки-то не было.

– Как это не было, а чулок? Зачем он вытащил его из бака? И стоял этот человек прямо за моей спиной, когда я повернулась. Если бы не кофе, лежала бы я мертвая сейчас вот здесь…

– Непонятно все это, – проворчал Владимир, запихивая в рот кусок горячей ветчины. – То им деньги нужны, а то пришли душить курицу, которая должна снести для них золотое яйцо. Как же тогда они собирались получить свои деньги?

– Володь, так ты считаешь, что меня именно эти люди хотят убить? Я надеялась, что это просто какой-то маньяк…

– Он что же, так слесарем и представился? – поинтересовался детектив, медленно пережевывая омлет с ветчиной.

– Слушай, а ведь это я сама приняла его за слесаря. Открыв ему дверь, я даже ничего не спросила, а сразу повела его в ванную комнату.

– Ларис, ты и вправду особа безалаберная. Сказал же я тебе, чтобы двери никому не открывала, – промямлил Владимир, набивая полный рот.

– Я же тебе объяснила, почему ему открыла, – раздраженно проворчала Лариса. – Вода в ванной хлестала, кипяток, и я ждала слесаря-сантехника.

– Дождалась? – хмыкнул детектив.

– Ничего смешного не нахожу, – окрысилась девушка. – А если бы ему действительно удалось меня придушить, ты бы тоже смеялся?

– Не болтай глупости, лучше расскажи, что тебе сказал по телефону твой муж? – перевел разговор Владимир на другую тему.

– Я же тебе уже все рассказала. Просил Виктору отвезти дискету. А дискеты же нет, и что теперь делать?

– Больше ничего не сказал?

– Сказал, что насчет похищения – все правда.

– Нужно ехать к Виктору, может, он прояснит ситуацию? Если твой муж просил отвезти дискету Виктору, значит, этот человек должен быть в курсе событий. Позвони Виктору, узнай, когда можно к нему приехать.

– А что я ему скажу? Дискеты-то нет.

– А ты пока не говори, что ее нет. Скажи, что тебе звонил Сергей и просил кое-что передать.

– Хорошо, пойду позвоню, – вздохнула Лариса и потащилась в комнату.

– Алло, Виктор? Здравствуй, это Лариса. Мне Сергей звонил и просил отдать тебе дискету… Откуда мне знать, что за дискета? Я такими вещами совершенно не интересуюсь. А когда я могу приехать?.. Хоть сейчас? Хорошо, жди меня часа через полтора-два. Сейчас везде такие пробки, что пока допилю – времени много уйдет. До тебя ведь ехать как до канадской границы, живешь на краю географии.

Лариса вернулась на кухню и сказала:

– Он ждет меня прямо сейчас.

– Очень хорошо, значит, сейчас и поедем, вот только кофейку выпью. Спасибо тебе за ужин, немного червячка заморил. Ты давай собирайся, не в халате же поедешь?

Лариса растерянно глянула на себя в зеркало и послушно кивнула. Она так устала сегодня, что ничего не хотела. У нее вдруг появилось непреодолимое желание послать все к чертям собачьим и завалиться спать. И все же девушка постаралась взять себя в руки. Уже сидя в машине Владимира, Лариса откинула голову на подголовник и прикрыла глаза. Почувствовав, что засыпает, она сказала спутнику:

– Володь, я посплю немного, адрес я тебе сказала, думаю, найдешь. Как приедем, разбуди, что-то сил у меня нет.

Владимир внимательно посмотрел на бледное лицо девушки и пожалел ее:

– Спи на здоровье, не заблужусь, – ласково сказал он.

Глава 9

– Лариса, просыпайся, приехали, – Владимир тронул девушку за плечо.

Она открыла сонные глаза и осмотрелась.

– Да, кажется, приехали. Ставь машину во дворе, вон там под деревьями, и пошли.

Лариса выбралась из машины и сладко потянулась.

– Эх, мужичка бы, – хитро глянув на Владимира, пропела девушка, а потом, махнув рукой, продолжила: – Да где ж его возьмешь в наше время? Настоящие рыцари еще три века назад вымерли, как мамонты.

– Это ты к чему? – удивленно спросил Владимир.

– Ни к чему. Так просто, прикол такой, – спокойно сказала Лариса и двинулась к подъезду.

Владимир закрыл машину, включил сигнализацию и догнал Ларису.

– Когда поднимемся, я спрячусь, чтобы он меня в глазок не увидел, а когда дверь откроет, я и нарисуюсь.

– К чему такие предосторожности? – удивилась девушка.

– Ну мало ли? Вдруг увидит меня и не захочет открывать.

– Хорошо, сделаем, как скажешь. Слушай, а потом что? О чем ты его будешь спрашивать? Я даже не знаю, говорить ему, что Сергея похитили, или нет? Или он в курсе, как думаешь?

– Давай не будем гадать, а все выясним. Может, твоего мужа никто и не похищал.

– Почему ты так думаешь?

– Я не думаю, а просто предполагаю. Откуда, интересно, он мог тебе звонить? Если его похитили, неужели ты думаешь, что предоставили ему комфортабельные апартаменты, а главное, с телефоном?

– У него при себе всегда мобильный. Правда, я много раз набирала номер, но мне отвечали, что он временно недоступен.

– Вот как раз мобильный в первую очередь и забирают, поэтому и недоступен.

– Ну и откуда же он тогда звонил? – нахмурилась Лариса.

– Вот и я про то же, – развел руками детектив.

– Конечно, если бы я в тот момент был рядом с тобой, то смог бы узнать. Конечно, если бы не дал тебе повесить трубку.

– Что теперь об этом говорить, поезд ушел, – пожала плечами Лариса и вдруг, вытаращив глаза, воскликнула:

– Володя, какие же мы дураки. Нужно было засечь, откуда звонили похитители, и мы бы узнали, где держат Сергея. Они обещали позвонить мне завтра, нужно будет подготовиться.

– Умная-аа, – с сарказмом протянул Владимир, насмешливо глядя на Ларису. – Ты что же думаешь, моя милая? Что люди, которые занимаются такими делами, не предусмотрели такую «незначительную» деталь?

– Думаешь, предусмотрели? – расстроилась девушка.

– Как дважды два, – уверенно заявил мужчина, остудив пыл Ларисы.

Они поднялись на седьмой этаж и вышли из лифта. Сразу же у лифта находилась дверь, над которой в ряд расположились кнопки звонков с номерами квартир. Прежде чем подойти к какой-нибудь квартире, нужно было открыть сначала эту дверь. Только Лариса подняла руку, чтобы нажать на нужный звонок, как за дверью послышалась какая-то возня. Владимир, схватив Ларису за руку, быстро затащил ее за дверь, которая вела на лестницу.

– Ты что сду… – зашипела девушка, но ладонь Владимира зажала ей рот.

Ничего не понимая, она уставилась на него. Мужчина лишь молча приложил указательный палец ко рту, показывая, что нужно молчать. В это время дверь, ведущая к квартирам, тихонько скрипнула, и сразу же хлопнула дверь лифта. Когда кабина поехала вниз, Владимир спокойно вышел из укрытия.

– Ну и что эти твои непонятные маневры означают? – возобновила свое шипение Лариса.

– Сейчас посмотрим, – не теряя спокойствия ответил Владимир и открыл дверь, ведущую к квартирам. – Так я и думал, – пробормотал мужчина. – Сорок вторая квартира? – спросил он, повернувшись к Ларисе.

– Да, сорок вторая, а что?

– Стой пока здесь, – приказал Владимир.

Но он снова допустил ошибку, Лариса терпеть не могла, когда ей что-либо приказывают. Она всегда сразу же делает все наоборот. Дух противоречия восстает в ней со страшной силой, и она выпускает коготки…

– Ты, верно, забыл, что это меня приглашали, а не тебя? – прищурившись, сказала девушка.

– Ну тогда давай, топай, – ехидно усмехнулся Владимир и галантно распахнул перед Ларисой дверь.

Лариса, отступив на шаг, с подозрением посмотрела на мужчину.

– Здесь какой-то подвох, да?

– С чего ты взяла? – продолжал ухмыляться Владимир.

– А почему ты захотел идти один? Ты же вроде вообще не собирался сразу показываться Виктору?

– Ларис, всю голову ты мне заморочила. Тебя без бутылки черта с два поймешь. То тебе не понравилось, что я решил сначала пойти один, теперь не нравится, что я уступаю тебе дорогу.

Лариса схватила Владимира за руку и потащила к дверям квартиры.

– Вместе пойдем.

Она было уже раскрыла рот, чтобы что-то добавить, но мгновенно его захлопнула, увидев приоткрытую дверь сорок второй квартиры. Обернувшись, она испуганно прошептала Владимиру:

– Опять дверь открыта.

– Я уже видел, – совершенно спокойно проговорил Владимир. – Поэтому и решил сначала один туда пройти, не хотел лишний раз подвергать твою нервную систему стрессам.

– Ты думаешь, что его тоже, того?.. – у девушки не повернулся язык произнести страшное слово.

– Не знаю, – пожал плечами детектив. – Сейчас посмотрим.

– Я боюсь, – зашептала Лариса. Однако продолжала упрямо красться за Владимиром, ухватившись за полу его пиджака. При этом она еще и ворчала: – Такое впечатление, что последние два дня меня всюду сопровождает черт с кочергой. Стоит мне где-либо появиться, как он уже там побывал и оставил еще тепленький труп.

– Не каркай, ворона, – сплюнул детектив.

– Я не каркаю, я нервничаю. После увиденного в квартире Кристины, я уже готова ко всему, – дрожащим голосом прошептала Лариса.

Мужчина тихонько приоткрыл дверь нужной квартиры и громко спросил:

– Эй, есть кто живой? У вас дверь открыта.

Ларису снова замутило. Состояние было такое же, как в квартире несчастной блондинки. Все повторялось. Только, в отличие от царившей в той квартире тишины, здесь во всю мощь пронзительно визжал, голосом Витаса, то ли телевизор, то ли радиоприемник. Владимир сразу направился в спальню, но, к великому облегчению Ларисы, она оказалась пуста. Когда они обошли всю квартиру, девушка совсем было собиралась съязвить в адрес великого сыщика, что, мол, на этот раз интуиция его наглым образом подвела. Предвкушала, как они вместе посмеются над ее страхами. Но в это время Владимир распахнул дверь ванной комнаты, и Лариса замерла, тупо уставившись на открывшуюся ужасающую картину. Нерво хихикнув, она задумчиво пробормотала:

– Брился и порезался, а пока искал пластырь, истек кровью…

Произнеся эту глупую фразу, Лариса без чувств рухнула к ногам детектива. Ее заступник-детектив, приоткрыв рот, замер на пороге ванной. Перед собой он увидел человека с намыленным лицом, явно собравшимся бриться. Он лежал на полу, с зажатой бритвой в руке, а из его горла фонтаном била кровь.

Владимир растерянно оглянулся и увидел распростертую на полу девушку. Раздраженно плюнув, он чертыхнулся:

– Тьфу ты, вот влип, как кур во щи! И что прикажешь с тобой делать? – Он наклонился над Ларисой и похлопал ее по щекам. – Эй, подружка, давай-ка, милая, открывай глазки, сваливать нам нужно по-быстрому.

Владимир, схватив Ларису под мышки, вытащил ее из квартиры. Оглядевшись по сторонам, он заметил, как поспешно закрылась соседняя дверь.

– Да, кажется, засветились, – пробормотал мужчина.

Он опустил Ларису на пол и стал приводить ее в чувство. После пятой оплеухи девушка открыла глаза и села.

– Ты чего дерешься? – возмутилась она.

– Чего раскричалась? Я тебя в чувство привожу, а не дерусь. Пошли отсюда, нас, между прочим, из той квартиры видели.

– Ну и что? Там старик живет, Родион Павлович, божий одуванчик. – И тут Лариса вдруг несказанно удивилась тому, что почему-то сидит на полу. – А что я делаю на полу? – спросила она Владимира.

– Так ты же хлопнулась в обморок.

– Ха, ха, ну да? – недоверчиво скривилась девушка. – С какой стати мне в обморок падать? Вроде никогда такой слабостью не страдала.

Владимир, глядя на девушку, покачал головой.

– Лариса, ты хотя бы понимаешь, зачем мы сюда приехали. И вообще помнишь, кто здесь живет?

– Конечно. Виктор здесь живет, к нему и приехали.

И вдруг, вспомнив увиденное, она испуганно уставилась на Владимира.

– Володя, – прошептала она, – это правда, или мне приснилось?

– Правда, правда, не обольщайся. Это был не сон, – жестко сказал сыщик.

Лариса тут же приняла вертикальное положение и пошатнулась. Владимир успел поддержать ее.

– Что будем делать? – ледяным голосом спросила девушка.

– Ноги будем делать, хотя теперь это уже бесполезно, – решительно проговорил сыщик.

– Почему?

– Я тебе уже сказал: кто-то из соседней квартиры видел, как я тебя волоком тащил из квартиры Виктора. Нужно в милицию позвонить.

– А что мы скажем? Зачем приезжали?

– А что, собственно, в этом особенного, ведь Виктор – друг твоего мужа? Скажешь, что должна была забрать какую-нибудь вещь. Пошли звонить.

– Откуда? – испуганно отшатнулась Лариса.

– Не дергайся, не оттуда. Сейчас попросимся к дедушке.

Владимир решительно шагнул к двери и нажал на кнопку звонка. Почти сразу послышался пронзительный старческий голосок:

– Кто там? Что нужно?

– Разрешите от вас позвонить, с вашим соседом случилось несчастье.

– От него и звоните. Там разве нет телефона?

– Телефон есть, но он не работает. Пожалуйста, пустите нас.

– У меня тоже не работает, отключили за неуплату, – соврал старик.

– Родион Павлович, откройте. Вы меня разве не узнаете? Это же я, Лариса Ефимова.

– У меня со зрением, конечно, не совсем хорошо, но я не слепой. Ларису знаю, хорошая девушка, не чета тебе, лахудре крашеной.

– Да я это, – чуть не плача, клялась Лариса. – Просто перекрасилась, сейчас это запросто. – И уже совсем тихо, добавила: – Вчера была брюнетка, а сегодня уже гнедая…

Старик высунул нос и подслеповато прищурился.

– Взаправду, что ли, ты, Ларочка?

– Я, конечно, я. Можете даже потрогать, – смущенно улыбнулась девушка и подошла поближе к двери.

– Ну тогда проходите. Что там случилось? Куда звонить-то? В неотложку, что ли?

– Неотложка уже не поможет, труповозка понадобится. Но сначала в милицию нужно позвонить, – прямо глядя деду в глаза, строго сказал Владимир.

Старик отшатнулся и закудахтал:

– Никак помер? Только что, прямо перед вами, от него мужчина вышел. Живой был Виктор, это точно.

– Какой мужчина? – принял стойку сыскной собаки Владимир.

– Какой, какой, обыкновенный. В шляпе с большим козырьком.

– Без пальца? – тут же влезла в разговор Лариса.

– Про пальцы сказать ничего не могу, не видал. А вот что ругались с Виктором, это точно слышал. Слов, конечно, передать не могу, не понял ничего, у меня в слуховом аппарате батарейки сели. Даже грохот слышал, похоже, подрались они.

Лариса и Виктор переглянулись.

– А Виктор ему сам дверь открыл? – поинтересовался Владимир.

– Вот чего не видал, того не видал, – развел старик руками. – Я был на балконе, а когда в комнату вошел, тогда шум и услыхал.

– А, стоя на балконе, не видели, кто в подъезд входил?

– Нет, не мог я видеть. У меня балкон на другую сторону выходит, аккурат на проезжую часть. Нет, не мог видеть. Вот когда уходил мужил в кепке, я уже у двери дежурил и в глазок его рассмотрел. Правда, зрение уже у меня не то, но пока без очков обхожусь, только когда газетку почитать захочу, тогда надеваю.

– Ну а что вы еще можете сказать про того мужчину? Какой он?

– Какой? Да вроде обыкновенный, сейчас таких много. Высокий, худой, в шляпе, ее еще футболкой называют.

– Бейсболкой, – поправила Лариса.

– Во-во, так и называют, точно, дочка, ты приметила.

– Не густо, – вздохнул Владимир. – Что делать-то будем? – обратился сыщик к Ларисе.

– Откуда я знаю? Наверное, нужно в милицию сообщить, только затаскают ведь. Пока докажешь, что ты не верблюд, успеешь на пенсию выйти, а у меня всего два дня осталось.

– Оставлять все, как есть, тоже нельзя, – возразил Владимир.

– Это я и без тебя прекрасно понимаю, не глупая, – окрысилась Лариса. Она повернулась к старику и, сложив ручки, взмолилась: – Родион Павлович, миленький, может, вы сами в милицию позвоните и скажете, что вашего соседа убили? Понимаете, если мы это сделаем, нас же затаскают, а вы – сосед, человек пожилой, что с вас взять. Ну допросят пару раз и все. Вы им все про того мужчину расскажете, и от вас отвяжутся. Сами понимаете, мы-то здесь совершенно ни при чем. Пришли и сразу на труп наткнулись.

– А Витю что же, взаправду убили? – с любопытством зашептал старик.

– Похоже на то, – кивнула девушка.

Родион Павлович задумался, а потом, прищурив глазки, спросил:

– А ежели на меня повесят?

– Кого? – не поняла Лариса.

– Кого, кого? Труп соседский, кого же еще? – со значением произнес старик.

Лариса не выдержала и рассмеялась.

– Родион Павлович, хороший мой, вам сколько лет?

– В этом годе восемьдесят шесть стукнет, – гордо вскинув голову, ответил Родион Павлович.

– Никто на вас никого вешать не будет, успокойтесь. Вы по возрасту на роль убийцы не тянете.

– Это почемуй-то? Я еще очень даже крепкий.

– Родион Павлович, я в этом не сомневаюсь. Просто сейчас речь о другом. Вы согласны нам помочь и не говорить, что видели нас здесь? Вы же понимаете, что это не мы сделали? Просто очень не хочется иметь дело с милицией.

– Ступайте, только в милицию сами звоните. Я уже говорил, что у меня аппарат на ухе, что по телефону говорят, ничего не понимаю.

– Спасибо, миленький, – взвизгнула девушка и повисла у старика на шее.

Владимир тем временем подошел к телефону, и только было хотел набрать 02, как тут же отдернул руку.

– Я совсем идиот, ведь в одну секунду вычислят, откуда звонок. Поймут по голосу, что не сам старик у телефона, и расколют его в одну минуту. Нужно из автомата позвонить. – Он повернулся к Ларисе: – Все, пошли отсюда, звонить буду из автомата. А еще лучше, если вы, Родион Павлович, когда мы уйдем, постучите к соседям, поднимете панику. Расскажите, что пошли к соседу, ну за спичками, например, или за солью, а его дверь открыта, а сам он в ванной комнате на полу с перерезанным горлом.

– А он с перерезанным? – испуганно прошептал старик.

Владимир посмотрел на его побледневшее лицо и сразу же пожалел о своих словах.

– Да, к сожалению, – пришлось ему подтвердить свое страшное сообщение.

– Нет, никуда я не пойду и ничего делать не буду, – засуетился старик. – Вы уж сами, что хотите, то и делайте, а я ничего не видел и ничегошеньки не знаю. Вот вам мой ответ, – торопливо говорил Родион Павлович, бегая по комнате. – Ох, это же надо было мне, дураку старому, дверь вам открыть. Идите с богом, дайте последние денечки прожить спокойно. Самому помирать уж скоро, а я буду здесь с мертвецами возиться. Ох, грехи мои тяжкие, – не унимался старик. – Ступайте, вам говорят, я вас не видел и ничего не знаю! – И он торопливо распахнул дверь, давая понять, что аудиенция закончена.

Лариса с Владимиром выскочили за дверь и решили, что старик прав, нужно оставить все, как есть. Придет время, и милицию кто-нибудь вызовет. Они бегом добежали до машины, и Владимир резко нажал на газ…

– Вот влипли, – покачала Лариса головой. – Что теперь делать?

– Не знаю, – зло буркнул Владимир. – Мне уже, если честно, надоело все это. Сутки уже нет от тебя покоя, а лишь сплошные трупы!

– А я-то здесь при чем? – удивленно заметила Лариса. – Я, что ли, эти трупы делаю трупами?

– Одного вроде сделала, только он понял, с кем имеет дело, и сбежал, – уже почти миролюбиво проговорил Владимир и улыбнулся. – И откуда ты такая взялась?

– Оттуда, откуда и все, – парировала девушка.

– Куда едем-то? Мне, между прочим, по делам нужно, – строго напомнил детектив.

Лариса тяжело вздохнула.

– Отвези меня домой и можешь уезжать на все четыре стороны. Не волнуйся, больше я тебя беспокоить не буду. Завтра с утра пораньше поеду к отцу и все ему расскажу. Мне больше деваться некуда. Денег я таких никогда сама не достану, а ждать, пока меня прихлопнут в своей собственной квартире, я не намерена. Тем более, даже не узнаю за что. Пусть отец сам со всем этим разбирается.

– Тебя же предупредили, чтобы ты этого не делала?

– Ну и предупредили, ну и что? А что прикажешь делать? Ты помогать мне не хочешь, у тебя, видишь ли, своих дел по горло. А я, между прочим, хотела тебя нанять…

– Куда нанять?

– Как это куда? Ты детектив или не детектив?

– Ну, детектив.

– Сотрудник агентства «Холмс»?

– Хозяин.

– Тем более. Значит, если бы я пришла в твое агентство и наняла тебя как частного детектива, ты бы взялся за мое дело?

– Ну не знаю, навряд ли. Я сам уже давно никакими делами практически не занимаюсь, только в исключительных случаях, – осторожно ответил Владимир.

– Вот видишь, значит, мне некуда больше деваться, как только идти к отцу. Вези меня домой и распрощаемся.

– Как скажешь, – пожал Владимир плечами и прибавил газа.

Глава 10

Лариса открыла дверь своей квартиры и, осторожно просунув нос в прихожую, прислушалась. Как известно, у страха глаза велики, поэтому теперь ей за каждым углом мерещилась опасность. Удостоверившись, что в квартире все спокойно, Лариса закрылась на все замки и запоры. Облегченно вздохнув после этого, девушка разулась, сунула ноги в тапочки и прошла в комнату. Здесь, к ее великому облегчению, все было так же, как она и оставила.

– Слава богу, никакого погрома, – прошептала Лариса.

Она включила телевизор и уселась в кресло. Настроение было – нарочно не придумаешь, и в голову полезли разные мысли. Возникающие вопросы оставались без ответов.

«Что же все это может означать? Почему убили Кристину и Виктора? Где Сергей, и откуда он мог звонить? Что мне делать? Рассказать все отцу или подождать, посмотреть, что будет дальше? Куда подевался злосчастный конверт с дискетой? И что за информацию может содержать эта дискета?» – Голова Ларисы просто шла кругом.

«Жила себе спокойно, ни о чем подобном не думала, и – на тебе. В один прекрасный день все перевернулось с ног на голову. Есть от чего свихнуться».

Лариса прошла на кухню и открыла холодильник. Она взяла с полки пакет с апельсиновым соком и налила себе полный стакан. Но выпить его она не успела: в комнате зазвонил телефон. Поставив стакан на стол, Лариса кинулась к телефону. Звонила ее подруга Наташа из салона красоты.

– Привет, подружка. Я не очень поздно звоню? Надеюсь, ты еще не спишь? Ну, как твой новый имидж? Произвел фурор? – затараторила Наталья.

– Еще какой! Окружающие моментально попадали и до сих пор валяются в глубоком нокауте, – проворчала Лариса.

– Что это с тобой, Ларис? – удивленно спросила Наташа. – Что-то случилось?

– Нет, ничего не случилось, если, конечно, не считать того, что меня хотят убить, – спокойно произнесла девушка.

– Как это убить? Почему убить? Ты что там несешь? Напилась, что ли? – как из пулемета, сыпала вопросами Наташа.

– Я совершенно в здравом уме и трезвом рассудке, – вздохнув, проговорила Лариса.

На другом конце провода немного помолчали, а потом Лариса услышала торопливые советы подруги:

– Сиди дома, никуда не уходи, я немедленно выезжаю!

– Ну вот, – опять вздохнула Лариса. – Даже близкая подруга приняла меня за ненормальную. Ладно, пока она доедет, приму-ка я душ. Надеюсь, слесарь хорошо починил кран, и его не сорвет снова.

Лариса отправилась в ванную комнату и стала раздеваться, решая, что лучше – принять душ или полежать в ванне. Подумав, что последнее приятнее, она открыла кран и налила в ванну пены. Потом посыпала туда соли с запахом хвои. С наслаждением погрузившись в ароматную воду, Лариса почувствовала приятную расслабленность и едва не уснула. Когда ее глаза начали уже слипаться, девушка очнулась и, отгоняя сон, тряхнула головой.

– Нет, спать пока не буду, а то потом всю ночь буду считать бегемотов и слонов, чтобы снова уснуть.

Лариса поднялась из ванны, обмоталась махровым полотенцем и прошлепала на кухню. И только она взяла в руки стакан с соком, который так и не выпила, – помешал телефонный звонок, – как позвонили в дверь. Пришлось снова поставить стакан с соком на стол. Когда Лариса заглянула в дверной глазок, то увидела за дверью свою подругу Наташу. На руках у подруги удобно расположился ее кот Маркиз. Девушка открыла дверь и пропустила Наташу в квартиру.

– Что это ты Маркиза с собой притащила? – удивленно спросила Лариса.

– Я с ним у ветеринара была. Кстати, оттуда тебе и позвонила, пока в очереди сидела.

– Он что, заболел?

– Нет не заболел, прививку делали, скоро на выставку поедем, – махнула Наталья рукой.

– А что, ветеринары так поздно работают?

– Это круглосуточная клиника, для таких элитных животных, как мой Маркиз. Я работаю практически каждый день, когда же мне с ним по клиникам таскаться? Могу только после работы. Ларис, хватит про Маркиза. Что это ты по телефону мне брякнула?

– Ничего я не брякала, и не нужно на меня так смотреть. Я сказала, что меня хотят убить. И это не бред сивой кобылы, как ты подумала. Меня действительно сегодня пытались убить.

Наташа схватила подругу за руку и потащила в комнату.

– Рассказывай все по порядку.

– Даже и не знаю, Наташ, с чего начинать. Все так нелепо, что совершенно не похоже на правду.

– Начинай с самого начала, а там решим, насколько это нелепо, – подбодрила девушка подругу и уселась с ногами в кресло, приготовившись внимательно слушать.

Лариса тяжело вздохнула и начала свой рассказ.

– Вчера я собралась в химчистку. Как обычно, проверила все карманы в вещах, которые собиралась туда сдать. В брюках Сергея нашла листок с телефоном. Ой, да что я тебе это рассказываю, я же тебе показывала вчера тот листок. Ну так вот, слушай дальше…

Через полчаса, когда Лариса закончила свой рассказ, Наташа слушала его с открытым ртом. Потом она долго не могла прийти в себя, ошеломленная тем, что услышала.

– Вот это я понимаю – триллер! – наконец пробормотала она. – Про такое я только в крутых детективах читала. Слушай, Ларис, а ты уверена, что тебя тот «слесарь» хотел придушить? Может, тебе показалось?

– И ты туда же? – взвилась Лариса. – Я что, по-твоему, законченная идиотка? Или ты тоже считаешь, что это плод воображения моего перепуганного мозга? Наташенька, я все проанализировала и пришла к выводу, что он точно хотел меня удушить моим же собственным чулком. Зачем, спрашивается, он вытащил его из бачка и притащил на кухню? Спросить, где я покупала столь изысканную модель?

– Так-то оно так, я с тобой, конечно, полностью согласна. Но в голове у меня никак не укладывается, за что на тебя такая охота. Что ты можешь такого знать?

– Откуда же я знаю? Сама всю голову сломала, – проворчала Лариса.

– А может, это просто какой-нибудь маньяк? – предложила свою версию Наталья.

– Я тоже сначала так подумала, но Володя разубедил меня.

– Ну вот что, подружка. Я теперь тебя ни на минуту не оставлю одну. Если ты, конечно, не против, то буду жить у тебя, пока вся эта дребедень не закончится, – решительно заключила Наташа.

– Конечно, я не против, что за дурацкие вопросы, – воскликнула Лариса, заулыбавшись.

– Ты чего смеешься? – недоуменно поинтересовалась Наташа.

– Ты только не обижайся, но мне вдруг в голову пришла совершенно идиотская мысль. Представляешь, убийца придет сюда и обалдеет оттого, что ему придется убивать сразу двоих!

– Совсем чокнутая, – пожала плечами Наташа. – Пошли на кухню. У тебя есть что перекусить? Я только утром дома позавтракала и все. Больше ничего не ела, голодная как крокодил.

Девушки прошли на кухню, и Наташа, ступив на порог, всплеснула руками.

– Маркиз, ну что же ты делаешь? Разве можно забираться на стол и тем более лакать из стакана? Кстати, что у тебя там? – задала она Ларисе вопрос.

– Сок апельсиновый, – усмехнулась девушка.

– Вот зараза, а! – возмутилась Наташа. – Он у меня экзотическая натура, любит апельсины и мандарины, представляешь? Вот только после этого со своего кошачьего туалета не слезает. Но чтобы сок пил, первый раз вижу. А ну, пошел со стола, толстяк, – и, схватив своего питомца за шкирку, Наташа скинула его на пол.

Маркиз уселся в уголочке и стал с удовольствием облизывать щеки и усы.

– У людей коты, как коты, а здесь прямо эксклюзивный экземпляр какой-то. Гляди, гляди, блаженствует, будто сметаны наелся.

– О вкусах не спорят, – засмеялась Лариса и открыла холодильник. И вдруг кот заорал дурным голосом и начал кататься по полу. – Что это с ним? – испуганно спросила Лариса у подруги.

Наталья в свою очередь тоже с удивлением и беспокойством уставилась на Маркиза.

– Понятия не имею. Маркиз, киса моя, что с тобой? – засюсюкала она, присела на корточки и протянула руку, чтобы погладить кота. Но неблагодарное животное еще громче заорало и оцарапало свою хозяйку. – Вот зараза! – отдернула девушка руку, разглядывая глубокие царапины.

– Может, он взбесился после прививки? – сделала вывод Лариса.

Наташа сорвалась с места и понеслась в комнату. Схватив телефонную трубку, хозяйка кота стала звонить в ветеринарную лечебницу. И как только на другом конце провода ей ответили, она тут же закричала в трубку:

– Что за прививку вы сделали моему коту? Он у меня только что взбесился… Ничего подобного, я вполне нормальная, а вот вы ответите мне за то, что сделали с моим любимцем. Я сию же минуту приеду, – и девушка со злостью бросила трубку. – Собирайся, поехали! – ворвавшись в кухню, как тайфун, прокричала Наташа. – Вот коновалы, ну погодите, я вам покажу, как над животными измываться! – пылала гневом девушка, делая круги по кухне. Царапины на руке давали знать о себе, и она полезла в аптечку. Вытащив оттуда все имевшиеся в наличии антисептики, она начала обрабатывать ими раны.

Все это время животное продолжало корчиться на полу, но его кошачьи стенания становились все тише и тише. Наташа с тревогой смотрела на муки своего питомца и вдруг обратила внимание на то, что его пасть окрасилась кровавой пеной.

– Ларка, смотри, у него пена изо рта пошла, да еще с кровью! – завизжала девушка.

Лариса кинулась в кухню и, продолжая прыгать на одной ноге, натягивая узкие джинсы, с ужасом посмотрела на Маркиза. И вдруг она замерла, так и не натянув джинсы до конца.

– Наташа, это отравление, – охрипшим голосом проговорила она.

– Сама вижу, не слепая. Ну я сейчас им задам.

– Наташа, очнись. Ты поняла, что я тебе сказала?

– Конечно, поняла. Что я дура, что ли? – удивленно ответила подруга.

– Ты не поняла, чем он отравился? – шепотом спросила Лариса.

– А чем? – тоже перешла на шепот Наташа.

Лариса перевела испуганный взгляд на стол и показала глазами на стакан с апельсиновым соком.

– Ой, – пискнула Наталья и зажала рот рукой. – Ты что, думаешь, этот сок… – девушка не смогла выговорить то, что крутилось на языке.

– Это меня хотели отравить, – сделала это за нее Лариса и села на пол. Она закрыла лицо руками и стала раскачиваться из стороны в сторону. – Мамочкиии… – подвывала она. – Что же это делается? Кому я так сильно помешала? За что?

Наташа подлетела к подруге и попыталась успокоить ее.

– Ларис, ну Ларис, перестань, пожалуйста. Может, это только твои предположения? Может, сок был просто просрочен?

– Я его только вчера купила, посмотри на упаковку, он же совсем свежий. В супермаркете брала, там всегда свежие продукты, – продолжала всхлипывать Лариса.

Кот тем временем уже вытянулся на полу, изредка судорожно подергивая лапами. Было понятно, что это агония. Лариса с ужасом смотрела на животное и представляла себе, что могла быть на его месте.

– От просроченного сока не погибают, – уже уверенно заявила Лариса и встала с пола. – Все. Звоню в милицию. – Решительно сказала она и направилась в комнату.

Лариса набрала 02, но, когда на другом конце провода властный голос произнес: «Дежурный по городу слушает», она трусливо опустила трубку на базу.

– Ну что же ты? – удивилась Наталья.

– А что я им скажу?

– Как это что? Скажи, что только что на твоих глазах околел кот. Его отравили апельсиновым соком. Но на самом деле хотели отравить тебя.

– Ты сама-то понимаешь, что говоришь? Меня же примут за ненормальную. Господи, что же делать?

– Ларис, может, позвонишь отцу? Он у тебя мужик умный, найдет выход.

– Да, ты права, – встрепенулась девушка и поспешно схватила трубку.

Она набрала номер мобильного Петра Васильевича и после нескольких гудков услышала родной голос.

– Папка, привет, это Лариса.

– Слышу, слышу, привет, моя дорогая. Вроде виделись уже сегодня, – засмеялся Петр Васильевич.

– Пап, ты можешь приехать ко мне прямо сейчас?

– Что-то случилось? – обеспокоился Петр Васильевич.

– Нет, нет, ничего не случилось. Просто мне нужно с тобой поговорить.

– Придется, доченька, отложить разговор на недельку.

– Почему? – расстроенно спросила Лариса.

– Дело в том, что я сейчас уже в аэропорту. Нужно срочно вылетать в Иркутск. Так получилось, я даже сам не предполагал.

– Жалко, – протянула Лариса.

– Дочь, а ну давай выкладывай, что там у тебя приключилось. Почему такой срочный вызов, да еще в такое время?

– Нет, пап, никакого срочного вызова, просто захотелось тебя повидать, поболтать немного.

– Ой, не крути. Что-то не замечал я за тобой таких сантиментов. Могла неделями меня не видеть.

– Папка, успокойся, – засмеялась девушка, хотя этот смех дался ей с большим трудом. – Все происходит когда-нибудь в первый раз. Ефимова до сих пор нет, скучно мне стало, вот и захотелось тебя увидеть, в жилетку поплакаться. Что же здесь удивительного?

– Нужно было раньше отца слушаться, а не спустя четыре года его жилетку искать.

– Не заводитесь, пожалуйста, Петр Васильевич, на ошибках учатся.

– Только дураки учатся на своих ошибках, а умные люди присматриваются к чужим и делают соответствующие выводы.

– Все, папа, пока, целую тебя крепко. Буду звонить регулярно, но и ты позванивай, не забывай.

– Про тебя захочешь, не забудешь. Ты у меня сплошной сюрприз из сундука с двойным дном, извини за каламбур. Но надеюсь, ты поняла, о чем я хотел тебе сказать.

– Папа, необязательно напоминать таким нечестным способом про сегодняшнее утро.

– Это почему же нечестным? Ты сегодня очень на многое открыла мне глаза, и я теперь знаю, что в случае чего… В общем, ты поняла, что я имею в виду. Правда, способ твой не очень мне понравился, ну да ладно. Что с женщины взять? – засмеялся мужчина.

– Ну, папка, погоди, вот приедешь, я с тобой разберусь, – сквозь смех проговорила Лариса и поторопилась попрощаться.

Она растерянно посмотрела на Наташу и пожала плечами:

– Вот видишь, ничего не получится, отца неделю не будет в Москве. Что же мне теперь делать?

Пропустив мимо ушей слова Ларисы, Наташа задумчиво проговорила:

– Если какие-то люди хотят получить выкуп за Сергея, то почему им нужно тебя убивать? Нестыковка какая-то получается.

– Я тоже об этом думала, и мы с Володей пришли к выводу, что разделаться со мной хотят совсем другие.

– А за что?

– Наташ, ты мне не подскажешь, за что меня хотят убить? – прищурившись, поинтересовалась Лариса.

– Откуда я знаю? – пожала плечами подруга.

– Вот и я знаю оттуда же, – развела руками Лариса и без всякого перехода продолжила: – Нужно Маркиза похоронить как полагается, с почестями. Он мне жизнь спас.

Не откладывая дела в долгий ящик, Лариса взяла телефонную трубку и набрала номер:

– Володя, привет, это Лариса.

– Привет, что-то давно тебя не было слышно, – съехидничали на другом конце провода.

– Не нужно острить. Лучше приезжай, нам нужно похоронить Маркиза, а выходить из дома мы боимся.

– Какого Маркиза? Ты что там, еще кого-то прихлопнула?

– Хватит, Володя, шутки твои абсолютно неуместны. Маркиз – это кот, который отравился апельсиновым соком, а потом издох.

– Кот, соком?

– Володь, хватит задавать мне глупые вопросы. Что здесь такого, если кот пьет апельсиновый сок? Он у нас африканец, привык к экзотике. Сок должна была выпить я, но Маркиз меня опередил.

– Ты что, хотела покончить жизнь самоубийством?

– Володя, если ты настоящий мужчина, то перестанешь издеваться над насмерть перепуганной женщиной и сейчас же приедешь, – почти спокойно проговорила Лариса и бросила трубку. Наташе она сказала: – Сейчас приедет Володя, и мы все вместе отправимся хоронить Маркиза.

В том, что он приедет, девушка почему-то не сомневалась.

Глава 11

Через двадцать минут раздался звонок в дверь, и Лариса, гордо вскинув голову, бросила Наташе:

– Ну что я тебе говорила? Приехал, никуда не делся.

Владимир вошел в квартиру и внимательно осмотрелся.

– Проходи, Володя, чувствуй себя как дома, – зачирикала Лара и смущенно спрятала глаза.

– Я и в самом деле скоро буду жить здесь больше, чем дома, – заворчал мужчина. – Давай, показывай, какого это Маркиза мы должны проводить в последний путь.

– Он лежит на кухне, пройди, посмотри.

Детектив тяжело вздохнул и направился в кухню. Наташа находилась там же и хлюпала носом, глядя на останки своего любимца. Увидев интересного брюнета, она поспешно вытерла слезы и заулыбалась:

– Здравствуйте, Владимир, очень приятно с вами познакомиться, Лариса много о вас рассказывала. Меня Наташа зовут, я близкая подруга Ларочки.

– Рад безмерно, теперь мне придется иметь дело сразу с двумя дамами, – тяжело вздохнул мужчина. – Рассказывайте, что здесь опять произошло.

Девушки, перебивая друг друга, начали говорить, и Владимир сморщился, как от зубной боли.

– Милые дамы, если можно, говорите по очереди, а лучше какая-нибудь одна.

Девушки переглянулись и замолчали. Через минуту сыщик нетерпеливо покачал головой:

– Я наконец услышу, что здесь случилось? Лариса, говори.

Девушка начала свой рассказ с того момента, когда Владимир довез ее до дома, и она в одиночестве вошла в свою квартиру.

– Представляешь, я уже дважды подносила этот стакан с отравленным соком ко рту, но так и не выпила ни капли? Маркиз, можно сказать, умер вместо меня, поэтому его нужно похоронить по-человечески. Сейчас поедем на городское кладбище и закопаем его там.

– Лариса, у тебя как вообще с головой? Кота – по-человечески, – фыркнул мужчина.

– А что здесь такого? Этот кот спас мне жизнь, – возмущенно проговорила девушка.

– Ехать ночью на кладбище. Ты соображаешь, что говоришь?

– Никак боишься? Ха, ха, ха, во прикол! – злорадствовала девушка.

– Нечего смеяться, не в страхе дело. Просто это же глупо. Сейчас возьму вашего Маркиза за лапы и отнесу на помойку, вот и все дела. Что делать из этого проблему?

– Моего Маркиза на помойку? – подпрыгнула на стуле Наташа. – Вы что, молодой человек, с ума сошли? Он у меня породистый, кот с родословной, участник международной выставки. А вы его как бездомную тварь, на помойку? Только через мой труп!

– Вот только вашего трупа здесь и не хватает. Нет уж, на сегодня вполне достаточно и трех, включая вот этот, – и Владимир указал на распростертого на полу кота. – Правда, был здесь еще один, но, к счастью, сбежал. Видно, вовремя сообразил, с кем придется иметь дело. Может, до утра подождем, что ночью-то на кладбище тащиться? Или еще лучше, на каком-нибудь пустыре закопаем.

– Ты что, совсем уже? – возмутилась Лариса. – Чтобы мы с дохлым котом ночь провели? Да ни за что в жизни. Представляешь, что с ним до завтрашнего утра будет? Он же весь шерстяной.

– А ты его в морозилку запихни, – пошутил мужчина, и чуть не слетел со стула от собственного хохота.

– Ничего здесь нет смешного. И ни на каком пустыре мы Маркиза закапывать не будем. Я же тебе сказала, что это бедное животное спасло мою жизнь. Не хочу, чтобы он лежал на каком-то пустыре. Нужно его похоронить именно на кладбище, чтобы хоть иногда можно было прийти туда и поблагодарить, – хмуро проговорила Лариса. Ее все больше раздражало веселое настроение мужчины. Владимир с сочувствием посмотрел на девушку.

– Что ты смотришь на меня, как на гуманоида? Хотя чему здесь удивляться? Сразу видно, что ты совершенно не любишь животных, – осуждающе покачала головой Лариса.

– Очень интересно, когда это ты успела разглядеть? – хмыкнул детектив.

– Сразу, как только увидела твои ботинки. Неужели не жалко ни в чем не повинных рептилий?

Владимир недоуменно посмотрел на свою обувь из крокодиловой кожи и пожал плечами.

– Как-то не задумывался над этим. Просто мне понравились эти ботинки, вот я и купил.

– То-то и оно, – многозначительно проговорила Лариса и подняла палец вверх, – что тогда говорить о каком-то там коте, даже если он пожертвовал из-за меня своей жизнью?

– Ладно, что с вами делать? Собирайтесь, поехали, – проговорил мужчина и хлопнул ладонями по коленям.

– С бабами спорить – себе дороже, – ворчал детектив. Девушки тут же засуетились и начали собираться.

– Лариса, дай какую-нибудь тряпку, нужно Маркиза завернуть, – попросила Наташа, громко всхлипнув. Лариса обняла плачущую подругу за плечи.

– Натусик, не нужно, не расстраивайся. Ты только представь, что бы было, если бы этот сок выпила я. Твой Маркиз спас меня от смерти, и я буду благодарна тебе, как его хозяйке, всю свою жизнь. А тебе мы другого кота купим, самого крутого.

– Нет уж, мне бы эту потерю перенести, – снова всхлипнула подруга. – Дай что-нибудь, чтобы его завернуть.

– Возьми в шкафу наволочку и заверни.

– Где пакет с отравленным соком? – поинтересовался Владимир.

– Вот там, в холодильнике стоит, – ответила Лариса. – Сок, который был в стакане, я в раковину вылила.

– Я его заберу, нужно на анализ отдать. Посмотреть, что за отрава.

Лариса открыла холодильник, схватила пакет с соком и брезгливо сморщилась.

– Ну надо же, до чего додумались. И откуда они только узнали, что апельсиновый сок – моя слабость?

Владимир осмотрел пачку и спросил:

– Он был открыт?

– В том-то и дело, что нет. Я его сама открывала, – ответила Лариса. Владимир еще раз тщательно осмотрел пакет и сделал заключение:

– Видно, шприцем яд ввели. Ладно, потом разберусь подробнее, пошли, девушки. Лариса распахнула холодильник и выгребла оттуда все, что там еще оставалось. Она побросала все продукты в полиэтиленовый пакет.

– Сейчас отъедем, – сказала она, и я выброшу в какую-нибудь мусорку. Вдруг здесь все отравлено? Даже в наш мусоропровод боюсь все это бросать. Не дай бог, кто-нибудь польстится и отравится.

– А вдали от дома, значит, не отравится? Бомжи только и делают, что в мусорных контейнерах копаются, – заметила Наташа.

Лариса не нашла, что ответить. Владимир взял пакет у нее и галантно пропустил девушек вперед.

Все трое вышли из квартиры. Наташа несла завернутого в наволочку кота и фонарик, а Лариса зажала в руке пакет с соком и небольшую лопатку. Владимир нес пакет. Они спустились во двор и сели в машину детектива.

До Котляковского кладбища было не очень далеко, поэтому через двадцать минут они уже выходили из машины. По дороге они завернули к какому-то зданию, и Владимир бросил пакет в контейнер. Детектив не стал подъезжать близко к воротам кладбища, а поставил автомобиль чуть поодаль под деревьями, чтобы машина никому не бросалась в глаза. Правда, и глаз-то здесь никаких не было. Кладбище располагалось далеко от жилого массива, и встретить здесь человека в такое позднее время было маловероятно. Ворота были закрыты, поэтому троица, крадучись вдоль забора, стала искать лазейку. На их счастье, в двадцати метрах от центрального входа в заборе нашелся лаз, в который можно было протиснуться. Владимир оцарапал ладонь и чертыхнулся.

– Господи, сказал бы мне кто-нибудь три дня назад, что я буду шастать по кладбищам в компании с сумасшедшими бабами. Да еще, чтобы «похоронить кота по-человечески», причем ночью. Я бы принял его за идиота.

– Никакие мы не сумасшедшие, нечего оскорблять, – зашипела Лариса.

– Иди давай, – и Владимир подтолкнул Ларису в спину. Освещая фонариком себе дорогу, поплутали по дорожкам погоста и остановились где-то в его центре.

– Вот смотрите, вроде могила бесхозная, заросла вся. Здесь и закопаем Маркиза, – прошептала Лариса и протянула Владимиру лопатку.

– Я же еще и копать должен? – возмутился мужчина.

– А ты хочешь, чтобы женщины надрывались? – фыркнула Лариса и отвернулась.

Детектив недовольно сморщился, но лопатку взял и начал примеряться, где бы вырыть ямку. Наконец он всадил лопатку в землю, но она наткнулась на камень, и рука мужчины сорвалась.

– Черт возьми, – прошептал Владимир. – Кажется заноза.

Лариса всплеснула руками.

– Господи, что за мужчины пошли, – шепотом возмутилась она. – Даже могилку не можешь по-человечески вырыть. Дай сюда лопатку. На, сок подержи.

Детектив уставился на пакет с соком и удивленно зашептал:

– За каким лешим ты его сюда притащила, не могла в машине оставить?

– Это улика против убийц, покушавшихся на мою жизнь. Я не могла рисковать и оставлять ее в машине. Вдруг, пока мы будем заниматься погребением, в машину кто-нибудь залезет. Или еще лучше, угонит?

– Да, наплела сто верст до небес и все лесом, – вздохнул детектив и поставил пакет на соседнюю могилу.

И вдруг откуда-то послышались голоса, и вся троица замерла, как по команде. Владимир, приложив палец к губам, махнул девушкам рукой, призывая их следовать за ним. Недалеко, через три могилы, были густые кусты, туда и нырнули девушки во главе с детективом.

– Держи крепче, сил, что ли, нет? – услышали они громкий шепот.

– Да он тяжелый, зараза, прям как будто каменный, – ответил другой голос.

– Мертвецы всегда тяжелыми становятся. Ничего, почти пришли уже, – натужно пыхтя, ответил первый голос. – Я эту могилу еще днем присмотрел, бесхозная она. Никто ничего не заподозрит. Только поглубже выкопать надо.

– Ничего, сейчас земля мягкая, не зима ведь. Давай, здесь бросай.

– Ой, мамочки, еще кого-то хоронить притащили, – пискнула Лариса, и тут же Владимир ладонью закрыл ей рот.

При этом он покрутил пальцем у виска.

Тем временем двое незнакомцев, натужно крякая, начали рыть могилу для третьего.

– Ты пласты с травой в сторонку откладывай, потом положим на место, притопчем маленько, и будет, как и раньше, – посоветовал один из копающих.

Из-за туч выплыла огромная яркая луна и своим ярким светом осветила не только ближайшие могилы, но и весь погост.

