ГЕОРГИЙ СТЕНКИН

«ШКОЛА, КАК ЭТО БЫЛО…»

РОМАН-ТРИЛОГИЯ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

«ВЫ ГОВОРИТЕ ПО-РУССКИ?»

ПРЕДИСЛОВИЕ

Вторая часть романа-трилогии «Школа, как это было…».

Первая часть — «Война с Номадами», вышла не так давно. В сентябре 2006 года.

События, в первой части, происходили с главными действующими персонажами. Это — Автор, Люся, Борис, Евгений и Константин. События затрагивали периоды 1971 по 1982 годы и 2006 год.

На «Войну с Номадами» автор получил около 1000 откликов, рецензий, критических замечаний и пожеланий. Многие спрашивали: «Где вы нашли такую школу?» или «Так, не бывает, зачем вы всё это выдумываете?»

Были и вопросы об автобиографичности.

Поясним сразу:

Материалы, которые легли в основу этого романа, включают в себя и дневники — одного из участников этих событий. Этот человек — впоследствии стал писателем. Возможно, когда-то и займется сам — написанием мемуаров или автобиографических произведений. Вот тогда — появится возможность сравнить.

А пока…

Но, для сохранения идущих, от автора дневников, душевных вибраций (энергетики или любви — оценивайте и называйте это, сами) — мы решили оставить повествование от первого лица.

Немного подробнее расскажем о главных персонажах. Для тех, кто не читал первую часть романа.

Сделаем небольшую вставку — от имени рассказчика:

«Мы — это одноклассники. Учились когда-то в одном классе. Через 25 лет после выпуска, стечением обстоятельств — мы нашли друг друга.

Люся — моя соседка по парте, все десять лет в школе. Нас связывало, что-то большее, чем просто — парта. Сейчас она живёт в Италии. Замужем за Риккардо — богачём, и просто хорошим парнем. Люсина дочка вышла замуж и живёт в Париже. Недавно, у Люси и Риккардо появилась внучка.

Борис — мой самый близкий друг, со школы. Работает в Петербурге журналистом. Не так давно — женился на Леночке. Она появилась тоже волей случая. На нашем двадцати пятилетнем юбилее.

Евгений и Константин — неразлучные друзья. И наша четвёрка (они и мы с Борисом) — в школе, всегда была сильна и делами, и духом. Евгений и Константин, оба живут в России.

Евгений — сейчас, полковник медицинских войск. Ещё на службе. Взрослый сын — учится в Нахимовском училище.

Константин — не средний предприниматель. Занимается мебелью. Всю жизнь увлекается боевыми искусствами.

Ваш покорный слуга — от имени, которого, ведётся повествование. Писатель, в прошлом — бизнесмен. Живу в Люксембурге. Так удобнее.

Дважды, нам пришлось сражаться с возможностью применения несовершенного, но страшного, по своей разрушительной силе, оружия. Но гораздо чаще — бороться с леностью души, чёрствостью отношений и давлением обстоятельств.

Пришлось взвешивать, на весах жизни — ценности. Ценности дружбы, и школьной дружбы, в частности. И моральные, общечеловеческие ценности.

Нам пришла на помощь, давно покинувшая нас — одноклассница. И современные технологии — нам также пришли на помощь.

Мы создали, некое подобие своей школы, но уже в Интернете.

Найдя друг друга, мы обрели поддержку друзей (одноклассников) в любых жизненных ситуациях.

Делим между собой радость, и помогаем друг другу, в решении сложных жизненных ситуаций»

Нужно ещё пояснить, о языке повествования. Среди наших героев есть итальянец, есть человек, которому не хочется изучать другие языки, по принципиальным соображениям. Есть люди, которые владеют несколькими языками. А есть — которые понимают только два языка, русский и английский.

Будут, конечно, ситуации, когда практически все участвуют в дискуссии. И, естественен вопрос — как они все это делают, на каком языке?

Поясняем:

— У итальянца, есть любящая и любимая жена. И они уже десять лет, как вместе. В основном, конечно — она ему переводит, с русского, и на русский язык. Но многое, он уже понимает и сам. Диапазон его общения с носителями русского языка — значительно расширился.

— У принципиального «не полиглота» — тоже есть супруга, которая свободно владеет четырьмя языками. Да и сам он, уже довольно мудр, что бы понимать всё и без слов.

— Часто, основным языком общения, становится английский язык.

— Но, не редко — и русский.

— Самые важные моменты, разумеется, переводятся, для тех, кто не владеет текущим языком дискуссии.

Намеренно, в повествовании, опускаем нюансы, связанные с языковым барьером. Потому, что его — фактически нет. Ну, так и не будем, на этом заострять внимание.

Пусть, наши герои — говорят на «своём» языке. А перевод — перед вами.

Начинаем.

ПРОЛОГ

Прошло тридцать лет. Тридцать лет, как отзвенел последний звонок. Двадцать девять, если быть совсем точным.

Сейчас, на дворе 2010 год.

В следующем году, у нас тридцатилетний юбилей.

Многое случилось за эти года.

И события, произошедшие на праздновании двадцати пятилетнего юбилея нашего выпуска. События, которые произошли с нами, и которые стали причиной того, что произошло с нами.

Они прошли.

Эти события — заставили увидеть наши школьные годы, совсем иначе, чем перед этим юбилеем. Отношения между одноклассниками. Между друзьями. Между нашими семьями. И между нашими детьми.

Многое, значат, школьные годы в нашей жизни. Но эту простую истину, мы постигали совсем не просто.

Борис, отчаявшись найти свой путь в жизни, стал просто её прожигать. Тратить. Но после юбилея, у него в жизни многое изменилось. Появилась Леночка. Теперь она его спутница жизни. Да и в статусе местной «звезды», не очень то, и, получается, быть недовольным жизнью. Он часто бывает в своём родном городе. Гораздо чаще всех нас — остальных.

Люся, до юбилея, терзавшая себя постоянными мыслями: — а всё ли она правильно сделала в прошлом?

Наконец-то успокоилась, потому, что не это, главное, что и как сделано. Гораздо важнее — каков результат. Да и семейное счастье, тоже не назовёшь лишним атрибутом нормальной жизни. А когда её дочка вышла замуж за француза и поселилась в пригороде Парижа, то плохое настроение вообще перестало её посещать. Жизнь приносит радость.

Евгений. Он всегда, представляете, все 25 лет, считал себя виновным в том, что не удержал наш класс вместе. И, что эти 25 лет мы, в общем и целом, не общались. Сейчас, в настоящем состоянии, наши взаимоотношения, его полностью устраивают. Опять — нет поводов для расстройства. А его супруга стала очень дружна с нашими одноклассницами. Сын узнал некоторые дополнительные, но героические подробности о своём отце.

Константин решил, что ему, до полного счастья, нужно выучить английский язык и овладеть компьютером. Несомненно, всё так и вышло. И если, в семье, до юбилея, и были какие-то шероховатости, из-за его своенравия. То после его героических поступков — авторитет стал непререкаемым.

У меня добавилось работы. Постоянная переписка. Освещение всех событий. Ведение дневников класса. Но и поводов, для радости стало значительно больше. Конечно, случаются и проблемы. Но их разрешение — это тоже удовольствие.

Может показаться, что наступил период всеобщей радости и беспечной жизни.

Конечно же, нет.

Сейчас.

В любой ситуации. Мы знаем, что есть кто-то, кто поможет. Или просто разделит с тобой эту ношу. Хотя, чаще бывает, что приходится делиться радостью, а не ношей.

Но, это, такая наша особенность. Может у других этот баланс в обратную сторону.

В любом, случае. Всё происходит не в одиночку. Появилась какая-то гармония в жизни.

Ну, да ладно. Всё это хорошо. «Какие мы прекрасные!»

Жизнь идёт дальше. И события, не позволяют нам увлекаться самовосхвалением.

А призывают, опять проявить себя.

ГЛАВА 1. АНАЛИТИЧЕСКАЯ СПРАВКА

1. Из донесения отдела по мониторингу тенденций в обществе (Европейское подразделение):

— Зафиксировано активное увеличение количества националистически настроенных групп. Среди рядового населения и в профессиональных объединениях. От 2% в предшествующий отчётный период, до 17% в текущий период.

— Повышенная политическая и социальная напряженность в среде русскоговорящих районов. Вместо допустимого уровня, наблюдается рост на 40%.

— Участились митинги и демонстрации в защиту русского языка. Количественно и в объёме участвующих. Показатели увеличиваются в непрогнозируемых темпах.

— Растет доля русскоговорящих представителей в партиях, в правительствах, в бизнес сообществе и в средствах массовой информации. Индивидуально, и в составе групп, объединений, организаций. От показателя — ниже среднего по сравнению с другими языковыми группами. До показателя, который обгоняет на 8 пунктов, все иные (не русские) языковые конгломераты, в странах, где основное население не принадлежит к владеющим русским языком.

— Среди общин, говорящих на русском языке. Которые объединяют иные национальности, традиционно говорящие на русском языке. Стали проявляться настроения по типу: «русский язык — для русских».

— Нарушена тенденция плавной интеграции жителей, которые говорят на русском языке, в местную языковую среду. Происходит обособление говорящих на русском, от национальных и культурных традиций в местах их проживания.

Общий вывод. Настроения в среде, где обосновались люди, которые говорят на русском языке, резко смещаются в сторону радикально националистических.

Все источники и результирующие данные, проверены. Проведены контрольные замеры. Достоверность данных подтверждена.

Характеризующие мониторинг показатели переданы в аналитический отдел.

2. Из донесения аналитического отдела (Европейское подразделение):

Проведённые мероприятия по анализу ситуации.

«Необъяснимое усиление, радикальных националистических настроений, в среде жителей 18 стран Европы, говорящих на русском языке»

— Выборки из откликов на контрольные воздействия, контактных групп респондентов.

— Донесения агентов из группы наблюдения.

— Сопоставление с эталонными категориями населения.

— Полноценный анализ и поиск вероятностных причин.

Все полученные данные, позволяют определить, достаточную вероятность причин создания этой ситуации:

«Внешнее воздействие»

Воздействие на межнациональные отношения.

Направленность воздействия — русский язык, и владеющее им население Европы.

В остальных языковых группах, не выявлено никакого изменения, относительно нормы.

Интенсивность воздействия — категория «целенаправленная».

Природа воздействия — искусственная.

Характер воздействия — категория «акция».

Источники и пути воздействия — разрабатываются.

Общая тенденция развития обозначенного воздействия — до 50% населения, которое владеет русским языком. В течение ближайших 18 месяцев.

Уровень в 30%, является критическим, для возникновения неконтролируемых процессов в обществе.

Из сообщения, российского подразделения аналитического отдела:

В России и странах бывшего советского блока отмечается аналогичное усиление националистических настроений, с характерным уклоном в сторону русского языка. Но это усиление, значительно слабее, по темпам роста. И по оценкам, не может представлять угрозу в течение ближайших 18 месяцев.

Все материалы, переданы в оперативный отдел.

3. Из отчёта оперативного отдела (Европейское подразделение).

Основания:

— Донесения аналитического отдела.

Действия:

— Разработка плана мероприятий по выявлению возможных источников воздействия на настроение общества.

Результат:

— Подавление источников воздействия.

ГЛАВА 2. ЛЕНА.

Лена появилась, уже после нашего двадцати пятилетнего юбилея.

Она вернулась. Конечно же, все её приняли. Как будто она никуда и не пропадала. Она снова стала «своей», нашей.

Но сначала мы ей устроили «обструкцию».

Она встретилась со мной. И я написал на «наш» сайт статью, об этой встрече. Потом она позвонила Люсе. Мы так, с Леной договорились, что она позвонит и договорится о встрече.

И Люся пригласила её к себе. Пару дней они вместе провели на берегу Адриатического Моря. И, разумеется, что Люся, стала фактически её адвокатом.

В этот раз мы собрались у Константина. Без супругов и супруг.

Он настаивал.

Побывали в его тренировочном зале, поболели за него в нескольких боях. Потом, по четвергам, у него баня. Само собой, мы были в бане. Напились пива, наелись воблы. Сказка, а не баня.

Конечно — пар, жара, которая выпаривает всё и вся, обжигающе холодный бассейн, пиво — весь этот колорит, оказывал умиротворяющее действие. Но ещё, наверное, и атмосфера. Друзья, все заботы остались снаружи, неспешные разговоры, анекдоты. А когда Костя начал рассказывать про…

Нет, это лишнее, вернее личное.

Девчонки, в это время, что-то замышляли. Носились по магазинам. Костина жена только и названивала ему: — мы сейчас, тут, а потом поедем, туда.

Только отвлекали нас от процесса.

И вот, на следующий день. Мы — «чистые» и умиротворённые. Где-то за городом. Большая такая дача с клубом, или клуб с дачей. В общем, на природе — пикник. Барбекю, сухое вино. Свежий воздух.

А потом, в небольшом зале, установив проектор, девчонки начали показывать наши школьные фотографии. Музыку подобрали. И длилось это всё — несколько часов. Много у нас оказалось фотографий. Или это они, так расстарались?

В зависимости от периода — 6 класс, 8 класс, выезд на природу, или спортивное мероприятие. Мы ещё ждали, когда же будет озеро. Но оказалось, что фотографий на озере просто нет.

Они переодевались в соответствующие наряды и комментировали фотографии. Конечно, не полное соответствие. Двенадцатилетнюю Люсю, я конечно помню. В любом наряде. А вот Лену, и Костину супругу — мне уже было сложно представить.

Добавляли, какие-то элементы. Красный галстук, или брюки-клёш. Походные куртки и спортивные майки.

Ну, мы и ждали, когда же будут в купальниках.

Что-то я, всё отвлекаюсь.

И как-то так, они всё это отредактировали, что получился большой сюрприз для всех.

Конечно, фотографии.

Конечно, девчонки в этих нарядах — играли, прямо как в театре.

Да и сами наряды, были очень характерными. Жёлтая подводная лодка — очень запомнилась. Она была надувной, но под музыку Биттлз — выполнила свою функцию.

Но, получилось так, что тот период, когда Лена уже от нас уехала, она же и комментировала.

Тем самым, как бы сдавала экзамен на знание жизни нашего класса.

Вот чем они занимались. Они нарочно помогали ей.

Мы, конечно же, и не думали злиться. Немного выступили, что это не честно. Но не умиляться этим, было нельзя.

Была у нас, одна постановка, о военнопленных в лагере фашистов. Я там изображал гестаповца, а Люся — мою помощницу (фрау Смерть). В чёрных кожаных пиджаках, с овчаркой и свирепыми физиономиями.

Это на фотографиях.

Тут же в чёрный пиджак, нарядили Лену. И она по-немецки, выкрикивала команды.

Впечатляюще.

И эффектно.

Обсуждали, всё это представление, аж до самой полуночи.

Поэтому и вечер удался, и Лена почувствовала себя свободнее.

Тем не менее.

На следующий день. После завтрака. Мы собрались на веранде и попросили жену Константина, оставить нас самих по себе.

Малый круг.

Так мы это назвали.

Начал, конечно, Константин. Как главный обидчик. Тогда, в прошлом.

— Я хочу, извинится, за грубость и вообще за то, что причинил тогда, тебе, неприятности. Как смягчающее мою вину обстоятельство, привожу довод — я не знал правды. Теперь я знаю. И чувствую вину, за то, что не поверил и не разобрался. И требовал ответов. Надеюсь, ты не держишь на меня зла.

— Разумеется. Ответила Лена.

— Я не могла вам всего рассказать, а вы не могли, с этим мирится. Виновата ситуация. А не ты. Константин. И не я.

— Наоборот. Я благодарна вам, за то, что вы не стали упорствовать. А ты, Константин, послушался Евгения. И не стал продолжать тот допрос. Хотя мог бы и не послушаться. Немного всё-таки ты мне верил. Если оставил свои вопросы без ответов.

— Или просто была симпатична, и ты, как настоящий мужчина, не стал обижать того, кто слабее тебя?

Мы все, были немножко влюблены в неё. Во всяком случае — так это всё выглядело. И это — самое применимое определение. Если можно назвать влюблённостью — слепой восторг. Она была совсем не такая, как все остальные. Мы были шокированы, её манерой одеваться — с вызовом, с шармом и даже эротично. Мы восторгались её спортивностью и неподдельным интересом к каждому. Общительностью и компанейским духом. Скорее всего, это не была влюблённость, а только лишь неуемный интерес и притягательность.

Действительно — она всех притягивала, как магнит. То одной своей гранью, то другой.

А Константин, так тому досталось больше всех. Он был избалован женским вниманием. А в отношении её — он тоже потерпел поражение. Впрочем, как и все мы. Что ещё больше подогревало интерес к ней.

— Так, об этом потом. Симпатии — антипатии.

Это уже вступил в разговор Евгений.

Мне сразу стало жутко интересно. Вот сейчас раскроется двадцати пятилетняя тайна. Знал что-то Евгений, или не знал, а просто догадывался? Или то, что он тогда, в прошлом, сделал — было нормальное благородство?

Да. Это было обычное человеческое благородство.

Потому, что он сказал:

— Мы все не знали. Мы просто не могли знать. Потому что, ты была очень ловкой. И не малейшего повода не давала нам, для подозрений.

— Тогда, тем вечером, в том дворе. Когда мы остановили тебя вчетвером. А твой этот «длинный» не мог тебе помочь.

— Ты, что-то скрывала. Но молчала. И я понял, что для тебя это важно. Ты всё равно ничего не скажешь. Нет смысла тебя мучить.

— Я был прав?

У меня, аж дух захватило. Благородство — сейчас получит подтверждение.

— Нет, не совсем. Ответила снова Лена.

— У меня было разрешение. В критической ситуации, посвятить в суть операции двоих, самых надёжных.

— Но вас было четверо. И я никак не могла выбрать.

—Теперь, всё это не так важно.

Я решил нарушить этот взаимный обмен любезностями.

— Мы не для этого здесь собрались, что бы решать, кто виноват, а кто нет. Кто был прав, и какие, кто, имел права.

— У нас есть очень важные дела. И нам нужно принять много важных решений. А не устраивать тут линчевание и самобичевание.

— Согласны?

Обратился я ко всем.

— Нет, я не согласна. Сказала Люся.

Серьёзно, задумавшись и даже слегка прихлопнув по дивану.

— Это прошлое. И пока в нём есть неясность. Оно будет давить. Давить на все наши сегодняшние поступки и решения.

— Вспомни нас с тобой.

Обратилась она ко мне.

— Пока мы не встретились. И не выяснили, кто виноват. Вернее, кто не виноват. Не поговорили об этом. Мне трудно было жить. Что-то мешало.

Да, ей можно верить. Потому, что я тоже это всё пережил. Мы пережили это вместе. Но каждый сам по себе. И только встретившись — через четверть века. Поняли — как это важно.

Как важно быть искренним с близким тебе человеком. Даже если это больно и кажется, что совсем не к месту.

И быть искренним, не только в своих помыслах или действиях, но и в мыслях о близком тебе человеке, в своём отношении к нему.

А это — естественно, нелегко. Сложно и непонятно. Тем более, непонятной становится твоя искренность, произошедшая — вдруг. Искренность не может быть чем-то по желанию, по вызову. Она или есть, или вы просто во что-то играете, морочите друг другу голову.

Быть искренним — трудно.

Но для искренности — нужно стараться. И сделать максимум.

Тогда получится.

Из искренности родится близость, а из близости — уже всё остальное.

— Поэтому, я предлагаю оставить всё как есть. Пусть каждый спрашивает у Лены всё, что ему нужно спросить. Она уже большая девочка.

— Я у нее спросила всё, что меня волновало. И она мне ответила. И теперь между нами нет недосказанности.

— Правда, Лена?

— Конечно, Люся. Потянулась к ней Лена. И свою ладонь положила на руку Люси. Как бы рукопожатие.

Выглядело это, как благодарность за поддержку и сочувствие в пережитом, и успокаивающий жест, одновременно. Дружески.

— Мне кажется. Что, задавая вопросы, вы помогаете мне, рассказать о том, что я сама не смогла бы так рассказать.

— А мне нужно вам всё рассказать. Это я вас во всё втянула. Ну, первый раз — неосознанно. По приказу. А второй то, раз — уже сознательно.

— Ну, давайте, ещё и наш юбилей. Повесим на её совесть.

— Кто-то недоволен юбилеем?

Борис.

Ты всегда, «на запасном пути». И как всегда — всех выручаешь.

Все начали бурно вспоминать юбилей и его последствия. Подтрунивая над «звездностью» Бориса.

Обстановка разрядилась.

Я должен был направить течение нашей встречи в нужное русло. Лена пришла ко мне за помощью. И я готов ей помочь. Вернуться в наш класс.

Но как это сделать? Когда все избегают этой темы.

И тогда, я решил вернуть Люсе. Этот её жест несогласия со мной. Когда она не поддержала меня в самом начале нашей беседы. Конечно, она была права. Но могла бы и меня поддержать. Но так получи…

— А давайте спросим у Люси. Она общалась с Леной больше всех.

— Готова ли она принять Лену, как свою одноклассницу? Как одну из нас?

И улыбнулся, так, немного издевательски.

Она, не заставила себя долго ждать. И ответила мне гримасой уничтожения. Выставив вперёд руку, ладошкой к нам и как бы останавливая, что-то надвигающееся и говоря «Спокойно»:

— Да, я могу ответить. Но только именно так, вопрос не стоит.

— Мне кажется, что мы тут должны решить. Какое место среди нас займет Лена. А не займёт ли вообще.

— Как вы думаете?

Она стала ещё хитрее. Чем раньше. А я, со своим благодушием. Ей, всё это, естественно, позволяю. Но это же моя «вновь обретённая» Люся. Ну и пусть. Пусть теперь сами выкручиваются.

Я молча обвёл всех взглядом и сделал призывный жест руками. Ну, же!

И тогда заговорила Лена.

— Ребята. Ну не хватало вам, ещё и поссориться из-за меня.

— Вы грозились просветить меня всеми лучами и устроить проверку на пригодность. Но мне кажется, что уже то, что мы тут все вместе сидим и разговариваем. Уже есть признание того, что мы не чужие люди.

— Не надо изображать из себя злых и колючих дядек. Вы все добрые и пушистые. Особенно Люся и Борис.

— Если бы у вас были ко мне, какие-то претензии. Вы бы их давно уже высказали. Или этой встречи просто бы не произошло.

— Ну, вот. Опять я что-то раскомандовалась.

— Да. Всё правильно. Лена.

Взял на себя, всю ответственность, Евгений.

— Нам просто неудобно допрашивать тебя. Потому, что своих — не допрашивают. Своих — спрашивают. И со своими — разговаривают.

— Что мы тут и делаем.

Он обвёл взглядом всех. Как бы спрашивая согласия остальных.

— Конечно. Не выдержал, этой психологии, Борис.

— Чего мы тут. Своя — не своя. Хочет быть с нами — пусть будет. Она всегда была стоящей девчонкой. И тогда, и сейчас.

— Правда. Продолжил Константин.

— Нужно решить. Что она может делать в нашем классе. Стенгазету выпускать или пионерские галстуки гладить.

— Придумали тоже. Кому она не нравится — выйдите из класса.

— Скоро юбилей — нужно о ней подробно рассказать на «нашем» сайте.

— А ты когда последний раз, заглядывал на сайт.

Спросил я у Константина.

— Там есть моя статья о Лене.

— Я всё не читаю. Только новости. На переписку, и то времени не хватает.

Ответил он.

— Думаю, что к твоей статье, нужно добавить еще автобиографию Лены.

Сказала Люся.

— И ей самой, пора начинать участвовать в том, в чём ей хочется участвовать. Тогда к очередному юбилею, уже не будет никаких проблем.

— Правда. Подвел итог я.

— Все и так знают, что ты снова «новенькая». И что ты «нашлась». Не было ни одного негативного отклика, на сообщения о тебе. Поэтому, думаю, вопрос решённый. Все мы тебя любили. И расстраивались — когда ты уехала.

— Просто был повод собраться. И с тобой встретиться.

— Только в следующий раз. Обязательно приезжай с мужем.

Сказал Константин.

— А то, как-то неудобно. Я, погорячился, позвав вас сюда одних. Ведь, ты всем нам, нравилась, когда-то.

Это что, он покраснел, что ли? Ах ты, старый ловелас. Надо его жену позвать. Чтобы не зарывался.

— Конечно.

Ответила Лена. И ласково, так, посмотрела на Константина.

— Он вам тоже, обязательно понравится. В нём есть что-то от каждого из вас.

И, так замолчала, задумавшись.

Потом, словно что-то стряхнув, мотнула головой и сказала:

— Кстати. Приглашаем вас всех на рыбалку. У нас есть прекрасные места для рыбалки. В Дании.

— И с моим мужем поближе познакомитесь.

— Когда?

Спросил Борис.

Конечно, начался базар-вокзал. Все начали шутить.

«А жён то берём?»

«Баня, то будет?»

«Люся, не забудь „своего“ Риккардо. Он классный рыбак»

«Рыбаков и так хватает, рыбы не хватит»

Уточняли детали. Спрашивали о транспорте, и о климате.

Лена обещала написать свою автобиографию и переслать мне для корректировки. Я ответил: — что лучше Борису. Он у нас теперь «звезда» журналистики.

Расстались все очень тепло. «Обструкция» не удалась.

ГЛАВА 3. ШКОЛА

Просто так случилось. Что большая часть нашего класса живет сейчас не в своём родном городе. А разъехалась, кто куда.

В Германии — четверо. Неля Ш., Валера, Неля Ф. и Марат.

В США — двое. Галина Ш. и Таня.

В Италии — один. Вернее одна — Люся.

Дания — один. Одна — Лена Ч.

Люксембург — один. Я, собственной персоной.

Республики бывшего Советского Союза — трое. Света, Ирина Д. и Ирина З.

Россия — десять человек. Константин, Евгений, Марина З., Игорь, Коля, Лена А., Юра, Олег, Галка и Надежда.

В городе нашего детства осталось только девять человек. Это Зина, Людмила, Марина К., Миша, Сергей С., Паша, Лора, Сергей Ф. и Катя.

Да, всего 31 человек. Вместе с супругами и детьми — 87 человек. Внушительно.

У большинства, конечно же, семьи, положение в обществе, дела и заботы.

Мне не приходило в голову составить карту проживания нашего класса. Потому, что мы все встречаемся на «нашем» сайте в Интернете. И порой забываешь, что в США — минус девять часов, а в Казахстане — плюс шесть часов.

Многие поставили видеокамеры — и теперь мы еще и видим друг друга.

Кто-то пошутил: — может на тридцатилетний юбилей, проведем видеоконференцию, а не поедем все вместе в «реальную» школу.

Шутку оценили, но от планов на очередной юбилей никто не отказался.

Четыре года пролетели как-то незаметно. Вот, следующим летом, опять все увидимся на нашем тридцатилетнем юбилее.

Кто-то начал планировать мероприятия. Детский раздел очень бурно готовится к нашему юбилею. Наши дети планируют для нас нечто особенное.

Что брать с собой, как добираться…

Сотни вопросов решаются каждый день. Поступило несколько заявок от газет, с предложением освещать в прессе, наш юбилей.

Хорошо, что подрастающее поколение, практически взяло на себя всю переписку. Да и скорости в Интернете, уже совсем не те, что были четыре года назад. Даже в глубинке. В сельской местности — везде связь простая и быстрая.

Финансовая сторона организации юбилея, тоже обещает быть вполне достаточной. Наш фонд значительно пополнился. И те инвестиции, которые мы делали, дали неплохие результаты. Не все, конечно, но главное, что деньги у нас есть. На специальном самолёте мы, в этот раз не полетим. Но со всеми расходами на организацию, и на запланированные мероприятия, у нас средства имеются.

Значит, мало что, сможет нам помешать в этот раз встретиться самим. По своему усмотрению. По планам, которые сами придумали и согласовали. Для себя, для своих детей и для учителей. И для школы, конечно.

ГЛАВА 4. РЫБАЛКА В ДАНИИ.

Мы с женой прилетели первыми. Так вышло. Нас поселили в пригороде Копенгагена. В очень уютном пансионе. Недалеко от дома Лены.

Их дом, тоже был весьма оригинален.

Как нам объяснил муж Лены, а звали его Игорь, этому дому больше 200 лет. Но предыдущие хозяева не хотели жить в древних стенах. Поэтому, они оставили меньшую часть дома, такой, какая она была всегда — то есть старинной. Оставили там всю мебель, картины и разное убранство. Получился своего рода музей. Но входа туда нет.

Его обработали, каким то специальным составом и практически изолировали от внешнего воздействия. К этому куску старинного дома, пристроили современный особняк. Но таким образом, что небольшая стена в гостиной, является стеклянной, ну может быть не стеклянной, а просто прозрачной. И там, за этой стеной — тот старинный дом. Как бы продолжение этого современного дома. Зал 21 века, плавно переходит в комнату семнадцатого века.

Удивительное впечатление. Снаружи, эти два строения, тоже не кажутся разнородными. Общее оформление нового дома, выдержано в стиле старого. Поэтому, создаётся довольно гармоничный ансамбль.

Но, самые яркие впечатления от этого дома, мы получили в один из вечеров, перед тем как разъехаться. Когда мы все, расположились в зале. Игорь растопил камин и немного приглушил свет. Специальные фонарики, немного осветили старый дом, который в полумраке, стал, виден за стеклом, совсем без переходов, от современности к прошлому. Сидя в реальных креслах и на мягких диванах, вкушая какие-то современные яства, находясь среди друзей. Мы словно перенеслись в прошлое. Практически, на расстоянии вытянутой руки, были обветшалые деревянные столы, на них черная, от частого употребления, посуда. Немного завалившиеся стены. И всё это уходило — вообще, во тьму. Как будто в глубь веков вела какая-то дорога.

Жуть.

Но, об этом попозже. Будет ещё возможность рассказать об этом феноменальном доме.

Мы решили, что никуда не поедем, а просто побродим в округе. И дождемся всех остальных.

К вечеру, собрались все. Костя и Женя с супругами — на пароме. Борис с Леночкой — самолетом. И Люся с итальянцем — на машине.

Бориса и Люсю поселили в «нашем» пансионе, а Константина с Евгением — в небольшой, домашней гостинице, на расстоянии нескольких кварталов от нас. Но дом Лены и Игоря был, практически посредине. Так, что и это тоже, они здорово организовали.

