Антон Иванов, Анна Устинова

Тайна старинного привидения

ДРУЗЬЯ ВСТРЕЧАЮТСЯ ВНОВЬ

– Слушай, Машка, ведь сегодня второе августа, – сказал после завтрака Дима. – Петька должен приехать!

Они с Петькой не виделись целый месяц. Вскоре после того, как юные детективы освободили Наследника, Петькин папа уехал за границу на научную конференцию. Петькина мама уехала вместе с ним. А Петьку до их возвращения отправили к папиной сестре, тете Кате, на другую дачу.

Насти тоже в июле не было в Красных Герах. Они всей семьей отдыхали на Черном море. Неделю назад она вернулась. Маша, конечно, была очень рада. Но Диме ее приезд облегчения не принес. Он с этими девочками совершенно замучился.

Они от него все время убегали. То принимались что-то шить и кроить. А иногда вдруг посреди самых интересных разговоров начинали шептаться. А ведь, пока Петька был с ними, все четверо занимались одним делом. Теперь Дима в компании Насти и собственной сестры часто чувствовал себя лишним. Он даже был бы готов пообщаться с Наследником. Конечно, с ним тоже не слишком весело. Но все-таки их связывали общие воспоминания.

Но Наследника тоже теперь в поселке не было. Его увезли до конца лета на следующий же день после того, как юные детективы возвратили его домой. В Красных Горах тогда разразился ужасный скандал. Папа Кирилла рано утром нанес визит Мишкиному семейству. Сведущие люди рассказывали, что беседа между крутым бизнесменом и Мишкой с родителями носила далеко не дружественный характер. Результаты ее, судя по всему, сразу изменили образ жизни обитателей старой дачи в тупике. Тем же вечером она стала необитаемой. Даже ворота заколотили гвоздями. Друзья Мишки, Валерка и Вадик, тоже съехали из поселка неизвестно куда. Видимо, об этом что-то знал сторож поселка Иван Степанович. Во всяком случае, он весь июль с таинственным видом повторял:

– Дом в тупике продается. И при каждом удобном случае словно бы невзначай замечал:

– Я за Мишкой, Валеркой и Вадиком с их самого раннего детства приглядываю. И у меня давно уже зрели предположения.

Вспомнив о славных июньских деньках, Дима вздохнул. За минувший месяц Красные Горы опять погрузились в дремотное состояние. Теперь даже трудно было вообразить, что еще недавно тут происходили такие потрясающие события.

– Позвони-ка Петьке. – Маша вернула брата к действительности.

Дима направился к телефону, но тут в дверь позвонили. Маша побежала открывать. На пороге стоял дочерна загорелый Петька.

– Да, вид у тебя что надо! Отдыхал от души! – воскликнула Маша.

– Отдыхал? – Петька захохотал. – Всем бы так отдыхать! Единственная польза от теткиной дачи, что я теперь накачался почти как Шварценеггер.

Он продемонстрировал близнецам мышцы. В общем-то Петька и раньше был достаточно мускулистым. Но теперь мышцы у него на плечах играли и в самом деле как у настоящего культуриста.

– Ты что, там у тетки целыми днями занимался с гантелями? – полюбопытствовал Дима.

– Ни разу, – отвечал Командор. – Но если бы туда тебя отвезли, ты точно таким же сделался бы.

– Чего стоишь на крыльце? Проходи в дом, – пригласил Дима.

– Нет, лучше пошли к нам в шалаш, там все восстанавливать надо. Тетрадь-то наша цела?

– Еще бы, – заверил Дима.

На время отъезда Петьки секретная тетрадь «Тайного Братства Кленового Листа» хранилась у Серебряковых.

– Хорошо бы тетрадь нам снова понадобилась, – мечтательно проговорил Дима. – Только боюсь, этим летом второй такой случай вряд ли представится.

– Ты подожди бояться. – Командор не разделял его пессимизма. – Настя приехала?

– Здесь, – отозвалась на сей раз Маша.

– Тогда пошли за ней – ив шалаш, – быстро скомандовал Петька. – Ну чего мы стоим?

Настя заметила Петьку и близнецов из окна. Не успели они подойти поближе, рыжая девочка уже выбежала навстречу.

– Ого как загорел! – Она с восхищением разглядывала Командора.

– А ты совсем нет.

Как все рыжие, Настя в самом деле могла на ярком солнце разве что обгореть.

– Больше похоже, что это не ты, а Петька с юга приехал, – перебивая друг дружку объявили близнецы.

– Нет уж. На курорт это было совсем не похоже, скорее на каторгу.

– Неужели так плохо? – с сочувствием посмотрела на него Настя.

– Не то чтобы уж совсем плохо, – ответил Петька. – Вообще-то тетка у меня хорошая. Только на огороде помешана. Ладно, пошли ко мне.

Дорогой он продолжил тему о своих дачных страданиях. Теткина дача находилась километрах в ста от Москвы. Вернее, это была даже не дача, а садовый участок. Всего шесть соток. Воды никакой, кроме колодца. До колодца идти метров двести. А тетя Катя и ее семейство, как назло, относятся к огородным работам с еще большим рвением, чем супруга Ивана Степановича.

– Они с мужем и моим двоюродным братом Алешкой с начала и до конца лета пашут на этом участке, – с мрачным видом излагал Петька. – Жара там была точно такая же, как и здесь. Ни единого дождичка. Утром тетя нас посылала с Алешкой за водой. Ведер пятьдесят-шестьдесят притащим, бочку наполним, а вечером поливать заставляют. Черпаешь лейками воду из той же бочки-и на огород. Утром бочка почти пустая.

– Теперь понятно, как ты такие классные мышцы себе накачал! – Дима с уважением глянул на Петьку.

– Да уж, – кивнул головой Командор. – Везет мне что-то последнее время на огороды.

Друзья понимающе засмеялись. Они тут же вспомнили, как он в интересах следствия окучивал картошку для жены Ивана Степановича.

Добравшись до шалаша, друзья с ходу начали восстановительные работы. Дима, Маша и Настя навалили на каркас свежих еловых веток. Петька тем временем принес диванные подушки, которые на время его отъезда были спрятаны в доме, запасной плед Анны Константиновны, хранившийся в его комнате. Потом достал из сарая посуду и чайник. Пока девочки наводили уют внутри шалаша, Петька и Дима основательно потрудились над подушками и пледом с помощью двух выбивалок для ковров.

Вот наконец обстановка летнего штаба полностью восстановлена. Юные детективы расселись на диванных подушках.

– Ну, рассказывайте. – Петька оглядел друзей. – Что тут без меня интересного происходило?

– К нам, когда все с Наследником выяснилось, явился Иван Степанович, – ответила Настя. – Он моих родителей совершенно извел. «Прошу, – говорит, – прекратить излишнюю деятельность вашей дочери и ее компании!» А потом еще добавил, что всякие такие расследования, вроде поиска Наследника, дело очень опасное и чреватое.

– Чем чреватое? – полюбопытствовал Петька.

– Не знаю, – пожала плечами Настя. – Иван Степанович не сказал.

– А родители твои что? – встревожился Командор.

– Они, по-моему, невнимательно его слушали, – успокоила рыжая девочка. – И страшно обрадовались, когда он ушел.

– Видите, как хорошо, что мы держим в тайне деятельность нашего Братства, – назидательно произнес Петька. – Иначе Иван Степанович вообще поднял бы жуткий шум.

– Больше никаких новостей? – обвел внимательным взглядом всю компанию Петька.

– Совершенно, – заверили его близнецы. – Виолетта Ивановна осталась на даче одна. Она несколько раз звонила нашей бабушке. Говорит, что ей велено до сентября тут жить. И вообще в поселке у нас снова тихо и скучно.

– Это не радует, – медленно проговорил Петька_ Я надеялся, что мы в августе еще чем-нибудь интересным займемся.

– Разбежался, – отвечал ему Дима. – Красные Горы – это тебе не Чикаго.

– Будущее покажет, – решил Командор. – Что-то жарко становится. Может быть, в магазин съездим за мороженым?

Друзья уже направились за велосипедами, когда Петька окликнул их:

– Подождите! Совсем забыл.

Сбегав в дом, он вернулся с четырьмя квадратиками из плотной белой бумаги, аккуратно закатанными в прозрачную пленку. На квадратиках с обеих сторон было изображено по зеленому кленовому листу с прожилками. А под листьями заглавными буквами значилось: ТБКЛ.

– Ой, Петька, это же наши тайные детективные знаки! – воскликнула Настя. – Как это ты, интересно, сумел их так фирменно сделать?

– Папу попросил перед дачей на работу вместе со мной заехать, – объяснил Петька. – Там у них есть компьютер. На нем я и соорудил нашу эмблему. Потом ее оставалось только размножить. И в пленку заделать. Нормально вышло?

– Еще бы! – Члены «Тайного Братства Кленового Листа» были в полном восторге.

– Главное, эти знаки теперь не размокнут и не порвутся. Теперь каждый из нас их обязан все время носить при себе. Никто ведь не знает точно, когда они нам понадобятся.

– Ясно! – Юные детективы тут же рассовали карточки по карманам.

Затем Маша, Дима и Настя кинулись за велосипедами. Однако, когда все четверо доехали до магазина, он оказался закрыт. Друзья совершенно забыли, что сегодня понедельник.

Петька вдруг решительно развернулся.

– Вперед! – последовала его команда. – Посмотрим, на что вы способны после целого месяца безделья!

Он с бешеной скоростью устремился к станции. Остальные едва за ним поспевали.

Миновав шлагбаум, они добрались до моста через пруд, переехали на противоположный берег, затем круто свернули налево и пустились наперегонки по извилистой асфальтированной дороге к станции Задоры.

Путь их лежал вдоль давно запущенного парка. На его краю стояла часовня. А дальше чернели развалины усадьбы князей Борских.

Усадьбу сожгли крестьяне в первые дни Октябрьской революции. Сохранились лишь каменные постройки с мраморной колоннадой в классическом стиле и роскошным каретным подъездом, который вел с двух сторон прямо к парадному входу. Так усадьба и простояла все семьдесят с лишним лет. Несколько раз ее порывались разрушить, но, видно, руки не доходили. Потом кто-то выяснил, что здание представляет собой памятник архитектуры восемнадцатого века. Вроде бы его даже строили по проекту одного из учеников великого архитектора Казакова. Тогда было вынесено решение о реставрации усадьбы. Но и с этим уже много лет не торопились.

Дорога пошла под горку. Ветерок овевал друзьям лица. Сбавив ход, Петька поравнялся с Настей и стал ей рассказывать о печальной судьбе последнего из князей Борских:

– Он погиб в спальне, семья его уже находилась за границей. Сам князь должен был выехать к ним через несколько дней. Но не успел. Имение подожгли ночью. Князь во сне задохнулся от дыма. А потом, говорят, на развалинах по ночам стал появляться его призрак.

– Ну да? – Девочка округлила от удивления глаза.

– Совершенно точно, – включились в разговор ехавшие позади Маша и Дима. – Раньше многие люди из этой деревни встречались тут с призраком князя.

– И что князь? – прошептала рыжая девочка.

– Ну, уж не знаем что. По легенде, он появлялся раза два-три в год при полной луне. Вроде бродил по развалинам и плакал.

– Жуткая какая картина, – содрогнулась Настя.

– Да ты не бойся, – весело покосился на нее Петька. – Сейчас ведь день. А потом, призрак в последний раз видели очень давно. И вообще, я думаю, это просто легенда. Правда, в здешних местах о ней абсолютно все знают.

Тут дорога пошла на крутой подъем. Именно этот отрезок пути так не хотелось преодолевать Диме.

– Ну-ка, все за мной! – ринулся вперед Командор. – Мороженое уже близко!

И четверо друзей, забыв о легенде, налегли на педали.

РАЗГОВОР НА СТАНЦИИ

Станция Задоры за последние года два претерпела сильные изменения. Вместо дощатого павильона, стоявшего чуть ли не с дореволюционных времен, выстроили здание из стекла и бетона. На месте пристанционного продмага вырос универсам. А возле универсама пестрела целая улица ярких коммерческих киосков. К ним и подъехали юные детективы.

– Есть! – Петька первым заметил тележку с мороженым. – По-моему, я просто умер бы, если бы его не было.

– Никогда не надо слишком настраиваться, – философски заметил Дима. – Вдруг на станции мы бы тоже сегодня ничего не нашли? Тогда было бы полное разочарование.

– Но мы же нашли! – Петька с гордостью протянул друзьям вафельные рожки с шоколадным мороженым.

Настя откусила солидный кусок.

– Обожаю такое.

– Если бы еще зубам не было холодно, – поморщился Дима. – Я лично больше люблю мороженое на тарелке. Чтобы оно сперва немного подтаяло.

– Вечно ему подавай особые удобства, – заметила Маша, откусив чуть ли не треть своего рожка. – Мне, например, любое мороженое нравится.

Расправившись с первой порцией, юные детективы купили еще по одному вафельному рожку. Когда же и с этим было покончено, оказалось, что все четверо в состоянии одолеть и по третьей порции!

На этот раз мороженое шло как-то медленней.

Миновав киоски, друзья устроились на широкой длинной скамье, окруженной чахлыми привокзальными липами.

Петька развалился на лавочке.

– Хорошо!

Остальные кивнули. Их так разморило, что даже говорить бьшо лень. Медленно слизывая мороженое, они слушали разговор двух мальчишек, устроившихся с такими же вафельными рожками на другом конце скамейки.

– Врешь ты все, Вова, – говорил мальчик постарше. – Этого не бывает.

– Ничего себе не бывает! – возмутился Вова, которому на вид бьшо лет одиннадцать. – Кто же, по-твоему, нас с мамашей вчера ночью перепугал?

– Я-то откуда знаю, – усмехнулся старший. – Наверное, померещилось просто со страху.

– Померещилось! – с еще большим негодованием воскликнул тощий голубоглазый Вова. – Самому бы тебе так мерещилось.

– Ну, может быть, это не призрак был, а просто какой-нибудь человек, – высказал предположение старший.

– Не призрак… – протянул младший. – Просто какой-нибудь человек… Походил-походил по развалинам, а после прямиком в стену ушел, и тю-тю!

– В стену? – похоже, заинтересовался старший. – Может быть, там окно какое-нибудь или дырка есть?

– Никаких там нет окон и дыр, – настаивал на своем Вова. – Обыкновенная глухая стена. И к тому же толстая. Я ее днем сто раз видел.

– Ну тогда я не знаю.

– А что там случилось? – полюбопытствовал Петька, который сидел ближе всех к незнакомым мальчикам.

– Что-что! – Вова явно обрадовался новому собеседнику. – Тут такие дела, а Сашка не верит, – скороговоркой продолжал он. – У нас тут с мамашей корова. Она в Москве творогом своим раз в неделю торгует.

– Что? Корова сама торгует? – захохотал Петька.

– Да нет, – нетерпеливо отмахнулся Вовка. – Корова дает молоко, а торгует моя мамаша. Ну и вчера взяла меня с собой. А у тетки моей в Москве был день рождения. Мы после рынка к ней в гости собрались. И поспели мы от нее с мамашей на электричку только в полдвенадцатого. Приехали в Задоры ровно в двенадцать. Тут мамаша моя и решила: «Идем, – говорит, – сынок, короткой дорогой. Там хоть и темень, зато угол срежем». Ну, пошли. Короткая дорога мимо развалин князя проходит. Идем, а самим жутко страшно. Деревья старые шумят. Треск вроде слышится. Прямо какая-то ночь на кладбище.

– Почему ночь на кладбище? – спросил Петька.

– Ну места там для этого подходящие, – с загадочным видом произнес Вовка. – Легенду-то небось знаешь старинную?

– Естественно, знаю… – подтвердил было Дима.

– Только в общих чертах, – состроив другу зверскую рожу, вмешался Петька. – Расскажи нам, – попросил он Вову.

– Ну вот, в общем, от старых людей из деревни я это слышал так, – тут же откликнулся Вова. – Вроде бы этот молодой князь лег у себя в доме спать, а тут как раз все загорелось. Вот он и погиб в огне. Даже вроде бы не проснулся. Но самое-то главное не в этом… – Вова немного понизил голос. – Тела-то князя никто никогда не видал. То ли он сгорел дотла, то ли еще что. Только когда развалины разобрали, от князя даже каких-нибудь косточек не нашли. И, конечно, похоронить его невозможно было.

– Значит, князь даже не похоронен? – удивилась Настя.

– Именно, – кивнул Вова. – Потому и являет– «* ся по ночам на своих развалинах. Ходит там, плачет, вроде того что захоронения по-христиански требует. Я в эту легенду раньше совсем не верил. До вчерашнего дня. А вчера…

– Что вчера? – насторожился Петька.

– Так говорю же, – вновь зачастил Вова. – Идем мы, значит, с мамашей по короткой тропинке среди развалин. Темнота жуткая. И вдруг из стены этих самых развалин вышел мужчина. Мы с мамашей остановились. Думаем: может, бандит какой? А он походил-походил по развалинам и – обратно в стену. Тут мы только с мамашей и поняли: настоящих мужчин таких не бывает.

– Бывает, – хмыкнул старший мальчик. – У страха глаза велики.

– Посмотрел бы я на тебя там, – обиделся Вова. – Вы все, городские, больно уж смелые.

– А вам, деревенским, вечно мерещатся призраки, – не остался в долгу старший мальчик.

Вскоре выяснилось, что Вова с родителями живет в деревне Борки. А тринадцатилетний Саша уже много лет приезжает сюда на летние каникулы к своим дяде и тете.

– Ну а дальше-то этот мужчина себя как повел? – полюбопытствовал Петька.

– Да это совсем не мужчина! – даже вскочил от волнения на ноги Вова. – Вернее, по виду-то вроде мужчина, но как бы не настоящий. Мы с мамашей его увидели – и в кусты. А он бродит медленно вокруг развалин. Точно обходит владения. Я за ним из кустов слежу. Пригляделся, а он в старинной черной одежде, вроде халата. И вообще весь черный, обугленный. И мамаша моя заметила. Дрожит вся и мне на ухо шепчет: «Это же тот самый князь». Тут меня самого затрясло. Вижу: князь возвращается к той же стене обратно, и все. Нет его. Как растворился. Ну и сегодня моя мамаша принимает весь день валерьянку. И руки у нее дрожат.

Вова умолк. Саша и юные детективы тоже молчали.

– Неясный какой-то случай, – наконец произнес Петька. – Может быть, ты нам покажешь, где этого призрака видел?

– Поехали, – с готовностью откликнулся Вова.

Проехав станцию, четверо юных детективов вместе с Вовой и Сашей свернули направо и затряслись на ухабах грунтовой проселочной дороги.

С тех пор как сгорело имение, дорогу ни разу так и не ремонтировали.

– Говорят, при князе ее каждый год песком посыпали, – сказал Петька.

– Теперь это даже предположить трудно, – едва не свалившись с велосипеда, ответил Дима.

– Ничего удивительного, – отозвался Петька. – Кому нужно пользоваться дорогой, которая ведет к развалинам!

Дорогой все-таки пользовались. В погожие летние дни шоферы грузовиков иногда срезали по ней угол до деревни. Именно благодаря этому дорога еще существовала. И можно было себе представить, как добирались от станции до имения князей Борских.

Проехав еще метров сто, друзья углубились в рощу. Дорога пошла ровнее. А над головами детей смыкали кроны старые липы. Глядя на них, Настя подумала, что эти деревья помнят еще времена князей Борских. Настя вообще очень любила себе представлять, как жили в прошлом или позапрошлом веке.

– Папа рассказывал мне про бывшего кучера князя Борского. – Петька словно почувствовал Настино настроение. – Его дядей Пашей звали. Забавный, говорят, такой тип. Он потом у нас в Красных Горах возчиком работал. Основной его обязанностью были помойки. Он их с дач вывозил.

– Мы тоже с Машкой о нем слыхали от бабушки, – подхватил Дима. – Он вроде всегда был пьяный. Однажды он на ходу заснул и его лошадь чуть Коврову-Водкину не задавила. Тогда-то его на пенсию и уволили. А мусорные бачки с тех пор вывозит шофер на специальной машине.

– Папа мне говорил, что дядя Паша умер где-то в конце шестидесятых годов, – продолжал Петька. – И до самой смерти любому желающему о князе Борском рассказывал. Если верить этому кучеру, жизнь в имении просто роскошной была.

– Вот тебе и роскошная жизнь! – Дима присвистнул, остановившись возле подъезда.

От дома сохранился лишь каменный короб. Время и дожди отмыли его от краски и даже от копоти, которая некогда покрывала стены после пожара. Пустые глазницы окон в два этажа. Дыра на месте парадной двери. Колоннада, словно бы подпиравшая теперь небо. Вот и все, что осталось от прежней роскоши.

– Красивый был когда-то дом, – вздохнула Настя.

– Теперь его только сломать, – спокойно отреагировал Саша. – На таком шикарном месте отличную дачу можно выстроить. Со всеми удобствами.

– Дачу! – разгорячился вдруг Дима. – Неужели не знаешь? Это же памятник культуры. Его реставрировать надо.

– Тогда пусть реставрируют, – не стал продолжать дискуссию Саша. – Я просто терпеть не могу подобных развалин и запустения.

– Ну где же ты призрак свой видел? – обратился тем временем Командор к Вове.

– А вот! – Тот повернул направо.

Пройдя дом по фасаду, он скрылся за углом. Саша и юные детективы проследовали за ним.

Правая стена дома отсутствовала. Сохранились лишь внутренние перегородки.

– Здесь он и вышел, – пройдя решительно по щебню и обломкам кирпичей, Вова ткнул пальцем в центр внутренней стены. – А потом сюда же исчез.

Юные детективы внимательно оглядели стену. Сплошная добротная каменная кладка. Ни единого проема. Даже щелей нет.

– Ты уверен, что именно тут? – воззрился на младшего мальчика Петька. – Может быть, дальше? – Метрах в десяти левее он заметил нишу, в которой явно когда-то была дверь.

– Нет, – убежденно возразил Вова. – Вчера ночью как раз луна была. И я эту стену видел, как Днем. Вот отсюда он вышел, – мальчик ткнул в глухую стену, – затем вот тут ходил.

Вова продемонстрировал им, как ходил призрак. Затем вновь уперся в глухую стену.

– Ты ничего не напутал? – решил уточнить Петька.

– Ничего, – столь же уверенным тоном, как прежде, отвечал ему Вова.

– Забавно, – медленно произнес Петька, и друзья увидали, что у него загорелись глаза.

– Еще один сдвинулся, – покрутил пальцем у виска долговязый Саша. – Этот хоть маленький, – ткнул он легонько в бок Вовку. – А ты чего? – уставился он на Петьку. – Тоже, выходит, в призраков веришь?

– Почему бы и нет, – явно что-то обдумывая, отвечал ему Петька. – Паранормальными явлениями многие известные ученые и сейчас увлекаются. Отрицать что-нибудь до конца мог только марксизм-ленинизм.

– Чего? – вытаращил глаза Саша. – Какими явлениями?

– Паранормальными, – с важностью повторил Петька. – Я как раз на даче у тетки прочел по этому поводу одну интересную книгу. Там излагается теория о тонких мирах. Эти миры как бы сосуществуют с нашим миром. Обычно они открываются человеку после его физической смерти. Но иногда обитатели тонких миров возникают среди нас. В частности, это могут быть привидения.

– Ну да? – Саша, похоже, заинтересовался. – И действительно есть такая книга?

– Есть, – подтвердил Петька. – Если хочешь, потом тебе дам почитать.

– А когда? – спросил Саша, который, кажется, готов был пересмотреть прежнюю точку зрения.

– Чуть позже, – отозвался Петька. – У меня в связи с этим случаем возникли соображения.

– Говори скорее! – разом выдохнули остальные ребята.

– Потерпите чуть-чуть, – с видом старшего посмотрел на них Петька. – Не хочу говорить, пока мне самому еще не все ясно. Мы вас обязательно найдем, – обратился он к мальчикам из деревни.

– Искать нас не нужно, – сказал Вова. – Мы живем в переулке Дружбы. Я в доме семь. А Сашка – в восьмом. Приезжайте, когда захочется.

Юные детективы расхохотались.

– Чего смешного-то?

– Да так, – отозвался Дима. – Переулок у вас очень уж мирный.

Переулок Дружбы в деревне Борки славился на всю округу своими жестокими драками.

– Вы только не бойтесь, – поспешил успокоить новых знакомых Вова. – У нас за последний год вообще почти не дрались. Времени, видно, ни у кого нет. Все целыми днями деньги где-нибудь зарабатывают.

– Ну нам пора, – заторопился Петька. – Рад был познакомиться. Скоро увидимся.

– Приезжайте! – крикнул им напоследок Вова. Вырулив на асфальтированную дорогу, Петька, Дима, Маша и Настя немного замедлили ход.

– Ты что, действительно веришь? – спросил Дима у Петьки.

– Не знаю. – Командор пожал плечами. – Все это требует серьезной проверки. Но случай, по-моему, интересный. Тем более нам пока заняться все равно больше нечем.

– Докатились, – невесело усмехнулся Дима. – Ты нам еще предложи наше Тайное Братство переименовать. Будем теперь называться какими-нибудь Искателями Призраков.

– Между прочим, напрасно смеешься, – ответил Петька. – Меня этот призрак как раз очень заинтересовал.

Двадцать минут спустя юные детективы положили велосипеды на землю и вошли в шалаш.

– Пить хотите? – Петька извлек из-под запасного пледа Анны Константиновны большую пластиковую бутылку пепси.

Вода была тепловатой, но друзья выпили ее с удовольствием. Поездка на станцию порядком их вымотала.

– Так вот, – продолжал Петька. – Я ведь про книжку вспомнил не случайно. Там описаны разные случаи появления призраков. Некоторым очевидцам их удалось даже заснять на кинопленку. А фотографий вообще существует множество.

– Значит, привидения действительно бывают! – заволновалась Настя. – Вот здорово!

– Я бы на твоем месте особенно так уж не восторгался, – спокойно сказал Петька. – Пока из того, что я знаю, можно прийти лишь к одному выводу. Вопрос о призраках остается открытым для современной науки.

– Почему? Ты же сам говорил, что есть фотографии привидений. И даже кинокадры.

– Есть, – подтвердил Командор. – Просто пока доказательств в пользу существования призраков еще недостаточно. Но и у тех, кто против них возражает, нет достаточных аргументов. Это и называется открытым вопросом.

Друзья насторожились. Они уже знали: когда Петька начинает так умно говорить, непременно последует что-нибудь важное.

– Так вот, – продолжал после короткой, но выразительной паузы Командор. – Я этого Вову тоже слушал сначала от скуки. Но когда он нам показывал, как этот призрак двигался…

– А что тут такого? – махнул рукой Дима. – Ну ходил себе и ходил, как все люди ходят.

– Люди по-разному могут ходить, – изрек с задумчивым видом Петька. – А вот привидения, когда появляются перед живыми людьми, ведут себя по своим правилам. Во всяком случае, так свидетельствуют очевидцы. И здешний призрак вел себя как раз именно так, как обычно рассказывают. Заметили, как шел Вова? Он будто расхаживал вдоль стен комнаты. И не пересек ни разу границы дома, хотя внешней стены в этом месте как раз и нет. А это один из классических признаков домашнего привидения. Оно ходит по своему дому так, как привыкло при жизни. Бывали случаи, что дом потом перестраивали. И что-то менялось. Например, лестницу на второй этаж переносили в другое место. А привидение шагало, будто по воздуху, именно там, где была старая лестница.

– Ты хочешь сказать, что Вова действительно видел призрак настоящего князя? – прошептала Маша.

– Может быть, да. А может, и нет, – уклончиво отвечал ей Петька. – Надо еще раз заглянуть в книжку. Я, когда ее читал, честно сказать, не думал, что она мне на практике пригодится. Хорошо, что она у меня с собой.

– Петя! Обедать! – позвала мама из дома.

– Вот! Опять засиделись! – остальные вскочили на ноги. – Нас ведь тоже к обеду ждут.

– Тогда расходимся, – быстро проговорил Петька. – После обеда я часа два почитаю. А к пяти встретимся здесь и как следует все обсудим. Кстати, Дима, захвати с собой нашу тайную тетрадь. Возможно, она нам уже сегодня понадобится.

