Беверли Бранд

Реванш

Моей сестре Келли, которая совсем не похожа на Миранду, разве что так же обожает командовать. Но я люблю тебя такой, какая ты есть, и мне нестерпимо думать о том, какой была бы моя жизнь без тебя.

От автора

Хочу поблагодарить моего агента Дейдри Найт за все! Я также благодарна Синди Хуан и Сьюзен Маккарти за помощь в создании этой книги, за понимание и за то, что они стали моими первыми – и весьма доброжелательными! – читательницами. Огромное спасибо коллеге – писательнице Лэрон Гловер за бесценные советы. Ты – богиня среди критиков.

Какая вы невеста?

Наконец-mo наступил этот великий день – вам удалось преодолеть все сложности, и вас ждет великолепная свадьба… Так? Пройдите тест и выясните, превратились ли вы в результате выпавшей на вашу долю нервотрепки из безмятежного создания в законченную психопатку.

Только что доставленный букет невесты вопиюще не сочетается с поясом жениха; вы обнаружили, что торт, забытый на ночь в фургоне поставщика провизии, превратился в ледышку; до часа «Икс» осталось всего ничего, а одна подружка невесты куда-то исчезла. Каковы будут ваши действия?

A. Вы вспомните детские годы и, обливаясь слезами, закатите истерику – так обычно поступают дети в возрасте до двух лет. Вне всякого сомнения, кто-то придет на помощь и все исправит.

Б. Вы, продолжая улыбаться, будете спокойно украшать вашу изысканную прическу изящными белыми мелкими цветами. Все образуется само собой, как не устает повторять гуру Раму. Нет необходимости вмешиваться в то, что вам не по силам изменить.

B. Застегивая смокинг жениха, вы звоните в ближайший «Баскин-Роббинс» и заказываете помадку, чтобы украсить ваше изобретение – свадебный торт-мороженое, – и знаками даете команду своему партнеру по «К-9», овчарке по кличке Волчонок, отыскать пропавшую подружку и водворить ее на место.

Если вы выбрали пункт «А», примите поздравления. Вы получаете звание плохой невесты. Пора стать большой девочкой, Скарлетт, и научиться самой справляться с собственными проблемами. Невесты, остановившиеся на пункте «Б», должны посмотреть в глаза реальности! Продайте раскрашенный цветочками микроавтобус «фольксваген», воспользуйтесь подсказкой Клинтона – вдохните чуть поменьше и перестаньте считать наш мир замечательным местом только потому, что ваши поющие, держащиеся за руки, восторженные друзья хотят видеть его таковым. О тех, кто предпочел ответ «В», можно сказать: вы – мечта любого устроителя свадеб, умная, ловкая, здравомыслящая невеста. Если ваш брак будет столь же безупречен, как свадьба, вы с мужем заживете на славу.

Глава 1

Эта история началась с сентябрьского номера журнала «Все о невестах».

Только что помолвленная Саванна Тейлор забежала в «Супер-шорт-март» во время перерыва на ленч купить упаковку из шести банок диетического «спрайта» и бутылку шардонне, чтобы выпить с друзьями перед ужином, когда вдруг заметила 720-страничный специальный выпуск, стоящий в одном ряду с «Гламуром», «Космо» и «Нэшнл инкуайрер» (который претендует на то, что в нем есть животрепещущие снимки иноземцев, похитивших Джулию Роберте, хотя Саванна подозревает, что так называемые иноземцы – просто парочка нормальных, не имеющих отношения к миру кино, друзей Джулии).

«Все, что необходимо для великолепной свадьбы», – гласил подзаголовок, и Саванна подумала: «Bay! Все, что мне нужно, собрано в одном журнале!»

Поскольку Саванна работала бухгалтером, а у налоговой инспекции имеется более сотни инструкций, объясняющих, как правильно заполнить заявку на возмещение налога, ее чрезвычайно взволновала мысль, что номер журнала «Все о невестах» содержит великое множество ценнейших сведений и советов, как идеально спланировать свадьбу. Саванна не обратила внимания на цену – шестнадцать долларов девяносто девять центов, – хотя журнал стоил больше, чем большая бутылка вина и шесть «спрайтов», вместе взятых.

Вернувшись в Мэпл-Рэпидз, штат Мичиган, в подразделение «Рифанд-сити» – известной на всю Америку бухгалтерской фирмы, которая специализируется на заполнении налоговых деклараций клиентов, забегающих сюда по пути из магазина электротоваров в новый супермаркет, чтобы купить два галлона молока по цене одного. Саванна положила шардонне и «спрайт» в переполненный холодильник, стоящий в комнате, где обедает персонал. Затем, хорошо зная коллег, она взяла со стола желтенький стикер, написала «Коснись этой бутылки – и умри» и приклеила его к бутылке. «Спрайту», как она посчитала, больше ничто не угрожает.

Ее лучшая подруга Пегги привыкла пить «спрайт» с водкой, но когда Саванна попросила ее быть подружкой на свадьбе, села на диету. Сама Саванна считала смешным сбрасывать вес ради свадьбы. Встреча после разлуки – другое дело. Желание продемонстрировать друзьям, которых не видела долгие годы, что ты больше не круглолицая зубрила, какой была в школе, вполне закономерно. Но гости на свадьбе, как правило, видят тебя постоянно и знают, что ты набрала лишних десять фунтов. Ради них нет смысла худеть.

Саванна была счастлива, найдя подтверждение своей теории в статье «Что надо и чего не надо делать, готовясь к свадьбе». В списке тезисов под номером четыре в разделе «Чего не надо делать» значилось: «Не покупайте слишком тесное платье, рассчитывая, что к дню свадьбы станете стройнее. Наоборот, стоит купить платье, которое вам чуточку свободно, и примерить его последний раз за неделю до великого дня. И совершенно ни к чему глубоко вздыхать перед тем, как ваш жених скажет «да»: его может ослепить пуговица, отлетевшая от вашего наряда со скоростью света». Саванна сочла этот совет очень ценным.

В тот день она, забыв о времени, сидела за шатким столом в комнате для ленча, обдумывая все, что необходимо сделать за оставшиеся пять месяцев. Саванна с удивлением отметила, что отстает от плана. Кто знал, что и венчание, и зал нужно заказывать за год до свадьбы? Или что большинство поставщиков провизии требуют выплатить им двадцать пять процентов от общей суммы за полгода до столь важного в вашей жизни дня?

Расстроившись из-за всех этих малоприятных открытий, Саванна взяла журнал и села за рабочий стол и, спрятав его между страницами инструкции налоговой инспекции номер 1212 (список долговых инструментов, размешенных с дисконтом), отметила нужные статьи цветными флажками. Красными Саванна обозначила те страницы, где речь шла о цветах, зелеными – о свадебных платьях, желтыми – о гостях и синими – о самой свадьбе. Через двадцать минут она пришла к выводу, что четырех категорий явно маловато. Журнал был напичкан информацией о фотографах, цветах, платьях подружек невесты, свадебных платьях, смокингах, музыкантах, поставщиках провизии, тортах, кольцах и устроителях свадеб. И хотя никогда не слышала о последних (разве не для этого существуют матери?), Саванна подумала, что не мешает хотя бы узнать, для чего они нужны.

В результате она покинула работу на несколько минут раньше, чем положено, – видит Бог, она наверстает упущенное, когда сезон уплаты налогов будет в самом разгаре, – и направилась в расположенную рядом с супермаркетом переплетную мастерскую, где ей отрезали корешок журнала. С работы Саванна позаимствовала несколько скоросшивателей, пластиковых папок и файлов, чтобы соорудить свадебную Библию. Нельзя сказать, что все эти веши она позаимствовала, поскольку не планировала их возвращать. Но ведь она не стащила степлер или что-то действительно ценное!

«Вряд ли ты окажешься в аду из-за того, что взяла несколько канцелярских принадлежностей», – заверила себя Саванна, тщательно скрепив страницы, чтобы они не разлетелись, и засунув в сумку вместе с добычей из офиса.

Добыча. То есть то, что удалось украсть.

Войдя в магазинчик при мастерской, Саванна глубоко вздохнула и взяла несколько скоросшивателей, папок и файлов. Мысленным взором она увидела своего прежнего учителя из воскресной школы, одобрительно кивающего, пока она выкладывала покупки на прилавок и минут шесть с половиной ждала, что продавец наконец заметит ее и неспешно подойдет к кассе. Завтра она вернет все похищенное в офис, и начальник не заметит факт незначительного воровства и не уволит ее.

Вечером Саванна ознакомила со своим приобретением Пегги и остальных друзей. Для Саванны одна только статья «Шаг за шагом к безукоризненной свадьбе» (стр. 623–637) оправдывала стоимость журнала. Там даже были квадратики, куда следовало ставить галочки после выполнения пунктов плана. Каждый раздел строился по хронологическому принципу: год до свадьбы, восемь месяцев, полгода, четыре месяца, два месяца, месяц, две недели, неделя, шесть дней и так далее – до тех пор, пока счет не начинал идти на часы. Саванна вложила страницы в маленькие прозрачные файлы, снабдив их ярлыками, и поместила в большой скоросшиватель. Шли месяцы, и скоросшиватель заполнялся статьями из других журналов, также посвященных свадьбам, и картинками, которые Саванна замечала в приемной терапевта, или стоматолога, или в других учреждениях (они с Тоддом решили пройти восьмичасовой курс добрачных консультаций, прежде чем его преподобие Блэк скрепит их брачными узами). Но раздел «Шаг за шагом к безукоризненной свадьбе» оставался девственно чистым, лишь кое-где Саванна сделала легкие пометки карандашом.

Свадьба должна была состояться четырнадцатого февраля. Тодд говорил, будто он выбрал этот день потому, что потом ему не придется покупать в два раза больше подарков – на годовщину свадьбы и на День святого Валентина. Саванна любила Тодда, но боялась, что он не шутит. Кстати, она подозревала: будь то возможно, он попросил бы перенести ее день рождения – пятнадцатого апреля (старшая сестра Миранда считала это знаком того, что Саванна появилась на свет обреченная быть бухгалтером) – также на четырнадцатое февраля, дабы одним махом убить сразу трех зайцев. Говоря по правде, когда наступало пятнадцатое апреля, Саванна очень уставала – дел было невпроворот, поскольку все стремились вовремя оплатить налоги. В этот день она радовалась любым подаркам, что вполне устраивало Тодда, который в честь дня рождения опять повел невесту на «особый» обед в «Оливгарден».

– Столько салата и гренок, сколько влезет! – всегда повторял он, улыбаясь своей как бы шутке.

А Саванна часто ловила себя на мысли о том, что очень хорошо любить Тодда.

«Разумеется, мне необходимо любить его», – думала она, нервно изучая раздел «Шаг за шагом к безукоризненной свадьбе» и желая удостовериться, что все под контролем. Конечно, после всех трудов было поздно размышлять над своими чувствами к жениху. И не то чтобы ей это было особенно нужно. Тодд был милым, надежным. На него можно было положиться. Он никогда не обманывал ее. И даже попросил выйти за него замуж. Ни один из мужчин, с которыми она встречалась прежде, не делал этого. Чего еще желать женщине?

– Как настроение?

Саванна, стараясь успокоиться, глубоко вздохнула и повернулась, чтобы ответить своей сестре Белинде, выглядевшей просто изумительно – на ней был только розовый бюстгальтер и трусики. Прежде чем Саванна успела открыть рот, зазвонил сотовый Белинды – явление весьма частое. Сестра подняла вверх палец, будто желая сказать «Подожди минутку», и взяла трубку:

– Слушаю!

Собеседник что-то ей сказал, после чего Белинда ответила:

– Я знаю, что у твоих родителей сегодня тридцатилетняя годовщина свадьбы, но тут такие обстоятельства… Может, нам следует встретиться вечером и поработать всю ночь? Тогда мы все успеем. Если хочешь, могу ограничиться одним бокалом шампанского.

Ничто не отвлекало Белинду от работы, даже свадьба младшей сестры.

Саванна вздохнула и окинула взглядом небольшую комнату, соседствующую с помещением, где проходит та часть бракосочетания, которая способствует выбросу эстрогенов. Казалось, тут произошел взрыв. Самая разная косметика, средства для укладки полос были разбросаны по всей комнате. Щипцы для завивки и горячие бигуди включены в сеть и готовы к действию. Одежда Саванны, Белинды, Пегги и Триш, девушки лучшего друга Тодда, завалена на столы и стулья, одни вещи аккуратно сложены, другие брошены кое-как.

– Только что пришла флористка и сказала, что все наши цветы не годятся. Они не гармонируют с поясом Тодда. Ты брала с собой образец материи, когда ездила составлять букет?