И у нас — в пансионе, и у ребят — в гостинице, нам оставили планы окрестностей. Мы все, не сговариваясь, решили прогуляться пешком. В итоге, где-то в районе семи часов — собрались у Лены в доме. Только Борис с Леночкой, куда-то пропали.

Их не было.

Игорь позвонил в их пансион, и там сказали, что они уже целый час, как ушли. Все начали в своих телефонах искать номер Бориса, но Лена предложила не суетиться, а пройти всем в сад. Где она приготовила закуски и напитки. А Игорь, обязательно их найдет.

Действительно, не прошло и десяти минут, как к нам присоединился Игорь, и рассказал:

— Борис, видимо, большой оригинал. Они, оказывается, пошли в другую сторону. И, поняв, что заблудились, не придумали, ничего лучшего, как в одном из ресторанов — попросить позвонить в полицию. И сообщить им, что они потерялись. Полицейские, естественно сразу позвонили мне, они знали, что я жду гостей — я оформлял у них приглашения. Но они были очень удивлены, что кто-то им звонит и на непонятном, русском языке — пытается, что-то выяснить. Сейчас, их, на полицейской машине, везут сюда. Всё в порядке.

Дело в том, что Борис, брался за изучение английского языка, но, когда в его жизни появилась Леночка — эта необходимость полностью отпала. Леночка, свободно владела четырьмя языками. Зачем ему этот английский.

Значит и в ресторане, и в полиции, Борис. В свойственной ему манере, жестикуляцией и по-русски всем объяснял, кто он такой, и зачем он здесь.

Да…

Картина…

И, действительно. Подъехала полицейская машина. Из неё выступил угрюмый Борис, за ним Леночка, пытающаяся его остановить. И только, когда, на пороге дома он увидел Лену. Только тогда, резко пропала его угрюмость. Появилась улыбка на лице. Он повернулся обратно к полицейским, и начал энергично пожимать им руки. И благодарить, на чистом русском языке.

Леночка, всё-таки оторвала его от полицейских, поблагодарила их. И повела в дом.

Нам, это всё рассказала Лена, когда привела Бориса к нам в сад. Но уже потом, когда все успокоились и расселись.

А сразу:

— Да, ну их на фиг.

— Тупые, как валенки.

— Ни слова по-русски не понимают.

Это всё он вставлял, обнимаясь со всеми, и отвечая на вопрос: — Что случилось?

Мы все начали волноваться за него и за Леночку.

А он продолжал:

— Не, Москва — это они понимают, Петербург — тоже. А что я из Петербурга — не врубаются.

— Она же, им, всё по-английски. Но, я же всё уже объяснил. Повторяешь — бесполезно.

— Да ладно. Главное, что добрались.

— На рыбалку, что ночью поедем?

Лена, всё-таки, усадила его на диван.

И предложила поднять бокалы.

За встречу.

— Ну вот. Наконец-то мы все собрались. Сказала она.

— Мы рады приветствовать вас всех, в нашем скромном жилище и в этой прекрасной стране.

И она начала подходить к каждому и приветствовать, как-то необычно. Бокалом и рукопожатием. Может быть, это в Дании такой обычай. Надо потом спросить.

— Константин и Елена. Евгений и Ольга. Борис и Леночка. Вы все из России. Привет — Россия.

— От нас, от всех. От Европы.

— Вы поддерживаете меня? Обратилась она ко мне с моей женой Ларисой, и к Люсе с Риккардо.

— Салют, Россия и Европа! Выкрикнула она.

И в этот момент Игорь, её муж, подпалил фитиль. И в небо полетели, одновременно, штук десять, разноцветных, шипящих и искрящихся ракет. Конечно, же, не ракет, в смысле устройств, а таких, огненных змеев, что ли.

Они взлетели в черное небо и там, почти все, сошлись в одной точке. Рассыпались, на мелкие кусочки. И стали медленно опадать.

Зрелище было великолепным.

Мы все стояли, с бокалами в руках, задрав головы к небу. И в полном молчании, провожали взглядами, медленное падение светящихся точек на землю.

Костя с Женей, подошли к Игорю. И я услышал: — это что, традиция, или сам придумал?

Риккардо присел на диван, и я расположился рядом с ним. Он сразу начал рассказывать мне, какой в Италии, устраивают фейерверк — на праздник сбора винограда.

Люся с Ольгой подошли к Леночке. И стали допытывать ее о происшествии с Борисом.

Борис же, опять куда-то пропал.

А остальные девчонки, обступили Лену. Видимо разговор, тоже шёл о фейерверке и о датских традициях.

Как-то не навязчиво, но все оказались вовлечены в общий процесс.

Но длилось это не долго.

В доме раздался ужасный грохот.

Да. Я совсем забыл рассказать.

Что Лена с Игорем, отправили своих детей в соседний город — к друзьям, на несколько дней. У них там, тоже были дети, и они часто собирались вместе.

Но еще, в этом доме была собака, огромная такая — как телёнок. Сенбернар, кажется. В отсутствие детей, её заперли в одной из комнат.

И что же случилось? Спросите вы.

Борис, пошёл искать туалет. Услышал какое-то шуршание за дверью. Естественно, открыл эту дверь.

И вот…

Картина, которую мы увидели, когда прибежали на этот грохот.

Борис лежит на спине, на полу. Над ним — эта огромная собачище. Довольная — виляет хвостом. А рядом валяется шкаф и повсюду разбросаны кастрюли, миски, подносы и ещё много разных металлических предметов.

Видимо, эта псина, прыгнув на Бориса, задела шкаф. Потому, что Борис лежал спокойно, не корчившись от боли. Если бы он влетел в этот шкаф, он наверняка бы поранился. Шкаф был не меньше собаки.

Игорь увел эту громадину обратно в комнату. А Лена, объяснила нам, что этот шкаф летел на землю постоянно, но раньше. Когда он заполнился металлическими предметами, то Гамлет (так, оказывается, звали собаку), уже не сбивал его. Но шкаф всегда позвякивал, когда рядом проходил Гамлет. И это было хорошим ориентиром, для определения его местоположения.

Сейчас, скорее всего, радость Гамлета, что его выпустили, была так велика, что он превзошел сам себя.

Бориса уложили на кушетку и Евгений с видом самого серьёзного доктора, спросил: — Где болит?

— Да нигде не болит. Страху, просто, натерпелся. Такая махина, из-за двери, да как ринется на меня.

— Предупреждать, наверное, надо.

Борис, уже оправившись от шока, снова начал всех строить.

Лена просто улыбнулась ему в ответ. Леночка гладила его по голове. А с другой стороны кушетки, держала его за руку Люся.

— Если бы ты предупредил, что пойдешь в дом. Тебе бы сказали. Ты же мог покалечиться. Слушай, ты уже второй раз, заставляешь нас волноваться из-за тебя.

Это Люся. Ну, прямо мать родная.

— Симулянт. Подытожил Евгений. И направился к выходу в сад.

Большинство, последовало за ним.

В саду, Игорь, уже включил фонари, зажег несколько факелов. А девчонки принесли из кухни чашки и сэндвичи.

Здесь же стояла небольшая печка, которую мы с Риккардо, под руководством Игоря, начали растапливать.

Игорь принёс два больших медных чайника.

И где-то в течение получаса, мы все, уже сидели вокруг этой печки. С чашками ароматного, травяного чая, с каким то алкоголем. Жевали сэндвичи. Безмятежно, как будто весь остальной мир — просто не существовал. А разговор постепенно переходил на воспоминания.

Лена встала и попросила всех обратить на неё внимание.

— Давайте обсудим программу вашего пребывания, тут, в Дании. У нас приготовлена очень насыщенная программа.

Наши предложения:

Подъем в 6 утра. Ребята едут в порт, и выбирают рыбацкую лодку, на которой они потом выйдут в море. Игорь, забирает всех на фургоне. Завтракают они в порту.

Мы же…

Она указала на девчонок.

— С утра обсуждаем культурную программу, а потом едем по магазинам. Приходите все сюда — позавтракаем.

И снова обращаясь к ребятам:

— Вам же нужно, что-то подобрать, для рыбалки.

Конечно, конечно. Дружно закивали головами мы в ответ.

— К обеду, ребята возвращаются. Мы обедаем дома. И едем в замок Гамлета «Кронборг», там завтра вечерняя программа и представление. Будет очень интересно. Ужинаем там же.

— На следующий день. С утра. Они.

Она снова указала на мужскую половину нашей компании.

— Уезжают на рыбалку.

— А мы…

— Едем в старейший в мире парк развлечений «Дюрехауспакен».

— Вечером, если мальчики вернутся, то — сад «Тиволи». Если нет, то делаем экскурсию по историческим местам Копенгагена.

— Остальные мероприятия — на ваше усмотрение.

— Но не забывайте, что вы, сейчас, находитесь на земле самого старого в мире королевства. Поэтому, советуем. Поменьше рыбалки — по больше культуры.

— Да, да, конечно. С Гамлетом вашим, я уже познакомился. Осталось познакомиться с его королевством. Лучше уж я — на рыбалку.

Совсем уже отошедший от стресса Борис, снова был в свом репертуаре.

Дальше началось бурное обсуждение. Лариса и Люся, тоже хотели на рыбалку. Но Константин, им объявил, что женщина на корабле — к несчастью. Риккардо привёз свои снасти. Меня волновала погода. Женщины выясняли наличие видео и фото аппаратуры.

Много шутили. Решали, как лучше.

В результате, только к полуночи мы оказались у себя в пансионе.

ГЛАВА 5. ЛАРИСА.

Лариса, это моя жена.

Мы познакомились в Ленинграде. Совершенно случайно, но два раза. Да. Именно два раза.

У меня, в детстве, от того самого возраста, когда я себя помню. Всегда и везде, где бы я ни находился. В детском саду, в школе, в пионерском лагере, во дворе, на мероприятиях и вообще везде. Где бы я ни был. Если в том же месте, были девчонки, в количестве — больше одной. То сразу, у меня, как какой-то механизм срабатывал. Среди всех, окружавших меня, девчонок. Определялась одна. Особенная.

Естественно, что знакомился, и вообще, сближался я не со всеми. Иначе, я просто не мог бы больше ничем заниматься. Потому, что девчонки были везде.

Их всегда было больше, чем парней. Может быть, парни просто в глаза не бросались. Или как-то вели себя так, что казалось — будто их меньше.

Но это факт.

Конечно, во многих случаях, я стеснялся. И не подходил, к этой — особенной. Бывало, что этот процесс, первого шага или сближения, вообще не происходил. Уже, все вокруг понимали, по моему поведению, что она для меня особенная, а я всё не решался.

Я не был, первым парнем на деревне, не был широк в плечах, не играл на гитаре, не курил, не гонял на мотоциклах. Но и не заметным, меня нельзя было назвать. Поэтому, были проблемы, с первым знакомством. Иногда и не получалось.

Но, бывало, что и знакомился. И мы были вместе. Была это дружба или что-то ещё. Не знаю, да и не хочется это анализировать. Мы были вместе, и нам вместе было хорошо.

Если посчитать, по периодам моей жизни. Разумеется вне школы. В школе, приоритет был, конечно, у Люси. Так вот, в каждом периоде, будь то детский сад, пионерский лагерь, или просто каникулы, всевозможные секции и кружки по интересам. Практически в каждом из этих периодов, мне есть, кого вспомнить. И я всех их помню.

Такая вот была у меня особенность.

В Ленинграде.

История повторилась.

Общежитие для абитуриентов. Было много девушек. Были и какие-то знакомства. Небольшие романчики. Обычные студенческие игрища. Когда молодые люди вырываются из-под опеки родителей. Было, в общем, весело и интересно. Но как-то без искорки. Без накала. Почти что рутина. Да, девчонки. Да, романчики. Да, веселье.

Но как-то ЕЁ всё не было.

И вот однажды — мелькнуло. Две подружки, блондинки.

Я в это время жил в одной комнате с парнем из Томска. У него была красная рубашка.

Так вот, эти две подружки, чуть ли не пальцем в нас тыкали. То ли в эту рубашку, то ли в нас. Одним словом — заметили. Они — нас, а мы их.

Но я уже понял — вот она. Особенная.

Потом, как-то закрутило. Готовились к экзаменам. Вступительные экзамены. Больше не встречались.

Институт.

Пролёт. Кто-то сказал: — как фанера над Парижем.

Нужно было как-то устраиваться. Там же в институте, было объявление. Для тех, кто не поступил, приглашаем в техническое училище. Обучение длится год. И через год можно снова пробовать поступать в институт. Плюс — общежитие и стипендия.

Сказка.

Я, Борис и Игорь направились в училище, где учили профессии токаря и фрезеровщика. А девчонки, с которыми мы вместе приехали в Ленинград. Одноклассницы наши — Марина, Галина и Галка, куда-то разбежались.

Где-то месяца через четыре, нас нашла Марина. Мы то ей сказали, в какое училище пойдём. Оказалось, что она тоже училась, но в другом училище. Видимо, что-то для девушек. Какая-то профессия, которой учили девушек. А общежития у нас были рядом. Городок общежитий от училищ.

И она нам предложила встретить новый год вместе. Позовём обоих Галин, их друзей — если такие есть. Наших новых друзей из училища. И Марина, позовёт своих подруг.

Организовать решили, это празднование, в нашем общежитии.

У нас был большой холл, который заменял актовый зал, что ли.

Там, почти каждую неделю, проходили какие-то мероприятия. То день рождения, то празднование чего-либо, то просто дискотека.

Галины, обе, отказались участвовать в нашем празднике. Сославшись, на какие-то договорённости и обязательства. Зато Марина, пообещала привести трёх подружек.

Мы, естественно, готовились. В одной комнате организовали закуски, ну и выпивку тоже. В другой комнате, можно было просто посидеть, отдохнуть от танцев и суеты. Купили всем подарки, скромные, но с претензией на оригинальность.

И стали ждать, когда же придут гости.

Новый год. Традиции. Нужно проводить старый год. Шампанское — как же, без него.

Они пришли.

Тогда то мы и познакомились во второй раз.

Они вошли, все четверо. Сначала Марина, за ней ОНА, и потом ещё две девчонки. Хорошенькие, но не «особенные».

ОНА была «снегурочкой». Небольшой морозец придал ей румянец. Белокурые пряди волос — вырывались из под каракулевой шапки. Очень эффектно. Не маленькая, но конечно, ниже меня ростом. Ладная фигурка. Улыбка. Вся, такая, порхающая. Живая и деятельная. И в то же время, какое-то, немного надменное, очарование. Как будто королева со свитой. И даже, Марина, которая их привела, стала выглядеть как человек, который просто представляет ЕЁ.

А ОНА была в центре, говорила без умолку.

Что-то такое было в её глазах, что приковывало внимание. Может — любопытство или интрига, таинственность или вопрос.

Конечно, эффектная девушка, которая знает себе цену, но в то же время позволяющая, оказывать ей, знаки внимания. Кавалеры — должны стоять в очереди, что бы только ОНА соизволила, посмотреть на них.

Мои парни, видели их всех в первый раз. Ну, за исключением Марины, она то была нашей одноклассницей. Все десять лет.

И, конечно, ОНА, произвела впечатление на всех. Тем более что появилась она первой, после Марины.

Но, как-то так вышло, что я, первый подскочил к ней, и предложил снять верхнюю одежду. Я то узнал ЕЁ сразу. Ту, которая была «особенной», ещё в общежитии для абитуриентов.

Она тоже меня узнала. Не знаю, была ли она рада нашей встрече. Сюрприз — милый и неожиданный сюрприз. Но то, что я резко преодолел всю очередь кавалеров и был допущен — для аудиенции. Это давало мне надежду…

Поэтому, ОНА спокойно согласилась на моё предложение, отвести её в комнату для отдыха. Марина, успела только, нам в след, прокричать наши имена. Как бы знакомя нас. Но имена были лишними.

Лариса.

Теперь, я знал, как ЕЁ зовут.

Она же, вела себя, как настоящая королева. Позволила себя проводить. Разрешила снять с неё шубку. Потребовала большое зеркало, чтобы привести себя в порядок, с улицы. Соблаговолила выпить вина и откушать бутерброд.

Но было это не наиграно, а естественно. Может, сказалось то, что мы уже видели друг друга раньше. А может, было что-то ещё. Напряженности — не было. Была небольшая стеснительность, но она не мешала.

Чувствовалось, что она не прикидывается особой из высшего света, а она просто другая. Особенная — не такая, как все остальные. Эта естественность и высокая самооценка, обаяние и небольшая надменность, не давали никому шансов, не обращать на неё внимание.

Разумеется, что я не отпускал её от себя, ни на шаг. И она, тоже, не предпринимала попыток, прекратить это отделение от всех остальных. Нет, мы были все вместе. Танцевали, выпивали, смеялись, что-то обсуждали. Бегали, то, в комнату для еды и выпивки, то в зал, где гремела дискотека, то возвращались в комнату для отдыха.

На дискотеке, как заведено, первые песни звучали впустую. Никто не выходил в центр зала, и не танцевал. Стеснялись или «держали марку». Но у меня не было времени, на эти премудрости. Мне хотелось закружить её в танце. И я повёл её. Она поддалась.

Я неплохо танцевал — сказывался школьный опыт. И она, как потом выяснилось, занималась бальными танцами.

Танец — это было первое, что нас объединило. Мы кружились под какую-то медленную мелодию, а потом, выделывали «кренделя» — под быструю.

Пару раз её отзывали подружки, но она сразу возвращалась ко мне. Как будто, мы пришли сюда вместе и знакомы уже не первый день.

И, мы были вдвоём. Среди компании, среди друзей. Но вдвоём. С самого первого мига, когда она вступила в нашу комнату.

Так мы познакомились. И так мы начали быть вместе.

Я за ней долго ухаживал, почти полгода.

То есть, она была со мной, но постоянно давала мне понять, что я просто за ней ухаживаю. У неё есть и другие ухажёры. Я ей нравлюсь, но нужно время, чтобы узнать друг друга, поближе.

Что мы и делали. Познавали друг друга.

Мы ходили в театры, в оперу, даже на балет. Дискотеки, концерты, кино, бары и белые ночи, с разводными мостами на Неве.

Ездили в Таллин, и в Нарву. Петергоф и Павловск.

Осаждал, как замок в средневековье. Строил заградительные укрепления, ров заполнил водой, к мосту поставил часовых.

Много гуляли по городу. Ленинград стал «нашим» городом.

Мы могли, несколько ночей подряд, гулять по набережным Невы. Спать всего пару часов. И снова бежать друг к другу. Или сидеть всю ночь на вокзале в Таллине. И разговаривать. Столько, нужно было ей рассказать мне, о своей жизни. О своих мыслях. И мне — о моих планах, о моём прошлом и настоящем.

Если, внутреннее ощущение того, что мы знаем, друг о друге — всё, что, понимаем без слов, что, чувствуем малейшее изменение настроения и желаний. Если, это внутреннее ощущение, просто было в нас. То потребность говорить обо всём, об этом, была тоже высока. Она рассказывала о своих друзьях, родственниках, увлечениях, мечтах. Я — делился своими впечатлениями от пережитого.

Но могли и просто молчать. Слушая музыку, или созерцая воды Невы. Были моменты, когда мы разговаривали без слов. И понимали друг друга.

И крепость сдалась. То ли очарование города подействовало. То ли мои усилия. То ли она убедилась в своих чувствах и поверила в искренность моих чувств и намерений. Не известно.

Как-то внезапно, ухаживания закончились. Не в смысле, что я перестал относиться к ней, с той же трепетностью. Или, она стала себя вести как-то иначе. Нет. Просто наступила, какая-то следующая фаза в наших отношениях. Я признался ей, что люблю, и она ответила, что тоже сделала свой выбор. И, что я прав. Да, это любовь. Что мы, волею судьбы — встретились второй раз. И это — не спроста.

И, если до этого момента, ощущалось, что-то, что сохраняло между нами маленькую дистанцию. То, теперь и эта последняя преграда — пала. Мы стали строить, совместны планы. Часто разговаривали о будущем. О нашем совместном будущем. Мы были вдвоём, уже не потому, что я так хотел, или она так хотела. Мы уже не могли быть врозь.

И мы были вместе.

Закончилось, наше обучение в училище. И, закончилось общежитие. Нужно было искать жилье и работу.

Мы хотели снять квартиру вместе. Но её родители не позволили. И она стала жить возле Смольного, с подружкой. Я же, обосновался в районе Площади Восстания. Один. Полностью забросив Бориса и всех остальных.

Я писал стихи. Любовная лирика. Бежал, после работы к ней. Вечерами, когда она была занята, сидел в её дворе и глядел на её окна. Вдруг промелькнёт силуэт. Встречаясь с ней, перепел ей всего Макаревича, а его песен я знал много, почти все.

Она тоже, работала, на каком-то заводе, по распределению, после училища. И мы, вместе поступили, на вечернее отделение Ленинградского Электротехнического Института. Что бы не растерять знания, после школы. И что бы быть вместе.

Но пришла повестка в армию. И мне, и Борису, и Игорю.

И нужно было что-то решать.

В армию, я просто не мог уйти. Не мог оставить ЕЁ одну.

В Ленинграде, нашлось Высшее Инженерное Морское Училище. ВИМУ, которое, позволяло учиться (высшее образование), и там была военная кафедра. То есть — это была одновременно и армия. Разумеется — это было решением.

Я поступил в это училище.

Лариса, перевелась в финансово-экономический институт.

Ну, а прямо перед этим.

Я сделал ей предложение.

Попросил стать моей женой.

И, она приняла моё предложение.

Свадьба была скромной. Только родители, и несколько друзей.

Но, зато, у нас теперь было законное основание, быть вместе всегда.

ГЛАВА 6. ОТЧЁТ ОПЕРАТИВНОГО ОТДЕЛА.

Усилиями 18 групп, действующих по выявлению возможных источников воздействия, в зонах обострений. Обнаружены следующие данные:

1. Воздействие ведётся на людей, у которых русский язык, является материнским языком. А именно: для людей, у которых русский язык стал первым языком в жизни. Язык, на котором они учились говорить и в дальнейшем, этот язык стал основным, базовым. На людей, для кого русский язык, стал вторым или дополнительным, проявление воздействия не обнаружено.

2. Не обнаружено воздействие, через средства массовой информации. Общий фон, находится в рамках нормы.

3. Не обнаружено воздействие, через агентурную сеть. Агентурные сети с обозначенной направленностью, отсутствуют.

4. Не обнаружено воздействие, сектовой или фанатической направленности. Средняя активность обозначенных организаций, находится в пределах постоянных величин.

5. Проверены и освобождены от подозрения все центры, учреждения и клубы, где возможно воздействие, через массовые мероприятия и детскую аудиторию.

6. Обобщена информация, предоставленная управлениями разведки в странах, локализации обозначенного воздействия. Не обнаружено разработок, с достаточным уровнем эффективности в рамках обозначенного вида воздействия.

7. Произведены замеры во всех доступных диапазонах, известных на сегодняшний день излучений. Не обнаружено воздействие массового применения. Не обнаружено источников широковещательного применения, с обозначенным воздействием.

8. Исключена возможность воздействия, от природных, энергетических и иных естественных факторов.

9. Изучены и отклонены вероятностные элементы сложения иных видов воздействия в обозначенное воздействие, с имеющимся результатом воздействия.

10. Проанализированы возможности развития культурных, демографических и политических событий, в тенденции, ведущие к появлению воздействия культурной среды. Отклонений от нормы, не выявлено.

11. Проанализированы возможности влияния неизученных, ненаучных и мистических факторов. География распространения, социальная разнородность, интенсивность и период воздействия, позволяют сделать вывод о малой вероятности (достаточной, для исключения), влияния этих факторов.

На основании этих данных, аналитический отдел спрогнозировал наиболее вероятные методы воздействия. Физические и технические компоненты данных методик воздействия, позволяют определить области поиска.

Оперативный отдел приступил к выявлению потенциальных носителей, обозначенных технологий.

ГЛАВА 7. КОНСТАНТИН.

Константин, всю жизнь занимался боевыми искусствами. По молодости, это было каратэ, и добился он почти выдающихся успехов. Чемпионат Республики — призовое место.

С годами, его увлечение трансформировалось в кикбоксинг. Как он сам говорил: — Суть та же, только шире диапазон. Я склонен, ему верить — потому, что мало в этом разбираюсь. Нет, я знаю отличия. Я понимаю физическую и духовную нагрузку в этих боевых искусствах. Но, причин для изнурительных тренировок и радости от побед над другим человеком, я не понимаю. Видимо, это в натуре человека. Конечно, всё это происходит цивилизованно, по правилам. Но, как-то это не для меня.

А вот Константин, тот просто упоён своим увлечением. Разумеется, что и всю свою повседневную жизнь, он подстраивает под свои занятия боевыми искусствами. И в быту, и в бизнесе, он ведет себя так, словно он обязан выиграть схватку. Так он разошёлся со своей первой женой — видимо, та не уступала ему, в их поединке. Так он ведёт себя на переговорах с деловыми партнёрами, и с клиентами. И если проигрывает, то очень расстраивается.

Наверное, расстраивается больше, не оттого, что сделка сорвалась, а оттого, что он не выиграл.

Боец и победитель.

И, если в его жизни случались неприятности, то он и в них, всегда старался быть победителем. Просто боролся с ними. И они сдавались.

Но в этот раз.

Его бойцовского задора и желания победить, просто не хватило. Чтобы выйти из этой ситуации победителем. Оказалось, что нужны еще дополнительные, профессиональные навыки.

По мере развития его дела, его предпринимательства, конечно, он поднимался всё выше и выше — к пьедесталу. Но учиться, как это водится, не успевал. А обстановка того требовала.

Его предприятие изготавливало мебель. Хорошую, качественную мебель. Рынок очень быстро развивался. И, Константин принял решение, заняться ещё и поставками комплектующих, для других производителей мебели. Тема, была сопутствующей, и он понадеялся, что его знаний и знаний сотрудников его предприятия, достаточно, чтобы справиться с новой формой услуг.

В результате. Дела пошли очень хорошо. Обозначились поставщики. Отечественные и заграничные. Сформировался круг заказчиков. И, всё говорило, о том, что такой вариант развития предприятия и диапазона услуг, будет правильным. Прошло несколько сделок. Приходилось решать массу проблем с транспортом, с таможней, с платежами и кредитами, с разными формами оплаты, со складированием и реализацией.

Но, Константин, со своими бойцовскими качествами, решал все проблемы и не собирался останавливаться на достигнутом уровне.

После первых сделок, количество заказов резко упало.

Специалист по маркетингу, доложил Константину, что на рынке появился конкурент, который установил цены, на аналогичные товары и услуги, в среднем на 50% ниже.

Нокаут.

Кредиты, деньги в товаре, товар в пути, ассортимент на сладе. И катастрофическое падение спроса на услуги предприятия Константина.

Не было у него дополнительных ресурсов, и не было времени, что-то перестраивать. Грозило банкротство и долги.

Поражение.

Я так рассказываю, об этом, потому, что время прошло и для меня, человека несведущего в таких сферах бизнеса, сложно представить такое нагромождение проблем. Но то, что это было очень серьёзно. Это я понял сразу. Потеря клиентов, кредитная история, репутация предприятия. Долги. Константин мог потерять всё. В буквальном смысле слова — всё.

Он просил помощи у своих партнёров. Но те, могли помочь в мелочах, а в целом, ситуацию решать, разумеется, отказывались.

И, тогда, Константин, рассказал о своей ситуации нам. Мне, Люсе, Борису и Евгению.

Позвонил он, конечно Евгению. А Женя уже написал нам всем.

Люся была в Париже, у дочки, вернее у внучки. Дочь попросила приехать и помочь с маленьким ребёнком.

Борис с Леночкой были где-то в Сибири, в командировке, по своим телевизионным делам. То ли интервью, то ли журналистское расследование.

Я сидел безвылазно на даче, работал, над новым романом. Изредка поглядывая на почту, и на «наш» сайт. У меня «горели» сроки, и издатель звонил мне два раза в неделю.

Евгений, тоже был, в общем занят. Но так как, у него, была не за горами пенсия (у военных, оказывается, пенсия наступает раньше), то он, в принципе, мог вырваться.

Я позвонил Лене в Данию, и выяснил, что у неё масса свободного времени и на неё можно рассчитывать. Она может вылететь, первым имеющимся рейсом.

Борис сообщил, что вылетает ближайшим самолётом. Оставляя все дела на Леночку.

Люся ответила, что попросила Риккардо, прилететь к нам, и помочь, чем сможет. Он уже едет в аэропорт.

Евгений, тоже выезжал на машине.

Мне не оставалось ничего иного, как позвонить издателю, и сказать, что всё откладывается на 10 дней, в лучшем случае на неделю. И собирать вещи.

Я прилетел, и уже из гостиницы позвонил Константину домой. Его жена сказала, что они все в офисе. Взяв такси, я поехал в офис.

Оказалось, что я приехал последним.

Там уже были:

— Лена, сидела за компьютером и изучала какие-то сводки. Напряжённая и невозмутимая.

— Риккардо, ходил взад-вперёд по кабинету, о чём-то говорил и энергично жестикулировал. Чувствовалась его раздражённость и стремление что-нибудь предпринимать.

— Евгений, как мне объяснила секретарь, был в бухгалтерии.

— Борис с Константином сидели за столом. На столе была бутылка коньяка и тарелка с нарезанными лимонами. От выражения лица Кости, наверное, и молоко бы скисло. А Борис выглядел как человек, сосредоточенный подсчётом косточек в ломтиках лимона.

Все поприветствовали меня и продолжили свои занятия.

Я подошёл к Константину и сказал, что пойду, найду Евгения.

Но искать мне его не пришлось. Едва я вышел в коридор, увидел, что Евгений идет в мою сторону. А его сопровождают двое мужчин и женщина.

Поздоровавшись с Женей и с остальными, мы все вместе вошли в кабинет Константина.

— Всем, отставить свои дела.

Совсем уж по военному сказал Евгений. И обращаясь к секретарю: — нам нужно еще четыре стула.

Пока не принесли стулья, Евгений представил нам, приведённых им людей.

— Коммерческий директор Геннадий.

— Специалист по маркетингу Дмитрий.

— Главный бухгалтер Тамара.