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ПОДГОТОВКА

После обеда Петька уединился у себя в комнате наверху. Книга, о которой он говорил друзьям, называлась «Привидения, духи и другие таинственные силы». Это был перевод с английского. Там в популярной форме излагались как труды мистиков различных эпох, от средневековья до наших дней, так и многочисленные свидетельства очевидцев.

Опустив главы, посвященные Лохнесскому чудовищу, призракам животных и птиц, Петька стал изучать раздел «Домашние привидения». Из него мальчик выяснил, что подобные привидения называют также оседлыми. Они, как правило, появляются в одном и том же месте. Разговаривают чрезвычайно редко. Чаще стонут. Или передают живым информацию при помощи жестов.

Очевидцы свидетельствуют, что иногда людям являются призраки не только усопших, но и живых.

На этом месте Петька остановился. «А ведь тела погибшего князя никто никогда не видел, – вспомнились ему слова Вовы. – Вдруг он вообще не погиб? Ну-ка, посмотрим, зачем эти призраки вообще к нам приходят».

Он вновь стал читать. Картина складывалась все интересней. Очень часто домашние привидения наводили живых на следы каких-нибудь нераскрытых преступлений. Или предупреждали об опасности. Или помогали людям возвратить собственность…

– Просто голова идет кругом, – вновь оторвавшись от книги, пробормотал Петька.

Он взглянул на часы. Без десяти пять. Взяв книгу под мышку, Петька спустился вниз и деловито направился к шалашу.

Там его уже с нетерпением поджидали Дима, Маша и Настя.

– Ну как? – уставились они разом на Петьку.

– Кое-что есть. – Он медленно опустился на одну из диванных подушек. – То, что видели Вова и его мать, – по всем признакам классическое домашнее привидение.

– Не может быть! – выдохнула Настя.

– Вопрос, конечно, спорный. Но, по-моему, тут есть о чем задуматься.

И Петька изложил друзьям основные положения из книги.

– Ничего себе, – недоверчиво сказал Дима. – Получается, что мы все прямо окружены привидениями.

– Ну не совсем окружены, – улыбнулся с таинственным видом Петька. – Судите сами. Меня эта Вовкина история почему потрясла? Он показал, что привидение ходило как будто по своей бывшей комнате. А теперь вот. Слушайте.

Он раскрыл книгу. Уткнулся в оглавление. Потом, найдя нужную страницу, прочел:

– «К одному из основных признаков домашнего привидения относится верность маршрутам, которых оно придерживалось при жизни. Так, например, если дом уже разрушен, привидение неизменно будет ходить по нему таким образом, будто он цел». – Петька отложил книгу. – Ну дальше вы уже знаете. Я вам перед обедом рассказывал. Если нет лестницы, привидение все равно по ней поднимается и так далее.

– Меня вот что волнует, – сказала Маша. – В твоей книге сказано, что призраки в основном появляются, чтобы предупреждать людей. Вдруг князь именно для этого появился?

– Я тоже об этом думал, – ответил ей Петька. – Призрак князя Борского, говорят, давно не появлялся. И вдруг, столько лет спустя, он зачем-то возник. У меня лично есть сразу несколько версий. Тела погибшего князя не нашли. Значит, он погиб где-нибудь в другом месте или вообще остался жив. В случае, если он все же погиб, он может указывать нам на какое-то старинное преступление. И оно связано с его смертью. А если жив, может быть, хочет, чтобы мы это выяснили.

– Кстати, – вмешалась Настя, – в этом случае вполне понятно, почему призрак князя не появлялся в прежние годы.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну раньше, при коммунистах, если бы даже выяснилось, что князь Борский жив, ему бы это ничего не принесло, – объяснила рыжая девочка. – А сейчас дворянство у нас вновь в почете. Вот князь, видно, и просит живых изучить обстоятельства его гибели. И восстановить доброе имя Борских.

– Вообще это мысль, – сказал Петька. – Только не слишком ли мы упрощаем поступки призрака? Рассуждаем о нем почти как о живом человеке.

– А почему бы ему не вести себя как человеку? – возразил Дима. – Одно из двух: или привидения вообще чепуха и сплошная выдумка, или, если они действительно существуют, значит, по логике, и поступать должны приблизительно так же, как люди. Они ведь когда-то тоже были живыми. _ Пожалуй, ты прав, – согласился Командор. – Тогда давайте подведем итог с версиями. Иначе мы совсем запутаемся. У нас и без того какое-то мистическое расследование получается.

– А мы что, разве уже ведем расследование? – У Насти загорелись глаза.

– Нам надо многое еще уточнить и проверить. – Петька медленно перелистнул исписанные страницы секретной тетради. – Но, кажется, дело достаточно интересное. Во всяком случае, заняться им стоит. Согласны? – осведомился Командор у друзей.

Друзья, разумеется, согласились. И тогда Петька, раскрыв тетрадь на чистой странице, круп-ными буквами вывел: «Призрак князя Борского». Затем чуть ниже появилась надпись поменьше: «Версии и предложения».

– Сперва я сюда запишу историю о вчерашнем появлении призрака. – Он начал быстро писать. – Остальное обсудим вместе.

Пятью минутами позже, исписав три страницы, Петька объявил:

– Теперь версии.

– Первая версия: князь Борский хочет раскрыть с помощью современных людей историю своей смерти, – предложил Дима.

– Так и запишем. – Командор вновь принялся строчить в секретной тетради. – В соответствии с широко известной в мировой практике гипотезой о появлении призраков с целью поимки преступника, о котором он призрак знает, выдвигается следующая версия: князь Борский хочет уведомить кого-нибудь из живых о подлинной истории своей смерти.

Друзья в полном восторге слушали эту великолепную речь. Когда Петька в подобном же духе сформулировал вторую версию, которая гласила, что князь явился доказать людям, что он не погиб во время пожара, Настя, хлопнув в ладоши, воскликнула:

– Потрясающе! По-моему, тебе, Петька, можно ехать читать доклад на какой-нибудь международный конгресс привидений.

– Выходит, я тоже привидение? – расхохотался Петька.

– Да нет, я не то хотела сказать, – засмущалась рыжая девочка. – Ты пишешь так замечательно и умно. Получается как настоящий научный доклад.

– Ну, в общем, да, – не стал проявлять излишней скромности Петька. – Научные и деловые бумаги у меня неплохо получаются. Ладно. Давайте продолжим. Еще у кого-нибудь версии есть?

– Не знаю уж, версия это или нет, – вступила в разговор Маша. – Но нам, наверное, надо установить: князь вообще жив или умер?

– Какая разница? – спросил Дима.

– Очень даже существенная, – ответила девочка. – Если князь Борский не погиб и где-нибудь живет до сих пор, он не может быть призраком.

– Ошибаешься, – одарил ее торжествующей улыбкой Петька. – Множество раз людям являлись призраки живых людей. Правда, такие призраки чаще всего предупреждают друзей об опасности. Но теоретически такое возможно.

– Слушайте, а о чем мы спорим? – вмешалась Настя. – Сколько князю Борскому было лет, когда у него усадьба сгорела?

– Да, говорят, лет тридцать, – ответил Петька.

– Значит, ему бы сейчас исполнилось уже сто восемь лет, – быстро подсчитала Маша.

– В таком случае, вопрос снимаем, – решительным тоном проговорил Командор. – Мне почему-то кажется, что князь Борский не мог быть таким долгожителем.

– Тогда третья версия, – сказал Дима. – Привидение на развалинах вполне может оказаться обыкновенным розыгрышем.

– Как версию мы это, конечно, примем, – задумчиво проговорил Петька. – Но вообще сомнительно. Мы же все видели эту стену. Сквозь нее никак не пройдешь. Куда более продуктивным мне представляется другое соображение. Призрак может указывать, например, на какой-нибудь клад. Тут много об этом написано. – Он покосился на лежащую рядом книгу о привидениях.

Третью версию друзья сочли особенно привлекательной. Они были готовы немедленно отправиться на поиски клада.

– Ну и куда пойдем? – обвел их насмешливым взглядом Петька.

– Как это куда?! – крикнул Дима. – Где князя видели, там и копать надо.

– А если клад в другом месте спрятан? – спросил Командор.

– Что, по-твоему, этот князь дурак? – вскинулся Дима. – Клад спрятан в одном месте, а он появляется совершенно в другом.

– Он-то, может быть, не дурак, – улыбнулся Петька. – Просто нам сперва нужно установить, появлялся ли он вообще. А если да, то зачем.

– Да вроде уже все ясно! – Диме очень хотелось побыстрей найти клад.

– Нет, – покачал головой Петька. – Как раз пока ничего не ясно. Мы только начинаем что-то нащупывать. Если верить моей книге, тут многое сходится. Например, призрачная фигура, как правило, появляется в старинных одеждах. Может возникнуть из стены и уйти потом в стену.

– Так Вовка нам то же самое рассказывал, – торжествующе произнес Дима.

– Я тебе больше скажу… – Командор понизил голос. – Обычно явлению призрака предшествует треск старых деревьев, вой ветра. И еще – летучие мыши кружатся вокруг дома.

– Летучих мышей у нас тут вообще полно, – отозвалась Маша. – А треск старых деревьев Вову с матерью как раз и напугал.

– Ну да! – прыснула Настя. – Он это назвал «ночь на кладбище».

– Ну пока все сходится. – Командор захлопнул секретную тетрадь. – Теперь надо самим убедиться.

– Интересно, как ты собираешься это делать? – покосилась на него Маша. – Пригласить к нам в шалаш привидение князя Борского?

– Ты не далека от истины, – заявил Командор. – Я хочу попытаться еще раз вызвать этот призрак. В моей книге сказано, что в старину для этого существовало множество способов.

– Правда? – насторожились остальные.

– Да. – Командор протер носовым платком очки. – Я и раньше об этом читал. Только сами способы нигде не описаны. Придется где-то искать старинные книги.

Кстати, – он вдруг усмехнулся. – Я вам забыл рассказать. Есть один очень смешной признак. Если в доме находят череп, который при попытке вынести его на улицу или закопать в землю визжит благим матом, значит, наверняка в этом жилище поселилось привидение.

Представив себе, как визжит череп, Настя, Дима и Маша зашлись от хохота.

– Особенно мне понравилось, что в доме находят череп, – чуть успокоившись, проговорила Настя. – Как будто это просто какая-то вещь вроде старых ботинок.

– А что такого? – пожал плечами Дима. – У старухи Ковровой-Водкиной, например, в гостиной стоит на книжной полке череп ее покойного мужа.

– Покойного мужа? – изумилась Настя. – Выходит, его похоронили без головы?

– Нет, ты не так поняла, – вмешалась Маша. – У Ковровой-Водкиной муж был врачом. Вот у него и стоял дома череп.

– Ясно, – кивнула головой рыжая девочка. – Чей же это был череп?

– Ты что, совсем? – вышел из себя Дима. – Ничей!

– Ничей? – еще больше удивилась Настя.

– То есть он вообще, конечно, когда-то кому-нибудь принадлежал. Но очень давно. А потом нашелся на какой-нибудь древней, забытой могиле. И его подарили мужу Ковровой-Водкиной, – объяснил Дима.

– Ах да, – дошло наконец до Насти. – Такой череп у нас в школе в биологическом кабинете стоит. И еще у нас там есть целый настоящий скелет.

– У нас в школе тоже скелет был, – вспомнил Дима. – Но его в прошлом году украли. Теперь вместо него стоит голый пластмассовый труп человека.

– Кстати, о Ковровой-Водкиной, – хлопнул себя по лбу Дима. – У нее первый муж был каким-то крупным специалистом по мистике!

– А Маша только что говорила, что у нее муж!был врач, – совсем запуталась Настя.

– Врач – это ее второй муж, – пояснила Маша. – Мы с Димкой его еще помним. Крупный такой. С большим животом. А в сороковых годах Коврова-Водкина в первый раз вышла замуж.

– Этого первого мужа она до сих пор называет «мой несчастный Аполлинарий», – добавил Дима.

– Почему несчастный? – спросил Петька.

– Потому что он умер на третий год после их свадьбы, – объяснила Маша. – Коврова-Водкина до сих пор это называет величайшей трагедией всей своей жизни.

– Я на его месте еще раньше бы умер, – мрачно заметил Дима. – Только представлю себе, что у меня жена Коврова-Водкина, и жить уже совершенно не хочется.

– Ну он-то, положим, скорее всего не от этого умер, – сказала Маша. – Просто был очень старый. Когда Коврова-Водкина осчастливила его своим чувством, ему уже вроде исполнилось семьдесят лет. А ей – восемнадцать.

– С ней вообще не соскучишься, – развеселилась Настя. – Вся жизнь смолоду – сплошные сюрпризы для окружающих.

– Да не в том дело, – махнул рукой Дима. – Для нас важно сейчас совершенно другое. Этот ее несчастный Аполлинарий был философом-мистиком. Коврова-Водкина при мне бабушке однажды рассказывала, что он разработал новую теорию вызова духов. И вроде бы даже ставил какие-то опыты. Но потом ему запретили. Потому что у него был немарксистский подход.

– Хорошо, что вообще не арестовали, – вставила Настя.

– Наверное, повезло, – медленно проговорил Петька. – Или вовремя умер.

– Дадите вы мне договорить или нет! – крикнул Дима. – С вашими лирическими отступлениями никогда до сути не доберешься! Я же вспомнил об этом муже к тому, что до революции и даже при советской власти, пока ему все абсолютно не запретили, он успел написать и опубликовать много научных трудов. Я сам у Ковровой-Водкиной видел целую книжную полку с его трудами. Под псевдонимом Аполлон Парнасский.

– Это уже интересно! – Командор даже подался вперед. – Немедленно отправляемся в гости к Ковровой-Водкиной!

.– Ну и пошли, – поднялась на ноги Настя. – Чего нам тянуть.

Петька посмотрел на часы. Они показывали без пяти семь.

– Идти действительно надо, – разочарованно изрек он. – Только, увы, не к Ковровой-Водкиной, а ужинать. Так что к ней мы отправимся завтра утром.

– Вот так всегда, – расстроилась Настя. – Только что-то полезное соберешься сделать, как надо домой возвращаться.

Петька проводил друзей до ворот. Они сели на велосипеды и не спеша поехали к дому. Настя вдруг громко расхохоталась. – Ты что? – спросила Маша. – Про череп вспомнила! – давилась от смеха рыжая девочка. – Который орет! Дима и Маша тоже расхохотались. – Хорошо бы череп еще слова какие-нибудь. говорил, – пробормотал Дима.

– Точно, – подхватила Маша. – Например, его выносят из дома, а он вопит: «Не трогай! Не трогай меня! Я хорошее, очень мирное привидение! Могу по ночам петь, стонать и детям рассказывать сказки!»

– Кстати, с этим действительно все не так просто. – Дима резко перестроился на серьезный лад. – Я видел по телеку одну передачу. Там показывали старинный австрийский замок. В замке когда-то произошло убийство. И вот пол на месте убийства каждую ночь становился ледяным.

– А я помню документальный фильм, – сказала Настя, – там над могилой встает призрак монаха. Четкий такой силуэт в сутане. Только ног Нет. И вместо лица одно очертание головы.

Дима содрогнулся.

– Чувствую, мы с этим князем Борским еще хлебнем.

– Все равно интересно, – поежилась Настя. – Наверняка там и правда кроется жуткая тайна.

– Только бы он не пришел за кем-то из нас, – сказала Маша. – Иногда привидения являются, чтобы предупредить о смерти.

– Тогда бы он по-другому явился, – неожиданно проявил осведомленность Дима. – В той самой передаче, где замок показывали, это явление тоже анализировалось. Когда призраки предсказывают чью-то смерть, то они выстраивают на кладбище цепь зеленых блуждающих огоньков к будущей могиле того, кто скоро умрет.

– А что это вы говорите про какие-то черепа и могилы? – вдруг послышался резкий голос сзади.

Друзья обернулись. На них, подбоченясь, смотрела в упор Люська Кузнецова.

– Здравствуй, Люся! Как загорела! – изобразили радость юные детективы.

– Только вчера из Сочи! – с горделивой улыбкой ответила та. – Гостиница – класс. Кондиционер в номере. Все другие удобства тоже, и лучшее общество собралось. Такая тусовка! Моей маме даже с одной знаменитой эстрадной певицей удалось спеть хором старинные романсы. Певице мамин голос понравился. Теперь у матери появился смысл жизни. Осенью будет уроки пения брать.

– Ну, замечательно, – равнодушно заметил Дима.

– А вы, я смотрю, все такие же! – Люська злобно прищурила и без того маленькие глаза. – И не загорели почти совсем. Видно, вашим родителям курорты не по карману.

– Им просто отпуска этим летом не дали, – ответила Маша. – Но нам и тут хорошо.

– О-очень, – протянула с презрением Люська _ А что это за черепа с могилами вы обсуждали? Я сзади вас шла и слышала.

– Ну-у… – медленно начал Дима. Неожиданно ему в голову пришла блестящая мысль. – В общем-то это здорово, Люська, что ты приехала. Поможешь нам как раз сегодня ночью с черепом.

Настя и Маша безмолвно взирали на Диму. Им пока не было ясно, куда он клонит.

– С каким черепом? – затряслась от любопытства Люська.

– Видишь ли, – стал сочинять на ходу Дима, – мы тут одно коммерческое дело решили провернуть. Изготовляем целебный бальзам от старости по одному рецепту из древней книги. И клиентура уже наметилась. Теперь только череп с кладбища требуется. Можем взять тебя в долю.

– А зачем череп? – спросила Люська.

– Так это же основной компонент бальзама, – вдохновенно продолжал Дима. – Выкапываешь на кладбище череп. Потом на неделю кладешь его в уксусную эссенцию. Череп там полностью растворяется. И бальзам почти готов. Идешь нам помогать?

– Пойдем, Люська, пожалуйста! Ты нам очень нужна! – подхватила Настя, догадавшись, куда клонит Дима. – Ночью вчетвером копать могилу будет гораздо легче.

– Ночью? Могилу? Череп? – попятилась в ужасе Люська. – Мерзость какая! Психи!

– Ну, не копай, – с легкостью согласилась Маша. – Мы уж, так и быть, сами выкопаем череп. А ты потом его ото всяких червей очистишь. И его надо как следует вымыть для стерильности.

Но Люська уже их не слышала. Она неслась со всех ног к своей даче.

– А ведь пожалуется родителям, – покачала головой Маша.

– Пусть лучше жалуется, чем за нами следит.

Все равно ей никто не поверит, – успокоил девочек Дима.

Друзья попрощались. Надо было спешить на ужин.

ЕЩЕ ОДИН СТРАННЫЙ СЛУЧАЙ

На следующее утро Маша, Дима и Настя собирались уже к Петьке в шалаш, когда мимо них к даче Анны Константиновны вдруг промчалась на всех парах жена Ивана Степановича.

– Бабушка дома? – задыхаясь, спросила она у близнецов.

– Да, – подтвердили те. – А что случилось?

– И не спрашивайте, – махнула рукой Надежда Денисовна. – С Ваней моим очень плохо. Хочу с вашей бабушкой посоветоваться.

Ребята переглянулись.

– И часто она к вам так ходит? – спросила Настя.

– Совсем нет, – отозвалась Маша. – Вообще никогда. Бабушка говорит, что между ней и такими людьми, как жена Ивана Степановича, пролегает интеллектуальная пропасть.

– Тогда совсем интересно, – пробормотал Дима. – Может быть, нам послушать?

Такое решение девочкам понравилось. Подождав, пока жена Ивана Степановича вошла в дом, они шмыгнули в калитку.

– Что будем делать? – спросил Дима. – Бабушка, скорее всего, ее примет в гостиной, а там закрыто окно. Я сам видел.

– Ничего страшного, – невозмутимо ответила Маша. – Сейчас войду в дом и открою. А вы приготовьтесь. И будете слушать.

Маша побежала в дом. Ее брат не ошибся. Анна Константиновна уже провела гостью в комнату. На жене Ивана Степановича лица не было.

– Садитесь, – указала ей на кресло бабушка Димы и Маши.

– Ой, спасибо, – запричитала Надежда Денисовна. – Вы уж простите, что отрываю, но мне просто не с кем больше посоветоваться.

– Ну и духота тут у вас, – словно бы невзначай вставила Маша. – Может, окно открыть?

– Открой, – рассеянно согласилась бабушка. – а теперь иди. Надежда Денисовна хочет со мной поговорить.

Маша безропотно вышла из комнаты и устремилась к друзьям. Разговор в гостиной был хорошо слышен с улицы.

– Перестаньте, Надежда Денисовна, – успокаивала бабушка взволнованную женщину. – Мы же с вами взрослые люди. А уж Иван Степанович… Он же… как это?… бывший заслуженный работник…

– Органов правопорядка, – подхватила Надежда Денисовна. – Именно это Ваню и мучает. Всю жизнь, говорит, ни в какие потусторонние силы не верил. И вдруг такое… Вот я и решила: может, вы нам хорошего специалиста по нервам посоветовали бы.

Обмениваясь время от времени выразительными взглядами, юные детективы продолжали внимательно слушать. Лица у всех троих все сильнее вытягивались от изумления. Потому что вскоре из рассказа Надежды Денисовны выяснилось следующее.

Вчера во второй половине дня Иван Степанович поехал в Москву за лопатами из какого-то особенно прочного металла. Они с женой давно мечтали о таких лопатах. Поэтому Иван Степанович специально их заказал одному своему знакомому инженеру. Когда же они с Иваном Степановичем встретились, инженер пригласил его к себе в гости. Там они до самого вечера предавались воспоминаниям о прежних временах. Затем сторож темной августовской ночью прибыл на электричке с двумя сверхпрочными лопатами на станцию Задоры.

Стремясь быстрее попасть домой, Иван Степанович направился мимо развалин усадьбы. Подойдя к провалу в стене, сторож заметил внутри какого-то подозрительного незнакомца в черном и, по всегдашней своей привычке, крикнул:

– Стой! Кто идет?

Незнакомец не откликнулся. И останавливаться тоже не стал. Наоборот, призрачной тенью метнулся к Ивану Степановичу. Тогда сторож, за неимением табельного оружия, кинул в незнакомца одну из сверхпрочных лопат. Незнакомец повел себя совершенно немыслимым образом. Пропустив сквозь себя лопату, он спокойно исчез в стене.

– Ваня мой чуть ума не лишился, – продолжала Надежда Денисовна. – Он возле дома князя часто червей для рыбалки копает. И все строения ему хорошо знакомы. Поэтому он уверен: в той стене, где пропал незнакомец, ни одного даже маленького отверстия нет. Да он сегодня утром сбегал еще раз проверить. Лопата наша возле стены валяется, а человека того как бы вовсе не было. Тут мы с Ваней и вспомнили легенду о привидении князя. И Ваня мой слег. Потому что у него начали в один миг рушиться все прежние взгляды на жизнь.

– Тут врач ему вряд ли поможет, – веско произнесла Анна Константиновна.

– Что же тогда делать? – растерялась жена Ивана Степановича.

– Это, моя дорогая, от нас не зависит, – очень четко проговорила в ответ бабушка Маши и Димы. – Даже Ньютон до поры до времени ничего не знал о земном тяготении. Пока яблоко не упало ему на голову. Хотя, честно сказать, я в привидения тоже не очень верю.

Настя не удержалась и фыркнула. Из комнаты послышались шаги. Анна Константиновна явно шла к окну проверить, что там такое. Юные детективы спешно юркнули за угол дома.

– Скорее к Петьке, – сказал девочкам Дима, когда они отошли на безопасное расстояние от гостиной. – Думаю, он такого даже вообразить не мог.

Петька уже давно скучал в шалаше.

– Я вам звонить собирался, – произнес он с упреком при виде друзей. – Сколько же можно завтракать?

– Мы уже собирались к тебе, но тут к нашей бабушке явилась жена Степаныча.

– Жена Степаныча? – изумился Петька. – Они разве дружат?

– Разумеется, нет, – сказала Маша. – Она просто пришла посоветоваться с нашец бабушкой как с бывшим ученым. Надеялась, что она для Вани ее какого-нибудь врача порекомендует.

– Врача? – переспросил Петька. – Я всегда считал, что у Ивана Степановича здоровье железное.

– У каждого оно расшатается, когда привидение повидаешь, – философски заметил Дима.

И, не дав Командору опомниться, друзья рассказали наперебой все, что им удалось подслушать в гостиной.

– Ничего себе, – присвистнул Петька. – Более чистого эксперимента, пожалуй, просто нельзя поставить.

– То есть? – не понимая, уставились на него остальные.

– Ну мы с вами, к примеру, уже вроде как Подготовлены, что в мире много необъяснимого, – принялся развивать свою мысль Командор. – А Степаныч всякие тайны вообще не воспринимает. Ему призрак даже в кошмарном сне не привидится.

– А он его все-таки видел и даже от испуга заболел, – подхватила Настя.

– Вот именно, – улыбнулся Петька. – И это доказывает, что в развалинах наверняка что-то есть. Значит, мы занялись этим делом не зря. Сколько у нас сейчас времени? – Он взглянул на часы. – Ага. Ровно одиннадцать. Самое время нанести визит Ковровой-Водкиной.

– В первую очередь, нам надо решить: под каким предлогом мы у Ковровой-Водкиной будем выспрашивать про книги несчастного Аполлинария?

Друзья задумались. С одной стороны, Коврова-Водкина была неизменно рада любому обществу. Однако в то же время она отличалась большой подозрительностью. Один неверный шаг – и она вообще может принять четверых друзей за каких-нибудь злоумышленников.

Не меньшая опасность исходила и от приходящей домработницы Ковровой-Водкиной Татьяны Филимоновны. Она вообще постоянно ждала от жизни подвохов и неприятностей. Когда же речь шла о жизни и достоянии любимой хозяйки, бдительность домработницы усиливалась.

– Давайте скажем, что у нас в школе теперь проходят что-то мистическое, – предложила Настя.

– Верно, – подхватил Петька. – И вроде бы как мне на лето задали написать реферат по произведениям какого-нибудь ученого вроде Аполлона Парнасского.

– Его же теперь никто не знает, – засомневался Дима. – И книг его нигде нет.

– Подумаешь! – Маша тут же нашла выход. – Вдруг нашим учителям старые профессора в институте или где-нибудь там еще рассказывали о трудах несчастного Аполлинария и…

– Придумал! Придумал! – перебил девочку Петька. – Мы приходим к Ковровой-Водкиной, и я ей говорю: «Мой учитель очень интересуется книгами вашего первого мужа. Он сказал, что тот из учеников, кто напишет за лето реферат по какому-нибудь труду Парнасского, получит пятерку в четверти.

– А если Коврова-Водкина тебя спросит, как этот новый предмет называется в школе? – снова подверг сомнениям замысел друга Дима. – Что ты ей, интересно, ответишь?

– Скажи, что вы теперь изучаете теорию и практику призраков, – посоветовала Маша. – Коврова-Водкина все равно в современной действительности разбирается плохо.

– Я бы на вашем месте поосторожнее с ней обращался, – предостерег Дима. – Бабушка говорит, что у Ковровой-Водкиной за последнее время с разумом как-то лучше стало. Ей уже почти никогда не кажется, что она живет в имении.

– Зато у Татьяны Филимоновны крыша сильней поехала, – усмехнулась Маша. – Она теперь себя не иначе как «экономкой Водкиной» называет.

Десять минут спустя четверо юных детективов уже стояли перед дачей Ковровой-Водкиной. Из глубины участка доносилась громкая песня. Дети вошли в калитку. На огороде они увидали Татьяну Филимоновну. Копая картошку, она громким голосом исполняла «Катюшу».

– Здравствуйте, – первой приветствовала домработницу-экономку Маша. – Я и не думала, что вы так хорошо умеете петь, – решила на всякий случай подлизаться она.

– Это не я хорошо пою, – домработница явно была польщена, – просто песня военная. А война Для меня прямо обугленный кусок биографии.

– Ну конечно, – кивнула головой Маша. – Вы же великолепным снайпером были.

– Уж великолепным или нет, не знаю. – Обычно мрачная Татьяна Филимоновна расплылась в улыбке. – Но свой вклад в дело победы я внесла. Вы, наверное, к Водкиной?

– Да, – поспешно проговорил Петька. – Нам с ней посоветоваться надо.

– Посоветоваться – это правильно, – одобрительно сказала домработница. – Я просто уверена: если возникла серьезная проблема, умней моей Водкиной никого не найти.

Маша и Дима разом опустили головы и затряслись от беззвучного смеха. Петька и Настя, чувствуя, что тоже сейчас не выдержат, кинулись к Дому.