– Слышь, Олег, получим деньги, и я решил в Турцию свалить. Надоело мне со жмуриками возиться. Веришь, они мне по ночам стали сниться. Вроде нормально заработали, можно и завязать. А то не ровен час и самих туда отправят. Чтобы свидетелей не было. Вот сейчас могилку выроем, и вместе с покойным я свой пистолет похороню.

– Ты прав, я уже тоже об этом думал, да боялся тебе сказать. Надоела эта собачья жизнь. Только и знаешь, что в прятки играть. А так, документы у меня уже на другое имя есть. Уеду отсюда с глаз долой и начну новую жизнь, глядишь, повезет. Ох, давай передохнем, спина заболела, – и мужчины уселись прямо на соседнюю могилу.

– Пить хочется, сил нет, во рту все пересохло. Вчера нажрался как свинья, а похмеляться побоялся, знал, что сегодня на дело пойдем.

– Во, гляди, пакет с соком. Видно, кто-то из родственников поставил на помин. Вот и помяни раба божьего. Как его там? – Мужчина чиркнул зажигалкой, осветил памятник и прочитал имя усопшего. На памятнике с фотографии улыбалась молодая женщина.

– Значит, рабу божью Новикову Екатерину, аминь.

– Неудобно вроде с могилы что-то брать, – проворчал мужчина. – Но пить так хочу, что сейчас скончаюсь, – и он взял в руки пакет с соком.

Лариса уже было дернулась в непроизвольном порыве предупредить, но крепкая рука Владимира удержала ее. Она уткнулась в грудь своего спутника, и крик застрял в ее горле. Олег, так звали незнакомца, тем временем отхлебнул из пакета глоток и, крякнув, произнес:

– Ох хорошо, холодненький. Вроде ничего, нормальный. Прямо как бальзам на душу с похмелья, а то колосники горят, спасу нет! – И он, опрокинув пакет, присосался к нему, как ребенок к материнской груди.

Мужики посидели еще минут пять, и второй проговорил:

– Давай, Олег, хватит отдыхать. Нужно по-быстрому похоронить этого и уходить. Не ровен час, кто увидит, беды тогда не миновать.

– Кто здесь может увидеть? Это тебе не городской парк, а кладбище, – хохотнул Олег.

– Все равно, не на торжественном погребении находимся, – возразил другой мужчина и, поднявшись, взял в руки лопату.

Олег тоже поднялся, но, вдруг охнув, опустился обратно на могилу.

– Что с тобой? – поинтересовался его напарник.

– Смешно сказать, голова что-то закружилась, – прошептал Олег.

Он нагнул голову и затих. Потом странно захрипел и повалился на землю. Напарник бросил лопату и засуетился возле товарища.

– Олег, что с тобой? Хватит прикалываться, времени в обрез, нужно закругляться.

Олег ничего не говорил, а только катался по земле и надрывно хрипел.

– Ох ты господи, этого только не хватало, – прыгал вокруг Олега напарник. Когда Олег затих, приятель нагнулся над ним и осторожно позвал: – Олег, ты чего? Эй, ответь мне… – И он начал трясти за плечо, умолкнувшего напарника. – Матерь божья, никак помер? – округлил глаза мужчина.

Он встал на колени и приник ухом к груди Олега. Потом вскочил на ноги и стал озираться, как будто искал помощи.

– Нужно сваливать да побыстрее, – прошептал мужчина и, сорвавшись с места, понесся галопом, перепрыгивая через могилы, к выходу с кладбища.

Владимир выбрался из укрытия и подошел к тому месту, откуда только что дал стрекача незадачливый «могильщик». Девушки последовали за ним, крепко схватившись за руки.

– Ой, мамочки, я сейчас упаду в обморок от страха, – прошептала Наташа.

Владимир тем временем перевернул Олега на спину и старался рассмотреть лицо парня. Потом, обернувшись к Ларисе, спросил:

– Посмотри, это случайно не тот «слесарь», что был у тебя?

Лариса трусливо выглянула из-за плеча Наташи и тут же затрясла головой.

– Нет, не он. У того родинка была над губой, и он был худой, а у этого морда вон какая здоровая.

– Это его от пьянок так разнесло, сам он худой, – заметил детектив.

– Все равно не он, – упрямо повторила Лариса. – Я того человека на всю жизнь запомнила, ни с кем не перепутаю. Нет, я этого типа никогда в жизни не видела. Не забывай, что я художник, у меня на лица хорошая память. Вот домой приедем, я тебе того слесаря нарисую, – прошептала Лариса и отвернулась, чтобы не видеть умершего.

– Ладно, девушки, пора и честь знать, нужно и нам сматывать удочки. Не хватало, чтобы нас здесь прямо тепленьких взяли, да еще и с двумя трупами на шее.

Словно в подтверждение слов детектива откуда-то послышался кашель. Девушки замерли на месте и, выпучив глаза, уставились друг на друга. Когда кашель повторился, Наташа прошептала:

– Мамочки, здесь гуляет привидение, – и из ее рук вывалился сверток с дохлым котом. Неподалеку от места, где стояли детектив и подруги, затрещали ветки кустов, и послышался хриплый голос:

– Эй, ктой-то здеся? Закурить не найдется? – и из ближайших кустов появилось существо в невообразимых лохмотьях.

Едва беспристрастная луна осветила колоритную фигуру неизвестного, обе девушки, очумев от страха, сорвались с места, и с визгом понеслись к лазу в заборе. Владимир подхватил пачку с остатками сока, выдернул из-под кота наволочку и пустился за улепетывавшими во все лопатки девушками. Детектив едва поспевал за ними, при этом просто умирал от душившего его смеха. Опомнились девушки, только когда сели в машину. Подружки тяжело дышали, а их вылупленные от ужаса глаза, казалось, были готовы выскочить из своих орбит.

– Ларис, как думаешь, что это было?

– Не знаю, – дрожащим голосом ответила Наталья.

– Ой, мамочки, больше никогда в жизни не пойду ночью на кладбище. Вот уж не думала, что ходячие покойники существуют на самом деле. Я недавно кино смотрела, так вот там тоже, когда покойника хоронили, через некоторое время он оживал. А наш еще и курящий.

– Ага, я тоже про такое читала, в какой-то книжке, – подтвердила Лариса.

Владимир, слушая кудахтанье девушек, уже не сдерживаясь, громко расхохотался. Когда они отъехали от кладбища на порядочное расстояние, Наташа вдруг всхлипнула. С удивлением взглянув на подругу, Лариса поинтересовалась:

– Что с тобой, Наташ?

– Маркиза не успели похоронить. Так и остался, бедненький, лежать рядом с преступным элементом. Ой, как же мне его жалко, как жалко, – причитала девушка, и из ее глаз обильно лились слезы.

– Не до кота было, ты уж извини, – проворчал детектив. – Хорошо, что самим удалось ноги унести. Представляете, что бы было, если бы нас там увидели? И так бедный бомж, верно, никак не может опомниться от вашего визга. Неизвестно, кто больше испугался, вы или он. Но он-то наверняка будет молчать, не жалует их, бомжей, милиция. Да и они ее тоже.

– Я подумала, что это привидение… – округлив просохшие от слез глаза, проговорила Наташа.

– Триллеры уважаешь? – засмеялся Владимир.

– Ничего я не уважаю. А что же еще можно подумать, когда по кладбищу ночью кто-то ходит, да еще и кашляет? Только привидение.

– Привидений простуда не берет, – продолжал веселиться сыщик. Потом вдруг посерьезнее сказал: – Ладно, девчонки, повеселились и хватит. Влипли мы, конечно, в историю, нарочно не придумаешь. Никогда не предполагал, что со мной вообще такое возможно. Всю жизнь считал себя разумным человеком и вдруг пошел у женщин на поводу. Что делать-то будем? В милицию сообщать нужно или не нужно?

– Зачем это мы будем сообщать? Завтра все равно найдут этих двоих. Что нам-то совать свой нос, куда не следует? Своих проблем хватает. И потом, как ты себе это представляешь? Позвоним и скажем: мы тут гуляли по кладбищу в час ночи и случайно наткнулись на труп в компании с могильщиком. Угостили работягу апельсиновым соком, и он, недолго думая, присоединился к своему подопечному. И в итоге там теперь два невостребованных трупа, которые нуждаются в захоронении. Ой нет, просим прощения! Там три трупа, мы забыли сообщить про нашего кота Маркиза. – Лариса выпалила все это, как говорится, на одном дыхании. И при этом глядела на Владимира с чувством собственного превосходства.

– Во, нагородила огород, – с восхищением проговорил детектив. – Сдаюсь и полностью признаю твою правоту. – Владимир, словно сдаваясь, поднял руки.

– Держи крепче руль, не хватало еще и нам присоединиться к тем двоим, что на кладбище, – проворчала Лариса.

Детектив по просьбе Ларисы заехал сначала в круглосуточный супермаркет, чтобы она могла отовариться, ведь в ее холодильнике давно уже гулял ветер. Она сама выпотрошила его и выбросила все продукты. Потом привез девушек к дому и уже было собирался отчалить восвояси, как был оглушен возмущенным визгом подруг.

– Мы не собираемся одни ночевать в квартире, где спокойно разгуливают убийцы. Если не хочешь остаться у нас, вези тогда к себе.

Владимиру ничего не оставалось, как только подчиниться. Ругнувшись про себя, он вылез из машины и поплелся за подругами. Ночь он провел на неудобном диване в гостиной. Поэтому к утру его кости ломило, будто по нему проехался асфальтоукладчик.

Глава 12

– Подъем! – услышал Владимир голос Ларисы. – Завтрак на столе. Вставай, иди умывайся.

– Который час? – проворчал детектив и потянулся.

– Уже десять утра, хватит спать.

– Если те невообразимые кульбиты, что я всю ночь проделывал на твоем горбатом диване, можно назвать сном, то я уже готовый акробат, – заворчал мужчина.

– Чем это, интересно, тебе не приглянулся мой диван? По-моему, он очень даже симпатичный и удобный, – возмутилась хозяйка квартиры.

– Я привык спать на своей кровати, там у меня ортопедический матрас. У меня больная спина, как посплю на неудобной постели – все. Хоть волком вой.

– Такой молодой, а уже больной, – фыркнула девушка.

– Посиди в засадах да на морозе, как я в свое время, когда еще только начинал свою карьеру! Тогда посмотрим, во что ты превратишься, – обиделся детектив. Потом добавил: – И не такой уж я юный, скоро тридцать восемь.

– Ладно, не обижайся. Это я так, не со зла, – поспешила оправдаться Лариса.

Владимир поднялся с дивана и заметил, что Лариса, склонив голову набок, рассматривала его голый торс.

– Смотри, глаза сломаешь. Чего уставилась?

– Подумаешь, уж и посмотреть нельзя. Может, я не просто так смотрю, а любуюсь? – прищурилась Лариса.

– Нашла чем любоваться, – смутился Владимир и стал поспешно натягивать джинсы.

– Не скажи. Полюбоваться как раз есть чем, – промурлыкала девушка, и этим заявлением еще больше ввела в краску сыщика. Увидев, что Владимир покраснел, она расхохоталась. – Ой, Володя, да ты, оказывается, краснеть умеешь? Ой не могу, уморил.

– Смотри, допрыгаешься, – недовольно прошипел Владимир.

– Да ладно тебе, не обижайся, пошли завтракать, а то все остынет, – миролюбиво проговорила Лариса и, направляясь в кухню, как бы невзначай задела мужчину бедром.

Когда она скрылась за дверью, Владимир проворчал:

– Вот штучка! Не баба, а стихийное бедствие. Ворвалась в мою жизнь совершенно непонятным образом и старается ее непременно разрушить. Ничего у тебя не получится, моя милая. Я закоренелый холостяк, и если когда-нибудь в голову мне ударит моча и я захочу жениться, то, конечно, не на такой бестии, как ты.

Из спальни вышла Наташа и, лучезарно улыбнувшись, проворковала:

– Володя, ты уже встал? Меня Лариса тоже разбудила, она у нас жаворонок, всегда рано встает. А я вот, грешница, люблю подольше понежиться в постели. Моя должность директора салона красоты мне позволяет немного задерживаться.

– А моя должность мне вообще спать не позволяет. Поэтому для меня что день, что ночь – одно и то же. Если есть возможность поспать среди дня, я это делаю. В общем, сплю, когда появляется возможность…

– Наверное, интересная у вас работа? – округлив глаза, поинтересовалась Наташа.

– Интересней не бывает, – проворчал мужчина и пошел в ванную комнату.

Наташа продефилировала на кухню и увидела там свою подругу, пребывавшую в глубокой задумчивости.

– О чем задумался, детина? – пошутила Наташа.

– Все о том же, – вздохнула Лариса. – Сегодня мне должны звонить, а я даже не знаю, где мне брать эти чертовы баксы.

– А давай куклу сделаем, – хлопнула в ладоши Наташа.

– Какую еще куклу? – недоуменно уставилась на подругу Лариса.

– У тебя сканер есть? – вопросом на вопрос ответила Наташа.

– Есть, там у Ефимова вроде все есть: и сканер, и принтер, и еще уйма всякой всячины.

– А принтер цветной?

– Да, цветной. На нем Сергей даже фотографии печатал.

– Вот и отлично. Сейчас позавтракаем и примемся за работу. Напечатаем этих баксов, сколько угодно. Только бумага нужна качественная.

– Бумаги у нас – завались. Только не пойму я, к чему ты клонишь.

– Как это к чему? Ты что, совсем не сечешь? Говорю же, напечатаем фальшивые доллары и за милую душу всучим их бандитам. Пока разберутся, что к чему, поезд уже уйдет.

– Ты это серьезно?

– Серьезней некуда. У тебя что, есть альтернатива? Откуда, интересно, ты собираешься взять четверть миллиона? Может, банк решила приступом взять?

– Не болтай глупости.

– Тогда и нечего думать. Вот увидишь, все получится в лучшем виде, как говорится: и волки сыты, и овцы целы. Пока эти волки поймут, что еда несъедобная, мы уже ноги сделаем. Главное, Сергея освободить, и тогда сразу все встанет на свои места. Может, хоть он тебе объяснит, кто тебя так упорно пытается отправить на встречу с предками?

– А что, пожалуй, ты права? – задумчиво проговорила Лариса.

– Конечно, права, – затараторила Наташа, одержимая своей идеей. – Давай-ка, нечего ручки опускать, нужно искать выход, и мы его нашли. Сейчас проводим твоего детектива восвояси и начнем. Я в компьютерах неплохо разбираюсь, сделаем все в лучшем виде. Не дрейфь, подружка, я с тобой.

Вошел Владимир, и Наташа заткнулась на полуслове.

– О чем секретничаем?

– Так, ни о чем, – лениво протянула Наташа. – О своем, о женском.

– А, тогда понятно. Здесь сегодня кормят?

– Да, кормят, садись за стол, кушай. И пока можешь быть свободен. У нас неотложные дела, – торопливо проговорила Лариса.

– Очень культурно с твоей стороны, – удивленно сказал Владимир. – Ты что, выпроваживаешь меня из дома?

– Вот именно, выпроваживаю. Сам все время твердишь, что я свалилась на твою голову как кирпич с крыши, вот я тебя на время и освобождаю.

– Так значит, все-таки на время? – хохотнул детектив.

– Во всяком случае до вечера, думаю, я тебя не побеспокою, а там будет видно.

– Очень хорошо. Значит, сегодня я, наконец, смогу сделать и кое-какие свои дела, – облегченно вздохнул мужчина.

Он плотно позавтракал, не без иронии поблагодарил Ларису за «гостеприимство» и уехал.

Девушки расположились в кабинете, где находился компьютер, и с головой ушли в работу, вполне привычную для фальшивомонетчиков, но не для них. Пока процесс наладился, подругам пришлось попыхтеть. Но уже пару часов спустя дело пошло как по маслу, и Лариса, высунув от усердия язык, уже вырезала из листов готовенькие стодолларовые купюры, очень похожие на настоящие. Стопочка фальшивых денег с каждой минутой увеличивалась, и Лариса, чуть не прыгая от радости, восхищалась находчивостью своей подруги.

– Вот видишь, какие замечательные денежки, – смеялась Наташа. – Слушай, может, нам с тобой организовать подпольный цех? Ты только посмотри, совсем как настоящие!

– Ага, мне только этого и не хватало? Для полного комплекта нужно еще заделаться фальшивомонетчицей, – засмеялась Лариса.

Девушки пыхтели до самого вечера, прерываясь только, чтобы перекусить и попить кофе. Но все равно не смогли сделать даже половины необходимого.

– Да, работенка не из легких, я тебе скажу, – потянувшись, пробормотала Наташа.

– Это точно, деньги просто так не даются, – улыбнулась Лариса. – Все. На сегодня хватит, а то у меня уже в глазах троится от этих стольников, и бегают зеленые мурашки. Слушай, Наташ, а почему же они до сих пор не позвонили? Смотри, время уже девять вечера.

– Откуда же я знаю? Может, позвонят еще.

– Будем надеяться, – пробормотала Лариса. – Пошли на кухню, кофейку попьем.

Девушки отправились в кухню, и Лариса включила телевизор. Пощелкав пультом, она остановилась на криминальных новостях. На экране возникло городское кладбище, откуда корреспондент вел свой репортаж:

– Сегодня утром сторож Котляковского кладбища обходил свои владения и наткнулся на два тела. Это были молодые мужчины. Имя одного из них удалось установить. Это Зимин Валерий, сотрудник фармацевтической компании «Кедр». Зимин был убит выстрелом в голову. Второй, по предварительным данным, преступник, год назад совершивший побег из колонии, где отбывал наказание за распространение наркотиков, и объявленный в федеральный розыск. Огнестрельных ранений на теле не обнаружено, и врачи пришли к выводу, что он был отравлен. Пока это только предположения, которые подтвердить сможет только вскрытие. Рядом с трупами лежал дохлый кот с окровавленной пастью. Что хотели этим сказать убийцы? Вопрос остается пока тайной за семью печатями. Помните, уважаемые телезрители, фильм «Место встречи изменить нельзя»? Там банда после налета оставляла черного кота или его изображение, это была своеобразная визитная карточка бандитов. Не пошли ли современные бандиты тем же путем? Возможно, это разборки криминальных группировок, которые буквально заполонили нашу столицу. Мы будем следить за ходом следствия и по возможности информировать вас. Смотрите «Криминальные новости» ежедневно. С вами был специальный корреспондент Кукушкин Анатолий, с места происшествия.

– Мамочки, что же это делается? – захлюпала носом Наташа.

– Ты о чем? – поинтересовалась Лариса, сосредоточенно что-то соображая.

– Ну как же? Жил мой Маркиз спокойно, мирно, ни о чем не думал, а после смерти оказался членом криминальной группировки.

– Наташа, помолчи минутку, – шикнула на подругу Лариса.

– Что это с тобой? – удивленно спросила Наталья, глядя на побледневшую подругу. – Для нас-то с тобой эти новости сенсацией не являются. Что это ты так занервничала? – покачала Наташа головой.

– Название «Кедр» тебе ни о чем не говорит?

– Конечно, говорит. Твой отец – президент этой компании, – пожав плечами, спокойно сказала Наташа. Потом до нее вдруг дошел смысл сказанного, и она вытаращила глаза на Ларису. – Ой, ведь там труп его сотрудника, – она мотнула головой в сторону телевизора.

– Вот и я про то же, и я про то же, – задумчиво проговорила Лариса.

– И ты его знаешь?

– Откуда? Я же не отдел кадров. У отца, знаешь, сколько таких сотрудников? Как грязи в колхозе «Светлый путь». Что же мне, со всеми знакомиться? Я думаю, нужно срочно позвонить отцу, – решила девушка и, сорвавшись с места, понеслась в комнату к телефону.

Едва услышав на другом конце провода голос отца, Лариса без приветствий и предисловий, с места в карьер, затараторила.

– Папа, ты смотрел криминальные новости? Только что передали, что на Котляковском кладбище нашли труп одного из сотрудников твоей компании, какой-то Зимин Валерий. Он был убит выстрелом в голову.

– Я уже все знаю, Лариса, – сдержанно ответил мужчина.

– Пап, и что ты об этом думаешь?

– Ларочка, я не думаю, что эту тему нужно обсуждать по телефону. Я вылетаю утренним рейсом, завтра мы с тобой встретимся, и тогда ты задашь свои вопросы. О'кей?

– Хорошо, пап, завтра – значит завтра. Просто я, услышав, что убит твой сотрудник, ужасно перепугалась. Ты мне только ответь на один-единственный вопрос. Тебе ничего не угрожает?

– Не говори глупости, девочка, ты же прекрасно знаешь, какая у меня охрана. И потом твой отец никогда не занимался сомнительными делами. Я предпочитаю зарабатывать деньги трудом, а не аферами. Ты помнишь свою бабку, мою мать? Мудрая была женщина, и я благодарен ей за то, что она воспитала меня именно таким, какой я есть. С самого детства она внушала мне, что легкие деньги еще никому не принесли радости. И что бог ведет свою «бухгалтерию», и дела каждого человека отражаются в его «амбарной» книге. Ладно, дочь, вот приеду, и мы с тобой обязательно поговорим. Целую тебя.

Лариса положила трубку и, думая о словах отца, направилась в кухню. Она налила себе чашку кофе, который уже успела сварить Наташа и, грея руки о чашку, подошла к окну. На улице еще было светло, и Лариса увидела под окном машину. Вот уже в третий раз она попадается ей на глаза. Еще в обед она видела эту же женщину на этом же месте, потом еще раз и теперь опять. Из машины выпрыгнул молодой парень, похожий на пузатый комод, и начал приседать, разминая ноги.

«Интересно, что это за машина и кто этот парень? – подумала Лариса. – Я никогда не видела раньше этот автомобиль».

К подруге подошла Наташа и встала рядом с ней.

– Ну что сказал твой отец?

– Сказал, что в курсе событий и завтра прилетает. Слушай, Наташ, вон, видишь машину? Она целый день здесь стоит.

– Ну и что?

– Как думаешь, это не по мою душу?

– Да-а-а, подруга, по-моему, у тебя начинается мания преследования, – протянула Наташа.

– Ничего у меня не начинается, – окрысилась Лариса. – Просто я эту машину никогда раньше здесь не видела.

– Моя дорогая, что в этом особенного? Ну купил кто-нибудь новую машину и поставил здесь. Тебе теперь за каждым углом будут бандиты мерещиться?

– Вот что, давай-ка мы с тобой в супермаркет сходим, он у нас круглосуточный, – пропуская слова подруги мимо ушей, предложила Лариса. – Холодильник нужно загрузить, вчера не все купили. Заодно и посмотрим, кто из нас прав.

– В чем прав-то? – не поняла Наташа.

– А в том. Я уверена, что это следят за мной, – выпалила Лариса и весело посмотрела на подругу.

– А чего веселишься тогда? – недоумевала Наташа.

– Давай, давай, собирайся, – не слушая Наташу, заторопилась Лариса.

Она схватила свою сумочку и выскочила в прихожую. Наташа еле поспевала за ней.

– Подожди, нужно же привести себя в порядок, – кудахтала девушка, нервно разглядывая свое отражение в зеркале. Наталья вытащила из сумочки косметичку и начала припудривать нос. – Я же абсолютно бесцветная курица, ты только посмотри. Разве можно показываться в приличном месте совершенно без лица?

– Наташа, мы же не в ресторан идем, а всего лишь в магазин. Кто там будет разглядывать твое лицо?

– Лариса, я тебе просто поражаюсь, а еще называешь себя художником. У тебя же должно присутствовать чувство цвета. Ты только посмотри на меня, перед тобой чистый холст.

– О боже! – простонала Лариса. – Ну и сиди, рисуй на своем холсте автопортрет, а я тогда пойду одна.

– Счас, разбежалась, – взвилась Наташа. – Никуда я тебя одну не пущу, только через мой труп.

Лариса взялась за ручку двери и засмеялась.

– Давай тогда, пошли быстрее, потому что твой труп мне абсолютно ни к чему. Ты мне больше нравишься, когда тараторишь без умолку. – И схватив подругу за руку, Лариса увлекла ее за дверь.

Когда они вошли в лифт, Наташа, охая и ахая, уставилась в зеркало.

– Боже мой, это же совершенно ни на что не похоже. Где мои выразительные глаза? Я же их оставила дома.

– Не переживай, сейчас придем обратно, и ты их сразу же найдешь, – икая от хохота, проговорила Лариса.

– Интересно, зачем они мне, когда мы придем домой? Дома и без них можно обойтись, – пожала плечами Наташа, а потом, махнув рукой, весело засмеялась. – Ай, да ладно, можно один раз и без макияжа прошвырнуться. Может, кого-нибудь испугаю до смерти.

– Хватит тебе, Наташка, юродствовать, лицо как лицо. Мне, между прочим, такой ты даже больше нравишься, без слоя штукатурки.

– Что ты понимаешь, домоседка? Я когда не накрашена, чувствую себя совершенно раздетой, как на нудистском пляже. Хоть губы нужно сейчас накрасить, – и девушка, глядя в зеркало, начала рисовать себе губы. – Слушай, ты мне хотя бы объясни, что ты задумала? Я же должна знать, как себя вести?

– Веди себя как обычно, когда идешь в магазин за продуктами, – пожала Лариса плечами.

– Понятно. Мы поедем на машине? Я, кстати, ее оставила во дворе.

– Видела, что во дворе. Только на машине мы не поедем, здесь всего два шага.

– Ты, надеюсь, не забыла, что женщина не должна таскать тяжести?

– Не волнуйся, по сумке как-нибудь дотащим, а больше нам и не нужно.

Девушки вышли из подъезда и направились в сторону супермаркета. Ларису так и подмывало оглянуться, но она взяла себя в руки и, беззаботно болтая с Наташей, спокойно шла своей дорогой. Лариса заранее предупредила подругу, чтобы она тоже не крутила головой, как заведенная, иначе парень в машине поймет, что его засекли.

В супермаркете, взяв тележку, они, не спеша, начали прохаживаться по рядам и рассматривать продукты, выставленные на полках. Лариса не забывала изредка посматривать по сторонам. Когда они подошли к полкам, на которых ровными рядами выстроились пакеты с соками, Лариса по инерции взяла апельсиновый сок. Потом, брезгливо посмотрев на него, поставила обратно.

– Теперь, я, наверное, никогда в жизни не буду пить этот сок, – прошептала она. – Ты знаешь, Наташ, а ведь мы по сути убийцы.

– Что ты городишь, какие мы убийцы?

– Ну сама подумай, ведь мы же могли остановить того несчастного и не дать ему выпить сок из отравленного пакета, а мы этого не сделали.

– Ага, ты права. А если бы сделали, то сегодня утром на том месте сторож нашел бы на три трупа больше. Вот была бы компания, «обхохочешься». Ты, надеюсь, не забыла, что бандиты были вооружены? Не думаю, что они рассыпались бы в благодарностях за спасение своих грешных душ.

– Все равно чувство вины от этого не становится меньше, – вздохнула Лариса.

– Выкинь из головы. Мало тебе сегодняшних забот? Нам еще благодарность должны объявить за то, что обезвредили преступника. Пошли-ка лучше креветок купим, люблю их до обморока.

Прошло минут двадцать, как девушки, не спеша, гуляли по магазину, но Лариса все еще ничего подозрительного не заметила. И уже было начала думать, что Наташа права насчет ее мании преследования. Она взяла с полки упаковку с вермишелью и уже собралась положить ее в тележку, как боковым зрением увидела, как мимо промелькнула знакомая рубашка. Именно в такой был парень возле машины. Лариса прокралась вдоль ряда полок и осторожно выглянула. И тут же отпрянула – незнакомый парень стоял почти рядом и напряженно рассматривал бутылку с вином.

– Так я и думала, – пробормотала Лариса. Она быстро вернулась к Наташе и шепнула ей на ухо: – Он здесь.

– Да ну? – округлила подруга глаза.

– Вот тебе и да ну. Что я тебе говорила? А ты? Мания преследования, мания преследования! – нервно жестикулировала Лариса.

Потом сморщила нос и показала подруге язык.

– Ты очень-то не радуйся и нечего гримасничать, – зашипела Наташа. – Лучше подумай, что бы это значило.

– Не знаю, – пожала плечами Лариса. – Поживем, увидим. Пошли в кассу, вроде взяли все, что нужно.

– Погоди, я зубную щетку себе должна купить, раз пока у тебя поселяюсь. Теперь мне домой торопиться не к кому, Маркиза нет, а больше меня никто не ждет, кроме рыбок, – и девушка тяжело вздохнула.

– Пошли, говорю, – дернула Лариса подругу. – Лишняя щетка уж как-нибудь в доме найдется. Что тебе там еще нужно?

– Как это что? Ночной крем, маска, ну и еще что-нибудь из косметики.

– У меня все есть, не переживай.

– Тогда пошли посмотрим, что этот парень будет дальше делать.

Девушки пошли к кассам, у которых небольшими змейками выстроились очереди. Лариса остановилась позади дородной дамы и сказала Наташе:

– Ты постой, а я сбегаю, кефир возьму, совсем про него забыла, – и опрометью бросилась к отделу молочных продуктов.

Не добежав пяти шагов, она врезалась в чей-то торс и, пробормотав банальное «извините», подняла голову. Над ней возвышалась огромная фигура того парня… Лариса заметалась то влево, то вправо, пытаясь его обойти, но получалось так, что одновременно с ней он повторял те же движения, и они никак не могли разойтись.

– Да пропустите же меня, наконец, – прошипела Лариса. – У меня очередь в кассе пройдет.

– Пожалуйста, идите, кто вас держит? – обиженно пробормотал парень и тоже ринулся к кассам, на ходу схватив с ближайшей полки какую-то упаковку.

Лариса взяла кефир, молоко, прихватила упаковку йогуртов и вернулась к кассам. Получилось так, что парень встал в ту же очередь и как раз за Наташей. Девушка оглянулась и, увидев незнакомца, как-то съежилась и закатила глаза. Лариса двинула подругу ногой, и когда увидела сморщенный от боли Наташин носик, лучезарно ей улыбнулась. Девушки оплатили покупки и начали укладывать приобретения в сумки. Лариса не удержалась и полюбопытствовала, что за покупку сунул парень кассирше. И тут же прыснула в кулак и толкнула подругу в бок.

– Посмотри, что наш шпион покупает, – шепнула она ей на ухо.

Наташа перевела взгляд на покупку, и ее плечи затряслись от смеха. Молодой человек оплачивал упаковку женских прокладок.

Глава 13

Девушки подошли к дому и увидели, что машина стоит на прежнем месте. Каково же было их удивление, когда они увидели молодого человека, который только что приобрел в магазине женские прокладки. Он спокойненько сидел в машине на месте водителя и курил.

– Во, прикол, – удивилась Наталья. – Он что, долетел сюда на истребителе?

Девушки недоуменно огляделись и, увидели, что их парень с прокладками медленно идет чуть поодаль от них. Ошарашенные этим зрелищем подруги переводили взгляд с одного на другого… И вдруг Наташа захохотала.

– Ты чего смеешься как ненормальная? – шикнула на нее Лариса.

– Посмотри на них, двое из ларца одинаковы с лица. На каждую по одному. Слушай, Лар, а давай их в гости пригласим. Посидим, выпьем, повеселимся!

– Хватит прикалываться, тебе бы только похохмить, – одернула подругу Наташа. – Давай, пошустрей передвигай ногами.

Девушки вошли в подъезд, и Лариса нажала на кнопку лифта.

– Ларис, ну и к какому же ты пришла выводу? – поинтересовалась Наташа.

– Вывод напрашивается сам собой, к нему и приходить было не нужно. Понятно как дважды два, что за мной следят. Вот если бы еще узнать, с какой целью, было бы совсем хорошо.

– Давай спросим, че бояться-то?

– Ума у тебя, как у курицы на насесте. Так они тебе все и выложили, держи карман шире. Пошлют куда подальше и будут правы.

– Интересное дело, они самым наглым образом вторгаются в твою частную жизнь. А ты, значит, должна сидеть и молчать, так, что ли?

– Что значит вторгаются? Пока что они никуда не вторгались, а то, что стоят у дома, это еще ни о чем не говорит.

– Да-а-а, подруга, тебя и в самом деле не поймешь, прав Владимир. Только что сама говорила: за тобой установили наблюдение. И как прикажешь это называть? Разве слежка не является вторжением в частную жизнь человека?

– Помолчи хоть минутку, а? И без тебя голова кругом. Пока что они мне совсем не мешают. Вот как только начнут мешать, тогда другое дело. Сейчас мне просто любопытно, кто установил слежку.

– Интересно, как ты собираешься это узнать, если спрашивать у парней не хочешь?

– Не знаю, – пожала Лариса плечами. – Может, сами как-нибудь себя выдадут?

Двери лифта открылись на десятом этаже, и девушки подошли к своей квартире.

Лариса сделала Наташе знак рукой, чтобы она замолчала и стояла на месте. Подруга остановилась как вкопанная, удивленно глядя на Ларису. Тем временем Лариса тщательно осмотрела замок двери и когда убедилась, что все в порядке, облегченно вздохнула и открыла дверь.

– Что это ты делала? – полюбопытствовала Наташа.

– Смотрела, на месте ли меточка: я свой волос оставила. Если бы в квартиру кто-то входил, пока нас не было, то волос бы упал.

– Когда же ты успела? Я ничего не заметила.

– Ты, моя милая, настолько была поглощена поисками в зеркале своего отсутствующего лица, что ничего вокруг не видела, – засмеялась Лариса.

Девушки разложили на полках холодильника все, что купили, и сели за стол попить чайку. Вдруг Лариса, сорвавшись с места, побежала в комнату. Она включила автоответчик, чтобы прослушать запись, если таковая имелась. Да, ей кто-то звонил, но сообщение не оставил. Наташа вошла в комнату вслед за подругой и остановилась у двери, привалившись к косяку.

– Ну что, никто не позвонил?

– Звонили, только ничего не стали говорить. Наверное, это те люди, которые похитили Сергея. Наташ, как думаешь, они позвонят снова?

– Не переживай, позвонят. Двести пятьдесят тысяч зеленых на дороге не валяются. Не думаю, что они вот так, за здорово живешь, откажутся от них. Мы что же, зря с тобой столько пыхтели, чтобы дензнаки изобразить?

– Да не в этом дело, ты же понимаешь. Подумают, что я специально ушла. Ведь меня предупреждали, чтобы я ждала звонка. Такие люди не любят, когда ими пренебрегают.

– Откуда ты знаешь, что они любят, а чего не любят? – фыркнула Наташа.

– Книги читаю, телевизор смотрю, газетки регулярно просматриваю, не то что некоторые, – и Лариса многозначительно посмотрела на подругу.

Наташа, пожав плечами, парировала:

– Мне, верно, больше нечего делать, как тратить драгоценное время на чтение книг. Хотя иногда беру в руки какой-нибудь детективчик или любовный романчик… Годы, они как вода утекают, не успеешь оглянуться, и уже на пенсии носки вяжешь. Мне уже скоро двадцать семь, а я еще ни разу замужем не была. Вон у меня в салоне одна парикмахерша, Маринка Гарина. Прямо не баба, а пожизненная невеста. Четыре раза побывала замужем, а старше меня всего на три года. Вот это я понимаю, можно сказать, жизнь прожита не зря, и на старости лет не будет стыдно за бесцельно прожитые годы.

– Замуж – не напасть, как бы замужем не пропасть, – тяжело вздохнула Лариса.

– Что ты имеешь в виду?

– А то. Я когда замуж выходила, разве думала, что в такую историю угожу из-за своего замужества?

– Ну, моя милая, в наше время от такого никто не застрахован. Особенно если дело имеешь с бизнесом. Я вон тоже свое дело имею, и наезжали на меня, и грабили даже, а ничего – работаю.

– Не нужно путать божий дар с яичницей. Здесь же совсем другое дело. Если бы моего Ефимова просто грабанули, я бы даже и ох не сказала. А тут угрожают моему отцу! И вообще, я пришла к выводу, что ничего хорошего замужество не дает. Ведь если разобраться и посчитать, то получается, что замужество погубило больше женщин, чем голод, война и все стихийные бедствия, вместе взятые.

В это время зазвонил телефон, и Лариса поспешно схватила трубку.

– Да, да, я слушаю, – торопливо заговорила девушка.

– Что же это вы, Лариса Петровна? Договорились, что вы будете ждать нашего звонка, а сами из дома ушли?

– Не умирать же мне с голоду? Просто сходила в магазин за продуктами, – возмущенно проговорила Лариса.

– Ладно, на первый раз прощаем, – снисходительно усмехнулся мужчина.

– А вы что же, собираетесь еще кого-то у меня похитить? – съязвила девушка.

– Не понял, – пробормотал мужчина.

– Ну вы сейчас сказали, что на первый раз меня прощаете. Вот я и интересуюсь, когда будет второй?

– Все шутите, Лариса Петровна? Вижу, веселая вы женщина.

– А так жить легче, когда с юмором, – усмехнулась Лариса.

– Жить с юмором будете потом, а сейчас перейдем к нашему делу. Вы собрали нужную сумму?

– Пока только половину, мне необходимо еще дня три, как минимум.

– Двух дней вполне достаточно. Завтра никуда не уходите, я буду звонить вам во второй половине дня.

– Постойте, не вешайте трубку, – закричала Лариса. – Дайте мне поговорить с мужем, я хочу убедиться в том, что он еще жив.

– Не волнуйтесь, жив ваш муж, ничего с ним пока не случилось.

– Я должна убедиться в этом! – упрямо повторила Лариса.

– Ну хорошо, хорошо. Он позвонит вам в течение получаса. – И абонент отключился.

Девушка положила трубку и, глядя на подругу, задумчиво проговорила:

– В течение получаса должен позвонить Сергей.

– Что ты ему хочешь сказать? – спросила Наташа.

– Что он скотина, – зло выпалила Лариса. – С какой стати я должна вылезать из кожи вон, чтобы выкупить этого кобеля? Пусть бы его любовница и волновалась на этот счет.

– Ты вроде мне рассказывала, что ее того… – округлила глаза Наташа.

– Того, того, не смотри на меня, как на ненормальную. Это я так про любовницу сказала, просто от злости уже сама не знаю, что говорю. Просто готова рвать и метать.

– Это в тебе сейчас говорит женское самолюбие, – со знанием дела заключила Наташа.

– Да при чем здесь мое самолюбие? Злость сейчас во мне говорит. И не просто говорит, а орет благим матом. Наташ, мы прожили четыре года, вроде ничего прожили. Все, конечно, было: и ссоры, и примирения, но я ему верила. Никогда не слушала, что говорит про него мой отец. Он с самого начала почему-то невзлюбил Сергея. А на поверку оказалось, что папа во всем прав. Во всем, во всем. Отец как будто видел Сергея насквозь и заранее просчитывал все его шаги. Я еще вчера отцу все рассказала, ну про любовницу. Было так стыдно за то, что не слушала его. Я бы, конечно, не стала пока рассказывать, но он Володю в ванной застукал…

– Голого? – захохотала Наташа.

– Нет, не голого, но сути это не изменило. Ты же знаешь моего отца, его провести – легче повеситься. Ой, если бы ты видела эту картину, уписаться можно. Папа открывает дверь в ванную, а там сыщик поспешно пуговки на рубашке застегивает.

– Слушай, Ларис, так ты с ним переспала, что ли? – потирая ручки и, сощурив глазки, спросила Наташа.

– Да, переспала, – вздохнула Лариса. – Но я здесь ни при чем, это из-за «трупа», который сбежал. Я так перепугалась, что даже не соображала, что делаю. Можно сказать, временное помутнение рассудка.

– Ха, ха, ха! Ну подружка, ты даешь. Я бы тоже не отказалась с этим мальчиком разум потерять на пару ночек, – вовсю веселилась Наташа. – Что же это ты даже не поделилась с подругой такой радостью?

– Да ну тебя, Наташка, хватит надо мной смеяться. Я что, не такая, как все?

– Дурочка, я же не смеюсь, а наоборот, радуюсь за тебя. Я тебе давно говорила, чтобы ты рот не разевала, а брала от жизни все.

– Я не для этого замуж выходила, – проворчала Лариса.

– А для чего, собственно, ты это сделала? Детей ты не нарожала, насколько мне известно. Видишь ли, твой Ефимов считает это преждевременным.

– На разные там фуршеты и презентации ты с ним не ходишь, да и от любви к нему не умираешь. Да и не богат твой Сергей, если ты, конечно, не врала. Вот и ответь мне, пожалуйста, зачем ты вышла за него замуж?

– Четыре года назад мне показалось, что я его люблю.

– А теперь не кажется?

– Теперь мне ничего не кажется. Теперь я точно знаю, что не люблю.

– Ларка, расскажи, как все было с детективом? – усаживаясь в кресло и задорно блестя глазками, проговорила Наташа.

– Что тебе рассказать? Ты что, не знаешь, как это бывает?

– Я прекрасно знаю, как все бывает, но у всех по-разному. Мне интересно, как было у тебя.

– Очень просто, – сказала Лариса, а потом хитро улыбнулась. – Вру я все, не просто было, а волшебно. Он в постели прямо ураган, не то что Ефимов. У моего все с толком, с чувством, с расстановкой, и практически по расписанию, как поезда на вокзале. Строго по графику и по одному тому же пути. А Володя, он совсем другой, разнообразный, что ли? Ну, в общем, интересный… и горячий.

– Настоящий полковник? Ха, ха, ха! – веселилась Наташа.

– Во-во, в точку попала. – Лариса присоединилась к веселью подруги.

Девушки прождали до часа ночи, но Сергей так и не позвонил.

– Интересно, почему он не позвонил, может, его уже грохнули? – задумчиво проговорила Лариса.

– Не пори ерунды, не позвонил сегодня, значит, позвонит завтра. Давай спать ложиться, нужно будет пораньше встать, чтобы доделать доллары. Завтра воскресенье, нужно все успеть, а то в понедельник укачу на работу и тогда все, до субботы ты меня не увидишь.

– Ты же сказала, что будешь у меня пока жить.

– Ну да, буду, только я же вечером поздно прихожу, не до баксов тогда уже.

Зазвонил телефон, и девушки одновременно посмотрели на часы.

– Интересно, кто это в такое время.

– Быстрее бери трубку, может, это Сергей.

Лариса схватила телефон и напряженно спросила:

– Алло, кто это?

– Привет, что это с тобой? Ни разу сегодня не позвонила? Я уж подумал, не случилось ли чего.

– Володя, – промурлыкала Лариса. – Неужели ты обо мне беспокоишься?

– Вот еще, – фыркнул детектив. – Просто будет обидно, если что случится. Столько с тобой нервов потрачено, а нервные клетки, как известно, не восстанавливаются.

– Причина только в этом? – продолжала веселиться девушка.

– Угомонись, только в этом и ни в чем другом, – разочаровал Владимир. – Ты сегодня, надеюсь, меня не разбудишь среди ночи: караул, убивают, приходи и спи на моем горбатом диване?

– Нет, будить не буду, а приглашаю прямо сейчас приехать и спать на моем горбатом диване.

В трубке воцарилась тишина, а потом послышалось невнятное бормотание.

– Переведи, что ты сейчас там пробубнил, и желательно по-русски, – хихикнула Лариса.

– Ничего, если бы я знал, что последует за моим звонком, я бы вообще не позвонил.

– Ну и иди к черту, – зло прошипела девушка и бросила трубку. – Ну и наглец, – задумалась Лариса и забегала по комнате.

– Что с тобой? – спросила Наташа.

– Ничего со мной. Слушай, Наташ, вот ответь мне на вопрос. Как может мужчина так нагло вести себя с женщиной, с которой еще вчера был так нежен в постели?

– Это защитная реакция, броня, одним словом.

– Что ты имеешь в виду?

– Нравишься ты ему, подруга, боится влюбиться без памяти, поэтому и ведет себя как придурок.

– Ты так думаешь?

– Не-а, я не думаю, я знаю, по психологии проходили.

Через некоторое время раздался звонок в дверь, и девушки испуганно переглянулись.

– Кого это принесло среди ночи? – зашептала Наташа, испуганно вращая глазами.

– Не знаю, пойду тихонько посмотрю, – тоже шепотом ответила Лариса и на цыпочках пошла к двери.

Она заглянула в глазок, и ее лицо озарила радостная улыбка. Лариса тут же распахнула дверь. На пороге стоял Владимир.

– Откуда ты, интересно, так быстро? Телефонная трубка еще не успела остыть…

– А я из машины тебе звонил, которая уже стояла у твоего подъезда, – спокойно сказал Владимир и как ни в чем не бывало шагнул в квартиру. – Надеюсь, меня здесь накормят?

Глава 14

Утром раздался звонок в дверь, и Лариса простонала:

– Господи, не дом, а проходной двор.

Она поднялась и, накинув халат, поплелась в прихожую. Заглянув в глазок, девушка увидела своего отца и, радостно улыбаясь, распахнула дверь.

– Папочка, привет, дорогой. Ты уже прилетел?

– Как видишь, прилетел. Из аэропорта прямо к тебе. Ну выкладывай, о чем таком срочном ты хотела со мной поговорить.

– Что, прямо у порога начинать? Проходи, я сейчас завтрак приготовлю, вот и поговорим.

– Вообще-то я не голоден, если только кофе выпью. С вашего позволения, принцесса, я помою сначала руки, или у тебя опять там кто-нибудь «слесарит»? – улыбнулся Петр Васильевич, показывая хитрыми глазами в сторону ванной комнаты.

Лариса потерла нос, вспомнив, что в зале на диване расположился Владимир.

– Нет, в ванной никого нет, он спит в комнате, – виновато промямлила девушка.

– Лара, я же тебе сказал русским языком, что развод должен быть цивилизованным. Почему ты не слушаешь, что тебе говорит отец?

– Пап, я тебя всегда слушаю, но сейчас это совсем не то, о чем ты подумал. Просто я Володю сама попросила у меня переночевать, потому что мне страшно. Тем более я с ним не одна. Наташа тоже здесь ночует.

– С каких это пор ты боишься ночевать одна в своем собственном доме? – удивился Петр Васильевич.

– С тех самых, как услышала по телевизору ужасные новости, ну с кладбища, – выкрутилась Лариса.

– А тебе-то, интересно, с какой стати бояться? – нахмурился Петр Васильевич.

– Папа, но это же твой сотрудник, а я твоя дочь, мало ли? – и девушка неопределенно пожала плечами. – Я, между прочим, за тебя испугалась, а не за себя. Ну а что ночевать побоялась одна, так это просто сработал инстинкт самосохранения. Не более того, – продолжала самозабвенно заливать Лариса.

Она не хотела пока все рассказывать отцу, а решила подождать. Может, действительно афера с «куклой», придуманная Наташей, пройдет, и тогда не нужно будет впутывать в это дело отца.

– Папа, а парень, которого убили, он кем у тебя работал? – поторопилась Лариса переменить тему, чтобы отец не заострил своего внимания на ее страхах.

– Компьютерный гений, можно сказать, самородок. Я таких специалистов еще не встречал. Вся информация о компании через него проходила. Представляешь, он доступ так кодировал, что ни один хакер не мог взломать, хотя очень многие и не раз пытались, – пробормотал Петр Васильевич и тяжело вздохнул.

– Ну и как думаешь, за что его могли убить?

– Не знаю пока. Однако предполагаю, что убийство связано именно с этим, то есть с информацией о компании. Некоторые мои конкуренты многое бы отдали за такого рода сведения. А может, и ошибаюсь. Чужая душа – потемки. Кто его знает, чем он занимался в свободное от работы время?

– Ну а если вдруг такая информация все же попадет в чужие руки, что тогда? – забеспокоилась Лариса, и ее мысли заработали в усиленном режиме.

– Тогда, дочь, будет не очень хорошо, а вернее, совсем нехорошо.

– Скажи, пап, а много информации может поместиться, например, на одной дискете?

– С чего вдруг такое любопытство? Если я не ошибаюсь, тебя при виде компьютера всегда начинало тошнить. И вдруг сейчас такие слова в твоем лексиконе, – удивился Петр Васильевич.

– Просто интересно, – пожала Лариса плечами.

– Того, что может поместиться на одной дискете, вполне достаточно, чтобы пустить меня по миру. Все зависит от того, какие сведения она содержит, – спокойно ответил отец.

– Да, пап, это действительно серьезно, – взволнованно проговорила Лариса, а про себя подумала: «Только бы этого не случилось. Ведь пропал же у меня из сумочки конверт с дискетой. Где же я могла его потерять? А если его украли? Тогда кто?»

В это время в кухню вплыла сонная Наталья и, увидев отца подруги, зачирикала:

– Ой, Петр Васильевич, с приездом. Вот поселилась на время у Ларки, она меня уговорила. Говорит, что боится одна ночевать.