— Прошу всех сесть. Константин, ты не возражаешь, если я попрошу твоих людей, вкратце обрисовать ситуацию. Но каждого, со своей точки зрения. А секретаря — обеспечить дословный перевод для Риккардо. — Обратился Евгений к хозяину кабинета. Тот только махнул в ответ.

— Пожалуйста, сначала главный бухгалтер.

Все расселись и Тамара, открыв, принесённую с собой папку, начала свой доклад.

— Кредиты банков на общую сумму 14 200 000 рублей, включая платежи по ним. Из них, на сумму 7 500 000 рублей — краткосрочные. Срок погашения, по ним истекает в конце этого месяца.

— Товаров на складе, на общую сумму 9 000 000 рублей. В пути, от поставщиков — на 6 600 000 рублей.

— Счета к оплате, на общую сумму 4 560 000 рублей. Из них, за товар 3 160 000 рублей.

— Деньги, на счетах и в кассе, 645 728 рублей.

— Ликвидные активы, в иностранной валюте и ценных бумагах, по курсу рубля в Лондоне 4 300 000 рублей.

— Остальные активы, в недвижимом и движимом имуществе, на сумму 22 000 000 рублей, на основании договоров с банками, не являются ликвидными. Под них выданы кредиты.

— Общий баланс. Активы — 20 545 728 рублей. Пассивы — 18 760 000 рублей.

— Спасибо.

— Коммерческий директор, пожалуйста. — Продолжил это своеобразное совещание Евгений.

Геннадию, не нужны были записи и документы:

— Реальная стоимость товаров, со сроком продажи до конца месяца, исходя из цен, предлагаемых заказчиками, и сравнимыми с конкурентом, только 8 400 000 рублей.

— Разрабатываем вариант отправки товаров в другие регионы России, в Белоруссию и на Украину. Ориентировочные сроки, не раньше середины следующего месяца.

— В варианте, дополнительной комплектации имеющихся товаров и производство мебели. С задействованием наших мощностей и нескольких, близлежащих заводов по производству мебели. Общая сумма необходимых закупок, ориентировочно 15 000 000 рублей.

— Наше предложение — продать товар, закрыть «горящие кредиты», вернуть не оплаченный товар. На оставшиеся деньги купить комплектацию. И делать мебель.

— Коммерческий отдел и отдел реализации сократить на 2\3.

— Договариваться с банками об отсрочке оставшихся кредитов.

— Это всё.

— Спасибо.

— Дмитрий, пожалуйста. Только без анализа рынка, мы вам верим.

— В чём ошибка, и если есть — то решения.

Подытожил Евгений.

Дмитрий, уже было собравшийся начать рассказывать о рынке. Вынужден был сделать небольшую паузу. Чтобы собраться с мыслями.

Все терпеливо ждали.

Дмитрий сказал:

— Логистика.

— Пригласить специалиста. Продать и отдать, всё что можно. И наладить процесс, так, как он должен происходить.

— Это всё?

Спросил у него Евгений. Тот утвердительно кивнул.

— Все свободны.

— Кофе всем, пожалуйста.

Обратился он к секретарю. Та упорхнула.

Борис и Риккардо одновременно вскочили и собирались что-то сказать.

Но, Константин, остановив их обоих, обратился ко мне:

— Ты у нас изучал маркетинг. Он прав?

— Не могу так сразу, дай подумать.

Ответил я.

— Вы пока тут пообщайтесь, обсудите всё это. А я выйду, перекурю. Хоть я и бросил три года назад. Надо подумать.

Когда я вернулся, а прошло минут двадцать, то Константин, снова был на коне. То ли почувствовал поддержку, и вернулась уверенность в себе, то ли проснулся бойцовский дух, когда не можешь, но надо.

Но картина была, практически та же, что и при моём первом появлении.

Лена — за компьютером, Риккардо — весь в движении, Борис с лимончиком. Только Константин стоял посреди кабинета. И он обратился сразу ко мне.

— Риккардо предложил мне пол миллиона евро, что бы я мог решить все свои проблемы.

— Огромное спасибо тебе, Риккардо. Да — это идеальное решение, взять и заткнуть эту прореху. Понимаешь, мне кажется, что тут — в России, это финансовое вливание, позже, приведёт к ещё большим проблемам.

— И мы все думаем, что Дмитрий прав. Наладить логистику всех товарно-денежных процессов и наши цены будут конкурентоспособны. И развиваться дальше.

— Если ты сейчас, подтверждаешь его правоту. То начинаем действовать.

Тогда я ответил:

— Как тебя вообще угораздило ввязаться в это дело, без логистика. Да, я считаю, что это самый оптимальный вариант. Готов, на первых порах, набросать основную схему логистического процесса. Конечно, очень приблизительную и условную. Но только, при условии, что в ближайшие дни появится специалист.

— Отлично.

Удовлетворённо резюмировал Константин.

— Значит так.

— Ты с Леной, делаете основную схему. И подключайте мой отдел маркетинга.

— Борис, организуешь рекламу: — что у нас всё в порядке. Мои специалисты по рекламе — в полном твоём распоряжении.

— Риккардо, пожалуйста, вытащи мне из Италии самого лучшего логистика, хотя бы на месяц.

— Женька, а мы с тобой пойдём в коммерческий отдел, и будем там организовывать переход на новую схему деятельности.

— Всем, в бухгалтерии, получить деньги на расходы, а с секретарём решить бытовые вопросы.

— Договорились?

Разумеется, что три дня мы все трудились, не покладая рук. Звонки, переговоры, согласования. Каждое утро собирались все вместе и обсуждали уже сделанное и планы на новый день.

Когда приехал специалист по логистике, то он удовлетворённо кивал головой, изучая нашу схему и проходя по рабочим местам в коммерческом отделе.

Правда, раза три, он останавливался и надолго, часа на полтора — два. Видимо исправлял, наши ошибки и неточности.

В результате, расчетная цена, после реорганизации всех процессов, получалась на 5% ниже цены конкурента.

Блестяще. Оставалось, только наладить эти процессы.

Потом, итальянский специалист, собрал весь персонал фирмы на семинар, по основам логистики. И долго, и нудно всем объяснял, шаг за шагом, нужность и эффективность этого процесса. Да ещё и по-итальянски, через переводчика. Мы все, после перерыва уже не вернулись на этот семинар. Конечно, Константин остался там. И с нескрываемым интересом продолжал внимать речам итальянца.

Вечером, дома у Кости, мы договорились, что утром все разъедемся. Лена, я, Борис и Евгений.

Риккардо решил остаться еще на недельку. «Он обещал Люсе, что всё будет в порядке. Он должен убедиться». Да и подарок, он должен найти, для внучки.

Мы же, договорились созваниваться, а Евгений, пообещал нам всем написать, как пойдут дела.

Но всё уже было ясно. Если Константин, снова в строю — значит, он обязательно победит.

ГЛАВА 8. СНОВА ЛАРИСА.

Да, Лариса стала моей женой. Вскоре у нас родился сын. Продолжатель рода.

Но кроме, всего этого. Она стала профессиональным экономистом и аудитором.

После окончания финансово-экономического института, её пригласили в только что созданное предприятие по оказанию Экономических и Аудиторских услуг. Крупная фирма из Великобритании, открыла в Ленинграде, свой филиал. И искала молодых, перспективных сотрудников. Искали, разумеется, среди лучших студентов экономических вузов.

Трудилась она конечно много. Правила и сама деятельность в той фирме, были на английский манер. Так, что кроме профессионального роста, нужно было ещё и соответствовать общей стратегии предприятия.

Но довольно скоро, ей стали поручать самостоятельное ведение дел. И назначили ведущим специалистом. Ей очень нравилась сама работа. Она получала удовольствие от решения сложных задач в экономике предприятия. Да и клиенты были, в основном серьёзными. Статус английского филиала. Правда, обучение — каждый квартал. Сначала было немного странно. Но потом стало понятно, и даже выработалась необходимость — учиться постоянно.

В общем, она нашла себя в этой профессии. И развивалось всё вполне оптимистично. Были возможности для карьерного роста и в денежном отношении, была далеко не средняя зарплата.

Я же, после окончания Ленинградского Высшего Инженерного Морского Училища, должен был два года, ходить в море. По распределению я попал в Ленинградское пароходство.

Работа мне, конечно не очень нравилась. Хотя было довольно интересно разбираться в судовом электрооборудовании, читать схемы и решать возникающие проблемы. Но однообразность и отрыв от берега — на несколько месяцев. Делали мою профессию, страшно нудной и мало приятной.

Немного скрашивали ситуацию заграничные порты. Мы тогда мало, что знали о загранице. Железный занавес. А тут я, своими глазами, всё это увидел.

Вот, видимо, так всё и сложилось. Лариса работала в иностранной компании, я побывал, почти во всех крупных портах мира.

Как только, у нас в стране, начались разговоры о том, что «Занавес» скоро откроется. Так мы сразу стали думать, куда бы нам податься.

К хорошему, быстро привыкаешь. И менять это своё — хорошее, на плохое, никто не согласится. А в стране, что-то назревало. Мы не разбирались, толком. Что и как. Было много работы. У Ларисы. А я, вообще редко был дома. Пару недель и опять 2-3 месяца в море.

Но то, что назревало, это точно.

Но уехать, всё ещё, было не просто.

Подошла к концу, моя «обязаловка». И, естественно встал вопрос — что дальше? Вариант, с морем, даже не рассматривался.

Я много читал, находясь месяцами, вдали от семьи. И попалось, несколько книжек о маркетинге, на английском. Кто-то оставил в судовой библиотеке.

Да, я за эти два года, неплохо выучил английский. Часто приходилось говорить на английском языке — была необходимость. Так, что мне эти книжки дались легко. В смысле языка. А вот содержание, меня очень заинтересовало.

Случилось так, что один из последних портов, куда заходило наше судно, был Гётеборг. И как мне попалась реклама местного университета? Я не помню. Но это случилось. Я пришел туда, и спросил — могу ли я у вас учиться. С советским паспортом и техническим образованием. Они были очень любезны, долго совещались, куда-то бегали. И потом мне объявили.

Что на моё счастье, буквально в прошлом месяце, начала действовать программа обучения молодых людей из Советского Союза. По какой-то государственной Шведской программе. И что раз уж я пришёл сам, то они готовы меня в эту программу принять.

Вернувшись домой, я собрал, все необходимые документы и отправил в этот университет. Через месяц, получил ответ, в котором было приглашение, на основании его мне в Консульстве Швеции, сделали шведскую визу.

Всё было так здорово, что походило на сказку. Меньше месяца я был без работы. И вот я уже учусь в шведском университете. И учусь маркетингу. Мне платили небольшую стипендию. Но мне хватало даже на то, чтобы в выходные приезжать в Ленинград, к семье. Потом уже в Петербург.

По окончании курса маркетинга, мне предложили список предприятий, в которые я могу обратиться с просьбой о работе. Для этих предприятий, хватало моей квалификации.

Но мне это мало о чем говорило, они все были разбросаны по всей Европе.

Этот список, мне пригодился, когда Ларисе предложили возглавить филиал в Вене. Я обнаружил целых два предприятия из того списка, одно в Вене, а другое в восьмидесяти километрах от Вены.

Так мы оказались в Австрии.

В начале было ужасно трудно. По семь часов — немецкий язык. Каждый день, кроме выходных. Но зато вместе. За годы моего мореходства и учёбы, мы как-то успели соскучиться, как-то мало, мы были вместе. Тут — навёрстывали.

Поэтому и дела пошли на улучшение.

Ларису, утвердили руководителем филиала. А у меня появилась работа, с огромными возможностями роста.

Дальше, всё развивалось, как по плану. Хотя нам в школе и говорили, что у них, тут, не плановая экономика.

Лариса, довольно быстро освоилась с руководством компании. Хозяева в Англии, тоже были ею довольны. Постепенно, ей начали предлагать капитализировать свои доходы. Её заслугами, были открыты новые филиалы, в соседних странах — Чехии и Словакии. Она стала совладелицей дочерней фирмы, объединившей все эти три филиала. Кроме того, её часто приглашают, как консультанта, для решения нестандартных ситуаций. Постоянно разъезжает по конференциям, семинарам и симпозиумам. Несколько раз в году, по каким-то датам (я особенно не вникал), нас приглашают в Лондон, где устраиваются пышные банкеты.

Сегодня, у неё в подчинении 70 экономистов и аудиторов, а если посчитать и весь персонал, то что-то около 300 человек.

У неё вышло несколько книг, профессиональных. Множество статей в популярной прессе.

Мою Ларису ценят деловые партнёры и уважают клиенты. Считаю, что она добилась в жизни многого. Трудом и небольшой частью везения, конечно.

И ещё один момент. Не знаю, кому так было угодно. Богу, судьбе или просто нам. Но мы пережили моменты, когда жизнь нас вынужденно отдаляла друг от друга — на время. Но в основном, наши пути, профессиональные пути, практически всегда шли вместе.

Жизненные пути — они сошлись в тот предновогодний день, когда мы второй раз встретились. И больше не расходились. Любовь? Да, любовь нас объединяла. Но было, что-то ещё. Моё мнение, что у людей, близких по духу, открытых к партнёру, и искренних в отношениях, просто не может быть иначе.

Если всё то, что нас связывало, что мы пережили, что давали каждый друг другу и что чувствовали, что обогащало наши души и наполняло их ежедневной радостью. Если всё это называется одним словом — любовь. То, да — это любовь. А то, что к этому добавилось — от любви, это уже просто наша жизнь.

Мы сами это всё делали, мы выкладывали свою дорогу по камешку. И шли по ней.

Извините.

И продолжаем идти.

ГЛАВА 9. ПОСЛЕДОВАТЕЛИ.

Несколько раз к «нам» на сайт приходили предложения — «дружить сайтами». По аналогии — «дружить семьями».

Пару раз это были клубы по интересам. Литературный клуб и клуб дайвинга. У них было много постоянных посетителей, тоже была большая переписка. Проводились клубные мероприятия. Жизнь бурлила.

Мы, в свою очередь, обсуждали эти предложения.

Но, как-то общей поддержки, не получалось. Кто интересовался дайвингом — стал участвовать в их деятельности. Литература — читать произведения, которые там публиковались, стали многие. Но участвовать в деятельности клуба? Кто-то из наших, одноклассников, говорил мне: — ну ты же пишешь, писатель. Тебе это должно быть интересно. Но мне было не интересно. Читать, я и так читаю много. У меня специальная программа стоит, в компьютере, которая вылавливает в Интернете новые книги, и сообщает мне аннотации к ним. Если мне интересно — я читаю. Бывает, по две-три книги в день прочитываю.

А в этих литературных клубах, существует редколлегия. Так она, по литературному называется. А на самом деле, это несколько заинтересованных лиц. Или заинтересованных материально, то есть деньги на этом зарабатывают, или заинтересованных честолюбием — сами пишут и используют клуб, как площадку для продвижения и восхваления, своих произведений.

В моём понятии — литературный клуб, это клуб читателей. На чей суд авторы выносят свои произведения. И только. Ничего больше. Авторам, там больше делать нечего. Но и читатели, в каждом клубе — свои. То фанаты «главного редактора», то просто друзья, то горячие поклонники жанра клуба.

Авторы, выбирают, в какой клуб, они отдадут своё произведение.

И я, как автор, не видел смысла отдавать свои произведения в этот литературный клуб.

Поэтому, и я их не поддержал.

Да и вообще.

На мой взгляд. Литература, она для того и существует, что бы писатели — писали, а читатели — читали.

У писателей, как у профессионалов, должны быть свои «профессиональные» организации, или клубы. Для решения бытовых вопросов.

А у читателей — разумеется, свои места, для обсуждения книг.

Но, когда, встречаются вместе, и писатели, и читатели — то это уже, пресс конференция. А не клуб.

Две стороны.

И ещё. Как-то наболело.

Меня постоянно зовут в какие-то объединения, союзы и клубы. А я, всегда отказываюсь.

Считаю, что общение между писателями, не может происходить на «дружеской ноте». Исключение, конечно, если эти люди — друзья. А потом, уже, писатели.

Нет, не из-за зависти, и не из-за конкуренции.

Ну, о чём могут общаться, скажите мне, пожалуйста. Автор фантастических миров и автор, например, современных детективов.

Обсуждать стилистику, или яркость впечатлений?

Делится вдохновением, или сдавать внаём музу?

Да не смешите вы людей.

У них же, разные взгляды на мир, его ощущение. Чем больше они будут общаться — тем «похожее» будут их миры, в произведениях.

А кому это надо?

Вы скажете, а писатели, работающие в одном жанре.

Бред.

Любое общение — это, прежде всего, доказывание своей правоты. И если у нормальных людей, и между нормальными людьми — это вполне может существовать.

То у писателей, и между ними — увольте.

Что же они, тогда будут рассказывать читателям, в своих произведениях?

Впечатления от общения с коллегами?

Писатели, создают…

Не побоюсь этого слова — творят, для того, чтобы их произведения читали.

А читают, то, что интересно.

Попахивает тавтологией.

Что-то я увлёкся.

Пардон. Продолжаем.

А уж, насчет «дружить сайтами». Ну что нас может объединять? Количество переписки, или количество народа, или интенсивность мероприятий.

Ну, глупо, просто глупо.

Было несколько предложений от аналогичных «нашему» сайту, сайтов одноклассников, однокурсников.

И как-то с сайтами одноклассников, мы тоже не нашли общего языка. У них своя жизнь. Свои радости и свои проблемы. Мы плохо знаем этих людей. И никогда не узнаем их так, как знаем себя, и своих одноклассников.

С сокурсниками, тоже не получилось. Однажды, объявился сайт сокурсников, с института, где училась Света. И вроде, как пошла переписка. Была у них встреча. Приглашали на эту встречу и нас, всех.

Но у нас есть ребята, которые не стали, или не смогли получить высшее образование. И если, среди нас, этот вопрос никогда не вставал. Потому, что мы все учились в одном классе. А потом — это потом. То, вот с посторонними людьми — оказалось, что это проблема.

И мы решили, на титульной странице «нашего» сайта, написать: «Спасибо, заранее, за ваше желание общаться с нами. Но нам лучше самим по себе». И ещё мы ввели дополнительный контроль посетителей, и фильтр их посланий.

На этом, предложения «дружить сайтами» кончились.

Но мы, частенько обсуждали. Почему мы не можем раскрыть своё общение, для всех. Это была череда, сообщений и откликов, обмен мнениями, чьи-то статьи.

Здесь, я приведу, маленькое резюме. Синопсис, своего рода.

Оказалось, что в пределах нашего сайта, мы живём, словно в пределах нашего класса. И можно провести довольно точную аналогию с семьёй.

Семья. Члены семьи. Мама, папа, дети, бабушки и дедушки, ближайшие родственники. У каждого — разные традиции и устои. Но, общее у всех то, что существует общение, дела, события — внутри семьи. А есть, то же самое — но уже вне семьи.

Кто-то общается с друзьями, имеет общие увлечения со знакомыми, участвует в событиях с коллегами по работе, или с соседями по дому. Вариантов — масса.

Но, это всё — вне семьи.

А в семейной жизни, может участвовать только семья. Ну, бывает ещё друг семьи, или самая близкая подруга. Но один, или два человека.

Естественно, это всё справедливо, если в семье всё в порядке. Ну, вы понимаете…

Хотя, я, конечно, сужу по своему классу. Как показывает опыт: таких классов — обидное меньшинство. Впрочем, как и семей, — у которых, всё в порядке.

Получается две разные жизни. Жизнь семьи, и жизнь нас внутри семьи, и вне неё.

Феномен.

Нет. Обычное дело. Просто, как-то внимание на этом не заострялось.

Дальше, не будем рассуждать. Потому, что уж больно это деликатная тема. У каждого всё по-своему.

Примерно так же, всё и в классе. А теперь и на «нашем» сайте. Только у нас намного больше «друзей класса» — наши семьи.

В большинстве своём, семьи моих одноклассников стали, действительно «друзьями класса». Это и моя супруга — Лариса, Риккардо — муж Люси, жёны Евгения, Константина, Бориса, Михаила и Марата. Мужья Лены, Светы, Ирины. Сыновья Марины К. и Евгения, дочь Лены А.

А вот муж Зины, и жена Коли, мой сын — не захотели с нами сближаться.

Есть у нас и одинокие. Их не много, но они есть.

Не буду говорить, что все мы их поддерживаем, и уделяем им больше внимания.

Это, естественно.

Но, может быть, они нашли частичку своей семьи — в нашем классе.

Заменить, разумеется, нельзя. Но можно дополнить, то, что есть. Заполнить жизнь. Заботится о ком-то. Радоваться вместе со всеми. Помогать решать проблемы.

Нам всем, крупно повезло. Что у нас есть, такой, весь «наш» — класс.

ГЛАВА 10. НАЧАЛОСЬ…

Нагрянуло, это всё, конечно, опять внезапно.

Мы с женой были на Корсике, отдыхали и загорали, вместе с Люсей и Риккардо. Самое начало осени. Не так жарко, как летом, хотя и лето, кончилось неделю назад.

Осень, совсем не ощущалась. Только, что не так жарко.

Море было тёплым, небо — безоблачным, ветер дул с моря, принося и влагу и прохладу, одновременно.

Мы никуда не ездили. В смысле — экскурсии. Были здесь уже. Перемещались с пляжа — на обед, с обеда — к бассейну. Вечерами, или играли в теннис или отплясывали на дискотеке. На гольф, возил нас Риккардо — но нужна сноровка и постоянные тренировки. В общем, здорово. Пару раз ужинали в каких-то особенных местах (по настоянию Риккардо). Красиво и впечатляюще. Историей, здесь пропитан каждый камень.

Да. Ездили в Оперу. Ну, как же, в Италии — и без оперы.

Смеялись, над рассказами Люси о своей внучке. Вернее, смеялись над тем, какие с ней курьёзы происходили. Люся — бабушка. С ума сойти!

Мы, когда рассказали своему сыну, о Люсиной внучке. Ответ был категоричным — не дождётесь.

Очень приятно было, практически без забот, наслаждаться морем, солнцем, итальянской культурой и общением с друзьями.

В отеле, на рецепции, меня ждало сообщение. По электронной почте. Пришло 10 минут назад.

«Срочно свяжись со мной. Все, наши, уже в курсе. Ты где? Лена»

Эти новые услуги отеля, авто-секретарь, конечно же, удобны, но, как-то было не до дел, и уж тем более, не до срочных дел.

Но, Лена, по пустякам, беспокоить не будет. Это не обычная переписка, что-то случилось.

Я попросил Ларису и друзей, подождать пару минут. И спросил у служащего отеля: «Где я могу ответить, на это сообщение?»

Меня проводили в помещение, где были компьютеры и активировали моего авто-секретаря.

Я, написал:

— Лена. Я, Лариса, Люся и Риккардо — отдыхаем на Корсике. Что-то случилось?

Ответ, пришёл мгновенно:

— Нет. Но есть необходимость встретиться. Послезавтра. В Брюсселе. Адрес и контакты пошлю в твой личный органайзер. Необходимость — важная. Поверь мне. Борис, Евгений и Константин тоже обещали быть.

Вот это новость. Брюссель. Важная необходимость. И ребята едут туда.

Я попросил:

— Подожди минутку, я позову остальных.

Выйдя, в холл отеля, я жестом позвал к себе Ларису, Люсю и Риккардо. Они направились ко мне. А я запустил видеосвязь и сдвинул ещё три кресла, к этому монитору.

Вошли все. Лена, увидев их, в приветствии, подняла руку.

— Привет всем. Вы такие довольные. Я ужасно извиняюсь.

Перешла она на английский язык.

— Что случилось, Лена?

Почти хором, спросили Лариса и Риккардо. Люся усаживалась в кресло и тоже жестом, поприветствовала Лену.

— Садитесь, пожалуйста. Продолжила Лена.

— Наш «друг» Камчаткин, просит о помощи. Да, именно помощи. У них возникла не стандартная ситуация и он просит, нас всех, прибыть для консультаций. Им нужна наша консультация.

Тут, я должен пояснить — для тех, кто не читал первую часть этого романа. Камчаткин — это ведущий сотрудник организации, которая занимается контролем, над созданием и применением оружия, во всём мире. Международная, точнее сказать — «над» народная организация. Мы уже пару раз имели с ними отношения. Если интересно — почитайте.

Эта организация, обладает очень большими возможностями. И поэтому, довольно странно, что они обращаются за помощью. Может быть — опять какие-то интриги?

— Больше, ничего не могу сказать. Будут Евгений с сыном, Борис с Леночкой, Константин. Ну и я, тоже. Кто из вас, сможет приехать?

Люся, обведя всех взглядом, начала говорить:

— Мы, планировали, ещё пять дней побыть тут, а потом, на выходные к нам.

Лариса, её поддержала:

— Так, что, мы в принципе, свободны. Только жалко, всё это покидать.

— Мы можем, сегодня ночью, выехать поездом. Я как-то ездил — очень удобно. Утром, проснёмся в Брюсселе.

Это Риккардо.

— Камчаткин, тоже там будет? Спросил я.

— Да. Ответила Лена.

— Но, приглашает нас, не он. И встречаться с нами будут люди, из высшего руководства. Камчаткин, только ассистирует им.

— Окей. Завтра будем в Брюсселе. Только, сначала, давай с тобой встретимся. А то, опять, какая-нибудь интрига.

На этом и договорись.

Мы, благополучно, добрались до Брюсселя. Заселились в отель. Из отеля, созвонившись с Леной, направились на улицу «Rue au Beurre».

Встреча была назначена в кафе «La Capannina», Лена нас уже ожидала там.

Поприветствовав друг друга, мы расселись, вокруг большого стола. Перед нами был городской парк. Заказали напитки, и только после этого, обратились к Лене с вопросом: — Что случилось?

— В двух словах. Больше, не могу.

Ответила она.

— Рассказывай.

Риккардо уже места себе не находил, от нетерпения.

И она начала рассказывать.

— Совершенно, неординарная ситуация. Несколько отделов, а это уже само по себе, чрезвычайное событие, что бы несколько отделов, работали над одной темой. Так вот, несколько отделов, почти уже четыре месяца бьются над загадкой.

«Резкое усиление радикально националистических настроений в 18 странах Европы»

— Да, да. Влез Риккардо.

— Я видел в газетах и новостях, что несколько событий произошло. Но, что в восемнадцати странах! Это катастрофа!

— Я тоже, обратила внимание, что больно много стало националов, появляться. Подумала ещё, — что-то уж больно часто.

Добавила Лариса.

—Но это ещё не всё.

Продолжила Лена.

— Начав заниматься этой темой, организация, которая ждёт нашей консультации, выяснила, что практически 100% этой аномалии, от среднего уровня, разумеется. Повторяю, 100% этих отклонений от нормы — это русскоговорящие.

— То есть, вся эта чехарда, вся эта катастрофа, как сказал Риккардо, это или против русского языка, или во славу русского языка. А вовлечены в неё — наши соотечественники, бывшие и настоящие.

— Вот так, если коротко.

Возникла пауза. Кто-то задумался. Лена переводила дух.

— Ну а мы то им зачем?

Меня, для начала, волновал именно этот вопрос.

— Военный врач, два бизнесмена, два журналиста, аудитор, писатель, домохозяйка и пенсионерка. Какой от нас то, толк. Ничего не понимаю.

Добавила Люся.

— Я подумал, снова этот полигон.

Вставил Риккардо.

— Опять, что-то замышляют. С опаской, глянув на меня, сказала Лариса.

— Нет. Сейчас расскажу.

Ответила всем сразу Лена. И продолжила:

— Существует такой аналитический метод. «Сопоставление с эталонными категориями населения». Есть несколько категорий населения, устойчивых, каждая в своей сути. Ну, например — родители детей, посещающих один детский сад. Устойчивая категория, до пяти лет.

— Таких много. И среди них выделены, по-своему «эталонные». Которые, не просто устойчивые, а ещё и доступно оцениваемые. Проверяемые и перепроверяемые, что ли.

— Реакции этих «эталонных» групп, отражают действительно происходящие в их категории события.

— Прекрасно. Есть такие «эталоны». Какое, к нам это имеет отношение?

Злясь, от непонимания сути происходящего, немного резко, спросил я.

— Да, вы опять попали в переделку.

— Вы и есть, одна из 78, этих «эталонных» групп, в категории — школа.

— Когда проводили анализ, обратили внимание, что вы уже дважды принимали участие в наших операциях. Извините, в «их» операциях. И мы же… Да. Мы — «эталонная» группа.

— Нам можно рассказать суть происходящего, и тогда наши реакции, будут не просто «эталонными», а ещё и дадут массу информации. Для решения, возникших проблем. А проблемы, надвигаются, грандиозные.

— Всё ясно. Снова, как «кур во щи». Мы оказывается и эталонники, и устойчивая категория, и поднаторели уже в этих, секретных операциях. Почему бы нас снова не задействовать.

Я уже весь кипел. Ведь обещали. Ведь договаривались. Ну, как так можно.

— Да, ты абсолютно прав.

Попыталась успокоить меня Лена.

— И я, полностью на вашей стороне. Нет, на нашей стороне. Прошу прощения — они меня пять лет назад, выгнали. Я тоже очень нервничаю.

— Дело осложняется, ещё и тем, что они не могут найти решение. И даже, определить пути решения этой проблемы. Ничего. Только факты. А что делать — не известно.

— И мы, практически, последняя их надежда. Хоть как-то нащупать возможности выхода из этой ситуации.

— И ещё «горят» сроки. Если, в ближайшие шесть месяцев, что-то не предпринять, то ситуация, полностью выходит из под контроля. Это — по прогнозам аналитиков. Национальная резня, гражданские войны, вооруженные конфликты, массовые беспорядки и дальше — по нарастающей.

Она немного помолчала. И добавила:

— Поэтому, даже я, готова их выслушать. И если смогу — то буду стараться помочь.

— Уверена, что и вы все, такого же мнения. Обо всём об этом.

Нужно, только выслушать их. Подумать, и постараться помочь.

ГЛАВА 11. ИГОРЬ И ЕГО ПАРТИЯ.

Игорь Б.. Наш одноклассник. Если вы помните, то он не приехал, на празднование двадцати пятилетия нашего выпуска из школы. Его не было на юбилее. Не было ещё Нели Ф., но как потом выяснилось — она, в это время, лежала в больнице.

