Марина Серова

Мечта не по карману

Глава 1

Где-то что-то пронзительно пиликало. Сначала вдалеке, но постепенно звон нарастал и наконец превратился в настойчивое и звонкое дребезжание над моим ухом. Сквозь сон я прислушалась и поняла, что это мелодия из какого-то знакомого мне с детства мультика. «Простоквашино», — промелькнуло в моей голове, и я повернулась на другой бок с тем, чтобы снова отбыть в царство Морфея, из объятий которого меня столь грубо вырвали. Но вместо этого вдруг вскочила… Я сидела на постели, широко раскрытыми глазами смотрела в кромешную темноту перед собой и трясла головой, чтобы собраться с мыслями.

На столе мигал голубым дисплеем и пиликал мой мобильник. Я протянула руку, нащупала будильник и, притянув его к себе, всмотрелась в стрелки на циферблате. Начало второго. Дурдом! Кому и что могло понадобиться в такое время от меня? А главное, зачем? Неужели нельзя было дождаться утра?

Я взяла со стола сотовый, не прекращавший пищать, и откинула крышечку. По дисплею бежали цифры совершенно незнакомого мне номера. Более того, звонок был иногородним. Недоумевая, кто бы это мог быть, я нажала на кнопку приема и приложила трубку к уху.

— Алло…

— Алло… — эхом ответил мне далекий женский голос на том конце провода. — Это Татьяна Александровна? Я не ошиблась?

Да, я — Татьяна Александровна. И больше всего на свете я терпеть не могу, когда меня так называют. Поскольку, во-первых, банальное Танечка звучит куда приятнее и милее; а во-вторых, по имени-отчеству меня величают исключительно клиенты. И если среди ночи звонит клиент, значит, меня ждут тяжелые трудовые будни: недосыпание, знакомства с малоприятными типами и еще много всяких неприятностей, которые сулит нелегкая работа частного сыщика, коим, кстати, я и являюсь.

— Вы не ошиблись. Я Татьяна Александровна, — недовольно пробурчала я, стряхивая с себя остатки сна.

— Как хорошо, что я смогла до вас дозвониться! Вы даже не представляете, как я на вас надеюсь. Вы вообще — моя последняя надежда. Я просто не знаю, к кому я еще могу обратиться. — Голос срывался, или это были простые помехи на линии, но девушка явно всхлипывала и плакала.

— Успокойтесь. Объясните, кто вы? Что у вас случилось? Почему вы мне звоните?

Голос девушки звучал так взволнованно и жалостливо, что я совсем забыла о своей первоначальной реакции на столь поздний звонок. Выбравшись из-под одеяла, я сделала пару шагов в кромешной темноте и тут же стукнулась ногой о какой-то предмет.

— Вот черт… — прошипела я и спросила уже чуть громче: — Кто вы? Представьтесь.

Пока незнакомка на том конце провода собиралась с мыслями, я успела нащупать шнур от ночника и щелкнуть выключателем. От прикроватного столика по всей комнате расплылось пятно мутного электрического света. Имея теперь возможность свободно ориентироваться в пространстве, не натыкаясь ни на какие предметы, я прошла через всю комнату и присела на подоконник. От окна жутко дуло, я зябко поежилась и, подобрав под себя ноги, устроилась поудобнее.

— Так кто же вы? — повторила я свой вопрос уже в третий раз.

— Меня зовут Алина. Алина Завьянова. Мне о вас рассказывала одна моя приятельница. Она говорила, что вы помогли ей, что вы — настоящий знаток своего дела, но я тогда даже не думала, что мне самой придется обращаться к вам, а вот теперь… Надеюсь, вы простите меня за столь поздний звонок, но я никак не могла сделать это в другое время: за мной все время следят. Может быть, и теперь тоже…

— Алина, о чем вы? Кто за вами следит? Может, вам просто стоит позвонить в милицию?

— Нет! — Девушка, представившаяся Алиной, почти закричала, и я машинально немного отодвинула трубку от уха.

— Ну, хорошо. Не хотите вызвать милицию — это ваше право, — растерялась я от такой резкой реакции. — Но я чем могу вам помочь?

— Татьяна Александровна, я вам заплачу. Очень хорошо заплачу, если вы узнаете имя человека, который за мной следит! Прошу вас, помогите мне! В милиции меня никто не станет слушать, да и не могу я к ним идти…

— Хорошо, я помогу вам. Только, может, нам лучше все-таки обсудить все при личной встрече? — ненавязчиво предложила я, покосившись на часы. В принципе у меня еще был шанс неплохо выспаться.

— Нет! Я не могу с вами встречаться! Я же говорю вам: за мной следят! Все время! Они все поймут, если увидят нас вместе! Я даже звоню вам не из дома. Вдруг номер прослушивается…

Я еще раз метнула взгляд на часы и вздохнула. Похоже, мне все-таки придется выслушать Алину.

— Хорошо. Рассказывайте, в чем дело. Только откуда вы мне звоните в такой час, если не из дома?

— Из таксофона. Я боюсь. Я очень боюсь! Мне кажется, эти люди готовы на все…

— Какие люди? Давайте-ка обо всем по порядку.

Девушка опять начала всхлипывать.

— Я даже не помню, когда я впервые заметила, что за мной следят. Сначала я думала, что мне это все только кажется, но потом… Я слишком часто стала замечать в зеркале заднего вида незнакомые машины, которые колесили за мной по всему городу. Причем машины были каждый раз разные, потому я и не сразу обратила внимание. Если я заходила в кафе, то за соседним столиком непременно оказывался какой-нибудь незнакомый тип, который то и дело поглядывал в мою сторону, а стоило мне покинуть заведение — и он следовал за мной по пятам, не отставая ни на шаг. Причем люди тоже каждый раз были разные, я никогда не замечала, чтобы один и тот же человек появлялся дважды. Мне кажется, что даже мой дом напичкан камерами и подслушивающими устройствами. Они контролируют буквально каждый мой шаг. Это ужасно! Я больше так просто не могу!

— Алина, но если вы говорите, что и машины, и люди все время были разными, так, может… — Я замялась, подбирая подходящее слово. — Может, вам просто все это кажется? — нерешительно закончила я.

— Мне ничего не кажется! Вы считаете, что у меня мания преследования?! — Девушка захлебывалась, но, от злости на мои слова или от слез, я так и не поняла. — Я тоже поначалу так думала, пока не проделала один маленький эксперимент.

— Какой? — заинтересовалась я.

— Я в тот день собиралась в парикмахерскую, выехала из дома на своей машине и уже через пару минут заметила, что сзади маячит незнакомая иномарка. Времени до назначенной встречи с мастером у меня было предостаточно, и я решила поставить опыт. До салона красоты, который находится в пяти минутах езды от моего дома, я добиралась такими окольными тропами, что ни одному нормальному человеку это просто не взбрело бы в голову. Короче, вместо считаных минут я потратила на это виляние по дорогам около часа. Так вот, все это время за мной колесила та иномарка…

— Звучит убедительно. Но неужели у вас нет ни одной догадки — почему за вами следят? Попробуйте хотя бы предположить. Возможно, в последнее время с вами происходило что-то особенное?

— Нет. Я не знаю, кто это может быть, потому и обращаюсь к вам.

— А это не связано с вашей работой? Кем вы работаете? — продолжала допытываться я.

— Я нигде не работаю. Мой отец хирург, он работает в частной клинике в Америке и присылает мне деньги каждый месяц.

— Но с чем может быть связана слежка? Не просто же так кто-то вздумал шпионить за вами?

— Я думаю…. — Алина запнулась, помедлила, а потом быстро-быстро заговорила: — Мне кажется, это все началось после моего знакомства с Глебом Графским.

— Кто такой Глеб Графский?

— Об этом потом. Я ни в чем не уверена, потому и звоню вам. Послушайте, вы ведь живете в Тарасове? Верно?

— Да.

— А я живу в Налинске. Это совсем рядом, можно добраться за пару часов на машине. Я заранее сниму для вас номер в гостинице «Ривьера» и оставлю там деньги за вашу работу, свое фото и адрес, по которому проживаю. Ищите все это в тумбочке, в нижнем ящике. Только вот что… У меня дома вам лучше всего не появляться… Так что давайте сделаем так… В котором часу вы уже наверняка будете в городе?

Я мысленно прикинула. Благо моя работа не раз заставляла меня покидать родные края и я успела почти наизусть выучить все города Тарасовской области. Налинск мне тоже был знаком, правда, я была в нем только проездом. Но этих познаний хватило, чтобы после непродолжительных размышлений я смогла определить расстояние от Тарасова до Налинска и уверенно ответила:

— Думаю, я приеду завтра в десять.

— Отлично. Тогда в одиннадцать я буду вас ждать в кафе напротив гостиницы. В конверте с деньгами я оставлю свое фото, так что вы без труда меня узнаете. Только не подходите ко мне! Просто присядьте где-нибудь неподалеку и понаблюдайте, возможно, вы скоро заметите человека, который станет за мной следить. Если он не появится сразу, то наверняка возникнет позже, в течение дня. Вам просто нужно будет везде сопровождать меня, но так, чтобы это не очень бросалось в глаза.

— Я поняла ваш план. Я попытаюсь все выяснить, — согласно кивнула я, хотя моя собеседница все равно не могла меня видеть. — Только оставьте мне ваш адрес и номер телефона, по которому я могла бы с вами связаться. Правда, я не знаю, как сложатся обстоятельства, возможно, какое-то время вам самой придется мне звонить из таксофона. Скорее всего, в первый день лучше всего так и сделать: вы сами мне позвоните, а там решим, как нам себя вести дальше. Думаю, на выяснение обстоятельств дела я потрачу максимум три дня.

— Хорошо. Я позвоню вам завтра. До свидания.

В трубке потянулись длинные гудки. Я захлопнула миниатюрную «раскладушку» «Нокиа», соскользнула с подоконника и юркнула под одеяло. Завтра меня ждет тяжелый день, и нужно хотя бы за оставшиеся часы попытаться выспаться.

* * *

Я проснулась ровно в семь. Наскоро позавтракав и уложив в спортивную сумку минимальное количество вещей, которые могли мне понадобиться в незнакомом городе, я покинула свою квартиру. Правда, напоследок я остановилась на пороге и, движимая неким ностальгическим чувством, помахала рукой родным пенатам и с грустью произнесла: «Пока, моя любимая квартирка».

Как ни странно, но в столь ранний час трасса Налинск — Тарасов была весьма оживленна. Мимо то и дело проносились машины, обдавая меня потоками бензинного смога и эстрадными напевами, доносившимися из радиоприемников. В моем салоне тоже играла магнитола. Я мурлыкала себе под нос песенку и наслаждалась пейзажем. Что и говорить, лесные массивы, расстилавшиеся по обе стороны дороги, вызывали во мне прямо-таки романтические чувства, а предстоящая работа меня ни капельки не тяготила. «Плевое дело, — размышляла я, прибавляя скорость и идя на обгон очередной иномарки. — Скорее всего, все выяснится уже к сегодняшнему вечеру. Ну что особенного — проследить за какими-то типами? Ерунда! Конечно, придется весь день быть на ногах и мотаться по незнакомому городу за каким-нибудь дядей Васей, но это еще не самое худшее, что встречается в моей работе… Вот если бы все мои труды состояли из подобных дел, им бы цены не было».

Насколько я помнила, Налинск был маленьким курортным городком на берегу реки, с тесными улицами, массой баров и казино и вкраплениями частных домиков в общий ландшафт. Летом сюда приезжают тучи туристов, жаждущих лицезреть красоты Тарасовской области и наслаждаться свежим воздухом близ реки. И тогда в гостиницах не остается ни одного свободного номера, частные домики сдаются в аренду, а казино и бары работают до самого рассвета. Но вся эта бурлящая жизнь затихает с уходом лета, и в гостиницах царит откровенное запустение. Так что в какой-то мере моя маленькая экскурсия в середине октября имела как свои очевидные плюсы, так и минусы. С одной стороны, у меня не будет проблем с гостиницей, но с другой — пара дней в унылом городишке, обитатели которого предпочитают уже после восьми вечера запираться в своих квартирах: перспектива такая навевала тоску. «Что ж, даже в работе частного детектива может наступить тот момент, когда хочется назвать все это коротко и лаконично — серые будни».

Мои расчеты оказались верными, и уже в начале одиннадцатого моя «девяточка» катила по дорогам города Налинска. Расспросив прохожего, как добраться до гостиницы «Ривьера», я принялась колесить по узким улицам и проулкам и вскоре достигла своей цели. Оставив машину на стоянке, я прихватила дорожную сумку и решительным шагом направилась к стеклянным дверям гостиницы.

У входа меня встречал молоденький швейцар. Я наградила юного служителя своей самой очаровательной улыбкой и шагнула в просторный холл. Я сразу заметила стойку, за которой красовался солидный господин с бейджиком на лацкане пиджака, гласившим: «Константин Николаевич — администратор гостиничного комплекса „Ривьера“». Но, к сожалению, Константин Николаевич был занят, он общался с какой-то настырной дамочкой. Я остановилась неподалеку и стала рассматривать красочные брошюрки, каждая из которых предлагала увлекательную экскурсию по местным достопримечательностям — маленькие приманки, которые всегда подкидывает администрация для незадачливых туристов. А поскольку моя истинная цель визита в сей городок была строго законспирирована, то я сочла за лучшее сделать вид, что проявляю жуткий интерес к подобного рода предложениям.

— …ну, взгляните повнимательнее… — услышала я тоненький голосок девушки, которая, на мое несчастье, первой вошла в гостиницу и теперь общалась с администратором.

— Девушка, я повторяю, что не могу ответить на ваш вопрос, — устало произнес Константин Николаевич, по его тону сразу чувствовалось, что он уже не в первый раз произносит эту фразу. — Возможно, эта девушка и была здесь, а возможно, и нет. Я не могу припомнить всех. Но среди наших постояльцев ее точно нет.

— Присмотритесь, вдруг вспомните, — настаивала девица.

Я невольно покосилась в сторону настырной особы. Высокая холеная блондинка с модельной стрижкой, в дорогом бежевом пальто, никак не производившая впечатление привязчивой личности. Но, как известно, внешность обманчива, и девушка, смахивающая на дочку потомственных аристократов, никак не желала оставить в покое администратора и решительным жестом протянула ему снимок десять на пятнадцать. «Так она даже не постоялица этой гостиницы, просто ищет кого-то…» — пронеслось у меня в голове. Я снова уткнулась носом в список предложений местных турфирм.

— Ну что? — донесся до моего слуха звенящий голос «аристократочки».

— Гарантировать могу только то, что среди наших постояльцев ее нет, — непоколебимым тоном ответил администратор. — Возьмите фото.

В этот момент я решительно отодвинула прочь стопку заманчивых брошюр и повернулась к администратору. Мой взгляд невольно зацепился за снимок как раз в ту минуту, когда Константин Николаевич передавал его в руки расстроенной девицы. На снимке была запечатлена улыбающаяся девушка в широкополой шляпе. Доля секунды — и снимок был уже спрятан в узенькую дамскую сумочку, «аристократка» молча отвернулась от стойки и быстро зашагала к выходу. Я проводила ее взглядом и обернулась к администратору, который на мое заявление, что в этой гостинице для меня был забронирован номер, тут же закивал.

— Да, да. Вы Татьяна Александровна?

— Именно.

— Мы рады, что вы решили остановиться именно в нашей гостинице. У нас самые лучшие номера, прекрасное обслуживание. Кроме того, на первом этаже у нас имеется ресторан, а для особенно азартных постояльцев есть даже небольшой зал-казино. Так что милости просим…

— Я учту, — выдала я свою самую ослепительную улыбку.

— Номер заказан всего на несколько дней, — продолжал вещать Константин Николаевич, сверяясь с записями в своем амбарном талмуде, куда он вносил данные из моих документов. — Отчего же так ненадолго? У нас замечательный город, уверен, вам захочется в нем задержаться подольше.

— Возможно. — Я вновь выдавила улыбку, правда, на этот раз не такую ослепительную, но для провинциального администратора сойдет.

— Кажется, номер сняла ваша подруга. Она была здесь буквально сегодня утром. — Взгляд Константина Николаевича задержался на мне, пожалуй, несколько дольше, чем позволяла простая вежливость.

— М-м-м-да, — промычала я что-то нечленораздельное и, взяв ключи от своего номера, поспешила удалиться прочь от этого наблюдательного типа.

Провожаемая внимательным взглядом Константина Николаевича, я миновала пространство холла и остановилась у лифта. Ко мне тут же подскочил улыбчивый парнишка лет двадцати в служебной униформе. Без каких-либо предупреждений он выхватил из моих рук дорожную сумку и бодро отрапортовал:

— Александр. К вашим услугам. На какой этаж?

Я слегка растерялась, поскольку даже не подумала взглянуть на брелок от ключей и узнать, какой у меня номер.

— Сейчас. — Я полезла в карман за ключиками, — сейчас посмотрю.

В этот момент двери лифта открылись, и из них выскочил дядька. Он орал что-то в телефонную трубку, отчаянно жестикулировал и совсем не смотрел по сторонам. Ко всему прочему, он несся с такой скоростью, что даже, заметь я его раньше, все равно не успела бы увернуться. Остальное было делом пары секунд: дядька налетел на меня, чуть не сбил с ног и выронил мобильник от неожиданности. Трубка упала на пол и разлетелась на запасные части по всему холлу.

— Черт! — рявкнул нетерпеливец, в мгновение ока превратившийся в красный помидор. Он метнул на виновницу инцидента, то есть на меня, взгляд, полный праведного гнева и нескрываемой ненависти.

— Извините, но вы сами на меня налетели, — проблеяла я.

Оценивающий взгляд проследовал от моих невинных глазок, которыми я усиленно моргала, изображая жертву, вниз — до кончиков начищенных сапог, чуть задержался на моих стройных ножках и тем же путем проследовал вверх, после чего мой нечаянный знакомый готов был признать себя виновным во всех смертных грехах.

— Конечно, сам! Какой же я болван! Так увлекся этим телефонным разговором, что не заметил такой красавицы. Простите меня!

— Вам теперь телефон придется новый покупать, — посочувствовала я.

— Ерунда. Я могу себе позволить приобрести новый. Кстати, меня зовут Рустам Соловецкий, управляющий гостиницы. А вы, я так понимаю, наша новая постоялица?

Я утвердительно кивнула и, решив, что личное знакомство с руководством отеля никогда не повредит, представилась:

— Татьяна.

— Очень приятно познакомиться. — Взгляд управляющего снова принялся мечтательно блуждать по моей фигуре.

— Извините, мне пора, — пропела я и, нажав на кнопку вызова лифта, шагнула в услужливо распахнувшиеся передо мной двери. Служащий Александр, который все время моего разговора с господином Соловецким маячил за моей спиной, тоже юркнул в кабинку. — Третий этаж, — сообщила я, и двери закрылись, скрыв от меня управляющего.

Номер, отведенный в мое распоряжение, оказался вполне сносным, чтобы можно было прожить в нем пару деньков. Александр поставил мою сумку на кресло и принялся демонстрировать все преимущества апартаментов: наличие душа, ванной, телевизора и напольной вазы у окна.

— …середина девятнадцатого века, — с гордостью проинформировал меня новый знакомый по поводу последнего предмета. Очевидно, сей факт должен был найти в моей черствой и невосприимчивой к искусству душе отголоски должного уважения. И хотя ничего особенного я в вазе не увидела, все же сочла нужным состроить подходящую гримасу и понимающе закивать. После чего парнишка удалился, наконец-то оставив меня в одиночестве.

Заперев дверь, я закинула свою сумочку на кровать и принялась исследовать содержимое прикроватного столика. Я яростно дергала за ручки ящичков и ворошила их содержимое. «В одном из них должна быть посылочка от Алины», — твердила я, берясь за ручку очередного ящичка. Посылочка и впрямь обнаружилась в самом нижнем ящике, под аккуратной стопкой полотенец. Выудив заветный конвертик, я присела на край кровати и распечатала его. Несколько новеньких американских купюр тут же согрели мою душу и должным образом возбудили интерес к предстоящему расследованию. Следом я извлекла из конверта аккуратно сложенный блокнотный лист, на котором указывались адрес и номер телефона. Последним я вытащила фото и невольно протянула:

— Ого… Значит, вот оно как!

С глянцевой бумаги форматом десять на пятнадцать на меня смотрела прелестная особа в широкополой шляпе. Точь-в-точь как на том снимке, который предлагала опознать администратору «аристократочка».

Однако события начинают развиваться быстрее, чем я могла предположить. «Но, с другой стороны, это еще ничего не значит», — тут же сказала я самой себе и, быстренько положив купюры обратно в конверт, решительно поднялась с кровати.

— Что ж, — протянула я и бросила взгляд на свои наручные часы, — приступим.

Я приняла душ, сменила дорожный плащ на удобную ветровку и, прихватив сумочку, покинула номер.

— Уже собрались прогуляться по городу? — осведомился администратор, когда я проходила мимо него. — На улице скоро будет дождик, так что не забудьте зонт.

— Не забуду, — кивнула я заботливому Константину Николаевичу и распахнула стеклянную дверь.

Погода и впрямь была мерзкая. Дождя еще не было, но тонкая пелена облаков уже застилала небо и грозила через несколько часов пролиться шквалом ливня. Застегнув ворот куртки до самого верха, я спустилась со ступенек и задумалась. Так, если верить Алине, то где-то напротив гостиницы должно быть кафе… Я огляделась по сторонам и приметила прямо через дорогу вывеску, гласившую: «Свежая выпечка и горячий кофе ждут вас в кафе „У ПРАЧКИНА“». Пожалуй, мне туда! Перепрыгнув через несколько ступенек, я заспешила в нужном мне направлении.

Кафе «У ПРАЧКИНА» оказалось уютным, хотя и немного тесноватым местечком. Я заняла самый дальний столик, заказала себе чашку крепкого кофе и принялась присматриваться к публике. На мое счастье, любителей выпить кофе не у себя дома в такую погоду нашлось не слишком много. Парочка влюбленных, пожилая дама, закутанная в шаль, и шумная стайка детей, лакомившихся пирожными, составляли всех посетителей. Я медленно глотала горячий напиток и терпеливо ждала, то и дело поглядывая то на дверь, то на часы. Когда стрелка доползла до половины двенадцатого, а Алина так и не появилась, у меня в душе зашевелилось сомнение — а что, если я ошиблась и зашла не в то кафе? Что, если девушка ждет меня совсем в другом месте? Вот идиотка, нужно было получше договариваться или хотя бы уточнить название кафе! Я подозвала официантку, заказала еще кофе и словно невзначай полюбопытствовала:

— А поблизости есть еще какое-нибудь кафе, кроме этого?

Девушка взглянула на меня немного растерянно. Странный вопрос посетительницы явно ее озадачил.

— В гостинице напротив есть ресторан, но он только для постояльцев. А ближайшее кафе в паре кварталов отсюда. Вас что-то не устраивает в нашем кафе?

— Все устраивает, — улыбнулась я обеспокоенной официантке. — Я просто так спросила.

Девушка кивнула и, пару раз оглянувшись, поспешила отойти от моего столика. А я впала в самое настоящее уныние. Ну и что мне теперь делать? Мы условились с Алиной встретиться в кафе, но она по какой-то непонятной причине не явилась. И самое главное, идти к девушке домой рискованно — вдруг те, кто за ней следит, увидят меня, наведут кое-какие справки и смекнут, что к чему? Тогда все — финита ля комедия. Мало того, что весь наш замысел с разоблачением неизвестных недоброжелателей полетит коту под хвост, так еще неизвестно, чем это может обернуться для самой Алины. Но когда стрелка часов замерла на двенадцати и стало ясно, что торчать и дальше в кафе не имеет никакого смысла, поскольку Алина не придет, я решительно поднялась из-за столика.

После пары чашек кофе и пребывания в теплом помещении на улице было особенно холодно. Я даже пожалела, что так легко оделась, но подниматься в гостиничный номер и брать что-то потеплее вместо ветровки не было никакого желания, потому я быстрым шагом направилась к автостоянке, где оставила свою четырехколесную подружку. Оказавшись в салоне и клацая зубами от промозглого холода, я тут же включила систему обогрева и завела мотор. Предусмотрительно выяснив у охранника стоянки, как мне лучше добраться до улицы Космонавтов, я принялась колесить по городу. Собственно говоря, ответ моего информатора был настолько исчерпывающим, что я добралась до нужной улицы без особых проблем и почти тут же обнаружила дом с искомым номером. Свернув с автострады в маленький дворик, я притормозила свою ласточку у тротуара и выбралась из салона.

Во дворе царило непонятное оживление. Около одного из подъездов многоэтажки толпился народ: бабульки самозабвенно причитали и качали головами, мужики, стоявшие в стороне, тихо о чем-то перешептывались. А вскоре я заметила и повод для столь странного волнения: у подъезда стояла милицейская машина. Я достала из сумочки листок с адресом Алины и прикинула, в каком подъезде должна находиться квартира под номером сто восемьдесят пять. Как это ни странно, но после ряда несложных вычислений мой взгляд снова вернулся к подъезду, так некстати облюбованному представителями правоохранительных органов. В душе моей шевельнулась странная тревога, и, прежде чем войти в подъезд, я решила, что неплохо было бы сначала разведать обстановку. Я выбрала одну из тетушек, стоявшую чуть в стороне от остальных, приблизилась к ней и осторожно спросила:

— А что случилось-то?

— Ой, — вздохнула толстая тетка, явно проскучавшая все это время в одиночестве и не нашедшая себе любопытного слушателя. — Ужас-то какой творится! Сколько жили тут, и ни разу такого не случалось, а тут на тебе… Видно, времена такие настали. Вот в прежние годы такого бы никогда не произошло, а теперь одни пьяницы и наркоманы кругом — чего от них ждать-то? — понеслась тетушка философствовать.

— Так что случилось? — вернула я свою собеседницу к прежней теме.

— Так девушку убили!

— Девушку? Какую? Она жила в этом доме?

— Жила. Ой, жила!

— И давно труп нашли? — спросила я.

— Так утром ее нашла Мария Поликарпова. Она и милицию вызвала. С девяти утра здесь следователи шныряют: из подъезда никого не выпускают и внутрь тоже никому не разрешают пройти. Только преступник-то уж наверняка давно ушел — ежу понятно. Тьфу ты! Дурацкие порядки!

— Да уж, — теряя интерес к теме, пробормотала я. Настроение катастрофически быстро портилось. Теперь понятно, почему Алина не явилась на назначенную встречу. Девушка просто сидит в своей квартире и ждет, когда следователи закончат работу и позволят всем свободно покидать дом.

— Мария Поликарпова за хлебом вышла, — продолжала тараторить моя новая знакомая, — и увидела, что дверь соседская открыта. Она сначала подумала, что Алинка просто забыла ее закрыть — она ж такая ветреная девка. Она звонить ей стала, но никто не ответил. Тогда Мария Поликарпова дверь хотела захлопнуть и уйти, но в щелку увидела чьи-то ноги. Заглянула внутрь, а она там… мертвая! Застрелили ее в упор — прямо в голову.

— Кто — она? — Услышав знакомое имя, я застыла, как громом пораженная. Теперь я ловила каждое слово своей собеседницы.

— Ну, она — Алинка.

— Алина Завьянова? — тихо уточнила я, уже заранее зная ответ.

— Так ты ее знаешь? — ахнула тетка.

Я молча кивнула и поспешила отвернуться. Я медленно поплелась к своей машине, забралась в теплый салон и потянулась к бардачку — за сигаретами. «Что и говорить, веселенькое получается дельце», — угрюмо рассуждала я, щелкая зажигалкой. Сигарета никак не хотела прикуриваться, а когда я наконец сделала одну затяжку, то тут же отшвырнула от себя белую палочку с отравой. Вот черт! Я же решила бросить курить, и вот опять! Каким образом у меня в бардачке вообще оказались сигареты? Я же старательно ликвидировала все запасы! В открытое окошко полетела вся пачка, а я попыталась вернуться к своим размышлениям. «Накануне девушка звонит мне, рассказывает о том, что за ней кто-то следит, и просит разыскать преследователя, а уже сегодня утром ее находят застреленной. И еще эта „аристократочка“ никак не выходит из головы. Зачем она искала Алину? Есть над чем подумать… Хотя, кто знает, возможно, рассуждать не о чем. Вдруг менты уже знают, кто ее убил?»

Я выудила из сумочки телефон и набрала по памяти номер моего тарасовского приятеля и бывшего сослуживца, а ныне — подполковника милиции Володьки Кирьянова. Уж кто-кто, а он точно мне поможет в этом деле. Наконец я услышала далекий знакомый голос старого друга.

— Привет, Киря, — пропела я в трубку. — Как дела?

— Ты звонишь, чтобы узнать, как у меня дела? Это что-то новенькое! — Володька был явно зол и на ностальгический лад вовсе не настроен. — Быстро рассказывай! Опять вляпалась в какую-нибудь историю и тебе нужна моя помощь?

Вот за что я люблю Кирьянова, так это за его проницательность!

— Ну, вообще-то нужна, — замялась я.

— Говори, что у тебя там?

— Скажи, у тебя есть знакомые из уголовного розыска в Налинске? — решила я зайти издалека.

— Ну, есть. А тебя-то за каким чертом туда занесло?

— По делам, — уклонилась я от прямого ответа.

— Знаю я твои дела, — буркнул Володька.

— Так вот. Тут убили одну мою знакомую — Алину Завьянову. Это произошло буквально сегодня утром. Ты не мог бы узнать для меня, что уже успели накопать здешние работника правоохранительных органов? У них есть какая-нибудь версия? Ну, в общем, узнай что-нибудь.

— Это все? — сухо спросил Володька.

— Все.

— Жди, — сказал приятель и отсоединился.

И я принялась ждать. Минуты тянулись медленно, как жевательная резинка, я уже жалела о выкинутой пачке сигарет, а Володька все не звонил. За это время из подъезда вынесли носилки, укрытые непроницаемым черным полиэтиленом, погрузили в «уазик» и увезли. Следом потянулись люди в милицейской форме. Они тоже спешили покинуть дворик. Зеваки, с нетерпением ожидавшие развязки недавней трагедии, еще какое-то время потоптались у подъезда, обсуждая произошедшее, а затем начали расходиться по своим домам. Двор опустел. По стеклам ударили первые капли дождя, и я совсем приуныла. Может, Володька обо мне забыл? А что, если он вообще позвонит только вечером? Я решительно схватила сотовый, с тем чтобы напомнить приятелю о себе, но трубка неожиданно ожила в моей руке. По дисплею побежали знакомые цифры.

— Ну? Тебе удалось что-нибудь узнать? — затараторила я.

— Удалось.

— И что?

— Твоя Алина Завьянова была убита между девятью и десятью часами утра выстрелом в голову. Предположительно, девушка знала убийцу, если так легко открыла ему дверь и впустила в квартиру.

— Ну… — поторопила я Володьку.

— Ну и все.

— Что значит — все?

— Так. Следствие только началось. Никаких улик на месте происшествия не обнаружили. Никто ничего не видел, даже выстрелов не слышали. Очевидно, пистолет был с глушителем.

— Ну, хотя бы предположительная причина убийства у следствия есть?

— Пока что удалось выяснить лишь то, что девушка жила одна. К себе никого не приводила, даже подруг. Нигде не работала. Короче, знакомых у нее раз, два и обчелся. Их всех уже проверили — у всех стопроцентное алиби.

— То есть «висяк»? — констатировала я.

— Он самый, — не стал спорить Володька.

— Ладно, спасибо.

— Обращайся, если что, — подобрел к концу разговора подполковник и, послав мне воздушный поцелуй, отключился.

Я бросила трубку в сумочку и, запустив пальцы в волосы, взлохматила свою шевелюру. Ну и что мне со всем этим делать? Конечно, я могла бы сию же минуту собрать вещички и отправиться в родной город Тарасов. А дома — валяться на диване, смотреть телевизор и не думать ни о каких трупах и загадочных преследователях. Но нечто именуемое «профессиональным долгом» просто не могло мне позволить так поступить. Ведь деньги за работу я уже получила. Пусть изначально предполагалось, что работа эта будет несколько иного плана… Решено, я остаюсь! Я просто не могу вот так взять и уехать! Следствие явно повесило на дело ярлык «висяка» и не будет им заниматься. А у меня есть шансы его раскрыть. Ну, во-первых, потому, что я знаю о том, что за девушкой шпионили, а во-вторых, говоря о преследователях, Алина упоминала имя некоего Глеба Графского. Возможно, причисляя его к своим предполагаемым недоброжелателям, девушка не ошиблась. Я должна в этом разобраться!

Я решительно выбралась из салона своей «девяточки» и, позабыв прихватить зонтик, побежала к нужному подъезду. Юркнув в маленький коридорчик, я стряхнула с ветровки капли дождя и заспешила вверх по лестнице. Нужная квартира обнаружилась на четвертом этаже. Дверь, разумеется, была опечатана. Пару минут я стояла в нерешительности, не зная: стоит ли преступать черту и вламываться незаконным образом в квартиру? «А законно меня сюда никто и не пустит», — подсказал мой внутренний голос, и больше я не колебалась. Ловко поддев ленточку ногтем, я осторожно отклеила ее. Еще пару минут поколдовав над замком, я с помощью отмычки отперла дверь. С тоненьким скрипом она приоткрылась. Я бросила быстрый взгляд налево, потом направо, коварно улыбнулась и проскользнула в щелку. Автоматический замок тихонько щелкнул за моей спиной, я сделала пару шагов вперед, наступила на полоску белого мела на полу и остановилась. Медленно опустила глаза вниз и поморщилась — я стояла как раз рядом с тем местом, где полчаса тому назад лежало тело девушки, а теперь остался только меловой абрис, дающий представление о положении трупа. Я обошла контур стороной и заглянула в кухню, затем в ванную. Последней осмотру подверглась комната. Что ж, надо отдать должное представителям правоохранительных органов — они выгребли из квартиры все мало-мальски значимые бумажки и квитанции, не учтя тот момент, что следом за милицией может явиться любознательная Танечка Иванова. И это, надо заметить, было крайне печально.

Я присела на краешек кресла и стала бессмысленно разглядывать окружающие меня предметы, тщетно пыталась собрать мысли в кучу. Несколько репродукций картин Ван Гога… Полка с книгами — исключительно зарубежная классика… Разлапистый цветок в углу… Телефон на низком столике… Музыкальный центр и стопка дисков рядом… Нет, мысли никак не желают собираться… Стоп! Мой взгляд метнулся в сторону. Музыкальный центр, телефон — навороченное творение фирмы «PANASONIC». Вот что мне нужно! Я тут же вскочила с места и кинулась к нему. Насколько мне известно, это последняя модель телефона, только что представленная российским потребителям, и в нем, конечно же, заложено множество функций. Правда, меня сейчас интересовала только одна — воспроизведение последних исходящих и входящих звонков. Благо мои познания в технике не ограничиваются уроками физики в школе, так что через пару минут у меня уже была сводка последних звонков. Правда, она оказалась достаточно однообразной. Пожалуй, даже более однообразной, чем я могла ожидать, — за последние две недели Алина звонила только одному человеку и только с его номера поступали звонки на ее телефон.

— Вот черт! — проворчала я.

И тут произошло то, чего я никак не ожидала, — в квартиру позвонили.

От неожиданности я выронила трубку, потом схватила ее с пола и быстро шлепнула на рычаг. Трубка тихонько пиликнула, а я затаила дыхание. Надеюсь, тот, кто стоит за дверью, ничего не слышал. Звонок снова затрезвонил, на этот раз более настойчиво. И кого же так не вовремя принесло? Осторожно ступая, я прокралась из комнаты в коридор, но заглянуть в «глазок» не решилась — незачем выдавать свое присутствие. Лучше дождусь, когда этот нежданный гость поймет, что дома никого нет, и уйдет, и только после этого выгляну. Скорее всего, тот, кто решил навестить Алину, еще не знает о ее смерти, иначе он не стал бы звонить в дверь. А сорванной ленточки, которая опечатывала квартиру, он просто не заметил… «А ведь соседи в один голос твердили, что девушку никто не навещает», — пронеслось в моей голове, но это меня сейчас интересовало меньше всего. Звонки прекратились, но теперь на дверь обрушился шквал ударов. Мне пришлось собрать всю силу воли в кулак, чтобы не заглянуть в «глазок» и не посмотреть на столь эксцентричного в своей настойчивости гостя. «Вот кретин, — подумала я, опускаясь на пол рядом с дверью. — Если шум привлечет соседей, то, скорее всего, они вызовут милицию. А тут я…»

Но ничего такого не произошло. Еще некоторое время странный гость бушевал за дверью, позвонил пару раз, после чего потянулись минуты абсолютной тишины. Я сидела на полу в чужой квартире и прислушивалась к тому, что происходит за дверью. Но оттуда не доносилось ни звука — похоже, до настырного типа дошло, что никого нет дома, и он отправился восвояси. Я выждала еще немного, но, поскольку ничего по-прежнему не происходило, я решила, что пора и мне уносить ноги, пока не явился еще кто-нибудь. Я поднялась с пола, поправила одежду и подошла к двери, заглянула в «глазок» — просторная лестничная клетка была совершенно пуста. Я повернула замок, приоткрыла дверь, бесшумной тенью скользнула в коридор и тихонечко захлопнула дверь. Отлично! Я присела на корточки и стала возиться с ленточкой, которая опечатывала квартиру. Нужно замести следы моего маленького взлома.

Я ничего не услышала, но почувствовала движение за своей спиной. Вскочила на ноги и оказалась лицом к лицу с незнакомым типом. По его физиономии я как-то сразу поняла, что дружбы между нами быть не может.

— Я так и знал… — заскрежетал зубами субъект со зверской физиономией.

Все дальнейшие события произошли за считаные секунды. Мужик выбросил вперед руку с крепко сжатым кулаком, который должен был сбить меня с ног. Я ловко увернулась и не замедлила продемонстрировать свое боевое искусство. Крутанувшись на месте, я размахнулась — в расчете нанести удар ногой по челюсти типа, первым затеявшего разборки с беззащитной девушкой, то бишь со мной. Но тип пригнулся и ушел от удара.

— Ах, ты так! — выругался он.

Я только собралась преподнести еще один урок незадачливому субъекту, как он вдруг выхватил откуда-то из внутреннего кармана пистолет и, прежде чем я успела что-либо предпринять, нажал на курок. Я не сразу поняла, что произошло. Сначала я почувствовала укол в плечо, и в считаные секунды по телу разлилась свинцовая тяжесть. Я схватилась за раненую руку, но никакой крови не было, только тоненькая иголочка с капсулой на конце торчала из разорванного рукава. «Снотворное», — подумала я и провалилась в пустоту.

Глава 2

— …ты видел его?

— Да, он был просто в ярости. Когда Павел Кириллович рассказал ему о том, что видел ЕЕ с Ниной, — он просто рвал и метал! Я его таким никогда не видел. Даже появление Павловского в городе он воспринял куда более спокойно.

— Лично я вообще не понимаю, почему он так психует, сейчас главное не это.

— А что же?

— Да лучше бы он подумал, как от этого Аркадия Павловского избавиться! Впервые за все время работы в городе появился такой реальный конкурент — не ровен час, опрокинет весь их бизнес. И мы без крыши над головой останемся… Ну и что ты будешь в этом случае делать? Пойдешь вкалывать грузчиком или охранником? Бред! Им заодно надо действовать, а они между собой лаются, как собаки. Вот посмотришь, непременно перегрызутся.

— Это их дело. Наше дело — сторона.

— Зря-я-я…

Голоса появились в моем сознании словно бы из ниоткуда. Я слушала их, но ничего не понимала. Что все это значит? Просто дурацкий сон? Какая-то бредятина или… И тут я все вспомнила: взломанная квартира, настойчивый гость, схватка у дверей и выстрел. Меня похитили! С большим трудом я разлепила веки и блуждающим взором принялась осматриваться по сторонам.

Я полулежала на заднем сиденье машины. Мои похитители сидели впереди — незнакомый мужик за рулем и тип, набросившийся на меня в подъезде. Первый курил, выдыхая дым в приоткрытое окно, и крутил баранку, а второй меланхолично разглядывал местный ландшафт. Кретины! Идиоты! Зачем я им понадобилась? Куда они меня везут? От злости в голове моментально прояснилось. Ну, сейчас я им устрою сюрприз…

Воспользовавшись тем, что мои похитители все еще считают меня недееспособной, я осторожно стянула с шеи полосатый шарфик и приготовилась к нападению. Сейчас мы посмотрим, кто кого, а заодно и уточним примерный маршрут, по которому протекает эта не запланированная мною экскурсия. Я осторожно приподнялась, а дальше действовала молниеносно: накинула шарфик на шею водителю и рванула за два его конца на себя.

— Попался! — издала я победоносный клич, потуже стягивая кисти шарфа.

— А-а-а… Черт… — захрипел водитель, выпуская руль и хватаясь за мои запястья. Он тщетно пытался разжать мои пальцы, кашлял, чертыхался и задыхался.

— Стерва! — взревел второй тип, но сделать мне он ничего не мог. Потеряв управление, наше авто завертелось в потоке машин, ударилось о капот ползущей впереди иномарки и развернулось. Легковушку явно начало выносить на встречную полосу. И мой знакомый по схватке в подъезде, вместо того чтобы спасать своего дружка, был вынужден схватиться за руль и теперь тщетно пытался вернуть машину на правую полосу.

— Проклятая девка! — завывал он, вращая руль. — Мы же сейчас разобьемся-а!

— Быстро говори, зачем вы меня похитили, и я отпущу твоего дружка, — зашипела я, хотя перспектива попасть в автокатастрофу мне, мягко говоря, тоже не улыбалась.

— У-у-у… — попытался что-то сказать водитель, к которому уже смело можно было применить более точное определение — «бывший водитель». Я чуть ослабила хватку.

— Отпусти его, идиотка! — проорал второй тип.

— Зачем вы меня похитили?

— У-у-убери ее от меня… — колотя по воздуху руками, захрипел бывший водитель.

— Успокойся, мы едем к Глебу! Отпусти его, иначе мы и впрямь разобьемся!

— К кому?

— К Глебу.

— К Глебу Графскому?

— К нему! Отпусти его!

От неожиданности я и впрямь выпустила шарфик из рук. Бывший водитель отшвырнул его и, все еще задыхаясь, рванулся вперед и схватился за руль. Через пару секунд наша машина вновь ровно мчалась по автостраде.

— Так мы едем к Глебу? — все еще не веря своим ушам, повторила я.

Мой первый знакомый обернулся. В глазах его сверкали искры ярости — очевидно, мой маленький экспромт пришелся не по вкусу моим новым приятелям.

— Стерва! — прошипел он. — Будь моя воля…

Он не договорил, а я не успела ничего предпринять. В его руках снова появился пистолет, как и во время нашей схватки в подъезде. Короткий выстрел, укол, тяжесть разлилась по всему телу, и я опять потеряла сознание. «Значит, я увижу Глеба Графского раньше, чем предполагала», — это была моя последняя мысль.

* * *

Вторичное возвращение к реальности после глубокого сна, как и прежде, сопровождалось головной болью, тошнотой и… мужскими голосами, звенящими у меня в ушах. Разговаривали совсем рядом. Вернее, не разговаривали — орали. Орал незнакомый голос. Я никогда прежде его не слышала. Никогда.

— …что это такое? Идиоты! Где вы ее взяли?!

— Но… Но… Вы же сами дали нам адрес и… — Этот голос резанул слух знакомым тембром.

— Болваны! Это не ТА! Это не ОНА!

— Но она вышла из той самой квартиры…

— Из какой «той самой»?

