Липатов Виль Владимирович

Обской капитан

Виль Владимирович Липатов

ОБСКОЙ КАПИТАН

Анкетные данные. Котов Владимир Иванович, год рождения 1935, село Крутиха, капитан «самоходки» СТ-216, член КПСС, отец двух сыновей, коренной обской житель.

Сопротивление. Силком я к вам пришел: согласно приказу зам. начальника порта Ширяева; сызмальства дисциплинированный, только ничего особенного о своей работе сказать не могу – капитаним не лучше и не хуже других… Что? Обской, чалдонский говор понимаете, сами на Оби выросли? Точурский? Точур знаем, пиловочником в Точуре загружаемся, только опять сказываю: «Капитаним не лучше и не хуже других!» Отвечать на вопросы? Буду, ежели пришел. Дисциплина есть дисциплина…

Детство. А ничего такого, чтобы наособицу: сколько таких война осиротила, как я, считать да считать! Отца в 1942 году на Волховском фронте убили, мать от кручины-кручинушки через год под березки легла, мы с сестрой остались, да не совсем: сводная сестра Полина к себе взяла. Она от первой жены отца, что в гражданскую померла. Отец мой…

Отец. Я в первый класс лыжи вострил, когда он на фронт ушел, помню отца хорошо, а заплакал о нем попервости сильно позже войны – раньше крепился, себя в узде держал. А здесь так было. Приехал в Красноярск, пришел в краеведческий музей, на стене фотография: «Иван Иванович Котов – организатор и председатель первого колхоза „Путь – жизнь“… На фотографии отец моложе молодого, ну и… Стою и слезы глотаю! Жена говорит, что я на отца личу, то есть похожу.

Сестра Полина. Она нас с Галюхой к себе взяла, душенькой одела, заместо матери стала… Мне в жизни везучая полоса выпала: мало встречаю на пути плохих людей, но вот Федор – нет ему прощения! Он с Полиной любовь имел, жениться хотел, а как мы с Галюхой появились – от ворот поворот. И это во время войны, когда чужие люди… Эх, Федор, скользкий человек, словно налим-рыба! Правда, все, что ни делается, все к лучшему. Полина – в ней любовь к Федору перегорела – вышла замуж за Михаила Андреевича, председателя колхоза…

Михаил Андреевич. О нем коротко скажу: «Не выйти бы мне в люди, если бы не Михаил Андреевич!» И воспитал, и выучил, и мечту дал – кем ни быть, но партийным человеком – непременно! Он настоящим коммунистом был, добрым, честным и преданным делу. По сию пору на Михаила Андреевича равненье держу – на всю жизнь запал в сердце.

Танкер «Одесса». В пятьдесят четвертом году мощнее судна на Оби не было, а мне – двадцать первый год, штурвалил я раньше на «пассажире», то есть двухпалубном пароходе «Киров», а это сильно от танкера разнится… Но вот какое дело: моя везучая полоса на хороших людей и жизнь продолжалась! Ведь капитаном «Одессы» был Алексей Иванович Какорин – лихой судоводитель, опытный педагог, человек, знающий Обь как свои пять пальцев. С закрытыми глазами (темной ночью так и бывает) мог провести судно по самому злому перекату. Алексей Иванович учил меня от души, времени не жалел, слов не берег, голоса не повышал, но слабости не допускал, так что давал много, а спрашивал еще больше… Оглянусь в прошлый день – это диво-дивное, как мне на хороших людей везло, ровно жизнь ко мне только ласковой стороной оборачивалась. Ведь как только появились на Оби сухогрузные самоходки из ГДР, попал я на судно к Ивану Федоровичу…