Петр Васильевич повернулся к дочери и удивленно приподнял брови.

– Послушай, дорогая, а что, твоего благоверного до сих пор нет дома? Я сразу и не сообразил, когда ты сказала, что боишься одна ночевать.

– Нет, пап, нету.

– И что же, не позвонил, ничего не сказал, где он обитает?

– Нет, не звонил. Я думаю, что он меня, наверное, бросил и ушел к другой женщине, – не моргнув глазом, ляпнула Лариса.

– Не пори ерунды, дорогуша. О таких вещах мужчина объявляет сразу.

– Это мужчины объявляют, а Ефимов к этой категории не относится. Он же самый настоящий трус, проще говоря – баба, – фыркнула Лариса и многозначительно закатила глазки.

– Четыре года назад ты по-другому пела, моя милая, – с сарказмом заметил Петр Васильевич.

– Это было давно и неправда, – тут же парировала дочь.

– Ладно, Лариса, если у тебя больше ничего срочного, кроме того, что ты мне сказала, тогда я поеду. Сама понимаешь, нужно во всем разобраться, пока еще по горячим следам. Очень мне хочется узнать, кто стоит за этим убийством, – Петр Васильевич болезненно поморщился.

– Налей-ка мне воды в стакан, – и он вытащил из нагрудного кармана таблетки.

– Что с тобой, пап, ты заболел? – забеспокоилась Лариса.

– Нет, просто очень устал, сердце что-то щемит, – спокойно проговорил мужчина, принимая из рук дочери стакан с водой. Он запил таблетку и только поднялся со стула, как в дверном проеме показался Владимир с полотенцем на шее. Молодой человек замер, когда увидел отца Ларисы, а она недовольно проворчала:

– Во, нарисовался, захочешь, не сотрешь. Только тебя здесь и не хватало.

Наташа, видно, решив, что пора выручать подругу, подлетела к Владимиру и, чмокнув его в щеку, прочирикала:

– Ты уже встал, милый? А это Ларин папа, Петр Васильевич.

Детектив уставился на Наталью, как на ненормальную, а Петр Васильевич только крякнул и покачал головой.

– Да, молодой человек, вижу, вы времени даром не теряете, – заметил он.

Потом, повернувшись к дочери, махнул ей рукой:

– Пойдем, проводишь меня до дверей.

– А как же кофе, пап?

– Не до него мне сейчас, ехать нужно.

Когда они подошли к входным дверям, Петр Васильевич внимательно посмотрел в глаза своей дочери и сказал:

– Лариса, ты достаточно взрослый человек и способна трезво оценивать свои поступки. Я, может быть, немного консервативен, извини, так уж меня воспитали твои дед с бабкой. Ты считаешь меня занудой, но я просто не могу уйти, ничего тебе не сказав. Может, это очень современно, чтобы один мужчина сразу с двумя девушками, ну ты понимаешь, но мне это не нравится.

Лариса напряженно сморщила лоб, соображая, о чем ведет речь ее отец, а когда наконец до нее дошел смысл сказанного, ее глаза округлились до размера летающих тарелок.

– Ну папа, ты даешь, – только и смогла она выдохнуть. – Неужели не сообразил, что Наташка решила мне «медвежью услугу» оказать? И вообще, мы все спали в разных комнатах.

– Извини, если обидел, – смущенно хмыкнул отец и открыл дверь. – Звони, если что, мой мобильный все время включен, – напомнил Петр Васильевич и, чмокнув Ларису в лоб, прошел к лифту, по обе стороны которого переминались с ноги на ногу два «шкафа», отдаленно смахивающие на людей.

Лариса закрыла дверь и, кипя праведным гневом, понеслась на кухню. Она влетела туда, точно ведьма на помеле, и тут же с порога заорала:

– Наташ, ты что, вообще с головой не дружишь? Я же тебе рассказывала, что отец уже видел Володю. В ванной у меня его застукал. Ты знаешь, что он подумал после твоего сегодняшнего спектакля? Что у нас здесь групповуха.

– Чего? Ха-ха-ха! – захохотала Наталья. – Ой не могу, групповуха! Слушай, а ведь это идея, может, попробуем? – продолжала заливаться веселым смехом Наташа. – Володь, ты как, не против? Я лично за, ни разу еще не пробовала.

Детектив сплюнул себе под ноги и проворчал:

– Не квартира, а дурдом, ей-богу. Во что я только не вляпывался за время нашего с тобой знакомства? И вот приехали – за извращенца меня приняли! – и он бросил негодующий взгляд на Ларису.

Лариса, в свою очередь, уперев руки в бока, ехидно улыбалась и шипела, словно змея, готовая смертельно укусить намеченную жертву.

– Не смей называть мою квартиру дурдомом. Я разве виновата, что так все закрутилось? А ты, между прочим, мужчина и должен помогать, а не ныть. Или я ошибаюсь по поводу мужчины?

– С какой такой стати я должен тебе помогать? Ты мне что, сестра, жена или родственница?

– Я твоя клиентка, – заявила Лариса и, гордо вскинув голову, нагло посмотрела на сыщика.

– С каких это пор? – прищурился Владимир. – Я тебе ведь ясно дал понять, что не собираюсь браться за твое дело.

– Ты мне ясно ничего не сказал. Ты говорил, что, наверное, не взялся бы. Конкретного же «нет» я от тебя не слышала, – не сдавалась девушка.

– Если считаешь, что я все же взялся за твое дело, то почему скрываешь важные факты? – взревел детектив.

– Это какие? – невинно захлопала Лариса ресницами.

– А такие, дорогуша. Ты с подружкой решила поиграть в крутых фальшивомонетчиков?

– Откуда ты знаешь? – ахнула Лара.

– От верблюда. На то я и детектив, чтобы все знать, – отрезал Владимир и уселся за стол. – Следы преступления нужно хорошенько скрывать, а у вас на столе все, как на ладони. Тоже мне, конспираторы! А сейчас – кофе мне, пожалуйста, да покрепче, – нагло улыбнувшись, проговорил сыщик.

– Что это ты здесь раскомандовался? – взъершилась Лариса, пытаясь скрыть растерянность от слов Владимира. Ведь они с Наташей в самом деле даже не удосужились все убрать в кабинете. Думали, что сегодня продолжат работу…

– Я могу и уйти, – продолжая ехидно ухмыляться, ответил Владимир.

– Послушайте, друзья мои, – попробовала разрядить обстановку Наташа. – Не нужно ссориться. Сейчас у тебя, Ларка, ситуация, при которой негоже лезть в бутылку. Две головы, конечно, очень хорошо, но, думаю, третья, да еще такая умная, как у Володи, нам не помешает, – и Наталья одарила детектива восхищенным взглядом.

– Нечего мне глазки строить да дифирамбы петь, – фыркнул сыщик. – Я, конечно, не Эркюль Пуаро, но что не дурак, это абсолютно точно. Давайте выкладывайте, что надумали? Зачем бумагу переводите на фальшивые доллары?

Подруги переглянулись, и Наташа утвердительно кивнула. Лариса нехотя начала говорить:

– Володь, ты же понимаешь, что мне негде взять четверть миллиона? А Наташа придумала сделать «куклу» и всучить похитителям. Они Ефимова отпустят, и пусть тогда сам он с этой галиматьей разбирается.

– Да-а-а, бабы, они и в Африке бабы, – вздохнул Владимир и с сочувствием поглядел на Ларису. – Лариса, неужели ты такая глупая девочка? Неужели не понимаешь последствий вашей легкомысленной задумки? За липовые фантики, которые ты хочешь всучить бандитам, они тебя из-под земли достанут и за ноги подвесят.

– Руки у них коротки! Потом уже поздно будет ими махать. Пусть Ефимова подвешивают, только не за ноги, а за другое место. А я попрошу отца, чтобы он на время меня отправил за границу. Побуду там, пока здесь все успокоится.

– Не голова, а Государственная Дума, – вздохнул детектив.

– Володя, хватит загадками говорить. Что же прикажешь мне делать? – вспыхнула девушка.

– Пока эти люди будут гулять на свободе, тебе всегда будет грозить опасность.

– И что ты предлагаешь?

– Нужно постараться взять их с поличным.

– В милицию, что ли, идти?

– Пока не стоит. Нужно дождаться, какой преступники предложат способ передачи денег. В зависимости от этого и решать, что делать дальше.

– Все это, конечно, замечательно, и я с тобой почти согласна. Но вот что прикажешь делать с тем фактом, что на меня ведется настоящая охота. Меня просто пытаются убить!

– Про это я как-то забыл, – почесал сыщик затылок.

– Ничего себе! – подпрыгнула на стуле Лариса. – О самом главном он и забыл. Ты что, совсем обо мне не беспокоишься?

– Остынь, ради бога! Конечно, беспокоюсь, – замахал Владимир рукой. Однако даже невооруженным взглядом было видно, что мысли его в эту минуту находились где-то далеко.

– Володя, не пытайся меня убедить, что сейчас думаешь именно обо мне. У тебя взгляд пойманной камбалы.

Сыщик, словно очнувшись, глупо улыбнулся Ларисе и спросил:

– А какой у камбалы взгляд?

– Обреченный, – вздохнула девушка. – Как считаешь, смогу я выбраться из этой истории живой и невредимой?

– Трудно сказать, – задумчиво проговорил мужчина.

– Тогда напьюсь перед смертью, чтобы ничего не помнить, – ляпнула Лариса и решительно направилась к бару с крепкими спиртными напитками.

Владимир, вскочив со стула как ужаленный, ринулся в комнату за девушкой.

– Только не это, – попытался он ее остановить. – Я не желаю с тобой иметь дело, когда ты пьяна.

– Это почему? – Лариса прищурилась.

– Потому что в состоянии алкогольного опьянения ты совершенно неуправляема, в этом совсем недавно я имел счастье убедиться.

– Очень-то не переживай, она и трезвая неуправляема, – засмеялась Наташа, входя в комнату следом за детективом.

– Все равно не стоит в такой ответственный момент терять над собой контроль. Давайте лучше подумаем, что будем делать дальше.

– А что дальше? Нужно засучивать рукава, доделывать баксы. Когда приготовим четверть миллиона, тогда и будем думать, что делать дальше.

– Лариса права, – поддакнула Наташа. – Нужно, чтобы эти деньги уже лежали наготове. Вдруг бандиты, поменяв свои планы, позвонят уже сегодня? Лариса просила у них еще три дня сроку, но они дали только два. Значит, завтра нужно отдавать…

– А что ты им сказала по поводу денег? – спросил Владимир у Ларисы.

– Что собрала только половину.

– Напрасно, нужно было говорить, что у тебя пока еще ничего нет.

– Почему?

– Ты же говорила с домашнего телефона?

– А с какого же? Они же мне сюда звонят, а не на деревню дедушке. Володь, что задаешь глупые вопросы? Объясни, к чему ты клонишь?

Детектив, ни слова не говоря, взял в руки телефонный аппарат и стал тщательно его обследовать.

– Дай мне отвертку, – бросил он Ларисе.

– Зачем?

– Много будешь знать, бессонница замучает, – отрезал мужчина. – Тащи отвертку и не задавай вопросов.

– Подумаешь, – фыркнула девушка и пошла за отверткой.

– Володя, думаешь, в телефоне что-то есть? – осторожно поинтересовалась Наташа.

– Не знаю пока, сейчас посмотрим.

Лариса принесла отвертку и протянула ее Владимиру. Сыщик принялся развинчивать аппарат, но в эту самую минуту телефон затрезвонил. От неожиданности мужчина чуть было его не выронил. Лариса подхватила трубку и поднесла ее к уху.

– Алло, кто это? – осторожно спросила она.

– Ларочка, девочка моя, что же ты мне не звонишь уже три дня? Нехорошо забывать маму.

– Мамочка, привет дорогая. Извини ради бога, закрутилась совсем, даже некогда было позвонить, – затараторила Лариса, закатив глаза.

– Интересно, чем это ты настолько занята, что не нашла пяти минут, чтобы набрать мой номер телефона? Ну да ладно, не буду тебя ругать, все равно это совершенно бессмысленно. Я тебе сообщу новость, просто закачаешься.

– Что за новость, мам? Я смотрю, у тебя голосок так и щебечет. Что-то случилось?

– Да, моя девочка, случилось. Помнишь, я тебе рассказывала, что встретила свою первую любовь, ну еще с института?

– Ну помню. И что? – не моргнув глазом, соврала Лариса и сморщила лобик, силясь вспомнить, когда это ее мать сообщала ей столь «сногсшибательную» новость.

– Так вот, он недавно овдовел, – радостно поведала Виктория Николаевна.

– Ну, мамуля, ты даешь, – выдохнула Лариса. – Чему же ты так радуешься?

– Неужели не понимаешь? Нет, я, конечно, скорблю. Жаль, что такая еще не старая женщина скончалась. Я, естественно, выразила искреннее соболезнование Константину. Но, видишь ли, дорогая, теперь нет самого главного препятствия, чтобы нам воссоединиться.

– Господи, мама, – раздраженно проговорила Лариса. – По-моему, на почве климакса ты растеряла последние остатки совести.

– Подумаешь, – фыркнула Виктория Николаевна. – Я вполне эмансипированная женщина и четко усвоила, что иметь совесть в наше время – это немодно и несовременно.

– Он что же, сделал тебе предложение? – совсем упавшим голосом поинтересовалась Лариса.

– Нет, конечно. Пока нет. Нужно же соблюсти правила приличия, выдержать траурное время. Ну а потом, я надеюсь, что он непременно это сделает.

– Теперь я знаю, почему тебя бросил мой отец, – вздохнула Лариса.

– Ничего ты не знаешь, дурочка. И вообще, это не он меня бросил, а я решила расстаться с ним, потому что, кроме работы, ему ничего не было нужно. К тому же он очень хотел сына, а я не могла ему его дать. После тебя я сделала аборт и больше не могла иметь детей. Он встретил в то время молодую женщину, и я решила, что обязана предоставить ему свободу и дать шанс иметь наследника. Кто же думал, что она бесплодна? Тогда никому не было дела до моих чувств и ощущений, и никто, кроме меня, не знает, что мне пришлось пережить. Почему же сейчас я должна испытывать угрызения совести и тем более чего-то стыдиться? Я уже не юная девица, у которой все впереди. Мне уже пора подумать о том, чтобы не остаться на старости лет в полном одиночестве.

– Ты никогда не рассказывала мне об этом, – удивленно проговорила Лариса.

– А ты и не спрашивала, – отрезала женщина. – Ты всегда росла, как сорняк у дороги, совершенно самостоятельно. Тебя никогда не волновали проблемы матери, ты думала исключительно только о своих, которые, кстати, решать в большинстве случаев приходилось мне или отцу.

– Послушай мама, что это с тобой сегодня? С какой стати ты вдруг решила сейчас вылить на меня ушат дерьма?

– А потому, моя милая дочь, что мне до боли в сердце стало обидно. У твоей матери не далее как вчера был день рождения, а ты даже не соизволила мне позвонить. Я уже не говорю о каких-то там подарках…

– Ой, – пискнула Лариса.

– Нечего теперь ойкать, я давно привыкла к тому, что характер у тебя отцовский. Он тоже часто забывал о какой-нибудь нашей знаменательной дате, зато никогда не забывал поинтересоваться делами на бирже ценных бумаг.

– Мама, ты прости меня, пожалуйста. Я от души поздравляю тебя с днем рождения и желаю, чтобы все твои желания стали реальностью. Подарок за мной.

– Мне совершенно не нужны твои подарки, девочка. Лучшим подарком для меня было бы видеть тебя в мой день. Но, как говорится, поезд ушел и приветливо махнул нам хвостиком последнего вагона. Я рада, что услышала твой голос и убедилась, что с тобой все в порядке. Сергею передавай привет, и, как только освободишься от своих «неотложных» дел, загляни ко мне хотя бы на пять минут, – Виктория Николаевна сделала акцент на слове «неотложными».

Лариса раскрыла было рот, чтобы сказать матери что-то еще, но услышала в трубке короткие гудки. Расстроенная, она плюхнулась в кресло.

– Что случилось, Лариса? – спросила Наташа.

– Не слышала, что ли? – огрызнулась девушка. – У матери вчера был день рождения, а я даже не соизволила позвонить.

– Ну и свинья-а-а-а! – протянула Наталья.

– Сама ты овца, – рявкнула Лариса. – Ты что, не знаешь, что мне вчера не до этого было?

– Да что бы ни было, а про день рождения матери обязана помнить.

– Я помнила, я все время помнила, но только до момента, как нашла этот чертов номер телефона у Ефимова в кармане. Чтоб ему пусто было. Ладно, даст бог, завтра сумею к ней забежать и отвезти подарок. Заодно расспрошу об ее воздыхателе. Представляешь, по-моему, мама замуж собралась.

– А что же здесь плохого? Она очень интересная и совсем не старая женщина. Что же ей, так и куковать одной? Насколько мне известно, она после развода с твоим отцом оставалась все время одна, – проговорила Наташа.

– Ну не совсем, конечно, одна, мужчины у нее были, просто серьезных отношений ни с кем не возникало, – проговорила Лариса.

– Тем более, нужно же когда-нибудь начинать, – пожала Наталья плечами. – Что тебя-то в этой ситуации так напрягает? Ну выйдет она замуж, ну и что? Пожелай ей счастья и успокойся.

– Да не в этом совсем дело, – махнула Лариса рукой. – Он, оказывается, совсем недавно овдовел, и моя мать радуется этому, как ребенок новой игрушке. На нее это совсем не похоже. Она со мной сейчас разговаривала совсем как чужая. Я ее, во всяком случае, такой не помню. Моя мама всегда была очень сдержанной, а здесь такая метаморфоза произошла…

– Климакс, наверное, – вздохнула Наташа. – Я как подумаю, что придет и наше время, мне прямо уже сейчас жить неохота.

– Ладно, Наташ, давай-ка мы продолжим начатое дело. Нужно быстрее закончить с этими чертовыми долларами, а Володя пусть пока с телефоном разбирается. Надеюсь, за сегодняшний день мы сумеем нашлепать положенную сумму.

Глава 15

Владимир разобрал телефон, как говорится, до винтика, но так и не нашел того, что хотел найти. Он был уверен, что в телефон вмонтировано прослушивающее устройство, и очень удивился, когда ничего подобного не обнаружил.

– Неужели я ошибся? – проворчал детектив. – Впрочем, это даже радует. Значит, можно сейчас спокойно уехать по своим делам, – и Владимир направился в кабинет, где девушки в поте лица печатали и резали фальшивые деньги. Он вошел в комнату и остановился у порога.

– Лариса, я сейчас уезжаю, мобильный телефон будет включен. Если позвонят, сразу же перезвони мне, передашь, о чем договорились. Я пока попробую кое-что разузнать и подготовиться для твоей встречи с похитителями.

– А что ты собираешься разузнать? – поинтересовалась Лариса.

– Вот это не твоего ума дело, я уже тебе, кажется, говорил, меньше будешь знать – крепче будешь спать.

– Скажите, пожалуйста, «тайны Мадридского двора». Можно подумать, что это у него жену украли, а не у меня мужа. И не с меня, а с него требуют четверть лимона зеленых, – фыркнула Лариса и демонстративно отвернулась от детектива.

– Иди закрой двери, – спокойно проговорил Владимир, пропустив мимо ушей шпильку девушки.

– Захлопни, и дело с концом. Не видишь разве, что я занята?

– Как скажешь, – пожал сыщик плечами и, попрощавшись с Наташей, пошел к дверям.

Когда хлопнула входная дверь, Наташа хитро посмотрела на подругу.

– Слушай, Ларка, – сказала она, – я смотрю, нравится тебе детектив?

– С чего это ты взяла? У тебя явное косоглазие, если разглядела такую чушь, – взъерепенилась Лариса.

– Что это с тобой, подруга? Прямо как кошка фыркаешь. Нет, значит, нет. Только, если у меня косоглазие, тогда ты совсем слепая. Посмотри, какой кадр, прям картинка! Я бы перед таким без сопротивления капитулировала, – вздохнула Наталья.

– Что мешает? Капитулируй на здоровье, – усмехнулась Лара.

– Так он в мою сторону и не смотрит, все на тебя смотрит.

– Что ты все придумываешь? Неужели не видишь, мы словно кошка с собакой на одной территории. Если бы я ему хоть чуточку нравилась, он бы так себя не вел.

– Дурочка ты, Ларка, это мужская самооборона. Боится тебе показать, что ты ему нравишься. Я тебе уже говорила об этом. Мужская психология – она как тайна египетской пирамиды, чтобы разгадать – одной жизни мало.

– Просто ему со мной в постели было хорошо, он мне сам говорил. И не более того, – грустно проговорила Лариса.

– Я смотрю, тебя это огорчает? – засмеялась Наташа.

– Что в этом смешного, – огрызнулась Лариса.

– Смешного в этом ничего нет, моя дорогая. Смешно то, что после всего этого ты пытаешься делать вид, что он тебе безразличен.

– Наташ, что ты ко мне пристаешь? Нравится, не нравится, какая разница? Я замужняя дама, пока, во всяком случае, и меня сейчас интересует совсем другое. Как бы в живых остаться и побыстрее забыть про все плохое. Потом, когда эта ерунда закончится, я, может быть, и посмотрю на него повнимательнее. А сейчас… в общем, ты поняла.

– Хозяин барин, – пожала подруга плечами. – Просто как бы не проворонила. Нужно ковать железо, пока горячо, а мужиков брать, пока тепленькие. Чуть передержишь и все – сбежит и адреса не оставит.

– У меня его визитка есть со всеми телефонами, – захохотала Лариса. – Так что никуда не денется!

Девушки снова углубились в кропотливую работу, и время полетело незаметно.

– Ох, у меня спина прямо одеревенела, – проворчала Лариса четыре часа спустя и, бросив лист, который резала, откинулась на спинку кресла. – Пойдем, перекусим что-нибудь, а то мой желудок уже обижается на нерадивую хозяйку.

– Пойдем, я не против, что-то тоже есть захотелось, – согласилась Наталья и вскочила со стула.

Подруги отправились на кухню, и Лариса начала хлопотать у плиты.

– Давай сначала бутербродов наделаем, а на плиту я курицу поставлю вариться, хочу бульон приготовить. Я уже, наверное, неделю горячего не ела. Курица быстро сварится и тогда уж основательно подзаправимся. Слушай, Наташ, я никак не могу сообразить, откуда мне Ефимов звонил и почему не перезвонил? Вдруг они его уже убили как опасного свидетеля?

– Не думаю, не могли они его убить. Ведь в этом случае они вообще ничего не получили бы. Ты же ясно дала понять, что хочешь убедиться в том, что твой муж жив.

– Кто их знает, этих бандитов, что у них на уме? – вздохнула Лариса.

– Нечего думать да гадать. Вот позвонят – а ты им ультиматум. Пока, мол, не буду уверена, что муж жив, никаких денег не получите. Все сразу и выяснится. Если Сергей жив и здоров – он позвонит, а если… Ладно, не стоит пока думать о плохом, садись-ка лучше, давай перекусим.

Однако едва девушки расположились за столом, зазвонил телефон. Лариса сорвалась с места и побежала в комнату. Наташа стремительно последовала за ней, на ходу опрокинув пару стульев. Лариса схватила трубку и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

– Алло, я вас слушаю.

– Спуститесь к почтовому ящику и вытащите оттуда посылку, – проговорили в трубке и тут же отключились.

Лариса посмотрела на подругу.

– Сказали взять из почтового ящика посылку, – растерянно проговорила девушка, – но это был совсем другой голос. Не тот, который мне обычно звонил.

– Звони немедленно Владимиру. Ни в коем случае никуда не ходи и ничего не бери. Вдруг это ловушка, или того хуже – бомба, – вытаращив от испуга глаза, зашептала Наташа.

– Ты чего это шепотом разговариваешь?

– Не знаю, как-то само собой получилось, – пожала плечами Наташа.

– Глаза на место поставь, они у тебя сейчас просто выскочат, – засмеялась Лариса.

Снова зазвонил телефон, и подруги, дружно вздрогнув, заорали от неожиданности. Глянув друг на друга, они залились нервным смехом.

– Да-а-а, – протянула Лариса. – Докатились.

Девушка взяла трубку и, все еще трясясь от смеха, проквакала:

– Алло, слу… слу… ой, слушаю.

– Кто это так развеселил тебя, Ларочка? – промурлыкали в трубке.

– Комедию порнографическую смотрю, – девушка скорчила на лице мученическую гримасу и глянула на подругу.

– Ты дома? – послышалось из трубки.

– Нет, на Канарах загораю, – промямлила Лариса.

– Все шутишь, моя хорошая? Я здесь рядышком с твоим домом, сейчас заскочу.

Лариса хотела было сказать, что сию минуту уходит, но трубка запищала короткими гудками.

– Ну вот, несет нелегкая, – недовольно проворчала Лариса.

– Кто это? – поинтересовалась Наташа.

– Ведьма на помеле, Жанка – благоверная моего отца.

– Что ей у тебя понадобилось?

– Кто ее знает? Последнее время вообще зачастила к нам. Все старается наладить контакты, неизвестно только зачем.

– За что ты ее так не любишь, Ларис? Вроде ничего баба, и отца твоего любит.

– А за что я ее любить должна, ты мне не скажешь? Я до сих пор не могу забыть, какие она отцу истерики по телефону устраивала, когда он к нам с матерью приезжал. Правда, потом поутихла, видно, отец на место поставил. А если узнавала, что он мне какую шмотку купил, так с него потом в три раза больше требовала. Мою мать старухой называла, представляешь, стерва. Ой, Натка, не хочу я всего вспоминать, противно. А последний год, так прямо шоколадная девочка, а не мачеха, чтоб ее разорвало. Только ради отца и терплю ее визиты, любит он ее, я это вижу. Давай по-быстрому все в кабинете уберем, а то у нее есть наглая привычка везде свой нос сунуть. Ходит по квартире, вроде просто так, а сама вынюхивает, что здесь из новых вещей появилось.

– А на вид – прямо ангел во плоти, – усмехнулась Наташа.

– Да, Наташ, что правда, то правда. Внешностью ее природа наградила, дай бог каждому, а внутри гремучая змея живет, – процедила сквозь зубы Лариса.

– Может, это просто ревность в тебе говорит, Ларис?

– Ревность здесь абсолютно ни при чем, Наташенька. Просто я ее чувствую. Вот сама сейчас увидишь, она будет улыбаться, а в глазах – ненависть. Мне иногда хочется в рот ей заглянуть, я почему-то уверена, что у нее раздвоенный, как у змеи, язык, и с него капает чистый яд.

– А что ты ей насчет Канар ляпнула?

– Ой, да ну, – махнула Лариса рукой. – У меня прямо нервный приступ начинается, когда мне задают глупые вопросы. Звонит и спрашивает: ты дома? Ну не дура ли? Где я, интересно, могу быть, если она набирает мой номер и слышит мой голос? Только на Канарах. Наташ, давай быстренько перекусим, а то когда эта гюрза в квартиру войдет, мой аппетит как корова языком слижет, я уже знаю.

– Ты раньше мне никогда не говорила, что так ее ненавидишь. Я, конечно, знала, что вы не ладите, но чтобы до такой степени, даже не предполагала, – покачала Наташа головой.

– Ты же меня знаешь, не люблю мусор из дома выносить, а это наше семейное дело. И потом, дорогая подружка, в последнее время мы с тобой так редко видимся, что, когда наконец встречаемся, хватает более приятных разговоров.

Подружки уже подзаправились, убрали в кабинете следы своей преступной деятельности и уже спокойно пили кофе. И тут раздался звонок в дверь.

– Видала, сколько времени прошло? – многозначительно взглянув на подругу, сказала Лариса. – А по телефону сказала, что случайно оказалась рядом с домом, поэтому, мол, решила заскочить. Видно, что-то ей от меня понадобилось, раз решила в гости пожаловать.

Прежде чем открыть дверь Лариса посмотрела в глазок и, тяжело вздохнув, щелкнула замком. На пороге стояла ослепительно красивая молодая дама и очаровательно улыбалась.

– Здравствуй, моя дорогая, вот я и приехала, – заворковала Жанна.

«Тебя никто не ждал, а ты приперлась, черт побери!» – про себя чертыхнулась Лариса и кисло улыбнулась.

– Проходи, раз приехала, не выгонять же.

– Ларочка, ты, как всегда, в своем репертуаре. Ну что я тебе сделала такого плохого, что ты все время пытаешься со мной поссориться? Неужели ты хочешь сделать своему отцу больно? Он одинаково любит нас обеих, поэтому не думаю, что ему будет приятно узнать, что ты опять пытаешься меня унизить.

Произнеся эти слова томным голосом, Жанна прошла в гостиную и уселась в кресло, закинув ногу на ногу. Это была очень красивая женщина. Правда, половина этой красоты была искусственной, например, ее шикарный силиконовый бюст. Однако впечатление от этого ничуть не страдало, а даже наоборот.

– Я смотрю, ты поменяла прическу и цвет волос, моя милая? – ехидно улыбнулась Жанна. – Ничего, ничего, тебе это к лицу, довольно миленько получилось. А то ходила с непонятным вороньим гнездом на голове.

– Это у тебя гнездо, а у меня волосы. Они, по крайней мере, мои собственные, не то что у некоторых наращенные в салоне, – ощетинилась Лариса.

– Ну-ну, не ерепенься, я же не чужой тебе человек. Говорю то, что есть на самом деле. Я всегда завидовала твоим волосам и не скрывала этого, советовала тебе, какую прическу лучше сделать. Но ты никогда не хотела меня слушать. Теперь, наконец, сама догадалась, что пора привести голову в порядок. Могу смело сказать, у тебя это недурно получилось, цвет почти натуральный и форма идеальная.

Жанна поднялась с кресла и, как она обычно это делала, начала прохаживаться по квартире, изредка останавливаясь, чтобы взять в руки какую-нибудь безделушку. Она вертела ее в руках и делала вид, что очень занята созерцанием.

– Может, ты скажешь мне, зачем пожаловала? – не выдержала Лариса.

Жанна осторожно поставила фарфоровую фигурку на комод и взяла другую.

– К тебе утром приезжал отец? – не поворачиваясь к Ларисе, спросила она.

– Да, приезжал прямо из аэропорта. А что?

– О чем вы говорили?

– Тебе-то какая разница?

– Мне, моя милая, нет никакой разницы, если это касается конкретно тебя. А вот то, что касается моего мужа… – и Жанна, повернувшись, уставилась на Ларису своими холодными глазами.

– Не понимаю, ты это о чем? – удивленно разведя руками, спросила Лариса.

– Неужели не в курсе последних событий?

– Это ты про убийство папиного сотрудника?

– Именно.

– А я-то здесь при чем? – запыхтела девушка.

– А где Сергей? – пропустив мимо ушей возмущение Ларисы, продолжала Жанна.

– Откуда я знаю?

– Что значит, откуда? Ты вроде жена ему?

– Вот именно – вроде, – зло прошептала Лариса, и уже громко, во весь голос, отбрила Жанну: – Знаешь что, моя дорогая мачеха, а не пошла бы ты отсюда подальше? Не вынуждай меня сказать, куда именно. Что за допросы ты мне устраиваешь? Или, может, мне позвонить отцу?

– Лариса, девочка, что за вульгарный тон? Что такого я спросила, отчего ты так рассердилась? Ну не знаешь ты, где твой муж, ну и не надо. Я просто так спросила. Меня очень взволновало событие, которое произошло, естественно, я волнуюсь. Хотела поговорить с Сергеем, может, он что-то знает. Он ведь тесно контактирует с сотрудниками Петра. Начала расспрашивать Петра, он наотрез отказался говорить со мной на эту тему. С тобой он более откровенен, вот я и подумала, что смогу что-нибудь у тебя узнать. Не вижу ничего предосудительного в том, что я волнуюсь за мужа, – и Жанна нервно пожала красивыми плечиками. – Я знаю, ты не любишь меня, но ведь отца-то ты любишь. Я тоже его люблю, поэтому ты должна понять мое состояние.

– Нет, Жанна, мне известно ровно столько, сколько и тебе. Я узнала о страшном событии из новостей, и добавить мне нечего. Отец заехал ко мне сегодня утром по пути из аэропорта, чтобы узнать, все ли у меня в порядке. Однако поговорить нам не удалось, он очень торопился.

– Ты не обманываешь? – Жанна заглянула Ларисе в глаза.

– Чтоб мне провалиться, – выпалила Лариса и мило улыбнулась мачехе. Услышав подобную «клятву», Жанна довольно сморщила свой безупречный носик.

– Хорошо, хорошо, я тебе верю. – Опасаясь, что падчерица, судя по ее хитрому взгляду, собирается ляпнуть что-то еще, Жанна предупреждающе подняла руку. – Ну ладно, если тебе действительно нечего мне сказать, пожалуй, я пойду. Мне еще нужно заехать в салон, у меня массаж, а потом в парикмахерскую.

– Бедненькая, и когда ты все успеваешь? – с иронией проговорила Лариса, глядя на голову мачехи, где в строгом порядке был уложен каждый волосок.

– Не нужно иронизировать, моя милая. Я жена видного человека и обязана выглядеть безупречно. Очень часто приходится по его звонку срываться из дома и ехать на какой-нибудь банкет.

– Да, нелегкая работенка, я тебе сочувствую, – съехидничала Лариса.

– Представь себе, быть женой крупного бизнесмена – это именно работа, и ты права – нелегкая, – покрывшись красными пятнами, парировала Жанна.

– А кто спорит? – пожала плечами Лариса. – Ты, кажется, собиралась уходить? Пойдем, я провожу тебя до дверей, – поторопилась указать Жанне путь девушка.

Жена бизнесмена гордо вскинула голову и продефилировала в прихожую. Там она бросила мимолетный взгляд в зеркало и, увидев радость в глазах Ларисы, ехидно улыбнулась. Девушка поняла значение этой улыбки, сравнив свою взъерошенную голову и безукоризненную укладку Жанны. Ларисе безудержно захотелось показать язык этой чопорной красотке, но она сдержалась и галантно распахнула перед мачехой дверь.

– Папе передавай привет, – хлопнув дверью чуть ли не по носу мачехи, промурлыкала Лариса. – Фу, слава богу, ушла, – облегченно вздохнула она.

Наташа все это время оставалась на кухне, сидела там тихо, как мышка. Лариса присоединилась к подруге и устало опустилась на стул.

– Слушай, по-моему, она вампирша. Я будто вагон дров разгрузила, так устала от ее визита.

– Это все от неприязни. Когда тебе человек неприятен, время, проведенное в его обществе, всегда утраивается.

– Это значит, час за три идет?

– Ага, угадала.

– Как на каторге, – захохотала Лариса. – Ладно, пойдем работать, и так с этой визитершей много времени потеряли. Вдруг не успеем все сделать?

Девушки отправились в кабинет и снова занялись изготовлением фальшивых долларов.

Глава 16

Прошло немного времени, и до Ларисы вдруг дошло, что она до сих пор не позвонила Владимиру.

– Наташка, мы же с тобой совсем забыли про послание в почтовом ящике, вот идиотки.

– Звони Володе немедленно.

– А что это даст? Ну приедет он, и что дальше? Посылку-то все равно нужно вытащить. Пойдем спустимся, посмотрим.

– Я боюсь, – проныла Наталья.

– Я тоже боюсь, но делать-то что-то нужно? Вдруг там инструкция, как передавать деньги?

– А вдруг там бомба?

– Ладно, оставайся, я одна схожу.

– Обижаешь, подружка, я тебе обещала, что не брошу, значит, не брошу. Пошли вместе.

Девушки вышли в прихожую, и Лариса прильнула к дверному глазку.

– Вроде никого не видно, – прошептала она и, открыв дверь, выглянула на лестничную площадку. Там тоже никого, было все спокойно, и девушки подошли к лифту. Подруги спустились на первый этаж и остановились у почтовых ящиков. Лариса пыталась через дырочки разглядеть, что там внутри. В это время раздался непонятный писк, и Наташа в панике заорала:

– Ложись, сейчас взорвется.

Девушки бросились на пол и, зажмурившись, прижались друг к другу. Между тем дверь подъезда отворилась, и они услышали мужской голос:

– Пол бетонный, холодный. Простудиться не боитесь, девочки?

Лариса приоткрыла один глаз и увидела, как на них с любопытством смотрят прищуренные зеленые глаза Владимира.

– Ну и что сие представление означает? – с сарказмом спросил детектив. – У кого-то из вас звонит мобильный телефон. Вы разве не слышите?

Лариса села на полу и прислушалась. Монотонный писк действительно повторялся.

– Думаешь, мобильный звонит? – спросила она, с надеждой глядя на Владимира.

– О боже, давай поднимайся, – и мужчина рывком буквально за шкирку поднял Ларису с пола.

Нервно стряхнув его руку, девушка стала лихорадочно перебирать ключи на связке в поисках нужного – от почтового ящика. Пока Лариса трясущимися руками пыталась попасть в замочную скважину, телефонные звонки прекратились.

– Елки-палки, Наташка, это все ты! Бомба, бомба, сейчас взорвется! Наверняка это они звонили. Что теперь делать?

– Ящик открывай, а не ворчи, – поторопила подругу Наталья, отряхивая юбку. – Никуда не денутся, еще позвонят.

Ларисе наконец удалось открыть ящик. Там она увидела черную полиэтиленовую сумку. Внутри лежали мобильный телефон и конверт. Схватив сумку со всем содержимым, девушки бросились к лифту. Наташа поспешно нажала кнопку десятого этажа. И когда двери лифта уже закрывались, перед ними возникло удивленное лицо Владимира.

– Эй, подружки, а как же я? – недоуменно воскликнул он, но лифт уже поехал.

– Елки-палки, Наташка, совсем у тебя мозги заклинило с этой «бомбой». Как неудобно получилось, еще подумает, что специально, – проворчала Лариса и нажала на кнопку «стоп».

Лифт дернулся и остановился, и сколько потом девушки ни нажимали на разные кнопки, кабина замерла намертво и совсем не собиралась ехать ни туда, ни обратно.

– Да что же это творится на белом свете, а? – заскулила Лариса. – Что же за невезуха в последнее время? Володя-а-а-а, мы застряли, – заорала она в щелку двери лифта.

– Вижу, что застряли, – усмехаясь, спокойно проговорил детектив. – Впервые встречаю женщину, у которой все, к чему она прикасается, как говорится, через одно место, заднее которое.

– Хватит насмехаться, – взвизгнула Лариса. – Иди в диспетчерскую, приведи мастера. Диспетчерская в соседнем доме, в сорок девятом. Мы не можем здесь долго сидеть. В лифте мобильник наверняка вне зоны досягаемости. Те люди уже звонили, сам слышал, опять будут звонить. Подумают, что я специально его отключила. Представляешь, что может получиться?

– Не кричи на весь дом, совершенно не обязательно рассказывать всем жильцам о своих проблемах. Я уже иду за мастером, – проворчал Владимир и удалился.

Лариса сползла на пол по стенке лифта и заплакала.

– Чего ты ревешь? Сейчас вытащат нас отсюда, нечего сопли распускать, и так тошно, – рявкнула Наташа.

– Нечего на меня голос повышать, я совсем не из-за этого плачу, – всхлипнула Лариса.

– А из-за чего же тогда?

– Сейчас Володя сказал, что у меня все наперекосяк. Вот я и думаю, почему? Почему у меня все не как у людей? Ведь живут же люди нормально? Детей рожают, муж хороший, все отлично. А у меня? Муж – кобель, детей нет, в историю влипла. То удушить пытались, то отравить. А за что? Почему?

– Да ладно тебе, Лар, все образуется, вот увидишь, – попыталась успокоить подругу Наташа. – Ты думаешь, что только у тебя проблемы? Ничего подобного. Вот возьми хоть меня. Не такая уж я счастливая, как кажется на первый взгляд. Да, деньги есть, квартира, машина, дача, свой бизнес. Внешностью вроде бог не совсем обидел. А толку? Мужики проносятся мимо меня со скоростью литерного поезда, без остановки. Не любят они самостоятельных да умных. Им кухарку да няньку подавай, чтобы кофе приносила в постель, поменьше говорила, да своего мнения не имела. Одним словом, чтобы заглядывала только ему в рот.

Лариса обняла свою пригорюнившуюся подругу и улыбнулась.

– Наташка, ты ли это говоришь? Ты же у нас непоколебимый энтузиаст.

– Да видимость одна, – махнула девушка рукой. – Знаешь, Лар, я мечтаю о таком мужчине, который носил бы меня на руках, чтобы любил по-настоящему. А я бы тогда для него все, что угодно, сделала. И кофе в постель, ну и все остальное. Когда знаешь, что тебя любят, тогда можно пойти даже наперекор своим принципам.

В это время девушки услышали голоса.

– Вы на каком этаже застряли, девчонки?

– Между вторым и третьим, по-моему, – крикнула Наташа.

– Сейчас вытащим, погодите маленько, – пообещал мастер.

Через пять минут лифт дернулся и пошел вниз. Остановился он на первом этаже, и двери раскрылись. Хмурый Владимир молча вошел в лифт и нажал на кнопку десятого этажа.

– Спасибо тебе, Володенька, – виновато пролепетала Лариса.

– Не за что, – буркнул мужчина в ответ.

Когда они все вместе вошли в квартиру, Лариса прямо с порога затараторила:

– Володь, представляешь, они мне позвонили и сказали, чтобы я взяла посылку из почтового ящика. А Наташа испугалась, вдруг это ловушка или того хуже – бомба. Мы решили тебе позвонить, но в это время заявилась жена моего отца Жанка. Я ее ненавижу всеми фибрами моей души. Она, конечно, отвлекла меня, и я совсем забыла тебе позвонить. Когда эта кобра наконец удалилась, мы с Наташей решили спуститься и взять эту посылку. Но только мы подошли к почтовому ящику, как эта посылка возьми да и запищи. Ну мы, конечно, испугались до смерти. Подумали, что она сейчас взорвется, и попадали на пол, а в это время ты…

– А на первом этаже вы меня решили оставить, потому что последние мозги, пока лежали на полу, растеряли? – усмехнулся детектив.

– Это я виновата, – влезла в разговор Наташа. – От страха по инерции на кнопку нажала, а про тебя совсем забыла. Лариса здесь совершенно ни при чем.

– Вот видишь? – глянула на мужчину Лариса, приняв позу победителя.

– Ладно, проехали, – махнул рукой Владимир. – Теперь, дорогие мои дамы, прошу рассказывать все по порядку. Последовательно и без спешки. И еще не мешало бы мне крепкого кофейку выпить.

– Вот, Володь, смотри, этот конверт в сумке лежал вместе с телефоном. Давай посмотрим, что в нем, – и Лариса протянула конверт сыщику.

Владимир внимательно осмотрел его и начал распечатывать. В это время снова зазвонил присланный мобильный. Подпрыгнув от неожиданности на месте, Лариса уставилась на аппарат широко раскрытыми глазами.

– Чего вытаращилась? Отвечай, – зашипела на подругу Наташа.

Лара осторожно откинула крышечку и поднесла аппарат к уху.

– Алло, я слушаю, – прохрипела она и откашлялась. – Извините, я слушаю, – уже более твердым голосом проговорила девушка в трубку.

– Лариса Петровна, в чем дело?

– А в чем?

– Я звонил вам уже несколько раз, но вы почему-то или не берете трубку, или вообще находитесь вне зоны досягаемости.

– В этом нет моей вины, – твердо проговорила Лариса. – Сначала я просто не могла забрать телефон из почтового ящика – у меня были гости, я не могла их оставить, не возбудив в них любопытства. А потом я застряла в лифте.

– Да-а-а, – хмыкнули в трубку. – Вы прочитали инструкцию?

– Нет еще, не успела. Меня только две минуты назад освободили из заточения в лифте.

– Хорошо, читайте, через полчаса я перезвоню, – и абонент отключился. Лариса повертела в руках аппарат и пробормотала: – У Ефимова точно такой же, один в один.

– Володя, что там в инструкции? Мне велели прочесть, а через полчаса этот тип перезвонит, – перевела она взгляд на детектива.

– Так, сейчас посмотрим. – Вскрыл пакет. – Положить деньги в пакет, который был в почтовом ящике. Завтра в двадцать три ноль-ноль стоять на перекрестке между Первым Тупиковым переулком и Вторым. Ждать, пока зазвонит телефон, по которому вы получите дальнейшие указания.

– А это где ж такое? – наморщила лоб Наташа.

– Что, где?

– Ну эти, Первый и Второй Тупиковые?

– Откуда я знаю? Я же коренная москвичка. Это приезжие у нас все знают, как к Третьяковке проехать или где можно достать билеты в Оружейную палату? А я что? Последний раз в Большом театре была два года назад и то благодаря матери. Она мне, можно сказать, насильно билеты всучила. Про эти Тупиковые я никогда не слышала, а как улицы все переименовали, так вообще хоть караул кричи. Без карты города из дома не выйдешь. Кстати, Наташ, твой автомобиль с того дня, как я у тебя его взяла, стоит у «Тихой пристани».

– Что за пристань? – насторожилась хозяйка «Опеля».

– Так называется ресторан, в котором мой супруг отрывался с блондинкой. Господи, Наташа, я же тебе все уже рассказывала…

– Да, моя дорогая. Единственное, что ты мне не сообщила, что мой автомобиль там остался.

– Я только что про него вспомнила, когда заговорили про улицы. Потому что не имею никакого представления, на какой находится эта «Тихая пристань». Я так волновалась, что совсем не смотрела, куда еду. Боялась выпустить из поля зрения машину Ефимова. А потом, в ресторане, накушалась коктейлей, как поросенок, и оттуда меня уже Володя увозил.

– Что значит, не имеешь представления? – подпрыгнула Наташа.

– Да успокойтесь вы, наконец, – вклинился в разговор Владимир. – Вон лучше в окно посмотрите, я пригнал уже машину.

– Интересно, а откуда ты ключи взял? – поинтересовалась Лариса.

– В твоей сумочке взял, – удивленно проговорил мужчина.

– Без спроса? – не унималась Лариса. – Как ты посмел?

Владимир окинул девушку сочувственным взглядом и, прищурив глаза, прошипел:

– Теперь я понимаю, что сделал огромную глупость, пытаясь преподнести тебе сюрприз.

– Идиотка, – прошептала Наташа.

– Сама такая, – огрызнулась Лариса и виновато посмотрела на Владимира: – Володь, извини меня, пожалуйста, я сама не знаю, что говорю. В голове не мозги, а геркулесовая каша. Спасибо тебе огромное, что пригнал машину. – И, приподнявшись на цыпочках, Лариса чмокнула детектива прямо в губы.

Владимир от неожиданности шарахнулся от нее, как черт от ладана, и машинально вытер губы рукой.

– Ну и негодяй, – взвилась Лариса. – Наташа, ты видала? Я его в благодарность целую, а он вытирает губы, словно я прокаженная! Что ты там плела про мужскую психологию? Ты только посмотри на него, какая может быть психология у этого психа?

Наташа подняла руки и, стараясь перекричать подругу, гаркнула так, что на столе в стакане звякнула ложка:

– Хватит. Вы – упертые бараны, потом будете разбираться в своих отношениях, а сейчас, ради бога, давайте наконец прочтем письмо и придем к какому-нибудь выводу. Ведь ты сама говорила, что тебе будут звонить через полчаса.

– Ну сказала, и что?

– А то, моя милая. Тебя спросят, все ли ты поняла. А ты все поняла?

– Да я вообще ничего не поняла, – пожала Лариса плечами.

– Вот, то-то и оно, что ничего. И я ничего. А ты, Володь, понял, что они хотят?

– Ох, господи, – вздохнул детектив. – А что здесь, собственно, непонятного? Требуют приехать на перекресток Первого и Второго Тупиковых переулков, встать у светофора и ждать телефонного звонка. Предварительно все деньги положить вот в эту черную полиэтиленовую сумку. Вот, собственно, и все.

– Как это все? А когда же они вернут Ефимова? – возмутилась Лариса.

– А вот об этом, дорогая, сама спроси у них. Я тебе на этот вопрос, к сожалению, ответа дать не могу, – немного раздраженно проговорил Владимир. – Я смотрю, соскучилась по мужу, не дождешься, когда увидишь? – съехидничал он.

– Ага, угадал, руки так и чешутся, чтобы обнять покрепче, – тут же не менее ехидно парировала девушка.

Владимир гордо отвернулся, а Наташа улыбалась украдкой, наблюдая за этими великовозрастными «детьми». Владимир взял себя в руки и уже без всякой иронии начал говорить.