Возле крыльца они были вынуждены остановиться. Всех четверых душил хохот.

– Знаете, так не пойдет, – наконец изрек Петька. – Давайте подумаем о чем-нибудь грустном.

Однако, едва взглянув друг на друга, юные детективы вновь начали хохотать. Им потребовалось не меньше пяти минут, чтобы окончательно прийти в себя.

Наконец они вошли внутрь. Коврову-Водкину они застали в гостиной. Она не услышала их шагов и продолжала с величественным видом изучать газету «Куранты».

– Наталья Владимировна! – громко крикнула Маша.

– Ах, это вы! – Та взглянула поверх газеты на детей. – Ужасные времена! И ужасные нравы! – Она ткнула пальцем в газету. – Даже тюрем приличных в столице совсем не строят. Вот тут написано: заключенные сидят в совершенно невыносимых условиях.

– Да, с тюрьмами плохо, – вяло подтвердил Дима. – Но мы совсем по другому поводу к вам, Наталья Владимировна. Петьке очень нужна ваша помощь.

– Раньше к нам многие приходили за медицинской помощью. Второй мой супруг был светилом в медицине. Но теперь его уж нет в этом мире. Одно только это на память осталось.

И, плавно поднявшись с кресла, Наталья Владимировна предоставила четверым друзьям возможность оценить свое длинное шелковое платье с большим декольте.

– Очень красиво, – украдкой обменявшись взглядами, похвалили платье Настя и Маша.

– Венецианская парча! – с гордостью объяснила Коврова-Водкина. – Покойный второй супруг мне привез его тридцать пять лет назад из Венеции. С тех пор это платье совсем не стареет. Оно словно памятник нашей вечной любви.

Тут Настя, обведя взглядом стеллажи с книгами, которые тянулись вдоль стен гостиной, вдруг увидела на одной из полок череп. «Еще одна память вечной любви», – пронеслось у нее в голове.

– Вообще-то нам, собственно, нужен не медицинский совет, – сумел тем временем вставить Петька. – Мы по поводу произведений вашего первого мужа, Аполлона Парнасского. Дело в том, что мне в школе задали написать реферат по какому-нибудь из его научных исследований.

– О, мой несчастный Аполлинарий! Я всегда говорю: его творческое наследие еще будет оценено! И вот, справедливость восторжествовала. У вас что же, специальная дисциплина в школе по трудам Аполлона Парнасского? – осведомилась она у Петьки.

– Пока, к сожалению, не специальная, – принялся вдохновенно врать тот. – Просто его труды включили в курс мистического естествознания.

– Тоже неплохо, – снисходительно оценила усилия современной школы Коврова-Водкина. – Что же тебя интересует в книгах Аполлинария? – Она в большом волнении приблизилась к стеллажам по левую сторону от окна гостиной.

– Ну в общем, конечно, учитель мой говорил, что у вашего мужа все интересно, – отвечал Петька. – Но особенно он просил обратить внимание на тему контактов с привидениями.

Коврова-Водкина еще сильнее разволновалась.

– Это же тема итогового труда несчастного Аполлинария! Последняя разрешенная книга!

И она драматическим жестом выхватила со стеллажа толстый том. На обложке крупными буквами значилось: «Аполлон Парнасский. Призраки среди людей, или Трансцендентальная данность нашей реальной жизни».

– Берите и изучайте! – Наталья Владимировна протянула книгу Петьке. – Только прошу беречь как зеницу ока. У меня сохранился единственный экземпляр.

Петька, не веря своему счастью, бережно взял из рук Натальи Владимировны уникальную книгу. Л тут за его спиной раздался голос Татьяны Филимоновны:

– Это чего это вы тут раздаете? И так уж у вас, Наталья Владимировна, полдома всякие гости разворовали.

И вихрем метнувшись к Петьке, «экономка» с силой ухватилась за книгу.

Татьяна Филимоновна бдительно охраняла имущество любимой хозяйки. Та обычно ей подчинялась. Однако на этот раз оказала стойкое сопротивление.

– Тут речь идет о духовном наследии, – решительно возразила она домработнице. – Пусть изучает.

Бурча что-то себе под нос, Татьяна Филимоновна с обиженным видом отпустила книгу.

– Спасибо большое! – Петька облегченно перевел дух.

– Если будут какие-нибудь вопросы, то приходи, – сказала ему Коврова-Водкина. – Мой несчастный Аполлинарий когда-то меня посвятил в тайны своей научной терминологии.

– Обязательно приду, Наталья Владимировна, – со всей пылкостью, на которую только сейчас был способен, заверил ее Командор.

Потом друзьям пришлось еще минут двадцать слушать воспоминания о большом художественном вкусе Аполлинария. Вкус его, по словам Ковровой-Водкиной, выражался как в умении подбирать носки к цвету ботинок, так и в том, что он по всем праздникам неизменно дарил ей черные розы.

– Теперь, надеюсь, вы хоть в общих чертах имеете представление, сколь велик был мой Аполлинарий, – завершила Наталья Владимировна.

Друзья поднялись на ноги. Пройдя переднюю, они под бдительным взглядом Татьяны Филимоновны наконец вышли на улицу.

– Я думал, это уже никогда не кончится, – тихо сказал Петька. – Теперь пошли скорее в шалаш. Почитаем.

ВЫЗОВ ПРИЗРАКА

Рассевшись в шалаше на диванных подушках, юные детективы пожирали жадными взглядами Петьку. Тот не спеша раскрыл произведение Аполлона Парнасского.

– Ну читай же скорее! – поторопила Настя.

– Сейчас, – медленно проговорил Командор. – Начнем с введения. Обычно в научных трудах там сформулированы тезисы, которые будут потом развиваться.

– Ты хоть с чего-то начни, – сказал Дима.

– Подождите! – Командор вдруг наморщил лоб. – Дайте мне самому разобраться. Я что-то не все понимаю.

Сперва он молча скользил глазами по странице. Лицо его все сильнее вытягивалось от изумления.

– Что это с тобой, Петька? – фыркнула Маша.

Командор ничего не ответил. Губы его беззвучно шевелились. Между бровями пролегла глубокая складка. И вообще от него веяло каким-то ужасным напряжением.

– Н-да, – так и не перевернув первой страницы, выдавил из себя Командор пятью минутами позже. – Тут одно из двух: то ли я от жары совсем отупел, то ли несчастный Аполлинарий пишет нечеловеческим языком. Вот. Слушайте сами:

«Введение.

Призрак как данная мистическая субстанция имеет тенденцию возникновения с относительно постоянной константой. Эта константа тем более очевидна, что призрак, или фата моргана, проявляет свои основные (и относительно закономерные) свойства полной или частичной материализации в зрительном восприятии нашего глаза…»

Петька умолк. Остальные тоже подавленно молчали.

– По-моему, тут только одно понятное слово – прорезался наконец в тиши шалаша нерадостный голос Димы.

– Какое? – спросила Настя.

– «Введение», – столь же мрачно продолжал Дима. – Больше я ничего не усек.

– Я только не понимаю, зачем было раньше его труды запрещать? – пожала плечами Маша. – В них ведь явно никто не разобрался бы, кроме самого несчастного Аполлинария или Ковровой-Водкиной.

– Раньше у нас вообще очень многое запрещали совершенно зря, – отмахнулся Петька. – Вы мне лучше скажите: что нам теперь с этой книгой делать?

– Думаю, мы сами скорее в призраков превратимся, чем она нам поможет! – Дима подпер голову кулаком.

Командор посмотрел на него с осуждением.

– Отказаться проще простого.

– А что ты еще предлагаешь? – полюбопытствовал Дима.

– Ну не совсем ведь все непонятно, – возразил Петька. – Например, мне уже ясно, что несчастный Аполлинарий нашел какой-то способ, как вызвать призрак.

– Это я тоже вроде бы поняла, – поддержала Командора Настя.

– Значит, стоит продолжить чтение.

– Нет, – замахал руками Дима. – Я этого текста больше не выдержу.

– А я вам и не предлагаю, – спокойно ответил Петька. – Мы с вами вот как дальше поступим. Я остаюсь сейчас дома и буду мучиться над трудом Парнасского. Все-таки я с научными текстами больше вас имел дело. А вы пока пойдете к усадьбе князя Борского. Вдруг там отыщется что-нибудь интересное.

– Может быть, заодно к Саше с Вовой зайти? – предложила Настя. – Они ближе всех нас живут к развалинам.

– Почему бы и нет, – согласился Петька. – Зайдите. Тем более мы с ними обещали поддерживать связь.

– Ну тогда мы пойдем! – И Дима первым выскочил из шалаша.

Петька с завистью покосился на друзей.

– Давайте. А я уж с этим останусь… – Он кинул красноречивый взгляд на произведение Аполлона Парнасского.

Друзья отправились за велосипедами. В последний момент выяснилось, что у Насти спустило заднее колесо.

– Прокол, – вынув погнутый гвоздь из покрышки, безрадостно констатировал Дима. – Возись теперь с вами.

– Ну, пожалуйста, Димочка, – умоляюще посмотрела на него Настя.

– Твое счастье, что мне папа в прошлые выходные привез две новые камеры, – отвечал тот. – Клеить в такую жару я сегодня не стал бы. Ладно, ждите меня.

Он кинулся по тропинке через лес к своей даче. Входная дверь днем обычно оставалась незапертой. Распахнув ее, мальчик уже намеревался пулей взлететь на второй этаж, где у него в нижнем ящике комода были бережно припрятаны велосипедные камеры, но путь к лестнице неожиданно преградила бабушка.

– Ну-ка, поди сюда, – поманила она его пальцем в гостиную.

Дима покорно поплелся за ней. Он чувствовал какой-то подвох, но не мог понять, в чем дело. Вроде бы у них уже целый месяц не было никаких неприятностей.

– Что-нибудь произошло, бабушка? – осведомился он с самым невинным видом.

– Вам виднее. – Анна Константиновна опустилась в кресло. – Пока просто хочу спросить: зачем вам понадобилось дразнить бедную Коврову-Водкину? Что вы там за историю выдумали с рефератом по Аполлону Парнасскому?

– Но мы… – запнулся Дима.

Он ожидал всего, кроме этого. И был совершенно не подготовлен к объяснению их утреннего визита к Ковровой-Водкиной.

– Знаешь, бабушка, я предлагаю чуть позже об этом поговорить, – попробовал отбояриться он. – Мне сейчас некогда. На даче Адамовых девочки ждут. Я обещал Насте новую камеру на велосипед поставить.

– Подождут, – неумолимым жестом отмела все уловки Анна Константиновна. – Мне, видишь ли, нужно знать, почему мой внук позволяет себе издеваться над старостью.

Бабушка Димы и Маши была человеком властным. Однако при этом обладала большим чувством юмора. И обычно к проделкам внуков относилась весьма снисходительно. Но иногда на нее накатывало. Это случалось обычно в такие моменты, когда, по мнению Анны Константиновны, нарушалось что-то из священных принципов нравственности и человечности. Видимо, именно в этом свете бабушкой и был воспринят визит четырех друзей к Наталье Владимировне.

– Будешь ты мне отвечать или нет? – Она посмотрела негодующим взглядом на внука.

– Ну, мы вообще… – начал Дима.

– Конкретнее. Я спрашиваю: по какому праву вы волнуете почти выжившую из ума старуху?

– Да мы не волнуем, – ответил Дима. – Просто нам вдруг захотелось ее повидать.

– Против такого я бы не возражала, – заметила бабушка. – Тем более ей нужно общение. И для меня это постоянный тяжелый крест.

– Вот мы тебя и разгружаем по мере сил, – обрадовался такому повороту внук.

– А зачем вам Парнасского трогать понадобилось?

– Петька интересуется, – ответил Дима. – Он вообще у нас все научное любит. И когда мы ему рассказали про теорию привидений, он захотел обязательно почитать.

– Он захотел почитать, – с укором взглянула на Диму бабушка. – А несчастная старуха мне позвонила и чуть не поет от радости. Говорит: «Нашелся такой славный молодой человек, учитель приятеля ваших внуков, который горит духовным наследием моего незабвенного дорогого Аполлинария».

Дима не выдержал и расхохотался. Бабушка тоже вдруг улыбнулась.

– В общем-то ничего смешного, – сказала она. Но Диме уже было ясно, что настроение переменилось.

– Теперь выкручивайтесь, как хотите, – продолжила Анна Константиновна. – Наталью Владимировну уже осенил грандиозный замысел. Она хочет создать комиссию по наследию Аполлона Парнасского. А место председателя этой комиссии намерена предложить чудесному Петькиному учителю. Так что это на вашей совести.

– Разберемся, бабушка, – пылко заверил внук. – Петька придумает.

– Если от книг Аполлона Парнасского не рехнется, – загадочно усмехнулась бабушка. – Мне этот «итоговый труд» Наталья Владимировна уже несколько раз за последние тридцать лет подсовывала. Совершенная чушь. Что это вдруг всех на мистику потянуло? Даже Ивана Сте… Бабушка неожиданно осеклась.

– А что там с Иваном Степановичем? – Дима сделал вид, будто страшно заинтересовался. – Он теперь тоже мистикой занимается?

– Нет, это я так… – Анна Константиновна задумчиво посмотрела на сад сквозь распахнутое окно. – Как люпинусы разрослись! Твой дедушка очень любил эти цветы. Беги к девочкам. Они явно тебя заждались.

Взяв у себя в комнате камеру, Дима вернулся на Настин участок. История с Ковровой-Водкиной девочек развеселила.

– Лучше бы помогли, чем зря хохотать. И вообще надо хоть изредка вытирать колеса от грязи, – назидательным тоном заметил он. – Теперь руки целый год не отмоешь.

Наконец, переставив камеру, мальчик сказал:

– Все, можем ехать в усадьбу.

– Только давай сперва завернем к Вове и Саше, – напомнила Настя. – Вдруг они с тех пор еще что-нибудь узнали про призрак.

– Вообще-то я сомневаюсь, – покачал головой Дима. – Но ладно. Зайдем.

Деревенские домики за последние годы постепенно сменялись внушительными кирпичными строениями. Но Бовин дом в переулке Дружбы еще напоминал о прошлом Борков. Деревянный, старый и неуклюжий, он был облеплен со всех сторон всевозможными террасками, разноцветными пристройками самых нелепых и разнообразных форм. Каждая из пристроек была снабжена отдельным входом. С первого взгляда было ясно, что Вовкины родители в летний сезон сдают помещение дачникам.

– Помучаемся мы, пока Вову найдем. – Дима с подозрением покосился на пристройки. – Сейчас половину дачников растревожим.

Но его опасения оказались напрасны. Каким-то счастливым образом друзья вошли сразу в нужную дверь. Миновав тесные сени, они попали в комнатку, где сидели Вова и Саша.

Устроившись перед экраном компьютера, мальчики с увлечением играли в воздушный бой.

– Садитесь, – показал юным детективам на стулья Вова. – Мы сейчас доиграем. Папаша только вчера с работы компьютер припер. Ему дали. Списанный.

Дима, Маша и Настя стали следить за игрой. Вова довольно легко поражал с воздуха наземные цели.

– Вот тебе, Дудаев! – то и дело мстительно вскрикивал мальчик.

– Чего тебе этот Дудаев дался? – спросил наконец аполитичный Дима.

– У них на чеченской войне дядя чуть без вести не пропал, – серьезно проговорил Саша. – Вся семья целый месяц с ума сходила.

– Теперь-то вернулся? – посочувствовала Маша.

– Теперь – да. – Вова ловко разделался с последней целью противника. – Конец Дудаеву! – Он погасил экран компьютера. – Как вы там, с привидением разобрались?

– Разбираемся, – вспомнив труд Аполлона Парнасского, вздохнул Дима.

– А мы уж сами хотели к вам ехать. – Саша посмотрел на Диму и девочек. – Тут еще одна странность позавчера случилась.

– Неужели опять привидение? – ахнула Настя.

– Оно самое, – отозвался смущенно Саша.

– Ты же вроде совсем не верил? – с ехидной улыбкой спросил Дима.

– Пойди не поверь, когда…

– Он-то не верил, – перебив старшего друга, принялся тараторить Вова. – А привидению все равно. Оно позапрошлой ночью соседа нашего Ваську так пугануло! Едва ноги домой принес!

– Что, опять появлялось? – хором воскликнули трое друзей.

– Еще как!

Выяснилось, что Васька, местный молодой водитель грузовика, возвращался поздно вечером в изрядном подпитии домой из гостей. Дойдя до развалин усадьбы, он несколько подустал. Поэтому решил отдохнуть какое-то время на свежем воздухе.

На обломках стены нашелся удобный выступ. Устроившись там, разомлевший Васька в прекрасном расположении духа обозревал ночные окрестности. Ему было тепло и уютно. Кроме того, появилась надежда немного проветриться перед неизбежной встречей с женой. Тем более что жена Васьки, по словам Вовы, проявляла обычно бурное недовольство, когда муж приходил домой пьяным.

Только Вася почувствовал, что ему как раз открывается красота родных мест, как сзади послышался какой-то звук. Он и сам не мог объяснить, почему вдруг обернулся, и увидел среди развалин ужасного черного обгорелого человека, из которого будто бы валил дым. Васе очень хотелось сбежать, но от ужаса вдруг отнялись ноги. Дрожа всем телом, он неотрывно смотрел на страшного незнакомца.

Незнакомец медленно подплыл к внутренней стене дома и словно бы растворился в ней. Тут молодой шофер очнулся. Он кинулся, не разбирая пути, к дому. Но его ожидало еще одно потрясение.

– Возле часовни в окнах как свет полыхнет! – рассказывал Вова. – А там же ничего нету. И дверь давно наглухо заколочена. Тут Васька полетел домой прямо птицей. Такая, говорит, скорость была, что ни одной машине не обогнать. Единственная польза, что совсем протрезвел.

– Вот я и не знаю теперь, как после этого не поверить в призраков, – растерянно произнес Саша.

– Иван Степанович тоже не знает, – весело отвечал ему Дима.

И юные детективы рассказали мальчикам, что случилось минувшей ночью со сторожем.

– Сегодня Степаныч утро провел в печали, – проговорила в заключение Настя. – Потому что у него весь диалектический материализм порушился. А без этого ему трудно жить.

– Так этому гаду и надо! – неожиданно сжал кулаки добродушный Вова.

– Ты что? – удивились девочки.

– Подобных Степанычу я вообще за людей не считаю, – распалился еще сильнее мальчик. – Я у вас прошлым летом на велосипеде в поселке катался. А Степаныч меня задержал и отвез в милицию к капитану Шмелькову. И клевещет, что я высматриваю, как в поселке у вас воровать. Хорошо капитан разобрался. И отпустил.

– Наш Степаныч всегда что-нибудь подозревает. Нам и самим часто от него достается.

Это несколько успокоило Вову. Он вообще не умел долго злиться.

– Давайте съездим развалины посмотреть, – первой предложила Настя. – Все-таки призрак две ночи подряд возникал. Может быть, там следы остались какие-нибудь от него?

– Поехали, – согласились Саша и Вова.

Ребята отправились по разбитой дороге к усадьбе князей Борских.

Первым нырнул внутрь дома Вова. Саша последовал за ним. Дима, Маша и Настя немного поколебались. После сегодняшнего рассказа о молодом шофере им стало страшно. Обгорелое нутро дома Борских таинственно темнело в проеме. Теперь казалось, что там за каждым углом таится опасность.

Стараясь не отставать друг от друга, они наконец тоже полезли в пролом. Саша и Вова уже вовсю расхаживали взад-вперед вдоль внутренней стены, где уже в третий раз за короткое время столь таинственным образом исчезал непонятный пришелец.

Будничная деловитость двух мальчиков несколько успокаивала. Дима тоже пошел вдоль стены, а за ним – и девочки. С той поры как юные детективы были тут вместе с Сашей и Вовой в последний раз, ничего ровным счетом не изменилось. Запущенные развалины, и только. Если бы не трагическая история гибели последнего князя и не легенда о привидении, все бы тут выглядело достаточно прозаично.

То, что не уничтожил пожар, со временем растащили люди. В особенности пострадали развалины за последние десятилетия, когда пошла мода на старину. Лет десять назад к имению вдруг началось паломничество. Ехали на легковых машинах и даже на грузовиках. Постепенно исчезли уцелевшие двери, изразцы с огромных печей. Даже мраморную лестницу кто-то вывез.

– Жалко, – сказала Настя, бродя среди битого кирпича и щебня. – Так бы хотелось представить себе, как тут было.

Дима привлек ее внимание.

– Ты лучше сюда посмотри. Девочки подошли к стене. На кирпичной кладке виднелась свежая царапина.

– Неужели от привидения? – с интересом спросил Вова.

– Нет, – покачал головой Дима. – Это Иван Степанович кинул лопатой в призрака.

– Ну, это неинтересно, – махнул рукой Саша.

– Как раз интересно, – возразила Маша. – . Теперь мы, по крайней мере, знаем, что Степаныч не врет. Давайте еще походим.

Они впятером обошли остальную часть здания. Еще несколько обломанных внутренних стен. Горы разнообразного мусора. Банки. Несколько прохудившихся ведер.

– Нет тут для нас ничего, – спустя минут двадцать сказал Дима. – Поехали теперь к церкви.

Они устремились по длинной аллее к старой часовне. Там царило столь же сонное запустение, как и среди развалин дома. На толстой церковной двери– замок. Пустые глазницы окон, до которых без лестницы даже и не добраться. Облупившаяся до кирпичей кладка стены. Сломанный купол. И неожиданно – свежие следы на дороге.

– Опять повадились любители старины, – проворчал Саша. – Только фигу они найдут. Все давно уже растащили.

– Тогда едем к Петьке, – сказал девочкам Дима. – Тут вроде бы тоже ничего интересного.

С Вовой и Сашей они договорились и дальше поддерживать связь. И, главное, как можно скорее обмениваться новыми сведениями о призраке. Если, конечно, такие сведения будут.

Затем юные детективы поспешили к себе в поселок.

МЕТОД ИНДЕЙСКОГО ПЛЕМЕНИ ИЗ ПЕРУ

Петька с большим интересом выслушал историю ночных приключений молодого шофера Васи.

– Тут явно есть о чем задуматься, – сказал он друзьям.

– Самое странное – со всполохами огней в часовне, – тихим голосом отозвался Дима. – Мы туда ездили. Совершенно заброшенное строение. И замок на двери висит.

– Это меня как раз не очень волнует. Во-первых, Васька был все-таки пьяный. А во-вторых, жутко перепугался. От страха еще и не то померещиться может.

– Главное, что он видел призрак, – проговорила Настя.

– И, несмотря на Васькино состояние, призрак вел себя совершенно так же, как в два других раза, – продолжал Петька. – Значит, действительно тайна есть. И мы должны ей заняться всерьез. Так что больше мне не мешайте. Я сейчас за Парнасского возьмусь с удвоенной силой.

Друзья договорились следующим образом. Петька весь оставшийся день и вечер будет трудиться над книгой «несчастного Аполлинария». А на следующее утро они вчетвером собираются вновь в шалаше.

Дима, Маша и Настя поехали домой. Однако на повороте им неожиданно преградил путь Иван Степанович.

– А ну стойте!

Друзья резко затормозили. На Иване Степановиче была милицейская фуражка. Диму, Машу и Настю это насторожило. Фуражку сторож надевал исключительно в День милиции, до которого было еще далеко, или когда, по его мнению, в поселке происходили какие-нибудь чрезвычайные обстоятельства.

– Что случилось, Иван Степанович? – вежливо осведомился у сторожа Дима.

– Тут одно дело вышло… – Иван Степанович окинул ребят суровым и подозрительным взглядом. – Пройдемте в контору. Разговор есть.

– Нам вообще-то обедать скоро, – робко пыталась ему возразить Маша.

– Подождет ваш обед. Тут дело серьезное.

Друзья слезли с велосипедов и, везя их рядом с собой, последовали за Иваном Степановичем.

«Чего это к нам сегодня все привязались? – размышлял по дороге Дима. – Сперва бабушка. Теперь Степаныч. Не понимаю, зачем мы ему так срочно нужны?»

Иван Степанович молча шагал впереди. Он совершенно не собирался ничего обсуждать на ходу с этими подозрительными детьми. Сейчас он приведет их в контору и наконец даст им понять, кто тут следит за порядком!

Здание конторы поселка Красные Горы находилось рядом со шлагбаумом и сторожкой Ивана Степановича. У входа ребята заметили новую вывеску. На выкрашенном белой краской металлическом прямоугольнике чернела крупная надпись: «В правление вход через дверь».

– Кретинизм! – засмеялся Дима. – Как будто без этой таблички все в правление лазали бы через окна!

Девочки тоже звонко расхохотались.

– Меньше бы рассуждали, – надулся Иван Степанович, который несколько дней назад сам изготовил и любовно прибил к правлению эту табличку. – Ну-ка! Давайте заходите!

В правлении никого больше не было. Иван Степанович устроился за письменным столом, а детям велел сесть напротив.

– Теперь выкладывайте о своих тайных делишках.

Друзья насторожились. Каким образом он мог догадаться, что они распутывают новую тайну? Они ведь никому постороннему не говорили. Только Вове и Саше. Но Вовка Степаныча ненавидит. Он бы к нему ни за что не пошел.

– О чем это вы? – решил до последнего сопротивляться Дима.

– Значит, не понимаешь? – угрожающе произнес сторож. – Ты еще мне скажи, что не затеял варварскую коммерцию.

– Варварскую коммерцию? – изумленно переспросили хором трое друзей.

– Так, так, – покачал головой бывший заслуженный работник органов правопорядка. – Значит, все еще продолжаете запираться? Советую вам подумать. Предупреждаю! Тайное для меня все равно станет явным. Только в случае вашего окончательного запирательства вас ждут очень серьезные неприятности.

Иван Степанович снял милицейскую фуражку и принялся тщательно вытирать большим носовым платком лоб и коротко стриженную седую голову. Круглое лицо сторожа от напряжения и жары раскраснелось. Кустистые брови в ознаменование важности происходящего сошлись к переносице. Сторож вновь надел фуражку.

– Ну? Будете признаваться или нет? Маша первая сообразила, что Иван Степанович совершенно не имеет в виду их расследование.

– Да мы с удовольствием. Только скажите нам, что вы хотите услышать.

– То есть вам не в чем признаваться?

– Конечно, не в чем, – заверили его друзья.

– Тогда идите. Но прошу еще раз учесть: теперь я всю вашу компанию беру под особый контроль. Если мои подозрения подтвердятся… – И он с выразительным видом умолк.

Дети в растерянности поднялись со стульев и покинули правление.

Иван Степанович продолжал сидеть за столом. В голове у него выстраивалась ошеломляющая картина.

Утром, когда сторож поселка Красные Горы пребывал в совершенно смятенных чувствах по поводу призрака, к нему домой явилась бабушка Люськи Кузнецовой – Евдокия Борисовна. Иван Степанович ей обрадовался. Он уважал семью Кузнецовых. И относился к ним с большим доверием.

– Ох, Степаныч! – отдувалась рыхлая, крашенная под блондинку Люськина бабушка. – Чего сейчас расскажу! Эти наши интеллигенты, дети Серебряковых, такое затеяли! Люське моей коммерцию вчера предложили. Черепа, говорят, пойдем рыть из могил. А после лекарство из них изготовим от старости. У них вроде уже для продажи клиентура подобралась.

Иван Степанович сразу сделал стойку: «Черепа! Могилы! Коммерция!» – он тут же начал соображать.

– Пожалуйста, поподробнее, Евдокия Борисовна, – сторож ободряюще улыбнулся Люськиной бабушке.

Евдокия Борисовна охотно продолжила. Тяжело дыша от азарта и благородного гнева, она щедро делилась с Иваном Степановичем информацией. При этом она много раз помянула недобрым словом старожилов поселка, «которые вечно задирают нос, а сами вон как своих детей распустили».

– Вот такие теперь тут нравы, – скорбно заключила Люськина бабушка. – А мы еще удивляемся, что в стране разгулялась преступность.

– Удивляться нечему, – поддержал гостью Иван Степанович. – А за ценную информацию большое спасибо.

Когда Люськина бабушка наконец ушла, Иван Степанович как следует проанализировал ситуацию. Последнее время сторож поселка Красные Горы пристрастился к чтению самых разнообразных газет. Особенно жадно он проглядывал криминальную хронику. И вот, за последнее время в газетах стали все чаще появляться сообщения о бандах, которые грабят могилы. В основном преступников интересовали старые могилы. Но попутно они не брезговали и золотыми зубами из свежих захоронений.