«Полный вперед». Смекаю, что таких людей, как Иван Федорович Ладыгин, и среди хороших не сильно густо. У него особый талант – поднимать человека, лучшее в человеке на фарватер выводить, до главного в человеке предела добираться… Присказка у него такая: «То есть как это не можешь, не умеешь? Все можешь, все умеешь. Полный вперед!» Капитан Ладыгин Иван Федорович в люди вывел, почитай, все портовое руководство, самые умелые и знаменитые капитаны рядом с ним учениками возле ходовой рубки стояли… Из школы Ивана Федоровича вышел начальник Новосибирского порта Минеев Вячеслав Александрович, Чумак Александр Федорович, директор Самусьского судоремонтного завода, научный сотрудник института водного транспорта Аробьян Левон Карапетович и другие крупные специалисты… Вошли в понятие? Ну а теперь меня возьмите – пришел к Иван Федоровичу штурвальным, сошел с борта капитаном. «Ладыгинскую академию закончил!» – говаривают на Оби, и нет в этом перехлеста, нет и быть не может! Девять лет ходил я с Иваном Федоровичем, а в шестьдесят четвертом году он мне сказал: «Лети из гнезда! Присказка у нас, парень, какая? Все можешь, все умеешь. Полный вперед!» Отвечаю: «Есть полный вперед!»

Москва не сразу строилась. Встал на ходовой мостик СТ-216 полноправным капитаном, перевел ручку машинного телеграфа на «тихий вперед» и чувствую, что ведать не ведаю, кого дальше… то есть, что дальше делать. Запутался, как сороконожка, в руках да ногах. В чем беда? А нет на судне Ивана Федоровича – хоть бы и спал в своей каюте, все одно – было бы капитанить спокойнее да сподручнее, и только присказка выручила: со звоном даю «полный вперед!» – так и дальше дело пошло, только сильно по учителю скучал, как по родному отцу… По-чалдонски сказать, грезил, то есть неразумно поступал, на самостоятельном капитанстве порядочно: то от молодой глупой задиристости вместо тиховода на стрежень выйду, то с погрузкой зря поспешаю – воз, так сказать, ходуном ходит, а то и такую строгость на себя напущу, что на воздушный шар смахиваю – стыдное это дело! Короче сказать, ничто плохое меня сторонкой не обошло: на полном рационе капитанство с плохой стороны осваивал, как принято, на ошибках в рай шажком кандыбал, но зато… Силком я к вам пришел, согласно приказу зам. начальника порта Ширяева, только ничего особенного о своей работе сказывать не могу – капитаним не лучше и не хуже других… На вопросы отвечать буду! Значит, продолжать? Ну, во-первых сказать, помощником моим стал капитан-дублер Леонид Максимович Унчиков, одиннадцатую навигацию мы с ним работаем…

Капитан-дублер. Леонид Максимович меня много старше, человек серьезный, опытный, за дело болеет, ровно за дитятю, грамотный и начитанный. В чем, как говорится, секрет его успеха? Могу досконально доложить. Реку знает как собственную квартиру, мастерски пользуется тиховодами, блюдет на судне сознательную дисциплину, в моторе знает в лицо каждую шестеренку или болт с гайкой. Команда Леонида Максимовича любит, люди за советом к нему охотно ходят, а он – он знаниями делиться умеет, ладно все так разъясняет, не заморозит возле калитки, как по-нашему говорится… Что еще хорошо и славно у Леонида Максимовича – он на вид сильно серьезный, на улыбку нескорый, а уж такой добряк, что второго не сыщешь! Ба-а-альшой человек! С ним вот такой случай приключился, поучительная история, ежели правду сказать… Чего? О чем спрашиваете? Пятый раз тростю, то есть повторяю: капитаним не лучше и не хуже других, а никаких особливых секретов успеха не имеется… Первым штурманом – он же мой первый поммеханика – службу несет Николай Николаевич Асанов, Коля Асанов, ему двадцать четыре года едва исполнилось, но молодость делу не помеха.

И не молодо, и не зелено. Есть, есть такой пожилой народ, не перевелся покуда такой пожилой народ, который на молодежь всех чертей вешает: «Длинноволосики, стиляги, лентяи, неслухи!» На таких с подозреньем смотрю: нет ли в самом какого изъяна? Да я за Николая Асанова руку позакладаю – никогда не подведет, наоборот, выручит, стеной встанет, на поруганье самый драный конец (канат) СТ не отдаст… Ну, во-первых сказать, Николай Асанов – человек больших знаний, живой, веселый, энергичный, вежливый, наш, капитанский, этикет хорошо понимает. А память у него… Идем мимо Колпашевских стрежпесков, земснаряды вроде фарватер хорошо прочистили, а Николай мне от штурвала и говорит: «Левее не мелковод ли, Владимир Иванович? Земснаряды слой снимут, а песок за сутки». Батюшки! Командую: «Право руля!» Часа через полтора на том злом месте «большой» толкач сел на мелковину… «Николай, ты, поди, каждую песчинку в уме держишь?» А он: «Стараюсь, Владимир Иванович, на вас равнение держу!» А я: «Память уже, парень, не таковская, чтобы вот этот намыв, который ты приметил, держать в голове…»