— Ну, адрес которой вы нам дали. Сначала на звонки никто не отвечал, и я решил, что никого нет дома, но уходить не стал. Подумал, лучше подожду немного — вдруг она вышла в магазин и вернется с минуты на минуту. И я почти угадал, только она не вернулась, наоборот — она все это время была дома, просто ждала, когда я уйду, чтобы самой покинуть квартиру. Я тут же подскочил к ней. Хотел сказать, что вы прислали за ней, но она накинулась на меня… Пришлось вколоть ей снотворное.

— Кретины! Я говорю вам: это не она!

— Это не Алина? Но тогда что она делала в ее квартире? И почему так странно себя вела?

Я решила, что пора и мне присоединиться к разговору, и чуть пошевелилась. Спорящие тут же замолчали. Я не открывала глаза, но почти не сомневалась: сейчас они стоят надо мной и смотрят. А потом я почувствовала на своем плече чью-то руку — сильные пальцы схватили его и встряхнули, пытаясь привести меня в сознание.

— Э-э-эй… — протянул голос, кажется, тот самый, что пару минут назад орал почти на уровне ультразвука.

Я послушно открыла глаза и увидела над собой совершенно незнакомого мужчину. Надо отдать ему должное: он был весьма привлекателен. О таких обычно говорят — чертовски красив. Мне даже стало немного жаль, что наша встреча происходит при столь мало располагающих к дружеским отношениям обстоятельствах. А в том, что друзьями мы не станем, я почему-то не сомневалась, так же как и в том, что это — тот самый Глеб Графский, с которым мне так не терпелось увидеться.

— С тобой все в порядке? — спросил Глеб. Он сидел рядом со мной на широкой софе и заглядывал в глаза. Типы, пытавшиеся дозой какой-то дури скрасить эту поездку, маячили за его спиной и тоже поглядывали на меня с любопытством и затаенной злобой.

— Где я? — Я тоже не стала скрывать злобы, и мой вопрос прозвучал скорее яростно, чем испуганно, как обязывали к тому обстоятельства.

— Давай договоримся: вопросы задаю я, а ты на них отвечаешь, — вкрадчиво произнес Глеб.

Я промолчала.

— Где Алина и что ты делала в ее квартире?

Ага, значит, об убийстве девушки он ничего не знает. Пожалуй, это мне на руку: могу сочинить любую легенду. Хотя нет, далеко не любую. По моим скромным предположениям, особа, которая свободно может войти в квартиру Алины, должна иметь хотя бы общее представление о том, кем ей приходится господин Графский. А я подобными сведениями отнюдь не располагаю.

— Что молчишь? Отвечай: где Алина? Почему она от меня скрывается? Я ведь ничего ей не сделал! Что с ней случилось? Почему она так изменилась ко мне? Или на нее так подействовало общение с Ниной? — Глеб явно горячился и вновь начал переходить на повышенные тона.

После такой тирады я должна была хоть что-то ответить. Я собралась с мыслями и произнесла первое, что пришло в голову:

— А кто такая Нина?

Это имя я уже слышала от своих попутчиков. Думаю, и тогда, и теперь речь шла об одном и том же человеке. Что же такого необычного есть в этой женщине? И какое отношение она имеет к моему расследованию?

— Я же сказал: вопросы задаю я! А о том, кто такая Нина, пусть тебе твоя подружка расскажет!

— Она мне ничего не расскажет, — осторожно произнесла я.

Глеб вопросительно на меня уставился:

— Что это значит? Ты незнакома с Алиной? Но тогда что ты делала в ее квартире?

— Я знакома с Алиной… была знакома. Алина умерла. Сегодня.

Глеб отпрянул. Его глаза забегали по моему лицу, кажется, он не совсем поверил моим словам.

— Что?!

— Алину убили. Родственников в городе у нее нет, им, конечно, сообщили, но приехать они смогут только через пару дней. Тогда менты позвонили мне — мой номер был записан в справочнике у Алины. Вот так я оказалась в ее квартире. Алина — моя подруга, правда, мы редко виделись с ней… — добавила я на всякий случай.

— Алину убили?

— Да, сегодня утром.

— Но как? Кто?

— Я ничего не знаю.

Глеб вскочил с места и принялся широкими шагами мерить комнату. На ходу он расстегивал ворот рубашки, ерошил волосы, хмыкал, качал головой — он не мог поверить в только что услышанное. Значит, он хорошо знал Алину, если так разнервничался, узнав о ее смерти. Кем же он ей приходится? Точно не родственник. Тогда кто? Хороший друг? Любовник? Маловероятно. Если бы Алина была его любовницей, вряд ли он прислал бы к ней своих дружков, лишенных всякого такта в общении с дамами.

Наконец Глеб остановился.

— Выйдите, — коротко велел он, обернувшись к своим приятелям.

Те послушно выскользнули за дверь. Как только замок за ними тихонько щелкнул, Глеб опустился рядом со мной на софу и быстро заговорил:

— Скажи, Алина тебе что-нибудь обо мне рассказывала?

Я покачала головой. Глеб кивнул и продолжил:

— Понимаешь, все произошедшее — просто ошибка. Тебя никто не собирался похищать.

— Вам нужна была Алина, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказала я.

Глеб нахмурился.

— Мы с Алиной друзья. Я вовсе не хотел сделать ей ничего плохого. Понимаешь?

Я прекрасно понимала! Понимала — куда клонит господин Графский. Оплошность его помощников может стоить ему нервов: а ну как я подам заявление в милицию и дам соответствующие показания? Глебу было невдомек — кто я такая и что мои действия, как и его, не отличались особой законопослушностью.

— Я понимаю, — кивнула я.

— Так вот. — Глеб явно нервничал. Он пытался подстроиться под складывающуюся ситуацию, и, надо заметить, это у него плохо получалось. — Мы с Алиной — друзья. Правда, наше знакомство состоялось не так уж давно, но Алина мне стала очень близка и дорога. А пару дней назад она словно сквозь землю провалилась: на встречу не пришла, на звонки тоже не отвечала. Вот я и отправил за ней своих людей…

— Я все понимаю, — как заведенная, твердила я и натянуто улыбалась. Короче, делала то же, что и Глеб, — хорошую мину в плохой ситуации.

— И… у меня к вам будет одна просьба…

Просьба мне была заранее известна, но я решила скрыть факт своей прозорливости от моего нового знакомого. Опыт подсказывал мне — догадливые люди живут плохо и недолго.

— Не стоит сообщать в милицию об этом маленьком инциденте. Договорились?

Не договориться с Глебом Графским было бы непростительной ошибкой, тем более — я представляла, чем могла обернуться моя несговорчивость, и потому поспешила согласно закивать.

— Так Алина ничего тебе обо мне не сказала?

— Нет, — насторожилась я.

— А о чем она с тобой говорила?

— Я мало общалась с Алиной. А последние несколько недель мы с ней и вовсе не виделись. Я уезжала из города по делам…

— Хорошо.

Глеб поднялся с дивана и со словами «я сейчас вернусь» вышел из комнаты. Как только за ним закрылась дверь, я вскочила с места и метнулась следом. Опустившись на корточки, я прильнула к замочной скважине. Мне повезло: рядом с той комнатой, в которой находилась я, была еще одна — смежная. Ограниченное пространство замочной скважины открывало вид на несколько сдвинутых кресел, в которых расположились мои злосчастные похитители. Часть обзора мне закрывала широкая спина Глеба. Он стоял напротив своих дружков и что-то говорил. Я прислушалась.

— …вы точно не произносили при ней моего имени? — донесся до моего слуха его голос.

— Да она все время в отключке была. Я вколол ей такую дозу снотворного, что она только здесь в себя пришла, — нагло врал тот тип, с которым я познакомилась у дверей квартиры Алины.

— Это точно? Если она знает мое имя… Менты только и ищут повод, как бы ко мне подобраться! Эта ситуация им будет как заветный подарок ко дню рождения.

— Так, может, эту девку… того… — предложил от природы человеколюбивый приятель Глеба.

— Еще трупов нам тут не хватало.

Дальше я слушать не стала. В два счета я оказалась около окна, рванула на себя створки и, перегнувшись через подоконник, выглянула на улицу. К моему немалому удивлению, оказалось, что я нахожусь вовсе не в частной квартире, а в доме, окруженном садом. Похоже, мои новые знакомые вывезли меня за город. «Надеюсь, они не держат собак», — подумала я и, взобравшись на подоконник, спрыгнула вниз. Вопреки всем моим опасениям, никакой живности в саду не оказалось. Я поднялась на ноги и перебежками двинулась в сторону от дома, в расчете на то, что таким образом рано или поздно я упрусь в забор, а уж там и до свободы недалеко. И действительно, через несколько минут оказалось, что от заветной свободы меня отделяет трехметровое бетонное ограждение. Я с тоской смотрела на абсолютно гладкую стену и мысленно проклинала того, кто возвел сие творение. Впрочем, на то, чтобы сокрушаться, времени у меня не было, куда хуже будет снова оказаться в лапах Глеба и его команды — вот уж где полная безнадега. Я быстро направилась вдоль стены. Должно же быть хоть какое-то углубление, хоть какой-то выступ, за который я могла бы зацепиться. Говорят, кто ищет — тот всегда найдет. Не прошла я и десяти шагов, как увидела, что на стыке двух бетонных плит виднеется металлическое крепление. Я огляделась по сторонам, мысленно ликуя, что до сих пор меня никто не кинулся искать, затем наступила на толстенную проволоку, подтянулась и ухватилась за следующее крепление. Несмотря на мою отличную физическую подготовку, восхождение на трехметровую стену было сложной задачей. Когда я наконец оказалась наверху, то с трудом могла перевести дыхание. Но самое сложное было позади, оставалось только спрыгнуть вниз.

— Девушка, вам помочь? — раздался снизу незнакомый голос.

Я чуть не оказалась на земле раньше, чем предполагала. Взглянув вниз, я увидела незнакомого мужика, который взирал на меня с крайней степенью заинтересованности. Вот кретин — так напугал!

— Вам помочь? — повторил незнакомец.

Я подумала, что устраивать скандал из-за того, что этот тип имел неосторожность меня напугать, более чем неосмотрительно. Особенно в моем нынешнем положении. Да и помощь мне не помешала бы… Так что я решила сменить гнев на милость.

— Было бы неплохо, — согласилась я и кинула дядьке свою сумку, а затем и сама оказалась аккурат в его объятиях. — Большое спасибо, — демонстрируя все достоинства своего воспитания, сказала я и выдавила милую улыбку.

— А я ехал в город и тут увидел вас, — пояснил мужик.

— А я вот… приехала в гости к своему другу, а тут жена его вернулась. Она у него жутко ревнивая, так что пришлось… — начала сочинять я на ходу. Вышло нелепо, но мне было наплевать.

Я огляделась по сторонам — вообще-то неплохо бы унести отсюда ноги поскорее, и чем дальше, тем лучше. Глеб уже наверняка обнаружил мой побег и сейчас безумствует. Но, услышав последнюю фразу своего неожиданного помощника, я приостановилась.

— Вы едете в город?

— Да.

— Ой, как это кстати! Может, вы меня подбросите? Я заплачу, — пообещала я.

— Да без проблем, а платить не надо — все равно ведь по пути. Кстати, меня Лешей зовут. А вас?

— Таня, — машинально представилась я и заспешила следом за типом по имени Леша. Его серебристая «Хонда» стояла совсем рядом — на узкой дороге, отделенной от дома Глеба редкой полосой вековых дубов. «Интересно, как это он мог меня заметить со стороны дороги?» — промелькнуло в моей голове, но я тут же забыла об этом.

Леша повернул ключ зажигания, мотор с неохотой заурчал.

— На улице что-то совсем холодно. Сейчас мотор прогреется….

Что-то странное резануло мой слух, но я опять не обратила на это внимания. Леша включил магнитолу, салон заполнили напевы современной эстрады, и я расслабилась, забыв о своем неприятном приключении. Хорошо то, что хорошо заканчивается. Правда, в том, что это была моя последняя встреча с Графским и его приятелями, я не была уверена.

— Ненадежный у вас друг оказался, — решил завести разговор мой попутчик, когда «Хонда» уже катила по ухабистой дороге.

— Что? — не поняла я.

— Друг, говорю, у вас ненадежный. Жена пришла, и он тут же бросил вас на произвол судьбы. Я бы на вашем месте избавлялся от таких друзей.

— Я тоже так думаю, — согласилась я. — А у вас тоже тут дом? — решила я перевести разговор на другую тему.

— У меня? Нет. У моего друга. Я просто приезжал его навестить.

— Понятно. Тут неплохие домики, — прокомментировала я, вглядываясь в местный ландшафт, представлявший собой роскошные дома за высокими оградами, точь-в-точь такими, какую мне недавно пришлось преодолеть.

— Да. В летнее время город наполняют туристы, и постоянные его обитатели предпочитают в это время жить где-нибудь за городом. Очень удобно. А у вас есть свой загородный дом?

— Нет. Я тут тоже вроде как туристка…

— Да? — Леша обернулся и внимательно всмотрелся в мои глаза. Я улыбнулась и предпочла снова уставиться в окно.

— Приехали погостить к родственникам?

— Да, — коротко ответила я, всем своим видом показывая, что за предложение подвезти я, конечно, ему благодарна, но настроя на задушевные беседы у меня нет. Кажется, Леша это понял и больше с расспросами не приставал. Только когда мы въехали в город, он снова обратился ко мне:

— Вам на какую улицу?

— Мне? — Я на минуту задумалась. Ехать в гостиницу — не резон, ведь моя машина осталась у дома Алины. — На Космонавтов, — наконец решила я.

— Это мне по пути. Я живу в нескольких кварталах дальше.

Еще несколько минут мы колесили по городу, прежде чем серебристая «Хонда» остановилась в уже знакомом мне дворике, сером и невзрачном после дождя. Я поблагодарила услужливого водителя, и на этом мы с ним расстались. Его авто сделало круг возле детской площадки и юркнуло под арку в сторону автострады. Как только серебристый капот исчез из виду, я заспешила к своей ласточке, одиноко ютившейся на небольшом пятачке возле дома рядом с чьими-то старенькими «Жигулями».

* * *

Оказавшись в гостинице, я первым делом заказала обед в номер и отправилась в ванную комнату. Только горячий душ и вкусная еда могли привести меня в чувство после всех приключений в этом промозглом и дождливом городе, который с каждой минутой нравился мне все меньше и меньше. Допивая кофе, я попыталась проанализировать произошедшие за последние несколько часов события. Итак: Алина мертва, и мое первоначальное представление о том, что к ее смерти имеет какое-то отношение человек по имени Глеб Графский, оказалось ошибочным. Будь Глеб убийцей, он бы никогда не прислал своих людей к ней на квартиру — сам не зная того, он заручился надежным алиби. Зато я узнала, что в отношениях Глеба и Алины скрывается какая-то тайна. Если соединить воедино то, что я случайно подслушала по дороге до загородного дома Глеба и что узнала от самого Глеба, то получается примерно следующее. Глеб и Алина — хорошие друзья (назовем это так), но в один прекрасный момент девушка встречает некую Нину, и ее отношения с Глебом тут же начинают трещать по швам: она не приходит на свидания, не отвечает на его звонки и вообще всячески игнорирует своего недавнего приятеля. Что же такого могла ей сказать эта таинственная Нина? Думаю, не ошибусь, если предположу, что как раз после разговора с этой женщиной Алина начала подозревать Глеба в том, что это именно он за ней шпионит. Короче, вывод один: нужно найти эту Нину! Но как?

И тут я вспомнила о некоем номере, на который названивала Алина последние несколько недель. Может, он принадлежит таинственной Нине? Я тут же схватила телефонный аппарат, притянула его к себе и стала на память набирать номер. В трубке потянулись гудки. Они медленно звучали один за другим, и я уже начала терять терпение, когда на том конце провода что-то щелкнуло и послышался далекий голос:

— Ал-ло…

Голос был женским, это воодушевляло.

— Нина? — наугад позвала я.

— Нет, вы ошиблись, — заверил меня голос.

О, черт! Значит, моя догадка была неверной. Не важно! В любом случае эта девушка имеет какое-то отношение к Алине, значит, она может быть полезна для меня.

— Постойте! Не вешайте трубку! — выкрикнула я.

В трубке повисла выжидающая тишина.

— Вам ведь знакома Алина Завьянова?

Снова тишина, а затем нерешительный ответ:

— Да, а что? Кто со мной говорит?

— Меня зовут Таня. А вас?

— Лена, — растерянно ответила девушка.

— Лена, вы — подруга Алины?

— Да.

— С ней случилось несчастье. Ваш номер я нашла в ее записной книжке и решила позвонить — у Алины ведь совсем нет близких друзей в этом городе.

— Что с ней случилось? — Голос зазвенел. Или это помехи на линии?

— Она умерла. Мы можем с вами увидеться и все обсудить при встрече?

— Ах! — выдохнула девушка.

— Скажите мне ваш адрес, я сейчас подъеду!

— Соборная…

Я быстро нацарапала адрес в блокноте, бросила трубку и, надев на ходу куртку, выскочила из номера.

Дверь мне открыла худенькая миловидная девушка. Она куталась в махровый халат, часто моргала огромными заплаканными глазами и смотрела на меня с недоверием и испугом.

— Вы Таня? — спросила она, пропуская меня в тесный коридор.

— Да.

— Проходите в кухню. Хотите, я заварю вам чаю? Или вы предпочитаете кофе?

Мы вошли в кухню, заставленную всевозможной современной техникой. Лена принялась заваривать кофе, а я присела на стул у окна. У моих ног тут же материализовался огромный кот. Он замурлыкал и попытался вскарабкаться ко мне на колени.

— Кто вы такая? Откуда вы знаете Алину? — спросила хозяйка квартиры.

— Я ее соседка, — не моргнув глазом, соврала я, наблюдая за девушкой. Но она засыпала в кофемолку зерна и никак не прореагировала на мои слова, так что я продолжила: — Мы с Алиной мало общались, но я знаю, что родных у нее в городе нет, да и подруг не так уж много. А после того, что случилось, неужели даже проститься с ней никто не придет. Отцу за границу, конечно, позвонили, но он сможет приехать лишь через пару дней. А как же друзья? Знакомые? Мне так жалко стало Алиночку, вот я и решила попросить у ментов ее записную книжку, чтобы всех обзвонить и сообщить об этой трагедии. Должен же кто-то прийти на похороны, не бывает такого, чтобы у человека совсем не было друзей!

— А что случилось с Алиной? Как она умерла? Ведь она была очень здоровой. Я виделась с ней на днях…

— А она и не болела. Ее убили.

Блюдце выпало из рук Лены и разбилось вдребезги.

— Убили?! — прошептала она. — Кто?

— Я не знаю. Вы с Алиной были близкими подругами? Да? Мне очень жаль…

Лена тяжело опустилась на стул рядом со мной и закрыла лицо руками.

— Как же так? Этого не может быть!.. Нет…

— Лена, простите, что мне пришлось сообщить вам эту новость.

— Нет, нет, вы все правильно сделали. У Алины и впрямь было мало подруг. Вернее, кроме меня, она почти ни с кем и не общалась. Вы очень хорошо сделали, что позвонили мне. Спасибо большое.

Лена поднялась с места, достала откуда-то из-под мойки веник с совком и замела осколки битого стекла. Но делала она это автоматически, так же, как налила мне кофе, со звоном поставила чашку на стол и снова села напротив.

— Может, вам тоже стоит выпить немного кофе? Это помогает, — посоветовала я.

— Нет, нет. Не хочу.

Я сделала глоток и снова обратилась к Лене:

— В записной книжке Алины я нашла еще один номер — Глеба Графского. Вы не знаете, кто это? Стоит ли ему звонить? Просто я ни разу не видела, чтобы к Алине мужчины приходили, — вот и спрашиваю.

— Они были любовниками, — пожала плечами Лена, кажется, она еще не совсем пришла в себя после известия об убийстве подруги. Возможно, если бы она смогла справиться со своими чувствами, то ни за что не поведала бы едва знакомой особе о связи Алины с Глебом Графским.

— Любовниками? Алина никогда ничего о нем не говорила. Они, верно, недавно познакомились?

— Около месяца назад, — все тем же отсутствующим тоном отвечала девушка.

— Нужно будет ему сообщить. Бедняга… Представляю, как он расстроится, узнав о смерти любимой. Только что познакомились — и тут такое.

Лена совсем перестала реагировать на мои слова. Я допила кофе, стряхнула с коленей упитанного кота и поднялась.

— Думаю, мне лучше пойти. Вам, наверное, нужно побыть одной.

Лена посмотрел на меня уже вполне осознанным взглядом.

— Подождите, я с вами выйду. У меня дела в городе. Все равно я дома сидеть не смогу после такого известия.

— Вы уверены?

— Да. Мне сейчас лучше проветриться.

Я кивнула, и девушка быстро вышла в коридор. Я услышала, как за стеной заскрипела дверца шкафа.

— Лена, — позвала я.

— Что?

— А вы не знаете, у Алины была знакомая по имени Нина?

Наступила тишина. Потом послышались шаги, и в кухню заглянула Лена с шерстяным свитером в руках. В ее огромных глазах плескался то ли ужас, то ли недоверие — я так и не смогла понять.

— Нина… — неуверенно протянула она. — А что?

— Да так, просто спросила, — пожала я плечами, делая вид, что не замечаю странной реакции девушки на это имя.

— Может, Алина и общалась с какой-то Ниной, но общей знакомой с таким именем у нас с ней точно не было, — быстро сказала она и снова скрылась в коридоре.

Через пять минут девушка надела теплый свитер и брюки и, до самого подбородка застегнув куртку, шагнула из квартиры следом за мной.

— Я на машине. Может, вас подвезти? — предложила я.

— Спасибо. У меня своя. Вы сегодня позвоните Глебу?

— Да.

— Таня, мне кажется, что не стоит этого делать…

— Почему? Вы же сказали, что они были близкими друзьями.

— Да, это так. Но последнее время они часто ссорились. Алина мне не раз говорила, что их отношения разваливаются и она только ждет подходящего момента, чтобы сказать ему об этом.

— Правда? А из-за чего они ругались? — заинтересовалась я, останавливаясь на середине лестничной клетки и оборачиваясь к Лене.

Девушка пожала плечами:

— Как это обычно бывает: не сошлись характерами.

— А-а-а… — с пониманием протянула я и снова зашагала вперед.

— А похороны предполагаются через два дня?

— Кажется, так. К этому времени должен приехать ее отец. Сами понимаете…

— А вы тоже будете на похоронах?

— Не знаю. — Мы вышли на улицу, и я поежилась от промозглого ветра, налетевшего на нас шквалом холодного воздуха и брызг. Кажется, снова начинался дождь. — Вообще-то я собиралась на ближайшие несколько дней уехать, — скорее размышляя вслух, чем отвечая на Ленин вопрос, произнесла я.

— В Тарасов? — переспросила девушка.

— Да.

— У вас там дела?

— Дела, — кивнула я. — Но, думаю, если я поеду туда сегодня же вечером, то уже завтра утром снова буду здесь. Ну, до свидания. — Я улыбнулась девушке на прощание и направилась к своей ласточке.

Говоря Лене, что я собираюсь в Тарасов, я ни капельки не соврала. Решение о необходимости этой поездки пришло ко мне совершенно неожиданно, но чем больше я об этом думала, тем больше убеждалась, что это просто необходимо. Вот только следует предупредить о моем визите одного человека… Ловко маневрируя в потоке машин, я выудила из сумочки мобильник и быстро набрала прямой номер Володьки Кирьянова.

— Приветик еще раз. Не ожидал меня так скоро услышать?

Подполковник что-то буркнул в ответ. Настроение у него ни капельки не улучшилось с момента нашего последнего разговора. Но я на правах лучшего друга могла не обращать внимания на такие мелочи.

— Кирь, мне снова нужна твоя помощь. На этот раз более глобальная.

— Что, вскрыть базу данных ФСБ? Говорю сразу — даже не рассчитывай на меня в этом деле.

Юмор у Кири всегда был черным.

— Нет. Все гораздо проще. Мне нужно досье на одного человека. Приготовь мне его к сегодняшнему вечеру.

— На кого компромат? — вяло поинтересовался подполковник.

— На некоего Глеба Графского.

— Графского?

— Да. Что, знакомая личность?

— Не телефонный разговор. Приезжай, я все сделаю. Во сколько ты будешь в Тарасове?

— Я планирую выехать немедленно. Только заскочу в гостиницу за вещами. А уже завтра вернусь обратно. Не хочется терять ни минуты.

— Понял. Давай тогда я тебя встречу?

— Замечательно! Это просто идеальный вариант, — обрадовалась я и, попрощавшись с Кирей, отключилась.

* * *

Я пулей влетела в холл и нос к носу столкнулась с Константином Николаевичем. Администратор деловито поправил очки и взглянул на меня через тонкие стекла своими пронзительными глазками.

— Татьяна Александровна… — протянул он. — А вас искал Рустам Анатольевич.

— Кто? — опешила я.

— Наш управляющий, — терпеливо пояснил администратор.

Я припомнила, как столкнулась с коренастым дядькой в дверях лифта. Кажется, у него разбился мобильник из-за меня, но он сказал, что ничего страшного в этом нет. Неужели он передумал и решил взыскать с меня за ущерб? Какие же эти управляющие мелочные, а с виду — такой солидный мужчина!

— Зачем? Что-то не так? Какие-то проблемы? — тут же засыпала я вопросами Константина Николаевича.

— Нет, нет. Все в порядке. Просто… По личному вопросу…

— А-а-а, — махнула я рукой. Да, о том, что мои ножки произвели на дядьку сильное впечатление, я тоже хорошо помнила. — Передайте ему, что меня сегодня не будет. Я вернусь только завтра утром.

В глазах администратора отразилось недоумение.

— Вынуждена поехать в родной город. Дела, — пояснила я.

— Понятно. Удачной поездки.

— Спасибо, — кивнула я и заспешила к лифту.

В номере я наскоро покидала в сумку все необходимые вещи, в основном документы и прочие мелочи, и снова спустилась в холл. Но на полпути к выходу я приостановилась у двери, ведущей в ресторан, и призадумалась. Было бы неплохо перекусить, ведь мне придется провести в дороге не один час, а в закусочных, которые встречаются на пути, как правило, отвратительно кормят… Эта мысль заставила меня войти в ресторан.

В полупустом зале я заняла центральный столик и сделала заказ. Как только передо мной появилась чашка ароматного кофе и легкая закуска, я почувствовала, что жизнь налаживается. Я потянулась к своей сумочке и выудила из нее замшевый мешочек с магическими костями — моими неизменными спутниками и в горе, и в радости. «Посмотрим, что мне сулит эта поездка?» — размышляла я, встряхивая мешочек и опрокидывая его на стол. Двенадцатигранники, стуча и подпрыгивая, раскатились по гладкой поверхности. Я озадаченно уставилась на выпавший мне расклад: 07+28+13. «Первые неприятности уже не за горами».

Большое спасибо! Вот так напутственное слово! Вот это я понимаю — счастье привалило! Моей злости не было предела, но тут я отчетливо почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Забыв о пакостном прогнозе, я медленно повернула голову в том направлении, где, по моим предположениям, находился наблюдатель. Я безошибочно отыскала взглядом эту особу — ярко-рыжая девица в вызывающем наряде не спускала с меня глаз. «И что это она на меня так уставилась?» — пронеслось в моей голове, и я вернулась к своим прежним размышлениям. Но уже через пару минут вновь была вынуждена обернуться — рыжая насмерть впилась в меня глазами, и, если бы на то была ее воля, пожалуй, от Танечки Ивановой осталась бы кучка пепла, да и только.

Ситуация начинала нравиться мне все меньше и меньше. Я явно не знала эту девицу, а вот она меня… На случайного встречного так не смотрят — это я знала точно. «Сейчас подойду к ней и спрошу!» — решила я, но девушка словно угадала мои мысли — она тут же поднялась из-за столика и быстрым шагов вышла из зала. Догонять ее не имело никакого смысла. Я спокойно допила остывший кофе и тоже покинула гостиницу.

На улице меня встретил все тот же промозглый ветер и расползающийся по всему городу туман.

— Ну и погодка… — проворчала я и, плотнее закутавшись в шарф, заспешила к автостоянке, где осталась моя ласточка.

Сторож приветственно взмахнул рукой.

— Опять куда-то собрались? — дружески обратился он ко мне.

— По делам. Завтра утром вернусь, — кивнула я, открывая дверцу машины.

В салоне было так же холодно, как и на улице. Я включила систему обогрева и повернула ключ зажигания — раз, другой. Мотор недовольно зафырчал, и тут я вспомнила, как несколько часов назад, спасаясь бегством, села в машину типа по имени Леша. Перед моим мысленным взором одна за другой пронеслись картинки недавних событий.

«А я ехал в город и тут увидел вас», — небрежно улыбаясь, сообщает мужик. Я тоже улыбаюсь ему, пытаюсь объяснить, какие превратности судьбы загнали меня на трехметровый бетонный забор. Потом мы садимся в машину, и Леша поворачивает ключ зажигания — точно так же, как и я теперь, и мотор так же раздраженно фыркает. «На улице что-то совсем холодно. Сейчас мотор прогреется», — говорит он.

Уже тогда что-то резануло мне слух. Что-то в этой фразе было неправильное. И теперь я поняла — что! Он сказал, что ехал в город, увидел, как я перелезаю через забор, и остановился, чтобы помочь. Но тогда почему мотор его серебристой «Хонды» никак не хотел заводиться, как если бы машина несколько часов простояла без движения?! Я ведь еще тогда удивилась: как это он мог меня увидеть с дороги, если дом окружает цепочка вековых деревьев? Значит, Леша мне наврал. И наша с ним встреча была неслучайна — он караулил кого-то у ворот Графского. Но кого? Меня? Маловероятно…

Развивать дальше эту тему я не стала, поскольку мотор моей «девяточки» еще какое-то время поурчал, потом кашлянул пару раз и неожиданно затих. Я снова повернула ключ зажигания. Ответом мне было недовольное дребезжание где-то глубоко в недрах машины. Я чертыхнулась сквозь зубы и стала выбираться из салона.

— Что такое? — осведомился сторож, выглядывая из-за двери, когда я поднялась по ступенькам к его будке.

— С моей машиной какие-то неполадки.

— Вызвать техслужбу?

Я обреченно кивнула. Сторож тут же скрылся в домике из красного кирпича и начал куда-то названивать. Через пару минут на стоянке появился здоровенный детина. Он пожал руку сторожу, угрюмо посмотрел в мою сторону и полез в капот «девяточки».

— Ну что там? Это надолго? — взволнованно спросила я, когда детина покрутил что-то внутри машины, подергал за какие-то проводки и поднял голову.

— Похоже, сцепление сгорело, да и мотор барахлит. Видно, плохо вы за своей машиной следите…

— Так это надолго? — довольно резко спросила я — терпеть не могу, когда мне начинают читать нравоучения.

— Н-да. Работы тут много. Пожалуй, до завтра хватит.

— До завтра?! — пришла я в ужас. — Но я не могу так долго ждать. Мне машина нужна прямо сейчас! У меня срочная поездка!

— В чем проблема? Возьмите такси, — пожал квадратными плечами детина.

— Какое такси?! Мне надо в другой город!

Здоровый тип смотрел на меня непроницаемым взглядом — ему явно не было никакого дела до моих проблем.

— Ну, сделайте хоть что-нибудь, — жалобно попросила я. — Я вам заплачу в два раза больше.

— Простите, но я сказал вам правду — все неполадки можно устранить только за сутки. И это — как минимум!

— Но что же мне делать? — запричитала я и с надеждой в глазах обернулась к более сердобольному сторожу стоянки. — Можно у кого-нибудь взять машину напрокат до завтрашнего утра?

— Маловероятно, — покачал головой старичок. — Сейчас народ пошел осторожный.

Я вздохнула, оставила детине ключи от своей ласточки и побрела в сторону гостиницы. Похоже, это и есть те самые обещанные неприятности… Позади меня зашуршали колеса — совсем рядом. Я обернулась и увидела, что почти вровень со мной вдоль дороги медленно ползет джип. Я остановилась. Машина тоже притормозила, тонированное стекло поехало вниз, и я увидела свою недавнюю знакомую — Лену.

— Привет! Только расстались и вот опять встретились! А я думала, тебя уже нет в городе, ты вроде говорила — у тебя какие-то дела в Тарасове?

— Дела, — угрюмо пробурчала я. — Правда были, но уже нету.

— Что такое? Неприятности? — Кажется, Лена серьезно расстроилась из-за меня.

— Машина сломалась. А мне сегодня вот как в Тарасове нужно быть. — Я многозначительно провела ладонью по горлу, демонстрируя, насколько для меня это важно.

— Что, серьезная поломка? — посочувствовала Лена.

— Да. Мастер сказал, что провозится до завтра. Вот кошмар! Все планы к черту летят! Как назло, в этом городе ни у кого машину напрокат нельзя взять…

— Это точно. Тем более тебе в другой город надо. А знаешь что, — неожиданно оживилась девушка. — Хочешь, я тебе свой джип одолжу? Ты побеспокоилась об Алине: нашла меня, сообщила о случившемся… Могу я тебя хотя бы таким образом отблагодарить?

— Ты серьезно?!

— Конечно! Мне все равно машина пока не нужна.

— Это было бы чудесно! Ты даже не представляешь, как выручишь меня!

— Так садись. — Лена выбралась из салона.

— Я тебе заплачу, — пообещала я.

— Перестань. Ты меня больше выручила. Другая бы на твоем месте и не стала беспокоиться о своей соседке, а ты… Короче, поезжай в Тарасов, улаживай все свои дела. Поверь, до завтрашнего дня я смогу обойтись без машины.

Последняя фраза Лены убедила меня окончательно. Я еще раз поблагодарила свою спасительницу и быстренько юркнула в салон роскошного джипа.

— Только оставь мне номер своего мобильника — на всякий случай, — попросила меня Лена, когда я уже переключила сцепление.

Я на память назвала цифры и, помахав ей на прощание рукой, вырулила на трассу.

— Удачной поездки! — крикнула она мне на прощание.

Я кивнула и, прибавив скорость, погнала машину вниз по трассе. Все же из любой — даже самой безнадежной ситуации — можно найти выход.

Глава 3

С Кирьяновым мы встретились в какой-то пригородной забегаловке, где подавали остывшее жаркое и противный растворимый кофе. Я глотала жуткое пойло и морщилась. После пары часов, проведенных за рулем, голова у меня кружилась, слегка подташнивало. А мелкий дождь, преследовавший меня на всем пути до Тарасова, нагонял тоску и уныние. Я уже во второй раз перелистывала распечатки, которые для меня раздобыл подполковник, и приходила в тихий ужас от того, в какое осиное гнездо я влезла. Досье Глеба Графского изрядно впечатляло.

— Признаться, я и не подозревала, что он — наркобарон!

— Этот тип и его дружки уже давно контролируют все поставки «дури» по трассе Тарасов — Налинск. Какими судьбами тебя с ним свело?

Я посмотрела на приятеля. Вряд ли Володька похвалит меня, если узнает, что за один день своего пребывания в незнакомом городе я успела побывать в заложниках у наркобарона и, более того, вконец испортить с ним отношения своим побегом. Потому я вздохнула и принялась вдохновенно врать:

— Этот человек проходит по моему делу как свидетель. По моим сведениям, он располагает ценной информацией, но я не знаю, как к нему лучше подобраться. Вот и решила, что это досье поможет мне найти какое-нибудь его уязвимое место.

— Как видишь, тут куда ни кинь — всюду уязвимые места, — пожал плечами подполковник, заглатывая огромный кусок курицы.

— Так что же вы не арестуете этих дельцов, если у вас на них собраны все улики?

— Все они косвенные. Ну, арестуем мы их, и что дальше? Нужно брать их на реальном деле, а нам это до сих пор не удавалось. Каждый раз что-то срывалось. Но у нас появилась информация, что не так давно в городе нарисовался еще один тип — некто Аркадий Павловский, реальный конкурент Глеба. Кажется, дельцы всерьез струхнули, боятся, что их бизнесу придет конец, и хотят на последних поставках заработать как можно больше. Так что на днях готовится огромная партия наркоты, которую будут перегонять из Налинска в Тарасов. Надеюсь, на этот раз нам удастся их поймать.

— Слушай, а на этих подельников Глеба что-нибудь есть? Вот, например, на этого Берестова. Или на Орлову? Что с ними?

— Глеб Графский, Игорь Берестов и Нина Орлова всегда работали вместе. Так что и брать их тоже надо вместе.

— Нина Орлова, — протянула я.

— Да. А что? — насторожился Володька.

«Нина. Именно так зовут особу, испортившую отношения между Алиной и Глебом. А что, если?..»

— Нет-нет! Ничего! — тряхнула я головой. Володьке совсем не обязательно знать о моих мыслях, и я поспешила вернуть разговор в прежнее русло: — А как они вообще нашли друг друга? С чего начался их бизнес?

— Короче, дело было примерно так. Лет пять тому назад в курортный городок Налинск приехала Нина Орлова. Уж не знаю, откуда эта особа объявилась, но денег у нее было немерено: она выкупила несколько казино и целый гостиничный комплекс «Ривьера»….

— «Ривьера», — перебила я Володьку. — я как раз остановилась в этой гостинице. Вот не знала, что она принадлежит особе, замешанной в таких делах!

— Об этом вообще мало кто знает. Потому и подобраться к ним невозможно — все деньги проходят через такую сложную систему бухгалтерии, что в итоге и придраться не к чему. Но мы отвлеклись. Так вот, первое время все вроде бы было тихо и спокойно, но потом новоявленную бизнес-вумен навестили два друга — небезызвестный тебе Глеб Графский и Игорь Берестов. Они предложили ей сотрудничество. Сама понимаешь, держательница нескольких казино и гостиницы — это идеальный компаньон для наркобизнеса. Сначала «дурь» распространялась в пределах заведений Нины Орловой, но уже через год дельцы настолько развернулись, что стали поставлять наркоту и в Тарасов.

В сумке у меня как нельзя некстати запиликал мобильник.

— Извини… — пробормотала я, вороша содержимое сумки. С большим трудом я нащупала сотовый на самом ее дне. По дисплею бежали незнакомые цифры.

— Да? — выкрикнула я в трубку.

— Таня? Это Лена.

— Лена… — Я припомнила всех своих знакомых с таким именем.

— Из Налинска.

— Ах, Лена! Что-то случилось?

— Я просто хотела узнать, ты точно приедешь завтра утром? Понимаешь, у меня тут возникли неотложные дела. Пожалуйста, тебя не затруднит вернуться в город до одиннадцати часов?

— Без проблем. Можешь даже не переживать. Я уже почти все уладила.

— Отлично! Извини, что я вынуждена тебя поторопить. Сама не ожидала, что все так обернется.

— Все нормально. Как приеду, сразу же позвоню тебе, — заверила я Лену и отключилась. — Так что там? На чем мы остановились? — обратилась я Володьке.

— А я, собственно говоря, уже все тебе рассказал. Неужели тебе мало этой информации?

— Нет, конечно. Спасибо! Без тебя я бы просто не знала, что и делать, — решила я сделать приятное своему приятелю.

— Ой, лиса, — расплылся в улыбке Киря.

— Что это ты? Не веришь? Я серьезно!

— Ладно тебе, — отмахнулся он от меня. — Я тебя только об одном прошу: будь осторожна. Если что — сразу же звони мне!

— Знаю-знаю. Не учи ученого, — проворчала я.

* * *

Мелкий пронизывающий дождь не переставая моросил уже вторые сутки. Он затихал лишь на пару часов, переходя в мокрую, холодную изморось, а затем снова набрасывался на закутанных в плащи и куртки граждан, словно поток маленьких острых колючек. Эти острые иголочки нещадно осаждали Тарасов, преследовали людей на трассе и караулили на въезде в Налинск. Мне казалось, что я чувствую пронизывающие насквозь капли дождя даже в уютном и теплом салоне джипа, не спасал даже припасенный термос с горячим чаем и несколько булочек, которые я прихватила в придорожном кафе, где встречалась с Кирьяновым. Кирьянов… Я мысленно вернулась к нашему разговору.

Наркобароны… Коалиция Глеб Графский — Игорь Берестов — Нина Орлова. Нина Орлова. Та ли это Нина, с которой встречалась незадолго до своей смерти Алина? Ведь эта встреча знаменовала собой начало коренного перелома в отношениях девушки с Глебом. Насколько я понимаю, именно после нее Алина прекратила общение со своим любовником и стала всячески его избегать. Интересно, девушка знала, чем занимается ее приятель? А что, если именно это известие привело к таким переменам в их отношениях?

Я гнала машину на полной скорости, рассекая сплошную стену дождя. Серое утро только-только наползало на трассу, потому я не выключала фар, и их неровный свет выхватывал из темноты веер дождевых брызг, взметавшихся из луж, в которые то и дело проваливались колеса машины. Стеклоочиститель с монотонным скрипом сбивал крупные капли, набегавшие на окно и чертившие по нему прозрачные дорожки.

Вот уже несколько часов подряд я видела перед собой только черное, блестящее от дождя полотно трассы. И ничто не нарушало этого однообразия, только редкая тишина, царившая на встречной полосе. «Поскорей бы уже добраться до города», — вяло думала я. Машина на всей скорости ухнула в очередную лужу, подняв кучу брызг, а взметнувшийся свет фар выхватил из серого сплошного потока шумящей воды человеческую фигуру. Она была еще так далеко, что я даже не сразу ее заметила, а продолжала предаваться своим меланхоличным размышлениям о горячей ванне и уютном гостиничном номере.

Снова лужа и грязные брызги из-под колес. Опять колыхнулся свет фар, и вновь в полумраке мелькнул мужской силуэт, но на этот раз я обратила на него внимание. В любую другую погоду я бы не придала значения какому-то случайному прохожему, но идти пешком вдоль трассы под проливным дождем мог только сумасшедший. И теперь я, не отрывая взгляда, следила за его приближавшейся фигурой. Ссутулившийся силуэт в длинном плаще со спортивной сумкой в руках и под большим зонтом не только обращал на себя внимание, но и заинтриговал меня.

Пригнувшись к рулю, чтобы было удобнее видеть черный силуэт, то появлявшийся, то исчезавший в зависимости от того, падал на него свет фар или нет, я вглядывалась в него и подсознательно ждала, когда же он обернется. Но мужчина, одиноко бредущий по трассе под большим черным зонтом, с которого потоком стекала вода, казалось, никого и ничего не замечал, и даже свет включенных фар не привлек его внимания. Только когда джип почти поравнялся с ним, странный субъект остановился и обернулся. Казалось, он долго думал и всматривался в джип, мчавшийся по дороге, прежде чем сделать знак рукой, чтобы я остановилась. Я затормозила точно напротив мужчины и распахнула дверцу. Шум дождя, до этого приглушенный изоляцией салона, теперь шквалом дикого грохота обрушился на меня. Холодный мокрый воздух ударил в лицо, и я тут же замерзла.

— Вы в город? Садитесь, я вас подвезу! — крикнула я, стараясь перекричать шум дождя.

Может, оттого, что я замерзла из-за открытой двери машины, мне показалось, что мужчина медлил мучительно долго. «Что за чудак, должен радоваться, что встретил попутную машину, а он еще сомневается», — недоуменно подумала я.

Незнакомец гулко захлопнул зонт и, подобрав полы длинного плаща, сел на переднее сиденье. От него пахло холодной свежестью, дождем и дорогим одеколоном. На какие-то минуты этот запах заполнил весь салон, и я невольно поежилась. Незнакомец между тем закинул свою спортивную сумку и зонт на заднее сиденье, а я повернула ключ зажигания, и джип понесся вперед по скользкой дороге.