Но Игорь, не смотря на то, что он не был на юбилее, очень активно участвовал в жизни нашего класса. Постоянно переписывался со всеми. Несколько раз приезжал к кому-то в гости. В общем, не потерялся. А так, просто, был не очень активен. И, как-то не воспринимал он всерьёз, наши дела. Нет, он разделял наши радости, но издалека. Мы как-то участвовали в обсуждении его программы, как политического деятеля. Он, тогда, как раз готовился к выборам. Очень активно участвовали, и он потом всех благодарил. Когда его выбрали, в какой-то законодательный орган.

Он занимался политической деятельностью. Состоял в какой-то партии. Совсем не рассказывал о своей жизни. Семья, увлечения — это всё о нём, неизвестно. Работа, политика, выборы, программы — вот что мы от него всегда слышали.

Потом, прошло сообщение в прессе. И кто-то сообщил об этом в новостях «нашего» сайта. Что Игорь Б. — покинул свою партию, которой отдал более 10 лет. И начал принимать очень активное участие в какой-то другой партии. Вступил в её ряды и даже стал одним из лидеров. Но, что и как — не уточнялось. Как-то мы, без особенного энтузиазма, отреагировали на это сообщение. Ну, не изливает нам, человек, свою душу. Нечего к нему лезть. Будет у него радость в жизни — сообщит. Попросит помощи — откликнемся.

И всё бы ничего. Но, находясь в Брюсселе, сидя вечером в отеле, я просматривал новости и ссылки на тему — проявления радикального национализма.

В одном сообщении, я обнаружил упоминание о «нашем» Игоре Б.

Оказывается, он был одним из лидеров, российской, крайне радикальной партии «Партия свободных».

Приведу, только некоторые тезисы из их программных документов, взятых с их сайта, и станет всё ясно.

«Сила в единстве:

В рядах Партии Свободных ты сможешь воздействовать на то, что происходит в России, вместо того, чтобы просто жалеть об этом. Ты объединишь свои силы с силами других людей, верящих в то же самое, во что веришь и ты. В одиночку ты не добьешься многого. Вместе — мы сможем победить!

Руководство и опыт:

Вступив в организацию, ты сможешь использовать знания и опыт своих соратников по борьбе, вместо того, чтобы изобретать все самому.

Наполнить жизнь смыслом:

Ничто в жизни не даст такого ощущения счастья, как работа во имя общей великой цели, которой ты посвятишь свои способности и энергию. Как соратник Партии Свободных, ты станешь одним из создателей грядущего Русского государства, внесешь свой вклад в судьбу своей расы и нации. И разделишь ее бессмертье.

Кроме того:

Ты должен вступить в Партию Свободных потому что это — правое дело. Каждый Русский, знающий о нависшей над Русью угрозе и не желающий встать на защиту своей нации — неважно из-за трусости или лени — недостоин считаться Русским. Бороться с врагом — нелегко, но это необходимо. Это — единственное возможное решение для каждого Русского.»

Ужас. И это наш Игорь.

Эта партия, была довольно многочисленна. Имела разветвлённую сеть представительств и региональных отделений.

Вот, что я ещё нашёл в Интернете.

«Молодёжный НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИЙ портал

Московский Либертариум Партии свободных

Иркутское Региональнольное оделение «Партии Свободных»

Национал—БольшевистскийПортал

Stormfront White Nationalist Community

Russian National Socialist Site»

Кошмар. Как Игорь мог в это во всё ввязаться?

Нужно срочно найти его и что-то делать.

Хотя с другой стороны. Мы ему не нянька. Ну, нравятся ему эти убеждения. Как мы можем его переубеждать, или стараться навязывать свои убеждения.

Да. Такого я не ожидал. Впервые сталкиваюсь, с тем, что кто-то из близких мне людей, занимается таким делом.

Во всяком случае, нужно поговорить об этом, на страницах «нашего» сайта. Быть может, все вместе, мы и сможем найти какое-то решение.

ГЛАВА 12. БОРИС.

Борис, если вы не знаете, всегда отличался особенностью, попадать в самые нелепые ситуации. Но, в любой ситуации, он проявлял чудеса непосредственности. То есть, что бы не произошло, он всегда однозначен. Ну и что — едем дальше.

И поэтому, вокруг него всегда был шум, оживление, а для него, ровным счётом ничего особенного не происходило. Ну, да, хочу огурчики, к водке. Или, собака запрыгнула — здоровая, однако.

Когда, ему предложили, месяц пожить в Словакии, и поучиться журналистскому мастерству. Он, конечно, согласился — тем более что можно было взять с собой супругу.

Мы, не сомневались, что приключений, у него, будет много. И с нетерпеньем ждали его статьи, с рассказами об этом месяце.

Вернулись они, не в Петербург, а в родной город Бориса. Проведать родителей, и просто побывать на Родине.

И оказалось, что приключения в Словакии, нельзя ставить в один ряд, с тем, что произошло с ним в родных местах.

Дело в том, что в нашем городе, проживало, довольно много разных национальностей. Русские, казахи, корейцы, евреи, узбеки, армяне, немцы и ещё много других национальностей. Конечно, отношения, между ними, не всегда складывались удачно. Бывали и стычки. Особенно, в период отделения этой республики от Советского Союза.

Но, в большинстве своём, те, кто жил в этом городе, умели находить общий язык. И национальной неприязни, практически не наблюдалось. Так, мелкие инциденты, в общественном транспорте. А уж, что бы с Борисом — «звездой» местного масштаба, и практически всю жизнь, прожившим в этом городе?

Это было, ну вовсе исключено.

Но в этот раз…

Началось, это, сразу, во время приезда. Борис с Леночкой, добирались от ближайшего аэропорта, на автобусе. Примерно 6 часов. Так ещё в автобусе, Борис поругался с водителем и с попутчиками. Там были казахи и армяне. Выходя из автобуса — он кричал им вдогонку, какие-то ругательства. И ещё долго не мог успокоиться.

Это нам всё, потом, рассказывала Леночка.

Такси, немец — и здесь стычка.

Ну, дома, было всё в порядке. А когда, на следующий день, Борис вышел в магазин. Обратно его уже привезла Леночка. И поздно вечером. И из милиции.

Он устроил драку в магазине.

Ему, русскому, не доложила колбасы кореянка, продавщица в магазине. Кто-то начал его вразумлять. Но он сцепился и с ними. Вызвали милицию. Но один из милиционеров, оказался казахом. И Борис, нашёл претензии и к нему. Они пытались его утихомирить, потом вывести из магазина. Он упирался, начал размахивать руками. Милиционеры достали свои дубинки. Так Бориса, это ещё больше разозлило. И он ударил милиционера-казаха. Дальше была суматоха и зрелище «не из приятных».

В результате, Бориса, в наручниках, доставили в отделение милиции. Нашлись свидетели, что Борис, постоянно восклицал: — Вот я, русский. А вы — быдло!

Ему грозило задержание и суд.

Только вмешательство мэра города, с условием, что Борис утром уедет из города. Позволило выпустить его на свободу.

На утро, они отбыли в Петербург.

Но, всё это было, так странно. Просто этого не могло быть. А если и могло — то, только не с Борисом.

Его, практически все в городе, знали лично. Да и большую часть людей, которых он оскорблял, Борис, также знал лично, и не один год.

Удивительно.

Прямо, буйное помешательство.

Так же решила и Леночка. И по приезду в Петербург, потащила его к психиатру. Диагноз — психоз, на фоне шовинизма.

Правда, в Петербурге, его агрессия, немного спала. Не было шансов, столько сталкиваться с людьми, других национальностей. Но, в редакции, Борис поругался и с армянином — редактором, и с молдаванами и с украинцами. Не до драки, конечно, но тоже, приятного в этом, было мало.

Это было, совсем не похоже на Бориса. С ним, что бы не случилось, кто бы ему, что ни сказал. Оскорбил или даже унизил. Он всегда находил мирный путь решения. Я не помню повода, по которому бы Борис, был так озлоблен.

Наш мирный, пушистый (как его называли девчонки), непосредственный Борис, превратился в какого-то монстра, просто ненавидящего все остальные национальности, кроме русской национальности.

Кто у нас, ещё, не русский — я, Риккардо. Слава богу, до юбилея ещё больше полугода. А то у нас в классе, почти половина — не русские.

Как же мы теперь будем общаться?

В следующем месяце мы планировали поехать все вместе в Альпы, на лыжах покататься. Что, теперь? Всё отменять и лечить Бориса?

Ну, мне к нему нельзя.

Попрошу Ларису, что бы съездила в Петербург, и узнала, как там, и что.

После Петербурга, прилетит на Корсику и там нам всё расскажет. Мы хотели дней 10 ещё, ухватить, уходящее лето, вместе с Люсей и Риккардо.

Да, так и сделаем. Только бы всё обошлось. Это же Борис. Мой Борис.

ГЛАВА 13. И ПРОДОЛЖАЕТСЯ…

Утром в 8.00, у входа в отель, нас ждали четыре одинаковые машины. Какие-то здоровые, почти что танки. С тёмными стёклами и сияющей чистотой. Все четыре водителя, тоже были чем-то похожи, как братья. Они стояли у машин и пристально вглядывались в наши лица, по мере того, как мы подходили к машинам. Как будто проверяли — мы ли это.

Выглядело, это всё, совсем как в каком-то боевике.

Собрались все. Евгений с сыном. Люся с Риккардо. Я с Ларисой. Константин. Лена. Борис с Леночкой.

Борис, на удивление, через неделю пребывания в Петербурге, стал прежним. Лариса, прилетев на Корсику, рассказала, что всё в порядке — Борис, переболел, что ли. Он совершенно спокойно общается с людьми, других национальностей. И сам не понимает, что на него нашло. И реагирует на своё умопомрачение, совсем как Борис. Ну, было, и было. Теперь нет.

Странно. Но, здорово, что Борис выздоровел.

Мы немного шутили, за завтраком.

— Сейчас повезут в секретные лаборатории.

— Глаза завяжут, что бы дорогу не запомнили.

— Сыворотку правды вколют.

Нервозность — была. Всем, очень не хотелось, опять влезать в какую-то историю. Но все понимали серьёзность ситуации. Поэтому, выбора не было. А нервозность — была.

Ехали, мы тоже, как в боевике. Между машинами, даже в движении, расстояние было — не больше метра. Практически не останавливались.

Трудно определить, выехали ли мы из города, или были в его пределах. В Брюсселе, нет четкой границы.

Минут через двадцать, въехали под землю. Какой-то отрицательный уровень. И ещё минут пятнадцать, ехали под поверхностью.

Остановились в большом коридоре. Что-то типа шахты, или линии метро.

Открылась дверь в стене, и улыбающаяся девушка в строгом сером костюме, пригласила нас внутрь.

Нас провели к лифту. Этажи, не обозначались. Но ехали мы вниз, и не долго. Может два или три этажа. Из лифта вышли в другую сторону, не в ту, в которую входили в лифт.

Там была комната. Десять кресел, на трёх столиках — разные напитки, и одноразовые стаканчики. Одна стена, явно, была прозрачной — с другой стороны. Так нам показалось. Девушка, предложила освежиться, присесть и подождать десять минут. И вышла, в единственную дверь (кроме двери лифта).

Мы расселись по креслам. И Лена сказала:

— Опознают и проверяют на наличие датчиков и устройств записи. Безопасность. Потом ещё будет узкий коридор — детектор опасных материалов. Дальше, попросят по одному заходить в маленький кабинет — снимут всю телеметрию. Включая сетчатку глаз и отпечатки пальцев, тепловой, психический и мышечный портреты. Ну и фото, разумеется. Уши, зубы, череп, строение тела. Кровь, на ДНК.

— Раздевать не будут. Это лишнее. Но процедур много. Таков порядок.

Так и вышло. Снова вошла, та же девушка. И попросила следовать за ней. Несколько поворотов, и узкий коридор — метров пять. Можно идти, только по одному. В конце — поворот. И ещё один, такой же коридор. В обратном направлении.

Никто не роптал. И даже слова, никто не сказал.

Оказались мы снова в том же помещении, с напитками и креслами. Только к напиткам уже добавились сэндвичи и бутерброды.

Попросили опять подождать. И при вызове, по имени — выходить по одному.

Все молча жевали бутерброды.

Первым вызвали Евгения.

— Кофе, попроси у них.

Вдогонку ему крикнул Борис. Он опять был в своём стиле. И это радовало.

Напряжённости не было. Нужно ждать. Для этого мы сюда и пришли.

Дождёмся.

Когда, эти выходы — по одному, закончились. Опять пришла, уже знакомая девушка и пригласила нас, снова в лифт. Мы поднялись, наверное, всего на один этаж.

И там уже была привычная обстановка.

Большой зал. Огромный стол. Вокруг него кресла. На столе, у каждого кресла, тетрадь и несколько ручек. Напитки. Стаканы. По стенам — мониторы.

И в этом помещении, нас встречали три человека. Один из них был Качаткин.

Он направился к нам. Поздоровался с каждым и пригласил садиться.

— А в туалет, можно? С абсолютной непосредственностью, спросил Борис.

Ему указали на дверь.

А в это время, в помещение вошли ещё четверо. Трое, были явно из высшего звена. Что-то в осанке, или в манере двигаться.

Но мы не стали вставать. Хотя сын Евгения, было, дёрнулся, но Евгений успел положить ему руку на плечо. Вставать мы не стали.

Пришедшие, тоже, молча уселись за стол. И, по-видимому, самый главный, спросил: — а где Борис?

Камчаткин, как школьник, из-за парты, доложил: — Туалет, сейчас будет.

— Подождём. Ответил «главный». И сделал жест рукой — мол, напитки, пожалуйста.

Через пару минут, появился Борис, со словами: — Что-то с желудком. Нервы, наверное. Я не опоздал?

Все улыбнулись. А «главный», опять молча, жестом указал: — Садитесь, пожалуйста.

Но говорить стал, не он. А другой — из тройки «высшее звено».

— Мы приносим извинения, за причиненные неудобства.

— Сейчас, наш сотрудник, обрисует ситуацию. Он указал рукой, на одного из тех, кто встречал нас в этом помещении.

— Далее, другой сотрудник. Он снова, указал рукой.

— Опишет, ваши действия. Как мы это видим, разумеется.

— Потом, у вас будет возможность высказаться и задать вопросы. Только, по существу, пожалуйста. Детали и нюансы — в рабочем порядке.

— После этого, известный вам господин Камчаткин, выдаст, предназначавшиеся для вас — устройста-симбионы. Они, в течение суток, будут передавать всю информацию о вас, в наш информационный отдел.

— Снова встреча и обсуждение. Если потребуется — то принятие решения.

— Пожалуйста. Он жестом, разрешил своему сотруднику говорить.

Я не буду, снова пересказывать ситуацию. Лена, довольно подробно её описала. Скажу, только, что появилось нового.

Есть версия, что производится психотропное воздействие, на русскоговорящее население Европы.

У нашей, «эталонной» группы — самый низкий показатель восприимчивости этого воздействия. За исключением Бориса.

То, что, произошло в Словакии — сейчас изучается и анализируется.

Возможен, выход на фактор воздействия.

Следующий докладчик, объяснил, что с этими «симбионами», мы не должны расставаться в течение суток. Наши разговоры. Мышечные реакции. Колебания излучений отделов мозга и ещё несколько параметров. Будут постоянно передаваться в информационный центр.

Эти наши реакции, на полученную информацию, позволят вычислить источник воздействия. Конечно, там будет очень много информации. Но, их, сейчас, интересует только источник воздействия и его физическая основа.

Бориса и его спутницу, попросят задержаться, для дополнительных медицинских тестов.

Когда наступил черёд наших вопросов. Я думал, что начнётся шквал вопросов. Но, вопросов — не было.

Зато у Лены, появилась возможность высказаться.

— Я прошу, нет, я просто требую. Чтобы мы все, были официально признаны, рекрутируемыми для этой операции. Дважды, вы создавали им ситуации, которые управляли ими. Теперь, я этого не допущу.

— Найдёте вы источник — хорошо. Но мы все, должны иметь право, сами решать, как далеко, мы хотим зайти. И вообще — хотим ли мы туда, вообще идти.

— Официальный статус рекрутов — нам это позволит.

— Если нет — то я, лично, встаю и ухожу.

Повисла пауза.

Леночка, добавила: — Я полностью согласна с Леной. И действую, как она.

Леночка, в прошлом, тоже была сотрудницей этой организации.

Тогда, «главный» ответил:

— У нас нет выбора. Вы сейчас можете попросить, всё что захотите. Мы вам это предоставим.

— А если, завтра буден получен результат. Мы планировали — зачислить вас в штат. Ведь вам нужно обеспечивать безопасность. И вашим семьям — тоже.

— Так что — всё что хотите. Я не господь бог. Но, повторяю, выбора у меня нет.

Больше вопросов не было.

Камчаткин раздал нам, что-то вроде клипс на ухо. Объяснил, как крепить. И предложил отвезти всех в отель. — Или, куда пожелаете.

Так он сказал.

Бориса и Леночку, привезут, примерно через час.

Мы, немного посовещавшись, попросили отвезти нас в природный парк, к ресторану. Время подходило к обеду. Мы там погуляем. Дождёмся Бориса и Леночку. Пообедаем. Может, ещё погуляем. И вернёмся в отель.

Так, всё и вышло. Мы гуляли в этом парке, до позднего вечера. Разделялись по группам. Снова сходились все вместе.

Долго ужинали, выпили немного лишнего. Это от нервозности, за целый день.

ГЛАВА 14. РИКАРДО И ЕВГЕНИЙ.

Они, практически вместе. Стали возмущаться.

— Как они определят, этот источник, по нашим реакциям?

— Зачем, им наши разговоры?

— Неужели, больше нет вариантов?

— А как же техника, всякие, там, детекторы?

— Папа. — Сказал сын Евгения.

— Это и есть, техника. Я читал об этом методе, где-то. Модификация детектора лжи. Только, специальная программа, сопоставляет факты и реакцию на неё, в результате выдаёт список достоверных объектов. Аналитики, могут по этому списку, выявить направления для дальнейшей разработки.

Риккардо: — Это всё, очень хорошо. Они надеются, что мы уже знаем решение, но ещё сами не понимаем, какое оно. Я тоже об этом читал.

Евгений: — Поэтому, нам нужно найти это решение. Но мне не ясно, как такая организация, с такими возможностями, имея взаимодействие с разведками практически всех стран. Как они не могут найти причину. У них огромный персонал, везде агенты, профессионалы на службе. Техника, опять же. Не понятно.

Борис: — То, что это страшно, я убедился на собственной шкуре. Как будто, меня загипнотизировали, или промыли мозги.

— Подождите, а почему я?

— И, главное — как?

Люся: — Ну, тебя могли, действительно загипнотизировать.

Лена: — А почему Леночка, осталась нормальной? Ой, извини Боря. В смысле — с ней ничего не произошло?

Леночка: — Не знаю, мы были всегда вместе.

Константин: — В туалет, вы тоже вместе ходили?

— Я чувствую, что ключ, где-то в Борисе. Как-то уж явно он — «Резко усилил радикально националистические настроения»

Стало похоже на простую перебранку. Толку от этого мало. Но и сидеть, погружёнными в свои мысли — так вообще, не будет никакого прогресса.

Поэтому я тоже влез в разговор: — Одно понятно, что если мы начнём строить логические цепочки или пытаться заниматься анализом — у нас ничего не выйдет. Они уже четыре месяца бьются. А у них, специалисты, наверняка есть.

— Чувствуешь себя подопытной мышью. Прикрепили к машине — и дергайся, когда сыр видишь.

Лариса: — Ну ладно, тебе. Потом, новую книжку напишешь. Ты больше злишься, что не можешь ничего придумать, сейчас. Но я думаю, что все мы в растерянности. Что-то знаем, а что — не понятно.

Оно и правильно. Раздражала — беспомощность. Позвали — как консультантов, и самим нам, совсем не безразлична эта ситуация. Борис, вон натерпелся. А кто — следующий?

Константин: — надо допросить, этого помешанного. И он указал на Бориса.

— Женя, у тебя инструменты для пыток, с собой?

— Очень смешно. Ответил ему Борис.

— Нужно чего-нибудь, маленько выпить. «Без пол-литры», как говорится…

— Можно тут, чего-нибудь горячительного?

А были мы, в ресторане, при отеле.

Сидели и наблюдали, лично у меня сложилось такое мнение, как Риккардо и Евгений, были недовольны сложившейся ситуацией. И ожесточённо пытаются найти из неё выход.

Глупо всё это выглядело. На нас надели какие-то устройства, и мы должны были «родить», то решение, которое все ждали.

Поэтому — Борис был прав. Без стимуляторов — не обойтись.

Позвали официантку.

Мы с Борисом и Константином, заказали коньяку. Евгений с сыном — виски и пиво. Риккардо попросил, что-то смешать. Девчонки — вино, мартини и коктейли. Принесли ещё и какие-то закуски. Но мы выпили уже — «по первой», и заказали «повтор».

И тогда, Евгений, решил взять всё в свои руки:

— Я думаю, они от нас ждут, что мы будем допрашивать Бориса. Или будем обмениваться мнениями, по своим стычкам, на национальной почве. Раз уж мы, эталонная группа. И, мне, всё это кажется разумным. Только так, мы сможем подобраться к решению проблемы.

— Поэтому, я предлагаю следующее. Каждый, пусть напряжется и вспомнит все свои инциденты по национальному вопросу, за последние четыре месяца.

— Потом, расскажет всем об этих случаях. Мы их обсуждаем. «Эти» — там всё записывают.

— Борис, а ты, готовься рассказать, очень подробно, о твоей учёбе в Словакии. Что-то всё-таки, там, с тобой случилось. И нам нужно выяснить — что именно.

— Пойдёт, такой сценарий?

— Мне кажется, что нужно действовать, по-другому. Как-то нервозно, сказал Риккардо.

— Нужно поехать к «этим», их аналитикам. И пусть они, расскажут нам всё, что они знают. Мы — когда узнаем всю информацию, сможем найти решение.

Риккардо, как человек уже давно занимавшийся бизнесом, разумеется, привык рассчитывать на специалистов. И его сотрудники — были профессионалами. И он мог на них рассчитывать. Сам же он, принимал только основополагающие решения. Стратегические. И его можно было понять.

Пришлось мне вмешаться.

— Риккардо. Ты конечно, очень богатый и уважаемый человек. И рассуждаешь правильно. Каждую работу, должны делать профессионалы. А мы можем только консультировать. Я полностью с тобой согласен.

— Но тут, другая ситуация. Они, наверняка, испробовали все мыслимые и не мыслимые варианты. И если уж у них, ничего не вышло. То у нас — не получится, наверняка.

— Наша консультация и будет заключаться в том, что мы просто поговорим об этом. И Женя, предложил хорошую методику.

— Конечно, я тоже, так же как и ты, прежде всего, думаю о защите наших интересов. Ты, разумеется, прежде всего — Люсиных. Я — своей жены. А каждый из нас — о защите интересов друг друга.

— Но тут, нужно немного довериться «им». Тем более что с нами Лена и Леночка. Если и они могут, пойти на это. То у нас, просто нет выбора — если мы хотим, помочь остановить эту националистическую чуму.

— Да ладно, тебе. Остановил меня Борис.

— Он всё уже понял. А ты, свои речи, прибереги для своих романов. «Остановить», «Чуму». Сейчас все строем начнём маршировать.

— Риккардо, хватит уже выпендриваться.

— Мы можем тут долго, языками чесать. А толку то?

— Поэтому, давайте сделаем так, как предложил Евгений. А потом будет видно — что дальше. Выбор то у нас невелик.

— Или просто все разбегаемся по домам.

Лена, Люся, да и все остальные одобрительно и поддерживающее закивали головами.

— Да, да. Сначала одно, потом другое.

Люся встала и, погладив Риккардо по голове, что-то зашептала ему на ухо. Он засиял и удовлетворённый ответил: — Окей. Я не возражаю.

На том и порешили.

Много было историй. О мелких стычках, нас всех, на национальной почве. Они были у всех. Даже у Риккардо. Я ещё рассказал об Игоре Б. и его националистической партии. Но, все они есть в записи. Мы, для себя, не нашли в них, чего-то особенного. Обычные бытовые истории. Они были и раньше. А в эти четыре месяца, ничего, как бы отличающегося оттого, что было всегда — не происходило. Кроме истории с Борисом.

Поэтому, перейдем сразу к рассказу Бориса.

Он теперь был образованным журналистом, поэтому рассказывал вполне вразумительно.

Борис:

Приехали мы. В аэропорту нас встречали. Привезли в университет. Оформление. Вручили карточки от общежития, удостоверения студентов, одноразовые телефоны и карточки для столовой.

Целыми днями учились. Лекции, семинары, практические занятия. После обеда — всегда тренинги.

Вечерами, мы естественно, зависали в барах, клубах и ресторанах.

В Братиславе, их не меньше, чем в Петербурге. И по-русски, практически все понимают.

Месяц, прошёл — как неделя. И оглянуться не успели.

Сели в самолёт, и улетели.

Всё.

А в самолёте уже началось.

Нет. Совсем забыл. Первый раз я наорал на чёрненького, в аэропорту Братиславы. Что-то он, как-то плохо на меня посмотрел.

Ну, я ему и объяснил «в чём политика партии».

Вот теперь, точно, всё.

— Вы, где-то бывали постоянно? Ну, клуб или что-то ещё? Спросил Евгений.

— Нет, пару раз были в одном клубе — там джаз играли. А так, везде по одному разу — там их полно. Чего повторяться? Ответил Борис.

— Леночка, может, ты что-то вспомнишь? Снова спросил Евгений.

— Нет, практически так всё и было. Целый день учились — а вечером развлекались. Да, как-то в выходные ездили в Прагу. И ещё несколько замков посетили.

Ответила Леночка.

Тут, заговорила Лена:

— Значит, получается, что мест, где на тебя могли воздействовать несколько раз — чтобы был эффект. Этих мест всего несколько. Аудитории, столовая, ваша комната в общежитии и этот джазовый клуб. Я правильно поняла?

Обратилась она к Борису с Леночкой.

— Да. Ответил Борис. А Леночка, только утвердительно кивнула головой.

— Ничего. Констатировал Риккардо. Наверняка «они» уже всё проверили. И если даже там, сейчас ничего нет, а было, то всё равно что-нибудь бы обнаружили.

Лена, продолжила:

— Камчаткин мне передал некоторые документы, и по дороге сюда, я их пролистала. Это несекретные отчёты трёх отделов, по этой проблеме. Конечно, нужно почитать подробнее. Но одно я ухватила. Воздействие проявляется только на людях, которые с раннего детства говорят на русском — учили его, как первый свой язык.

— Леночка, у вас в группе, были ещё русские, или те, кто говорили на русском, как на родном языке?

— Да. Ответила Леночка.

— Были две девчонки из Киргизстана, и парень с Украины.

Снова влез Риккардо. Он явно был не удовлетворён своей ролью, в этом спектакле:

— Это тоже «они», точно, уже проверили.

— И ещё. Почему, тогда с Леночкой, ничего не стало?

— У вас же — русский, это родной язык, не так ли?

— Да, оба закивали головами, и Борис, и Леночка.

— Значит, нужно отбрасывать помещения и места, где могли воздействовать. А сосредоточиться на каких-нибудь мелочах.

Опять перехватил инициативу Евгений.

— Что вы там покупали, может вам, чего-то дали. Диктофон, или что там, у журналистов — блокноты?

Это выступил Константин. Он тоже уже засиделся, без действия. И рвался в бой.

Все остальные, не влезали в обсуждение. Как-то отмалчивались. И если сын Евгения, просто был тактичен — когда старшие разговаривают, не вмешивайся. То, почему молчали девчонки — я не знаю.

Могу сказать о себе. Я сидел, и усиленно пытался ухватить какую-нибудь ниточку. Поэтому, говорить было некогда. А спрашивать — не у кого. Мы все были в равном положении. Одни догадки. Поэтому, я наблюдал, обдумывал сказанное и пытался как-то всё это увязать с источником воздействия.

Наверное, девчонки были примерно в таком же состоянии. Потому, что Лариса, переговаривалась с Люсей, а потом они заказали чай и кофе для всех.

Но допрос, продолжался.

Леночка: — Покупали всякую мелочь. Открытки, сувениры. Больше — ничего.

Борис: — А выдали нам, только блокноты, и ручки с карандашами, постоянно давали. Все записи, у меня в Петербурге.

— И купили еще, шляпку для Леночки, и несколько блузок. А мне — кроссовки.

Тут уже Люся не выдержала:

— Борис, ты после этой болезни, стал таким хозяйственным, или это Леночка, тебя перевоспитывает?

Улыбки, пробежали по нашим лицам. Но и Борис, тоже, улыбался и даже чмокнул Леночку в щёку: — Конечно Леночка. Она у меня — чистое золото. Но и я сам — сказали всё, вот вам всё.

Риккардо, же, продолжал рассуждать:

— В любом случае. Ты «выздоровел», через неделю. Значит, в Петербурге, «этого» у тебя нет. Ничего не выбрасывали, в этот период?

— Ну, вы уже, вообще!

Вспылил Борис.

— Конечно, выбрасывал. Мусор, пустые бутылки из-под пива. Сейчас я всё это вспомню. Конечно!

— Ладно, Борис. Вступила в разговор Лена.

— Не злись. И не надо вспоминать.

— Именно для этого, у нас симбионы. Если ты действительно «это» выкинул в Петербурге. То «наши друзья», уже это сейчас вычисляют.

— Ну, может быть, в этом и есть смысл.

Ответил ей Борис.

— Может, действительно, они грамотно, всё это придумали. Только, сейчас, меня всё это уже начинает раздражать.

— Мы пытаемся решить задачу, а неизвестных в ней… Просто, всё — неизвестное. Как в лабиринте, плутаем.

— Да. Позвольте мне.

Я решил прийти на помощь Борису. И вообще, вся ситуация складывалась так, что решения мы сейчас не найдём.

— Давайте, на сегодня, оставим это.

— Пора ужинать. Да и отдыхать, тоже. Что-то уж больно насыщенный сегодня день, получился. И потом, что-то такое, я помню из психологии. Если наскоком не получается — нужно отвлечься, а потом вернуться к этому снова.

— Предлагаю.

— Пойти ужинать — и разбегаемся. Завтра — вместе с «этими».