Саванна обернулась и увидела в дверях Миранду. Она выглядела как принцесса из сказки – блестящие черные волосы, белая кожа и огромные зеленые глаза. Этим отличались все три сестры Тейлор, но создавалось впечатление, что Белинда и Саванна – ее чуть более блеклые копии, причем Саванна, самая младшая, казалась менее эффектной, чем ее старшие сестрицы.

– Разумеется. – Саванна собралась с силами, чтобы преодолеть цветочный кризис.

Она взяла со стола большой скоросшиватель и ощутила струю холодного воздуха, окатившую ее, когда она вышла из маленькой комнаты. Первая баптистская церковь, куда Саванна ходила всю свою жизнь, имела высокий, сводчатый потолок и потому плохо отапливалась. Во время служб, когда народу набивалось много, тут было тепло, но сейчас Саванна дрожала от холода.

Она двинулась на звук голосов и увидела флористку, склонившуюся над ящиком за деревянным алтарем.

– Все это никуда не годится, – услышала Саванна голос матери. – Это фиолетовые цветы, а не фуксия.

Саванна ступила на возвышение, откуда преподобный Блэк каждое воскресенье произносил проповеди, и увидела маму и флористку: они сидели на корточках на оранжевом ковре и хмуро разглядывали корсажи, бутоньерки и букетики.

– Я уверена, что заказан нужный цвет, – настаивала флористка.

– О, Саванна, солнышко, вот и ты! Ты брала с собой образец материи, когда заказывала букет?

Саванна, прежде чем ответить, перевела дыхание.

– Разумеется, мама. – Не было никакого смысла напоминать матери, что она давно не ребенок. Саванна положила свой свадебный дневник на кафедру, отыскала ярлычок «Платья подружек невесты» и вынула из пакетика лоскуток.

– Букет должен гармонировать с этим цветом, – сказала она, держа в руках ткань цвета фуксии.

Флористка взяла его и приложила к цветам. Саванна поежилась.

– Эти цвета не сочетаются, – угрюмо сказала флористка.

– Что правда, то правда, – согласилась с ней Миранда.

– Вы уверены, что эти цветы предназначены для свадьбы Эверарда и Тейлор? – спросила Саванна в надежде, что флористка хлопнет себя рукой по лбу и воскликнет: «Разве мы говорим не о свадьбе Миллера и Томпкинс? Какая же я идиотка, все на свете перепутала!»

– На этой неделе у нас всего одна свадьба. Мы были слишком заняты заказами к Дню святого Валентина и назначили другие торжества на более позднее время.

– Можно поменять фиолетовые цветы на другие? – поинтересовалась Саванна.

Флористка покачала головой:

– Мне очень жаль, но к тому времени, когда я верну все это в магазин и оформлю новый заказ, вы уже будете наслаждаться медовым месяцем.

Саванна закрыла глаза и приложила пальцы к пульсирующему левому виску. Как такое могло случиться? Разве она не следовала всем советам путеводителя «Шаг за шагом к безукоризненной свадьбе»? Открыв глаза, она перелистала страницы, добравшись до раздела «Два месяца до свадьбы». Здесь, рядом со строкой о заказе цветов (где было упоминание о том, что необходимо иметь при себе образцы ткани платьев подружек невесты, дабы добиться идеального цветового решения), стояла аккуратная пометка карандашом.

Саванна с шумом захлопнула «книгу» и повернулась к присутствующим:

– Ну, тут уж поздно что-то исправлять, но надо сделать все возможное. По крайней мере на черно-белых фотографиях ничего не будет заметно.

– Нет, все смотрится очень мило. – Мама успокаивающе погладила младшую дочь по спине.

Миранда старательно избегала взгляда Саванны, и та знала, что сестра умирает от желания рассказать, как бы она решила создавшуюся проблему. Миранда всегда знала, как поступать в любых непредвиденных ситуациях. По крайней мере считала, что знает. Будучи ребенком, Саванна всегда уступала Миранде – ведь каждый раз, когда она собиралась что-то предпринять, рядом оказывалась старшая сестрица и качала головой, будто говоря: «Если ты меня послушаешь, то я подскажу, как это сделать. И даже сделаю все сама». Перед Саванной стоял выбор: вести постоянную борьбу за независимость или позволять Миранде поступать, как той вздумается. Саванна выбрала путь наименьшего сопротивления, и к ней прилип ярлык пассивного, не способного постоять за себя ребенка.

Миранда была старшей сестрой-командиршей, Белинда – амбициозной средней сестричкой, а Саванна – самой младшей и самой тихой.

Возвращаясь в комнату для переодевания, Саванна тихо фыркнула. Ей тридцать один год, у нее собственный дом, ответственная работа, но ей все еще приходится сражаться с родными зато, чтобы на нее перестали смотреть как на беспомощного ребенка.

В центре зала ее опять остановили – на этот раз фотограф, худой молодой человек. Казалось, его камеры весят куда больше его самого. О нем очень хорошо отзывалась лучшая подруга мамы, а Саванне невероятно понравилось его портфолио (совет номер 6 гласил: «Обязательно ознакомьтесь с портфолио фотографа, невзирая на самые надежные рекомендации»), и она понадеялась, что его не придавит в какой-то момент тяжеленная аппаратура.

– Ну как, девушки, готовы? – спросил он. Было очевидно, что ему хочется как можно скорее покончить с работой.

Саванна не могла винить его в этом. Несмотря на самый что ни на есть ответственный подход к организации свадьбы, вероятность провала оставалась огромной. Стоит одному неловкому гостю налететь на стол с тортом, и элегантный прием превратится в комическое действо, о котором присутствующие будут рассказывать остаток жизни. А если нетрезвого шафера вырвет на туфли подружки невесты? Или подол ее платья заденет горящую свечу? Или…

Саванна вздрогнула. Нет, хватит изводить себя такими мыслями. Свадьба пройдет прекрасно. Разве она не проработала все до самой мельчайшей детали? Существовало лишь одно маленькое исключение: статья «Шаг за шагом» предполагала, что это утро она вместе с подружками невесты должна посвятить маникюру и педикюру, а ей пришлось идти на работу и снова просматривать бумаги миссис Джексон, дабы клиентка не беспокоилась о том, что во вторник налоговая инспекция неожиданно обнаружит недостачу.

Декларацию миссис Джексон заполняла не Саванна – пожилая женщина сама разбиралась со своими налогами, и это всегда обескураживало Саванну. «Вы же не делаете сами себе операцию на мозге, так почему нужно самостоятельно заполнять налоговую декларацию?» – такой у нее был девиз.

Но миссис Джексон пользовалась какими-то предположительно надежными компьютерными программами, подсчитывающими сумму налогов, и обратилась к профессионалам, только когда ее декларацию решила проверить налоговая инспекция. Она пришла в «Рифанд-сити» с коробкой из-под наладонника «Палм пайлот» (обувные коробки для этой цели использовались в прошлом тысячелетии), набитой квитанциями. Она вывалила все это на стол Саванны и, чуть не плача, поведала о письме с требованием явиться в налоговую инспекцию во Флинте во вторник 17 февраля в 13.00.

– Почему они придираются именно ко мне? Я все сделала правильно, – ныла миссис Джексон.

Саванна пробормотала слова утешения и принесла пожилой женщине горячего чая, заверив, что налоговая инспекция вовсе не подозревает ее в утаивании некой суммы. Это просто обычная проверка, а выбор пал на миссис Джексон, возможно, потому, что она работает дома.

– Таких налогоплательщиков проверяют гораздо чаще, чем имеющих постоянную работу, – сказала Саванна, спокойно перекладывая квитанции на свой стол и начиная их сортировать.

– Похоже, вы здорово в этом разбираетесь, – заметила миссис Джексон, дрожащими руками поднося чашку ко рту.

– Это правда, – кивнула Саванна. – Вам совершенно не о чем беспокоиться. Мы просто все как следует приготовим для плохого дяди-аудитора, согласны?

Миссис Джексон поставила чашку на стол и стала рыться в сумочке в поисках бумажного носового платка, желая вытереть навернувшиеся на глаза слезы.

– Прошу простить меня, – извинилась она. – Два года назад я потеряла мужа, и теперь мне иногда кажется, что против меня ополчился весь мир.

Саванна взяла руку женщины и легонько пожала:

– Поверьте, в этой проверке нет ничего особенного. Налоговая инспекция скорее всего выбрала вашу декларацию случайно. Они каждый год проверяют небольшой процент деклараций, просто чтобы у налогоплательщиков не возникало желания схитрить.

Миссис Джексон была очень благодарна Саванне, и та почувствовала себя обязанной отправиться утром в офис и перепроверить все бумаги в третий и последний раз. Ей не хотелось упустить что-то существенное, а потом узнать об этом, находясь на песчаном пляже Козумеля рядом с новоиспеченным мужем. А о маникюре и педикюре она позаботилась еще вчера и заодно немного нарастила ногти – ей это очень нравилось, но причиняло некоторые неудобства: ногти иногда попадали между клавишами калькулятора, и тогда получалось, что доходы клиента равны не, скажем, 27 485 долларам, а 27 485555555555555555. Вне всякого сомнения, с точки зрения налогообложения это было неудачное изобретение.

Итак, за три часа до собственной свадьбы, довольная тем, что все в порядке, Саванна вновь собрала документы миссис Джексон в стопку, соединила их большой скрепкой и положила в папку, с тем чтобы ее коллега Джош предоставил их аудиторам во вторник. Саванна чуточку отклонилась от плана, но это не предполагало никаких неприятных неожиданностей.

Все идет как надо?

Она глубоко вздохнула и толкнула дверь комнаты посмотреть, готовы ли подружки невесты фотографироваться. Миранду она оставила около алтаря – возможно, та нашептывала матери, что, назначь Саванна ответственной за цветы ее, ничего подобного не случилось бы. Белинда по-прежнему прижимала к уху сотовый и помогала Пегги застегнуть молнию на платье, но вот Триш куда-то запропастилась.

– Где Триш? Фотограф готов к съемке. – Саванна говорила тихо, стараясь не мешать Белинде вести беседу по телефону. Ее не раздражало, что сестра так увлечена делами в день ее свадьбы – она спокойно мирилась с одержимостью Белинды работой. Такой уж сестра уродилась. Сердиться на Белинду из-за этого – все равно что предъявлять претензии Миранде из-за командирского тона или маме – из-за неспособности правильно посчитать расходы. Можно было возмутиться и по поводу отца – он не умеет толком обращаться с самыми простыми вещами: посудомоечной машиной и утюгом.

«И все же мы самое обычное семейство», – подумала, усмехнувшись, Саванна.

– Не знаю, – ответила Пегги, прервав размышления Саванны. – Пять минут назад Триш позвонили, и она выбежала, никому ничего не сказав.

Саванна посмотрела на себя в зеркало на противоположной стене, критическим взглядом оценив прическу, макияж и платье. Ей хотелось удостовериться, что она выглядит очень даже неплохо: макияж ярче, чем обычно, темные волосы после вчерашнего визита в салон красоты блестят. И ей очень нравилось платье – мерцающий белый шелк с украшенными бисером кружевами и прозрачные длинные рукава. Все идеально подходит для свадьбы, справляемой зимой.

– Сегодня у меня свадьба! – Саванна отвернулась от зеркала. – Мне нужно отлично выглядеть. Это один из неписаных законов Вселенной, как и тот, который гласит, что раз в месяц вы непременно забываете хотя бы один носок в сушильной машине для белья.

Пегги засмеялась, Белинда наконец закрыла телефон и спросила:

– И над чем вы потешаетесь?

– Над какой-то ерундой. Ты готова фотографироваться?

Белинда взбила волосы, убрала телефон в сумочку и взяла Саванну под руку:

– Вперед!

Тут входная дверь распахнулась, и сильно запыхавшаяся Триш муть не упала на пороге. Ее миленькое платье было измято, а слева на юбке красовалось темное пятно.

– Что случилось? – Саванна испугалась, что Триш вышла на улицу, поскользнулась и ушиблась.

– Что? Ничего. А почему ты спрашиваешь? – Триш нервно разглаживала платье руками.

– Да так, – пожала плечами Саванна. – Просто у тебя платье немного помялось. Давай поглажу. – Она была рада, что согласно проштудированной статье «Десять вещей, которые обязана иметь при себе невеста», запаслась бесцветным лаком для ногтей (останавливать «стрелки» на колготках), множеством носовых платков (понятно зачем), отпаривателем (в статье говорилось, что нужно прихватить утюг, но Саванна очень любила свой портативный отпариватель и предпочла взять с собой его), таблетками от живота, аспирином, суперклеем (вдруг кто из гостей женского пола сломает каблук), щипцами для завивки, бактерицидным лейкопластырем, солеными крекерами и детскими салфетками (чтобы оттирать глазурь и другие липкие вещества с пальцев).