— Не слишком удачное время вы выбрали для прогулок, — заметила я.

— Н-да, — скупо отозвался незнакомец.

Вообще-то я рассчитывала хотя бы на элементарные слова благодарности за то, что предложила его подвезти, но, очевидно, у моего попутчика на этот счет было иное мнение. Он сидел, отвернувшись и глядя в окно, так что я видела лишь его фигуру, закутанную в черный кожаный плащ, и затылок, покрытый черными как смоль волосами. Я была готова поспорить, что и под плащом он одет во все черное. Я невольно улыбнулась своим мыслям и снова попыталась завести беседу.

— Будем знакомы, меня зовут Таня.

— Сергей, — было мне коротким ответом.

— Вот уж не ожидала, что встречу попутчика в такой-то ливень. — Я пыталась хоть как-то разговорить своего случайного знакомого.

— Да, погода не очень, — сухо кивнул он.

«И бывают же такие буки!» — обиделась я и решила больше не общаться с невоспитанным типом. Но Сергей неожиданно обернулся ко мне, внимательно посмотрел в глаза и задал вопрос, на который я никак не рассчитывала:

— Простите, а вы случайно не знакомы с Леной Топольской?

— Лена Топольская? — переспросила я. Фамилия была мне незнакома, но я как-то сразу поняла, что речь идет о приятельнице Алины, одолжившей мне свою машину. — Да, это моя знакомая. А что? Вы тоже ее знаете?

— Да. А почему у вас ее машина? — Вопрос прозвучал несколько бестактно, но я уже успела понять, что воспитание — отнюдь не самая сильная сторона моего нового знакомого.

— Моя машина сломалась, а мне нужно было срочно уехать из города. Вот Лена и согласилась одолжить мне свою машину.

Я заметила, как суровая морщинка на лбу Сергея тут же разгладилась. Кажется, он был вполне удовлетворен таким объяснением.

— Признаться, я был немного озадачен, когда передо мной остановилась знакомая машина, и я уже рассчитывал увидеть Лену, а тут вы… А вы давно знакомы с Леной?

— Не очень, — уклончиво ответила я.

— Вы ездили в Тарасов?

— Да.

— Понятно. — Мой попутчик снова отвернулся к окну. — А погода ужасная, вы правы, — через пару минут молчания протянул он.

— Такое ощущение, что этот дождь никогда не кончится, — поддержала я разговор.

— А вы сами не из Тарасова?

— Нет. Я живу в Налинске, а в Тарасове у меня просто дела были — проблемы у одного моего давнего знакомого, пришлось срочно ехать.

— Знакомый — мужчина?

Я обернулась и пристально посмотрела на Сергея. Этот тип, поначалу зарекомендовавший себя как грубиян, теперь решил со мной пофлиртовать?

— Мужчина.

— Оно и понятно. У такой красивой девушки, как вы, наверняка много поклонников.

— Хватает. — Я решила обойтись без подробностей. — А вы давно знакомы с Леной?

Сергей заколебался:

— Достаточно. А что?

— А ее подруг вы не знаете? — осторожно подбиралась я к главному вопросу.

— Ну, вот вас, например, я не знал. И полагаю, что это большое упущение с моей стороны.

Я решила пропустить последнее замечание попутчика мимо ушей.

— А Алину вы тоже знали?

— Алину? Нет. А почему вы спрашиваете?

— Просто так, — пожала я плечами и уставилась на мокрую дорогу, нескончаемым черным полотном расстилавшуюся впереди.

— Таня, можно попросить вас об одном одолжении? — заговорил Сергей.

— Конечно, — с готовностью кивнула я.

— Здесь по пути будет стройка. Там работает бригада моего приятеля, не могли бы мы туда завернуть на пару минут?

Я небрежно кивнула в ответ. Почему бы и нет? Возможно, если бы я не знала, что Сергей — знакомый Лены, то отказала бы. Даже наверняка. Но мысль о том, что в трудную минуту Лена меня выручила, не позволяла мне это сделать.

— Без проблем, — бросила я в ответ, не отрывая взгляда от дороги.

— Тогда остановите вон у того знака. — Сергей взмахнул рукой, указывая куда-то вперед.

Я надавила на тормоз, и машина остановилась. Я широко раскрытыми глазами смотрела сквозь стекло, по которому бежали капли дождя, на недостроенный дом: пустые глазницы окон недружелюбно смотрели на дорогу, неровный край недостроенного второго этажа, словно оскалившаяся пасть гигантской акулы, устремлялся в небо. Жутковатый ландшафт…

— Я сейчас вернусь, — пообещал Сергей.

Мне оставалось только кивнуть в знак того, что я подожду. Сергей раскрыл дверцу машины и уже ступил одной ногой в жидкую грязь.

— А зонт! — окликнула я его. — Разве вы его не возьмете? — Я протянула руку к заднему сиденью, куда он бросил свои вещи. — Держите, а то промокнете до нитки.

Сергей как-то жалко улыбнулся, взял зонт и, выставив руку на улицу, щелкнул кнопкой.

— Я постараюсь недолго, — прежде чем окончательно выйти из салона, пообещал он.

— О’кей, — улыбнулась я.

Сергей захлопнул дверцу и, пригибаясь под шквалом мелкого пронизывающего дождя, побежал к стройке, то и дело скользя по грязи. Я проводила его взглядом и, когда он скрылся за какой-то балкой, со вздохом откинулась на спинку сиденья. Несколько часов подряд за рулем машины, практически бессонная ночь окончательно меня вымотали, и я поняла это только теперь. Я закрыла глаза и позволила мыслям течь своим ходом: звонок Алины, убийство девушки, знакомство с людьми Глеба и принадлежность особы последнего к числу наркобаронов… Но неожиданно мысли оборвались, я широко раскрыла глаза и резко подалась вперед. Я вдруг сообразила, что показалось мне таким странным в этой стройке и что я пыталась отыскать взглядом, когда мы только подъехали. Фургончик, в котором жили бы рабочие! Но здесь не было фургончика, не было мастеров, и ни малейших признаков того, что здесь вообще ведутся какие-либо работы. Это заброшенная стройка!

Недолго думая, я схватила куртку и, набросив ее на плечи, распахнула дверцу машины и ступила одной ногой на асфальт. Сапог тут же угодил в лужу, я чертыхнулась, но делать было нечего. Я накинула на голову капюшон и, осторожно перейдя через лужу, заспешила в сторону стройки.

Идти по грязи, которая пузырилась и словно вскипала от дождя, было крайне противно, но еще неприятнее оказалась необходимость пролезать под какими-то деревянными балками. Я надвинула капюшон пониже, но он не спасал, и дождь нещадно брызгал в лицо и слепил глаза. Каким-то образом этот проклятый дождь проникал даже за шиворот, хотя я крепко сжимала воротник куртки в кулаке.

Наконец я зашла за кирпичную стену и на минуту остановилась. Я запрокинула голову. Никаких потолочных перегородок здесь не было, только стены, разделяющие весь дом на отсеки, от самого фундамента и до высоты четвертого недостроенного этажа. «Может, вернуться?» — промелькнула в моей голове здравая мысль, но я снова двинулась вперед. И чем дальше я шла, тем больше убеждалась в том, что стройка заброшена.

Но зачем тогда Сергей меня обманул? Ведь он сказал, что здесь работает бригада его приятеля, а тут никого нет, да и сам он куда-то исчез. И что ему вообще здесь понадобилось? Черт, и угораздивает же меня вечно связываться непонятно с кем! Ну, с чего я взяла, что этому типу можно доверять? Только потому, что он назвался приятелем Лены? Нужно сейчас же вернуться и, пока ничего не произошло, уносить отсюда ноги. К черту этого Сергея! Пусть сам разбирается со своими проблемами! В конце концов, я ему ничем не обязана!

Я на самом деле уже собиралась повернуть назад, но неожиданно к шуму дождя примешался еще какой-то звук. Машинально я пошла в ту сторону, откуда он донесся. Каблуки то и дело проваливались в ямки, но я уже не замечала этого и даже перестала смотреть себе под ноги. Постепенно приближаясь, я поняла, что звуком, привлекшим мое внимание, были голоса, причем говорили несколько человек. Судя по смене тональностей, их было пятеро. Значит, Сергей меня не обманул. Это не заброшенная стройка, а я-то уже напридумывала себе бог весть что и потащилась сюда. Я подумала, что, раз все в порядке, нужно уйти, но зачем-то пошла вперед, навстречу неразборчивым, но таким близким голосам. Не знаю, что меня заставило так поступить. Возможно, природное любопытство, которое, как известно, кошку сгубило. Вот и теперь, кажется, выпал тот самый случай…

С каждым шагом голоса становились все более и более отчетливыми, и я наконец остановилась.

— Значит, она в машине? — Это была первая фраза, которую я ясно расслышала.

— Да, она здесь, — отвечал голос, в котором я безошибочно узнала голос Сергея.

— Как все прошло? Она ничего не заподозрила?

— Все нормально. — Сергей говорил так же сухо и скупо, как в начале разговора со мной, когда он только сел в машину.

— Надеюсь, ты знаешь, что нужно делать после того, как мы с ней поговорим? — Этот голос был новым и совсем незнакомым.

— Убить ее.

Я не верила тому, что слышала. Но сомнений не оставалось — голоса были вполне реальными.

— Отлично. Тогда можешь ее вести.

— Сейчас.

Я стояла на месте, как громом пораженная. Только услышав, как хрустит щебень под чьими-то тяжелыми шагами, я наконец сообразила, что нужно бежать. Я круто развернулась и налетела на какую-то проржавевшую металлическую балку, которая тут же слетела с петель. Звук от ее падения прозвучал как взрыв, и почти сразу же раздался крик:

— Это она!

А я уже бежала вперед, не разбирая дороги, не оборачиваясь. Каблуки то увязали в грязи, то цеплялись за что-то, но я летела, не останавливаясь.

— Лови ее! — зазвенел в ушах все тот же голос, а потом прогремел первый выстрел. Я пригнулась, но почувствовала, что пуля просвистела в паре миллиметров от моего виска. Когда раздался этот выстрел, я уже выбежала из пределов сооружения. Впереди замаячил спасительный джип, до которого оставалось каких-то пять метров.

Снова выстрел. Еще и еще… Кто-то решил выпустить по мне всю обойму!

Я не помнила, как преодолела последние несколько метров, рванула дверцу машины и, кажется, еще прежде чем села в салон, повернула ключ зажигания. И только когда джип с ходу набрал приличную скорость, я смогла обернуться и посмотреть на неизвестных людей, пытавшихся меня убить. Но из-за сплошной завесы дождя я различила лишь несколько смутных силуэтов, один из которых был в длинном черном плаще.

* * *

До гостиницы я домчалась на бешеной скорости. Завидев многоэтажный гостиничный комплекс, резко вдавила тормозную педаль. Шины пронзительно завизжали, и громоздкий джип, проехав несколько метров по инерции, замер на месте так неожиданно, что я чуть не стукнулась носом о панель управления. Откинув со лба спутанные пряди волос, я опустила голову на сложенные руки и резко выдохнула. Конечно, работа частного детектива — это всегда риск и опасность, но, признаться, далеко не каждый день меня хотят убить!

Память, как кадры кинофильма, отмотала пленку времени назад, и я вспомнила разговор, который нечаянно подслушала на заброшенной стройке. Голоса тех людей и сейчас еще звучали у меня в ушах, и я даже зажмурилась.

«— Значит, она в машине?

— Да, она здесь.

— Как все прошло? Она ничего не заподозрила?

— Все нормально.

— Надеюсь, ты знаешь, что нужно делать после того, как мы с ней поговорим?

— Убить ее.

— Отлично. Тогда можешь ее вести.

— Сейчас».

Голоса звучали так реалистично, что я мысленно вернулась на заброшенную стройку. Вновь мои ладони ощутили скользкую поверхность кирпичной стены, брызги дождя на лице. Отчаянное бегство. И выстрелы… Меня хотели убить! Кто? За что? Люди, которых я не знаю?

Стоп!

Но тогда получается, что Сергей был вовсе не случайным попутчиком. Его появление на трассе было заранее спланировано. Он ждал меня! Ждал с тем, чтобы заманить к тем людям, а потом убить. Это просто немыслимо!

В окошко кто-то постучал. Я вздрогнула и вскинула голову. Рядом с машиной стоял уже знакомый мне сторож со стоянки. Он низко наклонился, чтобы заглянуть в окно. Улыбался и приветственно махал мне рукой. Я с неохотой опустила стекло.

— Уже вернулись? Все уладили?

— Все, — устало ответила я.

— А ваша машина уже отремонтирована.

— Правда? — вяло переспросила я.

— Да, Мишка как раз только что все закончил. Идите, посмотрите.

Пришлось выбираться из джипа и идти на стоянку. Моя ласточка действительно была в полном порядке. Довольный Михаил стоял рядом, вытирал грязные руки не менее грязной тряпкой и довольно ухмылялся.

— Как и обещал, все готово к вашему возвращению.

— Спасибо, — кивнула я и полезла в кошелек.

— Кто же вас так не любит?

— Что? — не поняла я.

— Кто вас так не любит, говорю?

— В смысле?

— Так машину ж вам помогли испортить, — покосившись на сторожа, шепнул Мишка.

— Что? — опешила я.

— Машина, конечно, нуждалась в профилактике, но сцепление кто-то специально испортил.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Но кто и когда?

— Сказать по правде, сторожа тут ненадежные, — все тем же тоном продолжал детина. — Может, хулиган какой-то прокрался на стоянку? Такое здесь часто бывает…

— Спасибо. Большое спасибо. — Я вытянула из кошелька еще одну купюру.

Мишка начал меня благодарить, понес какую-то чушь, но я его уже не слышала. Мысли вихрем закружились в голове. Все началось с визита к Лене — уходя, я обмолвилась, что вечером поеду в Тарасов. Потом сломалась моя машина, и я «по счастливой случайности» снова встретила девушку, которая оказалась настолько мила, что согласилась одолжить мне свою машину. Странный звонок от Лены, когда она так дотошно уточняла, в котором часу я вернусь. А потом мой попутчик на обратном пути из Тарасова. Сергей — он спрашивал меня о Лене! Он был ее знакомым! Слишком уж много совпадений. Слишком много раз в этой истории фигурировало имя Лены.

Я принялась лихорадочно искать в сумке сотовый, а потом с такой же поспешностью пробежала пальцами по кнопкам. В трубке потянулись длинные гудки, но общаться со мной никто не спешил. «Ничего страшного, в таком случае я буду нежданным гостем», — зло подумала я и, запрыгнув в салон своей «девяточки», завела мотор и выехала со стоянки.

До дома Лены я домчалась за считаные минуты, выскочила из машины и как фурия понеслась к подъезду. Забыв о лифте, я пулей взлетела на четвертый этаж и нажала на кнопку звонка. Он тявкнул коротко и раздраженно, словно заранее знал цель моего визита и предупреждал хозяйку о нежеланном госте. Я подождала немного и нажала на кнопку еще раз. Опять в глубине квартиры раздался громкий нервозный звонок, который оборвался так же резко, как и возник, на самой высокой ноте.

И тут я заметила нечто заставившее меня забыть о собственной злости: между дверью и деревянным косяком оставалось узкое пространство. Что за ерунда? Неужели хозяева оставили квартиру открытой, а сами ушли?

Я легонько толкнула дверь, и она поддалась под легким натиском моей руки. Из глубины квартиры на меня недобро глянула темнота. Я немного помедлила и… шагнула за порог.

— Эй! Здесь есть кто-нибудь? — крикнула я. — Лена!

В квартире царила абсолютная тишина. Я осторожными шагами прошла по темному коридору и заглянула в гостиную, затем в спальню, где на минуту замерла, недоуменно глядя на незаправленную постель со сбившейся измятой простыней. А потом направилась в кухню. Я сделала только один шаг и тут же отпрянула назад.

Там, на полу, как-то неестественно подвернув ногу, лежала молодая девушка в шелковом халате. В том, что девушка — мертва, я не усомнилась. В том, что она убита, — тоже.

Я стояла в коридоре, глядя на распростертое тело, и лихорадочно соображала, что мне теперь делать, но в голове, как назло, не было ни одной здравой мысли. Наконец просто стоять и смотреть на труп стало невыносимо. Я круто развернулась и выбежала из квартиры. Оказавшись на лестничной клетке и глотнув свежего воздуха, я немного пришла в себя и тут же схватилась за сотовый. Нужно немедленно вызвать милицию! Но дисплей мобильника мигнул мне и потух.

— Вот черт! Разрядился!

От злости я топнула ногой. Затем с минуту подумала и решительно нажала на кнопку соседней двери. Уже через несколько секунд я услышала шаркающие шаги. Замок тихонько щелкнул, и дверь приоткрылась. Из темноты коридора высунулась всклоченная мужская голова с заспанными глазами. Мужик откровенно зевнул.

— Вам кого? — спросил он.

— Мне? — Я немного растерялась. — Мне нужно вызвать милицию. Там… там вашу соседку убили.

— Кого? Лену?

Я молча кивнула.

— Не может быть!

Мужик шире раскрыл дверь. И теперь, кроме его лохматой головы, я могла видеть и грузное туловище в старой майке и вытянувшихся тренировочных штанах.

— Может, — заверила я его. — Она лежит там мертвая. Иначе зачем мне просить вас вызвать милицию?

— А ты кто такая и как попала к Ленке в квартиру?

Со здравым смыслом и рассудительностью у мужика было явно все в порядке.

— Я ее подруга. Вот пришла… а у Лены дверь открыта… ну, я и вошла… а она там… уже мертвая, — запинаясь, ответила я.

Мужик окинул меня оценивающим взглядом, но, очевидно, мой внешний вид производил вполне приятное впечатление, потому что он посторонился и пробасил:

— Проходи. Сейчас позвоню в ментуру.

Я бочком протиснулась в коридор и прикрыла за собой дверь. Мой новый знакомый за это время успел набрать «ноль-один» и сообщил координаты. Когда он повесил трубку, я поняла, какую глупость совершила. О том, что я подруга убитой, я могла наврать этому лохматому мужику, а вот в милиции правда наверняка всплывет, и как тогда я объясню свое появление здесь? Придется сознаваться в том, что я веду свое частное расследование.

— Сейчас приедут, — оповестил меня дядька.

Осознав всю неприглядность своего положения, я решила разыграть маленький спектакль: всхлипнула и, пошатнувшись, прислонилась к стене.

— Да ты что! — кинулся ко мне мужик. — Все нормально будет. Менты найдут убийцу Ленки.

— Может, и найдут, но они же меня теперь замучают, затаскают по допросам. Ведь это я нашла труп… А у меня такая работа… Если начальник узнает, меня выгонят, — бормотала я.

— Да брось ты. Ну, успокойся. Хочешь, я тебе кофе сварю, говорят, помогает, — неуклюже утешал меня мужик. — Ну, хочешь, скажу ментам, что это я нашел труп Ленки — решил, мол, к ней зайти по-соседски за спичками…

Я перестала всхлипывать и жалостливо на него посмотрела.

— Правда?

Кажется, мой новый знакомый и сам не ожидал от себя такого предложения и теперь растерянно хлопал глазами, впрочем, отпираться от собственных слов было уже поздно. А я мысленно поздравляла себя с успешно сыгранной ролью.

— Правда, — великодушно кивнул он и добавил: — Но все же идем, налью тебе кофе.

Очевидно, колебания отразились на моем лице, и лохматый сосед Лены, правильно разгадав причину, пренебрежительно махнул рукой.

— Не волнуйся, менты еще не скоро приедут. Это они только говорят — сейчас, а на самом-то деле… они же как рассуждают — труп все равно никуда не убежит, значит, и торопиться некуда.

Я невольно улыбнулась. Что и говорить, железная логика!

— Тебя как зовут?

— Таня.

— Ну, а меня — Кириллом. Проходи.

Я вошла в кухню, где все говорило о том, что в обустройстве этого помещения женщина не принимала никакого участия — никаких рюшечек на занавесках, никаких цветов на подоконнике, ни одной солонки в форме грибочков или чего-нибудь подобного. Единственным, что хоть как-то скрашивало интерьер, был большой кактус; он стоял на полу возле батареи как жизнеутверждающий символ холостяцкой жизни. И этот кактус, как и его хозяин, вызвал на моих губах умилительную улыбку.

А Кирилл в это время оживленно гремел посудой: доставал кружки, искал банку с кофе и сахар. Он всего лишь собирался заварить кофе, а создавал столько шума, что можно было подумать — он намерен приготовить обед для целой армии.

— Кто же мог убить Лену? — словно нечаянно спросила я.

— Не знаю. Она недавно въехала в эту квартиру…

Дискуссия на тему «Кто убил соседку Лену» явно интересовала Кирилла, и я решила этим воспользоваться.

— …Так что это тебе лучше знать, кто мог ее убить, — ты же ее подруга.

— Да мы с Леной уже год как не общались, а на днях случайно встретились. Она пригласила меня к себе. Хотели поболтать, рассказать друг дружке о своей жизни — все-таки столько не виделись. Вот я и выбрала время, чтобы зайти к ней… — самозабвенно врала я, пользуясь тем, что мой внешний вид производил на Кирилла располагающее впечатление.

— Ясно, — понимающе кивнул Кирилл.

Запустив пальцы в свою и без того лохматую шевелюру, он растрепал волосы, отчего приобрел совсем уж чумовой вид. Так что мне даже стало стыдно за то, что я его обманываю, но отступать было поздно.

— Я даже не знаю, с кем она теперь жила, — закинула я удочку.

Кирилл еще некоторое время ерошил волосы, а потом ответил:

— Да вообще-то она жила здесь одна.

— Неужели совсем одна?

— Ну, не совсем, — заметил Кирилл. — У нее здесь частенько появлялся один мужик — Игорь. Мы иногда курили с ним на лестничной площадке…

— А этот Игорь был просто ее знакомым или, может, она собиралась выйти за него замуж?

— Ну что ты, замужество там, по-моему, и не предвиделось.

Кирилл снял чайник с плиты и плеснул в кружки кипятку.

— …И, кажется, у этого Игоря даже была жена, он как-то нечаянно обмолвился о ней.

Я отхлебнула кофе из своей кружки и поморщилась — напиток оказался отвратительным, но, чтобы отдать долг гостеприимству, оказанному мне в этом доме, я все же решила его выпить, тем более что у Кирилла этот напиток явно не вызывал никакого отвращения.

— И больше никто к Лене не заходил?

— Нет. Она сама все время где-то пропадала, но, когда к ней приходил Игорь, она всегда была дома.

— Так, может, это он? — отчего-то шепотом сказала я.

— Да нет, что ты! — отмахнулся Кирилл. — Сама подумай — зачем ему убивать Лену?

Я пожала плечами.

— И все-таки ее кто-то убил… — настаивала я.

— Постой, так, может, это было простое ограбление? — посетила Кирилла неожиданная догадка. — Грабители залезли в квартиру в расчете, что хозяйка уже ушла на работу, а Лена оказалась дома — вот они ее и убили.

Это не было ограблением, и вообще все было не так-то просто. Это я уже поняла, но высказать все свои мысли Кириллу не могла.

— А когда этот Игорь обычно приходил к ней? — спросила я.

— Да не знаю я, — пожал плечами Кирилл.

— Ведь теперь нужно как-то сообщить ему о том, что Лена убита.

— А у меня, кажется, записан где-то его телефон. У него своя фирма по сборке и ремонту иностранной бытовой техники. У меня как-то телевизор сломался, вот он и оставил мне номер. Я ему так и не звонил, но телефончик должен был остаться. Сейчас поищу.

Мне даже не пришлось ни о чем просить Кирилла: он сам принес старую, раздутую от неимоверного числа вложенных в нее листочков телефонную книгу.

— Сейчас, сейчас. Я не мог его выкинуть, — приговаривал он, листая последние страницы книги. Я с нетерпением следила за ним и бросала косые взгляды на висевшие на стене часы. Милиция должна была приехать с минуты на минуту, мне следовало уходить, иначе возникнет слишком много проблем.

— Вот! — объявил Кирилл, извлекая клочок бумаги с номером телефона, под которым значилось имя — Игорь Берестов.

— Возьми. Позвонишь ему, скажешь о том, что случилось, а то ведь действительно: кто знает, когда он придет?

— Так вы говорите, у него своя фирма? — переспросила я.

— Да.

— Точно?

— Конечно, точно, — обиделся Кирилл.

— Я обязательно ему позвоню, — пообещала я, поднимаясь со стула. — Спасибо вам… за все. Я надеюсь, убийцу Лены найдут.

— Ты не волнуйся, я скажу ментам, что я ее нашел, — заверил меня Кирилл, когда я уже была в коридоре.

Я неловко мялась у порога, не зная, как отблагодарить этого простодушного лохматого Кирилла.

— Спасибо, — еще раз повторила я, не придумав ничего другого, и выскользнула за дверь.

На этот раз по лестнице я не пошла, а терпеливо дождалась лифта. Пока он поднимался на четвертый этаж, я смотрела на дверь, за которой лежал труп. Поразительно! Немыслимо! Оказывается, Лену и Алину связывало нечто большее, чем дружба, — они обе были любовницами наркобаронов. И они обе мертвы. Вернее, нет — убиты. Застрелены! И что-то мне подсказывало, что сделал это один и тот же человек.

Я беспрепятственно спустилась на первый этаж и вышла из темного подъезда. Мне показалось, что с того момента, как я вошла в этот дом, минула целая пропасть времени, а в действительности прошло лишь полчаса. За эти полчаса густой, словно гель, туман успел опуститься до самой земли и теперь стелился по мокрому, пропитанному грязью асфальту ровным покрывалом. И только теперь, после нескольких дней непрекращающихся дождей, наконец-то по-настоящему почувствовалось наступление зимы, казалось, в морозном воздухе уже искрились льдинки.

Я дошла до своей машины, одиноко стоявшей в этом пустынном дворе, щелкнула по брелку, отключая сигнализацию, и машина подмигнула мне фарами, словно приветствуя свою хозяйку. Когда я открыла дверцу и уже поставила одну ногу в салон, во двор под вой сирены въехала милицейская машина и остановилась точно напротив подъезда, из которого я только что вышла.

Я не стала наблюдать, что будет дальше, решительно села в теплый уютный салон своей «девяточки» и, хлопнув дверцей, включила зажигание.

* * *

Уже подъезжая к гостинице, я вдруг вспомнила о джипе и чуть не хлопнула себя по лбу. Вот идиотка! Вся моя конспирация полетит к черту из-за этой машины. Как будто мне и так мало из-за нее проблем! Что же делать? Сторож стоянки видел, на какой машине я приехала из Тарасова, и в случае чего он непременно доложит об этом ментам. Хотя до поры до времени тот факт, что я знакома с Леной и что она одалживала мне машину, можно скрывать. Просто отгоню джип куда-нибудь, и все. За пару дней его никто не найдет, а мне этого времени должно — кровь из носу — хватить, чтобы раскрыть убийство, вернее, теперь уже два убийства.

Я так и поступила. Добралась до гостиницы, пересела в джип и заколесила по городу, выбирая подходящее место, чтобы бросить где-нибудь его. И такое место нашлось — через некоторое время я обнаружила тесный грязный дворик, засыпанный опавшими листьями. Припарковав джип у одного из подъездов, я уже хотела выбраться, когда заметила на заднем сиденье большую спортивную сумку с фирменным знаком «Adidas». Ее оставил мой злосчастный попутчик, Сергей!

Не зная, чего ожидать, я подтянула к себе сумку и медленно раскрыла замок. Мои глаза расширились от увиденного. Сумка была буквально набита деньгами — новенькими нераспечатанными купюрами. Я тут же закрыла ее, с трудом переведя дыхание.

— Ничего себе!

Минуту я сидела, обхватив сумку руками и тщетно пытаясь собраться с мыслями, потом снова раскрыла замок и заглянула внутрь. Деньги как были на месте, так там и остались. Значит, это правда. И угораздило же меня увезти эту чертову сумку! Куда мне теперь девать эти деньги? О том, что от них у меня будут одни неприятности, я даже не думала, это было само собой разумеющимся фактом. «Интересно, сколько проживет человек, которого по неосторожности угораздило увезти целую сумку с деньгами?» — промелькнуло в моей голове.

Но так или иначе, а оставлять сумку в машине — еще большее безумие, чем забирать ее с собой. Так что я перекинула широкий ремень через плечо и вылезла из салона.

Вернувшись в гостиницу, я заперлась в своем номере. Тщательнейшим образом спрятала сумку, после чего улеглась на широкую постель и тут же уснула.

Глава 4

Я проснулась от того, что в дверь кто-то настойчиво стучал. Я с трудом открыла глаза и села на кровати. За окном серел пасмурный день, и, хотя дождь давно закончился, выходить на улицу совсем не хотелось. Я поморщилась, посмотрела на часы — начало первого.

В дверь снова постучали, но на этот раз послышался еще и голос настойчивого гостя:

— Татьяна Александровна! Татьяна Александровна!

«Администратор? Константин Николаевич?» — пронеслось в голове, и я тут же вскочила с кровати. Босиком прошлепав к двери, я открыла замок.

— Что случилось? — с порога спросила я.

— Татьяна Александровна, я уж подумал, у вас что-то случилось — вы так долго не открывали.

— Все в порядке. Я просто спала.

— О, я вас разбудил?

— Ничего страшного, уже давно было пора проснуться, — успокоила я администратора. — Так что произошло?

— Понимаете, меня прислал к вам Рустам Анатольевич, — замялся Константин Николаевич.

— Правда, и зачем?

— Он просил передать вам это.

В руках администратора появился шикарный букет роз. Я округлила глазки, хлопнула в ладоши и схватила букет:

— Как замечательно!

Разумеется, ничего замечательного в том, чтобы получать цветы от тамошнего управляющего, который был вовсе не в моем вкусе, я не видела. Но к тому моменту, когда Константин Николаевич изложил мне суть своего визита, у меня в голове уже созрел маленький план, и я решила немедленно начать претворять его в жизнь. Я поманила Константина Николаевича к себе поближе и заговорщически прошептала:

— А правда, что Рустам Анатольевич — управляющий этой гостиницей?

— Правда, — с легкой улыбкой на губах кивнул мой информатор. Кажется, он счел меня крайне корыстолюбивой особой. Ну и пусть!

— Но ведь управляющий — это еще не есть хозяин гостиницы? — все тем же тоном продолжала я.

— Хозяйка — Нина Орлова, но Рустам Анатольевич — ее правая рука, поверенный во всех ее делах, — ответил администратор.

Отлично! Именно такого ответа я и ожидала! Старательно изображая незадачливую туристку, рассчитывающую на роман с богатым дядей, я надула губки:

— Значит, он всего лишь управляющий? А почему же эта Нина Орлова сама не может всем управлять?

— Может, но у нее много других забот.

«Ага, забот, значит. Знаю я эти заботы!»

— И она бросила все на Рустама Анатольевича, а сама даже тут не появляется?

— Почему? — Администратор снова улыбнулся. — Появляется, конечно. Нине Орловой принадлежит не только этот гостиничный комплекс, но и еще ряд заведений в нашем городе, и она контролирует всю их работу.

— Значит, и здесь она тоже иногда бывает?

— Конечно. Вот, например, сейчас она как раз приехала, и они с Рустамом Анатольевичем обсуждают текущие дела.

— Да? Большое спасибо, — улыбнулась я и, шагнув обратно в свой номер, закрыла дверь.

Я тут же распотрошила букет цветов, в котором обнаружилась записочка, и раскрыла беленький конвертик. «Добрый день. Надеюсь, вы не откажете мне сегодня вечером в ужине? Буду вас ждать в нашем ресторанчике за самым дальним столиком. Заранее благодарен. Рустам». Я невольно улыбнулась — надо же, как все хорошо складывается! Вот только ждать до вечера я не собиралась. Нина Орлова — здесь, и упустить такой шанс я просто не имею права. Прихватив конвертик, я выскочила из своего номера и помчалась по коридору в поисках кабинета Рустама Анатольевича — нужно поблагодарить человека за цветы и приглашение.

Узнав у одного из служащих, где можно найти моего поклонника, я поднялась на лифте на следующий этаж и, немного поплутав по запутанному коридору, остановилась перед дверью с табличкой «Управляющий». Я огляделась по сторонам и прильнула ухом к двери. Совершенно ничего не было слышно! Ладно, значит, придется действовать иначе. Пары секунд мне хватило, чтобы натянуть на лицо маску восторженной дурочки, после чего я коротко стукнула по косяку костяшками пальцев и, не дожидаясь ответа, толкнула дверь и вошла в кабинет.

В тесной комнате, забитой полками с толстыми папками, за большим офисным столом сидел Рустам, а напротив него на кожаном диване расположилась женщина — очень высокая и худая особа с выбеленными волосами, в безумно дорогом костюме. За толстым слоем макияжа она тщательно скрывала свой возраст, но никакая косметика уже не могла скрыть морщинки у глаз. Хотя я почти не сомневалась, что над внешностью этой дамочки потрудились не только косметологи, но и пластические хирурги. Я невольно поймала себя на мысли, что именно такой и должна быть наркобаронесса. Когда я ввалилась в комнату, Нина Орлова и Рустам одновременно обернулись в мою сторону. На лице женщины отразилась гримаса явного неудовольствия, и это заметила не только я, но и управляющий, метнувший быстрый взгляд на свою покровительницу. Впрочем, мне было совершенно наплевать на чье-либо удовольствие или отсутствие такового, и я уже неслась на всех парусах под девизом: «Я дурочка-простушка, а таким все прощается!»

— Рустам… — восторженно заговорила я, но тут же запнулась, поняв, что напрочь забыла отчество управляющего. Однако на то, чтобы теряться и смущаться, времени не было, и я продолжила: — Я решила зайти и поблагодарить вас за цветы. Это так мило с вашей стороны!

— Танечка. — Рустам метнул еще один опасливый взгляд в сторону Нины Орловой, которая сидела, не шевелясь, как каменное изваяние, и сверлила меня глазами. — Танечка… — управляющий выскочил из-за стола и схватил меня за запястье. — Танечка, я сейчас очень занят, но я рад, что вам понравились цветы. Давайте встретимся вечером и все обсудим, а сейчас… Сейчас я очень занят. Надеюсь, вы не обидитесь?

— О, конечно, нет. Я просто хотела вас поблагодарить, — закивала я, но уходить не спешила.

— Тогда… — Рустам легонько подтолкнул меня к двери. — До вечера?

Я закивала, заулыбалась и наконец-то осчастливила управляющего — шагнула за дверь. Рустам вышел следом за мной и шепнул:

— Простите, сам бы рад избавиться от всех дел… но не могу…

— Я все понимаю, — с готовностью кивнула я.

— Тогда до вечера.

Рустам еще раз жалко улыбнулся и скрылся за дверью. Как только я оказалась у закрытой двери, улыбка исчезла с моих губ. «Жалкий трус, — зло подумала я, — он боится этой Нины Орловой, готов танцевать перед ней на задних лапках чечетку! Только зря приходила». Я действительно была жутко зла на Рустама. Идя сюда, я рассчитывала, что он хотя бы познакомит меня с Ниной, но этот тип даже слово боится при ней произнести! Вот невезение! Я прильнула к двери в надежде услышать хоть что-то, в очередной раз потерпела фиаско и, плюнув на все, побрела в свой номер.

Запершись в своей комнате, я первым делом поставила цветы в вазу, а потом долго ходила из угла в угол, поглядывая на красные розы. Затем, решительно забравшись в кресло, подтянула к себе сумку. Ловко перебрав ее содержимое, я выудила клочок с нужным номером телефона и быстро пробежала пальцами по кнопкам.

Трубку взяли тут же, словно ждали звонка, так что я даже не успела сообразить, что нужно сказать.

— Да? — даже искажающая голос мембрана не скрыла тревожных ноток в нем.

— Здравствуйте, это Игорь Берестов? Я не ошиблась?

— Да, это я. А кто говорит?

— Это Татьяна, подруга вашей близкой знакомой, Леночки, — представилась я и выдержала паузу. На том конце провода была абсолютная тишина, только что-то противно потрескивало, но это, вероятно, были помехи на линии. — Дело в том, что сегодня утром Лена была убита в своей собственной квартире.

Я опять замолчала, ожидая, что после этих слов уж точно последует хоть какая-то реакция. Но ответом мне опять была тишина, так что я не нашла ничего другого, кроме как сказать:

— Игорь, мне нужно с вами встретиться.

— Хорошо. — Голос изменился, но что именно в нем теперь было не так, я не уловила. — Где?

— Давайте у ворот городского парка. Я буду ждать вас в бежевой «девятке» через час. Вас это устраивает?

— Да.

— Через час, — уточнила я, мне почему-то показалось, что Игорь пропустил все мои слова мимо ушей.

— Хорошо, я подъеду.

Трубка противно запищала. Я послушала эти длинные гудки и опустила ее на рычаг. Некоторое время я сидела в кресле, подобрав под себя ноги, и машинально барабанила пальцами по деревянному подлокотнику. А потом решительно поднялась с места. Перекинув через плечо сумку, я быстрым шагом вышла из номера.

К вечеру дождь прекратил лить, но небо не прояснилось, оно по-прежнему было затянуто плотной серой пеленой облаков. Облака клубились в небе, а на земле, как их отражение, клубился туман. «Погода — дрянь», — оценила я ситуацию, спускаясь по ступенькам и направляясь к своей «девяточке».

— Здравствуйте, — неожиданно окликнули меня из-за спины.

Я обернулась. Передо мной стоял высокий брюнет. Он улыбался и заглядывал мне в глаза. Тип был мне явно незнаком, более того — я вообще впервые его здесь видела. Но, будучи девушкой воспитанной, я тоже улыбнулась и поздоровалась с неизвестным.

— Вы остановились в этой гостинице?

— Совершенно верно.

— Я тоже приехал сюда сегодня. Будем знакомы, меня зовут Дмитрий Анатольевич, можно просто Дима.

— Таня, — машинально ответила я.

— Вы приехали сюда в качестве туристки? Верно?

— Верно, — улыбнулась я, пытаясь сообразить, что нужно от меня сему господину.

— Вы уже успели пройтись по музеям? — продолжал любопытствовать мой новый знакомый.

— Нет, — честно призналась я.

— Я тоже. Честно говоря, я впервые в этом городе. Может, вы составите мне компанию?

— Я тоже впервые в этом городе, так что вряд ли смогу выступить в роли гида, — отрезала я и, не желая тратить время на бессмысленные разговоры, решительным шагом направилась к своей ласточке. Но брюнет по имени Дмитрий Анатольевич или просто Дима оказался настырным. Не успела я дойти до своего авто, как он преградил мне дорогу.

— Танечка, я заметил вас в гостинице еще утром. И вы мне очень приглянулись. Правда. Я был бы рад, если бы вы составили мне компанию…

— Нет! — отрезала я.

— Но почему? Я спросил у администратора, и он сказал, что вы приехали в город одна. Так почему вы так избегаете новых знакомств?

«Ну, Константин Николаевич! Ну, предатель! Я непременно поговорю с ним об этом! Тоже мне, доброжелатель нашелся!»

— То, что я приехала в этот город одна, еще ничего не значит!

— Но и мое приглашение вместе сходить в музей или еще куда-нибудь тоже ничего не значит. Обычное дружеское предложение. Я просто подумал, если вы здесь одна и я тоже, то почему бы нам не скоротать это одиночество в компании друг друга?

— Спасибо, но я не нуждаюсь ни в чьей компании. Мне и одной весело, — заверила я навязчивого типа и, посчитав, что на этом наш разговор окончен, быстро юркнула в салон своей «девяточки» и повернула ключ зажигания. Колеса с ходу ухнули в лужу, и я зло выругалась, выруливая на дорогу.

Дима остался стоять на тротуаре. Я увидела его высокую фигуру в зеркале заднего вида, а потом отвернулась и тут же забыла о нем.

* * *

Я сидела в уютном салоне своей машины, припаркованной возле городского парка, и дожидалась Игоря. Я усиленно пыталась понять, чего я жду от предстоящей встречи с этим человеком. Я ведь даже толком не представляла, о чем буду говорить с ним. Хотя что об этом думать — вполне возможно, что он вообще не придет: уж слишком скомканным получился наш разговор по телефону.

Боковая дверца резко распахнулась, и незнакомый мужчина уселся на пассажирское сиденье. Он даже не взглянул на меня, а уставился куда-то прямо перед собой. Я ошарашенно смотрела на его четкий, правильный профиль, пока не сообразила, что это и есть Игорь Берестов.

— Зачем вы хотели меня видеть?

— Я вам уже сообщила — Лена мертва.

— Да… — как-то отрывисто ответил Игорь.

— Я знаю, что вы были ее близким знакомым и часто ее навещали. — Я тщательно подбирала слова.

— И что?

Игорь круто повернулся ко мне. Я натолкнулась на его острый испытующий взгляд, но отводить глаза не стала.

— Я подумала, что вы можете знать, кто и почему убил Лену.

— Почему вас так интересует, кто ее убил?

— Я… я была ее подругой, поэтому для меня это важно.

— …Извините, забыл, как ваше имя?

— Таня.

— Да, Таня, — кивнул он. — Не могли бы мы немного пройтись по парку, а то в салоне слишком душно.

— Конечно.

Мы покинули машину и вошли в ворота парка. Некоторое время двигались молча, поднявшись на мостик, остановились. Я куталась в кожаную куртку и все же замерзала. Игорь стоял ко мне спиной и курил. Разговор как-то не клеился.

— Кто вы? — наконец спросил он, выпуская табачный дым в холодный воздух.

— Что? — переспросила я, хотя прекрасно поняла вопрос.

— Вы не подруга Лены. Кто вы? Какое вы имеете отношение к тому, что ее убили? Как вы вообще узнали о ее смерти? И наконец — как вы вышли на меня? — Он задавал один вопрос за другим, но без злобы, раздражения, страха или угрозы.

— Я не могу вам всего объяснить. Но, возможно, человек, убивший Лену, пытался убить и меня, — немного искажая факты, ответила я. — Теперь вы понимаете, почему я так заинтересована в том, чтобы узнать, кто это сделал. И я подумала, что вы поможете мне это выяснить.

Прищурившись, Игорь откровенно меня изучал. Я тоже смотрела ему прямо в глаза и пыталась понять: поверил он мне или нет?

— По телефону я назвалась подругой Лены, потому что не знала, как иначе представиться, а мне очень нужно было с вами встретиться.

Кажется, он поверил, потому что больше ни о чем не спрашивал, по крайней мере, вопрос о том, кто я такая, был снят с повестки дня.

— Так кто мог убить Лену?

— Я не знаю.

— Игорь, пожалуйста, подумайте — это очень важно!

— Я действительно не знаю. Этой ночью я был у нее, и, когда уходил утром, она была жива и здорова! — Впервые за все время нашего разговора в голосе Игоря прорвались нотки отчаяния. Похоже, Лена действительно была ему небезразлична.

— Во сколько вы ушли от Лены?

— В восемь.

— Я приехала к ней в девять. Значит, в этом промежутке у нее и побывал убийца, — озвучила я свои мысли.

— Но это абсурд! Я не могу в это поверить! Кто мог убить Лену? — Игорь швырнул окурок в грязную воду и повернулся ко мне, опираясь о парапет.

— Игорь, а кем работала Лена? Где?

— Секретаршей, в какой-то частной конторе.

— А кроме этого, у нее были какие-нибудь способы заработать деньги? — осторожно спросила я.

— Вроде бы нет, хотя не знаю.