– Ладно, сейчас позвонят, ты конкретно поставь вопрос об обмене. Пусть объяснят, как это должно произойти. Если вдруг почувствуешь подвох, говори, что деньги отдавать не собираешься, пока не увидишь мужа живым и невредимым. Ты все поняла, Лариса? – тряхнул Владимир задумавшуюся девушку за плечо.

– Поняла, поняла, не нужно меня трясти как грушу, – отмахнулась Лариса. – Я вот о чем думаю. Почему я должна стоять возле светофора? Может, они меня хотят машиной сбить?

– С чего вдруг такие мысли? – удивился детектив.

– Сама не знаю, подумалось – и все. Если возле светофора, значит, это проезжая часть, там машины ездят. Предчувствие у меня, Володь, какое-то нехорошее. Как будто кто-то мне нашептывает: «Не делай глупости, Лариса, никуда не выходи из дома».

– Ты это серьезно? – испуганно прошептала Наташа.

– Слушай, Наташка, опять задаешь глупые вопросы, – раздраженно оборвала подругу Лариса. – Ты сама подумай, голова садовая, до шуток мне сейчас? Господи, что я натворила? Нужно было все отцу рассказать, а не идти у тебя на поводу и не штамповать эти чертовы бумажки зеленого цвета.

– Хватит истерик, Лариса, – воскликнул Владимир. – После драки кулаками нечего махать. Что сделано, то сделано, поздно отступать. Я тебе сразу говорил, что нужно с отцом посоветоваться. Ты вспомни, какой ты мне фейерверк устроила да еще трусом посмела назвать. А теперь прозрела? Поняла, что все это не шуточки на завалинке, а реалии нашей жизни? Это уже не игра, не детективный роман, где все хорошо заканчивается. Это реальность, в которую ты угодила. Не захотела меня послушаться, теперь пеняй на себя.

– И на старуху бывает проруха, – огрызнулась Лариса. – Мне тогда казалось, что все это ерунда, и я сама смогу во всем разобраться.

– Ничего себе, нашла ерунду, – покачала головой Наташа.

– Ну не ерунда, конечно, просто я тогда не задумалась, насколько все серьезно. Все не верилось, что это может меня каким-то образом коснуться. Господи, не знаю я, как вам объяснить. Если честно, я до последнего момента надеялась, что это Ефимов прикалывается.

– Ничего себе прикольчики, когда столько трупов, – проворчал Владимир.

– Нет, Володь, может, я не так объясняю. Просто когда увидела ту девушку мертвой, просто не полностью осознала все последствия этого происшествия. Ну не знаю я, как объяснить, – заревела Лариса и заметалась по комнате.

– По-моему, у нее начинается истерика, – забеспокоилась Наташа.

– Нет у меня никакой истерики, просто я ужасно боюсь. Понимаете вы? Я боюсь до коликов в животе, до звона в ушах и еще не знаю до чего, но я боюсь.

Глава 17

Когда все немного успокоились, вновь зазвонил мобильный телефон, и Лариса уже почти хладнокровно ответила:

– Слушаю.

– Лариса Петровна, вы все поняли, что написано в инструкции?

– Да, поняла, – сдержанно ответила девушка.

– Деньги вы приготовили?

– Да, почти.

– Очень хорошо. Завтра ровно в восемнадцать часов я вам позвоню.

Лариса было уже открыла рот, чтобы предъявить встречные требования, но абонент уже отключился. Она с досадой посмотрела на трубку и, чертыхнувшись, бросила ее на диван.

– Ну почему все время так получается? Только я хочу что-то сказать, как бывает уже поздно.

– Не переживай, завтра предъявишь свой ультиматум.

– Главное, успеть, – усмехнулась Лариса.

– А ты прямо с этого и начинай, опереди их, не позволяй говорить первыми.

– Так и сделаю.

Владимир прошел в гостиную и уселся в кресло. Он взял пульт от телевизора и начал переключать программы в поисках интересной передачи. Лариса заглянула в гостиную, вернулась к подруге.

– Пошли, Наташка, доделаем баксы. Нам с тобой некогда возле телевизора прохлаждаться. Сколько там еще осталось?

– Сущие пустяки по сравнению с проделанной работой, – ответила Наташа и потянулась. – Господи, мне же завтра рано вставать на работу. Может, не ходить?

– А можно? – с надеждой поинтересовалась Лариса.

– Что можно? – не поняла Наташа.

– Ну, на работу не пойти?

– Совсем мозги заклинило, подруга? – улыбнулась Наташа. – Забыла, что я сама себе голова? Конечно, могу. Только нужно будет сделать несколько звонков и дать кое-какие указания.

– Наташенька, очень тебя прошу, останься завтра со мной, а то я одна здесь свихнусь до вечера.

– Ладно, ладно, не скули, останусь, – успокоила подругу Наталья. – Что с тобой делать? Не бросать же в одиночестве в такую минуту? Хотя на твоем месте я бы вон кого попросила, – и подруга, хитро подмигнув, махнула рукой в сторону гостиной. – С ним и время незаметней пролетело бы.

– Хватит, прекрати немедленно, – зашипела Лариса и ущипнула подругу пониже талии.

Наталья подпрыгнула как ужаленная.

– Ты что, ненормальная? – заорала она. – Больно же. Теперь, небось, синяк останется, – потирая мягкое место, ворчала Наташа.

– Будешь знать, как шутить над подругой, – ехидно улыбнулась Лариса. – Слушай, Наташ, может, сегодня съездим к моей матери? Время до завтрашнего вечера у нас есть, завтра и доделаем доллары. Я чувствую себя такой виноватой перед ней. Заедем сейчас в магазин, купим подарок, тортик, бутылочку хорошего вина и свалимся ей как снег на голову.

– Ничего вроде идея, я за, – подняла Наташа руку.

– Замечательно, давай тогда собираться, – заторопилась Лариса.

– Лар, а как же Володя? – шепотом спросила Наташа.

– А что Володя? Пусть домой едет, – пожала плечами девушка.

– Ну ты и нахалка, – возмутилась подруга. – Как проблемы твои решать, тогда, значит, нужен? А как взять его с собой в гости к матери, значит, уже не нужен?

– Слушай, подружка, ты явно к нему неровно дышишь? – захохотала Лариса.

– Я нормально дышу, не переживай, но если ты будешь с ним так себя вести, то мое дыхание непременно участится. Смотри, я не шучу, – хитро прищурилась Наташа.

– Попробуй, я не против, – сморщилась Лариса.

– Ладно, пошутили и хватит. Иди спроси у Володи, поедет он с нами?

– И как ты себе это представляешь? Кем я представлю его своей матери? Познакомься, мамочка, это частный детектив, который помогает мне выкупить моего мужа. Ой, я совсем забыла, еще это мужчина, с которым я по ходу следствия разок переспала?

– Ну нет, конечно. Давай я скажу, что это мой знакомый, – предложила Наташа.

– Даже и не знаю, удобно ли это? – задумчиво протянула Лариса.

– Я же сказала, давай лучше у него спросим, хочет ли он поехать с нами или нет. Может, у него опять неотложные дела?

Лариса пошла в гостиную, где Владимир смотрел телевизор.

– Володь, тут такое дело. У моей матери вчера был день рождения, а я, представляешь, совсем об этом забыла. Она очень обиделась на меня, позвонила и высказала все, что обо мне думает. Вот хочу съездить к ней, поздравить. Так сказать, лучше поздно, чем никогда.

– Езжай на здоровье, я-то здесь при чем? – пожал плечами Владимир.

– Я хочу у тебя спросить. Ты не хочешь поехать с нами?

– Ты что, приглашаешь?

– Ну, можно считать, что и так.

– Ты не юли, а прямо отвечай. Хочешь, чтобы я поехал?

– Хочу, только с условием.

– С каким еще условием?

– Ты Наташин друг. Только не обижайся, просто, если я начну объяснять своей матери, что к чему, боюсь, она неправильно меня поймет.

– А что, интересно, ты должна ей объяснять? – нахмурился мужчина.

– Какие все-таки вы, мужчины, бестолковые. Ну ты сам посуди. Не могу же я ей сказать, что ты частный детектив? Она же меня тогда завалит вопросами, как снежной лавиной.

– А, ты про это. Пожалуйста, если тебе удобнее, чтобы я был другом Натальи, я не против. Буду ее другом.

– Тогда давай собираться, – обрадовалась девушка.

– Я уже собран, мне только ботинки надеть.

– А, ну да. Значит, мы с Наташей пойдем собираться. Ты телевизор-то выключай, что сидишь?

– Думаю, что успею досмотреть только начавшийся детектив, пока вы будете собираться, – усмехнулся Владимир.

– Нет, я быстро, – пообещала Лариса и понеслась к себе в спальню.

Детектив проводил ее взглядом и хмыкнул:

– Охотно верю.

Прошло довольно много времени, а девушки все не появлялись, так что прогноз Владимира сбывался. Он имел шанс досмотреть детектив. По большому счету в этом была виновата Наташа, так как с усердием разрисовывала свое лицо. Лариса с нетерпением постукивала ногой, стоя рядом с ней.

– Наташ, ну сколько можно малеваться? Ты же не на свидание идешь к своему бойфренду, а всего лишь поздравить мою мать с прошедшим днем рождения?

– Какая разница, куда я иду? Женщина в любой ситуации должна оставаться женщиной, а не бесцветной курицей. Знаешь, что я чувствовала, когда мы с тобой ходили в магазин?

– Очень интересно, и что же? – улыбнулась Лариса.

– Что я – самая несчастная женщина в мире, потому что за все время, пока мы были в магазине и шли по улице, на меня не посмотрел ни один мужчина.

– Нашла о чем сожалеть, – фыркнула Лариса.

– Дурочка, ты и ничегошеньки не понимаешь. Для меня такой день вычеркнут из жизни. Ай, да что можно объяснить замужней даме, которая считает, что, выйдя из загса, можно забыть, как должна выглядеть женщина.

– Не говори ерунды, я всегда за собой следила и старалась поддерживать форму.

– То-то я и смотрю, твой Ефимов это оценил по достоинству и налево побежал.

– Ну, знаешь, – зашипела Лариса. – Такого я от тебя не ожидала.

– Не нужно на меня обижаться, я твоя подруга и говорю то, что думаю. Как я обрадовалась, когда ты, наконец решила немного изменить свои взгляды. Я же давно тебе об этом говорила, только ты последовала моим советам, когда петух жареный в задницу клюнул. Скажи, что я не права?

– Да, конечно, права, я вовсе не обижаюсь, – сморщилась Лариса.

– Вот то-то и оно, моя милая. Вроде я готова, можно отправляться. Где там Владимир?

– Детектив смотрит.

– Зови его, поехали.

Девушки направились в прихожую, и Лариса на ходу крикнула:

– Володь, мы готовы, поехали.

Через минуту мужчина появился на пороге комнаты и оценил усердие девушек. Наташа стрельнула в него выразительными глазками, а Лариса, наоборот, отвела взгляд.

– Выглядите, девушки, потрясающе, – улыбнулся сыщик. – Недаром мне пришлось столько прождать.

– Ну не можем же мы рядом с таким мужчиной выглядеть посудомойками? – кокетничала Наташа.

Трое друзей вышли из квартиры и остановились у лифта.

– На чьей машине поедем? – спросила Лариса.

– Я ключи от твоей не взяла, – сказала Наташа и посмотрела на подругу.

– Поедем на моей. – Владимир вытащил из кармана куртки ключи.

– Отлично. Не люблю ездить, когда Ларка за рулем, у нее все светофоры одного цвета.

– Не говори ерунды, я очень аккуратно езжу, – возмутилась Лариса.

– Ага, аккуратно, только все водители шарахаются от тебя, как от ненормальной. Ты почему-то считаешь, что все должны уступать тебе дорогу.

– На то я и женщина, чтобы так считать, – парировала Лариса.

– Не понимаю, как ты ухитряешься оставаться до сих пор с правами, – не унималась Наташа.

– Хватит вам спорить. Какая разница сейчас, кто как ездит? За рулем-то буду я, – положил конец спору Владимир.

Они вышли во двор и направились к автомобилю детектива. Лариса завертела головой в поисках машины, которая еще совсем недавно дежурила здесь. Но ее не было, что изрядно удивило. Лариса шепнула Наташе на ухо:

– Наша охрана испарилась.

– Небось спрятались где-нибудь, – прошептала в ответ подруга.

Лариса пожала плечами, и подруги уселись в машину детектива. До дома Виктории Николаевны доехали довольно быстро. По дороге заскочили в магазин, купили подарки, торт и шампанское. Когда Ларисина мама открыла дверь и увидела на пороге дочь, которую в первую минуту даже не узнала, от неожиданности она просто растерялась. Потом, опомнившись, закудахтала:

– Ларочка, девочка моя, что же не позвонила, не предупредила, что приедешь ко мне, да еще с друзьями? Я бы хоть пирожков напекла, что-нибудь вкусное приготовила. Проходите, мои дорогие, очень рада вас видеть.

– Мама, не суетись, мы к тебе не есть приехали, а поздравить с днем рождения, пусть и прошедшим. Сейчас разопьем вот эту бутылочку замечательного шампанского, съедим всю коробку конфет, пожелаем тебе долгих лет жизни и поедем.

Владимир первым шагнул в квартиру и, протянув женщине букет шикарных роз, галантно приложился к ее руке. Виктория Николаевна, хитро прищурившись, прочирикала:

– Спасибо, молодой человек, рада с вами познакомиться, меня зовут Виктория Николаевна.

– Владимир, – сдержанно представился мужчина.

Женщина пригласила всех в комнату, а сама отправилась на кухню, чтобы накрыть на стол. Лариса последовала за ней и обняла мать сзади.

– Мамочка, прости меня, родная, что так получилось. Ведь я забыла тебя поздравить впервые за все годы. И в этом виноваты обстоятельства. Сейчас я не могу тебе всего рассказать. Но вот пройдет немного времени, и я обязательно все объясню. Мир?

– Мир, мир, не переживай, я у тебя всепонимающая мать. Просто мне было ужасно неудобно перед гостями, когда меня спрашивали, почему ни тебя, ни Сережи нет. Пришлось соврать, что лежишь со страшной ангиной в постели.

– Мам, а больше ничего не могла придумать, кроме ангины среди лета? – удивилась Лариса.

– Сказала первое, что пришло в голову. А поймать ангину среди лета – это очень простое дело. Особенно когда жарко. Попил ледяной водички из холодильника – и пожалуйста. Ты лучше расскажи, как у тебя дела, как Сергей, ну и вообще?

– Да все нормально, мам, все по-прежнему, – отвела Лариса взгляд, что не ускользнуло от Виктории Николаевны.

– Что это ты вдруг решила перекрасить волосы и сменить прическу? – с недоумением поинтересовалась женщина.

– А я подумала, что ты не заметила, – засмеялась Лариса.

– Почему это ты так подумала?

– Ну ты даже не удивилась, когда открыла дверь.

– Зачем же мне удивляться при постороннем мужчине? Кстати, кто он?

– Это Наташин друг.

– Очень интересный молодой человек. У него очень выразительные глаза. И очень умные. Если у Наташеньки с ним серьезно, то ей можно только позавидовать.

– Мам, ты прямо физиономист. С первого взгляда определила, что это за человек?

– Я, моя милая, достаточно пожила на этом свете, чтобы научиться определять людей с первого взгляда. Конечно, я не семи пядей во лбу и иногда ошибаюсь, но поверь, в отношении этого молодого человека я не ошиблась. У него особенный взгляд, так обычно смотрит человек, знающий себе цену.

– Ну не знаю. По-моему, взгляд как взгляд, и вообще мне это совершенно безразлично, – пожала Лариса плечами. Потом, уловив удивленный взгляд матери, обняла ее за плечи и сказала: – Ты все это лучше Наташке расскажи, а мне это вроде ни к чему, – и засмеялась.

– Не скажи, моя дорогая. Наташа – твоя подруга, а значит, и ее друзья должны быть твоими друзьями. В нашей жизни очень важно, какие люди окружают тебя, от этого иногда очень многое зависит.

– Мам, ты рассуждаешь прямо как психолог. Успокойся, мне он тоже нравится, и я искренне рада за свою подругу. Давай сменим тему. Чем тебе помочь? Давай я колбасу порежу, хлеб. Что еще нужно?

В это время на кухню влетела Наташка и прямо с разбега чмокнула Викторию Николаевну в щеку.

– Тетя Вика, я от души тебя поздравляю. Смотри, что я тебе купила, – и Наташа развернула сверток.

Там был шикарный шелковый голубой халат. Девушка накинула на плечи Виктории Николаевне подарок и зацокала языком.

– Классно как, прямо под твои глаза.

– Спасибо тебе, Наташенька, замечательный подарок. Буду теперь в нем как королева сидеть в кресле и смотреть телевизор.

– В нем не только сидеть в кресле можно. Например, можно мужчин соблазнять. Смотри, какой сексапильный вырез? – и девушка хитро посмотрела на женщину.

Виктория густо покраснела, как молодка, и опустила глаза.

– Ну уж прямо и соблазнять?

– А что? Ты еще такая привлекательная женщина. Мне даже очень бы хотелось выглядеть именно так, когда я буду в твоем возрасте.

– Наташенька, ты мне явно льстишь, но все равно это очень приятно, – застеснялась женщина комплимента.

– Сейчас это не так уж трудно, были бы деньги. Впрочем, что я тебе рассказываю, ты ведь директор салона красоты. Кому как не тебе знать: сколько появилось разных способов, чтобы из женщины сделать конфетку. А к тому времени, когда ты войдешь в мою пору, думаю, уже изобретут эликсир молодости.

– Только бы дожить до этого эликсира, – вздохнула Наташа.

– Тебе-то что волноваться? Тебе всего ничего, вся жизнь впереди, – засмеялась Виктория Николаевна.

– Ага, скоро двадцать семь, а у меня еще ни мужа, ни детей, один бизнес, – сморщилась Наташа.

– Ну Лариса мне шепнула, что молодой человек, который сопровождает вас, твой друг. Скажу тебе откровенно, он мне очень понравился. Кстати, кто он?

– Никто, простой сыщик, частный детектив, – махнула Наташа рукой.

– Если ты серьезно настроена выйти замуж, то вот тебе мой совет. Не упускай такого мужчину, от него просто веет порядочностью, поверь моему опыту, девочка. Не смотри на то, что он просто, как ты выразилась, детектив. Я достаточно пообщалась с мужчинами на своем веку, поэтому чует мое сердце, что у него водятся деньги.

– Откуда такая уверенность, тетя Вика?

– У богатых мужчин особая манера поведения. И потом, посмотри на его руки, на них мужской маникюр. Ты же директор салона красоты, должна была обратить на это внимание, – удивленно проговорила женщина.

– Как-то не довелось рассматривать его руки, – и Наташа удивленно посмотрела на Ларису.

– Лар, а ты заметила?

– Нет, – пожала подруга плечами.

– А где ты с ним познакомилась? – поинтересовалась Виктория Николаевна.

– В баре-ресторане.

– Ресторан дорогой?

– Не знаю, по-моему, да…

– Ты что же, пошла в ресторан одна?

Наташа бросила испуганный взгляд на Ларису, как бы прося поддержки. Подруга моментально, как говорится, сориентировалась на местности и вклинилась в разговор.

– Нет, мам, она там со мной была. Мы решили немного отдохнуть и отметить после посещения ее салона мой новый имидж. – И Лариса взъерошила свою прическу.

– Вот видите, девочки, этот мужчина был в дорогом ресторане, а это значит, человек не стеснен в средствах.

– Может, ты и права, теть Вик? Машина у него тоже дорогая.

– Я всегда права, – пожала женщина плечами.

– Мам, а это от меня подарок, – и Лариса вытащила из кармана юбки маленькую бархатную коробочку.

Виктория Николаевна осторожно открыла ее, и перед ее взором засверкали изумительные сережки.

– Ой спасибо, доченька. Откуда ты узнала, что я давно хочу такие?

– Я, мам, мысли твои читаю на расстоянии, – засмеялась девушка. – Забыла, как мы с тобой месяц назад в ювелирный магазин заходили? Ты тогда показала мне эти сережки и сказала, что хотела бы их иметь, но взяла деньги совсем на другую покупку. Я тогда соврала тебе, что у меня с собой нет такой суммы. Сама же сразу решила, что куплю их тебе ко дню рождения.

– Хитрая девчонка, – улыбнулась Виктория Николаевна и поцеловала дочь. – Так, девушки, помогите мне накрыть стол, а то молодой человек, наверное, уже устал ждать. Лариса, вытащи из холодильника салаты и икру. Несите все это в гостиную, стол накроем там. Кстати, Ларочка, ты видела эти ужасные новости с кладбища?

– Да, мам, видела. Отцу даже пришлось командировку прервать.

– Ну и что он обо всем этом думает?

– Не знаю, пока я его еще не видела, только по телефону говорила. А по телефону он не захотел обсуждать эту тему, – соврала Лариса.

– Этого следовало ожидать, – проворчала женщина.

– Что ты имеешь в виду?

– А то, – вскинула глаза Виктория Николаевна и поджала губы. – Разве не слышала, что его обожаемая Жанна крутила шашни с парнем, которого убили?

– Первый раз слышу, – удивилась девушка.

– Да об этом судачит весь бомонд. Только твой отец почему-то делает вид, что ничего не знает. Впрочем, это не удивительно, мужья всегда узнают обо всем последними.

– Мам, и ты веришь этим сплетням? Жанка хоть и отменная стерва, но, мне кажется, никогда не решится изменить отцу. Да еще так, чтобы об этом судачили. Она же до смерти боится потерять благополучие, которым окружил ее отец. Он же сразу выкинет ее на улицу. Или того хуже – прибьет.

– Думаю, он выбрал путь попроще и убил соперника, – не моргнув глазом, ляпнула Виктория Николаевна.

Лариса посмотрела на мать, как на ненормальную.

– Ты что говоришь-то, мама? Считаешь, что отец причастен к убийству?

– А что в этом такого? Сейчас сплошь и рядом такое происходит. А дело об убийстве запишут, как это у них там называется, кажется, в «глухари», и концы в воду.

– Не говори глупости, мама. Отец – разумный человек и никогда не пойдет на такое. Да и про шуры-муры его благоверной наверняка все придумали. Жанна же не законченная идиотка? Я думаю, что в тебе сейчас говорит просто бывшая жена.

– Никакая жена во мне давно не говорит. Я за что купила, за то и продаю. Не веришь мне, позвони Евгении Самойловне. Ты же знаешь, она всегда в курсе всех событий.

– То, что твоя обожаемая приятельница всегда все знает, я помню. Но я также знаю, как виртуозно она умеет раздувать из мухи мамонта.

– Дыма без огня не бывает, – попыталась защитить свою подругу Виктория Николаевна, но потом, махнув холеной ручкой, проговорила:

– А впрочем, хватит об этом, вы приехали поздравить меня, вот и настроимся на праздничный лад. Давайте, девочки, за стол. Сейчас включим музыку и будем пить шампанское. О грустном можно поговорить и потом, при случае.

Женщины прошли в гостиную. Владимир скромно сидел в кресле и листал журнал мод. И Лариса, и Наташа одновременно уставились на его руки. Когда мужчина поднял взгляд, подруги, смутившись, тут же засуетились вокруг стола.

– Володя, присаживайтесь вот сюда, рядом с Наташенькой, – приветливо заворковала Виктория Николаевна.

Мужчина улыбнулся и занял предложенное место.

– Мам, а где же обещанная музыка? – напомнила Лариса.

– Ах, совсем забыла. Володя, нажмите, пожалуйста, кнопку на музыкальном центре. Там стоит диск группы «Сантана», до безумия люблю этот ансамбль. Современная молодежь не слушает инструментальную музыку, а я, знаете ли, очень люблю. Мне кажется, такая музыка не должна выходить из моды. Она успокаивает и одновременно будоражит.

– Мам, хватит о музыке, давай лучше поговорим о тебе. В конце концов, день рождения у тебя, и собрались мы здесь сегодня именно ради этого, – перебила свою мать Лариса.

– А что обо мне говорить? – улыбнулась женщина. – Прошел еще один год и приблизил меня к старости. Знаете, мои дорогие, раньше я очень ждала свой день рождения, а сейчас боюсь его приближения. Наверное, то же испытывают все люди, перешагнувшие определенный возрастной рубеж. Я не буду говорить о том, сколько мне исполнилось «веков», тем более в присутствии мужчины. Однако очень бы хотелось прожить еще хотя бы половину прожитого.

– Ну, мама, ты даешь. В твоем-то возрасте заводить панихиду? Ты – женщина в самом расцвете сил, а главное, возможностей. Сама мне говорила, что собираешься замуж. Вот, вторая молодость и начнется.

– Да, мои дорогие, я собираюсь выйти замуж, – гордо вскинув голову, провозгласила Виктория Николаевна и подняла бокал с шампанским. – Первый тост я посвящаю моему избраннику Константину. Жаль, что сейчас его нет здесь, но это не беда. Едва он вновь появился в моей жизни, она заиграла новыми красками. Я благодарна Константину за это, поэтому и хочу выпить сейчас за него.

– Мама, вроде день рождения у тебя, а не у твоего Константина? Первый тост должен быть за тебя.

– За меня будет второй, а сейчас за него. Считайте это моим капризом.

– Хорошо, мамочка, как скажешь. Так, ребятки, пьем за мужчину, которого пока не знаем, но, надеюсь, скоро познакомимся. Выпьем за то, чтобы он сделал мою мать счастливой, как она того желает, – с улыбкой проговорила Лариса и протянула свой бокал к Владимиру, чтобы чокнуться.

Виктория Николаевна взглянула на мужчину, потом на дочь. Мимолетная улыбка мелькнула на ее губах и, спрятав ее, Виктория Николаевна осушила бокал шампанского.

Глава 18

Вечером, сидя в машине Владимира, который вез их домой, девушки наперебой обсуждали новость, которую выдала Виктория Николаевна.

– Ларис, неужели правда то, что сказала твоя мать насчет жены Петра Васильевича?

– Думаю, это очередные сплетни. Тем более если их распускает Евгения Самойловна. Эта дама считает день совершенно потерянным, если не промоет кому-нибудь косточки.

– Но как известно – дыма без огня не бывает. В этом Виктория Николаевна права, – задумчиво проговорила Наташа.

– Наташ, не пори ерунды. Ты же знаешь, я терпеть не могу Жанну, но почему-то не верю, что она изменяет отцу. Не потому, что безумно любит его, а потому, что боится.

– Но ведь парня-то убили?

– И ты туда же? Неужели думаешь, что мой отец способен на это? Здесь совсем другие мотивы, другие действующие лица. Я уверена в этом. А вот какие, очень бы хотелось узнать.

– Думаю, в это дело не стоит совать свой нос, – услышали девушки голос Владимира.

– Это почему же? Ведь отец он мне, – возмутилась Лариса.

– Тебе что, своих проблем мало? Хочешь еще найти приключение на свою з… простите, голову?

– Хватает. Даже с избытком, – вздохнула девушка. – Интересно, когда все это закончится, и я смогу наконец вздохнуть спокойно?

– Подозреваю, что все только начинается. Ведь вы, милые дамы, считаете себя очень умными, поэтому решили впарить похитителям фальшивые доллары, – усмехнулся детектив. – Не думаю, что этот номер у вас пройдет.

– А что, собственно, ты можешь предложить взамен? Может, у тебя найдется двести пятьдесят тысяч баксов? Тогда одолжи их мне, и проблема будет решена самым лучшим образом, – фыркнула Лариса.

– Ты вроде говорила, что тебе отец подарил на двадцатипятилетие кредитную карточку? Вот возьми и посмотри, сколько там на счету. Может, как раз эта сумма?

– Да ты что, Володь? Не думаю, что отец настолько расщедрился – это, во-первых. А во-вторых, ее номер закодирован, и отец говорил, что до поры я не могу снять оттуда ни копейки.

– Неужели не сказал, сколько там? Верится с трудом.

– Да чтоб мне сдохнуть, если вру! – подпрыгнула Лариса. – Отец знает, что мне деньги нельзя доверять, я их моментально пущу по ветру. Я жутко безалаберная. Когда у меня просит в долг человек, который никогда деньги не отдает, и я прекрасно об этом знаю, я все равно не могу отказать и даю.

– Простота, хуже воровства, – вставила свое слово Наташа.

– Это уж точно, – вздохнула Лариса. – Но поделать с собой ничего не могу. Мне стыдно отказать. Подумают еще, что я какой-нибудь жлоб. Все ведь прекрасно знают моего отца, и не поверят, что он не дает мне денег. Ой, Володя, сворачивай, сворачивай, – завизжала девушка и схватилась за руль.

Прямо на них по встречной полосе несся огромный джип. Владимир вывернул руль до отказа, но столкновения избежать не удалось. Встречные машины заскрежетали, задев друг друга боками. Владимир, наконец справившись с управлением, остановил автомобиль и склонил голову на руль.

– Володя, ты в порядке? – потирая ушибленную руку, спросила Лариса.

– Да вроде, – пробормотал мужчина и повернулся к Наташе.

Девушка откинулась на сиденье и закрыла глаза.

– Наталья, ты как?

– Как после землетрясения, – заворчала девушка. – Слушайте, что это было? Я ничего сообразить даже не успела. Вижу, несемся навстречу монстру, и уже попрощалась с жизнью.

В это время кто-то рванул дверь автомобиля, и в салон сунулся парень с глазами навыкате.

– Че происходит, в натуре? Вы че, не видите, что еду? Ты, водила, зенки распахни, че с моей машиной сделал.

Лариса с удивлением уставилась на парня и спокойно проговорила:

– По-моему, молодой человек, это вы что-то сделали с нашей машиной. Если меня не подводит зрение, вы, кажется, ехали по встречной полосе?

– Эй, водила, что за базар? Уйми свою телку, пусть не лезет, когда мужики промеж себя разговаривают.

– Я тебе не телка, баран неотесанный, – взвизгнула Лариса и уже было открыла рот, чтобы сказать что-то более веское, как услышала голос Владимира.

– Лара, уймись, я сам во всем разберусь. – И он выпрыгнул из машины.

Мужчины отошли на приличное расстояние, чтобы девушки их не слышали. Минут через десять Владимир вернулся, спокойно сел за руль и завел мотор.

– Володь, а что, ГАИ вызывать не будешь? Посмотри, как этот урод помял машину?

– Он заплатил за ремонт, некогда с ГАИ разбираться.

– Слушай, что же ты ему такое сказал, что он быстренько заплатил? Ведь когда этот тип сунул морду в дверь, на ней было написано, что он считает тебя виноватым! – захохотала Наташа.

– Какая разница, главное – результат, – нехотя буркнул детектив.

– Да, загадочная ты личность, Владимир Батькович, – протянула Наталья и подмигнула Ларисе.

Подруга пожала плечами и отвернулась к окну.

– Машину-то здорово помял?

– Ерунда, отгоню в сервис, за один день сделают, – спокойно проговорил сыщик.

– Если бы со мной такое случилось, я бы этому кретину всю физиономию расцарапала, – не унималась Наталья. – Еще имеет наглость претензии предъявлять, когда сам виноват. Бывают же такие?

– Как раз такие и считают, что все кругом что-то должны именно им. Вот и ведут себя соответственно, – вздохнула Лариса.

– Володь, тебе не трудно заехать ко мне домой? Мне нужно переодеться и рыбок покормить, – перескочила Наташа на другую тему. – Если, конечно, они еще не сдохли, – добавила девушка.

– Нет проблем, говори адрес.

Наташа продиктовала свой домашний адрес, и Владимир развернулся на светофоре. Через пятнадцать минут они подъехали к дому Наташи, и девушка, выпрыгнув из машины, затараторила:

– А вы что сидите? Пошли вместе. Заодно Володя посмотрит, как я живу.

Владимир вопросительно посмотрел на Ларису. Ни слова не говоря, она тоже вышла из машины. Мужчине ничего не оставалось делать, как последовать за девушками.

– Только прошу, милые дамы, не очень долго. Мне нужно сегодня успеть сделать кое-какие свои дела. Да еще вас довезти до дома…

– Какие дела? – спросила Лариса.

– Я что, обязан отчитываться? – парировал детектив.

– Нет, отчитываться, конечно, не обязан, но и бросать нас на произвол судьбы не имеешь права, – с вызовом ответила девушка.

– Это с какой стати? – возмутился сыщик.

– С той самой. Я – твой клиент, и ты должен оберегать меня, – брякнула Лара и с вызовом посмотрела на Владимира.

Мужчина возмущенно прошипел:

– Я, по-моему, ясно тебе сказал, что не собираюсь заниматься твоими делами. Тем более не нанимался к тебе телохранителем.

– Не собираешься, но уже занимаешься. И давай не будем больше обсуждать этот вопрос. Кроме тебя в данный момент мне некому помочь, а ты в курсе всех событий. Ты ведь не хочешь в ближайшем же номере газеты прочесть некролог о безвременной кончине молодой привлекательной женщины? – уперев руки в бока, прокричала Лариса.

– Не кричи так, всех жильцов дома распугаешь, – шикнул детектив и, схватив девушку за руку, поволок к подъезду, где уже скрылась Наталья. – Вот навязалась на мою голову, – проворчал Владимир и запихнул Ларису в лифт, где их поджидала Наташа.

Как только друзья вошли в квартиру, Наташа со всех ног бросилась к аквариуму, чтобы посмотреть, живы ли его обитатели. К счастью, никто из ее подопечных не плавал кверху пузом. Успокоившись, девушка насыпала корм для рыбок.

– Голову нужно оторвать такой хозяйке. Не умеешь ухаживать за животными, нечего заводить, – ворчала Наташа, постукивая пальцем по стеклу аквариума. – Миленькие мои, как вы там, не скушали друг друга за двое суток? Маркиз наш сдох, теперь никто не будет вас беспокоить, не будет мыть лапы в аквариуме, пытаясь поймать одну из вас, – и глаза Наташи наполнились слезами.

– С кем это ты разговариваешь? – поинтересовалась Лариса, входя в комнату.

– С рыбками, они, бедненькие, столько времени голодали. Я совсем про них забыла со всеми твоими заморочками, – незаметно вытирая слезы, струившиеся по щекам, ответила Наташа.

– А давай мы их ко мне заберем, пока ты у меня будешь, – нашлась Лариса.

– Как ты себе это представляешь? Сто литров в этом аквариуме, – удивленно проговорила Наташа.

– А зачем его тащить вместе с водой? Рыбок переловим и поместим в банку с водой, а аквариум опорожним и повезем пустым, – ответила Лариса.

– Не придумывай, это не так просто, как кажется. Нужно, чтобы вода отстоялась, потом только наполнять ею аквариум. Не навечно же я у тебя поселилась? Ничего страшного с ними не случится, буду приезжать и кормить. Или лучше соседку попрошу, сейчас зайду к ней и оставлю ключи от квартиры. Когда еду в отпуск, всегда так делаю. Только бы она сейчас была дома. – И Наташа тут же полетела выполнять задуманное.

Вскоре она вернулась совершенно счастливая и, улыбнувшись, сказала:

– Ну вот, все тип-топ, я отдала Людмиле запасной комплект ключей. Она будет приходить и кормить этих лупоглазых. Мне очень нравятся мои рыбки, я люблю вечерами включать в аквариуме свет и смотреть, как они плавают. Это, между прочим, очень успокаивает нервную систему, я об этом в каком-то журнале читала. Сейчас быстренько переоденусь, возьму кое-что из вещей, и можно отправляться в обратный путь. Ты, кстати, кофейку не хочешь? Можешь сварить, пока я буду одеваться.

– Нет, не хочу. Пойду спрошу, может, Володя хочет, – ответила Лариса и пошла посмотреть, что делает детектив.

Мужчина курил на кухне.

– Володь, может, кофе сварить?

– Нет, спасибо, я чаю напился у твоей матери. До сих пор в животе булькает, – улыбнулся сыщик. – Вы еще долго будете собираться? У меня совершенно нет времени.

– Наташа уже одевается, сейчас поедем. Володя, а ты приедешь, как свои дела сделаешь?

– Не знаю, как получится, – пожал плечами мужчина.

– Приезжай, пожалуйста. Ты же знаешь, как я боюсь оставаться одна в квартире после всех этих событий.

– Ты не одна, ты с подругой, – усмехнулся Владимир.

– Что могут две женщины? – горестно вздохнула Лариса и обреченно махнула рукой.

– О, я знаю женщину, которая очень многое может. Даже в единственном числе, – засмеялся сыщик.

– Нечего насмехаться, – нахмурилась девушка. – Если ты не приедешь и оставишь нас умирать от страха, я твоей фирме организую такую рекламу, что все клиенты будут обходить ее за версту. Останешься без штанов, – и, довольная своим выпадом, Лариса показала обалдевшему детективу язык.

– Послушай, дорогая, что ты себе позволяешь? Кто дал тебе право так со мной обращаться? Я тебе кто, сват, брат, или, может, какой другой родственник?

Лариса увидела полные гнева глаза и, поняв, что перебарщивает, миролюбиво промурлыкала:

– Володенька, ты мне не брат, не сват, ты мой ангел-хранитель, – и девушка, изобразив покорность, заискивающим взглядом посмотрела на сыщика. Естественно, он не устоял и засмеялся.

– Ну и хитра же ты, Лариса Петровна. Ох, уж эти женщины, умеете вы из мужиков веревки вить. Ладно, не переживай, постараюсь приехать. У меня, честное слово, дела. Не могу их оставить.

Вошла Наташа, уже переодетая в легкие брючки и футболку. В руках она держала набитую безразмерную сумку.

– Ты что, весь гардероб с собой прихватила? – удивленно спросила Лариса, посмотрев на сумку.

– Нет, взяла только самое необходимое, – спокойно ответила девушка и поставила сумку на пол. – Владимир, надеюсь, вы джентльмен и не заставите женщину таскать тяжести.

Мужчина, ни слова не говоря, встал со стула и взял в руки сумку.

– Можно ехать? – спросил он у девушек.

– Да вроде все, можно отправляться в путь. Мне теперь можно не появляться здесь целый месяц, – окинув взглядом комнату, констатировала Наташа.

– Надеюсь, что вся эта канитель закончится намного раньше, – пробормотала Лариса, и все трое направились к лифту.

Владимир довез девушек до дома Ларисы, помог донести сумку до лифта и откланялся. Лариса еще раз напомнила детективу, что будет его ждать и просила постараться завершить свои дела как можно быстрее.

– Имей в виду, Володя, я не лягу спать, пока ты не приедешь, – предупредила Лариса. Сыщик увидел в ее глазах такой испуг, что в его душе заворочался комочек жалости.

Он вдруг увидел перед собой до смерти перепуганную женщину, которая прикрывается своей бравадой как щитом, чтобы никто не заметил ее беззащитности и ранимости. И Владимиру вдруг захотелось защитить эту хрупкую девушку от всех напастей. Прижать ее крепко к своей груди и больше никогда не отпускать. Детектив дружелюбно подмигнул Ларисе и клятвенно пообещал приехать еще до часу ночи. Когда Владимир садился в свою машину, странная улыбка играла на его лице, он и сам удивлялся своим мыслям…

Девушки поднялись на десятый этаж, и Лариса тщательно проверила свою меточку, которую оставила на двери. Успокоенная тем, что все в порядке, она открыла дверь ключом.

– Как в плохом триллере, черт возьми! – проворчала Лариса. – Никогда не думала, что буду с опаской входить в свой собственный дом.

– Ладно тебе, не ворчи, – засмеялась Наташа и подтолкнула подругу к порогу. – Знаешь, как говорится, что бог ни делает, все к лучшему. Благодаря этому происшествию ты познакомилась с Владимиром.

– Что ты все время стараешься ко мне его приклеить? – возмутилась Лариса. – Не знала я его и прекрасно прожила свои двадцать шесть лет. И жила бы еще столько же, не умерла бы, я думаю.

– Ладно, ладно, не ворчи, – засмеялась Наташа. – Я, между прочим, твоя подруга, и знаю тебя как облупленную. Ты, верно, сама не подозреваешь, что сейчас с тобой творится.

– Действительно, я не понимаю, что со мной, но это никакого отношения к Владимиру не имеет, – парировала Лариса.

– Не буду с тобой спорить, время покажет, кто из нас прав. Время все расставит на свои места, – улыбнулась Наташа и прошла в комнату. – Где мне разложить свои вещи?

– Иди в спальню, там в комоде найди пустой ящик, положи туда. А косметику положи на трюмо рядом с моей. Мы работать-то сегодня с тобой будем или на завтра все отложим?

– Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня. Сделаем, сколько сможем, а остальное уж тогда завтра, – ответила Наташа и потащила сумку в спальню.

Лариса подошла к телефону и набрала номер Евгении Самойловны, давней приятельницы своей матери. Как только на другом конце провода взяли трубку и девушка услышала знакомый голос, ей захотелось многое тут же высказать. Но девушка собрала всю свою волю в кулак и любезно поздоровалась.

– Ой, Ларочка, здравствуй, милая. Что же ты заболела в такой неподходящий момент? – затараторила Евгения Самойловна.

– Я здорова, – удивленно ответила Лариса.

– А твоя мама сказала, что ты лежишь в постели со страшной ангиной, – в свою очередь удивилась женщина.

– А, вы про это? Все уже нормально, температура спала, и я сразу поехала к маме, чтобы поздравить.

– Как же тебя угораздило простудиться в середине лета?

– Жарко было, напилась кока-колы со льдом, вот горло и прихватило.

– Да, гланды у тебя с детства были слабенькие. Нужно здоровье, моя хорошая, беречь смолоду. Поверь моему опыту, легкомысленное отношение к здоровью всегда дает о себе знать к бальзаковскому возрасту.

Евгения Самойловна на протяжении энного количества лет отмечала, что скоро, очень скоро она перешагнет этот рубеж. Хотя на самом деле он давно остался за горизонтом. Женщина стойко держалась своей версии и самоотверженно боролась со своим возрастом. – Вот у меня… – хотела она продолжить свои назидания, но Лариса не дала договорить словоохотливой женщине и, бесцеремонно ее перебив, задала вопрос:

– Евгения Самойловна, я звоню вам по очень важному делу. Почему вы распускаете слухи о том, что жена моего отца чья-то там любовница?

На некоторое время в трубке воцарилась тишина, но потом Лариса все же услышала.

– Я, моя милая девочка, говорю только то, что слышала из совершенно надежных источников. Негоже так разговаривать со старшими, – обиженно проговорила женщина.

– И что же это за источник, можно полюбопытствовать? – не скрывая раздражения, спросила девушка, проигнорировав замечание.

– Мне об этом сказала Софочка, а с ней по секрету поделилась Юлия Петровна. Ты ее знаешь, она заведует парикмахерской. Юлия Петровна слышала об этом от одной из своих клиенток, которая дружит с женой друга молодого человека, который работает у твоего отца. Вернее, уже не работает. Его убили и выбросили на кладбище. Господи, упокой его душу. Представляешь, Ларочка, какой ужас? Говорят, что рядом с ним положили дохлого кота, и, конечно, сразу пошли слухи, что это сделал твой отец. Мол, знайте, «коты мартовские», так будет с каждым, кто посягнет на мою честь и захочет спать с моей женой. А клиентка, регулярно посещающая парикмахерскую Юлии Петровны, является членом спортивного элитного клуба, куда ходит жена того самого друга покойного.

– Ну, блин, вы даете, – выдохнула Лариса и бросила трубку, чтобы не наговорить женщине каких-нибудь гадостей. – Вот сорока вездесущая, вечно носит на своем хвосте грязные сплетни, – негодовала Лариса. – Как только запоминает, кто что сказал, от кого узнал, а потом кому передал? Удивляюсь, как моя мать может дружить с этим ходячим «мусоросборником»?

В комнату вошла Наташа и остановилась удивленная.

– Давно это у тебя? – спросила она подругу.

Лариса приостановилась и спросила:

– Ты о чем?

– Бегаешь по комнате и бормочешь себе под нос.

– Что здесь удивительного? Я с умным человеком разговариваю, – махнула Лариса рукой.

– Что-то я никого не вижу здесь, кроме тебя, – прищурилась Наташа. – Или у тебя уже на нервной почве глюки начались?

– С умным человеком, это значит сама с собой. Не переживай, никаких глюков у меня нет, – засмеялась Лариса. – Пошли немного поработаем и спать, что-то настроение у меня – хуже не бывает.

– Как скажешь, я могу и сейчас спать лечь, – пожала Наташа плечами.

– Ну что ты обижаешься, Нат? Побыла бы в моей шкуре, я бы посмотрела на тебя.

– Ларис, ведь не мне нужны эти зеленые бумажки, а тебе. А мне приходится еще и уговаривать тебя, чтобы их сделать.

– Ладно, не ворчи, пошли печатать, – миролюбиво проговорила Лариса и обняла подругу.

Девушки проработали до часу ночи, а потом, приняв душ, улеглись спать. Лариса уступила Наташе свою спальню, а сама расположилась на диване в зале. Здесь было удобнее дожидаться приезда Владимира.

– Он обещал появиться до часа ночи, а было уже половина второго. Значит, скоро приедет, – это были последние мысли, которые посетили Ларису перед тем, как она провалилась в глубокий сон.

Глава 19

Среди ночи Лариса внезапно открыла глаза. Она всегда очень чутко спала, и сейчас ей показалось, что в спальне упал стул. Девушка прислушалась и тихонько прошептала:

– Наташ, это ты, что ли, ходишь?

Ответом ей была гробовая тишина. Подумав, что все это ей показалось, Лариса успокоилась и, повернувшись на бок, опять приготовилась уснуть. Но ей вдруг послышался женский крик. Лариса резко села на постели и опять прислушалась. Из спальни явно доносилась какая-то возня. Она вскочила с дивана и босиком побежала к спальне.

Когда Лариса влетела в комнату, то увидела какой-то темный силуэт, склонившийся над кроватью. И еще она увидела Наташины ноги, которые судорожно болтались в воздухе. Но тут незнакомец оглянулся, и Лариса увидела, что он прижимает подушку к Наташиному лицу. Не успев еще ничего толком сообразить, Лариса подлетела к темной фигуре и прыгнула ей на спину. Она вцепилась в лицо незнакомца всеми десятью отточенными ногтями и завизжала, как поросенок, на которого случайно наступила лошадь. Мужик завертелся на месте, пытаясь сбросить с себя ненормальную дикую кошку. Он отчаянно ругался и работал локтями, пытаясь ударить Ларису.

В это время Наташа, приподнявшись с подушки, надрывно кашляла и терла руками шею. Лариса продолжала орать во все горло и вдруг почувствовала, что кто-то отрывает ее от спины бандита. Затем ее швырнули на постель. Плюхнувшись носом в подушку, девушка уже приготовилась к тому, что сейчас ее будут душить… Однако вместо этого услышала шум драки. Перевернувшись на спину, она пыталась рассмотреть, что же происходит. По полу в спальне катался клубок сцепившихся тел, и слышались сопение и надрывное дыхание. Одному из незнакомцев удалось вырваться и вскочить на ноги. Пока второй пытался подняться, первый двинул ему ногой в голову и бросился к двери.

Лариса вскочила с постели и понеслась вслед за ним, совсем не соображая, что делает. Она почти уже догнала мужчину, но наткнулась на стул и грохнулась на пол. Однако она все же успела схватить удиравшего бандита за ногу двумя руками. Она вцепилась в ногу, как утопающий за проплывающее бревно, зажмурилась от страха и заорала, что было сил:

– Помогите-е-е-е, убива-а-а-ю-у-у-ут!

Бандит стал брыкаться, а Лариса в ответ вцепилась в его ногу зубами.

– Уйй, пусти, дура! – завизжал мужик и, сильно ударив девушку другой ногой в бок, отбросил ее в сторону.

Пока девушка, согнувшись от боли в три погибели, пыталась встать, бандит опрометью бросился за дверь. В ту же самую минуту в прихожую выскочил Владимир и пронесся мимо стоявшей на четвереньках Ларисы, которая все еще не могла отдышаться. Владимир грохнул дверью, со стены с треском рухнула картина, а следом Лариса услышала топот по лестнице. Наконец ей удалось подняться на ноги, и она уже взялась было за ручку двери, намереваясь тоже пуститься в погоню, но тут ее взгляд упал на зеркало. Оттуда на нее, вытаращив глаза, глянула всклокоченная полуголая блондинка. Не считая коротенькой рубашки, которая едва прикрывала зад, на ней не было ничего.

– Фу ты, черт, – выругалась девушка. – В таком виде точно в милицию заберут. Или в дурдом…

Лариса прошлась по комнатам и везде зажгла свет. И вдруг, вспомнив про Наташу, рысью понеслась в спальню и застыла на пороге. Подруга сидела на кровати и безудержно рыдала. Лара бросилась к Наташе и принялась ее успокаивать.

– Наташ, не реви, все же обошлось. Володя сейчас поймает этого придурка и намылит ему морду.

