Гвендолин Кэсседи

Вера и любовь

Пролог

– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно произнес священник.

И тут Люси испытала невыразимое блаженство. Последние несколько дней были совершенно сумасшедшими. Теперь наконец-то она могла расслабиться.

– Ты куда? – раздался звонкий голосок.

– Тише, маленький! – Джемайма цепко держала за ручку упирающегося малыша. – Мама и папа должны пойти посмотреть, как тетя Алвина и дядя Рой распишутся в большущей книжке…

– Мы ненадолго, – улыбнулась Люси сыну. – Побудь пока с Джемаймой, Тимми. Слава Богу, Винни вовремя отказалась от мысли доверить этому сорванцу свой шлейф, – шепнула она на ухо мужу. – Это явно кончилось бы большой бедой…

– Ничуть не сомневаюсь, – усмехнулся тот. – Наш сын прямо тридцать три несчастья во плоти!

– Ну уж не хуже любого мальчугана его возраста, – слегка обиделась Люси.

– Я бы так не сказал… Слава Богу, старшенькая прекрасно воспитана.

Люси отыскала взглядом дочку. В прелестном розовом платьице с миниатюрным кринолином, с темными волосами, рассыпанными по плечам, Мэнди двигалась с грацией, редкостной для семилетней девочки. «Она уже жила раньше на этой земле», – говорила про малышку Джемайма и, похоже, не ошибалась.

Глядя на молодых, Люси вспоминала, как восемь лет назад вот так же расписывалась в книге. Искоса взглянув на мужа, она еще раз убедилась, что тот почти не изменился: был по-прежнему строен и подтянут, лишь виски слегка посеребрила седина.

Какие это были чудесные годы! Разумеется, порой они расходились во мнениях. Но найдется ли на земле хоть одна супружеская чета, прожившая без единой ссоры?

Арт подарил ей так много, и не в последнюю очередь умение выражать свои чувства на холсте. Впрочем, Люси понимала, что не ей мериться с мужем силами в области живописи…

Истинной же их гордостью были, конечно, дети. Арт оказался великолепным отцом. Он увлеченно возился с малышами, никогда не сковывая их природной живости, но и не позволяя садиться себе на шею. Да и любовником он был лучшим в мире, улыбнулась Люси своим мыслям.

– Ты потрудилась на славу, улаживая проблемы наших новобрачных, – шепнул ей на ухо Арт, любуясь прелестным личиком невесты, слегка затененным широкими полями белой шляпы.

– Я сделала для них не больше, чем ты в свое время для нас, – шепнула она в ответ.

– Не преувеличивай. – Помолчав, Арт смущенно спросил: – А ты никогда не жалела, что у нас не было столь пышной брачной церемонии?

– Ни секунды, – искренне ответила Люси. – Наша свадьба была прекрасна. Как и наша жизнь… – нежно прибавила она и увидела, как тотчас потеплели серые глаза.

– Ни один мужчина в мире не посмел бы просить Бога о большем счастье, – ласково ответил он.

Признание мужа Люси восприняла как самое высшую на свете похвалу. Могла ли она подумать, что восемь лет назад, сама еще почти девочка, вступит в схватку с судьбой за любимого человека и выйдет из нее победительницей. И ни собственная наивность, ни возраст избранника, ни опытность обольстительной соперницы не стали препятствием на пути к ее счастью.

1

– Боюсь, так дело и обстоит, – огорченно произнес адвокат. – Дом давным-давно заложен, а за то, что осталось в комнатах, много не выручишь.

– Значит, найду работу, – решительно заявила Люси. – Как-нибудь проживем.

– В девятнадцать лет, не имея специальности, вам трудно будет заработать на сносную жизнь для себя и сестры, – последовал резонный ответ. – Мне еще повезло, что я разыскал вашего дядю. Он…

– Он приходится дядей только Алвине, – перебила его Люси. – Я ему не родня…

– В глазах закона вы одна семья. Уверен, что мистер Флетчер того же мнения.

Если Арт Флетчер хоть в чем-то похож на брата, желчно подумала Люси, то у него не будет ни малейшего желания заботиться даже о Винни, родной ему по крови. А что уж тут говорить о совершенно чужой ему девице… Впрочем, если на то пошло, она вовсе не желает, чтобы кто-то заботился о ней.

Мистер Мэй совершенно прав – это она вынуждена была признать. Даже если бы удалось найти работу, двоих ей не прокормить. Мысль о расставании с сестрой глубоко печалила ее, но прежде всего надлежало думать о благополучии девочки. Однако если дядя откажется заняться делами покойного – а такое вполне вероятно, учитывая долгие годы отчуждения между братьями, – у Люси выбора не останется. И это далеко не худший вариант…

На лице Люси ясно читалась внутренняя борьба. Наблюдая за девушкой, адвокат невольно восхищался силой ее духа. Внешне это была типичная девочка-подросток, по крайней мере с первого взгляда: личико без малейших следов косметики, пушистые темные волосы, стройное тело, свитерок, джинсы!.. Вот только ярко-синие глаза, широко расставленные, опушенные густыми ресницами, а вернее, их взгляд делал ее старше.

– Не думаю, что новые владельцы потребуют немедленно освободить дом, – вновь перешел к делу мистер Мэй. – Но чем скорее все будут улажено, тем лучше. Разумнее всего пригласить оценщиков, чтобы определить стоимость мебели… Если, конечно, мистер Флетчер не пожелает распорядиться имуществом покойного брата по своему ycмотрению. Он прибудет еще на этой неделе.

Значит, ей следует определиться в отношении собственной жизни как можно скорее, мрачно заключила Люси. И перво-наперво надо будет найти жилье.

Когда скоропостижно скончался отчим, в ее душе не образовалось пустоты. Даже в лучшие времена они не были особенно близки, а после смерти матери еще больше отдалились друг от друга. Впрочем, и родную дочь он не баловал вниманием. Для Тревора Флетчера обе девочки были лишь бременем, тяжким бременем…

– А как вам удалось разыскать Арта Флетчера? – поинтересовалась Люси. – Насколько мне известно, он вот уже много лет не общался с отчимом.

– Служащие местной галереи, где он сейчас выставляется, связали меня с его агентом. Остальное было элементарно. Однако когда мистер Флетчер созвонился со мной, было уже поздно: на похороны он не успевал.

– Не думаю, что многое изменилось бы, даже будь он здесь, – пробормотала себе под нос Люси. – Он, кажется, довольно известен, как художник?

– Не просто известен. Сам я не дока по части живописи, но знатоки считают его едва ли не гением. К тому же он еще сравнительно молод.

Возможно, для вас, подумала Люси. Для нее тридцать четыре года означали едва ли не старость. Наверняка разница в возрасте в десять лет и послужила одной из причин размолвки между братьями.

Арт был немногим старше ее, когда жизнь вынудила его заботиться о себе самостоятельно. Насколько ей было известно, свою роль сыграли и деньги. Ничего удивительного. Наверняка деньги значили для младшего брата ничуть не меньше, чем для старшего. Одного поля ягоды… Наверняка именно финансовые проблемы стали причиной инфаркта отчима, приведшего к летальному исходу…

– Думаете, Доминика – подходящее место для пятнадцатилетней девочки? – спросила она. – И как там насчет школ?

– Насколько мне известно, школы везде примерно одинаковы, – задумчиво произнес Конрад Мэй. – С другой стороны, Арт Флетчер может остановить свой выбор на частной школе-интернате. Рассудим здраво: холостяк в его возрасте не лучший опекун для девочки-подростка. А что уж говорить о постоянном проживании под одной крышей? Я не уверен даже, что он постоянно живет на Доминике. – Адвокат посуровел. – Впрочем, все это вы обсудите с ним лично. Уверен, он все устроит наилучшим образом.

А вот Люси недоставало подобной уверенности. Винни люто возненавидит частную школу. Да и путешествие на другой край земли с перспективой поселиться среди совершенно чужих людей в восторг ее не приведет. Хотя пока рано об этом рассуждать. Будущее их обеих еще слишком туманно…

В школу за сестрой она опоздала на десять минут – застряла в пробке – и была удивлена, увидев Винни терпеливо ее ожидающей. А ведь девчонка вполне была способна прыгнуть в первую попавшуюся попутную машину. По крайней мере, этот вариант она предпочла бы тряске в душном автобусе. Об опасности глупышка и не думала.

Как и Люси, Винни пошла в мать – синие глаза, темные волосы, стянутые в конский хвостик, полудетское личико, в котором уже явственно угадывалась будущая красота. Как ни старалась Люси, ей не удалось стать для сестры матерью. Да это было и невозможно…

– Куда ты запропастилась? – жалобно воскликнула девочка, забираясь в машину, которая вскоре должна была, как и все остальное, перейти в чужие руки. – Что сказал мистер Мэй?

– Ничего такого, чего бы мы не знали сами, – призналась Люси, всегда предпочитавшая абсолютную честность. – Мы остались ни с чем, Винни. Все пропало – дом, деньги… Все.

– Ну, папа никогда деньгами нас не баловал, так что нам не привыкать, – тряхнула головой девочка. – Вот Мелани говорит, что ее мама каждую неделю получает по почте деньги, а городской совет выделил им домик. Разве у нас так не выйдет?

Если бы все было так просто, мрачно подумала Люси.

– Видишь ли, у нас другая ситуация, – вслух произнесла она. – Сначала нам надо понять, что у твоего дяди на уме. Официально он является твоим опекуном. А это значит, что мы должны ему подчиняться.

– На фиг мне опекун! – взвилась Алвина. – Ты всегда присматривала за мной. Что изменилось?

– У меня денег нет! В отличие от твоего дяди, – почти с ненавистью в голосе произнесла Люси.

– Если он такой богач, мог бы купить нам дом!

– Думаю, этого было бы недостаточно, – уже спокойнее сказала Люси. – Слушай, давай заедем в кондитерскую за шоколадными пирожными, а?

Синие глазки сестры тотчас загорелись:

– А мы можем себе это теперь позволить?

– Нет. Но плевать! – бесшабашно ответила Люси. – Давай жить одним днем!

Они купили шесть пирожных и все их прикончили, сидя на веранде дома, который уже им не принадлежал. Вечером, моя посуду, Люси думала, что за дом с четырьмя спальнями можно получить кругленькую сумму. Но вот покроют ли вырученные деньги долги покойного – это уже другой вопрос. Впрочем, ей и без того есть о чем беспокоиться.

Потом они смотрели телевизор. Около десяти Алвина без понуканий отправилась в постель, оставив Люси наедине с тяжелыми бесплодными раздумьями. «Об этом я подумаю завтра», – вспомнила та слова любимой героини. Как говорится, утро вечера мудренее.

Но, как часто случалось, добравшись до постели, Люси обнаружила, что сна нет ни в одном глазу. Решив, что дело поправит чашка горячего шоколада, она спустилась в кухню, чтобы подогреть молока, даже не накинув халатика поверх короткой ночной сорочки.

Начинался дождь, и капли уже вовсю барабанили по стеклам. Это полезно для зелени в саду, подумала Люси. Листва чахнет на глазах от засухи. Хотя и это тоже уже не ее проблема…

Она собиралась подняться к себе, когда услышала снаружи шум мотора, потом шуршание гравия под колесами. Сквозь застекленную дверь мелькнул свет фар. Машина затормозила прямо у входа.

Затем послышались голоса, свет заслонила чья-то тень и кто-то надавил на кнопку звонка. Таинственный «кто-то» мог быть только одним человеком – тем, кого они ждали, пусть не так скоро.

Поставив кастрюльку с шоколадом прямо на перила лестницы, Люси прошлепала по ковру к дверям, и пальцы уже коснулись дверной ручки, когда внутренний голос зазвучал предостерегающе. Фигура за дверью явно принадлежала мужчине, но кто мог поручиться, что это…

– Кто там? – спросила Люси.

– Арт Флетчер, – последовал ответ. – Так вы откроете? Я тут мокну…

«Что удивительного? Ведь идет дождь!» – вертелось у нее на языке, но его волей-неволей пришлось прикусить. Не время для колкостей… Она повернула ключ в замке и встретилась лицом к лицу с человеком, в чьих руках отныне было будущее Алвины.

Он жестом отпустил такси, затем прошел мимо Люси и поставил на пол прихожей увесистый чемодан. Закрыв за ним дверь, девушка в инстинктивной тревоге прислонилась к ней спиной, изучающе глядя на гостя. Ростом этот человек дюйма на три превосходил брата, в котором было не менее шести футов. Глаза у него были такими же серыми, а волосы – густыми и темными, но этим сходство между братьями исчерпывалось. Младший явно отличается куда более сильным характером, заключила Люси, встретив проницательный взгляд гостя. Интересно, он такой же грубиян?

– Принимая во внимание, что тебе чуть больше шестнадцати, – он окинул ее оценивающим взглядом, – позволь поинтересоваться, кто ты такая?

– Я сестра Алвины по матери, – ответила она. – Разве мистер Мэй не говорил вам обо мне?

– Если бы говорил, я бы не спрашивал, – сухо ответил гость. – Я узнал от него лишь то, что мой брат скончался, оставив без средств к существованию пятнадцатилетнюю дочь. Так, значит, сестра по матери?

– Мама вышла за вашего брата, когда мне было три года. Через год родилась Винни.

Глядя на ее нежную кожу, полудетский очерк губ и шелковистые волосы, спускающиеся на плечи, Арт криво усмехнулся:

– Я дал бы тебе лет шестнадцать, не больше. Слушай, ты всегда бродишь по дому в ночной сорочке?

– Только по ночам, – хмыкнула Люси, ничуть не смутившись, – ведь она знала, что сорочка ничуть не короче стандартного платья-мини. – Вам повезло, что я спустилась попить, не то бы уже спала.

– Тогда мне пришлось бы тебя разбудить. Да, похоже, меня о многом не предупредили… Не возражаешь, если мы устроимся поудобнее? Я устал с дороги.

– Если вы так устали, может, отложим дела до утра? – с надеждой предложила Люси, моля небо об отсрочке, – ничего хорошего она не ждала.

– Мы уладим все сейчас, – безжалостно ответил он. – Мне надо знать, чего от меня ожидают.

– Ничего, насколько мне известно, – уверила его девушка. – Я вполне могу о себе позаботиться. – И сочла своим долгом спросить: – Не желаете перекусить?

– Я поел в самолете, – покачал головой Арт. Затем, заметив кастрюльку на перилах, сказал: – Лучше отнести это в кухню, а то остынет.

Люси послушно взяла кастрюльку. Босые ноги тонули в пушистом ковре. В доме она не признавала ни туфель, ни тапочек – впрочем, сейчас об этом сожалела. Ведь босиком обычно ходят дети, а взрослые… Неудивительно, что этот тип решил, будто она совсем девчонка.

Лишившись львиной доли дорогого убранства, гостиная смотрелась сиротливо. Арт Флетчер ничего не сказал, но выражение лица его было вполне красноречиво. Люси зажгла торшер и бра, а верхний свет выключила, чтобы хоть как-то смягчить впечатление от интерьера, потом уселась в кресле, поджав босые ноги, как обычно любила сидеть. Ее приемный дядя – так мысленно окрестила его девушка – опустился на софу, выжидательно глядя на нее.

Одет он был предельно просто – в темные брюки и свитер крупной вязки. Никакого «артистизма» в одежде, присущего большинству художников. Словом, по первому впечатлению он был совершенно не таким, каким она себе его представляла. А там… кто знает?

– Итак, что вы намерены предпринять в отношении Винни? – спросила она.

Прямолинейность вопроса застала Арта врасплох – черная бровь поползла вверх:

– Берешь быка за рога, да?

– Как всегда и во всем, – ответила Люси решительно. – Судьба сестры очень меня волнует.

– А твоя собственная?

– Я ведь уже сказала, что могу о себе позаботиться.

– Означает ли это, что у тебя уже есть определенные планы?

Люси пожала плечами, силясь изобразить беззаботность:

– Да так, ничего особенного.

– У тебя есть деньги?

– Нет, – вынуждена была признаться Люси. – Но работу всегда можно найти.

– И какую же, если не секрет?

– Сидеть с детишками, например, – ляпнула девушка первое, что пришло на ум. – Стану няней «с проживанием», – прибавила она, уже всерьез обдумывая идею.

– Без образования? Без опыта?

– Опыт есть. Ведь я присматривала за Винни, – спокойно сказала Люси.

– Одно дело – приглядывать за младшей сестрой, и совершенно другое – быть няней с проживанием. В конце концов, ты сама еще совсем дитя.

Синие глаза вспыхнули:

– Дело не в годах! И потом, дети все равно что козлята.

– Пожалуй, в этом что-то есть. – На губах Арта мелькнуло некое подобие улыбки. – А Алвина так же самоуверенна, как ты?

Люси с трудом удалось сдержать гнев.

– Мы обе вполне можем за себя постоять, если вы это имели в виду. Но вы так и не сказали, что намерены предпринять.

– Прежде всего я не намерен пороть горячку, – ответил Арт. – К тому же мне еще многое предстоит выяснить. О вашей матери, например. Что…

– Она погибла в автокатастрофе несколько лет назад, – с ледяным спокойствием произнесла Люси. – Вместе с человеком, с которым намеревалась сбежать. Он был за рулем. Я бросила школу, чтобы заниматься домом.

– Твоя идея или моего брата?

Люси вновь пожала худенькими плечами:

– Какая, в сущности, разница?

– Он вполне мог нанять экономку. Это позволило бы тебе завершить образование.

– Разумеется, за деньги. И потом, мне самой не улыбалось, чтобы кто-то чужой хозяйничал в доме. – «И сейчас не улыбается», – готово было сорваться у нее с языка.

– Ну я-то, по крайней мере, родственник, – ответил Арт, явно владевший даром читать мысли. – Да я и сам от всего этого отнюдь не в восторге. Я крайне удивлен, что Тревор назначил меня своим душеприказчиком.

– Кого-то ведь он должен был назначить, а больше было некого… – Люси помешкала, гадая, пора ли заговорить о том, что занозой сидело в ее мозгу весь вечер. Чем раньше, тем лучше, решила она – и кинулась головой в омут: – Я понимаю, сколько неудобств доставит вам присутствие Винни в вашем доме. Ведь вы привыкли к одиночеству, и все такое…

Серые глаза взглянули на нее вопросительно:

– С чего ты решила, что я живу один?

– Мистер Мэй сказал, что вы не женаты.

– Стало быть, чтобы жить с женщиной под одной крышей, я непременно должен на ней жениться?

Люси закусила губу. Какая же она идиотка! Наивная деточка! Она делала чудовищное усилие, силясь скрыть смущение.

– Но захочет ли ваша… подруга терпеть в доме пятнадцатилетнего подростка?

– А я не говорил, что у меня есть подруга, – как ни в чем не бывало ответил Арт.

– Наверняка проблема в том, чтобы найти женщину, которая согласилась бы жить с вами под одной крышей! – в ярости бросила ему в лицо Люси.

– Не исключено, – с голубиной кротостью ответил Арт.

А Люси уже отчаянно жалела о своем порыве. Что-то такое было в этом человеке, отчего она все время чувствовала себя словно на иголках. Однако нельзя было дать ему этого почувствовать, тогда он ни за что не поверит, что ей можно доверить младшую сестру!

– Простите, – выдавила она. – Не следовало мне разговаривать с вами в таком тоне.

– Почему бы и нет? Говорить все, что хочется, – твое право, если это, конечно, не клевета. – Он сделал многозначительную паузу. – Итак, ты хотела предложить, чтобы я оставил Алвину на твое попечение. Разумеется, оказывая вам финансовую поддержку.

– Не нам, а ей. – Люси уже почувствовала почву под ногами. – И только до тех пор, пока я не буду в состоянии обеспечивать нас обеих. Винни прекрасно учится, – добавила она, мысленно скрестив пальцы. – Не хотелось бы вырывать ее из привычного окружения. Мы могли бы снять меблированную квартиру на время – в газетах куча объявлений. – Выпростав из-под себя голые ноги, она уселась на самый краешек кресла. Глаза ее горели. – Так будет лучше для Винни… да и для вас. И для всех!

Арт Флетчер явно всерьез обдумывал ее слова. Наконец после томительной паузы соизволил сказать:

– Давай обсудим это поутру… чтобы ничто не отвлекало.

Начисто позабыв о том, как она одета, Люси даже не сразу поняла, о чем это он. Но увидев, что ночная сорочка задралась, обнажив стройное бедро, девушка залилась краской.

– Стало быть, кое-чего ты все-таки стесняешься, – заключил Арт, когда Люси поспешно одернула подол. – А я уже начал сомневаться…

– Какой прок изображать из себя скромницу, когда вы меня уже видели? – возразила Люси со всем возможным хладнокровием. – И потом, я не предполагала, что вид голых ног так вас «отвлечет», особенно учитывая, что они принадлежат «почти ребенку», как вы изволили выразиться.

– Я и сам не предполагал, – с улыбкой изрек Арт. Ситуация явно забавляла его. – А тебя, как погляжу, ничто не выбивает из седла, да?

– Да, если это не что-то жизненно важное. – Девушка откинула с лица волосы, жалея, что ничего нет под рукой, чтобы их перевязать. – Итак, что вы надумали?

– Насчет чего?

Люси страдальчески вздохнула. Да он издевается!

– Насчет того, о чем мы только что с вами говорили.

– Ах, о твоих наполеоновских планах на будущее! – Он покачал головой: – Боюсь, они никуда не годятся.

– Но почему? – У Люси вновь земля ушла из-под ног. – Если дело в деньгах, то не сомневайтесь: я рассчитаюсь с вами сразу же, как только…

– Дело не в деньгах. – Тон его не допускал возражений. – Просто наши с тобой взгляды на проблему существенно расходятся.

Люси оставалось лишь беспомощно глядеть на него, такого широкоплечего, сильного, мужественного. Да, это скала, пришло ей на ум сравнение. Такого не разжалобишь…

– Итак, каков ваш взгляд на проблему? – наконец спросила она.

– А вот об этом мы поговорим утром. После того, как я познакомлюсь с Алвиной.

Одно гибкое движение – и он уже на ногах. Глядя на него, Люси ощутила вдруг, как внутри у нее все сжалось. Не то чтобы она не понимала, что именно это значит, – просто представить себе не могла, что почувствует нечто подобное к человеку его лет. Господи, он ведь ей в отцы годится!

– Знаешь, до меня только сейчас дошло, что ты мне не представилась, – сказал Арт.

– Люси, – буркнула она. – Люси Мастерс.

Темные брови сошлись над переносицей:

– Ты сама пожелала сохранить отцовскую фамилию?

– Не отцовскую, а материнскую, – бесстрастно поправила его Люси. – Я никогда не знала отца.

– Тревор мог бы удочерить тебя.

– Но не пожелал. Об этом даже речи не заходило. Наверное, он полагал, что и так облагодетельствовал маму сверх меры, женившись на ней.

Лицо Арта оставалось бесстрастным.

– Вероятно, он питал к ней чувства…

– Может быть. – Люси решительно поднялась, давая понять, что не желает обсуждать эту тему. – Мне надо постелить вам. Я ведь уже говорила, что мы не ждали вас так скоро. Впрочем, это дело двух минут.

– Тогда я поднимусь с тобой, – ответил гость. – Здесь не слишком уютно.

Это было трудно отрицать. Люси решительно направилась вверх по лестнице, кожей чувствуя, что Арт следует за ней. Комната для гостей соседствовала с ее собственной.

– Боюсь, и здесь мало чего осталось от прежней роскоши, – извиняющимся тоном произнесла она, открывая дверь спальни. – Я подумала, что вы можете захотеть лично осмотреть вещи брата, вот и оставила все как есть. Его бумаги вон там, в угловом шкафчике. А мебель пошла с молотка.

Люси достала из комода постельные принадлежности и легкое одеяло.

– Если на кровати остался матрац, то все в порядке, – успокоил девушку Арт. – Документы я просмотрю утром, а остальное смело можно продавать.

Поставив чемодан на пол, он следил, как Люси разворачивает простыню и застилает ею двуспальную кровать. Затем решительно обошел огромное ложе и взялся за противоположную сторону простыни. Люси уставилась на гостя в полном недоумении.

Ответом ей послужила ироничная улыбка:

– Не вижу ничего предосудительного в том, чтобы помочь женщине по хозяйству… особенно в исключительных обстоятельствах.

– Значит, теперь я женщина? – спросила сбитая с толку Люси. – Быстрое «продвижение по службе», доложу я вам!

– Это всего лишь вопрос терминов, – спокойно ответил он. – Слушай, давай пододеяльник – вдвоем с ним легче управиться.

Люси повиновалась и была крайне раздосадована тем, что Арт разделался со своим краем одеяла раньше нее. Она занималась хозяйством в одиночку последние три года и привыкла делать все по-своему, поэтому вмешательство постороннего ее злило. Раздражал Люси и он сам с макушки до пят. Уж как-нибудь они с Винни обошлись бы без Арта Флетчера!

Она бросила свой край одеяла, оставив работу незаконченной, – детский жест, ну что поделаешь! – и указала на дверь.

– Там отдельная ванная. Полотенца найдете в комоде. – Помешкав, Люси прибавила: – Вы ведь понимали, что кроме всяких мелочей в доме ничего не осталось?

Арт согласно наклонил голову:

– Я был к этому готов. Брат не принадлежал к тем, кто складывает все яйца в одну корзинку. Удивительно еще, что крах наступил так поздно… – Тут он всем своим видом выразил сожаление по поводу собственной болтливости. – Ладно, остальное утром. Сейчас все, о чем я мечтаю, – это лечь спать.

А ведь уже, наверное, за полночь, подумала вдруг Люси. И, взглянув на дешевые часы у изголовья кровати, которыми пренебрегли кредиторы, поняла, что не ошиблась. И все равно ей не хотелось спать. Было о чем поразмыслить…

– Тогда я вас оставляю, – сказала она. – Я встаю обычно в семь, но вам вовсе не обязательно поступать так же. – Уже на пути к дверям Люси остановилась. – Кстати, об Алвине. Хотите, она пропустит завтра школу?

– Недурная идея, – согласился Арт. – Это позволит нам познакомиться поближе.

Одного дня на это явно не хватит, едва не ляпнула Люси, но сдержалась. В душе девушки еще теплилась надежда, что этот упрямец примет ее сторону, особенно когда обнаружит, что Винни вовсе не та кроткая овечка, которую он, вне всяких сомнений, себе вообразил. А ей самой пока следует вести себя по-взрослому. Это будет весьма кстати.

– Мы обе должны быть благодарны вам за то, что вы не сняли с себя всю ответственность, – рассудительно произнесла она. – Большинство мужчин на вашем месте поступили бы именно так.

Арт усмехнулся:

– Разумеется, вы прекрасно знаете мужчин, леди.

Люси вновь едва не до крови прикусила язычок, трезво рассудив, что в ближайшие дни терпение ей ох как понадобится.

– Просто я считаю, что неплохо чувствую людей, – невозмутимо ответила она. – Полагаю, у вас были веские причины порвать отношения с братом. Увидимся утром, – быстро прибавила Люси, закрывая дверь и лишая Арта тем самым возможности ответить.

И только тут поняла, что забыла внизу кастрюльку с горячим шоколадом. Разумеется, теперь он уже остыл… Она решила было спуститься и подогреть напиток, но тотчас поняла, что уснуть ей уже ничто не поможет.

Ей следовало еще раз все как следует обдумать. Надо было во что бы то ни стало найти способ убедить этого человека в том, что она блестяще справится с воспитанием Алвины. Ведь девочка ему на самом деле не нужна. И в том нельзя было его винить. Какой холостяк в тридцать с лишним лет расцветет от счастья, узнав, что ему предстоит нянчиться с девочкой-подростком?

В спальне Винни стояла тишина. Разумеется, сестра удивится, обнаружив утром в доме дядюшку, но Винни, как и Люси, нелегко было вышибить из седла. Возможно, Арт Флетчер поразится куда сильнее, обнаружив, какой рассудительной может быть пятнадцатилетняя девочка. Если, разумеется, не возненавидит своего новоявленного родственничка с первого взгляда и не поведет себя соответственно.

Какой неуправляемой может быть сестра, если на нее «найдет», Люси прекрасно знала. Лучше предупредить Винни как можно раньше.

Войдя в свою спальню, девушка замерла у двери, прислушиваясь, но из соседней комнаты не доносилось ни звука. Наверное, гость принимает душ, решила она. Слава Богу, хоть ванная пока не разорена! И вдруг воображение нарисовало ей нагое мужское тело под струями воды. Сердце Люси екнуло, и внутри у нее все сжалось. Разумеется, она видела голых мужчин на картинах и фотографиях, но это было нечто совсем другое…

«Он вполне мог бы быть твоим отцом», – шепнул внутренний голос. Правда, с небольшой натяжкой. Люси усилием воли отогнала навязчивое видение, стараясь сосредоточиться на том, что ей было известно об Арте Флетчере. Братья получили равные доли отцовского наследства. Тревор хотел, чтобы младший брат занялся бизнесом вместе с ним, но тот отказался. Люси не могла винить его: будь она на его месте, поступила бы точно так же. Только одного она не могла понять: почему братья совершенно не общались друг с другом.

Непонятным оставалось и то, что отчим даже в критической для него ситуации не обратился к родственнику за помощью. А ведь все прочие возможности выкрутиться использовал сполна. Или…

Или все же просил Арта о помощи, но тот отказал? Странно, что она раньше об этом не подумала.

Неужели этот человек бестрепетно отказал в помощи родному брату, когда тот оказался в беде? Люси задумалась. Арт вне сомнения крепкий орешек, но неужели он еще и жесток? Впрочем, выяснить это без его помощи не представлялось возможным.

Лежа в постели, Люси слушала монотонный стук капель о стекла, гадая, что ждет их с Винни. С практической точки зрения ей было бы проще, забери Арт Флетчер Алвину с собой на Доминику, но о расставании с сестрой она и помыслить не могла.

Хотя зачем ломать голову? Все равно будет так, как решит этот человек.

2

Звонок вырвал Люси из цепких объятий сна. Ей снилось что-то гадкое, но, что именно, она не помнила. Девушка торопливо выключила будильник, боясь, как бы трезвон не потревожил гостя за стеной. Следовало поговорить с Винни, прежде чем она нос к носу столкнется с Артом.

Сестра, как всегда, спала без задних ног, с головой зарывшись под одеяло. Разбуженная, она скорчила негодующую мину:

– Но ведь еще только семь! Я никогда не встаю раньше половины восьмого…

– Сегодня – другое дело. У нас гость.

Секунду Алвина глядела на сестру непонимающим взглядом, затем ахнула:

– Он уже здесь?

– Приехал вчера поздним вечером.

Девочка проснулась окончательно.

– И какой он из себя?

– Высок. Темноволос. Деловит.

Алвина скривилась, словно проглотила целый лимон:

– Совсем как папа!

– Они же братья. – Люси помешкала. – Кстати, он предлагает тебе нынче прогулять школу: хочет познакомиться с тобой поближе.

Синие глаза девочки тотчас засияли:

– Он мне начинает нравиться!

«Как бы тебе не ошибиться, девочка!» – едва не вырвалось у Люси, но она смолчала. Ведь очень скоро Винни предстояло узнать, что ее ждет.

– Лучше нам обеим поскорее привести себя в порядок, – сказала она вместо этого, – пока он не проснулся. Я пойду сначала в душ, потом поколдую в кухне, а ты почисть перышки. Только умоляю, не заваливайся снова спать! – прибавила Люси, зная привычки сестры. – Если увижу, что дрыхнешь, окачу ледяной водой, ей-богу!

– Ага, а потом будешь возиться с грудой мокрого белья! – парировала девочка.

Хихикнув, Люси ткнула Винни под ребра и направилась к себе. Дверь соседней спальни была плотно закрыта, и Люси втайне надеялась, что в ближайшее время не откроется.

После ночного дождя погода стояла великолепная. У Люси потеплело на душе, и она настежь распахнула окно ванной, впуская аромат английской весны. Ей даже подумалось, что дядя Арт, хорошенько выспавшись, подобреет и куда благосклоннее отнесется к ее предложению. Чем черт не шутит? Может, поймет, какие преимущества сулит это ему самому…

Когда она вышла из ванной, дверь комнаты для гостей все еще была закрыта. Заглянув к Алвине, Люси с облегчением увидела, что та уже встала.

– Живенько мойся, – затормошила она девочку. – Лучше будет, если мы уже позавтракаем к тому времени, когда дядюшка соизволит встать. Наверняка и он захочет перекусить.

– А ты торжественно вручи ему сковородку – пусть сам возится, – хихикнула Алвина. – Разве не ты мне всегда твердишь: «Начинай все так, как намереваешься продолжать»? Люси невольно улыбнулась:

– Говорить легче, чем исполнять. Надеюсь, он уберется отсюда раньше, чем мы установим столь близкие отношения.

Эта мысль согрела ее сердце. Ей вовсе не хотелось, чтобы визит дядюшки затягивался. Времени на то, чтобы освободить дом перед продажей, у них было в обрез – банк ждать не будет.

Люси направилась прямиком в кухню, обдумывая меню завтрака… и остолбенела, увидев Арта Флетчера, сидящего за столом с чашечкой кофе и свежей газетой, – срок подписки еще не истек. Подняв глаза, он окинул взглядом ее стройную фигурку, которую не скрывали обтягивающие джинсы и голубая майка.