Триш быстро стащила платье и вручила Саванне, чтобы та сотворила с ним чудо. Саванна нахмурилась при виде пятна, которое, похоже, высохнуть могло не скоро. Хм… Нужно написать издателю журнала «Все о невестах» и порекомендовать добавить в этот список фен. Конечно, тогда статью придется озаглавить «Одиннадцать вещей, которые обязана иметь при себе невеста», и это будет не так эффектно, но тем не менее…

Она вернула платье Триш, та быстренько надела его и повернулась к Саванне спиной, чтобы та застегнула молнию.

– О'кей. Похоже, мы готовы. Пора улыбаться, – сказала Саванна, ведя своих подружек к Тодду и шаферам. Кроме своего лучшего друга Роберта, Тодд пригласил в шаферы кузена Райана и мужа Миранды Алекса. Саванна посмотрела на Тодда, отменно выглядевшего в черном смокинге, накрахмаленной белой рубашке и с поясом цвета фуксии – он в жизни не согласился бы надеть его, назови Саванна этот цвет розовым.

Нельзя сказать, что Тодд относился к мужчинам, привлекающим повышенное внимание женщин. Хотя его и не назовешь непривлекательным. Скорее уж он скромный. Его волосы в кругах, далеких от эстетствующего мира моды, называли бы просто светлыми, а в карих глазах не заметили бы шоколадного оттенка или золотых искорок. Впрочем, они действительно были просто карими. Тодд любил, шутя, говорить, что внешность работает на него в магазине отца. Увидев Тодда, клиенты принимали его за простачка.

– Они не способны распознать акулу под овечьей шкурой, – сказал он однажды Саванне, и у нее не хватило смелости вслух заметить, что он неверно употребил расхожее выражение, ведь он то и дело грешил этим. Однажды Тодд позвонил Саванне на работу и сказал, что ему удалось продать навороченную «тойоту-камри» женщине, которая пришла подыскать что-нибудь дешевенькое.

– Она купила все: шестидисковый CD-плейер, антикор за восемьсот долларов, дополнительную гарантию на пять лет – целую чихуахуа.

Когда Саванна услышала это, то едва не подавилась глотком лимонада. Но, оставив в стороне неудачные выражения, следовало признать: сегодня Тодд смотрелся на все сто – красивый, безупречно одетый жених.

Саванна услышала, как кто-то хихикает, и обернулась. Это была Триш – ее щеки пылали. Саванна проследила за взглядом девушки, устремленным на Роберта, обратила внимание на его самодовольный вид и чуть не задохнулась от возмущения.

О Боже!

Роберт и Триш только что занимались сексом. До брака! И похоже, им это ужасно понравилось. И это пятно на платье Триш…

Нет, нечего об этом думать. По проходу шла мать, нагруженная букетами, Саванна взяла один и сунула Триш, прошептав:

– Прикрой им пятно.

Триш посмотрела вниз, поняла, что на подоле имеется небольшое свидетельство страсти ее бойфренда, и покраснела еще сильнее.

– Прости меня, – прошептала она. – Я сейчас пойду в туалет и посмотрю, что можно сделать.

– Только быстро! – бросила Саванна, заметившая, что теперь куда-то исчез фотограф.

Пересчитав присутствующих по головам, дабы удостовериться, что другие подружки не предаются греховной страсти, Саванна успокоилась, но тут заметила выходящего из туалета фотографа, который был бледно-зеленым.

Великолепно. С платьями подружек невесты дисгармонирует что-то еще.

Она открыла было рот и хотела спросить: «Как вы себя чувст…» – но, посмотрев на его лицо, поняла: дело плохо. Ни минуты не раздумывая, Саванна схватила фотографа за руку, протащила через небольшую толпу и втолкнула в коридор при входе. И сделала она это вовремя – тут же послышались звуки рвоты. Саванна отступила, закрыла дверь и подавила собственную внезапно подступившую тошноту.

Уф! Нет ничего хуже, чем слушать, как кто-то блюет. Более того, до нее долетела нестерпимая вонь – Саванна зажала нос и выскочила за дверь. Нет, невозможно, чтобы ей стало плохо на собственной свадьбе.

Ну что еще более ужасное может произойти сегодня?

Эта мысль посетила ее, прежде чем она успела ей воспротивиться. Саванна закрыла глаза, понимая, что секунду назад обрекла собственную свадьбу на провал. Теперь все пропало.

Она спрятала лицо в ладонях и застонала:

– Нет, нет, нет.

– Я могу тебе помочь? – поинтересовалась Миранда, готовая справиться с любыми трудностями.

– Нет, – помотала головой Саванна, расправила плечи и сделала глубокий вздох. – Все будет хорошо. Я попрошу дядю Дейва сфотографировать нас после церемонии, если фотограф к тому времени не придет в себя. Дядя в прошлом году снимал на выпускном вечере кузена Джерри, и у него замечательно получилось. – Она задумалась. Скоро начнут собираться гости, и брачующиеся должны будут покинуть помещение. Но поскольку место у входа… можно сказать, «занято», гостям придется проникнуть в церковь каким-то другим путем. – Хорошо. – Саванна собрала вокруг родственников и подруг, словно собака пастуха – непокорных овец. – Все идем вниз. Роберт и Триш, встаньте так, чтобы я вас видела. Белинда, отойди от той двери. Я уверена, Тодд разрешит тебе воспользоваться его телефоном. Из-за этой вони мы все пойдем через нижний этаж.

Саванна очень удивилась, что все, включая Миранду, покорно пошли к задней лестнице, и улыбнулась от удовольствия, когда Тодд оторвался от друзей и двинулся рядом с ней.

– Эй, ты выглядишь потрясающе! – восхитился он, будто до него только сейчас дошло, что сегодня у них совершенно особенный день.

– Спасибо. Да и ты тоже.

Грудь Тодда, казалось, раздулась от гордости, когда он погладил лацканы смокинга.

– Да, я неплохо смотрюсь. Можно попытаться убедить отца, что все продавцы в салоне должны быть одеты именно так. Сама знаешь, нужно уметь пускать пыль в глаза.

Саванна моргнула, представив, как по торговой площадке магазина подержанных автомобилей мистера Эверарда слоняются упакованные в смокинги продавцы. Она сомневалась в разумности этой идеи, но решила не учить Тодда продавать машины, если тот не попытается влезть в ее налоговые дела.

Участники свадебного действа прошествовали вниз по узкой лестнице в подвальное помещение церкви и миновали кухню, где каждую среду прихожане ужинали чем Бог пошлет, и вошли в одну из классных комнат воскресной школы. Там стояли маленькие разноцветные пластиковые стулья и обтянутая фетром доска, которую Саванна помнила с детства. С помощью фетровых фигурок учитель иллюстрировал им библейские истории, ловко прикрепляя эти самые фигурки к доске.

Скоро сверху стали слышны шаги и слабые отзвуки облегченных версий обычных в таких случаях мелодий «Я всегда буду любить тебя» и «Ветер под моими крыльями» в исполнении местного органиста. Саванна, любившая хард-рок восьмидесятых, шутливо предположила, что в это попурри будет включен и хит «Деф Леппард» «Укусы любви», но неодобрительные взгляды матери и Тодда зарубили идею на корню. Тем не менее Саванна обнаружила, что тихонько напевает «укусы любви, раны любви», усаживаясь с друзьями и членами семьи в классе, где царила порядочная суматоха, прислушивается к глухим голосам над головой и нетерпеливо ожидает начала собственной свадьбы.

Когда ее отец открыл дверь классной комнаты и заглянул туда, ее сердце екнуло. До сих пор Саванна нервничала не из-за того, что выходит замуж, а лишь из-за досадных неприятностей, которые слегка омрачили знаменательный день. В конце-то концов это был не спонтанный брак. Они с Тоддом встречались целых три года – и если бы он был фетишистом или имел склонность носить женское белье, Саванна успела бы узнать об этом.

Нет, будущее не готовит им никаких сюрпризов. Так почему все у нее внутри ноет и сжимается?

«Это обычное предсвадебное волнение», – сказала она себе и положила руку на живот, опасаясь, что он заурчит.

– Уже пора! – объявил отец.

Сидевший рядом с Саванной Тодд встал и расправил плечи, кивнув так, будто ему только что поручили весьма важную миссию.

– Увидимся наверху, – серьезно произнес он и похлопал Саванну по руке.

Отец отступил, чтобы дать возможность Тодду и его свите выйти в зал.

До Саванны долетали отрывки их приглушенного разговора, и она подумала, что отец произносит необходимую в таких случаях речь типа «Обращайся с моей дочерью хорошо, а не то будешь иметь дело со мной». Поскольку отец был маленьким и упитанным страховым агентом, совсем не похожим на персонажа из «Клана Сопрано», Саванна сомневалась, что Тодд испугается, но все-таки оценила порыв отца.

А затем настал ее час.

Сопровождаемая Белиндой и Мирандой, первой пошла Пегги, которая ненадолго остановилась в дверях и обернулась. Глаза у нее были влажные.

Саванна ожидала, что старшая сестра скажет что-нибудь трогательное или важное, но Миранда произнесла лишь:

– Дождись, когда органист заиграет свадебный марш, и только тогда иди по проходу.

Подавив желание буркнуть «Ты мне не начальница», Саванна вздохнула и покорно кивнула:

– Я знаю. – Она сказала это настолько смиренно, насколько могла.

Отец выждал, когда Миранда окажется вне зоны слышимости, и только тогда предложил Саванне руку.

– Она желает тебе добра.

Саванна взяла отца под руку, ощутив колючую ткань его взятого напрокат смокинга.

– Я понимаю и люблю ее за это. Просто иногда хочется, чтобы она перестала обращаться со мной, как с ребенком.

– Ты всегда останешься моей малышкой. – Отец чуть сдавил руку Саванны. Он был теплым и мягким и улыбался так искренне и душевно, что Саванне пришлось поморгать – хотелось загнать обратно навернувшиеся на глаза слезы.

– Не говори так, а то я заплачу, – попросила она.

– Это твоя свадьба. Тебе положено плакать. – Он снова сжал ее руку, а затем его лицо стало серьезным. – Ты уверена, что готова ко всему этому?

– Ну конечно, папа. – Саванна коснулась его плеча, и ей неожиданно захотелось удобно устроиться у него на коленях и снова почувствовать себя маленькой девочкой, о которой все заботятся.

Peг Тейлор откашлялся, его глаза были влажными.

– Извини, что спрашиваю, но я твой отец и моя обязанность задавать такие вопросы.

Саванна прижалась носом к груди отца, вдохнула запах «Олд спайс», который, как он утверждал, ему ужасно нравится, и это было очень кстати – ведь три дочери накупили ему этого одеколона столько, что еще несколько десятилетий он сможет пахнуть как настоящий папа. Глубоко вздохнув, Саванна наконец отстранилась от отца, расправила платье, взяла букет и сказала:

– Я готова.

Они с отцом медленно направились по лестнице наверх, Саванна двигалась очень осторожно, стараясь не наступить на подол платья. Когда они появились в дверях церкви, органист кивнул и положил руки на клавиши, немного медля, чтобы придать происходящему торжественности.

После короткой, полной напряженного ожидания паузы полились первые звуки хорошо знакомого всем свадебного марша. Присутствующие встали и обернулись назад, восторженно вздохнув, будто никак не ожидали увидеть там невесту с отцом. Саванна сражалась с приступом смеха и гадала, может ли нервное напряжение довести ее до истерики.

Они пошли по проходу, и Саванне казалось немного странным, что все смотрят на нее. Наконец они добрались до передней части церкви и отец «вручил» ее Тодду, предварительно поцеловав и шепнув: «Мы с мамой любим тебя». Саванне почему-то снова захотелось плакать. Она знала, что родители любят ее. И почему свадьбы вызывают такую бурю эмоций?

А затем преподобный Блэк начал церемонию и хорошо знакомым сильным голосом произнес: «Любовь – нескончаемый круг, который нельзя разорвать», – как делал на каждой свадьбе и первой баптистской церкви. Покончив с этим, он приступил к гой части церемонии, которую Саванна обожала больше всего, – повернулся к собравшимся и вопросил:

– Если кому-то известна причина, почему эти двое не могут соединиться, то пусть говорит сейчас или же сохранит тайну навечно.