Я указал на свой симбион.

— Завтра — продолжим.

— Мы с Ларисой, и Риккардо с Люсей, ну и Лена, наверное. Брюссель уже видели. А вы то — нет. Женя — о сыне подумай! Берите машину, и поезжайте на экскурсию по городу. В GPS зададите программу экскурсии, по достопримечательностям, часа на полтора.

— А вечером, приглашаю всех во французское варьете.

Лариса, так, странно на меня посмотрела.

— Мы были там с тобой, года два назад. Забыла?

— Весело и красиво. Хоть отвлечёмся.

ГЛАВА 15. СНОВА О ШКОЛЕ.

За всеми этими событиями…

Наша школьная жизнь, не остановилась. Я имею в виду, что у всех остальных, наших одноклассников, жизнь шла своим чередом. И на «нашем» сайте в Интернете — жизнь продолжалась. Да, это и есть наша — «школьная» жизнь.

Валера, в Германии, отстроил новый дом. И собирал всех на новоселье.

Сразу возникло много приятных хлопот. Что подарить? Как всё организовать?

Около сотни гостей — это не шутка. Хорошо, что дом, на берегу реки, и вне города.

Суеты было много. Кто-то не мог себе позволить поездку в Германию. Подключали наш фонд. С языком — опять же проблема. Да много чего ещё.

Отпраздновали — великолепно. И немецкие сардельки. И уха из свежей рыбы. И разговоры…

А детям, какое было раздолье. По-русски, пообщались. Обменялись впечатлениями. Просто порезвились, на природе.

У учителей, наших, «случились» юбилеи. И по возрасту, и по педагогической деятельности.

Тоже, все активно принимали участие. Цветы, поздравления, видео письма, памятные альбомы. Благодарность и уважение. Любовь и память.

Родители, начали у многих, побаливать. Помогали, искали варианты лечения и врачей. Лекарства и профилактика.

Много забот.

Детишки, тоже начали взрослеть. У одного — компьютерная зависимость. Мать, с ума сходит от безысходности. Нашли клинику в Голландии.

У другой — любовная трагедия. Без психотерапевта — не обошлось.

Двое, удрали в соседнюю страну. Искали. Нашли. Воспитывали.

У Евгения — сын окончил нахимовское училище. Тоже будет кадровым военным.

У Светы, старшая дочка — вышла замуж.

Сын Марины К. стал лауреатом международного конкурса программистов.

Проблемы на работе.

И в личной жизни.

Планы на отпуск.

Деловые вопросы.

Мишка, получил какой-то «мега» заказ. Риккардо его свёл прямо с владельцем ARDO. Миша занимался, в основном холодильниками, но тут, решил расширить ассортимент. Пришлось создавать сервисные центры и кучу работников нанимать. Стал теперь магнатом.

Марат, в Германии, начал строить завод, для производства биотоплива. Говорят, что запасов нефти и газа, на всей земле — осталось всего на 50 лет. Так, что экологические виды топлива — весьма актуальная тема.

Сергей, стал учить молодежь, своему искусству. Он — сварщик, высшей квалификации. Технологии меняются — а умение, можно только передать. Вот и стал, педагогом. Мучается, бедолага, но зато пойдут ученики.

Николай, в Калининграде, стал советником губернатора, по миграционным вопросам. Там у них, в области, выросло два новых города. А бывшие граждане Советского Союза, которые после распада, остались жить в новых государствах — всё едут и едут.

У меня, собрался материал, о нашем юбилее, плюс наша переписка на сайте, поднял дневники — получился роман об одноклассниках. Мои издатели, не хотели печатать на русском языке, но нашли контрагента в России, и напечатали. Вроде получилось неплохо, с душой. Пришлось подписывать более 50 экземпляров и отсылать. Всем одноклассникам, учителям, нашим родителям. Собираюсь, сделать трилогию. Готовлю материал на вторую часть.

Обсуждали как-то, Игоря Б., его радикальные взгляды. Искали, как ему помочь. Не нашли. Жаль.

Устроили викторину, «По улицам родного города» — фотографии, видео. У многих — ностальгия. Вот тут то, и «оторвались».

Был один острый вопрос. Расскажу о его сути подробнее. Не буду называть конкретно, кто был инициатором. Затронул он нас, почти всех. И реакция была, совсем не однозначная.

Как-то, на одной из «наших» конференций, в реальном времени, появился вопрос: ПОЧЕМУ ПРОХОДИТ ЛЮБОВЬ?

Привожу — в оригинале:

«— Странный немного вопрос. Совсем не мужской.

— Да, нас так воспитали, что любовь и прочие нежности — это не мужское дело. Мы должны быть твёрдыми — как скала. И скупая, мужская слеза…

— Любовь — не любовь. Не должны нас — оплот и опору, волновать эти женские вопросы. И точка. Мы должны создавать блага, держать уверенной рукой штурвал лодки жизни. Нас должны заботить дела, деньги, благополучие семьи и остальные — мужские понятия. Спорт, физическое здоровье, положительный пример — для детей. Порядочность, надёжность и ответственность. Да, мы несём ответственность — за всё. Это наша ноша.

— Мы должны решать проблемы и обеспечивать возможность, полноценно жить. Уделять максимум внимания и быть галантным кавалером. Быть искусным любовником и приятным собеседником.

— Мы не должны иметь вредных привычек. Не должны уходить из жизни, раньше времени — бросать не должны.

— Мы обязаны любить — свою избранницу.

— Вот она — любовь.

— Или это уже семья.

— В любом случае, эти два понятия — не разделимы.

— Так значит, этот глупый вопрос — Почему проходит любовь? Для нас, означает: — Почему распадается семья?

— Но раз, понятия — не разделимы. Значит и вопросы — из одной оперы.

— Потому, что с любой стороны — женской и мужской. Распадается семья — проходит любовь. Или, проходит любовь — распадается семья.

— Можно поспорить, что не всегда. Первое и второе. Но это частности. Смотря, кто трактует. Так принято. Женщина скажет: — Прошла любовь — распалась семья. А мужчина — наоборот.

— Чаще, эти два понятия, вообще не связываются, если распадается семья. Измена, неверность, появились новые увлечения — в виде людей, или дел. Обман, предательство или обида. Всё что угодно может быть причиной распада семьи.

— Именно поэтому, и интересен другой вопрос: — Почему проходит любовь?

— И тут уже не до половых различий, или мужских и женских начал.

— Потому, что если есть любовь, то не может быть измен, увлечений, обид и обманов. Хотя и не без исключений.

— Вспомните, свой период влюблённости. Какие обиды, какие обманы. Кого — его? Или её? Мы — одно целое. Нет его и её. Не может быть иначе.

— Любовь. Что тут говорить.

— Но, потом влюблённость проходит. И с этим всё ясно.

— И не будем говорить о влюблённости. Там что-то с гормонами, феромонами и прочей биологией, «во век» не разобраться.

— Подразумевается, что после влюблённости — наступает любовь.

— И длится, длится…

Пока не проходит.

У одних — быстрее, у других — медленнее. Одни — гордятся, что пронесли любовь, через всю жизнь. Может быть, скрывая истину, или выдавая любовь, за привязанность или обычную искренность отношений.

— А может — и нет.

— Другие — говорят, что да, любовь прошла, но осталось уважение и общие ценности. Тоже наверняка, лукавят. Просто появляется зависимость или обычное использование.

— Хотя вполне может быть и правдой.

— Хотя, это, наверное, слишком цинично.

Бывают. Конечно, бывают и исключения.

— Одни — держат в ежовых рукавицах, другие примостились под каблуком.

— И все, в один голос, и с обеих сторон — это такая любовь.

— Он так любит. Она просто так любит.

— И многообразие, расцветает год от года.

— Только не будем касаться вопросов сексуальной ориентации — хватит нам, и уже обозначенных проблем. Ещё один стог сена с иголкой — нам не нужен.

— Значит, всё-таки есть любовь. Корявая, многоликая, местами уродливая, а иногда и выдуманная. Кто-то возводит её на алтарь, и готов пожертвовать всем, во имя отца, и сына…

— А кто-то твердит банальное — бьёт, значит любит.

— Да, как-то сложно.

Много всего.

— Нужно, как-то дифференцироваться. Разбить на составляющие и уже стараться понять — в малом, а потом обобщить.

— Попробуем.

— Возьмём типичный, в последнее время, случай. Она — деловая леди. Он — творческий тип.

Какие прогнозы?

— Если есть любовь, то до последнего вздоха — они будут вместе.

Если нет — или он залезет под каблук, или она — станет его фанаткой.

— Семь, ну максимум десять лет — вместе.

У исключений — до пенсии, потом рак или быстрое увядание. Психика то — подавлена.

— Против физиологии, только ломом.

— Да, таков прогноз. И готов поспорить, что он — реальный.

— Значит, если любовь — то не важны все эти статусы. Люди будут вместе.

— Пока она не пройдёт.

— Как же ухватить этот момент? Как классифицировать — вот она ещё есть, а вот — уже нет. И, у кого она вообще может «пройти», а у кого — нет?

— Можно и дальше рассуждать высокими, объёмными понятиями. Но от этого понятнее — не становится.

— Поэтому — перейдём на землю. Встанем на неё, обеими ногами.

Быт.

Неврозы.

Психозы.

Стрессы.

Усталость — физическая и моральная.

Не высказанное, вовремя — недовольство.

Ложь.

Предательство.

Смена жизненных приоритетов.

Новые увлечения.

Потеря искренности.

Разница интересов.

— Что ещё, может плохого происходить в совместной жизни?

— Это достаточно объемлющий перечень.

— Вот это и можно назвать убийцами любви.

Так давайте и рассмотрим их всех — под микроскопом.

— Быт.

Конечно, он засасывает и гнетёт. Помой посуду, купи продукты. В театре — давно не были. Другие вон…

— С друзьями некогда встретиться. На рыбалке — два года не был.

И так далее и тому подобное. Растёт раздражение, накапливаются обиды.

— И — «бац». Надоело.

Но, вот — чудо. Быт, полностью организован. Посудомоечная машина. Продукты привозят по заказу. Домработница. Культурные мероприятия — каждую неделю. Отпуск — два раза в год. Встречи с друзьями. Дача. И т.п.

— И опять — стало больше свободного времени. Нашлись неотложные, новые дела, и в основном — врозь. Глядишь — а для чего мы живём то, вместе?

— Ну а как в семьях, где есть любовь — обстоит с бытом?

— Все сразу, вспоминают литературу — как там это описывается. Вместе — готовят завтрак. Или — он, ей в постель — кофе, после бурной ночи. В четыре руки — посуда. За продуктами — вдвоём. «Ой, смотри, что-то новенькое»

— «А давай, завтра — никуда не пойдём, весь день проведём в постели»

— Похоже?

— С милым, рай и в шалаше.

— Получается, что быт, убивает то, чего нет. Была бы любовь — не было бы проблем. Или как?

— Быт — исключаем.

— Неврозы, психозы.

Кто-то «из умных», сказал — что в той или иной форме, но обе эти напасти — есть у всех. В причины — не полезем.

— Не специалисты. И рецепты давать — не будем.

— «У меня — психоз» «Мне плохо» «Не нервируй меня» — Знакомо?

— «Всё — достало» «Все — сволочи» «Да ну — к чёрту!»

— Проявления психозов и неврозов могут быть разными. Для вызова чувства жалости, или для поиска защиты, или для получения поддержки, ну и для лечения, конечно же.

— А у тех — у кого есть любовь.

— Там нет проявлений психозов и неврозов. Они — вместе. Что-то их расстроило — им плохо. Есть повод для радости — праздник.

— Что, получается, что и психозы с неврозами — не убивают. Или я, как-то предвзято всё анализирую.

— Правильно — так можно, проанализировав всё остальное, понять, что истина — была ясна с самого начала.

«Стрессы.

Усталость — физическая и моральная.

Не высказанное, вовремя — недовольство.

Ложь.

Предательство.

Смена жизненных приоритетов.

Новые увлечения.

Потеря искренности.

Разница интересов»

— Все они, не могут влиять на разрушение любви, если они имеют место, только у пар — без любви.

— Свои умозаключения — мы выстраиваем в угоду своим желаниям.

— Бесполезно.

— Тогда, как?

— Может быть, не получается, потому, что мы выдаём желаемое — за действительное.

— Вот так, было бы — у пары с любовью. А вот так — у пары, где нет любви.

— Себя то, мы куда относим.

— Что — нет абсолютной уверенности?

— Конечно — это наша субъективная оценка. А на ней, чётких, логических выводов — не сделаешь.

— Что же остаётся?

— Пойти — от простого, к сложному. И — «от противного»

— Может быть — был прав кто-то, сказав: — Любовь нельзя разрушить, но её можно создать.

— Или, это он сказал наоборот?

— У нас есть факторы, которые мы подозреваем в убийстве любви. Но, так как мы — заинтересованная сторона. Поэтому — наши показания, не учитываются.

— Но, факторы — они, всё равно — есть.

— Если они убивают то, чего уже нет. То может быть их искоренение — приведёт к созданию.

— Вот это «номер»!

— Вполне вероятно, что после влюблённости — не наступает период любви. А только период — её создания.

— Очень глубокомысленно.

— И, сталкиваясь с препятствиями — см. от «Быт» до «Разница интересов»

И ещё — со всеми остальными жизненными трудностями.

— Ну, ну — вроде, что-то вырисовывается.

— Те, кто в состоянии, победить эти препятствия, преодолеть их все. Те получают — любовь.

— А те, кто, спотыкается — на первом, или последнем. Или — на всех сразу. О тех, говорят — любовь прошла.

— Значит.

— Главный вопрос, который мы тут, усиленно пытаемся решить: — Почему проходит любовь?

— Должен звучать, совсем по-другому: — Как создать любовь?

— Смело.

— Самоотверженно.

— И не, совсем без смысла»

Конец цитаты.

Да, бывает и такое.

А в основном…

Переписка, переписка и переписка.

И, конечно, подготовка к тридцатилетнему юбилею.

Планируем, практически все приехать с детьми. А дети — это «36 штук», в возрасте от восьми, до двадцати семи лет. Некоторые — уже со своими семьями. Две внучки, и один внук, уже «у нас».

Поэтому, будет у нас, и детская программа — по местам «боевой славы» родителей.

И чисто «наша» программа — для одноклассников. Вехи Истории.

Ну, и небольшое совместное мероприятие. Надеемся, на него, вытащить нескольких своих родителей и учителей.

Грандиозное, по своим масштабам, событие. Тем более — для нас. Да и впервые, все организационные вопросы, приходится решать самим. Тяжко.

А что делать? Ведь для себя же, стараемся.

Опять же, нужно всё «задокументировать». Для Истории.

И для нас.

ГЛАВА 16. ДВЕРЬ В ПРОШЛОЕ.

Хочется вернуться к тому дому в Дании. Дому Лены и Игоря.

Помните, о магическом впечатлении, перехода из настоящего в прошлое. Только при помощи прозрачной стены, между современным и старинным домом. Это впечатление, что в глубь веков, ведёт какая-то дорога, было таким реальным. Что, очень крепко засело в моей памяти.

Я не знаю, почему Лена с Игорем купили этот дом. Или, почему, предыдущие хозяева — его продали.

Игорь, рассказывал, что когда он искал дом, который бы им подходил, то конечно, критерии были совсем другие. Просторность, освещение, участок, гараж, удобная планировка, оборудование и т.д. Но ни как, не наличие исторического места. В агентстве, куда он обратился, ему показали фотографии. И сначала, ему понравился внешний вид дома. Он был большим и очень гармонично вписывался в окружающий ландшафт. Подумав, что архитектор, наверняка и внутри всё продумал, так же тщательно. Он, заинтересовавшись этим домом, попросил о возможности посмотреть его «живьём».

Но, в этот день, у него уже было назначено несколько просмотров. Поэтому, именно к этому дому, они, вместе с агентом по продаже, подъехали уже в сумерках. И пройдя, практически весь дом, который, несомненно, понравился, они присели в зале, передохнуть. Агент включил, дополнительное освещение, и Игорь увидел за прозрачной стеной — всю эту сказку.

Наутро, он привёз к дому и Лену. И уже при дневном свете, они вместе осмотрели дом.

Всё внутреннее убранство их полностью устроило. И участок — тоже. А сочетание с местностью, Лена, также оценила, как дополнительный плюс.

Приехав, уже вечером, Игорь, продемонстрировал трюк со старинным домом и Лене. Они просидели часа полтора, погрузившись в свои мысли и ощущая, вокруг себя саму Историю.

Конечно, они приобрели этот дом.

Лена — не работала. Поэтому, был небольшой дефицит в общении. Зато, в новом доме, все их друзья — просто прописались. Практически каждый вечер, у них, кто-то был. И гвоздем программы, разумеется, была, стена со старинным домом.

Как-то само собой, организовался поэтический клуб. И, практически, каждую неделю, в их доме, звучали стихи.

Частенько, вечерами, включали аудио книги. И при дрожащих свечах, они, вместе с детьми, погружались, то в мир Наташи Ростовой, то в миры Стругацких. Без музыки — только голос автора и История.

Дети тоже, с удовольствием, участвовали в этих мероприятиях. И несколько раз, даже, самостоятельно отрывались от телевизора, что бы не пропустить очередное повествование.

Я представил себе, какой эффект должны производить на людей, строчки Толстого и реальная, на расстоянии вытянутой руки, связь с прошлым.

Они купили, больше чем дом.

Они купили — дверь в прошлое.

Мы с Ларисой, и сыном, были ещё раз в этом доме. Напросились в гости.

Ну, сын то, был в первый раз. Упирался, не хотел ехать.

Он, конечно в детстве, много читал. Но, потом — сами понимаете…

Компьютер, Интернет, виртуальное общение, кинотеатры с объемным звуком и с домашней обстановкой, дома — домашний кинотеатр с высоким разрешением, электронные книги — ну когда тут читать.

Поэтому, мы долго решали, что же нам, там, послушать. Какое произведение?

И остановились на Шекспире. Принц Датский. В оригинале — на английском языке.

Это было, конечно здорово. Впечатляюще.

Но мы не ожидали такого эффекта. Мы сами, не могли отойти от этого очарования. Последняя фраза, словно убегала — туда, в глубь веков. И ещё, это совмещение — принц Датский в Дании. И в этом доме…

Лена с Игорем — молчали, снова погрузившись в свои мысли.

А наш сын. Соскочил с кресла и выбежал на улицу. Мы, посмотрели в окно, и увидели, что он, выйдя на дорогу, задрал голову к небу, заложил руки за голову — и так остался стоять.

Да.

Такого впечатления, в кино не получишь.

Словно сам, великий Шекспир, рассказывал нам историю принца, сидя там — в глубине той комнаты, ещё до того, как положить её на бумагу.

Мы же, обсуждая потом, вечер с Шекспиром, пришли к одному, простому, но очень важному выводу.

История, как она есть, разумеется, играет важную роль в нашей жизни. И существует множество методик и теорий, доказывающих, что знание Истории — помогает с Настоящим, и готовит к Будущему.

Это известно всем.

Но, в этом доме. На стыке эпох…

История, не просто предстала перед нами, во всём своём величии. И не только, дала нам какое-то реальное ощущение, течения времени. Гамлет, со своим мироощущением. Датское Королевство.

Стало понятно, почему мы так любим исторические произведения. И не важно — будь то книга, или живописное полотно, опера или просто выдуманный, кем-то, герой.

Они дают нам ответы, на наши, сегодняшние вопросы.

Но, через события, произошедшие давно.

Эти события случились, и получили оценку жизнью.

Множеством светлых умов и горячих сердец.

Душой, своих персонажей и откликами в душе, своих почитателей.

И ответы, на наши вопросы, складываются из мозаики ощущений, данных Историей и Реальностью. Складываются, таким образом, что становятся понятными, не просто, по сути, и не просто, каким-то внутренним чутьём.

Нет.

Словно, мы — становимся частью этой реки времени. А часть — это всегда, составляющая, чего-то целого. И мы, как часть целого — постигаем это целое. Мы им и являемся.

Наш сын, как-то потом, сказал о своих ощущениях, в тот Шекспировский вечер, в доме с дверью в прошлое:

— Во мне, что-то сломалось, и что-то включилось, одновременно. Какое-то озарение, или прояснение.

— Большие и главные вопросы жизни — стали понятны без слов и умных описаний.

— А ответы, на них — были очевидны и реальнее, чем сама жизнь.

Я, записал, это его высказывание. И собираюсь, когда-нибудь, к месту, использовать — как афоризм. Естественно, с его согласия.

Не будем подводить черту. Не будем делать эффектных умозаключений.

О влиянии Истории на нашу жизнь.

Для меня.

Теперь.

Тоже — многие ответы, являются, как реальность. И не требуют пояснений, или упаковки.

Надеюсь, что и для вас.

Также.

ГЛАВА 17. ЭТНИЧЕСКИЕ ВОЙНЫ.

Оказалось, что, по мнению учёных, национальность, как термин, или как понятие, давно уже не существует.

Недаром, в большинстве стран, в документах, удостоверяющих личность, не существует даже такая графа — национальность.

Есть много теорий, по которым, чистота нации, давно уже не выражает ту суть, которую означает. Поэтому, называться украинцем, или немцем, может в принципе любой, у кого есть хоть немного в крови, от этих наций.

Конечно, есть страны, в которых, этому вопросу придаётся большое значение. Например — Германия. Вопросы гражданства, там решаются, в основном, на уровне происхождения. Есть немецкая кровь — немец. Нет — не немец. И ещё, только по мужской линии. Довольно строго. Очень сильны традиции, в этом смысле. Родословные, почти в каждой семье. Генеалогические деревья. И везде — очень важно. Отец — немец, мать — немка, значит и сын — немец.

В Израиле — наоборот. Всё — по материнской линии. Мать — еврейка, значит и дети — евреи.

Но даже и у них, вопрос о национальности, всплывает очень редко. Конечно, в этом во всём, ещё участвует и религия. Вековые традиции.

И история, говорит нам, как раз об обратном.

Конечно, я выбрал не удачные примеры.

Но может быть, именно этот неудачный исторический опыт и привёл эти страны, к более лояльным отношениям с национальностью.

Сегодня, в цивилизованных и развитых странах, понятие национальность — совсем не афишируется.

Есть такое понятие — этнос.

И сейчас мы можем говорить, только о нём.

Русский этнос. Что это такое?

Это, конечно люди, которые по крови, являются русскими. А если мама — украинка, а папа — русский, то ребёнок кто? Украинец или русский?

Неопределённо.

Можно пойти ещё дальше.

Оба родителя — русские. В паспорте написано. Но у одного — папа был русским, а мама — немкой. И в паспорте, у ребёнка, написали — русский.

А он, уже не русский.

И таких вариантов, можно придумать множество.

Само понятие, этнос, подразумевает язык. Культура, традиции. Но, прежде всего — язык. Ребёнок, первые слова, говорит на русском, потому, что слышит в семье, в основном русскую речь. Сказки — на русском языке. Песни — русские, народные. Колыбельная.

Он вырастает в типичного представителя русского этноса.

А родители у него — молдаване. Просто в их родительских семьях говорили на русском — и они, в основном говорят на русском. Хотя и умеют, на молдавском. Может их первые слова, и были на молдавском языке. А вот ребёнок — так получилось, стал русским.

Смешно? Странно?

Но это — жизнь.

Конечно, этот ребёнок выучит молдавский язык. И ещё английский, например.

Проживёт в Англии, лет десять. Не будет слышать ни русского, ни молдавского — и начнёт даже думать — по-английски. Англичанин? Да. И нет.

Всё относительно. И, эти теории: — этнос или национальность? Русский — по отцу? Еврей — по воспитанию? Кореец — по строению черепа? Казах — по материнскому языку?

Довольно глупо, пытаться применить одни рамки, для всех.

От Вавилонской башни и до сегодняшней — глобализации. Это сделать практически невозможно.

Можно быть сторонником одной теории, и даже сделать её законом. Как в Германии. А можно придумать гражданство, не по национальному признаку — как в США.

Каждый волен решать так, как ему заблагорассудится.

Поэтому.

Будем закругляться.

Понятие этноса — это может быть только тем, чем человек, сам себя ощущает. Или хочет ощущать. Или его вынуждает ощущать ситуация.

Называешь себя русским — и сразу находишь тысячу причин, почему ты именно русский. Папа, язык, культура, в паспорте — опять же написано.

Но если человек называет себя русским. Или считает себя русским. Или доказывает всем остальным — что он русский.

И, при всём при этом — живёт в России. Мотивы его — нельзя оценить, только как положительные. Что-то у него в голове, есть от шовиниста. Это точно.

А вот если человек, в третьем поколении — француз. И выясняется, что корни-то русские. И учит русский язык. Но живёт в Бельгии. А заявляет всем окружающим: я — русский.

Тут, конечно позитива больше. Но тоже, не всё чисто.

Всё меряют — наши цели.

Для чего этим двоим, всё это нужно. Россиянину и бельгийцу.

И вот она — причина этнических войн. Националистических идей и шовинизма.

Та же самая, что и у расизма.

Доказать свою правоту. Истинность своих умозаключений и идеологических изысканий. Оправданность сопоставления фактов. И необходимость восстановления именно этих, а не других — традиций.

Есть цель — средства, всегда найдутся.

Наш россиянин, устал от засилья дешёвой рабочей силы из южных регионов. И выдвигает лозунг: Россия — для русских.

А наш бельгиец, стремится примкнуть к великой Русской культуре. И объявляет себя потомком русских бояр.

Цели у них разные. А средства — одинаковые.

Доказать свою правоту.

Как это глупо.

Задумайтесь. Если я верю, что вы правы — то вам не нужно мне это доказывать. А если — не верю, то все ваши усилия, будут напрасны.

У каждого, свои моральные устои и приоритеты.

Придаёт тебе больше уверенности, что ты — потомок викингов. Получай удовольствие. Но зачем, всех то в этом убеждать?

Мы рады за тебя.

Раздражает тебя китайская культура, и китайские кварталы — найди себе место, где нет китайцев. Или почитай древние китайские трактаты. Соседи то, твои — здесь при чём?

Ты — для них просто сосед. Уважаемый человек.

Россия — самая большая страна в мире?

Поэтому, все должны уважать и любить русских, и русский язык?

Все и так уважают, и любят Толстого — а он был русским.

Ах — тебя не уважают? Стань, вторым Л. Толстым — будут уважать.

Учитесь распознавать цели. И будет легче жить. Причём — всем.

ГЛАВА 18. СПЕЦАГЕНТЫ.

На утро, снова в 8.00, нас ждали те же четыре «танка». И те же водители, но уже улыбались. Признали «своих». И навстречу нам, вышел Камчаткин:

— Очень хорошие новости. Мы нашли источник. С вашей помощью. Ночью, его уже доставили в лабораторию. Получим технологию — будем действовать.

Это всё он успел нам сказать, когда мы садились в машины. И продолжил что-то рассказывать Лене, пока мы ехали в их штаб-квартиру.

Ну вот, отлично. Не зря сюда, значит приехали. И вчера мучились, тоже не зря. Как дальше события будут развиваться? Что-то там говорили о безопасности. Наверняка, это затянется на долго. А может, и нет. Они быстренько пошлют оперативников и те обезвредят злоумышленников.

Так я рассуждал, пока мы ехали.

В этот раз, мы только посидели десять минут в комнате для опознаний и нас отвели в также знакомый нам зал совещаний.

Там нас уже ждали. Всё те же лица. И о чём-то напряженно спорили.

Увидев нас — перестали спорить.

— Кофе, чай, напитки?

Поинтересовался один из них. Видимо тоже ассистент — как Камчаткин.

«Высшее звено», молча выждало, пока мы рассядемся, и нам принесут напитки.

И тогда «главный», заговорил.

Мы поздравляем вас и себя!

У нас получилось. Есть источник. Девяноста двух процентная идентичность ваших реакций. Мы уже дважды всё проверили. А четыре часа назад, его доставили в лабораторию.

Надеюсь, сейчас доложат, что есть и технология. Как это всё происходит.

— Так что же это, раздери вас всех гром и молния?

Не выдержал Риккардо.

«Главный», улыбнувшись, ответил:

— Телефон.

— Телефон, который выдали Борису. Одноразовый телефон, для использования на ограниченных по времени мероприятиях.

— Вы могли звонить, только в пределах Братиславы, ведь так?

Спросил он у Бориса.

— Да, приходилось таскать с собой два аппарата. Очень неудобно. Зато бесплатно.

— Это точно. Подтвердил «главный».

— Но главное удобство, что с вами всегда была связь у университета. И не было необходимости менять адресные книги.

— И у вас там был органайзер. Всегда в курсе, что, где и когда. Удобно.

— У Леночки, такого аппарата не было. Выдали только один — на сопровождающих, не рассчитано.

— Его вы потом сдали обратно. Это факт.

— И он был целый месяц при вас.

— Вот, эти три, ваши версии, через ваши реакции в группе. Дали нам результат.

— Так что, потрудились вы на славу.

— Ага, вот уже есть и технология.

Сказал он, глядя на один из мониторов.

— Да, да. Я понимаю. Вас интересует — что же с вами дальше?

— Как мы и договаривались. Вам нужно пройти процедуру приёма в штат нашей организации. Идентификаторы, контракты, вопросы безопасности, связи и бытовые проблемы.

— Если не возражаете, то можете этим, прямо сейчас и заняться.

— Я думаю, что к 17 часам, управитесь.

— Там, снова встретимся и обсудим дальнейшие планы.

— Вопросы?

Вопросы задавать было бессмысленно. Но очень хотелось.

Как-то всё скомкано произошло. Мы, вчера — ничего не выяснили. А оказалось — проблема решена. Все были немного раздосадованы.

И Риккардо и Константин, и даже Люся, просто сгорали от нетерпения. Это было видно.

— Господин Камчаткин, познакомит вас с деталями. И будет сопровождать на процедуре.

— До вечера. И спасибо, что вы оказались такими. Без вас — у нас, вряд ли бы что-нибудь, так быстро, получилось.

Он резко встал и направился к выходу. Вся его команда, кроме Камчаткина, отправилась за ним.

— Качаткин, давай рассказывай. А то я сейчас из тебя душу вытряхну.

Это Константин.

— Кто первый пойдёт на процедуру?

Как ни в чём не бывало, спросил Камчаткин.