– Сегодня ты одета куда… осмотрительнее, нежели вчера, – прокомментировал он.

– Незваные гости не имеют права на подобные претензии, – отрезала Люси. – Я думала, вы еще не встали.

– Я проснулся в шесть. А когда обычно встает Алвина?

– Она спустится через пару минут. – Люси заставила себя войти в кухню. – Если вы еще не позавтракали, то чего бы хотели?

– Меня устроили бы кукурузные хлопья, фрукты и йогурт… Если все это у вас есть.

– Я вполне способна приготовить что-то посущественней, – предложила Люси. – Ваш брат предпочитал плотные завтраки.

– Если не возражаешь, мне хотелось бы прожить несколько дольше.

– Стало быть, вы помешаны на своем здоровье?

В серых глазах Арта загорелись веселые искорки:

– Нет, не помешан. Все куда проще: просто не люблю тяжелой пищи, особенно по утрам. Кстати, кофе еще горячий. Хочешь чашечку?

Приняв ее молчание за знак согласия, он потянулся к чистой чашке, одной из трех, стоявших на столе. Усевшись за стол, Люси смотрела, как он подливает себе кофе, и, не удержавшись, фыркнула, когда Арт щедро насыпал туда сахару.

– У каждого свои слабости, – сухо произнес он.

На вкус Люси кофе был чуть крепковат, но она смолчала. Куда сильнее волновало ее то, что в любой момент их ноги под столом могли соприкоснуться… В это утро на нем были джинсы и майка, что позволяло без помех разглядеть мускулистые плечи и грудь. И Люси внезапно лишилась дара речи – впервые с тех самых пор, как научилась говорить.

От Арта не укрылась внезапная перемена в ней.

– Что-то нынче ты не слишком разговорчива.

– Просто предоставляю вам право начать первым. Ведь вам многое еще предстоит узнать, – буркнула Люси, глядя в чашку.

– Пожалуй, вчера я узнал от тебя вполне достаточно, – пожал плечами Арт.

Люси с надеждой подняла на него взгляд:

– И вы уже приняли решение?

– Относительно чего?

– Относительно моей просьбы. Понимаю, на первых порах вам придется оказывать нам материальную поддержку, но поверьте…

– Я же сказал, что это никуда не годится. – Голос Арта звучал ровно. – Ничего такого не произошло за ночь, что бы заставило меня передумать.

Синие глаза Люси с яростью уставились па него.

– Тогда что вы намерены предпринять? Винни ни за что не согласится киснуть в интернате – теперь-то я могу это вам сказать!

Во взгляде Арта сверкнула сталь:

– Она подчинится.

– Не могу поручиться! – крикнула Люси, напрочь позабыв про дипломатию. – Ей пятнадцать! Вы не можете вот так принудить ее…

– Успокойся. – Арт произнес это негромко, но девушка тотчас смолкла. – Так ты ничего не добьешься ни для нее, ни для себя.

Люси с трудом взяла себя в руки. В какое-то мгновение он стал необычайно похож на отчима.

– Я забочусь о ее благе, вот и все, – еле слышно выговорила она, даже не подумав извиниться за несдержанность. – Что ж, отошлите ее в школу, и она скорее всего сбежит.

Арт поморщился:

– Кстати, о частной школе-интернате я и не думал. Это все твои собственные выдумки.

– А что еще вы можете предложить? Если в доме старого холостяка поселится девочка пятнадцати лет, что люди скажут?

– Тебе лучше знать. – Лицо Арта было совершенно бесстрастно. – Я и не пытаюсь сделать вид, что счастлив сверх меры стать отчимом для Винни. Но, как ты сама вчера заметила, больше рассчитывать не на кого… Пока, по крайней мере. И тут мне понадобится твоя помощь.

Люси уставилась на него, сбитая с толку:

– Вы предлагаете мне ехать с вами?

Губы Арта дрогнули в усмешке:

– Ты изумлена?

– До сих пор я полагала, что только женщины отвечают вопросом на вопрос, – сказала девушка, и улыбка Арта сделалась шире.

– В том, что касается всяческих уловок, слабый пол непобедим. Не хочешь – так и скажи.

– Все не так просто, – запротестовала Люси. – Винни вам родня, а я… Словом, в отношении меня это чистейшей воды благотворительность.

– Просто ты избавишь меня от необходимости подыскивать гувернантку для девочки… или компаньонку – называй как хочешь. Дело того стоит. И потом, работу ты всегда сможешь найти.

– А что я буду делать? Вчера вы говорили, что у меня нет специальности, и…

– Специальность легко можно получить.

– На это нужно время. А до тех пор…

– До тех пор ты можешь помогать по хозяйству, если уж нипочем не желаешь даром есть хлеб.

– Я никуда без тебя не поеду! – прозвучал звонкий голосок.

В дверях стояла Алвина.

– Разве у тебя есть выбор? – невозмутимо спросил Арт.

Синие глаза блеснули:

– Люси была права – вы деловиты.

– Она и понятия не имеет насколько. – Арт тотчас смягчился, увидев девочку. – Привет, Алвина. Глядя на тебя, легко понять, в кого ты уродилась.

Винни задумчиво поглядела на него.

– Я должна называть вас дядей?

– Лучше зови меня Артом. Давай вести себя как взрослые.

Предложение, судя по всему, понравилось, потому что девочка тотчас согласилась:

– Хорошо, Арт. А ты зови меня Винни.

– Вот это – твой выбор, – ответил он.

– Давайте завтракать. – Люси силилась скрыть замешательство – к новому положению вещей предстояло еще привыкнуть. – Кто будет сок?

– Ты мне не ответила, – напомнил ей Арт. – А ответ я хочу получить незамедлительно, – прибавил он, понимая, что Люси начнет увиливать. – Люблю сразу расставлять все точки над «i».

Ее отказ означал бы расставание с Вини и жалкую жизнь на государственное пособие – это Люси понимала прекрасно. – Ну… наверное, да, – глухо уронила она. – И… спасибо вам.

Арт шутливо склонил голову:

– Не за что.

– Итак, теперь, когда все улажено, – Винни уселась за стол, – скажи, когда мы едем?

– Хоть один из членов семьи проявляет истинный энтузиазм – и то слава Богу, – сухо заметил дядя. – Вылетаем в понедельник, если удастся все уладить.

Люси едва не уронила пачку кукурузных хлопьев.

– Да мы и десятой доли дел не переделаем!

– Значит, так тому и быть. – Арт был невозмутим. – Вам лучше побеспокоиться о вашем багаже, остальное неважно.

– Но дело ведь не только в доме. У нас с Винни, например, нет паспортов.

– Это не проблема. Сегодня же съездим в город. Что еще тебя беспокоит?

– А занятия в школе?

– Администрацию известят.

– Та-а-к… если сегодня пятница, то больше в школу я не пойду? – с надеждой спросила Алвина и просияла, когда Арт кивнул. – Здорово!

– А ты не очень-то веселись, – посоветовал он. – Тебе еще несколько лет тянуть эту лямку. – Взглянув на Люси, Арт спросил: – Что еще тебя заботит?

– В общем… – Девушка замялась. – Знаете, просто я не привыкла к скоропалительным решениям. Вы очень… – она не сразу подобрала слово, – решительны.

– Звучит куда лучше, чем «деловит».

Люси улыбнулась помимо воли:

– Но вчера вечером вы вели себя именно так.

– Наверное, просто устал в самолете. – Apт выразительно посмотрел на коробку хлопьев. – Так мы будем сегодня завтракать?

– Сейчас. Значит, кукурузные хлопья вас устраивают?

Это куда как хорошо, с облегчением подумала Люси. Ничего другого в буфете просто не оказалось. Поэтому следует успеть заехать в супермаркет – в ближайшую пару дней надо ведь что-то есть. Если, конечно, у них с сестрой хватит денег…

Сидя напротив Арта, она принялась за еду. Алвина непринужденно болтала с дядей. Люси искренне завидовала сестре: сама она ощущала гнетущую неловкость.

Итак, ее присутствие в доме Арта необходимо для того, чтобы люди не судачили. Но ведь ей придется какое-то время прожить на полном его иждивении! Такая щедрость говорила о многом: не каждый с такой легкостью взял бы в дом двух девушек, которых совершенно не знал. Самое малое, чем могла она отблагодарить его, – это сделать их совместную жизнь, по возможности, легче.

Острова Карибского бассейна Люси видела лишь по телевизору, да и то всего пару pаз, но этого было достаточно, чтобы оценить их красоту. И вдруг ей так захотелось увидеть эти сказочные места своими глазами! Подумать только – они с Алвиной пересекут океан!

Появляться в городе в майке и джинсах девушке не хотелось. И тотчас после завтрака она переоделась в юбку и пиджачок – единственные мало-мальски приличные вещи в ее гардеробе. Ей даже удалось отыскать пару целых колготок. Но, глядя на себя в зеркало, Люси понимала, что с распущенными волосами она все равно выглядит малолеткой. И, повинуясь импульсу, закрутила волосы на затылке в некое подобие пучка. Не Бог весть что, но на данный момент это все, что было в ее силах…

Одетый в темные брюки и свитер, Арт поджидал их в гостиной.

– Поразительно! Вот, оказывается, на что способны высокие каблуки и тюбик губной помады! – сказал он, глядя на девушку.

– Я не езжу в город в джинсах. И вы, как я погляжу, тоже, – сухо ответила Люси, почуяв насмешку. – Алвина еще не спускалась?

– Она ждет в машине.

– Но мы не берем машину, когда отправляемся в город! – запротестовала Люси.

– Тебе не придется садиться за руль. Поведу я.

– Что ж, дело ваше, – вздохнула она. – Но учтите – торчать нам полдня в пробке.

Но это ничуть не обескуражило Арта. С честью преодолев все препоны на дороге, он даже умудрился отыскать место для парковки возле паспортной конторы. Сначала им пришлось сфотографироваться в автомате, и Алвина заявила, что на карточках обе они похожи на беглецов из дурдома. Однако уже к полудню документы были готовы.

Учитывая, что дома было шаром покати, Люси вздохнула с облегчением, когда Арт предложил перекусить в городе. Алвина тотчас предложила заскочить в «Макдоналдс», но благосклонно согласилась на предложение Арта посетить ближайший ресторанчик. Люси с наслаждением ела цыпленка под соусом, а шоколадный десерт привел ее в неописуемый восторг.

– Нет, больше ни кусочка съесть не смогу, – сказала она, когда Арт спросил, не хочет ли она еще чего-нибудь. – Все было просто потрясающе!

Арт испытующе поглядел на нее:

– Когда ты в последний раз была в ресторане?

– Не помню, – чистосердечно призналась Люси.

– Папа терпеть этого не мог, – заявила Алвина. – С какой стати платить бешеные деньги за то, что куда дешевле можно состряпать дома? Ну, он так всегда говорил… Хотя сам ходил по ресторанам.

– С клиентами, – уточнила Люси. – У него была особая статья расходов…

– Ну, не скажи, – возразила сестра. – Я своими ушами слышала, как он говорил кому-то по телефону, что у него неприятности с налоговым управлением.

– Во всяком случае, это не ваша забота, – прервал девочку Арт, прежде чем Люси успела раскрыть рот. – Кофе хотите?

– Я буду виски, – заявила Винни, глядя на дядю невинными глазами. – Вон та женщина только что заказала виски.

– Доживешь до ее лет, тогда милости прошу, – ответил Арт.

– Не глупи, Винни, – вмешалась Люси, боясь, как бы сестра не взбесила Арта – во всяком случае, раньше времени. – Ты будешь кофе или нет?

Девочка состроила кислую гримасу.

– Стало быть, не хочешь, – заключил Арт.

Они покинули ресторан около двух, но, к удивлению Люси, не поехали домой. Оказалось, что Арту надо еще зайти в галерею. Он притормозил у незнакомого здания, и Люси машинально отметила, что ему опять чертовски повезло: Арт занял единственное свободное место для парковки. Вот счастливчик!

– Мы подождем вас в машине, – сказала девушка, когда он открыл дверцу. – Ведь вы ненадолго?

– Трудно сказать. Кстати, галерея за углом.

Люси тотчас оживилась:

– И там висят ваши картины?

– Пара штук.

– Можно нам пойти с вами? – с надеждой спросила она.

Секунду поколебавшись, Арт кивнул:

– Почему бы и нет?

В витрине галереи, затянутой жемчужно-серым шелком, висели на невидимых нитях два изысканных пейзажа. Да и само здание тоже смотрелось изящно. Изнутри оно казалось куда просторнее, чем снаружи. Посетителей почти не было, лишь одна пожилая пара придирчиво изучала какой-то натюрморт в стиле старых голландцев.

Человек средних лет с длинными ухоженными волосами поверг их в изумление. На нем был бархатный камзол цвета красного вина, по вороту и манжетам отделанный шелковыми лентами в тон. Он казался пришельцем из девятнадцатого века. Увидев пришедших, человек с ослепительной улыбкой поспешил им навстречу.

– Арт, дорогой мой, что за чудный сюрприз! – воскликнул он, всплеснув руками. – Почему ты не дал мне знать, что приехал?

– Я нагрянул как гром с ясного неба. – Усмехнувшись, Арт предостерегающе поднял руку: – Попробуй только полезть с поцелуями – живо окажешься на полу!

Человек в камзоле комичным жестом прижал ладони к груди:

– Ах, жестокосердый!

– Да полно… – Арт искоса взглянул на сопровождавших его девушек. – Познакомьтесь, это Рори Либрано. А это мои племянницы, Люси и Алвина.

Рори поочередно пожал руки обеим девушкам. Рукопожатие у него оказалось на удивление твердым.

– Совершенно на тебя не похожи, – констатировал он. – Такие прелестные!

– Мы обе пошли в маму, – рискнула вставить Люси. – И потом, племянницей Арту приходится только Винни. У нас с ней были разные отцы…

– Были? – Рори вопросительно взглянул на Арта.

– Мой брат скончался, – сказал тот. – Ну а у нас как дела?

Рори тотчас понял намек и перешел к делу:

– Все продано. Твои картины уходят тотчас, как их повесишь. Цены на них на аукционе взлетают так, что пора подумать о том, чтобы поднять ставки.

– Значит, мы не увидим твоих картин? – разочарованно протянула Алвина.

– Во всяком случае, не здесь и не сейчас, – ответил дядя.

– Почему же? Могу прямо сейчас похвалиться нашим с сэром Генри портретом. – Рори изящным жестом стряхнул с лацкана какую-то пушинку. – Но это не шедевр: Арту так и не удалось передать душу сэра Генри. Впрочем, это лучше, чем ничего…

– У этого твоего кота, сдается мне, вообще нет души, – заявил Арт.

Ответом ему был укоризненный взгляд.

– Он нелюбезен с тобой лишь потому, что чувствует твое пренебрежение, дорогой. А вы любите кошек? – спросил Рори у девушек.

– Боюсь, нам мало доводилось общаться с ними, – ответила Люси, с трудом сохраняя серьезность. – Но уверена, мы обе с радостью познакомимся с сэром Генри.

– Так и будет, если вы уговорите этого бесчувственного человека посетить мой дом.

– Боюсь, на это у нас не хватит времени, – ответил «бесчувственный человек». – Мы вылетаем в понедельник.

– Все втроем? – Рори явно был заинтригован.

– Точно так. – Голос Арта был совершенно бесстрастен.

– Арт Флетчер привозит с собою из Англии двух очаровательных племянниц, о существовании которых никто и не подозревал! Остров загудит, словно потревоженный улей. И кое-где это известие произведет фурор. А кое-кто будет просто шокирован… Хотелось бы мне это видеть! – Заметив, что посетитель жестом подзывает его, Рори извинился: – Долг зовет меня, дети мои. Нынче я тут совсем один.

Он расцеловал девушек в обе щеки, а Арту послал воздушный поцелуй. Когда они вышли из здания галереи, Алвина дала волю хохоту.

– Ну что он за прелесть! – то и дело восклицала она. – Просто очаровашка!

– Он также один из самых хитроумных арт-дилеров в Лондоне, – сухо произнес Арт. – И мастер пускать пыль в глаза. С вами у него получилось.

Люси же ломала голову над словами Рори о том, что их с сестрой появление на острове произведет фурор «кое-где». Искоса взглянув на чеканный профиль Арта, она тотчас заподозрила, что тут замешана женщина.

Однако более всего потрясла девушку ее собственная реакция. Мало того что этот человек почти на пятнадцать лет ее старше, ведь он еще приходится дядей Алвине! Ее чувства как минимум неуместны. И Люси сосредоточила все внимание на трещинах в асфальте, стараясь не наступать на них, словно от этого зависела ее жизнь…

Арт не только настоял на том, чтобы сопровождать ее в супермаркет, он еще и оплатил счет.

– Кое с чем тебе придется на время смириться, – сказал он ей на обратном пути к машине, когда она полушутливо призналась, что чувствует себя сироткой Энни из сказки. – У тебя нет денег, а у меня есть – следовательно, расплачиваюсь я. В твоем теперешнем положении всецело виновен мой брат – это также немаловажно.

И тут Люси все-таки задала мучивший ее вопрос.

– Да, он обращался ко мне за помощью. – Лицо Арта тотчас посуровело. – Да, я отказал ему.

– И теперь, испытывая комплекс вины, берете на себя заботу о нас обеих, – пробормотала Люси.

Ответом ей был суровый и холодный взгляд:

– Не изображай из себя психоаналитика, сделай одолжение! В отношении Тревора я ни в чем не чувствую себя виновным.

Люси не поверила. Будь он и вправду таким, каким пытался выставить себя, то не делал бы того, что делает. И вдруг ей отчаянно захотелось по мановению волшебной палочки стать старше. Тогда они могли бы общаться на равных. Он обращался с ней как с маленькой, но беда заключалась в том, что рядом с ним она вовсе не чувствовала себя ребенком!

– Вас только за смертью посылать, – жалобно протянула Алвина, завидев их. – Ух, сколько всякой всячины! Этого на неделю хватит, а мы уезжаем в понедельник.

– Ничего еще не известно наверняка, – сказала Люси, опускаясь на сиденье.

– Да нет, уже известно, – возразил Арт, садясь за руль. – Я заказал билеты сегодня утром, пока дожидался вас. Рейс в восемь десять из Хитроу. Чтобы не спешить, ночь проведем в аэропорту.

Алвина завизжала от восторга, а Люси мрачно думала, что от билетов еще можно отказаться. Вернее, убеждала себя в этом. Хотя в душе понимала, что все уже решено.

3

Из иллюминатора была видна бескрайняя водная гладь, лишь изредка мимо проплывали причудливые облака. Огромные океанские лайнеры выглядели сверху игрушечными и забавными. Алвине вскоре наскучило любоваться океаном, и она с радостью поменялась местами с сестрой, объявив во всеуслышание, что в перелете через Атлантику нет ровным счетом ничего особенного.

А вот для меня это нечто сногсшибательное, думала Люси, прижавшись носом к стеклу, и не в последнюю очередь потому, что путешествовали они первым классом. Едва они ступили на борт самолета, с ними стали нянчиться, словно с особами королевской крови: то и дело подносили напитки и закуски и все такое прочее. Однако Арт воспринимал это как должное. Насколько же он на самом деле богат, невольно гадала Люси, глядя на него. Художники, о которых она до сих пор слышала или читала, большую часть жизни едва зарабатывали себе на хлеб…

Он сидел рядом с ней и читал. Стоило ей чуть повернуть голову, и она видела его краешком глаза… Неожиданно отложив книгу, Арт взялся за блокнот для эскизов.

Руки его, нервные и тонкие, казалось, были единственной частью тела, обличавшей в нем художника. Во всем остальном это была воплощенная мужественность. Вчера, когда они обедали в отеле, Люси видела, как засматривались на него женщины – особенно одна, сидевшая за соседним столиком. А он, если даже и заметил такое внимание к своей персоне, делал вид, что это его не волнует. Несомненно, он привык к подобным знакам внимания…

И тут, словно в ответ на ее мысли, одна из стюардесс остановилась возле Арта; спрашивая, не нужно ли ему чего, и вдруг восторженно ахнула.

– Хотите, подарю? – спросил он.

– Ну разумеется! – расцвела та. – Никто прежде не рисовал моих портретов!

– Разве же это портрет, – засмеялся Арт.

– По крайней мере, я в восторге, – ответила девушка. – Не оставите ли автограф?

– С удовольствием.

Люси не смотрела на Арта – она лишь слышала, как он вырывает листок из блокнота.

– Держите.

– Я буду хранить его вечно, – проворковала девушка. – Подумать только, мой портрет, сделанный самим Артом Флетчером!

Алвина, посмотрев на стюардессу с ревнивым выражением, попросила:

– Можно поглядеть?

Стюардесса, необыкновенно привлекательная брюнетка лет двадцати пяти, с готовностью протянула рисунок. Сходство было поразительным, отметила Люси.

– Здорово, – сказала Алвина, возвращая рисунок.

– Просто необыкновенно! – просияла девушка и вновь одарила Арта ослепительной улыбкой. – Столько трудов ради меня…

– Не смущайтесь, – ответил Арт. – Рисовать такое лицо, как у вас, – мечта любого художника.

Если эта корова еще сильней напыжится, ее груди как пить дать прорвут блузку, желчно подумала Люси. Как же падки женщины на неприкрытую лесть!

Неуемная Алвина, едва стюардесса отошла, усмехнулась:

– Да, формы что надо!

– Для своего возраста ты чересчур цинична, – заметил дядя. – Но она и вправду привлекательна.

– Ну и что, я тоже, – заметила Алвина. – Но вот меня ты почему-то не рисуешь.

– А ты хотела бы?

– Спрашиваешь!

– Тогда сиди смирно и не крутись. – Арт снова достал блокнот. – Анфас или в профиль?

– В профиль, – решила девочка. – Если я буду смотреть на тебя, то непременно расхохочусь.

Слушая их, Люси гадала, сможет ли она когда-нибудь вести себя с Артом хоть вполовину так непринужденно, как сестра. Но Винни была ему, по крайней мере, кровной родней, а она – просто никем. Теперь она по уши у него в долгу – и вряд ли ей когда-нибудь удастся с ним рассчитаться…

Рисунок был закончен молниеносно. Модель, придирчиво рассмотрев его, фыркнула:

– Ты сделал меня совсем ребенком!

– А ты и есть ребенок, – ответил Арт сурово. – Ну, подарить тебе набросок или порвать?

– Я возьму его, – великодушно заявила Винни. – А теперь нарисуй Люси.

– В другой раз, – сказал он, прежде чем Люси успела возразить. – Сейчас я хочу почитать.

Алвина тотчас швырнула набросок сестре на колени. Что бы там ни думала она по поводу рисунка, Арт изумительно передал ее нежность и юность – Люси не могла не отдать ему должное…

Изумрудный остров, окаймленный полосой белоснежных песчаных пляжей, отсюда, с неба, казался земным раем – и у девушки захватило дух. Когда они приземлились, необыкновенно яркое солнце стояло еще высоко и так не походило на холодноватое солнце Англии!

Служащие аэропорта приветствовали Арта как хорошего знакомого, а появление Люси и Алвины, похоже, сбило их с толку. На острове такого размера новости должны распространяться со скоростью лесного пожара, подумала Люси. Интересно, что из этого выйдет?

Из аэропорта они ехали на такси, что необыкновенно разочаровало Алвину. Девочка надеялась, что их будет ожидать как минимум лимузин.

– Здешние дороги не для лимузинов, – сказал Арт в ответ на ее жалобу. – Обычно я езжу на джипе, а в гараже у меня стоит «ягуар». Если захочешь, можем оформить на тебя доверенность, – прибавил он, обращаясь к Люси.

– Спасибо, но, если понадобится куда-нибудь отправиться, я предпочту автобус, – быстро ответила она. – Надеюсь, автобусы тут ходят?

– Да, но до ближайшей остановки от дома довольно далеко. Если уж ты такая сторонница независимости, можешь научиться гонять на мопеде.

Не худший выход для здешнего климата, решила Люси, глядя на великолепные пейзажи и буйство красок, хотя перспектива покупки мопеда отнюдь не радовала ее. Лучше уж прогуляться до автобусной остановки…

– Как же здесь красиво! – вырвалось у нее помимо воли. – Никогда не видела столько цветов.

– Скоро привыкнешь, – снисходительно заметил Арт. – Через месяц будешь воспринимать это как должное.

– Никогда! – Охваченная странным чувством, Люси повернулась к нему: – Понимаю, что ваша жизнь теперь круто изменится, но я готова на все, чтобы вам было хорошо, – только попросите!

Ответная улыбка Арта была полна иронии:

– Что ж, буду иметь в виду.

Алвина, сидя рядом с шофером, болтала с ним так, словно знала его тысячу лет. Сестренка с легкостью привыкнет к новому месту в отличие от меня, думала Люси. Оставалось надеяться, что буйный нрав Винни не слишком часто будет давать о себе знать…

Вскоре из-за поворота извилистой дороги показался дом – белые стены и ограждение веранды утопали в изумрудной зелени плюща и буйно цветущих бугенвиллеях. Зрелище радовало глаз. Господи, сколько же стоит такой дом? Насколько же богат их благодетель? – подумалось Люси при виде тщательно подстриженных ярко-зеленых лужаек, окаймленных царственными пальмами. Для того чтобы содержать в порядке все это великолепие, надо иметь постоянного садовника, и не одного!

– Да ты тут как сыр в масле катаешься! – воскликнула Алвина, словно читая мысли сестры. – А бассейн тут тоже есть?

– Он за домом, – кивнул Арт. – Когда я уезжал, его как раз чистили. Возможно, он еще не готов для купания.

– Сбегаю погляжу!

С этими словами девочка выскочила из затормозившей машины и стремглав понеслась по дорожке. Люси посмотрела на Арта виновато:

– Извините ее…

– За что? – недоуменно спросил Арт.

– За бестактность. Это сущее безобразие!

– Хочешь сказать, что упоминать о деньгах – дурной тон? – Арт пожал плечами. – Но ведь совершенно очевидно, что будь я нищим, то не жил бы здесь!

– Это я понимаю. Просто… – Люси вдруг умолкла и почти по-детски всплеснула руками: – Знаете, наверное, у меня просто голова пошла кругом от всего этого.

Арт не ответил, изучая нежное юное лицо, доверчиво обращенное к нему. И Люси, вновь ощутив знакомую сладкую дрожь, опустила взгляд. Если он заметит, что с ней происходит, будет не просто неловко – их жизнь под одной крышей станет просто невозможной…

Двойные двери веранды распахнулись, и в проеме возникла внушительная женская фигура в ярком цветастом платье. Смуглое лицо расплылось в ослепительной улыбке:

– Мистер Арт! А я услыхала шум мотора, и…

– Привет, Джемайма, – ответил он. – Это моя домоправительница, – прибавил он, обращаясь к Люси. – Самая лучшая на острове.

– Не подлизывайтесь! – Улыбка исчезла с лица женщины. – Почему вы не предупредили меня, что приедете сегодня, да еще с гостьей?

– С двумя гостьями, – невозмутимо поправил ее Арт. – Другая пошла посмотреть на бассейн. А это мисс Мастерс.

– Меня зовут Люси, – представилась девушка, с трудом изобразив улыбку. – Рада познакомиться, Джемайма. Сожалею, что заставляю вас беспокоиться.

– Что сделано, то сделано, – последовал невозмутимый ответ. – Пойду приготовлю вам комнаты.

– Позвольте; я помогу! – с готовностью предложила Люси.

– Мне вовсе не надобна ничья помощь! – возмутилась Джемайма. – А это – дело Хораса, – посуровела она, видя, как хозяин поднимает с земли чемоданы. – Ваше дело – сидеть и ждать в гостиной, покуда я приготовлю чай.

– Хорошо, пусть Хорас займется чемоданами, – согласился Арт. – А ты приготовь чай на двоих. – Он пропустил Люси вперед, и она вошла в дом. – Я, пожалуй, выпью виски.

– Ну кто в такой час пьет эту гадость? – всплеснула руками Джемайма.

– Возможно, ты и права.

Арт произнес эти незначащие слова так, что домоправительница лишь передернула плечами и посетовала:

– Кое-кто наотрез отказывается внять доводам разума.

И она удалилась, что-то недовольно бормоча себе под нос. Движения ее были необычайно легки для женщины столь внушительной комплекции. Встретившись с Люси взглядом, Арт усмехнулся:

– С Джемаймой надо держать ухо востро. Она считает своей прямой обязанностью держать всех в ежовых рукавицах.

– Кажется, с вами она не слишком преуспела, – ответила Люси.

– Меня уже поздновато перевоспитывать. – Он указал на дверь, ведущую с веранды внутрь дома. – Пойдем-ка поищем твою сестру.

Комната, в которую они вошли, была ослепительна – огромный светло-кремовый ковер, прекрасная мебель, обои в тон. Стеклянные двери вели на другую веранду, откуда открывался вид на сад и роскошный бассейн.

Стоявшая на лужайке Алвина заметила их и замахала рукой. Арт распахнул стеклянные двери, и в комнату проник аромат цветов.

– Иди сюда, – позвал он девочку.

Войдя в дом, Алвина осмотрелась.

– Да это настоящий дворец! – объявила она. – Наверняка стоит целое состояние.

– Теперь это и твой дом – по крайней мере, на ближайшие годы, – сказал Арт.

– А я уже чувствую себя как дома, – жизнерадостно улыбнулась Алвина. – Я ведь всегда знала, что рождена для лучшей жизни.

Арт хмыкнул:

– Привыкнешь и поймешь, что ничего, в сущности, не переменилось. Школы везде примерно одинаковы…

У девочки сразу вытянулось лицо.

– Ну вот, все настроение испортил! Но… – голосок ее зазвучал заискивающе, – мне же еще не завтра за парту садиться, а?

– Все зависит от того, как скоро мне удастся все уладить. Обещаю, это будет первым делом, которым я займусь поутру.

Послышался нежный перезвон фарфора – это явилась Джемайма, катя столик на колесиках, на котором все было сервировано для чаепития. Увидев Алвину, домоправительница нахмурилась:

– О ребенке вы ничего не говорили. Если уж на то пошло, вы вообще ни о чем меня не уведомили.

– Настало время это исправить, – сказал хозяин дома. – Алвина – дочь моего брата. Люси ее сестра по матери. Обе они будут жить здесь.

– То есть… жить все время?

– В общем, да.

Джемайма переводила недоуменный взгляд с одной гостьи на другую.

– Вы намерены удочерить обеих?

– Я уже не в том возрасте! – поспешно сказала Люси. – Мы сделаем все возможное, чтобы не обременить вас, Джемайма.

– Я буду каждое утро заправлять постель, – великодушно пообещала Алвина. – Вы нас даже не заметите.

– Я вас уже заметила. – Джемайма была непоколебима. – Пейте-ка лучше чай, пока не остыл.

– Чур, я буду за старшую, ладно? – жизнерадостно объявила Винни, когда домоправительница удалилась.

Арт сурово взглянул на девочку:

– Сядь-ка лучше и веди себя достойно. Люси окажет нам эту честь.

И отошел к кедровому буфету, чтобы налить себе виски. На столике чай был сервирован на троих – Джемайма была не из тех, кто легко сдается, поняла Люси. В ее реакции на то, что в доме поселятся две молоденькие девушки, не было ничего странного. Лучше бы Арт предупредил домоправительницу заранее, чем вот так обрушивать на ее голову сомнительный сюрприз.

Арт сел напротив девушек, непринужденно закинув ногу на ногу.

– Сейчас мне необходимо немного выпить, – сказал он, заметив, каким осуждающим взглядом Люси смотрит на стакан. – У меня была тяжелая неделя.

– У всех нас, – сказала она и заметила, как сжались его губы.

– Намек понял. Может, хочешь чего-нибудь покрепче чая?

Люси замотала головой:

– Нет, чая вполне довольно.

– А я бы что-нибудь выпила, – заявила Алвина, уплетая фруктовое пирожное. – Я никогда особенно не жаловала чай.

– Пей и молчи! – Люси наконец потеряла терпение. – И радуйся, что ты вообще попала сюда!

Глаза, так похожие на ее собственные, полыхнули синим пламенем:

– По крайней мере, у меня на это больше прав, чем у тебя!

– Замолчи! – Арт не переменил положения, но голос его был таким, что девочка вздрогнула. – Извинись перед сестрой! Сейчас же!

– Но ведь она… – начала было Люси и тотчас смолкла под испепеляющим взглядом серых глаз.

Перепуганная Алвина послушно попросила прощения и смущенно замолчала. Люси хотела успокоить сестру, ведь она понимала, что та совсем не то хотела сказать, но не могла вымолвить ни слова, так напугал Арт их обеих.

Он залпом осушил стакан и поставил его на столик. Лицо его по-прежнему было суровым.

– Люси заслуживает твоего уважения, – сказал Арт, обращаясь к Алвине. – Она многим пожертвовала, став фактически прислугой в вашем доме.

– Но Винни тут ни при чем! – запротестовала Люси. – И потом, если я и готовила кое-что и убиралась понемножку, это не повод величать меня прислугой!

Арт сверкнул глазами:

– Вести хозяйство – нечто куда более трудное, и ты прекрасно об этом знаешь! Я сам видел: Винни воспринимала как должное твои хлопоты по дому и даже не подумала предложить тебе помощь.