Едва только Евдокия Борисовна упомянула о коммерции и черепах, многочисленные случаи мародерства разом всплыли в возмущенной памяти бдительного Ивана Степановича. Когда же Люськина бабушка удалилась, сторож в тиши своей комнаты выстроил впечатляющую версию.

«Эти четверо как раз для такого дела подходят, – размышлял бывший работник органов правопорядка. – Я давно уже знаю, что их надо вывести на чистую воду».

Однако, подумав еще немного, Иван Степанович вынужден был прийти к выводу, что при всех, с его точки зрения, отрицательных качествах четырех друзей они вряд ли сами пошли бы грабить могилы. Сторож, скорее, склонялся к мысли, что тут «имел место факт вовлечения несовершеннолетних в преступные действия».

«Какая-то крупная банда орудует на могилах нашей округи, – рассуждал старик. – Петька с его компанией, вероятно, об этом пронюхали и подбирают после них черепа для своего лекарства. Значит, следя за ними, можно выйти на мародеров».

Встретив днем Диму, Машу и Настю на улице, Иван Степанович решил облегчить себе задачу. «Если они у меня сейчас сами во всем признаются, – решил он, – слежка будет не нужна. Направлю Шмелькова на место действия банды, и все».

Но у Ивана Степановича с добровольным признанием ничего не вышло. Они стойко отмалчивались. А давить на детей слишком сильно он не решился. Оставшись в правлении после их ухода, Иван Степанович вначале пребывал в некоторой растерянности. Но вдруг у него даже дыхание от восторга перехватило.

– Это же хорошо, что они запираются! – Он в волнении заговорил сам с собой. – Выходит, Действительно что-то знают!

Сердце яростно заколотилось в груди у Ивана Степановича. Ему давно уже хотелось доказать молодому капитану Шмелькову, кто тут главный специалист по раскрытию преступлений! Иван Степанович уже представлял себе, как входит в милицию и докладывает Шмелькову о банде мародеров. И получается, что капитан прозевал, а он, Иван Степанович, представитель старой гвардии органов правопорядка, смог самостоятельно найти опасных преступников.

Сторож поселка Красные Горы так размечтался, что не заметил жены, которая уже с пару минут стояла перед ним.

– Идем поливать огород, – наконец позвала Надежда Денисовна.

– Пошли. – Иван Степанович вернулся к действительности.

Надежда Денисовна внимательно посмотрела на него. Вид у супруга был совершенно иной, чем утром. Глаза сияли.

– Больше не думаешь о привидении? – спросила жена.

– Привидение – это типичная провокация, – изрек с уверенностью Степаныч. – Тут намечается дело гораздо серьезней.

И не добавив больше ни слова, он пошел в сторожку за лейкой.

Дима, Маша и Настя в полном смятении возвращались домой из конторы. Они так и не смогли догадаться, в чем их подозревает Иван Степанович.

– По-моему, он знает какую-то тайну, – предположил Дима.

– Во всяком случае, не нашу, – уверенно заявила его сестра.

– С чего это ты так убеждена?

– Ну, если бы он узнал, что мы призрак выслеживаем, мы так бы легко от него не отвязались, – ответила Маша.

– И вид у него был совсем не подавленный, – добавила Настя. – Надежда Денисовна ведь вашей бабушке говорила утром, что Ваня ее пребывает в полной растерянности. А с нами он очень уверенно разговаривал.

Настины доводы показались близнецам особенно вескими. Степаныч к моменту встречи с ними явно успел позабыть о потусторонних явлениях. И выглядел не только уверенно, но и бодро.

Они разъехались на время обеда. Затем, устроившись на краю участка Серебряковых среди густых старых лип, стали вновь обсуждать непонятное поведение Ивана Степановича.

– По-моему, он напал на след какого-то преступления, – наконец изрек Дима. – Вот бы узнать какого! Вдруг его тайна окажется интереснее нашей?

– Пошли, может быть, Петьке расскажем? – предложила Маша.

– Нет, – покачал головой Дима. – Петьку лучше сейчас не трогать. Он там с несчастным Аполлинарием мучается.

– Тогда подождем, – согласилась с ним Настя. – Тем более я не думаю, что тайна Степаныча интереснее нашей. Конечно, узнать о ней надо бы. Но, скорее всего, речь идет там о банальном каком-нибудь преступлении. А наш призрак, если мы его тайну поймем, может вообще привести к новому научному открытию.

– А ведь правда! – воскликнул Дима. – Нет, на открытие тайна Степаныча явно не тянет.

– Можно подумать, ты уже знаешь, чем он там занялся, – насмешливо взглянула на него Маша.

– Знаю, не знаю, какая разница, – махнул рукой Дима. – У Ивана Степановича на сложную научную тайну воображения никогда не хватит. Даже если бы она прямо перед ним оказалась, он бы наверняка прошел мимо.

– Тем более если уж он во что-то вцепился, то тут же поставит в известность капитана Шмелькова. – Настя почти угадала намерение сторожа Красных Гор. – Так что нам с его этой тайной просто нечего будет делать.

– Тогда пусть сами над ней работают, – великодушно сказал Дима. – Главное, чтобы Петька с Парнасским там разобрался.

Девочки согласились, что важней этого сейчас для них ничего нет.

– А со Степанычем разберемся попутно, – подвела итог обсуждению Маша. – Если он действительно чем-то таким занимается, кто-нибудь по поселку распространит слух. У нас в Красных Горах еще ни одна тайна больше дня не держалась. По-моему, только мы и умеем свои секреты хранить.

– Интересно, Петька нам позвонит сегодня? – спросила Настя.

– Не думаю! – Дима вспомнил утреннее чтение.

– Я бы с книгой несчастного Аполлинария вообще никогда в жизни не разобрался бы. Так что до завтрашнего утра Петька наверняка закис. Может, пошли по мороженому?…

Девочки радостно вскочили со скамейки.

– Неудобно вообще-то без Петьки, – в последний момент спохватилась Настя. – Он там работает, а мы…

– Да, – нехотя согласился Дима, которому очень хотелось сейчас мороженого. – Тогда в другой раз.

Поболтав еще немного с близнецами, Настя засобиралась домой.

Друзья разошлись по дачам.

Петька позвонил только на следующий день. В половине двенадцатого.

– Идите скорее, – скомандовал он усталым голосом Диме. – Ошеломляющие результаты.

Вскоре все четверо собрались в шалаше. Петька выглядел просто ужасно. Бледный. Глаза ввалились. Вокруг глаз – темные круги.

– Ну и видок у тебя! – ужаснулась Настя.

– А ты думала! Я с этим Парнасским всю ночь не спал.

– Бедный Петька, – посочувствовала рыжая девочка.

– Бедным я был бы в том случае, если бы потерял время зря, – ответил ей Командор. – А мне все-таки удалось найти способ, как вызвать призрак. Я вот тут все выписал… – Он покосился на тоненькую школьную тетрадь. – Не буду, конечно, вас мучить цитатами из несчастного Аполлинария. Перескажу все своими словами.

Раскрыв тетрадь, Командор медленно начал:

– Основой полной или частичной материализации призрака в произвольной форме является…

– Ты же хотел изложить попроще! – Настя Расхохоталась.

– Ой! – смутился Петька. – Это я, значит, сам так от языка Аполлона Парнасского обалдел. Понимаете, для того чтобы в таком разобраться, надо попробовать встать на точку зрения автора. Вот я видно, и заразился. Ну, значит, так, – продолжал Командор. – Несчастный Аполлинарий разыскал способ вызова духов. Этот способ применяло древнее индейское племя из горных районов Перу. Парнасский опробовал метод индейского племени на собственной практике. И в ходе экспериментов даже обогатил этот метод чем-то своим. Словом, Аполлинарий рекомендует следующее:

Пункт первый: взять настоящий череп.

Пункт второй: одеться в длинное черное пончо до пят, которое можно при желании заменить длинным черным плащом.

Пункт третий: обмазать лицо белой глиной. Если нет под рукой белой глины, годится театральный грим и вообще любая белая краска.

Пункт четвертый: в центре лба нарисовать ярко-красную точку размером с пятак. Точка эта символизирует мистический третий глаз.

Пункт пятый: прийти на место, где предположительно обитает привидение. Очертить вокруг себя круг мелом.

Пункт шестой: в левую руку взять череп. В правую – зажженный факел или свечу.

Пункт седьмой: минут за пятнадцать до начала эксперимента съесть орешек «кола».

– Это еще что такое? – спросил Дима.

– Орех, – отозвался Петька. – Со слабым наркотическим действием.

– Где же нам его взять? – озадачилась Настя.

– А мы его не будем искать, – невозмутимо ответил Петька. – Я считаю, его вполне заменит стакан пепси-колы. В нее же входят какие-то микроскопические дозы этого орешка.

Друзья пребывали в восхищении. Петька в очередной раз поразил их своей находчивостью.

– Теперь дальше. – Командор вновь уткнулся в тетрадь. – Эксперимент начинается ровно в полночь. Перед экспериментом с утра нельзя ничего есть.

– Опять не есть! – схватилась за голову Настя.

– Успокойтесь, – улыбнулся Петька. – Не ест только тот, кто непосредственно вызовет призрак. А это я, естественно, беру на себя. Даже если бы вы и попросили меня, ни за что бы не уступил.

Друзья облегченно вздохнули. У каждого свежи были в памяти муки голода, которые каждый из них испытал перед посвящением в «Тайное Братство Кленового Листа».

– И последнее. – Петька вновь сверился с записями. – Ровно в полночь надо, стоя на одной левой ноге, сосчитать до семи. Потом то же самое на правой ноге. После этого делаешь глубокий вдох и глубокий выдох. Далее шепотом произносится заклинание. Я его вам не буду зачитывать. Оно все равно нужно только мне. И появляется призрак. Если призрака нет, Аполлон Парнасский советует повторить опыт в полночь на другой день.

– Меня только одна проблема волнует, – встревожился Дима. – Где мы возьмем перуанский череп?

– А в книге Парнасского нигде не говорится, что череп должен быть обязательно перуанский, – сказал Командор. – Думаю, что вообще неважно, какой национальности этот череп. Тем более мы будем вызывать призрак русского князя.

– Ладно, национальность оставим, – согласился Дима. – Но где нам взять хотя бы родной русский череп? Ты, Петька, так говоришь, будто бы их на каждом шагу продают.

– А череп второго мужа Ковровой-Водкиной чем вам плох? – напомнила Настя.

– Боюсь, она нам его не отдаст, – покачал головой Дима.

– Можно тихонько взять самим, – предложила Маша. – Мы же не насовсем. Вызовем привидение, а потом череп вернем обратно на место.

– Тогда надо идти прямо сегодня, – принял решение Петька. – Я, пожалуй, с Ковровой-Водки-ной буду советоваться по поводу терминов в книге. А вы ловите момент, когда череп можно незаметно взять с полки.

Так друзья и решили.

– Теперь посидите тихонько, – попросил друзей Петька. – Мне нужно десять минут, чтобы выписать кое-какие термины для Ковровой-Водкиной.

И он уткнулся в итоговое произведение Аполлона Парнасского.

УЖАСНАЯ НОЧЬ

Коврова-Водкина встретила юных детективов очень радушно. В особенности Петьку.

– Прочли, молодой человек? – полюбопытствовала она.

– Да, Наталья Владимировна, – подтвердил громким голосом Петька. – Мне эта книга доставила огромное удовольствие. В особенности теория вызова духа.

– О, это конек моего несчастного Аполлинария! – Хозяйка дома так бурно отреагировала на слова Петьки, что очки свалились у нее с носа и повисли на золотой цепочке. – Помню, – мечтательно глядя вдаль, продолжала Коврова-Водкина, – как мы строили с Аполлинарием планы на лето. Уехать в какую-нибудь Аравию. И там, затаившись в пустынной тиши, вызывать по ночам величайших мировых духов. Но не сбылось. Зимой Аполлинарий скончался.

Коврова-Водкина умолкла. Юные детективы из деликатности опустили головы. Этим они показывали, что словно бы вместе с хозяйкой дома переживают утрату незабвенного Аполлинария.

– У меня тут к вам есть вопросы по книге, – наконец решился прервать «минуту молчания» Петька. – Я не во всей терминологии сумел разобраться.

– Спрашивайте меня сколько угодно, – отреагировала на его слова щедрым жестом Наталья Владимировна. – Вести просветительскую работу в отношении трудов несчастного Аполлинария – мой священный долг. Кстати, – вдруг спохватилась Коврова-Водкина. – Я очень хочу познакомиться с вашим замечательным учителем. Передайте ему как можно скорее.

– Но мы с ним до осени не увидимся, – медленно проговорил Петька, соображая попутно, как с честью выйти из не слишком удобного положения.

– Замечательная фамилия! – с восторгом воскликнула Наталья Владимировна. – Мой несчастный Аполлинарий всегда повторял: люди, фамилия которых как-то связана с временами года, особо отмечены добрыми духами. Осенев! Как замечательно! Я вот только не очень расслышала, когда вы сможете встретиться со своим учителем Осеневым? Кстати, как его имя-отчество?

– Александр Вениаминович. – Петька счел за лучшее не объяснять ей, что говорил совсем о другом. – Только сейчас моего учителя нет в Москве. Он возглавляет экспедицию в Латинской Америке. Они там ищут останки неизвестных конквистадоров.

– Ах, Тюдоров! – воскликнула радостно Наталья Владимировна. – Я сама обожаю историю Великобритании. В особенности мне интересна Мария Стюарт. Но вы меня очень расстроили, молодой человек. Я так надеялась побыстрей встретиться с Александром Вениаминовичем.

Из дальнего угла гостиной донеслось тихое хрюканье. Это Настя, Маша и Дима мужественно боролись с приступом хохота.

– Давайте, Наталья Владимировна, займемся терминологией… – Петька, посылая украдкой яростные взгляды друзьям, поспешил перевести разговор.

– Да, да, конечно. У моего несчастного Аполлинария очень причудливый стиль. В нем могут до конца разобраться лишь люди, которые приобщены к таинствам высокого духа.

Она пустилась в пространные объяснения. Петька едва ее слушал. Он внимательно наблюдал за друзьями. Те, похоже, наконец вспомнили, для чего они тут находятся. И, прикрывая друг друга, медленно подкрались к стеллажу с книгами, на котором стоял пожелтевший от времени череп.

Вот Дима, улучив подходящий момент, сунул череп под куртку. Петька дождался, пока Коврова-Водкина завершит очередное пространное объяснение, и начал прощаться.

– Большое спасибо, Наталья Владимировна, – сказал он. – Вы мне очень помогли. Если позволите, я еще к вам потом обращусь с вопросами.

– Да, да, пожалуйста, – разрешила Коврова-Водкина. – И не торопитесь, мой друг. Аполлинарий требует медленного и вдумчивого чтения. Когда вернете эту книгу, я дам вам другой его замечательный труд.

Друзья тем временем выскользнули в переднюю.

– До свидания, Наталья Владимировна, – еще раз попрощался Петька и последовал за остальными.

Юные детективы благополучно миновали переднюю и спустились с крыльца. Едва ноги Димы, несшего череп под курткой, коснулись земли, раздался душераздирающий вопль.

Четверо друзей вздрогнули. Им разом вспомнилось, что черепа вопят, если в доме водится привидение. Выронив череп из рук, Дима понесся к воротам. В плечо ему мертвой хваткой кто-то вцепился.

– Помогите! – закричал благим матом мальчик.

– Я тебе помогу сейчас, – услышал он в ответ свирепый голос приходящей домработницы Ковровой-Водкиной. – Мало того, что воруешь, так еще и орешь на чужом участке.

Дима облегченно перевел дух. Ситуация, конечно, возникла не слишком приятная. Но все-таки лучше Татьяна Филимоновна, чем нечистая сила.

– Мы не воруем! – Петька подоспел Диме на помощь. – Мы этот череп только на время взяли.

– А ну пошли к Водкиной! – Домработница бережно подобрала череп с земли. – Сейчас будете перед ней поведение объяснять.

Друзьям ничего больше не оставалось, как вернуться обратно в дом.

– Вот, Владимировна! – гордо неся на вытянутой руке череп, объявила хозяйке Татьяна Филимоновна. – Говорила же вам, что они на ваши реликвии покушаются!

– Не понимаю, в чем дело, – плавно пожала плечами Коврова-Водкина.

– Сейчас я вам объясню, – начал Петька. – Конечно, вышло нехорошо. Но мы этот череп взяли, чтобы вам приготовить сюрприз.

– Вы мне сюрприз уже приготовили, – драматически изрекла хозяйка дома. – Разочарование в благородных поступках – это, знаете ли…

Она умолкла. И молчание было красноречивее всяких слов.

– Да нет, вы не так нас поняли! – Командор Уже сориентировался. – Мы этот череп бы вам все равно завтра на место вернули. Просто хотим один эксперимент провести по труду Аполлона Парнасского. Там череп необходим. А у нас своего, к сожалению, нет. Вот мы решили: возьмем тихонько, а потом вам вернем и заодно расскажем о результатах научного эксперимента.

– Научного эксперимента по книге Аполлинария? – Коврова-Водкина тут же смягчилась. – Ничего не могу возразить. А вы, моя дорогая, – повернулась она к Татьяне Филимоновне, – верните, пожалуйста, им эту вещь.

Домработница нехотя вручила череп Петьке и с оскорбленным видом удалилась из комнаты. Она просто кипела от благородного негодования. Татьяна Филимоновна не сомневалась, что череп представляет огромную историческую ценность. Раз в три дня она обязательно смахивала с него пыль, а потом натирала воском для мебели. И вот теперь какие-то дети уносят из дома хозяйки такую драгоценность.

Выйдя на улицу, Татьяна Филимоновна приняла решение. Чеканным снайперским шагом она направилась к сторожке Ивана Степановича.

Сторож поселка Красные Горы оказался дома.

– Быстрее, Степаныч! – прямо с порога крикнула ему домработница Ковровой-Водкиной. – Там у моей хозяйки такое делается! Петька с компанией уносит сейчас старинный череп. Для научной цели!

Едва услыхав про череп и научные цели, Иван Степанович схватил со стены двустволку, которая у него всегда была заряжена солью, и кинулся опрометью к даче Ковровой-Водкиной.

– Где эти дети? – спросил он на ходу Татьяну Филимоновну, которая едва поспевала за ним.

– В доме. С Водкиной ведут беседу о ее первом муже.

– Сейчас засаду устроим, – просипел, задыхаясь от быстрой ходьбы и волнения, сторож. – Я у ворот. А ты иди к задней калитке, – распорядился он.

– К задней калитке без надобности, – отвечала та. – Там колючая проволока и на замок заперто. Ни один вор не пройдет.

– Тогда возвращайся в дом, – велел ей Степаныч. – Я уж тут как-нибудь сам.

Он залез в кусты у ворот и затаился. Его вновь охватил азарт сыска. Сейчас он поймает этого Петьку с поличным. Надо же, до чего дошли современные дети в своей жажде наживы! Сперва с осквернителями могил связались. А теперь у старух беспомощных черепа воруют. Ну ничего! Сейчас он, Иван Степанович, им покажет! Теперь они от добровольного признания не отвертятся! И тогда капитану Шмелькову будут представлены точные данные о бандах на кладбищах!

Юные детективы поговорили еще немного с Ковровой-Водкиной и направились к воротам. Едва они миновали калитку, наперерез им вылетел из кустов Степаныч с двустволкой.

– Стой! Ни с места! – оглушительно рявкнул он.

Выглядел сторож весьма колоритно. На рубашку, брюки и даже волосы, которые он впопыхах не успел прикрыть милицейской фуражкой, налипли прошлогодние листья, сучки и другой мусор из придорожной канавы. Больше всего Степаныч сейчас был похож на медведя, который провел всю зиму в уютной берлоге.

– Что такое, Иван Степанович? – с искренним недоумением уставился на него Петька.

У сторожа мигом созрел план. На этот раз он не даст этим детям времени на раздумье. И в кошки-мышки с ними играть не будет. Надо их прямо сейчас, пока они не опомнились, огорошить фактами.

– Похищение черепа налицо! – произнес свирепо Иван Степанович. – Про коммерцию с лекарством из черепов мне тоже известно.

А ну признавайтесь, с какой бандой связаны! Реакция детей повергла сторожа в шок. Вместо того чтобы испугаться, все четверо расхохотались. Теперь-то им наконец стало ясно, какая тайна была у Степаныча.

– Вы еще веселиться тут смеете! – в ярости заорал на них сторож. – Я бы на вашем месте лучше бы плакал из-за своей испорченной биографии.

– Иван Степанович! – постарался как можно вежливей заговорить с ним Дима. – Неужели вы Люське поверили, что мы черепа на могилах воруем?

– А это тогда вам зачем? – Степаныч ткнул указательным пальцем в череп, который покоился на руках у Петьки.

– Это Коврова-Водкина нам на время дала, – спокойно ему отвечал Командор. – Мы с ней осваиваем культурное наследие Аполлона Парнасского.

– Вот сейчас я лично проверю у нее, чего вы там вместе осваиваете! – Степаныч грозно двинулся к даче.

И на этот раз юные детективы совершенно не растерялись.

– Пожалуйста. Зря вы Люське Кузнецовой поверили, Иван Степанович. Мы ее просто разыгрывали, чтобы она к нам не лезла.

– Там разберемся, – буркнул сторож.

Уверенности, однако, у него поубавилось. Прекрасная версия о наличии где-то рядом банды мародеров, которые оскверняют могилы, враз поблекла и уже не казалась сторожу такой убедительной.

Но главный удар ждал Степаныча впереди. Его нанесла Коврова-Водкина. Едва заслышав, что сторож поселка Красные Горы заподозрил Петьку в воровстве, Наталья Владимировна вскочила с кресла. Глаза ее засверкали от негодования.

– Ну вот что, сударь, – произнесла она по-актерски поставленным голосом. – Вы не имеете никакого права подвергать моих юных друзей подозрениям! Мы с ними решаем важнейшие научные проблемы. Впредь прошу вас не вмешиваться.

– Да я что… я так… – потухшим голосом пробормотал Иван Степанович. – Разрешите идти?

– Пожалуйста, – царственным жестом Коврова-Водкина указала на дверь.

Иван Степанович вышел на улицу. «Старая дура! – мысленно проклинал он Люськину бабушку. – Только с толку приличных людей сбивает своими сплетнями!» Но куда больше Иван Степанович злился на четверых друзей. «Ничего, я еще их поймаю на чем-нибудь, – подумал он мстительно. – И уж тогда они у меня ответят по всей строгости».

Дети тем временем возвращались домой.

Петька остался доволен визитом к Ковровой-Водкиной.

– Удачно все вышло. Череп теперь у нас. А заодно и тайну Степаныча выяснили.

У поворота они попрощались. Всех четверых уже ждали обедать.

– Как поедите, сразу ко мне, – скомандовал Петька. – У нас очень много дел.

– А эксперимент с привидением когда будем проводить? – спросила Настя.

– Сегодня и будем, – решительно отвечал Командор.

– Ты же перед экспериментом целый день голодать должен, – напомнила Маша.

– А я что делаю? – Петька с тоской воззрился на нее. – С утра маковой росинки во рту не было. Счастливые. Обедать идут. В общем, я вас жду У себя в шалаше.

И он быстро пошел прочь.

– Воля у Петьки просто железная, – с восхищением прошептала Настя. – Давайте пораньше к нему придем. А то он голодный и без нас ему будет совсем тоскливо.

К трем часам Дима, Маша и Настя опять появились в шалаше.

– Значит, так, – перешел прямо к делу Петька. – Сперва проверим, все ли у нас есть для эксперимента.

– Главное, череп достали, – бодро произнес Дима.

– А белый грим? – спросила Настя. – Чем ты лицо будешь мазать?

– С этим как раз нет проблем, – успокоил ее Командор. – У моей мамы есть французская косметическая маска для лица. Чисто белого цвета. И на коже хорошо держится. Ее можно смыть только очень горячей водой. Мама, конечно, может быть, пожалела бы, но они сегодня с папой из города не приедут. А банка большая. Мама даже и не заметит, что мы немного ее маской попользовались.

– Свечей тоже полно… – Дима совершенно точно знал, что они запасены в кладовке у бабушки.

– Тогда посмотрим, что остается. – Петька уткнулся в тетрадку. – Так, – начал перечислять он, – череп есть. Свечи – тоже. С белой краской порядок. Мел у меня есть. Кола! – вскричал Командор. – Про пепси-колу забыли! Я должен хоть немного выпить перед экспериментом.

– Подумаешь, – пожал плечами Дима. – Сходим сейчас в магазин и купим.

– Сегодня ведь пятница, – напомнил Командор. – Магазин наш работает только до двух.

– Придется на станцию ехать, – сказала Маша.

Взяв на дачах велосипеды, юные детективы поехали на станцию. А по дороге Петька решил: если они все равно уже в тех краях, надо завернуть на развалины усадьбы.

– Наметим, где лучше расположиться во время эксперимента, – объяснил друзьям Командор. – А главное, посмотрим внимательно, как идти.

– А чего тут такого? – не понял Дима. – Как ходили всегда, так и пойдем.

– Нет, не так, – сбавив немного скорость, проговорил Петька. – Дорога к усадьбе не освещена.

– Подумаешь, – вновь возразил Дима. – Мы уже ходили ночью по лесу, во время тех испытаний.

– В июне ночи гораздо светлее. Так что предупреждаю заранее: по этой жуткой дороге нам придется идти ночью в полной тьме.

– Может, с фонариком? – испуганно посмотрела на Командора Настя.

– Нет, – возразил решительно Петька. – У Парнасского в книге особо отмечено. При подходе к призраку пользоваться искусственными источниками света нельзя. Иначе мистический круг разбивается. Только уже добравшись до места, мы с вами имеем право зажечь свечу или факел.

Друзей сообщение Петьки не слишком обрадовало.

На станции киоски были открыты круглые сутки. Приобретя большую пластиковую бутылку пепси-колы, друзья затряслись по ухабистой грунтовой дороге.

– Представляю себе, как тут хорошо ночью на велосипеде проехаться, – проворчал Дима.

– Куда это ты ночью на велосипеде собрался? – поинтересовался Петька.

Дима уже отказывался что-либо понимать.

– А как же эксперимент?

– На эксперимент? С велосипедами? – возмущенно переспросил Петька. – Хочешь, чтобы мы головы переломали?

– А пешком туда полчаса тащиться. Что же нам, выходить из дома в начале двенадцатого? Даже бабушка еще не заснет.

– Значит, вам с Машкой надо изобрести какой-то предлог. Мне-то проще.

– Естественно. У тебя родители сегодня вечером не приедут, – включилась в беседу Настя. – А мне тоже надо как-то выкручиваться. Мои тоже до полдвенадцатого еще бодрствуют.

Петька медленно подъехал к развалинам усадьбы.

– Н-да, об этом мы как-то раньше совсем не думали. Мы должны все же сюда с запасом времени прийти. Чтобы к двенадцати быть в абсолютно полной готовности. Думаю, единственный верный способ для вас – просто пораньше сегодня лечь.

Настя очень обрадовалась такому простому решению.

– Правильно! Тогда моя мама зайдет в комнату «проверить ребенка» не в одиннадцать, а в половине одиннадцатого. А потом я минут десять еще полежу и – в окно.

– Наша бабушка к нам обычно вообще не заходит, – добавил Дима. – Ну а если случайно зайдет, подложим что-нибудь под одеяла. И вообще – от судьбы не уйдешь.

– А ты не каркай заранее, – перебила Маша. – Вот если накроют, тогда и страдать будем. Все равно лучше Петькиного плана ничего не придумаешь.

Юные детективы обошли развалины. Там по-прежнему не нашлось ничего примечательного. Даже след от лопаты Ивана Степановича успел уже потускнеть, и его теперь на стене почти не было видно.

Петька встал посреди бывшей комнаты.

– Я расположусь ночью вот здесь. А вы будете ждать результатов чуть дальше, в углу. Иначе призрак спугнете.

– Мы, пожалуй, оденемся в черное, – сказал Дима. – А на лица наденем черные маски. Тогда этот призрак нас там вообще не заметит.

– Ну уж не знаю. Хотя осторожность не помешает. Пожалуй, наденьте маски. А теперь быстро возвращаемся. У нас остался нерешенным еще один важный вопрос. Тут мне без вашей помощи точно не обойтись.