— Я. Сказал Борис.

— Я должен быть уверен, что даже если снова заболею, то будут шансы. А до этих деталей…

Камчаткин, увёл Бориса. А Лена, обратилась к нам.

— Пока, технология не ясна до конца. Но понятно одно — мгновенного оперативного вмешательства, не будет. Слишком велика география, и чрезвычайно избирательное и точечное воздействие.

— И ещё. Они выявили у нас, максимальную степень подавления воздействия. Вообще в школьной группе, она выше остальных. А в нашей — самый высокий показатель в группе. Что-то в нас есть, такое, что не даёт воздействию на нас, работать в полную силу. Какой-то иммунитет.

— Они, сейчас это тоже изучают. Но, скорее всего, мы застрянем в этой «конторе», надолго.

— Это мнение Камчаткина. Скорее всего, кого-то попросят остаться, а кого-то — быть наготове.

Качаткин, ходил туда-сюда, водя нас по одному, в их — «отдел кадров».

Я, никуда не спешил, предпочитая поразмыслить надо всем, над этим. Поэтому, оказался последним.

Сама же процедура, заняла 20 минут.

Заходишь. Укол — ввели чип. Комментарии и инструкции.

Читаем контракт. Стандартный. Не разглашать…

Но сумма — не плохая.

И вопросы о жизни, о текущих делах. «Они» будут решать наши бытовые проблемы, пока мы «на работе».

Перекодировка моего телефона и его начинки. Безопасность разговоров, синхронизация органайзера, коды доступа в сеть и т.д.

Евгению и его сыну — выдали новые, и туда скопировали всё из старых телефонов.

Леночке выдали лэптоп — она снова будет администратором нашего «подразделения».

Борису, в телефон, засунули симбиона, но другую модель. Он будет следить за здоровьем Бориса. И физическим, и психическим.

Объяснили, что машины, которые утром приезжали за нами — это наш служебный транспорт. Всегда в нашем распоряжении.

В общем, обули, одели, и спать уложили.

ГЛАВА 19. ТЕХНОЛОГИИ.

Следует, подробно остановиться на технологиях. Скорость их изменения и усовершенствования, сильно увеличилась. Если пять лет назад, можно было спокойно, не бояться, что отстанешь от технологий, ну, минимум два — три месяца.

То, теперь.

Каждый месяц — это точно, приходится знакомиться с обзорами, и хоть чуть-чуть, да и вникать, в суть перемен. Но случается и чаще.

О компьютерах, я вообще молчу. Там ожидается революция. А в свете этого — идёт почти что война. За стандарты и за место на рынке.

Также, уже не угнаться за миром связи и высоких технологий. Наука — шагает семимильными шагами.

Химия, сфера услуг и генная инженерия. Это уже за гранью понимания. Нет специальных знаний.

Остался только бытовой уровень. Техника в быту. Видео высокого разрешения. Энергосбережение, утилизация отходов и новая энергетика — как для пользователей, конечно. Банки и торговля, инвестиции и кредиты — только на уровне потребителя…

Интернет трансляции и вездесущие органайзеры.

Остановлюсь, подробно на органайзерах. Очень удобная штука.

Она находится, где-то в телефоне, домашнем компьютере, Интернете, в сфере обслуживания и в бизнесе. В общем — везде.

Технически, это выглядит так:

— Всё, что ты планируешь, или планировал раньше, но процесс продолжается.

— И всё, чего твои планы касаются.

— И всё, что необходимо для реализации твоих планов.

— И то, что планируют для тебя, другие.

— И ещё, кое-чего.

— Всё это, само по себе, упорядочивается. Без твоего участия.

— Но, ты всегда в курсе — что происходит, и что будет происходить дальше.

Конечно, этот экскурс в технологию органайзеров — весьма примитивный. Я пытался, как-то изучать инструкцию по эксплуатации. Там столько возможностей, которые мне и в голову не приходило, попробовать. Со временем — разберусь, а пока — достаточно.

А, больше, рядовому пользователю, то есть большинству, из нас, и не нужно.

Органайзер, практически всё, делает сам.

Получает информацию — он доступен для определенного круга.

Сортирует.

Назначает приоритеты и важность событий. На основании твоего психологического и поведенческого портрета.

Сообщает, обо всём, что тебя интересует.

Одновременно и секретарь, и записная книжка, и коммуникатор, и ещё и компьютерные мощности имеются.

Великолепная штука. И очень облегчает жизнь, в скачке которой, мы иногда не успеваем удержаться в седле.

Летишь на самолете. Он позаботится о билетах, и о машине, в аэропорту прибытия, обеде и багаже.

Едешь на машине — топливо, навигация и организация всего, в месте приезда.

У жены — день рождения. Подскажет, где её любимые духи продаются, или напомнит, что в прошлом году, ты уже дарил такие духи.

А звонки, и приходящая почта — он умеет этим распорядиться, и меня, зря не отвлекает. Иногда, правда, требуется контроль. Но это только иногда.

Всемогущий джин из бутылки.

Ну и в заключение, этого технологического отступления…

Мне кажется, что всё-таки правильным путём идёт развитие технологий. Вот, к примеру — эти симбионы.

Не было, никаких огромных и страшно сложных технических конструкций. Во всяком случае — мы их, эти технологии, не ощущали. Но работу свою — они выполнили.

Произошло какое-то слияние. Человеческих возможностей и технических средств, для достижения поставленных задач. Технологии — развиваются, но люди научились, ставить их себе «на службу». Мы, толком и не понимали, что там выполняют эти симбионы, и как это всё работает. Но использовали их.

Да.

Это технологии.

ГЛАВА 20. СПЕЦОПЕРАЦИЯ. ЧАСТЬ 1.

Мы собрались, у Евгения, в номере гостиницы. Решили обсудить, как и что будем делать дальше.

Вчера, вечером, нам объявили, что с технологией источника воздействия на русскоговорящее население, по всей Европе, они разобрались. И трудятся, над способами его обезвреживания.

Нас попросили разделиться. На две подгруппы. Первая — остаётся в Брюсселе и начинает подготовку к операции. Вторая — может разъехаться по своим делам, как минимум, на неделю. Но потом, эта подгруппа, должна вернуться и также, включиться в процесс подготовки.

Бориса и Леночку, ну собственно, Бориса, как уже подвергшегося воздействию, и Леночку, как его спутницу и администратора нашей группы. Их попросили остаться в Брюсселе, и переселиться в служебные помещения.

Меня, Ларису и Люсю с Леной, тоже попросили переселиться, поближе к их штаб-квартире. У нас, оказывается, тоже нашли следы воздействия.

Мы и были в первой подгруппе, которую, попросили остаться.

Евгения, его сына, Константина и Риккардо — отпустили. Но дали задания.

Евгению с Константином — наладить личный контакт с нашим одноклассником, Игорем Б.

Вероятно, он попал в число подозреваемых субъектов. Как сторонник национализма. Нам не объяснили. А мы и не спрашивали. Всё равно, нам была не безразлична его жизнь. А тут, командировочные, задание…

Риккардо, поручили поехать во Францию, к их, с Люсей дочке. И наладить, с её помощью контакты с русскоговорящей молодёжью. Риккардо, тоже, сильно не сопротивлялся — дочка, зять, внучка. Опять же — молодежная среда. Весело и интересно.

Сына Евгения, отправляли на неделю в центр оперативной подготовки. У него будет особенное задание.

Вообще то, задания нам дали всем. Немного странноватые задания, но зато, по специальности.

Ларисе, поручили разработать план организации семинара, по финансовым вопросам. Но на русском языке. Здесь в Брюсселе. Зачем?

Люсе — вступить в партию домохозяек. Есть, оказывается такая партия. И у них офис, тоже в Брюсселе. Ещё более странно.

Лене, дали задание готовиться к работе в администрации Европейского парламента. Ей то, не привыкать, только, каков смысл?

Борису — ознакомиться со всеми предприятиями Европы, которыми владеет, русскоговорящий народ. Полезная информация — да, но, для чего?

Леночка, должна будет связаться с агентствами шоу-бизнеса в России.

А я, с литературными, и около литературными организациями, клубами и просто «тусовками интеллигенции», в Европе. Но, конечно — для русскоговорящих.

Мы ломали головы, и каждый сам по себе, и в парах. И вот решили, собраться, что бы обсудить всё это.

Завтра утром, вторая подгруппа разъезжается, а мы — переезжаем. Так, что ещё и как бы прощальный вечер, перед расставанием.

Женя, поинтересовавшись, кто, что будет пить — ушёл делать заказ. Его сын, что-то читал в компьютере. Люся с Риккардо, ворковали на диване. Леночка — массировала Борису шею и плечи. Лена — листала прессу. Мы с Ларисой и Константин, сидели в креслах, на балконе и обсуждали Брюссель.

Привезли заказ, и Евгений позвал нас всех в зал.

Начала Лена:

— Событий, на национальной почве — всё больше и больше. Все газеты, прямо пестрят ими. То митинг, то демонстрация, то конфликты. Уже есть жертвы. В Словакии… Кстати — в Словакии. Так, там уже массовые волнения. В Латвии — почти, что гражданская война. Противоборство.

— Польша. Франция. Германия. Италия. Румыния. Сербия. И, даже Испания.

— Жуть, что творится.

—Да, да.

Поддержала её Люся.

— А мы, тут, будем вступать в партию домохозяек.

— И развлекаться с молодежью.

Она укоризненно посмотрела на Риккардо.

Переживает, что он уезжает.

— Точно. С улыбкой на лице, ответил Риккардо.

— Борис, будет по русским ресторанам ездить, а Леночка — закажет Киркорова.

Чувствуется, знает вкусы, своей дражайшей.

— Ну ладно вам.

Продолжил Константин.

— Нам, вообще, в Россию ехать. И вытягивать из этого болота Игоря.

— А мне…

Сказала Лариса.

— Так, очень интересно, собрать всех бухгалтеров и финансистов, со всей Европы. И пообщаться с ними, на русском языке.

— Мне кажется, что назревает очень большая игра. И естественно — все наши задания, это звенья одной цепи.

Как бы размышляя, произнес Евгений.

— Ну, чего, вы, право.

Вставил, разомлевший от массажа Борис.

— Всё, вокруг русского. Значит, у них есть план. Не нужно нам, пытаться объять необъятное.

— Интересно, я буду миллионером, или проверяющим. Ох, Леночка, солнце моё — вот мы «оторвёмся».

— Надо бы с вами, Костю, послать. А то ты «оторвёшься», потом, обратно тебя приклеивать придётся.

С улыбкой на лице, прокомментировала заявление Бориса, Лена.

— И, вы, там, в России, поосторожнее пожалуйста, ребята.

Это Люся — мать родная.

Тут, уже заулыбались все.

Я обратился к сыну Евгения:

— Вот ты, совсем недавно, изучал всякие там, стратегии, искусство войны. Тебе, как кажется, есть во всём этом смысл.

— Да, да. Ты же только от школьной скамьи. И ещё военный. Консультация требуется.

Поддержали мой вопрос, остальные.

Он ответил, немного наморщив лоб:

— Мне лично, все эти приготовления, напоминают подготовку к длительной осаде. И внедрение разведчиков, во все рода войск противника.

Евгений, сидел довольный и так, с высока, поглядывал на каждого. «Вот, мол — знай, наших»

— А ведь он, прав.

Это Константин.

— Этот клубок, одним ударом не разрубишь.

— Точно.

Лена даже встала, и начала ходить по комнате.

— Помните, я говорила, что география воздействия и его точечность… Видимо — это единственная, реальная стратегия.

— Только, опять нам, всего, не рассказывают.

— Ну, что я буду, в этой администрации шпионить, когда нужно «калёным железом»…

— Нет. Ты не горячись.

Тоже встал и подошёл к Лене, Константин.

— Я бы, этому Игорю, с его националистами, башку бы отвертел. Но сама же говорила, уже есть жертвы. Гражданская война, вот-вот.

— Видимо, нужно как-то грамотно, к этому подходить.

Мы, ещё долго, делились впечатлениями, от наших заданий. Заказывали виски, правда, со льдом. И вина с закуской.

Прощались, как будто на фронт уходили, и не на неделю, а как минимум на год.

Чувствовалась общая напряжённость. Конечно — опять разъезжаемся. Опять же — не знаем, что нас ждёт дальше. Но и острота ситуации в Европе, тоже не давала покоя. А вдруг — не успеем. Что, если где-нибудь «прорвётся», и начнутся массовые волнения. Остановить это, уже будет очень нелегко. Неизвестность, так просто страшила. Кто этот, пока ещё скрытый враг? Кто за всем этим стоит? Кому это выгодно? Для чего это всё делается?

Много вопросов, оставалось открытыми.

Но мы, не забывали и о своей жизни.

Подкалывали Бориса — насчет наследника. Леночка, ответила, за него — что всё идёт по плану. Вот сейчас, победим националистов — и будет наследник, или наследница.

Риккардо — оживился. И начал всех уговаривать:

— Ну, скажите, вы ей. Что ещё можно. Что медицина — гарантирует.

— Я тоже хочу наследника.

— Она меня не слушается.

— Вас — да, а меня — нет.

— Ну, пожалуйста.

Это он про Люсю.

А наутро, все…

Ну, почти все, разъехались.

ГЛАВА 21. ОТЧЁТ О ПОДГОТОВКЕ К ОПЕРАЦИИ.

Благодаря сотрудничеству с привлечёнными к операции, консультантами, выявлен источник. Изъято и доставлено в лабораторию, одно из устройств, создающих воздействие.

Из доклада лаборатории, следует, что устройство действует на субъект воздействия локально. Радиус воздействия находится на границе шестидесяти сантиметров, от устройства.

Принцип активации — в разработке.

Технология воздействия — частотные колебания, взаимодействующие с колебаниями мозга и вызывающие, устойчивые в период воздействия, изменения психики.

Воздействие, с течением времени — ослабевает.

Требуется периодическая реактивация. Периоды активации — уточняются. По предварительным оценкам — максимальный интервал 10 дней.

На основании этих особенностей, а также массовости и географии воздействия на население, разработана стратегия.

Основные составляющие:

1. После получения данных о методах активации воздействия, разработка мероприятий по устранению возможности дальнейшей активации.

a. Техническими средствами — создание технологий для блокирования приходящих сигналов и очистки устройств от имеющихся в них активируемых составляющих.

b. Оперативными действиями — обнаружение центра активации.

2. Силами, наиболее устойчивых к воздействию сотрудников, внедрение в очаги наибольшего напряжения, возникшие в результате воздействия. С целью проведения подготовки, для мероприятий по устранению возможности, дальнейшей активации воздействия.

3. Выполнив подготовительный комплекс действий, эффективными мероприятиями, одновременно, обеззараживание максимального количества устройств, приема сигнала активации и ликвидация самого центра активации.

4. Стерилизация эффекта от воздействия и профилактические мероприятия.

Персонал, для проведения операции отобран. Подготовка начата.

Аналитический отдел проводит построение запасных сценариев и прогнозирование эффективности результатов.

Оперативный отдел начал отработку подготовительных мероприятий.

Технический отдел ведёт поиск решений.

Вновь созданная группа, привлечённых консультантов, приступила к своей деятельности.

ГЛАВА 22. ЕВГЕНИЙ, КОНСТАНТИН И ИГОРЬ.

Женя с Костей, приехали в Петербург. Именно там, находился главный офис партии, в которой был одним из лидеров, наш Игорь. Сначала, разумеется, навели справки — да, он должен быть на месте. И договорились о встрече.

Большое, солидное здание, в котором несколько этажей занимала «Партия Свободных».

На входе — охрана. Дотошно проверяли документы. Созванивались с приёмной Игоря — назначена встреча, или нет. Минут двадцать промурыжили.

Потом, в приёмной, попросили посидеть и подождать. Оказалось, что у Игоря — срочное дело. Тоже — минут пятнадцать. Понятно — партийный босс.

Костя, всё порывался поскандалить — ведь они пришли, не по партийным делам, и Игорь это знал. Назначил бы им другое время.

Женя, его успокаивал — мы тут «по делу», а не просто к однокласснику заглянули. И вообще — мы в командировке, время есть.

Наконец-то из кабинета вышел улыбающийся Игорь.

— Ребята, как я рад вас видеть.

Приветствовал он Евгения и Константина.

Обнялись. Похлопывали друг друга по спинам и плечам.

Прошли в его кабинет.

Большой, просторный кабинет. В министерском стиле. Длинный стол, куча телефонов. Огромный экран монитора. Плотные шторы на окнах. Уголок отдыха с мягкой мебелью. Прямо, как из советской эпохи.

Да. Игорь сильно изменился. Погрузнел. Какая-то «ленинская» осанка, появилась. Живот вперёд и взгляд свысока, но как бы и по-свойски. Плешь — на всю голову. Только, что руку в жилетке не держит. А так был бы вылитый Ильич.

Пригласил в кабинет.

— Чай, кофе, коньяк?

— Кофе. Ответил Евгений.

— А мне — коньяку. Сказал Константин.

— Я, не за рулём. Коньяк — тоже русский?

— Нет.

Посерьёзнев на мгновение, но уже сразу, с улыбкой, ответил Игорь.

— Французский. Десять лет выдержки.

— Вы в Петербурге — проездом, или специально — ко мне?

— По делам. Хочу, тут филиал открыть. Вот кое с кем встречался. А Женька — за компанию, он в отпуске.

Ответил, в полном соответствии с легендой, Константин. Игорь, может проверить — а это всё, было подготовлено.

— Но, к тебе, мы тоже собирались. В общем, не случайно, не «мимо проходили».

Это Евгений.

— Ты не был на юбилее, очень вяло участвуешь в общих делах, на «нашем» сайте. Ну, вот мы и решили поинтересоваться — может, кто-то провинился перед тобой. Или тебе, что-то не нравится? Понимаешь — ты, единственный, кто, как-то откололся от класса.

— Подождите.

Успел вставить Игорь.

— А то, начинаете, пропесочивать, как на комсомольском собрании.

— Расскажите, сначала, как вы? Как семьи? Как остальные?

— Не будем мы тебе, ничего рассказывать.

С небольшой угрозой, в голосе, сказал Константин.

— Хотел бы, всё это знать — давно бы уже всё узнал, на сайте.

— Скажи, только — вы мне не нужны. И мы отстанем.

— Ну, зачем же вы так.

С легкой обидой в голосе, ответил ему Игорь.

Но тут же, его голос приобрёл металлические оттенки.

— Просто, для меня, вся эта возня, там — у вас, на сайте. Ну, как-то…

— Как детские игры.

— Вам, что, больше заняться нечем?

Вот это номер!

Евгений с Константином, просто опешили.

Посмотрели друг на друга. Константин, было, рванулся к Игорю, но Женя успел его остановить, ещё при вставании с кресла.

И сказал, обращаясь к Игорю.

— Вот, значит, что такое, для тебя — наш класс. Детская возня.

— Да.

Уже начиная, заводится, рявкнул Игорь.

— Придумали, тоже. Школа, одноклассники. Десять лет — за одной партой. Слюни распустили. Сколько школа нам дала. Дружеские отношения.

— Мы должны были ходить в школу. Понятно. Обязательное среднее образование.

— Учителя, должны были нас учить. А парты — те на двух человек сделанные. Поэтому, кто-то должен был сидеть с кем-то.

— Давайте ещё детский сад вспомним. Какие там горшки были, с цветочками.

— Ты, как солдафоном был, так и остался.

Это он — Евгению.

— А ты — «карате-до», «карате-после». Много медалей получил?

И Константину, досталось.

— Вы, все, мне никогда не нравились. Бегали, суетились. В вас не было, и нет — высшей цели.

— Валерка — дом построил. Нужно похвастаться. Кому это интересно?

— Люськина дочка замуж вышла. Ну и что — тысячи, каждый день женятся. Что теперь — ах, как здорово!

— А это ваше геройство — на юбилее. И что? Кому вы что доказали?

— Смешно, всё это — мышиная возня.

Константин и Евгений. Молча сидели и слушали, всё более распаляющего Игоря. В принципе — таков и был план. Вынудить его самого, заговорить о своих националистических идеях. А к этому, судя по последним словам — всё и шло.

— А ты, что — служишь высшим идеалам? Особенный какой-то, что ли?

В тон речам Игоря, отпарировал Константин.

Игорь, аж чуть не захлебнулся, от возмущения. И поехало…

— Разумеется. Мы охраняем чистоту русской нации. Мы — избранные.

И он начал, как на митинге или на своём партийном заседании, сыпать лозунгами и заготовленными пропагандистскими текстами. Во славу русской нации.

Мы не будем, весь этот бред, приводить тут. Что бы, не было ни малейшего намёка на поддержку или отрицание, убеждений Игоря.

Это его право. А наше право — соглашаться с ним, или нет.

Несколько раз, то Женя, то Костя специально подначивали Игоря. Что бы, он ещё больше вошёл в раж.

И в результате, стало ясно.

Что за всеми этими, красивыми и многочисленными словами, стоят реальные силы. И, что, их организация — действительно большая. Они совсем не гнушаются физическими расправами и открытым противоборством со своими противниками.

И они готовы идти куда угодно, и переступать, через что угодно. Что бы добиться своего.

Фанатики.

Потом, его энтузиазм стал спадать. То ли силы были на исходе, то ли запас текстов иссяк. И он закончил:

— А вы хотите, что бы я участвовал в этой вашей возне. Да еще и вместе с казахами, немцами, чеченцами, евреями и армянами.

— Да ни за что.

— Да и чёрт с тобой.

В тон Игорю, ответил Константин.

— Просить и уговаривать — не будем.

— Ладно, ладно.

Примирительно, заговорил Евгений.

— Ни кто, тебя ни в чём, не обвиняет. И мы от тебя не требуем участия. И воспитывать тебя, в духе класса — не собираемся.

— Даже пытаться не будем — спорить с тобой.

— Это твоё право. И это твой выбор.

— Мы должны, его — этот твой выбор, уважать.

— Потому, что, какой бы ты ни был, но ты — наш одноклассник. И каждый из нас — тебя по-своему помнит.

— Давай так договоримся. Мы тебя видели. У тебя всё в порядке. Ты знаешь — что делаешь. Так мы всем «нашим» и расскажем. Просто волновались, за тебя.

— А ты…

Тут, Женя, на несколько секунд задумался. Обидно и жалко, оставлять Игоря в таком «болоте». Но, будем надеяться — что ненадолго.

— Будет плохо — знаешь, где и как, нас найти.

— Надумаешь поделиться своими радостями, с другими — милости просим.

— И, извини, что отняли столько времени.

— Да, чуть не забыл.

Вставая, сказал Евгений.

— Приедет мой сын. Мы сейчас интервьюируем всех одноклассников. Ну, к тридцатилетнему юбилею. Идея Бориса.

— Ты, уж, не откажи — выдели полчаса.

— Да, да, конечно. Без проблем.

Ответил Игорь.

— Привет Борису.

И особенно не церемонясь, скомкав практически разговор, Евгений и Константин, не пожав руки Игорю, просто махнув на прощание — «Пока». Чуть ли не выскочили в приёмную.

— Как в грязи извалялся. И почему, ты не дал мне набить ему морду?

Не выдержал Константин.

— Пошли, пошли. Надолго, здесь задерживаться, даже нам — нельзя.

ГЛАВА 23. РИККАРДО.

В Париже была осень. Самое начало осени. Зелень на улицах, начала золотиться, а местами и краснеть. В воздухе витала ещё жара лета, солнце.

Поэтому Риккардо, был в приподнятом настроении, приехав в Париж. Расставание с Люсей — но ведь всего на неделю. И возможность увидеть дочку, зятя и самое главное — внучку.

Радости было просто море, с обеих сторон. Почему бабушка не приехала?

Разбирали подарки. А это — кому?

Включили для дедушки видео. Вот мы перевернулись, а вот сели, а вот пытаемся ходить.

Дедушка утопал в любви и радости. Все были рады, неожиданной встрече.

До конца дня, крутилась эта карусель радостного возбуждения.

Вечером, после ужина, Риккардо вывел дочь на балкон. Было немного прохладно. И Риккардо решил не тянуть.

— Понимаешь, мне твоя мама поручила…

— Познакомиться со всеми твоими «русскими» друзьями. Но ведь у тебя много друзей, тут, которые говорят по-русски?

— Конечно, есть.

Ответила она.

— Ты можешь мне устроить встречи с ними, со всеми. И лучше в неформальной обстановке. Кафе, клуб, дискотека. Всё, что угодно.

— Ты, что, хочешь ходить по молодёжным тусовкам?

С усмешкой спросила дочь.

— Да. Это то, что мне нужно.

— Мама, тебе всё объяснит. Потом.

— Так куда мы завтра идём?

— Вот у меня есть список — посмотри.

В Париже и пригородах, обнаружилось восемь «русских» клубов. Более десяти кафе и ресторанов, где также собирались, русскоговорящие. И четыре дискотеки, где бывало много «русских».

Риккардо, везде представлялся писателем, который пишет книгу, о молодом поколении эмигрантов. Дочь ему ассистировала.

За два дня, они посетили четырнадцать заведений. И везде, Риккардо оставлял о себе, только приятные воспоминания.

Обязательно знакомился с хозяевами заведений и подписывал с ними контракты, на разрешение беседовать с молодежью и использование этих материалов в своей книге. Разумеется — платил им.

Он заигрывал с девчонками. И дочь была в ужасе.

Он пил с ребятами водку. И потом, ночью, его приходилось «отхаживать».

Везде сорил деньгами и с видом заправского писателя, записывал «исповеди» молодых людей, на диктофон.

Не обошлось и без инцидентов.

В одном из клубов, завсегдатаи, решив, что нерусский дядечка «снял» молоденькую русскую. И решили за неё вступиться.

Тем более, что «нерусские», в последнее время — вообще не захаживали в это заведение. Было несколько стычек с ними. Об этом даже в газетах писали.

А тут…

Наглый, самоуверенный итальянец. Всем улыбается. Угощает. И всё, чего-то вынюхивает.

— Эй, папаша.

Обратился к Риккардо, здоровяк, под два метра, ростом. С причёской — под Брюса Виллиса. То есть бритый наголо. Бритоголовый. Правильно. И накачанный, как Шварцнегер в молодости.

За ним, ещё трое, поднимались со своих мест.

Риккардо, в этот момент, как раз, записывал рассказ девочки из Омска, которая во Франции уже шесть лет. И как ей не хватает общения…

Он посмотрел на дочь — та пожала плечами, и достала телефон.

— Если что — позвоню в полицию. Сказала она ему, по-итальянски.

Что делать? Назревал конфликт. Который был совершенно лишним. Как избавиться от этого русского?

— Товарисчи!

Сказал Риккардо бугаю.

— Мы иметь работа! Тихо!

— А мы, сейчас, будем иметь тебя!

Рявкнул в ответ здоровяк.

Все естественно засмеялись, вернее, просто зашлись от восторга и предвкушения потехи. И обступили зачинщика с компанией и столик Риккардо, плотным кругом.

Девчушка, которая давала интервью, извинилась и улизнула.

Риккардо остался один на один с бандой, враждебно настроенных выходцев из России.

По поводу, таких ситуаций его инструктировали, что нужно извиниться и ретироваться. Не вступать в конфликт.

Но было уже поздно. Да и дочь была за спиной. Так нельзя.

Как быть? И лицо потерять — тоже нельзя.

— Иван!

— Водка!

— Да!

Подскочил к заводиле Риккардо, и пытался положить ему руку на плечо — обнять. Рост того, и широченные плечи — немного затруднили попытку Риккардо, сократить дистанцию — как учили преподаватели по конфликтным ситуациям.

И тогда, Риккардо, просто заорал, на всё помещение.

— Водка! Для всех!

— Я платить!

Все, стоявшие вокруг загоготали с ещё большим воодушевлением и направились к стойке бара.

Один только бугай, ничего не понимая — таращился на Риккардо.

И тогда, дочка Риккардо, подскочила к этому здоровяку и, естественно, на русском языке, защебетала ему в самое ухо:

— Это мой папочка, из Италии приехал. Он богатый. Хочешь, он тебе мотоцикл купит? Давай не будем скандалить, а? Меня, мать убьёт, если узнает, что с ним, что-то случилось. А потом, она придёт сюда и тебя живьём съест. Мы пойдём — ладно.

И она, потихоньку, оттискивая Риккардо, взяла его под руку и повела в сторону кабинета хозяина заведения. На ходу, несколько раз, помахав рукой бугаю, который так и остался стоять посреди зала, мотая из стороны в сторону головой.

Риккардо, быстренько заплатил, за обещанную водку и они, уже бегом, выскочили на улицу.

И вот, сидя в такси, она, видимо, начиная отходить от стресса, набросилась, теперь уже на Риккардо:

— Ну, теперь, ты успокоишься?

— Я всё, матери расскажу.

— Никуда, больше не пойдёшь.

— Или уезжай — или сиди дома.

— Ты, не понимаешь — тебя же могли убить.

— Ну, зачем тебе это всё?

Риккардо, обнял её, достал носовой платок и промокнул, выступившие слёзы.

— Всё. Уже всё позади, моя дорогая.

— Ты спасла меня.

— Ты, у меня золотая.

Так, успокаивая, друг друга, они добрались до дома.

На следующий день, Риккардо, уже сам, без дочки, посетил оставшиеся, в его списке заведения. Но входить в молодёжную среду и брать интервью, уже не стал.

Осторожность ещё ни кому не помешала.

Он, знакомился с хозяевами и заключал с ними типовые контракты, как и со всеми остальными. И оставлял, немного денег.

Главную задачу он выполнил. Во всех заведениях его запомнили. И в любой момент, он может туда вернуться — и ему будут рады. За исключением клуба, с тем бугаём.

Туда он один, больше не пойдет. Надо взять Костю или хотя бы Борю. А лучше, всех сразу. И ещё — телохранителей.

ГЛАВА 24. ЛЮСЯ И ПАРТИЯ ДОМОХОЗЯЕК.

Люся, нарядилась, как Лондонская модница, позапрошлого века. Сказала, что это самый дорогой французский Кутюрье — во всяком случае, на сегодня.

Она, всё продумала — так будет лучше. Позвонила — чтобы её ждали. Заказала лимузин и велела отвезти её в штаб-квартиру Партии Домохозяек.

