Григорий Горин

К вопросу о Державине

Недавно у нас на фабрике была назначена лекция о Державине. О Гавриле Романовиче. О поэте прошлого века. Ну, о том, что еще Пушкина заметил и, в гроб сходя, благословил.

Остались мы все после смены, собрались в красном уголке, ждем. Первым появляется председатель нашего фабкома Чибирев, представляет нам лектора, профессора-литературоведа. Затем такой симпатичный старичок профессор начинает нам рассказывать о поэте Державине. Надо сказать, исключительно интересно рассказывает. Про то, как Державин родился в 1743 году, как он рос, как сформировал мировоззрение, как оды стал писать. Про его взаимоотношения с Екатериной упомянул… Потом стихи на память читал. Короче, увлекательная лекция получилась.

Мы заслушались, не заметили, как два часа пролетело. Наконец закончил профессор лекцию, сел. Встает председатель фабкома Чибирев и говорит:

– Дорогие товарищи, разрешите от вашего имени поблагодарить уважаемого профессора за содержательную лекцию!

Мы зааплодировали. Профессор поклонился, говорит:

– Спасибо, товарищи! Может быть, у кого-нибудь возникли какие-либо вопросы?

Чибирев говорит:

– Да, товарищи, если кто хочет о чем-нибудь спросить, то не стесняйтесь…

Мы молчим, думаем. Но тут встает мастер из второго цеха Самсонов и говорит:

– У меня есть такой вопрос: когда на нашей фабрике наконец столовую откроют?

Профессор растерялся, Чибирев вздрогнул и говорит: – Ты что, Самсонов? О чем спрашиваешь? Это же несущественный вопрос!

– Как так несущественный? – говорит Самсонов. – Четвертый месяц фабком столовую обещает, да все тянет… А мы в обед за пять кварталов покушать бегаем, время теряем… Державина почитать некогда!

Чибирев разнервничался, кричит:

– Садись, Самсонов! Не ставь нас всех в неудобное положение перед товарищем профессором! – и уже ко всем обращаясь: – Товарищи, попрошу задавать вопросы по существу, то есть относящиеся именно к поэту Державину!

Мы опять сидим, молчим. Самсонов опять руку тянет.

Чибирев подозрительно спрашивает:

– Самсонов, ты про Державина вопрос имеешь?

– Про Державина, – говорит Самсонов.

– Ну, тогда спрашивай! – говорит Чибирев.

Самсонов встает и говорит:

– Я интересуюсь, как поэт Державин строил свой рабочий писательский день? Как у него было с обеденным перерывом? Рядом у него столовая была, или ему приходилось до нее по двадцать минут в автобусе ехать?

Чибирев аж весь побагровел, кричит:

– Ты что Самсонов, издеваешься? Какие могли быть двести лет назад автобусы?

– А если не было автобусов, – говорит Самсонов, – то я уверен, что поэт Державин хорошо продумывал этот вопрос и ел вкусно, быстро и недалеко от рабочего места и тем самым способствовал высокой производительности своего труда!

Тут встает профессор и говорит:

– Товарищ Самсонов абсолютно прав. Поэт Державин не был гурманом, но очень уважал обеденное время и любил сесть за красиво убранный стол. Вот, например, как он описывал его в стихотворении «Жизнь званская»:

«Багряна ветчина, зелены щи с желтком,

Румяно-желт пирог, сыр бледен, раки красны,

Что смоль янтарь-икра, и с голубым пером

Там щука пестрая – прекрасны!»

– Спасибо, товарищ профессор, что вы меня поддержали! – говорит Самсонов. – Я считаю, товарищ Чибирев, что после этих стихов затяжка со столовой у нас на фабрике просто неуважение к памяти известного русского поэта Державина!

Тут Чибирев смутился и говорит:

– Хватит, Самсонов. Все ясно! Завтра же на фабкоме решим вопрос со столовой! И не к чему сюда Державина путать… Нет вопросов?

– Нет! – говорит Самсонов. – Тогда все ясно!..

На этом лекция и закончилась.

Мы все расходились очень довольные.

А Самсонов сказал:

– Видите, что значит вовремя соединить поэзию с жизнью?.. Какой эффект получается!.. Вот, говорят, через неделю у нас будет лекция другого профессора про поэта Тютчева, так я под это дело вопрос о яслях поставлю…

Content

Григорий Горин
К вопросу о Державине