«Так дело не пойдет!» Не пойму я вас, товарищ корреспондент! Неужто серьезно хотите, чтобы я только о себе рассказывал? Я уж и так три короба похвальбы наворотил… Полагать могу, что надо и недостатки договорить! С ребятами-матросами искрешился. Идут на берег, согласно дисциплине мне докладывают: «Товарищ капитан, на эстешку вернусь в двадцать два ноль-ноль!» У меня в глазах темно: «Какая это тебе „эстешка“? Судно это, твое родное судно, на котором вся твоя жизнь проходит! Отставить эстешку!» – «Есть отставить, товарищ капитан!» А на следующем сходе на берег опять: «Засветло на эстешку вернусь!» Вот хвалюсь! Десять лет борюсь с «эстешкой», а толку – комару на обед.. Во! Сильно интересно, как у нас на судне питание организовано. Лучше, чем в перворазрядной столовой…

Тетя Зоя. Зоя Ильинична – повариха наша, я ее мысленно кличу вторым заместителем по политчасти. Шуткую, то есть шучу, конечно, однако тетю Зою наша молодежь еще смешнее, но от души прозывает: «Слуга кэптену и мать матросам!» Кто едал на борту СТ настоящие сибирские пельмени? То-то! А ведь не хлебом единым… Тетя Зоя, Зоя Ильинична, с молодежью с утра до вечера шушукается. Что родителям в подарок купить? С какими цветами к девушке пойти? Как себя вести на берегу? О чем со знакомой девушкой разговаривать? Какой галстук к синей рубашке и серым носкам одеть? Все тетя Зоя разобъяснит и ошибки не даст. Она – человек одинокий, жизнью других живет, без нее судно – пустыня вроде… Подошвы ботинок стер, а выбил тете Зое отдельную комнату гостиничного типа – хватит ей в коммунальных квартирах проживать! Довольнехонька! Говорит: «Молодеть будете от моей кормежки!»

Везенье. Друзья-капитаны в голос говорят, что мне с командой везет. Это – правда! К примеру такое взять: уходит матрос служить в армию, два года проходит полезную армейскую службу, а потом возвращается беспременно на судно. Спрашиваю: «Чего в Симферополе или, того лучше, в Керчи не остался? Ходил бы в загранку». Машет рукой: «Видел я эту загранку в… белых тапочках! Возьмите обратно на эстешку… Виноват, на судно, Владимир Иванович!» Я до смертыньки рад, но виду не подаю… Вот так матросы Витя Новиков, Роберт Сикк вернулись. Ха-а-ро-шие парни! Дисциплина – лучше можно бы, да некуда; знание штурвального дела и мотора – обратно лучше некуда; работоспособность – всему честному народу на удивление. Ха-а-рошие парни… О чем спрашиваете? Не потому ли ребята возвращаются, что им со мной интересно работать? Не знаю, об этом не думал… В третий раз повторяю: капитаним не лучше и не хуже других!.. Роберт Сикк – он вот какой! Если стоит за штурвалом, закрывай глаза и подремывай на своей капитанской вахте, которая «собачьей» издавна называется. Она с двенадцати ночи до четырех утра – самый злой сон берет… Витя Новиков – тоже большой мастак, Роберту ни в чем не уступит… Да, да!

Круглогодично. Это сильно неправильно думать, что с концом навигации команда временно распадается – ошибка ваша! Неделя-другая пройдет, собираемся. В цирк, в кино, на лыжную прогулку, просто посидеть вместе… Любимый отдых у нас незамысловат… Берем билеты на поезд «Здоровье», покупаем путевки и – привет, Горная Шория! Здесь лыжи, лыжи и лыжи… Что? Здорово, простите, вы от речной жизни отстали, ежели о зимнем судоремонте спрашиваете. Текущий ремонт силами команды делаем во время навигации, остальное – осенняя профилактика, притом с наименьшим объемом работ… Лучший лыжник у нас… А?! Если можно, припоздаю с этим вопросом, то есть с ответом.