На Петькин участок они приехали чуть живые. Солнце в пути палило немилосердно.

– У нас же есть пепси-кола! – Дима ласково поглядел на большую бутылку. – Давайте немного попьем.

– Пожалуйста, – со стоическим видом отвечал ему Командор. – Мне все равно нельзя. Зато я завтра выпью целых две бутылки фанты. Мне она всегда больше, чем пепси, нравилась.

Друзья, проявляя душевную черствость, принялись жадно пить.

Петька заметил, что содержимое пластиковой бутылки катастрофически уменьшается.

– Ну-ка, хватит! Вы забыли, зачем она куплена? Если я стакан пепси-колы перед экспериментом не выпью, то все пропало.

Командор вмешался вовремя. После того как Дима очередной раз глотнул, в бутылке и впрямь осталось разве что на стакан. Выхватив пепси-колу, Петька тщательно закрутил пробку.

– Пусть здесь полежит. – Он сунул бутылку с драгоценным остатком под одну из диванных подушек. – А мы вот что обсудим.

Юные детективы, устроившись поудобней, внимательно смотрели на Командора. Судя по выражению его лица, в плане что-то не складывалось.

– Меня только одно волнует, – медленно начал Петька. – Я с утра сегодня весь дом обыскал. И нигде не нашлось ни одной длинной черной одежды. Понимаете, по условиям эксперимента несчастного Аполлинария, черное пончо должно меня укрывать прямо до пят. А у нас только какие-то черные куртки.

– Куртки не подойдут, – скорбно заметил Дима.

– У моих родителей абсолютно все светлое, – хорошенько подумав, сказала Настя. – Кроме маминых вечерних платьев. Но они у нее висят в городе.

– Наша бабушка тоже предпочитает светлое, – добавила Маша.

Тут Диму даже подбросило в воздух. У него родилась потрясающая идея.

– Вообще-то, по-моему, выход есть!

– Говори скорее! – кинулся к нему Петька.

– У моего дедушки в кабинете висит мантия доктора Оксфорда, – отвечал тбт. – Она длинная. Как раз тебя до ботинок укроет.

– Да, дедушка ваш был высокий. – Петьке вспомнился стройный, худощавый и моложавый профессор Серебряков.

– А я о чем, – продолжал Дима. – Эта мантия как раз то, что надо для привидения.

– Бабушка нам не даст ее, – охладила пыл друзей Маша. – Это же память о дедушке.

– Странный какой-то эксперимент, – неожиданно сказала Настя. – Он у нас почти сплошь состоит из одних семейных реликвий. Книга несчастного Аполлинария. Череп второго мужа Ковровой-Водкиной. А теперь еще эта мантия.

– И все-таки мы ее возьмем! – решительно заявил Дима.

– Не знаю, – пожала плечами Маша. – Я лично– пас. Если хочешь, то бери сам. И отвечать потом один будешь.

– Согласен.

– Тем более мы же возьмем вашу мантию только на одну ночь, – логично заметил Петька. – А завтра утром вернете на место.

– И бабушка в этот шкаф очень редко заглядывает, – подхватил Дима. – И вообще в нашем семействе дедушкину мантию носить никто больше не собирается.

– Тогда не будет ничего страшного, если мы ей совсем недолго попользуемся, – сказал Командор.

Еще через пять минут юные детективы окончательно договорились. Настя и Петька остаются в шалаше. А близнецы идут домой. Там, дождавшись удобного момента, они извлекут из шкафа мантию и возвратятся с ней к Петьке на дачу.

ПРИВИДЕНИЕ

Анна Константиновна, как нарочно, целый день сегодня работала над мемуарами. Ей предстояло описать очень важный отрезок жизни, и она говорила, что чувствует особенную ответственность как перед эпохой, так и перед знакомыми людьми.

Дима и Маша сели в гостиной. Тут было удобней всего дожидаться, когда бабушка наконец выйдет из кабинета.

– Я бы на ее месте уже отдохнул, – произнес Дима пятнадцать минут спустя. – Нельзя же в такую жару здоровье губить.

– А ты предложи ей, – ответила Маша.

– Ей предложишь! – проворчал Дима. – Она от своих мемуаров просто впадает в безумие. Теперь жди, пока у нее весь творческий заряд на сегодня исчерпается.

– Тогда успокойся, – строго посмотрела на него Маша. – А то только зря меня нервируешь.

Дима попытался ждать молча. Но хватило его совсем ненадолго.

– Как ты думаешь, Петьке она как раз будет? – обратился он к Маше.

– Кто «она»?

– Кто, кто, – мальчик понизил голос до шепота. – Разумеется, мантия. Больше в данный момент меня вообще ничего не интересует.

– Слушай-ка, ты меня оставишь в покое? – начала злиться сестра. – Чего зря заранее рассуждать. Если бабушка там просидит до ночи, мантия нам вообще не обломится. Лучше бы почитал что-нибудь.

Дима взял с журнального столика «Авто-ревю». Там была интересная статья о реставрации старинных автомобилей. Обычно Дима увлекался такими вещами. Однако сейчас едва мог сосредоточиться на статье.

– Нет, не могу читать. У меня наш эксперимент из головы не идет. Представляешь, что будет, если мы эту чертову мантию сегодня не сможем достать? Все планы сорвутся.

– А ты не мог бы страдать молча? – без особенной нежности покосилась на него Маша. – Выйдет. Не выйдет. У нас еще впереди полно времени.

– Откуда полно! – отозвался с негодованием Дима. – Уже без двадцати пять. А нам еще ее вытащить надо. Отнести Петьке. А там еще какие-нибудь неожиданности возникнут. Вдруг Петьке вообще покажется, что она ему не подходит.

– Слушай, не нагнетай! – угрожающе изрекла Маша. – Иначе сейчас уйду в свою комнату и запрусь. А ты будешь один возиться со своей мантией.

Такого исхода Диме совсем не хотелось. Он откинулся на спинку кресла и стал молча следить за пятью осами, которые очень дружно кружились под потолком.

За этим занятием мальчик сумел убить еще пятнадцать минут. Потом осы вылетели в окно. Дима уже раскрыл рот, чтобы снова поговорить с сестрой, когда дверь открылась. В гостиную вышла Анна Константиновна.

– Редкостный день сегодня! – бодро проговорила она, глядя на внуков. – У меня сегодня порыв вдохновения. Если так дальше пойдет, то до вечера завершу повествование о сороковых годах.

Дима испугался, что она сейчас снова уйдет работать.

– Ты бы хоть отдохнула, бабушка. Нельзя так подряд.

– Не беспокойся. У меня еще полно сил! – воскликнула Анна Константиновна. – Но я действительно собралась немного размяться. Пойду с Ковровой-Водкиной на полчасика погулять. Вы будете дома?

– Нет, сейчас к Петьке уйдем, – ответили близнецы.

– Тогда я возьму ключи, – сказала им бабушка, – А вы просто дверь захлопните.

– Обязательно, – заверил бабушку Дима. – Я проверю, чтобы замок захлопнулся как следует.

Повозившись немного в передней, Анна Константиновна вышла из дома. Близнецы проследили в окно, как она бодрым шагом миновала калитку, и, едва не сбивая друг друга с ног, кинулись в бывший дедушкин кабинет.

Мантия, аккуратно укутанная в прозрачный полиэтиленовый мешок, висела в шкафу. Дима начал ее разглядывать.

– Чего стоишь? Вынимай скорей! – крикнула Маша.

Дима рывком вытащил мантию. Маша захлопнула створки шкафа.

– Теперь бежим к Петьке! – распорядилась она.

Дима с мантией под мышкой скатился с крыльца и бросился к велосипеду.

– Как я ее повезу-то?

– С ума, что ли, сошел? – вскинулась Маша. – Мы сейчас выедем, а там бабушка с Ковровой-Водкиной прогуливается.

– Что же нам делать?

– Бежим через лес. Там вряд ли нам кто-нибудь попадется, – решила Маша.

Дима, не рассуждая, кинулся вместе с мантией по лесной тропинке. Его сестра бежала следом.

Споткнувшись всего каких-то пять раз и еще один раз уронив мешок с мантией в заросли крапивы, Дима благополучно доставил семейную реликвию Серебряковых к Петьке в шалаш.

– На! Меряй!

Командор, вытащив мантию из мешка, мигом в нее облачился.

– Классно! – воскликнула Настя.

Дима и Маша тоже остались довольны Петькиным видом. Оксфордская мантия профессора Серебрякова сидела на Командоре именно так, как и требовалось по условиям эксперимента. Она укрывала мальчика от шеи до самых ботинок.

Петька побежал в дом к зеркалу. Друзья последовали за своим Командором.

Тот замер в восхищении перед трюмо.

– Блеск!

– Слушай! Там ведь в пакете должна быть еще черная шапочка, – сообразила Настя. – Сейчас я тебе принесу!

Командор примерил еще и шапочку.

– Вид очень мистический, – вновь с большим удовлетворением отметил он, глядя в зеркало.

– Напоминает алхимиков! – Настя, кажется, даже больше самого Командора была захвачена зрелищем.

– Только мне жарко в этой шапочке. Пожалуй, ночью не буду ее надевать. Правда, и в мантии мне тоже не холодно.

– Но мы же ведь ночью туда пойдем, – возразил Дима. – Наверняка прохладнее станет. И пруд там рядом. От воды всегда ночью сырость.

– Будем надеяться, – кивнул головой Командор.

Маша внимательно оглядела полы мантии.

– Слушай, а ты на ходу не запутаешься? По-моему, она тебе все же немного длинна.

Петька прошелся по комнате. Мантия волочилась по полу.

– Жить можно, – наконец сказал он.

– Может быть, подошьем? – предложила Настя.

– Ты что? – заорал на нее Дима. – Она же Дедушкина! Нас с Машкой потом убьют.

– Подшивать, конечно, нельзя, – согласилась с ним Маша. – А если мы низ мантии подколем булавками?

– Булавками ни в коем случае! – тут же отверг предложение Командор. – У Парнасского в книге как раз специально об этом сказано. При встрече с потусторонними силами несчастный Аполлинарий настоятельно советует избегать лишних металлов. В особенности, по его мнению, привидения раздражает металлический блеск.

– А мы незаметно заколем, – сказала Маша. – Булавки совсем не будут видны.

– Нет, я не хочу рисковать. Мы же себе потом не простим, если из-за такой мелочи, как булавки, весь наш эксперимент провалится. Уж лучше пусть мантия будет длинна. Я с ней как-нибудь справлюсь.

Друзья больше не стали с ним спорить. Петька еще раз сверился со списком. Все, что требовалось для эксперимента, уже было собрано.

– Тогда мы поступим вот как, – обратился к друзьям Командор. – Сейчас расходимся по домам. Мне как следует надо психологически подготовиться.

– Может быть, нам не домой, а к Вове и Саше в деревню съездить? – вдруг спросил Дима. – Я все равно не смогу просто так столько времени ждать.

– Можете ехать куда хотите, – разрешил Командор. – Только об эксперименте Вове и Саше ни слова. Иначе они за нами увяжутся и будут мешать. Если у нас что-то выйдет, мы им лучше потом расскажем.

– Хорошо, – согласились юные детективы.

– И еще, – напутствовал их на прощание Петька. – Как и раньше договорились, после ужина сделайте вид, что ужасно устали. Начинайте зевать. За головы хватайтесь, будто они у вас от жары побаливают. И чтобы не позже чем в половине десятого были в постелях. Веревки мои с крюками у тебя, Димка, целы?

– Да. Они у нас с Машкой в шкафу вместе с одеждой спрятаны.

– А я, как всегда, просто в окно вылезу, – сказала Настя. В отличие от Петьки и близнецов, ее комната находилась на первом этаже.

– Тогда ровно в одиннадцать вы должны быть на улице, – скомандовал Петька. – В десять минут двенадцатого зайдете за мной. В этом, – он покосился на оксфордскую мантию, – как-то хочется лишний путь проделывать. Вернувшись лесной тропинкой к себе, Дима, Маша и Настя взяли велосипеды и поехали в деревню Борки. По дороге им встретился Вадик – !один из шестнадцатилетних парней, которые вместе с Мишкой держали в плену Наследника. Вадик ныло брел по направлению к поселку Красные Горы. Увидав юных детективов, он грозно потряс воздухе кулаком, но связываться с ними не стал.

– Что-то Вадик какой-то обшарпанный, – отъехав на безопасное расстояние, сказал девочкам Дима. – Джинсы рваные. Мотоцикла нету…

– Видно, тяжелая у него теперь жизнь, – выказала предположение Настя.

– Отсюда вывод: нечего красть Наследников, – серьезно ответил ей Дима.

Они свернули на берег пруда. Добравшись до переулка Дружбы, ребята выяснили, что Саша уехал до завтра в Москву. Вова сидел дома один и забавлялся с компьютером.

– Хорошо, что пришли, – не отрываясь от монитора, сказал он друзьям. – Папаша вчера новую игру привез. «Аладдина». По мультику.

Дима дождался, пока Вова доиграет. Затем, сев за компьютер ловко провел Аладдина через препятствия.

– Здорово! – восхитился Вова. – У меня так пока не выходит.

– Я просто эту игру в прошлом году освоил – объяснил Дима, очень довольный, что им так восхищаются.

– Как там у вас с привидением? – поинтересовался Вова.

– Работаем, – боясь, как бы Дима не проговорился, первой ответила Маша.

– Не исключено, что скоро получим сведения, – все же не выдержал Дима.

Маша немедленно наступила ему на ногу. Дима тут же сориентировался.

– Призрак-то больше не появлялся?

– Точно неизвестно, – сказал Вова.

– Почему?

– Ну вроде бы никому больше не попадался, – объяснил мальчик.

Тогда члены Тайного Братства ему рассказали, как Степаныч ловил банду мародеров. Вове история очень понравилась. Он был искренне рад, что его враг попал в дурацкую ситуацию.

Дима посмотрел на часы.

– Слушайте, нам уже ехать надо. Без десяти семь.

Вернувшись к себе на дачи, юные детективы поужинали. Затем в десятом часу принялись бурно зевать и в конце концов заявили, что их клонит в сон. На их счастье, взрослые не заметили никакого подвоха. Анна Константиновна сама сегодня устала от напряженной работы над мемуарами. А Настины родители провели целый день в городе и вернулись в поселок без задних ног. А так как взрослые обыкновенно судят о состоянии детей по себе, то папу и маму Насти совершенно не удивило, что дочь хочет лечь сегодня пораньше.

Все это время Петька деятельно готовился к эксперименту. Прошлые испытания голодом кое-чему его научили. Он уже знал, что ни в коем случае не следует читать художественную литературу. Там почти на каждом шагу подстерегают описания вкусной еды или каких-нибудь застолий. Поэтому он вновь взялся за труд Парнасского. Книга несчастного Аполлинария хорошо отвлекала от голода. Кроме того, Петьке хотелось еще раз проверить, не упустил ли он случайно каких-нибудь важных деталей эксперимента.

Потом Командор набрал телефон городской квартиры и как следует пообщался с родителями. Теперь Петька, по крайней мере, был уверен, что они случайно не позвонят сами, когда его уже не будет дома.

Положив трубку, Петька решил собрать вещи, необходимые для эксперимента. Он сунул в темный пластиковый пакет свечу, одноразовую зажигалку и череп. Затем решил еще раз примерить мантию. В ней по-прежнему было жарко, но си-(дела она вполне хорошо.

Повертевшись перед зеркалом, мальчик вдруг сообразил, что неплохо бы хоть немного опробовать мантию профессора Серебрякова на пересеченной местности. Сумерки уже сгущались. Петька осторожно спустился с крыльца и пошел в сторону леса. Ему было необходимо понять, как поведет себя мантия в условиях дикой природы.

Петька без особенного труда дошел до калитки в заборе и вернулся к крыльцу. Мантия проявила себя неплохо. Разве что несколько раз ее полы Цеплялись за кусты малины. Но Петька даже ни Разу не упал.

Войдя снова в дом, Командор извлек из родительской спальни банку с маминой косметической Маской и отправился гримироваться в ванную комнату.

Результат превзошел все его ожидания. Лицо сделалось ровного белого цвета. Подумав, Петька намазал также и шею, а потом еще уши.

– Можно подумать, что я всегда такой, – удовлетворенно произнес мальчик и нарисовал маминой губной помадой большой красный круг в центре лба.

До встречи с друзьями еще оставалось пятнадцать минут. Петька вышел в сад и провел там еще одно испытание мантии.

– Совсем недурно, – чуть погодя, пробормотал Командор. – Надо только стараться в ямы не попадать.

Тщательно заперев входную дверь, он направился к шалашу. Друзей еще не было. Петька достал из-под подушки бутылку с остатками пепси-колы и положил ее в пластиковый пакет рядом с черепом.

– Теперь я готов, – изрек он торжественным шепотом.

Тут в шалаш вошли по одному Настя, Маша и Дима.

– Ну и видок у тебя! – вздрогнула Настя. – Ужастики можно не смотреть!

– Старался, – удовлетворенно хмыкнул Петька. – Ладно, пошли.

Друзья, натягивая на ходу черные маски из старых колготок Анны Константиновны, тут же ринулись к выходу. Они и так уже целый вечер изнывали от нетерпения.

– Слушай, а как мы мимо Степаныча пройдем? – не доходя шагов сто до шлагбаума, спросил Дима у Командора.

– Вы же все в черном, кроме меня… – У того жутковато блеснули глаза на мертвенно-бледном лице. – Пригнетесь возле шлагбаума и пройдете. Главное, чтобы он из окна не заметил, если не спит.

– А ты как?

– Я голову опущу, – сказал Командор. – И тоже стану совершенно черным.

Члены Тайного Братства даже предположить не могли, что сторож поселка Красные Горы как раз в это время перед сном выйдет зачем-то в сад. Диму, Машу и Настю он в темноте не заметил. Взгляд сторожа упал на шлагбаум как раз в тот момент, когда мимо него скользнул темный струящийся силуэт. Именно тут Петьку угораздило обернуться. Застывшее белое лицо мертвеца с черными провалами на месте глаз и дыркой от пули посреди лба мрачно взирало на Ивана Степановича. Сторож едва слышно охнул и грохнулся в обморок.

Но юные детективы и не подозревали об этом. Им казалось, что они прошли мимо шлагбаума безо всяких происшествий. Правда, Петька услышал какой-то шорох. Но даже не остановился. И вообще члены Тайного Братства уже привыкли ходить ночью по поселку. Однако, стоило им добраться до дамбы, как всех четверых заколотило от ужаса. В шипенье воды, которая устремлялась с шумом сквозь дамбу, слышались не то стоны, не то чьи-то всхлипы. Пруд угрюмо чернел под мостом. А старые плакучие ивы тихо, но угрожающе шелестели листвой.

– Будто вторгаемся в чужие владения, – проговорила дрожащим голосом Настя.

– Ладно вам, – бодрился Петька, хотя у него самого от ужаса колотилось сердце. – Сейчас будет деревня. Там все-таки веселей.

На дороге к станции юные детективы немного приободрились. Там, во-первых, горели редкие фонари. А во-вторых, даже попалась пара прохожих, которые, видимо, шли с последней электрички. Друзья, разумеется, спрятались от них в придорожных кустах.

В деревне на улицах не было ни души. Пройдя главную улицу, друзья свернули на старую разбитую дорогу к развалинам. Фонарей тут не наблюдалось. Тьма успела изрядно сгуститься. Теперь друзья едва видели, куда идут.

Первым упал Дима. Он зацепился ботинком за какую-то доску.

– Ловок, как бегемот, – не удержалась Маша. Но все пребывали сейчас в таком напряжении, что даже не засмеялись.

– Давайте пойдем по середине дороги, – посоветовал Петька. – Там хоть и много травы, зато относительно ровно. А то в этих колеях черт знает что может валяться.

– Ты про черта-то осторожней, – мрачно заметил Дима. – И так на темное дело идем. Зачем же еще нечистой силой усугублять.

– Прекрати! – шикнула на него Маша.

– Да я так, ничего, – чувствуя дрожь в поджилках, с ангельской покорностью откликнулся брат. Сейчас ему почему-то ни с кем не хотелось ссориться. Даже с Машей.

Настя подошла к Командору поближе.

– Слушай, эти привидения не опасны?

– Да, в общем, нет, – постарался как можно бодрее ответить Петька. – Парнасский советует их не бояться. В его книге написано, что они практически безопасны. Несчастному Аполлинарию известны всего два случая, когда призраки утаскивали с собой живых.

– Ничего себе, – Дима задрожал еще сильней прежнего. – Мне лично бы не хотелось стать третьим случаем.

– Но вроде бы этот князь Борский мирно себя ведет, – начала успокаивать скорее себя, чем друзей, Настя. – И мы его только хотим спросить, чего он тут ночью делает.

– Во всяком случае, о нем плохо не говорят, – подтвердил Петька.

Тут послышался легкий треск. У друзей перехватило дыхание.

Петька застыл на месте.

– Меня что-то держит. Не могу даже шагу ступить.

– Ну, началось! – Дима уже был готов спасаться бегством.

– Ты же на мантию наступил, – вдруг заметила Маша.

– Точно, – обрадовался Командор. – Надо было, наверное, все-таки подогнуть.

– А я тебе что говорила, – осуждающе покосилась на него Маша.

– Ладно, теперь все равно поздно спорить, – вмешался Дима. – И вообще не до того.

Дойдя до развалин усадьбы, юные детективы остановились. Каждый из них в глубине души сейчас хотел бы бежать без оглядки домой. Дом князя Борского выглядел в темноте очень мрачно. Проемы окон угрюмо чернели. В роще поодаль трещали сучья. Ветер шуршал в развалинах. Именно в таком месте подобало жить неприкаянному привидению.

Петька поднес к самым глазам левую руку и взглянул на светящийся циферблат. Часы показывали без десяти двенадцать.

– Пора, – сказал он друзьям. – Нам надо еще круг очертить.

Юные детективы в нерешительности потоптались возле пролома в стене. Петька зажмурил глаза и первым шагнул во тьму дома. Вдруг Дима, шедший за ним вплотную, тихо ойкнул.

– Ты что? – обернулся Петька. Димы за спиной не было.

– Что там? – Настя в темноте наткнулась на Петьку.

– Димка исчез, – застучали зубы у Командора. Дима появился словно из-под земли.

– Да не исчез я. У меня нога просто в щель попала.

Облегченно переведя дух, Петька достал из сумки свечу и зажигалку.

– В помещении можно пользоваться свечой. – Он зажег фитиль. – Давайте посмотрим, куда Димка там провалился.

Он поднес свечу к обломкам внешней стены.

– Ну и способности у тебя, – поглядев изумленно на старого друга, присвистнул Командор. – Это же надо найти в темноте такую крохотную щель.

Друзья, склонившись над стеной, заметили, что между ней и полом пролегает узкий глубокий желоб. Днем его никто даже и не видел.

– У Димки вообще способности по части падений, – фыркнула Маша.

При свете друзьям стало немного легче. Хотя все они старательно избегали смотреть туда, где чернела таинственно внутренняя стена.

– Ладно, пора начинать, – очертил круг Петька. – Так, – он осушил остатки пепси, – подайте мне кто-нибудь череп.

Настя вложила череп в левую руку Командора.

– Теперь идите в угол, – скомандовал он.

Трое друзей неохотно покинули полосу света. Устроившись возле перегородки, они смотрели во все глаза на Петьку.

Петька расположился точно по центру круга. Вытянул вперед руки с черепом и свечой. Встал на левую ногу. Досчитал до семи. Переместился на правую ногу. Вновь сосчитал до семи. Встал на обе ноги. Три раза глубоко вдохнул. Три раза выдохнул. Крепко зажмурил глаза и произнес короткое непонятное заклинание на языке перуанских индейцев, которое выучил наизусть по книге Парнасского.

Электронные часы на Петькиной руке запищали. Полночь. Петька медленно открыл глаза. В стене стоял черный призрак. У Петьки перехватило дыхание. Призрак с бледным лицом застыл, затем, дико вскрикнув, исчез в стене.

Петька замер. Свеча и череп выпали из рук. И Командор без оглядки припустился к поселку. Друзья неслись следом за ним.

По дороге Петька несколько раз путался в мантии, падал. Но, вновь поднявшись на ноги, продолжал гонку. Друзья даже не заметили, как проскочили мимо сторожки Ивана Степановича. Очнулись они лишь возле Петькиной дачи.

– Ключ остался в сумке, – задыхаясь, сказал Командор.

– Она у меня, – Маша потрясла сумкой перед его носом.

– Ну, слава Богу! – Петька, найдя ключ, открыл дверь.

Они вошли внутрь и уселись в столовой.

– Видели? – с ужасом посмотрел на друзей Петька.

– Не очень хорошо, – ответил Дима. – Какое у этого призрака хоть лицо-то было?

– Я толком не разглядел. Честно сказать, жутко испугался, – смущенно произнес Петька. – Помню только, лицо у него очень бледное. И глаза большие. Если бы он так не заорал, я, может быть, больше бы разглядел.

– Уж орал он хуже некуда! – Настя, вспомнив призрака, содрогнулась. – Будто сам испугался.

– Теперь мы знаем, по крайней мере, что он Действительно есть. – Петька снял и снова надел очки. – Только вот в призраке этом какая-то странность.

– Какая? – уставились на него остальные.

– Пока сам не могу понять. Знаете, нам сейчас надо успокоиться. А завтра уж на свежую голову все обсудим. Ох, как мне жарко-то!

– Ты же до сих пор в мантии, – засмеялась Настя.

Петька вскочил со стула и мигом скинул с себя черное одеяние.

Тут друзья увидели, во что превратилась мантия профессора Серебрякова. Она теперь выглядела далеко не столь новой, как утром. Можно было подумать, что какой-нибудь доктор из Оксфорда ее очень долго носил, и притом не всегда в трезвом виде. На полах зияло несколько дыр. По черному фону великолепной ткани пестрели разнообразные пятна.

Петька совсем растерялся.

– Все-таки черный цвет очень маркий. Даже малейшая грязь видна.

Он вышел в переднюю и, вернувшись со щеткой, старательно принялся чистить реликвию. Пятна не отошли.

– Может, в химчистку отдать? – обескуражено посмотрел на близнецов Командор.

– Где я тебе ее тут возьму? – возмутился Дима. – Это надо в Москву везти.

– Тогда обработаем ее специальным аэрозолем, – сообразил Петька. – Он самые трудные пятна сводит. У меня где-то есть.

– А я дырки хорошо штопать умею, – предложила Настя. – Тут почти незаметно будет.

Дима и Маша немного воспрянули духом. Было решено, что мантия пока повисит в Петькиной комнате. А потом, после чистки и реставрации, дети ее тихонько вернут на место.

– Слушай, а череп второго мужа Ковровой-Водкиной где? – Маша обвела глазами столовую. – В сумке его точно нет.

Петька опустил голову.

– Он у него остался.

– У кого? – вскричал Дима.

– У привидения, – с трудом выдавил из себя Командор.

– Ну ты сегодня даешь, – покачала головой Маша.

– Плохо, конечно, вышло, – произнес Петька. – Но у меня, когда призрак заорал, голова вообще перестала работать. Теперь пусть череп лежит до утра. Я, хоть убейте, сегодня туда в темноте не пойду.

Остальные тоже не горели желанием еще раз посетить в эту ночь развалины.

– Знаете, я очень есть хочу, – жалобно проговорил Петька.

Теперь, когда страх отпустил, Командор почувствовал ужасающий голод.

– Мы бы тоже поели, – с готовностью согласились Дима, Маша и Настя.

– Пошли на кухню, – предложил Командор. Друзья расстались только под утро, когда на улице стало уже почти светло.

– Я, пожалуй, часа через два туда все-таки съезжу на велосипеде, – пообещал друзьям Командор. – А вы сразу после завтрака приходите |в шалаш.

ДРУЗЬЯ ТЕРЯЮТСЯ В ДОГАДКАХ

Когда близнецы и Настя явились наутро к Петьке, он сидел в шалаше и клеил японским универсальным клеем череп второго мужа Ковровой-Водкиной.

– Значит, нашлась реликвия! – обрадовался Дима.

– Да, – ответил ему Командор. – Он почти целый. Только сзади один кусочек откололся. Но я его тоже нашел. Сейчас будет как новенький.