Саванна любила это место и, следует признать, в глубине души (да-да, она обожала старые фильмы с Дорис Дэй и Кэри Грантом, и ее сердце замирало, когда Колин Ферт заворачивал в свое пальто полуобнаженную Рене Зеллвегер в финале «Дневника Бриджит Джонс») возжелала, чтобы церковные ворота отворились, впустив смуглого измученного героя, который давно полюбил ее и благородно старался держаться вдали, но больше не смог скрывать своих чувств.

Затем он подхватит ее на руки и понесет обратно по проходу к ожидающему их черному «феррари», и Саванна обернется и пожмет плечами, словно извиняясь и говоря: «И что мне прикажете делать? Ведь у меня нет выбора».

Странно, но она не представляла, что Тодд вступит в настоящую борьбу с похитителем, в то время как ее белый шелковый шлейф будет разгонять пурпурные лепестки роз, которыми ее племянница засыпала проход.

– Ну, хорошо, – кивнул преподобный Блэк.

Совершенно очевидно: никто не будет возражать против свадьбы Эверарда и Тейлор – никаких тебе смуглых брюнетов, героев-завоевателей, врывающихся с холода, чтобы увезти Саванну.

Однако прежде чем пастор смог продолжить, двери церкви распахнулись и с улицы ворвался морозный воздух. Саванна с судорожным вздохом отпустила руку Тодда и замерла в страхе: неужели ее фантазии стали явью?

И – о Боже! – не один, а три таинственных человека ворвались в церковь. У них был и суровые, ничего не выражающие лица и отглаженные до хруста темно-синие костюмы.

Все трое решительно ринулись к Саванне, и у нее от удивления приоткрылся рот. Может, мужчина ее грез отправил за ней этих трех посланцев? Она задрожала и закрыла глаза, решив немедленно положить конец дурацким мечтам. Она любит Тодда и выходит замуж за него, больше никаких вариантов.

Ее отец сделал шаг вперед, перехватив мужчин, прежде чем они успели подойти к алтарю.

– Что все это означает? – спросил он.

Мужчина, которого Саванна приняла за главного, отодвинул полу пиджака, и глаза Саванны широко раскрылись от изумления: на левом боку у него был пистолет в кобуре. Присутствующие взволнованно зашумели.

Человек отстегнул что-то от пояса, показал отцу Саванны, и тот сделал шаг назад.

– Я специальный агент Джон Харрисон из Федерального бюро расследований, – провозгласил мужчина и повернулся к Саванне. Ее руки задрожали, и несколько цветов из букета упало на пол. Пурпурные и белые лепестки лежали рядом с подолом ее платья, словно виноградное мороженое.

– Саванна Тейлор? – спросил агент Харрисон, глядя в ее глаза, и, казалось, видя ее насквозь.

Саванна знала, что у нее не может быть никаких проблем с законом. У нее не было даже неоплаченных счетов за парковку. И все-таки она растерялась.

– Да, – тихо ответила она, со страхом ожидая, что последует далее. Может, эти парни на самом деле стриптизеры, которых Пегги наняла для вечеринки незамужних женщин, а те перепутали время и явились на свадьбу? Или, может?.. Может?.. Совершенно ошарашенная, Саванна никак не могла придумать ничего другого.

Агент Харрисон кивнул, и его спутники подошли к ней с двух сторон. Они оказались так близко, что Саванна могла коснуться их. «Ладно, – подумала она. – Продолжайте в том же духе и стяните с себя брюки. Пусть раздастся треск липучек. Пусть жители Мэпл-Рэпидз говорят о моей свадьбе долгие-долгие годы – дайте им повод».

Агент ФБР действительно решил дать им повод, но не тот, о котором она думала. Он безразличным тоном объявил:

– Вы арестованы за уклонение от уплаты налогов и отмывание денег. Вам придется пройти с нами.

Собирается ли он вас бросить?

Вы и ваш парень уже какое-то время встречаетесь, и первоначальное буйство страсти теперь больше напоминает мерцание, а не пламя. Но ведь такое случается всегда, правда? Как же выяснить, является ли это обстоятельство признаком того, что все развивается нормально, или же он вдруг возьмет да и скажет вам «Аста ла виста, беби»? Если хотите выяснить это, ответьте на вопросы теста.

Вы переживаете один из худших дней в жизни. Ваша начальница устроила вам публичный разнос за то, что вы не сдали работу в срок, хотя в этом виновата именно она – целых три месяца тянула со своими указаниями. Ваша лучшая подруга объявила, что встретила мистера Богатство-и-Совершенство. Вы пошли к новому парикмахеру, и теперь ваши волосы выглядят, будто на снимке в журнале «Психопатка». И ко всему прочему у вас начались критические дни. Когда вы в слезах пришли домой, ваш собственный мистер Не-такое-уж-Богатство-и-Совершенство:

A. Рассмеялся и спросил, не вставляли ли вы пальцы в розетку.

Б. Прервал ваш печальный рассказ о неудачном дне и заявил: «Это пустяки. Лучше послушай, что сегодня случилось со мной».

B. Набрал вам ванну с пеной, налил бокал вина и растер ваши усталые ноги, выслушивая жалобные излияния.

Если вы остановились на пункте «А», у нас для вас плохие новости. Этот парень – самосвал, полный навоза, который он собирается сбросить на вашу голову! Если вы выбрали пункт «Б», то ваш партнер скорее всего еще не готов покинуть вас, но ничего хорошего от него тоже ждать не приходится. Кому нужен ухажер, чьи беды всегда ужаснее, чем ваши? А вы, девушки, чьи парни поступают, как сказано в пункте «В», заставляете маленькие каменные мужские сердца биться громче. Но вам следует начать посещать тренажерный зал и набираться сил, чтобы удержать своего Идеального Парня.

Глава 2

– Ты того не стоишь.

Слова Тодда составили бы великолепную журнальную статью «Четыре маленьких слова, которые разобьют сердце вашей возлюбленной».

Саванна сидела на столе из хромированного металла и пластика в своей квартире и смотрела на груды лежащих перед ней бумаг, не видя их. Каких-то семь дней назад Тодд сидел напротив нее, вздрагивая, когда она объясняла важность каждой из них.

– Это выписки по кредитным карточкам. Кто-то – я предполагаю, что это женщина, судя по счетам из спа-салонов, бутиков и обувных магазинов, – взял на мое имя кредит свыше пятидесяти тысяч долларов и все растратил. Агент Харрисон велел мне связаться с банками, выпустившими эти карточки, чтобы уладить дело. Пока моя кредитная история хуже некуда. – Саванна махнула рукой в сторону другой стопки бумаг: – Это формы W-2. Они поданы под моим номером социального страхования, а там копии банковских ведомостей и счетов, которые отправили в почтовое отделение в Неаполь, штат Флорида, в ячейку, арендованную на мое имя. Агент Харрисон считает, что женщина, действующая под моим именем, пытается как-то отмыть деньги. Когда в ФБР узнали, что я бухгалтер, то решили, будто это моя собственная затея. Но, допросив меня, агент Харрисон признал мою невиновность. – Саванна немного помолчала, затем попыталась пролить свет на столь темное дело. – Не знаю, как все это принять – как лесть или как оскорбление.

Тодд не засмеялся. Он лишь провел ладонью по лицу, словно стараясь стереть с него шок, но в его глазах сквозило недоверие.

– Так, значит, ты по-прежнему работаешь? – осведомился он.

– Да, конечно. Я не сделала ничего плохого, но потребуется время, чтобы утрясти все с банками и налоговой инспекцией.

Она ждала, что Тодд возьмет ее руку и скажет, что все будет хорошо, но он этого не сделал. Он держался отстраненно с того самого момента, когда отец привез ее обратно в Мэпл-Рэпидз из офиса ФБР во Флинте в воскресенье после их злополучной свадьбы. Тодд будто боялся, что если подойдет к ней слишком близко, то ее неприятности отразятся на нем. Но это, подозревала Саванна, едва ли было возможно. Вот если бы они с Тоддом успели пожениться, ее проблемы с кредитами стали бы и его проблемами. Но разве не именно в этом суть брака? Помогать друг другу и в горе, и в радости?

Но очевидно, Тодд был из тех людей, которые хотели бы переиначить слова свадебной клятвы следующим образом: «В благополучии и здравии, в преумножаемом богатстве – до тех пор пока не подвернется что-нибудь получше». Поэтому, когда Саванна подняла вопрос о новом дне свадьбы, его взгляд остановился на заваленном бумагами столе и он выпалил:

– Мне очень жаль, Саванна, но я не могу пойти на это. Дело того не стоит.

Хотя на самом деле он имел в виду «Ты того не стоишь».

Даже теперь, хотя прошло больше недели, его слова продолжали звучать у нее в ушах.

Саванна положила голову на стол, прямо на бумаги, и ее щеки коснулась прохладная страница. Всю жизнь она втайне считала, что недостаточно хороша – недостаточно умна, недостаточно красива, недостаточно организованна, недостаточно честолюбива. Она не относилась к тому типу людей, которых, когда они вдруг выражают желание уволиться, начальство умоляет остаться.

Мужчины не продираются к ней сквозь толпу в барах. Дети и собаки не приникают к ее коленям, когда она садится на скамейку.

И отступничество Тодда ее не удивило. Саванна ничего особенного собой не представляет и не сможет удержать жениха, раз с ней произошло такое.

Слезы падали на страницы. Предполагалось, что она начнет работать еще вчера, но даже известие о благополучной аудиторской проверке миссис Джексон, которая состоялась на прошлой неделе во вторник, не слишком сильно обрадовало Саванну – ей по-прежнему не хотелось выходить из дома. С тех пор как Тодд сказал ей те самые слова, ее охватило ощущение полной безнадежности. Апатия следовала за Саванной повсюду, спрашивая «К чему все это?», когда она раздумывала, не принять ли душ или не съесть ли что-нибудь. Саванна только пожимала плечами. Внутренний голос был прав. К чему все это?

Такого она не заслужила.

Слезы продолжали струиться по щекам и падать на бумагу. Саванна не шелохнулась, когда послышался громкий стук в дверь. Кто бы это ни был, он скоро уйдет, если она будет сидеть тихо.

– Саванна, это Пегги! Я знаю, ты дома. Мистер Торсон, твой сосед снизу, говорит, ты не выходишь уже несколько дней. – Пегги еще громче забарабанила в дверь, и стук эхом отозвался в голове Саванны. Она постаралась встать – на самом деле постаралась, – но так ослабела, что не сумела подняться со стула.

Неожиданно Саванна увидела себя словно со стороны: через неделю она все так же будет лежать на столе, счета и выписки, намокшие от слез, приклеятся к ее лицу. Соседи, обеспокоенные запахом, позовут слесаря открыть дверь и обнаружат ее. Следователь объявит друзьям и родным, что она умерла из-за разбитого сердца. И все это прозвучало бы очень романтично, будь она трагической героиней какого-нибудь старого фильма.

Саванна услышала, как открылся замок, и входная дверь с шумом распахнулась. В дверях стояла Пегги с большим пакетом продуктов, из него выглядывали яркие глянцевые обложки журналов, которые любила Саванна.

– Уходи, – пробормотала она, ее голос прозвучал глухо из-за прилипшей к лицу бумаги.

Пегги вошла в квартиру и поразилась царившему здесь хаосу. Обычно Саванна была очень аккуратна. Она любила покупать органайзеры по каталогам, чтобы содержать в порядке все свое хозяйство. Но с тех пор как Тодд вырвал из груди ее сердце, разрезал на маленькие кусочки и растоптал, она лишилась сил и перестала убирать. Полупустые миски с мюсли стояли на засохших молочных кругах, «украшавших» кофейный столик со стеклянной столешницей. Диски «Деф Леппард», «Бон Джови», Ван Халена, и «Пойзон», повествующие об умершей любви, валялись на серо-желтом берберском ковре перед новым музыкальным центром. Сотни пультов для кабельного телевидения, телевизора, DVD, видеомагнитофона, CD-плейера и музыкального центра (Саванна хранила их в разделенной на ячейки ивовой корзине, и к ним были прикреплены аккуратно напечатанные ярлыки, обозначающие, к чему какой пульт имеет отношение), куда-то исчезли. Саванна смутно помнила, что последний раз она видела пульт включения кабельного телевидения в аптечке в ванной, хотя не имела ни малейшего понятия, как он там оказался. Теперь ей это было все равно.

– Дело обстоит еще хуже, чем думает твоя мама, – тихо пробормотала Пегги, закрывая дверь и входя в кухню, чтобы поставить пакет с покупками на стол.

Саванна моргнула, но не сдвинулась с места.