Любовь. В прошлом году сыграли подряд три свадьбы. Николай Асанов, Толя Маслов и Витя Новиков женились. Главный «консультант», конечно, тетя Зоя, правду сказать, вроде посаженого отца – я, собственной персоной. Ну, на свадьбе посиживать да важность на себя напускать – дело пустяшное. После свадьбы самое для души ласковое – ключи от комнаты для молодоженов вручать… Правда ваша! Еще одни ботинки износишь, пока жилье для молодых выбьешь, но в этом деле проявляю железную настойчивость, как Суворов учил, наступление – это победа. Так что все наши молодожены по-человечески устроены.

Книги. Капитаним не хуже… Виноват! Лучше о нашей судовой библиотеке расскажу. Лет десять назад мы такую штуковину схимичили – это я от обиды так выражаюсь!.. Значит, придумали мы сообща подписываться на журнал «Огонек» с приложением, и все десять лет исправно судовую библиотеку пополняли. А вот теперь остались на бобах! Отказали нам, судовой команде, в подписке, и не будет у нас Стендаля! Обидно! На моей улице продовольственный магазин – так завмаг Стендаля получает. Обидно! Сильно обидно! Но все равно библиотека у нас такая, что книги на культбазе пароходства не берем. Ребята много и серьезно читают.

Своя семья. По привычке сказалось «своя»… Получается, есть своя семья и судовая семья. Жена Валентина – пролетариат от станка: на электрозаводе работает. Детей двое, сыновья. Юрка второй год в танковых войсках служит, Витька после восьмого класса пошел учиться на фрезеровщика в то самое училище, которое трижды Герой Советского Союза Покрышкин кончил. Нос от гордости в потолок поглядает… А всю свою женатую жизнь я, полусирота, душа в душу с тещей Натальей Осиповной провел. Ха-а-роший человек! Ровно мать мне она, да вот теперь здоровьем слаба стала. Как сама говорит: «А ведь я, Володей, на ноги сяла!» Это значит лежмя лежит, вставать перестала, по хозяйству на шарашится – сильно такую оказию переживает! Главное, что Валентине приходится две упряжки тянуть – работу на заводе и по дому… Сыновья у меня нравные! В мыслях нет – отца на капитанском мостике сменить!.. Да нет, какие могут быть обиды. Жизнь таково идет, поспешает, коррективы свои наводит…

Удобная система. Самоходное судно типа СТ без приставки – баржи специальной конструкции – по обскому плесу не ходит. Самоходка впереди себя толкает баржу, причем судно берет 700 тонн груза, приставка – тысячу… Вниз по Оби везем, по-речному сказать, несем самый ценный груз: оборудование, трубы, механизмы для нефтяников и газовиков; обратно, вверх по течению, – пиловочник с вашего родного Точурского лесозавода или с Могочинского… Обязательно запишите: плохой пиловочник идет – гнилой да щелястый. Из пакета до четверти брака случается!.. О чем спрашиваете? То есть не спрашиваете, а из своего блокнота цифирь приводите… Ну, ладно, сейчас, как говорится, переведем все на мягкую пахоту, но… Капитаним как все… Хорошо! Больше не буду!

Истина. Правильно, математически точно, в навигацию прошлого года сделали 41, 5 миллиона тонно-километров. Что это значит? А то, что навигационный план выполнили на сто двадцать процентов. Что это значит, в свою очередь? Например, то, что это – высшее производственное достижение для типа судов СТ с приставкой. За какое время? За все годы работы судов такой конструкции. Вы хотите сказать, что мы поставили рекорд в бассейне реки Оби и в масштабах всего пароходства? Получается, что так оно и есть!.. Что значит сверх плана? Попонятнее растолкую. Выходит, что мы перевезли вниз по течению двадцать железнодорожных составов нефтяного и газового оборудования да двадцать железнодорожных составов пиловочника подняли вверх по течению… Что? А ничего особенного… Будете еще задавать вопросы?

Content

Липатов Виль Владимирович Обской капитан

Виль Владимирович Липатов ОБСКОЙ КАПИТАН