Выдавив из маленького тюбика несколько капель клея на костяной осколок, Командор аккуратно прижал его к черепу пальцем.

– Все. Схватило намертво. Коврова-Водкина Даже и не заметит.

Друзья критически осмотрели затылок черепа. Придраться действительно было не к чему.

– Порядок! – восхитился Дима.

– Этот череп, наверное, никогда не думал при жизни, что его потом будут клеить японским клеем! – Насте вдруг стало очень смешно.

Остальные тоже захохотали.

– Кстати, ты там, в усадьбе, ничего подозрительного не заметил? – полюбопытствовал Дима.

– Нет, – задумчиво отозвался Петька. – Только наш череп валялся. А в остальном все, как прежде.

– Чего же ты говорил, будто бы в призраке этом какая-то странность? – задал новый вопрос Дима.

– Так это же ночью было, – отвечал ему Петька. – А при свете, когда я за черепом ездил, ничего необычного мне в глаза не бросилось.

– Что же тебе ночью показалось странным? – не отставал Дима.

– Да я до сих пор сам не знаю, – растерянно произнес Командор. – Может быть, вместе подумаем?

– Как же мы будем думать вместе с тобой, если нам неизвестно, что именно тебе показалось? – удивилась Настя.

– Ну, например, мы можем вместе сейчас сопоставить описание призраков у Парнасского с тем, что мы видели ночью, – медленно стал объяснять друзьям Петька. – Или вообще обменяться личными впечатлениями.

– Правильно! – подхватил Дима. – Я в одном детективе читал. Там тоже свидетель никак не мог вспомнить о каком-то странном поступке подозреваемого. А следователь нужную информацию выудил у него наводящими вопросами.

– Именно к этому я вас и призываю, – улыбнулся друзьям Командор. – У меня сейчас ощущение, будто я ночью заметил какую-то очень важную вещь. Если я вспомню, мы, может быть, даже сразу раскроем тайну.

Глаза у Димы, Маши и Насти загорелись. Они бы очень хотели раскрыть тайну призрака с помощью наводящих вопросов.

– Ну давай, Петька, говори нам, о чем тебя спрашивать! – в нетерпении выкрикнул Дима. Петька расхохотался.

– Не понимаю, что смешного! Ты сам ведь просил нас вопросы тебе задавать.

– Просил, – похлопал его по плечу Командор. – Но только не сразу. Давайте сперва с моим конспектом книги Парнасского сверимся.

Подняв слой дерна у входа в шалаш, Командор достал из летнего тайника «Братства Кленового Листа» фибровый чемодан. В нем теперь вместе с тетрадью, в которой фиксировались все подвиги четверых юных детективов, лежал конспект итогового труда несчастного Аполлинария.

Петька прочел друзьям об основных свойствах привидений. Затем все четверо принялись наперебой вспоминать, как вел себя их собственный призрак. Вроде его поступки вполне укладывались в научную схему Парнасского.

– Знаю! – сообразил вдруг Дима. – У Парнасского призраки молчат, а наш начал вопить как резаный.

– Парнасский не исключает говорящих привидений, – возразил другу Петька. – Просто у него в книге сказано, что призраки большей частью молчат.

– Значит, нам попался редкостный экземпляр, – с гордостью сказала Настя.

– По-моему, этот князь Борский становится вроде бы членом нашего Братства, – фыркнула Маша.

– Не дай Бог! – замахал в панике руками Петька. – Я у Парнасского вычитал, что иногда такое случалось. Ты призрака вызываешь, и он к тебе привыкает. А потом по собственной инициативе является у тебя дома чуть ли не каждую ночь.

От такой перспективы друзей передернуло. Каждый из них по-своему сочувствовал князю Борскому, но общаться каждую ночь с его призраком как-то не очень хотелось.

– Может быть, нам его на время оставить в покое? – предложил Дима.

– Ну уж нет! – возразили хором ему остальные.

Отступаться от тайны никому не хотелось. Тем более что на нее уже было потрачено столько сил.

– Значит, так! – Командор начал загибать пальцы. – Все признаки привидения совпадают с тем, что мы с вами видели. Единственная странность, которую мы смогли усмотреть, это резкий, пронзительный крик, в то время как обычно призраки лишь тихо стонут или вообще молчат. Правда, Парнасский не исключает в своем труде и таких проявлений. Выходит, и тут наш призрак не сделал ничего неожиданного. Но что же тогда показалось мне странным?

Командор умолк и задумался.

Настя подошла к нему вплотную.

– Знаешь что, Петька, нам все-таки надо всем вместе туда еще раз сходить. Думаю, там у тебя больше шансов вспомнить что-нибудь важное.

– Поехали, – вяло согласился Петька. – Настя права. Тут мы вряд ли что-нибудь высидим.

Проезжая мимо шлагбаума, юные детективы увидали сторожа. Обычно, едва завидев четверых друзей, Иван Степанович весь подбирался и поочередно пронзал их пытливым взглядом. На этот раз он повел себя совсем по-другому. Вяло махнув рукой в ответ на хоровое приветствие детей, он даже им улыбнулся.

– Что это с ним? – тихо спросил у ребят Петька.

Те недоуменно пожали плечами. Никто из них еще ни разу в жизни не видел Степаныча в столь расслабленном состоянии. Им было невдомек, что сторож поселка Красные Горы тихо переживает сейчас серьезную духовную драму.

Очнувшись от обморока, Иван Степанович в смятенных чувствах вернулся ночью в сторожку и долго потом не мог заснуть. Материалистический подход к жизни второй раз за этот месяц готов был дать трещину. Ворочаясь на постели, несчастный Степаныч пытался выяснить: действительно ли с приходом в Россию новых порядков стали повсюду являться призраки или ему, Степанычу, это просто мерещится?

Промучившись до рассвета без сна, бывший заслуженный работник органов правопорядка пришел к выводу, что любой из двух вариантов неутешителен. Если призраки и разные там мертвецы с огнестрельными ранениями действительно бродят по свету, то его, Степаныча, жизнь вроде бы прожита абсолютно зря. А если призрак среди развалин и мертвец с раной во лбу у шлагбаума ему померещились, ситуация складывается еще серьезней. Потому что это свидетельствует о его, Степаныча, мозговых нарушениях.

Сторож так и не пришел к сколько-нибудь определенному выводу и забылся тяжелым утренним сном. Следующий день ему бодрости не прибавил. Как раз в тот момент, когда мимо шлагбаума проехали члены «Тайного Братства Кленового Листа», сторож мрачно увязывал свою жизнь с судьбой всего поколения. «Стареем, – мысленно предавался тоске Степаныч. – Доблесть и подвиги уже все позади. И бесценный накопленный опыт некому передать».

Именно тут он и улыбнулся рассеянной прощальной улыбкой четырем друзьям. В следующую секунду, однако, потухшее было сознание полностью вернулось к сторожу. И он запоздало сообразил, с кем так ласково обошелся.

– А ну стой! – зачем-то крикнул он вслед юным детективам.

Те были уже далеко. Иван Степанович вернулся к сторожке. Настроение у него в корне переменилось. «Нет! Рано еще уходить на покой! – Он совершенно забыл о мертвецах. – Я еще покажу этому Петьке с компанией!»

Петька с компанией вскоре уже бродил по развалинам. Юные детективы обшарили шаг за шагом весь дом, но там ничего интересного не нашлось.

– Свечу возьмешь? – Дима поднял с пола огарок, который выронил вчера Петька.

– Да ну, – отмахнулся Командор. – Пускай тут лежит.

Он вновь подошел к стене, из которой всегда появлялся призрак. И тут ему пришла в голову неплохая идея:

– Сейчас встану посреди круга и попробую повторить ритуальные действия. Может быть, после этого у меня в памяти что-то возникнет.

Он проделал сосредоточенно все, что требовалось по условиям эксперимента Парнасского.

– Ну да! – донесся вдруг до друзей громкий шепот Командора. – Теперь ясно. Перед тем как открыть глаза, я вроде бы слышал шорох. Правда, совсем негромкий. Никто из вас в это время не ходил? – уставился он на Диму, Машу и Настю.

– Ты что, смеешься! – воскликнул Дима. – Мы там, у перегородки, даже пошевелиться боялись.

– Зато потом хорошо шевелились, – хмыкнула Маша. – Я не думала раньше, что можно отсюда без отдыха до самой Петькиной дачи бежать.

– Значит, топало привидение, – медленно проговорил Петька. – Правда, и это ничего не решает. В книге про привидения, которую мы до Парнасского изучали, как раз говорится, что призрак изредка может не только топать, но даже следы за собой оставлять. Нет, тут была еще какая-то странность. Попробую снова.

Петька еще раз проделал весь ритуал с начала и до конца. Но в его памяти больше ничего не возникло.

– А давайте пока для разрядки съездим к часовне, – предложил Дима. – Все равно нам сейчас в развалинах делать вроде бы нечего.

Петька первым двинулся по давно заросшему парку. Он уже порядком устал от напряжения.

Дима затормозил у часовни.

– Вот, можешь сам убедиться. Откуда здесь в окнах могли огни вспыхивать?

– Да вроде бы ниоткуда, – согласился Петька. – Тут все жутко заброшено.

Они обошли часовню вокруг. Затем приблизились к двери. На ней, как и прежде, висел ржавый замок.

– Смотрите! – Дима вдруг склонился к земле. – Опять следы от машины. Совсем свежие.

– Ив прошлый раз то же самое было, – подхватила Настя. – Саша тогда нам еще сказал, что это любители старины шуруют.

– По-моему, любому дураку ясно, что тут шуровать абсолютно нечего, – критически оглядел часовню Петька.

– Тем более странно, – сказала Маша. – Чего бы им тут на машинах делать?

Командор прошелся взад и вперед по проселочной дороге.

– Не исключено, что кто-нибудь просто мимо ехал. Видите? – привлек он внимание Друзей. – Эти следы до самой дороги на станцию тянутся. Ну-ка, проверим.

Они проследовали по уже знакомому пути до станции. В колеях отчетливо виднелся след колес.

– Вот здесь машина свернула. – Петька остановился у поворота на асфальтовую дорогу. – Куда они ехали дальше, проследить трудно, – продолжал Командор. – Могли к станции, а могли и к шоссе. Теперь пошли обратно. Я хочу выяснить, доезжал ли этот автомобиль до Борков.

Юные детективы проследовали на велосипедах в обратном направлении. Возле часовни след делал круг.

Петька спрыгнул с велосипеда.

– Похоже, машина тут разворачивалась. Пока определенно могу сказать только одно. Судя по размерам следа, тут проезжал грузовик или автобус.

– Что им тут было надо? – с недоумением проговорила Настя. – Вряд ли они тащились по такой жуткой дороге на эту часовню полюбоваться.

– Сомнительно, – согласился Петька.

– А если автобус сюда привозил комиссию по реставрации? – вдруг пришло в голову Диме. – Ведь уже много лет идут разговоры, что усадьбу кто-то решил восстанавливать.

– А еще говорят, – подхватила Маша, – часовню взяла под свое покровительство патриархия. Вроде бы тут скоро можно будет опять помолиться.

Петька еще раз взглянул внимательно на часовню.

– Вполне вероятно. Она вообще-то довольно большая.

– Тогда никакой тайны в этих следах вроде нет! – Юные детективы окинули разочарованными взглядами проселочную дорогу. – Естественно, что церковным деятелям надо прикинуть объем работ.

– Знаете, думаю, нам сейчас следует навестить Вову с Сашей, – принял решение Командор. – Вдруг они что-нибудь знают о реставрации этой часовни. Или машины тут видели.

Вскоре члены Тайного Братства уже неторопливо беседовали с двумя мальчиками из деревни. Те сперва были немного обижены, что юные детективы не пригласили их на эксперимент по вызову призрака. Петька поторопился им объяснить, что, если бы во время первого эксперимента собралось слишком много народу, призрак мог бы вообще не выйти. Вова и Саша сочли этот довод вполне убедительным.

– Главное, что я прав, – мигом забыв об обиде, затараторил Вова. – Теперь пускай кто усомнится, привидение-то из этой стены появляется по науке.

– Вроде бы да, – вздохнул Командор. – Но тайна еще все равно не распутана. Мы же не знаем, чей это призрак.

– Чей-чей?! – крикнул Вова. – Конечно, князя! Не зря же он там сгорел! Петька не стал спорить.

– Может быть, ты и прав. Мы еще раз на днях попробуем вызвать привидение. И вас возьмем с собой. Только, чур, не мешать мне.

– Договорились, – серьезно ответили Вова и Саша.

Затем юные детективы подробно их расспросили по поводу проселочной дороги. Вова и Саша там давно уже не видали ни единого автомобиля.

– На легковой по таким ухабам вообще не проедешь, – объяснил Саша. – Кому охота машину ломать. Так что и местные наши, и дачники на проселок не суются. Хотя путь, конечно, короче.

– Этой дорогой теперь только Васька пользуется, – добавил Вова. – Да и то в пьяном виде. А он за рулем у нас редко пьет. Так что, считайте, никто там не ездит.

– А часовню не собираются открывать? – решил проверить свою версию Дима.

– Собираются! – усмехнулся Вова. – Уже года три. Только пока между приходами одна переписка идет. А наши на электричке молиться ездят в соседний приход.

– Понятно, – кивнул головой Дима. Версия о церковной комиссии почти наверняка отпадала.

– Может, на станцию за мороженым съездим? – спросил Командор, которому после вчерашнего до сих пор очень хотелось есть.

– Денег нет, – развел руками Вова.

– Мы угощаем, – ответили юные детективы.

На станции, как и всегда по субботам, людей было больше обычного. Ребятам даже пришлось немного постоять в очереди.

– Тоже мороженое берете? – вдруг послышался позади резкий голос. Это была Люська Кузнецова.

– Вы мне, конечно, очередь занимали? – Она нахально протиснулась между Петькой и Настей.

– Слушай-ка, Люська, лучше уйди, – двинулась к ней грозно Маша.

– Это еще почему? – явно оскорбилась та.

– Потому что болтать надо поменьше, – подхватил Дима.

У Люськи забегали глаза.

– Я вас что-то не понимаю.

– А про кладбище с черепами кто рассказал? – разозлилась еще сильнее Маша. – Нам от Степаныча из-за тебя влетело.

– Так это не я, это бабка к нему пошла, – ответила Люська. – Поехали лучше ко мне есть мороженое. Мама нас всех на машине довезет.

Она кивнула головой на дорогу. Там на обочине стояла серая «тойота». За рулем виднелась Люськина мама.

– Мы на велосипедах, – мрачно ответила Маша.

– Ну и что? – Люське непременно хотелось заманить хоть кого-нибудь в гости. В последнее время ей особенно не с кем было общаться. – Велосипеды на крышу привяжем. У мамы как раз багажник привинчен.

Багажник на крыше действительно был. Но ехать к Люське членам Тайного Братства все равно не хотелось.

– Мы не одни, – сказал Петька. – Тогда Вову и Сашу тоже возьмем с собой.

Люська недоверчиво покосилась на двух незнакомых мальчиков.

– Нет, – тряхнула она головой. – Мне не разрешают столько гостей водить. И для нашей машины вас чересчур много. У «тойоты» амортизаторы слабые.

И, купив перед носом у Петьки мороженое, Люська поспешно ретировалась к машине.

– Это еще что за вобла? – осведомился у четырех друзей Саша.

– Да так, есть тут одна, – махнул рукой Дима. – Случай тяжелый, но ничего интересного.

– Хорошо, что отделались, – добавила Маша. – Она если что заметит, потом сплетен не оберешься.

Купив сразу по две порции малинового мороженого с орехами, ребята устроились на скамейке.

Дима внимательно посмотрел на Вову и Сашу.

– Мы же совсем недавно вас тут впервые увидели. А теперь кажется, будто сто лет знакомы.

– Это всегда так, когда родство душ возникает, – изрек философски Саша.

– Слушай, ты что такой грустный? – уставился с удивлением Петька на Вову.

Тот и впрямь вел себя как-то странно. Обычно веселый и словоохотливый, он сегодня по большей части отмалчивался. И даже мороженое его, кажется, не особенно радовало.

– У него вчера вечером папа чем-то там траванулся, – объяснил Саша.

– И сильно? – с сочувствием посмотрели на младшего мальчика юные детективы.

– Еще бы, – откликнулся тот. – В Склифосовского увезли. Мамаша его с утра навещать поехала.

– Чем же это он так у вас? – поинтересовалась Настя.

– Врачи говорят, спиртные напитки недоброкачественные, – ответил Вова. – К папаше вчера приятель зашел. Ну, они бутылку «Распутина» вместе распили. А часа через три папаша мой загибаться стал. «Скорую» вызвали.

– У нас, кстати, с этим «Распутиным» в деревне уже не первый случай, – подхватил Саша. – Вроде и пьют умеренно, а потом все равно жуткое самочувствие. Правда, до Склифосовского еще дело не доходило.

– Странно… – Дима вспомнил многочисленные статьи из газет. – Почему-то из всех импортных водок именно «Распутин» чаще всего бывает поддельным.

– А еще говорит: «Я должэн быт ввэрху и внызу!» – напомнила Маша надоевшую рекламу «Распутина» по телевизору.

– У нас «Распутина» тут в киосках вообще навалом. – Вова доел вторую порцию мороженого и поднялся со скамейки. – Надо, пожалуй, идти, а то вдруг мамаша там без меня приедет.

Остальные тоже засобирались. Проезжая мимо киосков, юные детективы обратили внимание, что в витрине водка «Распутин» действительно опережает количеством другие спиртные напитки.

– Да, при таком количестве две-три поддельные бутылки ничего не стоит продать, – сказал Петька. – Ты объясни своему папаше, – повернулся он к Вове. – Пусть в следующий раз покупает лучше что-нибудь другое.

– Да он уже потом говорил, что лучше бы взять «Столичную» или «Московскую». И дешевле бы вышло. Просто друга решил фирмой угостить.

– А друг как себя чувствует? – полюбопытствовала Маша.

– Да так же, – объяснил Вова. – Вместе с папашей лежит в Склифосовском. Ладно, мы с Сашкой поехали, а вы захаживайте.

Юные детективы вернулись берегом пруда в поселок и проехали к Петьке. Возле дачи стояла машина Петькиного папы. Сам Валерий Петрович тоже стоял на крыльце.

Он явно сыну обрадовался.

– Вернулся пропащий!

– Слушай, папа! – вдруг выпалил вместо приветствия Петька. – Ты же ведь с бывшим возчиком князя Борского был знаком?

– Ну был, – с изумлением посмотрел на Петьку отец. – Чего это ты вдруг им заинтересовался?

– Да мы с ребятами только что на развалины ездили, – торопливо принялся объяснять Петька. – . И теперь спорим, какая комната была за разрушенной стеной. Вот они, – показал он на Машу, Диму и Настю, – говорят, что это гостиная. А я думаю, там место, скорее, для библиотеки подходит.

– Ничего подобного, – засмеялся Петькин отец. – Уж про эту комнату я все знаю. Кучер рассказывал, что там спальня князя была.

– Вот это да! – завороженно выдохнул Дима.

– А что тебя так удивило? – не понял Валерий Петрович.

– Ну просто мы спорили, а о спальне не догадались, – поспешно проговорил Петька. – Ладно, папа. Я ребят сейчас провожу до ворот и сразу вернусь.

– Давай скорее, – ответил папа. – Мы с мамой по тебе соскучились.

Он скрылся в доме. Друзья на велосипедах отъехали к воротам и остановились.

– Выходит, перед нами был настоящий призрак, – сказал тихо Дима.

Петька был полностью озадачен.

– Такого даже я не ожидал. Теперь у нас совпадает все до мелочей. Князь, по легенде, именно в спальне погиб. А привидения, если вы помните, в основном обитают на месте гибели.

– Неужели князь Борский действительно хочет, чтобы кто-то нашел виновников его смерти? – широко раскрыла глаза Настя.

Командор поправил очки на носу.

– Это как раз очень проблематично. Преступников-то, скорей всего, нет в живых. Но князь, вероятно, хочет раскрыть какую-нибудь другую тайну.

– Тогда зачем он так орал на нас? – возмутился Дима.

– А вдруг мы его в какое-нибудь неудобное время вызвали? – предположила Маша.

– Видимо, нам действительно еще раз придется провести эксперимент Парнасского, – сказал Командор. – Тогда хоть что-нибудь прояснится. Но это мы с вами позже обсудим. Меня родители ждут.

– Наши, наверное, тоже уже приехали, – спохватился Дима.

– Тогда сейчас разъезжаемся, – принял решение Петька. – Позже как следует все еще раз обсудим. И выберем самое подходящее время для нового эксперимента.

СТАРЫЙ ЖУРНАЛ ИЗ БИБЛИОТЕКИ

Конец субботы и целое воскресенье для дела совершенно пропали. Родители юных детективов как сговорились! Им вдруг всем стало ужасно скучно без собственных детей. Поэтому близнецов папа с мамой повезли в Москву на американскую выставку динозавров. Настя все воскресенье провела с родителями на каком-то престижном пляже. А Петька уехал с ночевкой в другой дачный поселок на день рождения к шефу своего папы.

Встретиться друзьям удалось лишь в понедельник утром.

– Ну что, весело было? – усаживаясь поудобнее в шалаше, спросил Командор.

– Динозавры как настоящие, – ответил Дима.

– Один динозавр при нас даже девочку укусил, – подхватила Маша. – У него рот все время открывался и закрывался. А девочка туда руку сунула. И динозавр ее тяпнул. Девочка крик подняла на всю выставку.

– Еще бы не подняла, – будничным тоном проговорил Дима. – У этого динозавра зубы как настоящие. И мощный электромотор внутри. Вот он и кусается больнее собаки.

– У нас там на пляже даже музей восковых фигур оказался, – начала рассказывать Настя. – Правда, очень кустарный. Пугачева с Киркоровым еще ничего получились. Генерал Грачев как живой. А вот Ельцин совсем непохож.

– Вы, я вижу, там развлекались, – загадочно произнес Командор.

– Хочешь сказать, что ты в гостях работал? – осведомился с большой долей иронии Дима.

– Напрасно смеешься. У папиного начальника сын оказался. Забавный парень. Совершенно свихнут на мистике. Главное, у него книг на эту тему полно.

– Неужели выяснил что-то важное? – мигом насторожились члены Тайного Братства.

– Да, в общем, не очень много. Но, полагаю, что в нашем деле это может сыграть достаточно важную роль.

– Говори скорей! – заорал Дима. – Вечная у тебя манера – нервы вытягивать своими лирическими отступлениями!

– Ну, я этому Сереге рассказал, что вроде бы тоже привидениями увлекаюсь. И процитировал несколько особенно крутых мест из книги несчастного Аполлинария. А Серега мне вдруг и отвечает: «Призраки людей – это что! Разные старые вещи иногда тоже становятся призраками». Я ему не поверил. А он мне книжку показывает.

– Старинную? – спросила Настя.

– Нет, – покачал головой Командор. – Как раз наоборот. Это тоже какое-то переводное издание с английского. Там прослеживаются странности с разными неодушевленными предметами.

Период времени взят большой. От конца прошлого века и до наших дней.

– Я только не понимаю, что там для нашей тайны может быть интересного? – спросил Дима. – Князя Борского вроде к неодушевленным предметам не отнесешь.

– Тут ты, конечно, прав, – усмехнулся Петька. – Но все-таки сперва выслушай. В Серегиной книге просто потрясающие случаи описываются. Например, где-то в Шотландии ремонтировали старый многоэтажный дом. Лифты, естественно, были отключены. И вдруг один лифт стал с дикой скоростью ездить по этажам. Рабочие чуть не рехнулись от страха. Прораб немного пришел в себя и велел им перерубить у этого лифта тросы. Перерубили. А он все равно ездит. Так продолжалось неделю. Этот психованный лифт унялся только после того, как весь дом разрушили до основания. Ну и еще много разных случаев, – продолжал Командор. – Часы с испорченным механизмом, которые вдруг начинают идти. Или в шкафах появляются неожиданно призраки старинной одежды. В общем, я эту книгу все воскресенье читал, Серега на меня даже обиделся.

– А чего обижаться? – не поняла Настя.

– Ну я ведь в гости приехал, а с ним почти не общаюсь. Только вы не подумайте, будто я просто так мистическим чтением развлекался, – стал медленней говорить Командор. – Там нашлась одна глава про призраки автомобилей. Я в общем-то на нее почти все время в гостях и потратил. Раз десять прочел от корки до корки.

И Петька пересказал друзьям несколько захватывающих историй. Если верить случаям, изложенным в Серегиной книге, из всех неодушевленных предметов именно автомобили наиболее часто шляются в виде призраков. Разбившиеся всмятку гоночные машины, которые давно пошли на металлолом, вдруг свеженькие и нарядные появлялись на каких-нибудь вполне реальных ралли. Или на улицах ночью раскатывали допотопные машины. При попытке поймать их или остановить, они словно бы растворялись в воздухе.

– А больше всего на меня произвела впечатление другая машина-призрак, – понизил голос до шепота Петька. – Она постепенно расправилась со всеми врагами своего покойного хозяина.

– Как же она это сделала? – заинтересовались юные детективы.

– Она их выслеживала, когда они ночью куда-нибудь ехали. Появлялась вдруг на дороге и фарами ослепляла. Вот враги хозяина и попадали в аварии.

– Почти как в «Кристине»! – воскликнула Настя, которой безумно нравились романы Стивена Кинга.

– Не совсем, – возразил ей Петька. – У Стивена Кинга машина хоть и с мистическими наклонностями, но настоящая. А в Серегиной книге речь идет только о призраках. Теперь слушайте самое главное, – произнес Командор с расстановкой. – Очевидцы приводят немного случаев, когда призраки автомобилей оставляли вполне реальные следы от колес на дорогах.

– Следы? – подалась к Командору Настя. – Ты хочешь сказать…

– Именно, – солидно подтвердил Петька. – Когда я об этом прочел, у меня прямо встали перед глазами следы на дороге и возле часовни.

– Ну да, – включилась в беседу Маша. – Вроде никто там не ездит. Дорога для машин почти непригодная. А уже второй раз за короткое время мы находим свежие следы от колес. Вдруг это, к примеру, призрак любимой машины князя Борского?

– Умница! – похвалил ее Петька. – Я тоже сразу об этом подумал.

Дима уставился на друзей, словно на сумасшедших.

– Вы чего, совсем? Забыли, когда этот князь Борский жил? Какие машины до революции?

– Это не мы, это ты совсем, – спокойно отвечал ему Командор. – Как раз где-то в десятых годах нашего века в России уже вовсю автомобилями пользовались. Ну, конечно, не так, как в Штатах. Там вообще уже к этому времени настоящий автомобильный бум начинался. Но и у нас богатые люди часто машины держали.

– Зачем же тогда князю Борскому был нужен кучер, с которым потом твой папа общался? – привел новый довод Дима.

– Тут все как раз понятно, – принялся объяснять Петька. – Во-первых, не всюду по сельским дорогам можно было проехать на автомобиле. Вот и ездили богатые люди то на машинах, то на лошадях.

– Но точно-то мы все равно не знаем, была ли машина именно у князя Борского? – по-прежнему сомневался Дима.

Командору было нечего возразить.

– Но как версию я такое вполне допускаю. Понимаете, если так, поведение нашего призрака окончательно укладывается в схему Парнасского.

– То есть? – не совсем поняли остальные.

– Ну, предположим, князь Борский погиб у себя в спальне, – начал исподволь Командор. – Тело его в огне сгорело дотла или кем-то было потом захоронено. Но неприкаянная душа князя осталась в любимом имении. Время от времени она появляется в виде черного обгоревшего призрака на месте гибели. Такие призраки, согласно Парнасскому и другим исследователям, склонны окружать себя призраками любимых вещей. Поэтому нет ничего удивительного, если князь то появляется из стены, то ездит возле имения, например, на своей любимой машине. Машу неожиданно осенило.

– Слушайте! Может быть, нам сейчас в библиотеку сходить? Если князь Борский действительно автомобилями увлекался, об этом могло что-нибудь остаться в старинных журналах.

– Ну ты даешь, Машка! – легонько хлопнул ее по спине Командор. – В нашей библиотеке действительно может что-нибудь оказаться. Тем более в начале века автомобилисты привлекали почти такое же внимание, как первые летчики. Ну пошли же скорее!