— Может быть, за последнее время она нашла какой-то способ заработать сразу очень много денег и ей их должны были отдать в ближайшие дни?

— Что вы хотите этим сказать?

— Я просто спрашиваю, — уклонилась я от ответа.

— Да не должен был ей никто никаких денег! Она бы наверняка сказала мне об этом. И вообще, я сомневаюсь, что ее убили из-за денег.

Я тоже сомневалась, но других вариантов у меня пока не было.

— Тогда, возможно, она сама кому-то должна была большую сумму?

— Ну, если бы Лена была кому-то должна, то, скорее всего, она бы обратилась за помощью ко мне.

Я устало вздохнула: как я ни пыталась привязать ту сумку с деньгами к убийству Лены, ничего у меня не получилось, хотя, вполне возможно, девушка не оповещала Игоря о своих финансовых делах.

Я нечаянно остановила взгляд на руках Игоря — на безымянном пальце правой руки скупо поблескивало обручальное кольцо.

— Игорь, а вы женаты, не так ли?

Игорь как-то странно дернулся и бросил на меня быстрый взгляд. Кажется, мой вопрос ему совсем не понравился. Я почувствовала себя немного неловко — какое мне дело до того, женат он или нет?

— Да. А что? К чему вы клоните?

— Ни к чему. Просто так спросила. Простите.

— Лики сейчас нет в городе. Так что о версии, что это она могла убить Лену из ревности, можете забыть, — резко заявил Игорь Берестов.

Вообще-то до сих пор у меня даже и мысли не возникало, что жена Игоря может иметь ко всей этой истории какое-то отношение. Ну, пусть к убийству Лены она причастна. Но с Алиной-то она не была знакома. Так что разгадку следует искать где-то в другом месте.

— И вообще, по-моему, лучше оставить эту глупую затею — строить догадки о том, кто мог убить Лену. Пусть этим занимается милиция. Я только одного не понимаю, Таня: с чего вы взяли, что смерть Лены имеет какое-то отношение к вам?

Я пожала плечами. На что Игорь откровенно ухмыльнулся — должно быть, он принял меня за ненормальную. Ну и пусть! Я не собираюсь ему сообщать о всех подробностях своего расследования.

— Советую вам поменьше читать детективов и смотреть модных сериалов о ментах.

Я промолчала.

— Думаю, на этом наш с вами разговор исчерпан.

Я опять промолчала, а он, не прощаясь, круто развернулся и пошел обратно — через мост и дальше, вниз по аллее. Когда он скрылся за ближайшим поворотом, я тоже медленно спустилась с моста.

Разговор с Игорем ничего не прояснил, я осталась со смутными предположениями о том, что же на самом деле произошло на трассе Налинск — Тарасов. А еще я осталась при прежнем мнении, что и Лену и Алину убил один и тот же человек.

Я медленно шла навстречу холодному пронизывающему ветру. И неожиданно этот ветер донес до моего слуха слова, которые заставили меня остановиться.

— Лика, ты?! — Возглас ужаса, смятения, паники и страха раздался совсем рядом.

Я обернулась и увидела на параллельной аллее Игоря и ту, которую он назвал Ликой.

Лика! Именно это имя он произнес, когда мы говорили о его жене, но он сказал, что ее нет в городе… Я не успела додумать, поскольку мои глаза расширились от увиденного. Рядом с Игорем стояла знакомая мне «аристократочка», которую я встретила в первый день, когда только приехала в город. Это она выспрашивала у администратора об Алине и показывала ему фото девушки. Так, значит, жена Игоря все же была знакома с Алиной!

Эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, и я, долго не раздумывая, шагнула в замерзшую грязь навстречу Игорю и девушке по имени Лика. Но это был мой единственный шаг в их сторону — в ту же минуту кто-то схватил меня за локоть.

* * *

…Я обернулась и скрипнула зубами от злости. Меня удерживал за руку тот самый Дмитрий, предлагавший составить ему компанию в походе по местным достопримечательностям. Он нашел меня и здесь. Просто поразительное упрямство!

— Откуда вы взялись, в самом деле? — не удержалась я от горестного восклицания и обернулась к Игорю и Лике. Они быстро удалялись в сторону ворот, но догнать их еще было возможно. Я потянула свой локоть, который крепко сжимал Дима, но не тут-то было. Он явно не собирался меня отпускать.

— Ну, это уж слишком! Немедленно отпустите меня! — возмутилась я и метнула на него негодующий взгляд. В ответ он одарил меня самой безобидной и ослепительной улыбкой на свете, так что я, несмотря на весь свой гнев, должна была признать, что этот нахальный мужчина, строящий из себя простака, очень даже симпатичный.

— Танечка, я отпущу вас только после того, как вы согласитесь со мной поужинать.

— Еще полчаса назад вы предлагали пройтись с вами по музеям. Быстро же меняются ваши запросы! — съязвила я.

— Танечка, вы показались мне очень милой девушкой.

— Это что, стало у вас навязчивой идеей? — проворчала я, но уже без прежней злости. Дима явно был дамским угодником и знал толк в том, что, где и когда надо говорить.

Я еще раз обернулась. Игорь и Лика уже выходили за ворота. Еще секунда — и я вряд ли смогу их догнать.

— Ну, хорошо, только отпустите меня, — быстро согласилась я.

— Чтобы вы меня обманули? — резонно заметил Дима и покрепче ухватил меня за локоть.

Я скрипнула зубами — ну, не драться же мне, в самом деле, с малознакомым типом, который бредит навязчивой идеей — провести со мной время! Обернувшись еще раз, я уже не увидела парочку, которую тщетно пыталась догнать. И теперь не имеет смысла даже пытаться отыскать их на людных улицах — все равно это бесполезно, тем более в этом районе.

— Ну, за что, за что вы свалились на мою голову?

— Вы так расстроились из-за того, что я помешал вам догнать того мужчину, который только что вышел из парка с девушкой?

«Расстроена» — не то слово. Я просто рвала и метала. Из-за какого-то Дмитрия я, возможно, упустила виновника всех недавних событий! «Вот до чего иногда доводит гуманность и человеколюбие», — подумала я.

— Да, я расстроена, — сдерживая бурлящие эмоции, прошипела я.

На холодном морозном воздухе мне вдруг стало жарко, и я распахнула куртку.

— Я не хотел вам мешать.

— Я заметила, — огрызнулась я, хотя злость постепенно затихала.

— Таня, извините, но я не мог за вами не поехать. Я подумал — вдруг вы опять куда-нибудь уедете, и неизвестно, когда я вас увижу…

— Так вы даже знаете о том, что я уезжала из города? — моментально отреагировала я. «Интересно, а о том, на какой машине я совершала свой выезд за город, Дима тоже знает?» — вихрем пронеслось в моей голове. Мысли о джипе, брошенном в одном из маленьких двориков Налинска, все еще не давали мне покоя.

— Знаю. Я же говорил вам, что вы въехали в гостиницу немного позже меня. Но я вас сразу заметил и хотел подойти к вам в тот же день, однако вы куда-то исчезли.

— Так что вам было от меня нужно?

— Я просто хотел вас куда-нибудь пригласить, — растерянно ответил Дима.

— Идемте, — приняла я решение и направилась к воротам. Потом обернулась к своему новому знакомому, который оставался стоять на месте, и, пожав плечами, добавила: — Все равно я сегодня еще не ужинала. — Это было мною сказано специально, чтобы Дима особенно не обольщался.

Мы сидели в каком-то ресторанчике — единственном оказавшемся поблизости. Если не считать великолепных кушаний, вечер определенно не задался. Дима вел оживленный рассказ о своей дипломатической работе и о тех городах, в которых он успел побывать за свою короткую службу в какой-то трансалдинговой фирме. Я слушала его вполуха, кивала, когда он меня о чем-то спрашивал, и откровенно скучала, пока… Пока не заметила за соседним столиком уже знакомую мне рыжую дамочку. Она, как и вчера в ресторанчике «Ривьера», потягивала коктейль и сверлила меня своими зелеными накрашенными глазками. Я чуть повернулась и бросила в ее сторону быстрый взгляд. Нет никаких сомнений — это моя вчерашняя знакомая! Уж не по мою ли душу явилась сюда эта красотка? И что-то мне подсказывало: по мою.

— Таня, а вы надолго приехали в город? — спросил Дима.

— Еще не решила, — на автомате ответила я, бросив еще один косой взгляд в сторону странной дамочки. Я почти не сомневалась — она за мной следит. Вот только зачем? Где я умудрилась перейти ей дорогу?

— А зачем вы вчера уезжали из города?

— С чего вы взяли, что меня не было в городе? — обернулась я к Диме, отвлекаясь от рыжей шпионки.

— Я справлялся у администратора, — честно признался Дима.

— Понятно…

— По работе? — выспрашивал явно любознательный Дима.

— Угу, — кивнула я.

— Погода была ужасная. Весь день лил дождь.

— Да, погода тогда выдалась — хуже не придумаешь.

Боковым зрением я заметила, что дамочка за соседним столиком отставила высокий бокал и достала кошелек, чтобы расплатиться. Я напряженно выпрямилась и приготовилась последовать за ней.

— А вы отчаянная женщина, если решились сесть за руль в такое ненастье. Ведь ездить по трассе, когда она такая скользкая, небезопасно. Того и гляди можно потерять управление, — заметил Дима. — Или вы были не одна?

— Я отлично вожу машину. Ваши беспокойства неуместны, — улыбнулась я и, видя, что дамочка отодвигает стул, тоже вскочила с места. Наши взгляды встретились. Долю секунды мы смотрели друг другу в глаза, а потом она быстро развернулась и почти выбежала из зала.

— Таня, вы куда? — Рука Димы снова схватила меня.

— Мне срочно нужно уйти, — прошипела я.

— Но…

— Никаких «но»! — отрезала я и выбежала из зала следом за шпионкой, но ее и след простыл.

Я растерянно покружилась в холле ресторана.

— Простите, вы не видели тут девушку: высокую, с рыжими волосами? — обратилась я к охраннику.

— Она только что вышла на улицу.

Я выскочила на крыльцо. В распахнутой куртке, с шарфом в руках, я стояла на лестнице и вглядывалась в сгущавшуюся темноту. Но рыжей дамочки нигде не было видно. Я топнула ногой, чертыхнулась, но делать было нечего — я ее упустила!

Пронизывающий ветер пробрался под тоненький свитерок, я тут же замерзла и наконец-то сообразила, что стою в расстегнутой куртке. Быстро вжикнув «молнией», я спустилась по ступенькам и, шлепая по лужам, побрела по тротуару.

На улице зажигались фонари, в их мутно-желтом свете кружились первые хлопья снега. Они падали на землю и тут же растворялись в жидкой черной грязи, хлюпавшей под моими ногами. Бурлящий поток машин вдруг словно бы иссяк. В воздухе запахло зимой и даже, похоже, елками. Мне стало жутко тоскливо, захотелось оказаться в своей теплой уютной квартирке, подальше от всяких криминальных личностей, шпионов и просто занудных господ типа Димы, которого я так стремительно покинула.

За моей спиной зашуршали шины легкового авто. Колеса провалились в лужу, и машина остановилась. Уже сворачивая за угол дома, я услышала, как хлопнула дверца — сначала одна, потом вторая, потом раздались чьи-то тяжелые шаги. Я машинально обернулась и успела лишь заметить две высокие фигуры на темном фоне. В следующую секунду они бросились на меня. Меня схватили с двух сторон под руки и потащили к припаркованному у тротуара «Ниссану». По пути я успела пнуть одного из врагов по коленке. Мужик скрипнул зубами, но только сильнее стиснул мое запястье, чуть не вывихнув мне кисть. И как я ни старалась нанести еще хоть какой-то ущерб своим противникам, как ни упиралась каблуками в землю — все было напрасно. Меня подтащили к авто. Задняя дверца открылась, и меня легко зашвырнули в кожаный салон дорогущей иномарки.

— Что все это значит? — запротестовала я, но тут же захлопнула рот и во все глаза уставилась на типа, рядом с которым оказалась. Это был мужчина средних лет. Седые длинные волосы были забраны в хвост, аккуратно стриженная бородка и фирменный костюм с шотландской клеткой придавали моему новому знакомому облик необычной личности. От него пахло дорогим одеколоном и сигаретами с ментолом. Я вдохнула этот запах и почувствовала, как начинает кружиться голова.

Между тем дядьки, схватившие меня на улице, тоже уселись в салон: один на переднее сиденье, а второй рядом со мной. Мотор заурчал, и машина покатила по улицам ночного города.

— Кто вы такие? Куда вы меня везете? — обратилась я к хвостатому дядьке, в котором безошибочно разгадала главного.

Он даже не обернулся ко мне.

Какой кошмар! Во что я опять влипла? Кто эти люди? Мой взгляд метался от одного незнакомого лица к другому. И тут я случайно поймала в зеркале заднего вида взгляд водителя… Это был Леша — тип, который так кстати появился у ворот дома Глеба, когда я спасалась бегством, а потом согласился довезти меня до дома Алины. Мне тут же вспомнились мои подозрения относительно этого субъекта. Теперь не было никакого сомнения в том, что он мне врал — его появление у дома Глеба не было случайностью. А чем же тогда?

— Кто вы такие? — снова обратилась я к хвостатому дядьке.

— Не волнуйся. Тебе никто ничего плохого не сделает. Мы просто прокатимся немного на машине и поговорим. Ты же не против? — спросил меня «хвостатый» наигранно ласковым голосом. Мое мнение его на самом деле не интересовало, было очевидно. Однако мне была известна одна неписаная истина — легко живется только дуракам. Потому я состроила гримасу попроще и, похлопав глазами, пропела:

— Конечно, я не против. А вы кто? — с самым наивным видом поинтересовалась я.

Мой собеседник криво усмехнулся.

— Вряд ли вам о чем-нибудь скажет мое имя. Меня зовут Аркадий Романович Павловский.

«Павловский!» — чуть было не выкрикнула я. О, этот нежданный новый знакомый меня явно недооценивал, а попросту — не знал специфики моей работы. Мне отлично было известно его имя — это же имя конкурента налинских наркобаронов! Передо мной соперник Глеба Графского, Игоря Берестова и Нины Орловой. Вот так встреча! Кажется, я начинаю понимать, что делал у ворот дома Глеба Леша — посыльный Павловского.

— А о чем вы хотите со мной поговорить? — стараясь скрыть обуревавшие меня эмоции, спросила я.

— О ваших друзьях, Танечка.

— О моих друзьях? О каких?

— Ну, для начала давайте поговорим о Глебе Графском. Знакомое имя?

Отпираться — только себе в убыток, и я совершенно искренне ответила:

— Конечно, я его знаю. Это мой знакомый, то есть уже бывший знакомый.

Павловский изумленно вскинул брови:

— И что же у вас с ним за отношения?

Я бросила взгляд в зеркало, отражавшее заинтересованный взгляд моего «приятеля» Леши. И почему мне тогда в голову не пришло что-нибудь более оригинальное, чем банальное и столь неуместное теперь объяснение: «Я любовница Глеба»? Но деваться было некуда, пришлось каяться:

— Глеб — мой близкий друг. Правда, мы с ним не очень давно знакомы, — на всякий случай добавила я. Мало ли что понадобилось от меня конкуренту Графского.

— Не очень давно, — протянул Павловский. — А где вы с ним познакомились?

— В ночном клубе, — не моргнув глазом, соврала я.

— И вы бывали в его загородном доме?

— Была.

— И часто вы там бывали?

— Один раз, и то… неудачно… Настолько неудачно, что больше мы с ним не общаемся. Он мне, конечно, звонил, но мне наплевать. — Я надула губки и придала своему лицу выражение капризной дурочки.

Павловского это заставило призадуматься.

— Ага. — Он почесал переносицу: о подробностях моего пребывания в доме Графского он уже явно был наслышан от Леши и теперь погрузился в размышления. Я тоже молчала, а «Ниссан» между тем несся вперед, рассекая ночную темноту, то и дело проваливаясь в лужи. Интересно, как далеко мы отъехали от ресторанчика, где я припарковала свою машину?

— А Алина? — неожиданно спросил Павловский.

Я так и подскочила на месте, услышав имя убитой девушки. Но как он догадался, что я знакома с ней? Какой вообще он располагает информацией о моих отношениях с Алиной? Знает ли он, кто я? Вряд ли, иначе меня поймали бы уже на вранье о моей связи с Глебом. Но тогда как они вычислили, что я знакома с Алиной? Хотя… Ведь я сама попросила, чтобы Леша отвез меня к дому, в котором она жила. Что ж, Павловский должен быть неплохо осведомлен о жизни Алины, если сумел сопоставить факт проживания ее на улице Космонавтов и мой визит по этому же адресу. Впрочем, мало ли случается нелепостей, может, это простое совпадение? Главное, конечно, убедить в этом Павловского.

— У меня нет знакомой с таким именем, — хлопая абсолютно честными глазками, заверила я своего собеседника.

— А если как следует подумать?

— Нет. Точно вам говорю.

— Тогда что ты делала на улице Космонавтов вчера днем?

— Ах, вы об этом! Так у меня тетка на этой улице живет. В моей квартире сейчас ремонт, вот я и переехала к ней на несколько дней.

Павловский задумался. О чем именно, я не знала наверняка; пожалуй, о степени лживости моей натуры.

— Леша, разворачивай обратно, — наконец приказал он шоферу, и я могла свободно выдохнуть — «тест на вшивость» я прошла с успехом.

Весь обратный путь мы провели в абсолютном молчании. «Ниссан» остановился у дома, от которого и началась наша маленькая экскурсия. Грузный дядька, все это время сидевший молча справа от меня, открыл дверцу, выбрался на улицу и подал мне руку.

— Большое спасибо, что уделили мне несколько минут. Надеюсь, этот разговор останется между нами, — самым дружелюбным тоном произнес Павловский.

— Разумеется, Аркадий Романович, — улыбнулась я. — До свидания.

Я поспешила выбраться из салона. Дверца тут же захлопнулась, и «Ниссан» помчался вниз по дороге. Я проводила его взглядом, еще какое-то время постояла на тротуаре, переваривая только что произошедшее. Потом встрепенулась и поспешила к своей ласточке.

* * *

Вернувшись в гостиницу, я заперлась в своем номере и принялась названивать Игорю Берестову. Мне не терпелось выяснить все, что касалось Лики. Кто она? Почему она искала Алину? Знала ли о Лене? И почему ее собственный муж понятия не имел, что она в городе?

Однако меня ждало разочарование. К телефону никто не подходил. Я бестолково набирала уже заученный наизусть номер, слушала гудки, вешала трубку, но уже через пару минут снова бралась за телефон. Последнюю попытку я предприняла уже в десять вечера. «Если и теперь никто не ответит, звонить дольше не имеет смысла», — решила я, но в мембране неожиданно что-то щелкнуло, и мужской голос произнес:

— Да, вас слушают?

Я замерла в нерешительности. Голос Игоря по телефону я слышала и могла точно сказать, что сейчас со мной говорит не он.

— Простите, а не могла бы я поговорить с Игорем Берестовым? — после некоторого колебания попросила я.

— А кто его спрашивает? — придирчиво вопросил голос.

— Э-э-э… Его знакомая…

— С Игорем Берестовым случилось несчастье. Мне очень жаль.

— Что! — подскочила я на месте. — А с кем я говорю?

— Врач «Скорой реанимации».

— Что с Игорем?

— Его случайно обнаружил почтальон, принесший телеграмму. В вашего знакомого стреляли сегодня, между семью и девятью вечера, в его собственной квартире.

— Игорь убит?

— Он в тяжелом состоянии. Если бы соседка обнаружила его хоть на десять минут позже, было бы уже поздно.

— А что с его женой? Она может со мной поговорить?

— Жена? Игорь Берестов был дома один.

— Понятно, — пробормотала я и уронила трубку на рычаг.

Разумеется, ничего понятного в этой истории не было. Я попыталась восстановить события сегодняшнего дня, начиная с того момента, как Игорь Берестов сел в мою машину. Кажется, тогда на часах было где-то около семи. Не думаю, что мы проговорили больше получаса. Мы говорили о Лене, я задала ему несколько наводящих вопросов о ее материальном положении, а потом мы как-то незаметно вышли на разговор о его жене. И вот тут он обмолвился о том, что она точно не имеет к смерти его любовницы никакого отношения, так как ее нет в городе уже несколько дней. Несколько дней! Но ведь я узнала в Лике ту самую девушку, которая вчера собственной персоной наведывалась в гостиницу «Ривьера». Следовательно, никуда она не уезжала! Игорь мне наврал. Или нет? Или он сам не знал правды? Я припомнила его возглас, когда на одной из аллеек он столкнулся с Ликой. В этом возгласе было неподдельное недоумение. Не думаю, что Берестов разыграл это, ведь он не знал, что я наблюдаю за ним. И что же дальше? А дальше — в Игоря стреляли в его собственной квартире. То есть либо он знал убийцу и впустил его в квартиру, либо убийца пришел вместе с ним. И лично я склонялась к последнему варианту — в Игоря стреляла Лика. Зачем? Все просто: муж ей изменял с другой женщиной, и она решила отомстить. Кстати, и эта «другая» тоже мертва.

А еще убита Алина. И вот с ней все уж совсем непонятно! Без сомнения, два убийства и покушение на Игоря — это дело рук одного и того же человека, проще говоря — Лики. Но зачем ей понадобилось убивать Алину? Насколько мне известно, Алина была любовницей Глеба. Так каковы же мотивы первого убийства? Впрочем, вопросов гораздо больше. Например, зачем Лена подстроила все так, чтобы я оказалась в ее машине на трассе Тарасов — Налинск? Возможно, она знала, что ее там ждет? Но похоже, что для ее знакомого Сергея было совершенно неважно, кто в машине, коль в итоге он решил сделать жертвой меня. А еще неплохо было бы узнать — чьи деньги неожиданно оказались в моем распоряжении? И, наконец, совсем непонятным образом всплывает в моем расследовании личность Аркадия Павловского. Этот господин не только вел слежку за своими конкурентами, но и был в курсе их личных дел: например, он знал адрес Алины — любовницы Глеба. Интересно, что еще было ему известно?

Мои размышления прервал телефонный звонок. Я взглянула на аппарат — на диске мигала лампочка внутренней связи. «Может, сделать вид, что я уже сплю, и не отвечать?» — подумала я и… схватила трубку.

— Татьяна Александровна, вас ждут в ресторане, — оповестил меня голос Константина Николаевича.

— Меня? Кто?

— Рустам Анатольевич. Он попросил меня напомнить вам об ужине.

И не зря, надо сказать, попросил. Я совсем позабыла о том, что обещала управляющему ужин. Вот черт! Как же это некстати! Но отказываться тоже неудобно. Тем более после того, как я сама сегодня днем заявилась к нему в кабинет и рассыпалась в любезностях.

— Он меня уже ждет?

— Да.

— Передайте ему, что я сейчас спущусь, — обреченно ответила я и отключилась.

Я рысью кинулась к шкафу, поворошила его содержимое, не нашла ничего подходящего и, наплевав на свой внешний вид, решила спуститься вниз как есть — в джинсах и свитере. «Раз уж я так приглянулась этому Рустаму, то ему должно быть все равно, в чем я одета», — подумала я.

Рустам действительно ждал меня в ресторане. Он встал мне навстречу и отодвинул соседний стул, предлагая присесть.

— Очень рад вас видеть. Я уж подумал, что вы совсем обо мне забыли.

— Ну, что вы…

В отсутствие Нины Орловой Рустам снова превратился в того уверенного, делового мужчину, с которым я столкнулась у лифта в день приезда. Он больше не вызывал жалости и неприязни, но все же первое впечатление было испорчено.

Нам подали ужин и раскупоренную бутылку красного вина. Мы выпили за знакомство, потом за мою несравненную красоту, потом за нашу зарождающуюся дружбу. Когда тосты иссякли, я решила, что следует использовать симпатию управляющего к моей особе, и спросила:

— А что за женщина была у вас сегодня в кабинете?

— Это… — вопрос Рустаму не очень понравился, но отвечать пришлось, — хозяйка гостиницы.

— Правда? — всплеснула я руками. — Так это была Нина Орлова?

Рустам посмотрел на меня внимательнее:

— Именно. А вы с ней знакомы?

— Нет. Но много слышала о ней.

Аппетит у моего собеседника пропал, он отодвинул тарелку:

— И что же вы слышали о Нине?

— Ну. — Я закатила глазки и изобразила, что усердно припоминаю все, что мне известно о Нине Орловой. — Ну, что она приехала в этот город лет пять назад и за это время успела превратиться в настоящую бизнес-леди: ей принадлежит эта гостиница, казино, еще какие-то заведения. Точно всего и не припомню.

Напряженная масса постепенно сползла с лица Рустама, и он снова принялся за еду. Кажется, экзамен я прошла на «отлично», что и говорить, роль недалекой простушки мне всегда удавалась блестяще. Тем более что сегодня у меня уже была маленькая репетиция — при встрече с Аркадием Павловским.

— Совершенно верно. У Нины настоящий талант во всем, что касается предпринимательства.

«И не только», — домыслила я.

— А откуда вы получили такую информацию, если не секрет?

— Не секрет, — кокетливо улыбнулась я. — Один мой знакомый работает журналистом. Он писал статью о Нине Орловой.

— Понятно.

Что-то неприятное словно проскользнуло в воздухе, я передернула плечами и отмахнулась от этого ощущения.

— А вы давно знакомы с Ниной? — все в той же манере продолжала я.

— Давно. Мы с ней вместе еще в институте учились.

— О! Так вы, выходит, давние компаньоны?

Снова в атмосфере возникло что-то назойливое и неприятное. Я отмахнулась от этого ощущения, как от навязчивой мухи.

— Можно и так сказать, — кивнул Рустам и поспешил перевести разговор в иное русло: — Давайте лучше поговорим о чем-нибудь другом. Расскажите о себе. Вы в нашем городе по делам?

И тут я поняла, что же именно неприятное словно витало в воздухе, чего я так старательно пыталась не замечать, — чьи-то злые глаза вновь следили за мной. Я подняла голову и встретилась взглядом с рыжей шпионкой. Вот черт! Это какое-то наваждение! Но с меня довольно — уж на этот раз она от меня не уйдет! О ее коварстве и умении самоликвидироваться в два счета я уже знала, и в моей голове тут же созрел план.

— Рустам, не могли бы вы кое-что для меня сделать?

— Конечно. Все, что угодно!

— За вашей спиной сидит одна моя знакомая. Только не оборачивайтесь! Так вот, она совсем недавно развелась с мужем; для нее это была настоящая трагедия, да и сейчас тоже. Не могли бы вы пригласить ее на танец?

— Но зачем? — опешил от моей просьбы Рустам.

— Это ее немного взбодрит. Понимаете, ее бывший муж, уходя, наговорил ей кучу гадостей: сказал, что она никому не интересна, что она — серая мышь и больше никогда никого себе не сможет найти. А если вы пригласите ее, она поймет, что все это были просто грубые слова и она по-прежнему привлекательная и обаятельная женщина. Пожалуйста, Рустам! Это же вас ни к чему не обяжет…

— А как же вы?

— А я буду вам за это очень благодарна, — заверила я управляющего.

— Ну-у-у, — протянул он в нерешительности. — Ну, хорошо.

— Только будьте настойчивее! Если она откажется с вами танцевать, — увещевала я.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Идите! Главное — настойчивость!

Рустам взглянул на меня с явным сомнением, поднялся и зашагал к тому столику, на который я ему указала. Я издалека наблюдала за тем, как он неловко присаживается рядом с рыжей дамочкой, как они о чем-то начинают беседовать. Дамочка явно отказывалась — она что-то оживленно говорила, жестикулировала, мотала головой. Но мои напутствия не прошли даром: Рустам стоял на своем. В итоге рыжая вложила свою руку в его раскрытую ладонь, и они присоединились к танцующим парам. Мне оставалось только мысленно поздравить себя. Затем я отодвинула стул и, пользуясь моментом, что ни Рустам, ни рыжая на меня не смотрят, выскользнула из ресторана. Оказавшись в холле, я покружила на месте, выбирая удобную позицию для наблюдения. После некоторых колебаний я расположилась в уголке для ожидающих, где кресла были мягкими, а густая зелень искусственных пальм надежно скрывала меня от посторонних глаз. Взяв со столика какой-то журнал, я раскрыла его на первой же попавшейся страничке и принялась делать вид, что с интересом ее изучаю, то и дело поглядывая на двери ресторана. Через пятнадцать минут они раскрылись, и из них быстрым шагом вышла рыжая особа. Она на ходу надела пальто и, миновав меня, уткнувшуюся носом в журнал, выскочила на улицу. Печатное издание тут же полетело на пол, и я опрометью бросилась вслед за таинственной дамочкой.

На улице было промозгло и слякотно. Уже сбегая со ступенек, я вспомнила, что куртка осталась в номере, но возвращаться за ней не было времени. Тем более что интересующая меня особа со скоростью звука удалялась от гостиницы. Я ускорила шаг. Очевидно, шпионка услышала шаги за своей спиной — обернулась, как-то неестественно всплеснула руками и побежала.

— Вот черт! — прошипела я и кинулась за ней.

Я видела, как впереди меня в темноте едва освещенных улиц мелькают полы ее длинного светлого пальто. Она бежала быстро, часто оборачиваясь, но расстояние между нами все равно сокращалось. Уже у следующего дома я нагнала свою жертву и, схватив ее за плечо, заставила обернуться к себе. Рыжая шпионка резко крутанулась на месте и, прижавшись спиной к стене, впилась в меня своими злыми зелеными глазами.

— Кто ты такая? — не выпуская рукав своей жертвы, выдохнула я.

— Отвяжись! — прошипела она, отчаянно стараясь высвободиться, но я и не думала ослаблять хватку.

— Нет уж! Так не пойдет. Ты за мной следила, и я хочу знать — почему? Кто тебя нанял? Кто тебя ко мне подослал?

Рыжая дамочка сверкала глазами и упорно молчала. Я скрипнула зубами и полезла в сумочку. Терпеть не могу насилия, но иногда нет никакой другой возможности все выяснить. В моей руке оказался пистолет Макарова, которым я многозначительно помахала перед носом своей новой знакомый.

— Ну что, будем общаться? Или как?

— Стерва! — зашипела рыжая.

Ну, хоть какое-то начало.

— Давай знакомиться. Как тебя зовут? — приступила я к допросу.

— Ирина, — просвистела, словно змея, девушка.

— Отлично. Думаю, мне представляться не нужно — ты-то знаешь, как меня зовут.

— Ничего я не знаю!

Ответ меня немного удивил.

— Тебе велели за мной следить, но не назвали моего имени? — недоумевала я.

— Меня никто к тебе не присылал!

— Нет? Но тогда зачем ты за мной следила? Я тебя не знаю.

— Зато ты знаешь моего жениха, и, как я понимаю, неплохо…

— Какого еще жениха? Совсем спятила?!

— Это вы с Глебом спятили, если принимаете меня за дуру, которая ничего не видит и не замечает!

— Что?! С Глебом?! — Я не могла поверить, что снова слышу имя своего врага.

— С ним! С ним! Но запомни: тебе там ничего не светит! Знаешь, сколько у него было таких, как ты?!

— Так ты — подруга Глеба?

— Я — его невеста!

— А с чего ты взяла, что я хочу у тебя его увести?

— Думаешь, я не видела, как ты вылезала из окна в тот момент, когда я приехала к нему?

— Так вот в чем дело… — выдохнула я, постепенно начиная понимать, в чем тут суть. Ирина — просто спятившая от ревности девица, явившаяся в загородный дом своего жениха как раз в тот момент, когда я его покидала через окно. Вот она и напридумывала себе черт-те что!

— Глеб отлично знал, какой скандал его ждет, если я застукаю его с другой! Ха! А я ведь специально приехала к нему в загородный дом — так и знала, что он там с бабой будет! Я уже давно заметила, что у него кто-то есть: звонки всякие, дела неотложные…

— Так ты видела, как я выпрыгнула из окна?

— Видела!

— Но зачем понадобилось за мной следить?

— Хотела застукать вас с Глебом. А еще хотела сказать тебе, чтобы ты и близко к нему не подходила!

— Я и не думала к нему приближаться.

— Вот и правильно, а то уж больно много развелось вас, таких проворных.

— Ты это о ком? Об Алине?

— Об Алине? Кто это?

Я прикусила язык, но было уже поздно.

— Кто это? Еще одна его дама сердца? — рассвирепела рыжая фурия.

— Просто именно она познакомила меня с Глебом. Вот я и сказала о ней. А мне твой Глеб и даром не нужен. Он скорее мой заклятый враг, чем друг.

— Враг? Я тебе не верю!

— Можешь не верить, но разве ты хоть раз за все то время, что следила за мной, видела меня рядом с ним?

— Нет. Но это еще ничего не значит!

— С Глебом у нас вражда. Скажи лучше, он знает о том, что ты сумела меня выследить?

— Нет.

— Ты собираешься ему об этом рассказывать?

— Зачем? Я никогда ему не рассказываю о… о таком.

— Так ты не в первый раз отпугиваешь потенциальных конкуренток от Глеба? — догадалась я.

— И что с того? — с вызовом воскликнула моя новая знакомая. — Глеб — мой, и только мой!

— Пожалуйста-пожалуйста. Кто бы возражал! Только не проще ли бросить его? Или уж накрепко привязать его к себе штампом в паспорте? — посоветовала я.

— Я бы давно вышла за него замуж, если бы не одна фифа.

— Так что тебе мешает поговорить с ней по душам, ты в этом мастер, как я понимаю.

— С ней-то как раз и не могу.

— Почему это? — совершенно искренне удивилась я.

— Потому что она — жена его компаньона.

— Что? Жена компаньона?

— Ну да.

— А ее случайно не Ликой зовут? — промелькнула у меня случайная догадка.

— Ликой. А ты ее знаешь?

— Слышала. Так почему ты не можешь с ней поговорить?

— Как? Если я устрою скандал и он дойдет до ее мужа, компаньона Глеба, мне не жить…

— А ты уверена, что Лика и Глеб — действительно любовники? Может, ты что-то путаешь? Со мной же ты ошиблась.

— Ничего я не путаю! Сто процентов! Они встречаются, и уже давно. Где-то около года. У Глеба постоянно какие-то интрижки, но с этой Ликой все было по-другому, я поначалу всерьез опасалась, что он обо мне просто забудет. Но потом поняла, что эта Лика еще та штучка — бросать своего мужа она не собиралась, ее и так все устраивало. Да и Глебу не нужны были разборки с ее мужем и своим же компаньоном. Лика Ликой, а денежки дороже. К тому же я знала, что рано или поздно и она ему надоест. И похоже, так и произошло. Где-то около месяца тому назад у Глеба появилась новая подружка, он все забросил из-за нее. Я хотела узнать, кто она такая, пыталась их выследить, но все напрасно. А когда я увидела, как ты выбираешься из окна загородного дома Глеба, решила, что ты и есть та самая «новенькая».

— А об этой «новенькой» ты совсем ничего не знала? — с надеждой спросила я, хотя и так догадывалась, кто это мог быть.

— Совершенно ничего. Знала только, что она живет где-то в северном районе.

— В северном районе?..

Когда я вернулась в гостиницу, было уже начало двенадцатого. Я не без удовольствия отметила, что Константина Николаевича на посту нет, — очень не хотелось, чтобы администратор видел, как я возвращаюсь с улицы без верхней одежды, промерзшая до мозга костей. Проходя мимо дверей ресторана, я на минуту задержалась. «Как-то некрасиво получилось с Рустамом, — подумала я, но идти и разыскивать управляющего на ночь глядя мне хотелось меньше всего. — Сегодняшний день и так был слишком утомительным, чтобы обременять себя еще и объяснениями с Рустамом, — решила я. — Поговорю с ним завтра». С этими мыслями я вызвала лифт.

Закрывшись в номере, я забралась под одеяло. Но уснуть мне еще долго не удавалось. Я ворочалась с боку на бок, взбивала подушку, снова укладывалась. В итоге я включила ночник, подтянула к себе телефон и набрала по внутренней связи номер администратора. Минут через десять мне ответил заспанный мужской голос — не Константина Николаевича, а чей-то другой.

— Да?

— Простите, а вы не подскажете, улица Космонавтов находится в северном районе? — спросила я.

На том конце провода повисла тишина, потом кто-то кашлянул, переспросил, еще немного помолчал и только после этого ответил:

— Да.

— Большое спасибо, — пробормотала я и отключилась.

Теперь все ясно. Кажется, у Лики имелись веские основания, чтобы не любить Алину!

Глава 5

Я проснулась в небывалую для себя рань — в начале седьмого. «Должно быть, перемена обстановки так на меня повлияла», — решила я. Я выбралась из-под одеяла, наскоро приняла душ и, заказав завтрак в номер, присела в кресло и выудила из сумочки замшевый мешочек с костями. Встряхнув как следует двенадцатигранники, я высыпала их на стол перед собой и нахмурилась: 14+05+27. «Вас ждут сюрпризы. Главное — проявить терпение и самообладание». Терпеть не могу такие неопределенные советы, равно как и сюрпризы! В номер постучали — это был служащий гостиницы.

— Ваш завтрак, — церемонно объявил он.

Я не менее церемонно его отблагодарила и захлопнула дверь. Что ж, завтракать — и за работу! Допивая кофе, я набрала номер справочной службы:

— Добрый день, не могли бы вы мне назвать адрес, по которому зарегистрирован телефон номер…

Через пару минут я уже располагала точными координатами места проживания Игоря Берестова и его жены Лики.

Когда я спустилась вниз, администратора снова не было на месте, и я порадовалась этому: его всевидящее око меня немного смущало. Я прошла до автостоянки, где меня приветствовал всегда добродушный сторож.

— Опять уезжаете?

— На свидание, — отмахнулась я и запрыгнула в салон «девяточки».

Когда я выехала на трассу, на дороге только-только начали появляться машины. Вливаясь в общий поток движения, по тротуару двигались привычные толпы прохожих, спешивших на работу. Когда я свернула на нужную мне улицу, жизнь в городе уже шла полным ходом. Я въехала во двор, словно стиснутый со всех сторон девятиэтажными домами, и припарковала свою «девяточку».

После теплого салона на улице было особенно холодно и промозгло. Я щелкнула по брелку сигнализации и оглядела двор. Он был совсем пуст, только в самом его конце лаяла собака — большая немецкая овчарка гонялась за палкой, которую швырял ее молодой хозяин, одетый в толстую спортивную куртку с низко надвинутым на глаза капюшоном.

Я достала из сумочки листок с адресом и сверилась с номером дома, напротив которого стояла. Мысленно прикинув, в каком подъезде может располагаться нужная мне квартира, я заспешила в том направлении. Через пару минут я уже решительно вдавливала кнопку звонка и слушала, как за дверью разливается мелодичная трель. Я быстренько попыталась придумать, как следует начать разговор с Ликой. Сразу представиться частным детективом? Придумать легенду?

Но ни первый, ни второй вариант мне не пригодился — никого не было дома. Я еще немного постояла под дверью, а потом стала медленно спускаться вниз, но, дойдя до первого лестничного пролета, остановилась и присела на подоконник. На улице начал накрапывать дождик. Зонтика у меня с собой, разумеется, не было, и настроение катастрофически испортилось. Прислонившись головой к холодному стеклу, я наблюдала за тем, как по нему стекают первые дождевые капли.

«Возможно, Лика в больнице, у своего мужа?» — вяло думала я. Хотя — нет! Это же полный бред, если именно она в него стреляла. Но, с другой стороны, надеяться на то, что она сидит дома и ждет моего прихода, весьма опрометчиво. Скорее всего, девушка скрывается у своих друзей, и в этом случае найти ее не представляется никакой возможности. Все! Тупик!

И тут я услышала, как на верхнем этаже открылась дверь и почти сразу же тихонечко защелкнулась. Я машинально сползла с подоконника и выглянула на лестничный пролет. У двери, в которую я только что так настойчиво звонила, стоял мужчина в длинном черном пальто и возился со связкой ключей. Похоже, он никак не мог подобрать нужный, чтобы закрыть замок. Внутри у меня что-то перевернулось. Даже со спины я отлично узнала этого человека. Передо мной был таинственный попутчик, севший ко мне в машину на трассе Тарасов — Налинск!

Я отпрянула назад и пулей понеслась по ступенькам. Добежав до первого этажа, я юркнула за дверь и стала ждать, когда появится Сергей. Через пару минут послышались шаги. Они приближались. Я выждала несколько секунд и, выхватив пистолет, шагнула навстречу мужчине в кожаном пальто.

— Ты! — Сергей смотрел на меня во все глаза.

— Скотина! Решил меня убить? Вот и пришло время мне с тобой поквитаться! — зашипела я.

— Какого черта?! — выругался Сергей, сумка, которую он нес, перекинув через плечо, соскользнула на пол и упала к его ногам.

— Не шевелись, иначе я выстрелю!

— Спокойно.

Сергей поднял руки вверх, демонстрируя, что никакого сопротивления с его стороны не будет.

— Быстро отвечай на все мои вопросы! Кто были те люди, к которым ты хотел меня отвести?

— Я сейчас все объясню, — гипнотизирующим тоном прошептал Сергей.

— Живо, говорю! — скомандовала я.

Что произошло дальше, трудно описать словами. Сначала за моей спиной послышался лай собаки, потом раздался мужской голос: «Рекс, стой!» — и в подъезд ввалилась огромная немецкая овчарка, а затем и ее хозяин — молодой парнишка в капюшоне, на которого я обратила внимание, въезжая во двор.

Я машинально обернулась. В ту же секунду Сергей метнулся в мою сторону. Одним ударом он выбил пистолет из моих рук и, отшвырнув меня к стене, выскочил из подъезда.

Потирая ушибленную руку, я медленно сползла по стене вниз и чертыхнулась.

— Ни фига себе! — выдохнул парнишка, сдвигая капюшон на затылок.

— Уберите собаку, — пробурчала я, наблюдая, как пес, повиливая хвостом, обнюхивает мой пистолет.

Парнишка продолжал стоять, не шевелясь, все еще находясь под впечатлением от сцены, только что разыгравшейся на его глазах. Похоже, бедолаге приходилось видеть такое прежде только в боевиках.

— Собаку убери! — рявкнула я.

Парнишка тряхнул головой и выпалил:

— Ага! Рекс, ко мне!

Пес тявкнул и метнулся к хозяину.

— Спасибо.

Я подняла пистолет, немного помедлила и прихватила сумку, которую бросил Сергей. Вдруг в ней опять окажется что-нибудь полезное для хозяйства — чем черт не шутит? Еще парочка дел, в которых будут фигурировать вот такие рассеянные «Сергеи», и необходимость в работе как таковой полностью отпадет.

Провожаемая взглядами парнишки и его собаки, я вышла из подъезда. Доплелась до своей машины, открыла дверцу, зашвырнула сумку в салон, а затем и сама юркнула внутрь. Завела мотор, проехала пару кварталов вниз по дороге и, притормозив у тротуара, принялась исследовать содержимое своей очередной находки. Расстегнув боковой замок, я заглянула в сумку. Денег в ней не было. Запустив руку внутрь, я выудила женскую шелковую кофточку, затем брючки, затем еще одну кофточку… Сумка была набита женскими вещами!

— Н-да, — протянула я, зашвыривая ее на заднее сиденье. — Конечно, не каждый день находятся сумки с деньгами, но и такой улов — очень даже неплохо.