– Но Винни ходила в школу, а отчим занимался делами…

– Тебе и самой следовало учиться! – Видя, что она пытается возразить, он жестом остановил ее. – Ты ничего не задолжала моему брату. Судя по количеству вашего багажа, он не слишком раскошеливался на ваши туалеты.

– Просто мы взяли с собой только летние вещи! – защищалась Люси из последних сил. – Посудите сам, к чему было тащить сюда пальто и куртки…

– Да брось, у нас и летних шмоток кот наплакал, – встряла в разговор опомнившаяся Алвина.

– Нет проблем, – сказал Арт. – В Розо много магазинов.

– И цены там кусаются, – подхватила Люси. – Послушайте, покупайте для Вини что угодно, но я вполне обойдусь тем, что у меня есть.

Арт вздернул бровь:

– Ну, это зависит от того, что именно у тебя есть. У меня в здешнем обществе совершенно определенное положение, и…

– А я не намерена ходить туда, где одежда имеет такое значение!

– Гордости тебе не занимать. – Арт явно был раздражен. – Когда до тебя наконец дойдет, что я не занимаюсь благотворительностью?

– Во всяком случае, до меня уже дошло, что я здесь вовсе не по той причине, о которой вы поначалу говорили! – Люси тоже разозлилась не на шутку. – У вас есть постоянно проживающая в доме домоправительница, что автоматически исключает нежелательные слухи!

– Плевать я хотел на слухи! Ты здесь, потому что нужна Винни.

– Да, нужна! – Девочка говорила искренне. – Поверь, я вовсе не хотела тебя обидеть! Я без тебя пропаду!

Но Люси в этом уже сомневалась.

– Простите, – глухо уронила она. – Я просто неблагодарная тварь.

– Мне не нужна твоя благодарность! – Арт снова разозлился. – Это твой дом. И дом Алвины. Поэтому прекрати корчить из себя бедную родственницу!

Люси вздернула подбородок, глаза ее загорелись недобрым огнем:

– Я никого из себя не корчу! Если бы я знала, как вы живете…

– А как ты представляла себе мою жизнь?

– По крайней мере, думала, что для меня в вашей жизни будет место, что от меня будет польза. Вы никогда не упоминали о слугах.

– Да мне просто в голову не пришло! Что же до пользы, то у меня груды неразобранных бумаг. И кончим на этом, ладно?

Да Люси ничего и не могла добавить. Ей оставалось лишь смириться с ситуацией, ощущая полнейшее свое бесправие.

Возвратилась Джемайма и объявила, что комнаты готовы. Поднимаясь за ней по лестнице с резными перилами, Люси пыталась непринужденно заговорить с домоправительницей, но та либо не ответила, либо мычала нечто нечленораздельное. Ничего удивительного: слишком уж неожиданным было их появление в ее королевстве. Люси поняла также, что любые попытки помочь по хозяйству Джемайма воспримет как личное оскорбление, но надеялась, что дело для нее все же найдется, – сидеть сложа руки она просто не умела…

Окна обеих спален выходили в сад, из них открывался вид на бассейн, голубой жемчужиной поблескивающий внизу. В каждой комнате была ванная, изумительно отделанная, а раздвижные двери вели на балкон, опоясывающий дом.

– Клево! – оценила Алвина. – Век бы прожила вот так!

С кислым выражением лица Джемайма покинула их. Люси присела на краешек огромной двуспальной кровати. Она чувствовала себя выжатой как лимон. Сестра заискивающе посмотрела на нее:

– Ты ведь не приняла всерьез глупость, которую я сморозила?

Люси слабо улыбнулась:

– Конечно нет. Да и я хороша, нечего сказать, – одернула тебя как маленькую. Просто… все никак не могу опомниться.

– А мне хоть бы что! – вздернула подбородок девочка. – К хорошему легко привыкнуть. – Она закружилась по комнате – синие глаза сверкали, хвостик развевался. – Буду наслаждаться жизнью, и все тут!

«Однако большая часть твоей жизни пройдет в стенах школы, милочка», – едва не произнесла вслух Люси. Однако Арт сумеет устроить сестру в школу не раньше чем через несколько дней, а то и через неделю. К чему сейчас портить малышке настроение?

– Давай-ка распакуем чемоданы, – предложила она. – Правда, едва ли наши вещи заполнят десятую часть этого шкафа.

Алвина передернула плечами:

– И фиг с ним! Скоро у меня будет куча новых шмоток! И у тебя, разумеется, тоже. Ты же слышала: Арт сказал, что мы должны хорошо выглядеть.

– Ага, он ночей спать не будет, думая только об этом. – Поколебавшись, Люси все же прибавила: – Знай меру, девочка.

– С какой, собственно, стати? – вытаращилась на нее Алвина, – У него денег куры не клюют – папа всегда об этом говорил. – Глядя на выражение лица сестры, Винни расхохоталась: – Не злись. Ведь он наш дядюшка!

– Твой дядюшка. И надеюсь, он сам обозначит для тебя границы дозволенного.

Однако Алвина была на седьмом небе от счастья и просто не слышала ее.

– Сейчас достану купальник – и вперед, в прохладную водичку!

Да, придется Арту самому установить новые порядки, устало подумала Люси, глядя вслед сестре.

На то, чтобы распаковать немудреные пожитки, у Люси ушло от силы минут пятнадцать. Как она и ожидала, вещи, угнездившись в углу огромного шкафа, смотрелись сиротливо. Потом она с наслаждением приняла душ, стараясь не глядеть на свое отражение в зеркале. Груди ее были так малы, что вряд ли возбудили бы желание в мужчине. Но она тотчас отогнала опасные мысли, иначе неминуемо призналась бы себе, что единственный мужчина, внимание которого хотела бы привлечь, не удостоил бы ее и взглядом…

Затем она надела чистое белье, а сверху накинула халатик, который был явно короток. Можно было сколько угодно убеждать себя в том, что это модно, но факт оставался фактом: она просто выросла из него. Тем временем стемнело. Люси вышла на балкон и, облокотясь о перила, стала жадно вдыхать ароматы ночи. Взглянув на звезды, она едва не ахнула – они казались вдвое больше, чем в Англии.

Да я и сама рада, что оказалась здесь, призналась себе Люси. А кто бы не радовался на моем месте? И работу она непременно найдет. Но об этом она подумает завтра…

Стол для ужина был сервирован на веранде – этим занимался симпатичный островитянин, которого Арт представил, как мужа Джемаймы. Хорас был и вправду очень мил. Чета жила в отдельном коттедже неподалеку от усадьбы – и Люси с ужасом поняла, что ночью они будут в доме втроем.

– Как вас угораздило купить такой огромный дом? – спросила Люси, силясь отогнать смущение.

– Я люблю простор. И потом, никогда не знаешь, когда нагрянут гости.

– И что, по комнатам вечно бродят толпы гостей? – округлила глаза Алвина.

– Нет, конечно. Но кое-кто тут бывает.

– Мы постараемся не путаться под ногами, когда к вам кто-нибудь приедет, – пообещала Люси.

Ответом ей был лишь насмешливый взгляд. Тем временем Алвина прикончила блюдо жареных бананов и облизнулась:

– Пища богов! И вообще, мне тут нравится.

Люси хотела было снова одернуть сестру, но взгляд серых глаз хозяина смутил ее. Одетый в ослепительно белую рубашку, с волосами, еще влажными после душа, он был так хорош, что сердце девушки отчаянно забилось. Тщетно пыталась она напомнить себе об их разнице в возрасте. Это был Арт Флетчер, и это решало все.

– А когда мы поедем в Розо? – спросила Алвина. Вид у нее был сейчас совершенно ангельский, что нередко вводило людей в заблуждение. – Мне не терпится обновить гардероб. Это платье… – она презрительно окинула взглядом свой наряд, – уже мне мало, а прочие вовсе никуда не годятся…

– Значит, поедем завтра, – сказал Арт. – В городе у меня есть дела, так что покупками займешься ты. – Он взглянул на Люси. – Разумеется, денег я дам достаточно.

– И все-таки я бы хотела, чтобы вы указали, сколько именно мы можем потратить, – опустив глаза, сказала Люси.

– Хватит с меня и других проблем.

Тут Люси сдалась. В конце концов, он волен сам решать, сколько потратить на свою племянницу. Уж кто-кто, а Винни сполна использует шанс, в этом можно было не сомневаться. И если потраченная сумма его шокирует, – что ж, поделом ему!

Когда Арт предложил выпить кофе на веранде, Люси встала из-за стола и тотчас покраснела, заметив, как короток ее халатик. Ироничная улыбка хозяина дома, глядящего на нее, не укрылась от девушки. Ну и что? Во всяком случае, ноги – лучшее, что у меня есть, утешила себя Люси.

Плетеные кресла на веранде так и манили присесть. Люси настолько была очарована звуками ночи и опьянела от ее ароматов, что, садясь, даже не одернула подол. Вокруг светильников исполняли причудливый танец мотыльки разнообразнейших цветов и размеров.

– А где находится ваша студия? – спросила Люси у Арта.

– За теми деревьями. Когда я работаю, то предпочитаю уединение. – Он откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову, – вид у него был умиротворенный. – А ты сама никогда не пробовала рисовать?

– Только в школе.

– И получалось?

– Не то слово! – ответила за нее Алвина. – Так все говорили!

– Прекрати сочинять, Винни, – хмыкнула Люси.

– Это я-то сочиняю? – округлила глаза девочка. – Ты же как раз собиралась поступать в художественную школу, когда отец вынудил тебя стать домработницей вместо мамы! Впрочем, мама никогда особенно не усердствовала по хозяйству…

– Не смей говорить о ней в таком тоне! – взорвалась Люси. – И об отце тоже. И ни к чему он меня не вынуждал!

Алвина обиженно выпятила губу:

– Нет, дело было именно так. Он сказал, что ты у него в долгу, что он приютил тебя и остаться ты можешь, только если согласишься на его условия. Я сама слышала!

– Вот как? Не щади моих чувств, – обратился Арт к Люси, с губ которой готовы были сорваться возражения. – Речь идет о моем брате, и я хочу знать правду.

– У него… были финансовые затруднения уже тогда, – призналась она. – Я рада была помочь ему…

– Ищешь ему оправданий? Не трудись. Его поведение отвратительно.

– Не более чем ваше, когда вы отказали ему в помощи! – не выдержала Люси и тотчас пожалела о своих словах, увидев, как исказились его черты.

– Я уже сказал, что это мое дело!

– Знаю. – Люси судорожно сжала руки. – У меня нет права судить, особенно теперь, когда…

– Когда ты по уши в долгу у меня? – перебил ее Арт, и девушка умолкла. – А ты не любишь одалживаться, верно?

– Верно. Особенно если нечем расплатиться. – Люси говорила с трудом, еле слышно. – Поскольку очевидно, что в доме мне ничего не позволят делать, я намерена найти работу.

– И какую же, позволь спросить?

– Я умею стирать, убирать…

– Как тысячи других. Но ты чужая на острове и можешь получить лишь такую работу, от которой отказываются островитяне. Это существенно сузит круг твоих возможностей.

– Похоже, тебе придется смириться с участью приживалки, сестричка, – подытожила Алвина.

Люси мучительно покраснела. Увидев, как скривились губы Арта, она мысленно поблагодарила его.

– До этого не дойдет, – сказал он. – Я уже говорил, что мои документы в полнейшем беспорядке.

– Но я не хочу быть в курсе ваших дел, – нерешительно произнесла Люси.

– Ты все равно ничего не поймешь, если просто разберешь бумаги. Так нужна тебе работа или нет?

Что может быть хуже праздного времяпрепровождения за чужой счет? Надо решаться…

– Да, мне нужна работа, – кивнула Люси. – И эта, и любая другая по вашему усмотрению.

– Я всесторонне обдумаю твое предложение.

Люси не ответила, уловив в его голосе нотки раздражения. Она вполне понимала Арта. Но что поделаешь, гордость – единственное, что у нее осталось…

Алвина вдруг сладко зевнула.

– Не пойму, в чем дело! – пожаловалась она. – Ведь еще только десять часов.

– В Англии уже глубокая ночь, – напомнил ей Арт. – Иди-ка спать. Завтра ты должна быть бодренькой и свеженькой.

Люси хотела было последовать за сестрой, но Арт жестом остановил ее. Ах, как боялась она сейчас остаться с ним наедине!

4

Если Алвина и заметила жест Арта, то не подала виду.

– Спокойной ночи всем!

После ухода девочки на веранде воцарилась гнетущая тишина. Люси рискнула нарушить ее первой:

– Вы хотели что-то сказать?

– Да, собственно, нет… – Арт пожал плечами. – Просто подумал, что двоим взрослым недурно посидеть полчасика в обществе друг друга.

– Снова «продвижение по службе»? – спросила Люси язвительно и тотчас устыдилась своих слов.

– Я не шучу, – примирительно произнес Арт. – Кстати, когда тебе исполняется двадцать?

– В декабре.

– Вот это совпадение! И у меня день рождения в декабре. Что ж, устроим двойной праздник.

– Ну, до декабря еще много воды утечет…

– Думаешь, к тому времени тебя здесь уже не будет?

– Вполне возможно…

Арт не ответил, задумчиво глядя на девушку. Люси машинально откинула с лица волосы. От этого движения халатик задрался еще выше. Она заметила, что Арт скользнул взглядом по ее гладкому бедру, и с трудом удержалась, чтобы не одернуть подол.

– Знаешь, я хотел бы, чтобы ты мне позировала, – неожиданно произнес он.

– Почему? – спросила она, сбитая с толку.

Бровь Арта поползла вверх:

– Обычно от меня не требуют объяснений.

Это Люси легко могла себе представить.

Предложение было слишком лестным, чтобы доискиваться причин.

– Вы специализируетесь на портретах? – спросила она.

– Нет. Просто пишу подряд все, что захочу.

– Например, стюардесс?

Уголки губ Арта дрогнули:

– Да, и стюардесс тоже.

– Однако в самолете вы не захотели меня рисовать, – напомнила Люси.

– Просто ты чересчур интересная модель для простого наброска, – ответил он. – Я понял это сразу, как только увидел тебя, словно состоящую из одних лишь ног и глаз. Ты напомнила мне тогда испуганную газель. Вот так я и хочу тебя запечатлеть.

– В ночной сорочке?

– Понял, на что ты намекаешь, – усмехнулся Арт. – Думаешь, захочу рисовать тебя обнаженной?

– Разумеется, нет! – воскликнула девушка. – У меня для этого нет… подходящей фактуры.

– Полагаешь, что не существует ничего важнее большой груди? Уверяю тебя, ты ошибаешься.

– А я думаю, нет! – взорвалась девушка.

Синие глаза ее сверкали, на щеках выступил румянец.

– Все! Я иду спать!

Арт не шевельнулся. Теперь выражение его лица невозможно стало понять, но Люси вся сжалась.

– Что ж, если не хочешь добровольно мне позировать, считай это частью твоей работы. Я нанимаю тебя. Что скажешь?

Люси ничего не ответила, поспешно ретировавшись в спальню. Ей все еще казалось, что он издевается над ней. Газель, нечего сказать!

Взглянув на себя в зеркало, Люси поняла, что выглядит примерно так же, как и в тот вечер, когда Арт впервые увидел ее. Да, длинные ноги смотрелись недурно, но в глазах не было ничего необыкновенного, как, впрочем, и во всем остальном.

И вдруг, привстав на носочки, девушка коснулась ладонями грудей. Они были упругими на ощупь, но вот размер… Прекрати сейчас же, одернула она себя. Наверняка Арт просто над тобой подтрунивал.

Спала она спокойно и уже в шесть проснулась, бодрая и свежая. Натянув шорты и майку, Люси вышла на свежий воздух, наслаждаясь легким бризом, ласкающим кожу. Она обогнула бассейн и направилась по тропинке, петляющей среди роскошной растительности. Буйство красок слепило ее: тут, казалось, царствовали все цвета радуги – от нежно-желтого до фиолетового. Наверное, именно так выглядит рай, мечтательно думала Люси, склоняясь к нежному белому цветку и вдыхая всей грудью его пьянящий аромат. Голова у нее закружилась. Как все-таки хорошо жить здесь…

За деревьями показалась зеленая лужайка, а чуть дальше – строение со стеклянной крышей. Наверное, это и была студия Арта.

Она уже собиралась повернуть назад, но вдруг остановилась. В самом деле, что дурного в том, чтобы поглядеть в окошко? Ведь кругом никого нет…

Внутри Люси заметила прислоненные к стене холсты, занавешенные тканью. На мольберте стоял еще один, тоже скрытый от посторонних глаз. Тут же лежали палитра и кисти. Наверняка это была последняя работа.

Обнаружив, что дверь не заперта, Люси вошла, клятвенно пообещав себе, что уйдет через секунду. Однако, откинув ткань с незаконченной картины, поняла, что секунды ей явно не хватит…

Она увидела штормовое море: яростные валы, казалось, грозили смыть ее, такую легкую, и унести с собой в пучину. Стоя у холста с бешено бьющимся сердцем, Люси поняла, что истинный талант не спутаешь ни с чем…

Уловив движение за спиной, она вздрогнула и испуганно обернулась. Сунув руки в карманы джинсов, Арт стоял, прислонившись к двери.

– Ну и давно ты здесь? – спросил он.

– Всего пару минут, – смущенно пробормотала девушка. – Простите. Я не должна была входить, но дверь была не заперта, и вот я… Я не хотела… – Люси пожала плечами. – Впрочем, мне нет оправданий.

– Тебе не в чем оправдываться, – ответил Арт. – Уверен, ты ничего не сломаешь и не испортишь. – Он помолчал и вдруг спросил: – Так каково твое мнение?

Люси ожидала подвоха, но на губах Арта не было и тени улыбки.

– Лично мне эта работа показалась потрясающей, – сказала она наконец.

На сей раз уголки его губ дрогнули:

– Надо ли понимать так, что твое мнение тебе самой представляется ничего не значащим?

– Просто я не художественный критик.

– Если верить Алвине, ты и сама одаренная рисовальщица.

Люси заставила себя рассмеяться:

– Не принимайте всерьез слова девочки. Я просто немного рисую, вот и все. – Она опустила покрывало на картину. – Скажите, эти картины приготовлены на продажу?

– В общем, да. Все это должно быть отправлено еще до конца месяца.

– Рори Либрано?

– Нет, в Париж. Когда прибудет контейнер, поможешь мне их упаковать. Кстати, вот и еще одна работенка. – Один шаг – и Арт преодолел разделяющее их расстояние. У Люси захватило дух, когда его ладони легли ей на плечи. – Знаешь ли ты, как прелестна? – сказал он, поворачивая девушку лицом к свету. Кончик его пальца скользнул по нежной щеке, отчего по коже Люси побежали мурашки. – У тебя дивные скулы, чудесный овал лица…

– Совсем как у стюардессы, – едва выдохнула она, еще пытаясь шутить.

Арт улыбнулся:

– Ей я просто сделал комплимент, а тебе говорю правду. Винни тоже очень хороша, но еще не сформировалась. Наверное, ваша мать была очень красива.

Люси затрепетала, когда Арт откинул волосы с ее лица. Это он просто хочет рассмотреть ее… Что ж, профессиональный интерес художника лучше, чем ничего.

– Да, она была настоящей красавицей. Но это не принесло ей счастья, – дрожащим голосом выговорила Люси.

– Ее красота привлекала мужчин?

– Как пламя свечи – мотыльков. Так всегда говорил ваш брат. – На самом деле он употреблял выражение куда более грубое, но Люси не могла и не хотела его повторять. – Человек, с которым она убежала, был деловым партнером отчима.

– Могу представить, как это его задело.

Выражение серых глаз Арта неуловимо изменилось. Люси чувствовала, что дрожит, и понимала, что этого не скрыть. Она хотела, чтобы он привлек ее к себе, хотела очутиться в его объятиях, ощутить вкус его губ…

– Я не поступлю с тобой так, – ласково произнес Арт, отпуская ее. – Хотя это и очень заманчиво.

Люси хватала ртом воздух, чувствуя, как пылает ее лицо.

– Не понимаю, о чем вы…

– Нет, понимаешь. Я почувствовал это. Учитывая, как ты жила последние годы, я наверняка первый мужчина, который коснулся тебя… и случилось неизбежное. Но это скоро пройдет.

– Приходится верить вам на слово, – хрипло проговорила Люси, уже не пытаясь ничего опровергать. – Простите, что смутила вас.

– Ты вовсе меня не смутила. – В его голосе явственно слышалась ирония. – Пойдем-ка лучше в дом.

На обратном пути Арт не произнес ни слова – просто шагал с ней рядом так, словно ничего не произошло. Люси понимала, что должна быть ему благодарна. Многие на его месте воспользовались бы ее девичьим порывом. Но как бы там ни было, ей предстояло игнорировать свои чувства и относиться к нему только как к дяде Алвины. У всего остального не было будущего…

К изумлению обоих, Алвина была уже умыта и одета.

– Я давным-давно проснулась! Когда едем?

– Мне необходимо быть в городе в девять, – ответил Арт.

– А когда завтрак? – не унималась девочка. – Слона бы съела!

Послышалось мелодичное позвякивание, и появилась Джемайма, катящая сервировочный столик.

– Вы изволили рано встать, – ледяным тоном произнесла домоправительница, прекрасно расслышавшая слова девочки. – В этом доме завтракают всегда ровно в восемь.

– Если только я не прошу накрыть пораньше, – мягко вставил Арт. – К обеду мы будем, как обычно.

– Искренне надеюсь.

И Джемайма, гордо вскинув голову, выплыла из комнаты. Настроение ее было совершенно очевидно.

– Почему ты позволяешь ей так разговаривать? – спросила Алвина у дяди. – Ведь она же только служанка.

– Нет. Джемайма – это Джемайма. И ты будешь относиться к ней с уважением, коего она заслуживает! – отрезал Арт.

– Думаю, Винни не хотела… – начала было Люси, но он оборвал ее:

– Нет, хотела! А я этого не потерплю. Понятно?

– А разве мы не заслужили уважения? – заныла племянница. – Она относится к нам так, словно мы непрошеные гости!

– Она привыкнет, – ответил Арт. – Джемайму больше всего обидело то, что я не предупредил ее.

– А почему ты этого не сделал?

Люси тихо ахнула, ожидая взрыва, но его не последовало, хотя выражение лица Арта стало угрожающим.

– Это мой недосмотр. Ладно, давайте завтракать.

Люси сидела за столом, опустив глаза. Арт не знал еще, какие фокусы способна выкидывать Винни, а минуту назад она едва не вывела его из себя окончательно.

– Кстати, пока я не забыл. – Он полез в карман, выудил оттуда кошелек и протянул его Люси: – Вот, возьми. Хоть я и предвижу результат, но напоминаю, что ты и сама вольна ими воспользоваться.

– Никогда, – тихо, но твердо произнесла девушка, с ужасом думая о том, что наденет для поездки в город. – Хотя я очень вам благодарна.

– Что ж, дело твое, – сухо сказал Арт.

А Алвина уже щебетала как ни в чем не бывало. Глядя на сестру, Люси жалела, что лишена способности мгновенно забывать о неприятном. Сама она чувствовала себя униженной и понимала, что это нескоро пройдет…

Перебрав нехитрое содержимое шкафа, девушка остановила выбор на пестрой юбке и белой блузке, купленных на распродаже. Поношенные сандалии она приобрела там же за символическую сумму, но они были хорошего качества.

Увидев Люси в таком наряде, Арт и слова не проронил. Сам он переоделся в белые брюки и легкую бежевую рубашку. Люси не могла отвести взгляд от распахнутого ворота, открывавшего загорелую шею. Но раз она решила скрывать свои чувства – самое время начинать.

На улицах Розо было очень оживленно – множество машин и пешеходов. Арт припарковал машину на площади, неподалеку от гавани. Указав на пешеходную улочку, он сказал:

– Начните отсюда. Встретимся на углу в полдень.

– И все-таки я предпочла бы, чтобы вы указали сумму, на которую мы можем рассчитывать, – предприняла последнюю попытку Люси.

– А я предпочел бы, чтобы ты сделала все так, как я сказал, – последовал ледяной ответ. – У вас три часа на покупки.

Глядя в спину удаляющемуся Арту, Люси гадала, с кем он сегодня встречается. Во всяком случае, не с девочкой-подростком в куцем халатике… Этого добра ему хватает и дома.

Алвина нетерпеливо потянула сестру за руку:

– Пойдем же! У нас не так много времени!

– Не волнуйся. Думаю, это не последний твой налет на магазины, – хмыкнула Люси.

– Да, для меня жизнь только начинается! – радостно улыбнулась сестра. – Ты ведь слышала: он сказал, что я могу купить все, что пожелаю.

Хоть Арт и не совсем так выразил свою мысль, суть от этого не менялась. Да и кто она, собственно, такая, чтобы экономить деньги Флетчера?

Отведенных трех часов Алвине явно не хватало – глазки ее так и сверкали. Имя Арта Флетчера всюду производило поистине магическое действие: с ними обращались, словно с принцессами крови. Люси пыталась делать вид, что ее не интересует одежда, но как же это было трудно!

Особенно очаровало ее одно платье – любимого синего цвета, с дивно выкроенным лифом и мягкой юбкой. Как Алвина ни упрашивала сестру хотя бы примерить его, все было тщетно. Люси понимала, что куда труднее будет расстаться с ним, увидев свое отражение в зеркале. Даже в павлиньих перьях ворона останется вороной, твердила она себе. И утешалась мыслью, что пойдет по магазинам лишь с собственными деньгами. Пусть это будет не очень скоро, но обязательно будет! К половине двенадцатого ее терпение истощилось. Алвина отказалась от предложения доставить покупки по адресу, и они вдвоем тащили увесистые пакеты.

– Может, попьем чего-нибудь? – предложила Люси, кивнув в сторону уютного кафе. – Время у нас пока есть. Иначе, ей-богу, напьюсь прямо из фонтана! Да и нести все это я больше не могу.

– Да, всего не унесешь, – с сожалением вздохнула Алвина. – В некоторые магазины мы даже не зашли, но в следующий раз обязательно это исправим.

Люси сочла за благо смолчать, хотя сумма, потраченная на тряпки, была просто астрономической по ее понятиям. Арт сам виноват, твердила она себе. И все же чувство вины не покидало девушку.

Ища свободное место в кафе, Люси заметила двух юношей, сидящих за столиком на четверых. Один из них сделал приглашающий жест, но она заколебалась. Алвине же подобные сомнения были чужды, и Люси двинулась следом за сестрой, извиняясь направо и налево. Но сидящие за столиками люди лишь понимающе улыбались ей.

В новом светлом костюмчике Алвина казалась старше на пару лет. Оба юноши с интересом глядели на нее.

– Спасибо за приглашение. Мы просто умираем от жажды!

– Официанта не дождешься, – сказал темноволосый парень, пригласивший их за столик. – Пойду и принесу вам чего-нибудь. Что вы предпочитаете?

Люси, которая еще не успела сесть, жестом остановила его.

– Не надо, спасибо. Я и сама справлюсь.

– А я справлюсь быстрее, – возразил юноша. – Туристов вечно оттирают от стойки.

– А мы не туристы, – объявила Алвина. – Мы здесь живем.

– Вот как? А почему мы прежде никогда вас не видели?

– Мы только вчера приехали, – объяснила Люси, смиряясь с тем, что их угощают. – Очень любезно с вашей стороны.

– Таковы правила здешнего гостеприимства, – улыбнулся парень. – Кстати, меня зовут Стив Данвуди, а это Пит Брукс. Мы тоже здешние.

– Родились здесь? – спросила Алвина.

– Только Пит. Мои родители приехали сюда из Штатов, когда я был еще сопливым мальчишкой.

Да тебе и сейчас едва ли больше семнадцати, подумала Люси. Но все равно ты милый – густые светло-каштановые волосы и смеющиеся серые глаза.

Как только Алвина упомянула Флетчера, приятели оживились:

– Так вы те самые девицы… простите, девушки, о которых судачит весь остров! – воскликнул Стив. – Он на самом деле ваш дядюшка?

– Да, младший брат моего отца, – объяснила Алвина. – Отец умер, не оставив нам денег…

– И вы приехали сюда, чтобы порастрясти дядюшкин кошелек? – спросил Стив, многозначительно глядя на пакеты с покупками. – Ничего страшного. Он может себе это позволить.

– А вы откуда знаете? – нахмурилась Люси.

– Все знают.

– Кто знает и о чем? – спросил Пит, вернувшийся с подносом.

Стив вкратце объяснил приятелю, с кем свела их судьба.

– Хелоис будет в шоке, когда вернется! – воскликнул он.

– Кто такая Хелоис? – тотчас спросила любопытная Алвина.

– Моя сестра, – ответил Пит. – Ее часто можно встретить в нашем магазине – по крайней мере, когда она на острове. Сейчас она в Европе.

Только сейчас до Люси дошло, что сегодня они побывали в магазине Бруксов – и надо сказать, весьма недурном магазине.

– А какое отношение ваша сестра имеет к Арту? – спросила она как бы между прочим, уже догадываясь, каков будет ответ.

Приятелей несколько озадачило то, что она назвала дядю по имени, но они промолчали.

– Какое отношение? Не такое, какое бы ей хотелось, – ответил Пит туманно. – Но теперь она точно скиснет, когда узнает, что в его доме завелись такие красотки!

Алвина захихикала:

– Похоже, ты плохой брат.

– А она отвратительная сестра. Ей двадцать шесть, и она думает только о себе. Не пойму, что Арт в ней нашел.

– Прекрасно понимаешь, – хмыкнул Стив. – То же, что и другие мужики. Две племянницы для нее не помеха. Если уж Хелоис чего захочет, то будет добиваться, не стесняясь в средствах.

Из всего этого Люси заключила, что Хелоис и есть «кое-кто», кого упомянул Рори Либрано. Ну что ж, Арт сам виноват, сказала она себе. Если бы согласился на ее предложение, не нажил бы лишних проблем.

Потянувшись к стакану апельсинового сока, она случайно взглянула на настенные часы и ахнула:

– Нам пора! Уже почти двенадцать!

– Ты совсем как Золушка из сказки! – ухмыльнулся Стив, помогая ей собрать пакеты. – Может, хрустальную туфельку оставишь?

– Если мы чуть-чуть опоздаем, ничего страшного не случится. – Алвине явно не хотелось расставаться так скоро с новыми приятелями. – Подождет немного…

– Приятно было познакомиться, – сказала Люси ребятам, словно не слыша сестру. – И спасибо за угощение.

– Но вы к нему едва притронулись, – разочарованно протянул Пит.

– Простите нас… Пошли, Винни.

Она торопливо шла по направлению к площади, когда запыхавшаяся Алвина нагнала ее.

– Это дурной тон! – воскликнула сестра. – Могла бы хоть подождать, пока я допью сок!

– Арт назначил нам встречу в двенадцать, – одернула ее Люси. – Заставлять его ждать куда более дурной тон. Мы многим ему обязаны. Пожалуй, он делает для нас куда больше, чем мы предполагали.

– Ты имеешь в виду сестрицу Пита? – хмыкнула Алвина. – Ну и что с того? Она же ему подружка, а не жена! А если этой особе не понравится, что мы поселились здесь, ей же будет хуже.

Люси же полагала, что слово «подружка» тут не слишком уместно. Конечно, Хелоис не жена Арту, но почти наверняка его любовница. И она тотчас ее возненавидела.

– Пора тебе понять, что Арт всю свою жизнь изменил ради нас с тобой! – с укором воскликнула она. – Немногие мужчины способны на такое.

– Любой мужчина почел бы за честь жить под одной крышей с двумя красотками, – невозмутимо ответила сестра.

Люси помимо воли улыбнулась. Как бы ей хотелось на самом деле быть роскошной блондинкой, лет, скажем, двадцати шести…

До площади они добрались только к четверти первого. Арт уже был там.

– Простите за опоздание, – опустила глаза Люси.

– Я ждал чего-то подобного, – пожал плечами Арт. – Ну как, купили все, что хотели?

– Нет, еще не все, – как ни в чем не бывало ответила Алвина. – Но на первое время достаточно.

– Прекрасно. Проблем не возникло?

– Никаких, – ответила Люси.

Арт и глазом не моргнул. Наверное, его удивило бы обратное, желчно подумала Люси.

С великой радостью девушки засунули пакеты с покупками в багажник. На сей раз Алвина пожелала занять заднее сиденье, и Люси волей-неволей пришлось сесть рядом с Артом. Плечи их почти соприкоснулись, отчего у нее внутри все сжалось.

– Мы познакомились с Питом Бруксом, – сообщила Алвина. – И с его другом Стивом, Они угостили нас в кафе.

– Надеюсь, не напоили? – саркастически хмыкнул Арт. – Кстати, в это время они должны были быть в школе.

– А сколько им лет? – спросила девочка.

– Семнадцать. Они оба посещают школу, в которую с понедельника пойдешь и ты.

– Так скоро? – плаксиво протянула Алвина.

– Раньше никак не получается. Так что у тебя впереди еще пять дней свободы.