Ножки хромированного обеденного стула царапнули по полу, когда Пегги придвинула его к себе – именно на нем сидел Тодд в тот день, когда они разговаривали о проблемах Саванны. Слезы снова подступили, и Саванна закрыла глаза. Что с ней не так? Почему она не относится к женщинам, которые чего-то стоят? Она отдала бы все, чтобы стать одной из них, если бы только знала, как именно нужно измениться.

– Так дальше жить нельзя, – прошептала она наконец, найдя в себе силы приподнять голову от стола. Верхняя страница выписок о кредитных картах прилипла к влажной щеке, Саванна отодрала ее и положила в стопку.

Пегги встала и, подойдя к подруге, крепко обняла ее.

– Все будет хорошо.

Саванна отрицательно покачала головой, хотя всей душой желала поверить в это.

– Ш-ш-ш! – Пегги ласково похлопала Саванну по плечу. – Все наладится, ты не понимаешь этого, поскольку очень сильно огорчена. Кроме того, Тодд… Это не навсегда. Он уже чувствует себя не в своей тарелке. Он вернется. Вы просто предназначены друг для друга.

– Я так не думаю. После нашего последнего разговора он ни разу не позвонил. – Саванна судорожно вздохнула и отодвинула стул. Пегги снова крепко обняла ее. Неожиданно ей захотелось пить, она пошла на кухню и налила себе большой стакан воды. Потом опять наполнила его и направилась к столу.

Откинувшись на спинку стула, Саванна смотрела на двухдюймовую стопку выписок, на которые до сих пор не обращала особого внимания.

– Я знаю, тебе трудно в это поверить, но все устаканится. Сама увидишь. – Пегги пошла на кухню разобрать продукты. Из пакета появились несколько журналов, бутылка вина, две пачки полуфабрикатов, виноград и салат «Цезарь» в пластиковой упаковке.

– В том-то и дело, что нет, – покачала головой Саванна. – Ничего не устаканится. Если только я не изменюсь и не стану женщиной, за которую кто-то захочет бороться вопреки всем неприятностям. Иначе со мной будут поступать так всю жизнь.

Посуда в ящике со столовыми серебряными приборами зазвенела – это Пегги искала штопор, желая открыть бутылку вина.

– Какие у тебя планы? – поинтересовалась она. – Чтобы стать другим человеком, недостаточно просто щелкнуть пальцами.

Саванна взяла со стола выписки.

– Почему нет? Ведь та женщина смогла. Она нашла меня – скучную бухгалтершу Саванну Тейлор – и превратила в кого-то другого. Посмотри на эти бумажки. Пятьсот долларов за сапоги от Кейт Спейд. Восемьсот долларов за нижнее белье из роскошного магазина в Неаполе. Дорогие обеды, астрономические счета из баров по средам. Эта Саванна Тейлор ни капли не похожа на меня. Она любит развлекаться. Она выходит в свет. Держу пари, ее не бросил ни один мужчина. – Саванна помолчала, пристально изучая выписку за выпиской. Затем подняла глаза и, встретив взгляд лучшей подруги, тихо добавила: – Эта Саванна Тейлор знает, как жить. И я намерена отыскать ее.

– Что? – задохнулась от удивления Пегги. – Ты сошла с ума?

– Нет. – Саванна неожиданно поняла, что верит в себя, а ведь такого никогда не случалось прежде. Эта женщина, другая Саванна, отхватит желаемое, и ей плевать на мнение остальных. И хотя реальной Саванне не слишком нравился девиз «Я возьму что хочу, а вы все идите к черту», она завидовала умению той женщины вести более интересную, чем у нее, жизнь.

– Держу пари, никто не говорит ей, что ради нее не стоит влипать в неприятности, – пробормотала Саванна, пытаясь представить, как выглядит ее двойник. Перед глазами замаячили шелковые стринги и сапоги до колен, короткая кожаная юбка и роскошное черное бюстье. Когда та Саванна входила в переполненный бар, мужчины, конечно, оставляли своих спутниц и окружали ее. Их привлекала не одежда, а аура, окружавшая ее: «Ты будешь счастлив, если заполучишь меня». Такая Саванна не стала бы называть новым знакомым свое скучное имя. Нет, в определенных кругах она была бы известна как сексуальная штучка Вана.

– Эй, выпей-ка это! Сразу почувствуешь себя лучше. – Пегги поставила бокал шардонне на стопку выписок перед Саванной. Затем, явно желая отвлечь подругу от ее бед, положила на стол несколько глянцевых журналов. Их стопка распалась. «Космо» оказался сверху. Потом – «Гламур» и «Мари Клэр». Надписи на обложках дразнили, обещая, что на страницах журналов можно найти ответы на все жизненные проблемы.

«Хотите удовольствий в постели? «Космо» откроет вам «42 секрета искрящегося секса».

«Вам требуется больше энергии? «Мари Клэр» обещает: «Две недели для вашего здоровья».

«А может, вас не устраивает работа? Тогда «Найдите подходящую вам работу» с помощью теста в «Гламуре».

Забавно, но прямо перед тем, как Тодд порвал с ней, Саванна ответила на вопросы теста об отношениях и убедилась, что их связь очень прочна. Нет, Тодд не набирал ей ванну с ароматной пеной и не поил дорогим вином, но он был надежным. Заслуживающим доверия. Предсказуемым.

Теперь, вспомнив об этом, Саванна поежилась.

Она неожиданно поняла: авторы тестов гораздо лучше описывают ее, а не собственного жениха. Слова, которые рекламщики используют для описания стиральных машин и подгузников для взрослых, также применимы к ней.

Черт, ничего удивительного, что Тодд бросил ее! Мужчины не нуждаются в надежных, заслуживающих доверия и предсказуемых женщинах. Им нужны секс, развлечения и авантюризм. Они хотят таких женщин, как Вана Т.

– Ой, посмотри! Здесь есть тест, ведь ты очень их любишь. – В голосе Пегги звучала изрядная доля фальшивого энтузиазма, примерно так Саванна разговаривала со своей трехлетней племянницей, отбирая у малышки кошку, которую та намеревалась укусить, и усаживая в четырехтысячный раз смотреть «Корпорацию монстров». – Перестань грустить, давай ответим на вопросы имеете.

Саванна покорно встала со стула в столовой и проследовала за лучшей подругой к дивану. Пегги быстро убрала миски и вытерла засохшие молочные круга с кофейного столика.

– Теперь все будет отлично, – сказала она, плюхаясь на почти белый кожаный диван. Саванне этот диван очень нравился, она любила прикасаться к его прохладной поверхности и чувствовать, как он постепенно нагревается; нравилось, что она могла разнообразить облик гостиной, просто поменяв подушки или аккуратно расставив на столике новые безделушки. В данный момент подушки на диване были приглушенного шоколадного цвета с красными ромбиками. Красные свечи в начищенных латунных подсвечниках были расставлены по всей комнате, а в углу дивана лежал мягчайший красный плед из шенили.

Саванне всегда нравилась ее квартира с тремя спальнями и двумя ванными комнатами, которую она купила через два года после окончания колледжа, но теперь она не могла не подумать о том, что очень печально жить на одном и том же месте с двадцати четырех лет. Печально… и скучно.

Скучно, скучно, скучно…

Чтобы осознать это, не надо отвечать на вопросы журнальных гестов.

– Этот тест покажет, на какую богиню ты похожа. – Пегги продолжала говорить все с тем же наигранным энтузиазмом. – О'кей, вот первый вопрос. Что для тебя важнее всего? А – романтика и страсть. Б – карьера. В – познание нового. Или Г – дети. – Пегги сделала вид, что размышляет, а затем сказала. – Ничего сложного. «Г». Я действительно хочу иметь детей. – Она поискала ручку и отметила свой ответ на тонкой журнальной странице, затем спросила: – А как ответишь ты? Держу пари, выберешь «Б».

– Не знаю, – пожала плечами Саванна, хотя уже была готова ответить именно так. Она понимала, это звучит глупо, но она действительно любила свою работу, любила помогать людям заполнять налоговые декларации или готовиться к аудиторской проверке. Но ей надоело быть предсказуемой, и потому, прижав к груди подушку, она ответила: – «А!» Романтика и страсть.

– Правда? – Глаза Пегги широко распахнулись от удивления.

– Да. Я сказала именно это, – решительно отозвалась Саванна. Неужели так трудно поверить, что и ей не чужды яркие чувства?

– И-из-з-ви-ни, – пробормотала Пегги и отметила в журнале нужную букву.

Саванна закрыла глаза и покачала головой:

– Нет, это ты меня извини. Я не должна была рявкать на тебя. Просто эти недели оказались очень нелегкими.

Пегги сжала ее руку.

– Я понимаю.

– Какой там следующий вопрос? – осведомилась Саванна, стараясь сделать вид, что ей интересно.

– Ты уверена, что хочешь продолжить? Мы можем посмотреть телевизор или заняться чем-то еще.

– Нет, все в порядке, – солгала Саванна и, отложив подушку, потянулась к бокалу с вином. Она сделала большой глоток и, откинувшись на спину, оказалась в мягких объятиях дивана.

– О'кей, вот хороший вопрос. Когда дело доходит до секса, вы: А – не получаете его в достаточной для вас степени; Б – с трудом расслабляетесь, но потом начинаете получать удовольствие; В – вам в общем-то все равно, заниматься им или нет; Г – вам больше нравится доставлять удовольствие партнеру, а не себе.

Саванна сделала еще глоток вина. Они с Пегги были лучшими подругами с третьего класса и, конечно, не раз говорили о сексе, но Саванне эта тема всегда казалась несколько нескромной. Итак, она знала, что ее ответ – «Б», но не хотела в этом признаваться. Она желала чувствовать себя комфортно, хотела, чтобы секс ее ни капельки не смущал. И на самом деле она любила секс. Просто ей приходилось прикладывать некоторые усилия, чтобы не думать, как смешно она выглядит и какие нелепые звуки издает.

Но может, в этом все и дело. Если бы Саванне удалось убедить себя, что она недостаточно занимается сексом, она, несомненно, предпочла бы ответ «А» и стала бы уверенной в себе женщиной, чего ей очень и очень хотелось.

– Можно мне посмотреть? – спросила Саванна, захваченная повой идеей.

– Конечно. – Пегги протянула ей журнал.

Саванна пролистала страницы и добралась до ответов на вопросы теста. Здесь все было просто, потому что все ответы «А» относились к одной и той же богине, все «Б» – к другой и так далее. Саванна прочитала их имена: Афродита, богиня любви; Афина, руководствующаяся разумом, а не сердцем; Персефона, духовная и независимая, и Деметра – богиня, дарующая жизнь. Саванна хотела напоминать Афродиту – быть женственной, страстной и сексуальной. Решающим же аргументом стали слова о том, что «мужчин тянет к девушкам типа Афродиты, как медведей к меду».

К Саванне мужчин не тянуло, и ее это не устраивало. Если бы Афродита была ее богиней, Тодд в жизни не бросил бы ее.

И этот журнал подскажет, как превратиться в такую женщину. Романтика и страсть должны стать для нее необходимостью. Секс – тем, без чего жизнь просто невозможна.

Она собиралась превратиться в богиню секса, женщину, к которой особей противоположного пола тянет, как магнитом, ради которой они переживут любые неприятности.

Что может рассказать о вас ваша машина?

Поднимите руку те, кто удивился, когда Сьюзен Сарандон и Джина Дэвис упали с обрыва в своем «тандерберде» с откидным верхом в конце фильма «Телта и Луиза». Готова поспорить, ни одна лапка не взметнулась вверх, потому что вы все знаете: девушки, которые водят такие автомобили, любят веселиться и брать от жизни все… И к черту последствия! Хотите знать, что может рассказать о вас ваша машина? Читайте дальше!

Вы только что унаследовали большую сумму от вашей дорогой тетушки Милдред, и одно из условий завещания гласит: вы должны потратить по крайней мере половину свалившегося на вашу голову богатства на покупку новой машины. Вы набиваете сумочку стодолларовыми бумажками и отправляетесь в автосалон. Когда спустя два часа вы оттуда выезжаете, то сидите за рулем:

А. Седана скромного цвета с большим багажником и просторным задним сиденьем для друзей.

Б. Экологически чистого гибридного автомобиля, такого тесного, что его невозможно вести, не закинув ногу за собственную шею, дабы она вам не мешала, – но какая разница? Он выделяет мало вредных газов, помогает сохранять окружающую среду и не позволяет большим и страшным нефтяным компаниям наживаться за ваш счет.

В. Автомобиля цвета «синий металлик» с откидным верхом, серым кожаным салоном и двигателем, который дает возможность разогнаться до восьмидесяти миль в час за 3,2 секунды, не испортив при этом вашу прическу.