– Он… он… он чуть не задушил меня-а-а-а, – завыла девушка и уткнулась Ларисе в грудь. Все ее тело сотрясали рыдания. – Он меня… он меня подушкой, уй-й-й… у меня уже в глазах потемнело, уй-й-й… мамочки-и-и-и, – подвывая и заикаясь, пыталась рассказать Наташа подруге о случившемся.

Лариса гладила девушку по голове и плечам, а сама соображала: «Что же сейчас произошло? Кто это был? И вообще, как он вошел в квартиру?»

В дверь позвонили, и Лариса, оторвав от себя подругу, бросилась в прихожую. Глянув в глазок и увидев Владимира, она облегченно вздохнула и открыла замок. Мужчина тяжело дышал и сразу же прошел в ванную комнату. Лариса молча последовала за ним и так же молча наблюдала, как он, сполоснув лицо, тщательно мыл руки. Потом тихо спросила:

– Ты его не догнал?

– Нет, не догнал. За домом стояла машина, он уехал на ней, я свою не успел бы завести.

– Володь, он чуть Наташу не задушил подушкой.

– Я это понял, – буркнул мужчина и, протиснувшись мимо Ларисы из двери ванной, пошел на кухню.

Лариса, не отставая, семенила за ним, одновременно соображая, что бы еще сказать.

– Спасибо тебе, Володя, если бы не ты, даже не знаю, что было бы. Ты, кстати, как вошел-то?

– Дверь была открыта, и я уже подумал, что увижу здесь ужасную картину. Хорошо, что успел. Ты бы оделась, что ли, ходишь нагишом, – проворчал Владимир, перескочив с одной темы на другую.

Лариса сначала смутилась, но потом, глянув на свое прозрачное неглиже, вдруг разозлилась. Топнув ногой, она заорала:

– Тебе что, больше сказать нечего? Ты понимаешь, что только что было совершено покушение на Наташку?

– Во-первых, не смей на меня кричать, я тебе не муж, а во-вторых, покушение было не на Наташу, а на тебя.

– Как это на меня? Меня никто не душил, – не поняла Лариса.

– Совсем ты, мать, плохая стала. Кто обычно спит в спальне? – спросил Владимир, тяжело при этом вздохнув.

– Я.

– А сегодня?

– Наташа.

– Думай и делай выводы.

– Так, значит, задушить хотели меня?

– Ну не меня же? Я им ничего плохого не сделал, да и Наташа, думаю, им тоже ни к чему, – ухмыльнулся детектив.

– А я, значит, сделала? – взвилась Лариса. – Да я за всю свою жизнь даже муравья не обидела. Откуда мне знать, почему они ко мне привязались? Ты, Володь, как хочешь, а я больше здесь жить не собираюсь. Завтра же манатки в зубы и уезжаю к чертовой матери. К своей матери, – даже не соображая, что говорит, затараторила девушка.

– Так к чертовой или к своей? – хохотнул Владимир и посмотрел на девушку.

– Нечего к словам придираться, лучше скажи, что делать, – нетерпеливо спросила Лариса и опять топнула босой ногой. Но нога попала на валявшуюся на полу вилку, и девушка, пискнув, запрыгала на одной ноге.

– Ай-й, да что же это такое? Ты-то как думаешь, я правильно решила?

– А что ты у меня спрашиваешь? Ты же у нас сама себе голова.

– Ладно тебе, Володь, я же с тобой советуюсь. Ну как? «Таможня дает добро»?

– Кто сказал, что таможня дает добро? Таможня добро отбирает, – усмехнулся сыщик.

– Хватит тебе, Володя, шутить, не до смеха сейчас. Ты пойди в спальню, на Наташку посмотри. Она ни жива, ни мертва на кровати сидит.

– Налей ей коньяку, это успокаивает, – пробормотал мужчина и потянулся. – Устал я с вами, сил нет, сейчас прямо на стуле усну.

– Ты, между прочим, обещал до часу ночи приехать, а приехал почти в три. Еще бы немного и опоздал. Как бы ты жил потом, если бы застал здесь два еще тепленьких трупа? – обиженно проговорила Лариса и покосилась на сыщика.

– Хорошо то, что хорошо кончается, – пробормотал мужчина и зевнул, прикрывая ладонью рот.

– Иди, ложись на своем «любимом диване», а я с Наташей лягу. Сейчас действительно не мешает выпить, нервы уже ни к черту за эти дни, – сказала Лариса.

– Мне тоже налей.

– Ага, я сейчас мигом, – засуетилась девушка и побежала в гостиную к бару.

Не добежав до двери, она повернулась к Владимиру:

– Как думаешь, что они от меня хотят?

– Если бы что-то хотели, уже взяли бы. Тебя просто хотят убить.

– Что значит просто? Вот так взять и убить человека? Действительно просто, – нервно усмехнулась Лариса. – Но мне очень интересно, за что?

– Я от природы не любопытен, но мне тоже хотелось бы это знать. Ларис, подумай, может, ты знаешь какой-то секрет? Или была свидетельницей какого-нибудь преступления? В моей практике такое уже случалось.

– Ты что, мыла наелся? Никакие преступления я не видела и никаких секретов тоже не знаю. Я в последнее время только в студии и пропадаю.

– Ты выпить-то нальешь, или мне самому сходить? – улыбнулся Владимир, глядя на пыхтевшую девушку.

– Ой, забыла совсем, сейчас принесу, – махнула Лариса рукой и уже шагнула к гостиной, но опять, обернувшись, спросила. – И что же мне теперь делать? Может, в милицию пойти?

– А что ты в милиции скажешь?

– Скажу, что меня постоянно пытаются убить.

– А доказательства у тебя есть?

– А зачем? Неужели мало моих слов? Напишу заявление, пусть что-то делают. Вон, и Наташа подтвердит, что ее чуть не задушили.

– Тебя примут за дамочку, страдающую манией преследования.

– Это почему?

– Потому.

Лариса задумалась, а потом вдруг радостно сообщила:

– Володя, мы же совсем забыли про сок, ведь это неопровержимое доказательство того, что меня хотели отравить.

– И где же эти доказательства? – усмехнулся детектив.

– Ну как же? Там наверняка есть отпечатки пальцев преступника, не считая отравы.

– Там наверняка нет его отпечатков, а вот многих других людей есть. Например, продавца, кассира, мои и твои. Но злоумышленника, который вводил в пакет яд шприцем, я уверен, что нет. А еще, моя дорогая, там есть отпечатки того бедолаги с кладбища. Что ты на это скажешь? Что дала сначала этот сок ему продегустировать? Или у тебя найдется что-то другое?

– Я правду скажу. Расскажу, как отравился кот Маркиз, а Наташа подтвердит.

– А тебе припомнят: а-а-а, так это тот самый кот, что лежит рядом с покойником на кладбище, и отравлен тем же ядом? И каким же это боком, уважаемая гражданочка, вы причастны к этому преступлению? Случайно Зимина, сотрудника вашего отца, не вы пристрелили? Чем же это он вам так не угодил?

– Да ну тебя, Володь, у тебя на любой аргумент тут же контраргумент находится, – надулась Лариса.

– Это потому, что при рождении господь бог отпустил мне немного мозгов, и прежде чем что-то делать, я привык включать их в работу.

– И что же теперь делать?

– Налей наконец коньяку.

– Да, да, уже иду, забыла совсем. Я тоже хочу выпить.

– Самая опасная форма склероза, это когда хочешь выпить, но постоянно об этом забываешь, – усмехнулся детектив.

– Здесь не то что склероз, скоро вообще амнезия по голове шлепнет, – проворчала Лариса и поплелась в гостиную.

Она тут же вернулась с бутылкой коньяка в руках и полезла в шкаф за бокалами. Налив в один из них почти половину, она пошла в спальню. Наташа лежала на подушке с открытыми глазами и нервно теребила край одеяла.

– Натусик, я решила снять стресс с помощью безотказного средства и тебе принесла.

Лариса протянула подруге бокал с коньяком, и Наташа послушно его взяла. Сморщив носик, она выпила содержимое бокала тремя большими глотками и молча отдала пустую емкость Ларисе, затем Наталья откинулась на подушку и закрыла глаза.

– Ты постарайся уснуть, а я пойду, чтобы не мешать тебе, – посоветовала Лариса.

Наташа чуть кивнула и отвернулась к стене. Лариса тихонько на цыпочках вышла из спальни и осторожно прикрыла дверь.

– Наташа выпила коньяк, сейчас должна уснуть. Бледная лежит, как поганка. Я бы вообще, наверное, посинела, – войдя на кухню, проговорила девушка. – Ладно, будем надеяться, что завтра все будет в порядке, и она окончательно придет в себя. Теперь давай и мы расслабимся.

Лариса налила себе немного коньяку и поставила бутылку перед мужчиной.

– Налей себе сам, сколько считаешь нужным.

Девушка достала из холодильника лимон. Она порезала его, положила на блюдце и поставила на стол.

– Володь, давай выпьем за то, чтобы эта канитель побыстрее закончилась.

– Что ты так мало себе налила? – усмехнулся детектив.

– Еще свежи воспоминания, – засмеялась Лариса, затем, посерьезнев, проговорила: – Завтра, сам знаешь, ответственный день. Нужно быть со свежей головой. Ты, конечно, можешь выпить, сколько захочешь, ты же мужчина.

– Кстати, о мужчине. Может быть, ты все же прикроешь свои оголенные прелести, я же не железный, – скороговоркой произнес Владимир и, пряча глаза, выпил коньяк.

– Ой, неужели пробрало? – захохотала Лариса. – А я уж грешным делом подумала, что ты кандидат в эти самые… – и девушка закатила глазки.

– В кого в эти? Ты что несешь? – возмутился сыщик.

– В импотенты. А ты что подумал? – продолжала веселиться девушка.

Владимир с недоумением посмотрел на нее и покрутил пальцем у виска.

– Вас вызывает Таймыр? – сказал он. – Ладно, я пошел спать. Спокойной ночи. – И резко поднявшись, Владимир направился в гостиную.

Лариса фыркнула ему вслед:

– Скажите, пожалуйста, какие мы обидчивые!

Она пошла в спальню и села на край постели, где лежала Наташа. Девушка спала, разметав волосы по подушке. На щеках алел румянец, видно, коньяк дал о себе знать. Ресницы ее подрагивали, Наташа во сне хмурилась. Лариса подошла к окну, хотела поплотнее задернуть шторы… вдруг, замерев, вскрикнула.

Владимир уже разделся и лег. Подложив под голову руки, он задумчиво уставился в потолок. Крик Ларисы его буквально сорвал с постели. Мгновенно вскочив, он ринулся в спальню. В дверях они столкнулись с Ларисой. Девушка схватила его за руку, пытаясь что-то сказать.

– Что случилось, говори, наконец, – рявкнул Владимир и тряхнул Ларису за плечи.

– Там, там, на балконе кто-то стоит, – клацая зубами, пролепетала Лариса.

– Кто стоит? Ты в своем уме, здесь же десятый этаж?

– Я в своем уме, не надо на меня кричать. Говорю же, кто-то стоит на балконе. Я сама видела, – упрямо твердила девушка.

Владимир схватил ее за руку и потащил в спальню.

– Не пойду! – заорала она и ухватилась за косяк двери.

Сыщик увидел ее полные ужаса глаза и вернулся в комнату. Из кармана пиджака он достал пистолет и, войдя в спальню, осторожно подкрался к балконному окну. Так же осторожно он выглянул из-за шторы, и сразу же рука с пистолетом опустилась. Чертыхнувшись, сыщик сплюнул и смерил Ларису уничтожающим взглядом.

– Иди посмотри, кто здесь стоит, – с сарказмом произнес он и раздвинул шторы пошире.

Девушка на цыпочках подошла к Владимиру и осторожно высунула нос из-за его плеча. И тут же поняла, что зря испугалась.

– Я совсем забыла, – виновато подняв глаза на мужчину, прошептала она, – что еще три дня назад повесила шубу просушиться на солнышке. Чтобы моль не завелась.

– Моль? Это твою голову нужно просушить на солнышке. В ней явно завелись тараканы вместо мозгов. Не дом, а приют для умалишенных. Я скоро буду весь дергатьсяя на нервной почве.

– Не смей оскорблять мой дом, – взвилась Лариса. – Я ведь не виновата, что забыла про шубу? Если бы за тобой охотились и пытались убить, я бы посмотрела, какая у тебя была бы память…

– Кроме склероза, алкоголизма, идиотизма и ослиного упрямства, чем ты еще страдаешь? – прошипел Владимир. – Говори, говори, я хочу быть готовым ко всему.

– Я страдаю патологической гордостью. Поэтому ни один представитель вашего мужского стада не смеет меня оскорблять, – спокойно ответила Лариса. Однако ее прищуренные так многозначительно глаза ничего хорошего не предвещали.

– И что, интересно, ты имеешь в виду? Какого такого стада? Что ты хочешь этим сказать? Что я баран? Или что-то в этом роде?

– Ты очень догадливый детектив, прямо читаешь мои мысли, – усмехнулась девушка.

– Ну знаешь, моя дорогая, это уже слишком. Мне твои проблемы уже вот где стоят, – и Владимир резанул ребром ладони по своей шее. – Разбирайся с ними сама, как хочешь, а я умываю руки, – и сыщик выскочил из спальни. Схватив свои брюки, Владимир поспешно стал их натягивать.

– Только попробуй сбежать, и я нажалуюсь своему отцу, что ты меня бессовестно домогался, – прищурив глаза, предупредила Лариса, наблюдая за действиями детектива.

Она прислонилась к косяку двери, демонстративно сложив руки на груди и нагло глядя в глаза мужчине.

– Его мордовороты, – продолжила она, – так тебя отделают, что забудешь свой день рождения. А твою фирму разберут на кирпичи.

– Тьфу, чтоб тебя, – в сердцах сплюнул Владимир и плюхнулся на диван, жалобно застонавший под тяжестью его тела.

Детектив швырнул брюки на пол и молча уставился на пистолет, который крутил в руках. Довольная одержанной победой, Лариса, гордо вскинув голову, скрылась за дверью спальни. За время, пока в соседней комнате разворачивалась настоящая баталия, Наташа даже не проснулась. Видно, пережитые страхи и коньяк сделали свое дело. Лариса тихонько прилегла на другом краю кровати и задумалась.

«Что же все это значит? Жила себе, не тужила, и вдруг все перевернулось кверху одним местом. Черт меня дернул найти этот телефон у Ефимова в кармане. А при чем здесь это? Ну не нашла бы я этот номер, не пошла бы в «Тихую пристань», и что от этого переменилось бы? Или ничего, или все. Теперь нечего гадать, нужно думать, как выбраться из этой передряги живой и по возможности здоровой».

В это время в дверь позвонили. Лариса на секунду замерла, а потом понеслась в гостиную, где спал Владимир. Сыщик уже сидел на диване.

– Володь, кто это может быть в такое время?

– Откуда же мне знать? Пойди посмотри, – предложил мужчина.

– Пошли вместе, я одна боюсь, – дрожащим голосом прошептала Лариса, и тут же вздрогнула, услышав новый требовательный звонок.

Владимир поднялся с дивана и, натянув брюки, направился в прихожую. Лариса шла за ним, не удосужившись прикрыться даже халатом. Она подошла к двери и заглянула в глазок.

– Володя, там милиция.

– Спроси, что им нужно.

– Вам кого? – проблеяла девушка.

– К нам поступило заявление, что из вашей квартиры доносятся крики о помощи и что здесь кого-то убивают, – отрапортовал лейтенант из-за двери.

Лариса распахнула дверь и, уперев руки в бока, замерла на пороге.

– Интересно, кто же это вздумал так шутить?

Лейтенант смущенно кашлянул, увидев девушку в столь сексуальном наряде. Он оглянулся на ребят в камуфляже, в масках и с автоматами, которые замерли за его спиной.

– Похоже, ошибка вышла. Но все равно, раз уж мы здесь, я обязан проверить ваши документы.

– Мои документы? На каком основании? Я хозяйка этой квартиры! – с возмущением проговорила Лариса.

Лейтенант проигнорировал выпад девушки и, глянув на Владимира, строго произнес:

– Прошу ваши документы тоже.

– Нет проблем, – пожал Владимир плечами и пошел в комнату.

– Разрешите войти? – бросил лейтенант Ларисе.

– Не думаю, что выбрали подходящее время для визита, но проходите, раз пришли.

Мальчики с автоматами остались у двери, а лейтенант вошел в гостиную. В прихожей из лежавшей там сумочки Лариса вытащила свой паспорт. Заскочив в ванную комнату, она накинула на себя халат, только после этого появилась в гостиной. Протянув паспорт лейтенанту, она с раздражением произнесла:

– Вот, пожалуйста. Смотрите быстрее, и прошу оставить мой дом, я ужасно устала и хочу спать.

Лейтенант раскрыл паспорт и спокойно проговорил:

– Вы не обижайтесь. Сейчас такое творится, что мы просто не имеем права не отреагировать. Вы сейчас выглядите совсем иначе, чем на фотографии, но узнать, конечно, можно, – и вернул Ларисе паспорт. – Вот, пожалуйста, возьмите. Звонили ваши соседи, вполне приличные люди, не думаю, что они хотели пошутить.

Лариса испуганно посмотрела на Владимира, он же, спокойно глядя на лейтенанта, так же спокойно произнес:

– Мы смотрели видео, шел боевик, возможно, там кто-то кричал: помогите, убивают. Наша вина в том, что не приглушили звук и побеспокоили соседей в неурочное время. Пожалуйста, вот мои документы, – и Владимир протянул милиционеру свое удостоверение.

Страж порядка бросил взгляд на корочки и тут же потом вернул их Владимиру. Вскинув руку к козырьку, милиционер сказал:

– Прошу прощения за беспокойство, служба такая. В следующий раз соблюдайте правила и не включайте так громко телевизор. – Развернувшись на сто восемьдесят градусов, лейтенант пошел к выходу.

Владимир проводил его до дверей и вернулся в комнату. Недовольно покачав головой, он опустился на диван.

– Давай ложиться спать, – сказал он Ларисе, – думаю, больше нас никто сегодня не побеспокоит.

Лариса уснуть не смогла. Минут сорок она ворочалась на кровати, а потом тихонько встала и прокралась в гостиную. На цыпочках девушка подошла к дивану и прислушалась. Владимир дышал ровно, отвернувшись к стене. Лариса присела на край дивана и потрогала детектива за плечо.

– Володь, ты спишь? – прошептала она.

Мужчина не ответил. И она раздраженно сильнее тряхнула его за плечо и, повысив голос, громко спросила:

– Володь, ты спишь?

Сыщик молчал. Потом, повернувшись на бок, обреченно вздохнул:

– Слушай, тебе не кажется глупым бесцеремонно будить человека, трясти его, при этом спрашивая, спит ли он?

– Ты очень на меня обиделся? Я ведь пошутила насчет отца и твоей фирмы. Если честно, я просто ужасно испугалась, что ты действительно уйдешь, – пропустив мимо ушей слова Владимира, заискивающе спросила Лариса.

– Неужели из-за этого тебя замучила бессонница? – с сарказмом заметил мужчина и сел на диване.

– Не знаю, может, и из-за этого, а, может, и по другой причине, – таинственно проговорила Лариса, хитро взглянув на Владимира.

– И что же это за причина? – прищурился детектив, ожидая любого подвоха от этой непредсказуемой особы.

– Я замерзла, – выпалила Лариса и юркнула под одеяло.

Владимир минуту колебался, а потом, усмехнувшись, спросил:

– Ты в этом уверена?

– На все сто, – хихикнула Лариса и накрылась одеялом с головой.

Некоторое время они переговаривались шепотом. Потом на диване возникла какая-то возня и послышался приглушенный смех…

Глава 20

Когда утром, еле передвигая ногами, Наташа вышла из спальни и появилась в гостиной, ее взгляду представилась изумительная картина. Лариса лежала поперек широкого дивана, а ее голова покоилась на животе детектива. Оба они крепко спали. Полюбовавшись красивой картиной, Наташа прикрыла обнаженные части тела подруги простыней и отправилась в кухню варить кофе. Голова нестерпимо болела, и девушка, морщась, терла виски пальцами.

– Каждому свое, – вздохнула Наташа и занялась поисками на полках кофе и джезвы.

В это самое время раздался звонок в дверь, и девушка пошла в прихожую. Напуганная вчерашним происшествием до смерти, она, естественно, заглянула в глазок. Увидев за дверью Петра Васильевича, Наталья рысью бросилась в комнату предупредить сладкую парочку.

– Ларка проснись, твой отец приехал.

Первым подскочил Владимир и, натягивая брюки, заворчал:

– По-моему, у него хобби заставать меня врасплох на месте преступления.

– Не дергайся, иди в спальню и спокойно одевайся. Наташ, а ты иди открывать, – потягиваясь, скомандовала Лариса.

Она тоже вскочила с постели и юркнула в спальню. Затем, на ходу натягивая халат, Лариса прошмыгнула в ванную комнату и, как ни в чем не бывало, стала умываться. Услышав голоса отца и Наташи, она выглянула из ванной с зубной щеткой во рту.

– Доброе утро, дочь! – поприветствовал Ларису отец.

– Угу, ща, – махнула дочь головой, потому что говорить не могла – рот был наполнен зубной пастой. Петр Васильевич стремительно прошел в гостиную и сел в кресло. Наташа проследовала за ним. Обратив внимание на всклокоченную голову девушки, Петр Васильевич, улыбнувшись, поинтересовался:

– Вы что, только проснулись?

– Да, вчера с Ларкой протрепались полночи, а перед этим выпили чуть-чуть, – вяло ответила девушка и спрятала глаза. Ей вспомнилось ночное происшествие, и по спине пробежали мурашки. В комнату вошла Лариса.

– Что-то случилось, пап? – непринужденно спросила она. – Ты вроде чем-то взволнован?

– Ничего страшного, Ларочка. Вот приехал к тебе, чтобы отдать кое-что.

Из нагрудного кармана пиджака он вытащил конверт и передал его дочери. Девушка с недоумением повертела конверт и заглянула в него. Потом осторожно извлекла его содержимое и еще больше удивилась.

– Что это, папа?

– Это путевка в Испанию на две недели. Хочу, чтобы ты отдохнула. Я приехал за твоим заграничным паспортом, нужно заказать билеты. Завтра тебе их привезут прямо на дом.

– К чему такая спешка? Я же совсем не готова к поездке?

– А что здесь готовиться? Соберешь чемодан, вот и все сборы. Двух дней тебе на это вполне достаточно.

– Папа, не мути, пожалуйста, воду. Почему ты хочешь меня отправить из Москвы? Что случилось? У тебя что, неприятности?

– Очень много вопросов задаешь, моя милая. Ты что, не рада тому, что я купил тебе путевку? Ты же давно хотела побывать в Испании.

– Да, хотела, но все это так неожиданно. И потом я думала поехать с Сергеем, когда у нас все еще было нормально. А сейчас что я буду делать там одна?

– Твой Сергей – мразь и подонок. Сейчас он очень нужен мне именно здесь, чтобы подвесить его за ноги, – зло проговорил Петр Васильевич.

– Папа, я ничего не понимаю. Что он сделал? Неужели ты зол на него за то, что он предпочел другую женщину твоей дочери? Это же глупо. Поверь, мне на это наплевать, и я совершенно не переживаю по этому поводу. Хорошо, что это случилось именно сейчас, когда у нас еще нет детей. Я прекрасно помню, каково мне было расти без отца…

– Ты не была лишена моего внимания, не придумывай, пожалуйста. Но сейчас разговор совершенно не об этом. По такому поводу я не стал бы заводить особого разговора. Здесь вопрос решаете только вы сами.

– Что же он тогда сделал, за что ты зол на него?

– Он еще не появился? – игнорируя вопрос дочери, спросил Петр Васильевич.

– Нет, не появился, но звонил и обещал сегодня быть дома, – ответила Лариса.

– Когда он звонил? – нахмурился мужчина.

– Вчера, – соврала девушка.

– И что он тебе сказал?

– Чтобы я не волновалась, что он отсутствует по делам и сегодня обязательно приедет. В крайнем случае завтра.

– Скажи, Лариса, не замечала ли в последнее время, что твой муженек тратит слишком много денег?

– Не замечала, но видела у него золотую кредитную карточку. Правда, пока я у него ничего не спрашивала. Думала, подожду, посмотрю, что будет дальше, а потом Сергей пропал.

– Понятно, – процедил сквозь зубы Петр Васильевич. – Ладно, с этим я как-нибудь сам разберусь. А ты, Лара, давай-ка, собирайся, через два дня полетишь в Испанию. И никаких разговоров, – увидев протестующий жест дочери, строго проговорил отец. – Делай, что говорю, и не спорь со мной.

– Хорошо, как скажешь, – пожала плечами девушка.

– Вот и ладно, давай свой паспорт, и я поехал. У тебя все в порядке?

– Ты о чем? – насторожилась Лариса.

– Просто интересуюсь, все ли у тебя в порядке. Я что, уже тебе не отец и не имею на это право?

– Папа, что за глупости ты говоришь? У меня все в порядке, не считая, конечно, того, что не все в порядке у тебя. Я же уже не маленькая девочка, а вполне взрослая и разумная женщина. Неужели думаешь, что я не понимаю – ты специально отправляешь меня подальше отсюда?

– То, что ты уже не маленькая, я заметил. А вот что разумная, об этом я готов поспорить, – улыбнулся Петр Васильевич. Он подошел к дочери и, обняв ее, проговорил: – Ларочка, я очень тебя прошу, уезжай. Поверь, так нужно. За меня не волнуйся, я непотопляемый. Приедешь через две недели отдохнувшая, загорелая, а здесь уже все в порядке, и я тебя встречаю в аэропорту.

– Ладно, пап, уеду, сейчас принесу свой паспорт, – и Лариса пошла в спальню за документом.

Владимир в задумчивости сидел на кровати.

– Володь, отец отправляет меня в Испанию, – остановившись напротив мужчины, грустно проговорила Лариса.

– Слышал уже. Может, это и правильно, – спокойно сказал детектив.

– Но мне хотелось бы разобраться во всем, – запротестовала девушка.

– Хотеть не вредно. Тебе что, мало всех этих покушений? Хочешь, чтобы следующее наконец увенчалось успехом?

– Тьфу, типун тебе на язык, – сплюнула Лариса. – Ладно, пойду отдам отцу паспорт, он уедет, тогда и поговорим.

Лариса вернулась в гостиную. Она протянула отцу свой заграничный паспорт и, внимательно глядя ему в глаза, спросила:

– Пап, ты уверен, что мне действительно нужно уехать?

– Я никогда не делаю того, в чем не уверен, – проговорил мужчина и встал с кресла. – Все, дочь, мне уже пора. Повторяю, потихоньку собирайся, завтра тебе привезут билеты. Отдыхай, ни о чем не думай, все будет хорошо. Завтра я тебе позвоню. Проводи меня до дверей.

Дверь за отцом закрылась. В спальне Владимир сидел на кровати все в той же позе.

– Он ушел, – проговорила девушка, переступив порог комнаты. – Володь, что ты обо всем этом думаешь? – спросила она, присев рядом с детективом.

– У твоего отца какие-то неприятности. В принципе, это понятно. После происшествия на кладбище его теперь затаскают.

– А при чем здесь я? Почему он меня отправляет подальше отсюда?

– Не знаю, Лариса. Наверное, считает, что так будет лучше.

– Это понятно, что не хуже. Иначе он этого бы не делал. Меня интересует, почему?

– Значит решил, что тебе что-то угрожает.

– Если бы он знал, что происходит на самом деле, то, наверное, уже сегодня запихнул бы меня в самолет. Выходит, у меня есть всего два дня? Сегодня позвонят насчет передачи денег. В принципе все нормально. Ефимова отпустят, и тогда он будет кувыркаться здесь сам. Пусть его душат, травят и все, что угодно. Я в это время буду уже далеко. Меня только отец волнует. Володь, может, у тебя есть источники информации? Ты не мог бы узнать, что у него творится? Ты же понимаешь, какой может быть отдых, когда знаешь, что твоему отцу что-то грозит?

– Не знаю, попробую, конечно, но если честно, не хочется мне в это дело лезть. Туда, где есть большие деньги, совать свой нос – чревато последствиями. Быстро прищемят. «И никто не узнает, где могилка моя».

– Володенька, сделай это ради меня, очень тебя прошу, – заныла Лариса, преданно заглядывая в глаза детективу.

– Я же сказал, попробую. Но имей в виду, надрываться не собираюсь. Сделаю только то, что в моих силах и не более того. Выше головы прыгать не буду. Если информации не будет – не обижайся.

– Ты сильный и очень умный, у тебя получится, я в этом уверена, – хитро улыбаясь, промурлыкала Лариса и погладила мужчину по плечу.

– Нечего подхалимничать, меня этим не возьмешь, – дернул Владимир плечом и угрюмо добавил: – Связался черт с младенцем.

В спальню вошла Наташа.

– Что это вы здесь застряли, о чем секретничаем? – поинтересовалась она.

– Да вот обсуждаем ночное происшествие, – нашлась Лариса.

– Брр, не напоминайте. У меня до сих пор, как вспомню – волосы дыбом встают. Я сначала не сообразила, что происходит, а уж когда начала задыхаться, такая паника во мне поднялась, невозможно передать. Пойдемте на кухню, я завтрак приготовила, – и Наташа поспешно вышла, желая скрыть навернувшиеся слезы.

Лариса с Владимиром последовали за Наташей. Мужчина направился в ванную, совершать утренние водные процедуры, а Лариса прошла на кухню. Она приблизилась к подруге, стоявшей у окна, и обняла ее за плечи.

– Прости, подружка, что втянула тебя в эту историю. Я сама в недоумении, почему меня хотят убить? Кому я мешаю? Мне очень страшно, Наташ, поверь. Хорошо, что Володя рядом, а так вообще не знаю, что было бы.

– Да ладно тебе, Лар, извиняться-то? Ты же мне вчера жизнь спасла, вон как прыгнула на того урода. Не знаю, как бы я повела себя в такой ситуации, а ты не испугалась.

– Прям, не испугалась, – фыркнула Лариса. – Это я от страха и прыгнула на него. Как увидела, что он подушкой тебя душит, а ты ногами дрыгаешь, у меня внутри все похолодело. А он такой здоровый, прямо шкаф в натуральную величину.

– Не столь важно, почему ты на него кинулась, главное – результат, – вздохнула Наташа.

Вошел Владимир, и все вместе сели за стол. Завтрак подходил к концу, и Лариса разлила в чашки кофе.

– Володь, давай проанализируем то, что имеем, – предложила она Владимиру, сделав первый глоток из чашки.

– Что ты имеешь в виду?

– Вот смотри, какая картина вырисовывается. Ефимов едет с любовницей к ней домой. Его похищают, а девушку убивают. Он звонит мне и говорит про дискету, просит отвезти ее Виктору. Мы с тобой приезжаем туда, а Виктор уже мертв. Мой отец знает про Ефимова что-то такое, за что хочет подвесить его за ноги. Незадолго до всего этого я узнаю, что у Сергея появились на счету деньги. Из сегодняшнего разговора с отцом я поняла, что он об этом тоже знает и очень по этому поводу зол. О чем это говорит? Что деньги появились таким путем, который не понравился моему отцу. Меня вот уже три дня пытаются убить. Кто и за что? Одновременно похитители требуют за Ефимова астрономическую сумму денег. Мы с вами были невольными свидетелями почти похорон Зимина, доверенного сотрудника отца.

– Почему ты считаешь, что доверенного? – удивленно спросила Наташа.

– Потому что когда-то отец говорил мне, что через Зимина проходила практически вся информация о компании. Значит, он ему доверял. Сейчас отец хочет отправить меня подальше отсюда. Спрашивается, почему? Чего он боится? Ерунда какая-то получается.

– Да, действительно, запутано все так, что сам черт не разберется, – пробормотала Наташа и посмотрела на детектива: – Володя, ты вроде специалист по запутанным делам? Что скажешь?

– Пока, милые девушки, я ничего говорить не буду. Не обижайтесь, я должен сложить кое-какие детали. Думаю, сегодня вечером, когда Лариса передаст деньги, все встанет на свои места.

– Ты в этом уверен?

– Нет, конечно. Просто я предполагаю, во всяком случае, не теряю надежды. Все, девушки, хватит разгадывать шарады, я вас покину на некоторое время, чтобы получить кое-какую информацию. Вечер нас ждет не скучный, поэтому набирайтесь сил.

– Что ты имеешь в виду? Для чего нам нужны силы? – испуганно проговорила Лариса.

– Я говорю не о физических силах, а о моральных, – успокоил девушку детектив. – Разве ты совершенно не волнуешься?

– Еще как волнуюсь, по голове мурашки бегают, словно блох нахваталась. – И Лариса взъерошила волосы двумя руками.

Владимир взглянул на часы и заторопился.

– Мне уже пора, девушки. Двери никому не открывать. Если что, звонить мне на мобильный, – распорядился он.

– Что толку в моих дверях? Их открывают кому не лень, – проворчала Лариса.

Владимир хлопнул ладонью себя по лбу и прошел в гостиную. Там он взял телефонную трубку и куда-то позвонил:

– Саша, привет, Владимир говорит… Ничего, все нормально. Мне нужна твоя помощь. Только срочно. Нужно поставить новые замки на дверь… Дверь?.. Да, металлическая… Саша, ты же специалист высшего разряда. Какие трудности могут возникнуть у тебя?.. А ты попробуй… Ну и что? У тебя же машина, не на себе же повезешь сварочный аппарат?.. Сочтемся, я в долгу не останусь… Нет, не нужно никого присылать. Сделай это, пожалуйста, сам. Записывай адрес… Да, дома две молодые дамы, когда спросят кто, скажешь, что от меня… Что?.. Молодые, молодые, тебе понравятся… Все Александр, мне уже некогда, девушки ждут тебя в течение часа. Заранее спасибо.

Владимир положил трубку и подмигнул девушкам, которые, замерев в дверях, слушали разговор.

– Ну вот, одну проблему решили.

– Что же ты раньше не догадался, – с возмущением проговорила Лариса.

– Ну ты даешь. Сама, между прочим, могла сообразить, – возмутился детектив.

– У меня соображалка отказала, мозги совсем варить перестали, – проворчала девушка.

– Лучше поздно, чем никогда, – проговорил Владимир и заторопился к выходу.

– Володя, а сколько нужно заплатить мастеру? – прокричала Лариса ему вслед.

– Он скажет, – махнул детектив рукой и скрылся за дверью.

Лариса посмотрела на подругу:

– Чем будем заниматься до приезда мастера?

– Сейчас приведу себя в порядок и займемся тем, чем нужно. А нужно доделать доллары.

– Что это ты вдруг решила привести себя в порядок? Мы вроде никуда не собираемся? – удивилась Лариса.

– Мы, может, и не собираемся, зато к нам приедет незнакомый мужчина. Вдруг молодой и интересный? – вскинула Наташа глаза.

– Нет, подруга, ты неисправима, – засмеялась Лариса и обняла девушку. – Ладно, иди наводи марафет, а я пока душ приму. – И, подтолкнув Наташу в спину, Лариса направилась в ванную.

Глава 21

Лариса с наслаждением постояла под душем, вымыла голову и, соорудив на ней живописный тюрбан из махрового полотенца, вышла из ванной. Наташа сидела в спальне у трюмо и сосредоточенно рисовала на лице все, что нужно.

– С легким паром, – проговорила девушка, увидев входящую Ларису.

– Наташа, ну кто же желает легкого пара, когда человек всего лишь ополоснулся под душем? Какой может быть тут пар?

– Ну вроде так принято.

– Так принято, если человек вышел из парной в бане.

– Что ты придираешься? Делать, что ли, больше нечего? – удивленно сказала Наташа, не отрываясь от зеркала.

– Извини, что-то нервы у меня на пределе, все раздражает.

– Я здесь, между прочим, ни при чем. Если кого и должно все раздражать, так это меня, – обиженно проворчала Наташа.

– Сказала же, извини. Не будем сейчас выяснять, кто при чем, а кто ни при чем. Не хватало еще нам с тобой поссориться.

– Я и не думала ссориться, сама же начала, – возмутилась Наташа.

– Все, все проехали, – миролюбиво проговорила Лариса и чмокнула подругу в щеку.

– Тихо, макияж размажешь, – охнула Наталья.

– Ничего. Думаю, специалисту по врезанию замков ты и такая понравишься, – засмеялась Лариса, чем разрядила обстановку.

– Меня разнорабочие не прельщают. Он должен видеть, с кем имеет дело. Нужно, чтобы работал не спустя рукава, а как положено в приличном доме. И все.

– Ясно, что дело темное, – захохотала Лариса, на что Наташа, гордо вздернув нос, покачала головой:

– Ничего тебе не ясно. Вот увидишь, как я буду с ним вести себя.

Лариса уже было собралась ответить подруге, но в этот момент раздался звонок в дверь. Девушка замерла.

– Ларис, что стоишь как вкопанная? Иди открывай, нехорошо заставлять человека ждать, – поторопила подругу Наташа, а сама схватила губную помаду и стала поспешно красить губы.

– Вот и наделали долларов. Быстро, однако, он приехал, – сказала Лариса и не спеша пошла к двери. По привычке она предварительно заглянула в глазок и спросила: – Кто там?

– Мастер. Меня Гончаренко Владимир просил приехать, замки вам поменять.

Лариса открыла дверь и, отступив в прихожую, равнодушно проговорила:

– Проходите, чувствуйте себя как дома.

– Будем знакомы, хозяюшка, меня Александром зовут. А к вам как обращаться?

– Лариса.

– Весьма приятно.

– Нам тоже будет весьма приятно, если вы быстро и качественно поменяете нам замки, – вклинилась в обмен любезностями Наташа, грациозно выплывшая из комнаты.

– О-о-о, шарман, мадам, – округлил глаза Александр, уставившись на великолепный бюст Натальи.

Надо отдать должное этой девушке, она умела его носить, особенно когда хотела произвести впечатление. Наташа улыбалась ослепительной улыбкой. Повернувшись к Ларисе, она многозначительно закатила глазки. Подруга прыснула в кулак и скрылась за дверью кухни. Наташа проследовала тоже туда и, цокая язычком, сказала:

– Какой хорошенький.

– Ты же говорила, что не увлекаешься работягами, – улыбнулась Лариса.

– Я же не замуж за него собралась? – вскинула Наташа брови.

– Эй, хозяюшка, давайте определимся с фронтом работ, – услышали девушки голос из прихожей.

Лариса вышла в прихожую:

– А что здесь определяться? – спросила она. – Просто нужно поменять дверные замки.

– И какие же вам нужны замки?

– Мне без разницы, лишь бы их трудно было открыть постороннему человеку.

– Ну насчет этого можете не волноваться. Замки, которые ставлю я, открыть практически невозможно.

– Очень интересно. А как же я буду попадать в дом? – недоумевала Лариса.

– Я не имею в виду хозяев, – засмеялся мастер. – У имеющего родные ключи проблем не будет.

– А дубликаты можно сделать?

– Сделать-то можно, только толку от этого не будет, они не откроют замки, есть у меня личный секрет.

– А если я потеряю ключи, что тогда?

– К своим замкам я даю три комплекта ключей. Думаю, вам будет вполне достаточно. Оставите один комплект у родственников на случай потери. Или заведите в ближайшем почтовом отделении абонентский ящик и положите комплект туда. Впрочем, если хотите, я поставлю вам кодовый замок. Ключи здесь вовсе не нужны. И комбинаций цифр много, можете хоть каждый день менять…

– Во-во, мне именно такой и поставьте, – обрадовалась Лариса. – Ключам я как-то перестала доверять…

– Нет проблем, хозяйка, только это будет дорого стоить.

– Не имеет значения, – махнула Лариса рукой. – Ставьте, я заплачу сколько нужно. Кстати, сколько? Я посмотрю, есть ли у меня такая сумма в наличии.

Когда мастер назвал сумму, Лариса закатила глаза и проговорила:

– Да, крутовато, конечно, но ничего не поделаешь. Позвоню отцу, попрошу у него.

– Да вы не торопитесь, Лариса. Если сейчас денег нет, заплатите позже. Свои же люди, сочтемся. Раз вы знакомые Владимира, думаю, не обманете.

– Что за глупости? Конечно, не обману и обязательно заплачу. Только сегодня половину, а остальное – завтра. Вас это устроит?

– Вполне, не переживайте.

– Может, сначала кофе выпьете? – промурлыкала Наташа, снова появившись в прихожей.

– Нет, милая девушка, сначала работа, а уж потом – все остальное. Спущусь сейчас к машине, возьму инструменты и вернусь, – бросив восхищенный взгляд на Наталью, улыбнулся Александр.

Мастер пошел к лифту, а Наташа осталась стоять у открытой двери, улыбаясь ему вслед. Ей льстило то впечатление, которое она произвела на мужчину. Лариса, отодвинув плечом подругу, закрыла дверь.

– Ну, Наталья, кажется, мужик сгорел, как свечка, от твоих пламенных взоров, – засмеялась Лара.

– Подумаешь, я и не такое могу проделывать с мужским племенем, – фыркнула подруга и, гордо вскинув голову, продефилировала на кухню.

Зазвонил телефон, и Лариса побежала в комнату.

– Алло, слушаю.

– Лариса, это Владимир. Мастер приехал?

– Да, Володь, приехал. Договорились, что будем ставить кодовый замок.

– Кодовый, это хорошо, дороговато, правда.

– Не мелочись, детектив, мне моя жизнь дороже, – отрезала Лариса.

– Нет, это я так просто сказал. Александр – мужик умный, мастер высшей категории, Кулибин, одним словом. Сделает, так на совесть.

– Что мне сейчас и нужно, – вздохнула Лариса. – Надеюсь, когда поставлю новый замок, в дом больше не придут непрошеные гости.

– Позови Александра к телефону, – попросил детектив.

– Он спустился к машине за инструментами.

– Тогда пусть не уезжает, когда закончит работу. Пусть дождется меня.

– Хорошо, я передам.

– Все, тогда я отключаюсь, часа через два приеду, – и Владимир положил трубку.

В дверь позвонили, и Лариса пошла открывать. Она думала, что это поднялся Александр, поэтому в глазок не посмотрела. Когда она открыла дверь, то очень удивилась: на пороге стоял совершенно незнакомый молодой человек.

– Вам кого? – испуганно пролепетала Лариса и отступила назад.

– Извините, я могу видеть Ефимова Сергея?

– Его нет дома, – настороженно ответила Лариса.

– А когда он будет?

– Не могу сказать точно, но обещал быть завтра.

– А вы его жена?

– Да, жена.

– Вы не могли бы ему передать вот это? – и молодой человек протянул Ларисе сверток.

– А что здесь? – поинтересовалась девушка.

– Не могу знать, я всего лишь курьер, – смущенно ответил парень. – Мне поручили передать. Остальное меня не касается, – продолжал он.

– Может, придете в другой раз и передадите ему лично? – попробовала отвертеться Лариса. – Дело в том, что я сегодня уезжаю, поэтому не увижу мужа. Мы встретимся с ним только через две недели.

– Оставьте на видном месте и напишите записку, а потом позвоните и все объясните. Извините, но я не могу ездить несколько раз по одному адресу, – развел руками курьер.

– А если бы и меня не оказалось дома? – не сдавалась Лариса.

– Я отдал бы это соседям. В крайнем случае опустил бы в почтовый ящик.

– Наш почтовый ящик закрывается на замок, – нахмурилась Лариса.

– Эти замки можно булавкой открыть. Мы, курьеры, к этому привычные, – улыбнулся парень.

– Хорошо, давайте, – сдалась девушка, прикинув, что в такой маленькой посылке не может быть бомбы.

Она взяла сверток в руки и сразу же успокоилась: он был слишком легкий.

– Распишитесь в получении, – протянул парень квитанцию и ручку.

Лариса взяла эту ручку и, расписываясь в квитанции, съязвила:

– Очень интересно, кто бы вам расписался, если бы пришлось положить посылку в почтовый ящик?

– А я бы сам расписался, – засмеялся курьер. – Поблагодарив хозяйку, он направился к лифту.

Лариса повертела в руках посылку, похожую на бандероль, и положила ее в прихожей на тумбочку. «Приедет Володя, разберется, что это такое», – подумала девушка и окончательно успокоилась.

– Кто это там? – спросила Наташа, когда Лариса вошла на кухню.

– Курьер, принес посылку для «нашего мальчика», – усмехнулась Лара.

– Какую посылку и для какого мальчика? – удивилась подруга.

– Глаза на место поставь. Посылка для Ефимова, только не говори, что там бомба, она маленькая и легкая. Наверное, какие-то бумаги.

– Давай посмотрим, – тут же оживилась любопытная Наталья.

– Нет, дождемся Володю. Пусть он сам смотрит, – охладила пыл подруги Лариса.

В квартиру опять позвонили, и Наташа, сорвавшись со стула, побежала к двери.

– Я сама открою, – бросила она на ходу.

Лариса, улыбнувшись, покачала головой:

– Горбатого могила исправит. А мою подругу не исправит даже это. Тьфу, дурацкие мысли. Пусть живет до ста лет, и весь век кокетничает с мужчинами. В этом вся Наташка, моя милая подружка.

Лариса услышала приглушенный смех, доносившийся из прихожей. Совершенно уверенная в том, что Наташа примет работу мастера, не упустив ни малейшей детали, Лариса прошла в кабинет и села к компьютеру. Она хотела продолжить работу, но потом решила, что без Наташи работа у нее хорошо не получится, поэтому оставила свою затею на потом. Делать было нечего, и Лариса решила заняться своей внешностью, чтобы вечером выглядеть как можно лучше. Она переместилась в спальню, подсела к трюмо и вгляделась в свое изображение в зеркале.

«Ну что, Лариса Петровна, сменила имидж? Может, это правда, что с изменением внешности меняется судьба человека? Как только стала блондинкой, несчастья посыпались, как из рога изобилия. Хотя, если разобраться, при чем здесь цвет волос? Если меня хотят убить, то наверняка задумали это раньше, когда я еще была брюнеткой. Интересно, что же я натворила, что за мной охотятся, как за Матой Хари?»

Лариса отметила, что думает обо всем этом уже совершенно спокойно. Как о само собой разумеющемся.

«Да, подруга, человек, конечно, ко всему привыкает. Но чтобы привыкнуть к мысли, что тебя хотят убить, это уже слишком. Может, у меня произошел сдвиг в нервной системе? Атрофировался порог восприимчивости? Ладно, я вернусь к этой теме завтра, когда все закончится и Ефимов будет дома. Вернее, дома он должен быть уже сегодня. Конечно, если все пройдет нормально и похитители проглотят наши фальшивые баксы. Вот тогда я из него все вытрясу. Не захочет мне говорить, расскажу отцу, а уж он из него отбивную сделает, а своего добьется. Через два дня улечу в Испанию, и трава не расти. Оттянусь по полной программе: позагораю, в море побарахтаюсь, лишь бы погода была хорошая. Приеду, сразу подам на развод. Видеть больше не могу этого сукиного сына. Выставлю его из квартиры и заживу новой жизнью. Может, мне на работу устроиться? Приглашали ведь меня в дизайнерскую фирму художником, может, еще не поздно, и возьмут? Правда, уже полгода прошло, но я все равно попытаюсь. Решено, приеду из Испании, сразу же позвоню. Заказов на портреты сейчас не очень много, а жить на что-то нужно. Не просить же все время у отца? Стыдно, уже пора самой научиться зарабатывать».

Лариса разложила косметику и начала протирать лосьоном лицо.

«Вот бы с Володей в Испанию поехать. Как бы мы с ним время провели», – и девушка закатила глазки, вспоминая сегодняшнюю ночь. Потом тряхнула головой, отбрасывая навязчивые мысли и усмехнулась:

– Размечталась, – пробормотала она. – Как говорит наш детектив – хотеть не вредно. Почему он такой разный? Ночью один, а утром – узнать невозможно. Как будто злится на весь белый свет за то, что поддался искушению. На мне зло срывает. Может, Наташка права, и это его защитная реакция?

В это время вошла Наташа.

– Что с тобой, Ларка? – испуганно спросила она.

– Мне что, уже и поговорить с умным человеком нельзя? – со смехом спросила девушка.

– В одиночестве пьют законченные алкоголики, а говорят сами с собой законченные идиоты, – выдохнула Наташа.

– Ну, блин, ты даешь, – возмутилась Лариса. – Я что, похожа на идиотку?

– Сейчас вроде нет, а минуту назад…

– Что минуту назад? Ну высказала свои мысли вслух, что в этом такого-то? – повысила голос Лариса.

– Не кричи так. Что посторонние подумают? – зашипела Наташа. – Извини, если обидела. Нервные все какие-то, – обронила девушка и пошла обратно в прихожую.