Вот только чьи это вещи? По всей логике, они должны принадлежать Лике. Ведь это из ее квартиры вышел Сергей, да и то, что у него были ключи, явно говорит в пользу этой версии. Кажется, я начинаю догадываться, у кого скрывается эта девушка! Похоже, что и события, развернувшиеся недавно на трассе Тарасов — Налинск, не прошли без ее чуткого внимания. Ладно, проблемы нужно решать по мере их поступления. Будет время — разберусь и с этим.

Я наклонилась, чтобы повернуть ключ зажигания, да так и замерла. Сегодня определенно был день сюрпризов: прямо перед моей машиной перебежал дорогу высокий солидный дядька с хвостом и в костюме из шотландской клетки! За его спиной маячили два здоровенных шкафа в черных костюмах, готовые в любой момент встать на защиту своего босса и пасть в неравном бою с противником. Вся процессия домаршировала до серебристого «Ниссана», припаркованного на противоположной стороне тротуара, и живо утромбовалась в просторный салон иностранного авто. Шины скрипнули, машина сорвалась с места.

Я резко вырулила на автостраду, чуть не столкнулась с «Волгой» и, позабыв должным образом ответить на посыпавшиеся на меня проклятия, погнала свою ласточку вниз по автостраде. На мое счастье, дорога оказалась забитой, и, ловко маневрируя в потоке машин, скрываясь за капотом то одного, то другого авто, я следовала за серебристым «Ниссаном», ни на секунду не выпуская его из виду.

Мы долго колесили по городу, прежде чем «Ниссан» свернул с основной дороги. Кажется, мы уже оказались за городом, ну, или на самой окраине. Редкие домишки здесь были старыми и обветшалыми. Некоторое время, кроме них и облезлых деревьев, вдоль дороги ничего не наблюдалось, а затем «Ниссан» неожиданно выскочил на пустырь, за которым имелось что-то вроде заброшенного парка. Я едва успела надавить педаль тормоза, и моя «девяточка», ухнув в лужу, замерла у самой обочины, в нескольких метрах от иномарки — нас разделяла только полоса отсыревших деревьев. Я снова завела мотор, отъехала чуть подальше и, слыша, как моя ласточка царапает бока о колючие ветки, въехала в самые заросли кустов. Машину, конечно, было жаль, но конспирация требовала жертв.

С трудом выбравшись из машины, я поспешила к тому месту, где, по моим скромным предположениям, в данный момент намечались весьма интересные события.

— Я пойду один, — донесся до меня знакомый голос. Кажется, это говорил Аркадий Павловский. Я замерла за очередным деревом и, тесно к нему прижимаясь, прислушалась.

— Босс, может, лучше мы подстрахуем? — басил один из здоровенных верзил.

— Не нужно. От нее, конечно, можно ждать чего угодно, но только не теперь.

— Ну, как знаете, а то… мы бы с вами.

— Ждите меня тут. Я вернусь максимум через полчаса.

Я увидела, как Павловский удаляется от своих дружков в сторону заброшенного парка. Осторожно отделившись от сырой стены дома, я бесшумной тенью заскользила между деревьями. Двигаясь в том же направлении, что и Павловский, я в конечном счете уперлась в металлическую ограду, чертыхнулась сквозь зубы и, запрокинув голову вверх, прикинула, смогу ли я преодолеть ее бесшумно. Рисковать не хотелось. Низко пригнувшись к веткам кустов, я увидела, как Павловский пересек пустырь и направился к какому-то одноэтажному домишке — то ли бывшему некогда забегаловкой, каких в изобилии хватает на окраинах, то ли действующему и ныне притону. Я заспешила вдоль ограды и через пару минут оказалась напротив домика — от него меня отделяла полоса безлюдного пустыря.

Павловский за эти несколько минут успел с кем-то созвониться и, бросив в трубку пару коротких фраз, шагнул на шаткое крылечко, распахнул дверь и скрылся за ней.

Я замерла в нерешительности. Ну а мне что делать? «А, ладно, где наша не пропадала», — мысленно махнула я рукой и, поплотнее прижав к себе сумочку, в которой хранился мой неизменный «макаров» 35-го калибра, галопом помчалась через пустырь. Пара секунд — и я была уже на крылечке и осторожно потянула на себя дверь. Однако она была крепко заперта изнутри.

— Проклятье, — пробормотала я. Но природное любопытство заставляло меня действовать дальше. Осторожно спустившись с крылечка, я бесшумно заскользила вдоль стены: должно же здесь быть окошко.

Окошко действительно оказалось рядом, но, прежде чем я его увидела, до моего слуха долетели приглушенные голоса. Говорили двое — мужчина и женщина.

— Чертовщина! Все идет наперекосяк! — злился женский голос.

— Уверяю тебя, неразрешимых проблем нет! И вообще, не думаю, что все так серьезно. — Второй голос явно принадлежал Павловскому.

— Серьезно! Все очень серьезно! Более серьезно, чем ты думаешь! Деньги пропали! Девушки мертвы! Это, по-твоему, не серьезно?

— Деньги пропали? Ты что — шутишь?!

— По-твоему, мне сейчас до шуток?!

— Но как такое могло произойти?

— Не знаю! Ничего не знаю! Бред какой-то! У меня просто голова кругом идет от всего этого! Деньги просто пропали, и все! Их словно бы и не было!

— Послушай, такого не бывает. Скорее всего, их кто-то перехватил по пути. Нужно просто вычислить кто!

— Вычислить? Но как?

— Кто должен был перевозить деньги?

— Тот человек тоже пропал…

— С деньгами?

— Да!

— Вот и ответ!

— Этого не может быть!

— Почему? Всякое бывает.

— Это проверенный человек. Нет. Однозначно — нет!

— Тогда где этот ваш «проверенный» человек?

— Не знаю! Скорее всего, с ним что-то случилось по пути!

— Что такого могло случиться по пути?

— Не знаю!

— Чего ты хочешь от меня? Чтобы я помог? Но ты же не желаешь меня слушать! Встала на защиту этого перевозчика, хотя вся вина явно на нем. Найдется этот человек — найдутся и деньги. Все очевидно!

— Ничего не очевидно! Все так запуталось! Так…

— Чем я могу тебе помочь?

— Мне нужно найти те деньги…

— Успокойся, я постараюсь тебе помочь. Мы же компаньоны…

— Да. — Женщина всхлипнула.

— Вот и все. Не переживай. Все будет хорошо. Найдутся эти деньги. А если нет — ну и черт с ними! Еще заработаем!

— Ты хоть знаешь, сколько там было?!

— Все, спокойно! Перестань думать об этом! Как говорится: нет худа без добра. Подумай, может, оно так и лучше? Ведь это почти то, к чему мы стремились.

— Потерять все деньги — это, по-твоему, то, к чему мы стремились?!

— А ты не думаешь, что денежки получил один из них?

— Что?

— Да, да. Может, так и есть?

— Нет. За это я отвечаю. Окажись деньги у любого из них, поверь мне, не стали бы они сидеть в этом городе.

— А что говорят девочки? Может, попробовать получить информацию через них?

— Девочки?

— Да. Или они уже вышли из игры?

— Да.

— Почему? Ты же хотела, чтобы они работали на тебя до самого последнего момента. Потом передумала? А почему со мной не посоветовалась?

— Ничего я не передумала.

— Тогда в чем дело?

— Они мертвы…

— Что?!

— Девушки мертвы.

— Обе?

— Да. Алина и Лена мертвы.

— С ума сойти! Но как такое могло произойти?

Я стояла под самым окном. Пребывая в полном шоке от того, что слышу. Собираясь следить за Павловским, я никак не ожидала, что меня ждет такое. Пропавшие деньги! Два трупа! Раненый Игорь Берестов! Эти люди знали обо всем! Я осторожно приподнялась на цыпочки и заглянула в окно.

В маленькой тесной комнате, заставленной столиками, какие обычно бывают в летних кафе, расхаживал Павловский. Заложив руки за спину, низко склонив голову и то и дело подергивая плечами, он мерил комнату из одного угла в другой. Его собеседница сидела почти у самого окна, ко мне спиной. Так что я могла только различить ее прямую спину, обтянутую бледно-голубой тканью пальто. На ее голове был цветастый платок, полностью скрывавший волосы. Она пила что-то мутно-красное из высокого бокала и курила, манерно постукивая по сигарете кончиком пальца, на котором красовался огромный перстень с ярко-зеленым камнем. Кажется, она и курила только для того, чтобы привлечь внимание к этому роскошному перстню.

— Как это произошло? — повторил свой вопрос Павловский.

— Не знаю…

— Что значит — «не знаю»?! Почему я слышу об этом только теперь? Когда это случилось?

— На днях.

— Как?

— Их убили.

— Их убили? — Павловский остановился и устремил взгляд на свою собеседницу. Я тут же юркнула вниз.

— Убили, — повторила женщина.

— Кто?

— Я не знаю. Нужно найти деньги. Это сейчас важнее всего.

— Сейчас важнее всего, чтобы менты нас не загребли! Ты хоть понимаешь, что значит их смерть для нас? Что говорят менты по этому поводу?

— Откуда мне знать!

— Ты что?! Спятила?! Они ведь были замешаны в нашей афере! Что, если они кому-то успели проболтаться? Что тогда? Ты хоть понимаешь, что будет с нами, если этот факт выплывет наружу?

— Я не знаю!

— А как все это произошло, ты знаешь?

— Алину убили несколько дней тому назад. Застрелили в ее же собственной квартире. А Лену — вчера… все как и с первой.

— То есть, предположительно, убийца был один и тот же?

— Скорее всего.

— Не нравится мне все это. Ой, не нравится… Мне кажется, кто-то под нас копает.

— Кто?

Павловский хмыкнул, но ничего не ответил.

— Что теперь будет? — очень тихо спросила его собеседница.

— В случае чего мы пойдем ко дну. По крайней мере, ты — это точно!

— Что значит — я? По-моему, мы действовали заодно! И если что…

— Перестань! Не хватало еще нам перегрызться! Мы сейчас должны держаться вместе.

Снова — тишина. Должно быть, Павловский сейчас расхаживает из угла в угол.

— Так что с деньгами? Ты поможешь мне их найти? — послышался женский голос после непродолжительной паузы.

— Что ты от меня хочешь?

— Там было много денег. Очень много…

— Хорошо. Я попытаюсь что-нибудь выяснить. А теперь пошли отсюда. Местечко здесь прямо-таки мерзопакостное. Бр-р-р!

Через несколько минут я услышала, как открылась входная дверь, заскрипели ступеньки.

— Я свяжусь с тобой, — коротко сказал Павловский.

Женщина что-то сказала в ответ, но я так и не расслышала. Затем была фраза Павловского, но и она долетела до моего слуха лишь обрывками. Парочка явно удалялась от дома, и вскоре наступила абсолютная тишина. Я подождала еще немного, а затем выбралась из своего укрытия и заспешила к тому месту, где бросила свою «девяточку». На пустыре уже никого не было. Только неровная колея осталась на том месте, где стоял «Ниссан». Я с тоской посмотрела на следы шин в промозглой грязи.

Похоже, мое расследование приобретает крайне неожиданный оборот.

* * *

Всю дорогу до гостиницы я названивала Володьке Кирьянову. Но приятель как сквозь землю провалился: ни рабочий, ни сотовый не отвечали. Но стоило мне зашвырнуть мобильник в сумочку, как он тут же заверещал. Мастерски ведя машину одной рукой, я раскрыла «раскладушку» и прижала ее к уху:

— Ал-ло…

— Ну, что ты названиваешь битый час?

— Кира, ты! Ой, как хорошо! Мне как раз нужна твоя помощь!

— Удивила, — буркнул вечно всем недовольный подполковник. — Что у тебя еще?

— Ничего особенного, — как можно более ласковым голосом пропела я, уже предвидя, какая сейчас разразится буря, и, дабы ее отсрочить, решила поинтересоваться, как идут дела у моего дорогого друга и товарища. — А что там у вас в Тарасове? Удалось перехватить машину с наркотиками?

— Ничего не удалось, — рявкнул Володька, так что я была вынуждена отодвинуть от уха трубку. — Похоже, кто-то опять их предупредил. Машина, в которой должна была находиться партия товара, шла порожняком. Просто чертовщина какая-то!

— Может, они решили отсрочить переправку груза, вот и все, — выдвинула я свою версию произошедшего.

— Нет! Партия точно дошла до конечного пункта! Они просто узнали об облаве и отправили товар в другой машине. Ладно, все это издержки производства. Сами как-нибудь разберемся с этими наркобаронами. Выкладывай, что у тебя!

— Помнишь, я просила у тебя досье на Глеба Графского?

— Ну, да. Как у тебя с ним дела? Пригодилась информация?

— Еще как! — заверила я своего приятеля.

— Тогда что еще?

— Ты тогда упоминал об одном человеке. Ну, о конкуренте Глеба, Игоря и Нины. Так вот, не мог бы ты раздобыть мне его адресок?

— Что? Адресок, говоришь? А ты хоть понимаешь, кто этот человек? Он готов стереть с лица земли наркобаронов, которые уже не первый год держат бизнес в Налинске! А тут ты, такая деловая, объявилась: адресок ей подкиньте!

— Ну, Володь, ну, прекрати… Ты же меня знаешь, — заныла я.

— Ага, в том-то и дело, что я тебя знаю, и уже не первый год. Так что, дорогая, — нет, нет и еще раз нет.

— Послушай, Кирьянов, уж коль ты меня так хорошо знаешь, то должен учесть еще один момент: я так просто от своего не отступлюсь! И если я решила раздобыть адрес Павловского, то я это сделаю — с твоей помощью или без нее.

— Ой, Татьяна, — вздохнул Киря, а это значило только одно — подполковник сдался. — Жди звонка.

В ожидании новых сведений я доехала до гостиницы. Уже поднимаясь по ступенькам, я вспомнила о Рустаме и недовольно поморщилась. «Да, надо бы извиниться перед управляющим за свою вчерашнюю выходку…» — пронеслось в моей голове. Движимая этой мыслью, я разыскала администратора:

— Константин Николаевич, а вы не знаете, Рустам… э-э-э…

— Анатольевич, — с самым невозмутимым видом уточнил администратор.

— Да, Рустам Анатольевич у себя?

— Конечно. Передать ему, что вы его ищете?

— Нет, не стоит! Я сама к нему зайду немного попозже, — попятилась я от администратора и быстренько юркнула в услужливо распахнувшиеся передо мной двери лифта.

Я быстрым шагом прошла по коридору и остановилась перед дверью своего номера, ища ключи. Из головы не выходил предстоящий разговор с управляющим. Как ему объяснить свое вчерашнее поведение? Ничего не придумывается! Ключи наконец-то нашлись, я быстро повернула ручку и толкнула дверь. То, что предстало моему взору, заставило меня на пару секунд замереть на месте.

На постели сидел мужчина и увлеченно ворошил содержимое прикроватного столика. Когда я распахнула дверь, он тут же вскочил на ноги. Наши взгляды встретились, и я чуть отшатнулась назад — передо мной стоял любитель музеев и всего прекрасного вообще по имени, если мне не изменяет память, Дмитрий. Признаться, чего-то подобного я и ожидала. Ну не могла я поверить в то, что мужчина с такой внешностью тяготеет к искусству! А внешность у моего знакомого, надо сказать, была что надо! Даже сейчас, застигнутый врасплох, с перекошенным от ярости лицом, он производил должное впечатление.

Я взяла себя в руки, притворила дверь и сделала решительный шаг вперед. Кто бы ни был этот человек и зачем бы он сюда ни явился — я сумею справиться с ситуацией. К тому же, может, это просто визит вежливости?

— Очень приятный сюрприз, Дмитрий, — пропела я елейным голосочком, расплываясь в самой что ни на есть дружелюбной улыбке. — Позвольте только полюбопытствовать, что вы ищете? Может, я вам помогу?

Дима тоже принужденно улыбнулся.

— Да, думаю, только вы и сможете мне помочь, дорогая Татьяна.

— Отлично, значит, я вовремя пришла?

— Вовремя-вовремя…

— А что ищем? — Я сделала еще шаг навстречу Диме, готовая в любую минуту броситься на него. Улыбка сползла с его губ, и он прошипел:

— Где деньги?

— Ах, вот оно что! — меня как громом поразило. Я отчаянно пыталась сообразить: что же мне делать? Кто прислал ко мне этого человека? Аркадий Павловский? Нет, не может быть. Он сам только что узнал о пропаже денег. Та женщина, с которой он говорил? Возможно…

— Куда ты их дела?

— Кто тебя подослал?

— Где деньги? — повторил он.

А дальше произошло то, чего я никак не ожидала: Дима выхватил из-за пояса пистолет и наставил его на меня. Что ж, в нашем деле кто ловчее, тот и живее. Жаль, что эта мудрость пришла мне на ум только теперь, когда я уже оказалась под прицелом.

— Быстро отвечай! Или я буду стрелять! Учти, мне терять нечего. Никто не видел, как я пришел, никто не увидит, как я уйду.

— Тварь…

— А ты думала, с тобой шутки шутить будут? Увезла с собой кучу «бабла» и хотела не при делах остаться?

— Ничего я не хотела! И деньги мне ваши вовсе не нужны! Я случайно их увезла!

— Ага, случайно увезла пол-«лимона», — фыркнул Дима. — Короче, так, дорогуша: ты конкретно попала. Но у тебя еще есть шанс выпутаться: отдай деньги, и мы разойдемся тихо и мирно, как будто и не знали друг друга. Я забуду о тебе, а ты — обо мне. Я все понятно объяснил?

Я не успела ответить: в дверь тихонечко постучали. В два счета Дима оказался рядом со мной. Доли секунд, когда он схватил меня в объятия и дверь открылась, совпали. На пороге стоял Рустам и во все глаза смотрел на открывшуюся его глазам картину: я торчала в обнимку с Димой посреди комнаты, чувствуя, как в бок мне упирается дуло пистолета.

Рустам смотрел то на меня, то на Диму. О том, какие мысли крутятся у него в голове, можно было без труда догадаться, пронаблюдав за тем, как он из пунцово-красного превращается в бледного, а затем все с той же скоростью зеленеет.

— Хоть слово скажешь, и я убью тебя на его глазах, — прошептал мне на ухо Дима, — так что улыбайся, делай вид, что ты счастлива, и говори этому идиоту, чтобы он валил отсюда.

Я кивнула и по-идиотски улыбнулась. Что ж, вот и извинилась я перед Рустамом.

— Простите, я, кажется, помешал? Просто Константин сказал, что вы искали меня…

— Искала, но не нашла и… — Я запнулась, понимая, что ничего путного не придумывается, и снова улыбнулась.

Ситуация была наиглупейшая, но и из нее можно было извлечь выгоду — благо сумочка с пистолетом при мне. Устраивать перестрелку на глазах у и без того ошеломленного управляющего мне хотелось меньше всего, но вот после его ухода я надеялась продолжить разговор с Димой — правда, уже в ином ключе.

— Простите. Не буду вам мешать, — еще раз промямлил Рустам и наконец-то выскочил за дверь.

Как только дверь захлопнулась, Дима оттолкнул меня от себя и вскинул руку с пистолетом. Недолго думая, я сделала то же самое. На лице моего нового знакомого замерла гримаса сожаления и недоумения.

— Вот оно что, — протянул он. — А я тебя недооценивал!

— Как видишь, зря!

Мы, как две разъяренные крысы, кружили на месте, держа пистолеты в вытянутой руке, глядя друг другу в глаза и не решаясь сделать первый шаг. Дима бросился в атаку первым. Он метнулся в мою сторону и попытался выбить пистолет из моих рук. Я ловко пригнулась и пнула его по ноге. Враг потерял равновесие и грохнулся на пол, но, падая, он успел схватить меня за рукав куртки и потянул за собой. Борьба продолжилась на полу. Я уже почти одержала победу, когда в руках Димы оказался маленький флакончик. Он изловчился и брызнул из него мне в лицо. «Перцовка!» — пронеслось в моей голове. Из глаз тут же брызнули слезы, я закашлялась. Мне уже было не до Димы. Я только почувствовала, что меня схватили на руки и куда-то потащили. Кто? Дима? Кто-то другой? Глаза щипало так, что мне было наплевать на все. Я даже не пыталась сопротивляться и, только услышав плеск воды, немного пришла в себя.

— Умывайся! — скомандовал голос Димы, и руки, тащившие меня в ванную комнату, подтолкнули меня к умывальнику.

Через пару минут я смогла кое-как открыть опухшие от слез глаза и взглянуть на себя в зеркало. В нем я перехватила взгляд Димы, все это время стоявшего за моей спиной.

— Держи полотенце.

Я обернулась и протянула руку. В два счета на моих запястьях защелкнулись наручники. От бессильной злобы я сжала в руках край полотенца. Прежняя ненависть к этому человеку вернулась ко мне с удвоенной силой.

— Чтобы больше пистолетом не размахивала, — предупредил Дима мой вопрос. — Попытаешься сопротивляться… — Он многозначительно потряс перед моим носом флакончиком с омерзительной жидкостью. — Усекла?

Я сверкнула глазами, но деваться было некуда — следовало признать, что на этом этапе я проиграла. Дима вытолкал меня из ванной и усадил в кресло. Сам же присел на корточки передо мной. Глядя мне в глаза, он перекидывал из руки в руку флакончик с «перцовкой» и улыбался.

— Ну, что? Давай общаться?

Я молчала.

— Молчание — знак согласия, — скорее утвердительно, чем вопросительно произнес мой новый знакомый и продолжил: — Как деньги оказались у тебя?

— Случайно…

— Случайностей не бывает, — ласково поправил меня Дима.

Я и сама это знала, но как можно еще было объяснить всю дикость произошедшего на трассе Налинск — Тарасов минувшим утром? Рассказать о том, что я просто была за рулем чужой машины? Сказать, что авто принадлежит совсем другой девушке? Что ее-то и ждал Сергей? Рассказать о Лене? Об Алине?

— Ладно, задам вопрос по-другому, — протянул Дима, сообразив, что ответа от меня он так и не дождется. — Что ты делала в тот день на трассе?

— Возвращалась из Тарасова.

— Логично. А что ты делала в Тарасове?

— Выезжала по неотложным делам.

— А что ты делаешь в Налинске?

— Приехала отдохнуть.

— А как получилось, что деньги оказались у тебя?

— Я же сказала — случайно. Я просто подсадила к себе в машину попутчика, у которого и была сумка с этими деньгами. А потом так получилось, что сумка осталась у меня!

О подробностях того, как именно сумка оказалась у меня, я умолчала. Впрочем, Дима наверняка был отлично об этом проинформирован.

— А что тебе еще известно об этих деньгах?

— Ничего, — соврала я.

— Ладно, а теперь говори — где они?

Я до боли прикусила нижнюю губу. Никогда не считала себя алчным человеком, но расставаться с сумкой, доверху набитой деньгами, было страсть как жалко!

— Ну! — поторопил меня Дима.

— В шкафу. За вещами.

Дима поднялся с корточек, подошел к платяному шкафу и резко распахнул дверцы. Несколько секунд он просто изучал его содержимое, а затем начал выкидывать из него все вещи. Я отстраненно наблюдала за всем этим процессом, и только когда Дима торжественно извлек спортивную сумку, я отвернулась.

— Забирай и уматывай отсюда! Там — все!

Дима не обратил на мои слова никакого внимания. Он поставил сумку на кровать и аккуратно расстегнул замок. Пару минут он изучал содержимое сумки, затем достал одну пачку, пробежал пальцами по купюрам и круто развернулся ко мне.

— Ты издеваешься надо мной? — заорал он.

Я непонимающе смотрела то на его перекошенное от ярости лицо, то на руку, в которой он держал запечатанные купюры, потрясая ими в воздухе.

— Что такое?

— Что такое? — передразнил он меня. — Ты решила меня обмануть и думала — я куплюсь на это! Знаешь, что с тобой за это сделают?

— Что? — Я абсолютно не понимала, что происходит.

— Ты все это подстроила, да? — сверлил глазами Дима.

— Что? — выкрикнула я. — Что я подстроила?!

— Это!

Дима швырнул к моим ногам пачку купюр. Тоненькая ленточка, скреплявшая их, порвалась, и по полу рассыпались…. бумажки. Совершенно белые, аккуратно нарезанные листочки, какие обычно бывают в блокнотах. Я не поверила своим глазам. Вот это да! Неужели я ошиблась? Значит, купюры были настоящими только сверху, а все остальное было муляжом! Как глупо! И почему я сразу не догадалась проверить деньги?

— Но этого не может быть, — только и смогла вымолвить я.

— Что это? Что это?! Я тебя спрашиваю! — бесновался Дима, расшвыривая фальшивые купюры. Они закружились в воздухе, падая, усеяли весь пол.

— Я не знала! — попыталась я перекричать его.

Дима схватил меня за плечи и поставил на ноги.

— Сейчас мы кое-куда поедем. И всю дорогу ты должна будешь вести себя хорошо. Очень хорошо. Иначе я тебя убью. Поняла?

— Куда мы поедем?

— Это не твое дело! Ты поняла, что я тебе сказал?

— Поняла.

— Вот и славно.

Дима запахнул на мне куртку. Схватил меня за руки, скованные наручниками, и потащил к двери.

— И чтобы без фокусов, — предупредил он меня еще раз, прежде чем мы покинули номер.

Я обреченно кивнула. И мы пошли: сначала по коридору, затем на лифте — вниз, миновали администратора, проводившего нас слегка удивленным взглядом.

На улице было как-то особенно холодно и неуютно. Я на секунду остановилась на крыльце и осмотрелась. Постоянно меняющееся, но одинаково холодное небо, унылая череда домов, закутанные в шарфы и теплые куртки прохожие, непрерывное движение машин, грязный асфальт под ногами…

— Что остановилась? — подтолкнул меня вперед Дима.

Я послушно шагнула вперед, в поток прохожих. Мы молча дошли до автостоянки. Я указала на свою машину.

— Отлично, — одобрил меня Дима.

Он распахнул передо мной дверцу со стороны водителя и кивком головы приказал садиться за руль.

— Я же в наручниках!

— Ничего.

Я неуклюже плюхнулась на сиденье. Дима сел рядом и хлопнул дверцей машины.

— Заводи, поехали, — скомандовал он.

— Куда?

— Дорогу я укажу.

Неловко управляясь с ключами, я завела мотор, так же по-дилетантски выехала на автостраду — надо заметить, я никогда еще не управляла машиной со скованными руками. Малоприятный опыт.

Несколько минут мы ехали молча. Я старалась полностью сконцентрироваться на дороге, чтобы забыть о человеке, сидевшем рядом, и о пистолете, который он небрежно держал в руке, но это у меня плохо получалось. К тому же в голове крутилась навязчивая мысль о фальшивых деньгах.

Дима изредка давал мне указания, на каком перекрестке нужно свернуть. В конце концов просто молчать стало невозможно.

— Куда мы едем?

— К одному человеку.

— К какому еще человеку?

— Не думаю, что его имя тебе о чем-то скажет…

— Но я не имею к этим деньгам никакого отношения! Это правда!

— Я уже слышал это. Может, это и так, а может — нет. Решать не мне, — лаконично пояснил Дима.

— А кому? — не унималась я.

— Послушай, лично у меня к тебе никаких претензий нет, но это моя работа. Да, деньги оказались фальшивыми, но об этом не знает никто из тех людей, которые должны были их получить и которые теперь их ищут. А поскольку деньги были у тебя, то и крайней окажешься ты. Так что лучше делай так, как я говорю. Это избавит тебя, по крайней мере, от одного врага. Хорошо?

— Хорошо. Но скажи, к кому мы едем? На кого ты работаешь?

Я притормозила машину на светофоре и, воспользовавшись моментом, постаралась заглянуть Диме в глаза.

— Кто тебя нанял? Почему ты молчишь? Мы ведь все равно едем к этому человеку. Так какая разница, узнаю я его имя теперь или когда увижу?

Позади послышались недовольные гудки. Я сообразила, что уже давно горит зеленый свет, и тронулась с места.

— Так на кого ты работаешь?

— На Глеба Графского. Тебе это о чем-нибудь говорит?

О да, мне это говорило о многом! Так вот, значит, чьи деньги оказались у меня. Вернее, не деньги, а муляж. Получается, что Сергей переправлял наркотики в Тарасов и вез обратно выручку. Но по дороге деньги куда-то делись. Куда? Они не попали в руки наркобаронов. К их поиску теперь подключился и Аркадий Павловский. А кто-то наблюдает за всем этим и посмеивается. Знать бы только кто! Скорее всего, не Игорь. И точно — не Глеб. Глеб… Чего можно ожидать от предстоящей встречи с этим человеком, я боялась даже предположить. Небольшой опыт общения с ним подсказывал, что подарков судьбы в его доме я не дождусь.

— Что приуныла? — подтолкнул меня Дима.

Я метнула на него испепеляющий взгляд, но промолчала.

Когда моя ласточка свернула с основной трассы на узкую длинную улицу, где едва ли могли свободно разъехаться две машины, я поняла, что до места назначения совсем немного. Сейчас что-то будет. Ой, и умею же я выбрать себе приятелей для экскурсий по незнакомому городу!

Под чутким Диминым руководством я повернула в темную арку между домами. Миновав ее, «девяточка» выскочила в маленький дворик, окруженный старыми постройками, и остановилась.

— Выходи, приехали, — скомандовал Дима.

Пришлось выбираться из машины.

— Пошли, — поторопил Дима, подталкивая меня к нужному подъезду. Я пошлепала прямо по замерзшим лужам, проклиная судьбу, которая сыграла со мной такую злую шутку.

В подъезде было сумрачно и неприятно. Я поморщилась и стала подниматься следом за Димой, который ни на минуту не выпускал рукав моей куртки. Когда он резко остановился, я от неожиданности налетела на него и тоже замерла.

— Что такое? — зло спросила я.

Дима не ответил. Казалось, он машинально удерживает меня, но сам уже давно позабыл, кто находится рядом с ним. Самый удобный случай, чтобы сбежать! Но идиотское любопытство всегда побеждало во мне любые проявления страха. Выглянув из-за плеча своего конвоира, я попыталась понять, что происходит.

— Что случилось?

Дима снова промолчал. Он медленно потянулся за пояс джинсов, достал пистолет и взвел курок. Я сразу притихла.

— Что там?

— Тише! — шикнул на меня Дима.

Он сделал несколько осторожных шагов в сторону одной из дверей, взялся за ручку, повернул ее и легко толкнул дверь плечом. Она тут же подалась под его натиском и беззвучно приоткрылась. «Кажется, что-то будет…» — мысленно отметила я, проскальзывая в квартиру следом за Димой. Он шел впереди, держа наготове пистолет, я кралась за ним на цыпочках, предчувствуя, что сейчас произойдет что-то экстраординарное. И это произошло, правда, все самое интересное я пропустила по той простой причине, что маячила за спиной Димы. Я только услышала его крик:

— Стоять на месте!

А потом Дима вскинул руку вверх и выстрелил в потолок.

Глава 6

Я вбежала в комнату. Открывшаяся моему взору картина никак не хотела укладываться в сознании.

В комнате, залитой ярким электрическим светом, в кресле сидел Глеб. Казалось, он читал журнал, небрежно валявшийся перед ним на столике. Но по его неестественной позе и безучастности я как-то сразу поняла — он мертв. А потом я перевела взгляд на пол — там лицом вниз лежал какой-то мужчина. Дима заламывал его руки за спину. Мужчина сопротивлялся и рычал, как пойманный зверь.

— Поднимайся на ноги! — скомандовал Дима.

Мне показалось, что я совсем теряю чувство реальности, когда Дима поднял мужчину на ноги. Передо мной стоял случайный попутчик, из-за которого я оказалась втянута во всю эту историю! Да, это был Сергей, поимку которого я так феерически провалила сегодня утром. Сергей, позабывший в моей машине сумку с фальшивыми ассигнациями. Мы опять встретились. Причем там, где я и не предполагала.

— Что, попался? Прямо на трупе… — приговаривал Дима. Я сделала несколько шагов в их сторону и остановилась, потому что наши с Сергеем взгляды встретились. Он тут же перестал сопротивляться и просто смотрел, как я медленно к нему приближаюсь.

— Кажется, судьба снова свела нас? — зашипела я.

— Убери ее от меня! — выдохнул он. Но обращался ли он к Диме или к кому-то другому, было сложно определить.

— Скотина! И откуда ты только взялся в тот проклятый день, там, на трассе? Я ведь слышала все, что ты говорил людям на заброшенной стройке. Ты говорил, что убьешь меня! А за что? Просто так — ни за что! Конечно, ведь с самого начала ты поджидал Лену! Так? Ты ведь ее ждал? А приехала я, вот ты и решил переиграть первоначальный сценарий и отдать меня на расправу тем людям! Но зачем? — Злоба во мне так и кипела. Сама не замечая того, я оказалась напротив Сергея. А потом я схватила его за воротник куртки, стиснула тонкую материю в кулаках и рванула на себя. — Скотина! Я бы убила тебя за это! Я прекрасно знаю, что ты все это специально затеял! Ты и твоя подружка — Лика! Да? Это правда?!

— Таня! — окликнул меня чей-то голос, но я отмахнулась от него.

— А может быть, ты вместе с ней и убил их всех? Сначала Алину, потом Лену. Вот только с Игорем вы немного просчитались — он выжил. А теперь — Глеб!

— Таня!

Я почувствовала, как кто-то схватил меня за плечи, пытаясь оттащить в сторону, но я лишь еще сильнее вцепилась в Сергея.

— Зачем вы все это придумали? Чтобы отомстить ее мужу и любовнику? Только потому, что они изменяли ей? Да?

Пальцы все-таки разжались, и кто-то потащил меня к дивану.

— Таня, хватит! — упорно твердил мне кто-то над ухом.

Я вдруг сообразила, что это Дима. Это он оттащил меня от Сергея и теперь усаживает на диван. Я машинально взглянула на свои руки, все еще скованные наручниками, и тут же успокоилась.

— Кто убил Глеба? — спросил он, обращаясь к Сергею. — Ты видел убийцу?

— Кажется, ты все слышал? Она… — Я не видела, но была уверена: в этот момент Сергей кивнул в мою сторону, — сказала правду. Всех троих убил я. И Алину, и Лену. Я стрелял и в Игоря. И теперь — тоже я…

— За что ты их убил?

Молчание.

— За что ты их убил, Сергей?

— Тебе мало одного моего признания? Я же сказал — всех троих убил я. Больше я ничего не скажу. Можешь даже вызвать милицию: я повторю все то же самое и ничего, кроме этого. Я не добавлю больше ни слова.

— А где Лика?

Я резко обернулась, когда услышала это имя.

— Я не знаю никакую Лику, — глухо отозвался Сергей. — Я даже никогда ее не видел.

— Он врет! — Я вскочила с места. — Это все наглая ложь! Сегодня утром он выходил из ЕЕ квартиры и нес сумку с ЕЕ вещами! Они где-то скрываются — вместе!

Дима нахмурился и посмотрел на меня исподлобья. Я поняла, что сболтнула лишнее, и притихла на диванчике.

— Что ты можешь на это возразить? — спросил Дима у Сергея.

— Я ничего не знаю. Я их убил, и все, — твердил Сергей, как заговоренный, словно и не зная других слов.

— А о том, что деньги были фальшивыми, ты тоже не знал? — спросил Дима.

На короткий миг во взгляде Сергея мелькнуло что-то осознанное, но это было лишь на миг, он тут же стал прежним и повторил все ту же фразу:

— Я ничего не знаю. Я просто их убил.

Дима тяжело выдохнул.

Я сосредоточенно наблюдала за мужчинами со своего места, предпочитая больше не лезть в их разговор.

— Не знаю почему, но ты врешь. Ты видел Лику. Ты просто не мог ее не видеть. Иначе откуда у тебя оказались деньги? Ведь их должна была везти именно она. А не какая-то Лена или вот эта… — Дима кивнул в мою сторону.

«Лика?! Так деньги должна была везти Лика!» — подскочила я на месте. Но выразить свою мысль вслух так и не успела, потому что Дима сказал то, чего я никак не ожидала. После минутной паузы он с тоской посмотрел на Сергея и коротко бросил:

— Уходи!

Я до того опешила, что даже не смогла ничего возразить. Сергей вышел из комнаты. Опомнилась я, лишь когда хлопнула входная дверь, оповещая о том, что мы с Димой остались одни.

Несколько секунд в квартире царила абсолютная тишина, а потом я, как ужаленная, вскочила с дивана.

— Ты сошел с ума? Зачем ты его отпустил, он же убийца!

— Он не убивал…

— Нужно было вызвать милицию, чтобы его арестовали! Таким, как он, место за решеткой! — не обращая внимания на его слова, выкрикивала я.

— Он не убивал, — все тем же спокойным тоном повторил Дима.

— Да что ты такое говоришь! — Наконец-то я услышала его слова. — Он же сам во всем признался! Он только что сказал, что убил Алину, Лену, стрелял в Игоря и Глеба.

— Глеба он не убивал, значит, и остальных тоже.

— Но он же признался!

— Послушай меня. Из пистолета, который он принес с собой, не было выпущено ни одной пули. Значит, когда он пришел, Глеб уже был мертв, — убежденно сказал Дима.

— Мне наплевать! Немедленно дай мне ключи от наручников!

— Зачем?

— Твой босс мертв! Зачем я тебе? Дай мне ключи! Я попытаюсь догнать его, пока еще не поздно!

Дима отвернулся от меня и устало присел перед бездыханным телом Глеба.

— Дай мне ключи!

Дима вздохнул, вытащил из кармана ключи и протянул их мне. Я тут же выхватила связку и принялась освобождаться от оков — на помощь Димы рассчитывать не приходилось.

— Он жив… — неожиданно пробормотал Дима.

— Что? — обернулась я.

— Он еще дышит!

Он вскочил на ноги и схватил Глеба за запястье, пытаясь прощупать пульс.

— Он жив! Он точно жив! Его еще можно спасти!

Дима метнулся к телефону.

— Просто невероятно… — произнесла я, глядя, как он набирает номер «Скорой» и что-то сбивчиво выкрикивает в трубку. Наблюдать за дальнейшим развитием событий я не стала. У меня были дела поважнее.

Я, не оглядываясь, выбежала из квартиры, даже не закрыв за собой дверь. О лифте напрочь забыла и, стуча каблуками по бетонным ступенькам, побежала вниз.

На улице успело стемнеть. Снег уже не таял, а тонким полупрозрачным слоем ложился на подмерзшую землю. Но я даже не заметила этого. Я села в машину и, резко повернув ключ, выехала со двора. Я ехала медленно, отчаянно оглядываясь по сторонам и пытаясь отыскать взглядом среди прохожих Сергея. Я заметила его на тротуаре: он тщетно пытался поймать попутку. Я чуть сбавила скорость и дождалась, когда рядом с ним остановится очередное авто. Перекинувшись парой слов с водителем, Сергей запрыгнул в салон разбитых «Жигулей», и машина поползла по автостраде. Я резко вдавила педаль и покатила следом.

* * *

Вслед за снежным покровом на город опустились сумерки. В маленьком дворике стало совсем темно, и только один-единственный фонарь бросал на асфальт пятно жутковато желтого света, освещая площадку возле дальнего подъезда, две скамейки и ветки сирени, усыпанные свежим снегом. В подвале надрывно мяукал кот. Я поморщилась, прислушиваясь к его жалобному вою. «Да уж, веселого мало», — угрюмо подумала я.

Я поплотнее укуталась в куртку и откинулась на спинку сиденья. В салоне «девяточки» было, как всегда, уютно и тепло, но я бы сейчас предпочла оказаться дома или хотя бы в своем гостиничном номере. Я и сама не знала, чего жду, оставаясь в этом дворе. Да, слежка за Сергеем привела меня именно сюда, и, пожалуй, на этом следовало успокоиться и отправиться восвояси, но я упорно оставалась на месте. К тому же магические кости выдали мне однозначный прогноз: 12+30+24. Что стоило понимать как: «Не обращайте внимания на временные трудности, первые победы уже не за горами». Потому я теперь с героизмом истинной патриотки преодолевала эти самые «трудности» в ожидании обещанных «побед».

Я охватила руками плечи и, закрыв глаза, погрузилась в раздумья. Что ж, история, в которую я впуталась, становилась все более непредсказуемой, но все же постепенно начинало и кое-что проясняться. И чем отчетливее становилась картина, тем больше я убеждалась, что являюсь во всем этом лишней, случайной участницей, появления которой никто не ожидал.

Получилось так, что трое наркодельцов — Игорь Берестов, Глеб Графский и Нина Орлова, напуганные появлением в городе влиятельного конкурента, решают переправить в Тарасов крупную партию наркотиков. Но после того, как им становится известно, что милиция решила устроить на них облаву, они поспешно меняют свои планы. Машину, в которой должны были везти товар, отправляют порожняком, а наркотики перевозит Лика! И, пожалуй, на этом бы все закончилось и не последовала бы жуткая череда смертей и прочих несчастий, если бы параллельно с этим не развивалась еще одна история — любовная.

А с ней все совсем непонятно! По воле обстоятельств Лика, жена Игоря Берестова, становится любовницей Глеба. Но они оба изменяют своей возлюбленной. Первый — с Леной, второй — с Алиной. Кроме того, эти девушки оказываются еще и знакомы между собой. Правда, связывает их какая-то странная дружба или что-то еще, кроме дружбы. Именно об этом говорили Павловский и неизвестная мне женщина. Но, кроме того, Алину и Лену объединяет еще и страх. Да, обе девушки чего-то явно боятся. Так, например, за Алиной следят, и она просит меня приехать в город. Лену тоже терзают какие-то предчувствия. Хотя почему «какие-то», вполне конкретные — девушка точно знает, где и когда должна произойти трагедия. И, отчаянно пытаясь спастись, она устраивает маленький инцидент с моей машиной и потом так кстати появляется рядом со мной с услужливым предложением — одолжить свое авто. И с этого момента начинается полная неразбериха.

Как у Сергея оказалась сумка с деньгами? Неужели Лика сама передала ему их? А что — почему бы и нет? Вполне возможно, что передала — деньги-то были фальшивые! Или Лика сама не знала, что в сумке — «кукла»? Иначе она не жила бы последние несколько дней на съемной квартире Сергея; девушка ему явно доверяла и даже дала ключи от квартиры и попросила принести ее вещи. Так что же связывает Лику и Сергея? И кто подменил деньги?

Что касается первого вопроса: я вспомнила слова Димы о том, что Сергей никого не убивал — из пистолета, с которым он пришел, не было выпущено ни одной пули. Но тогда зачем ему признаваться в убийствах, которых он не совершал? Ответ один — он кого-то покрывает. И имя этого «кого-то» напрашивается само собой — Лика!

А относительно второго вопроса, о фальшивых деньгах, я смутно догадывалась, что был еще НЕКТО — он-то и подменил деньги. Знать бы еще хоть что-нибудь об этом таинственном человеке: но он не оставил ни одной зацепки, и на этот счет у меня даже не было предположений. Ведь вполне возможно, что имя этого человека еще ни разу не фигурировало во всей этой истории, а возможно, я уже тысячу раз мысленно повторила его — и у меня даже мысли не возникало, что это и есть тот самый НЕКТО.

И, наконец, был еще один немаловажный вопрос — что же на самом деле произошло на заброшенной стройке? Я сосредоточила память на том коротком разговоре Димы и Сергея. Что-то в нем было не так… Что-то было неправильно…

«— Кто убил Глеба? Ты видел убийцу?

— Кажется, ты все слышал. Она сказала правду. Всех троих убил я. И Алину, и Лену. Я стрелял и в Игоря. И теперь — тоже я…

— За что ты их убил? За что ты их убил, Сергей?

— Тебе мало одного моего признания? Я же сказал — всех троих убил я. Больше я ничего не скажу. Можешь даже вызвать милицию: я повторю все то же самое и ничего, кроме этого. Я не добавлю больше ни слова».