Вы, девушки, выбравшие пункт «А», такие скучные, что мы не удивимся, если вы заснете за рулем! Что дальше? Микроавтобус? Золотая рыбка? Симпатичный маленький домик в пригороде, два с половиной ребенка и лабрадор-ретривер? Да, волнующая жизнь, ничего не скажешь. Нет! Те из вас, что дали ответ «Б», достойны награды за сознательность… но постойте, неужели вы действительно думаете, что одна маленькая, похожая на лягушонка, машина способна изменить мир? Через несколько лет мировые запасы нефти закончатся и все частные машины отправятся вслед за динозаврами. Но пока вы могли бы получать удовольствие от поездок, как и все мы! Что же касается вас, девушки, отметившие пункт «В», вы не возражаете, если мы напросимся к вам в спутники? Держим пари, по дороге в продуктовый магазин вас ждет больше приключений, чем приходится на долю девушек «А» и «Б» за всю их жизнь!

Глава 3

Оказалось, убедить окружающих в том, что Саванна стала другим человеком, не так легко.

В среду, на следующий день после того, как твердо решила превратиться в волнующую, сексуальную и неотразимую женщину, Саванна пошла в супермаркет и купила все имеющиеся там женские журналы. Во время ленча она прихватила с собой журнал «Стайлиш» со статьей «Семь новых сексуальных ансамблей одежды» в универмаг рядом с офисом и попросила учуявшего большие проценты продавца помочь ей.

Она надела вариант номер 1 в четверг утром и обозрела себя в большом зеркале на внутренней стороне двери спальни.

Вариант этот назывался «Повседневный шик» – темная в пурпурно-зеленую клетку юбка до колен, к которой полагалась белая майка и джинсовая рубашка. Саванна была совершенно уверена насчет грубых ботинок, которые, по мысли авторов статьи, должны удачно завершать ансамбль, но сомневалась по поводу большой меховой шляпы, закрывающей волосы. Создавалось впечатление, что огромный бобер устроился у нее на макушке и испустил там дух. Она повернулась, желая выяснить, как выглядит со спины.

– Ах ты, зеркальце, скажи, что все это не так уж и смешно, – обратилась она к своему отражению.

Открытый журнал лежал на кровати, в нем красовалась модель и том же самом прикиде. Девушка стояла на краю горного озера, пребывая в глубокой задумчивости. Саванну удивило выражение ее лица. Возможно, модель размышляла над тем, что будет, если бобр оживет и примет ее тощую шею за ствол вкусного молодого деревца.

Энергично помотав головой, Саванна сняла шляпу. Никак невозможно прийти в ней в офис. Она чувствовала себя идиоткой… и не могла не мурлыкать песенку о Дейви Крокете, которую выучила, будучи скаутом. Слова песенки звучали у нее в голове, когда она запустила пальцы в волосы, чтобы взъерошить их. Саванна откинула дохлого бобра прочь, взяла сумочку и отправилась на работу.

Войдя в офис, она немного помешкала, желая заметить реакцию коллег на ее новый ультрамодный вид. Никто, кроме «доброго утра», ничего ей не сказал, и Саванна решила, что все очень заняты и им не до нее. Не так уж это и важно, сказала она себе, идя к своему столу. Имеет значение лишь ее собственное ощущение – она изменилась внутренне. И другие заметят это достаточно скоро.

В пятницу Саванна остановилась на варианте номер 2. Он назывался «Парижский романс»: черные брючки в обтяжку, полупрозрачная блузка, не скрывающая тонкой талии модели, но Саванна надела ее на топ, чтобы спрятать не слишком плоский живот, и сапоги до колен с зелеными, оранжевыми и розовыми аппликациями в виде цветов. Этот наряд также завершался пушистой шляпой – вероятно, в этом сезоне такие были последним писком моды. Шляпа имела форму пончика, была черной и не так походила на бобра, как вчерашняя.

«Держу пари, Вана почувствовала бы себя великолепно в чем-нибудь подобном», – заверила себя Саванна, повернувшись сначала влево, а потом вправо, желая оглядеть себя со всех сторон в зеркале.

И действительно, все оказалось не так уж и плохо. Шляпа, возможно, могла сойти за вещь от кутюр в Мэпл-Рэпидз, и к тому же была в стиле Одри Хепберн, что не так уж и плохо.

Ободряюще кивнув отражению, Саванна вышла из квартиры и направилась на работу. Она опять ненадолго остановилась в дверях, ожидая комментариев по поводу своего нового гламурного имиджа. Она даже сделала пируэт перед окном, раскинув руки, будто приветствуя слабое позднее зимнее солнце.

– Эй, Саванна! Несколько минут назад сюда по пути в торговый центр заходила твоя мама. Она попросила напомнить, чтобы ты купила торт на завтрашний день рождения племянницы, – сказал ее коллега Джош, не отрываясь от экрана компьютера.

– Разве такое забудешь, – пробормотала Саванна. Мама оставила ей подобное сообщение на голосовой почте вчера вечером и прислала два электронных письма.

Саванна не была забывчивой и часто протестовала против постоянных напоминаний, но мама продолжала обращаться с ней так, будто ей всего восемь лет и она каждое утро оставляет завтрак на кухонном столе перед школой.

Громко вздохнув, Саванна сдвинула шляпу с глаз на макушку и уселась за стол в новых сапогах, которые были очень изящны, по не слишком практичны, учитывая, что на улице оказалось полно снега. Она пошевелила большими пальцами и скорчила гримасу, поняв, что замша промокла и сапоги стали холодными. Она включила маленький напольный обогреватель – такие были под столами у всех женщин в офисе. Ей казалось несправедливым, что мужчинам всегда тепло, не важно, какая температура в помещении. Женщины же мерзли большую часть зимы и весны. Комендант запретил пользоваться обогревателями в прошлом году, когда Саванна включила свой ноябрьским утром, вызвав перегрузку в электросети и вырубив тем самым половину компьютеров и офисе. Но постепенно, как плесень распространяется по сыру чеддер, обогреватели вернулись на свои места.

Когда теплый воздух наконец проник во влажные сапоги, Саванна задрожала и понадеялась, что замша, высохнув, не сядет.

На следующее утро она встала в то же время, хотя была суббота, а дежурства в офисе у нее не намечалось. Саванна принесла домой ноутбук, а также несколько дел клиентов. До пятнадцатого апреля осталось семь недель, и она работала изо всех сил, желая вовремя оформить налоговые декларации. Зевнув, Саванна задернула занавеску после душа и ступила в полную пара ванную комнату.

– Новая захватывающая жизнь стоит множества усилий, – сказала она себе, протирая зеркало, чтобы нанести макияж. Вчера она засиделась за работой за полночь – оторвалась, только когда обнаружила, что записала зарплату, чаевые и прочие доходы клиента в графы 7, 8а и 10, утроив его доходы, а значит, и сумму налогов, которую ему придется заплатить. Она планировала поработать несколько часов утром, затем зайти за тортом на день рождения племянницы, а уж потом направиться к родителям.

Высушив волосы и безжалостно выпрямив вьющиеся темные локоны, Саванна прошла в комнату и осмотрела одежду в шкафу.

Если следовать статье «Семь новых сексуальных ансамблей одежды», то сегодня полагалось надеть номер 3 – «Кролик на лыжах». Проблема, однако, заключалась в том, что для этого нужны были обтягивающие белые брюки, серебряная цепочка вокруг талии, отороченный мехом белый кардиган и подходящая ко всему этому майка без рукавов. Саванна тут же предположила, что ее племяннице Аманде потребуется менее четырех минут, чтобы украсить белоснежный наряд пятнами синей или красной глазури в основном между ног и на заднице – для пущего комического эффекта.

– Нет, спасибо, – помотала она головой, когда перед мысленным взором встал ее же зад, заляпанный детскими пальчиками. Тогда она решила остановиться на варианте номер 4 под кодовым названием «Красная Шапочка». Первым делом Саванна натянула черные теплые колготки поверх белых трусиков. Затем красно-черную юбку из шотландки, которая почему-то оказалась короче, чем на примерке в магазине в среду. И как только получается, что новая одежда дома всегда становится теснее, короче или откровеннее?

Она надела тонкий красный свитер, одернула его и добавила piece de resistance[1] – вязаный капюшон-пелерину под цвет свитера. У пелерины на шее была застежка, а вокруг капюшона – шнур, и его можно лихо натянуть на нос – именно так они с сестрами поступали, когда на них в детстве напяливали лыжные куртки. Шнур украшали большие помпоны – от них кошка родителей наверняка придет в экстаз.

Повернувшись к шкафу, чтобы достать черные сапоги, призванные завершить ансамбль, Саванна обнаружила, что теребит завязки капюшона и помпоны летают у нее перед лицом, сталкиваясь друг с другом.

Можно сказать наверняка – будет непросто забыть об этих штучках на целый день.

Идя на кухню, Саванна чувствовала себя маленькой Красной Шапочкой в маленькой красной шапочке, так что ей трудно было не подпрыгивать. Она не могла дождаться реакции семейства на лот наряд. Если он маме не понравится, то Саванна на правильном пути.

Сдерживая улыбку, она заварила кофе и взяла в руки последний номер «Космо». Листая его, Саванна наткнулась на статью «Шесть удивительных трюков, способных утроить его наслаждение» – к несчастью, в ближайшем будущем ей это не пригодится. И тут она увидела тест, который, как предполагалось, мог обрисовать вашу индивидуальность, судя по тому, какую машину вы водите.

– Представляю, что они скажут о моей бежевой «тойоте», – усмехнулась Саванна, сунув большой палец между страницами, чтобы отметить заинтересовавший ее тест, и налила в чашку кофе.

С чашкой и журналом она подошла к обеденному столу и отодвинула ногой стул, продолжая просматривать тест. Как она и подозревала, составители не замедлили отметить, что только такая скучная особа, как она, может владеть столь неприглядным седаном.

– Как будто я сама этого не знаю, – буркнула Саванна, глотая горячий кофе, и чуть не свалилась со стула, когда зазвенел телефон. – Мама, если ты снова звонишь, чтобы напомнить про торт, я сразу же отключу телефон, – произнесла она, пересекая комнату в надежде быстро найти трубку. Взглянув на высветившийся номер, она подняла глаза к небу, прося у Бога терпения, поскольку тонок действительно был от родителей. – Я не забыла про торт! – завопила она вместо приветствия.

– А… хорошо, – мирно сказал ее отец. – Тогда ждем тебя часов в двенадцать.

Саванна раздраженно покачала головой и дала отбой. Необходимо найти какой-то способ прекратить это безобразие. Может, и «Космо» есть по этому поводу какой-нибудь тест?

Она была на полпути в столовую, когда телефон зазвонил снова. Саванна стиснула зубы в ожидании еще одного напоминания о треклятом торте, но тут же изумленно приоткрыла рот, увидев, что звонит не мама, а Тодд. Сделав глубокий вдох, она продолжала смотреть на номер на дисплее.

И зачем он звонит? Она уже упаковала его вещи, долгие годы пролежавшие в ее квартире, и оставила коробки на лестнице, ведущей в квартиру, которую его родители построили ему над своим гаражом. Возможно ли, просто возможно ли, что он хочет вернуть ее?

Саванна глубоко вздохнула и все же решила ответить на звонок, не зная, что скажет, если Тодд попросит прощения. Он сделал ей очень больно, не оставшись рядом с ней в трудный момент. Но может, он понял, какую ужасную ошибку совершил? Может, за это время он наконец умудрился рассмотреть, что ради нее стоит пережить неприятности?

Этого она никогда не узнает, если откажется с ним разговаривать.

Дрожащими Пальцами Саванна нажала кнопку и хрипло произнесла:

– Алло!

– Саванна, это ты?

Она закрыла глаза. Голос Тодда был таким родным. Раньше они разговаривали по телефону по крайней мере раза два в день с тех самых пор, как начали встречаться. Ей не хватало его близости, отношений, что были между ними.

– Да, Тодд. Это я, – прошептала Саванна.

– О! Ты в порядке? Твой голос звучит немного странно и забавно.

Саванна открыла глаза и как можно сильнее прижала телефон к уху.

– У меня все хорошо. А как дела у тебя?

– Хорошо, хорошо. – Тодд сказал это не очень уверенно. Саванна прочла немало женских журналов и знала, что ей следует заставить Тодда унижаться и молить о прощении… но ей не хотелось, чтобы он страдал. Говоря по правде, она скучала по нему и, кроме того, пока не вернула ни одного свадебного подарка. А теперь, может, этого и не придется делать. Тодд откашлялся.