Машино предложение воодушевило Петьку не зря. Дело в том, что библиотека поселка Красные Горы началась когда-то с книг князя Борского. Незадолго до революции князь решил перенести почти всю свою библиотеку в охотничий домик. Домик этот стоял посреди леса. Когда же в тридцатых годах лес вырубили и на его месте возник поселок Красные Горы, охотничий домик князя Борского оказался как раз на опушке. До этого времени домик каким-то чудом простоял закрытый. Сначала его тоже хотели переоборудовать под дачу. Однако, когда там внутри обнаружилось неплохое собрание книг, жители Красных Гор единогласно постановили основать в охотничьем домике местную библиотеку.

С годами количество старинных книг в этой библиотеке значительно уменьшилось. Кое-что, однако, еще уцелело. Этому жители поселка были обязаны старой библиотекарше, которая бдительно охраняла книги. Теперь старая библиотекарша уже ушла на покой. Ее место заняла Ниночка. Она была дочерью сторожа Ивана Степановича, однако ничем не напоминала отца и мать. Петька, Дима и Маша всегда удивлялись: как у подобных родителей могла появиться такая милая дочь?

– Ну прямо ничего общего со Степанычем! – при каждой встрече с миловидной черноволосой библиотекаршей неизменно восклицал Дима. – И, главное, к нам прекрасно относится.

Ниночка к ним действительно хорошо относилась. Особенно к Петьке, потому что он больше всех остальных любил читать.

– И почему мы раньше не догадались пойти в библиотеку? – выруливая на центральную улицу Красных Гор, обратился Петька к друзьям. – До меня только сейчас дошло: там же вообще единственное место, где хоть что-то от князя Борского осталось. Даже мебель его.

– А ведь верно! – воскликнула Маша. – Представляете? Мы сейчас сядем в кресла, а на них, может быть, наш призрак сидел и что-нибудь там читал при жизни.

Это соображение настроило юных детективов на торжественный лад. Они молча проехали центральную улицу, затем, свернув в тупичок, выбрались на опушку леса, где и стоял охотничий домик. Это было красивое здание с куполом. Правда, его несколько обезобразила деревянная пристройка. В ней жила библиотекарша Ниночка с детьми и мужем. Но, в конце концов, надо же ей было где-нибудь жить!

Прислонив велосипеды к стене, члены Тайного Братства вошли в библиотеку. Их тут же окутала приятная прохлада, какую можно ощутить летом только в старинных каменных домах.

– Кого я вижу! – приветствовала их с улыбкой худенькая библиотекарша. – Что-то вы последнее время совсем ко мне не заходите.

– Все дела, Ниночка, – объяснил Петька.

– А ты вообще ни разу еще у меня не была, – повернулась Ниночка к Насте. – Давай запишу.

Взяв чистый формуляр, библиотекарша оформила его на имя Адамовых.

– Теперь можешь пользоваться нашей библиотекой, – обратилась она к рыжей девочке. – • Что сегодня возьмешь?

– Да мы сейчас хотим тут почитать, – ответил за Настю Петька.

Он огляделся. На стеллажах из мореного дуба рядом со старинными изданиями в кожаных переплетах стояли книги более новые. Это были в основном собрания сочинений классиков. За последние года три в библиотеке князя появились и другие собрания. Они состояли из любовных и эротических романов в кричаще-ярких обложках. Особенно яростно, по словам Ниночки, эту литературу читали жители новых каменных дач, ее собственная мама Надежда Денисовна, а также мама и бабушка Люськи Кузнецовой. Взрослое население старых дач в основном приходило в библиотеку князя за справочной литературой. Порой, к возмущению Ниночки, словари и справочники обратно не возвращались. Был случай, когда один академик с центральной улицы перенес из библиотеки к себе на дачу многотомный словарь Брокгауза. Через месяц он заявил Ниночке, что словарь потерялся. Взамен библиотекарша получила от академика Большую советскую энциклопедию.

– Что вам достать? – спросила у Петьки Ниночка.

– Я даже точно не знаю, – задумался Командор. – Мы тут решили почитать о русских дореволюционных автомобилях. Не посоветуешь что-нибудь?

Ниночка задумалась. Потом сказала:

– Вам, скорее всего, пригодятся подшивки «Нивы». Там вообще полно разных сведений.

Пройдя в закуток, она начала рыться в шкафу.

– Иди забирай! – позвала она минуту спустя Петьку. – А то они очень тяжелые.

Петька скрылся в закутке. Затем вышел к друзьям с тремя темно-коричневыми фолиантами. Это была подшивка журналов «Нива» с 1911 по 1914 год.

Усевшись за круглый столик, юные детективы стали листать журналы. Чего там только не оказалось! Очерки о дальних путешествиях. Переводы рассказов Жюля Верна. Статьи о велосипедистах, авиаторах, летавших на фанерных аэропланах, и, конечно же, об автомобилистах. Князь Борский, однако, нигде не упоминался. На какое-то время ребят отвлекли от основной задачи рекламные страницы. Они и не думали, что в самом начале двадцатого века уже было изобретено такое количество вполне современных вещей. «Нива» вовсю предлагала желающим обзавестись электрическими чайниками и кофейниками, какими-то диковинными духовками и даже… автоматической пишущей машинкой. Правда, двигатель у этой машинки был не электрический, а паровой.

– Великолепная вещь! – захохотал Петька. – Ты на ней печатаешь, а она пыхтит, как паровоз.

– Ну, это даже могло вдохновить, – подхватила Настя. – Например, если писатель задумал какую-то сцену на железной дороге.

– Да, – скривил губы в ухмылке Дима. – Что-нибудь вроде самоубийства Анны Карениной.

– Вечно ты все на мрачное сводишь… – Маша досмотрела подшивку за 1914 год. – Здесь нигде ничего нет о Борском.

– Нашли что хотели? – подошла к ним в это время Ниночка.

– Нет, – покачал головой Петька.

– Ой! – вдруг воскликнула библиотекарша. – Только сейчас вспомнила. Тут лежит очень старая связка журналов, как раз о машинах. Я ее все разобрать пытаюсь, но руки никак не доходят. Может, ее посмотрите?

– Где она? – вскочил Командор со старого кресла, которым, вполне вероятно, пользовался еще сам князь Борский.

– Там, – показала на закуток Ниночка. – Только тебе придется взять лестницу. Это на самой верхней полке.

Петька бросился в закуток и, разложив стремянку, мигом долез до вершины стеллажа. Там действительно лежала связка журналов. Петька потянул ее на себя. Со связки посыпалась густая пыль.

– Ну и ну! – Мальчик, чихая, спустился вниз.

Он осмотрел связку. Края ее были обгрызены мышами. Сверху скопилось столько пыли, что даже название «Миръ автомобиля» было нелегко прочесть.

– Похоже, до этих журналов никто не дотрагивался со времен князя Борского, – критически заметил Дима.

– Да, приблизительно так, – смущенно согласилась Ниночка. – Я каждый год, когда инвентаризацию провожу, собираюсь этим заняться. Но я тут одна. Работы и без того слишком много. Сейчас я вам тряпочку принесу. Пыль стереть.

Когда стерли пыль и развязали видавшую виды веревку, выяснилось, что в связке пять толстых журналов.

– Ну-ка, давайте в темпе смотреть, – потянулся к верхнему номеру Петька.

– Тут что-то торчит! – Настя заметила почерневший от пыли и времени картонный прямоугольник, который едва виднелся из-за страниц.

– Да это же закладка! – воскликнул Петька. – Давайте сразу посмотрим, что там.

Журнал был тут же раскрыт на заложенном месте. Мелованная бумага оказалась достаточно качественной. Даже не пожелтела от времени. Крупный заголовок в начале разворота гласил: «Автопробег века. Москва – Петербург – Копенгаген – Берлин – Париж». Ниже друзья прочли надпись более мелкими буквами: «Русский князь приходит к финишу в первой пятерке».

Еще ниже красовались две фотографии. На первой из открытой машины читателям улыбался автомобилист в летных очках. Вторая фотография отобразила того же самого автомобилиста. Только на этот раз он был в сюртуке и при галстуке. Под обеими фотографиями значилось: «кн. Ю. Н. Борский».

У ребят челюсти отвалились от изумления. Низко склонившись над журналом, они стали вместе читать статью. Из статьи выяснилось, что князь Борский чуть ли не первым из русских аристократов увлекся вождением автомобиля. Вскоре он настолько уже все это освоил, что стал принимать участие как в местных автогонках, так и в дальних автопробегах. И вот в 1913 году попал в первую пятерку победителей.

– Дела-а, – выдохнул Петька, который сам в глубине души не очень-то верил, что его версия подтвердится.

– Какой был роскошный мужчина! – Настя не могла оторваться от фотографии элегантного князя Борского. – Похож на английского аристократа.

– Да, – согласилась с ней Маша. – Ужасно несправедливо с ним обошлась судьба. Погибнуть таким молодым!

– Просто во цвете лет, – грустно заметила Настя.

Командор с укором взглянул на друзей.

– Может быть, все же вернемся к делу?

Те, спохватившись, начали сосредоточенно листать журналы. Там было много интересного для любителей автомобильной старины. Однако о князе Борском ничего больше не нашлось.

– Спасибо, Ниночка, – вернул чуть погодя журналы библиотекарше Петька. – Можно я только один из них домой на несколько дней возьму?

– Вообще-то они у меня не зарегистрированы, – задумалась аккуратная Ниночка. – Ну ладно. Бери. Только потом не забудь возвратить.

– Еще бы! – заверил, выходя на улицу, Петька.

Они сели на велосипеды и понеслись домой.

– Замечательный человек! – пылко расхваливал библиотекаршу дорогой Командор. – Если бы только Степаныч или Денисовна хоть какие-то ее качества унаследовали!

– Это им было бы трудно! – захохотала Настя. – Они же ее родители, а не она их!

– Ой! – вскрикнул Петька. – Это я просто со всеми делами совсем заговариваться начинаю.

Вернувшись в шалаш, друзья стали опять разглядывать фотографии князя.

– Знаете, я, конечно, лицо призрака плохо запомнил, – не отрывая глаз от журнала, произнес Командор. – Но мне кажется, что они друг на друга не очень похожи.

Дима уставился на Командора.

– Кто «они»?

– Князь Борский и его призрак, – уточнил Петька.

– Ну, знаешь ли! – возмутился Дима. – Ты что-то у нас примитивным становишься. Это же все-таки призрак. Он совсем не обязан выглядеть точно так же, как живой человек.

– Глаза у него хоть были такие же красивые? – Настя все сильнее подпадала под обаяние князя на фотографии.

– Какие глаза? – заорал Командор. – Я вообще от страха, когда этот призрак вышел, едва не помер! Но вот усов у него точно не было!

– Усы – это мелочь, – махнул рукой Дима. – Князь их еще при жизни мог сбрить.

– Пожалуй, ты прав, – согласился Петька. – Я вот что хочу сделать. Отдам этот журнал папе. Пусть он обе фотографии у себя на работе увеличит и переснимет. Тогда мы при новой встрече с призраком сможем его как следует сопоставить с внешностью живого князя.

– Ты что, Петька, опять собрался его вызывать? – полюбопытствовала Маша.

– Естественно, – подтвердил тот. – Все же теперь до мелочей сходится. Вплоть до следов у церкви. Теперь, кроме князя Борского, нам этой тайны никто не откроет.

– Только давайте теперь Вову с Сашей возьмем, – предложила Настя. – Во-первых, если мы еще раз без них будем эксперимент Парнасского проводить, они просто на нас обидятся. А во-вторых, нам с ними будет не так страшно.

– Верно! – обрадовался Петька. – Мы им тоже черные маски дадим. Тогда они наверняка призрак не спугнут.

– Тем более он у нас вроде вообще не пугливый, – заметил Дима.

– Знаете, нам надо заранее настроиться, чтобы быть посмелее во время нового эксперимента, – обратился Петька к друзьям.

– Вот сам и настраивайся, – хмыкнул Дима. – Кто, интересно, из нас тогда побежал первым?

– Я и не отрицаю, – понуро проговорил Петька. – Просто, если мы опять так себя поведем, эксперимент пройдет совершенно бессмысленно.

– И череп второго мужа Ковровой-Водкиной, если ты его опять бросишь, больше не выдержит, – засмеялся Дима. – Он и так уже склеен.

Петька не обратил внимания на колкости.

– Хорошо, что мантия еще у меня. Она нам сегодня понадобится.

– Ты хочешь сегодня эксперимент проводить? – переспросила Маша.

– А чего дожидаться! – повысил от волнения голос Петька. – Меня эта тайна замучила! Если мы ее быстро не раскроем, я с ума сойду.

Друзьям возразить было нечего. Всем им хотелось скорее разгадать эту тайну.

– Тогда надо Вову с Сашей заранее предупредить, – посоветовала Маша. – Откуда мы знаем, какие у них на сегодня планы.

– Будем рассказывать, что князь Борский оказался заядлым автомобилистом? – спросил Дима у Командора.

– Почему бы и нет, – отозвался тот. – Мы же вроде как с ними вместе действуем. Единственное, о чем прошу: ни слова про Тайное Братство.

– Ну это само собой, – с большим чувством ответственности произнес Дима. – Мы же клятву друг другу давали.

Взобравшись снова на велосипеды, юные детективы поехали в деревню Борки.

Сторож Иван Степанович к этому времени совсем оправился от ночных потрясений и смазывал петли шлагбаума, которые в последние несколько дней очень сильно скрипели. Он как раз положил на дорогу большую масленку и собирался проверить подъемное устройство шлагбаума, когда к сторожке приблизились юные детективы.

– Слушай-ка, Петька, – обернулся к Командору Дима. – Ты снова пойдешь в мантии от самого дома?

– Ну уж нет, – отвечал ему тот. – Я с ней в прошлый раз намучился. Понесу ее до развалин в сумке, а там и надену.

Кивнув понимающе головой, Дима взглянул на дорогу. Но было поздно. Колесо его велосипеда пришлось точно на середину масленки Степаныча. Тут же раздался мелодичный хлопок. Когда друзья посмотрели на сторожа, лицо его было в обильных брызгах машинного масла.

– Стой! Ни с места! – грянул злобно Степаныч.

Дима нажал было с испугу на тормоз.

– Не вздумай! – завопил Петька. – Потом разберемся!

И юные детективы изо всех сил рванули от разъяренного сторожа. Тот проводил их несколькими крепкими выражениями.

– Все дело в том, что теперь с молодежью никакие организации не работают, – пробубнил под конец сторож и принялся вытирать лицо носовым платком.

Юные детективы сбавили ход только у поворота на берег пруда.

– Теперь Степаныч точно жаловаться на нас побежит, – встревоженно проговорила Настя.

– У меня лично предки сегодня опять с ночевкой в Москве, – сообщил Петька.

– Что-то они стали чересчур много свободы тебе давать, – с завистью покосился на друга Дима.

– Я просто завоевал их доверие, – назидательно произнес Командор. – Чего и тебе желаю. Главное в таких случаях для взрослых – уверенность, что не приедут на пепелище. Или дача, например, без них не взорвется.

– Прибыли! – Петька остановился у дома семь в переулке Дружбы.

Вова сосредоточенно ходил по двору.

– Какие проблемы? – окликнул его Командор.

– Да вот, хотел искупаться пойти, а мамаша Никак из города не возвращается, – озадаченно отозвался тот. – Она ключ забыла взять.

– Папа-то как? – полюбопытствовала Настя.

– Выздоравливает, – улыбнулся Вова. – Послезавтра домой возвращается.

Тут друзья изложили ему цель сегодняшнего визита. Мальчика предложение привело в полный восторг. Узнав, что князь, по всей видимости, разъезжает иногда ночью на призрачном автомобиле, Вова воскликнул:

– Ребята! Если сегодня получится с его вызовом, мы же такую деньгу зашибать потом будем!

– Это как? – уставились на него с недоумением юные детективы.

– Сами, что ли, не понимаете? – продолжал скороговоркой Вова. – Устроим что-нибудь вроде ночного аттракциона. Билеты продавать будем! Действие начинается ровно в полночь. Вы своим экспериментом вызываете князя. Публика смотрит и радуется. Знаете, сколько народу можно по нашей округе набрать?

– Идея, может быть, неплохая, но ничего не получится, – тут же разочаровал мальчика Петька. – Призраки при большом скоплении людей прячутся.

Вова несколько скис.

– Жалко. Но я все равно пойду с вами. Побегу Сашку предупредить, пока нет мамаши.

– Тогда встречаемся в половине двенадцатого у моста через пруд.

– До встречи.

И Вова быстрым шагом направился к соседнему дому.

НОЧЬ ПРИЗРАКА

Вова и Саша терпеливо ждали юных детективов у дамбы. Те все не появлялись.

– Может, мы что-нибудь перепутали? – спросил Саша. – Ты точно помнишь, что в половине двенадцатого?

– Я всегда точно запоминаю, – обиделся Вова. Тут на дороге послышались шаги.

– Они или не они? – вглядывался в темноту Вова.

– Давай-ка на всякий случай спрячемся, – посоветовал Саша. – Ночь ведь сейчас. Вдруг какие-нибудь бандиты?

Деревенские мальчики юркнули за плакучие ивы.

– Не они, – прошептал тихо Саша. – Смотри, Вовка, ужас какой!

Вова взглянул на дорогу и вздрогнул. К ним приближались четыре очень странные личности. У троих были сплющенные черные лица. Четвертый был мертвенно-бледным и к тому же с дырой на лбу.

– Инопланетяне, – хрипло произнес Саша. – Смываемся.

Но смыться они не успели. Потому что именно в этот момент мертвенно-бледный тип произнес знакомым Петькиным голосом:

– Ну и где же они? Ведь на половину двенадцатого договорились.

– Мы тут! – Деревенские мальчики вылезли из кустов.

– А зачем прячетесь? – недовольно взглянул на них Командор.

– От лишних глаз, – объяснил Вова. – И вообще, могли бы предупредить, что в таком жутком виде заявитесь. Мы с Сашкой уже смываться хотели.

– А мы разве не предупреждали? Маски требуются по условиям эксперимента. Мы, кстати, и вам принесли. Надевайте! – Командор протянул Вове и Саше старые чулки Анны Константиновны. – Иначе спугнем привидение.

– Надо так надо. – Вова и Саша покорно надели маски.

– Неужели у нас такие же страшные рожи теперь, с приплюснутыми носами? – спросил младший из мальчиков, сворачивая на дорогу к станции.

– Еще бы! – усмехнулся Дима. – Такая маска не только тебя, но и древнегреческого Аполлона изуродовать может.

– Кстати, а как вы своим родителям объяснили ночной уход? – полюбопытствовал Петька.

– А никак, – махнул рукой Вова. – Мы летом, когда нет дождя, всегда спим на раскладушках в саду. Кто нас там до утра искать будет?

Юные детективы с завистью вздохнули. Бывают же люди, у которых почти нет проблем!

– Пошли, что ли, скорей, – поторопил всех Вова. – Тащимся еле-еле. А мне жутко хочется скорей князя повидать.

– Ты ведь уже видел, – произнес вполголоса Саша.

– Это совсем другое, – ответил Вова. – Тогда мы с мамашей боялись. А теперь мы вроде бы эксперимент проводим, и никакой опасности.

– Насчет опасности ты уж особо не зарекайся, – бодро проговорил Дима. – Свойства призраков еще до конца не изучены.

– То есть, выходит, князь может опасным сделаться? – дрогнувшим голосом спросил Вова.

– Естественно, – подтвердил Дима. – Кто же него может на сто процентов ручаться!

– Не бойся, Вова! – вмешалась немедленно Настя. – Этот князь Борский, видимо, был человеком благородным. Во всяком случае, на фото-рафиях он настоящий красавец. Такие люди на беззащитных обычно не нападают.

– Тогда хорошо, – несколько успокоился Вова.

Они свернули на темную грунтовую дорогу.

– Сейчас фонарик зажгу. – Саша деловито полез в карман брюк.

– Не вздумай! – остановил его Петька. – По дороге к призраку источниками искусственного света пользоваться запрещено.

– Почему?

– Я-то откуда знаю? Так у Парнасского сказано. Он пишет, что эксперимент иначе не получится.

– Тогда уж как-нибудь так обойдемся.

Разбитую дорогу к имению друзья, несмотря на темную безлунную ночь, миновали достаточно легко.

– Интересно, как там внутри-то ночью? – Вова в нерешительности остановился перед разрушенной стеной усадьбы.

– Обыкновенно, – изо всех сил храбрился Дима. – Мы как-то уже привыкли.

– Там ночью приблизительно так же, как днем, – подхватила Маша. – Только темно. Ну и князь Борский иногда появляется в виде призрака.

– А я его что-то совсем перестала бояться, – • грустно произнесла Настя. – По-моему, это очень несчастный, но замечательный человек.

– Влюбилась! – фыркнул Дима. – Ты еще с этим призраком роман заведи, когда он сегодня появится!

– Глупости! – обиделась рыжая девочка. – Я просто ему сочувствую чисто по-человечески.

– Да я что! – примиряюще отозвался Дима. – Сочувствуй, пожалуйста. Правда, он уже вроде не человек, а призрак. Вдруг он в этом своем состоянии переродился?

Настя ему ничего не ответила.

Петька, взглянув на часы, стал натягивать мантию.

– Потрясающе! – завороженно уставился на него Вова. – Ты прямо на черта сейчас похож.

– Я бы тебя попросил, – зябко поежился Командор, – не упоминать в такой обстановке нечистую силу.

Вова смущенно умолк. В это время где-то совсем близко заорал филин. От его жуткого крика у всей компании похолодело внутри.

– Накликал! – недружелюбно проговорил Дима.

– Извините, я ваших мистических правил как-то пока не освоил.

Филин разошелся еще сильней.

– Жуткий звук, – задрожал голос у Димы. – Будто грудные дети из преисподней кричат.

– Заткнешься ты или нет? – шикнула на него Маша. – И без тебя жутко.

Неожиданное вмешательство ночной птицы настроило всех на особый лад. Каждый из шестерых детей явственно ощущал: вот-вот случится что-то необычайное.

Петька посмотрел на светящийся циферблат часов.

– Пора очерчивать круг.

Повернувшись лицом к стене, он провел вокруг себя по полу деревянной палкой. Затем шепотом обратился к друзьям:

– Помогите мне кто-нибудь с черепом и свечой.

Дима достал из сумки череп, зажег свечу и вручил обе мистические принадлежности Командору. Тот, вытянув руки с черепом и свечой, проделал старательно весь ритуал Парнасского. Когда дело дошло до непонятного перуанского заклинания, любознательный Вова шепнул:

– А чего это он там за песню поет?

– Тише ты! – ткнул его в бок Дима. – Это совсем не песня. И вообще, так нужно. Потом объясню.

Часы на руке у Петьки проникали двенадцать. Командор открыл глаза. Из стены никто не показывался. Стоя поодаль возле перегородки, остальные ждали, что последует дальше.

Петька не отводил глаз от стены. Минуту спустя он подумал, что эксперимент сегодня по каким-то причинам не принес результатов. Не успел мальчик, однако, сказать об этом друзьям, как со стороны часовни отчетливо послышался рокот мотора.

Не выпуская из рук черепа и свечи, Командор ринулся сквозь пролом на улицу. Он смотрел во все глаза на дорогу, которая шла к часовне. Между деревьями вдалеке что-то блеснуло. Затем шум мотора начал стихать.

– К станции вроде поехал, – прошептала за спиной Петьки Настя.

– Я тоже так думаю, – отвечал мальчик.

Филин продолжал истошно орать. На небе вдруг показалась луна. От ее света ребятам сделалось совсем не по себе.

– Может, пойдем? – предложил Дима.

– Думаю, все-таки еще нет. – Петька уже осмелел. – Уж если мы этим занялись, стоит, по-моему, подождать. Князь запросто может вернуться.

Ребята прождали минут сорок пять.

– Боюсь, он уже не придет, – наконец сказал Петька. – Я только хочу перед уходом еще раз осмотреть все внутри.

– Теперь-то фонарик можно зажечь? – спросил Саша.

– Теперь даже нужно, – охотно согласился Командор.

При свете фонарика они осмотрели стену.

– Надоела мне эта загадка! – Дима внезапно ударил с силою кулаком в стену. – Прямо хоть вызывай каких-нибудь экстрасенсов для общения с призраком!

Не успел он это произнести, как прямо перед ним, посредине стены, возник черный проем. Друзья остолбенели.

– По-моему, это князь Борский нас приглашает, – первой обрела дар речи Настя.

– Вообще-то Парнасский нигде о таких приглашениях не упоминал, – произнес озадаченно Петька.

– Лезть ночью? В такую дыру? – Осторожный Дима отступил на несколько шагов от стены.

– Прямо дорога в ад, – снова принялся за свое Вова.

– Тебе что говорили про нечистую силу? – Командор, у которого нервы были уже на пределе, злобно покосился на него.

– При чем тут я, когда такие дела творятся? – начал оправдываться младший мальчик.

– Вы – как хотите, а я пошла. – Настя вдруг шагнула решительно внутрь. – Нам, может быть, никогда больше такого случая не представится, – услышали друзья уже из проема ее голос.

Вдруг она ойкнула и затихла.

– С ней что-то случилось! – бросился вперед Командор. – Теперь уж придется идти.

Друзья вошли в проем и при свете фонарика увидели ступеньки. Они вели вниз.

– Настя! – тихо позвал Командор.

– Идите сюда! – Голос девочки послышался откуда-то снизу. – Я просто немножечко оступилась.

Друзья стали спускаться. Дима обернулся назад. Проема не было. Сзади при тусклом свете фонарика виднелась кирпичная кладка стены.

– Ну все, – замогильным голосом проговорил мальчик. – Теперь никогда нам не выбраться.

– Ты чего там бубнишь? – прошептала Маша.

– Вон, видишь? – указал с мрачным видом на стену Дима. – Князь закрыл ход.

Их беседу услышали остальные. Настя, оправившись после падения с лестницы, тоже к ним поднялась. Петька дошел до верхней ступеньки.

– Странно, – потрогал он старый шершавый кирпич стены. – Мы ведь только что тут прошли.

– Прошли, и все, – нервно сказал Саша. – Теперь капут. Видно, князь Борский хочет, чтобы мы стали призраками.

– Не знаю, что он хочет, – помрачнел еще больше Дима. – Но мы здесь запросто можем себе найти могилу.

Петька, стараясь не поддаваться унынию, сосредоточенно ощупывал стену. Но сейчас даже трудно было поверить, что они всего пару минут назад прошли сквозь нее.

– Вообще-то, мне кажется, тут ничего нет мистического, – чуть оправившись от потрясения, заговорил Командор. – Ты сильно по стене ударил кулаком? – осведомился он у Димы.

– Вроде да, – отвечал тот. – Я теперь вспоминаю, что эта стена у меня под кулаком словно промялась.

Услыхав это, Командор улыбнулся.

– Тогда я почти точно уверен, что это старинный потайной ход. Такое раньше в богатых домах часто на всякий случай устраивали. Видимо, Димка нажал на пружину. Вот тайная дверь и открылась. Думаю, ее и отсюда как-нибудь можно открыть. Только вот как? Я ничего пока что не нахожу.

– Знаете, мы с этой стеной можем два дня провозиться, – сказала Маша. – Может быть, лучше попробуем пройти вперед? Должно же нас это подземелье куда-нибудь вывести!

– Пошли, – согласился Петька. – Наверное, это действительно единственный выход.

Саша, держа фонарик в руках, двинулся первым вниз. Ступеньки были неровные и стерлись от времени. Судя по этому, потайным ходом часто пользовались.

– Неужели князь Борский тут ходит каждую ночь? – с дрожью в голосе и в то же время с какой-то надеждой спросила Настя.

– Возможно, князь, а возможно, и кто-то другой, – загадочно произнес Петька. – Сейчас сами увидим. Все равно нам ничего другого не остается.

И тут Саша споткнулся. Фонарик выпал у него из рук и погас.

– Ну вот. Без света теперь остались, – пробурчал Дима. – Залезли неизвестно куда. Так теперь еще тут идти в темноте.

– В другой раз проведем для тебя электричество, – даже, невзирая на страх, не удержалась сестра.

– Много ты понимаешь! – окрысился Дима. – Тут же в любой момент может какая-нибудь волчья яма оказаться. Откуда ты знаешь, зачем нас сюда князь заманивает? Я лично дальше вперед не пойду.

– У меня же есть свечка! – Командор вдруг вспомнил про пластиковую время держал в руках.

Он чиркнул зажигалкой, подземный ход.