Что-то резало слух в этом диалоге. Чего-то здесь не должно было быть. И это «что-то» и было ключом к разгадке.

Я еще раз прокрутила в памяти этот диалог, словно магнитную ленту. Раз за разом я воспроизводила этот разговор, разбирая его чуть ли не по словам. И вдруг поняла! Разгадка крылась в ничего не значащем вопросе, на который так и не был получен ответ: «За что ты их убил? За что ты их убил, Сергей?»

Дима назвал убийцу по имени!

Значит, он знал, как его зовут. Значит, они знакомы, и это — не первая их встреча.

Я выдохнула и запустила пальцы в свои густые волосы.

А еще мне вспомнился разговор с Димой в ресторане, когда я еще не знала, кто он такой. Он тогда словно невзначай заговорил о Тарасове и о том, что я ездила туда в те дни, когда шли дожди: «Погода как раз была ужасная. Весь день лил дождь». Так точно все припомнить! Так настойчиво выспрашивать об этой чертовой поездке! Вывод один — Дима был среди людей, дожидавшихся жертвы на заброшенной стройке.

Вот откуда он знает Сергея!

Я села поудобнее и приготовилась ответить на вопрос, целью которого и была вся эта череда выводов и умозаключений. Дима работал на Глеба, значит, на стройке были именно люди Глеба. Им было поручено дождаться Сергея. Но ведь Сергей не напрасно потащил меня за собой. Я прекрасно помню, как обескуражен он был и как расспрашивал о Лене. Он ждал ее! Об этом свидетельствовал и тот разговор, что я нечаянно подслушала. Женщину, которую ждали на стройке, сначала должны были допросить люди Глеба — для того, видимо, они туда и прибыли, — а потом Сергей должен был ее убить. Но убить кого? Точно — не меня! Лену? Скорее всего. Но ведь Сергей очень рисковал, пытаясь выдать меня за другую девушку. Неужели люди Глеба ни разу не видели того человека, с которым они собирались устроить разговор по душам? Выходит — нет. Но совершенно непонятно еще и то, что же должна была делать на трассе Лена. И главное — что понадобилось Глебу от любовницы своего компаньона? Бред какой-то!

Я почувствовала, что голова у меня начинает болеть от такого количества несвязных мыслей, и поспешила выбраться из машины. «Может, Сергей вообще весь вечер собрался просидеть дома, — подумала я. — Что, и мне, что ли, ночевать тут?» Я с тоской посмотрела на часы — время обеда, а здесь неподалеку, кажется, есть продуктовый магазинчик — я заметила его, когда ехала следом за Сергеем в этот дворик.

Покидать наблюдательный пункт особой охоты не было, но в конечном итоге чувство голода победило, и, бросив свою ласточку во дворике, я отправилась на поиски провизии. Магазинчик действительно обнаружился на углу соседнего дома, я обзавелась свежей выпечкой и холодным чаем и поспешила обратно. Но стоило мне только забраться в салон и приготовиться к трапезе, как из подъезда вышел Сергей. Он был одет, как и в тот вечер на трассе: в черный кожаный плащ, и при нем был неизменный зонт. Он раскрыл его и, укрывшись от мокрых хлопьев снега, быстро зашагал в сторону шоссе. Я проводила его взглядом и выскочила из машины. Не раздумывая ни минуты, я понеслась к подъезду, откуда он вышел. О том, как именно я буду искать нужную квартиру, я даже не задумывалась, просто автоматически нажала на первую попавшуюся кнопку звонка на первом этаже.

— Иду! Иду! — послышался мелодичный женский голосок из-за двери, и тут же щелкнул замок. — А вам кого? — добродушно улыбаясь, спросила меня молодая женщина в серенькой юбочке и такой же блузке.

— Извините, что беспокою вас, но в этом подъезде живет мой знакомый, мы работаем с ним в одной конторе, его зовут Сергей. Он уже несколько дней не появляется на работе, а телефона у него нет, вот меня и прислали узнать, что с ним случилось. А я… уж и не знаю, как так получилось, но я потеряла его адрес. Вот улицу нашла, дом вспомнила, а номер квартиры…

— Как, вы сказали, зовут вашего знакомого? — участливо спросила девушка.

— Сергей.

— А фамилия?

Я замялась:

— Понимаете, я недавно в конторе. Еще всех не запомнила. Право, так неловко вышло… А вернуться и рассказать начальнику, что случилось, не могу: сразу же уволит.

— Ничего. Я и так попробую вспомнить. Значит, Сергей… — задумчиво протянула девушка и, обернувшись в темноту квартиры, крикнула: — Сашенька, ты не знаешь, живет в нашем подъезде некий Сергей?

Позади девушки замаячила громадная фигура того, кого она назвала Сашенькой.

— Сергей? Не припоминаю такого. Из постоянных жильцов такого точно нет, разве что он снимает здесь квартиру.

— Да, именно так, снимает, — тут же подхватила я.

— В нашем подъезде квартиру сдает только Марья Сергеевна. Вам нужно подняться на пятый этаж, в сто девятую.

Воодушевленная таким удачным началом, я поблагодарила за оказанную помощь и быстро взбежала по крутой лестнице на нужный этаж.

Дверь с номером сто девять была настолько хлипкой, что казалось — ее можно открыть легким толчком плеча. Но прочность двери я не собиралась проверять и решительно нажала на кнопку звонка: раз, другой, третий…

Я вдавливала кнопку, припадала ухом к двери в надежде услышать внутри квартиры хоть какое-нибудь движение, но там царила абсолютная тишина.

Возможно, Лика просто боится открыть, а возможно, ее там просто нет.

Я потопталась еще немного перед дверью и спустилась вниз. Выйдя из подъезда, я запрокинула голову и попыталась определить, какие окна принадлежат квартире Сергея. После непродолжительных вычислений я наконец определила два его окна и балкон, а рядом — соседский. Этого маленького открытия было более чем достаточно, чтобы я в новом порыве воодушевления побежала на нужный этаж. Теперь я проигнорировала дверь под номером 109 и нажала на звонок 108-й. Через полминуты послышались шаркающие шаги.

— Кто? — раздался старческий голос из-за двери, хотя я не сомневалась, что сейчас обладательница этого голоса плотно прильнула к «глазку».

— Это ваша соседка. Я снимаю здесь квартиру.

Замок щелкнул, и дверь чуть приоткрылась. Глядя в образовавшуюся щель, откуда поблескивали два глаза, я мило улыбнулась.

— Извините, мы с мужем снимаем квартиру у вашей соседки — Марьи Сергеевны. — Я на секунду замолчала, пытаясь сообразить: правильно ли я назвала имя хозяйки квартиры, которую снимал Сергей. — Я несколько дней была в командировке и вот вернулась, как выяснилось — ключи забыла, а муж уже ушел на работу. Я подумала, что наши с вами балконы совсем близко и я могла бы перелезть, попала бы в свою квартиру, и мне не пришлось бы ждать возвращения мужа, тем более что придет он только к вечеру.

Я замолчала в ожидании ответа. Старушка еще некоторое время с любопытством изучала меня, а потом распахнула дверь.

— Конечно, проходи, дочка.

— Спасибо, — выдохнула я, протискиваясь в узенький темный коридорчик.

— Так ты — жена того молодого человека, что поселился со мной по соседству? — спросила старушка.

Любопытство по-прежнему озаряло ее выцветшие старческие глаза. И я вдруг поняла, что из этого любопытства я могу извлечь некую выгоду, если, конечно, сумею правильно себя повести.

— Да. Я — жена Сергея. А что, разве за время моего отсутствия здесь появились другие женщины?

— Я не знаю, дочка, — вдруг засуетилась старушка, отводя свои любопытные глаза в сторону. И я поняла, что правильно все рассчитала.

— Я знаю о том, что мой муж прежде изменял мне! Мы с ним даже хотели развестись из-за этого, но он умолял простить его, и я простила. Так неужели он опять… Скажите, вы видели у него другую женщину?

— Ох, дочка, и зря ты еще тогда не развелась с ним, коли оно так, — вздохнула старушка.

— Значит, у него кто-то был? — Я постаралась произнести это с горечью, правда, получилось у меня неважно. Но старушка, кажется, ничего не заметила и только продолжала сочувственно вздыхать. — И давно она у него была? — нетерпеливо спросила я.

— Да пробыла она у него всего-то пару дней, а вчера как ушла с утра, так и все. Видать, потому что ты должна была вернуться. Эх, и гад у тебя муж, дочка. Ты за порог, а он другую к себе тащит…

— Спасибо, что сказали. Так, значит, вчера эта девушка уже здесь не ночевала?

— Да, точно говорю.

Вообще-то больше мне ничего и не требовалось знать, можно было бы уйти, но я пришла сюда под видом соседки, которая забыла ключи и просит разрешения перелезть через балкон в свою квартиру. Так что…

В сопровождении старушки я вышла на балкон. Никогда не страдала страхом высоты, но перспектива перелезать с одного балкона на другой на расстоянии пяти этажей от земли меня не прельщала. Впрочем, деваться мне было некуда, так что пришлось проглотить проклятия и посильнее вцепиться пальцами в перила.

Слова благодарности я произносила чисто машинально, уже стоя на балконе Сергея, и так же машинально выслушала старушкин совет — немедленно развестись с мужем. После чего вошла в квартиру.

Здесь буквально все указывало на то, что это не постоянное жилье, а пристанище для разных людей с разными интересами. Словно каждый жилец оставил здесь часть себя, что-то свое, неповторимое: в окружении рюмок из дорогого чешского стекла стояла большая глиняная собака с ярко-красным языком, плакат с Мадонной соседствовал с портретами каких-то рокерских групп, на разложенном диване была небрежно брошена мягкая детская подушка в форме ромашки, вероятно, забытая еще прежними жильцами. Должно быть, единственно неизменным и объединяющим интересы разных обитателей квартиры оставался только телевизор.

Я закрыла дверь на балкон и прошла через гостиную в коридор, заглянула в кухню, имевшую поразительно унылый вид из-за отсутствия занавесок на окнах, и вошла в спальню. Что ж, квартира была действительно пуста…

Я уже хотела уйти, когда мое внимание привлекли две фотографии, словно нечаянно забытые на письменном столе. Я подошла ближе и взяла одну из них. Я сразу же узнала девушку, изображенную на снимке, — это была Лика. Я перевернула снимок обратной стороной и прочла вслух:

— «Глеб Графский. 20 октября. Трасса Тарасов — Налинск. 8:00».

Я невольно передернула плечами. Что это значит? Именно 20 октября где-то около 8:00 я ехала по трассе Тарасов — Налинск. Чертовщина какая-то! Я схватила второе фото, на котором тоже была запечатлена улыбающаяся Лика. На обратной стороне уже другим почерком были накорябаны неровные строчки: «Игорь Берестов. 20 октября. Трасса Тарасов — Налинск. 8:00».

Я опустилась на стул. В голове моей царил настоящий кавардак. Я перевела взгляд на пепельницу, которая стояла здесь же, — она была полна окурков, а рядом лежала пустая пачка от сигарет. Я, даже не считая, могла сказать, что в пепельнице — двадцать окурков. Ровно столько сигарет в пачке, которая теперь была пуста…

— Н-да, — многозначительно протянула я и вышла из квартиры: больше мне здесь делать было нечего. Я неторопливо спустилась вниз и вышла на улицу. И что же предпринять? Ждать, пока вернется Сергей, а вместе с ним, возможно, и Лика? А когда они вернутся?

Я решительно села в салон своей ласточки и повернула ключ зажигания. Уже на полпути к гостинице в сумочке пронзительно заверещал сотовый. По дисплею бежали знакомые цифры тарасовского номера.

— Привет! — взяла я трубку.

— Привет, привет, — буркнул Володька на том конце провода.

— Ну, что? У тебя есть для меня информация?

— Есть. Записывай адрес Павловского.

Через пять минут я резко вдавила педаль тормоза. Визжа шинами, моя «девяточка» развернулась посреди дороги и помчалась в обратном направлении — мои планы на сегодняшний вечер круто изменились.

Аркадий знал о некой тайне, связывавшей Алину и Лену. Возможно, это и есть ключ к убийству девушек, а значит, я на полпути к раскрытию этого запутанного дела.

* * *

На город опустилась ночь — холодная и беззвездная, какие обычно и бывают в это время года. Моя «девяточка» неслась по загородной трассе, рассекая темноту дальним светом фар.

Что ж, у моего знакомого Павловского оказались свои причуды: сей обеспеченный господин предпочитал жить в своем доме, подальше от городской суеты, так сказать, в тиши вековых сосен. Кстати, сосен здесь и впрямь было в изобилии, но в октябрьскую ночь на пустой трассе они навевали скорее уныние, нежели мечты о прекрасном.

Я старательно всматривалась в дорожные указатели, боясь проскочить нужный знак, за которым был поселок, где и проживал Аркадий Романович. Как выяснилось чуть позже, не заметить этот указатель было нельзя. Еще издалека я заприметила у трассы кирпичный домик, возле которого имело место скопление большого количества фонарей. Я прибавила скорость и через пять минут притормозила у шлагбаума, преградившего мне дальнейший путь. Из низкого строения вышел здоровенный тип.

Я опустила окно со своей стороны и улыбнулась суровому дядьке.

— Добрый вечер. Вы к кому?

— Я? — растерялась я.

— Вы, — хладнокровно кивнул он. — Вас ждут?

— Ну, в общем-то, да, — не будучи уверена в том, что говорю, протянула я.

— Назовите свою фамилию.

— Зачем?

— Если вас действительно ждут, то у нас должен быть пропуск на ваше имя.

Кажется, я начинала понимать, почему Павловский решил поселиться в этом поселке. Режим охраны тут похлеще, чем в Белом доме, — и муха не пролетит без особого на то разрешения, а уж мне и мечтать не стоит.

— Ваша фамилия, — повторил представитель тамошней службы безопасности.

— Простите, но у меня нет никакого пропуска. Я — обычная туристка. Решила проехаться по окрестностям города. Вот и все. Я не знала, что для этого нужен пропуск, — пошла я на попятный.

— Это частная территория, въезд разрешен только по пропускам. Если у вас такового нет, я не могу вас пропустить.

— Жаль, а мне говорили, что здесь очень красивые места.

— Ничем не могу вам помочь, — заявил охранник, давая тем самым понять, что разговор окончен.

Я вздохнула, закрыла окошко и повернула ключ зажигания. Однако сдаваться я не собиралась. Я отъехала от сторожевого пункта на приличное расстояние, погасила фары и заглушила мотор. Прихватив сумочку, я выбралась из салона. На улице было слякотно и промозгло. Я поежилась, поплотнее закуталась в шарф и, вздохнув, огляделась по сторонам. На трассе после восьми часов вечера не было ни одной машины, а с двух сторон к дороге подступали гигантские сосны. Их верхушки колыхались высоко в воздухе и как-то неприятно гудели. Хотелось запрыгнуть в ласточку и умчаться подальше отсюда. Но делать было нечего: за непроглядной полосой деревьев справа от меня скрывался поселок, куда я так стремилась попасть.

Мысленно пожелав себе удачи, я перебралась через низкое ограждение и стала спускаться с откоса. Земля оказалась настолько скользкой, что пару раз я чуть не скатилась вниз кубарем, и только сухие ветки кустарников, за которые я успевала ухватиться, спасали меня от неизбежного падения. Таким образом, спотыкаясь о невидимые в темноте кочки и чертыхаясь, я достигла лесополосы. А дальше — больше. Колючие ветки хлестали меня по лицу и рукам, цеплялись за одежду; и через пять минут с начала своего путешествия я уже боялась подумать — во что превратилась моя одежда. А что еще ждет меня впереди — я боялась даже представить. Но, как выяснилось, ничего криминального не произошло, впрочем, ничего хорошего — тоже. Немного поплутав по хвойному лесу, я наконец-то попала в поселок. И тут — сюрприз! По наивности я полагала, что сторожевой пункт — единственная преграда на моем тернистом пути. Но теперь, глядя на высокие заборы, неприступной стеной окружающие дома, я начала понимать всю безвыходность своего положения.

Конечно, можно было смело развернуться и пойти восвояси. Даже не знаю, почему я так не сделала, а отправилась плутать по поселку в поисках дома, в котором жил Павловский. Должно быть, из-за незнания окрестностей здешнего ландшафта я в конечном итоге вновь оказалась напротив пресловутой сторожки.

— Проклятье, — пробормотала я, быстро метнувшись в тень деревьев.

Из своего укрытия я увидела небольшую площадку у сторожки, освещенную светом. У шлагбаума стояла дорогая иномарка с тонированными стеклами. Все тот же здоровый дядя, встретившийся мне, приветствовал запоздалого гостя. Правда, с ним говорили куда более вежливо.

— Да, да. Мы всегда рады вас видеть.

Слов человека, сидящего за рулем, я не расслышала.

— Предупредили. Аркадий Романович вас ждет. Можете проезжать.

«Аркадий Романович!» — чуть не выкрикнула я имя человека, которого так жаждала увидеть. На такой подарок судьбы я и не рассчитывала!

В следующую секунду шлагбаум поднялся. Шурша шинами по мокрому асфальту, иномарка въехала в поселок. Я низко пригнулась к земле, когда она медленно проползла мимо меня и, полыхнув фарами в темноте, скрылась за поворотом.

Я тут же выпрямилась и, стараясь красться незаметно, поспешила следом за ней. «Если дом Павловского находится в другой части поселка, то мне ни за что не успеть», — подумала я и тут же резко остановилась. Иномарка, которую я так отчаянно преследовала, стояла у ворот одного из ближайших домов. Дверца со стороны водителя открылась, и из машины выбрался коренастый тип. Он запахнул полы пиджака, поежился и размашистым шагом подошел к воротам. Недолго думая, я бесшумной тенью метнулась к иномарке. Открыла дверцу и юркнула в салон. Дело было сделано.

Притаившись на заднем сиденье машины, я ждала, что будет дальше. Выглянуть я не решалась, и мне оставалось только прислушиваться к ночной тишине. Через несколько минут я услышала голос мужчины, в чью машину я так бесцеремонно влезла.

— Аркадий, это я. Открывай, — проговорил он, очевидно, по внутренней связи.

Голос отчего-то показался мне знакомым. «Странно, но я точно его уже слышала раньше», — отметила я про себя. Но развить эту мысль мне так и не удалось: мой попутчик вернулся в машину. Я услышала, как открылась дверца, он тяжело плюхнулся на сиденье и завел мотор. Иномарка плавно покатилась вперед — в распахнутые ворота дома Аркадия Павловского.

Машина проехала всего пару метров вперед и остановилась. На пол рядом со мной упала полоска света, очевидно, льющегося из окна дома. Я затаила дыхание, машинально опустила руку в сумку и схватилась за рукоятку пистолета.

Гость заглушил мотор и выбрался из машины. Я услышала, как хлопнула дверца.

— Привет, Рустам. Рад, что ты приехал так скоро. — Голос, кажется, принадлежал Павловскому — в закрытом пространстве душного салона было сложно определить, действительно ли это мой знакомый или нет. Однако каждое слово говорившего мне было отлично слышно. И имя Рустам — тоже. Неужели это именно тот человек, о котором я думаю?! Так вот откуда мне знаком его голос! Но какие общие дела могут быть у управляющего гостиницей «Ривьера» с претендентом на львиную долю наркобизнеса в этом городе?

— Я же сказал, что мигом приеду, — отвечал второй голос, по моей смутой догадке, принадлежащий Рустаму Анатольевичу. — Что у тебя произошло?

— Идем в дом, там и поговорим. Оленька нам кофе заварила.

— Отлично, только пальто прихвачу. Сегодня наипротивнейшая погода…

— Да уж, не припомню, чтобы когда-нибудь еще в октябре было так мерзко и шел снег…

Едва заслышав слова о пальто, я выпустила из пальцев пистолет и на ощупь нашла в сумке маленький диктофон — мое последнее приобретение, которое всегда и повсюду теперь меня сопровождает. Дальнейшее было делом рук мастера и результатом моей удачливости: я с легкостью дотянулась до черного драпового пальто, брошенного на переднее сиденье. Едва я уронила диктофон в карман, как дверца открылась. В салон ворвались холод и сырость. Рустам подхватил пальто и снова вынырнул на свет.

— Пошли скорее, а то на улице собачий холод, — была последняя фраза, произнесенная им, которую я смогла услышать. Наступила тишина. Пару минут я прислушивалась к ней, а потом мне стало скучно. Ну и что мне делать дальше? Конечно, подбрасывать диктофон Рустаму — дело рискованное, но шататься по частной территории, где за каждым углом куча охраны и наверняка по всему периметру установлены камеры слежения — еще более опасно и грозит заключением под стражу. А уж пропуск в камеру Аркадий достал бы для меня с удовольствием — я в этом даже не сомневалась!

Минуты ожидания тянулись томительно долго. Я то и дело поглядывала на часы и вздыхала. О чем же они могут так долго говорить? Да что их вообще может связывать? Ведь Рустам — ближайший друг Нины Орловой, ее правая рука, а Нина и Аркадий — не просто конкуренты, они самые настоящие враги, готовые перегрызть друг другу глотки за право господства на рынке наркобизнеса в этом городе! Похоже, у моего приятеля Рустама рыльце в пушку. Но я все равно не понимаю: зачем ему это? Не проще ли быть заодно с Ниной? Он же сам говорил, что они знакомы чуть ли не со школьной скамьи. Так не лучше ли остаться с ней, чем искать новых друзей? Тем более если имя этого друга — Аркадий. Вот уж с кем бы даже под страхом смерти в разведку не пошла! Видно, Нина чем-то сильно насолила Рустаму. А может, все проще — он просто захотел быть не просто управляющим, а хозяином?

Рустам вернулся примерно через час. Сначала я услышала голоса, которые становились все более и более отчетливыми.

— …еще немного, — различила я конец фразы, произнесенной Аркадием.

— Я жду не дождусь этого. Поскорей бы уже все решилось!

— Терпение, терпение, и все получится именно так, как мы рассчитали.

— Надеюсь…

Дверца открылась. Снова поток холодного воздуха ворвался в салон, и я сразу же замерзла.

— Если что, я с тобой свяжусь.

— Только звони на сотовый. Другие номера могут прослушиваться.

— Конечно. До встречи.

Рустам запрыгнул в салон. Дверца хлопнула. Заурчал мотор. Краешком глаза я увидела, как Рустам потянулся к бардачку, достал из него пачку сигарет. Через пару минут по салону расплылся едкий аромат сигарет с ментолом. Черт! Только этого мне не хватало — терпеть не могу этот запах. Я уткнулась носом в шарф. А машина между тем выехала из ворот дома Павловского и покатила вперед по освещенной дороге. Однако вскоре авто снова остановилось.

— Уже уезжаете? — услышала я знакомый голос охранника. Все ясно, мы просто остановились перед закрытым шлагбаумом.

— Я и так у вас сегодня поздний гость.

— До свидания.

Машина выехала на открытую автостраду, и Рустам прибавил скорость. До гостиницы мы домчались за полчаса. И снова удача мне улыбнулась — мой попутчик не стал ставить машину на стоянку, а бросил у главного входа в «Ривьеру». Я выждала пару минут на всякий случай.

«Отличная прогулка перед сном!» — поздравила я саму себя, выбираясь из душного салона. Я поправила прическу, кокетливо перекинула кисточки шарфа через плечо и заспешила к стеклянным дверям гостиницы «Ривьера».

Константин Николаевич был на своем неизменном месте. Он заметил меня, как только я вошла в холл, но предпочел не обращать внимания на мое появление и продолжал что-то увлеченно изучать в журнале посетителей. «Неужели Рустам рассказал ему о том, как я с ним поступила, и теперь администратор воспылал праведным гневом в мой адрес?» — пронеслось в моей голове, но прежней решимости эти мысли не нарушили. Я остановилась у стойки, прямо перед Константином Николаевичем, дожидаясь, когда он соизволит на меня взглянуть.

— Добрый вечер, Татьяна Александровна. У вас что-то случилось? — безукоризненно вежливо спросил он.

— Нет. У меня все в полном порядке, — улыбнулась я. — Просто я хотела спросить у вас.

— Да.

— А где Рустам?..

— Анатольевич, — как всегда, услужливо пришел мне на помощь администратор.

— Именно. Рустам Анатольевич!

— Он приехал буквально пару минут тому назад. Кажется, сейчас он у себя в кабинете. Он хотел потом спуститься вниз и поужинать.

— Поужинать в ресторане? — уточнила я.

— Да.

— Вы уверены?

— Совершенно. Он попросил, чтобы для него накрыли столик.

— Большое спасибо, Константин! — просияла я и модельной походкой прошествовала к лифту.

Оказавшись в своем номере, я быстренько приняла душ и переоделась. Когда я вышла из ванной комнаты, на часах было начало десятого. По моим скромным подсчетам, Рустам уже должен сидеть в ресторане. А значит, пришла пора мне вступать в игру! Я убрала влажное полотенце, поправила волосы и, сочтя, что для этой маленькой экскурсии сойдет и такой мой внешний вид, выскользнула из своего номера. Быстрым шагом я прошла по коридору, поднялась на третий этаж и остановилась перед дверью с табличкой «Управляющий». Я огляделась по сторонам — никого. Я тихонечко поскреблась в дверь. Как я и думала, ответа не последовало.

— Отлично! Просто замечательно! — пробормотала я, доставая из кармана отмычку и ловко взламывая дверь. Через пару секунд замок поддался. Я еще раз огляделась по сторонам и, открыв дверь, скользнула внутрь кабинета. Собственно говоря, с момента моего последнего визита сюда ничего не изменилось. Все тот же офисный стол, кожаный диван, кресла и стеллажи с документацией. Интересно, а где же шкаф, куда Рустам мог повесить пальто, в кармашек которого я опустила диктофон? Никакого шкафа не было! Зато я увидела само пальто. Оно висело на спинке одного из кожаных кресел.

Я метнулась к нему и схватила пальто. В правом кармане оказалось пусто, я чертыхнулась и запустила руку в левый карман. Мои пальцы ухватились за маленький корпус аппарата. Доли секунд, когда диктофон оказался в моих руках и дверь открылась, — совпали….

На пороге стоял Рустам и во все глаза смотрел на меня. Я только успела спрятать диктофон за спину и глупо улыбнулась. Попалась!

— Привет, — сказала я первое, что пришло в голову.

— Привет, — ответил Рустам и шагнул в кабинет.

Дверь со стуком захлопнулась, мы остались вдвоем. Ситуация была наиглупейшая. Я тут же вскочила с кресла и сделала шаг назад.

— А что вы тут делаете?

— Я? — переспросила я. — Вас искала.

— Меня?

— Да, — уже более уверенным тоном подтвердила я.

— Странно как-то.

— Что тут странного?

— Мне казалось — я закрыл кабинет.

— Разве это так важно? — Я выдала ему очаровательную улыбку и кокетливо потупила глазки. Всегда знала, что привлекательность — это самое сильное оружие, и, кажется, настал тот самый момент, когда этим оружием нужно воспользоваться.

— Конечно, не важно, — тут же признал мою правоту Рустам. — А что случилось? Почему вы меня искали?

— Я… Э-э-э… Я решила, что должна извиниться за вчерашнее. Глупо получилось, — промямлила я. Сейчас ситуация была ничуть не лучше, но «красота — это страшная сила» — твердила я про себя и, глядя на Рустама, убеждалась в истинности сего незамысловатого суждения.

— Да, вы правы. Вчера вышло все как-то глупо.

— Так вот… Мне очень жаль, что так получилось. Это было не то, что вы могли подумать. Мы с… э-э-э… Димой — просто друзья.

— Хорошо. — Рустам пожал плечами. Он по-прежнему стоял напротив двери, и проскользнуть мимо него не представлялось никакой возможности. Я продолжала торчать посреди комнаты и ждала, когда наконец представится шанс улизнуть отсюда.

— Значит, мир? — тихо спросила я.

— Мир, — кивнул Рустам.

— Вот и хорошо. А то я очень переживала…

— Правда?

— Конечно!

— В таком случае, может быть, поужинаем вместе?

Я мысленно выругалась.

— Уже поздно.

— Действительно.

Рустам сделал шаг в мою сторону.

— Танечка, мне совершенно наплевать на этого вашего друга. Вы такая замечательная, что злиться на вас просто невозможно.

Говоря это, Рустам вплотную приблизился ко мне и взял за руку.

— Мне очень приятно это слышать, — пробормотала я.

Рустам сделал еще один шаг. На этот раз я отступила.

— Мне пора…

— Подождите хоть немного. Нам с вами все время кто-то мешает поговорить.

— Давайте поговорим завтра, — предложила я, делая еще один шаг назад. Нечаянно я на что-то натолкнулась, не удержала равновесия и шлепнулась на диван.

— Может, перейдем наконец-то на «ты»? — ненавязчиво предложил Рустам.

Я тут же воспользовалась предложением и негодующе воскликнула:

— Ты сошел с ума!

— Но ты же сама… пришла… — напомнил Рустам, хватая меня в объятия.

— Чтобы извиниться! — сопротивлялась я.

Я с силой рванулась в сторону от Рустама и нечаянно толкнула журнальный столик. С него что-то свалилось, послышался звон разбитого стекла. Рустам тут же отпустил меня и нагнулся за тем, что упало на пол. Когда он выпрямился, в его руках была рамочка для фотографии.

— Извини… Я нечаянно…

Я уже хотела вскочить с дивана, но тут мой взгляд скользнул по фотографии, с которой на меня смотрело знакомое лицо. Я даже не сразу сообразила, откуда знаю эту девушку, просто какой-то неприятный холодок пробежал по коже. А потом в моей памяти словно вспышкой озарило страшную картину: кухня, на полу лежит девушка в шелковом халате, распахнутом на груди, а на лбу у нее — маленькая черная дырочка. С глянцевой поверхности фотографии на меня смотрела та же девушка. Только на снимке она была улыбающаяся и живая, а в моих воспоминаниях — мертвая…

— Кто это?

Я склонилась над снимком, позабыв обо всем, что еще пару секунд назад происходило в этом кабинете. Рустам осторожно провел тыльной стороной ладони по снимку, стряхивая стеклянную крошку.

— Это моя сестра.

Хорошо, что в эту минуту Рустам смотрел на фото и не мог видеть моего лица, но голос все-таки у меня дрогнул:

— Правда? Эта девушка — твоя сестра?

— Да. А что? — Рустам обернулся ко мне, правда, только на долю секунды.

— Знаешь, она напомнила мне одну мою старую знакомую. Очень похожа! А как зовут твою сестру?

— Лена.

Это новое неожиданное открытие переворачивало все в прежних моих доводах.

— Ту мою знакомую тоже звали Леной. Скажи, а где сейчас твоя сестра?

— Ее убили.

— Какой ужас… — пробормотала я. — А убийцу уже нашли?

— Нет. Убийца все еще на свободе, но скоро он будет наказан.

— Так, значит, милиция все-таки напала на его след?

— Нет. Но я уверен — его найдут, и справедливость восторжествует…

Рустам поднял голову. В его взгляде плескалась лютая ненависть. Он быстро отвернулся. Я, не отрываясь, следила за его рукой. Он поставил разбитую рамочку на стол. Когда он поднялся с дивана и медленно подошел к окну, я еще долго смотрела на фото девушки, пересеченное кривой линией отколотого стекла. Я тряхнула головой и тоже встала с дивана. Очень осторожно я подошла к Рустаму и положила руку ему на плечо.

— Мне очень жаль. Это произошло недавно? Верно?

— Несколько дней тому назад.

— Мне правда жаль. Я, пожалуй, пойду…

Рустам ничего не ответил, и я молча вышла из его кабинета. До своего номера я шла медленно, забыв о лифте и отсчитывая про себя ступеньки. То, что я узнала, никак не укладывалось у меня в голове.

Лена — сестра Рустама! Интересно, а он знал, что она встречается с Игорем Берестовым? А об Алине он что-нибудь знал? Бред какой-то!

Я закрылась в номере, забралась с ногами в кресло и вытащила пачку сигарет, приобретенную мной по пути до гостиницы. «Одна сигарета. Всего одна. Это мне сейчас крайне необходимо», — пообещала я самой себе, срывая с пачки фольгу. Но как только я защелкала зажигалкой, во мне взбунтовалась та часть моего внутреннего «Я», которая была жуткой поборницей здорового образа жизни.

— Вот черт! — прошипела я сквозь зубы, схватила пачку сигарет и, подбежав к окну, вышвырнула ее в форточку. Потом снова вернулась в кресло, уселась поудобнее и достала диктофон, перемотала пленку и включила запись. Сначала можно было расслышать только шум и хруст, на фоне которого едва различались голоса, а потом запись пошла чистая, без помех.

— Нужно решать все как можно быстрее… — Голос Рустама, взволнованный и надтреснутый, несся из диктофона.

— Осталось совсем немного. Все уже готово. Буквально один шаг отделяет нас от полной победы над империей Нины Орловой. Эта дамочка сама себе вырыла могилу. Причем такую глубокую…

— Да уж…

— Честно говоря, я не ожидал, что она зайдет так далеко…

— Сколько ей дадут?

— Вкатят срок по полной программе! Будь уверен. Менты давно охотятся за всей их компанией. Глеб и Игорь в реанимации, оба в тяжелом состоянии. И, похоже, они застрянут там надолго. Так что она одна, живая и здоровая, достанется ментам. И спрос будет с нее одной!

— Это точно. К тому же на ее совести грехов побольше, чем у Глеба и Игоря. За то, что она сделала, в прежние времена приговорили бы к расстрелу!

— Брось. Для нее тюрьма будет хуже смерти…

— Возможно, ты прав. Нина — и в тюрьме… Ха, даже не представляю себе эту картину! Так когда начинаем действовать?

— Все зависит от тебя. Ты узнал код сейфа с документами?

— Узнал. Остается только забрать из него все бумаги и…

— Давай скорее! Без реальной документации, по которой проходят все банковские счета и где наглядно видно, как она отмывает деньги, прикрываясь своим гостиничным бизнесом, нам нечего будет предъявить ментам. Одни наши слова ничего не будут значить — ты сам это прекрасно понимаешь.

— А как же…

— Спокойно! Я прекрасно знаю, о чем ты сейчас думаешь. Это пойдет на закуску… Так что действуй. Все зависит только от тебя.

— Хорошо. Возможно, уже завтра все будет сделано. Я сразу же с тобой свяжусь.

— Поторопись. Чем раньше — тем лучше.

Дальнейший разговор уже не имел смысла. Мужчины пустились в рассуждения о политике и к прежней теме не возвращались. Когда кнопка «плей» щелкнула, я обхватила голову руками.

Что ж, очень интересно! Значит, на днях решится судьба госпожи Орловой! А Павловский действительно оказался сильным противником: нашел-таки самое уязвимое ее место, которым оказался Рустам… Вечно пребывавший на вторых ролях, никогда не выходивший из тени блистательной Нины Орловой, он наконец-то решил устроить настоящий бунт на корабле, который и без того идет ко дну. Ну, Аркадий! Ну, молодец! Нашел себе такого напарника — можно бы лучше, да некуда!

Я еще немного повосторгалась способностями Павловского, потом погасила свет и перебралась под одеяло. Похоже, в моем расследовании тоже намечаются серьезные сдвиги, и не мешало бы как следует выспаться перед этими эпохальными событиями.

Глава 7

Неизвестно как в номер проник холод — мерзкий, подвальный холод, пробирающий до мозга костей. В два счета я заледенела даже под теплым одеялом. Спать в таких условиях было просто невозможно!

Я вскочила с постели и в полном недоумении уставилась на открытое окно. Занавеска развевалась на ветру, а о подоконник ударялись крупные капли дождя — от них на полу перед окном уже образовалась лужа, увеличивающаяся прямо на глазах. Что это? Что за чертовщина? Я точно помню, что все окна были закрыты на шпингалеты!

Стуча зубами, я прошлепала к окну. Вот проклятье! Вот невезение! День определенно не задался с самого утра! Я закрыла окно, плотно защелкнула все задвижки и вдруг замерла на месте. Даже не оборачиваясь, я почувствовала, что в комнате кто-то есть.

«Пистолет в сумке. А где сумка?» — вихрем пронеслось в голове. Но просить незваного гостя, проникшего ко мне с утра пораньше, немного подождать, пока я поищу пистолет, было бы безнадежно глупо. Уповать приходилось только на собственные силы. Я круто развернулась от окна, готовая броситься в атаку, да так и замерла. В кресле, вальяжно развалившись, сидел Дима и крутил на пальце пистолет. Когда наши взгляды встретились, на его губах расплылась ленивая улыбка.

— Привет, красавица, что так долго спишь?

— Ты?! — Я буквально захлебнулась от злобы. — Что тебе еще от меня надо?

— Да вот… — Дима пожал плечами, как будто все как надо, — по старой дружбе решил в гости заглянуть.

— Заглянул? — прошипела я.

— Да.

— Отлично! Теперь проваливай! Иначе я позову охрану!

— Попробуй, — резонно заметил Дима.

Я посмотрела на пистолет в его руке и поняла — действительно, даже пробовать не стоит. В данной ситуации, впрочем, как и в любой другой, прав тот, у кого в руках оружие. У меня его не было, так что приходилось принимать чужие правила игры.

— Чего тебе от меня надо? — чуть сбавила я тон.

— Как я понял, ты намерена разобраться в этом деле.

— В каком еще деле?

— В том самом, из-за которого тебя чуть не убили, — услужливо напомнил Дима. — Или будешь отпираться, что тебе на все это наплевать?

Отпираться я не стала, и мой собеседник одобрительно хмыкнул.

— Конечно. Иначе зачем тебе было встречаться с Берестовым и откуда бы ты узнала, что он ранен, а его любовница убита? Я тоже хочу узнать, кто стрелял в Глеба Графского — он был для меня далеко не последним человеком, и я не хочу, чтобы все произошедшее вчерашним вечером осталось безнаказанным. Так что, как видишь, наши интересы совпадают. И хотя прежде мы с тобой не слишком ладили, думаю, нам все-таки придется некоторое время сотрудничать. Ты же сама прекрасно понимаешь, что мы можем помочь друг другу. Ведь каждый из нас знает то, что неизвестно другому.

Я поджала губы. Сотрудничать с личностью, явно замешанной в криминале, мне совсем не хотелось. Но в одном Дима был прав: мы оба обладаем взаимно ценной информацией. Более того, на данный момент, пожалуй, он — единственный, кто может пролить хоть какой-то свет на тайну отношений Сергея и Лики.

Я с сомнением смотрела на него и никак не могла решиться. Он верно истолковал мое молчание и произнес:

— Не бойся. Это чисто деловое предложение, и ты напрасно думаешь, что я могу тебя убить. Если я и устроил бы тебе финиш, то только по приказу Глеба, но Глеб сам сейчас на грани жизни и смерти, а лично мне от твоей кончины нет никакого прока.

«Спасибо! Утешил!» — хотела было съязвить я, но передумала. К тому же сразу чувствовалось, что Дима не имеет ни малейшего представления о том, с кем он имеет дело. Я гордо вздернула подбородок.

— Ничего я не боюсь, — фыркнула я.

— Тогда по рукам?

— Тогда спрячь пистолет, — в тон ему ответила я.

Дима улыбнулся и послушно сунул пистолет за пояс джинсов.

— Ну что, ты согласна? — снова повторил он.

— Согласна, — с легкостью кивнула я. Всегда считала своим долгом во всем и всегда соглашаться с криминальными авторитетами. А еще один долг обязывал меня никогда не говорить этим же авторитетам правду. Но Диме об этом лучше не знать.

Я решительно шагнула в его сторону, остановилась, с сомнением посмотрела на его раскрытую ладонь… «Была не была!» — решила я и вложила свои пальцы в его лапищу. Как только мир был скреплен крепким рукопожатием, я присела на краешек кресла напротив Димы и, демонстративно закинув ногу на ногу, посмотрела ему в глаза — пусть знает, что это мой номер, значит, хозяйка положения здесь тоже — я!

— Итак, кто раскроет карты первым? — по-деловому спросил Дима.

— Ты, — безапелляционно заявила я.

— О’кей. Спрашивай, — с готовностью согласился он.

«Что же он хочет от меня такое услышать, что даже готов первым отвечать на все вопросы?» — закралась тень сомнения в мое сознание, но я тут же от нее отмахнулась.

— Что тебя связывает с Сергеем? — спросила я.

— С Сергеем? А с чего ты вообще взяла, что нас что-то связывает?

— Нетрудно было догадаться, что вы приятели, когда на квартире у Глеба ты назвал его по имени, — отчеканила я, криво улыбаясь. Моя догадка должна была больно ударить по тщеславию моего собеседника, и, судя по его недоуменно-восторженному взгляду, эффект был достигнут. По крайней мере, больше он при мне не кривлялся.

— Да я вижу, ты и без меня все знаешь? Что тебе еще известно?

— То, что в тот вечер на заброшенной стройке был и ты.

Лицо Димы стало серьезным. Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Ладно. Ты почти угадала. Я действительно знаком с Сергеем, но приятелями мы никогда не были.

— То есть?

— Нас связывали чисто деловые отношения.

— Чисто деловые отношения?! Ты издеваешься? — разозлилась я. — Этот человек хотел меня подставить! Из-за него меня могли убить! Более того, я уверена, что с его легкой руки уже произошла череда убийств: сначала погибла Алина, потом Лена, был ранен Игорь и, наконец, Глеб! Все это — дело рук одного человека.

— Если ты говоришь об Алине, Лене, Игоре и Глебе, то Сергей точно не имеет к этому никакого отношения. Он никого не убивал и не ранил. Я в этом уверен на сто процентов. А если говорить в принципе, то Сергей, конечно, убийца.

Я непонимающим взором уставилась на Диму в ожидании разъяснений.

— Видишь ли, Сергей — наемный убийца.

— Он — киллер? — опешила я.

Вот уж такого поворота событий я никак не ожидала!

— Именно, — с невозмутимым видом подтвердил Дима. — Это я разыскал его по приказу Глеба и свел их вместе.

— Для кого Глеб хотел нанять киллера? — тихо спросила я.

— Для Лики.

Для Лики?! Просто невероятно! Сергей — наемный убийца для Лики: это немыслимо! Так вот что обозначает снимок девушки, где на обратной стороне было имя Графского. Но ведь там было и еще одно точно такое же фото…

— Но они же были любовниками? Зачем Глебу понадобилось убивать любимую женщину?

— Все очень просто. У Глеба было много любовниц, и Лика была лишь одной из них. Пожалуй, единственное, что отличало Лику от остальных, так это ее брак с Игорем Берестовым. Но за последнее время между компаньонами пробежала черная кошка: весь их бизнес рушился на глазах, и каждый хотел спасти свою шкуру. А последняя партия наркотиков…

— Я знаю. Она была самой крупной, и за нее должна была быть получена огромная сумма. Но менты узнали об этом и решили устроить облаву, — перебила я.

— Ну да, — хмыкнул Дима. — Тогда решили, что машина, где, по мнению ментов, должен быть груз, пойдет пустой, а наркотики перевезет Лика. Вот тогда-то Глеб решил в обход своих компаньонов — Берестова и Орловой — заполучить все деньги, а это, по его мнению, можно было сделать, только убив Лику. Для этого и был нанят Сергей. Ему, как профессиональному киллеру, предстояло убить девушку и избавиться от ее трупа.

— Но к чему такие сложности? Неужели Глеб не мог подослать к Лике одного из своих людей, например, тебя? Зачем было все так усложнять и впутывать в это дело еще одного человека?