«Ей не хватило бы и пяти недель», – хотела сказать Люси. А еще она ждала, что сестра упомянет имя Хелоис, но девочка явь о думала о другом. Люси поклясться могла, что знает о чем именно: если Пит и Стив могут прогуливать уроки, то и ей не грех следовать их примеру. Дома она частенько так поступала… Наверное, мне было бы сейчас куда легче, будь я пятнадцатилетней девчонкой, размышляла Люси. Тогда бы не трепетала так от опасной близости этого мужчины. Девятнадцать лет – странный возраст. Она уже не ребенок и еще не женщина. Возможно, в декабре… Она вдруг представила себе, что они с Ар-том вдвоем, что его длинные пальцы скользят по ее телу, серые глаза с восхищением глядят на нее. Вот руки его смыкаются вокруг ее талии, она обнимает его за шею, и…

Люси облизнула вмиг пересохшие губы. Наверное, Арт что-то почувствовал, потому что вопросительно взглянул на нее. С этим надо кончать, подумала девушка, дрожа всем телом. Но разум и воля отказывались служить ей…

5

Джемайма слегка смягчилась через пару дней, и не в последнюю очередь благодаря тому, что Люси держала обещание: в их с Алвиной комнатах поддерживался идеальный порядок. Как Люси и ожидала, решимости сестры самостоятельно застилать постель хватило лишь на один день. А о том, чтобы складывать сброшенную впопыхах одежду, девочка и вовсе не помышляла. Люси знала, что отчасти сама виновна в этом: ей всегда казалось быстрее и проще проделать все самой, нежели упрашивать и совестить Винни…

Раскладывание по порядку бумаг Арта в небольшом кабинете заняло у нее всего лишь несколько часов. Неискушенность Люси в вопросах бизнеса все же не помешала ей заметить, что вырученные от продажи картин деньги являются лишь частью доходов хозяина дома. Он вполне серьезно занимался и иными делами. Впрочем, вдаваться в подробности ей не хотелось. Она знала, что человек этот богат, а насколько богат, было уже не так и важно.

Когда он вручил ей и Алвине чековые книжки, выписанные на их имя, Люси насторожилась. Нетрудно было сообразить, что сумма, означенная в них, значительно превосходила предполагаемую цену их английского дома.

Припертый к стенке Арт и не думал ничего отрицать.

– Это единственный путь предоставить вам обеим некоторую независимость, – сказал он. – И не спорь! – повысил Арт голос, видя, что Люси раскрыла рот. – Не хочешь пользоваться этими деньгами – что ж, дело твое.

Разговор происходил в студии, где Арт заканчивал одну из картин, изображавшую рубщиков сахарного тростника. Их мускулистые спины, лоснящиеся от пота, были необычайно выразительны. Глядя на легкость мазка, Люси завидовала его дару. Если бы она полжизни училась живописи, и тогда не создала бы ничего подобного.

– Дело не во мне, – продолжила она прерванный диалог. – Не думаю, что разумно позволить Винни растранжирить такую сумму. А это произойдет, будьте уверены.

– И на что же она потратится? На одежду? Полагаю, она уже и теперь могла бы открыть собственный магазин.

Люси недовольно поморщилась:

– Знаю. Я не должна была допустить, чтобы она тогда…

– Я вовсе не это имел в виду. – Арт отступил от холста, потом отложил палитру и кисти. – Когда я дождусь, чтобы ты перестала слышать упрек там, где его и в помине нет?

А Люси думала уже о другом… И течение мыслей ее было опасным. Даже отвернувшись, она все равно видела его – мускулистого, высокого и стройного, с копной темных волос, упавших на лицо. Она собралась уже уйти, но Арт остановил ее:

– Это последняя картина из тех, что я намерен отослать в Париж, так что можем начать работать с тобой… раз ты уже здесь.

– Но при мне нет ночной сорочки, – попыталась отшутиться девушка.

Арт расхохотался:

– Сейчас я сделаю лишь наброски. Всегда предпочитаю начинать с этого. Пойди и сядь вон туда, на свет.

Лишенная возможности отвертеться, она повиновалась. Арт установил мольберт и стал глядеть на девушку. Люси изо всех сил пыталась расслабиться, но под проницательным взглядом серых глаз это оказалось чертовски непросто.

Заляпанная краской майка подчеркивала рельеф его бицепсов, она видела его волшебные руки, держащие карандаш… и сердце ее таяло как воск. Он был сейчас воплощением мужественности в противоположность тем мальчикам, с которыми ей доводилось изредка общаться до сих пор. Впрочем, бросив школу, она совершенно перестала встречаться с молодыми людьми…

– Старайся думать о чем-то другом, – мягко произнес он, словно уловив ход ее мыслей. – Например, о том, чего бы ты сейчас больше всего хотела.

Однако именно это она сейчас и проделывала – представляла себе, как Арт откладывает карандаш, подходит к ней, подхватывает ее на руки… Вот лицо его приближается, губы ищут ее рот. Вот он относит ее на кушетку, стоящую в углу студии, затем отступает на шаг, но лишь затем, чтобы стянуть через голову майку. Как прекрасен его мускулистый торс! Вот пальцы его нащупывают пряжку брючного ремня…

Люси поняла вдруг, что серые глаза смотрят на нее с выражением, которое невозможно истолковать двояко. Господи, он прекрасно знает, что творится с ней сейчас! Щеки ее мгновенно сделались пунцовыми.

– У тебя есть еще много времени, девочка, – ласково произнес Арт. – Не нужно торопиться. И не делай вид, будто не понимаешь, о чем я толкую. Просто… дождись своего мужчину.

И Люси поняла, что увиливать бесполезно.

– Я уже дождалась его. Я люблю тебя, Арт.

– Нет, не любишь. – Голос его тотчас зазвучал сурово. – То, что ты чувствуешь, именуется сексуальным влечением, и только. Разумеется, мне льстит, что объектом стал я, но на этом поставим точку, ладно? А теперь будь паинькой, и позабудем обо всем.

– Не изображайте папочку! – обозлилась девушка. – Я не ребенок и мне не нужно растолковывать, что именно я чувствую!

– Мне этого не нужно, пойми! – ответил он также раздраженно. – Так ты будешь мне позировать или бросим все?

Дрожа с головы до пят от злости и унижения, Люси встала и направилась к двери. Арт не сделал попытки остановить ее.

Прошло несколько минут, прежде чем до нее в полной мере дошло, что она ляпнула. На такое способна лишь полнейшая идиотка! И чего она ожидала – ответного признания? Как она сможет теперь взглянуть ему в глаза? Вот бы отправиться сейчас домой… Но если она снимет деньги со своего счета, тогда ей с лихвой хватит на билет в один конец. Но что будет дома? Впрочем, что бы ни было, это лучше, чем оставаться здесь!

А Винни? Неужели она покинет родную сестру лишь потому, что сама так сглупила?..

Арт возвратился домой только к шести. Глядя из окна на его высокую фигуру, Люси горько сожалела о том, что нельзя выключить эмоции, как, например, телевизор. Возможно, это и не любовь, но нечто невероятно сильное… намного сильнее ее.

Обед стал для Люси сущей мукой. А Алвине было хоть бы что. Пролежав несколько дней у бассейна в праздности, девочка заскучала и не сочла нужным этого скрывать.

– И зачем мне столько обновок? Ведь мне негде в них показаться, – канючила она. – Я ведь нигде даже еще не была!

– Совершенно не понимаю почему, – ответил Арт. – Советую посетить Морн-Труа-Питон, это национальный парк, – прибавил он, обращаясь к Люси. – Я нарисую тебе маршрут по карте. Кстати, это послужит для тебя недурной практикой.

Синие глаза Люси в упор взглянули на него. Ах, как это оказалось нелегко!

– Ты… ты намерен доверить мне машину?

– Ну да, а что? Ведь у тебя есть права.

– Везет тебе! – завистливо протянула Алвина. – Я буду киснуть в школе еще целых два года, а ты – наслаждаться жизнью…

– О том, чтобы в шестнадцать закончить обучение, и не помышляй, – спокойно ответил дядя. – Люси не получила полного образования, но на то были причины. С тобой такого не произойдет.

– Ну, когда мне стукнет шестнадцать, ты не сможешь меня ни к чему принудить, – ответила смышленая девочка.

– Хочешь побиться об заклад?

Люси уже поняла, что не следует вмешиваться в конфликты между племянницей и дядей. Арт вполне справлялся самостоятельно. Вот и сейчас выражение его глаз заставило девочку умолкнуть – на время, по крайней мере. Опустив глаза, она печально ковыряла ложечкой десерт.

Отказавшись от кофе, Арт встал из-за стола. Двадцать минут спустя Люси услыхала, как отъехала его машина. Похоже, обе девчонки чертовски ему надоели…

Вечер тянулся томительно долго. Люси вяло отмахивалась от Алвины, которая упрашивала сестру взять вторую машину и отвезти ее на пляж.

– Ну почему? – ныла девочка. – Мы доберемся туда минут за десять…

– Нет. Будь сейчас день, другое дело. И потом, я еще не знаю дороги. Мы можем просто-напросто заблудиться, – резонно ответила Люси.

– И это было бы лучше всей этой смертной скукотищи! – Девочка решительно встала. – Все! Иду смотреть телевизор.

Тихие вечера на морском побережье были прекрасны, но Люси вполне понимала досаду сестрички. Жить в достатке и праздности – дело не из простых… Но у Винни будет, по крайней мере, школа. А ей что делать?.. Позировать Арту она не станет, это ясно как божий день. Да и он, похоже, начисто потерял к ней интерес.

И сердце ее преисполнилось жалости к этому человеку. Подумать только, в какую ситуацию нежданно-негаданно он угодил! Да, он полагал, что поступает правильно, беря их обеих с собой. А как он считал теперь?

К десяти вечера Арт еще не вернулся – впрочем, Люси этого и не ожидала. Алвина у себя в комнате листала журнал. Настроение у девочки заметно улучшилось.

– Все равно мы будем развлекаться! – объявила она сестре, когда та заглянула в комнату, чтобы пожелать ей спокойной ночи. – Завтра же поедем на пляж. Ведь завтра воскресенье. Может, даже повстречаем там Пита и Стива….

– Ладно, дорогая. Увидимся за завтраком.

Раздевшись, Люси поняла, что спать ей не хочется совершенно. Она уселась на балконе и залюбовалась полной луной. Что ж, подумала девушка, сегодня я получила великолепный урок и стала наконец взрослой. Отныне чувства ее скрыты за семью печатями…

Вечер выдался необыкновенно жаркий, и теплый ветерок не освежал кожу. А бассейн внизу поблескивал так маняще… Люси направилась в ванную за купальником, который повесила там сушиться, и на полдороге вспомнила, что тот треснул по шву, когда она его утром снимала. Один из новых купальников сестры пришелся бы ей впору, но так не хотелось идти к ней и просить! К тому же почти наверняка для этого пришлось бы разбудить девочку.

Что страшного в том, чтобы искупаться обнаженной? Джемайма и Хорас наверняка уже спят, а Арта еще долго не будет. Если он вообще собирается нынче ночевать дома. Вполне возможно, что его отъезд вызван неожиданным возвращением Хелоис. Если эта красотка имеет собственную квартиру – а скорее всего так оно и есть, – он проведет ночь у нее.

Но Люси тотчас приказала себе не думать об этом. Она тихонько спустилась вниз – босые ноги ступали по ковру совершенно бесшумно. Кратчайший путь до бассейна лежал через веранду первого этажа. Дойдя до цели, Люси положила полотенце в шезлонг и стянула через голову ночную сорочку. Сначала она решила нырнуть, но затем, чтобы не производить шума, тихо вошла в воду.

Вода ласкала кожу, словно нежнейший шелк. Девушка медленно поплыла, наслаждаясь горьковато-сладким ощущением свободы и одиночества. Ноздри ее щекотали десятки запахов, которые отчего-то днем воспринимались совсем иначе. На небе не было ни облачка, звезды сверкали, словно бриллианты, рассыпанные на темно-синем бархате. Люси легла на спину и залюбовалась ими. Она ни о чем не думала в этот момент полнейшего слияния с природой. Казалось, она могла провести вечность вот так, лицом к лицу с небом, став единым существом с водой и ветром. Волосы ее, словно водоросли, медленно колыхались вокруг плеч.

Вдруг луну заслонила чья-то тень. Кто-то высокий стоял возле бассейна и смотрел прямо на нее. Но девушка не смутилась, вся во власти магии ночи.

– Это райское блаженство, – пробормотала она. – Попробуй…

Лица Арта не было видно. Не проронив ни слова, странными автоматическими движениями он принялся раздеваться. Под брюками на нем были плавки, но он снял и их. Мгновение – и, подняв тучу алмазных брызг, он нырнул в темную воду и поплыл прямо к девушке.

Лишь когда Арт обнял ее за талию, Люси поняла, что не грезит. Чересчур реальны были касания его сильных рук… Позабыв обо всем на свете, она не ощущала ничего, кроме гладкости и рельефности мышц, по которым заскользили ее пальцы. Сомкнув руки вокруг его шеи, она едва не лишилась чувств, когда губы Арта нашли ее нежный рот. Именно в этот сладостный миг она из ребенка окончательно превратилась в женщину…

Бассейн в этом месте был неглубок, и Арт нащупал ногами дно. Когда он, выпрямившись, привлек ее к себе, Люси почувствовала уже знакомый трепет глубоко внутри. Ощутив возбуждение Арта, она инстинктивно слегка раздвинула ноги, стремясь ему навстречу, – и по ее жилам словно заструилось жидкое пламя…

Он не произнес ни слова, да девушке этого и не хотелось, иначе тотчас ушло бы волшебство момента. Глаза Арта казались сейчас черными, но сверкали ярче небесных звезд. Прильнув к нему, Люси обвила ногами его талию… и на мгновение сжалась, ощутив легкую боль. Но столь непреодолимым было стремление к этому человеку, что она тотчас позабыла о ней.

Арт снова поцеловал ее – на сей раз кончик его языка проник меж женских губ. Когда боль стала острее, Люси сдавленно вскрикнула, но спустя мгновение боль ушла – и они стали единым существом. Все было именно так, как она мечтала. С губ ее рвались невольные вскрики, но он заглушал их поцелуями… И вот все вокруг них словно завертелось в бешеном вихре…

Проснувшись ранним утром, Люси в первый момент не поняла, где находится. Но вот медленно стали всплывать воспоминания о прошедшей ночи. Полно, уж не приснилось ли ей все это?

Люси облизнула кончиком языка вспухшие губы, ощутила сладкую боль где-то внутри – и поняла, что это не было сном. Да, все происходило на самом деле… Снова прикрыв глаза, она принялась вспоминать Арта, стоящего на краю бассейна, нагого и прекрасного. И одно это воспоминание породило дрожь желания в глубинах ее существа. Ах, как хотела она, чтобы он был сейчас рядом, готовый вновь слиться с ней! Она не насытилась бы им и за тысячу лет…

Но тотчас же в памяти всплыл их обратный путь домой – и в сердце проникла горечь. Он отправил Люси спать, не вымолвив ни слова, даже не поцеловав ее… Впрочем, ему не из-за чего было терзаться. Если кто и виноват в случившемся, то только она одна, невольно соблазнившая его. А мужчинам несвойственно противиться искушению…

А она? Сожалеет ли? Ни единой секунды! И он не будет ни о чем жалеть, когда поймет, что Люси не собирается вешаться ему на шею. Разумеется, она была бы счастлива, если бы Арт ответил на ее чувства. Но даже если это и не так, почему бы им время от времени не оказываться в одной постели? И никому не надо об этом знать…

Было еще очень рано. Люси мучительно хотелось пробраться сейчас в спальню Арта и разбудить его поцелуем. Она словно наяву увидела его спящим – со спутанными темными волосами и слегка отросшей за ночь щетиной. На нем наверняка нет пижамы… Впрочем, после этой ночи совершенно неважно, что на нем надето.

И вот, вся во власти могущественного влечения, Люси выскользнула из постели, совершенно глухая к голосу рассудка. Джемаймы не будет в доме еще по крайней мере час…

Комната Арта находилась в дальнем конце коридора. Алвина наверняка еще сладко спит, думала Люси, на цыпочках проходя мимо спальни сестры. Впрочем, сейчас, казалось, ничто бы ее не остановило.

Приоткрыв дверь, Люси увидела огромную кровать, стоящую на темно-зеленом ковре. Арт лежал на животе, обнимая подушку. Лица его не было видно. На нем и впрямь ничего не было – лишь простыня прикрывала его ниже пояса. Утреннее солнце освещало могучие плечи, и от этого зрелища Люси затрепетала всем телом.

Подавив волнение, она проскользнула в спальню, бесшумно прикрыв за собой дверь. Казалось, она шла к кровати целую вечность – в любой момент Арт мог открыть глаза. В последний момент Люси на миг замерла, а затем, сбросив ночную сорочку, легла в постель подле него. Он пошевелился, что-то пробормотал, но не проснулся. Тогда Люси, склонившись, вдохнула пряный запах его кожи и, не удержавшись, нежно поцеловала в шею.

Когда Арт повернулся к ней лицом, она похолодела, но, на ее счастье, глаза его остались закрытыми. Уже поздно отступать, сказала она себе. Впрочем, пытаясь встать, Люси наверняка разбудила бы спящего.

Вблизи его лицо было в точности таким, каким она себе его представляла – гладкая смуглая кожа, едва заметная темная щетина на подбородке и щеках. Никогда прежде не видев его так близко, Люси наслаждалась, разглядывая Арта. Как, оказывается, длинны его ресницы! Как красивы его губы…

Когда он повернулся на бок, простыня соскользнула ниже. Затаив дыхание, Люси смотрела на его сильную шею, на могучую грудь, на плоский мускулистый живот… В ней вновь пробудилось желание, и рука словно сама собой скользнула по его бедру. Ощутив мгновенную реакцию, Люси едва не ахнула.

Глубоко вздохнув, Арт медленно произнес:

– И тебя с добрым утром…

Серые глаза открылись. Изобразив на лице беспечную улыбку, Люси сказала:

– Привет.

Поначалу он никак не среагировал, но вот рывком сел в постели. Лицо его потемнело, глаза метали молнии:

– Черт тебя подери, ты что делаешь?

Насмерть перепуганная Люси все же пыталась обороняться:

– Вчера ночью ты ничего подобного не говорил!

Гнев Арта угас, уступив место мучительному румянцу раскаяния.

– Этого не должно было случиться, – глухо уронил он. – Я думал, что выдержу…

– Выдержишь – что?

– Считал, что смогу воспротивиться желанию! – В голосе его вновь зазвенела сталь. – Ведь я захотел девятнадцатилетнего ребенка!

– Но я не ребенок! И я тоже тебя хотела. И ты прекрасно об этом знал!

– Лжешь! Ты вообще понятия не имела, чего хотела.

– Нет, имела! И вообще, я знаю о таких вещах с десяти лет.

Арт вполголоса выругался.

– Я имею в виду нечто иное, нежели школьный курс биологии!

– Я тоже. – Слова словно сами собой слетали с губ Люси. – Вчера я сказала тебе сущую правду, Арт: я люблю тебя. Ведь желание – составная часть любви, правда?

Губы его скривились в горькой усмешке:

– Не всегда…

– Если хочешь сказать, что не любишь меня, то не трудись: я знаю это и мне на это наплевать, – мужественно солгала Люси ему, но не себе. – Я счастлива просто быть рядом с тобой…

– Этого никогда больше не повторится! – объявил он. – Того, что случилось, хватит с лихвой!

– Если волнуешься, что я могла забеременеть, то сразу хочу тебя успокоить. Последние три месяца я пью таблетки.

– С какой радости? – сурово насупился Арт.

– Женские проблемы…

– Не ври, пожалуйста! – рассвирепел он.

– И не думаю. – Люси была спокойна. – Врач прописал мне пилюли, чтобы отрегулировать месячный цикл – так он сам это объяснил. А ты единственный, с кем у меня…

– Я сам прекрасно это понял! – зарычал Арт.

– Тогда ты понимаешь, что значишь для меня. Я и в самом деле…

– Прекрати твердить о любви! Ты понятия не имеешь, что такое любовь!

Синие глаза Люси вспыхнули:

– Нет, это ты прекрати объяснять мне, что я чувствую, а что – нет! Чего ты испугался? Что я потребую, чтобы ты на мне женился? Успокойся раз и навсегда! Меня брак интересует не больше, чем тебя!

– Тогда как ты себе все это представляешь? – Арт презрительно окинул ее взглядом. – Мечтаешь стать моей любовницей?

– Если тебя это устроит, то да. Скажи, ты хочешь меня, Арт?

Он снова окинул взглядом ее худенькую фигурку, и челюсти его словно свело судорогой.

– Вон отсюда! – хрипло произнес он. – Сейчас же!

Люси торжествующе улыбнулась, понимая, что происходит с ним.

– Ты вовсе не это хотел мне сказать! – Она закинула руки за голову и тряхнула пушистыми темными прядями. Груди ее налились, а соски затвердели – Люси прекрасно видела, какой это произвело эффект, и преисполнилась ощущением своей власти над Артом. – Ведь ты хочешь меня, да? – прошептала она.

Ответом ей был отчетливо слышный скрежет зубов. Отвернувшись от нее, Арт спустил ноги на пол.

– У тебя десять секунд. Я не шучу, Люси. Убирайся вон!

Глядя на его мускулистую спину, Люси понимала, что у нее два пути: либо трусливо покориться, либо сражаться и принять все последствия, какими бы они ни были…

Палец ее нежно скользнул вдоль его позвоночника.

– Все уже произошло, – прошептала она. – Что страшного, если это повторится? И потом, я уже сказала, что не забеременею…

– Дура! Никто, кроме Господа Бога, не дает стопроцентной гарантии!

– Ну, вчера-то ты понятия не имел о таблетках, и это не остановило тебя.

Арт грустно усмехнулся:

– Вчера, когда я увидел тебя обнаженную в этом проклятом бассейне, меня не остановил бы и табун диких лошадей! И с этим мне теперь придется жить…

– Но если бы ты сейчас сам использовал что-нибудь… тогда не было бы ровным счетом никакого риска. – Люси старалась быть по-взрослому рассудительной. Она склонилась и кончиком языка коснулась его спины, ощутив слегка солоноватый вкус кожи. Желание росло с каждой секундой. – Я никуда не уйду, поэтому лучше тебе передумать. Я хочу тебя, Арт. Сейчас! Сию минуту! – И она вновь сомкнула руки на его шее.

С секунду он не двигался, и Люси уже торжествовала победу. Но вот он встал, отшвырнув ее прочь, словно котенка, подошел к стулу и набросил шелковый халат.

Когда он вновь повернулся, лицо его было бесстрастно.

– Ты хочешь вовсе не меня, – сказал Арт. – Ты хочешь секса. Моя вина в том, что я дал тебе распробовать запретный плод, но дальше этого у нас дело не зайдет. Итак, ты уйдешь сама или мне выставить тебя вон?

Люси хотела было продолжить борьбу, но передумала. Да, Арт хочет ее, и они оба об этом знают, но сейчас он непреклонен как скала.

Прежде совершенно не ощущая своей наготы, под ледяным взглядом Арта она мучительно застеснялась и потянулась к сброшенной сорочке. Натягивая ее, она радовалась, что копна волос скрывает ее лицо… Теперь она чувствовала себя отвергнутой.

– Ты отошлешь меня домой? – еле слышно спросила Люси.

– Так было бы лучше и для тебя, и для меня. – Он помолчал. – Но это произойдет не раньше, чем я удостоверюсь в том, что с тобой все в порядке.

– А… а если это не так? – еле выговорила Люси.

Арт молчал, казалось, целую вечность.

– Тогда нам придется что-то с этим делать, – выговорил он наконец. – Ты, как всегда, босиком?

Люси замотала головой, отводя взгляд. Ведь стоило ей посмотреть на него сейчас, она на коленях поползла бы к нему, умоляя не отсылать домой.

– Обещаю держаться от тебя подальше, – с трудом произнесла она. – И прости, что досаждала тебе…

Прежде чем он успел ответить, Люси как ветром сдуло. Идя к себе, она думала, что если сначала выставляла себя круглой дурой, то теперь расправилась с собой окончательно.

В одном Арт был не прав: для нее это не просто секс. Именно поэтому даже мысль о том, что она может никогда больше не увидеть его, была для Люси невыносима.

6

Дорогу до школы и обратно Люси освоила быстро – уже к концу недели вполне могла бы доехать туда с завязанными глазами. Алвина тоже быстро прижилась в новом окружении. Девочка сама призналась, что школа «ничего себе». Все относились к ней дружелюбно. Пит Брукс, невзирая на трехлетнюю разницу в возрасте, познакомил Винни со всеми своими приятелями, что очень помогло ей.

Слушая за завтраком рассказ сестры о школьной жизни, Люси с невольной завистью думала, как хорошо быть такой вот малышкой… Она украдкой взглянула на Арта, сидящего напротив, пытаясь угадать, о чем он думает. Всю последнюю неделю он сторонился Люси – с его точки зрения, это было правильно, но на поверку лишь обострило ее тоску и тягу к нему.

Ночами ей приходилось хуже всего – она лежала без сна, томясь по прикосновениям его волшебных рук, губы ее жаждали его поцелуев. Ах, если бы он только позволил событиям течь естественным путем!

Неожиданно Арт взглянул на нее. Неужели? С бешено бьющимся сердцем Люси ляпнула первое попавшееся:

– Я хотела нынче съездить в город. Мне кое-что там нужно…

– Ты не обязана ничего мне объяснять. Машина в полном твоем распоряжении. – Он помолчал. – Кстати, купи там себе хоть что-нибудь из одежды. Сегодня вечером мы идем в гости.

– Что, мы все? – тотчас оживилась Алвина.

– Да, мы все, – кивнул Арт.

– А куда? – спросила Люси, подавив отчаянное желание твердо заявить, что никуда не пойдет, прежде чем он не прекратит делать вид, будто между ними ничего не произошло.

– К Бруксам. Да, к тем самым, – подтвердил он, видя, что Алвина готова задать дурацкий вопрос. – Я знаком с отцом Пита.

– Должно быть, он много старше тебя, ведь его дочери уже двадцать шесть, – заявила Люси и увидела, как похолодели его глаза.

– Откуда ты знаешь о его дочери?

– Пит упоминал о ней, когда мы встретились, – с невиннейшим видом вставила Алвина. – Ты ведь с ней хорошо знаком, не так ли?

Арт, казалось, не понял намека.

– Майклу немного за пятьдесят, если ты именно это хотела знать. У них есть еще один сын. Он старше Пита, но младше Хелоис. Слэйду двадцать три года.

– Почему они пригласили нас с Винни? – напрямик спросила Люси.

– Хотят с вами познакомиться.

– С какой стати?

– Хочешь меня рассердить? – нахмурился Арт.

Люси широко распахнула синие глаза, копируя выражение лица младшей сестры:

– С какой стати мне этого хотеть?

– Если я еще хоть раз услышу… – Арт осекся и помрачнел. – Вы приглашены, и кончим на этом. Выезжаем из дома в восемь. – Решительно отодвинув стул, он встал. – Я буду в студии.

Накануне прибыли контейнеры для отправки картин. Я сейчас могла бы вместе с ним паковать холсты, если бы неделю назад не отправилась купаться голой, мрачно думала Люси. Впрочем, воспоминание о случившемся было так дорого ей, что без него она не согласилась бы жить…

– Что с тобою? И с Артом? – с любопытством тормошила ее сестра. – Сейчас он готов был съесть тебя с потрохами.

Люси с трудом растянула губы в улыбке:

– Просто мы не сошлись во мнениях. Ты едешь со мной в город?

– Спрашиваешь! – Маневр удался блестяще: девочка вмиг позабыла обо всем на свете. – Пойду переоденусь. Никогда не знаешь, с кем встретишься в городе.

Люси смотрела в спину сестре, думая о своем. Просьба Арта купить кое-что из одежды прозвучала скорее как приказ. До сих пор ему было совершенно наплевать, что на ней надето, зато теперь – другое дело. Он просто не хотел, чтобы она выглядела бедной родственницей… Отпираться было бессмысленно – стало быть, обновку все же придется приобрести. Если то самое платье, что ей приглянулось, еще не куплено, она не станет ломать голову. Возможно, оно и в подметки не сгодится вечерним туалетам здешней элиты, но кому до этого дело?

Платье словно поджидало Люси. Более того, сидело на ее стройной фигурке так, словно было на нее сшито. Алвина захлопала в ладоши.

– Ты просто супер! – воскликнула она. – И не говори мне теперь, что не одежда красит человека! Кстати, в нем ты выглядишь на несколько лет старше…

Если Люси и колебалась поначалу, то последние слова сестры положили конец сомнениям. Надев босоножки на высоком каблуке, купленные специально к платью, Люси, глядя в зеркало, изумлялась собственной осанке. Что будет, когда Арт увидит ее такой?

– Нынче вечером ты затмишь всех! – с полной уверенностью объявила Алвина. – Интересно, каков из себя этот Слэйд?

Люси было плевать на Слэйда. Если она и хотела ослепить кого-то, так это Арта, и только его одного. Что ж, если он и теперь ее не захочет, значит, все тщетно…

К обеду Арт так и не появился. Джемайма сказала, что он уехал вскоре после завтрака. Куда, домоправительница понятия не имела. Она никогда не задавала хозяину подобных вопросов.

– Ты и в самом деле считаешь его «хозяином»? – захлопала ресницами Алвина.

– Я именую его так из уважения, – сурово сдвинула брови Джемайма. – И тебе, девочка, стоило бы относиться к нему с должным почтением.

– Если бы я стала величать его хозяином, он подумал бы, что я рехнулась! – захохотала Алвина. – Проснись, Джемайма! Двадцатый век на дворе!

Бормоча что-то себе под нос, домоправительница вышла из комнаты. А Люси укоризненно покачала головой:

– Не надо так ее дразнить, Винни.

Та скорчила рожицу:

– Не будь занудой, подружка!

Глядя на сестру, Люси подумала, что, возможно, стоило в свое время быть с ней построже. А теперь, похоже, уже поздно…

День они провели у бассейна. Люси купила себе симпатичный купальник-бикини и теперь украдкой то и дело оглядывала себя. По крайней мере, в сравнении с сестрой она смотрелась взрослой – грудки Винни едва обрисовывались под тонкой тканью.

Впрочем, размер груди ничуть не помешал ей тогда… Даже теперь, при воспоминании о происшедшем, соски ее твердели – они помнили сладость прикосновений его губ, волшебные ласки его языка, что были сродни дуновению теплого ветерка… Тело Люси затрепетало, охваченное огнем. Да, это было лучшее, что когда-либо случалось с ней! Она хотела… нет, нестерпимо жаждала, чтобы это произошло снова. И не просто с мужчиной, а только с Артом! Если же он не захочет ее больше, она проведет остаток лет как монахиня.

Открыв глаза, она увидела его. Арт стоял на краю бассейна в одних плавках. У Люси перехватило дыхание – на мгновение ей почудилось, что его материализовала отчаянная сила ее желания. Она пожирала взглядом сильное стройное тело. Да, сейчас он в плавках, но почему она их вроде как не видит? Вспомнив, как Арт выглядел тогда, Люси почувствовала сладостную истому…

– Здорово! – оценила Алвина искусство ныряльщика. – У папы никогда не было таких мускулов.

– У твоего папы не было времени заниматься собой, делать гимнастику, – по привычке встала Люси на защиту покойного.

– Да чихать он хотел на гимнастику! – невозмутимо ответила девочка. – Иначе, может, прожил бы подольше…

С этим спорить было глупо. После смерти матери отчим прибавил в весе как минимум фунтов двадцать. Глядя на Арта, она изумлялась тому, насколько братья были не похожи друг на друга…

Она представила себе его пятидесятилетним – серебристые виски, тонкие морщинки вокруг глаз… А ей в это время исполнится тридцать пять. Она будет цветущей женщиной – возможно, даже матерью двоих детей – мальчика и девочки. Именно в таком порядке! Мальчик будет вылитый отец, а девочка унаследует ее черты…

Арт вылез из бассейна. Холодные брызги, долетевшие до Люси, возвратили ее к реальности. Прежде чем осуществятся ее глупые мечты, настанет конец света, мрачно подумала она.

– Классно ныряешь! – зааплодировала Алвина. – И вообще, ты выглядишь круто… в твоем-то возрасте!

– Весьма польщен, – хмыкнул явно уязвленный Арт. – Надеюсь, ты намазалась защитным кремом? Не сгоришь?

– Мы обе вымазались с головы до пят, – тряхнула темными кудрями девочка, не уловив в словах дяди прозрачного намека на лаконичность своего купального костюма. – Вот и Люси тоже загорает.

– Вижу. – Взглянув на Люси, он не прекратил улыбаться, но улыбка стала иной. – Тебе идет голубой цвет.

– Вот подожди, увидишь ее нынче вечером – умрешь! – трещала Алвина. – Тебе придется расшвыривать поклонников!

– Сделаю все, что будет в моих силах, – кивнул Арт, заметив смущение Люси. – Хотите попить? Разумеется, чего-нибудь безалкогольного.

– Как будто я хлещу виски с утра до ночи! – возмутилась Алвина. – Мне ананасового сока со льдом.

– И мне тоже, если можно, – пробормотала Люси, слабо соображая, о чем идет речь.

Глядя в спину удаляющемуся Арту, Люси задумалась так глубоко, что не сразу заметила многозначительный взгляд сестры.