«Нет, действительно пора уезжать отсюда в Испанию на солнышко, нервную систему лечить, иначе все здесь перессоримся», – подумала Лариса и взяла в руки пудреницу.

Она не спеша припудрила лицо, аккуратно подвела глаза и накрасила ресницы.

«Жалко, я одну линзу потеряла, сейчас бы стала голубоглазой, – подумала Лариса, разглядывая себя в зеркале. Она накрасила губы бледно-розовой помадой с перламутром и сняла с головы полотенце, чтобы просушить волосы феном. – Интересно, что такого узнал мой отец про Ефимова? – вернулась к текущим проблемам девушка. – Может, посылка что-то прояснит? Скорей бы Володя приезжал. Не терпится узнать, что в том пакете. Может, мне все это приснилось? Бывает же продолжительный сон, летаргическим называется… Ой, мамочки, кажется, Наташка права, я становлюсь похожей на идиотку».

Лариса встала с пуфика и пошла в ванную за феном. По дороге она заглянула в прихожую, где возился с дверным замком мастер Александр.

– Александр, а вы еще долго будете работать? – спросила она.

– Часа три, не меньше. И то при условии, что все пойдет нормально. Электроника – штука хитрая, а главное, капризная. Чуть ошибешься, и все заново начинать приходится.

– Я забыла вам сказать. Володя звонил, просил вас не уходить, подождать его. Вы ему зачем-то нужны.

– Он успеет пятнадцать раз приехать и уехать, пока я здесь буду пыхтеть. Так что застанет, – улыбнулся Александр.

– Вам моя подруга случайно не мешает? – пряча улыбку, спросила Лариса.

– Разве может помешать такая женщина? Она, наоборот, делает мою работу не такой утомительной. – И Александр лукаво посмотрел на Наташу.

Девушка поблизости пристроилась на маленьком стульчике и во все глаза наблюдала за действиями мужчины.

– Не переживай, я его развлекаю, анекдоты рассказываю, а он мне про свою жизнь и про свою работу, – улыбнулась подруге Наталья. – Представляешь, оказывается, на установлении замков можно хорошо зарабатывать? Меня Саша в самый дорогой ресторан пригласил.

– Ну еще бы, – Лариса вздохнула, вспомнив сумму, которую должна заплатить за услугу.

– Ладно, развлекайтесь дальше, а я пойду сушить волосы.

Глава 22

Над столом склонились три головы: Лариса, Наташа и Владимир сосредоточенно рассматривали фотографии.

– Ларис, посмотри, с кем это здесь Сергей? Лицо ужасно знакомое, – проговорила Наташа и вопросительно взглянула на подругу.

– Откуда я знаю? – пожала подруга плечами и взяла фотографию в руки, чтобы получше рассмотреть. – Банкир это. В последнее время меценатством занялся и, по-моему, слишком рьяно. Видно, решил таким образом прошлые грехи замолить. Его в последнее время часто по телевизору показывают. Видно, тем другим, у кого водятся денежки, давят на психику. Вот, мол, берите пример с этого щедрого человека, – ответил за Ларису Владимир.

– Скажите, пожалуйста, с какими людьми, оказывается, общается Ефимов, – удивилась Лариса. – Володя, посмотри, вот на этом снимке Сергею передают дипломат, а вот здесь он отдает папку. Похоже, с бумагами.

– Ларка, гляди! – заорала Наташа так громко, что Лариса подпрыгнула на стуле.

– Господи, Натка, что ж ты так кричишь? Так и заикой сделать недолго. Что такого ты увидела? – одернула подругу Лариса.

Она взяла в руки фотографию, на которую так бурно отреагировала Наташа и, взглянув на нее, тоже воскликнула:

– Ба, знакомые все лица! Володь, глянь-ка, – и она протянула снимок детективу.

Мужчина взял фотографию в руки и усмехнулся.

– Да и место тоже не безызвестное. Неужели не узнаешь?

Лариса еще раз внимательно взглянула на снимок и, нахмурив брови, спросила:

– «Тихая пристань», что ли? Вроде пальма знакомая.

– Она, родимая, – засмеялся детектив. – Помнишь, как она тебе мешала следить за твоим благоверным, и ты ужасно поэтому злилась?

– А что это тебе так весело вдруг стало? – надулась Лариса.

– Вспомнил тот вечер, и тебя после четырех коктейлей, – продолжал веселиться Владимир.

Лариса уже распустила свой «капюшон кобры» и, раздув ноздри, собралась поставить сыщика на место.

– Ой, мамочки, ужас-то какой, – услышали они возглас Наташи и одновременно повернули к ней головы.

Девушка держала в подрагивающей руке снимок и с ужасом смотрела на него.

– Ты что, увидела привидение, что так побледнела? – обеспокоенно спросила Лариса.

Наташа, ни слова не говоря, протянула ей фотографию. Взглянув на нее, Лариса невольно прикрыла глаза. С фотографии на нее широко открытыми глазами смотрела Кристина. На лбу у нее зияло отверстие от пули. На мертвые глаза женщины без содрогания невозможно было смотреть.

– Интересное кино. Как думаешь, Володь, зачем Ефимову прислали эти фотографии?

– А что здесь думать? Шантаж чистой воды. Для твоего мужа эти снимки имеют недвусмысленное значение. Не эти, где он с любовницей, нет. А вот эти, – и Владимир указал на фотографии, где Сергей запечатлен с разными людьми и в разное время.

Сюжеты фотографий имели чисто деловой характер. То есть их сделали в момент, когда Ефимов что-то передавал собеседнику, или что-то получал от него. Детектив разложил на столе веером все фотографии и отобрал некоторые из них.

– Нет, Ларис, по поводу любовницы я ошибся. Здесь тоже приятного мало. Вот смотри, на этой фотографии Сергей сидит с ней в ресторане и нежно пожимает ей ручку. Видишь дату и время внизу снимка? Теперь смотри сюда: вот они заходят в подъезд ее дома. Обрати внимание, дата та же самая, только время другое, более позднее. А теперь смотри на снимок, где девушка уже мертва. Дата на нем следующего дня, а время семь утра. Интересно, кто мог сделать эти снимки? Ведь в то время, что стоит на этой фотографии, мы с тобой были совсем рядом с подъездом, сидели в машине. Как я мог ничего не заметить?

Лариса задумалась, совершенно не слушая его рассуждений, а потом спросила:

– Володь, ты думаешь, что Ефимов мог убить девушку? Кишка у него тонка, он же трус до мозга костей.

– Судя по снимкам, ты заблуждалась на этот счет, – с сарказмом заметил Владимир.

– Что ты имеешь в виду? При чем здесь фотографии?

– Это я так, рассуждаю вслух, – постарался успокоить девушку детектив. – А кроме снимков в конверте ничего больше не было? – перевел он разговор в другое русло.

– Нет, больше ничего, – пожала Лариса плечами.

– Значит, будут звонить, – задумчиво проговорил детектив. Потом задал Ларисе вопрос: – А откуда был курьер?

– Не знаю, я не спросила, – растерялась Лариса.

– Вот голова садовая. Об этом надо было подумать в первую очередь. Ты говорила, что расписалась в квитанции. Может, название организации видела?

– Ничего я не видела. Хотя погоди, на бланке большими буквами значилось: «Доставка корреспонденции в любое время суток и лично в руки». Или что-то в этом роде. Не помню я, Володь, – сморщила Лариса носик. Мужчина осуждающе покачал головой, и девушка тут же ощетинилась. – Только не вздумай говорить, что я страдаю склерозом. Просто я растерялась, когда увидела курьера на пороге. Я открыла сразу, не заглянув в глазок, думала, что это Александр. Увидела незнакомого человека и страшно испугалась. Когда он протянул мне сверток, меня вообще чуть кондрашка не хватила, подумала, что там бомба… Не до названия было.

Лариса хотела сказать что-то еще, но зазвонил телефон, и ей пришлось взять трубку.

– Лариса, почему вот уже три дня мне не звонит Сережа? – не поздоровавшись, прямо с места в карьер затараторила женщина на другом конце провода.

– Здравствуйте, Елена Павловна. Сергей в командировке, – сдержанно ответила Лариса и поджала губы.

Это звонила ее свекровь, с которой у Ларисы не сложились отношения. Когда свекровь попыталась после свадьбы своего сына и Ларисы взять бразды правления в свои руки, молодая жена быстро поставила ее на место. Попросту ненавязчиво указала свекрови на дверь, чем очень обозлила мамочку мужа.

– В своем монастыре я буду устанавливать только свои правила и прошу мне не указывать, как я должна ухаживать за мужем. С этим мы разберемся без вашей помощи. Вам я всегда буду рада как гостье. Причем желательно на непродолжительное время, – отбрила тогда Елену Павловну невестка.

Свекровь выскочила за порог, как ошпаренная, и с тех пор повела с Ларисой войну не на жизнь, а на смерть. Она нашептывала сыну разные гадости о его жене, при этом не забывая напомнить, что жен может быть много, а мать у него одна.

– Почему он мне не сообщил, что уезжает в командировку? – с раздражением поинтересовалась женщина.

– Об этом спросите у него.

– Ты его жена и могла бы напомнить мальчику, что у него есть мать, которая волнуется за него. Хотя чего можно ожидать от такой жены, как ты? Как только он приедет, пусть немедленно мне позвонит. Его что, не волнует мое здоровье? Или он настолько попал под твое влияние, что стал таким же грубым и циничным? Я не для того воспитывала своего сына и потратила на это свои лучшие годы, чтобы сейчас чувствовать себя одинокой и забытой.

– Хорошо, Елена Павловна, я все ему передам, – еле сдерживаясь, процедила сквозь зубы Лариса.

– Не нужно на меня шипеть, я на расстоянии чувствую, как с твоего языка капает чистый яд, – съязвила женщина и тут же продолжила, не дав Ларисе вставить ни слова: – Скажи моему сыну, что у меня разыгрался артрит и мне срочно нужно на курорт. Только пусть не вздумает опять взять путевку на эти ужасные острова. Я хочу в этом году отдохнуть в Израиле на Мертвом море. Говорят, там потрясающие лечебницы, а водоросли Мертвого моря изумительно омолаживают организм. Ты все поняла, Лариса?

– Да, Елена Павловна, я все поняла и все передам Сергею. – Девушке ужасно хотелось добавить: «Пошла к черту, старая ведьма».

Но Лариса сдержалась, вспомнив о том, что старость нужно уважать. Елена Павловна родила Сергея в тридцать пять лет, значит, сейчас ей было уже шестьдесят пять. В свои годы она была на удивление энергичной и требовательной. Как она любила напоминать своему сыну: «Долг платежом красен. Я родила и воспитала тебя, дала образование, обувала, одевала. Теперь будь любезен уделять матери внимания столько же, сколько получил от меня сам».

О деньгах речи она не заводила, но постоянно напоминала сыну, что продукты в холодильнике подходят к концу. Или что у нее разыгрался артрит, которого, кстати, не было и в помине, и что ей непременно пора на заслуженный отдых. Она никогда в жизни не поедет, например, в подмосковный санаторий. Ей подавай заграничный курорт, и желательно пятизвездочный отель. Как будто ненароком, свекровь заводит разговор о новой шубе ее приятельницы Нины Николаевны. При этом обязательно упомянет о замечательном сыне подруги, который так внимателен к своей матери. Ну и все в том же духе.

– Кстати, когда Сергей возвращается? – спросила невестку Елена Павловна.

– Дня через два должен приехать.

– Если появится раньше, обязательно передай то, о чем я просила. Я буду ждать его звонка.

– Хорошо, – уже теряя терпение, бросила Лариса и добавила: – Елена Павловна, мне пора уходить, извините, не могу больше с вами разговаривать.

– Интересно, куда это ты торопишься? Муж за порог, а ты, значит, не теряешься?

– До свидания, Елена Павловна, – резко сказала Лариса и положила трубку. – Вот ведьма, – прошептала Лариса и уже громче добавила: – Моя свекровь обладает непревзойденным талантом испортить мне настроение. В этом она ас высшего пилотажа, чтоб ее… – договаривать девушка не стала, а сразу же перешла к делу. – Володь, на чем мы остановились? Что могут означать эти снимки, и кто их мог прислать?

– Я уже тебе ответил: шантажист, – пожал мужчина плечами.

– И что же он хочет от Ефимова?

– Что может хотеть человек, который идет на шантаж? Денег, конечно, это же ясно, как дважды два.

– Значит, они действительно опасны для Сергея?

– Похоже на то.

– Здорово, – злорадно прошептала Лариса и щелкнула языком.

– Ох, какая ты, оказывается, кровожадная, – засмеялась Наташа.

– Станешь кровожадной, когда из-за него столько всего свалилось на мою ни в чем не повинную голову, – парировала Лариса. – Только бы сегодня все прошло без сучка и задоринки. Тогда он явится домой, а здесь «я сижу». Вот тогда оттянусь по полной программе.

– Не загадывай раньше времени, будет вечер – будет пища, – охладил Ларису строгим голосом Владимир. – Не забывай, дорогуша, что понесешь ты сегодня бандитам не деньги, а бумажки. Думаю, что они тоже не лаптем щи хлебают и вряд ли попадутся.

– Хочешь сказать, что наша операция заранее обречена на провал? Зачем же мы тогда вообще туда поедем? – удивленно спросила Лариса.

– Затем, – неопределенно бросил детектив и сразу же посоветовал подругам: – Идите и доделывайте эти фантики. Вы вроде говорили, что там немного не хватает. А я отъеду ненадолго.

– Куда это ты?

– На кудыкину гору. Не нужно проявлять любопытство там, где не нужно. Знаешь поговорку про Варвару и ее любопытный нос, который оторвали?

– Знаю, знаю, иди, – махнула Лариса рукой и сморщила носик. – Володя, а я тебе говорила, что за мной следят?

Детектив резко остановился и уставился на Ларису.

– Откуда ты знаешь? – спросил он.

– От верблюда, – девушка скорчила гримасу. – Я же не слепая и не дурочка, как думают некоторые. Я даже проверила, не ошибаюсь ли.

– Каким, интересно, образом? – недоверчиво поинтересовался мужчина.

– Самым элементарным. Мы с Наташей в магазин ходили, и я проследила, пойдет ли этот тип за нами. Так вот, он тоже приперся в магазин, и с испугу, что его засекли, купил женские прокладки. – И Лариса заливисто расхохоталась.

– Чего ты веселишься? Тебя пасут, а ты хохочешь?

– А что, плакать, что ли? Они мне пока ничего плохого не сделали. Сидят в машине то в одной, то в другой и пялятся на мои окна. А нас здесь то травят, то душат, – продолжала веселиться девушка. – Ладно, иди по своим делам, наверняка неотложным, а мы пока с Наташей делом займемся. Ты только не задерживайся. Бояться сейчас, правда, нечего с новым замком, но все равно мне как-то тревожно. Наверное, боюсь сегодняшнего вечера. Еще ты напугал, что бандиты сразу раскусят нашу «куклу». Прямо голова кругом.

– Не переживай, Ларис, бог не выдаст, свинья не съест, – подбодрил детектив девушку и пошел к двери.

Лариса, проводив Владимира и закрыв за ним дверь, вернулась к Наташе. Подруга сидела за столом и продолжала рассматривать фотографии.

– Ларис, а интересно, кто это такой предприимчивый? Смотри, собрал на твоего Ефимова компромат, любо-дорого посмотреть. Это же какое нужно терпение, чтобы так скрупулезно следить за человеком?

– Хочешь жить, умей зарабатывать, – пожала Лариса плечами. – Шантажиста ноги кормят, как и волка. Пойдем, Наташ, нужно работать, времени осталось – кот наплакал. Я уже нервничаю. Боюсь, вырезать купюры не смогу, руки дрожат, как с перепоя.

– Боишься?

– А ты как думаешь?

– Я бы на твоем месте вообще описалась от страха, – поежилась Наташа.

– Мое состояние еще хуже, по-моему, сейчас прохватит. Пойдем сначала выпьем крепкого чая, а потом примемся за дело, – засмеялась Лариса нервным смехом и потащила подругу на кухню.

Девушки уселись за стол перед дымящимися чашками чая. Глядя на поднимающийся от них пар, Лариса проговорила:

– Слушай, Наташ, я вот о чем думаю. Мне почему-то кажется, что за всем, что сейчас происходит, стоит Ефимов.

– Как это, Ефимов? Ведь его самого похитили, – удивилась Наташа.

– Хоть убей меня, но я думаю, что это похищение – блеф чистой воды.

– Постой, постой, подруга. Что-то ты не то говоришь. Сама посуди, если они запросили такую сумму выкупа, то Сергей должен был знать, что у тебя ее нет и быть не может. Значит, ты должна будешь просить доллары у отца. Однако тебя предупредили, что как раз отец и не должен об этом знать. Иначе ему будет плохо. Тебе не кажется, что ты мыслишь не в ту сторону? И потом, сама посуди, зачем Ефимову нужна твоя смерть? Да и вымогателям не резон покушаться на твою жизнь. Им деньги нужны, а с покойника их не получишь.

– Если так рассуждать, то я действительно не права. Но в моей голове крутится какая-то мысль, и я никак не могу ее поймать. Что-то про Сергея, но вот что, не могу вспомнить. То ли телефонный разговор, который я случайно услышала, то ли оброненные слова, которым я не придала тогда значения. То ли вообще видела все это во сне. Убей меня, не могу вспомнить, и это меня мучает, и я злюсь. Не понимаю я ничего, Наташ. Кто, за что и почему? В голове «кошмар на улице Вязов».

– Хватит тебе, Ларис, в тебе на нервной почве пробудился детектив.

– Может, ты и права, – вздохнула Лариса. – Ладно, пошли делом заниматься. Ломай, не ломай голову, все равно все прояснится только сегодня вечером.

Девушки прошли в кабинет. Наташа устроилась у компьютера, а Лариса села напротив нее на стул и взяла в руки ножницы.

– Нужно эту мебель выкинуть. Смотри, что наделали? Все порезали и распотрошили. Между прочим, ее мне отец покупал, настоящая кожа.

– А что они так усердно искали, Ларис?

– Откуда же я знаю? Может, Ефимов какой клад закопал? А если серьезно, мне кажется, дискету, которую я ухитрилась потерять.

– Ты постаралась бы вспомнить, куда ее подевала.

– А я что, не старалась? Все мозги наизнанку вывернула, только толку от этого ноль целых минус десятых. Представляешь, Наташ, видно, дискета дорогого стоит, раз так скрупулезно ее ищут.

– А ты сама-то пробовала ее поискать? Мало ли, может, лежит спокойненько дома, да еще на видном месте?

– Если честно, то нет, не искала. Не было у меня для этого времени. Нужно будет сделать уборку, заглянуть во все щели. Я ведь в тот вечер совсем никакая домой приперлась, так напилась, аж вспоминать стыдно. Может, выронила этот конверт, а сама не заметила.

– Вот и нужно хорошенько везде посмотреть.

– Ты правильно говоришь. Но ведь журнал, в котором он лежал, – на месте, а самого конверта нет!

– Давай прямо сейчас и поищем, – оживилась Наталья.

– Сейчас нужно доделать то, что не доделано, а уж потом за поиски приниматься. Давай, Наташа, оставим пока эту затею. Сегодня вечером все определится, тогда и будем искать дискету. То, что ее нужно найти, это бесспорно.

Девушки занялись делом и даже не заметили, как пролетело два часа. Приехал Владимир и прямо с порога попросил кофе и бутербродов. Лариса спросила его, где он был, но мужчина ответил достаточно неопределенно:

– Ездил по делам. Вечером все узнаешь, а сейчас подождем назначенного времени.

Лариса металась по квартире, переставляя с места на место фигурки и другие предметы.

– Лар, что ты мечешься, как тигр в клетке? – пыталась успокоить подругу Наташа.

– Я бы посмотрела на тебя, дорогая, если бы тебе предстояло то, что мне предстоит. Внутри у меня все дрожит, я вся как в лихорадке, не знаю, чем руки занять и что делать. Нет, вру, я знаю, что нужно делать, – вдруг остановилась девушка. Ее глаза были полны решимости.

– Что? – хором вскричали Наташа с детективом, с любопытством уставившись на Ларису.

Лариса, не ответив, опрометью бросилась в гостиную. Владимир и Наташа переглянулись. Наташа было хотела последовать за подругой, но детектив остановил ее жестом руки.

– Не надо, Наташ, пусть делает, что хочет. Посмотрим, что из этого получится.

– У нее может получиться только через одно место, – проворчала девушка, но мужчине подчинилась.

Владимир спокойно уселся за стол.

– Мне, наконец, дадут в этом доме кофе? – строго спросил он.

– Ой, совсем про это забыли, – засуетилась Наташа. – Подожди несколько минут, и кофе будет готов. Если тебя не затруднит, бутерброды сооруди сам. Там в холодильнике есть все для этого: и колбаса, и ветчина, и сыр, и еще что-то, я уже не помню.

Пятнадцать минут спустя, когда Наташа с Владимиром мирно потягивали дымящийся кофе, в кухню ввалилась Лариса. На ее губах блуждала блаженная улыбка, а рука сжимала горлышко наполовину пустой бутылки коньяка.

– Привет честной компании. А что это вы без меня кофе пьете?

– Я почему-то так и предполагал, – хохотнул Владимир, глядя на ее раскрасневшееся лицо.

– Елки-палки, Ларка, ты что, напилась? – в ужасе прошептала Наташа, увидев ополовиненную бутылку.

– Не напилась, а подняла настроение, – вызывающе вздернув нос, проговорила Лариса.

Владимир обхватил голову руками. Наташа не на шутку встревожилась.

– Володь, с тобой все в порядке? – пытаясь заглянуть ему в глаза, спросила она.

В ответ плечи мужчины затряслись, он поднял голову, и девушки увидели на его глазах слезы, выступившие от хохота. Между тем Лариса продефилировала нетвердой походкой к столу и плюхнулась на стул.

– Что смешного ты на мне разглядел? – вызывающе бросила Лариса на хохотавшего детектива и, опрокинув бутылку, сделала еще глоток.

– Нет-нет, Лариса, ничего, – поднял Владимир руки. – Просто я вспомнил вечер, когда познакомился с тобой.

– Ну и что же там было смешного, что тебя так развеселило? – прищурилась девушка.

– Ты накачалась коктейлем, как извозчик. В точности, как сейчас.

Лариса посмотрела на бутылку и поболтала ее содержимым перед носом мужчины.

– Это коньяк «Хеннесси». Между прочим, очень дорогой, а не какой-то там коктейль «Тихая пристань».

Зазвонил мобильный телефон, и обитатели квартиры замерли, словно по команде.

– Что это вы застыли? Не боись, я с вами, все будет о'кей, – и девушка, схватив трубку, промурлыкала:

– Хеллоу, вас внимательно слушают.

– Вы прочли инструкцию?

– Ну прочла, и что дальше?

– Дальше делайте то, что там написано.

– Вы обманули меня, и я не дам вам ни копейки, – хихикнула Лариса.

– Что за вздор вы там несете? Когда вас обманывали?

– А почему мне не звонил муж, как вы обещали? Может, вы его уже того, отправили куда-нибудь по почте в разные концы нашей матушки-земли, а я вам четверть лимона, да еще на блюдечке с голубой каемочкой? Нет, мои дорогие, так дело не пойдет, не на ту напали. Я денег не отдам до тех пор, пока не буду уверена, что Ефимов жив и по возможности здоров.

– Не волнуйтесь, жив ваш супруг, и вы скоро в этом убедитесь, слово джентльмена.

– Ха, это кто называет себя джентльменом, неужели вы, любитель легких денежек?

– Хватит, Лариса Петровна, это уже не смешно. Делайте, что вам было сказано, и не ищите на свою голову неприятностей.

– Одной больше, одной меньше, какая разница? – хмыкнула Лариса. – Короче, «джентльмен удачи», теперь слушай, что я скажу. Если в течение часа мой муж мне не позвонит, и я не удостоверюсь, что он жив, я звоню в милицию.

В трубке на некоторое время воцарилась тишина. Потом Лариса вдруг услышала голос Сергея. Правда, он был какой-то странный, но то, что его, это бесспорно.

– Ларочка, сделай, что тебе говорят. Я жив и здоров.

– Лариса Петровна, вы хорошо все слышали? – тут же подключился другой голос.

– Нормально. Ладно, черт с вами, в одиннадцать я буду на месте, ждите, чао. – И девушка швырнула трубку на стол.

– Ну, Ларка, ты даешь, – восхищенно прошептала Наталья. – Я бы не смогла так разговаривать с бандитами.

– Бандиты такие же люди. Только они видят смысл жизни совсем не в том, в чем мы, нормальные люди, – махнула рукой Лариса и снова приложилась к бутылке.

– Ты, оказывается, еще и философствовать умеешь? – улыбнулся Владимир.

– Я много чего умею, хочешь убедиться? – и Лариса вызывающе посмотрела на детектива. Потом, глянув на часы, она улыбнулась. – Время еще есть, детектив, не робей, пока предлагаю.

– Хватит тебе, Ларка, человека в краску вгонять. Посмотри, совсем засмущался, – засмеялась Наташа.

– Я как-нибудь сам за себя могу ответить, мне адвокаты ни к чему, – окрысился Владимир.

– Ого, мы еще и острые зубки имеем? – захохотала Лариса. – Ладно, не обижайся, это я на нервной почве нагличаю. Что-то не пойму, совсем спиртное не берет, раньше от такой дозы я бы уже под столом валялась, а сейчас хоть бы хны. Так, чуть-чуть в голове зашумело и все. Зато смелость и наглость так и прет наружу. Как думаешь, это хорошо или плохо?

– Думаю, сейчас это как раз хорошо. Не так будешь нервничать и бояться, – спокойно ответил Владимир.

– Вот и отлично, – махнула Лариса головой и отпила из бутылки еще пару глотков.

Глава 23

Когда часы показали половину десятого вечера, Владимир начал заметно нервничать. Несколько раз он с кем-то соединялся по своему мобильнику и при этом выходил в другую комнату. Наташа тоже прыгала с места на место и не могла успокоиться. Только Лариса вела себя вызывающе спокойно и смотрела на всех и на все. Владимир, разложив на столе карту города, нашел местоположение тех самых Тупиковых переулков. Прикинув расстояние, он понял, что от дома Ларисы до нужного места вполне можно добраться на машине за двадцать минут. А вот если пользоваться городским транспортом, то на дорогу уйдет не меньше часа. Наташа, прервав спринтерский бег по комнатам, вдруг замерла перед веселой Ларисой.

– Слушай, подруга, а как же ты в таком состоянии поведешь машину?

– Легко, – усмехнулась девушка и закинула ногу на ногу.

– Нет, моя дорогая, так дело не пойдет. Нужно что-то придумать, иначе первый же фонарный столб будет твоей парковкой. Володя, что делать?

– Ничего не нужно делать, поедет на метро, – спокойно ответил мужчина.

– С такой прорвой зеленых? – вытаращила глаза Наташа.

– Я ее подстрахую, буду все время рядом, не переживай. И потом, ты что, забыла, что они фальшивые? – улыбнулся детектив.

– А как же я?

– А ты поедешь по нужному адресу на своей машине и будешь ждать там. Вот посмотри, – Владимир показал на карту. – Вот здесь от перекрестка идет переулок. Поставишь машину там и останешься в ней сидеть. Двадцати минут вполне достаточно, чтобы до него добраться. Выедешь с запасом времени и будешь наблюдать за Ларисой со стороны.

– А ты?

– Обо мне не волнуйся, я буду рядом, но постараюсь, чтобы этого никто не заметил.

– Ни в какое метро я не полезу, – вклинилась в разговор Лариса. – Я уже забыла, когда в последний раз вообще там ездила. Кажется, еще когда училась в школе. Поймаю машину и дело с концом. Что проблему создавать? А еще лучше – на своей поеду, не такая уж я пьяная, чтобы не управиться с рулем.

– Или ты будешь делать то, что я говорю, или я сейчас же ухожу, – рявкнул Владимир и глянул на Ларису так, что она сразу же стала вроде меньше ростом.

– Ладно, ладно, не кричи на меня. В метро, значит в метро, – забубнила девушка и, встав со стула, открыла холодильник. – Чего бы такого выпить холодненького? Эх, жалко нет апельсинового сока, сейчас самое время было бы отравиться. Лежишь себе спокойненько, ни о чем не думаешь, и все проблемы тебе по фигу. Чем не кайф? – хихикнула Лариса.

– Хватит пороть ерунду, чего тоску наводишь? – возмутилась Наташа.

– Девушки, минуточку внимания. Давайте, берите сумку и укладывайте в нее свои зеленые фантики. Я возьму ее и выйду чуть раньше, а ты, Лариса, наполни чем-нибудь другую сумку, – перебил девушек Владимир.

– Но ведь это совсем другая, непохожая сумка, – удивилась Лариса.

– Какая разница? Черная и ладно, в темноте все равно не видно, та или не та.

– А как же ты мне передашь ту, что с долларами?

– Об этом не думай, я все сделаю, как нужно.

– Ладно, полагаемся на тебя, будем надеяться – ты знаешь, что делаешь, – пожала плечами девушка и, схватив черную сумку, направилась в кабинет.

– Володя, как думаешь, у нас все получится? Я так переживаю, что прямо чесаться начала, – заныла Наташа. – Мне очень страшно, я про такие ситуации только в детективах читала. Никогда в жизни не думала, что окажусь участницей подобной истории наяву.

– Не нервничай, все должно получиться, лишь бы Лариса, эта не совсем трезвая кукла, какой-нибудь фортель не выкинула. С одной стороны, хорошо, что она сейчас не до конца соображает, на что идет, а с другой – пьяному море по колено, сама знаешь.

– Да, это ты верно заметил, про фортель. Ларка, когда пьяная, такое может отмочить, просто караул.

– В этом я недавно убедился лично, – засмеялся детектив.

– Будем надеяться, что бог не выдаст, свинья не съест, как ты недавно сказал, – вздохнула Наталья.

– Будем надеяться, – эхом повторил Владимир.

Лариса вышла из кабинета с двумя сумками. В одну были аккуратно сложены фальшивые доллары, а другая была забита простой бумагой.

– На, держи, – протянула она Владимиру сумку с долларами.

Сыщик взял сумку и заглянул внутрь.

– Здесь все полностью? – спросил он.

– Десяти тысяч, кажется, не хватает. Я их пересчитывать просто замучилась. А может, и хватает. Володь, да какая разница?

Владимир изучающе посмотрел на Ларису и пробубнил:

– Выйдешь из дома через тридцать минут после меня и сразу направишься к метро. Вот здесь обозначено, до какой станции тебе нужно ехать и как пройти к тому переулку. Только умоляю, ничего не перепутай.

– Почему это я должна что-то перепутать, что я, неграмотная, что ли? – фыркнула Лариса и выхватила листок из рук детектива.

Владимир запихнул пакет с долларами в большую спортивную сумку и направился к входной двери.

– Все, девушки, я пошел, – бросил на ходу и уже у самой двери продолжил: – Наташа, ты все поняла? Как только уйдет Лариса, через полчаса выезжай и ты на своей машине. Бензином я ее заправил, когда от ресторана сюда перегонял, так что бак полон.

Владимир ободряюще посмотрел на девушек, пожелал им удачи и ушел. Лариса немного постояла, разглядывая адрес, написанный на листочке, и пошла на кухню. Она взяла недопитую бутылку коньяка и решительно вылила жидкость в рюмку.

– Ларка, сию минуту прекрати, ты же на ногах стоять не будешь. Ведь не на пикник едем. На серьезное дело идем, – возмутилась Наташа.

– Вот по этому поводу я сейчас и вмажу сто граммов, – нервно захихикала Лариса.

Когда она наливала коньяк в рюмку, Наташа заметила, как у подруги дрожат руки.

– Ларис, ты очень боишься?

– Боись не боись, от судьбы не уйдешь, – усмехнулась Лариса и опрокинула содержимое рюмки в рот.

– Бойся, не бойся, – по инерции поправила подругу Наташа.

– Какая разница, боись, бойся? Суть-то от этого не меняется, и бояться от этого не перестаешь. А вот когда в голове шумит, тогда и страх не такой уж страшный, – и Лариса отправила в рот еще одну рюмку.

– Ладно, подружка, пора уже. Пожелай мне ни пуха ни пера, и я отчаливаю.

Наташа молча наблюдала за Ларисой. А подруга подошла к зеркалу и намалевала губы ядовито-красной помадой. Потом подхватила сумку, набитую бумагой, и, не оглядываясь, вывалилась за дверь. Наташа устремила взгляд на часы и села в кресло, пристально наблюдая за минутной стрелкой. Уже через пять минут ей показалось, что время просто-напросто остановилось. Она даже подошла к часам и послушала, ходят ли они. Потом, не успокоившись, взяла телефонную трубку и набрала цифру «сто», чтобы узнать точное время. Твердый голос автоответчика заверил ее в том, что время еще есть, и Наталья опять уселась в кресло.

Тем временем Лариса нетвердой походкой пересекла двор и вышла на проезжую часть. Не спеша, стремясь не привлекать к себе внимания, она двинулась к метро. Спокойно Лариса спустилась в подземку и остановилась возле турникетов. Она видела, что люди, прежде чем пройти, суют в щель турникета какие-то карточки. Осмотревшись, девушка сообразила, что такую карточку можно купить в кассе, и направилась туда. За нерешительной девушкой пристально наблюдал дежурный милиционер. Лариса купила карточку и, засунув ее в щель, хотела было пройти, но… прямо перед ней проход закрылся. Лариса в недоумении уставилась на преграду.

– Эй, тут у вас что-то сломалось, я карточку в щелку сунула, а он не пускает, – обратилась Лариса к женщине, сидевшей в будке.

– Карточку-то вынь, тогда и пропустит, – заулыбалась тетка.

– Так бы сразу и сказали, – проворчала Лара и вытащила карточку.

Когда она наконец прошла турникет, к ней тут же подошел милиционер и взял под козырек.

– Добрый вечер, гражданочка, старший лейтенант Гвоздикин.

– Очень приятно, господин Гвоздикин, а я Ефимова. И что дальше? – вызывающе отрапортовала Лариса, тоже приложив руку ко лбу.

– Вы не москвичка? – задал вопрос лейтенант.

– С чего это вы взяли? Родилась, выросла и живу в Москве, – удивилась Лариса, а потом, лукаво глянув на молодого парня, спросила: – Это что, у вас такая манера знакомиться с хорошенькими девушками? Только вынуждена вас огорчить, молодой человек, – добавила она, – я замужняя женщина. И вообще, люди в форме меня не очень привлекают.

Лейтенант покраснел, как рак, и возмущенно проговорил:

– Что вы себе позволяете, гражданочка? Я при исполнении, попрошу ваши документы.

– Нет проблем, – фыркнула Лариса и полезла в сумочку за паспортом. Про себя она подумала: «Хорошо, что Владимир посоветовал положить документы в сумку, прямо как в воду глядел».

– А в большой сумке у вас что? – продолжая проявлять бдительность, поинтересовался Гвоздикин.

– Четверть миллиона фальшивых долларов, – пожала Лариса плечами и увидела обалдевший взгляд стража порядка. – Успокойтесь, я шучу, – засмеялась девушка и раскрыла пакет.

– Смотрите, простая бумага для компьютера.

Лейтенант тем временем изучал паспорт девушки.

– Что-то не очень похоже, – прищурился он.

– Я совсем недавно поменяла имидж, – Лариса покрутилась перед милиционером и промурлыкала: – Здорово, правда?

– Что поменяли? – не понял парень.

– Имидж. Неужели не понятно? Волосы покрасила, прическу поменяла. У вас что же, жена никогда волосы не красила?

– Нет у меня никакой жены, – пробурчал Гвоздикин и вернул Ларисе паспорт. – В нетрезвом состоянии, между прочим, в метро не положено пускать. Будьте внимательны, сумочку крепче держите, всяких людей хватает. Я смотрю, вы давно в метро не ездили, видел, как вы у турникета застряли, поэтому и остановил.

– Да, вы угадали, в метро я давно не ездила. Просто машина моя сломалась, да и выпила я немного, а провожатых, как нарочно, не нашлось, – улыбнулась Лариса самой лучезарной улыбкой, на какую только была способна.

– Всего доброго, – опять вскинул руку к фуражке Гвоздикин и наконец улыбнулся.

– Спасибо, – приветливо помахала ему рукой Лариса и пошла к эскалатору.

Она вытащила листок с обозначением станции, до которой нужно ехать, и, потеряв равновесие, чуть не полетела кубарем. Удержала ее от падения фигура огромного дядьки, стоявшего впереди. Лариса врезалась в его широкую спину и при этом больно наступила ему на пятку.

– Осторожней, девушка, смотрите под ноги, – пробурчал мужчина.

Тем временем эскалатор привез Ларису вниз. Пролепетав слова извинения, она опрометью бросилась к стоявшему на платформе поезду.

Влетев в вагон, Лариса осмотрелась. Народу было не так много, и Лариса смогла даже пристроиться на сиденье. И тут внезапно она услышала шепот:

– Идиотка, ты едешь в другую сторону.

Лариса недоуменно посмотрела на бородатого мужика, примостившегося рядом с ней, и уже хотела было открыть рот, чтобы достойно ответить, как почувствовала, что ее руку крепко сжали.

– На остановке выходи, – процедил мужик и встал.

Лариса опустила глаза и увидела знакомые ботинки. Ошибки быть не могло, такую обувь трудно перепутать, ботинки были из натуральной крокодиловой кожи. Прыснув от смеха, Лариса зажала рот рукой. Шикарную обувь дополняли потертые джинсы и вытянутый во все стороны бесформенный свитер. Лариса вскочила вслед за бородатым и встала у другой двери. Когда они вышли на остановке, бородатый перешел на противоположную платформу и встал, ожидая поезда. Лариса последовала за ним и остановилась чуть поодаль. Девушка краем глаза наблюдала за мужчиной и еле сдерживала смех. Подошел поезд, и они вошли в вагон. Владимир сел на освободившееся рядом с Ларисой место. Через некоторое время Лариса услышала его шепот:

– На следующей остановке выходим, поднимайся только после меня, – прикрываясь журналом и склонившись к ее уху, шепнул Владимир.

Мужчина встал, и Лариса заметила, что вместо своей сумки он взял ее.

«Так, значит, операция начинается, – подумала девушка. – Замечательно, обмен сумками уже произошел. Что же дальше-то будет?»

– А-а-а, что будет, то и будет, – проворчала девушка и махнула рукой, чем обратила на себя внимание пассажиров.

Две девчушки, сидевшие напротив, захихикали в кулачки, а представительный дедулечка посмотрел на Ларису поверх газеты. Лара развела руками и, пожав плечами, сказала:

– Привычка такая вслух разговаривать, врачи говорят – неизлечимо.

Лариса почувствовала, что ее от качки в поезде начало развозить. В голове у нее шумело, глаза слипались, и ей ужасно захотелось спать. Но тут она встретилась с взглядом бородача.

– Тшшш, – Лариса приложила палец к губам. – Все о'кей, я как стеклышко, – «прошептала» она на весь вагон.

Владимир нервно забарабанил пальцами по стеклу двери. Лариса было встала и тут же плюхнулась обратно на сиденье – вагон в это время сильно качнуло.

– Как на палубе, елки-палки, – проворчала девушка и снова попыталась встать.

Но вагон качнулся еще сильнее, и Лариса полетела в другой его конец, где обрушилась на колени стокилограммовой тетке. Матрона в это время с аппетитом уплетала мороженое. Естественно, «приземляясь», Лариса припечатала всю упаковку мороженого к необъятному лицу дамы. Липкая жидкость тут же стала стекать на ее тройной подбородок. От неожиданности дама сначала, подавившись, вытаращила глаза, но, поняв, что произошло, что ее туалет безвозвратно испорчен, заорала благим матом.

– Ой, ой, хулиганка. Люди добрые, вы только посмотрите на эту пьяную шалаву, от нее разит, как от винной бочки. Милиция, привлечь к ответу за испорченную вещь. Вставай, чего расселась? – с силой спихнув с себя Ларису, надрывалась матрона.

Лариса хотела было извиниться, но тут услышала про пьяную шалаву, и внутри у нее проснулся нахальный бунтарь. Презрительно прищурившись, она прошипела ей на ухо:

– Ну ты, откормленная свиноматка, еще слово и мои дружки – они едут в соседнем вагоне, пустят тебя на бекон в нарезку, как только выйдешь из метро.

Дама захлебнулась собственной слюной и, звучно сглотнув, испуганно посмотрела на Ларису. В это время вагон остановился, и Лариса, удивляясь собственной наглости, щелкнула по носу застывшую даму, подхватила сумку и выскочила на платформу. Спотыкаясь, она понеслась за бородачом и, когда уже почти догнала его, вдруг поняла, что это совсем не Владимир. Лариса волчком завертелась на месте, пытаясь найти знакомую фигуру, но детектива будто корова языком слизала. Девушка нервно вытащила листок со схемой места встречи.

– Так, выход в город вверх по эскалатору, – пробормотала она. – На улице направо, еще раз направо до упора, а потом налево. Черт побери, не могли более подходящего места выбрать, петляй здесь слева направо и наоборот…

Лариса направилась в указанном направлении и через пятнадцать минут была на месте. Она увидела светофор издали и замедлила шаг. Улица была довольно безлюдной, и светофор здесь стоял лишь потому, что недалеко располагалась школа. На переходе стоял указатель: «Осторожно, дети!»

– Мама родная, здесь запросто прихлопнут, я и охнуть не успею, – проворчала Лариса и огляделась по сторонам, надеясь увидеть спортивную фигуру Владимира.

По дороге проехали две машины, и она невольно отступила в тень дома. Затем снова воцарилась тишина.

– Надо же, тихо, прямо как на кладбище, – бурчала себе под нос Лариса. Она окинула взглядом дом и отметила, что он был совсем старый. – Сталинский, наверное. Сидят себе люди за этими окошками, телевизор смотрят, чаек попивают и никому нет дела до какой-то там Ларисы, которая возле их дома трясется от страха, как осиновый листок.

В это время, словно джинн из бутылки, откуда-то выскочил мотоциклист. Проносясь мимо перепуганной Ларисы, он выхватил у нее сумку, чуть не оторвав вместе с рукой. Мгновение ошеломленная девушка приходила в себя, а когда сообразила, что случилось, с криками устремилась за мотоциклом.

– Ах ты ублюдок, а ну стой, подлец, – на бегу орала она. – Все равно не уйдешь, за тобой следят, скотина.

Лариса летела, словно ракета, ничего не видя вокруг, кроме удалявшегося на бешеной скорости мотоцикла.

«Вот дурак, чтоб тебе икалось трое суток без остановки. Сколько пыхтели, чтобы раздобыть эти бумажки. И вот почти двое суток труда – коту под хвост», – думала Лариса, демонстрируя рекордные показатели в беге, которым удивился бы даже опытный спринтер.

Мотоцикл завернул в какой-то переулок, и Лариса, чуть не сбив угол дома, влетела туда вслед за ним. Больно ударившись плечом и оцарапав руку, она поняла, что ее усилия бесполезны – его не догнать. Девушка остановилась и пробовала отдышаться. И вдруг в ее руке зазвонил мобильный телефон. Все еще тяжело дыша, Лариса пропыхтела в трубку:

– Алло, уф, слушаю.

– Вы на месте?

– Почти, – сморщилась девушка.

– Что значит почти? – последовал удивленный вопрос.

– Да пришлось участвовать в кроссе, меня ограбили, – совершенно спокойно объявила Лариса.

– Что же у вас украли?

– Сущую ерунду, четверть лимона зеленых. Ой, вы знаете, это ведь не меня ограбили, а вас, – засмеялась девушка.

– Вы что, опять пьяны?

– Ага, в дугу, – истерически захохотала Лариса.

Она наконец отдышалась и в тот же момент услышала рядом с собой визг тормозов. В следующее мгновение ее кто-то схватил и куда-то поволок. Она попробовала сопротивляться, но ее словно в тиски зажали сильные руки. На лицо легла ладонь, с силой зажимая ей рот. Лариса бесполезно болтала в воздухе ногами и, в надежде освободиться, вцепилась зубами в ладонь, закрывшую ей рот. В ответ она услышала грязную брань и почувствовала, что ее заталкивают в салон автомобиля. В ту же секунду машина сорвалась с места. В салоне автомобиля Ларису зажали с боков два мрачных амбала. Девушка не могла даже пальцем шевельнуть, ей было трудно дышать. Машина неслась на бешеной скорости, стражники узницы молча смотрели вперед.

– Куда вы меня везете? – немного придя в себя, спросила Лариса. И получила вполне вразумительный ответ:

– Заткнись, приедем – увидишь.

– Оригинальный ответ, – хмыкнула девушка и попробовала пошевелиться. – Нельзя ли немного подвинуться? Вы меня сейчас сплющите как камбалу и не довезете до места.

– Не велика потеря, – загоготал один из парней, но все же немного отодвинулся.

Лариса расправила плечи и попыталась разглядеть в окно, куда ее везут. Сидящий справа амбал хмуро глянул на девушку и сказал напарнику:

– Дай повязку.

Получив кусок черной тряпки, которую дружок вытащил из кармана, он, повернувшись к Ларисе, бросил:

– Прошу не дергаться, я завяжу тебе глаза.

– Я что, пила с вами на брудершафт, почему вы мне тыкаете? Или кувыркалась с вами в постели да забыла ненароком? – прищурившись, процедила сквозь зубы узница.

– Чего расшипелась, как кобра? Как хочу, так и обращаюсь. Давай свои зенки, милая, нечего ими в окно таращиться. Хотя эта предосторожность излишняя, все равно тебя придется кончать, да береженого бог бережет.

– Что значит кончать? – дернулась Лариса и вцепилась в рукав похитителя.

– Тихо, киска, успокойся, пошутил я, пошутил, – осклабился парень и добавил: – Что, жим-жим, задок-то? Ха, ха, ха.

– Хватит тебе, Колян, что на девку страх наводишь? – подал голос водитель.

Колян завязал Ларисе глаза, и все замолкли. Лариса напрягала все свои умственные возможности. В голове на полную мощность завертелись все винтики.

«Интересно, куда меня везут и что хотят со мной сделать? Видел ли Владимир, как меня запихивали в машину? Ведь я привезла деньги, хоть и фальшивые, но привезла же. Они-то пока не знают, что это простая бумага? Зачем я им понадобилась?»

Машина тем временем летела, не сбавляя скорости, и, судя по времени, Лариса поняла, что ее везут за город.

Глава 24

Автомобиль наконец остановился, и Ларису грубо выволокли из салона.

– Но-но, полегче, – взвизгнула девушка. – Тебя что, не научили с женщинами обращаться?

– Иди, перебирай граблями, да пошустрее, – подтолкнув Ларису в спину, проворчал парень.

– Фу, урод невоспитанный, – не сдержавшись, брякнула та, за что получила еще один увесистый тумак в спину.

«Ну погоди, доберусь я до тебя. Отольются кошке мышкины слезки», – подумала Лариса, но вслух произносить не стала. Ее втолкнули в какое-то помещение и повели вверх по ступенькам. «Хорошо, что не вниз в подземелье», – подумала Лариса.

– Может, повязку снимете уже? – обратилась она к сопровождавшему.

В ответ она ничего не услышала, но поняла, что ее ввели в комнату. Затем усадили на стул и стали привязывать к спинке ее руки.

– Пытать будете? – усмехнулась Лариса, но внутри вся от ужаса похолодела.

Ей не ответили. Она только услышала, как хлопнула дверь, затем наступила тишина. Девушка попыталась проверить, сможет ли освободить руки, но веревка только сильнее впилась в ее кожу. «Господи, больно-то как. Куда меня привезли? Чего от меня хотят? Хотя бы повязку сняли. Как слепые люди живут в кромешной темноте? От этого точно можно свихнуться», – думала Лариса, сморщившись от боли.

Прошло некоторое время. Ларисе становилось все хуже от духоты и неподвижного сидения. Она уже даже стала клевать носом, когда услышала, что открывается дверь.

– Снимите с нее повязку, – раздался возле уха девушки знакомый голос. Лариса не поверила собственным ушам.

К ней подошли и сдернули с глаз повязку. В первое мгновение яркий свет ослепил ее, и девушка зажмурилась. Понемногу привыкнув, она уже широко открыла глаза и, обведя взглядом комнату, наткнулась на так хорошо знакомую нахальную улыбку. В первое мгновение Лариса не хотела верить своим глазам, а уставилась на обладательницу улыбки, как на привидение.

– Ты? – только и смогла вымолвить она.

– Как видишь, дорогая, – ответила ей хозяйка улыбки.