— Все элементарно! Глеб просто не хотел рисковать! Мало ли как могли обернуться события? Лика могла не пожелать сажать в свою машину попутчика, могла и посадить, но что-то заподозрить. А наемный убийца — профессионал, он отлично знает свое дело. Плюс ко всему прочему, Глеб, бесспорно, криминальная личность, но к убийствам он никогда никакого отношения не имел, и никто из его людей — тоже. У них с Берестовым и Орловой вообще было негласное правило — все проблемы решать либо с помощью денег, либо с помощью наемных убийц. Самим же в «мокрухе» никакого участия не принимать. Так надежнее. Понимаешь?

— А что произошло на стройке?

— Стройка была местом, где все это должно было произойти. Но был еще один нюанс — Глебу показалось мало просто получить деньги за товар. Он захотел прибрать к своим рукам деньги с банковских счетов Игоря Берестова, а номера счетов знала, естественно, Лика. Но сам Глеб не хотел светиться перед ней, и для этого он послал меня и еще нескольких людей. То есть схема выглядела примерно следующим образом: Сергей как нечаянный попутчик должен был сесть в машину Лики на обратном пути, заманить ее на стройку — там бы ее допросили, а после того, как она раскололась бы, Сергей ее убил бы и избавился от трупа. Да, схема была рискованная: никто не гарантировал, что Лика остановит машину и пожелает подсадить к себе попутчика. Но другого варианта просто не было. Пытаться перехватить Лику в Тарасове, когда она только-только бы обменяла наркотики на деньги, — еще опаснее! Ждать, пока она приедет в Налинск, — это тоже не годится. Если бы Нина или Игорь о чем-то проведали раньше времени, то — все… Глеб не успел бы даже собрать вещички, как его драгоценные компаньоны уже стучали бы в его дверь.

— Но Лика жива…

Наши с Димой взгляды встретились. Кажется, в этот момент мы думали об одном и том же.

— Для того, чтобы найти Лику, ты мне и нужна, — произнес Дима. — Я ведь даже не знаю, как она выглядит.

— Знаешь, а ведь Сергей однозначно покрывал Лику, когда мы застали его в квартире Глеба, и тогда, на трассе, — он спасал ее, пытаясь подставить меня…

— Постой, — перебил меня Дима. — Получается, что Сергей изначально не собирался убивать Лику. Так?

— Так.

— О том, что ты появишься на трассе, он не знал. Ты для него была удачно подвернувшейся случайностью.

— Ну… — не понимая, к чему он клонит, протянула я. Говорить о том, что мне и самой не раз приходила на ум эта догадка, я не стала.

— Сергей не мог так рисковать, он должен был заранее подстраховаться.

— Ты о чем?

— Он должен был заранее выбрать жертву, которая погибла бы вместо Лики, а не надеяться на случайность. Теперь понимаешь, о чем я?

— И кто же это, по-твоему, был?

— Ну, если исходить из того, что эта женщина должна была заменить Лику, то, во-первых, она должна была знать Игоря, а во-вторых, номера его банковских счетов — для того, чтобы ненароком не выдать, что она совсем не та, за кого ее принимают. Вот и давай подумаем, кто это может быть…

— Лена, — пробормотала я.

— Кто эта Лена?

— Любовница Игоря. Я уже думала об этом, но теперь совершенно уверена! Все сходится: именно Лена должна была умереть вместо Лики, но она, вероятно, что-то заподозрила и не явилась на трассу. Более того, она подстроила все таким образом, чтобы я в нужный момент оказалась на трассе вместо нее. Она даже машину мне свою одолжила, чтобы Сергей не сразу понял, в чем подвох! — заключила я.

— Н-да… Сложно, но при желании вполне осуществимо…

— Вполне, — кивнула я.

— А откуда ты знаешь эту Лену? — прищурился Дима.

— Она моя подруга. Была… — выкрутилась я.

— Хорошая у тебя подруга — нечего сказать!

Я предпочла промолчать.

— Но тогда получается, что ты и Берестова знала… — продолжал развивать свою мысль мой «догадливый» собеседник.

— Конечно, знала. Правда, больше со слов Лены. А встретилась я с ним только для того, чтобы сообщить о смерти Лены, — на ходу сочиняла я.

— И Лику ты тоже знала?

— Откуда мне было ее знать?! Конечно, нет!

Дима явно не рассчитывал на такой исход беседы.

— То есть, и где ее найти, ты тоже не знаешь?

— Нет, — покачала я головой, потом чуть подалась к Диме и тихо спросила: — А ты думаешь, Лика…

Дима тоже придвинулся ко мне.

— Есть только два варианта: либо Лика мертва, либо она решила со всеми поквитаться. Лика не мертва, следовательно… Она явно сошла с ума!

Я недоуменно подняла брови.

— А как еще это назвать? — пояснил Дима. — Убила любовницу своего мужа, стреляла в самого мужа и в своего любовника! И еще одна девушка мертва… Как, ты сказала, ее зовут? Алина? Кто она, кстати?

— Насколько я знаю, подружка Глеба, — пожала я плечами.

— Вот! Ты же следила за Сергеем, и что?

— Ничего! Я тоже рассчитывала, что Лика скрывается в его квартире, но ошиблась. Она была там, но ушла буквально несколько дней тому назад и больше не появлялась. По крайней мере, соседка ее с тех пор не видела.

— Чертовщина, — выругался Дима, поднялся с кресла и направился к окну.

— Можешь выйти через дверь, — окликнула я его.

Дима остановился, обернулся и кивнул:

— Действительно!

Он решительно зашагал к двери. Открыл ее и снова обернулся:

— Да, и вот еще что… Если я узнаю, что все, что ты мне сейчас говорила, ложь, — я достану тебя из-под земли и заставлю ответить за эти слова.

Угроза была принята мной к сведению, и я с пониманием закивала. Но как только за Димой захлопнулась дверь, я состроила ему вдогонку рожицу, хотя веселой назвать ситуацию, в которой я оказалась, было сложно. Нужно решить все свои дела за ближайшие дни и уносить ноги из этого города. С этой мыслью я наскоро приняла душ, оделась потеплее и тоже покинула номер.

* * *

Утро встретило меня сиреневым туманом и колючим холодом. Едва я успела выйти на улицу, как на меня набросился серый промозглый дождь. Б-р-р! Я спряталась под зонтик и зашлепала по лужам в сторону трассы. После нескольких неудачных попыток мне все же удалось поймать попутку. Через полчаса я была за городом и сокрушенно гладила свою любимицу по капоту:

— Извини, что я тебя бросила здесь на всю ночь, — приговаривала я.

Дождь за это время успел перейти в мокрый снег, а я, как всегда, была не по сезону одета — тоненькая курточка и шарф никак не спасали от холода. Так что в салон я забралась, стуча зубами и с одной-единственной мыслью — о горячем кофе. И уже вскоре эти мечты реализовались.

Сидя за дальним столиком и глотая обжигающий напиток в каком-то придорожном кафе, я чувствовала, как постепенно оттаиваю. Лениво поглядывая в окошко на закутанных в теплые пальто прохожих, я невольно задумалась о событиях последних дней.

Так что же были за отношения между Сергеем и Ликой? Сергей был наемным убийцей. Лика должна была стать его жертвой. Должна была… Что значит — должна была? Должна была умереть? Но ведь Лика жива! Все эти дни она жила в его квартире на пятом этаже. Значит, наемный убийца решил пожалеть свою жертву? Почему? Ведь он получил заказ! Да, и даже два заказа: сначала от Глеба, а потом от Игоря. И требовалось в обоих случаях убить одну и ту же девушку, с указанием одного и того же времени и места. Что он испытал в тот момент? Удивление? Растерянность? А может, интерес? Ему стало любопытно, что такого сделала девушка двум влиятельным мужчинам этого города? Возможно, именно тогда он и решил ее спасти. Только, рассказывая ей историю о двух заказах, он не учел того момента, что девушка пожелает отомстить — всем! Алине, Лене, Игорю и Глебу. А ведь этих жертв можно было избежать! Алина и Лена могли бы остаться в живых. Но Лика решила, что именно новая любовь была причиной, заставившей ее мужчин бросить ее. Почему же Сергей не сказал ей, что всему виной деньги? Просто деньги, и ничего, кроме них. Возможно, он и сам этого не знал? А возможно, это лишь часть разгадки. Ведь мне доподлинно известно, что Алину и Лену связывала какая-то тайна, о которой знают Павловский и таинственная особа с перстнем на правой руке.

Но главный вопрос на повестке дня оставался неизменным: где искать Лику? И вот тут я оказалась в полном тупике. Моя единственная версия о ее местонахождении не подтвердилась, а других у меня просто не было. «Ладно, как говорится, не бывает безвыходных ситуаций, бывают плохие частные детективы. А как показывает практика, в подобных ситуациях нужно просто выждать немного, и наболевший вопрос решится сам собой», — подумала я. Чтобы прояснить перспективы и возможности решения этого самого наболевшего вопроса, я потянулась к сумочке за магическими двенадцатигранниками. Интересно, что думают по этому поводу мои дружки?

Я как следует встряхнула замшевый мешочек и опрокинула его содержимое на стол. Кости раскатились в разные стороны, я придвинула их к себе поближе и задумалась: 28+17+12 — «В ваших силах предотвратить надвигающуюся беду». Б-р-р-р… Терпеть не могу таких двусмысленных советов, которые как хочешь — так и понимай.

Я еще немного поломала голову над прогнозом, полученным от магических костей, потом собрала их обратно в мешочек, допила кофе и покинула забегаловку. Вопрос о том, что делать и как быть, так и остался открытым, и, не придумав ничего оригинальнее, я отправилась в гостиницу. Бросив машину у центрального входа, я щелкнула по брелку сигнализации и заспешила к крылечку. Как раз в тот момент, когда я шагнула на первую ступеньку, чья-то рука легла на мое плечо и глубокий бархатистый голос произнес прямо над моим ухом:

— Танечка! Я не ошиблась?

Я резко обернулась и не сразу поняла, в чем дело, поскольку напротив стояла Нина Орлова и, слащаво улыбаясь, заглядывала в мои глаза. Целый вихрь мыслей тут же закружился в голове, начиная от той, что Нина просто обозналась, и заканчивая версией о моем полном разоблачении.

— Вы же Татьяна — новая знакомая Рустама, я не ошиблась? — все тем же елейным голосочком пела госпожа Орлова, пока я тщетно ломала голову над тем, что именно принесло ее по мою душу.

— Ну, да, — замялась я, — знакомая.

— Отлично. А то я могла обознаться. Я же видела вас только мельком. Вы меня помните?

«Конечно!» — чуть было не ляпнула я, но вовремя придержала язык за зубами. С чего бы мне, простой постоялице, запоминать Нину Орлову, на которую я и внимания-то не успела обратить? Потому я скорчила крайне задумчивую гримасу и повнимательнее присмотрелась к своей собеседнице.

— Ну, вроде бы я вас где-то видела, — постаралась припомнить я.

— Пару дней назад, — подсказала Нина, с губ которой ни на минуту не сходила приторная улыбка. — Вы заглянули в кабинет Рустама как раз в тот момент, когда я была там. Помните?

— Точно! — радостно всплеснула я руками. — Конечно же, мы с вами виделись именно в кабинете Рустама! А я еще думаю — откуда мне знакомо ваше лицо? Вот только нас тогда так и не представили друг другу…

— Да, Рустам иногда бывает крайне рассеян. Меня зовут Нина Орлова. Я — хорошая знакомая Рустама и хозяйка гостиницы, в которой вы остановились. Танечка, мне бы хотелось с вами немного побеседовать.

— Да? А о чем? — заинтересовалась я.

— Давайте найдем более спокойное место для разговора. Например, идемте вон в то кафе — через дорогу.

Я не стала возражать, тем более что любопытство прямо-таки душило меня. Но Нина никак не желала переходить к сути дела. Она придирчиво выбирала столик, затем с не меньшей щепетильностью изучала меню и, пока официантка не принесла заказанные блюда, болтала о всякой ерунде типа плохой погоды и сложностей жизни в курортном городке.

— Таня, вы, должно быть, ломаете голову над тем, зачем я вас сюда пригласила и затеяла весь этот разговор? — понизив голос, спросила Нина.

— Честно говоря, да, — не стала таиться я.

— Дело в том, что я хотела с вами поговорить о Рустаме.

Я вскинула на свою собеседницу непонимающий взгляд. Это что — уловка? Или она говорит на полном серьезе? Вроде бы Нина не похожа на шутницу.

— О Рустаме?

— Именно, — уверенно кивнула Нина.

Нет, она явно не шутит!

— Но я его совсем не знаю. Вернее, знаю, но наше знакомство длится всего несколько дней. Нас даже друзьями назвать нельзя.

— Мне все это известно, а еще я знаю то, что вы смогли заинтересовать моего компаньона…

— Да?

— Да. Мы с Рустамом знакомы… — Нина многозначительно закатила глаза, — дай бог памяти, сколько лет. За это время я изучила его досконально. Я заранее знаю, что его разозлит, а что обрадует. Я с первого взгляда могу определить, в каком он настроении. А уж распознать, когда Рустам влюблен, не составляет особого труда. И вот сейчас он влюблен. В вас, Таня!

Нина выжидающе на меня уставилась. А я ковыряла вилкой в тарелке и совершенно не знала, как себя вести в этой дурацкой ситуации.

— И чего же вы от меня хотите? — наконец спросила я, не будучи уверена, что говорю то, что следует.

— Таня, вы надолго намерены задержаться в нашем городе?

— Не знаю. Возможно, до конца недели.

— А какие у вас планы на это время?

— Никаких. Я приехала сюда, чтобы отдохнуть, — только и всего.

— Понятно. Тогда спрошу по-другому: какие у вас планы на Рустама?

— Мы — знакомые!

— Но Рустам относится к вам не как к случайной знакомой. Вы намерены продолжать общаться с ним?

— Почему бы и нет? — пожала я плечами.

— А вы где-то работаете?

Вопрос меня насторожил, но я постаралась не подать виду и совершенно спокойным тоном ответила:

— Я уволилась как раз перед своим отъездом из Тарасова.

— Отлично! Именно на такой ответ я и рассчитывала!

— Что вы хотите этим сказать?

— Понимаете, Рустам мне как брат, — вернулась к старой песне Нина. — Я переживаю за него, я принимаю всяческое участие в его судьбе.

Я медленно пережевывала салат и пыталась понять — куда клонит моя собеседница?

— Вам ведь тоже не наплевать на Рустама?

— Нет, — машинально ответила я.

Нина улыбнулась.

— Таня, я надеюсь, что этот разговор останется между нами.

— Конечно, — заверила я госпожу Орлову.

Нина подалась вперед и заговорщически пробормотала:

— Мне нужна ваша помощь.

— Помощь? Но чем я вам могу помочь? — отчего-то тоже шепотом спросила я.

— Как я уже говорила, я хорошо знаю Рустама. И когда с ним что-то происходит, сразу это распознаю. А последнее время у меня складывается такое впечатление, что Рустам от меня что-то скрывает. Понимаете?

Я неопределенно пожала плечами, и Нина продолжила:

— Он явно ввязался в какую-то гнусную историю. Возможно, она связана с криминалом. Помню, года два тому назад Рустам проигрался в казино в пух и прах. Он решил, что сам сможет собрать деньги и разрешить конфликт. Но люди, которым он задолжал, были из таких кругов… Короче, его могли преспокойно убить. Если бы я вовремя не узнала, то, скорее всего, этим бы дело и закончилось.

— Какой ужас! — решила я разнообразить монолог Нины своим участием в нем.

— Теперь вы представляете, насколько все серьезно?

Я отчетливо представляла себе только одно — Нина намерена использовать меня в своих каких-то явно криминальных делишках. Роль пешки в чужой игре меня, конечно же, не устраивала. А вот амплуа волка в овечьей шкуре было мне по душе! Потому я состроила гримасу поглупее и понимающе закивала:

— Какой кошмар! Мне совсем не хочется, чтобы с Рустамом что-то произошло. Он такой замечательный человек! Если я могу чем-то помочь, то только скажите. Но Рустам мне ничего не рассказывал о своих проблемах.

На лице Нины появилось довольное выражение.

— Но вы же не последний раз с ним общались, — подсказала она своей неразумной ученице, то есть — мне.

Я недоуменно похлопала глазками.

— Таня, узнайте, что скрывает Рустам! Только так мы сможем ему помочь.

— Ну-у-у, хорошо, я постараюсь все узнать.

— Вы обещаете?

— Разумеется.

— Только он не должен заподозрить, чтобы…

— Ясно.

— И даже догадываться!

— Конечно!

— Таня, я умею быть благодарной, — тонко улыбнулась Нина.

Я сделала вид, что не понимаю, о чем идет речь, и вновь растерянно похлопала глазами.

— Вы сказали, что уволились с работы. У вас, должно быть, сейчас трудное материальное положение?

— Если честно…

— Я вам помогу, — проникновенно сказала моя доброжелательница.

— Правда? Обещаю: я все для вас сделаю!

— Отлично! Давайте я оставлю вам свой номер телефона, по которому вы сможете связаться со мной в любое время.

Нина придвинула к себе сумку и принялась перебирать ее содержимое.

— Вот, — передала она мне визитку.

— Хорошо. — Я потянулась за прямоугольником белой бумаги, но моя рука так и замерла на полпути. Мои глаза расширились, а в ушах зашумело.

Нина небрежно держала визитку между пальцами — ухоженными пальчиками с потрясающим маникюром и с одним-единственным перстнем на указательном пальце.

Память, как кинопроектор, отщелкнула назад несколько кадров и выдала мне картинку из прошлого: женщина сидит ко мне спиной, я вижу только ее узкую спину, затянутую в голубую ткань пальто. А на голове незнакомки — цветной платок. Напротив нее расхаживает Аркадий Павловский — он о чем-то говорит, иногда оборачивается к своей собеседнице. А она молча курит, манерно зажав сигарету в пальцах, на одном из которых — точно такой же перстень. И зеленый камень в дорогой огранке так же сверкает на солнце, как теперь — в свете электрических ламп.

— Таня, что с вами? — ласково позвала меня Нина.

Я тряхнула головой, избавляясь от навязчивого видения, и выдавила жалкое подобие улыбки:

— Извините, что-то голова резко закружилась.

— Бывает. Возьмите визитку. Надеюсь, мы с вами обо всем договорились?

— Конечно.

— Чем раньше вы все узнаете, тем лучше. Мне очень хочется избавить Рустама от неприятностей. Он мне так дорог! А за помощь и понимание я отвечаю не меньшей благодарностью.

— Я все поняла. Возможно, я узнаю все в ближайшее же время.

— Спасибо.

Нина уронила бумажную салфетку прямо в тарелку и поднялась из-за стола.

— Спасибо, что выслушали меня. Надеюсь, скоро мы снова с вами встретимся, а сейчас мне нужно идти — еще много дел. — Нина выдала официально-извиняющуюся улыбку и поднялась с места.

Я метнула еще один короткий взгляд на перстень. Это точно он! Я не могу ошибаться!

— До скорой встречи, — пробормотала я.

Нина, не оборачиваясь, дошла до двери, чуть помедлила, поправляя шарф, и шагнула на улицу. В окно я видела, как она села в серебристый «Вольво». Машина тронулась с места и, взметнув веер брызг из лужи, умчалась прочь.

Я тут же вскочила с места. Теперь я точно знала, почему Рустам решил предать Нину, вступив в сговор с Павловским. Это месть за сестру! Нина впутала Лену и Алину в какую-то интригу, в результате которой обе девушки погибли. И теперь Рустам решил жестоко поквитаться за все.

Я пулей выскочила из кафе и размашисто зашагала к гостинице. «Надеюсь, Рустам на месте, — думала я, перебегая дорогу на красный свет. — Он — тот человек, который, по иронии судьбы, все это время был рядом, все знал о деле, которое я так отчаянно пыталась раскрыть, и…» Домыслить я не успела, поскольку мне навстречу собственной персоной из дверей гостиницы выскочил Рустам.

— Рустам… — ахнула я от неожиданности. Отчество его я, конечно, в очередной раз забыла.

Управляющий гостиницей, какой-то сегодня нервный и растрепанный, резко остановился и с трудом сфокусировал на мне свой взгляд. Он явно не ожидал этой встречи.

— Таня, — промямлил он. — Вы?

«Рустам не рад меня видеть?» Я тут же отмахнулась от этой мысли.

— Да. Как хорошо, что я вас встретила! — затараторила я на автопилоте. — Мне очень нужно с вами поговорить. Тут такое дело… Ой!

Рустам взял меня за плечи и решительно отодвинул в сторону.

— Простите, Танечка, давайте попозже. У меня сейчас срочное дело.

— Но у меня к вам тоже срочный разговор, — заторопилась я.

— Позже, Таня, позже… — Рустам произнес эту фразу, сбегая со ступенек.

Недолго думая, я кинулась следом за ним.

— Рустам, стойте! Я не могу ждать! Это очень важно! — выкрикнула я.

— Потом, Таня, — ответил он, едва обернувшись в мою сторону. Такого я никак не ожидала…

Рустам отключил сигнализацию и запрыгнул в салон. Остановить его не было никакой возможности. Он помахал мне рукой, и машина тронулась с места. Мне оставалось только топнуть ногой от бессильной злобы. «Что там говорила Нина о его безумной любви ко мне? Интересно, и что это у него за дела нашлись — поважнее?» И тут мне вспомнился прогноз магических костей на ближайшее время: в ваших силах предотвратить надвигающуюся беду. На кого надвигающуюся? Уж не на Нину ли?

Я пулей метнулась к своей машине, повернула ключ зажигания. Ласточка сорвалась с места и понеслась в том направлении, куда пару секунд назад скрылось авто моего приятеля. «Неужели я угадала? Неужели Рустам действительно решил убить Нину? — вихрем носились мои мысли. — Но в разговоре с Павловским он даже словом об этом не обмолвился…»

Я доехала до конца улицы, так и не встретив машину Рустама, и, только свернув на автостраду, заметила капот его красного «Лексуса». Машина скользила в потоке автомобилей, проскакивая на светофоры, — Рустам явно куда-то торопился. Я тоже прибавила скорость. Расстояние между нами сократилось до минимума, но я старалась ехать ближе к тротуару, чтобы не попадать в поле зрения зеркала заднего вида «Лексуса». «Интересно, куда мы едем? — думала я, выкручивая руль своей тачки. — Жаль, что у меня нет адреса Нины Орловой. Это не помешало бы».

Мы колесили по городу примерно около получаса, то вливаясь в поток ползущих по автостраде машин, то сворачивая в тесные проулки, где едва могли разъехаться два авто, а потом снова выворачивая на переполненную трассу. Я достала из бардачка карту города и попыталась определить, в каком направлении мы движемся. Прочертив примерный маршрут нашего пути, начиная от гостиницы, я изрядно удивилась — если я не ошибаюсь, мы движемся в сторону спального района. Как-то с трудом верится, что Нина проживает в этой части города. «Может, я ошиблась?..» Но после того, как я исколесила полгорода, было бы обидно все бросить и, так ничего и не узнав, вернуться в свой номер. К тому же никаких важных дел у меня все равно не имелось.

Однако когда моя машина вслед за красным «Лексусом» въехала в один из жутких двориков, в изобилии имеющихся в этом районе, я пожалела, что не вернулась обратно. Чертыхаясь, ругая себя на чем свет стоит, я крутанула руль.

— Вот идиотка! Столько времени впустую улетело, — бормотала я. Но то, что произошло в следующую минуту, заставило меня резко вдавить педаль тормоза. Из самого дальнего подъезда выбежала девушка — высокая блондиночка в домашнем халате, поверх которого было накинуто дорогущее белое пальто. Пожалуй, если бы не это пальто, я бы ни за что не признала в этой побледневшей и словно бы даже подурневшей особе свою знакомую — Лику, с которой мне так не терпелось увидеться.

На долю секунды Лика остановилась на середине двора, а потом быстро зашагала к машине Рустама. Управляющий гостиницей «Ривьера» открыл дверцу, выбрался из салона и остался ждать, когда девушка приблизится к нему. Через пару секунд он уже галантно целовал руку своей знакомой. Похоже, это далеко не первая их встреча! Хотя не удивительно, ведь Лика — жена Игоря, компаньона Нины Орловой. Наверняка Рустам был вхож в их круг. Но что может связывать их теперь?

Дальнейшее я уже совершенно перестала понимать. Судя по выразительным жестам Рустама, он предлагал своей знакомой сесть к нему в машину. Но девушка отрицательно замотала головой и что-то быстро-быстро заговорила. Рустам слушал ее внимательно и изредка кивал. После чего он захлопнул дверцу своей иномарки и, бибикнув сигнализацией, зашагал следом за Ликой. Они пересекли двор и вошли в подъезд, откуда столь стремительно выбежала Лика пару минут назад. Как только они скрылись за дверью, я выскочила из своей машины и, шлепая по замерзшим лужам, побежала следом за ними. На ходу я пыталась придумать хотя бы один способ узнать цель визита Рустама в этот богом забытый дворик. Уже открывая дверь, я понимала, что ничего путного так и не придумала, но в этот день судьба явно ко мне благоволила…

Дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной, и я оказалась в кромешной темноте. Вытянув вперед руки, я попыталась на ощупь определить, в каком направлении следует двигаться дальше. Да уж, что и говорить, а благоустройством спальные районы никогда не отличались — я прекрасно была об этом осведомлена. Но чтобы все было до такой степени запущено!

Когда мои глаза привыкли к темноте и я смогла немного ориентироваться в пространстве, я осторожно двинулась вперед. «Вот черт! Вот невезение! Пока я тут возилась, Лика и Рустам уже наверняка успели войти в одну из квартир, и мне никак теперь не удастся определить, в какую именно!» — с досадой подумала я, но все же решила подняться по ступенькам хотя бы на несколько пролетов. Затея была, конечно, с самого начала абсолютно безнадежная, но, достигнув второго этажа, я вдруг услышала над головой какой-то шорох и голоса.

— Кто-то вошел?..

— Какая-нибудь старуха, живущая на первом этаже, или алкаш. Тут только такой контингент и обитает. Ни одного нормального человека! Не волнуйся, тут нам никто не помешает. Извини уж, в квартиру пригласить не могу. Там хозяйка — старая бабка Марфа. «Вешает уши» по всем углам, потом еще доложит… Я сказала ей, что в магазин выбежала на пару минут и сейчас вернусь.

— Да уж. Нам свидетели ни к чему. Я бы хотел поговорить с тобой тет-а-тет, безо всяких свидетелей.

Говорившие стояли на лестничной клетке третьего этажа. Я шагнула в сторону, прижалась к стене и перевела дыхание. «Отлично! Все складывается как нельзя лучше. О таком везении можно было только мечтать».

— Так что случилось? Зачем ты меня искал? Тебя Нина прислала? Да?

— Нет. Никто меня не присылал. Успокойся! Неужели ты еще не поняла, что мои отношения с Ниной — это лишь видимость? Я уже давно точу на нее зуб.

— Да, я поняла это после той аферы с деньгами.

— Вот об этом я и хотел поговорить.

— О чем?

— О деньгах.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Мы же все поделили по-честному. Так?

— Так.

— Пятьдесят на пятьдесят! Верно?

— Верно.

— Там была немаленькая сумма…

— Да.

— Тогда, черт возьми, что ты делала на днях у Нины?!

— Рустам!

— Что — Рустам? Что? Что тебе понадобилось у Нины? Зачем ты к ней приходила? Зачем, я тебя спрашиваю?! За деньгами? Верно?!

Я услышала, как защелкала зажигалка — Рустам прикуривал.

— Почему спрашиваешь, если ты и без меня знаешь? — зазвенел голос Лики, то ли злой, то ли затравленный — я так и не смогла понять.

— Значит, Нина меня не обманула: ты действительно пыталась ее шантажировать. Зачем?

— Я не шантажировала ее! Я просто попросила у нее денег! Вот и все!

— Зачем?! У тебя же есть деньги!

— У меня ничего нет! Он все отнял! — Голос Лики сорвался на крик.

— Ты хоть понимаешь, как это опасно?

— Гораздо опаснее оставаться в этом городе! Ты знаешь, как я сейчас живу?! Ты ничего не знаешь! Никто ничего не знает!

— Успокойся…

— Мне приходится жить рядом с человеком, которого я ненавижу! Я вынуждена улыбаться ему! Делать вид, что все нормально! Говорить, что я никогда никуда от него не денусь, потому что он спас мою жизнь! Но, черт возьми, он ее не спас! Он ее сломал! Уж лучше бы он меня убил тогда! Да! Лучше бы я умерла, чем жить в таких условиях!

— О ком ты говоришь? Что это за человек? Это он забрал у тебя деньги? Почему ты это допустила?

— Это не важно!

— Лика…

— Ты совсем ничего не знаешь! Сначала он привез меня в какую-то съемную квартиру! Я тогда подумала, что хуже этого ничего быть не может! Но позавчера он сказал, что мне опасно там оставаться, так как за мной может прийти милиция, потому что я… Я убийца!

— Что за бред?

— Да. Он сказал, что меня подозревают в убийстве мужа и любовника! Скажи, ты что-нибудь знаешь об этом?

— Нет.

— А что с Игорем и Глебом? Они убиты?

— Нет. Но оба тяжело ранены. Они в реанимации. Лика… успокойся…

— Я не могу! Как все это ужасно! Как будто мне мало было тех бед, что уже на меня свалились!

— Лика!

— Именно поэтому я теперь здесь. Он привез меня в этот ужасный дом, посадил под замок с мерзкой старухой, которая следит за каждым моим шагом! Это он ей велел! Я уверена! Он боится, что я сбегу! Он боится, что я — убийца! — Голос девушки оборвался на самой высокой ноте.

— Лика, успокойся. Все можно изменить. Поверь мне! Но только не с помощью Нины Орловой….

— Нет?! Тогда как? Что тебе вообще от меня нужно? Если тебя прислала не она? Тогда что ты тут делаешь? Пришел утешить? Мне этого не надо!

— Лика, пойми: пытаться шантажировать Нину Орлову — это не вариант. Ты только еще больше увязнешь во всем этом деле!

— Зачем ты мне это говоришь? Ты же все время был с Ниной заодно?!

— Так было раньше. Теперь все изменилось…

— Что изменилось?

— Я не хочу это обсуждать. Просто поверь: я пришел, чтобы помочь тебе…

— Помочь? Мне? Чем ты можешь мне помочь? У тебя у самого ничего нет, кроме тех денег, но ты же наверняка их все уже спустил. Я прекрасно знаю о твоих вечных проигрышах в казино! Ты же все время жил за Нининой спиной! Она тебя всегда выручала!

— Я же сказал, все изменилось. Скажи, для чего тебе нужны деньги? Чтобы сбежать из города? Верно?

Минутная пауза. Очевидно, Рустам ждал ответа, но его так и не последовало, и он продолжил:

— Мы никогда не были особо дружны. Но мне действительно жаль тебя. Ты права, вокруг происходит что-то нереальное. Но в этой ситуации Нина Орлова — самый последний человек, с которым стоит иметь общие дела. И дело тут даже не в том, что шантаж преследуется по закону.

— А торговать наркотиками — это, по-твоему, не преследуется по закону?! Когда она, Глеб и Игорь втягивали меня в свои делишки — это что, было нормально? Я переправляла наркотики в другой город — разве за это меня не могли посадить в тюрьму? Так что не пытайся меня теперь запугать ментами. Ничего не получится. К тому же я и не думала шантажировать Нину. Я просто попросила у нее денег! Я обещала, что верну ей их, как только смогу!

— А бояться надо не ментов… — вкрадчиво произнес Рустам и, помедлив, добавил: — А Нины…

— Что?

— Ты хоть представляешь, скольким людям испортила жизнь эта женщина? Она просто сотрет тебя в порошок!

— Зачем ты мне все это говоришь?

— Я просто посчитал своим долгом предупредить тебя! Не связывайся с Ниной!

— Это мне решать! Оставь меня в покое! Это мое решение!

— Лика, ты даже не представляешь, насколько Нина коварная женщина. Мне бы не хотелось, чтобы она…

— Чтобы она ЧТО?!

Похоже, Рустам сумел остановить Лику и заставить себя слушать.

— Ты говоришь, что не пыталась шантажировать Нину…

— Да! Я просто попросила ее о помощи!

— Так вот, знай: ты не первая, кто обращается к Нине за помощью…

— Почему ты мне все это говоришь?

— Потому что человеком, который так же доверился Нине, как и ты, и кого она потом предала, была моя сестра…

— Твоя сестра?..

— Да, моя младшая сестра — Лена.

Я так и подпрыгнула на месте. С ума сойти! О чем он?! Зачем он все это говорит?! Бред какой-то! Я просто отказывалась верить в то, что слышала. Ведь Лена была любовницей Игоря Берестова — мужа Лики! Бред! Совершенный бред! Чего добивается этот человек, делая такие признания?

— Да, Лена. Это была ужасная история, я до сих пор виню себя в том, что произошло, и не могу себе этого простить. Мне кажется, я тоже виноват в том, что произошло, ведь я отлично знал, что за человек Нина, и все равно позволил Лене к ней обратиться, не остановил ее. Потому теперь я считаю своим долгом предупредить хотя бы тебя, — продолжал между тем Рустам.

— А что произошло с твоей сестрой? — Голос Лики дрожал. На этот раз точно от страха.

— Леночку убили…

— Как?

— Леночке нужны были деньги, как и тебе теперь. А тут как раз Нина сказала, чтобы я нашел ей молоденькую симпатичную девушку для какой-то работы, и я порекомендовал Лену. Я даже не знал, что придется делать, но деньги за это Нина обещала большие, так что Лена, конечно же, согласилась. Потом выяснилось, что суть ее работы состояла в том, чтобы стать любовницей какого-то бизнесмена.

— Ну и что?

— А помимо того, что Леночка должна была стать его любовницей, она еще должна была всячески подталкивать его к тому, чтобы он нашел убийцу для своей жены.

— Зачем ты все это мне говоришь?!

— Затем, что моя сестра погибла именно из-за этой истории, из-за того, что пришла за помощью к Нине. Ты напомнила мне мою сестру. Она тоже была в безвыходном положении, когда обратилась к Нине. И я не хочу, чтобы с тобой повторилась та же история…

— А как звали того бизнесмена, которого ваша сестра должна была соблазнить?

— Я не знаю. Нина мне ничего не говорила об этом деле. От сестры я тоже ничего не смог добиться. А когда она погибла, было уже поздно, да и ни к чему это выяснять.

— А с чего ты решил, что она погибла именно из-за того, что обратилась за помощью к Нине?

— Лика, я все сказал, дальше решать тебе самой. Если хочешь, можешь продолжать вести общие дела с Ниной. Но чем это может закончиться, я тебе рассказал. Теперь сама делай выводы. Я правда хотел тебе помочь. Сделать для тебя то, чего когда-то не успел сделать для своей сестры. Но заставить тебя принять правильное решение я не могу. В конце концов, это твоя жизнь. Надеюсь только на то, что никто и никогда не узнает об этой нашей встрече. Она останется между нами, что бы ни произошло.

— Я ничего никому не скажу, — последовал короткий ответ.

Я отделилась от стены и бесшумной тенью заскользила вниз по ступенькам. Больше мне тут делать было нечего.

* * *

В свой номер я ворвалась как вихрь, на ходу стягивая куртку и швыряя ее в кресло, туда же полетел и шарф. Я дошла до окна, резко развернулась и еще раз измерила комнату шагами. В голове царил настоящий кавардак.

Я шлепнулась в кресло и схватилась за телефон:

— Алло… Девушка, вас беспокоят из номера триста четырнадцать, пришлите мне, пожалуйста, чашку кофе и что-нибудь перекусить.

Просто поразительно, еще только начало пятого, а я устала так, словно бы не спала несколько суток подряд. Хотя что мне мешает прямо сейчас взять и завалиться в кровать?

Но не успела я об этом подумать, как в дверь постучали. Я удивленно похлопала глазами. Надо же, как оперативно работают — не успела сделать заказ, а они уже на пороге с порцией вкусного обеда. Я поднялась с кресла, прошлепала к двери и с размаху распахнула ее.

Мечты о вкусном обеде так и остались в области фантастики. Передо мной стоял Рустам. От его прежней нервозности и раздражительности не осталось и следа, он широко улыбался и пытался делать вид, что маленького инцидента у дверей гостиницы вовсе и не было.

— Танечка, вы хотели со мной поговорить?

— Э-э-э, — замялась я.

— Можно войти?

Я молча посторонилась, пропуская Рустама в комнату. О чем мне говорить с этим человеком, я не имела ни малейшего представления… Вернее, темы для задушевной беседы, конечно, имелись, но едва ли мой знакомый захотел бы о них распространяться.

— Танечка, у вас был ко мне какой-то важный разговор? У меня к вам тоже. Так что? Кто начнет первым?

Рустам смотрел мне в глаза и улыбался. Мне стало слегка не по себе, и я поспешила отвернуться. Я отошла к окну и присела на краешек подоконника.

— Ну-у, вообще-то ничего такого важного я не хотела вам сказать. Так, пустяки, — отмахнулась я. — А что у вас за новость для меня?

Рустам тоже замялся.

— Таня, вы ведь приехали в наш город только на время?

— Да, — кивнула я. Уже второй человек за сегодняшний день задает мне этот вопрос. Чем обернулось для меня любопытство Нины, известно. Интересно, а что за сюрприз приготовил мне Рустам?

— А надолго?

— Вообще-то не знаю. Но, думаю, еще на пару дней я здесь задержусь. А что?

— А как вы относитесь к тому, чтобы остаться в Налинске навсегда?

Я растерянно похлопала глазами.

— Это как?

— Я предлагаю вам остаться в Налинске навсегда. В роли моей подруги и, возможно, будущей жены.

В моей практике частного сыска, конечно, всякое случалось, но получить предложение руки и сердца после нескольких дней знакомства мне пришлось впервые, тем более от одного из подозреваемых!

— Вы это серьезно? — запинаясь, спросила я.

— Совершенно! Таня, вы мне понравились, как только я вас увидел впервые. Что вас смущает? У вас хорошая работа в Тарасове? Я найду вам в сто раз лучше здесь! А захотите — вам и совсем не придется работать. Это сейчас я — простой управляющий, если вас это смущает, но очень скоро все изменится! Все! Я стану хозяином этой гостиницы. В мое распоряжение перейдет еще ряд заведений в этом городе. Я стану совсем другим человеком. Вы не пожалеете ни на минуту, если останетесь со мной.

Я во все глаза смотрела на Рустама и отчаянно пыталась понять смысл того, что он пытался мне втолковать. Но получалось это у меня с трудом. Одно я понимала отчетливо — Нина действительно знает своего компаньона на сто процентов! Ее управляющий влюбился в меня по уши!

Я сообразила, что Рустам уже давно молчит и смотрит на меня. «Ждет ответа», — подумала я.

— Э-э-э… Рустам… — протянула я, — Рустам, это такое серьезное предложение, я должна подумать, — наконец-то выдавила я.

— Я понимаю. Я все прекрасно понимаю! Подумай. Только прошу: не медли с ответом. Все, что я только что сказал, совершенная правда! Возможно, все это сбудется уже завтра.

— То есть, возможно, уже завтра вы станете хозяином гостиницы «Ривьера»? — способность мыслить медленно, но верно возвращалась ко мне.

— И не только ее, — кивнул Рустам.

— А как же Нина Орлова? Насколько я поняла, это ее бизнес, — напомнила я. Поскольку замуж за Рустама я все равно не собиралась выходить, то без каких бы то ни было опасений могла позволить себе подобные высказывания.

Рустам слегка замялся:

— Ну да…

— Она собралась уехать за границу и оставить все это вам?

— Таня, — Рустам улыбнулся и сделал шаг мне навстречу, — что будет с Ниной, вас не должно интересовать. Но, в общем-то, ваша версия почти верна.

«Ни черта она не верна!» — хотелось крикнуть мне в лицо Рустаму, и, скорее всего, я бы так и сделала, но в этот момент в дверь снова постучали. Я мысленно чертыхнулась и пошла открывать. На этот раз на пороге стоял молодой человек из обслуживающего персонала.

— Вы заказывали обед в номер? — спросил улыбчивый парнишка.

— Да. Поставьте поднос на стол…

Парнишка, держа поднос на вытянутой руке, прошел в номер. Я машинально следила за ним, не оборачиваясь к Рустаму.

— Я, пожалуй, пойду, — тут же засуетился управляющий. — Не буду вам мешать. Только не забудьте о нашем разговоре…

— Как можно! — воскликнула я, радуясь, что наконец-то останусь одна. Когда за управляющим закрылась дверь, а затем и молодой человек, пожелав мне приятного аппетита, удалился из моего номера, я облегченно выдохнула. Что и говорить, а перспектива стать «второй половиной» личности с криминальным прошлым меня никак не прельщала.

Я заперла дверь на ключ и, решив, что на сегодня с меня визитов более чем достаточно, присела к столу, чтобы насладиться обедом. Но стоило мне только взглянуть на еду, как я поняла — аппетита у меня совсем нет.

— Вот черт! А всему виной этот Рустам со своим дурацким предложением! — топнула я ногой.

Единственным, к чему у меня никогда, ни при каких обстоятельствах не пропадал интерес, был кофе, потому я прихватила кружку с ароматным дымящимся напитком и, забравшись на подоконник с ногами, погрузилась в размышления.

Итак, если попытаться воспроизвести все события с самого начала, то получается примерно следующая картина. В город, которым, по сути, руководит троица Орлова — Берестов — Графский, приезжает некто Аркадий Павловский. Сей влиятельный тип тут же заявляет о своем намерении вытеснить коалицию Орловой с рынка наркотиков. Тогда Нина, предчувствуя надвигающийся провал, решает переметнуться в его лагерь. Более того, она берет на себя все проблемы, связанные с выведением из игры своих прежних компаньонов — Игоря и Глеба. Для этого Нина разрабатывает целый план. Она нанимает на работу Лену и Алину, в обязанности которых входит познакомиться с мужчинами и повернуть все дело так, чтобы в конечном счете столкнуть их лбами. Повод для столкновения тоже нашелся более чем уважительный — последняя и самая крупная партия наркотиков, отправляемая в Тарасов. Должно быть, изначально предполагалось, что девушки должны будут уговорить своих кавалеров просто украсть деньги за товар, но неожиданные обстоятельства смешали все в кучу.

Наркобаронам становится известно о готовящейся на них облаве, и вот тут наступает главный момент — на сцене появляется Лика. Девушка должна будет переправить партию наркотиков, в то время как машина, которую ожидают менты, пойдет пустой. Новые обстоятельства заставляют и Нину поменять планы. Теперь она требует, чтобы Алина и Лена уговорили своих любовников избавиться от Лики. Должно быть, в ту минуту она рассуждала примерно так: «Хоть один из них решится на этот шаг». Она даже не предполагала, что и Игорь и Глеб примут предложение своих подруг. Более того, по странному стечению обстоятельств оба обращаются к одному и тому же убийце — Сергею. А вот дальше возникает самый настоящий любовный треугольник со всеми вытекающими отсюда последствиями!