– Он нравится тебе? – спросила Алвина. – Я имею в виду, всерьез нравится?

Усилием воли Люси заставила себя отвечать спокойно:

– Разумеется. Он так добр к нам обеим.

– Не строй из себя дурочку! Ты запала на него, да?

– Где ты подцепила это выражение? – возмутилась Люси, надеясь переменить тему.

Алвина захихикала:

– Не возмущайся ты так! Это просто значит…

– Я прекрасно знаю, что это значит! Просто не желаю слышать от тебя таких слов!

– Ладно. Сформулирую иначе. Хотела бы ты очутиться с ним в постели?

Люси чувствовала, что мучительно краснеет, но ничего не могла с этим поделать.

– Не смеши меня! – воскликнула она и тотчас почувствовала, как фальшиво звучит ее голос.

– Нечего тут стесняться, – рассудительно заметила Алвина. – Будь я в твоем возрасте, сама бы на него клюнула.

Люси встревожилась:

– Не вздумай «клюнуть» на кого-нибудь помоложе, душа моя!

– Ах, прекрати! Мне пятнадцать лет, а не пять! И мне вот, например, жутко нравится Пит…

– Поменьше бы ты смотрела телевизор, – сказала сестра первое, что пришло на ум. – Послушай, ты не… ты не наделаешь глупостей?

– Еще чего! – фыркнула девочка. – Я все-таки не дура. Не хочу «залететь» без мужа – в этом уж я кое-что понимаю.

А вот сама она от подобного не застрахована, подумала вдруг Люси. Шанс ничтожен, это верно. Но все же он существует, этот шанс. С ужасом она признавалась себе в том, что отчаянно хотела бы забеременеть от Арта…

Люси не произнесла более ни слова – слишком боялась невольно выдать себя. Возвратился Арт, неся на подносе три запотевших стакана, и поставил его на столик. Потом уселся рядом с Люси.

Алвина залпом выпила едва ли не полстакана, затем поставила его на столик и поднялась:

– Пойду-ка я. Надо еще голову помыть…

– И мне тоже! – воскликнула Люси. – Лучше поторопиться, а то волосы не просохнут.

– Через минуту, – спокойно, но властно произнес Арт. – Нам надо поговорить.

Люси подчинилась, мучимая противоречивыми чувствами. Дождавшись, пока сестра удалилась, она произнесла упавшим голосом:

– У нас была целая неделя на то, чтобы вволю наговориться…

– Послушай, не подливай масла в огонь! – начал закипать Арт. – Я вовсе не намеревался оправдываться перед тобой. Это было…

– Восхитительно! – не дала ему договорить Люси. – И тебе не в чем оправдываться. Ты не воспользовался моей слабостью. Я знала, что делала. И с радостью повторила бы это! – со смелостью отчаяния прибавила она.

Губы Арта скривились:

– Ты, видно, не понимаешь слова «нет»!

– Поняла бы, если бы ты произнес его всерьез! – Люси уже не могла остановиться. – Возможно, ты сожалеешь о случившемся, но это не мешает тебе меня хотеть! Именно поэтому ты всю неделю сторонился меня. Ты просто боишься вновь поддаться искушению…

Серые глаза тотчас сделались стальными – Люси даже испугалась.

– Ты понятия не имеешь, что городишь! Ты…

– Что – я? Всего-навсего ребенок? – вновь прервала она его. – Если я и была ребенком, до лишь до той ночи, так что изволь обращаться со мной как со взрослой! Сделанного не воротишь…

– Думаешь, я сам этого не понимаю? – зарычал Арт. – Я дал начало такому, что остановить не в моей власти!

Люси отчаянно затрясла головой:

– Нет! Я лишь ждала, чтобы появился в моей жизни тот самый человек, который выпустит на свободу мои чувства, мои… – И умолкла, испугавшись собственной горячности.

Арт ответил не сразу, а когда заговорил, голос его звучал решительно:

– Однако человек тебе попался вовсе не тот. Вот незадача!

– Почему ты так считаешь?

– Во-первых, я слишком стар для тебя, а во-вторых…

– Черта с два! – взвилась Люси. – Знаешь, сколько зрелых мужчин заводят романы с молоденькими?

– Ну разумеется, ты такое тысячу раз видела, – саркастически ухмыльнулся Арт.

Да он издевается над ней. И зло издевается!

– Мне не надо этого видеть, чтобы знать, как все происходит! – силясь сдержаться, ответила она. – Ну, я иду мыть голову.

На сей раз он не сделал попытки ее остановить. Видимо, вдосталь с ней наговорился, решила Люси…

Волосами она занималась долго и тщательно. Когда они высохли, Люси подошла к зеркалу и закусила губу от досады – рассыпанные по плечам пушистые пряди делали ее еще моложе…

Перерыв свои вещи, Люси отыскала шпильки, которые давным-давно купила, но так ни разу ими и не воспользовалась. Однако ей удалось соорудить высокую прическу с первого раза. Результатом она была вполне удовлетворена: теперь шея и плечи оставались открытыми, а в глубоком вырезе платья отчетливо видны были слегка позолоченные солнцем округлости. Она совершенно не походила теперь на девчонку, приехавшую сюда почти две недели назад. Да, это был явный шаг вперед…

Если у Люси и оставались какие-то сомнения, то они развеялись тотчас же, как только она увидела Арта.

– Винни не преувеличивала. – Это было все, что он произнес, но для Люси этого оказалось вполне достаточно.

Он и сам выглядел потрясающе в белом смокинге. И Люси понадобилась вся сила воли, чтобы сдержать свои чувства.

– Ты не предупредил, что это званый ужин, – со всей возможной легкостью произнесла она, намекая на его костюм.

– Это не так. Просто Майкл с женой обожают пышность и торжественность, и гости прекрасно знают об этом. Я просто не хотел вас смущать.

Люси вынуждена была признать, что смутилась бы отчаянно… если бы не новое платье. Господи, какая же она идиотка! Почему до сих пор отказывалась пополнить свой гардероб? Первое, что она сделает в понедельник, – исправит досадную оплошность. Ну а потом…

Появление сестры повергло Люси в шок. Девочка щеголяла в золотистом платьице-тунике, открывавшем загорелые ноги едва ли не до самых трусиков, глаза и губы были накрашены, что изрядно прибавляло ей возраста, но вместе с тем делало похожей на юную шлюху. По крайней мере, Люси так считала. Она ожидала, что Арт потребует, чтобы племянница смыла хотя бы косметику, но он смолчал, давая понять, что это абсолютно не его дело…

Выстроенная в псевдомавританском стиле, с высокими стрельчатыми арками галереи и причудливым плетением железных кружев на окнах, вилла располагалась на западном побережье острова. Гости уже собрались – большинство мужчин были старше Арта и все без исключения ослепительны.

Им навстречу поспешила темноволосая женщина лет пятидесяти. Дружелюбно улыбнувшись сестрам, она ненадолго задержала взгляд на Люси. Та могла поклясться, что ее внешность поразила хозяйку дома.

– Поищи Пита, он в патио с приятелями, – сказала она Алвине. – И тотчас повернулась к Арту, выражение ее лица при этом сразу потеплело: – Думаю, вам известно, что Хелоис решила прилететь из Европы пораньше?

– Нет, как это ни странно, – ответил он. – А что, она уже вернулась?

– Час назад. Сейчас мучительно решает, что надеть. Сами знаете, это серьезнейший вопрос…

Арт рассмеялся, пожав плечами:

– Особенно для Хелоис. А что, ваши родственники Эвереты тоже здесь?

– Разумеется, – кивнула хозяйка. – Я и забыла, что вы знакомы с Сандрой и ее супругом Лайлом. Наконец я уломала их переселиться сюда. Они купили ту старинную виллу неподалеку.

– Замечательно, – сказал Арт.

– Правда, дом приходится перестраивать, но Лайл – прекрасный инженер… по крайней мере, был таковым до последнего времени. А Сандра большую часть жизни моталась за ним по белу свету, бедняжка!

– Полагаю, это ничтожная цена за то, чтобы быть с любимым человеком, – отважилась вставить Люси, которая, вне всякого сомнения, в подобном положении поступила бы точно так же.

Фиона Брукс удостоила гостью снисходительым взглядом:

– Сандра также романтично настроена. Кстати, она была твоей ровесницей, когда вышла за Лайла. Но, к сожалению, у них так и не нашлось времени на то, чтобы обзавестись детишками. – Она произнесла это с гордостью матери троих детей. – Думаю, вам тоже лучше пойти в патио. Гости сейчас почти все там.

И, тотчас повернувшись к вновь вошедшей паре, воскликнула:

– Джон! Мэри! Рада вас видеть!

Арт взял Люси под локоть и повел по Дорожке.

– Давай-ка подыщем для тебя более молодого кавалера.

– Зря стараешься! – фыркнула Люси. – Впрочем, я рада познакомиться с этими людьми. Потрясающая у них, должно быть, жизнь.

– Ну, далеко не всегда, – хмыкнул Арт.

Дорожка, вымощенная каменными плитами, привела их в просторное патио с декоративным бассейном посередине. А чуть поодаль, за королевскими пальмами, сверкала под светом луны морская гладь. Цикады трещали так громко, что заглушали порой людские голоса и смех.

По-прежнему держа Люси под локоть, Арт подвел ее к деревянному столику, за которым сидела группа гостей во главе с хозяином дома.

– Рад видеть всех вас, – произнес Арт. – А это моя племянница… одна из моих племянниц. Ее зовут Люси. Алвина где-то здесь… наверное, с Питом.

Майкл Брукс ослепительно улыбнулся и спросил:

– Тебе нравится Доминика, Люси?

– Я просто в восторге! – ответила она. – И Алвина, и я очень благодарны дяде Арту…

Одна из женщин за столом закусила губу, чтобы не расхохотаться. В глазах ее плясали бесенята.

– Еще бы! Я Сандра Эверет, а это мой муж Лайл. – Она кивнула в сторону представительного мужчины. – В твоем возрасте редкий мужчина возьмет на себя подобную ответственность, – прибавила женщина, обращаясь к Арту.

– У меня практически нет проблем, – улыбнулся он. – Люси присматривает за Алвиной – для нее это дело привычное. – Рука его сжала локоть Люси, и та поняла, что ей приказано соглашаться с ним во всем. – Люси с радостью послушает ваши рассказы о странствиях по миру.

Сандра рассмеялась:

– Ну, это будет очень непросто – особенно в течение пары часов. Пойди-ка сюда, присядь, – обратилась она к Люси.

– Ты не вполне понимаешь, на что обрекаешь себя, – пошутил ее муж. И, повернувшись к Арту, добавил: – Я давний почитатель вашего творчества. Как идут ваши дела?

– Таким образом он хочет попросить Арта написать мой портрет, которым жаждет украсить холл нашей новой виллы, – шепнула Сандра своей новой знакомой. – От Лайла не так-то легко отделаться, поверь мне!

– Не сомневаюсь, Арт с радостью это сделает, – уверила ее Люси. – Вы так красивы…

– А ты очень напоминаешь меня в юности, Люси. Такие же роскошные волосы и фигурка точь-в-точь как моя…

Сандра и сейчас могла похвалиться роскошной фигурой, но Люси постеснялась сказать об этом. Вместо этого она произнесла, забравшись храбрости:

– Миссис Брукс сказала, что вы были моей ровесницей, когда вышли замуж.

– Да, мне исполнилось тогда всего девятнадцать, – улыбнулась Сандра. – Лайл на двенадцать лет меня старше… хотя сейчас это, наверное, незаметно. Время милостиво к мужчинам, а седина им только к лицу. А правда, они с Артом в чем-то похожи? Кстати, сколько Арту лет?

– Тридцать четыре… – Люси поглядела на двух мужчин, понимая, что они и в самом деле похожи как братья. – Пятнадцать лет, – пробормотала она в полузабытьи и тотчас покраснела, осознав, что произнесла это вслух.

– Это не так уж и страшно, – тихо произнесла Сандра. – По крайней мере, я так думаю. Я ведь видела, как он только что смотрел на тебя…

Отрицать очевидное глупо, подумала Люси, но упрямо пробормотала:

– Это все потому, что он не любит, когда я называю его «дядя Арт». Я ведь не племянница ему… Его брат был моим отчимом.

Сандра понимающе улыбнулась:

– Примерно это я и предположила, когда увидела вас. Наверное, ему проще представлять вас обеих как племянниц, чтобы не пришлось пускаться в пространные объяснения. Тем более что объяснения были бы не так уж и просты, да?

Люси рада была, что остальные поглощены беседой, иначе неминуемо заметили бы ее смятение. Неужели эта женщина читает чужие мысли? Иного объяснения Люси не находила, к тому же ее неудержимо тянуло к Сандре, которая знала, что такое любить мужчину значительно старше ее…

– Все это ровным счетом ничего не значит, – упавшим голосом произнесла Люси.

– Неужели ты признаешь свое поражение? – изумилась Сандра. – Какое значение имеет возраст, когда чувствуешь то, что ты сейчас? Я, например, влюбилась в Лайла, когда мне было пятнадцать.

– А он… тоже?

– Да. Он пять лет ждал, пока я подрасту. – Сандра мечтательно улыбнулась вспоминая. – Счастье далось нам нелегко, но те двадцать семь лет, что мы вместе, я ни секунды ни о чем не жалела… И надеюсь, у нас тоже впереди много счастливых лет.

Люси быстренько посчитала в уме, и глаза ее округлились от изумления:

– Значит… вам сорок шесть, а Лайлу – пятьдесят восемь? Поверить не могу!

– Любовь – лучшее средство против морщин. – Сандре явно понравился комплимент. – Слушай внимательно. Немногие мужчины, глядя на хорошенькую девушку, не испытывают искушения, а твой Арт явно не из таких. Ты на полпути к успеху. И многого уже достигла, как я вижу…

Люси тотчас поняла, что отрицать очевидное бессмысленно.

– Вы не шокированы? – вместо этого спросила она.

– С какой стати? – улыбнулась Сандра. – То, что ты чувствуешь к нему, вполне нормально. Вот я однажды столкнула Лайла в бассейн… в одежде! И все для того, чтобы он сделал то, о чем я мечтала тогда…

– И что?

– Тогда ничего не вышло. Я злилась как черт. Мой муж порой проявляет чудеса самообладания.

Это Люси могла понять. Арт тоже был волевым человеком, но ей удалось за неделю добиться от него многого. А это что-нибудь да значит!

Сандра права, поняла Люси: она на полпути к успеху. Еще немного, и Арт окажется целиком и полностью в ее власти.

Тем временем внимание гостей явно что-то привлекло. Взглянув на своего спутника, Люси заметила, как он переменился в лице. Проследив направление его взгляда, она похолодела. Прямо к ним шла женщина, и если это была Хелоис, то не начатую еще битву смело можно было считать проигранной.

7

Черные как смоль волосы с нарочитой небрежностью были откинуты с яркого и красивого лица, простое белое платье обрисовывало изумительные формы. Глаза всех присутствующих мужчин устремились на красавицу, но ее улыбка была адресована единственному.

– Сюрприз! – промурлыкала она.

– Уже нет, – спокойно ответил Арт. – Почему переменились твои планы?

– Просто не могла больше выносить разлуку, дорогой! – Она нежно коснулась губами его губ. – Скучал?

– Немного.

– Бездна чувств! – обиженно надула губки Хелоис. – Я ждала большего.

– И совершенно напрасно, – вполголоса проговорила Сандра, – если у парня есть голова на плечах.

Если Арт и расслышал ее слова, то никак не отреагировал, а Хелоис уже здоровалась с другими гостями. Люси же чувствовала себя уничтоженной. С какой стати Арту хотеть такого цыпленка, как она, если у него есть все это, стоит лишь руку протянуть? Ведь красотка и не пыталась скрывать ни от кого характера их отношений…

– Мне нужно в дамскую комнату, – прошептала Люси.

– Я тебя провожу, – предложила Сандра, вставая. – Эти места заняты, – объявила она гостям. – Мы скоро вернемся.

Люси чувствовала на себе взгляд Арта, но не могла заставить себя поднять глаза; иначе он тотчас бы понял, как безжалостно терзает ревность ее сердце…

Спасительница Сандра едва ли не волоком потащила ее по галерее, раскланиваясь и улыбаясь направо и налево. Втолкнув Люси в роскошную туалетную комнату, она испытующе поглядела на нее:

– Можешь попудрить носик… если, конечно, хочешь. Правда, я подумала, что тебе просто надо немного побыть одной. А теперь слушай меня внимательно. – Зеленые глаза Сандры сверкали. – Если ты хоть вполовину такова, какой кажешься, ты не позволишь этой женщине-вамп уложить тебя на лопатки. А если твой Арт тоже хоть вполовину таков, каким кажется, он ее раскусит.

Люси обреченно поникла головой:

– Если даже и так, что это меняет?

– Это меняет все! Мужчин возбуждают женщины типа Хелоис, но, если у них есть хоть пара извилин, дальше этого дело не идет.

Люси с сомнением взглянула на Сандру:

– Кажется, она вам не очень-то по душе?

– Угадала. Хелоис – типичная хищница. Она питается мужским вниманием, как аллигатор – своими жертвами. Она даже опробовала свои чары на моем муже в прошлом году. – Сандра коротко рассмеялась. – Он нашел это забавным, я же склонялась к убийству. Вот бы поглядеть на поверженную Хелоис! И мне кажется: ты – именно та, кто может ее уничтожить.

– Мне бы вашу уверенность… Начнем с того, что у меня нет и сотой доли ее притягательности.

– Не нужно самоуничижения! – Сандра взяла Люси за плечи и легонько встряхнула, потом развернула к зеркалу, украшавшему стену. – Взгляни на себя, ну же! У тебя есть все, чтобы заставить Арта есть с твоей ладони! Так дай понять Хелоис, что он твой!

Зеленые глаза Сандры сверкали так, что к Люси мало-помалу стала возвращаться былая уверенность. Что ж, если Арт и вправду ей необходим, то за него стоит побороться!

– Молодчина, девочка! – Сандра тотчас заметила перемену в ней. – А теперь иди и покажи всем, чего ты стоишь!

Когда они вернулись, Арт о чем-то беседовал с Лайлом. Боясь, что решимость покинет ее, Люси решительно взяла Арта под руку.

– Не возражаете, если я украду его у вас? – улыбнулась она Лайлу. – Хочу танцевать. Как раз играют нашу любимую мелодию…

Если Лайл и был обескуражен, то успешно это скрыл.

– Пожалуйста. Мы, возможно, к вам присоединимся. – Он взглянул на жену: – Хочешь пообниматься под музыку?

– Ах, какой галантный кавалер! – закатила глаза Сандра.

– В общем, я тебя пригласил, а дальше думай сама.

И супруги расхохотались.

С каменным лицом Арт, обвив рукой тонкую талию Люси, повел ее к танцплощадке, где уже покачивались в танце несколько пар. Храбро обняв за шею, Люси подалась к нему и посмотрела в ироничные серые глаза.

– С каких пор у нас с тобой есть любимая мелодия? – спросил он.

– С этих самых пор. Я поняла, что приглашения от тебя не дождусь и за сто лет, вот и решила взять дело в свои руки.

– И притом со всей возможной решительностью, – сухо заметил Арт. – Кстати, с чего ты решила, что я не собирался пригласить тебя?

– А с того, что если ты и намеревался пригласить кого-то, то уж точно не меня, а эту Хелоис. Но именно ее я не намерена подпустить к тебе и на пушечный выстрел.

Брови Арта поползли вверх:

– Да ну?

– Именно так, – кивнула Люси, не желая отступать ни на шаг. – У нее нет на тебя таких прав, как у меня.

– Вот как? И какие же у тебя права?

– Ты у меня первый. – Люси бестрепетно выдержала его взгляд, но сердце ее при этом билось словно у пойманной птички. – И я никого другого не хочу! Так будет до конца дней моих!

– Стало быть, уйдешь в монастырь?

Люси покачала головой:

– Ты меня прекрасно понял. Я хочу стать твоей женой, хочу родить от тебя детей, хочу…

– Ого! А мне казалось, что ты не стремишься к браку. Ты ведь говорила…

– Я лгала. Возможно, ты не любишь меня так, как я тебя, но… это придет, я уверена. Если хочешь, я согласна позировать тебе обнаженной – в конце концов, ты ведь уже видел меня, и…

– Ну довольно! – сурово произнес Арт. – Шутки кончились!

– А кто здесь шутит? – Люси прильнула к нему всем телом и заглянула в глаза – на мгновение в их глубине сверкнул знакомый ей уже огонь. – Я хочу тебя, Арт. И ты хочешь меня. Ведь это правда?

– Еще слово – и я везу тебя домой!

– Вот и отлично! Мы будем там совсем одни…

– Прекрати! – Арт заскрежетал зубами. – Сейчас же!

– А если не прекращу, что ты сделаешь? – гнула свое Люси. – Отшлепаешь на глазах у всех?

Рассвирепев, Арт решительно разомкнул руки, обвитые вокруг его шеи, и отстранил Люси от себя.

– Я сказал – перестань! Не знаю, что на тебя нашло, но…

И умолк, потому что Люси комично скопировала грозное выражение его лица и, решительно повернувшись к нему спиной, с ослепительной улыбкой на губах, пошла прочь. Отступать она не намеревалась, зная, что настойчивость всегда бывает вознаграждена.

Арт, разумеется, не сделал попытки отвезти ее домой. Просто догнал и решительно отвел под сень пальм. Лицо его теперь скрывала тень.

– Не знаю, что за игру ты затеяла, но она окончена.

– Это вовсе не игра, – возразила Люси. – Я люблю тебя, Арт. И если бы ты не боролся, тоже полюбил бы меня. Ты ведь уже на полпути…

– Думаешь? Лишь потому, что мы занимались любовью? – цинично спросил он. – Только такие наивные дурочки, как ты, полагают, что любовь и похоть – одно и то же.

Синие глаза не отрываясь глядели на него, и в них не было страха.

– Пусть я наивная. Но это куда лучше, чем быть сверх меры искушенной. Хелоис рано или поздно предаст тебя. Я – никогда! Поэтому и лучшая кандидатура на роль твоей жены из нас двоих.

Арт коротко рассмеялся:

– Возможно… если бы я выбирал себе жену. – С минуту он изучал нежные черты ее лица, затем взгляд его остановился на вырезе платья. – Да, я оказался слабаком – позволил себе опьянеть от прелестной мордашки и ладной фигурки… Но жениться на тебе я не намерен!

– Даже если окажется, что я беременна? – тихо спросила Люси.

Серые глаза сузились и похолодели:

– Ты хочешь сказать, что…

Она покачала головой, изумляясь собственному хладнокровию:

– Нет, еще слишком рано о чем-то судить. Но ты не ответил на вопрос. Если бы оказалось, что я ношу под сердцем твоего ребенка, ты бы женился на мне?

– В этом случае ситуация переменилась бы принципиально, – после томительной паузы произнес Арт.

– Что ж, надеюсь, что я беременна.

Злобная гримаса исказила черты Арта:

– Вот уж некстати было бы тебе в твоем возрасте ночей не спать над орущим младенцем!

– А при чем тут возраст? И вообще, какое он имеет значение? – не на шутку разозлилась Люси. – Приходилось ли тебе видеть более гармоничную пару, чем Сандра и Лайл?

– Ах вот оно что! Это она тебя так настроила! – Арт возвысил голос: – Что ты ей наплела?

– Ничего я ей не наплела! – едва ли не закричала Люси, понимая, что черта с два он ей поверит. – Она сама догадалась!

– Ну да, конечно. Стоило ей взглянуть на нас с тобой – и все стало ясно. – Голос его звучал тихо, но ото было куда страшнее крика. – И мне не на кого пенять – ведь если бы я… – Арт осекся. – Все, конец!

Он собрался было уйти, но Люси схватила его за руку и развернула к себе лицом с силой, изумившей их обоих.

– Нет, не конец! – властно произнесла она.

И, не давая ему опомниться, обняла за шею и приникла губами к его рту, страстно желая, чтобы сильные руки стиснули ее в объятиях. На миг ей почудилось, что Арт отвечает на поцелуй, – руки его скользнули по ее спине совсем как тогда, в бассейне… Но вот он едва ли не оттолкнул ее – грубо и решительно, и сердце Люси облилось кровью.

– Этого не будет! – прошипел он.

Затем повел Люси к гостям, крепко, до боли, сжимая ее локоть. Идя рядом с ним, она поклялась себе, что битва не проиграна. Сандра задела чересчур чувствительную струну в ее душе…

Первое, что увидела Люси, были глаза Хелоис. Их выражение согрело ее сердце. Если она чего-то и добилась, так это дала понять мерзавке, что Арт не ее собственность…

В группе молодых людей, собравшихся в уголке патио, Алвина была явно младше всех. Арт подвел свою спутницу к ним и попросил Пита представить Люси брату.

– Я давно мечтал с тобой познакомиться, – произнес Слэйд так, что Люси почувствовала бы себя польщенной, не будь ее мысли и сердце заняты другим. – Мама говорила, что ты хорошенькая, но я не думал, что настолько!

– Ну дает! – фыркнул не удержавшись Пит.

– Пусть детишки играют в песочек, – снисходительно улыбнулся Слэйд. – Пойдем отсюда.

– Ну спасибо! – возмутилась Алвина и удостоилась снисходительной улыбки молодого человека.

– Я не имел в виду новеньких. Нелишне было бы тебе, Винни, обучить этих олухов английским манерам.

– Я бы на это не очень рассчитывала, – пробормотала Люси, идя рядом со Слэйдом. – Порой сестра напрочь забывает о манерах.

– Тогда Пит для нее неподходящая компания. Еще испортит девочку. Мальчишка приводит в отчаяние отца.

– Но ведь ему всего семнадцать, – спохватилась Люси, уже жалея о том, что сболтнула. – У него уйма времени, чтобы исправиться.

– Вот если бы он не прогуливал школу так безбожно… Общество Стива Данвуди не идет ему на пользу. Родители Стива совершенно беспомощны – не могут сладить с сыночком. Впрочем, довольно об этом. Меня куда больше интересуешь ты. Послушай, Люси, где ты была до сих пор?

– Наверное, просто росла, – улыбнулась Люси, делая над собой сверхчеловеческие усилия, чтобы не расхохотаться.

– Да ты еще и умница! – расцвел Слэйд. – Люблю умных женщин! Потанцуем?

Уже намереваясь ответить отказом, Люси вдруг заметила среди танцующих Арта и Хелоис.

– С радостью!

– Правда, музыка слегка старомодна – отец обожает мелодии пятидесятых, – с сожалением произнес Слэйд, обнимая партнершу за талию.

– Я и сама люблю такую музыку, – сказала Люси. – А ты очень похож на отца. И Пит тоже.

– А отец – копия деда. У нас сильные мужские гены. Хелоис пошла в мать.

Не нужно было быть профессором генетики, чтобы это заметить, желчно думала Люси. Слэйд, разумеется, больше подходил ей по возрасту, к тому же был необыкновенно хорош собой, но – вот незадача! – в парне она нуждалась не больше чем собака в пятой ноге. Теперь уже никогда меня не привлечет ровесник, вздохнула Люси. Впрочем, о чем это она? Они с Артом будут вместе, чего бы ей это ни стоило!

Она поймала взгляд Арта, танцующего с Хелоис, и с вызовом улыбнулась. Глаза того были холодны как лед, однако Люси это уже не могло выбить из седла.

– Ты часто встречаешься с Лайлом и Сандрой? – спросила она, чтобы только не молчать.

– Во всяком случае, теперь станем видеться чаще – ведь они будут жить на острове. Разумеется, Лайл значительно старше супруги, но…

– Но двенадцать лет разницы – сущий пустяк! – с преувеличенной горячностью воскликнула Люси.

– А вот мне бы не хотелось иметь такую разницу в годах с женой. Года три-четыре в самый раз…

– Значит, твоя избранница будет примерно моей ровесницей?

Слэйд рассмеялся:

– Да, ты положительно умна! Надеюсь, теперь мы будем много времени проводить вместе, да?

Более всего Люси взбесила его уверенность.

Намереваясь любой ценой поставить ловеласа на место, она неожиданно даже для себя самой сказала:

– Не думаю, что Арт это нам позволит… после того, как мы с ним поженимся. Он у меня такой собственник…

В любых других обстоятельствах выражение лица Слэйда заставило бы ее хохотать до колик.

– Боже праведный, он же приходится тебе дядей!

– Вовсе нет. Мы с Винни сестры только по матери. – Люси чувствовала, что зашла чересчур далеко, но не видела путей для отступления. – Но сам понимаешь, – рискнула все же она, – это между нами. Мы еще не готовы объявить о помолвке.

– Могу его понять! – разъярился Слэйд. – Ему должно быть стыдно за то, что он связался с девочкой вполовину моложе, чем он!

– Ну при чем тут возраст? Взгляни на Сандру и Лайла.

– Для них самих это, возможно, не имело значения. Но все остальные были в недоумении.

– Откуда ты знаешь? Ты и на свет еще не появился, когда они поженились!

– Зато отец был! И он уже… – Слэйд осекся на полуслове, видимо жалея, что едва не проговорился. – Но все уже в прошлом. Мы говорим о тебе и об этом… живописце. – С каким убийственным презрением произнес он последнее слово! – Не сомневаюсь ни секунды, он уговорил и тебя позировать ему в чем мать родила. С Хелоис такое уже случалось. Да этот человек – настоящий извращенец!

Кроме них, на танцевальной площадке были всего три пары, да и те находились чересчур далеко, чтобы расслышать то, что процедил сквозь зубы Слэйд. Впрочем, думала Люси, одного взгляда на нас довольно, чтобы заподозрить неладное. На Арта она не смотрела из принципа. Сама мысль о том, что он писал нагую Хелоис, вывела ее из себя. Воображение тотчас нарисовало, как Арт откладывает в сторону кисть, подходит к обнаженной красавице, заключает ее в объятия…

Из разговора с Сандрой Люси сделала вывод, что в распоряжении пышнотелой хищницы находился весь арсенал обольщения – в отличие от нее самой, полагавшейся лишь на инстинкт. Девственность была ее единственным преимуществом. Лишившись ее, что она могла предложить Арту?

– Я устала. Хочу присесть, – хрипло произнесла она.

Ее партнер и не думал спорить – видимо, Люси нанесла ему смертельное оскорбление.

– Надеюсь, что смогу положиться на тебя, Слэйд, – сказала она. – Ты ведь не растрезвонишь о том, что узнал? Ведь это никого не касается.

Ответом ей послужило лишь мычание, которое можно было истолковать как угодно. Вскоре кавалера как ветром сдуло. Сандра сидела одна, и Люси направилась к ней. В ответ на вопросительный взгляд женщины она скорчила рожицу.

– Я только что сделала величайшую глупость: сказала Слэйду, что Арт и я собираемся пожениться.

Сандра тотчас все поняла.

– Вот это номер! – присвистнула она. – Но ведь ничего подобного нет и в помине?

– Разумеется, нет! Но я попросила Слэйда держать язык за зубами…

– Боюсь, тут ты просчиталась, – вздохнула Сандра. – Мальчик привык, что стоит ему пожелать девушку и та виснет на нем. Весь в отца… – Она хихикнула. – Тот с трудом пережил в свое время мой отказ.

– Я уже это поняла, – кивнула Люси, взглянув на Лайла, стоявшего поодаль. – А когда вы поженились, многие были против?

– Не так чтобы очень… но кое-кто отчаянно бесился. «Осень венчается с весной» – так сказал один идиот. Ведь Лайлу тогда шел всего тридцать второй год! Знаешь, разница в пятнадцать лет ничем не отличается от разницы в двенадцать: вы с Артом вскоре сблизитесь во всех смыслах…

– Если у меня будет шанс, то непременно, – упавшим голосом произнесла Люси.

– Ну, теперь уже поздно отступать – придется тебе испить эту чашу до дна, моя дорогая. – Зеленые глаза искрились. – Все получится, вот увидишь, и, когда новость облетит остров, Арту позавидует каждый нормальный мужчина!

Что ж, одного, с позволения сказать, мужчину я уже взбесила до предела, мрачно думала Люси. Как могла она повести себя столь беспечно? Ей оставалось лишь пенять на себя.

Вскоре стало совершенно очевидно, что Слэйд времени даром не терял, сообщая всем и каждому потрясающую новость. Арт исчез, не было видно и Хелоис, однако трудно было сказать, вместе они ушли или же поодиночке. Не имея ни малейшего желания есть, Люси вяло ковыряла вилкой в тарелке, принесенной Сандрой. Интересно, достигло ли известие ушей Арта? Если он уединился где-нибудь с Хелоис, их не будет еще довольно долго…

Когда вновь зазвучала музыка, Лайл пригласил Люси на танец. Положив руки ему на плечи, она думала о том, как он похож на Арта. И дело тут заключалось не во внешнем сходстве: просто Лайл был такой же откровенно мужественный, исполненный такого же достоинства и силы. Люси хорошо понимала теперь Сандру: без памяти полюбив его в юности, она и по сей день обожала мужа.

– Думаю, можно тебя поздравить, – произнес Лайл. – Впрочем, поздравления должен принимать Арт…

Люси смущенно потупилась:

– Ох, лучше ничего ему не говорите. Все это лишь недоразумение, и…

– Знаешь, я и сам поначалу так подумал. – Лайл испытующе посмотрел на свою партнершу. – Но, видишь ли, события легко выходят из-под контроля, особенно когда в дело вмешивается моя жена.