– Я всегда знала, что ты сука, но не думала, что до такой степени, – прошипела Лариса. – Что ты хочешь от меня? Зачем меня сюда привезли? И вообще, что все это значит? – скороговоркой задавала Лариса вопрос за вопросом сидевшей напротив нее женщине.

– Как много вопросов, милочка, – усмехнулась Жанна, а это была именно она, и встала с кресла. Женщина кивнула парню, и амбал скрылся за дверью.

– Что тебе от меня нужно? – повторила свой вопрос Лариса.

– Мне нужны мои деньги, только и всего, – спокойно ответила Жанна и, гордо вскинув голову, посмотрела на Ларису ненавидящим взглядом.

– А я-то здесь при чем? Я твоих денег не брала, – удивилась Лариса.

– Нет, моя дорогая, ты хочешь отобрать у меня все, с таким трудом мною заработанное. Я десять лет ублажала твоего отца, стелилась перед ним, как последняя… – Жанна скривилась в брезгливой гримасе. – Улыбалась его компаньонам, этим пузатым противным хамам с маслеными глазками. Приходилось даже спать с некоторыми из них.

– Что? Ты хочешь сказать, что мой отец заставлял тебя спать со своими компаньонами? – недоверчиво спросила Лариса.

– Нет, он не заставлял. Я сама так решала, когда чувствовала, что может уплыть выгодная сделка. Все эти деньги с трудом заработала я, и они принадлежат мне по праву.

– Да на здоровье, – пожала Лариса плечами. – Кто у тебя отбирает-то их?

– Ты, моя ненаглядная «доченька», ты, – наклонившись к самому лицу девушки, зло проговорила Жанна. – Меня все не устраивает: квартира, машины, дача, барахло, – мне нужно все. Это все мое и только мое. Тебе понятно? Не твое, а мое. А ты хочешь все это забрать? – злобно шипела Жанна.

– Какие глупости ты говоришь, Жанна! Ничего я у тебя забирать не собираюсь. Откуда у тебя эти бредовые идеи?

– Твой папаша – идиот. Решил все переписать на тебя, когда узнал, что скоро отдаст концы. Какое он имеет на это право?

– Что ты сказала? Как это отдаст концы? – прошептала помертвевшими губами Лариса.

– Очень просто, – усмехнулась Жанна в ответ. – У него неизлечимая болезнь, он узнал об этом чуть больше полугода назад. Тогда врач определил, что жить твоему папаше остался всего год. Значит, сейчас этот срок сократился уже до пяти месяцев.

– Почему я ничего не знаю об этом? – сдавленно проговорила Лариса.

– А он никому и не говорил, даже мне. Я узнала это от врача из той клиники, где твой отец консультировался и проходил обследование. Врач счел своим долгом сказать жене правду о болезни мужа.

– И что же ты от меня-то хочешь?

– Чтобы тебя не было, дорогуша. Неужели непонятно? Чтобы… тебя… не… бы-ло, – с расстановкой проговорила мачеха.

– Так, значит, это все ты?

Жанна вальяжно развалилась в кресле, закинула ногу на ногу и закурила длинную сигарету.

– Ты обладаешь удивительной живучестью, – игнорируя вопрос, усмехнулась женщина. – Мне несколько раз приходилось менять с таким трудом придуманный план действий.

– Извини, что не оправдала твоих надежд. Я как-то не планировала отправиться на встречу со своими предками в таком цветущем возрасте, – пожала плечами Лариса.

– Теперь я решила взять инициативу в свои руки, а не поручать такое ответственное дело этим придуркам, – пропустив мимо ушей шпильку падчерицы, продолжала Жанна. – Не суметь задушить бабу, это же смешно! Да за такие деньги, какие я им плачу, целый гарем передушить можно. Интересно, как тебе удалось избежать отравления? Вроде я учла все мелочи. Апельсиновый сок ты пьешь ведрами, специально поставила отравленную пачку прямо перед твоим носом, другую же засунула поглубже в холодильник. В доме, кроме тебя, никого не было. Ефимов – в заточении. Расскажи, не томи душу. Как тебе удалось выжить? Ведь яд был очень сильный.

– Мой организм самостоятельно вырабатывает противоядие, – съехидничала Лариса и с усмешкой посмотрела на ненавистную Жанну.

Мачеха же, усмехнувшись, успокоила:

– Ничего, милочка, думаю, от этого противоядия у тебя не найдется, – и женщина вытащила из сумочки миниатюрный пистолетик.

– Это не из него ли ты пристрелила Кристину? – прищурилась Лариса.

– Нет, не из него. Тот был с глушителем. Эта идиотка вздумала меня шантажировать, грозила, что пойдет в милицию, несмотря на то, что достаточно получила денег. Пришлось ее убрать, сама виновата. Имела наглость позвонить мне ночью и наговорить кучу ерунды. И это после того, что я для нее делала? Скольких мужиков я ей подкинула, немало денег она из них выкачала. Кем вообще была, когда в Москву приехала? Кроме смазливой рожи ничего не имела. Кто ей помог устроиться? Кто помог квартиру купить? Ай, не хочу больше говорить об этой маленькой дряни. Терпеть не могу неблагодарных тварей, – Жанна махнула холеной ручкой.

– Значит, с Сергеем ты ее свела? – догадалась Лариса.

– Конечно. У меня был определенный план, и его осуществление началось именно с этого знакомства, – злорадно усмехнулась мачеха.

– А ты не боишься, что тебя заподозрят в этом убийстве? Кстати, именно тебя видели там рано утром, – с усмешкой напомнила Лариса.

– Если и видели, то красивую брюнетку в больших дымчатых очках, которые, кстати, очень хорошо меняют внешность. И бюст у той брюнетки был в два раза больше моего. И попа была внушительная – издали была видна. А перед тобой, как видишь, красавица блондинка с соответствующими пропорциями.

– Все предусмотрела?

– А как же? Вот только с тобой никак до сих пор не разделаюсь. Ну да ладно, теперь ты в моих руках. Кстати, в тот раз, когда я к тебе приезжала, тебя спасло только присутствие в квартире посторонних. Когда я прошла по гостиной, в зеркало случайно увидела, что на кухне сидит какая-то женщина. Правда, я не рассмотрела тогда, кто это был.

– Объясни мне, если с самого начала хотела меня убить, к чему тогда спектакль с похищением Сергея? – увела Лариса разговор в другое русло. Она не хотела заострять внимание на том, что на кухне была Наташа. Лариса вообще не хотела, чтобы во всей этой истории фигурировали имена ее друзей.

– Ха-ха-ха, интересно? – нагло засмеялась Жанна, глядя на Ларису ледяными глазами.

– Очень интересно, – продолжала узница, – от любопытства уже какую ночь не сплю. Давай уж выкладывай, все начистоту. Удовлетвори мое любопытство перед смертью, – ухмыльнулась Лариса. – И еще одна просьба. Развяжи мне руки, никуда я не денусь. Ведь твои амбалы сбежать мне не дадут. Так что не бойся.

– А я и не боюсь. Мне ли тебя бояться? Это ты должна трепетать и ползать здесь на коленях, моля о пощаде, – прошипела Жанна.

Лариса увидела в глазах мачехи странный блеск и с ужасом подумала: «Да она ненормальная или наркоманка». Вслух Лариса ничего не сказала, а только во все глаза смотрела на Жанну. Женщина заметила мелькнувший в глазах девушки страх и удовлетворенно усмехнулась.

– Ты правильно делаешь, что боишься. Я устраню все преграды на пути к цели, которую наметила. А я наметила стать богатой независимой женщиной, чего бы мне это ни стоило. Надеюсь, ты уже поняла, что единственной преградой, стоящей передо мной, являешься ты, и я без сожаления от тебя избавлюсь. Я не хочу быть несчастной вдовушкой, хочу стать богатой вдовой.

– А ты не боишься, что твои маневры заинтересуют соответствующие органы? – поинтересовалась Лариса.

– Я не собираюсь давать повод для того, чтобы меня в чем-то заподозрили, – ответила Жанна. – Я все сделаю красиво. Тебя пристрелит твой собственный муж, застав тебя в постели с любовником, кстати, у нас в загородном доме. Ведь у тебя есть ключи от нашей дачи? Вот ты туда и привезла любовника, а твой Ефимов тем временем получил записку от «доброжелателя», где он подробно рассказывает про твои шашни за его спиной. Хорошая сказка, правда? – захохотала Жанна. – Ну какая же милиция не поверит, что все произошло именно так? Кстати, потом раскаявшийся супруг, испугавшись наказания, застрелится сам или повесится. Я еще не решила. Кстати, так и было задумано, когда тебя должен был задушить посланный мною парень. Только мой сценарий осуществлялся бы в твоей квартире, а не на даче. Этот идиот подставил тебе свои яйца, думаю, теперь он будет инвалидом, – усмехнулась Жанна. – Во второй раз я сама отправилась в твою квартиру, – Жанна вытащила связку ключей из сумки и потрясла ими. – Тебя тогда не было дома, и я отравила сок. Потом туда привезли бы Ефимова с запиской в кармане от «доброжелателя», и опять все выглядело бы очень натурально. Отравил муж неверную жену из ревности, а потом отравился сам.

– Значит, ты держала при себе Ефимова именно для этого?

– Да, именно для этого.

– А при чем здесь выкуп?

– Я же умная женщина и разыграла спектакль, чтобы ты не разболтала все отцу. Нужно же было тебя как-то запугать? А выпустить твоего Ефимова я не могла, сама понимаешь. Если бы не спектакль с выкупом, ты подняла бы кипиш, все рассказала бы отцу, и все пошло бы совсем не так, как я планировала. Правда, все равно получилось немного по-другому. Но это даже и хорошо, мне эти деньги не помешают, – усмехнулась Жанна.

– Но ты же знала, что мне негде взять такие суммы, значит, я все равно обратилась бы к отцу.

– Как это нет? А кредитная карточка, которую тебе подарил отец?

– Ты что, хочешь сказать, что там такая прорва денег? – вытаращилась Лариса.

– Не делай из меня идиотку. Можно подумать, что ты об этом не знаешь? Где же тогда ты взяла в таком случае эти деньги?

– Сама напечатала, – спокойно брякнула Лариса.

Жанна переменилась в лице и вскочила с кресла.

– Что значит, сама напечатала? Что ты несешь, ненормальная?

– Сама ты дура, – обозлилась Лариса. – Иди проверь и убедись, это просто бумага хорошего качества, – с улыбкой проговорила девушка и, как маленькая, показала Жанне язык.

Мачеха выскочила из комнаты, как ошпаренная. Лариса проводила ее веселым взглядом.

«Ох, как ее передернуло!» – подумала со злорадством девушка. Потом, нахмурившись, прошептала:

– Держись, Ларка. Неизвестно, чем все это закончится. Вдруг Володя проворонил, когда тебя увозили? Тогда – все. Придется заказывать музыку, но ты, моя хорошая, ее уже не услышишь. Нужно подольше затягивать разговоры с этой ненормальной, прежде чем она вздумает нажать на курок. Идиотка, зачем я ляпнула про доллары? Разозлится, пристрелит еще раньше времени. Нужно еще раз попросить, чтобы развязали руки.

В это время в комнату вновь вплыла Жанна с самодовольной улыбкой на губах. Двери перед ней предупредительно распахнул тот же парень, который сопровождал сюда Ларису.

– Любим пошутить? – промурлыкала довольная женщина и вновь уселась в кресло.

– Ты это о чем? – не поняла вопроса Лариса.

– Зачем соврала мне про доллары? Я посмотрела, они настоящие. Скажу тебе по секрету, после лицезрения таких сумм я прихожу в благодушное расположение духа. Можешь задавать мне любые вопросы, отвечу, – снисходительно махнула Жанна ручкой.

Если бы Лариса не была привязана, она бы просто подпрыгнула на стуле от удивления. Ее рот уже раскрылся для того, чтобы ляпнуть: «Откуда же настоящие?», но вовремя захлопнулся, чуть язык не откусила. И вопросик нашелся удачный.

– На тебе красивое платье. У Зайцева брала?

Жанна удивленно посмотрела на Ларису и весело расхохоталась.

– Надо же, даже перед смертью тебя интересуют шмотки. Да, у Зайцева, из летней коллекции.

– Не жалко будет, если кровью запачкаешь? – вставила Лариса шпильку и удовлетворенно хмыкнула.

– Не волнуйся, эту черную работу я поручу кому-нибудь другому. Но сама буду присутствовать при этом, чтобы, не дай бог, не случилось осечки, – парировала Жанна и гордо вскинула голову, довольная, что сумела дать достойный отпор этой наглой девочке.

– Скажи, пожалуйста, Жанна, а что так усердно искали в моем доме?

– А-а-а, ты об этом? Искали дискету, которую передал один мой знакомый твоему мужу.

– Знакомый, это Зимин, твой любовник, которого нашли на кладбище?

Жанна пристально посмотрела на Ларису и, прищурив глаза, спросила:

– А ты откуда знаешь, что он был моим любовником?

– Сорока на хвосте принесла, об этом все знают, – пожала Лариса плечами. – Ходят даже слухи, что это мой отец, а твой муж отправил его на тот свет.

– Мне плевать, что там болтают. Меня никто с ним в постели не заставал, а сказать можно все, что угодно.

– А за что же ты тогда убила его? – наугад спросила Лариса, совершенно не зная, так ли это.

– Та дискета содержит компромат на меня. Ведь я думала, что этот гаденыш действительно влюблен в меня по уши. Я попросила его сделать для меня одну вещь. Мне нужны были кое-какие сведения о компании. Он пообещал, но я случайно услышала его телефонный разговор с Сергеем, твоим мужем. Естественно, когда я все узнала, то не могла оставить его в живых. Для меня, конечно, было большим потрясением, что его труп обнаружили на кладбище. Я ведь заплатила астрономическую сумму тем дуракам, чтобы Валерий Зимин пропал бесследно.

– А Виктор-то за что пострадал? – устало спросила Лариса. – И, кстати, откуда мог мне звонить Сергей?

– Про дискету никто не должен был знать. А Сергей звонил оттуда, где сидит. Я специально «забыла» на несколько минут свой мобильный, чтобы посмотреть, что он будет делать. Вот он и вынес приговор своему другу. Я, между прочим, почему-то так и думала, что Сергей передаст дискету на хранение только Виктору. Ведь больше у него нет таких близких друзей. А ты могла благополучно попасть в ДТП со смертельным исходом после визита к Виктору. Уже и место было присмотрено, где это могло произойти, мне прекрасно известно, как ты водишь машину. Твой отец очень переживает по этому поводу, старый идиот боится, что ты разобьешься. Я рассчитывала убить в тот вечер сразу двух зайцев. Ты бы ведь не стала отдавать дискету мертвецу? Значит, она должна была остаться при тебе. Но и этот гениальный план, созревший в моей голове, в считаные минуты провалился. Опять ты меня обошла и приперлась туда с каким-то мужиком, который был за рулем. Кто это? И почему вы так долго там пробыли? Как же я была зла.

– Мне стало плохо, когда я увидела Виктора. Старичок – сосед еле привел меня в чувство. Жанна, тебе не кажется, что у тебя не в порядке с головой? Ты шагаешь по трупам, как по мостовой, и не боишься замарать ножки? Неужели и вправду думаешь, что в милиции служат одни придурки? Разве, в конце концов, ты не можешь сделать где-нибудь ошибку? Это же глупо, Жанна. Тебя поймают, и тогда я тебе очень сочувствую, – не останавливаясь, говорила Лариса, боясь, что Жанна повторит свой вопрос о Владимире.

– Посочувствуй лучше себе, а мне не нужно, – зло прошипела женщина и приподнялась с кресла.

Глаза ее горели лихорадочным огнем. Лариса не на шутку перепугалась и выпалила:

– Скажи, пожалуйста, а мужика, которого я бутылкой огрела, тоже ты присылала?

Жанна резко остановилась, как будто налетела на бетонную стену.

– Это ты про того, что был в квартире, когда ты напилась, как свинья? – язвительно сказала женщина.

– Ага, про этого, – энергично закивала Лариса и затараторила: – Представляешь, я подумала, что это вор в квартиру забрался, и приласкала его. А он лежит и не дышит. Я так перепугалась, думала, убила насмерть. Пока в ванной была, он и сбежал, я не успела даже в милицию позвонить.

– Да, это я его присылала. Но тогда мне нужна была только дискета. Кстати, Лариса, где она? Ведь всю квартиру перевернули вверх дном, но ее не нашли.

– Не знаю, я ее потеряла, – пожала Лариса плечами.

– Впрочем, теперь это не важно. Больше нет людей, которые бы знали о ее существовании. Так что все в порядке, – устало вздохнула Жанна и откинулась на спинку кресла. – Сегодня уберу тебя с Ефимовым и все, конец этой катавасии. Если честно, то я уже устала от этих гонок за тобой и этой дискетой.

– Жанна, а ты не знаешь, что произошло на кладбище? – Лариса попыталась втянуть женщину в продолжение разговора.

– Не знаю. Второй мужик скрылся в неизвестном направлении. А что, тебе что-то известно? – насторожилась женщина.

– Откуда? – удивленно вскинула брови Лариса. – Самой интересно, поэтому и спросила у тебя.

– Теперь ты ответь мне на вопрос, Ларочка. У тебя что, появился любовник?

– Откуда такие сведения? – вопросом на вопрос ответила девушка и невинно посмотрела в глаза мачехе.

– Что за мужчина накинулся в твоей квартире на Николая? Он еле ноги унес оттуда. Мне рассказал, что, когда почти уже придушил тебя, ему на шею бросилась какая-то ненормальная, а потом в комнату влетел мужик и кинулся в драку. Что это за мужик?

– Это Наташкин друг. Они приехали ко мне в гости и остались на ночь. Я им уступила свою спальню. Владимир выходил в туалет, а когда вернулся, увидел, что его возлюбленную кто-то душит. Так, значит, того здоровяка ты направляла, ему дала ключи от квартиры? Господи, по-моему, я тупею на глазах. Кто же еще кроме тебя мог это сделать? Больше никому моя смерть не нужна. Можно тебе еще один вопрос задать?

– Давай, одним больше, одним меньше, какая разница, – кивнула Жанна.

– Что это за снимки прислали Ефимову?

– Какие снимки? – удивилась женщина.

– Целый набор компромата: как Ефимов богатеет, – усмехнулась Лариса.

– Вот скотина, – возмутилась Жанна. – Папарацци чертов. Это я поручила следить за твоим Ефимовым, чтобы не пропустить, когда ему Зимин передаст дискету. А этот умник, фотограф, видно, решил еще и с него срубить деньжат. О нравы, ничего никому нельзя поручить, так и норовят обмануть. Ведь достаточно заплатила, нет, им все мало.

– Денег, как известно, никогда не бывает много. Всегда хочется еще больше, – сказала Лариса и насмешливо посмотрела на Жанну.

– Ладно, хватит, – вдруг резко проговорила Жанна и, хлопнув рукой по подлокотнику кресла, вскочила. – Заболталась я с тобой, пора и честь знать. Время позднее, нужно с вами кончать и идти спать.

– Неужели спокойно уснешь после этого?

– Милая моя, только после этого я и усну спокойно. Первый раз за все это время, – с издевкой проговорила женщина и сморщила красивый носик. – От бессонницы появляются преждевременные морщины, а мне это ни к чему. Поэтому чем раньше я от вас избавлюсь, тем крепче и спокойнее буду спать. Тебе понятно?

В это время за дверью послышалась какая-то возня, а во дворе раздалось несколько выстрелов. Жанна в два прыжка оказалась у окна и, выглянув в него, чертыхнулась. Она подбежала к журнальному столику, стоявшему возле кресла, и, откинув журнал, схватила пистолетик, которым хвасталась перед Ларисой. Уставившись на девушку ненавидящим безумным взглядом, прошептала побелевшими губами:

– Это все мое и принадлежит мне по праву!

Затем Жанна выстрелила в Ларису в упор.

Лариса видела все это, как на съемке замедленного действия: безумные глаза мачехи, дуло пистолета… Она даже не успела испугаться, как почувствовала сильный удар в грудь и вместе со стулом, к которому была привязана, полетела на пол. Будто сквозь вату в ушах, ей слышались голоса, непонятный шум. Кто-то тормошил ее, но она не могла открыть глаза, и очень-очень что-то жгло в груди.

«Меня что, пытают? Жгут мою грудь раскаленным железом?» – было последней мыслью Ларисы перед тем, как она рухнула в черную бездонную пустоту…

Глава 25

Лариса летела в совершенно пустом пространстве, и полет этот был бесконечным. Ей уже давно хотелось приземлиться, чтобы не ощущать противной тошноты. Перед ней иногда возникали знакомые лица. Вот она видит испуганные глаза Наташи, вот хмурое лицо отца, вот плачущей матери. Вот она чувствует чье-то прикосновение. Это Владимир, он пожимает ей руку и шепчет:

– Держись, малышка, все будет хорошо.

Чаще всех она видит людей в белых халатах, они что-то с ней делают. Иногда начинает нестерпимо болеть грудь, эта боль опустошает и отбирает силы. Лариса начинает метаться, хочет убежать от этой боли, но не находит выхода и плачет. Она слышит успокаивающий голос матери:

– Ничего, ничего, деточка, потерпи, скоро все будет хорошо. Сейчас тебе сделают укол, и все пройдет.

– Зачем мне уколы? Помогите мне приземлиться, – пробовала крикнуть Лариса, но голоса не было.

Вот ей кажется, что она летит над пустыней, в горле пересохло, очень хочется пить. Внизу прозрачный ручей, вода в нем холодная и чистая. Лариса хочет приблизиться к нему, но сил опять не хватает. Губы беззвучно шепчут:

– Пить… – и по губам кто-то проводит влажным тампоном, как будто дразнит.

Лариса открыла глаза и увидела, что лежит в постели, а рядом на стуле сидит молодая девушка в белом халате и читает книгу. Лара окинула взглядом помещение, в котором лежала, и поняла, что находится в больнице.

– Где я? – еле слышно прохрипела Лариса.

Медсестра вскинула глаза и, ойкнув, сорвалась с места. Она стремглав вылетела из палаты, и уже через несколько минут в комнату стремительно вошел доктор. Он подошел к Ларисе и пощупал у нее пульс. Затем, ни слова не говоря, приподнял ее веки и, посветив туда малюсеньким лучиком, заглянул в глаза. Доктор улыбнулся Ларисе и подбодрил ее:

– С возвращением, Лариса Петровна.

– Что со мной? – спросила девушка.

– Вам сделали операцию после того, как в вас стреляли. Теперь, надеюсь, все будет хорошо, и вы пойдете на поправку.

– Давно?

– Почти десять суток прошло.

– Сколько? – удивилась Лариса.

– Этой ночью будет десять суток, как вы к нам поступили, – повторил врач.

– Я ничего не помню, – пробормотала девушка.

– Это не удивительно, вас достали буквально с того света, – пожал доктор плечами. – Сейчас вам Ирочка сделает укол, а после отдыхайте. Теперь настала пора набираться сил и идти на поправку, – улыбнулся врач и тихонько пожал Ларисе руку.

Почти тут же в палату вошла Виктория Николаевна и со слезами на глазах бросилась к дочери.

– Ларочка, девочка моя, слава тебе господи. Неужели ты пришла в себя? Сколько бессонных ночей я провела возле твоей постели. Милая моя, как же так? Как же ты могла так напугать нас? Мы с отцом чуть с ума не сошли.

– Мама, говори, пожалуйста, потише, у меня голова очень болит, – простонала девушка.

– Да, да извини, милая. Я так переволновалась за тебя, просто ума лишилась, – тараторила женщина, поправляя одеяло на постели. – Я сейчас пойду поговорю с доктором, узнаю, что тебе можно сейчас кушать. Ведь ты столько дней на одних капельницах. Я, конечно, пыталась напоить тебя бульоном, но у меня ничего не получалось. Ты категорически отказывалась его глотать.

– Мама, скажи, пожалуйста, ко мне приходил Владимир, ну тот молодой человек, с которым мы приезжали поздравить тебя с днем рождения?

– А как же? Он приходит сюда каждый день и некоторое время сидит у твоей постели, – улыбнулась Виктория Николаевна. – Наташенька тоже прибегает ежедневно. Все очень переживают за тебя.

– А Сергей? Что с Сергеем?

– Ларочка, тебе сейчас нельзя волноваться. Я побегу к доктору, а ты постарайся уснуть, – и женщина пулей выскочила из палаты.

«Она не хочет говорить о Сергее, значит, случилось еще что-то», – подумала Лариса и прикрыла глаза.

Лариса заметно пошла на поправку, как только смогла нормально есть. Силы понемногу возвращались, и она уже начала приставать к Владимиру с вопросами. Он упорно обходил опасную тему и старался успокоить девушку.

– Узнаешь все в свое время. Сейчас, пожалуйста, выздоравливай, а когда придет время и тебя выпишут из больницы, вот тогда я тебе все расскажу.

Наташа приезжала каждый день и заваливала подругу всевозможными фруктами.

– Тебе нужны витамины, кушай их в неограниченном количестве, – тараторила девушка, намывая яблоки, виноград и персики.

Лариса попыталась выведать что-нибудь у Наташи, но подруга делала вид, что не понимает, о чем речь.

– Ты ко мне не приставай, я все равно ничего не знаю. Вот когда выйдешь из больницы, тогда спросишь у своего детектива.

– Сговорились? – ворчала Лариса, но поделать ничего не могла, поэтому через некоторое время успокоилась.

Однажды в очередной раз Владимир пришел навестить Ларису, и он увидел, что она встала и ходит по палате.

– Ты что, ненормальная? Тебе же нельзя еще вставать, – накинулся он на девушку и попытался уложить в постель.

– Не приставай, – оттолкнула его Лариса. – Мне лучше знать, что можно, а чего нельзя. Я уже второй месяц здесь валяюсь. Сколько можно? Уже все бока пролежала, у меня почти ничего не болит. По-моему, мне пора домой. Как думаешь, я могу выписаться?

– Ну ты даешь, – выдохнул Владимир. – Тебя с того света вытащили. Ты что же, думаешь, что через месяц можешь быть здорова?

– Я дома буду лечиться. Дома всегда лучше, там и стены помогают. Если, конечно, меня опять не захотят убить, – и девушка хитро посмотрела на детектива.

– Не волнуйся, не захотят, – пробормотал Владимир и отвел глаза.

– Володь, хватит в шарады играть. Расскажи мне хоть что-нибудь. У меня, между прочим, от неудовлетворенного любопытства начинается головная боль.

– Рассказывать пока нечего, идет следствие, – твердо проговорил мужчина, давая понять Ларисе, что разговор на эту тему пока закрыт.

– Хорошо, хорошо, не хочешь рассказывать, не надо. Я потерплю до выписки. Ты не забыл свое обещание?

– Какое обещание? – нахмурился Владимир, ожидая подвоха.

– Как это, какое? – возмущенно запыхтела Лариса. – Ты мне обещал все рассказать, как только я выпишусь. В тот же день.

– Ты ври, да не завирайся, – усмехнулся тот. – Я обещал тебе все рассказать, как только ты окончательно поправишься.

– Я уже поправилась, давай рассказывай.

– Лариса, ты неисправима, – захохотал Владимир и прижал ее голову к своей груди.

Девушка вдохнула аромат мужского парфюма и почувствовала, как у нее закружилась голова. Она вдруг отчетливо поняла, как соскучилась по сильным рукам Владимира. Как ей хочется прямо сейчас оказаться с ним в постели и раствориться в его объятиях.

– Володь, женись на мне, пожалуйста, – прошептала она, обращаясь к мужскому свитеру.

Детектив отстранил от себя Ларису и уставился на нее широко раскрытыми глазами.

– Что сделать?

– Жениться, не понял, что ли? – громко проговорила Лариса и нагло посмотрела детективу прямо в глаза.

– Я что, похож на камикадзе? – прищурился Владимир и тут же получил звонкую оплеуху. Он схватился за обиженное ухо и прошипел: – Тебя действительно пора выписывать, только не домой, а в буйное отделение, – и тут же отскочил, увернувшись от следующей затрещины.

– Ну ты и зараза, – сверкая глазами, выкрикнула Лариса. – Иди отсюда и можешь вообще больше не приходить. Обойдусь без посетителей.

– Ненормальная, что ты разоралась, будто тебя режут? Почему, собственно, я должен на тебе жениться? Я что, обещал тебе это, а сейчас отказываюсь от своих слов?

– А может, я беременна? – прищурилась Лариса.

– Я здесь ни при чем, – тут же выпалил Володя. – И не нужно на меня вешать ярлык подонка. Знай я точно, что ты ждешь ребенка от меня, я, конечно бы, женился.

– Успокойся, я пошутила, – махнула Лариса рукой. – Никто тебя на аркане под венец не потащит, и потом, я пока еще замужем. Просто хотела проверить твою реакцию, – равнодушно проговорила Лариса и легла на кровать. – Уходи, Володя, я устала, отдохнуть хочу.

– Тебе что, плохо? – забеспокоился тот.

– Мне хорошо, лучше не бывает, уходи, я тебя очень прошу, – и Лариса отвернулась к стене.

Владимир еще некоторое время потоптался возле кровати, а потом тихо вышел, прикрыв дверь. Лариса даже не обернулась, она уткнулась носом в подушку и ругала сама себя.

– Какая же я дурочка. Ну почему меня угораздило влюбиться в этого толстокожего, непробиваемого сыщика? – Она вдруг резко села на постели. – Мамочки, а ведь я действительно влюбилась. Я не перестаю думать о нем, и даже ночью мне снятся эротические сны. Может, это просто гормоны разыгрались? Что я себе придумываю? Никакие это не гормоны, я действительно люблю его. Надо же было мне так ответить: «Я что, похож на камикадзе?» Все. С глаз долой – из сердца вон. Скажу медсестре, чтобы его больше ко мне не пускали, – и Лариса, успокоенная своим решением, опять улеглась на подушку.

Минут через двадцать в палату впорхнула Наташа и, подлетев к кровати, чмокнула Ларису в щеку.

– Привет, подружка, прикольно выглядишь.

Лариса пригладила взъерошенные волосы и проворчала:

– Здесь захочешь по-другому выглядеть, не получится. В палате зеркала нет, а в коридор мне еще не разрешают выходить.

– Это дело поправимое. Хочешь, я тебе свою косметичку оставлю? Приведешь себя в порядок, и все будет о'кей.

– Вроде она мне теперь ни к чему. Я Володе сказала, чтобы больше не показывался мне на глаза. Думаю, он так и сделает, он же у нас гордый, – фыркнула Лариса.

– За что же такая немилость? – улыбнулась Наташа.

– Есть за что. Сейчас не хочу об этом говорить, еще свежа рана на моем самолюбии, чтобы обсуждать холодное оружие, которым ее нанесли.

– Ой, слушай, такую новость тебе принесла, отпад, – засуетилась Наташа. – Помнишь того мастера? Ну Александр, он тебе новый замок на двери ставил.

– Конечно, помню, вроде в связи с «расстрелом» амнезии у меня не наблюдается, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить.

– Ну вот, он меня в ресторан пригласил, и я согласилась. Вечер провели потрясный, но об этом потом. Он, знаешь, что мне про Владимира рассказал? – и Наташа закатила глазки.

– Ну? Чего резину тянешь? Говори, раз уж начала, я теперь ничему не удивляюсь.

– Оказывается, он действительно не беден.

– Ну и что? На здоровье, – ухмыльнулась Лариса. – Нашла, чем удивить.

– Да ты послушай. У него действительно есть детективное агентство, он там генеральный, и пашут там на него аж сто шестьдесят человек. Даже лаборатория своя имеется.

– Какая лаборатория? – не поняла Лариса.

– Ну эта самая, крими… криминальная.

– Криминалистическая, наверное?

– А мне один хрен, я в этом не разбираюсь. Ты дальше послушай. У него, оказывается, такие клиенты, обалдеть. Мне Саша несколько фамилий назвал, так у меня прямо глаза на лоб полезли. Ну и расценочки у него, конечно, соответственные. Представляешь, какой он крутой. Я теперь понимаю, почему тот чокнутый на джипе, что в нас врезался, так быстро свалил, да еще заплатил Володе. Сам Владимир, оказывается, делами уже не занимается, а только руководит и денежки лопатой гребет. Ты понимаешь, о чем это говорит?

– О чем? – не поняла Лариса.

– Ты, мать, совсем плохая, – вздохнула Наташа. – Твоим-то делом он лично занимался.

– Ну и что?

– А то. Понравилась ты ему, неужели не понятно?

– Ага, настолько понравилась, что его чуть нервный припадок не сразил, когда я ему предложение сделала, – пробубнила Лариса.

– Какое предложение? – не поняла Наташа.

– Рационализаторское. Я его попросила, чтобы он женился на мне. Знаешь, что он ответил?

– Что? – округлила Наташа глаза, и они засверкали как две лампочки, излучая по двести ватт любопытства каждый.

– Что он не самоубийца.

– А чему здесь удивляться? Где-то он, наверное, прав? – хмыкнула Наташа, за что получила кулачком.

– И ты туда же? – обиженно проговорила девушка. – А еще подруга называется.

– Говорю так, как есть. Уж извини за откровенность, – развела Наташа руками. – Ты – ходячее недоразумение, все об этом говорят, а уж мне это известно лучше кого-либо. Ты не привыкла слушать советы, и все делаешь, как считаешь нужным. Кто заставлял тебя напиваться в тот вечер, когда случилось с тобой? Если бы ты не хватила лишнего, то, может, ничего бы и не произошло.

– Почему ты так решила?

– Потому что реакция нетрезвого человека намного слабее, чем трезвого.

– Расскажи мне, пожалуйста, что на самом деле произошло в тот вечер, – попросила Лариса.

– Ничего я рассказать тебе не могу, потому как практически ничего не видела. Вот придет твой ненаглядный сыщик, у него и спросишь.

– Я уже тебе сказала, что выгнала его и велела больше не приходить.

– Думаешь, он тебя послушает?

– Думаю, да, – грустно ответила Лара.

– Ларка, да ты его любишь, – удивленно приподняв брови, прошептала Наташа.

– Никого я не люблю, а его тем более, – огрызнулась Лариса и заерзала на кровати.

– Сказки будешь рассказывать своим внукам, когда на пенсию пойдешь, только не мне, – фыркнула Наташа. И вдруг, увидев что у подруги на глаза навернулись слезы… – Ларка, милая моя, – кинулась Наташа утешать подругу, – не обижайся, родная, я ведь без злого умысла тебе это сказала. Подумаешь, дело какое. Ну и влюбилась, ну и что? Я каждые три месяца влюбляюсь, и ничего, жива-здорова. Мужиков хоть пруд пруди, а ты сама у себя одна, любимая, должна свою нервную систему беречь. Да ты только свистни, они как птички на зернышки слетятся.

– Не нужен мне никто, никого не хочу видеть. Разведусь с Ефимовым и гори все ясным огнем. В монастырь уйду, – брякнула Лариса и плюхнулась на подушку.

– Ха, ха, ха, ты – в монастырь? Представляю, что ты там натворишь. Через полгода там ни одной монашки не останется, все разбегутся в мирскую жизнь, – расхохоталась Наташа.

В палату вошла Виктория Николаевна и улыбнулась девушкам.

– Секретничаете, сороки? Ларочка, я принесла тебе покушать, давай принимайся, пока все горячее.

– Я тоже присоединюсь, прибежала сюда прямо с работы, голодная как волк, – засуетилась Наташа, радуясь тому, что разговор можно прервать.

Она видела, как Лариса расстроилась, поэтому хотела ее отвлечь.

– Мам, я давно хотела у тебя спросить. А почему папа не приезжает вот уже две недели? – спросила Лариса Викторию Николаевну.

Ей было интересно, что же ответит ей мать.

– Он в командировке в Германии, должен приехать, думаю, недельки через две-три.

– Так долго в командировке? – удивилась Лариса.

– Видно, так нужно, – пожала плечами Виктория Николаевна и стала помогать Наташе раскладывать продукты на столе. – Ларочка, тебе на тумбочку все поставить или помочь встать? За столом удобнее.

– Да, мам, я встану, – и Лариса начала спускать ноги с постели.

– Осторожнее, девочка моя, я тебе помогу, не делай резких движений, а то голова может закружиться.

– Ничего у меня не закружится, я сегодня уже вставала, – проворчала девушка. – Носитесь со мной, как будто я маленькая. Ничего никто не хочет мне говорить. Никому нет дела до того, что я в ускоренном темпе умираю от любопытства. У меня просто опухоль в мозгу, так их распирает желание хоть что-нибудь узнать.

– Что это ты разворчалась, Ларочка? У тебя была серьезная операция, тебе нельзя волноваться, это может вызвать криз, так мне доктор сказал. Что же удивительного в том, что все стараются следовать рекомендациям врача? – всплеснула руками Виктория Николаевна.

– Мне лучше знать, что для меня полезно, а что бесполезно. Я больше переживаю от неизвестности. Неужели не понятно?

– Успокойся, девочка, негоже на мать повышать голос, я тебе не подружка, – обиженно воскликнула Виктория Николаевна.

– Прости, мам, это все нервы. Я больше не буду, прости, – и Лариса обняла мать.

Женщина прижала дочь к груди и, поглаживая по голове, зашептала:

– Это ничего, доченька, это пройдет. Нервные клетки, конечно, не восстанавливаются, но поверь, моя милая, время все лечит. Вот скоро выздоровеешь, приедешь домой, и потихоньку весь этот кошмар забудется.

– Уж скорей бы, я так устала здесь от всего. Эти противные уколы, таблетки, процедуры, – всхлипнула Лариса.

В объятиях матери девушка вдруг почувствовала себя совсем маленькой и беззащитной.

Глава 26

Лариса расхаживала по комнате своей квартиры и не знала, куда себя деть. Только что уехали мать и Наташа. Сегодня Ларису выписали из больницы, и подруга приехала, чтобы забрать ее оттуда. Провалялась Лариса в больнице без малого два месяца. Виктория Николаевна хлопотала в доме, хотела встретить дочь, как положено. Она навела порядок во всех комнатах, везде протерла пыль, сменила постельное белье и пропылесосила. Забила холодильник всевозможными продуктами. На завтра было приглашено много друзей, чтобы отметить выздоровление Ларисы. Когда девушка провожала Наташу и мать, Виктория Николаевна вдруг что-то вспомнила, приостановилась у двери и сказала:

– Когда я сегодня пылесосила, нашла в прихожей под тумбочкой какой-то конверт. Я положила его в кабинете на письменный стол. Может, что-то нужное?

Лариса с Наташей испуганно переглянулись, но не выдали своего волнения.

– Пойдемте, Виктория Николаевна, я вас до дома довезу, – торопливо проговорила Наташа и многозначительно посмотрела на Ларису.

Взглядом она дала понять подруге, что вернется, как только доставит женщину по нужному адресу.

Лариса нетерпеливо смотрела на часы.

– Ну где же эта Наташка? Если я сама вздумаю влезть в компьютер, то наверняка напортачу. Потом сам черт не разберется, – ворчала себе под нос Лариса, делая круги по комнате. – Нужно наконец взять себя в руки и научиться относиться к этой машине с уважением. Учась в финансовой академии, я ведь прекрасно освоила работу на компьютере. Единственное, что необходимо преодолеть, так это мою неприязнь к нему. Может, обратиться с этой проблемой к психологу? Ведь всему есть свои причины. Некоторые люди боятся высоты, другие – замкнутого пространства, а у меня какая-то странная фобия, ненависть к компьютеру, – размышляла Лариса, а когда сделала заключение о своем «странном заболевании», даже засмеялась, – ни разу не слышала о подобном. Кажется, я изобрела новый вирус.

Наконец в дверь позвонили, и девушка со всех ног понеслась открывать.

– Подольше не могла прохлаждаться? – выпалила Лариса, как только увидела на пороге подругу.

– Пробки на дорогах, что я могла поделать? И так торопилась, чуть ли не сбивая всех на своем пути. Думала, ДТП организую, – проговорила Наташа, поспешно снимая туфли и натягивая домашние тапочки.

Куртку она не удосужилась повесить на вешалку, а бросила ее в прихожей на тумбочку.

– Давай быстрее посмотрим, что в этой пресловутой дискете, – на ходу проговорила Наташа, направляясь в кабинет.

Лариса подала ей конверт, и Наташа нетерпеливо вытащила из него дискету. Включив компьютер, она вставила ее в процессор. Пропыхтев у монитора минут десять, Наташа откинулась в кресле и вздохнула.

– Ничего не получится, нужен пароль, а я его не знаю.

– Что же теперь делать? – растерялась Лариса.

– Откуда я знаю? Я же тебе не хакер, чтобы уметь коды вскрывать. Может, Володе позвонишь?

– Ни за что, – нахмурилась Лариса. – Он не соизволил больше прийти ко мне в больницу.

– А что, собственно, тебя не устраивает? Ты же сама ему запретила появляться тебе на глаза. А теперь обижаешься? Тебя не поймешь, подруга, и так плохо, и эдак нехорошо, – покачала головой Наташа. – Давай убери свою гордость подальше и звони Владимиру. Без него мы все равно ничего не сможем сделать.

– Сказала, не буду, значит, не буду, – как индюк надулась Лариса. – Приедет отец, я ему дискету отдам, она ему принадлежит, там компромат на Жанку.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Наташа.

– От верблюда. Она мне сама сказала перед тем, как «пристрелить», – хмуро ответила Лариса.

– Тем более надо Володе позвонить, это поможет следствию. Говорят, что эта стерва молчит, как партизан на допросе. Но, может, дискета содержит то, что заставит ее заговорить.

– Хорошо, – неохотно проговорила Лариса и направилась к телефону. Она набрала номер мобильного Владимира и, услышав его голос, сухо проговорила. – Здравствуй, Володя, это Лариса. Моя мать недавно нашла дискету, которую я потеряла. Если тебе не трудно, приезжай, пожалуйста, ко мне домой. Мне нужно задать тебе несколько вопросов и разобраться с дискетой.

– Хорошо, я приеду часа через полтора, – ответил Володя и отключился.

Лариса отправилась на кухню и уселась за стол. Наташа просунула нос в дверь и спросила:

– Ну что, дозвонилась?

– Как будто ты не слышала? – усмехнулась Лариса. – Да, дозвонилась. Сказал, что приедет часа через полтора.

– Вот и хорошо, все у него расспросишь, все узнаешь, – оживилась Наташа. – А то я себя чувствую последней свиньей перед тобой. Скажешь, что я плохая подруга – промолчу. А то что-нибудь брякну тебе не так, а потом доказывай, что я не верблюд.

– Ладно, не дергайся. Полтора часа роли не играют, я больше ждала, думаю, не умру за это время, – махнула Лариса рукой. – Что застыла у двери? Проходи, я не кусаюсь, будем чай пить. Кофе хочется, спасу нет, а доктор категорически запретил его пить. Говорит, может давление подняться, а для моего здоровья это сейчас опасно.

– Хочешь, я сбегаю в магазин, принесу тебе без кофеина? – вызвалась Наташа.

– Не стоит, чай попью, – махнула Лариса рукой.

Владимир приехал, как и обещал, через полтора часа. Он вошел в квартиру и сдержанно поздоровался с девушкой.

– Раздевайся, проходи, дискета в кабинете, – спокойно проговорила Лариса.

Она почувствовала, как забилось ее сердце, и поторопилась скрыться в комнате, чтобы Владимир не заметил ее волнения. «Что со мной происходит? Плюнь и разотри. Что так волноваться-то? – сама себя успокаивала девушка, разглядывая свои покрасневшие щеки в зеркало. – Как ему к лицу эта кожаная куртка, – подумала Лариса и тут же себя одернула. – Опять ты за свое? Выкинь его из головы, сейчас вас связывают только деловые отношения. Вот и веди себя по-деловому».

В комнату ворвалась Наташа и прошипела:

– Ты чего здесь застряла? Кому нужны ответы на вопросы, тебе или мне? Хватит на себя любоваться, хороша, никто не спорит, идем в кабинет.

Лариса испуганно посмотрела на подругу и прошептала:

– Наташка, я думала, что уже почти забыла его, а оказывается, нет.

– Ларка, что ты проблему создаешь? Он еще будет у твоих ног, вот увидишь. Пошли, пошли, мне очень интересно, что там сейчас Володя нароет.

Девушки прошли в кабинет и остановились в дверях.

– Можно нам тоже поприсутствовать? – спросила Наташа у мужчины.

Владимир, не отрываясь от монитора, отстраненно проговорил:

– Думаю, не стоит, вам это неинтересно. Я потом сам все расскажу.

– Ты надолго здесь застрянешь? – подала Лариса голос.

– Нет, минут за двадцать управлюсь.

– А потом все мне расскажешь, наконец?

– Думаю, что расскажу. В пределах разумного, конечно, – ответил Владимир, все так же сосредоточенно глядя на монитор.

– Мы тогда в комнату пойдем, телевизор посмотрим, не будем тебе мешать. Как закончишь, скажешь.

– Да, да, – он поспешно кивнул.

Невооруженным глазом было видно, что он полностью погружен в работу, и девушки только мешали ему.

– Пойдем, не будем отвлекать человека, – зашептала Наташа, оттаскивая Ларису за руку от двери.

Через тридцать минут Владимир выскочил из кабинета, как ошпаренный, и прямиком помчался в прихожую. Лариса, увидев, что он пулей пролетел мимо комнаты, тут же сорвалась с места и побежала в прихожую вслед за ним.

– Ты куда это убегаешь? – вытаращила она глаза, видя, как Владимир поспешно натягивает куртку.

– Ларочка, не обижайся, мне срочно нужно уходить. Завтра приеду и все объясню, прости, – и он чмокнул обалдевшую Ларису в щеку.

Она уже было открыла рот, чтобы возразить, но Владимир, не дав ей произнести ни слова, хлопнул дверью.

– Черт побери, что все это значит? – топнула ногой Лариса.

В прихожей показалась Наташа.

– Что случилось, Ларис, куда убежал Володя? – удивленно спросила она.

– Это ты у него спроси, – проворчала девушка, раздувая ноздри. – Сказал, что завтра приедет и все объяснит. Умирай теперь от любопытства целые сутки, благодаря этому ненормальному сыщику. – Лариса провела ладонью по щеке и улыбнулась. – Представляешь, Наташ, он меня сейчас поцеловал.

– Ну вот, а ты переживала. Увидишь, подружка, все у вас будет о'кей, – засмеялась Наталья. – Ладно, Ларка, мне тоже пора убегать. Саша пригласил меня сегодня вечером к другу на день рождения. Нужно успеть привести себя в порядок.

– Иди, что же с тобой делать? Все меня бросили, никому я не нужна, – притворно заворчала Лариса.

– Ну не ворчи, завтра зато все здесь соберутся.

Лариса проводила подругу до лифта и вернулась в квартиру. Она прошла в свою спальню и начала раздеваться. Во всем теле еще чувствовалась слабость. После столь продолжительного лежания на больничной койке все мышцы пришли в нерабочее состояние.

«Немного приду в себя, нужно непременно в спортивный зал походить, – подумала Лариса. – А сейчас приму душ и прилягу. Время еще не позднее, просто полежу и почитаю».

Лариса отправилась в ванную комнату и встала под теплые струйки воды. Мысли вернулись к началу всех событий. Она вспомнила тот день, когда вот так же хотела принять душ, но сорвало кран с горячей водой. Перед глазами всплыла картинка, как она ошпарила незадачливого «слесаря» кипящим кофе. Лариса расхохоталась. Сейчас ей было очень смешно, а тогда…

Следующий день начался с хлопот.

– Девочки, хватит вам шептаться, давайте, помогайте на стол накрывать, – сказала Виктория Николаевна, заглядывая в спальную, где, сидя на кровати, Наташа с Ларисой о чем-то шептались.

Сегодня в гости к Ларисе должны были прийти ее друзья и знакомые матери.

– Идем, идем, мам, – вскочила Лариса. – Пойдем, Наташа, потом поболтаем, – и Лариса потащила подругу на кухню.

Через некоторое время начали собираться гости, и квартира наполнилась веселыми голосами и музыкой. Люди приходили, торопились выразить свою радость хозяйке, говорили, что самое страшное уже позади, и они очень рады счастливому исходу ужасной трагедии. Лариса кисло улыбалась и все время поглядывала на дверь. Она ждала одного-единственного человека, которого хотела видеть сейчас больше всех на свете. Конечно, это был Владимир. Нет, был еще один человек, которого она очень ждала, но не сейчас, а, как пообещала мать, через пару недель. Правда, такие обещания звучали уже не раз, поэтому и эта пара недель могла растянуться еще на месяц, но дочь терпеливо ждала. Это, конечно же, был отец Ларисы, Петр Васильевич.