Уж не знаю что, возможно, любовь заставляет Сергея спасти Лику. Но спасти девушку, убийство которой заказали два таких влиятельных человека, как Берестов и Графский, — это дело не для простого смертного! Сергей наверняка прекрасно понимал, скольким он рискует. Он понимал и другое: если не Лика, то кто-то другой должен умереть вместо нее. И это было вполне понятно, ведь если Игорь просто заказывает убийство жены, то Глеб требует, чтобы перед смертью девушка назвала ему номера банковских счетов своего мужа. Вот это-то и заставляет Сергея пойти на еще один отчаянный шаг — он находит человека, способного заменить Лику. Скорее всего, выясняя личность Лики, Сергей узнал всю подноготную о ее личной жизни и о жизни ее мужчин. И, конечно, он не мог обойти стороной такой немаловажный факт, как наличие у Игоря любовницы. Лена — вот кто должен был заменить Лику в тот роковой день на стройке. На допросе она не стала бы отпираться от того, что знает Игоря, а возможно, ей были известны и номера его счетов. Сергей почти ничем не рисковал, выдавая Лену за Лику, — ведь люди Глеба не имели никакого представления о том, как выглядит девушка. Уж не знаю, каким образом Сергей свел знакомство с Леной и как уговаривал ее появиться на трассе Тарасов — Налинск в нужное время, но он это сделал! Наемный убийца оказался талантливым стратегом: на первый взгляд он просчитал все до последней мелочи. Но он не учел того, что Лена была не просто любовницей Игоря. У девушки была маленькая тайна, знать о которой Сергей никак не мог.

Должно быть, к моменту своего знакомства с Сергеем Лена уже отлично понимала, в какую гнусную историю ее втянули. Возможно, за ней, как и за Алиной, следили. Кто? Я могла только предположить, что это были люди Павловского. С самого начала зная, что сделка с Орловой — это чистой воды фарс, он просто хотел знать все, что происходит вокруг этой особы, чтобы рано или поздно подставить ей подножку. Недаром я столкнулась с его подопечным, Лешей, когда совершала побег из дома Графского. Похоже, Аркадий был в курсе всего, что творилось вокруг в последние дни. Впрочем, сейчас я о другом!

Могу себе представить, в какой ужас пришла Лена, поняв, кто такой Сергей. А она наверняка поняла! Должна была понять! Несколько дней, а возможно, и недель она уговаривала Игоря убить жену и завладеть деньгами, которые та повезет по трассе Тарасов — Налинск. И вот перед ней появляется человек, который предлагает ей встретиться на этой самой трассе. Сергей был для нее символом возмездия. Девушка должна была отлично понимать, что после этой встречи она уже никогда не вернется в родной город. Последней каплей стало для нее известие о смерти подруги и «коллеги» — Алины.

Ну а дальше события развивались самым стремительным образом и уже с моим участием: Лена подстраивает мое появление на трассе вместо нее, Сергей, недолго думая, быстро меняет свои планы и решает, что на роль Лики подойду и я, затем — сцена на стройке, фальшивые деньги в моей машине…

Стоп!

А не фальшивые ли деньги являются ключом к разгадке этой запутанной истории? Маловероятно, что настоящие деньги перекочевали в карман некоего третьего лица, имени которого я не знаю. Тогда у кого они? Их точно нет у Глеба. И Нине тоже не удалось их заполучить. У Игоря? Возможно, но что-то мне подсказывало, что и у него их нет. Но тогда у кого? До сих пор я предполагала, что и владельцем денег, и убийцей является Лика. Но из подслушанного мною ее разговора с Рустамом явно следует, что мои предположения не совсем верны. Конечно, она могла просто разыграть сцену… Но зачем ей это понадобилось? У девушки была явная истерика, в таком состоянии человек не может контролировать свои слова и поступки. А Рустам? Зачем он довел ее до этого? Зачем рассказал о своей сестре? Из добрых побуждений? Чтобы предупредить роковую ошибку, которую может совершить Лика? Я так не думаю. За то короткое время, что я общалась с Рустамом, он зарекомендовал себя как двуличный тип, который за достойную мзду душу дьяволу продаст. Вот и информацию о смерти своей сестры он тоже «продал». Но за что? Какова была цена? И почему именно Лике, у которой нет ничего? Совершенно ничего?! Или все-таки есть?..

Я перебралась в кресло и подтянула к себе сумку. Немного поворошив содержимое, я выудила из нее замшевый мешочек и, встряхнув его, высыпала кости на ладонь. 28+17+12. Я чертыхнулась вслух. Такой же расклад мне уже выпал сегодня днем! «В ваших силах предотвратить надвигающуюся беду». Но с кем должна случиться эта беда? С кем?

Ответ был столь же невероятен, сколь и очевиден.

Но и разговор Рустама и Лики, и предложение Рустама, и заверения, что в ближайшие дни его жизнь кардинально изменится, и сделка с Ниной, в конце концов, — все указывало на это!

— В черном списке осталась последняя жертва, — произнесла я и, запустив пальцы в волосы, взъерошила их. Я не знаю, сколько времени я просидела не шевелясь, но когда наконец вскинула голову, решение было уже принято. Я уверенно потянулась к телефонной трубке, сняла ее с рычага и пробежалась пальцами по кнопкам на дисплее.

— Да… — послышался в трубке, как всегда недовольный, голос Кирьянова.

— Привет, Киря. Это Таня. А у меня для тебя новость…

— Хорошая? Плохая? — без особого оптимизма поинтересовался мой приятель.

— Замечательная! — заверила я его. — Вы ведь так и не сумели поймать наркодельцов, промышляющих в Налинске и Тарасове?

— Нет.

— А я — да! Так что немедленно приезжай в Налинск!

Глава 8

На следующий день я проснулась раньше обычного. Первым делом выглянула в окно, убедилась, что погода так и не желает порадовать жителей Налинска последними теплыми осенними деньками, а основательно засыпает улицы снегом. Теперь белые снежинки уже не таяли, а ровным слоем ложились на замерзшие лужи и крыши домов.

— Н-да, — философски протянула я, задернула штору и поспешила в ванную комнату.

Как всегда, я заказала завтрак в номер. И, глотая ароматный капучино, решила еще раз прослушать запись разговора Рустама и Павловского, оставшуюся на моем диктофоне. Перемотав пленку до середины, я нажала на кнопку.

«— …Без реальной документации, по которой проходят все банковские счета и где наглядно видно, как она отмывает деньги, прикрываясь своим гостиничным бизнесом, нам нечего будет предъявить ментам, — несся голос Павловского из динамика. — Одни наши слова ничего не будут значить, ты сам это прекрасно понимаешь.

— А как же…

— Спокойно! Я прекрасно знаю, о чем ты сейчас думаешь. Это пойдет на закуску. Так что — действуй. Все сейчас зависит только от тебя.

— Хорошо».

Я выключила диктофон. Снова перемотала пленку и прослушала этот же отрезок разговора. Отщелкнула кнопку, снова перемотала.

— Я прекрасно знаю, о чем ты сейчас думаешь…

Еще раз перемотала назад.

— Я прекрасно знаю, о чем ты сейчас думаешь…

Я выключила диктофон.

— Я прекрасно знаю, о чем ты думаешь, — машинально повторила я. — О чем ты думал, Рустам? О чем? О том ли, о чем и я?

Ответ на этот вопрос я могла найти только одним-единственным способом. Я отыскала в сумке заветную визитку, притянула к себе телефон и набрала номер. Несколько минут в трубке тянулись длинные гудки. «Может, еще слишком рано и она спит?» — подумала я, и почти тут же на том конце провода что-то щелкнуло, и послышался голос:

— Ал-ло…

— Нина? — неуверенно позвала я.

— Да. Я вас слушаю. Кто это?

— Это Таня…

— Ах, Танечка! Конечно же, я вас помню! У вас какие-то новости для меня? — Голос в трубке приободрился, в нем даже зазвенели жизнерадостные нотки.

— Именно. Надеюсь, я вас не очень побеспокоила?

— Ну что вы, Танечка? Как можно! Я очень рада вас слышать. Так что за новости? Вы что-то узнали для меня?

— Да. Но… может, нам лучше где-нибудь встретиться и обсудить это при личной встрече?

— Разумеется, вы правы! Приезжайте ко мне! — И она продиктовала адрес.

Я быстро нацарапала в блокноте координаты Нины Орловой, пропела в трубку: «Скоро буду!» — и отключилась.

* * *

…Звонок коротко тренькнул. Я опустила руку в сумку и нажала на кнопку диктофона. Дверь отворилась как раз в тот момент, когда пленка звукозаписи начала работать. «Она караулила меня у порога?» — пронеслось у меня в голове.

На пороге стояла Нина в безупречном костюме бирюзового цвета и с неизменной улыбкой на губах. Хозяйка квартиры явно была рада меня видеть. Мне тоже пришлось улыбнуться, хотя лично я особой радости от этой встречи не испытывала.

— Проходите, Танечка. Я вас уже заждалась. От моего дома до гостиницы всего десять минут езды.

— Пробки на дорогах, — оправдалась я, делая шаг в квартиру госпожи Орловой.

— Давайте пройдем в гостиную. Я уже заварила для нас кофе. Надеюсь, вы не возражаете, — без умолку щебетала Нина, идя впереди и указывая дорогу.

— Вовсе нет.

— Вот и отлично!

Мы прошли в просторную светлую комнату, обставленную дорогой мебелью, выполненной явно по эксклюзивному заказу. Нина указала на пару кресел у окна.

— Прошу.

Я кивнула и молча села в одно из дизайнерских творений современной мебельной индустрии.

— У вас потрясающая квартира, — не удержалась я от замечания, припоминая тот кавардак, который вечно царит в моих собственных апартаментах.

— У меня совершенно нет времени следить за домом. Просто каждый день приходит прислуга: она готовит, убирает, стирает. Я же не делаю по дому совершенно ничего. В этом и весь секрет! — с легкой улыбкой на губах пояснила Нина.

Она придвинула кофейный сервиз и принялась разливать потрясающий ароматный напиток по чашкам. Я же от нечего делать уставилась в окно, за которым по-прежнему сыпал снег, только теперь это была не серебристая крупа, которая кружилась в воздухе с утра, а самый настоящий снег! Белые хлопья ложились на крышу соседнего дома, повисали на антеннах, заваливали чердак. «Интересно, а в Тарасове сейчас тоже снег?» — подумала я.

— Танечка, — окликнула меня Нина. — Так что же вам удалось узнать?

Я тряхнула головой и обернулась к своей собеседнице. Чашечка кофе уже стояла передо мной, я потянулась было к ней, но поняла, что не смогу сделать ни одного глотка, и отставила ее в сторону.

— Нина, вы были совершенно правы, говоря, что у Рустама неприятности, — завела я печальную пластинку.

— Да? — Глаза Нины засверкали.

— Да. Но только на этот раз дело вовсе не в карточном долге. Ну, или что там еще с ним случалось прежде…

— А в чем?

— Мне кажется, все гораздо серьезнее, — напустив на себя таинственный вид, произнесла я.

— Серьезнее? — переспросила Нина. Она со звоном поставила чашку с кофе на стол и подалась вперед. — И что же это?

— Нина, вам знаком человек по имени Аркадий Павловский?

Госпожа Орлова отпрянула, как если бы я замахнулась на нее.

— Аркадий Павловский? — Ее голос зазвенел, как стекло.

— Именно.

— Ну, допустим, это мой новый компаньон, — подбирая каждое слово, произнесла она.

— Хороший компаньон?

— Куда вы клоните, Таня?

— Я нечаянно подслушала разговор этого господина и Рустама.

— Рустам и Аркадий?! Но они даже незнакомы!

— Знакомы. И очень хорошо.

— И что?

— Они что-то затеяли против вас.

— Рустам?! Против меня?! Быть этого не может!

— Я не вру. Рустам вас ненавидит. В буквальном смысле этого слова. Я сама слышала, как он это говорил.

— Бред… — Нина вскочила с места и принялась расхаживать по комнате. — Я всегда знала, что Рустам скользкий тип, я даже подозревала, что это он украл деньги за последнюю партию, но чтобы такое…

Рустам украл деньги? Так вот, значит, в чем кроется первопричина того, что Нина решила нанять меня на работу! Она догадывалась, что у Рустама рыльце в пушку! И как я сама об этом не подумала?! Кажется, все идет так, как и должно. Даже лучше, чем я предполагала! Еще немного, и можно будет перейти к главному. Я отвернулась к окну и снова уставилась на крышу соседнего дома. Белый снег застилает кровлю. Белый снег ложится на провода антенн. Белый снег сыплет в открытые двери чердака. Какая-то странная мысль промелькнула в моей голове, но резкий голос Нины заставил меня вернуться к реальности.

— А с чего вы взяли, что они затевают что-то против меня?

— Они сами говорили об этом. У них есть что-то против вас.

— Что?

— Я не знаю. Вам виднее. Но Рустам ненавидит вас — это точно! Он готов пойти на все, лишь бы вас уничтожить. Он мстит вам!

— За что? — Нина почти упала в кресло и схватилась за голову. — За что он так со мной? Я не верю! Ведь я всегда его любила! Я всегда приходила ему на помощь! Я вытаскивала его из самых жутких переделок! А он… Скотина… Да я сама его уничтожу! И его, и этого Павловского!

— Нина, а вы знали, что у Рустама была сестра? — осторожно спросила я.

— Что? — Нина вскинула на меня непонимающий взгляд.

— Вы знали, что у Рустама была сестра?

— Знала.

— А вы знали, что ее убили несколько дней тому назад?

— Да. — Все тот же дрожащий голос и непонимающий взгляд.

— Нина, Рустам мстит вам за смерть своей сестры, — вкрадчиво произнесла я.

— Что?..

— Вы убили Лену.

Нина смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Кто ты такая? — зашипела она.

— Меня зовут Татьяна Александровна Иванова. Если вас это интересует.

— Кто ты такая? Откуда ты знаешь о Лене?

— И о Лене, и о многом другом, — в тон ей ответила я.

Нина медленно поднялась с кресла и сделала шаг назад. Я тоже встала.

— Что тебе от меня надо?

— Ничего. Просто хочу узнать: за что вы их убили? Алину, Лену… Ведь девушки были ни в чем не виноваты. Они были всего лишь пешками в вашей игре. Две подружки, которые просто хотели заработать денег. А вы сначала заставили их закрутить интрижку со своими компаньонами, а потом потребовали, чтобы они всячески подталкивали Глеба и Игоря к убийству Лики. Так? Я ведь все верно говорю? Я понимаю, вам было наплевать на людей, но ведь Лена была сестрой Рустама. Неужели вы думали, что он ничего не поймет?

— Рустам — ничтожество! — выкликнула Нина.

— Возможно! Но он не дурак!

— С чего он взял, что это я убила его сестру и ту, вторую девушку? Да, они действительно работали на меня, но и только! Я их не убивала! Рустам просто сошел с ума!

— Рустам не сумасшедший. Просто он знает то, чего не знаете вы…

— Что?

— Павловский вас не предавал, он просто с самого начала знал, что у вас с ним не может быть никаких дел. Но ведь вы сказали, что бросаете своих прежних компаньонов и переходите на его сторону. Верно? Более того, вы сами предложили ему избавиться от ваших коллег — Игоря и Глеба. Ну разве Павловский мог упустить такой шанс?! Конечно, он согласился. Он предоставил вам полную свободу действий в отношении ваших компаньонов, и вы с энтузиазмом занялись их уничтожением. Именно с этой целью вам и понадобились Алина и Лена. Вы хотели, чтобы Игорь и Глеб возненавидели друг друга! Чтобы они перегрызли друг другу глотки из-за денег за последнюю партию наркотиков! Я все правильно говорю? Но потом вам стало известно, что менты готовят на вас облаву, и тогда к делу пришлось подключить Лику — совершенно лишнюю и ненужную вам личность. И вот тогда-то вы и выдали своим «работницам» дополнительное поручение — подговорить Игоря и Глеба убить Лику.

— Нет… — почти беззвучно произнесла Нина. — Я этого не делала!

— Не отпирайтесь. Это сделали вы. Вам была выгодна смерть Лики. Ведь она была лишним свидетелем! А ввиду той судьбы, которую вы уготовили ее мужу и любовнику, Лике и вовсе не оставалось места на этом свете. Вот только когда дело дошло до подстрекательства к убийству, Лена и Алина испугались. Верно? Но они испугались даже не того, что по их вине могут убить человека. Они боялись другого. Вы знали, что за ними все время следили?

— Следили?.. — осипшим голосом переспросила Нина и сделала еще один шаг в сторону окна.

— Именно. Люди Павловского. Вы понимаете, что это значит?

— Что?..

— Они видели, кто был в квартире девушек за несколько минут до убийства! Теперь вы понимаете, что за человек Павловский? Он с самого начала знал, что поступит с вами именно так, и никак иначе. Он следил за всеми участниками этой истории: за девушками, за вами, за Глебом, за Игорем.

Нина сделала еще один шаг назад, натолкнулась на подоконник и остановилась.

— Как они так могли со мной поступить?

— А как вы могли? За что вы застрелили девушек?

— Они стали мне угрожать! Они заявили, что тех денег, которые я им плачу, слишком мало за их работу! А что они особенного сделали? Что?! — Голос Нины сорвался на визг. — Я не могла рисковать и оставлять их в живых! Они стали слишком опасными! Они могли все рассказать Глебу и Игорю! К тому же Глеб и так начал меня в чем-то подозревать! Кажется, кто-то из его знакомых видел меня в компании с Алиной. Пригрози ей Глеб — и эта глупая девчонка все бы выложила ему!

— Возможно, — монотонно ответила я. Мой взгляд снова устремился поверх плеча Нины — в окно, и заскользил по заснеженной крыше. Что-то там было не так. Смутное предчувствие чего-то ужасного шевельнулось в моей душе. Что же не так? Что? Обычная крыша… Обычная вереница антенн… Обычная дверь на чердак…

— А Павловский… Ай да Павловский! Он мне еще за это ответит. Он думает, ему это так просто сойдет с рук? Нет уж! Я всем им покажу, кто такая Нина Орлова!..

И тут я поняла, что именно показалось мне таким тревожащим инстинкт сыщика на крыше соседнего дома. Чердак! Когда я пришла к Нине, дверь его была заперта, а теперь… Снежинки свободно кружились и залетали в его черное пространство. Я во все глаза всматривалась в эту зияющую черноту. До тех пор, пока не увидела, как там блеснуло что-то. Обман зрения или?..

— Будь они прокляты… Будь они все прокляты! — бесновалась между тем Нина. Кажется, она совсем забыла о моем присутствии.

Снова что-то сверкнуло в непроглядной темноте чердака. И тут мне вспомнилась фраза, вот уже который раз выпадавшая мне при гадании на магических костях: «В ваших силах предотвратить надвигающуюся беду». Не знаю, каким образом я поняла, что именно произойдет в следующую минуту, но, уже делая шаг навстречу Нине, я почти не сомневалась в правильности своего решения.

Все дальнейшее свершилось за считаные секунды. Я только успела схватить Нину за рукав ее пиджака и рвануть ее в сторону. Почти тут же стекло за ее спиной взорвалось и брызнуло тысячей осколков. Мне даже показалось, что я увидела пулю, просвистевшую мимо того места, где только что была голова госпожи Орловой. Вместе с пулей в комнату ворвались холод и снег. Я упала на пол, увлекая за собой Нину. Женщина пронзительно завизжала. А откуда-то сверху продолжала сыпаться стекольная пыль.

Я быстро поднялась на ноги и метнулась к окну. Мне показалось, что чей-то силуэт мелькнул в темноте чердака. Недолго думая, я кинулась к своей сумочке, выхватила сотовый и быстро набрала нужный номер.

— Володька! Немедленно задержите человека! Мужчина, высокого роста, брюнет! Он должен выйти из дома напротив! Немедленно! — заорала я в трубку, не слушая, что мне пытается сказать Кирьянов.

— Менты… — прошипел кто-то рядом со мной.

Я машинально обернулась, еще продолжая что-то выкрикивать в трубку, но успела уловить лишь мелькнувшую в коридоре фигуру Нины.

— О, черт! Стой! — Я выругалась и кинулась следом за ней. Дверь в коридор была распахнута и плавно раскачивалась на петлях. Я обо что-то споткнулась, чуть не потеряла равновесие и снова выругалась. Когда я выскочила на лестничную клетку, то уже никого не увидела, только где-то внизу бойко стучали каблучки — Нина Орлова торопилась покинуть дом.

— Хоть бы спасибо сказала, — произнесла я скорее для себя, чем для кого-то другого, и стала медленно спускаться по ступенькам.

Во дворе, засыпанном снегом, стояли несколько милицейских машин, и люди в камуфляже уже надевали наручники на Нину.

— Отлично сработали, ребята! Птичка сама прилетела к нам в руки, — послышался знакомый голос, и я обернулась. От небольшой группы людей отделилась фигура Кирьянова, и я приветственно помахала ему рукой. Он заметил и направился в мою сторону. Я перевела дыхание.

Кирьянов остановился и нехотя улыбнулся.

— Не стоило бы тебя хвалить, ты вечно суешь нос куда не следует, но, думаю, придется. Ты — молодчина. Спасибо.

— Да не за что, — пожала я плечами, как если бы все произошедшее в последние дни было сущими пустяками.

Я скользнула взглядом за плечо Киры и поискала глазами Нину. Некогда блистательную бизнес-леди, а теперь — обычную арестантку, закованную в наручники, сажали в машину. Должно быть, она почувствовала мой пристальный взгляд и обернулась. Ее расширившиеся глаза лихорадочно блестели.

— Это незаконно! — выкрикивала она, обращаясь то ли к Кирьянову, то ли к тем, кто удерживал ее, то ли просто ко всем присутствующим. — Вы ничего не докажете!

— Это маловероятно! — крикнула я ей. — Весь наш разговор записан на диктофон!

Нина рванулась в мою сторону, но конвойные удержали ее. Она окинула их испепеляющим взглядом, гордо вздернула подбородок и быстро села в милицейскую машину.

— Ребята, поработайте в доме, — приказал подполковник.

Я невольно поежилась. На морозной вечерней улице было холодно, и синий мигающий свет от машин тоже был холодным, он отбрасывал блики на белый снег и лица людей, бил прямо в глаза и заставлял щуриться. Казалось, повсюду были люди в камуфляже…

— Держи, — послышался словно издалека голос Кири, и на мои плечи легла его тяжелая кожаная куртка. — А то совсем замерзнешь, заболеешь, а мне потом к тебе в больницу ездить.

— Во всем ищешь выгоду, — пробурчала я, но вовсе не со зла.

— Подполковник, мы его поймали! — послышался громкий бас, и я поспешила обернуться. К нам приближались двое людей в камуфляже. Под руки они вели высокого мужчину в черном драповом пальто, которое было все вываляно в снегу.

— Сергей! — воскликнула я, узнав в арестованном своего знакомого.

— Он? — спросил Киря.

— Он! Это он стрелял с крыши в Нину!

Сергей устремил на меня злобный взгляд исподлобья. Он меня узнал. Я сделала решительный шаг ему навстречу и остановилась.

— Сергей, — позвала я.

Он смотрел все так же зло. Я повернулась к подполковнику. Володька отдавал распоряжения по поводу осмотра квартиры Нины. Воспользовавшись тем, что он не может меня слышать, я быстро-быстро зашептала:

— Это она тебя прислала? Да? Это Лика?

— Я не знаю никакой Лики.

— Можешь не бояться — я не выдам тебя! Если хочешь ее покрывать, то это твое право. Но ответь мне: это была она? Она попросила тебя убить Нину?

Сергей смотрел мне прямо в глаза. И я понимала — моя догадка совершенно верна.

— Лика все еще в той квартире, куда ты ее отвез пару дней назад?

Сергей снова промолчал, но я все поняла без слов.

— Можете его уводить! — громко сказала я и поспешила отвернуться. История, в которой роли убийц и жертв перемешались, почти закончилась, но — не для меня.

Я отыскала Кирьянова и под благовидным предлогом выпросила позволение отправиться к себе в гостиницу.

— Сейчас я найду человека, тебя отвезут, — засуетился подполковник.

— Не стоит! — испугалась я. — Мне не настолько плохо, чтобы нужно было везти меня до гостиницы с мигалками. Я вполне способна добраться на собственной машине!

Володька с сомнением на меня посмотрел:

— Ладно, сегодня выспись как следует, а завтра чтоб была у следователя, не позднее двенадцати часов. Я за тобой заеду!

Я согласно закивала и поспешила к своей ласточке. Забравшись в холодный салон, я повернула ключ зажигания. Мотор заурчал, и машина сорвалась с места.

Ни в какую гостиницу я, разумеется, не собиралась. У меня были дела поважнее. Я достала из бардачка карту города, прикинула, как мне лучше добраться до нужной улицы, и прибавила скорость. Уже через полчаса моя верная подружка въехала в заснеженный дворик с покосившимися домами и сломанными лавочками. Заглушив мотор, я выбралась из машины и зашагала к нужному дому. В подъезде по-прежнему была кромешная темнота. Когда глаза немного привыкли к мраку, я поднялась по ступенькам. Дошла до третьего этажа и остановилась. «Как Лика назвала старуху, с которой она сейчас живет? Марфа? Кажется, так».

Я подумала еще немного и вдавила кнопку звонка. Раз. Другой. Где-то с пятой попытки, когда я уже совсем было отчаялась, мне наконец-то открыли. На пороге стояла толстая тетка. Она куталась в теплый пуховый платок и смотрела на меня маленькими заплывшими глазками.

— Чего тебе?

— Я приехала из Тарасова к своей бабушке. Марфой ее зовут. Не была у нее уже лет пять, вот номер квартиры и забыла. Может, вы подскажете… — жалобным голосочком попросила я.

— Марфа?

— Да, — кивнула я.

— Это тебе на этаж выше подняться нужно. В 47-ю квартиру. Только звонка у нее нет, так что стучи, — проинформировала меня тетка в платке.

— Спасибо, — поблагодарила я и заспешила вверх по ступенькам.

У двери с нужным мне номером действительно не обнаружилось звонка, и мне пришлось долго стучать кулаками в дверь, прежде чем по ту сторону послышались шаркающие шаги, а затем скрипучий голос спросил:

— Кто там?

— Я от Сергея! — крикнула я. — Откройте. У меня для вас весточка!

Через пару секунд послышалось клацанье цепочки, защелкал открываемый замок. Дверь чуть-чуть приоткрылась, и из дверного проема на меня глянули выцветшие старушечьи глаза.

— Что нужно?

— Мне нужно увидеть Лику.

— Ты же сказала, что от Сергея, — напомнила недоверчивая старуха.

— Ну да. А кем вы приходитесь Сергею?

— Тетка я его. Ну, так чего тебе надо?

— Мне нужно поговорить с Ликой. Она ведь здесь живет?

— Нет ее тут больше.

— Как — нет? — растерялась я.

— А вот так, ушла она сегодня.

— Куда?

— Она мне не доложила, — огрызнулась старуха и отпрянула назад, явно собираясь захлопнуть дверь.

— Постойте!

— Что еще?

— А вы не знаете, когда она вернется?

— Нет.

— А она больше… никогда сюда не вернется?

— Откуда мне знать! Вещей она своих не забирала. Может, и вернется, а может, и нет!

— Я оставлю ей записку?

— Оставляй, — разрешила бабка.

— Подождите, я сейчас напишу. — Я засуетилась и полезла в сумку за ручкой и блокнотом.

«Сергей арестован. Он ничего не скажет на следствии — можешь не опасаться. Нина в тюрьме. От доброжелателя», — гласило мое короткое послание, которое я и вручила старухе.

— Только обязательно передайте. Это очень важно! — крикнула я уже в закрывающуюся дверь. «Конечно же, старуха первая прочтет это письмо, — подумала я, медленно спускаясь по ступенькам. — Ну и пусть! Главное, чтобы в итоге оно дошло до Лики. И чем скорее, тем лучше…»

* * *

В этот же день я переехала в другую гостиницу, поскольку от одной мысли, что придется снова встретиться с Рустамом, мне становилось не по себе. Свои новые координаты я сообщила Кирьянову, но подполковник был так занят, что вспомнил о своей подруге только через два дня. Он позвонил мне поздно вечером и рассыпался в извинениях.

— Ладно, прощаю, — снизошла к нему я. — Только с одним условием!

— С каким еще условием? — насторожился Кира.

— Ты должен мне рассказать о том, как проходит следствие!

— Таня… — заныл приятель.

— И никаких «Таня»! — отрезала я. — Быстро рассказывай!

— Ну, хорошо, — вздохнул он.

Я устроилась поудобнее в кресле.

— Рассказывай, что там с Ниной? Она призналась?

— У Орловой классные адвокаты. Но это ее не спасет. Запись вашего с ней разговора — достаточно веская улика, чтобы засадить ее за решетку. Однако ее защита нашла одну лазейку.

— Какую?

— Дело в том, что Алина и Лена подстрекали Глеба и Игоря к убийству Лики вовсе не по указке Орловой.

— Нет? А по чьей же тогда? Кому еще была выгодна смерть девушки?

— Да в том-то и дело, что почти всем! И Глебу, и Игорю! И самой госпоже Орловой! Но идея убить ее пришла в голову именно Рустаму.

— Что?! Быть этого не может! Я сама слышала их разговор о том, что они подменили деньги за партию товара на фальшивые купюры, а деньги поделили между собой… — Тут я запнулась.

— Вот-вот. В том-то все и дело! Рустаму вовсе не хотелось ни с кем делить украденные деньги. Да, с самого начала они действовали заодно, но потом он решил, что пятьдесят процентов — слишком мало, если можно получить все! Вот тогда он и решил, что Алина и Лена должны уговорить своих кавалеров нанять убийцу для Лики. Он был таким предусмотрительным, что даже вручил девушкам телефончик, по которому они и свяжутся с человеком, готовым взяться за такое дело.

— То есть это Рустам нашел убийцу для Лики?!

— Именно! Он не думал, что Глеб и Игорь отважатся на такой шаг!

— Он не думал, что два человека могут обратиться к одному и тому же киллеру с одинаковой просьбой, — пробормотала я. — Он не предполагал, что этот убийца захочет спасти свою жертву.

— Что?

Я тряхнула головой:

— Нет, нет! Ничего! Так, что еще? Рустам берет вину на себя?

— Нет, конечно! Более того, он предоставил следствию всю документацию, по которой проходят все реальные банковские счета, и по ней ясно, каким образом госпожа Орлова отмывала деньги от продажи наркотиков!

— Да ты что! Значит, он все-таки это сделал?

— Но и это еще не самое главное! Оказывается, все это время Рустам следил за каждым шагом Нины: он зафиксировал на камеру, как Нина входила в дом Алины и Лены за несколько минут до убийства. Ты представляешь?! Сдал госпожу Орлову со всеми потрохами! После этого ей уже никакой адвокат не поможет!

— Ну, Рустам! Ну, молодец… Я и не думала, что он сможет это сделать… Я не верила в это до последнего.

— Так что Рустам откупился! Он перед судом чист как стеклышко!

— И что же теперь? Все, чем владела Нина, перейдет к нему?

— Ну, об этом еще рано гадать. Но, думаю, именно так все и будет.

— А Сергей так и не сказал, кто его нанял?

— Нет. Он — подставное лицо, это очевидно. Такой тип никогда заказчика не сдаст.

— Это верно, — согласилась я. — Такой, как Сергей, не сдаст своего нанимателя.

— Он же наемный убийца.

— Н-да, — протянула я, думая о своем.

Эпилог

В здании вокзала было душно и шумно. Я расстегнула верхнюю пуговицу пальто и прислонилась к стойке у кассы. Просто немыслимо — провести почти полчаса у кассы в ожидании, когда до меня дойдет очередь. Уже сто раз мне хотелось послать все к черту и отправиться домой, но мысль о том, что я проведу новогодние праздники в одиночестве, каждый раз меня останавливала. «Все-таки не каждый день выпадает случай поехать к своим старинным друзьям в Зеленоград…» — утешала я себя, с тоской озирая нескончаемую очередь.

Когда мне наконец предоставилась возможность произнести в окошко: «Мне билет до Зеленограда, туда и обратно», — я просто не поверила своему счастью.

— На какое число? — монотонно спросила девушка в окошке.

— На 30 декабря туда и на 7 января — обратно, — устало ответила я.

— Паспорт.

Я протянула документ и пару новеньких купюр.

— Минутку, — ответила кассирша и уверенно защелкала по клавишам клавиатуры.

Я отвернулась от нее и принялась бессмысленным взглядом блуждать по лицам прохожих: сухощавый дядька с «дипломатом» в руках переминается с ноги на ногу, за ним стоит тетка в розовом берете, дальше — девушка в белом пальто… «Просто поразительно, сколько людей спешат встретить Новый год подальше от родного города!» — подумала я. И вдруг нечто странное промелькнуло в моей голове. Я снова заскользила взглядом по лицам в толпе. Вот он, дядька с «дипломатом», вот тетка в смешном берете. А где же девушка в белом пальто? Я приподнялась на цыпочки, пытаясь поверх людских голов различить знакомый силуэт. Где же она? А может, мне просто показалось? Что ей делать в Тарасове?

— Девушка, возьмите билеты! — окликнула меня кассирша.

Я быстро схватила протянутые мне розовые бумажки и, сунув их в сумку, поспешила в том направлении, куда только что скрылась девушка в белом пальто. «Неужели это на самом деле она?» — лихорадочно думала я, пытаясь отыскать знакомое лицо. Впереди мелькнуло что-то белое. Я ускорила шаг. «Не может быть! Что ей тут делать?»

Белое пальто еще раз показалось в толпе и исчезло за спинами прохожих.

— Лика! — окликнула я девушку.

«Может, я обозналась?» Я решительно протискивалась вперед, расталкивая теснившихся у кассы людей. В поле моего зрения снова попала девушка в белом пальто — она спускалась по ступенькам к выходу.

— Лика! — крикнула я погромче, перегибаясь через перила.

Девушка не обернулась. Она стремительно сбежала по ступенькам, сделала еще несколько шагов, толкнула стеклянную дверь-вертушку и оказалась на улице. Недолго думая, я побежала за ней.

— Лика! — выкрикнула я, выскочив на улицу, засыпаемую снегом.

Девушка остановилась и обернулась. Я не ошиблась — это была она! На меня растерянно смотрела Лика, чей след столь стремительно потерялся, когда началось следствие по поводу налинских наркобаронов! На ходу запахивая куртку, я подбежала к девушке.

— Привет! Ты меня не узнаешь?

Лика внимательнее всмотрелась в мое лицо и отрицательно покачала головой:

— Нет.

— Мы не были знакомы лично. Но ты должна была обо мне слышать. Меня зовут Таня.

Девушка снова покачала головой и попятилась.

— Кажется, вы меня с кем-то путаете.

— Вовсе нет! Я тот самый доброжелатель, оставивший тебе записку на квартире тетки Сергея. Ты ее получила? Она передала ее тебе?

Девушка побледнела. В ее взгляде сверкнули ледяные искорки злости и недоверия.

— Откуда ты меня знаешь?

— Я — знакомая Сергея, — не моргнув глазом, соврала я.

— Знакомая? Но почему ты решила меня предупредить?

— Так моя записка дошла до тебя?

— Дошла. Зачем ты это сделала?

— Я просто знала, что ты совершенно ни в чем не виновата! Тебя использовали в своих интригах Нина и Рустам…

— Что?

— У тебя есть время? Может, посидим где-нибудь? Здесь неподалеку есть кафе. Как ты на это смотришь?

Лика пожала плечами:

— Идем.

Через пару минут мы расположились за одним из дальних столиков в привокзальном ресторанчике.

— Может, ты расскажешь мне все с самого начала?

— С самого начала? — переспросила Лика, прикуривая сигарету. Я поморщилась, но делать ей замечание не стала. С тех пор как я бросила курить, не выношу сигаретного дыма!

— Да. С того момента, как ты познакомилась с Сергеем.

— На самом деле я многим тебе обязана. Если бы ты не оставила мне того послания, даже не знаю, что бы еще могло произойти… Это Сергей попросил тебя написать мне обо всем? — спросила Лика.

— Нет. Сергей тут ни при чем. Более того, могу сказать тебе честно, вряд ли я еще когда-нибудь его увижу. Дело в том, что я — частный детектив и в Налинск меня привели дела. Я работала по делу об убийстве Алины Завьяновой. Признаться, я поначалу подозревала именно тебя и только потом поняла, кто настоящий убийца. Но это — дела минувшие. И все же было бы интересно услышать некоторые подробности, о которых мне можешь поведать только ты. Я знаю лишь немногое из того, что происходило несколько месяцев тому назад в Налинске. Но мне надо знать всю правду, до конца!

— Так, значит, ты…

— Да, я — частный детектив.

Лика с сомнением посмотрела на меня, вздохнула и кивнула:

— Хорошо. Я расскажу тебе все. — Девушка замолчала на минуту, очевидно, собираясь с мыслями, а затем начала рассказывать: — Эта история началась совершенно неожиданно. В один день вся моя жизнь перевернулась. Я тогда даже толком и не понимала, что происходит. Помню только, что возвращалась из магазина. Меня догнал незнакомый мужчина и помог донести сумки с продуктами до дома, а когда я хотела поблагодарить его и уйти, он вдруг сказал, что его зовут Сергеем и что он должен меня убить. Даже теперь, спустя столько времени, не могу сказать, что я испытала в ту минуту! А Сергей рассказал о том, что заказали ему мое убийство… МОЙ муж и МОЙ любовник!

— А он объяснил, из-за чего они хотели тебя убить?

— Из-за денег, — Лика всхлипнула, — из-за проклятых денег, которые они должны были получить за партию наркотиков! Сергей сказал, что он может мне помочь. Он предложил сбежать из города вместе с ним. Он дал мне пару дней на раздумья. Два самых ужасных дня в моей жизни! Когда я засыпала и просыпалась рядом с мужчиной, заказавшим мое убийство, который был моим мужем, я думала, что хуже этого не может быть ничего на свете… и в итоге я на самом деле собралась бежать с Сергеем. Но потом эти планы поменялись в одну минуту: ко мне пришел Рустам. Он предложил украсть деньги, которые я получу в Тарасове. Этот человек точно знал обо всем, что со мной происходило! В любой другой ситуации я бы отказалась, но тогда… Я вдруг поняла, что не могу просто так взять и сбежать из города. Да и почему я должна была сбегать? Это они, мой муж и мой любовник, должны бежать!

— И ты согласилась участвовать в афере Рустама?

— Именно! Мы решили, что поделим деньги сразу же, как только я их получу, а хозяевам достанется сумка с фальшивыми ассигнациями.

— Но ведь именно на трассе Тарасов — Налинск должно было произойти… — начала было я.

— Да. Сергей должен был подсесть ко мне в машину на этой трассе, а потом убить. Когда я ему рассказала о своих новых планах, он пришел в ярость: он сказал, что у нас уже есть деньги — деньги, которые он получил за мое убийство! Но потом мне все-таки удалось его убедить, я сказала, что это будет моя месть им. Только тогда Сергей согласился и принял во всем этом активное участие.

— А впутать в ваши дела Лену — это была его идея? Да?

— Да. Сергей был уверен, что это будет часть мести. Ведь она была любовницей моего мужа! Потому он и решил выдать ее вместо меня людям Глеба. Это было рискованно, но сбегать из города с деньгами за неосуществленное убийство было еще большим абсурдом.

— А как вы хотели заманить Лену на трассу?

— Легко. Сергей познакомился с ней. У них завязалась интрижка. А потом Сергей наплел ей о том, что у него якобы дела в Тарасове. Сказал, что туда он поедет с друзьями, а вот обратно его смогут довезти только до половины пути, потом придется ловить попутку. Лена должна была вызваться встретить его на трассе. У нее ведь была машина.

— И она согласилась?

— В конечном итоге — да. Но потом все пошло наперекосяк. Вместо нее на трассе появилась совершенно другая девушка.

Я вздохнула. «Да уж, бедная девушка — Таня Иванова, появившаяся вместо Лены на трассе», — мысленно прокомментировала я, но вслух ничего не сказала.

— С этого момента все — совершенно все — превратилось в кошмар! Сергей отнял у меня деньги, которые мы поделили с Рустамом. Он запрещал мне покидать квартиру. Говорил, что сам все уладит. Но как? Каждый раз, возвращаясь домой, он был чернее тучи. Что-то происходило, но что — он не желал говорить. А когда он узнал, что я выходила из дома и виделась с Игорем, то и вовсе пришел в ярость. Сергей обвинил меня в том, что я — убийца! По его словам получалось так, что я убила и Лену, и Алину! Что я стреляла в Игоря! В тот же день он перевез меня на другую квартиру к своей старой тетке — ужасной сварливой бабке, следившей за каждым моим шагом. Я была просто в отчаянии. У меня не было ни денег, ни документов. Я осталась совсем одна в городе, где, кроме мужа и Глеба, у меня никого не было. Я была в отчаянии, не знала, что делать. Потому однажды я и решилась пойти к Нине — я хотела попросить у нее денег, хотя бы на билет, чтобы уехать из этого города. Куда? Мне было совершенно все равно! Нина обещала, что поможет мне. Я уже предвкушала скорую свободу. Но потом пришел Рустам. — Лика замолчала, уставившись в окно.

— Лика, он рассказал тебе о своей сестре? Верно? Он рассказал тебе о девушке по имени Лена, работавшей на Нину, которая должна была совратить одного бизнесмена и подговорить его убить собственную жену. Так все было? Ты же поняла, о ком он говорит? Ты поняла, что Лена и тот бизнесмен, о которых говорил Рустам, это…

— Да! — почти выкрикнула девушка. — Я все поняла! Я сразу же поняла, чьих это рук дело! Я поняла, что это Нина — и только она — виновата во всем том ужасе, который творился со мной! Тогда я не знала, зачем ей это понадобилось. Наверное, из-за денег! Мне было на это наплевать! Я просто хотела, чтобы человек, который заставил меня так страдать, ответил за это…

— И тогда ты попросила Сергея убить ее?

— Да. И мне очень жаль, что он не смог этого сделать!

— Нина в тюрьме. И надолго. Думаю, это ей достойное наказание, — возразила я.

— Возможно.

— А что было потом? Куда ты исчезла? Следователи пытались тебя найти.

— Как только я получила твое письмо, тут же собрала все вещи и ушла от тетки Сергея. Я украла у нее деньги, которыми смогла подкупить охранника в тюрьме. Он устроил мне встречу с Сергеем. Единственное, что мне нужно было от этого человека, так это номер банковского счета, на котором он хранил деньги, полученные от Игоря и Глеба за мое убийство, и еще деньги, поделенные мной и Рустамом.

— Он назвал тебе номер?

— Да. Только после этого я смогла купить билет и уехать из Налинска.

— А что ты теперь делаешь здесь?

— Просто проездом. На самом деле я планирую уехать за границу. Мои муж и любовник не поскупились, оплачивая мое убийство, на эти деньги я смогу безбедно жить где-нибудь в Варшаве.

— Значит, в Варшаве? — с легкой улыбкой переспросила я.

— Именно! Прости, мне пора.

— Конечно, конечно.

— Счастливо! — Лика быстро поднялась из-за столика.

— И тебе удачи в Варшаве.

Девушка махнула мне рукой и поспешила покинуть ресторанчик. Я проводила ее взглядом и вздохнула. Возможно, я ошиблась, утаив от Лики истинную роль Рустама во всей этой истории, но в эту минуту мне казалось, что я приняла единственно верное решение. Варшава не так уж далеко от России, а Сергей рано или поздно окажется на свободе, и — кто знает? — не будет ли эта история иметь продолжения?

Я допила кофе и тоже покинула заведение.

В воздухе кружились белые хлопья снега. Я поймала на ладонь одну снежинку и улыбнулась. «Да, думаю, я поступила верно!» Снежинка растаяла, и от нее осталась капля воды. Я поежилась и поспешила натянуть перчатку на замерзшие пальцы. Подняв воротник пальто, я быстро зашагала по заснеженной улице.

Меня ждали новые дела, новые встречи…

Content

Марина Серова
Мечта не по карману

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Эпилог