– Сандра тут решительно ни при чем! – воскликнула Люси.

– Ох, сомневаюсь, девочка! – улыбнулся Лайл. – С тех пор как ты появилась тут, вы с ней неразлучны. Сандра не забыла того, что нам с ней пришлось пережить в свое время, и то, что она протянула тебе руку помощи, вполне понятно.

– Но ей не в чем мне помогать!

– Да что ты? – Лайла искренне забавляла растерянность Люси. – Я, например, рассудил по-другому, увидев, с каким лицом Арт уводил тебя с танцплощадки. У него явно многое было на уме…

– Не только было, но и есть, – прозвучал ледяной голос. – Вы простите меня, если я украду у вас даму?

– Разумеется, – склонил голову Лайл и неторопливо удалился.

– Ну и чего ты хотела добиться? – процедил сквозь зубы Арт. – Неужели полагала, что я, терзаемый стыдом за содеянное, и впрямь женюсь на тебе?

Люси решительно взглянула ему в глаза. Будь что будет!

– Улыбнись, дорогой, не то люди подумают, что мы уже ссоримся!

Руки его стиснули Люси так, что ей стало нечем дышать. Грудь ее коснулась его груди.

– Люди подумают кое о чем похуже, если ты не прекратишь! – зарычал он.

– Я уже поведала тебе о своих чувствах, – как ни в чем не бывало произнесла Люси. – Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе! Я была девственна. И теперь у тебя единственный выход – жениться на мне. Только так ты можешь заплатить за дарованную тебе привилегию.

Пораженный Арт уставился на Люси.

– Не могу поверить, что это говоришь ты! – вымолвил он наконец.

Люси и самой верилось в это с трудом. Слова эти словно кто-то нашептывал ей на ухо.

– Я люблю тебя, – произнесла она и поцеловала его в губы. – Ты не можешь этого оспорить! Поверь, лучшей жены тебе не найти. Я буду стирать тебе рубашки, штопать носки, готовить любимые блюда…

Губы Арта тронула невольная улыбка:

– Мои носки не нуждаются в штопке, а со всем остальным прекрасно справляется Джемайма.

– Нет, не со всем. – Голос Люси зазвучал нежно, призывно – так подсказывала ей женская интуиция. – Я буду рядом, когда бы ты меня ни захотел, Арт, и сделаю все, чего бы ты ни пожелал. Я буду любить и почитать тебя, даже покоряться тебе…

Ответом ей послужил сухой смешок:

– Эй, не теряй головы!

– Я говорю правду! – Видит Бог, сейчас она пообещала бы ему что угодно. – Ты не можешь жениться на Хелоис. Я этого не допущу!

– У меня и в мыслях не было жениться на Хелоис, – сказал Арт, и Люси тотчас поверила его словам. – И ни на ком другом, – прибавил он, и сердце ее ушло в пятки.

– Но это было до того, как ты повстречал меня. – Люси была готова на все. – Стоило мне увидеть тебя, как я поняла: никто на всем свете не заставит меня ощутить то, что я чувствую рядом с тобой! Я всю ночь тогда глаз не сомкнула, думая о тебе!

Арт снова улыбнулся – холодно и насмешливо:

– Пусть так, но направление моих мыслей в ту ночь было совершенно иным. Это ты можешь уяснить наконец?

– Позволь мне тебе не поверить! Разумеется, опыта у меня нет никакого, зато есть интуиция. – Люси помолчала, затем, глядя ему в глаза, начала: – Скажи, неужели ты уже тогда…

– Лишь каменная статуя на моем месте осталась бы равнодушной. Ты была… – Он мотнул головой. – Нет, мне не следовало привозить тебя сюда…

– Тогда я умерла бы старой девой!

– Ничуть не бывало! Ты встретила бы…

– Ровесника, хочешь сказать? Они смертельно скучны все до единого. Взять хотя бы Слэйда. Он едва не лопается от самодовольства и считает, что одного его взгляда достаточно, чтобы любая девушка приползла к нему на коленях!

– В отношении большинства девиц это справедливо.

– Почему? Ах да! Он же завидный жених!

– Один из самых богатых на острове.

– Что ж, пусть берет в жены кого угодно. Мне необходим ты! Ты один!

Арт тяжело вздохнул. Гнев его мало-помалу угас.

– Ты сейчас так думаешь…

– Я не думаю – я знаю! – Руки Арта уже не так стискивали ее талию, и она на мгновение прильнула к нему всем телом – ах, как это было упоительно! И, касаясь губами его щеки, прошептала: – Я тебя люблю.

Арт молчал, казалось, целую вечность, не делая попыток отстраниться. Наконец обреченно вымолвил:

– Лучше, чтобы все поскорее узнали, что ты мне не племянница.

Сердце едва не выпрыгнуло из груди Люси. Она с надеждой устремила взгляд на лицо Арта, но не увидела на нем ничего утешительного.

– Я уже сказала об этом Слэйду.

– Что ж, пока этого довольно.

– Пока?

– Именно так, – кивнул он. – Поскольку мне ясно, что опровержения от тебя я не дождусь, мы поступим следующим образом. Через пару недель – в случае, если не случится ничего непредвиденного, – мы объявим о перемене наших намерений. До тех пор ты будешь нема как рыба. Ты хорошо меня поняла?

Только сейчас Люси осознала, что музыка смолкла. Танцующие расходились. Если не все еще узнали потрясающую новость, то это дело ближайших пяти минут.

– Полагаю, наш визит завершен, – сказал Арт. – Уже за полночь.

Люси была слишком вымотана, чтобы прекословить. Поймав взгляд Сандры, она ухитрилась даже улыбнуться. Гости вовсю глазели на них, из чего можно было заключить, что тайное окончательно стало явным. Очевидным было и то, что Арту совершенно на это наплевать.

Неожиданно перед ними выросла Хелоис. Красавица, казалось, никого, кроме Арта, не видела – даже Люси.

– Это правда? – требовательно спросила она.

– Смотря о чем ты, – спокойно ответил Арт.

– Слэйд только что сказал мне, что ты намерен жениться на своей племяннице!

– Она не племянница мне – тут нет никакого кровосмешения. Слэйду было известно и это. Твоя мать в доме? Я хотел бы проститься с ней и поблагодарить за гостеприимство.

– Ты, наверное, шутишь? – Хелоис, подобно брату, не привыкла быть отвергнутой. – Ведь она… она совсем девчонка!

– Но эта девчонка достаточно взрослая, чтобы говорить сама за себя! – решительно заявила Люси, позабыв обо всем, что только что услышала от Арта. И прибавила: – Приглашения на свадьбу скоро будут разосланы.

Где-то рядом раздался заливистый женский смех – скорее всего это была Сандра, которую решительность Люси привела в восторг. Сжатые губы Хелоис побелели, глаза метали молнии. Красавица посторонилась, давая дорогу новоявленным жениху и невесте.

Чувствуя железную руку Арта на своей талии, Люси понимала, что он отчаянно зол на нее, но ни секунды не жалела о содеянном. Настала пора всем без исключения понять, что она вовсе не хрупкий цветочек, склоняющийся от каждого порыва ветра.

8

Фиона Брукс даже не пыталась скрыть обуревающие ее чувства:

– Вы могли, по крайней мере, рассказать все Хелоис наедине, чтобы не выставлять мою дочь на посмешище!

– Это моя вина, – застенчиво потупилась Люси. – Я проболталась Слэйду во время танца, но попросила его молчать…

– Не в этом дело. – Фиона устремила пронзительный взгляд на Арта. – Вам должно быть стыдно!

– Вероятно, вы правы, – спокойно согласился он.

Возле машины их уже поджидала Алвина, тотчас давшая волю обуревавшим ее эмоциям:

– Ну вы настоящая пара темных лошадок! Почему я ничего не знала о том, что между вами происходит? Я выглядела полной дурой!

– Не преувеличивай, – бросил Арт.

Люси опустилась на переднее сиденье, избегая смотреть по сторонам. Вне всякого сомнения, Хелоис еще далеко не все высказала Арту. А она сама загнала его в западню, вырваться откуда он мог, лишь во всеуслышание объявив ее лгуньей. Большинство мужчин на его месте поступили бы именно так…

– Так вы не намерены ничего мне рассказать? – жалобно протянула Алвина спустя пять минут, в течение которых никто не проронил ни слова.

– О чем? – спросил Арт.

– Например, о том, когда вам пришла в голову столь потрясающая идея! Только сегодня утром Люси утверждала, что ты ей совсем не нравишься.

– Просто я не готова была говорить об этом, – устало произнесла сестра.

– Ты видела Слэйда впервые в жизни и оказалась вполне готова обо всем ему рассказать!

– Я… я вовсе не намеревалась…

– Как же! Он уверял всех, что ты только и ждала, как бы обрушить на него это известие.

Краем глаза Люси увидела, что пальцы Арта судорожно стиснули руль.

– Все было совсем не так, поверь, – стала оправдываться она.

– А как же все было на самом деле?

– Хватит! – Голос Арта звучал ровно, но именно в этом было нечто угрожающее. – Привыкай к тому, что узнаешь то, что тебе надлежит знать, и только тогда, когда настанет время.

Возмущенная Алвина даже подпрыгнула:

– Ах, простите бедную дурочку за то, что она разинула рот!

Арт и бровью не повел. Глядя на его чеканный профиль, Люси подбадривала себя как могла. Если она и впрямь хочет добиться этого человека, ей нечего бояться!

Дома он мрачно пожелал сестрам спокойной ночи и удалился, чтобы поставить машину в гараж. Алвина, все еще злясь, молча направилась к себе, а Люси присела на нижнюю ступеньку лестницы. Утро вечера мудренее, разумеется, однако кое-что лучше уладить еще сегодня…

Арт ничуть не удивился, что его ждут.

– Пойдем в библиотеку! – коротко приказал он.

Библиотека, где Люси провела уже много часов за чтением, находилась вдали от спален, а следовательно, их никто не мог подслушать.

– Знаю, что ты намерен мне сказать, – ринулась она в бой, едва переступив порог. – Но ничем не могу помочь тебе.

– Однако еще несколько часов назад могла! – взорвался Арт. – К тому же с каким наслаждением ты причинила боль Хелоис!

– Я не могла стерпеть отношения к себе, словно к взбалмошному ребенку! Ну ладно. Да, я получила удовольствие. Она, бедняжка, чистосердечно полагала, что ты принадлежишь ей, и только ей одной!

– Возможно, у нее были на то основания.

Люси покраснела, поняв намек.

– Сколько бы раз ты ни спал с ней, дорогой, это не дает ей на тебя никаких прав! Сам же сказал, что никогда не собирался на ней жениться!

– Это правда.

– И тем не менее она продолжала обращаться с тобой как со своей вещью. Если ты не хотел, чтобы я все ей объяснила раз и навсегда, мог бы сам потрудиться.

Стоя в дверях библиотеки, Арт смотрел на Люси сурово.

– Сдается мне, не только Хелоис нуждается в исчерпывающих объяснениях.

Уловив на его губах тень улыбки, Люси воодушевилась:

– А я, как твоя будущая жена, имела все основания обидеться. Да, я помню все, что ты мне говорил, но это вовсе не означает, что я с этим соглашаюсь.

– Что у тебя на уме?

– Все полагают, что мы намерены пожениться. Если ты станешь увиливать, я нарушу свое обещание молчать.

– Тогда мне придется разориться на хорошего адвоката.

– Я серьезно, Арт. Я не собираюсь сдаваться!

Серые глаза взглянули на нее со странным выражением.

– Это не сработает.

– Еще как сработает! – Люси почувствовала, что угодила в точку. – Возможно, я и неопытна, но могу всему научиться. Тебе стоит лишь…

– Брак – это нечто большее, нежели секс. – Голос Арта окреп. – Если даже я женюсь на тебе, Люси, ничего хорошего из этого не выйдет. Сейчас ты просто одержима этой идеей…

– Неправда! Разницу между любовью и одержимостью я прекрасно понимаю! Будь я безумна, то давным-давно задушила бы тебя. Временами ты можешь заставлять людей страдать…

– То же я могу сказать и о тебе, – сухо ответил Арт. – Вряд ли мы с тобой гармоничная пара…

– Полная гармония была бы неимоверно скучна. Некоторое количество адреналина порой даже полезно… я читала.

Арт смотрел на нее так, словно впервые видел.

– Да ты начитанный ребенок!

– Не обзывайся! Супружеские пары, которые утверждают, что ни разу в жизни не поссорились, бессовестно лгут. Ты только представь себе, как сладки бывают примирения…

На сей раз Apт громко рассмеялся:

– Восхитительную картину ты обрисовала, ничего не скажешь!

– И эту картину я не намерена выставлять на аукцион! Ты в конце концов скажешь «да», Арт. Так почему бы не сэкономить время и силы и не сказать «да» сейчас? Я стану…

– Знаю-знаю! Женой, о какой лишь может мечтать мужчина! – Он окинул Люси взглядом – ее волосы, собранные в высокую прическу, обнаженные плечи, нежную грудь в вырезе синего платья, стройные, длинные ноги. Губы его скривились: – Ну, это еще надо проверить…

Люси не колебалась ни секунду – да что там, просто у нее иссякли силы сдерживаться. Когда руки Арта обвились вокруг ее талии, она доверчиво раскрыла губы для поцелуя, а глаза засияли так, что устоять перед ней в этот миг не смог бы ни один мужчина на свете. Поцелуй был именно такой, какого она жаждала. И наслаждалась каждым мгновением – ароматом кожи любимого, прикосновением к его мускулистому сильному телу…

– Ты ни о чем не пожалеешь… – прошептала она, слегка отстраняясь. – И никогда!

– Иди-ка ты лучше спать, – тихо произнес Арт. К нему мало-помалу возвращалась былая решимость. – Утро вечера мудренее – возможно, когда ты проснешься, твое настроение переменится.

«Оно не переменится, проспи я хоть до второго пришествия», – хотела сказать Люси, но тут ей в голову пришла идея получше.

– Хорошо, – вздохнула она, виртуозно разыгрывая покорность. – Ты тоже пойдешь?

– Мне надо немного успокоиться, – произнес он так, что Люси не поняла, что он имеет в виду: свое желание или раздражение против нее. – Ты так достала меня, душечка, что я сам не свой.

Как бы там ни было, этого недостаточно, подумала Люси. Разумеется, решимость его поколеблена, но он еще не завоеван. Над этим ей еще предстоит потрудиться…

Она неслышно поднялась, миновала свою спальню… и вошла в комнату Арта. Постояв в дверях, чтобы усмирить бешеное биение сердца, она подошла к постели и включила ночник.

На ней под платьем были лишь шелковые трусики. Скинув и то, и другое прямо на пол, она скользнула под крахмальную простыню, с дрожью вспомнив, как уже делала это однажды. Но сегодня Арт не выставит ее вон – ни сегодня, ни когда-либо впредь. С ее точки зрения, они уже были женаты, а предстоящая брачная церемония была пустой формальностью.

Прошла целая вечность, прежде чем шаги Арта раздались на лестнице. Люси стремительно погасила ночник и затаилась в темноте. Он увидел ее, лишь подойдя к самой кровати, и остановился как вкопанный.

– Когда я велел тебе идти спать, то имел в виду совсем другое.

– Это моя интерпретация твоих слов, – прошептала Люси, глядя как зачарованная на его нагое тело. – Но давай не придираться к мелочам, ладно?

Глаза Люси уже привыкли к темноте, и она отчетливо увидела на его лице смятение. Тогда она откинула простыню и протянула к нему руки, безмолвно моля сдаться. Ей неважно было сейчас, как она его добьется, ей важно было добиться его. Жизнь без Арта казалась ей пустой и бессмысленной…

Когда он открыл верхний ящик столика, Люси изумилась, но тотчас все поняла. Ей самой было совершенно наплевать на подобные предосторожности, но, если ему так спокойнее…

И вот она ощутила наконец долгожданную тяжесть его тела. Когда губы Арта коснулись ее груди, она вздрогнула от сладкой муки. Язык принялся ласкать нежный сосок – и бедра ее раздвинулись словно сами собой. Подавшись к нему, Люси обвила ногами талию Арта и, почувствовав его в себе, отчетливо поняла: горе всякому, кто попытается отнять у нее этого человека!..

И снова утром она проснулась в своей постели, но уже в полнейшей уверенности, что настанут лучшие времена. Она не хотела покидать Арта, но он настоял, сказав, что, пока они не стали мужем и женой, ночевать каждый будет в своей комнате. Правда, Люси так и не смогла взять в толк, какая теперь разница…

Миссис Артур Флетчер… Звучало упоительно. Тянуть со свадьбой было совершенно незачем: ведь после того, что она сказала Хелоис, все только и ждали официальных приглашений. Сладко потягиваясь, Люси с изумлением ощутила даже нечто вроде сочувствия к отвергнутой красотке. Такая женщина, как Хелоис, тяжело переживала бы потерю любого мужчины, а что уж говорить об Арте!

Деликатный стук в дверь заставил ее привстать в радостном предвкушении появления любимого. Но Люси тотчас сообразила, что Арт не стал бы стучать. В щелку просунулась заспанная физиономия Алвины.

– Я думала, ты не одна… – Прислонившись спиной к двери, девочка с минуту изучала сестру, торопливо приглаживавшую спутанные полосы. – Наверное, он недавно ушел к себе.

– Он сюда и не приходил, – сказала Люси чистейшую правду. Затем замолчала, не зная, как начать. – Сожалею, что ты узнала обо всем… таким образом, – выговорила она наконец. – Но так… так получилось…

Алвина скептически прищурилась:

– То есть так ты спланировала. Помнишь, я как-то сказала, что отец вынудил тебя бросить школу? Ты приняла это как руководство к действию?

– Я ни к чему не принуждала Арта! – яростно запротестовала Люси.

– А как еще это можно назвать? Ведь ты все подстроила, ненароком сообщив Слэйду потрясную новость. У Арта просто не хватило твердости духа заставить тебя тотчас же признаться прилюдно во лжи.

В словах сестры было куда больше правды, – чем ей бы хотелось, и Люси смущенно опустила взгляд. Она уговаривала себя, что лишь ускорила естественный ход событий, что Арт никогда не согласился бы на брак с ней, если бы в душе сам того не хотел…

– Я люблю его, – тихо произнесла она. – Арт – самое лучшее, что есть в моей жизни.

– А с кем ты можешь его сравнить? У тебя ведь не было друга! Почему бы тебе не выбрать Слэйда Брукса?

– Потому что он мне не нужен! И никто другой. Мне необходим только Арт.

– Но он же старик! К тому же приходится мне дядей. А если ты за него выйдешь, он станет мне братом. Ты об этом думала?

Нет, не думала. А самое время задуматься, поняла Люси.

– А я буду тебе и тетей, и сестрой… Кошмар какой-то!

– Не то слово, – согласилась Алвина. – Послушай, прекрати это, Люси, пока еще не поздно.

– Но вчера, когда ты поддразнивала меня, спрашивая, не хотела бы я очутиться с ним в постели, это не казалось тебе диким.

– Ты знала, что я шучу. И это не только мое мнение. Слышала бы ты, что вчера говорили люди!

– А мне совершенно не интересно, что они говорили. И Арту тоже. Ты ведь незнакома с Сандрой и Лайлом Эверет? Тогда ты не понимаешь, что любовь не боится препятствий.

– Где ты это вычитала? – скривилась сестра. – Что за трескучая фраза – с души воротит! И не жди, что я буду на свадьбе подружкой невесты. Я вообще не желаю при этом присутствовать!

Когда дверь за девочкой закрылась, Люси еще долго сидела, понурившись. Винни привыкнет. Должна привыкнуть. Арт поговорит с ней, и…

Когда полчаса спустя Люси спустилась к завтраку, Арт уже сидел за столом. Алвины не было видно. Тихо подойдя к нему сзади, Люси нежно обняла его и поцеловала в щеку.

– Доброе утро, любовничек! – засмеялась она.

Раздался тревожный звон стекла – это столик на колесиках натолкнулся на кадушку с пальмой.

– Что ты сказала, девочка? – ахнула потрясенная Джемайма.

– Просто поздоровалась с женихом, – лучезарно улыбнулась Люси. – Мы собираемся пожениться, Джемайма. Что тут ужасного?

По выражению круглою смуглого лица было совершенно ясно, что островитянка пребывает в шоковом состоянии.

– Да она же совсем еще дитя, мистер Арт! О чем вы только думаете!

– В данный момент о чашке крепкого черного кофе, – ответил он. – Я совсем не так собирался сообщить тебе об этом, Джемайма, но к вечеру новость облетит весь остров, так что уже все равно.

– Порадуйся за нас, Джемайма! – взмолилась Люси. – Мы знаем, что делаем. – Усевшись к Арту на колени, она запечатлела еще один поцелуй на его неподвижных губах. – Ведь, правда, дорогой?

– Довольно, – коротко произнес он.

Серые глаза его излучали если не гнев, то, по крайней мере, нечто бесконечно далекое от безбрежного счастья. Пристыженная Люси села на стул. Как переменилось его настроение со вчерашнего вечера! Но мучиться сомнениями было уже безнадежно поздно.

Джемайма в полнейшей тишине расставила на столе тарелки и вскоре удалилась в кухню. Дождавшись, пока ее оранжевое платье скроется из виду, Люси задала мучивший ее вопрос:

– Ты передумал?

– Нет. – Уверенность, прозвучавшая в голосе Арта, возвратила ей надежду, но он тотчас прибавил: – Просто я хочу, чтобы ты не витала в облаках.

– Никогда? Да неужели? – с невинным видом спросила она, и увидела, как дрогнули уголки его губ.

– По крайней мере, на людях. Реакция Джемаймы – это только цветочки…

Алвина мне это уже доказала, подумала Люси. Правда, она надеялась, что сестра вскоре одумается.

– Но это смешно! Можно подумать, что ты старше меня как минимум на полвека! Хотя и это не остановило бы меня, – храбро прибавила Люси. – Я точно так же любила бы тебя.

– В шестьдесят девять мне наверняка было бы с тобой трудновато, – сухо сказал он. – Мне и сейчас нелегко приходится…

– Чушь собачья! Твоей мужской силе позавидует каждый!

Арт уже откровенно потешался над ней:

– Разумеется, ты хорошо знаешь о мужской силе всех и каждого!

– Ты забыл о женской интуиции. – Ее глаза лучились безоблачным счастьем – до тех самых пор, пока она не заметила замершую в дверях Алвину. – Эй, Винни…

Девочка молча повернулась и исчезла. Арт успел заметить ее поспешное бегство и испытующе взглянул на Люси:

– Что у вас стряслось?

– Просто она вчера чересчур тесно общалась с Бруксами, – с деланной беспечностью улыбнулась Люси.

– Понимаю. А вчера вечером мне показалось, что ее задело лишь то, что она узнала обо всем не первой…

– Однако у нее была целая ночь, чтобы привыкнуть. Знаешь, она приходила ко мне утром. Рассказывала, что про нас говорят всякое…

– А ведь я предупреждал тебя. Мне лично на это плевать, но тебе явно придется несладко. Дело тут не только в разнице в годах. Ты дочь жены моего родного брата. Многим это не помешает считать наш брак кровосмесительным.

– Такие дураки не стоят внимания! – распалилась Люси. – По крайней мере, на поддержку Сандры и Лайла мы можем рассчитывать. Они сами прошли через ад…

Арт удержался от комментариев, хотя понимал, что вышеупомянутая пара большую часть жизни была избавлена от уколов злых языков местных жителей. А Люси, глядя на его мужественные черты, вновь испытала жгучее желание подойти к нему, оказаться в кольце его сильных рук, ощутить вкус его губ… Сейчас она меньше всего думала о еде.

– Ты уже все картины упаковал в контейнер? – спросила она, разливая кофе и силясь овладеть собой.

– Еще не начинал. Мне и без того было над чем поломать голову.

Люси опустила густые ресницы:

– Смею надеяться, одна из твоих проблем – я?

– Ты – все мои проблемы.

– Да ну? – Люси была крайне польщена. – И что же ты решил?

– Что лучше всего было бы отослать тебя назад, в Англию… Если, разумеется, не возникнет непредвиденных осложнений. – Он невесело усмехнулся: – Я как-то не рассчитывал, что так скоро окажусь помолвленным…

– Но ведь ты не жалеешь? – с замиранием сердца спросила Люси. – Ты ведь хочешь меня?

Арт задумчиво поглядел на ее прелестное лицо.

– Нет на земле мужчины, который бы тебя не пожелал, – вымолвил он.

Совсем не это хотела она услышать. Но, похоже, большего от него не добиться. Ведь Арт ни разу не произнес слова «люблю» даже прошлой ночью, когда сама Люси взахлеб твердила ему о своих чувствах… Впрочем, если верить любовным романам, не она одна страдала от недостатка нежных слов. Мужчины в минуты страсти куда более сдержанны на язык, нежели их подруги.

– Я могла бы помочь тебе в студии, – предложила Люси, решительно меняя тему. – Я буду очень осторожна.

– А я – очень благодарен. Все должно быть закончено сегодня. Завтра утром за контейнером придет машина. Если мы закончим к обеду, сможем вечером поехать в заповедник, если хочешь, конечно. Или полюбоваться на вулкан Дьяблотен…

Люси замялась:

– Хочешь сказать, мы поедем… втроем?

– Вряд ли Винни составит нам компанию.

– А ты не мог бы поговорить с ней? – робко спросила она.

– И что я ей скажу? Ведь ситуацию, которая ее так огорчает, изменить не в моей власти. Придется ей привыкать к неизбежному.

В его утверждении был смысл – Люси и сама это понимала. Сейчас никакие слова не успокоили бы Алвину. Теперь им остается лишь убедить девочку, какая они с Артом замечательная пара, невзирая на разницу в возрасте…

Алвина так и не появилась за столом. В студии Люси несколько отвлеклась от мрачных мыслей, заботливо заворачивая каждый холст в особую ткань и укладывая в контейнер. Две картины оказались так велики, что одной ей было не управиться, и Арт помог ей.

– А ты всегда пишешь на заказ? – спросила она, жалея, что неделю тому назад не рассмотрела работы получше.

– Нет, лишь иногда. Рубщиков сахарного тростника я написал по просьбе одного магната, когда-то жившего здесь и мучимого ностальгией. Картина, разумеется, будет выставлена на аукцион, но с пометкой «Продано». Кстати, недурной рекламный ход.

– Если верить Рори, твоим картинам не нужна реклама. Кстати, Сандра спрашивала, не согласишься ли ты написать ее портрет… Она полагала, что Лайл уже говорил об этом с тобой.

– Да, говорил.

– И что ты ответил?

– Почему бы нет? Она очень интересна как модель. – Арт помолчал и прибавил: – И ты будешь столь же интересна… лет через тридцать.

– Сандре всего сорок шесть! – воскликнула Люси.

– Что ж, запомню на всякий случай.

Стоя к Люси спиной, Арт упаковывал последний холст. Она скользнула взглядом по его стройной фигуре, и желание вновь охватило ее. Не в силах противиться, Люси, подойдя сзади, обвила руками талию Арта и прильнула щекой к его спине.

– Я хочу тебя.

Арт перехватил ее руку, прежде чем та успела достичь вожделенной цели.

– Слушай, веди себя пристойно или мне придется тебя отшлепать! – с нарочитой суровостью сказал он.

– Хорошо, если это тебя возбуждает, – пробормотала Люси.

Когда Арт сгреб ее в охапку, она взвизгнула.

– Тебе придется постичь одну науку: порядочная женщина должна ждать, пока мужчина не проявит инициативу.

– Так прояви! – округлила наивные глаза Люси.

Но оказалось, что рано ей торжествовать победу.

– Не здесь, – решительно сказал Арт.

– Но почему? Ведь сюда никто не явится без предупреждения…

– Это еще неизвестно. – Он поставил Люси на пол. – Хотя не скрою, твой энтузиазм мне льстит.

Люси чутко уловила перемену его настроения.

– Мне нужен от тебя не просто секс, – заговорила она, желая отшутиться. – Просто ты классно все это делаешь, и вообще…

– Стараюсь как могу. – Арт все еще улыбался, но, похоже, шутки уже кончились. – Мне нужен сейчас не секс, а скотч. Пока меня не будет, можешь начать убирать мусор.

Люси глядела ему в спину, озадаченная. Он и впрямь не понимает ее или прикидывается? А ведь она уже тысячу раз сказала ему о своих чувствах! Может, он просто ей не верит? Спору нет, физическое влечение – неотъемлемая часть того, что люди именуют любовью, но далеко не единственная!

К тому времени, когда Люси закончила уборку, Арт так и не возвратился, и она принялась разглядывать оставшиеся в студии работы. На одном полотне была изображена Джемайма в ярко-красном платье, ставившая цветы в вазу. Одного взгляда на эту работу было достаточно, чтобы понять: она писалась не для продажи.

Осторожно откинув ткань со следующего холста, Люси едва не задохнулась. Это было именно то, что она искала и что так боялась увидеть…

Обнаженная Хелоис возлежала на кушетке во всем великолепии своей красоты. На лице ее блуждала рассеянная полуулыбка, одна рука была закинута за голову, что делало еще эффектнее дивную грудь. При довольно полных бедрах талия у Хелоис была на редкость тонкой. И то, что ноги красотки были явно не так длинны, как ноги Люси, служило слабым утешением… По тому, как заботливо картина была укутана тканью, любой бы понял, что работа дорога сердцу мастера.

Впрочем, вполне естественно: ведь Хелоис была его любовницей. Наверняка Арт сделал сначала множество эскизов.

Однако Люси ничего не желала знать об этом – по крайней мере, отчаянно себя в этом убеждала. Ведь именно ей предстояло стать женой Арта Флетчера! И Люси клятвенно пообещала себе, что не позволит Арту писать ее нагой, ибо явно проигрывала в сравнении с этой роскошной женщиной…

9

Атлантическое побережье острова и впрямь оказалось на редкость живописным. Арт сделал несколько набросков и среди них – тоненькой девичьей фигурки с развевающимися по ветру волосами.

– Здорово! – сказала она. – Я похожа?

– Как две капли воды. Я не хотел, чтобы ты заметила, как я тебя рисую. Ты совершенно не умеешь позировать. Я еще на той неделе это понял. Куда проще заставить сидеть смирно кошку на раскаленной крыше.

– Тогда я была зла как сто чертей, – улыбнулась Люси.

– Поразительно, на что способен лунный свет. В бассейне ты показалась мне ангелом, сошедшим с небес, – усмехнулся Арт. – Скажи, ты знала, что я уже вернулся, когда пошла купаться той ночью?

– Нет, – ответила Люси. – Я не слышала, как подъехала машина. И голой я купалась лишь потому, что порвался мой единственный купальник. А когда я увидела тебя, то подумала, что сплю…

– Да-а… – невесело протянул Арт. – И кошмарный же сон тебе привиделся!

– Ты всего лишь сделал то, чего хотела я! – воскликнула Люси. – Так что прекрати терзаться!

– Обещаю, что буду стараться… Послушай, набросай-ка что-нибудь – хочу увидеть, на что ты способна.

Люси неохотно взяла блокнот и карандаш.

– Но я же только любитель…

– Но талантливый любитель, если верить Винни. Просто рисуй то, что видишь.

В синих глазах загорелся огонек. Вызов? Прекрасно! Она поднимет перчатку! Держа блокнот так, чтобы Арт не видел, что она делает, Люси быстро закончила работу и размашисто расписалась внизу.

– Вот, портрет художника.

Взяв у нее блокнот, Арт разразился хохотом. Люси сделала на него довольно злую карикатуру: в руках кисть величиной с маленькую пальму, а губы растянуты в самодовольной улыбке…

– Нарываешься на неприятности? – Арт вернул ей блокнот. – Продолжай, но на сей раз будь серьезнее.

Следующий рисунок потребовал куда больше времени. Люси морщила лоб и даже порой высовывала язычок. Но вот наконец протянула Арту блокнот.

– Не вышло. Глаза совсем не похожи…

Она снова изобразила Арта, но на сей раз в реалистической манере, вложив в рисунок все свое умение… и все чувства. Он рассматривал рисунок молча, с каменным лицом.

– Не нужно быть снисходительным, – не выдержала Люси томительного ожидания. – Я не стану плакать, если ты скажешь, что это ерунда.

– Это далеко не ерунда, – ответил Арт наконец. – Хотя насчет глаз я с тобой совершенно согласен. Однако у тебя несомненный талант. Тебе нужно еще много работать, и я буду счастлив помочь тебе по мере сил.

– Не издеваешься? – изумленно уставилась на него Люси.

– Было бы жестоко тешить тебя иллюзиями. Похоже, мы не будем скучать в наш медовый месяц…

– В медовый месяц? – Люси была совершенно ошеломлена.

– Обычно после свадьбы бывает медовый месяц. И пора тебе подумать, где ты хочешь его провести. Или предпочитаешь, чтобы я приготовил для тебя сюрприз?

– Да… Да, хочу! – Люси смотрела на Арта, лениво растянувшегося на песке, любуясь золотистыми искрами, пляшущими в глубине его серых глаз. – Наверное, я родилась под счастливой звездой…

И она склонилась, ища губами его губы. Как жалела Люси, что они не одни на пляже! Она никогда не сможет насытиться им. Никогда, никогда…

Домой они вернулись только к вечеру. Джемайма встретила их в дверях с озабоченным лицом: Винни все еще не было дома.