– Я… э… заехал к тебе в офис по дороге на работу, но не застал тебя…

Саванна попыталась задавить растущую в сердце надежду, которая кружила ей голову.

– Дело в том, – она с трудом сглотнула, – что сегодня я не работаю.

– А… Ну, мне нужно с тобой поговорить. – Тодд снова покашлял, и Саванна нахмурилась – она совсем забыла об этой его привычке. Наверное, ему следует обратиться к врачу.

– О чем? – поинтересовалась она. И задержала дыхание, ожидая, что Тодд спросит, простит ли она его, и зная – вопреки советам журналов, – что ответит «да».

– О моих налогах, – ответил Тодд. – Я хочу, чтобы ты занялась ими. Ведь у меня сложные обстоятельства. В прошлом году, как тебе известно, я заработал кучу денег. Меня назвали лучшим продавцом автомобилей в Верхнем Мичигане, – гордо сказал он.

Саванна почувствовала, что вот-вот уронит телефон, и сильнее сжала его в руке. Он хочет, чтобы она занялась его налогами? И это после того, как он бросил ее в беде? Почему этот тупой, эгоистичный, отвратительный…

– Думаю, я получу возмещение, и потому надеюсь, что ты сможешь подготовить мою декларацию к понедельнику. Роберт хочет, чтобы я с ним поехал в Вегас, и я считаю, это именно то, что доктор прописал, – после всего, через что мне пришлось пройти за последний месяц, – продолжил Тодд.

– После всего, через что тебе пришлось пройти за последний месяц?! – не веря своим ушам, возмущенно переспросила Саванна.

– Нуда. Сама понимаешь, мне было непросто смотреть, как тебя арестовывают прямо перед алтарем.

В голосе Тодда послышалась боль. И Саванне захотелось, чтобы он оказался рядом – она показала бы ему, что такое настоящая боль. Вот ведь ублюдок!

– Я не стану заниматься твоими налогами, – проговорила она, стараясь сохранять спокойствие.

– Странно. Ты же всегда помогала мне. У тебя есть все нужные документы. Я не ожидал такого ответа.

– В ответ я бы с удовольствием сломала что-нибудь, скажем, твою шею! – Саванна почти кричала.

– Вот черт, да забудь о моей просьбе! Я и предположить не мог, что она вызовет у тебя такую бурю эмоций. Речь идет всего лишь о налогах.

– Ты не ожидал бури эмоций?! – прошипела Саванна. – Считаешь, мы можем сохранить деловые отношения после того, как ты меня бросил?

– Почему бы и нет? Если ты придешь покупать новую машину, я отнесусь к тебе со всем почтением. Но может, это потому, что я уж такой парень. – Это прозвучало настолько по-ханжески, что Саванне захотелось добраться до бывшего жениха прямо по телефонной линии и задать ему хорошую взбучку.

– Знаешь что, Тодд? Я собираюсь покупать новую машину. И ты можешь поспорить на сумму возмещения налогов, что я, черт побери, не приду за ней в твой салон! – Кипя от ярости, Саванна бросила трубку, схватила сумочку и журнал с тестом о машинах и выбежала на заснеженную улицу.

К тому времени, когда ее седан свернул на местный автомобильный рынок (во всем городе только два человека продавали машины – один из них был отец Тодда, а другого звали Чип Хэдли, его сын Барри одновременно с Саванной закончил школу), она успокоилась настолько, что поняла: дело не в просьбе Тодда, ее оскорбляло то, что он не хотел вернуться к ней. Но ведь было очень глупо представить себе такое даже на мгновение.

– Сколько раз надо повторить «между нами все кончено», чтобы наконец достучаться до такой тупицы, как ты? – обратилась она к своему отражению в зеркале заднего обзора, сворачивая к магазину Чипа Хэдли.

Стоянка перед магазином была очищена от твердого, с наледью снега, покрывавшего землю, и Саванна представила некоего бедного старшеклассника, соскабливающего льдинки с ветровых стекол каждое утро, потому что они все тоже сейчас были чистыми. Она припарковала «тойоту» в центре стоянки и выбралась из машины. Порыв холодного ветра тронул ее ноги в плотных колготках, и ей тут же захотелось, чтобы капюшон оказался потеплее. Может, он и хорошо смотрится, но для зимней мичиганской погоды требуется что-нибудь посущественнее.

Из магазина к ней тут же вышел продавец. Прежде чем сунуть руки в карманы темно-серого пальто, он сложил их лодочкой и подышал на них.

– Здравствуйте, мэм. Я могу вам помочь?

Саванна обернулась и увидела, что продавец – не кто иной, как ее одноклассник Барри Хэдли.

– Привет, Барри! – улыбнулась она. – Я присматриваю что-нибудь не такое… бежевое. – Она махнула рукой в сторону своего надежного автомобиля, купленного восемь лет назад и до сих пор служившего ей верой и правдой. Саванне пришлось напомнить себе, что сексуальная девушка, которой она надеялась стать, не будет водить ничем не примечательную машину и что уход Тодди неопровержимое доказательство тому. Ей придется кардинально измениться, иначе она никогда не найдет мужчину, готового ради нее пройти через огонь, воду, а может, и медные грубы.

– Привет, Саванна! Как дела? – спросил Барри, хлопнув бывшую одноклассницу по плечу.

– Хорошо. Хочу купить новую машину. – Саванна немного нервно рассмеялась. – А иначе зачем бы мне сюда приезжать? Чтобы купить холодильник?

Барри улыбнулся, и Саванна решила, что он поведет ее к какой-нибудь блестящей спортивной машине, но он направился к ряду седанов, выглядевших примерно так же, как ее «тойота», и сказал:

– В это время года у нас хороший выбор. Купи любую из этих моделей – и не ошибешься. Они экономичны, надежны, не требуют особого ухода…

– Нет, подожди, – перебила его Саванна и предупреждающе подняла руку, пока он не успел увлечься своей трепотней. – Мне не нужна надежность и экономичность. Я хочу чего-то интересного. Спортивного. Как бы это сказать… сексуального. У вас есть что-нибудь красное?

Барри нахмурился, его темные брови сдвинулись в линию. Он почесал затылок.

– Красный не очень практичен. Исследования показали: владельцы красных машин почти в два раза чаще платят штрафы за превышение скорости.

– Да не нужна мне практичность, – запротестовала Саванна. – Я всегда во всем была практична, и, честно говоря, это мне надоело!

Барри поджал губы.

– В какую сумму ты хочешь уложиться?

Саванна вспомнила о своем тающем банковском счете, чрезвычайно уменьшившемся после несостоявшейся свадьбы, и о недавнем бурном шопинге. И поскольку женщина, укравшая ее имя, обеспечила ей великое множество долгов, Саванна не могла рассчитывать на новый кредит. Если она возьмет заем прямо сейчас, то процентная ставка будет непомерной.

– Я могу отдать мою машину в счет оплаты, – кивнула она в сторону седана. – И, кроме того, у меня осталось четыре тысячи двести пятьдесят два доллара.

Барри какое-то время задумчиво тер подбородок.

– Так, значит, хочешь что-нибудь забавное и спортивное? – переспросил он.

Саванна молча кивнула.

– И тебе не важно, что машина потребует большого ухода?

Саванна помотала головой.

– Хорошо, пойдем со мной. – Барри направился в дальний угол стоянки, и Саванна последовала за ним.

Наконец он остановился и отошел в сторону. Саванна судорожно вздохнула. Барри величаво указал на красно-белый «тандерберд» с откидывающимся верхом и хромированными молдингами.

– Вот она, – провозгласил он.

– Она совершенна, – прошептала Саванна.

– Но не практична, – отозвался Барри.

– Знаю, – кивнула Саванна.

– И к ней не полагается никаких подарков или запасных частей. В ней нет подогрева сидений, навигационной системы, CD-плейера. Я даже не знаю, есть ли у нее кондиционер, – предупредил он.

– Я уже люблю ее. – Саванна сделала шаг к машине, вытянула руку и осторожно коснулась гладкого хрома. Такая машина может много рассказать о хозяйке. Саванна представила, что едет по городу теплым солнечным днем, верх машины опущен, ее волосы эффектно развеваются на ветру, она машет Тодду рукой, проезжая мимо магазина его отца, словно говоря: «Все это могло принадлежать тебе, пожелай ты остаться со мной».

– Она в хорошем состоянии, хотя и не новая. Ты можешь оплатить дополнительную гарантию, но это обойдется недешево.

Саванна открыла тяжелую дверцу и опустилась на водительское сиденье. Необыкновенно удобно – мягкая кожа приняла очертания ее тела. Машина словно хотела принадлежать ей не меньше, чем того желала Саванна. Она нетерпеливо погладила руль. Это была ее машина. Саванна чувствовала это.

– Дай мне ключи. Я быстро вернусь.

Барри почувствовал запах сделки и пошел в офис. Скоро он вернулся с ключами от «тандерберда». Ему потребовалось всего несколько минут, чтобы показать, как поднимается и опускается верх, и они вместе обнаружили в машине кондиционер.

Барри вывел машину с площадки и выбрался из нее, придержан для Саванны дверцу. Несмотря на холод, он не стал поднимать верх и включил на полную мощность обогреватель.

– Приятной поездки, – улыбнулся он.

Саванна снова забралась на водительское сиденье и приподняла голову, чтобы взглянуть на затянутое облаками небо. Горячий потух, идущий от обогревателя, ласкал ноги. Она выехала с площадки. Минуя магазин Эверарда, увидела знакомую фигуру – мужчина махал рукой, желая привлечь ее внимание.

Тодд. Возможно, он испытывает досаду, понимая, что немалые комиссионные достанутся не ему.

Она сделала вид, будто не заметила его, и поехала дальше – мимо молочного кафе, где подрабатывала, учась в старших классик. Холодный ветер щипал лицо, нос стал красным, но Саванне было все равно. Она впервые за долгое время чувствовала себя свободной, как будто, избавляясь от старой машины, оставляла в прошлом все скучное, унылое и неинтересное.

Искушение поднять руки к небу и закричать от радости было очень велико, но Саванна удержалась и не бросила руль. И все же они не могла не улыбаться, проезжая мимо парка на Мэйн-стрит, и махнула рукой темноволосой девочке, остановившейся, чтобы посмотреть на Саванну.

Ветер трепал ее волосы, она вела классную машину и начинала думать, что, может быть – просто может быть, – стать совершенно другим человеком, в конце-то концов, не так уж и трудно.

Ваша семья. Примете вы их или покинете?

Семейные узы… Как однажды сказала юмористка Эрма Бомбек, эти узы связывают – и душат! Ваша мать постоянно ворчит на вас, требуя подарить ей внуков, прежде чем она испустит дух? Вы бежите к отцу каждый раз, когда трубы на кухне начинают протекать? Ваша младшая сестра до сих пор крадет у вас деньги, одежду и бойфрендов? И как определить: что это? Нормальное поведение или ваши родственники достойны очутиться в зале стыда для неблагополучных семей? Конечно же, вам поможет этот тест!

Ваша Старшая сестра выходит замуж за замечательного парня – он красив, хорошо зарабатывает и даже мил с вашей ужасной тетушкой Гертрудой, – но будущие молодожены дали понять, что не собираются заводить детей. Вы же бросили бойфренда неделю назад, когда упомянули, что набрали пять фунтов, пробуя с сестрой свадебные торты, а он сказал, что в лиловом платье подружки невесты вы выглядите как гигантский баклажан. На пробном свадебном обеде мать отводит вас в сторону и говорит:

А. Она не может поверить, что вы поставите сестру в неловкое положение, явившись на ее свадьбу без молодого человека. Затем напоминает, что надо хранить честь семьи, и подговаривает захомутать дядю жениха, который старше вас лет на сорок, но не может оторвать глаза от вашего бюста.

Б. Совершенно понятно, почему вас бросили. Ваша старшая сестра – единственный в семье человек, которого она сама и ваш отец считают на что-то годной. Создается впечатление, что время пошло вспять и вы вновь оказались в детском саду, когда… (Вы перестаете вникать в суть, потому что слышали такое великое множество раз.)

В. Она счастлива, что у нее такие замечательные девочки. И понимает, что для полного счастья вам вовсе не нужен мужчина. Пусть лучше вы будете одна, чем вступите в какие-нибудь нездоровые отношения. Кроме того, она ведет полноценную жизнь и внуки не так уж ей необходимы.