Разумеется, что её появление, там, вызвало настоящий фурор. Белый, длиннющий лимузин, из него выходит прелестная дамочка, во всём от…

Её, обступило, сразу четыре женщины, с вопросами:

— Вы, прямо к нам, да?

— Хотите познакомиться с нашим лидером?

— Как вас представить?

— У вас серьёзные намерения?

Люся, вошла в помещение и остановилась:

— Девочки, мне стало скучно, и я решила заняться политикой.

— Где, у вас тут нужно расписаться, что бы вступить в партию?

Её повели, усадили. Начали рассказывать, наперебой, историю партии, программу партии и т.д. и т.п.

— А кофе, мне можно? — Люся играла жену богатого итальянского бизнесмена.

Впрочем, она — ею и была. Но нужно было выходить на лидирующие позиции в партии — поэтому, она выбрала правильную стратегию.

До самого обеда, ей всё показывали, рассказывали. Потом они обедали. Обязательный, послеобеденный «шоппинг».

Знакомство с лидером партии. Та, оказалась, в не менее изысканном наряде и вела себя, практически, как Люся.

И Люся, снисходительно, разрешила ей:

— Вы, милочка, конечно же, будете главной. Я, просто хочу во всём участвовать. У вас тут, так интересно!

— Так я уже в партии — или ещё нет. Я же домохозяйка!

— Когда у нас встреча, с нашими конкурентами на выборах?

— И куда, у нас вообще выбирают?

— Кто-нибудь, мне может объяснить?

Ей выделили кабинет, назначили заместителем Лидера Партии, и приставили личного секретаря. Она подписала несколько чеков. И ей вручили мандат с номером 8452.

Да, именно столько членов, насчитывала эта партия.

Но, зато, она активно боролась за места в Европарламенте. И планировала, на ближайших выборах, получить — хотя бы два места.

Что бы отстаивать интересы домохозяек всей Европы.

— Сообщите, график ближайших мероприятий, моему секретарю, а я поехала знакомиться с лидерами других партий.

За три дня, Люся познакомилась, практически со всеми лидерами имеющихся партий.

Получила штук десять, приглашений на партийные банкеты. И назначила две дискуссии — по обмену мнениями, между партиями.

Оставалось только, дождаться Риккардо и посетить, вместе с ним все эти банкеты. Потом, добиться, что бы её дискуссии с другими партиями — показали по телевидению. И вопрос решён — есть новая звезда на политическом небосклоне.

ГЛАВА 25. СЕМИНАР ЛАРИСЫ.

Вот у Ларисы, всё обстояло сложнее.

Разумеется, всех оповестили.

Естественно, за счёт организатора.

И всё равно, подтвердило своё участие, меньше 60% от числа, приглашённых участников.

Темы, подобрали, самые, что ни есть, актуальные:

1. Законные способы оптимизации налогообложения.

2. Инвестиции и кредиты в современных условиях.

3. Особенности финансирования экспорта и импорта.

Но народ не реагировал.

Приедет, наверняка, только половина, от тех, кто подтвердил своё участие — ведь, за счет организатора.

Варианты, были самые разные.

От элементарного банкета — после окончания семинара.

До банальных — выступлений министров финансов.

Решение, нашлось, после консультации с партнёрами Ларисы в Англии.

Дело в том, что Европа, готовилась перейти на упрощённый метод бухгалтерского учёта. Готовилась уже два года.

И в связи с этим, разрабатывались стандартизированные, единые для всей Европы, бланки отчётной документации. С дальнейшей их, прямой дигитализацией (засовыванием в компьютер) и автоматизированным учётом.

Это, естественно, несло с собой, значительные изменения в методиках, а главное в конкретных процедурах бухгалтерского учёта.

Высвобождалась огромная армия бухгалтеров. В связи с автоматизацией.

И увеличивалась доля компьютерной обработки у банков, страховых компаний и у налоговых консультантов.

Это, конечно волновало всех финансистов, аудиторов, бухгалтеров, налоговых консультантов и экономистов.

Изменения, должны были коснуться и рынка труда, и рынка финансовых услуг.

Значит. В тему семинара, нужно добавить одну, единственную строку.

Теперь, темы семинара, выглядели так:

1. Проект закона об упрощённом методе бухгалтерского учёта и введении стандартизации в документацию.

2. Законные способы оптимизации налогообложения.

3. Инвестиции и кредиты в современных условиях.

4. Особенности финансирования экспорта и импорта.

Да.

И можно обойтись, без банкета и всех остальных приманок.

Действительно. Уточнения в программе, позволили довести количество, подтвердивших своё присутствие, до девяноста двух процентов, от числа приглашённых. А количество людей, готовых приехать на семинар, выросло более чем в два раза. Собирались приехать почти все, и привезти с собой бухгалтеров.

Пришлось вводить небольшую оплату, для участников. И деньги, поступили практически мгновенно, и от всех.

Теперь уже, точно — приедут.

ГЛАВА 26. ЛЕНА — ШПИОНКА.

Лена, в процессе подготовки, к внедрению в администрацию Европарламента, не прошла по тестам. Туда направили другого человека.

Она же не тренировалась, как раньше, и переподготовку не проходила, уже почти пять лет. Методики, стратегии, навыки — всё изменилось.

Но, мне показалось, что она даже рада такому исходу.

Видимо, не легко ей было, снова возвращаться в прошлое.

Её поставили в пару с Камчаткиным. Она будет нами руководить и координировать всю деятельность. Всё таки личные контакты, да и знает она нас получше, чем этот Камчаткин.

Она рьяно, взялась за новую работу. И вот это, на мой взгляд, ей действительно приносило удовлетворение.

Значит, будет и польза.

ГЛАВА 27. СПЕЦОПЕРАЦИЯ. ЧАСТЬ 2.

Нас не вызывали, теперь, каждый день в центральный офис. И, руководство нашей деятельностью принял на себя, не безызвестный господин Камчаткин. Чуть позже к нему присоединилась Лена.

Как нам сообщил Камчаткин, техническая сторона нашей операции, практически решена.

Созданы приборы и устройства, которые позволяют, и зафиксировать приходящий сигнал активации, и заблокировать саму активацию, и очистить мобильные телефоны от программ, или «троянских коней», как их называли специалисты.

Чтобы стало яснее, нужно объяснить — как это всё работало. И как, получило, такую массовость.

Неизвестный источник. Пока, что — неизвестный. Его обнаружение активно ведётся.

Так вот, этот источник, время от времени, посылал сигналы, в нескольких модификациях, на конкретные телефоны.

Попадая в телефон, этот «червяк», начинал заражать, самокопироваться во все доступные ему другие телефоны. Или, через список в адресной книге телефона, или просто через непосредственный контакт.

Оказывается, что, работающий телефон, имеет определённое поле, вокруг себя. Это поле можно обнаружить, и через него — передавать данные. Достаточно быть, на расстоянии 3-5 метров от заражённого телефона — и всё, заражаются все.

Модификации, учитывали разные модели телефонов и разные стандарты.

Скорость заражения, была просто ужасная.

Ни один, компьютерный вирус, не распространялся с такой скоростью.

Густота сети мобильных телефонов обгоняет на порядок, любые компьютерные сети.

В течение нескольких недель, было заражено практически 95% всех мобильных телефонов в Европе.

Почему же, все не стали сходить с ума, а только русскоговорящие — спросите вы.

Этот вопрос был самым сложным.

Конечно, идентифицировать заражённый телефон, когда все телефоны заражены, было тоже очень сложно. И стандартные средства защиты от внедрения, тоже были легко обойдены. Сложности с распознаванием вируса.

Но, понять принцип избирательности. Почему начинаются психические расстройства, только у русскоговорящего населения? И почему — эти расстройства, направлены на увеличение националистических настроений?

Это было очень сложной задачей.

Проблему разделили на составляющие. И обратились за помощью к науке. Когда учёные, начали отвечать, на поставленные им вопросы, то из составляющих — как из мозаики, сложился ответ.

Воздействие, оказывалось на всех.

Но, оно, своими параметрами, учитывало особенности мозга. Первый, материнский язык — русский. Получи и будь недоволен всеми остальными нациями.

В принципе, это оказалось психотропным оружием.

Стоило изменить направленность, например: французский язык — и французы всего мира, резко начинают ненавидеть всех остальных.

Очень удобно использовать в локальных войнах — сербы, против хорватов, или грузины, против осетин.

Фантастика. Страшная фантастика.

Ну, хорошо.

Теперь, мы знаем, что это такое.

Очистим все телефоны от вирусов. Ликвидируем зачинщиков.

Аналитики, рекомендовали проводить оба эти действия — синхронно. Чтобы сократить риск, перегруппировки злоумышленников и по тактическим соображениям.

И, достаточно, начать «выключать» воздействие в наиболее проблематичных «очагах», как общая энтропия доведёт всё до нормализации.

Но.

Недостаточно, решить текущую ситуацию. Обезвредить людей, начавших эту психотропную атаку. И вернуть напряжённость в массах в нормальное русло.

Нужно найти средства предотвращения, подобных инцидентов.

Конечно, методики технического контроля и защиты — поступят в соответствующие организации. Правонарушениями и преступлениями, займутся те, кто должен этим заниматься.

Причины и возможности возникновения, таких атак, будут изучать учёные, в разных сферах науки и знания.

Уже сейчас, есть категории людей, на которых психотропное воздействие, националистической направленности, произвело меньший эффект, чем на большинство.

Пусть это частный случай — национальная рознь. Но можно обобщить и применить.

Нужно проводить исследования и эксперименты.

В первую очередь, практически не пострадали — межнациональные семьи, с благоприятными отношениями, внутри семьи.

Потом, по степени убывания эффекта от воздействия, находятся учебные группы, с многонациональным составом. Которые учатся вместе не менее двух семестров.

Далее, оказались мы.

Одноклассники, с многолетним стажем.

Да. В нашем классе было трое, казахской национальности. Двое — армянской, одна — чеченской национальности. Шестеро — немецкой, двое — украинской, двое — еврейской, национальностей.

Больше половины класса.

В Европе, было шесть человек.

Но, мы же не перегрызли друг другу глотки.

Я не могу, рассуждать о межнациональных семьях. Хотя, почему — могу. Есть масса, близких мне примеров. Да и сам я, только на половину — русский.

Можно, набросать — общие принципы:

— Многолетние партнёрские отношения.

— Любовь.

— Совместные дети.

— Духовное единство.

— Искренность в отношениях.

Что-то видимо в мозгу, меняется — и есть только одна национальность. Семейная.

Да, вроде как-то так.

Теперь, многонациональные учебные группы:

— Взаимовыручка, общность интересов и помыслов.

— Много времени — вместе.

— Совместное преодоление трудностей, и многократные радостные события.

Тоже, кажется понятным.

Но, мы.

А, в принципе…

Я прочитал, свои характеристики взаимоотношений в двух перечисленных категориях.

И понял.

Практически всё это, есть и у нас.

— Мы десять лет были вместе — что-то от семьи.

— Трудности и радости — пережили, тоже не мало, вместе.

Действительно, получается, что мы тоже, являем собой пример, устойчивого к межнациональным распрям сообщества.

Здорово.

Видимо, примерно также рассуждали и «наши» аналитики. С семьями — там понятно, столетиями все бьются над проблемами семьи. Вмешиваться в этот процесс — по меньшей мере, не разумно. Загонять всех в учебные группы — тоже, как бы из области фантастики. А вот, школа — все учились в школе, и у всех есть одноклассники.

Поэтому, они предложили нам, сделать основой нашей операции, именно сохранение и укрепление школьных связей. Связей между одноклассниками.

И назвали это всё — «Технология восстановления школьных связей»

Заканчивалась техническая и организационная подготовка к началу операции. А мы, в спешном порядке. Должны были сформулировать: — чем, для каждого из нас, является школа. Но только «после» школы, то есть — сейчас. Аналитики, разработали стратегию, но им требуются уточнения, и дополнительные «контрольные точки».

Вот так вот, на ходу — возьми и выложи всё, что для тебя представляет понятие — взаимоотношения с одноклассниками.

Также, по быстрому, тезисно, приведу основные мысли каждого из нас.

Евгений: — Мы просто должны быть вместе. То, что мы приобрели за десять лет в школе — терять нельзя.

Константин: — Команда, отряд. Нас десять лет готовили к жизни. Вот мы вместе, теперь с ней и справляемся.

Борис: — Просто все — родные. И нечего говорить. Мы, так без слов друг друга, понимаем. Пусть все учатся.

Люся: — Они, все, для меня, что-то большее, чем друзья. И что-то другое, чем семья. Но, в любом случае — это понятия одного уровня.

Лена: — Я не знаю, как без этого, другие могут жить. Мне постоянно, чего-то не хватало, пока я была — вне класса.

И закончу, эти наброски о душе класса.

Очень просто.

Может быть, повторюсь. Но не даром, во всех молитвах, всех религий мира, самые важные слова — повторяют несколько раз.

Есть ценности, которые создаются не государствами, и не культурой, и не упорным трудом. А на стыке всего этого. В нежном, детском возрасте. Когда познаёшь этот мир. И те, с кем ты, познаёшь этот мир — несут эти ценности, вместе с тобой. Дальше — по жизни. Конечно, есть и другие ценности, которые нужно беречь и придерживаться их содержания. Есть и не менее универсальные — чем эта «наша» ценность.

Мы, понимаем, или стали понимать — что для нас представляет эта ценность. И будем хранить её, в своих сердцах, в своих делах. Во взаимоотношениях друг с другом. Будем приносить её в наши семьи. И демонстрировать — нашим детям.

Будем делиться ею — со всеми, кто в ней нуждается.

ГЛАВА 28. СЫН ЕВГЕНИЯ.

Его «дрессировали» целую неделю. Лучшие специалисты. Но он был подготовлен. Нахимовское училище.

Курс молодого шпиона.

Конечно, его бы не успели подготовить к полноценной «шпионской» деятельности, даже за месяц. Будь он даже «супер» талантлив и подготовлен.

Его готовили к конкретной задаче.

Он должен будет, погасить воздействие на Игоря, при помощи технических средств. И удерживать контакт с ним, пока не будут определены, необходимые для операции факты.

Поэтому, его учили актёрскому мастерству. С ним занимались психологи.

Накачивали его, как Джеймса Бонда.

ГЛАВА 29. БОРИС И ЕГО ВОЯЖ.

Предприятия, которыми владеют русские, или выходцы из Советского Союза, оказалось в Европе, довольно много — 248 416.

Дело осложнялось ещё и тем, что если в странах Восточной Европы, таких как Польша, Прибалтийские страны, Чехия, Словакия, Словения, Венгрия, Румыния и Страны Югославского блока, разрешалось иностранцам, полностью владеть предприятиями. То, в Западной Европе, в составе предприятия, должны были быть коренные граждане страны.

Конечно во всём этом, было много нюансов. Но суть была в следующем — были явные владельцы. И были владельцы — не явные. Сложно.

Отбросив, предприятия, которые только номинально принадлежали русским (русскоговорящим). То есть, такие, где представители выходцев из Советского Союза, были только владельцами. А сама деятельность предприятий ни коим боком не затрагивала массы русскоговорящего населения.

Осталось, всё равно, много — 6 245.

Пришлось, карту размещения этих предприятий, накладывать на карту очагов усиления националистических проявлений.

В результате, Борис, остановился на двадцати четырёх предприятиях.

Из них — четыре, в Германии, а остальные в странах Восточной Европы.

Подготовили маршрут.

Штутгарт Мюнхен Прага Берлин Варшава Вильнюс Бухарест София Белград Будапешт Братислава.

Но, даже если летать на вертолёте, и на местах идеально всё организовать — то всё равно, в неделю, не уложиться.

Поэтому, оставили только те города, где было по нескольку заведений. И наиболее крупные заведения.

Итог: Берлин Варшава Вильнюс Прага Братислава.

Шесть русских ресторанов, два художественных салона, пять магазинов с товарами из России (русский салон).

И вертолёт, Борис себе всё равно потребовал.

Разумеется, что его сделали проверяющим. От комиссии при ООН, по правам человека.

Русский миллионер, в местах массового скопления своих соплеменников — смотрелся бы совсем не адекватно. Это исключено. Слишком рискованно.

Леночка выполняет функции секретаря.

Поехали…

Берлин — без приключений.

Встретили хорошо. В обоих ресторанах, кормили, водочку наливали, посетителям представляли. В магазине — вручили фирменный сувенир.

Леночка, активно составляла протоколы. О наличии признаков русской культуры, русскоговорящем обслуживающем персонале, интеграции в местную инфраструктуру.

Опрашивали посетителей, на предмет полного удовлетворения потребностей.

Хозяева — подписывали, подарки — навязывали. Расставались — дружественно.

Варшава — художественный салон, ресторан, магазин.

Примерно, по той же схеме. В художественном салоне — подарили сборник стихов, русского поэта «в изгнании».

В Вильнюсе, начались происшествия. Художественный салон, оказался разгромлен. За день до приезда Бориса, произошла довольно ожесточенная стычка, между русскими и литовскими националистами.

В ресторане, хозяин, был озлоблен и требовал вмешательства ООН. В протоколе собственноручно написал, что идёт дискриминация и произвол.

Магазин, тоже переживал не самые лучшие времена, поэтому просили помощи.

Радушного приёма не получилось, но след оставили.

Прага — обстановка, в целом, была немного поспокойнее, чем в Вильнюсе. Но, на улицах, повстречались манифестанты с плакатами на русском языке. Было много полиции.

И в ресторане, и в магазине — абсолютный покой. Копия Берлина и Варшавы.

Борис, немного расслабился, под песни а-ля Успенская. Водочка. Икорка. Огурчики.

Пообещал хозяину, выделить его ресторан, среди остальных.

Хозяин — в ответ, пригласил в ночной клуб, где танцуют русские девочки. С возможностью приятного продолжения…

Борису, было, не удобно отказывать, гостеприимному хозяину.

Синяк от Леночкиного каблука — ещё долго, не пройдёт.

Ну а в Братиславе, они были, как дома.

Только посетители, в ресторане и в магазине, были чрезвычайно воодушевлены, перспективами русской экспансии.

Сопротивление русскому национализму, тут — было сломлено. Город, практически находился во власти, русскоговорящего населения. Полиция присутствовала — но не вмешивалась. Местное население активно избегало стычек и просто встреч с русскими.

В протоколах, хозяева заведений, почти дословно повторили друг друга: — Словакия — будет нашей!

В общем, «оторваться» Борису не удалось. Но, задание в целом — выполнено.

ГЛАВА 30. ЛЕНОЧКА И ШОУ-БИЗНЕС.

Леночке, достался самый ответственный участок. Нужно было пригласить на гастроли в Европу, как минимум сорок музыкальных коллективов и исполнителей.

Но это оказалось, не так сложно, как представлялось.

Задача была такова:

Сорок исполнителей, имена и произведения, которых в России были, что называется — «на слуху». Выступают в определённом месте, с номером, в русле «школьной» тематики. И дальше — по своему выбору.

Леночка, взяла хит-парад за последний месяц. Первую сотню. И отправила по электронной почте, свои предложения — агентам, этих исполнителей.

А также — десятку концертных агентур в Европе, с русской направленностью.

Дело осложнялось тем, что выступать артистам нудно было в один день, и даже в одно и тоже время.

Поэтому, назвали этот проект — «мега-турне Одноклассник-2010».

В Европе — откликнулись все. И активно принялись за работу.

В России — по 64 артистам, также были получены подтверждения.

Леночка, просто свела европейские агентуры с российскими агентами, и организовала спонсорство, разумеется, с рекламной компанией, от общественной организации «Школьные годы чудесные». С несколькими условиями, по поводу мест проведения турне.

Это тоже оказалось несложным, потому, что в местах наибольшего скопления русскоговорящего населения Европы, и отмечалась максимальная концентрация националистических настроений. А именно там, и было возможным, проведение концертов.

Конечно, «звёзды» первой величины из России, не хотели выступать в ресторанах или на площадях перед русскими салонами.

Но для них были подготовлены клубы и концертные площадки. В пределах городов — была организована ротация артистов. Чтобы праздник, стал действительно праздником. А «звёздам» второго и следующих эшелонов — было всё равно. Лишь бы был слушатель, и платили деньги.

Всё турне, спланировали, таким образом, чтобы артисты ездили по своим маршрутам. Кто группами, а кто единолично. Из города в город, из страны в страну. И первые, из них, начинают свои выступления, уже в понедельник. И для каждого из исполнителей, турне будет длиться по-разному — от недели, до трёх.

Но, к назначенному времени, все они должны будут находиться именно в тех местах, именно в тех заведениях и на концертных площадках, какие, нужны нам.

Киркоров, Билан и Серёга. Валерия, Овсиенко, Маликов, Меладзе и Варум. «Корни», «Фабрика» и «Иванушки». «Блестящие», «Сливки» и «Виагра». Кадышева и «Золотое кольцо», Варвара и Шаляпин. Маршал, Носков, Витас. Представители русского шансона и рока. «Звери», «Ногу свело», «Неприкасаемые». Газманов, Хворостян, Агутин и Малинин.

И еще, многие, не менее популярные артисты.

Да, практически весь «свет» российской эстрады приедет в Европу.

ГЛАВА 31. РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА И Я.

Моя задача оказалась, едва ли не самой сложной. Хотя, может быть — это моё ощущение.

Русская интеллигенция в эмиграции. Литературные сообщества.

Существовало, как бы две «концессии».

Одна, верила, что они — избранные и непризнанные на родине. Поэтому, их отношение ко всему русскому, было весьма предвзятым. Мы — представители русской культуры. Так они о себе говорили.

И вторая — по тем, или иным причинам, оказавшаяся вне пределов России, но, чувствующая, свою причастность к русской культуре, и творящая для читателей.

Объясню своё мнение, более подробно. Так как и сам, ощущаю себя частью этой двуликой общности.

Так вот.

Изгнанники. Да, они талантливы. Хотя талант, определяется не экспертным заключением и не мнением критиков.

Обратимся к истории. Великие и талантливые писатели, поэты. Признание получали…

Конечно же — от читателей.

Нет смысла, ломать копья и копаться в стилистических изысках, доказывая, что талантливее другого. Не нам об этом судить.

Непризнанность, на мой взгляд — это или ошибка, стечение обстоятельств. Или — неискренность. Разумеется — перед читателем. Между собой, мы можем лгать, говорить правду в глаза, находить изъяны, или восхвалять. Какая разница. О чём мы договоримся. Или кто, кого, в чём убедит.

Нет в этом смысла — для литературы.

Есть, конечно, небольшое противоречие. В том, что путь к читателю, лежит через книги. То, есть, через распространение книг. А этот процесс, включает в себя — подготовку книги, печать, реклама, и реализация. То есть — деньги.

И чем эффективнее, процесс распространения книг — тем, естественно, больше круг читателей.

Парадокс.

Хочешь, чтобы твоё произведение читали — учись зарабатывать деньги. Вкладывай их. И тогда появится возможность для признания — или забвения.

Странно. Дико. И глупо.

Поэтому, подавляющее количество писателей и поэтов, пишут «в тумбочку». И ждут возможности — реализоваться.

В Европе, конечно, с этим, меньше проблем. Отлаженная технология литературных агентов. Система гонораров и профессионализм издателей.

Но, русскоговорящая, и по-русски пишущая «братия», в основном, не обращается к «акулам капитализма». Предпочитая пользоваться развивающимися, и учащимися на ошибках — Российскими издателями. А те, начинают с них «сдирать» — оплату, за агентские услуги, за допечатную подготовку, за сам процесс книгопечатания. А потом, с видом меценатов — предлагают 10% от прибыли с продаж.

Абсурд.

Конечно, у девяти из десяти, опускаются руки.

Талант, должен себя реализовывать, что бы быть талантом.

А деньгами должны заниматься — профессионалы.

От этого, всего, появляется озлобленность на коллег по профессии, на аудиторию, и в итоге — на весь белый свет.

Поэтому, винить и обвинять, наших «изгнанников» — не будем. Их можно только пожалеть.

Другие.

Фанатики «пера», графоманы и «тонкие» натуры. Среди таких «творцов», чаще встречаются, таланты крупной величины.

Да, они пишут для читателей. Они отдают себя целиком искусству, творчеству. И не страдают тщеславием.

Но, они или сгорают, или остаются во власти Истории и Времени.

За них — обидно.

Но, на их счастье — есть Интернет. Совершенно, без затрат — и многотысячные аудитории. И они пишут «в сеть». И их читают. А они творят дальше.

Но и в Интернете, обосновались и те — первые (изгнанники). И выступают своеобразным щитом. Мы — литература, а вы — дилетанты.

Думают, что для того, кому интересно творчество, их комментарии, или препоны — будут являться преградой, для чтения. Ошибаются.

Интернет, пока ещё, достаточно демократичен. В лучшем смысле этого слова.

И, читатели, в нём, находят своих писателей и поэтов.

Да будет так…

Так я рассуждал, пытаясь решить поставленную мне задачу. Но видимо — опять, увлёкся.

Сложно.

Мне никак не удавалось найти какое-нибудь связующее звено между этими группировками.

В общем, по всей Европе, обнаружилось всего семь, таких литературных центров. В Париже, Мадриде, Праге — были крупные, более 100 членов в каждом. И поменьше — в Германии, Финляндии, Голландии и Венгрии.

И если в крупных центрах литературного сообщества — и проводились, какие-то мероприятия, то довольно редко и весьма стихийно. А в малых центрах, деятельность вообще ограничивалась собраниями — раз в год, и стихийными банкетами.

Но, практически все они, были представлены в Интернете. И вот там, уже шла очень бурная жизнь. Полемики, дискуссии, отстаивание концепций, и просто переписка. Литературные конкурсы и окололитературные спекуляции.

В общем, я, посоветовавшись с «нашими хозяевами», пришёл к идее, организовать большую Интернет-тусовку.

Тема определилась сама собой — «Россия в нас, или мы — для России?».

Назначил время, оповестил всех. Написал, небольшой сценарий. Открыл конференцию в реальном времени.

И, поехало…

Но, эти все мои приготовления, не решали главную задачу.

Люди, должны были собраться, что называется «в живую», и со своими телефонами.

Как это организовать?

Пришлось, выдумывать конкурс. На самого активного участника. С сумасшедшими призами.

И для точной персонализации, попросить пользоваться, для участия в этом конкурсе — своими телефонами. Как в старые, добрые времена.

В целом, со своей задачей я справился. Народ будет собран к назначенному часу. И у всех будут с собой телефоны.

Дополнительная нагрузка на техническое отделение.

Ну…

С интеллигенцией — иначе нельзя.

ГЛАВА 32. СПЕЦОПЕРАЦИЯ. ЧАСТЬ 3.

Операция была спланирована очень тщательно. Настолько тщательно и скрупулезно, что мы даже не волновались. Мы знали, что нам предстоит делать. Что будет происходить в разных точках Европы. Как будет проведена акция в России.

Всё было расписано — по минутам. Отрепетировано. Заучено.

И запасные варианты — тоже.

Все знали свои места.

До операции. Нам было немного странно, и совсем не понятно, как «они» — наше руководство, соединят, казалось бы, несоединимые понятия.

Школа, русская музыка, рестораны, бизнесмены, интеллигенция, молодёжь и политические деятели.

Ну, школу и русскую эстраду о школе — ещё можно сложить вместе.

Рестораны и бизнесмены — тоже, вроде как одного поля «ягодки»

Но, молодёжь и политика — антагонисты.

А интеллигенция — вообще от всех особняком стоит.

Всё это подчинить общей цели?

Действительно — война. «И встали все — и стар и млад»

Но это, как бы начинка. То, для чего это всё делается. Что бы освободить всех этих людей от напущенной на них хворобы. Вернуть им собственную волю.

А что технология? Ведь одними словами — не победить.

Оборудовали несколько десятков устройств, для блокировки активации воздействия. Вычистят, несколько тысяч телефонов — от вирусов.

И обезвредят злоумышленников, затеявших эту психотропную войну.

Ну и, разумеется, всё это — практически одновременно.

Когда нам объяснили, что для проведения операции, задействованы более 12 000 сотрудников правоохранительных органов. Полицейских, специалистов по информационным технологиям, экспертов и агентов.

И, когда мы начали готовиться уже к самой операции.

То, наша неуверенность, полностью прошла.

Действительно, всё было просто и точно.

Нам рассказали, что во время нашей подготовительной недели. Сотрудники спецслужб, прикрывая нас в местах выполнения своих заданий, также проводили необходимую подготовку.

Каково же было удивление Риккардо, когда он узнал, что здоровый Иван, который задирался с ним на дискотеке в пригороде Парижа — сотрудник французской разведки.

И, среди Люсиных помощниц — были агенты.

У Бориса, всегда была охрана, но с заданием — быть невидимой.

Остальных агентов, нет смысла раскрывать, по мотивам безопасности. Так нам объяснили. И мы стали оглядываться по сторонам.

Не мир, а сплошное переплетение разведок и контрразведок.

Ну да ладно.

Близился час «Х»…

Сын Евгения, находился в России. И готов был, по сигналу, в назначенный час, начать интервьюирование Игоря.

Аналитики и оперативники, выяснили, что Игорь, и ему подобные в российском националистическом движении, находятся под постоянным воздействием психотропного оружия. И являются приоритетной целью, для организаторов этой акции «во славу русского языка». Приоритетной целью, в данном контексте, означает, постоянное воздействие — без срывов и простоев. Постоянная подпитка — больной не имеет права выздоравливать.

Поэтому, здесь, около Игоря, был создан оперативный центр. Этот центр, после начала вмешательства со стороны «наших» технических устройств, в процесс воздействия. Должен будет обнаружить источник — координационный центр, или штаб-квартиру. Или что, там у них ещё. В общем — следы, ведущие к организаторам.

Когда пропадёт воздействие, то отсутствие обратной связи, или её неизвестное присутствие, обязательно проявится. Должны же они как-то контролировать своих подопытных кроликов. На этом и строилась вся стратегия. Разумеется, что они не могут, чисто физически иметь такую обратную связь в Европе. Но, может где-то и есть. Во всяком случае — не повсеместно. А тут, в России — всё под боком. И «кролики» и возможности их контролировать. Возможно, воздействие тут, не имеет столь массового «радиуса поражения». Но, что тут находятся «их» полигоны, лаборатории с подопытными «объектами» — было бесспорно.

В любом случае — будут предприняты действия, либо по восстановлению воздействия, либо по обнаружению сбоев в работе.