– Прокачусь-ка я по окрестностям. Вдруг девочка просто пошла погулять, – тотчас помрачнел Apr.

Инстинкт подсказывал Люси, что это совсем не так. От дома до шоссе была всего миля, но путь лежал через густые заросли. Если Винни решила добраться автостопом до города, то вполне могла заблудиться, а стемнеет совсем скоро…

– Я еду с тобой! – решительно объявила Люси.

Около получаса они колесили по окрестностям, но без толку. И Арт направился в сторону Розо. Что, если они и там не отыщут сестру, с замиранием сердца думала Люси…

Улицы были относительно пустынны. И Арт медленно прочесывал одну за другой, а Люси во все глаза глядела в окно. То и дело им попадались группы молодежи. И вот впереди мелькнула знакомая фигурка.

Полно, да Винни ли это? Может, просто похожая девочка? Во всяком случае, такого наряда Люси никогда на сестре не видела: немыслимый черный топик без бретелек, оголяющий плечи и почти что всю грудь, и такого же цвета юбчонка, едва прикрывающая зад. Однако парень, обнимающий ее за голые плечи, явно был Пит. Значит…

Арт подъехал к ребятам, но, когда Люси вознамерилась выскочить из машины, удержал ее.

– Я сам во всем разберусь, – тоном, не сулящим ничего хорошего, произнес он.

Алвина стояла спиной к проезжей части, поэтому, заслышав голос Арта, испуганно оглянулась.

– В машину! – приказал он. – А ты посторонись-ка лучше, парень, – добавил он, обращаясь к Питу.

– Эй, из-за чего суматоха? – Юнец и не подумал убрать руку с плеч девочки. – Мы просто болтаем тут, и…

Очевидно было, что Пит выпил. А когда Алвина едва не потеряла равновесие, сделав резкое движение, стало ясно, что она последовала его примеру.

– Я никуда с тобой не поеду! – сверкнула она синими глазами.

Арт не стал больше тратить времени на уговоры – просто схватил девочку за руку и затолкал в машину, не обращая внимания на протестующие вопли. Никто из компании не сделал попытки вмешаться, видимо сообразив, что Арт настроен весьма и весьма решительно.

Отчаянно желая высказать сестре все, что наболело у нее на душе, Люси тем не менее сочла за благо смолчать, позволив Арту действовать самому. Если Винни еще не выжила из ума, то будет держать язык за зубами. Но, как выяснилось, алкоголь возымел свое действие, начисто лишив девочку здравого смысла.

– Ты не имеешь права! – завизжала она, – Я тебя ненавижу!

– Продолжай в том же духе и получишь для этого все основания! – бросил Арт. – Где ты выкопала этот непристойный наряд?

– А ты как думаешь?

– Во всяком случае, при мне ты ничего подобного не покупала, – вмешалась Люси. – Ты что, школу прогуливаешь?

– А если и так?

– Ты учишься здесь всего неделю! – вскипел Арт. – Чем это кончится?!

– Господи, да это и было-то всего один раз! – Алвина, слава Богу, уже защищалась. – Ты ведь сам дал мне чековую книжку. Стало быть, я независима, так?

– Судя по тому, как ты ею распоряжаешься, я совершил непростительную ошибку! Перво-наперво объясни: как ты тут очутилась?

– Пит встретил меня у школы! – с вызовом ответила девочка. – Вот я и подумала, с какой стати путаться дома у вас под ногами?

– Но ты могла бы поехать с нами на побережье! – воскликнула Люси.

– Я нигде не желаю быть с вами! – закричала Алвина. – Нигде, ты поняла? Это ужасно!

– Ну довольно! – решительно сказал Арт. – Отныне ты и близко не подойдешь к Питеру Бруксу.

Алвина не ответила, но Люси прекрасно видела выражение ее лица. Арт явно был не настроен шутить, вот только глупая девчонка этого пока не понимала…

Дома он приказал племяннице пойти переодеться, а когда она заявила, что не будет ужинать, сказал:

– После выпивки тебе необходимо съесть хоть что-нибудь. Кстати, что ты пила?

– Не помню! – бросила Алвина через плечо. – Да мне и наплевать!

Люси ахнула, но Арт на этот раз смолчал.

– Мне нелишне принять душ перед ужином, – сказал он Люси, когда ее сестра удалилась. – Пойду попрошу Джемайму подать на стол через полчаса.

Идя по лестнице в свою комнату, Люси едва не плакала. Понятно было, что поведение Винни – всецело ее вина. Арт, должно быть, локти кусает, что связался с ними обеими! Ведь он не связан никакими обязательствами – с юридической точки зрения. И что теперь? Теперь он вот-вот женится на одной девице, совершенно того не желая, и вынужден возиться с другой, которая ведет себя так, что родные отец и мать, скорее всего, просто отослали бы ее с глаз долой в какой-нибудь интернат.

Приняв душ, Люси переоделась и постучала в спальню сестры. Не дождавшись ответа, она приоткрыла дверь и увидела, что Винни спит мертвецким сном, лежа поперек кровати.

– Ты все испортишь, если будешь продолжать в том же духе, – прошептала Люси, откидывая со лба сестры пушистый локон. – Ты исковеркаешь не только мою жизнь, но и свою собственную. Прошу тебя, Винни, пойми меня! Я ничего не могу поделать с собой – я люблю его!

Ответом ей было лишь тихое сопение. Пусть выспится, решила Люси, слабо надеясь, что они еще поговорят завтра утром, по дороге в школу.

Арт уже поджидал ее в столовой. В руках у него был стакан, а в нем – скорее всего виски.

– Выпьешь? – спросил он Люси.

Та помотала головой:

– Хватит с тебя одной пьяницы. Вини спит. Надеюсь, когда проснется, не будет мучиться головной болью…

– А хорошо бы! Это послужило бы ей прекрасным уроком, – хмыкнул Арт. – Да, роль строгого папочки мне не по зубам…

– Наверное, от нас обеих у тебя ум за разум заходит, – смущенно произнесла Люси.

– В общих чертах ты совершенно права.

Ироничное выражение его лица усугубило уныние Люси.

– Еще не поздно, – глухо уронила она. – Если хочешь отделаться от нас, тебе стоит лишь…

– Забудь об этом. Я привык доводить до конца все, что начинаю. – Он залпом осушил стакан. – А теперь давай поедим наконец.

За столом они не сказали друг другу и двух слов. Арт явно был не в настроении, а Люси чувствовала себя несчастнее всех на свете.

Если Джемайма и почуяла неладное, то благоразумно смолчала. Когда домоправительница удалилась, Люси с трудом выдавила:

– Если бы ты переменил свое решение относительно… нас обеих, я поняла бы тебя.

– Да? И как ты себе это мыслишь? – вздернул бровь Арт.

– Для начала недурно было бы определить Винни в частную школу-интернат…

– Откуда она скорее всего удерет. Ты ведь сама так говорила.

– Но интернаты бывают разные. Может, ей бы и понравилось…

Серые глаза Арта были непроницаемы.

– А как, по твоему разумению, я должен поступить с тобой?

– Ты как-то упоминал про художественную школу… – У Люси сдавило горло, на глаза навернулись слезы. – Понимаю, это удовольствие не из дешевых, но…

– Прекрати говорить о деньгах, Бога ради! – взорвался Арт. – Мне плевать на все деньги мира!

– Это потому, что ты богат и не знаешь им цены. Подумай, помимо платы за обучение тебе придется разориться и на жилье. Конечно, мне не нужны первоклассные апартаменты. Я с радостью делила бы кров с кем-нибудь…

– Ты никуда не поедешь! – Арт явно потерял терпение. – Ни ты, ни сестра! С ней я уж как-нибудь слажу. А вот что касается тебя…

Он поднялся, пересек разделявшее их пространство, стиснул Люси в объятиях и поцеловал. Но в поцелуе этом не было нежности, а серые глаза сверкали гневом, причину которого она не вполне понимала.

– Ты никуда отсюда не уедешь, – уже спокойнее повторил он.

– Я и не хочу уезжать, – ответила Люси дрожащим голосом. – Просто подумала…

– Тогда не думай. – Арт убрал прядь с ее лица. – Мы все уладим.

Как мечтала Люси услышать слова любви! Но, похоже, этого ей не дождаться – ведь он женится на ней лишь потому, что она искусно сыграла на его чувстве вины. Да, Арт хотел ее – и минувшая ночь лучшее тому подтверждение. Но кто знает, когда ее бесхитростные ласки ему наскучат? Наверняка есть полезные книжки, смекнула Люси. И ей в сложившейся ситуации следует их раздобыть. А пока…

– Пойдем в спальню, – прошептала она.

Арт улыбнулся:

– И когда только ты позволишь мне проявить инициативу!

Как и до сих пор, в постели он был великолепен. Проснувшись на рассвете в его объятиях, Люси старалась не думать о том, чего так жаждет и не находит ее душа… Главное, что они вместе. И какая, в сущности, разница, женаты они или нет? Она просто хотела каждое утро просыпаться вот так, чувствуя его руку на своей талии, наслаждаясь его дыханием, согревающим шею…

Когда Арт зашевелился, Люси затаила дыхание, раздираемая противоречивыми чувствами.

– Ты уже проснулась? – сонно спросил он.

– Нет, – ответила она.

Арт тихо рассмеялся:

– Уже поздно. Мне пора.

Когда губы его ласково коснулись ее плеча, жар желания вновь объял Люси. Перевернувшись на спину, она обвила руками его шею и поцеловала, вложив в поцелуй все свои чувства.

– Я тебя не пущу!

Опершись на локоть, Арт изучал ее лицо со странной улыбкой.

– Разумеется, я ценю твой порыв, но умеренность – великая вещь. Спи.

Люси поняла, что на сей раз у нее ничего не выйдет. Она молча смотрела, как Арт встает и выходит из комнаты.

Позднее заглянув в спальню Алвины, Люси с изумлением обнаружила, что та не только проснулась, но уже и оделась.

– Ну как, головка не болит? – спросила она.

– Нет, – хмуро ответила девочка. – Не так уж много я выпила. И я вовсе не нуждаюсь в том, чтобы вы таскались за мной по пятам. Вчера… это было просто ужасно. Вы опозорили меня! Он не имеет права так себя вести!

– Но Арт ведь отвечает за тебя, – увещевала сестру Люси. – Это Пит не имеет права водить тебя куда попало, особенно не известив взрослых. Когда мы вернулись, Джемайма была сама не своя от тревоги!

– Ей-то какое дело?

– Она боялась, что ты потерялась, глупышка. – Люси сдерживалась уже с трудом. – Ты должна быть благодарна за то, что людям, которые едва тебя знают, есть до тебя дело. Не может же Арт махнуть на тебя рукой!

– Почему бы и нет? – пожала плечами Алвина. – Единственная его забота – ты, а я только мешаю ему.

– Это чушь! – Люси шагнула к сестре, но остановилась, напуганная яростным блеском ее глаз. – Ведь ты его племянница! Единственное дитя его брата! Подумай сама, не проще ли ему было запихнуть тебя в какой-нибудь интернат…

– Он взял меня с собой потому, что ты не поехала бы сюда одна. Я слышала, как он уговаривал тебя в первое же утро. Дядюшка тогда уже губы раскатал! Тогда уже запал на тебя!

– Забудь эти грязные словечки! – взбесилась Люси. – Я нужна была ему здесь, чтобы не начали судачить…

– Ну и чего вы добились? Могу поспорить, что в первую же ночь он получил все, чего хотел!

– Неправда, – огорченно произнесла Люси. – Во всем виновата я одна. И именно я сказала тогда Слэйду, что мы намерены пожениться. Ты же еще вчера сама говорила, что Арт вполне мог заставить меня публично покаяться во лжи!

– Он именно так бы и поступил… если бы хотел.

Легче пробить головой кирпичную стену, чем убедить в чем-то сестру, с грустью поняла Люси.

– Пойдем-ка лучше завтракать, глупенькая, – вздохнула она. – В школу тебе идти так или иначе.

– С радостью, лишь бы убраться из этого дома! – воскликнула Алвина.

Арт ни словом не обмолвился о вчерашнем вечере, даже, похоже, не заметил угрюмого молчания Винни.

– Я поеду в Розо, как только отвезу Винни в школу, – сказала Люси. – Тебе ничего там не нужно?

– Купи пену для бритья. Мои запасы на исходе.

То, что он пользовался опасной, а не электрической бритвой, отчего-то обрадовало Люси. Она тотчас представила себе картину: Арт, голый до пояса, в своей ванной, с лезвием в руке… Именно таков настоящий мужчина даже в мелочах, подумала Люси, чувствуя, как сладко замирает сердце.

– Кстати, чуть не забыл, – продолжил Арт. – Вчера, когда нас не было, звонила Сандра. Приехали ее брат с женой, и она приглашает нас сегодня вечером на обед.

По тону было не похоже, что Алвина тоже приглашена. Впрочем, девочка наверняка отказалась бы. Да Люси и самой не слишком улыбалось появляться в ее обществе…

– А как же Винни? – все-таки спросила она, когда сестра поднялась к себе. – Мы же не можем оставить ее одну на целый вечер.

– Как и не можем подчинить свою жизнь ее интересам, – возразил Арт. – Джемайма и Хорас побудут с ней, пока мы не вернемся.

– Чтобы она вновь не слетела с катушек?

Арт взглянул на нее насмешливо:

– Хочешь сказать, что вчера я был с ней излишне суров?

– Отнюдь. Честно говоря, я впервые видела ее такой…

– Знакомство с Питом Бруксом явно не пошло ей на пользу. Если отец приструнит мальчишку, от этого выиграют все. Ладно, тебе пора.

Алвина молча спустилась, неся сумку с учебниками, в молчании села в машину и всю дорогу не проронила ни слова. Выйдя у ворот школы, она даже не обернулась, чтобы помахать сестре на прощание.

Люси винила во всем только себя. Даже если Арта и впрямь тянуло к ней с самого начала, ничего не произошло бы, если бы она не повела себя вызывающе. Ведь уверяя его, что не слышала тогда шума подъехавшей машины, Люси лгала и себе, и ему: она хотела, чтобы он увидел ее нагую в воде. Винни совершенно была права, упрекая ее в шантаже! Да и сама она заявила Арту, что брак – та цена, которую он должен заплатить за содеянное.

Чтобы не впасть в отчаяние, Люси стала уговаривать себя, что если бы Арт и впрямь хотел от нее отделаться, то воспользовался бы вчера возможностью, которую она ему предоставила. Скорее всего некоторое время спустя Винни смирится с неизбежным. Должна смириться! Ведь все у них будет хорошо!

10

Приехав в город, Люси направилась в тот самый магазин, где купила когда-то синее платье, и выбрала себе еще два, потом несколько маек и белые шорты. Достаточно, решила она, уже начав нервничать по поводу неоправданных трат. От покупки свадебных принадлежностей она решила воздержаться – по крайней мере, до тех пор пока не будет объявлено о бракосочетании. Сама Люси предпочла бы венчание в церкви, но, если Арт захочет сочетаться с ней гражданским браком, придется смириться.

Так, грезя наяву, она прохаживалась по магазину. Обычно невесты думают в первую очередь о том, как обставить семейное гнездышко, но дом Арта не нуждался ни в чем. Хотя… Люси вдруг захотелось отделать их будущую общую спальню по своему вкусу. Вот из этой ткани получатся замечательные занавески… Разумеется, это невообразимо дорого, но ведь Арт сам ей сказал, что о деньгах она может больше не беспокоиться.

– Я на твоем месте не стала бы швыряться деньгами Флетчера, покуда на пальчике не засверкает обручальное кольцо, – раздался за спиной Люси ледяной голос. – Возможно, он еще одумается.

Люси обернулась как ужаленная – прямо перед ней стояла Хелоис.

– Он уже одумался, – силясь оставаться спокойной, сказала Люси. – Это-то тебя и бесит. А еще то, что его деньги не станут твоими.

– Ты и впрямь полагаешь, что уже победила? – усмехнулась ослепительная брюнетка.

И Люси тотчас стало мучительно стыдно.

– Нет… я сболтнула глупость. Но будь Арт беден как церковная мышь, я бы и тогда…

– Да ты за идиотку меня принимаешь? Я вот уже минут двадцать слежу за тобой и вижу, какими глазами ты глядишь вокруг. Ты ждешь не дождешься, когда сможешь начать сорить денежками!

Как угораздило Люси зайти именно в магазин Бруксов? Теперь надо было попытаться с честью выйти из сложного положения.

– Жаль, дорогая, что тебе больше нечем было заняться, – холодно произнесла она. – А вот у меня масса неотложных дел, так что…

Но Хеломс и не думала сдаваться:

– Ты наивная дурочка, если полагаешь, что сможешь удержать возле себя такого мужчину, как Арт! Возможно, он и потерял голову, но никакое брачное свидетельство не удержит его долго в твоей постели!

– Брак вовсе не западня, милая. А теперь извини меня.

И Люси вышла из магазина, высоко держа голову. А ведь Хелоис сказала сущую правду: когда неопытная молодая жена наскучит Арту – а сие произойдет очень скоро, – эта хищница будет поджидать свою жертву. Ну и что же делать? А то, что надобно потрудиться, чтобы такого не произошло!

В первом же книжном магазине, который попался ей на пути, были книги на все, казалось, возможные темы. Кроме единственной, так нужной ей сейчас. Лишь в третьей по счету лавке обнаружила Люси искомое, запрятанное в самый дальний уголок.

Продавец поглядел с ухмылкой на покупательницу. Но Люси ответила ему ледяным взглядом, исключавшим всякие фривольности. Пробежав глазами оглавление, она тотчас поняла, что тут есть чему поучиться. Оказывается, количество сексуальных позиций таково, что их нелегко и сосчитать. Правда, большинство из них, изображенных на рисунках, походили скорее на приемы вольной борьбы. Но что поделаешь: если именно это требуется, чтобы удержать мужчину, придется постичь сложную науку…

Когда она вернулась домой, Арта все еще не было. Джемайма либо и впрямь не знала, где он, либо не хотела говорить. Памятуя реакцию домоправительницы на сногсшибательное известие о помолвке хозяина дома, Люси склонялась ко второму…

– Знаю, вы не одобряете наших намерений, – обреченно вздохнула Люси, предпочтя тактику ближнего боя. – Но я совершенно не понимаю почему.

– Мистеру Арту в постели нужна женщина, а не младенец! – последовал незамедлительный и исчерпывающий ответ.

– Мне девятнадцать лет, – отчеканила Люси. – Уверена, большинство ваших соотечественниц в этом возрасте были давным-давно замужем.

– Ты не островитянка.

Люси собралась было выяснить, в чем состоит принципиальная разница, но вовремя поняла, что ответ ее не обрадует. Как и Алвине, Джемайме предстояло еще привыкать к неизбежному. Сейчас ее интересовало лишь мнение самого Арта. Ничто не вынуждало его жениться на ней – следовательно, он этого хотел сам. А что ей еще нужно?

И все же Люси стоило неимоверных усилий не потребовать у него подробного отчета о том, где он шлялся, когда Арт наконец-то явился вечером. Особенно после того, как он и словом ни о чем не обмолвился.

– Я надеялась, что ты придешь пораньше. Вдруг приехали бы за контейнером, – сказала она, пробуя почву.

– А его уже увезли, – невозмутимо ответил Арт. – Ну как, купила все, что хотела?

– На данный момент, да. Я поставила пену для бритья к тебе в ванную. Три баллончика… – Люси помялась, но потом мужественно призналась: – В городе я встретилась с Хелоис.

Взгляд серых глаз остался спокойным.

– И где именно?

– В магазине. Она была… очень назойлива.

– Наверняка решила, что ты пришла туда намеренно, чтобы подразнить ее. – Голос Арта звучал ровно, но что-то в линии рта насторожило Люси. – Это на самом деле было так?

– Конечно же нет. – Люси стоило немалых трудов подавить возмущение. – Я даже не сразу поняла, что зашла в магазин Бруксов, когда она пристала ко мне! Я просто рассматривала ткани…

– Полагаешь, дом нуждается в переделке?

В вопросе явно прозвучала ирония, но Люси твердо стояла на своем:

– Ну, не весь. Просто я надеялась, что ты не станешь возражать, если мы избавимся от мрачных тонов в твоей спальне… Разумеется, если намереваемся спать там…

– И на что же ты собираешься их сменить?

Настало время прибегнуть к юмору, иначе все погибло. И Люси невозмутимо произнесла:

– Лично я предпочитаю розовый с золотом, с забавными рыбками и бабочками…

– Только через мой труп, – улыбнулся Арт. – Потому что лично я предпочитаю нетопырей и сколопендр на черном фоне.

Глядя на него, раскинувшегося в плетеном кресле, такого мускулистого и стройного, Люси ничего не смогла с собой поделать. Она просто встала, подошла к нему, уселась на колени и приникла губами к его губам, жадно вдыхая исходящий от него аромат – аромат самой мужественности. Запустив пальцы в ее густые волосы, Арт страстно ответил на поцелуй, другой рукой лаская нежные груди.

Вспомнив кое-что из купленной поутру книжки, Люси оторвалась от губ Арта и нежно-нежно, самым кончиком языка провела по его ушной раковине, ощутив, как он тотчас отозвался на ласку.

– Пойдем, – прошептала она.

– Сейчас не время, чуть погодя, – ответил Арт. – Я жду телефонного звонка. – Снова поцеловав ее, на сей раз уже не так страстно, он отстранил Люси от себя, с усмешкой глядя на выражение ее лица. – В некоторых случаях не грех и подождать…

– Иными словами, тебе решать, что, когда и где? – разозлилась Люси. – Типичный мужской шовинизм!

– Ничуть не бывало, – потупился Арт. – Мне нужно экономить силы.

Прежде чем с ее губ сорвались язвительные слова, Люси прикусила язык. Если верить книге, женщине стоит иногда проявлять инициативу, но не следует этим злоупотреблять… Ведь мужская гордость столь уязвима!

– Знаешь, что умные люди говорят в подобных случаях? – попыталась Люси перевести все в шутку. – Спонтанные порывы никогда не длятся долго. Вот погоди, я еще начну твердить, что у меня голова болит…

– Придется запастись аспирином, – ухмыльнулся Арт. Какое-то время он молча любовался ею, но вот заговорил снова: – Насколько я понимаю, если ты пьешь таблетки, то каждый месяц должна делать перерыв на неделю. Когда же это будет?

Люси залилась краской:

– Мне… мне надо свериться с календарем…

Серые глаза сузились и потемнели.

– Ты что-то скрываешь?

– Ровным счетом ничего. Я ведь сказала… – Она умолкла, смутившись. – Думаешь, я боюсь беременности? Шанс ничтожен, а если и так, это меня не пугает.

– Тогда какого черта… – На сей раз умолк Арт, сдвинув брови. – Ах, нот оно что! Это разрушило бы твои планы на прошедшие выходные?

– Ты все вывернул наизнанку! Да, я хотела снова заняться с тобой любовью, но вовсе не планировала того, что произошло в субботу вечером. Это просто… просто случилось. Знаешь, такого я не смогла бы выдумать, сколько бы ни старалась…

– Видимо, помощь хитроумной Сандры Эверет пришлась весьма кстати.

– Не вини Сандру ни в чем! – взмолилась Люси.

– И не собираюсь. Один я во всем виноват. – Арт помолчал с минуту, бесстрастно глядя на Люси. – Знаешь, лучше тебе прекратить прием таблеток прямо сегодня. Ровно через неделю мы поженимся. Я уже отдал необходимые распоряжения. Ты, наверное, ждала пышного торжества? Извини, но все будет весьма скромно, лишь для узкого круга.

Люси опустилась на колени подле его стула и прижалась горячей щекой к его руке.

– Мне наплевать на торжество! Просто я хочу, чтобы мы были вместе.

Арт не успел ничего ответить, потому что зазвонил телефон. Вглядываясь в его лицо, Люси гадала, кто бы это мог быть.

– Не пора ли тебе ехать за Винни? – спросил он, на секунду прикрывая трубку рукой.

Взглянув на часы, Люси поняла, что едва не опоздала. Она неохотно поднялась на ноги.

– Увидимся, – бросила она через плечо и удивилась, как нелепо это прозвучало.

– Я буду дома, – ответил Арт. И произнес в трубку: – Арт Флетчер. Да, я слушаю. Завтрашний день меня вполне устроит. В одиннадцать? Прекрасно.

Всего лишь деловая встреча, сказала себе Люси, всей душой пытаясь в это поверить.

Когда она подъехала к школе, почти все ученики уже разошлись. У ворот сестры не было, и никто не смог сказать, где сейчас Винни. Люси не на шутку встревожилась, но тут как раз в дверях школы появилась Алвина – разумеется, в компании Пита Брукса.

– Я жду тебя уже четверть часа! – воскликнула Люси. – Чем ты занимаешься, скажи на милость?

– Ничем особенным в сравнении с тобой, дорогая, – последовал невозмутимый ответ. Услышав его, Пит расплылся в улыбке. – Кстати, тебе не нужно больше за мной заезжать. Меня будут подвозить до дома.

– Я, конечно, благодарна Питу, – силясь оставаться спокойной, сказала Люси, – но в этом нет надобности. Пойдем-ка, Винни.

– Лучше тебе не перечить старшей сестрице, – насмешливо произнес Пит, видя замешательство девочки. – Мы ведь не хотим, чтобы дядюшка Арт вновь вышел на тропу войны, правда?

С каменным лицом Алвина села в машину.

– Ты такая же отвратная, как и он, – прошипела она сквозь зубы. – Почему бы вам обоим не оставить меня в покое?

– Прекрасно знаешь почему! – Люси не могла больше сдерживаться. – Ты безответственна, тебе нельзя доверять!

– А уж тебе-то, разумеется, можно! Уверена, то, о чем все говорят, – сущая правда!

Разумнее всего было бы промолчать, но Люси не удержалась и спросила, сознавая, что делает глупость:

– И о чем же все говорят?

– Что он просто вынужден на тебе жениться, потому что ты в положении!

Стопроцентной гарантии не бывает никогда – так говорил Apт… Но шанс был слишком ничтожен, и Люси невозмутимо ответила:

– Это неправда.

Винни явно ей не верила.

– А почему тогда он предпочел тебя этой красотке Хелоис? Пит говорит, что они встречались регулярно.

– Пусть так, но это не означает, что Арт намеревался предложить ей руку и сердце.

– Это означает, дорогуша, что он занимался этим с ней, прежде чем с тобой!

Бесцеремонность сестры взбесила Люси. Это явно были слова Пита.

– Я не желаю, чтобы ты ляпнула такое в присутствии Арта! Тебе давным-давно пора как следует прополоскать рот! Где ты набралась этой мерзости?

– Кстати, о полоскании рта… – Алвина искоса взглянула на сестру. – Ты и это испробовала?

– Ты о чем? – Люси даже не сразу поняла, куда клонит Алвина, а сообразив, едва не задохнулась: – Боже, Винни!

– Ну и как? Тебе понравилось?

– Прекрати, пожалуйста! – взмолилась Люси. – Умоляю, пойми, я люблю его!

Но с таким же успехом можно было взывать к бездушному камню.

– Если вы поженитесь, я не стану с тобой разговаривать. Я серьезно, Люси!

На этот раз Люси промолчала. До их с Артом бракосочетания оставалась еще неделя. А это означало, что за семь дней ей надо будет каким-то образом убедить сестру, что они поступают правильно. Выдумывая подходящие способы этого добиться, она совсем позабыла о вечеринке у Эверетов. А вспомнив, испытала жгучее желание отказаться от приглашения, сославшись на нездоровье, но тотчас сообразила, что таким образом лишь укрепит подозрения Винни.

Оставив мрачную девочку перед телевизором в гостиной, они с Артом ушли, поручив Алвину заботам бдительной Джемаймы.

Уже в машине Арт признался:

– Выходки девчонки уже довели меня до белого каления. Наверное, мысль о частной школе не так уж плоха…

– Все уладится, – принялась уверять его Люси. – Думаю, она просто ревнует, вот и все. У нее сейчас сложный возраст…

– Который ты сама, разумеется, уже миновала, – мрачно усмехнулся Арт.

Взглянув на его чеканный профиль, Люси уверенно ответила:

– Разумеется. Именно поэтому я так полюбила тебя – для этого я созрела вполне.

– Да, о любви ты говоришь вполне вдохновенно.

В отличие от тебя, с болью в сердце подумала Люси.

– Это не просто слова, поверь мне, – сказала она, и ладонь ее легла на бедро Арта – Люси тотчас почувствовала, как напряглись его мышцы. – Такой долгой недели, как предстоящая, у меня еще не было никогда в жизни…

– Прекрати! – В голосе Арта не было и намека на нежные чувства. – Так мы, чего доброго, окажемся в кювете!

Люси тотчас убрала руку – аргумент был весьма веский.

– Прости, я не подумала…

Арт с мрачным видом кивнул. Люси пообещала себе впредь вести себя осмотрительнее. Но как же трудно было побороть желание коснуться его! Пальцы так и тянулись к чисто выбритому подбородку… Да, он мужчина во всем. Неужели после того, что она испытала, можно заинтересоваться каким-нибудь зеленым юнцом?

Старинная, недавно отреставрированная вилла встретила их праздничным шумом и суетой. Люси втайне порадовалась, что надела скромное серое платье-мини, которое уговорила ее купить продавщица. Оно вполне соответствовало нарядам Сандры и ее невестки, таким обманчиво простым, но явно очень дорогим. В этом платье, с высокой прической и на каблуках, Люси чувствовала себя вполне уверенно.

Брат Сандры Марк оказался ровесником Арта, а Джуди на несколько лет моложе супруга. Их сын был сейчас в Бостоне у родителей Джуди.

Лет через десять и у нас с Артом тоже будет ребенок или даже несколько детей, мечтательно думала Люси, уносясь в мир сладких грез. Ему исполнится сорок пять, а ей будет под тридцать. Да, Сандра права – разница в возрасте решительно ничего не значит…

Вечер удался на славу. И Люси сказала об этом Марку, который развлекал ее историями из своей жизни, полной увлекательных путешествий. Он был профессиональным фотографом, который сотрудничал со многими журнала, в том числе и с «Нэшнл джиогрэфик».

– А я рад, что познакомился с тобой, – ответил Марк, любуясь Люси. – Арт – настоящий везунчик.

«Везунчик» в это время увлеченно беседовал о чем-то с Лайлом в дальнем конце гостиной. Глядя на них, можно было принять этих двоих за отца и сына…

– Нет, это мне необыкновенно повезло, – улыбнулась Люси.

– А знаешь, Сандра когда-то сказала в точности то же самое, – рассмеялся Марк. – Ну, когда они с Лайлом…

– А как ты отреагировал, когда узнал, что они намерены пожениться? – с замиранием сердца спросила Люси. – Правда, тебе тогда было совсем мало лет…

– Мне исполнилось десять. Знаешь, поначалу мне это не слишком понравилось.

– Но ты вскоре привык к этой мысли?

– У меня и без того было о чем поразмыслить в то время. Мама вышла второй раз замуж, и мы переехали к моему отчиму. Для десятилетнего мальчишки усадьба с собственным пляжем и настоящей лодкой была сущим раем. – Он помолчал, пытливо вглядываясь в лицо собеседницы. – Тебя волнует реакция сестры, правда?

– Иногда, – потупилась Люси.

– Она со временем успокоится. А когда с твоей помощью станет тетушкой, все окончательно наладится. Кстати, вы с Артом намереваетесь иметь детей?

– Разумеется! По крайней мере двоих.

– Тогда не следует с этим тянуть. Когда Арту стукнет сорок, ему будет куда сложнее выносить неизбежные беспокойства, связанные с появлением малышей.

Возможно, вопрос этот уже решен на небесах, подумала Люси. Как ни ничтожны были шансы, но… Впрочем, даже после приема таблеток должно пройти несколько дней, прежде чем она узнает правду.

Тут к ним подошла Сандра.

– Иди-ка, братец, к женушке, а мы тут пошепчемся о своем, о девичьем, – улыбнулась она брату. Когда Марк удалился, Сандра рассмеялась: – Все отлично сработало! Не представляешь, как я рада. А когда ты поставила на место выскочку Хелоис, я была просто счастлива!

Люси смутилась:

– Мне не следовало тогда так себя вести…

– Еще как следовало! Она сама напросилась. Ты ведь не школьница какая-нибудь!

– А свадьба у нас будет тихая и скромная, – еле слышно сказала Люси. – Не знаю даже, кто будет у нас, кроме тебя и Лайла… Гостей придется обзвонить. Ведь чтобы напечатать приглашения, времени не осталось…

– Ну, Бруксов не будет определенно… Если у тебя, кроме сестры, не осталось родни, то все остальное – дело Арта.

Люси и сама это понимала. Впрочем, кроме самого бракосочетания, ее ничто по-настоящему не волновало.

Уже на обратном пути в машине она сказала Арту:

– Как жаль, что Марк и Джуди пробудут лишь до выходных. Так хотелось бы, чтобы на свадьбе присутствовал кто-нибудь из наших ровесников!