– Ты череп второго мужа Ковровой-Водкиной не забыл? – спросила вдруг Настя.

– Не забыл, – отозвался Петька. – Он у меня тут, в сумке.

– В такое мрачное подземелье только со своим черепом и ходить, – вновь разворчался Дима.

Друзья медленно продвигались вперед. Пламя свечи выхватывало из темноты каменные стены подземелья, подернутые зеленоватой плесенью. Шагов через сто узкий коридор вдруг расширился. Ребята попали в какой-то подземный зал.

– Ч-черт! – Петька рухнул со звоном и грохотом.

Свеча у Командора в руках погасла, но из рук он ее не выпустил. Остальные ждали, застыв, что последует дальше.

– Хоть бы встать кто-нибудь помог, – обратился с упреком к ним Командор.

– Мы просто ждали, – оправдывался Саша. – Вдруг ты куда-то упал и тебя в живых уже нет. Чего ж остальным тогда зря рисковать!

– Надежный ты парень, как я погляжу… – Командору наконец удалось зажечь свечу.

Он поднялся на ноги и осветил широкое помещение. Друзья подошли поближе и обомлели.

– Вот вам и призрак князя! – Командор протянул вперед руку с пластиковым пакетом.

Тут и впрямь было чему удивиться. С пола до потолка вдоль каменных стен стояли ящики. В них блестели полные и пустые бутылки.

– Наследия князя Борского как-то не напоминает, – хмыкнул Петька. – Зато очень похоже на подпольный цех.

Друзья следом за Петькой обошли комнату.

Кроме бутылок, там стояли большие бидоны серого цвета. Посреди комнаты находился стол с этикетками и станок для завинчивания пробок.

– Интересно, он работает? – Дима подошел к одному из станков и нажал какую-то красную кнопку. Станок с тихим урчанием запрессовал на пустой бутылке пробку с резьбой.

– Такие на бутылки с водками ставят! – сообразил Вова.

– Вы мне лучше скажите, откуда тут электричество? – озадаченно посмотрел на друзей Дима.

– А почему ты думаешь, что тут есть электричество? – спросила Маша.

– Потому что станок работает, – объяснил Дима. – Не призрак же князя Борского сюда провода тянул!

Все засмеялись. Перед ними возникла какая-то новая и пока непонятная тайна. Но по сравнению с призраком, который вдруг заманил их неизвестно зачем в стену, она казалась совсем не страшной. Только Настя в глубине души немного жалела, что так и не повстречалась с князем.

– А насчет электричества это просто, – вдруг будничным тоном произнес Вова. – В часовне когда-то хранили овощи. И подвод электрический был.

– Наверное, ты прав, – согласился Петька. – Провод тянется через весь зал и ведет в следующий коридор.

– Значит, и подземелье идет к часовне, – сообразила Маша. – Только бы нам отсюда выбраться! – Она вдруг задрожала. – Если сюда кто-то придет…

Девочка не договорила. Однако всем было достаточно и этого. Даже еще окончательно не разобравшись, кто и что тут изготовлял, юные детективы поняли: если их тут застанут, скорее всего, им из подземелья живыми не выйти. Теперь каждый из них предпочел бы, чтобы в подземном ходу, вместо подпольного цеха, оказался милый старинный призрак князя.

– Слушайте! – воскликнул вдруг Дима. – Если это они из стены выходили, то, значит, орудовали тут по ночам и сейчас в любую минуту могут явиться.

– Все равно надо тут сперва как следует разобраться! – Петька решительно шагнул к серым бидонам.

Он открыл запор. Поднял массивную крышку. Принюхался.

– Спирт, – уверенно произнес он. – Чистый.

– Не совсем чистый, – возразил Дима, выглядывая из-за его спины.

– Вот уж не думал, что ты такой крупный специалист по спиртам, – с усмешкой взглянул на него Командор.

– А тут и не надо быть специалистом… – Дима был очень горд своей наблюдательностью. – Видите надпись?

Он ткнул указательным пальцем в бок бидона. Там черными буквами значилось: «Спирт технический».

– Н-да, – только и произнес Командор. Дима подошел к столу.

– Давайте теперь посмотрим на этикетки. О-о! «Распутин»! – воскликнул он секунду спустя. – И сверху. И снизу. Разве что не подмигивает!

– Вот тебе и «ввэрху и внызу», – снова передразнила рекламу «Распутина» Настя. – Выходит, все эти наклейки ничего не стоит подделать.

– Ну, не думаю, что совсем ничего не стоит, – поправил рыжую девочку Петька. – Но в принципе можно, если есть оборудование.

Он помолчал. Затем, обведя торжественным взглядом всю компанию, медленно начал:

– Надеюсь, вам ясно, чем тут занимались?

– Напитки поддельные изготовляли, – ответил Вова.

– Правильно, – согласился Петька. – Но не просто напитки, а поддельную водку «Распутин». Теперь понимаете, почему ее тут в округе такое количество продается?

– У, гады! – мстительно проговорил Вова. – Это, значит, они моего папашу и остальных техническим спиртом травили! Убить их всех надо!

– Я вот думаю, как нам с вами теперь лучше себя повести, – медленно проговорил Командор. – Конечно, всего заманчивей было бы их самим тут всех задержать. Но мы, боюсь, с ними не справимся.

– Я только не понимаю, чем тебе наш капитан Шмельков не нравится? – тут же вмешался Дима.

– Да успокойся, – весело подмигнул ему Петька. – Не собираюсь я рисковать ничьей жизнью. Главное, мы это раскрыли. А дальнейшее – дело милиции.

– Тогда пошли быстро к Шмелькову! – крикнул Дима.

– Ты забыл, что нам еще надо отсюда выбраться, – тихо проговорила Маша.

Выключив свет, юные детективы снова зажгли свечу и направились вперед по узкому коридору. Проход вновь сузился. Тут, кажется, было еще мрачнее, чем в коридоре, который вел к подземному залу от стены усадьбы.

– Что-то мне тут совсем неприятно, – уныло бормотал в темноте Дима.

– Зато мы, знаешь ли, живейшее удовольствие получаем, – отвечал ему Командор. – В особенности воздух свежий.

– А если кто-нибудь из бандитов появится, мы никуда тут от них не спрячемся, – сказал Саша.

Услыхав это, друзья прибавили шаг. Под ногами у них похрустывали стекла. Видимо, члены банды таскали по этому ходу ящики с бутылками и кое-что дорогою разбивалось.

– Ступеньки! Ступеньки! – первым заметил Петька.

Коридор действительно уперся в каменные ступени. Поднявшись наверх, Командор увидал крышку люка с большой рукояткой. Он наугад потянул рукоять на себя. Крышка медленно стала подниматься. Наконец, открылся квадратный проход.

– Вылезайте! – велел остальным Петька. Ребята по одному вылезли.

– Где это мы? – удивленно осматривался по сторонам Дима.

– В часовне, – сообразил Петька.

При свете порядком истаявшей свечи со стен на ребят смотрели поблекшие лики святых.

– Удивительно, что хоть какая-то роспись сохранилась! – воскликнула Настя.

Голос ее гулко разнесся под сводами.

– Знаете, мы, пожалуй, о росписях и других красотах местной архитектуры поговорим после, – вернул друзей к суровой действительности Командор. – Нам бы отсюда выбраться.

– Да ведь уже выбрались, – беспечно махнул рукой Саша.

– А как мы дверь откроем? – спросил его Дима. – Забыли разве? На ней ведь замок снаружи висит.

Подойдя к выходу из часовни, он с силою пнул ногой дверь. Та неожиданно распахнулась.

– Ну, ты сегодня у нас просто великий открыватель тайников! – Петька окинул старого друга благодарным взглядом. – Сперва нас к Борскому в подземелье впустил. А теперь вот наружу вызволил.

Вскоре выяснилось, что замок на двери висел лишь для вида. Второе ушко закреплено не было.

– Вот так просто они сюда и заходят. – Командор внимательно осмотрел дверь. – А мы, идиоты, ломали головы, кому сюда на машине ездить понадобилось. Ладно, идем к Шмелькову.

– Как это ты, интересно, пойдешь? – посмотрела на часы Маша. – Два часа ночи. Электричек теперь до шести утра не будет.

– Ситуация, – враз погрустнел Командор. – Пешком мы до нашей милиции целый час топать будем.

– Зачем вам милиция? – удивился Вова. – Капитана Шмелькова ночью на работе все равно нет. Если он не дежурит, конечно. А так он вообще в наших Борках живет. Пошли. Покажу его дом.

– Погодите-ка, – спохватился в последний момент Командор. – Надо закрыть люк, как прежде.

Он кинулся внутрь и попытался закрыть крышку люка. Крышка не подавалась. Петька вертел во все стороны рукоять, чертыхался, совершенно забыв о собственном запрете, колотил по люку ногами, но даже на миллиметр не мог сдвинуть крышку.

– Давайте все вместе попробуем! Ребята навалились на люк. Ни малейшего результата.

– Старинная работа, – с уважением покосился на люк Саша. – Видно, с большим секретом.

– Была бы современная, она бы под нашим напором уже сломалась бы, – философски ^заметил Вова.

– Что же делать? – растерянно произнес Командор. – Если мы так все оставим и преступники прежде нас тут окажутся, считайте, мы их упустили.

– Естественно, тут же смоются, – согласились с ним остальные.

– А если нам разделиться? – предложила Настя. – Ты, Петька, с Вовой бежишь к Шмелькову. А мы до вашего возвращения тут посидим в засаде. В крайнем случае, если они приедут, хоть номер машины запишем.

– Пожалуй, нам ничего другого не остается, – согласился Командор. – Только давайте договоримся: никакого дурацкого геройства. Если они появятся, запоминайте номер машины и тут же бегите к сторожке Степаныча.

– К Степанычу? – возмутились друзья.

– Меня сейчас его человеческие качества не волнуют, – строго заметил Петька. – У Степаныча есть телефон и ружье. И потом, он тут же с районной милицией свяжется. Ну ладно. Мы побежали.

И они с Вовой бегом припустились к деревне.

– Стой! – вдруг воскликнул Петька.

– Ты что? – удивился Вова.

– Погоди. Я сейчас.

Командор вбежал в часовню и скрылся в люке. Вскоре его голова вновь показалась на поверхности.

– Ты чего там забыл?

– Водку! – Петька гордо потряс перед его носом бутылкой поддельного «Распутина». – Образец вещественного доказательства для капитана Шмелькова. А теперь нам действительно надо спешить.

БАНДА ЗАДЕРЖАНА

Капитан Алексей Борисович Шмельков пребывал в полном одиночестве. Его жена вместе с дочкой уехали отдыхать. Капитану Шмелькову выдался напряженный рабочий день. Сперва он вылавливал хулиганов в соседней деревне. Затем накрыл шайку расхитителей бензина, которая орудовала по мелким автохозяйствам. Потом капитан Шмельков до конца рабочего дня составлял рапорты по начальству. Вернувшись домой, он сварганил себе немудрящий ужин из картошки и яичницы и лег спать.

Петька и Вова сначала стучали капитану Шмелькову в дверь. Но им никто не открыл.

– Неужели его нет дома? – произнес с трагическим видом Петька.

– Это еще не факт, – ободрил Вова. – Наш капитан Шмельков всегда спит как убитый. Сейчас мы в окно ему постучим.

Мальчики зашли за угол деревенской избы и заколотили изо всех сил по стеклу.

Капитан Шмельков, еще мало чего соображая со сна, пулей метнулся с кровати к окну. Едва взглянув на ночных пришельцев, он столь же стремительно плюхнулся на пол и по-пластунски пополз к кровати за табельным пистолетом. Вообще-то, несмотря на маленький рост и тщедушное телосложение, Алексей Борисович был человеком мужественным. Но как не прийти в ужас, когда тебя среди ночи поднимают две странные личности, одна из которых в черной маске, а у другой лицо белое, как у мертвеца, да еще с дыркой во лбу!

Сперва капитан Шмельков вообще ничего не понял. Привыкнув, однако, оперативно и быстро оценивать обстановку, он по пути к кровати уже понял, что это какой-то маскарад. К тому времени как рука Шмелькова коснулась табельного оружия, он не сомневался, что к нему наведались криминальные элементы. «Вот и до меня добрались, – капитан вспомнил о многочисленных случаях давления на милицию со стороны криминальных структур. – Сейчас будут или запугивать, или подкупать. Но не на того напали!»

Бросив пружиной тело к окну, капитан Шмельков наставил пистолет на ночных пришельцев.

– Ни с места! – приказал он охрипшим со сна голосом. – При малейшем движении открываю огонь!

– Да вы что, Алексей Борисович! Это же мы! – в полной растерянности закричал Петька.

– Кто это мы?

– Петька Миронов!

– И Вовка Захаров!

– А чего в таком виде неподобающем? – нахмурился Алексей Борисович.

– Ой! – Командор только сейчас посмотрел на Вову в черной маске из старых чулок Анны Константиновны. – Простите, пожалуйста! Мы так торопились, что даже забыли.

– А зачем вообще это все? – еще строже осведомился капитан Шмельков.

– Алексей Борисович! Мы вам потом объясним! – крикнул Петька. – Сейчас главное надо делать! Мы там, в часовне, такое накрыли!

– Ну, проходите! – Капитан почему-то пригласил ребят лезть в комнату через окно.

Впрочем, мальчики были в таком волнении, что в поступке Алексея Борисовича не усмотрели ничего странного.

– Вот! – спрыгнув с подоконника на пол комнаты, полез в пластиковую сумку Петька. – Бандитская водка!

– Бандитская водка? – невольно попятился капитан от стола.

Дело в том, что Петька, сам того не заметив, поставил на стол вместо бутылки «Распутина» череп.

– Может быть, эта вещь и бандитская, но на водку никак не похожа, – пробормотал в замешательстве Алексей Борисович.

– Опять я все путаю! – Петька наконец извлек из сумки бутылку.

– А где ты это нашел? – вроде бы заинтересовался Шмельков.

– В часовне! – быстро принялся объяснять Петька. – Там подвал! Станки! Пустые бутылки! Полные бутылки! Спирт! Этикетки! И в результате– поддельная водка «Распутин»!

– Ну-ка, подробнее повтори! – заволновался Алексей Борисович.

Петька с Вовой наперебой стали рассказывать, как обнаружили тайный подземный ход, а потом наткнулись на подпольный цех.

– Во, елки! – вскочил на ноги милиционер. – Мы эту банду всеми районными силами уже полгода выслеживаем! От их продукции сплошняком идут тяжелые отравления! Сидите тут! Я сейчас!

Натягивая на ходу брюки и форменную рубашку с погонами, капитан кинулся к мотоциклу, где у него с недавнего времени была оборудована радиотелефонная связь с милицией области. Японская радиотелефонная установка, а также три милицейских джипа «чероки» были пожертвованы областной милиции одним местным финансовым тузом, который месяца три назад понес сильный урон от криминальных структур.

Рассыпая мысленно благодарности щедрому финансисту, капитан Шмельков вывел на улицу мотоцикл и связался по телефону с оперативниками.

– Вызываю наряд! – назвав себя, четко произнес он. – Часовня в деревне Борки. Берем банду.

Бросив радиотелефон в коляску, капитан крикнул мальчикам:

– Поехали! Быстро!

Вовка прыгнул в седло позади капитана Шмелькова.

– Ты хоть это сними, – покосился на него Алексей Борисович, – а то с тобой ехать стыдно. Вова послушно сорвал с лица маску.

– Тебе тоже умыться бы не мешало, – перевел взгляд капитан Шмельков на Петьку.

– Понимаю, но не могу, – забравшись в коляску, развел тот руками. – Это мамина косметическая маска. Она только горячей водой отмывается, да и то плохо.

– Ну тогда мотоцикл сейчас подтолкнешь. У меня с аккумулятором до сих пор плохо.

Петька выскочил из коляски и толкнул мотоцикл. Мотор завелся. Мальчик прыгнул на ходу в коляску. Вскоре они уже неслись по ухабам разбитой дороги к часовне князя Борского.

Только они подъехали, навстречу им из кустов вышли ребята.

– Ничего? – спросил у них Петька.

– Абсолютно, – отвечал ему Дима. – Ни звука. Ни шороха. Даже филин затих.

– Показывайте, – выпрыгнув из седла, распорядился капитан Шмельков.

Дети провели его в подвал.

– Да-а, – начал осматривать Алексей Борисович подземный зал. – Простенько оборудовались, но надежно… Что ж, будем брать.

Едва они поднялись наверх и вышли из часовни, на новеньком джипе подъехал оперативный отряд. Шесть человек выпрыгнули из машины и, выслушав капитана Шмелькова, стали осматривать место. Затем они принялись совещаться, как лучше устроить засаду.

– Надо бы люк в часовне обратно закрыть, – посоветовал Петька. – Иначе бандиты наверняка заподозрят неладное.

– Ну-ка, Васильич, сходи, – обратился к толстому оперативнику капитан Шмельков. – Ты у нас большой специалист по всяким хитрым запорам.

Толстый Васильич вразвалку приблизился к люку, окинул его ленивым взглядом. Затем столь же неспешно провел рукой по левому торцу откинутой крышки, и она медленно затворилась.

– Простенькое устройство, – басом изрек Васильич. – Обыкновенная кнопка.

– Можно нам подождать вместе с вами, когда бандиты придут? – умоляюще посмотрел на Шмелькова Петька.

– Нет, ребята, – твердо проговорил тот. – Я не имею права. Представьте себе: вдруг они отстреливаться начнут?

У юных детективов, а также у Вовы с Сашей вытянулись страдальчески лица.

– Вот так всегда, – угрюмо произнес Дима. – Ищешь что-нибудь, ищешь, а самое интересное – без тебя.

На этот раз даже Маша не стала ему возражать. Все юные детективы чувствовали то же самое, что и Дима.

– Да вы не расстраивайтесь, – улыбнулся капитан Шмельков. – Я обещаю вам все потом рассказать. И в рапорте по начальству о вас напишу. Ваш труд должен быть по заслугам оценен.

Столь уважительное отношение несколько приободрило ребят.

– Может быть, все-таки мы тихонько останемся? – вновь попытали они счастья.

– Нет! – Шмельков был по-прежнему непреклонен. – Вы поймите! Мы из-за вас упустить их можем.

– Это еще почему? – с возмущением воззрился на капитана Дима.

– Да потому что, если они стрельбу откроют, нам вместо того, чтобы их задерживать, в первую очередь думать придется, как бы там вас не задело случайно пулей. А если они улизнут, считайте, что вся ваша деятельность абсолютно насмарку.

Петька задумался. Риск попасть в перестрелку его не очень-то волновал. Но вот если дело от этого пострадает… Ведь если преступников не возьмут с поличным, они могут скрыться потом в неизвестном направлении.

– Ладно, ребята. Пошли, – обратился он к остальным.

– Да, да, идите, – обрадовались оперативники и капитан Шмельков.

– Только вы нам потом все расскажете, Алексей Борисович, – еще раз напомнил Петька.

– Сразу же, как задержим, – пообещал капитан. – Честное офицерское. Только не суйтесь больше сюда без моего приказ!.

– Ладно, – заверили его ребята.

По дороге домой юные детективы вдруг ощутили такую усталость, что, распрощавшись у поворота к деревне с Вовой и Сашей, даже не заходя к Петьке, поспешили к себе на дачи. Дима добрел до сада в совершенно разбитом состоянии.

– Я по канату лезть сейчас наверх не могу, – остановившись под окном собственной комнаты, занудным голосом проговорил он.

Пришлось Маше его воодушевлять. Она приводила множество всяческих аргументов в пользу Диминого восхождения по веревке. Перспектива вытянуться в уютной кровати совсем на него не подействовала. Насмешки сестры над его слабой волей – тоже. Лишь когда Маша решительно заявила, что, если утром их не окажется в комнате, бабушка наверняка примет крутые меры, мальчик тяжело вздохнул и с тихими стонами вскарабкался наверх.

Утро следующего дня прошло в ожиданиях. Разумеется, сразу же после завтрака юные детективы собрались в шалаше у Петьки.

– Капитан Шмельков не звонил? – тут же спросили они Командора.

– Нет еще, – покачал головой тот. – Кстати, давайте-ка лучше посидим в доме, – предложил он. – Родители только часа через два из Москвы приедут. Так что нужно нам самим ждать там звонка капитана.

Они устроились в столовой рядом с телефоном.

– Ну и тайна, – со вздохом проговорила Настя. – Искали призрака, а нашли подпольный цех.

– Кстати, – перебил ее Петька. – Я вчера перед тем, как заснуть, понял. По эксперименту Парнасского мы бы вчера настоящее привидение не вызвали.

– Это еще почему? – посмотрел в полном недоумении на старого друга Дима. – Я точно знаю. Ты весь ритуал проделал по правилам.

– В том-то и дело, что не весь. Во-первых, я забыл поголодать. А во-вторых, пепси-колы не выпил.

– Вообще с этим призраком вышла какая-то чушь, – махнул рукой Дима.

– А чем ты, собственно, недоволен? – возмущенно отозвалась Маша. – Мы же накрыли опасных преступников!

– Нет, я доволен, – улыбнулся Дима. – Только хочется, чтобы скорее Шмельков позвонил.

– Слушайте! – Петька вскочил с места. – Теперь мне понятно!

– Что там тебе понятно? – спросил Дима.

– Помните, я говорил, что мне в этом призраке что-то показалось странным?

– Ну? – Друзья вопрошающе посмотрели на него.

– Так вот, эта странность была в одежде.

– В какой одежде? – не поняла Настя.

– Ну всем, кто видел призрака, казалось, что князь Борский появляется в черной старинной длинной одежде. Одежда действительно была длинная. И черная. Только вот стариной там даже не пахло. Просто рабочие выходили из подпольного цеха в обыкновенных черных халатах. Я их под землей видел. Они в дальнем углу были свалены.

– Я вообще не пойму, зачем рабочие по ночам из стены вылезали, – сказал Дима.

– Я пока тоже, – признался Петька. И тут зазвонил телефон. Командор схватил трубку:

– Слушаю.

– Петр? – раздался на другом конце провода торжественный голос капитана Шмелькова. – Бери быстро своих друзей и – в правление.

Десятью минутами позже юные детективы, пыхтя от быстрого бега, ввалились в правление поселка Красные Горы. Там за письменным столом сидели капитан Шмельков и Иван Степанович в милицейской фуражке и старом форменном кителе. Сторож был очень мрачен. Узнав в общих чертах от капитана Шмелькова, что случилось минувшей ночью, бывший заслуженный работник органов правопорядка переживал очередную душевную драму. Под носом Степаныча происходило крупное преступление. Он вполне мог бы его раскрыть. А в результате вместо него слава достанется неопытному и чересчур молодому капитану. Не жизнь, а сплошная несправедливость!

– Поймали? – осведомился прямо с порога Петька.

– Ну да, – кивнул головой Шмельков. – Вы садитесь. Хорошие у тебя, между прочим, ребята растут, – обратился он, пока юные детективы рассаживались на стульях, к Ивану Степановичу. – Без них я еще, вероятно, долго возился бы с этим делом.

– Я лично их хорошими не нахожу, – буркнул из-под милицейской фуражки Степаныч. – Думаю, что ты тоже в конечном счете убедишься в их отрицательных качествах.

– Ну уж не знаю, – улыбнулся ребятам Шмельков. Затем враз посерьезнев, капитан добавил:– То, что я вам сейчас расскажу, просьба держать в полной тайне до окончания следствия. Дело очень серьезное.

Юные детективы хором заверили капитана, что, разумеется, будут держать язык за зубами. После этого капитан Шмельков поведал им следующее.

Банду взяли этой же ночью, минут через тридцать после ухода ребят. Они явились к часовне в крытом грузовике-фургоне за новой партией поддельной водки, которую с поддельными сертификатами качества развозили по всей округе. В цехе под часовней работало пять человек. Собирались там ночью. Под утро на первой электричке разъезжались по домам. Один из участников подпольного производства оказался бывшим жителем деревни Борки. Как-то он открыл по чистой случайности существование подземного хода и, когда понадобилось, посоветовал подпольным цеховикам именно там производить водку. Спиртом они пользовались по большей части для питья непригодным. Их продукцией отравилось множество людей. Несколько – даже со смертельным исходом.

– Все, – развел руками капитан. – Больше я ничего не имею права рассказывать. Но вы молодцы. Банда-то вроде весьма разветвленная. Ниточка тянется до самой Москвы. К одному весьма крупному правительственному чиновнику.

– Какое время, таковы и чиновники, – мрачно изрек Степаныч.

– А теперь вы мне скажите, – продолжал капитан, не обращая внимания на Ивана Степановича. – Что вас заставило этот тайник искать?

– Да мы про него и не знали совсем! – отвечал ему Петька. – Нам казалось, что это призрак князя из стены появляется.

И они, старательно обходя факт существования «Тайного Братства Кленового Листа», изложили с начала и до конца всю историю поисков.

– Вот тебе и старинная легенда! – задумчиво произнес капитан Шмельков.

Иван Степанович после рассказа ребят помрачнел еще больше. Ему ведь тоже это самое привидение встретилось. Конечно, в том, что он так поверхностно отнесся к призраку из стены, виноват Петька с компанией. Если бы они не проявили скрытности и обо всех аномальных явлениях в старой стене доложили бы по назначению прямо ему, Степанычу, он бы суммировал факты и заподозрил неладное. И тогда банда была бы раскрыта им лично, а не капитаном Шмельковым. Но что теперь говорить!

Обуреваемый самыми мрачными чувствами, сторож поселка Красные Горы вскочил с места и с горя отправился поливать огород.

– Что это он? – удивился капитан Шмельков.

– Не знаем, – пожали плечами юные детективы.

– Кстати, – посмотрел внимательно Петька на Алексея Борисовича. – Зачем они в своих черных халатах из стены вылезали?

– В подвале было очень душно, – объяснил капитан Шмельков. – Вот они по очереди и выходили дышать свежим воздухом. Кроме того, когда подъезжал фургон за товаром, рабочим мигали фарами. Поэтому кто-нибудь из них с полуночи обязательно дежурил в развалинах.

– Ах, фарами! – воскликнула Настя. – Теперь понятно, какие всполохи света пьяный Васька в часовне увидел.

Юные детективы засмеялись. Капитан Шмельков – тоже. Он слышал в деревне эту историю.

– Кстати, вы этих бандитов жутко перепугали, – вспомнил еще одну деталь Алексей Борисович. – Когда ты, Петька, вызывал призрак, из стены появился как раз наш, деревенский бандит. Легенда про князя была ему известна. Вот он и решил, что перед ним настоящее привидение. С тех пор никто из них не соглашался дежурить. Просто в полночь выносили груз из часовни и там поджидали фургон.

Капитан Шмельков еще немного поговорил с ребятами. Затем уехал в милицию.

– Пошли к Вове и Саше, – предложил Командор. – Им единственным можно обо всем рассказать.

– Они точно болтать не будут, – согласился Дима. – Отличные ребята.

– Тогда идем за велосипедами, – сказали Маша и Настя.

Они свернули на свою улицу.

– И все-таки мистика в этой тайне была, – внезапно проговорил Петька.

Друзья молча смотрели на него во все глаза.

– Неужели не понимаете? – улыбнулся им Командор. – Князь Борский нам будто бы про себя рассказал, что не погиб при пожаре.

– Как? – У Насти загорелись глаза.

– Очень просто, – бросил на нее лукавый взгляд Петька. – Князь ушел из спальни через подземный ход.

– И что потом с ним стало? – спросила Настя.

– Это мы как-нибудь и попробуем выяснить, – прибавив шаг, сказал Командор.

Content

Антон Иванов, Анна Устинова
Тайна старинного привидения

ДРУЗЬЯ ВСТРЕЧАЮТСЯ ВНОВЬ

РАЗГОВОР НА СТАНЦИИ

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ПОДГОТОВКА

ЕЩЕ ОДИН СТРАННЫЙ СЛУЧАЙ

ВЫЗОВ ПРИЗРАКА

МЕТОД ИНДЕЙСКОГО ПЛЕМЕНИ ИЗ ПЕРУ

УЖАСНАЯ НОЧЬ

ПРИВИДЕНИЕ

ДРУЗЬЯ ТЕРЯЮТСЯ В ДОГАДКАХ

СТАРЫЙ ЖУРНАЛ ИЗ БИБЛИОТЕКИ

НОЧЬ ПРИЗРАКА

БАНДА ЗАДЕРЖАНА