Эти действия, должна зафиксировать группа слежения. А оперативники — пойдут по следу. А дальше — как говорится «дело техники». Нам не объяснили, ну а мы не уточняли. Будут там стрелять или просто закидают бомбами.

Не наша компетенция. Ликвидация — вот правильное слово. А если это будет ликвидация техники или уничтожение дельцов, вознамерившихся свести с ума всю Европу — нам было всё равно. Наверняка, исполнителей и не пощадят. Так всегда бывает — обстановка боевой операции, не позволила. Но до главных, этих «нелюдей» — в любом случае, доберутся.

Разумеется, что в составе оперативного центра, в непосредственной близости от офиса «Партии свободных», где будут находиться Игорь и сын Евгения. Были и сами — Евгений и Константин, всегда готовые прийти на выручку молодому нахимовцу. Ну и для того, что бы поставить последнюю точку, в этой операции.

«Раздавить гада» — как выразился Константин.

Лена, Камчаткин и Леночка, не вылезали из центра управления всей операцией.

Конечно, там хватало и своих сотрудников. Руководили операцией, всё-таки не мы.

Но и для «наших», в этом напичканном техникой и сосредоточенными людьми, месте, имелось довольно конкретное задание.

Технология «постороннего взгляда». Когда кто-то, что-то делает, а посторонний человек — это оценивает, всегда будут недоработки. Их, эти недоработки, искали — и устраняли. Да и деталей, мелких, всегда готовых сорваться из-за какой-нибудь ерунды, деталей — хватало.

Артисту — могло не понравиться звучание оркестра. Срочные изменения.

Могла отказать техника. И дублирующая — тоже. А срывов быть не должно.

Бизнесменов, могла не удовлетворить мягкость кресел в зале для семинара. Нужно всё проконтролировать.

В Интернете — могли зависнуть сервера. Всякое бывает. Или хакер.

Игорь мог, просто заболеть — и тогда вообще всё срывалось, или откладывалось.

Груз ответственности — огромный. Столько людей задействовано. Столько действий нужно было выполнить одновременно.

Последние проверки готовности.

И перепроверки.

И уточнения.

И срывы.

И замены.

Много чего там было — работа кипела.

Ну а мы.

Я имею в виду: Риккардо, Люся, Лариса, Борис и я.

Мы все, находились в техническом центре, «наших шефов».

Причём таким образом, что у каждого из нас была, как бы своя студия. Почему — как бы? Это и были студии — со звукоизоляционными стенами, с прозрачным стеклом — на режиссёра, и с камерами и микрофонами. Пять студий — пять режиссеров, и главный, и его заместители. И техники, и ассистенты.

У каждого были включены суфлёры, и ещё тексты, и ассистенты — были «на готове». У Риккардо — синхронный перевод с итальянского языка. У Люси — на английский язык.

Лариса с Люсей, всё прихорашивались. Прямой эфир — тысячи зрителей.

Две, дорогие моему сердцу женщины. Одна — жена, спутница жизни, моя избранница. Мать моего сына. Моя любимая. Самая женственная из всех женщин. Друг и коллега. Семья.

Вторая — подруга, близкая душа. Тепло отношений и нежность воспоминаний.

Прямо, как перед боем — проносится вся жизнь перед глазами. И приходят на ум слова о близких людях.

Да, мы защищены здесь, как в крепости. А если, что-то произойдёт «экстра». Взбунтуется народ или экстремисты вооружатся?

Или наш план — не удастся. Если, что-то осталось не учтённым?

А я, подвергаю риску своих, самых дорогих…

Поэтому, мы с ребятами — «откушали» коньяку, для храбрости.

И…

Началось.

ГЛАВА 33. ФИНАЛ.

ЭПИЗОД 1 — ШОУ.

СЦЕНА:

Европа.

Сорок две концертные площадки. Где-то гремят аккорды, но чаще слышны лирические переливы мелодий и песен, школьной тематики.

На русском языке.

— Клубы, дискотеки с русскоговорящей молодёжью. Выступают российские группы и исполнители.

— Русские рестораны. Свободных мест — нет. «Русский шансон»

— «Русские» салоны. Аншлаги на выступлениях артистов из России.

— Банкет в партии Домохозяек — весь «свет» партийной Европейской элиты.

— Зал семинара о проекте нового закона в Европейском финансовом законодательстве — 327 руководителей «русских» предприятий, со своими бухгалтерами.

— Интернет конференция в реальном времени. 741 — зарегистрированных участника (русскоговорящая интеллигенция Европы) и 4016 посетителей, со всех концов света.

— Восемь стадионов и одиннадцать концертных залов — выступления звёзд российской эстрады.

Европа содрогается от русской речи и русской культуры. В противовес — русскому национализму.

ДЕКОРАЦИИ:

Везде включены большие телеэкраны. Проекторы, световые табло и полиэкраны.

Многочисленный обслуживающий персонал, призывает обратить внимание на экраны.

Объявлены перерывы на экстренные новости.

Начинают звучать слова диктора, с сообщением о предотвращении попытки психотропного воздействия на психику русскоговорящего населения Европы.

Перечисляются цифры, регионы, страны, города. И возможные, но предотвращённые последствия.

Слово предоставляется экспертам.

На экранах появляются люди. Для каждой аудитории — свои, известные и узнаваемые.

РИККАРДО:

Я — итальянец, но сейчас я обращаюсь к вам, при помощи переводчика — на русском языке.

К вам — там, в клубах и на дискотеках. Многие из вас, меня знают, как писателя, который пишет книгу об эмигрантах из бывшего Советского Союза. Но еще у меня есть жена. Она — русская. Некоторые из её друзей, стали и моими друзьями. Они, все вместе учились в школе, в одном классе. Они нашли друг друга, совсем недавно — четыре года назад.

Один из них, пострадал от этого психотропного воздействия.

Нет, нет — успокойтесь.

Сейчас уже всё в порядке. Его вылечили. Успели во время.

Как я могу оценить, то, что кто-то пытался изменить психику русскоговорящих людей в Европе?

Ужасно. Страшно. И неприятно.

Как защититься от этого?

Вы — молоды, и если я скажу — любите родителей и своих друзей, то вы будете смеяться.

Что? Да, я слышу. Вы смеётесь.

Посмотрите вокруг себя. Есть среди вас — люди разного роста?

Есть.

Есть — блондины и блондинки, брюнеты и шатенки? А есть рыжие и лысые?

Есть?

Слышу. Есть.

Все вы отличаетесь друг от друга. А чем вы все похожи?

Не слышу.

Я думаю, что вам всем нужно, что бы вас любили.

И чем больше любви к себе, вы будете ощущать — тем больше вы сможете её отдавать.

Вас любят родители, друзья, партнёры.

Ещё — вас любят одноклассники. Забытые, потерянные. Но любят.

Это — совет:

Найдите всех, кто вас любит. Даже если это будет один человек — вы уже будете защищены от одной неприятности, которая когда-то может случиться.

Чем больше вы их найдёте — тем безопаснее будет ваша жизнь.

Но кто-то придет и к вам, и скажет:

— Мы были дружны с тобой в школе. Я искал тебя. Давай не будем больше теряться.

И круг любви — замкнётся.

Будьте счастливы.

ЛАРИСА:

Уважаемые дамы и господа!

Вы все — знаете меня. Это я организовала этот семинар.

Меня попросили обратиться к вам. Успокоить и объяснить — что произошло, и как с этим бороться в будущем.

Группа экстремистов, применила психотропное оружие и планировала вывести армии русскоговорящих людей в Европе, на улицы и баррикады.

Для чего?

Вы все — деловые люди. Знаете счёт деньгам и времени.

Я спрашиваю вас: — Вам это нужно?

Многие скажут: — было бы неплохо, сделать одну большую Русь — во всём мире.

Китайцы скажут — Китай, у нас тысячелетняя История. Испанцы — Испания, у нас фламенко и коррида.

Каждый найдет основание — что бы поделиться своим, с другими.

Но не навязывать!

Вот у меня — в школе. Немного не сложилось. Пришлось поменять школу, в восьмом классе.

Поэтому, друзей у меня много, а настоящих — увы.

Моему мужу, повезло больше.

Мало того, что он, десять лет проучился в одной школе, так ещё и умудрился найти всех своих одноклассников, через двадцать пять лет.

И если бы вы знали, какие искренние и нежные у них отношения, между собой.

Я, теперь очень часто бываю вместе с ними.

Иногда сожалею, что мои одноклассники — меня до сих пор, не нашли. А я жду.

Так вот, мой муж, и его одноклассники, попросили меня рассказать вам — их историю. И я к ним тоже присоединяюсь. Потому, что это — и моя история.

Они — нашлись. И они — вместе.

Мы часто празднуем радостные события, но бывает, что и решаем сложные ситуации. Мы живём в разных странах — но общаться, это нам не мешает.

Мы — как маленькая страна. И благосостояние — растёт, а количество происшествий — падает.

Я, как аудитор, привыкла всё проверять.

И я — проверила.

Баланс — сходится. А прибыль — год от года, растёт. И налогов, практически нет. Только небольшие отчисления в социальные фонды. Для пенсии.

Так что — рекомендую.

Постройте для себя — своё государство. С семьёй, друзьями. Найдите старых друзей, со школы. Обзаведитесь новыми друзьями — из жизни.

Пора уже работать на себя. А не на торговлю, производство и сферу услуг.

Задумайтесь — об этом.

Вам всем, раздадут, по окончании семинара, небольшие брошюрки.

Мы, открыли линию помощи — в Интернете.

Будут вопросы — спрашивайте.

Удачи вам всем.

ЛЮСЯ:

Привет, всем!

Я приношу свои извинения, что я не с вами, в этот трудный час.

Мы, домохозяйки, знаете ли — дома хозяйничаем, тоже, иногда. Не всё же нам, по партиям и парламентам заседать.

Что?

Ой, мне тут говорят, что я, оказывается эксперт по психо…

Чего?

Да. Скверная история.

Я предлагаю осудить и заклеймить. Вы там, можете…

Выразить своё мнение, по этому поводу?

Что вы, всё время меня сбиваете!

Это я не вам!

Дайте мне сказать!

Меня там ждут и слушают!

Вот и отлично!

Дорогие мои!

Я — русская.

А как мне тут сказали — эти террористы, хотели сделать психами всех русских, в Европе. И натравить на остальные нации.

Что, что?

По одному, пожалуйста! Я не могу разговаривать, со всеми — одновременно.

Лучше вы меня послушайте!

Вот вы — правительства и законодатели. Вы умны и имеете вес в обществе.

Скажите мне — что ценнее богатства и власти.

Ай да ладно! Молчите. Все и так знают. Что ВЫ можете об этом сказать.

Это ваша работа.

Вот — мой муж, богат и обладает властью.

Он — итальянец, и сейчас выступает перед русскоговорящей молодёжью.

Зачем ему это надо?

Как-то, мои друзья — мои одноклассники, спросили у него. Как у вас — в Италии. Вы — поддерживаете отношения с одноклассниками из школы?

Он, ответил, что в Европе, очень сильны традиции. И если — есть друзья, со школы. То это на всю жизнь. Они, становятся, чем-то большим, чем друзья. И чем-то другим, чем семья. Но, в любом случае — это понятия одного уровня.

В Европе — много русскоговорящих эмигрантов. И, у них, там — где они родились. Не было таких традиций.

Мы живём тут. И поэтому — мой муж, разговаривает с молодёжью. А я — с вами.

Он, увидев мои отношения с моими одноклассниками, стал одним из нас. Хотя не учился с нами в одном классе.

Если вы все — там, у себя, в семьях, в парламентах, и просто в жизни. Будете поддерживать то, что нам пришло из детства.

То это — будет новой традицией.

И она — спасёт мир, от любой угрозы.

Что?

Да. Заканчиваю.

Сильно, там — не увлекайтесь. Завтра на работу.

Устанавливать новую традицию.

БОРИС:

— Эх, хороша была водочка!

Я вас всех инспектировал — помните?

Среди вас — нет злоумышленников. Не беспокойтесь.

Меня попросили объяснить вам. Как всё это работает.

Все мы — жертвы. Нас хотели настроить, против остальных наций, и заставить их — нам подчиняться.

Было бы здорово — правда?

Все говорят по-русски. Все уважают. И преклоняются.

У нас это уже было, даже два раза. Сначала — шизофреник, а потом — маньяк.

Каков результат?

Да никакого.

Как пили водку — так и пьём.

Видимо, не это главное.

Вот, мои друзья — одноклассники. Ещё со школы. Практически все — говорят на разных языках. А моя жена — так сразу на четырёх.

А я — не хочу. Пусть тот, кому это надо — понимает меня на русском.

Вы все, живёте тут — в Европе. Что-то же, вас сюда привело.

И от чего-то, разумеется — увело.

Как мы все, не знакомые люди — отплясывали в Праге, под «Калинку».

Русская культура — и да, и нет.

Есть, что-то большее. Чем культура, государственные границы, национальности.

Помните?

«Не имей сто рублей — а имей сто друзей!»

Вот у меня — друзей, больше, чем сто.

И они — все особенные. Мы дружим, ещё со школы.

Потерялись, из-за этого идиотизма в Советском Союзе. Но, недавно — снова «нашлись».

Я вам скажу. Вот это — главное. Люди, должны быть с людьми.

А не с языками, на которых они говорят, не с вещами, не с деньгами и не с правительствами.

Семья — люди с людьми. Если нет — плохая семья.

Друзья — опять же.

Одноклассники. Мы были вместе — десять лет.

Они просто все — родные. И нечего больше говорить. Мы вот, и без слов друг друга, понимаем.

И вы — все, учитесь.

Найдите — своих людей, близких и далёких. И будьте с ними.

ЛИТЕРАТУРА:

Как, наша интеллигенция относится к русскому шовинизму в Европе?

Я открыл эту конференцию. Поэтому я, вправе определять темы. Я же — и модератор. Буду редактировать ваши выступления.

Тем более — после таких событий.

Разумеется — я эксперт, иначе бы здесь не был.

Поэтому — выслушайте меня, а потом будем, всё это обсуждать.

Параллельно, запускаю себя в текстовом режиме.

Я вот, как-то написал:

«Есть ценности, которые создаются не государствами, и не культурой, и не упорным трудом. А на стыке всего этого. В нежном, детском возрасте. Когда познаёшь этот мир. И те, с кем ты, познаёшь этот мир — несут эти ценности, вместе с тобой. Дальше — по жизни. Конечно, есть и другие ценности, которые нужно беречь и придерживаться их содержания. Есть и не менее универсальные — чем эта „наша“ ценность.

Мы, понимаем, или стали понимать — что для нас представляет эта ценность. И будем хранить её, в своих сердцах, в своих делах. Во взаимоотношениях друг с другом. Будем приносить её в наши семьи. И демонстрировать — нашим детям.

Будем делиться ею — со всеми, кто в ней нуждается»

Что я имел в виду?

«Наша» ценность — это ценность дружбы, отзывчивости и преданности.

Но — это в школе. Там всё понятно. Должны сидеть на уроках, потом школьные мероприятия. А в жизни, вне школы — всё по-другому.

Мы тоже так думали.

Но оказалось, что те, с кем ты постигал науку школьную, также, каждый сам по себе, постигал и науку жизни. А в школе — мы обменивались мнениями. И проверяли — на практике.

Поэтому — и тут, все плюсы у одноклассников.

Конечно — скажете вы. Никто и не спорит, с достоинствами дружбы с одноклассниками. И поддерживать отношения с ними — тоже все готовы.

Я и не говорю об этом.

Только, «под лежачий камень…» — нужно действовать.

Нужно искать своих одноклассников. Может кому-то, прямо сейчас, нужна ваша помощь. А может — кто-то ищет вас.

Как это связано с сегодняшними событиями?

Да очень просто. У нас был многонациональный класс, и мы постоянно общаемся уже четыре года, с двадцатипятилетним перерывом. Мы пережили вместе — сотни радостных событий и десятки раз, находили решение в трудных ситуациях.

И сейчас — как подтвердили аналитики, мы практически не пострадали от этого воздействия на нашу психику. Как и «смешанные» семьи и учебные, многонациональные группы.

Почему?

Потому, что у нас, как и в семье, есть свои ценности.

Ценности, — о которых, я уже говорил.

А теперь, господа интеллигенция — прошу к столу.

Ваши мнения, комментарии и вопросы.

К вашим услугам.

ЗАНАВЕС.

СМЕНА ДЕКОРАЦИЙ:

Диктор сообщает, что обнаружено логово злоумышленников.

Передвижной центр слежения и управления.

Петербург. Россия.

Все, действующие экраны, переключаются на один канал — с места основных действий.

ЕВГЕНИЙ И КОНСТАНТИН:

Мы находимся в Петербурге, возле штаб-квартиры ультранационалистической «Партии Свободных» — это Евгений.

Обнаружено, что все члены этой партии, подвергались планомерной психотропной обработке — это Константин.

Наша техническая группа, заблокировала воздействие от психотропного оружия. Но, пока, только локально — здесь, в Петербурге, у «Партии Свободных».

Группа наблюдения, ведёт поиск любой активности, со стороны владельцев этого оружия.

Как только будет обнаружен источник воздействия, или их центр координации — наша операция перейдёт в активную фазу.

Так…

Докладывают, что есть контакты.

Прошла команда — полная боевая готовность.

Всё — мы отключаемся.

ЭПИЗОД 2 — АКЦИЯ.

Двое агентов наблюдения доложили, что в компьютерном отделе «Партии Свободных» начались ожидаемые действия.

Дизайнер Крипцов, покинув своё рабочее место, направился к кабинету лидера партии — Игорю Б..

— Извините, но у нас, компьютерная система, сообщает, что ваш компьютер — неисправен. Разрешите мне его проверить.

Игорь, позволяя ему, заняться компьютером, продолжает разговор с сыном Евгения: — Вот я и говорю. Смешно это всё.

Кривцов, начинает снимать боковую крышку системного блока.

Сын Евгения, нажимает кнопку на диктофоне. (Происходит отключение сигналов подавления воздействия на Игоря)

Кривцов, осмотрев внутренности компьютера, удовлетворённый, собирает всё обратно. Благодарит Игоря и удаляется.

Сын Евгения, снова включает систему подавления.

Агент в компьютерном отделе, фиксирует необычную нервозность Кривцова, который активно работает на своём компьютере. Взяв телефон, он набирает номер и, не дождавшись ответа, говорит: — Да, подтверждаю, аппаратура работает, но сигнала нет.

Тут же, двое сотрудников — оперативников, врываются в кабинет и выволакивают Кривцова наружу. Прихватив с собой, его телефон.

Оперативная группа, выезжает по адресу — куда звонил Кривцов.

Это — компьютерный центр, на набережной реки Мойки.

Кривцов, даёт показания, что к нему выехала ремонтная бригада.

Проводятся мероприятия по её встрече.

Идет трансляция из офиса «Партии Свободных». Включения новостей, нескольких российских телеканалов, о событиях в Петербурге.

Через двадцать минут — оперативники, оцепив всё здание, берут под контроль человека, которому звонил Кривцов. Есть следующий адрес. Из показаний задержанных, становится понятно, что это уже не техники, а руководители.

Организуется отчёт ремонтной бригады, о восстановлении функционирования системы. Эта информация передаётся по назначению.

Есть, местоположение центра координации, с управляющими подразделениями по психотропному воздействию.

Это пригород города Коломна.

Оперативная группа, уже в пути.

Отзывается с акции, сын Евгения, а Игоря Б. забирают врачи.

Евгений и Константин, снова выходят на связь. Слышится гул двигателя вертолёта.

Евгений: — Мы на пути в Коломну. Из полученных сведений, стало известно, что здесь находится штаб управления всем проектом по психотропному оружию.

Константин: — Уже оповещены — местный спецназ и гарнизон внутренних войск. Милиция — берёт под контроль территорию расположения этого штаба. Нам оружие не дали. Но, остальные ребята, вооружены.

Евгений: — Есть информация, что сопротивления быть не должно.

Константин: — Главное, не упустить утечку людей и информации.

— Всё, подлетаем. Отключаемся.

Идёт репортаж о компьютерном центре, откуда осуществлялся контроль над излучателями в нескольких офисах Петербурга.

Ещё, через пятнадцать минут.

Евгений: — Всё. Аппаратура управления отключена. Воздействие полностью ликвидировано!

Константин: — Все участники, сотрудники штаба управления и некоторые руководители — взяты с поличным. Идёт быстрый допрос об отсутствующих участниках, и руководителях.

Евгений: — Местные правоохранительные органы, вместе с прибывшими из Москвы, сотрудниками спецслужб, берут всю ситуацию, под свой контроль.

Константин: — Надеемся, что мы ещё получим информацию об оставшихся участниках. Хочется быть уверенным, что эта зараза, уничтожена в корне.

Евгений: — Как там наши одноклассники в Европе — в порядке? До связи.

ПОСЛЕСЛОВИЕ.

Националистическая буря в Европе, начала затихать. И в течение недели — проявления национализма, практически вошли в норму.

Нам, как сотрудникам, принимавшим участие в этой операции, рассказали:

— Что, все руководители проекта «психотропное оружие» — арестованы. Их ожидает суд. Среди них, оказались — три политика, весьма высокого уровня, двое предпринимателей, общественный деятель и писательница.

— Их цели — «Подготовка условий для восстановления Великой Российской Империи». Они планировали мирным путём, захватить власть в нескольких странах Европы. А потом уже начать активные действия из России. Прямо, как Гитлер — в своё время.

— По поводу персонала, который исполнял этот проект — будет проводиться несколько расследований. Разными учреждениями и в разных местах. Программисты — были взяты под особенный контроль. Разработчики технологии — их «смазали». Их не было и не будет. И технологии такой, больше нет. Аппаратура — тоже, вся «испарилась».

— Медицинские учреждения по всей Европе, и в России, проводили массовые обследования пострадавших. В общей сложности — сто двенадцать человек, получили устойчивые отклонения в психике. После снятия воздействия, их мозг, не смог восстановить нормальное состояние. Они находятся на лечении. Но есть и жертвы. Четыре человека погибли в Словакии — в результате беспорядков и стычек. Пять человек погибли во Франции — от рук русских националистов. Двое — в Германии. Шесть местных граждан, пострадали в противоборствах, на территории Прибалтийских стран.

С нас, разумеется, взяли дополнительную подписку о неразглашении. Хотя у нас было несколько пунктов об этом, в контрактах. Но, видимо, появились новые обстоятельства.

Европейская и мировая общественность, и пресса — активно обсуждали происшедшие события. И искали законодательные и общественные механизмы предотвращения, подобных инцидентов. Суды, показательные слушания, массовые акции по устранению последствий. Программы реабилитации.

И ещё много чего, происходило в мире, после неудавшейся психотропной войны.

Об этом, можете прочитать в газетах и увидеть на телевидении. Прочитать книжки и посмотреть фильмы.

Мы — не будем на этом подробно останавливаться.

Потому, что мы — люди, со своими людскими желаниями и потребностями.

Очередная история — закончилась. Жизнь возвращалась в нормальное русло.

Словно — налетел шторм. Погудел, пошвырял всё, разбросал, набаламутил.

И ушёл дальше.

Появились звёзды на небе. Лунная дорожка на воде.

И много, много впечатлений.

Конечно же, в первую очередь — о приключениях. О событиях, опасностях и победе.

О людях, которым мы помогли, и которые помогали нам.

Много мыслей и рассуждений. Оценок и критики, возможных, или лучших вариантов развития событий.

Лену, пригласили на работу в ООН — консультантом. Поэтому она помчалась к мужу — за советом. Высшая, мировая организация. Это и признание, но это и ответственность.

Константин, отправился к своей семье. Его там ждали. Да и бизнес его — тоже требовал присутствия.

Евгений, с сыном — тоже спешили вернуться к родному очагу. Отец с сыном. Возвращались с войны — домой.

Борис с Леночкой, решили недельку отдохнуть в Карловых Варах. Что бы поспокойнее — и на русском языке. У них были дела поважнее. Пришло время подумать о расширении семьи.

Риккардо с Люсей, поспешили в Париж, к дочке, зятю и внучке. Им предстояло многое там объяснить. Да и между собой — нужно было многое выяснить. А где ещё нужно объясняться в любви — как не в Париже.

Мы с Ларисой, не были оригинальны, и направились домой — в Люксембург. На дачу — к природе. Набираться сил и слушать Моцарта.

Все хотели покоя и отдыха.

Но в горы, на лыжи, мы всё-таки договорились приехать. Правда, с небольшим опозданием. Но все обещали быть. Даже Константин, согласился привезти свою жену и детей.

Но это всё — потом.

Сейчас, нужно отдыхать.

Нужно рассказывать всем, «нашим» одноклассникам о пережитом, нами.

Наверное, будет проще, если я напишу вторую книжку о школе. И там, всё подробно расскажу.

Только, не буду называть по именам наших детей. У них, всё-таки была вспомогательная роль.

Возможно…

Когда-нибудь…

Оставим это для продолжения. Вот там и назову их всех, по именам. Если оно будет. Лучше бы не было.

Потому, что годы то идут, а эти «диверсионные» мероприятия требуют больших физических и душевных затрат.

Надеюсь, что в следующий раз, опять — если он будет, большую часть работы, будут выполнять — наши дети.

А мы, только так — наблюдатели и консультанты.

Пусть, они — наши дети, несут дальше — начатое нами. Те ценности, которые мы нашли в жизни, в друг друге, и в нашей школе.

Многие, прочитав всё это, скажут:

— Ну что ты так прицепился к этой школе.

— Есть у тебя приятные воспоминания о школьных годах, вот и пережёвывай их.

— Повезло тебе с одноклассниками — но не всем же так везёт.

— Что ты нам навязываешь своё преклонение перед ценностями дружбы?

— Обыкновенная детективная история, немного скрашенная вздохами и ахами от отношений с друзьями.

И будут правы.

Может быть — недостаточно явно об этом сказано.

Ну что же. Попробую ещё раз — напоследок.

Всё дело, разумеется не в школе, и не в дружбе, и не в национальных проблемах.

Хотя, для главных героев — именно в этом. На их долю выпали эти испытания. И они, в отличие от вас, не имели возможность оценить свои поступки — со стороны. Им было некогда, постигать причины своих поступков. Сопоставлять ценности и принимать ту или иную сторону. Они действовали на основании того, что уже имели в душе. Тот, у кого душа была — «неполноценной», занял позиции в лагере противника.

А у главных героев — не было выбора. Люди, имеющие в себе то, о чём рассказывается в этом повествовании — просто не могли поступить иначе.

Духовность. Душа. Одухотворённость. Душевность.

Или.

Черствость души. Бездушие. Приземлённость. Зов «Туловища».

Можно ли назвать политику — бездушной, а государственность — приземленной.

Можно ли жить, только по зову «туловища». Ненависть — это проявление чёрствости души?

Можно ли назвать отношения между друзьями — одухотворёнными. А любовь — проявлением души. Духовность — это вера в бога? Душевность — это, когда душевно больной?

У каждого — свои критерии.

Но я, пытаюсь в этом разобраться.

Потому, что само понятие — Душа, оно совсем не понятное. А уж его, или её, значение и проявление в нашей жизни — ещё менее понятное.

Но важное.

Так мне кажется.

Поэтому — давайте будем разбираться в этом, будем думать, искать объяснения и доказательства. Обнаруживать оправдания и предпосылки. Находить законы и традиции.

И надеяться, что эти наши действия, что-то изменят.

Естественно — к лучшему.

Георгий Стенкин

Октябрь 2006

Люксембург

Content

ГЕОРГИЙ СТЕНКИН
«ШКОЛА, КАК ЭТО БЫЛО…»

ЧАСТЬ ВТОРАЯ «ВЫ ГОВОРИТЕ ПО-РУССКИ?»

ПРЕДИСЛОВИЕ

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1. АНАЛИТИЧЕСКАЯ СПРАВКА

ГЛАВА 2. ЛЕНА.

ГЛАВА 3. ШКОЛА

ГЛАВА 4. РЫБАЛКА В ДАНИИ.

ГЛАВА 5. ЛАРИСА.

ГЛАВА 6. ОТЧЁТ ОПЕРАТИВНОГО ОТДЕЛА.

ГЛАВА 7. КОНСТАНТИН.

ГЛАВА 8. СНОВА ЛАРИСА.

ГЛАВА 9. ПОСЛЕДОВАТЕЛИ.

ГЛАВА 10. НАЧАЛОСЬ…

ГЛАВА 11. ИГОРЬ И ЕГО ПАРТИЯ.

ГЛАВА 12. БОРИС.

ГЛАВА 13. И ПРОДОЛЖАЕТСЯ…

ГЛАВА 14. РИКАРДО И ЕВГЕНИЙ.

ГЛАВА 15. СНОВА О ШКОЛЕ.

ГЛАВА 16. ДВЕРЬ В ПРОШЛОЕ.

ГЛАВА 17. ЭТНИЧЕСКИЕ ВОЙНЫ.

ГЛАВА 18. СПЕЦАГЕНТЫ.

ГЛАВА 19. ТЕХНОЛОГИИ.

ГЛАВА 20. СПЕЦОПЕРАЦИЯ. ЧАСТЬ 1.

ГЛАВА 21. ОТЧЁТ О ПОДГОТОВКЕ К ОПЕРАЦИИ.

ГЛАВА 22. ЕВГЕНИЙ, КОНСТАНТИН И ИГОРЬ.

ГЛАВА 23. РИККАРДО.

ГЛАВА 24. ЛЮСЯ И ПАРТИЯ ДОМОХОЗЯЕК.

ГЛАВА 25. СЕМИНАР ЛАРИСЫ.

ГЛАВА 26. ЛЕНА — ШПИОНКА.

ГЛАВА 27. СПЕЦОПЕРАЦИЯ. ЧАСТЬ 2.

ГЛАВА 28. СЫН ЕВГЕНИЯ.

ГЛАВА 29. БОРИС И ЕГО ВОЯЖ.

ГЛАВА 30. ЛЕНОЧКА И ШОУ-БИЗНЕС.

ГЛАВА 31. РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА И Я.

ГЛАВА 32. СПЕЦОПЕРАЦИЯ. ЧАСТЬ 3.

ГЛАВА 33. ФИНАЛ.

ПОСЛЕСЛОВИЕ.