– Ты хотела сказать, из моих ровесников? – насмешливо взглянул на нее Арт. – Молодежи явно не будет – кроме, разумеется, Алвины. Что ж, ты уже начинаешь расплачиваться за то, что выходишь за старика…

– А знаешь, – беспечно ответила Люси, – ровесники мне неинтересны. Их волнуют только вечеринки.

– Но ведь у тебя не было возможности испробовать такие развлечения. Кто знает, может, тебе бы они и не показались такими уж скучными…

– Неправда, возможность у меня была. Не в тюрьме же я сидела!

– В некотором смысле так дело и обстояло.

В словах Apтa была доля правды. Порой ей хотелось принарядиться и сходить куда-нибудь повеселиться… Только не в паб и не на дискотеку – эти места ее никогда не привлекали.

– Придется тебе поверить мне на слово, – решительно заявила Люси. – Я ни в чем не чувствую себя обделенной. Я просто счастлива, и все. Как и ты сам…

Губы Арта скривились в ироничной усмешке:

– Думаешь, ты так хорошо меня знаешь?

– С меня достаточно, – ответила она. – Да и тебе не следует знать обо мне всего. Тогда не будет сюрпризов…

– Умные книжки читаете, леди? – снова усмехнулся Арт.

– Глубокие мысли порой посещают меня сами собой, – язвительно ответила Люси. – Вы, сэр, женитесь не на крашеной блондиночке с куриными мозгами!

– Это я уже понял, – сухо ответил он.

Помолчав, Люси робко тронула его за рукав:

– Тогда, в первый вечер в Англии, ты сказал, что еще не встретил женщину, с которой смог бы жить под одной крышей. Тебе и теперь трудно свыкнуться с такой перспективой?

– Свыкаюсь помаленьку. Со временем, возможно, я и во вкус войду.

Люси рассмеялась, хотя втайне надеялась услышать совсем другое. Впрочем, если бы не ее отчаянный шаг, Арт, возможно, умер бы холостяком.

До дома они добрались за полночь. Когда Арт собрался поцеловать ее и пожелать спокойной ночи, Люси набралась смелости и заявила:

– Ты уже отверг меня сегодня. Если это повторится, я… я…

– Ты чересчур настойчива. Это не к добру. Я готов отвергнуть тебя еще раз – и отчасти затем, чтобы ты поняла, кто здесь носит брюки. – Глядя на выражение ее лица, Арт усмехнулся: – К несчастью, плоть слабее духа…

Когда сильные руки подхватили ее, она едва не рассмеялась от счастья. Да, этот мужчина лучше всех, и это ее мужчина. Один день с ним стоит целой жизни с другим…

Уложив ее на постель, Арт снял пиджак. Затем пришла очередь рубашки… Лунный свет посеребрил его плечи – и у Люси перехватило дыхание.

– Я сам раздену тебя, – произнес он, когда она потянулась к молнии на платье.

– Из нас двоих брюки здесь носишь ты, – с обманчивой кротостью произнесла Люси. – Однако пора тебе снять и их…

– Дерзкая девчонка, – нежно прошептал он, склонившись и ища ее рот. – Похоже, со временем ты доставишь мне массу хлопот…

На этот раз губы его не были нежны – он требовал, а не просил ласки. Люси запустила пальцы в его волосы, наслаждаясь ароматом его кожи, теплом его дыхания. Сбросив босоножки, она принялась нежно поглаживать ногой лодыжку Арта, одновременно прижимаясь к нему все теснее, подчиняясь инстинкту, который был сильнее разума. Платье, которое Арт так и не позаботился расстегнуть, треснуло по шву, когда он стягивал его с Люси. Как и прежде, под ним ничего не было, кроме шелковых трусиков.

Медленно снимая их, Арт покрывал поцелуями ее тело. И только мысль о Винни, спящей в соседней комнате, помогла Люси сдержать рвущиеся из груди крики блаженства. Это было невыносимо, если он не остановится сейчас, то…

Когда Арт на миг прервал ласки, Люси коснулась рукой возбужденной мужской плоти и тотчас услышала, как участилось его дыхание. От наслаждения, которое она дарила любимому, сама она пылала все сильнее. Ах, сколь многого она еще не знает, но выучится! Обязательно выучится, и тогда он никогда не захочет другой женщины! Никогда, никогда, никогда…

Очнувшись некоторое время спустя в объятиях Арта, Люси увидела его улыбающееся лицо.

– Ты делаешь успехи!

– Хочешь сказать, что до сих пор тебе было плохо со мной? – встревожилась Люси.

– Я лишь хочу сказать, что для меня ты постоянный источник открытий.

– Просто ты прекрасный учитель…

– Тебе вовсе не нужен наставник. У тебя здоровые инстинкты. – Не выпуская Люси из объятий, он нежно поцеловал ее в кончик носа. – Мне есть за что благодарить Тревора…

– И мне, – шепнула она. – Я вовсе не желала ему смерти. Но если бы этого не случилось, я, может быть, никогда не узнала бы тебя. Нет, не смей говорить, что я встретила бы другого! Мне ни с кем не было бы так хорошо, как с тобой…

– Этого тебе не дано знать. Впрочем, возможно, ты еще бросишь меня и найдешь себе…

Люси зажала ему рот ладонью.

– Как же, жди! По крайней мере на ближайшие пятьдесят лет обещаю тебе верность!

– Ну, через пятьдесят лет мне стукнет восемьдесят четыре… если доживу.

– Не только доживешь, но и останешься таким же. – Люси нежно поцеловала его в щеку. – Пусти, мне надо в ванную.

Арт с великой неохотой разомкнул объятия.

– Возвращайся поскорее. До утра еще далеко…

Люси была потрясена: он опять хотел ее и даже не скрывал этого! Никакие умные книжки ей не понадобились… И она твердо решила впредь доверять лишь собственным инстинктам.

11

Когда она возвратилась, Арт сидел в постели и при свете ночника листал какую-то книжку. Люси тотчас сообразила, что он держал в руках.

– Откуда взялась эта мерзость? – зарычал он.

– Я… я ее купила. – Не вполне понимая причину его гнева, Люси все же изрядно перепугалась. – Я хотела узнать, как тебя… удовлетворить.

– Полагаешь, этого можно достичь при помощи таких вот сексуальных упражнений?

– Нет, этого мало. – До нее вдруг дошло, что она стоит перед Артом в чем мать родила, а тот смотрит на нее вовсе не как на возлюбленную, а скорее как на проштрафившегося ребенка. – Я подумала, что нелишне будет мне узнать кое-что о мужчинах…

– Мои поздравления. Ты раскрыла книжку в нужном месте и вполне сносно подготовилась к нынешней ночи!

Удар оказался болезненным – ведь обвинение было несправедливым!

– Ничего такого я не читала! Я уже поняла, что есть вещи, которым невозможно научиться по книжкам. – Она сделала шаг к кровати. – Арт, я люблю тебя! Я просто хотела сделать тебя счастливым…

Губы Арта кривились в саркастической усмешке, глаза были холодны как лед.

– То, что дал тебе я, ты могла с успехом получить от любого другого мужчины.

– Нет! – отчаянно вскричала Люси. Ей наплевать было теперь и на собственную наготу, и на сестру, спящую за стеной. Метнувшись к постели, она выхватила у Арта книгу и с яростью швырнула в дальний угол комнаты. – Ты – единственный мужчина, желанный для меня! И никого другого у меня не будет!

Серые глаза сузились:

– Я единственный мужчина, которого ты знаешь. Может, прекратим дискуссию до тех пор, пока у тебя не возникнет повода для сравнения?

– На что ты намекаешь? – ахнула Люси. – Собираешься нанять для меня сексуального наставника?

– Твоя сестра спит в соседней комнате. Хочешь разбудить ее?

Люси закусила губу. Наверняка уже слишком поздно… Тонкое шелковое покрывало лежало в изножье кровати, и Люси завернулась в него. А перед глазами возник вдруг образ красотки Хелоис. У Арта в отличие от нее был материал для сравнения…

– И все из-за этой гадкой книжки, – дрожащим от волнения голосом произнесла она. – А я ведь успела всего-навсего пролистать ее…

– Дело не только в книжке. – Арт устало вздохнул. – Понимаешь, все, что происходит между нами… В общем, мне явно надо сходить к психиатру – лишь безумец мог совершить такое…

Люси стояла неподвижно, словно статуя, глядя, как он откидывает простыню, как встает… Ей так хотелось кинуться к нему на шею, умолять, целовать его! Однако гордость победила.

– Что ж, хорошо, что ты вовремя опомнился, – неузнаваемым голосом произнесла Люси.

– Что значит вовремя? – бесстрастно спросил Арт.

– Еще не поздно отменить свадебную церемонию.

– Об этом и речи быть не может. Я ведь уже говорил, что привык завершать начатое. Этот случай не исключение.

Люси смотрела на него, и в душе ее закипала ярость.

– Стало быть, это сделаю я!

– Нет, не сделаешь.

Теряя рассудок от гнева и боли, она схватила фарфоровую вазу, стоявшую у изголовья кровати, и запустила ею в Арта, целя в голову. Промахнулась Люси на каких-нибудь пару дюймов и тотчас в ужасе прижала ладони к лицу, поняв, что могло бы случиться, окажись она чуть метче.

– Арт, прости меня! Я могла тебя убить…

– Ну, во всяком случае, ты явно не снайпер. – Если он и сердился, то хорошо это скрывал. Глядя на ее разрумянившееся от ярости лицо, Арт вдруг спросил: – Ты и вправду хочешь отменить бракосочетание?

– Ты прекрасно знаешь, что нет. Ты сам затеял этот разговор… Ведь я действительно люблю тебя, Арт.

– И весьма изобретательна в доказательствах своей любви, – криво усмехнулся он, глядя на осколки, усеивавшие пол.

– Боже, никогда в жизни я не делала ничего подобного, поверь! И никогда такого не повторю!

– Никогда не говори «никогда» девочка. Хотя недурно было бы тебе впредь сдерживать свои порывы. А пока подбери осколки. Разумеется, Джемайма заметит пропажу вазы, так что придется соврать, что ты ее уронила. Вещица была довольно ценная… – Арт помолчал немного и добавил: – Впрочем, если бы ты и знала, вряд ли это тебя остановило бы…

– Похоже, ты прав, – понурилась Люси. И, видя, что он потянулся за рубашкой, спросила: – Ты все-таки уходишь?

– Принимая во внимание то, что Винни наверняка проснулась и прислушивается к каждому шороху в твоей спальне, это лучшее, что можно придумать на данный момент. К тому же и тебе, и мне необходимо хоть немного поспать.

«Мы могли бы спать вдвоем», – хотела сказать Люси, но поняла, что это ни к чему не приведет. Когда Арт поцеловал ее на прощание, она едва не кинулась ему на грудь.

– Приятных снов, – тихо сказал он и вышел.

Люси вновь легла и зарылась лицом в подушку, все еще хранящую запах его волос. Но сон не шел к ней…

Через пару дней, убедившись, что не беременна, Люси испытала весьма противоречивые чувства. С одной стороны, сожаление, потому что носить под сердцем дитя Арта было бы величайшим счастьем. А с другой – облегчение: ведь Арт мог охладеть к ней, когда фигура ее начала бы терять привычные очертания. Он в свою очередь не выказал сожаления, когда Люси сообщила ему новость.

Алвина ни словом не обмолвилась о том, что ночью была разбужена шумом. Но Люси ни секунды не сомневалась, что сестра не только слышала его, но и истолковала по-своему… А посему повела себя соответственно. Чем в результате окончательно вывела Арта из себя. Он даже пригрозил, что если Винни не прекратит вести себя как балованный ребенок, то он ее попросту выпорет.

– Не посмеешь! – взвилась девочка. – Если тронешь меня хоть пальцем, пойдешь под суд!

Серые глаза недобро сверкнули:

– В Англии, возможно, так бы оно и было. Но не рассчитывай на подобное на острове. Мне наплевать, что ты думаешь обо мне, но изволь оставить в покое Люси!

С таким же успехом можно было обращаться к стене. Люси поняла это тотчас, как увидела поджатые губки сестры…

Впрочем, она, Люси, одна виновна во всем. Ведь она не принимала в расчет ничьих интересов, добиваясь любимого мужчины. Да и Арта загнала в ловушку, – вынудив пойти на то, к чему тот явно пока не был готов. Она еще могла все остановить, но это потребовало бы от нее сил, которыми Люси не располагала. Да и Винни рано или поздно поймет, что никакими выходками не изменить положения дел. И чем раньше это произойдет, тем лучше.

Прелестная старинная церковь, где им предстояло венчаться, располагалась на вершине холма, откуда открывался дивный вид на море. Арт отвез ее туда, чтобы познакомить со священником, а потом показал ей банкетный зал в отеле, где должно было состояться скромное торжество на дюжину персон, многих из которых Люси пока и в глаза не видела. Лучший друг Арта, которого тот попросил быть свидетелем на свадьбе, должен был прилететь из Штатов к самому венчанию.

С помощью Сандры Люси пополнила свой гардероб, купив все необходимое для медового месяца, который молодые собирались провести где-то в Европе. Впрочем, она понятия не имела где именно. Для церемонии бракосочетания Люси выбрала простое белое платье из атласа. От фаты или шляпы она отказалась наотрез, решив, что просто украсит волосы цветами, подходящими к букету.

– Ты будешь похожа на ангела, – твердила ей Сандра в кафе, куда заманила подругу пообедать. – Распустишь волосы. Нет ничего красивее, чем шелковистые кудри, рассыпанные по плечам!

– Думаю, Арт предпочел бы, чтобы я выглядела солиднее, – улыбнулась Люси. И вдруг помрачнела: – Я чувствую себя виноватой перед ним – ведь я просто-напросто одурачила его.

– Ох, сомневаюсь, душечка, что тебе удалось бы заставить его пойти к алтарю, если бы он сам того не желал! – возразила Сандра. – К тому же это все равно бы случилось, хотя, возможно, куда позднее. Ведь всем очевидно, что он с ума по тебе сходит.

– Всем ли? – невесело усмехнулась Люси. – Уж во всяком случае, не мне. Он ни разу не сказал, что любит меня…

– Мужчинам свойственна подобная сдержанность. Да и согласись, постоянно твердить о любви несколько не по-мужски. Ты еще удивишься, каким романтичным станет твой муж после венчания.

– Пока мне только и остается, что верить тебе на слово, – печально улыбнулась Люси.

Некоторое время они молчали, наслаждаясь прекрасным вином. Затем Сандра спросила:

– У тебя неприятности с сестрой? Марк кое-что мне рассказал. Девочка все еще не смирилась?

Делать хорошую мину при плохой игре было бессмысленно, зная проницательность Сандры.

– К сожалению, это так, – призналась Люси. – Винни считает то, что мы затеяли, просто омерзительно.

– А Арт с ней как-то ладит?

– Если бы! Мне кажется, вскоре грянет гром.

– Возможно, девочке это только пойдет на пользу.

– Да она возненавидит его навеки! – всплеснула руками Люси.

– Значит, придется дождаться, пока малышка не поумнеет и не поймет, что она не пуп земли.

Легко сказать! Арт уже понял, что ничто не может принудить Алвину быть на свадьбе. Люси же еще надеялась, что сестра передумает и не станет омрачать день ее венчания…

Подъехав к школе, Люси обнаружила, что Винни пренебрегла запретом и опять отправилась куда-то с Питом Бруксом. Если Арт узнает об этом, произойдет нечто ужасное, встревожилась Люси. Она решила возвратиться домой в надежде встретить сестру с кавалером по пути и вздохнула с облегчением, увидев знакомую ярко-алую спортивную машину, припаркованную всего в четверти мили от ворот.

Ни Пит, ни Алвина ничуть не смутились, хотя Люси застукала их на месте преступления: губы юноши были перемазаны помадой подружки, пользоваться которой по школьным правилам не полагалось.

– Вы представляете, что будет, если об этом станет известно Арту? – ахнула Люси. – Пойдем, Винни! А ты, Пит, поостерегись впредь!

Юноша лишь улыбнулся во все тридцать два ослепительных зуба.

– Ой, сейчас от страха описаюсь! Ладно, до завтра, лапуля, – помахал он Алвине.

Девочка в ответ послала ему воздушный поцелуй и как ни в чем не бывало уселась в машину Люси.

– Я же говорила, что не стоит больше за мной заезжать, – сказала она сестре.

– А помнишь ли ты, что я тебе говорила? Пит Брукс тебе не пара, он старше, и…

– И это говоришь мне ты? – хохотнула Алвина.

– Я – другое дело!

– Да ну? Арт ведь в отцы тебе годится!

Именно так говорила Люси самой себе, борясь с зарождающимся чувством…

– Пойми, я уже в том возрасте, когда могу отвечать за свои действия, – в отличие от тебя! Иметь друга в пятнадцать лет вполне нормально, но… но не такого, как этот Пит! Он ведь…

– Ты его не знаешь! Ты вообще ничего не знаешь! – Девочка была вне себя от ярости. – Почему бы тебе не спросить у Пита, чем занимается твой драгоценный Арт, когда уходит из дому по вечерам?

Люси резко затормозила.

– О чем это ты? – спросила она.

– Он встречается с Хелоис! Пит своими глазами видел их вчера на одном из пустынных пляжей. Там редко кто бывает – особенно в будни.

Люси понимала, что боль придет позднее. Сейчас она просто окаменела. Вчера вечером Арта действительно не было дома. По возвращении он ни слова не сказал о том, где и с кем проводил время…

– Люси… – раздался шепот Алвины. – Люси, скажи что-нибудь.

– А что бы ты хотела услышать? – безжизненно выговорила сестра.

– Не знаю… Скажи, что я лгунья. Ну хоть что-нибудь, пожалуйста!

– Ты солгала? – В синих глазах Люси затеплилась искра надежды. – Ты сказала неправду?

Помолчав, Винни покачала головой:

– Нет… Но, возможно, между ними ничего такого и не было, а?

А воображение Люси уже работало вовсю. Перед глазами возникла яркая картина: двое лежат в тени роскошной пальмы; солнце, проникающее сквозь густую листву, золотит их бронзовую кожу. Хелоис и без всяких дурацких книжек знает, что надобно мужчине…

– Ну нам пора, – решительно сказала Люси, вырываясь из цепких объятий фантазии. – Джемайма, должно быть, уже беспокоится.

Лишь на самом пороге дома Винни робко спросила:

– Что ты собираешься делать?

– Не знаю. Наверное, спрошу его напрямик. Дам шанс объяснить, что все это значит. – Уловив реакцию сестры, вздохнула: – Хотя ты права: какой в этом смысл!

– Но ведь теперь ты не выйдешь за него? Ты ведь не можешь любить его после… после всего этого?

Люси прекрасно понимала, что без взаимного доверия их брак обречен. Впрочем, возможно, и в том, что случилось, она виновата сама. Даже перечитав все умные книги на свете, она не сможет дать ему и сотой доли того наслаждения, что дарит ему Хелоис.

– Нет, теперь я за него не выйду, – по-прежнему безжизненно произнесла Люси. – Просто скажу, что передумала. Но… всему свое время. Ты же ни слова не говори никому, ладно?

– Разумеется, не скажу. – Голос Винни звучал глухо – наверное, девочка лишь начинала понимать, что происходит. – А как же все приготовления к свадьбе?

– Их можно отменить. – Люси подумала о пакетах с покупками, лежащих в багажнике, и сердце пронзила жгучая боль. – Сегодня только четверг.

Тут появилась Джемайма и запричитала:

– Чай стынет! Где вы бегаете, цыплятки?

– Уже идем, – ответила Люси. – Прости, Джемайма.

Заметив мертвенную бледность Люси, экономка не на шутку встревожилась:

– Тебе нехорошо, детка?

– Похоже, чем-то отравилась… Пойду прилягу.

– Иди-иди, деточка! Я скажу хозяину, и он поднимется к тебе.

– Не нужно. Наверное, мне лучше поспать, – ответила Люси, чувствуя, что не готова к встрече с Артом.

– Я с тобой! – воскликнула Алвина.

– Нет, родная. Мне надо сейчас побыть одной…

По лицу девочки было ясно, что она и сама боится встречи с дядей как огня.

В спальне, где они столько раз оставались с Артом вдвоем, Люси сделалось еще хуже. Тогда она вышла на балкон и, усевшись в плетеное кресло, уставилась на бассейн, где и началась вся эта история. До нее доносились голоса – Джемайма подавала чай на веранде. Алвина что-то говорила, Арт ей ответил, но слов было не разобрать. Но вот девочка почти закричала:

– Это из-за тебя ей плохо! Она не хочет быть твоей женой! Не хочет! Она сама мне сказала!

Люси оцепенела, ожидая ответа Арта. Но тот молчал. Наверное, сейчас придет ко мне, подумала она, и замерла в ужасе. Нет, она еще не готова! Из-за неуемной болтливости сестрицы она так и не успела придумать, что сказать.

Дверь, конечно, запирается изнутри. Но Люси вдруг овладело ледяное безразличие. К чему все это? Лучше покончить со всем прямо сейчас.

Когда Арт вошел, даже не постучав, она продолжала сидеть в кресле, уронив руки на колени.

– Ну как, тебе лучше? – спросил он.

Люси отрицательно покачала головой, с трудом подавляя отчаянное желание заплакать.

– Нет, как видишь.

Арт не двигался – просто смотрел на нее. И от этого Люси стало еще хуже.

– Кажется, ты хочешь что-то мне сказать, – наконец произнес он.

– Да. – Она судорожно сглотнула. – Я передумала… насчет нашей свадьбы.

– Вот так просто?

– Нет, совсем не так просто. – Люси лихорадочно придумывала уважительную причину… и, кажется, нашла ее. – Ведь я не беременна. Наверное, это главное.

– Но ты с самого начала была в этом уверена, – безжалостно разрушил ее логическое построение Арт. – Неужели это так повлияло на тебя?

– Не знаю почему, но… повлияло. Знаешь, я поняла вдруг, что последние несколько недель жила в вымышленном мире, мире сладких грез. Наверное, ты прав: меня просто тянуло к тебе и я вообразила, что люблю…

– Стало быть, теперь ты поняла, что не любишь меня?

– Да, поняла. – Это было все, что она смогла выдавить из себя. Ведь даже неверность избранника оказалась не в силах убить ее любовь. – Прости… Я знаю, что тебе пришлось пережить из-за моей глупости… не говоря уже о бешеных расходах. Я… – И умолкла, увидев, как похолодели серые глаза и черные брови грозно сошлись над переносицей.

– Что ж, лучше опомниться теперь, чем после венчания. Я обо всем позабочусь. А тебе предстоит хорошенько обдумать, что делать дальше.

Что делать дальше? Во всяком случае, здесь она не останется. Да и Арт вздохнет с облегчением, когда она уберется восвояси.

– Я хочу домой, – тихо произнесла Люси. – Домой, в Англию. – Только не за твой счет. У меня остались деньги, вырученные за дом. Их хватит и на билет, и на пару дней в каком-нибудь отеле. А там я что-нибудь придумаю. В конце концов, есть социальные службы…

– Ты и вправду полагаешь, что я на это пойду? – раздраженно спросил Арт.

– Но у тебя нет выбора. Ты ведь никогда не нес за меня ответственность. Я взрослая, и я…

– Но я отвечаю за Винни. И ты оставишь ее?

– Но ты же мне ее не отдашь, верно? – беспомощно пробормотала Люси.

– Разумеется, нет. Просто ей придется как-то обходиться без тебя. Ну, на сегодня довольно. Джемайма принесет тебе обед чуть позже. Она обрадуется, узнав, что тебе лучше…

Наверняка Джемайма обрадуется еще сильнее, узнав, что свадьбы не будет, мрачно подумала Люси, когда дверь за Артом закрылась. Даже если бы она сейчас бросила ему в лицо обвинение в измене, результат был бы тот же. Впрочем, разве это измена? Ведь это она отняла его у Хелоис. Когда Арт немного опомнится и жизнь его войдет в привычную колею, эта роскошная женщина не даст ему скучать. А если не она, так другая. Какая разница? Остров кишмя кишит красотками. В одном Люси была уверена: на юных девушек он в жизни больше не взглянет. Себе дороже…

Пришедшая пару часов спустя с подносом Джемайма суетилась вокруг нее словно наседка.

– Ну, поешь хоть немного, деточка! – умоляла она, видя, что Люси едва притронулась к сандвичу с ветчиной. – Тебе ведь еще надо немного подрасти…

Уже не надо, вздохнула Люси, оставшись одна. Детство кончилось.

Кончилось ли? Полно, да разве взрослая женщина отреагировала бы так на то, что явно являлось плодом фантазии глупого юнца? Ведь Винни сама не видела Арта и Хелоис на пляже, а Пит нагло лгал…

Не цепляйся за соломинку, дурочка, сказала Люси самой себе. Питу нет никакого резона врать. И потом, все равно уже слишком поздно…

Вечер тянулся томительно долго. Каждая минута казалась часом, каждый час – вечностью. Люси панически боялась наступления темноты, а утра – еще больше. Арт сказал, что обо всем позаботится, но и на ее долю кое-что останется. Все покупки придется вернуть в магазин, что будет очень непросто… Ей предстоит также заказать билет на ближайший рейс до Хитроу. Невыносимо будет лететь в Англию и думать о том, что в это время они с Артом могли бы стоять перед алтарем…

Когда скрипнула дверь, Люси вздрогнула и сжалась. Но это оказалась взволнованная Винни.

– Арт сказал, что ты возвращаешься домой! – выпалила она с порога. – Ты не можешь, Люси! Я не останусь тут без тебя!

– Боюсь, придется, – печально улыбнулась сестра. – Если бы даже Арт разрешил, я все равно не взяла бы тебя с собой. У меня и без этого будет масса проблем.

– Но ты вовсе не должна уезжать. Арт говорит, ты сама так решила, а он тут ни при чем. Ведь теперь, когда ты не собираешься за него замуж, все будет просто прекрасно!

– Нет, не будет… Все бесполезно, Винни. Я не могу остаться. Ты должна понять.

– Но ты могла бы жить не здесь, а где-нибудь еще. Уверена, миссис Эверет помогла бы тебе с жильем.

– Даже если и так, мне этого не нужно. Чтобы совладать с моими чувствами, мне необходимо во что бы то ни стало оказаться там, где я никогда больше не увижу Арта.

Алвина с минуту молчала. Смена выражений ее лица поставила Люси в тупик.

– Ты все еще его любишь? – спросила наконец сестра.

– Да, – прошептала Люси. – Наверное, это глупо после того, что он совершил. Но я… я ничего не в силах с собой поделать.

– Это Пит… – еле слышно прошептала девочка. – Это все его выдумки.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Люси, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу.

– Это он придумал сказать тебе, что Арт с Хелоис… ну, это самое. – Алвина явно хотела употребить одно из выражений дружка, но сдержалась. – Он ведь знал, что я не хотела вашего брака.

– Понимаю. – В душе Люси уже закипала бешеная злоба. – Ну что ж, ты преуспела.

– Прости меня, Люси… – Алвина готова была разрыдаться. – Я так завидовала тебе! Ведь Арт – мой родной дядя, но черта с два он взял бы меня с собой, если бы не ты. Ведь я ему противна, противна!

– Это чушь! – Совладав с собой, Люси обвила руками худенькие плечи сестры. – Он любит тебя, глупышка! Просто ты всеми возможными способами мешаешь ему это показать.

– Я все разрушила! – Теперь Алвина уже плакала по-настоящему. – Прости меня, прости меня, Люси!

– Ну-ну, – шептала Люси, – успокойся. Я все понимаю…

– Что ты понимаешь? – Девочка подняла заплаканное личико. – А не можешь ты сказать ему, что ошиблась и снова хочешь быть с ним?

– Не думаю… – Люси старалась говорить спокойно. – Погоди, я принесу из ванной бумажные платочки.

Это был всего-навсего предлог. Войдя в ванную, она постояла немного, силясь справиться с собой – вернее, с горячим желанием отхлестать по щекам строптивую и глупую девчонку, по милости которой она потеряла самое дорогое в жизни.

Да виновата ли сестра? Ведь стоило ей поговорить с Артом, а не принимать на веру слова Винни, ничего бы этого не произошло.

Вернувшись в спальню, она минут десять уверяла сестру, что не сердится.

– Пойми, милая, любовь и доверие должны всегда идти рука об руку, – объясняла Люси. – Значит, я просто ему не доверяла, а стало быть, все было обречено. Ладно, иди-ка ты спать. Завтра тебе в школу…

– Больше я и на пушечный выстрел не подойду к Питу Бруксу! – клятвенно заверила ее Алвина. – Не удивлюсь, если выяснится, что эту «гениальную» идею подсказала ему Хелоис.

Такая мысль и самой Люси приходила в голову – впрочем, даже это уже ничего не меняло.

– Ты твердо решила лететь домой, Люси? – спросила на прощание девочка.

– У меня нет выхода.

И Алвина всхлипывая удалилась, оставив сестру наедине с ужасами предстоящей ночи.

Она лежала без сна в темноте, когда дверь снова открылась. Арт не включил даже ночник.

– Винни сказала мне все. – Он помолчал. – Тебе не пришло в голову поговорить со мной начистоту?

– Нет, – сказала Люси. – Я слишком боялась уронить достоинство в собственных глазах. – В темноте она не могла видеть выражения его лица и, поколебавшись, произнесла: – Прости меня, Арт.

– Простить за что? За то, что поверила этим россказням, или за то, что передумала выходить за меня замуж?

– И за то, и за другое. – Люси казалось, что вместо сердца у нее кусок льда. – Я думала, ты вздохнешь с облегчением, отделавшись от меня.

– Ты и сейчас так думаешь?

– Да. Ведь я вела себя отвратительно все это время…

– О да, в высшей степени омерзительно, – согласился Арт. – От начала до конца!

– Правда, это вышло как-то само собой. Наверное, ты пробудил во мне все худшее… Но теперь я прощена?

– За то, что усомнилась во мне, – да. Но не за то, что по твоей милости мне пришлось пережить в последние несколько часов.

– Что же с тобой было? – с замиранием сердца спросила Люси.

– Я побывал в аду, – просто ответил он. – Я думал, что и вправду тебя потерял.

Теперь по жилам ее разлилось блаженное тепло:

– Неужели это для тебя так много значило?

– Больше, чем что-либо на свете. – Присев на краешек постели, Арт взял в ладони ее лицо и поцеловал с нежностью, которая была красноречивее всех слов в мире. – Я люблю тебя, Люси. Я полюбил тебя сразу, как только увидел, но самому себе в этом долго не сознавался. Мне даже удалось на время поверить, что я совершаю некий акт душеспасительной благотворительности. Но когда я увидел тебя тогда, в бассейне, то все понял…

– Но если ты тогда уже все понял, почему так ужасно обошелся со мной поутру?

Люси уже ничего не понимала. Ничего, кроме того, что счастлива безмерно.

– Я терзался чувством вины. Ведь я покусился на девочку едва ли не вполовину моложе меня. Я открыл ей мир секса, в который ей рано еще было входить.

– Нет, не рано! – воскликнула Люси. – Мне было так хорошо, покуда ты не спустил на меня собак из-за этой идиотской книжонки!

Губы Арта дрогнули в усмешке:

– Согласен. Ну расколоти о мою голову еще пару вазочек, тарелок…

– Я просто взбесилась тогда!

– Разумеется, все это пустяки. Пустяки – вся моя жизнь до встречи с тобой… – Голос его дрогнул. – Ты единственная женщина, с которой я хочу быть рядом всегда, всю жизнь.

Люси изумленно уставилась на него:

– Что ты говоришь? Секунду назад ты называл меня девчонкой!

– Не цепляйся к словам. – Арт снова улыбался, хотя явно еще нервничал. – Я знаю: то, что ты чувствуешь ко мне, – нечто большее, чем простой зов плоти. Но у тебя будет много времени, чтобы понять, что такое настоящая любовь. Когда мы поженимся… В общем, я не допущу, чтобы ты полюбила другого.

– Как будто такое возможно… – Люси с нежностью коснулась ладонью его щеки. – Это не просто влечение, Арт. Я люблю тебя так, что сердце изнывает от боли… и от счастья. Если бы я вернулась в Англию, то остаток дней провела бы, вспоминая тебя. Знаешь, чтобы доказать тебе, что это не просто зов плоти, я готова спать в одиночестве целый год… нет, месяц…

Арт тихо рассмеялся:

– Какая же ты все-таки еще маленькая… – Видя, как тотчас помрачнела Люси, он поспешно прибавил: – Но очень скоро подрастешь.

– Не смей говорить мне больше, будто я не знаю, что такое любовь! Я способна любить точно так же, как ты. А возможно, даже сильнее, потому что я женщина…

– Да, ты начитанная девочка! – воскликнул Арт. – Наверное, мы, мужчины, меньше говорим о любви, но это не мешает нам глубоко чувствовать. – Он любовался ею совсем как тогда, в студии, словно стараясь запечатлеть в памяти ее нежные черты. – Ты так прекрасна сегодня, но с годами станешь еще прекраснее. Я хочу рисовать тебя и сейчас, и когда ты расцветешь, и когда станешь матерью…

А это произойдет очень скоро, подумала Люси, обвивая руками его шею. По крайней мере, она сделает все от нее зависящее. И Люси счастливо улыбнулась.

Content

Гвендолин Кэсседи
Вера и любовь

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11