– Наташ, почему же Володи до сих пор нет? Вчера сказал, что приедет, – прошептала Лариса на ухо подруге.

– Он же тебе не говорил во сколько приедет? Сейчас только двенадцать дня, время еще есть, хватит дергаться, – засмеялась Наташа и хитро глянула на Ларису. – Ждешь его?

– Конечно, жду. А что здесь удивительного? Он же обещал, что сегодня все расскажет, – сделала Лариса равнодушное лицо.

– Только из-за этого?

– Отстань от меня, – рявкнула Лариса и пошла в комнату.

Владимир приехал, когда гости уже разошлись, и в квартире остались только Наташа, Виктория Николаевна и Лариса. Девушки мыли посуду, а Виктория Николаевна собирала ее со столов и носила на кухню.

– Почему так долго? – не поздоровавшись, накинулась Лариса на гостя.

– Были дела, не мог раньше. А в чем, собственно, дело? Я же не на свидание к тебе опоздал? Сказал, что приеду, а когда – этот вопрос не оговаривался.

– Ладно, Володя, пошли скорее в кабинет. Я надеюсь, сегодня-то получу ответы на интересующие меня вопросы?

– Непременно, только сначала, если можно, напоите меня крепким кофе. Ночь не спал, глаза закрываются, – попросил Владимир и потер ладонями лицо.

– Интересно, кто же это тебе спать не давал? – ехидно поинтересовалась Лариса и многозначительно прищурилась.

Владимир в свою очередь бросил на нее удивленный взгляд и, пожав плечами, прошел на кухню.

Глава 27

Новость о том, что он неизлечимо болен, Петр Васильевич принял без паники, как настоящий мужчина. Он спросил у доктора, сколько ему примерно осталось и, получив честный ответ, что примерно год, решил постараться сделать за этот короткий отрезок времени как можно больше. Начал он с того, что навел полный порядок в документах своей компании и подготовил все для того, чтобы перевести все счета и полномочия на свою дочь Ларису. Ни жене, никому из родственников и знакомых он пока ничего не говорил. Сам же, не теряя надежды, связался со своим другом Никитой Евсеевым, который жил в Германии. Он поручил ему выйти на профессора Зольдинга, который делал именно такие операции, какая требовалась Петру Васильевичу. Многие пациенты после его операций продолжали жить. Попасть на прием к этому человеку было практически невозможно, но Петр был из той породы мужчин, которые привыкли добиваться своего, чего бы это ни стоило. И он добился, профессор пригласил его приехать.

– Володя, ты хочешь сказать, что мой отец может выздороветь? – с надеждой в голосе спросила Лариса, прижимая руки к груди.

– Да, теперь это возможно, ему уже сделали операцию. Сейчас он проходит курс реабилитации, поэтому его и нет так долго. Петру Васильевичу пришлось долго ждать очереди, пока он попал к Зольдингу. Естественно, что болезнь не ждет и продолжала делать свое черное дело. Будем надеяться, что операция дает положительные результаты. С вашего позволения, я продолжу.

О болезни мужа, конечно, узнала и его жена Жанна. Но совсем не это стало ударом для нее, а то, что Петр завещает все своей единственной дочери Ларисе. «Как же так? – думает женщина. – Разве не жена должна быть полноправной хозяйкой того, что имел ее муж?» Естественно, Петр Васильевич не собирался оставить ее ни с чем. Он хотел завещать ей все недвижимое имущество, а это две квартиры, загородный дом, который стоил огромных денег, три машины и пять процентов с прибыли компании. После его смерти супруга бы ни в чем не нуждалась. Но ей этого было мало, она хотела владеть всем.

Чтобы исправить ситуацию, Жанна, хорошенько подумав, разрабатывает план.

– Я уже знаю эту историю из уст самой Жанны, – проговорила Лариса и сморщилась, как от зубной боли. – Я всегда не любила эту мегеру, но никогда не думала, что она может пойти на такое, – Лариса начала распаляться, но тут же умолкла на полуслове, встретившись со строгим взглядом Владимира. – Все, молчу, не нужно на меня так смотреть, – подняла она руки.

Владимир недовольно посмотрел на Ларису и продолжил рассказ:

– Помните, когда мы были в гостях у Виктории Николаевны, она говорила, что ходят слухи, будто Жанна – любовница Зимина? Так вот, это вовсе не были сплетни, а истинная правда. Зимин и Жанна действительно стали любовниками, но только после того, как до Жанны дошла информация о болезни мужа. Тогда она еще не знала о решении супруга все оставить Ларисе, и решила с помощью Зимина узнать все о делах компании. Она хотела все подготовить к тому, чтобы стать полноправной хозяйкой. Для этого ей нужен был человек, имевший доступ к интересующим ее сведениям. Жанна – очень красивая женщина, и мало найдется мужчин, которые могли бы устоять перед ней. Зимин не оказался в числе стойких. Буквально через месяц после того, как Жанна начала его обрабатывать, они оказались в общей постели. Как известно – в любви и на войне для достижения цели все средства хороши. Итак, Жанна начала военные действия. Ни о какой ее любви к Зимину и речи не было. Речь шла о любви к деньгам и к тому, что они могут дать. Она навешала мужику лапшу на уши, делала вид, что безумно в него влюблена. Говорила, что знает о болезни Петра и, естественно, беспокоится о судьбе компании, когда его не станет. Влюбленный Зимин откровенно сообщил ей, что многие счета за границей уже подготовлены, чтобы их перевести на имя Ларисы. Для этого же готовятся и остальные документы. Жанна непрозрачно намекнула, что, став вдовой, хотела бы иметь такого мужа, как Зимин. Естественно, в таком случае он должен ей помочь в осуществлении ее планов. Она даже намекнула на то, что не прочь бы избавиться от наследницы. Любовник немного помялся, но потом пообещал, что постарается. Сам же тем временем начал скрупулезно собирать компромат на свою любовницу. Видно, каким-то шестым чувством почувствовал, что его просто используют, а потом…

Да, он очень испугался, поняв, что эта женщина действительно не остановится ни перед чем ради денег. Даже перед выбором «казнить или помиловать». Кстати, Сергею он так и сказал, поэтому решил себя обезопасить. Сам он не решился рассказать правду своему боссу, так как был любовником его жены. Поэтому и решил обратиться к Сергею в надежде, что потом сможет вырулить ситуацию с пользой для себя. А Жанне Зимин собирался сказать, что, если с ним что-то случится, дискета попадет куда нужно. Однако не успел этого сделать. Любовница случайно услышала его разговор по телефону, и это определило его судьбу. Через несколько дней его убили. Кстати, Сергей, по его словам, собирался уже все рассказать своему тестю. Для этого ему нужны были неопровержимые доказательства, поэтому он так ждал дискету. Получил он ее поздним вечером, а на следующий день, после работы, у него было намечено приятное свидание. Поэтому серьезный разговор с Петром Васильевичем он отложил до следующего дня. Но, как нам уже известно, его похитили прямо из квартиры любовницы. Поэтому никто ничего так и не узнал. Естественно, Сергею ничего не было известно и о смерти Зимина. Ведь это произошло позже, когда он уже сидел взаперти. Правда, Сергей попытался с помощью телефонного звонка переправить дискету своему другу. Он знал, что Виктор обязательно просмотрит ее и, может, догадается отнести дискету тестю. Или, в крайнем случае, расскажет все Ларисе, и она, может, поймет, кто стоит за его похищением. Но, как известно, мы предполагаем, а бог располагает. Этим звонком Сергей только погубил своего друга.

Незадолго до этого Жанна уже обдумала план избавления от соперницы – претендентки на наследство. Естественно, самый надежный способ ее устранения – это убить наследницу. Но нужно осуществить это так, чтобы подозрение ни в коем случае не пало на нее. Самое лучшее, если в преступлении заподозрят мужа соперницы, я имею в виду мужа Ларисы, Ефимова Сергея. Жанна нанимает человека, который следит за Сергеем и фотографирует каждый его шаг, заодно эти наблюдения дают ей возможность узнать, когда дискета попадет в его руки. Фотограф видит, что мужчина обтяпывает какие-то явно незаконные сделки, и решает, что может поймать сразу двух зайцев. Получить деньги от заказчицы и от Ефимова, когда предоставит ему фотографии. Он совершенно не рассчитывает, что окажется почти очевидцем убийства. Он фотографирует, как Сергей с любовницей входит в дом, и остается в засаде до самого утра. В шесть часов он вдруг видит, что в подъезд дома входит красивая дама. Буквально через двадцать минут она выходит и направляется к своей машине, которую оставила неподалеку от дома. Фотограф поднимается на третий этаж и видит открытую дверь. Приготовив фотоаппарат, он входит в квартиру и, уже готовый увидеть интимную сцену, вместо этого натыкается на свеженький труп девушки. Сергея в квартире не было. Куда он мог подеваться, ведь не выходил из квартиры ни вчера, ни сегодня? Ларис, ты, наверное, догадалась, что Сергея увезли в той «Скорой помощи», которую мы видели с тобой у дома Кристины?

– Этот момент я очень смутно помню, – пробубнила Лариса.

Между тем Владимир продолжал:

– Фотограф быстро сделал несколько снимков застреленной девушки и поспешно ретировался. Кто же застрелил девушку? Ревнивый любовник или красивая дама? К этому мы вернемся позже.

Жанна не хотела, чтобы дискета уплыла в чужие руки. Однако, судя по снимку, который ей передал фотограф, Зимин уже отдал ее Ефимову. Фото было сделано вечером. На следующий день Сергей был на работе, а вечером пригласил Кристину в ресторан, а оттуда поехали к ней домой. Кристина позвонила Жанне и сказала, что Сергей этой ночью будет у нее, его жена Лариса уехала к матери с ночевкой. Значит, в квартире никого не будет, а дискета находится там. Значит, есть возможность ее оттуда забрать. И вот, прежде чем туда идти, на всякий случай в квартиру позвонили и были очень удивлены, что им ответили: Лариса подняла трубку. Тут же сориентировавшись, ей стали говорить о похищении Сергея, хотя этот разговор был запланирован на другой день. Лариса в тот вечер была в непотребном состоянии и плела по телефону что-то нечленораздельное. Из ее разговора звонивший понял, что хозяйка квартиры совершенно пьяна и, позвонив Жанне, сказал, что можно спокойно идти в дом, никто не остановит.

– Володя, я все это уже знаю, – прервала Владимира Лариса. – Расскажи лучше, как вы нашли тот дом, куда меня привезли? И почему в сумке оказались настоящие доллары?

– Доллары подменили в управлении внутренних дел. Я обратился к своим друзьям, бывшим сослуживцам, за помощью. Они мне не отказали, а даже с энтузиазмом взялись за дело. Мои полномочия как частного детектива, так сказать, ограниченны, и я не имею права отдавать людей под суд. Конечно, мне пришлось предоставить все сведения, которые мне удалось собрать за столь короткий срок. В ручку сумки был вмонтирован миниатюрный передатчик, который указал, в каком направлении поехали денежки. Если честно, я не предполагал, что они увезут тебя. Все было спланировано заранее. Мотоциклист вырвал из твоих рук сумку и скрылся за углом. Как и рассчитывали бандиты, ты кинулась за ним, а там уже наготове стоял автомобиль. Как только ты завернула за угол, тебя перехватили, и если бы не передатчик, который уехал вместе с мотоциклистом, мы бы, наверное, не сумели тебя найти. Машина буквально растворилась в воздухе. К сожалению, мы немного опоздали, пока ориентировались, и Жанна успела в тебя выстрелить. Хорошо, что все обошлось, рука дрогнула.

Да, ребята, конечно, молодцы, оперативно сработали, всех, кто там был, взяли. За тебя, конечно, все здорово переволновались. Кстати, тот самый фотограф, промаявшись почти неделю, сам пришел в управление и все рассказал. Не мог держать такой камень на сердце. Ребята говорили, потел, как в сауне, и все твердил: «Я законопослушный гражданин и всегда с дорогой душой».

Он выложил все снимки, которые сделал. Есть там и та самая дама, что приехала рано утром. Экспертиза быстро доказала, что это Жанна, хотя на снимке ее было трудно узнать. Кстати, и наши с тобой портреты там имеются, – засмеялся Владимир.

– А что ты смеешься? – возмутилась Лариса.

– Уж очень ты там экзотически выглядишь, – продолжал веселиться детектив. Потом опять стал серьезным и продолжал свой рассказ: – На очной ставке этот фотограф сразу же заложил Жанну по самую макушку. Да и отец твой, Лариса, помогал мне, как мог, – добавил Владимир и посмотрел на девушку хитрыми глазами.

– Как отец? Он что же, все знал? – округлила глаза от удивления девушка.

– Мне пришлось ему все рассказать. Он в тот же день из меня все вытряс.

– В какой день?

– В тот самый. Когда у тебя в квартире в ванной меня застукал. Помнишь, уже к вечеру мне на мобильный позвонили, и я срочно уехал? Это из моего офиса звонили. Там в это время твой отец расположился, а за спиной стояла его охрана.

– Откуда же он узнал, где твой офис, и вообще, кто ты такой? – удивилась Лариса.

– Привет, моя дорогая, – проговорил детектив. – Ты же ему сама на кухне все выложила, когда он пообещал тебе голову оторвать. Забыла?

– Ой, и правда. Тогда все понятно, – засмеялась Лариса. – Нет, вы только посмотрите на них. Вы с отцом настоящие актеры. Мне даже и в голову не могло прийти, что ему все известно. Так, значит, те двое, что маячили под моим окном, это его рук дело?

– Да. Он поручил тебя охранять, только не учел, что в твой подъезд можно пройти еще и через крышу.

– Это как, через крышу? – не поняла Лариса.

– Очень просто. Входишь в другой подъезд, через чердак выходишь на крышу и спускаешься опять на чердак, только уже в твоем подъезде.

– Охрана называется, – проворчала Лариса. – Вот отец приедет, я ему посоветую, чтобы уволил всех к чертовой матери. Какой ужас пришлось пережить из-за их расхлябанности? Не умеешь делать свою работу, не берись.

– Ты теперь можешь и сама это сделать, я имею в виду уволить. Имеешь полное право, – заметил Владимир и внимательно посмотрел на Ларису.

– Ничего я без отца делать не буду, – поняв, к чему клонит детектив, пробубнила Лариса. – И вообще, мне ничего не нужно. Пусть отец выздоравливает, остальное все – мелочи жизни, – упрямо тряхнув головой, закончила девушка. – Что теперь будет с Жанной? И что такого было на той дискете, чего она так боялась?

– Зимин сделал несколько снимков, на которых Жанна разговаривает с бандитами. Кстати, и с тем, который отравился соком на кладбище. На снимке она передает ему деньги. Есть Жанна на фотографии и с тем человеком, который приходил к тебе под видом «слесаря». Несколько снимков в постели с самим Зиминым. Он каким-то образом установил скрытую камеру, и она щелкала каждые полчаса. Ну и, конечно, дискета содержит подробный отчет о разговоре, где Жанна просит достать для нее сведения о компании. В общем, там много еще чего, смертельно опасного для нее. Словом, достаточно, чтобы накинуть себе на шею петлю и удавиться. Я бы на ее месте, наверное, так и поступил. Все равно ей пожизненное грозит, а для такой изысканной женщины, как Жанна, это хуже смерти.

– Володя, а что с Ефимовым? Я у мамы спросила, она почему-то не захотела отвечать, – поинтересовалась Лариса.

– В больнице твой муж, не волнуйся. Сейчас почти все у него в порядке. Дело в том, что, пока он там у них сидел, его посадили на иглу ради забавы.

– Вот садисты, – возмутилась Наташа.

– За что боролся, на то и напоролся. Нечего было по бабам шляться да легкие денежки срубать, – сказала Лариса. – Кстати, Володь, ты не узнал, что за делишки он проворачивал?

– Ты же знаешь, Лариса, у него была возможность незаконным путем ввозить в страну некоторые препараты. Вот он этим и воспользовался.

– И чем ему это грозит?

– Лишат лицензии, наложат такой штраф, что мало не покажется, но посадить, я думаю, не посадят. Но утверждать точно не буду. В этом деле тоже немаленькие деньги фигурируют. Как говорится, поживем, посмотрим.

– Ладно, будем надеяться, что обойдется без тюремного заключения. Он вроде и так натерпелся, теперь будет умным до самой смерти, – проворчала Лариса.

Она уже совсем не испытывала к мужу ненависти, просто ей стало его жаль. Но она твердо решила, что больше никогда в жизни не станет с ним даже разговаривать. Как только Сергей выйдет из больницы, она подаст на развод и потом забудет о его существовании…

– Ладно, девушки, заболтался я с вами, пора и честь знать, – спохватился Владимир и поднялся со стула. – Ларис, к тебе завтра следователь приедет, хороший мужик, ты ему все расскажешь, что произошло.

– Хорошо, расскажу, – упавшим голосом пробормотала девушка, наблюдая, как Владимир надевает куртку.

– Все позади, девочка, не вешай носа, – улыбнулся мужчина грустной улыбкой и, щелкнув Ларису по носу, скрылся за дверью.

Эпилог

Лариса несколько раз брала телефонную трубку, чтобы позвонить Владимиру и сказать, что улетает в Испанию. Но каждый раз гордость не давала ей этого сделать. Девушка бросала трубку на место и начинала метаться по квартире.

– Ну что в нем такого особенного, что я так мучаюсь? – сама себя спрашивала Лариса. – Нужно выкинуть этого детектива из головы и срочно влюбиться. В кого только? Вот уеду сегодня в Испанию и отхвачу там себе испанца. Говорят, они темпераментные, ужас.

Но эта перспектива почему-то не успокаивала, а совсем наоборот, злила Ларису.

– Надо же, даже не звонит. Не поинтересуется, как я себя чувствую, и вообще, как я здесь живу, – ворчала Лариса. – И это после того, что между нами было? Что мы вместе пережили? Чурбан бессердечный, – сделала Лариса заключение и начала приводить себя в порядок.

Через тридцать минут должна приехать Наташа, чтобы отвезти Ларису в аэропорт. Матери девушка сказала, чтобы она не беспокоилась и не ездила ее провожать. Обещала заехать к ней по пути в аэропорт, чтобы попрощаться. Три дня назад из Германии позвонил отец, и Лариса, услышав его голос, заорала в трубку так, что было слышно за три квартала:

– Папка, милый, ты здоров? Как ты себя чувствуешь? Когда приедешь?

– Все хорошо, девочка, все очень хорошо, осталось совсем немного, и я приеду, – успокоил дочь Петр Васильевич.

Он не стал ни о чем ее спрашивать, а просто рассказал, как живет и что с ним делают. Это он просил Ларису все же поехать в Испанию и отдохнуть от всего пережитого. Ларисе идея понравилась, она уже давно забыла о той путевке, что ей купил отец. Дата там была открытая, поэтому не составляло никакого труда восстановить ее. И вот сегодня она улетает, а Владимир даже не знает об этом.

– Ну и ладно. Как говорится, что бог ни делает, все к лучшему, – сама с собой разговаривала Лариса, сидя перед зеркалом. «Говорят, испанцы очень блондинок любят», – расчесывая волосы, думала девушка.

В дверь позвонили, и Лариса пошла открывать. На пороге стояла Наташа, а рядом с ней улыбался во весь рот Александр.

– Батюшки, какие люди и без охраны? – всплеснула Лариса руками.

Александр протянул девушке букет цветов и галантно приложился к ее ручке.

– Мадам, вы обворожительны, – промурлыкал «мартовский кот» и одарил Ларису еще одной улыбкой.

– Хватит любезничать, – засмеялась Наташа. – Пора ехать в аэропорт.

– Я уже готова, можно отправляться, – развела Лариса руками.

– Очень хорошо, Сашенька, давай-ка, милый, сумочки в руки и вперед, самолет ждать не будет, – засуетилась Наташа.

Лариса еще раз пробежалась по квартире, проверяя, все ли выключила, ничего ли не забыла. Наташа с Александром ждали ее у лифта. Она закрыла двери, прошептала:

– С богом, – и вошла в лифт вместе с друзьями. Прежде чем отправляться в аэропорт, Лариса, как и обещала, заехала к матери попрощаться.

– Ларочка, девочка моя, будь осторожна на воде. Не перегревайся на солнце, обязательно прикрывай голову. Если почувствуешь недомогание, сразу же иди к доктору, денег у тебя достаточно. Как только прилетишь, обязательно позвони, чтобы я не волновалась. Проверь, чтобы в номере работал кондиционер. Побольше ешь фруктов, тебе нужны витамины, – без остановки говорила Виктория Николаевна, давая дочери наставления.

– Мам, мне уже пора, «ИЛ-18» не будет ждать меня одну. Не волнуйся, все будет хорошо.

Виктория Николаевна обняла дочь и захлюпала носом. Лариса поцеловала мать и поторопилась убежать из квартиры.

– Долгие проводы, лишние слезы. Как же я не люблю, когда на отдых провожают, как на чеченскую войну. Вроде еду в Испанию, а не в дикие джунгли, где меня в любую минуту могут сожрать. Радоваться нужно, что отдохну. При чем здесь слезы-то? – вполголоса ворчала девушка.

Когда приехали в аэропорт, времени до вылета оставалось еще достаточно. Лариса не спеша заполнила декларацию и уселась в кресло рядом с Наташей. Александр побежал к киоску, чтобы взять что-либо из свежей прессы, а заодно купить прохладительного.

– Ты Володе-то говорила, что уезжаешь? – спросила Наташа.

– Вот еще, что это я ему должна докладываться? – фыркнула Лариса.

Наташа осуждающе посмотрела на подругу.

– Что ты все хорохоришься и меня хочешь обмануть? Неужели я не вижу, как ты переживаешь?

– Сходи к окулисту, пусть он тебе очки пропишет, – огрызнулась Лариса.

Наташа уже было открыла рот, чтобы соответственно ответить подруге, как к ним подлетел Александр.

– Может, посидим в кафе, пока время есть? – предложил он. – По бокальчику шампанского махнем за благополучный полет?

Девушки сразу же согласились и встали с кресел. В кафе за разговорами и шампанским время пролетело, как одна минута, и вот уже вся троица бегом отправляется на таможенный досмотр. Ведь уже давным-давно началась регистрация на рейс, с которым должна улетать Лариса. Получив порцию напутствий и поцелуев от подруги, девушка прошла регистрацию, паспортный контроль и вошла в зал вылета. Пассажиров пока еще не приглашали на посадку, и она уселась в свободное кресло. Чтобы хоть чем-то заняться, Лариса раскрыла журнал, который в руки ей сунул Александр со словами: «Чтобы не скучно было в полете».

Полистав немного яркие страницы, Лариса захлопнула дорогое издание и подняла голову. В первую минуту она даже не сразу все сообразила. Напротив нее в непринужденной позе стоял мужчина. Стоял он, прислонившись к колонне и сложив руки на груди. Он внимательно наблюдал за Ларисой, буравя ее своими зелеными глазами. Девушка нервно сглотнула и спросила первое, что ей пришло в голову:

– Ты что здесь делаешь?

– То же, что и ты. Жду приглашения на посадку.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила Лариса заплетающимся языком. Ей казалось, что язык превратился у нее во рту в огромную разварившуюся сардельку, которую она никак не может прожевать.

– Только то, что сказал, – пожал мужчина плечами.

– Ты тоже летишь в Испанию? Но почему? – прошелестела Лариса, так как голос ее бесследно испарился…

– Видишь ли, мне показалось, что моя жизнь слишком спокойна. А когда я подумал, то понял, чего в ней не хватает.

– Чего? – еле выговорила Лариса.

– Проблем, которые виртуозно умеет создавать курносая блондинка, – произнося эти слова, Владимир лукаво наблюдал реакцию девушки и улыбался.

Лариса некоторое время сидела, замерев, пытаясь переварить только что услышанное. Когда до нее дошел смысл сказанного, она вскочила с кресла и с визгом бросилась к мужчине. Лариса повисла у Владимира на шее, чуть не придушив его и при этом продолжая верещать. Когда устаканился первый всплеск эмоций, Лариса, пожирая Владимира сияющими глазами, тут же брякнула:

– Я выйду за тебя замуж только при одном условии.

Владимир мгновенно отреагировал на Ларисино заявление.

– Во-первых, уймись, моя дорогая, – строго сказал он, – я еще не предлагал взять тебя замуж. А во-вторых, о каких еще условиях идет речь?

– Сделаешь предложение, никуда не денешься, – махнула девушка рукой, будто речь шла о походе за грибами. – Я же не говорю, что ты должен его делать прямо сейчас, я еще не разведена. А условия вот какие. Ты должен взять меня к себе на работу в свое агентство «Холмс», – говоря это, Лариса радостно улыбалась, как будто сообщала о том, что он выиграет миллион долларов.

– Интересно, кем это я тебя должен взять к себе? – обалдел Владимир.

– Детективой, ой нет, детектившей, в общем сыщиком… тайным, – выпалила Лариса и уставилась на жениха глазами, похожими на две огромные вишни.

Владимир уже открыл было рот, чтобы сказать все, что он думает по этому поводу. Однако в это время к ним приблизился молодой человек в форме.

– Господа, пройдите на посадку, ждут только вас, – сказал он.

Они растерянно окинули зал взглядом и увидели, что остались только вдвоем. Лариса схватила Владимира под руку и потащила на посадку, при этом она, не переставая, стрекотала о том, насколько это будет здорово, умно и целесообразно, когда в его агентстве появится такой незаменимый кадр, как она. Владимир то и дело закатывал глаза, хватался за голову, потом за сердце. Он чуть было не пожалел о своей прошлой беззаботной жизни, но потом обнял свою без умолку стрекотавшую подругу, прижал к себе и чмокнул в макушку. Не оглядываясь, он поднял руку, словно с кем-то прощался. Ему даже показалось, что позади него стоит его прошлая жизнь, такая спокойная, уравновешенная, почти предсказуемая, но… одинокая. Он еще раз улыбнулся, мысленно прощаясь с ней, и вдруг обнаружил, что делает это без малейшего сожаления.

Вся правда о реалити-шоу «Формула красоты»

Главы из книги

Все, что написано в этой книге, правда от начала и до конца. Речь пойдет о том, что осталось по ту сторону экрана. Как вели себя участники проекта «Формула красоты», кто выдержал до конца, а кто нет… Также я расскажу о пластическом хирурге Евгении Борисовиче Лапутине, который трагически погиб в самом начале съемок, успев прооперировать только меня. Светлая ему память. Я расскажу о людях, с которыми мне пришлось три месяца жить бок о бок, спать в одной спальне, сидеть за одним столом… и многое другое.

Мне, как участнику проекта, не в чем себя упрекнуть, я прошла это испытание с достоинством и поэтому смело взялась за написание книги. Постараюсь рассказать обо всем так, чтобы вам, мои дорогие читатели, было интересно и весело. Естественно, иногда будет и грустно, но это реалии нашей жизни «за стеклом», и ничего здесь не сделаешь. Раз уж я решила быть с вами до конца откровенной, значит, так и будет. Итак, я начинаю…

С любовью Ирина Хрусталева

С самого утра меня била мелкая дрожь, как будто я подхватила тропическую лихорадку. С минуты на минуту ко мне домой должна была приехать съемочная группа. Раньше я никогда не снималась для телевидения и, естественно, ужасно волновалась. Впрочем, волновалась и вся моя семья.

Что говорить, как себя вести – я не имела ни малейшего представления. За сутки я влила в себя столько валерьянки, что любой другой человек на моем месте уже был бы спокойнее слона на водопое. А меня вот не брало.

Когда в дверь позвонили, я подпрыгнула на диване как укушенная. «О господи, хоть бы это были не они», – пришла в голову глупая мысль. Испуганно посмотрев на свою среднюю дочь, я еле выговорила:

– Открой, пожалуйста, меня что-то ноги не держат.

Приехала съемочная группа, и режиссер, увидев, как я волнуюсь, лишь улыбнулся:

– Ирин, не нужно так переживать, все будет хорошо, вот увидите.

И можете себе представить, я ему поверила и очень быстро успокоилась. Я вспоминаю Сергея Стеженского с большой признательностью, ведь это благодаря ему я попала на проект. Это он увидел во мне интересного человека и сумел убедить руководство, что я подхожу для участия в проекте.

Как ни странно, съемки прошли замечательно. Как только мы начали работать, все пошло как по маслу: я болтала без остановки, совершенно забыв про камеру, как будто всю жизнь только и занималась тем, что раздавала интервью налево и направо. Потом меня ждал сюрприз: съемки в Доме культуры на Рублевке. Там мне официально объявили, что я принята в проект. И сделала это артистка эстрады Елена Воробей, которая специально приехала для встречи со мной.

Ура! Жизнь удивительна и прекрасна, а станет еще прекраснее. Осталось совсем немного – стать красавицей.

Кстати сказать, всем участникам объявили о том, что они приняты, очень оригинальным способом. Мне, как я уже сказала, преподнесла сюрприз Елена Воробей. А вот у Юли Челядиновой съемка была в кафе. Ей подали счет, и режиссер говорит:

– Открывай.

Юля раскрыла счет и прочитала: «Поздравляем, вы участник проекта».

Она потом рассказывала:

– Я когда прочитала, что принята, у меня слезы сами собой из глаз полились. Я закрылась этим счетом и никак успокоиться не могла.

У Ирины Чистяковой съемки, как и у меня, были дома. Ей подали журнал «Плейбой», в котором она мечтала сняться, и, кстати, снялась в конце проекта. Предложили выбрать страницу, на которой ей хотелось бы видеть свою фотографию, а там написано:

«Поздравляем вас, Ирина, вы участник проекта».

Людмилу Сорокину снимали в парке культуры и вместе с билетом на «чертово колесо» вручили поздравление.

Итак, четырнадцатого сентября нас поселили в доме. Когда мы туда приехали, нас встретила актриса Катя Семенова и показала его полностью, проведя по всем помещениям. На время проекта Катя была хозяйкой дома и нашей подружкой. С ней мы делились своими секретами, решали возникающие проблемы и просто болтали, она замечательный и добрый человечек.

Итак, мы вошли в огромный, удобный и очень красмвый дом, в котором нам предстояло прожить целых три месяца. Там было все: спортивный зал с тренажерами, сауна, солярий, джакузи, косметический кабинет, огромная столовая и две спальни – мужская и женская. А еще зимний сад, кабинет психологической разгрузки, комната реабилитации, гостиная с домашним кинотеатром и караоке и кухня, оборудованная всевозможной техникой, начиная от мясорубки и заканчивая пароваркой. У нас даже электрическая швейная машинка была, и, когда все со страшной скоростью начали худеть, мы ушивали на ней одежду.

Еще была секретная комната, в которой стоял компьютер и телефон. Компьютером мы пользовались постоянно, потому что администрация присылала нам на него сообщения, расписание на следующий день, новости и тому подобное. Мы, в свою очередь, тоже писали письма администрации с просьбами и пожеланиями. Телефоном мы могли пользоваться только один раз в день – в остальное время его отключали, – и всего по три минуты каждый. Лишнего говорить не позволялось. Все, что касается проекта, было табу, и если кто-то нарушал это правило, то его сразу же отключали, резко прерывая разговор.

В спальнях и гостиной стояли электронные весы, на которых мы ежедневно взвешивались. Как сейчас помню, встаешь на весы и обнаруживаешь, что за сутки ничего не сбросила. Караул!

Потом диетолог нам объяснил, что сброс веса может быть прыгающим. В самом начале организм затаивается, потому что не понимает, что с ним происходит. Почему это вдруг перестало поступать то же количество пищи, что и раньше? Чуть позже, когда организм понимает, что ждать бесполезно, он начинает кушать свои собственные накопления, то есть жиры, тогда мы и начинаем быстро худеть. Проходит какое-то время, и снова стоп, вес приостанавливается, но эта передышка только на время. Я обязательно расскажу вам про диету очень подробно на страницах своей книги и уверяю, что многим из вас она понравится.

Когда мы разместились, нас попросили собраться в гостиной. Кстати, как только мы вошли в дом, нам прицепили микрофоны, и с той минуты в течение трех месяцев мы с ними не расставались. Снимали только, когда куда-нибудь выезжали, а как только возвращались, то прямо у порога снова надевали их. По всему дому, в любом его уголочке, висели высокочувствительные микрофоны, которые ловили даже шепот. Так что посплетничать, чтобы тебя не слышали в операторской, не было никакой возможности.

По всему периметру дома в стены были вмонтированы затемненные зеркала, за которыми стояли телевизионные камеры. Мы не видели никого, а сами были как на ладони. Первое время это страшно напрягало, но потом мы привыкли и уже практически не обращали на это внимания. Правда, писать свои детективы под прицелом камер я так и не смогла, хоть и несколько раз пыталась начать. Уходила в комнату психологической разгрузки, открывала ноутбук… и слышу: шур-шур-шур за зеркалом – оператор активизировался. Ну и какой здесь роман напишешь? Когда чувствуешь, что читают каждую букву, которую ты напечатала, мысли рассыпаются, как горох. Попробовав несколько раз и поняв, что ничего из этой затеи не получается, я с сожалением оставила ноутбук в покое. Да и времени оставалось не так уж много, у нас был строгий режим, и мы не имели права его нарушать. В 7.45 подъем, с 8 до 9 – занятия в тренажерном зале, в 9 – завтрак. Дальше всех участников развозили по разным местам. Тех, кто после операции, везли в клинику, на процедуры, других – кого к стоматологу, кого к косметологу. Остальных в Ворд-класс Ольги Слуцкер, в руки тренеров.

Но вернемся к первому дню в доме.

Нас собрали в гостиной, вошли два пластических хирурга, Лапутин и Рыбакин. Они долго рассказывали о том, что нам предстоит. Потом Евгений Борисович пригласил меня в кабинет психологической разгрузки и сразу же спросил:

– Как настроение, Ирин?

– Боевое, – улыбнулась я в ответ.

– А что, если мы тебя прооперируем завтра?

– Да хоть сегодня, – решительно ответила я.

– Вот и отлично, значит, завтра забираем тебя в клинику, – весело проговорил хирург и подмигнул мне. – Ты молодец, так держать. Люблю таких пациентов, пятьдесят процентов успеха операции зависит именно от настроя.

– Не волнуйтесь, Евгений Борисович, я вас не подведу, я отлично настроена и ничего не боюсь, – сказала я.

– Очень хорошо, значит, до завтра, – сказал Лапутин и вышел.

Я была очень рада, что меня вот так сразу забирают на операцию. Хуже нет ждать да догонять. И можете мне не поверить, но я в самом деле совсем не боялась. С самого начала я была настроена решительно, прекрасно понимая, на что я иду. Вы скажете: а как же риск? На что я вам отвечу: сейчас вся жизнь сплошной риск. Уверяю, вас друзья мои, что, ложась на операционный стол, я рисковала ничуть не больше, чем за стенами клиники. Конечно, очень важно, какому врачу ты отдаешь себя в руки. Мне крупно повезло, мной занимались замечательные хирурги. Лицо мне сделал Лапутин Евгений Борисович, и я буду всегда вспоминать его с огромной благодарностью. Этот талантливый человек ушел из жизни так внезапно и так нелепо, что нет слов, чтобы высказать всю боль и сожаление, которое мы испытали, узнав о его гибели. Светлая ему память.

Две последующие операции мне делал профессор Сергей Николаевич Блохин, друг и коллега Лапутина. После смерти Евгения Борисовича ему пришлось взять ответственность за всех участников, которые были прикреплены к клинике «Деталь», на себя. Боже мой, вы не представляете, каков результат операций, сделанных этим человеком. Произведения искусства, по-другому не назовешь. После последних двух операций я пробыла в клинике двенадцать дней. Чего я только не узнала о Сергее Николаевиче за это время! Одной пациентке он вставил имплантаты в грудь без единого шва. У нее была абдомена на животе, так вот он ухитрился вставить ей имплантаты через живот.

Вот такие врачи меня оперировали, и я не боюсь повториться, мне крупно повезло.

А сейчас я снова продолжу рассказывать, как мы обживались в доме.

В большой спальне стояло двенадцать кроватей, каждый выбрал себе, какая понравилась. В спальне было два выхода: один на лестницу, которая вела в гостиную, а второй – в зимний сад. Мы все буквально влюбились в него, как только увидели в первый раз, – так там красиво, уютно и спокойно.

Совсем забыла рассказать, что, прежде чем познакомить с домом, нас всех в последний раз накормили бутербродами с колбасой и ветчиной. Дали по чашке кофе или чая, кому что нравится. Во время сей трапезы немного рассказали о режиме в доме, о проекте, о том, что нам предстоит. Еды было много, и все старались запихнуть в себя как можно больше. Поедание бутербродов проходило весело, мы старались шутить, хотя я прекрасно видела, что участники крайне напряжены и с опаской ждут продолжения. Одна женщина беспрерывно трещала по телефону и поглядывала на дверь.

– Ты, пожалуйста, пока не уезжай, я сейчас, наверное, уйду отсюда, – говорила она в трубку, поминутно утирая слезы.

Позже мы познакомились, ее звали Оксана Юдина, и она действительно хотела уехать обратно домой. Женщина отличалась достаточно внушительными размерами. В самом начале проекта она весила сто восемнадцать килограммов, а к концу – восемьдесят девять. Здорово, правда? Толстяков у нас было пять человек, это те, кто весили более ста килограммов. В проекте собрали очень разных людей, что по весу, что по возрасту, что по статусу. Самая молодая участница, Юля Челядинова, двадцати четырех лет, весила сто двадцать килограммов. Самая старшая – Ирина Печерникова, актриса. Я не буду писать здесь, сколько ей лет, вдруг она не хочет, чтобы все об этом узнали. Следующая по возрасту была я, ваша покорная слуга, без трех месяцев пятьдесят лет, вес девяносто, рост… впрочем, это совсем неважно. А моей ровеснице Людмиле Сорокиной не нужно было худеть, а совсем наоборот, не мешало набрать килограммов пять-семь.

Ой, вы не представляете, сколько у нас было курьезов по этому поводу. Двенадцать участников должны были сидеть на диете, чтобы сбросить вес, а трое наоборот. Можете себе представить, какими злыми и голодными глазами мы на них смотрели, когда, как кролики, жевали салатные листы с тертой морковкой, а эта троица наворачивала борщ со сметаной. Еще в ординаторской у нас стоял огромный холодильник, в котором всегда лежали для нас овощи и фрукты. А еще… Никогда не догадаетесь. Холодильник до отказа был набит всевозможными деликатесами. Ветчина, копченая колбаса, рыбка горячего и холодного копчения, мороженое, тортики и тому подобное. И в самом холодильнике была вмонтирована видеокамера, так что умыкнуть оттуда что-то незаметно не было никакой возможности. Вот таким варварским способом нас испытывали на прочность. В первые неделю-полторы, было очень тяжело, просто до умопомрачения, а потом… потом мы привыкли, во всяком случае, я привыкла точно. Вернее, не я, конечно, сама, а мой желудок. Он, бедный, сократился до такой степени, что валялся в глубоком обмороке и практически перестал реагировать на всякие вкусности. Расскажу одну смешную историю, как раз про желудок.

После операции меня возили в клинику каждый день на физиотерапевтические процедуры. Обычно я успевала позавтракать, но в этот раз меня повезли так рано, что поесть не удалось. Пока я была в клинике, время приблизилось к обеденному. Я уже тихо умирала от голода, да еще и после операции, сами понимаете, какое состояние… Рядом с клиникой находился «Макдоналдс». Когда я вышла на улицу, взгляд мой невольно упал на сие заведение с кровожадным вожделением. Я сглотнула голодную слюну, потрогала рукой свой живот, где свернулся в трубочку желудок, и решила, что стаканчик кофе мне не повредит. Я подошла к окошечку прямо на улице и, сама от себя не ожидая такой наглости, сделала заказ:

– Кофе эспрессо и картошку фри.

В машине я уплела картошку в мгновение ока, выпила кофе и попросила водителя, чтобы он ничего не говорил администратору. Он пожал плечами, сказал, что даже не собирался этого делать, и я успокоилась. По желудку разлилось приятное тепло, и я почувствовала себя почти счастливой.

Через несколько дней у нас был экстренный сбор в столовой, мы обсуждали недостойное поведение некоторых участников. Об этом я обязательно расскажу вам, но чуть позже, потому что это событие имело неожиданный резонанс, и о нем нужно написать более подробно. Могу сказать пока лишь то, что один из участников просто-напросто вылетел с проекта за нарушение режима. Сидим мы, значит, обсуждаем проблему, очень горячо спорим. И вдруг…

– А некоторые наши участники еще и ухитряются в «Макдоналдсе» нажраться, не буду здесь и сейчас называть имени, – услышала я голос Татьяны Михайловны Фониной. И при этих словах она очень пристально, не мигая, посмотрела на меня.

Вы даже не можете представить мой ужас, когда Фонина, наш серый кардинал, проговорила эти слова. Я готова была провалиться сквозь землю, проклиная свою несдержанность. Так мне было неудобно и стыдно, вы даже не можете себе представить. Взрослая женщина, мать троих детей, бабушка двоих внуков, писатель, и такое недостойное поведение.

«Вот зараза, заложил все-таки! – подумала я о водителе. – Всего-то пакетик картошки. Больше ни за что и никогда я не сделаю такой глупости, так и с проекта недолго вылететь!»

Признаюсь честно, я тогда здорово испугалась. Когда у нас начался откровенный разговор, каждый должен был признаться перед всеми участниками, были ли у него срывы за это время. Когда подошла моя очередь, я чистосердечно призналась:

– Это я была в «Макдоналдсе», но я съела всего один пакетик картошки и выпила стаканчик кофе. У водителя в машине я оставила пакет, в нем лежал чек, так что можно проверить.

Уже в конце проекта я узнала, что водитель меня не закладывал, и Татьяна Михайловна говорила совсем о другом человеке, которого в тот момент даже не было в доме. Я, узнав об этом, очень смеялась над собой: поговорка «на воре шапка горит» сработала на все сто процентов. Но тогда, на собрании, мне было далеко не до смеха, честно признаюсь. Для меня тот случай послужил хорошим уроком, и после него я уже никогда не нарушала режима, брала пример с Юли Челядиновой. Она у нас молодец, держалась железобетонно. Ни при каких обстоятельствах не позволяла себе лишнего, даже когда могла это делать. После операций мы оставались на некоторое время в клинике, а там нас кормили из ресторана. Мы могли себе заказать все, что хотелось. И это не было запрещено, даже наоборот: мы должны были набираться сил. Так вот Юля даже там ела только диетическую пищу. Я тоже старалась придерживаться диеты, но, учитывая мой возраст и время, проведенное под наркозом, все же иногда позволяла себе что-нибудь калорийное. Но это бывало очень редко, честное слово. Потом я привыкла к диете и уже совершенно не страдала от того, что не могу съесть кусок хлеба, жареного мяса или торта.

А ведь раньше покушать я любила, да чтобы вкусно, да побольше… Вот и наела себе чуть ли не сто килограммов. Правда, придя на проект, я весила «всего» девяносто, а за полгода до этого… Ладно, сейчас расскажу.

Поднялась я как-то к своей старшей дочери. Мы живем в одном подъезде, она со своей семьей на восьмом этаже, я – на пятом. Смотрю – она на весах стоит. Ну, я тоже решила: дай, думаю, посмотрю, сколько там у меня набежало. А не взвешивалась до этого уже года два, это точно. Встаю я на весы и своим глазам не верю – девяносто девять килограммов!

– Мама дорогая, не может такого быть, это же… катастрофа, – ахнула я. – Света, твои весы врут наглым образом! – закричала я на дочь.

– Ничего подобного, они совсем новые, – возразила она. – Я на них постоянно взвешиваюсь и что-то не замечала, чтобы они врали.

– Да ты только посмотри, что они показывают, – возмутилась я. – Неужели во мне может быть девяносто девять килограммов?

– Подойди, мамуля, к зеркалу, как следует разгляди свои параметры, и все поймешь, – засмеялась Света.

– Я в зеркало каждый день смотрюсь, – огрызнулась я. – Но чтобы почти сто кило… Наглая ложь.

Как ни крути, а весы все же не врали, а честно показали мне, до чего я докатилась. Я тут же исключила из своего рациона сахар и перешла на заменитель, отвернулась от картошки, всяких там булочек, тортов и пирожных. В результате за шесть месяцев тихим сапом я похудела на шесть килограммов. Когда я пришла на кастинг, во мне было девяносто три, а в дом я вошла – уже девяносто. Три килограмма с меня слетели за две недели от переживаний и волнений по поводу проекта.

В первый же день нас всех взвесили и измерили. Все эти данные были занесены в индивидуальные журналы, заведенные на каждого участника. Как сейчас помню свои объемы: вес девяносто, рост сто шестьдесят семь, объем талии сто семь, объем груди сто двенадцать. Да-а-а, друзья мои, до параметров 90-60-90 мне было далеко, как до луны. Впрочем, именно к таким я и не стремилась, признаюсь честно. Нужно уметь смотреть правде в глаза. Мне пятьдесят, я мать троих детей. Быть стройной и женственной – вот моя цель. А на подиум я выходить не собираюсь, это смешно.

А вот одна из участниц, не хочу называть ее имени, стремилась именно к идеалу. Ей в ее сорок два года захотелось выглядеть подростком, и она с завидным упорством худела до посинения, изводила себя на беговой дорожке и в тренажерном зале. В результате она похудела до такой степени, что все обвисло, и стала требовать, чтобы ей сделали грудь, лицо и многое другое. Отмечу сразу, что в самом начале, когда ее консультировал доктор, речь шла только о носе и глазах, которые ей и прооперировал хирург Рыбакин, представлявший на проекте питерскую клинику. А когда до конца проекта оставался всего лишь месяц, ее запросы непомерно возросли. А почему бы не подсуетиться, когда все даром? Скажу вам честно, терпеть не могу в людях наглость и беспардонность, меня от таких коробит.

Естественно, никто ей не собирался ничего делать по очень простой причине: эти операции не были запланированы в самом начале проекта. И что вы думаете? Она устроила настоящий скандал, даже голодовку собиралась объявить. Извела всех до такой степени, что в конечном итоге ей сделали две дополнительные операции: имплантаты в грудь и подтяжку лица. Конечно же, еще и другая причина имелась, о которой я не буду здесь писать, чтобы не обидеть человека совсем уж грубо… хоть и очень хочется. Она здорово потрепала нервы что нам, что администрации, что врачам.

Итак, нас взвесили, измерили, данные занесли в журналы. После беседы с врачами время подошло к шести вечера, настало время ужина. Мы прошли в столовую, и расселись за большим столом. Здесь же стояли официанты, два молодых человека, глядя на нас, они молча улыбались.

«Что-то слишком загадочно они улыбаются, – подумала я тогда. – Наверняка сейчас что-то будет!»

И я не ошиблась. Молодые люди вышли за дверь секретной комнаты и вернулись с огромными подносами в руках. А на подносах – пучки всевозможной зелени, свежие огурчики, тертая и нетертая морковь, салатные листы… И все это в чудовищно большом количестве. Мы дружно потянулись к подносам и тут же захрустели кто морковкой, кто огурчиком.

– Это что же, мы теперь все время так ужинать будем? – поинтересовался один из участников.

– Не знаем, может быть, – неопределенно ответил один из официантов и снова загадочно улыбнулся. – Сейчас к вам выйдет диетолог, господин Стенин, вот у него и спросите.

Мы все замерли в ожидании диетолога. Когда же он наконец появился, все дружно ахнули. «Ничего себе диетолог», – подумала я, разглядывая высокого толстого мужчину.

Увидев наши удивленные глаза, Стенин засмеялся и сказал:

– Да, да, дорогие участники, сам знаю, что диетолог не может быть таким плотным, ведь он должен подавать пример. Я вам обещаю, что с сегодняшнего дня буду сидеть на диете вместе с вами и буду кушать то же, что и вы, вот из этих коробочек.

Естественно, это были лишь громкие слова, Стенин поступил намного проще, пойдя путем наименьшего сопротивления: поставил себе манжет на желудок и начал худеть. Правда, нам так и не удалось его увидеть стройным, как кипарис, он почему-то не появлялся в доме последние две недели. А в тот первый день он пришел к нам с коробкой, в которой лежали маленькие коробочки, подписанные именами участников. Завтрак, второй завтрак, обед, полдник, ужин, блюдо на ночь – каждому индивидуально. Итак, нам предстояла диета из низкокалорийных продуктов. Шестиразовое сбалансированное питание, разработанное специально для нас, дало свои результаты, не буду кривить душой.

Но вот что это за питание, из каких продуктов оно составлено и можно ли было это есть, вы узнаете в следующей главе.

Продолжение следует.

Content

Ирина Хрусталева
Осторожно: блондинка!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Эпилог

Вся правда о реалити-шоу «Формула красоты» Главы из книги