Если вы выбрали пункт «А» или «Б», нам очень жаль, что ваша семья, похоже, действительно неблагополучна! Вы никогда не задумывались о том, чтобы куда-нибудь переехать? Мы слышали, в Сибири очень хорошо в это время года. Что же касается тех, кто предпочел «В», то хотим у вас спросить: ваши родители, случайно, не собираются кого-нибудь усыновить? Мы знаем нескольких девушек, которые очень хотели бы стать вашими сестричками!

Глава 4

Побыв с родными минут двадцать, Саванна начала понимать: стать другой там, где прожила всю жизнь, очень проблематично, потому что люди, с которыми ты постоянно общаешься, просто не могут этого допустить.

Она поставила картонную коробку с тортом для племянницы на стол отремонтированной родительской кухни и притворилась, что не слышит, как мать и Миранда шепчутся о ней, раскладывая картофельное пюре и горошек со сливками по тарелкам. До нее долетали обрывки их разговора – фразы вроде «ей сейчас так тяжело», и «как только она может сидеть в такой короткой юбке», и «ведет себя очень странно с тех пор, как Тодд оставил ее». Они, видимо, считали, что разговаривают на иностранном языке, недоступном пониманию Саванны.

Она задалась вопросом: а есть ли близкие родственники у Нины? Наверное, нет, раз Саванне не попались на глаза платежи психоаналитикам среди бумаг, которые дал ей агент Харрисон.

Удачливая дрянь.

Саванна вздохнула, поправила пелерину, о которой в журнале «Стайлиш» было сказано: «совершенно необходима в этом сезоне», – и стала носить тарелки из кухни в гостиную, где уже сидели остальные члены семейства. Завязки у пелерины были слишком длинными, и Саванне пришлось распахнуть ее пошире, чтобы помпоны не попали в подливку. Она решила не расстраиваться. По крайней мере родные увидели, что она сменила имидж.

Когда мама и Миранда принесли из кухни все блюда, Саванна заняла свое обычное место слева у стола.

– Ты уверена, что тебе не холодно? – спросила мама, наверное, в сотый раз после прихода Саванны. Вопрос сопровождался выразительным взглядом на ее юбку. Когда Саванна стояла, длина казалась вполне приличной – юбка доходила до середины бедра, но стоило сесть, как она задиралась довольно высоко. Хорошо, что на ней теплые колготки.

– Я чувствую себя замечательно, мам, – отозвалась Саванна. Воцарилась тишина и несколько смущенная Саванна заерзала на стуле. Она знала, что последует за этим.

– Значит, ты купила новую машину, – сказала Миранда фальшиво невинным тоном, и Саванне захотелось запустить в нее через стол зеленым горошком.

– Да, купила.

– Надо было взять с собой папу, – сделала замечание мама, передавая пюре кому-то справа от нее.

Саванна посмотрела на отца – он, казалось, считал кусочки лука у себя на вилке. Миранда стала нарезать ростбиф на тонкие, на один укус, полоски для своей дочери Аманды, а ее муж Алекс вытянул шею, чтобы смотреть поверх головы жены трансляцию игры «Ристонс» против «Лейкерс». Белинда несколько минут назад извинилась и ушла, чтобы ответить на телефонный звонок. Саванна искренне завидовала сестре, нашедшей удобный предлог улизнуть из-за стола.

Она подхватила вилкой как можно больше картошки с подливой и, зная, что это рассердит маму, сказала с набитым ртом:

– Я сама способна купить новую машину.

Мама нахмурилась, но не стала указывать дочери на дурные манеры.

– Ты никогда не говорила ни мне, ни отцу, что собираешься приобрести новый автомобиль.

– А ты подумала, во что будет обходиться уход за ним и бензин? Счета за ремонт съедят все твои сбережения. – Говоря это, Миранда смотрела на аккуратно нарезанное мясо на тарелке дочери.

Саванна проглотила пюре и вытерла рот салфеткой.

– Какие сбережения? – спросила она, потянувшись за испеченной мамой булочкой. – Я выложила за машину все свои деньги. Наверное, мне остается надеяться только на то, что это не выйдет мне боком.

Миранда судорожно вдохнула, а мама приложила руку к сердцу, будто Саванна заявила, что намеренно переехала корзину, полную котят. Никто в их семье не совершал поспешных, необдуманных поступков, не тратил все свои сбережения на шикарные машины. Но Саванна не смогла сдержать улыбку. Возбуждение, и которым она ехала сюда сегодня – с открытым верхом и включенными на полную мощность обогревателем и стереомагнитолой, – стоило того.

– Ты не сделала этого… – выдохнула мама.

Саванна выпрямилась и поправила сбившуюся на бок пелерину.

– Сделала, – гордо заявила она. – Сегодня я отдала Барри Хэдли чек.

– Но даже когда тебя еще не было на свете, мы покупали Мишины только у Эверардов.

– Эл Эверард никогда не позволил бы тебе потратить все свои деньги на машину. А этот мистер Хэдли даже не знаком с нами. – Мама оглядела шокированных родственников.

Саванна нахмурилась:

– Ну, после того как сын Эла бросил меня практически у алтаря, мы не обязаны быть по-прежнему лояльны к нему, как вы считаете?

– Все было совсем не так, и тебе это прекрасно известно, – запротестовала мама.

– Кроме того, Эверарды всегда делали нам скидки. А этот юнец Хэдли, вероятно, запросил всю сумму целиком, – добавил отец, настолько ужаснувшийся поступку дочери, что даже почувствовал необходимость вступить в беседу.

– По крайней мере успокой нас тем, что ты сначала посмотрела цены на автомобили в Интернете, – встряла Миранда.

– И еще ты должна была ознакомиться с каталогами, – выдал муж сестры и покачал Головой, словно хотел сказать, что такого он от Саванны не ожидал.

Саванна отодвинула тарелку и, раскрыв рот, окинула взглядом свою семью. Они считают ее полной дурой? Думают, она не способна самостоятельно купить машину?

Как она сможет измениться – стать радостной, уверенной и дерзкой, – если ей придется постоянно противостоять заниженным ожиданиям родных?

В этот момент из кухни появилась Белинда, в руках у нее был яркий, в форме клоуна торт – Саванна купила его в супермаркете по пути к родителям. Белинда зажгла четыре яркие свечи и, ничего не зная о напряженном разговоре в столовой, прошла через раздвижную дверь, громко напевая «С днем рожденья тебя!» в честь племянницы.

После короткой неловкой паузы все присоединились к ней, в том числе и Саванна: как бы она ни была раздражена, обижать четырехлетнюю Аманду нехорошо. Белинда поставила торт перед девочкой, сидевшей напротив Саванны, и сказала:

– А теперь задумай желание и задуй свечи.

Аманда закрыла глаза и начала шевелить губами, будто читала про себя. Саванне было интересно, чего хочет девочка – может, лошадку: та всегда шла первой в списке самых желанных подарков. Открыв глаза, Аманда улыбнулась, сделала глубокий вдох, а потом изо всех сил дунула на свечи. Пламя заметалось в разные стороны и погасло. Аманда снова улыбнулась широкой довольной улыбкой.

– Ты задула их все, – сказала Миранда, одобрительно похлопав дочь по спине. – Это означает, что ты получишь…

В этот самый момент свечи снова загорелись. Продавец, вероятно, дал Саванне какие-то прикольные свечи, которые нельзя задуть. К несчастью, шутка не показалась забавной четырехлетней девочке, решившей, что, раз ей не удалось задуть свечи, желание не исполнится.

Аманда захныкала:

– Хочу лошадку!

Миранда, сердито посмотрев на Саванну, взяла дочку на руки.

– Ты ее получишь, малышка. Не надо плакать. Тетя Саванна не хотела подшутить над тобой. Просто ей не пришло в голову ничего лучшего.

– Я их не выбирала, – запротестовала Саванна, отодвигая стул и наклоняясь над тортом, чтобы вынуть из него злополучные свечи.

– Надо было все проверить, – злобствовала Миранда, продолжая гладить дочь по спине.

И именно в этот момент Саванна окончательно пришла к выводу, что прежняя ее жизнь закончена. Она любит свою семью – действительно любит. Но родные не позволят ей превратиться в нового человека. Если она не уедет, то обязательно останется такой, как сейчас: глупой, послушной… и одинокой.

Придется сбежать. Прямо сейчас. Или она увязнет в этом болоте навсегда.

И она точно знала, куда направится, – в Неаполь. Именно там авантюристка заполучила тысячи долларов, прикрывшись именем Саванны. Агент Харрисон сказал, что будет практически невозможно привлечь Вану к суду, даже если ее поймают. Скорее всего доказательств совершенного преступления не найдут. Плюс ко всему после одиннадцатого сентября у ФБР не хватает сил на подобные дела. Но торжество справедливости не было целью Саванны. Она просто хотела встретить женщину, которая украла ее имя, и использовать это в своих целях на полную катушку.

Она взяла четыре продолжавшие гореть свечи и задула их, гадая, многим ли удалось изменить жизнь после знаменательных семейных обедов.

В следующий миг она взвизгнула и рванула прочь из комнаты, увидев, как свечи снова загорелись и огонь переметнулся на ее помпон. Она не пожелала принять это как знак того, что ее мечты о новой жизни растают как дым.

Дом, милый дом

Кто сказал, будто место, где вы живете, мало говорит о вашей личности? Только не мы! Мы верим, что адрес – а не глаза – есть зеркало души. Итак, что может рассказать о вас место проживания? Пройдите этот тест и найдите ответ!

Предположим, вы можете жить где душе угодно. Что вы выберете?

A. Дом, в котором росла и воспитывалась ваша мама, а прежде – бабушка.

Б. Палатку в какой-нибудь перенаселенной москитами стране, куда вы переехали, решив посвятить жизнь Корпусу мира.

B. Квартиру, выходящую на побережье в Форт-Лодердейле, штат Флорида, где полно ультрамодных баров и ресторанов на первых этажах зданий и великолепный шопинг по соседству.

Нам жалко девушек, выбравших ответ «А». Разве вы не знаете, что вас окружает огромный мир, который так интересно исследовать? Тем, кто выбрал «Б», мы хотим сказать, что одобряем ваш альтруизм, но посмотрите на вещи здраво! Вы не можете всю жизнь питаться подножным кормом и древесной корой. Когда-нибудь вы покинете коммуну и обоснуетесь в собственном жилище! Вы же, девушки, остановившиеся на пункте «В», понимаете, о чем мы говорим. Жизнь создана для того, чтобы ею наслаждаться. Вот и берите бокал шардонне и новую фирменную пляжную сумку и зажигайте!

Глава 5

Через две недели, два дня и один час Саванна получила, что хотела: она стала совсем другим человеком. Выбравшись из «тандерберда» на стоянке мотеля «Песчаные дюны», имевшего оригиональное название, но совершенно заурядного с виду, к тому же удаленного от заполненного туристами «Саншайн-паркуэй» в Неаполе, штат Флорида, Саванна вытерла пот с верхней губы. Как такое может быть: здесь двадцать семь градусов, а в Мэпл-Рэпидз только-только начинает таять снег?

Уехать из дома оказалось удивительно легко. Саванна не хотела брать с собой вещи, которые могли бы помешать ей стать другим человеком (как, скажем, поношенные, но удобные мичиганские свитера или старую мебель). Она не ограничила лишь количество вещей, подходящих к ее новому предполагаемому образу жизни. К «семи новым сексуальным ансамблям» она добавила только самые необходимые шмотки и положила их в багажник, а все остальное оставила в прошлой жизни. Свою меблированную квартиру Саванна сдала Пегги – подруга давно мечтала перебраться из своей конуры с одной спальней, но не могла подобрать ничего подходящего. Саванна знала: Пегги можно доверять, а та радовалась, что переезжает в квартиру, которую не могла бы себе позволить, так что обе были счастливы.

Близкие Саванны, разумеется, пытались уговорить ее не уезжать, но она настояла на своем. Она твердо вознамерилась рассчитывать только на себя – и ей было все равно, благословит ее семья или нет.

Итак, холодным, но ясным субботним утром, проработав две недели после уведомления об увольнении (и невзирая на то, что начальник буквально на коленях умолял ее остаться), Саванна отправилась на поиски самой себя. Или, лучше сказать, на поиски Ваны, которая тоже была ею, но только ее улучшенным вариантом.

По пути на юг по трассе номер семьдесят пять Саванна постепенно избавлялась от одного слоя одежды за другим: свитер она сняла в Лексингтоне, джинсы – в Чаттануге, рубашку с длинными рукавами – где-то в Мейконе. За три дня она увидела больше солнца, чем за три месяца у себя дома. Перед приездом в Неаполь Саванна решила приодеться. Этот день она запомнит на всю оставшуюся жизнь, и выглядеть надо соответственно.

К сожалению, все ее наряды больше подходили для холодной зимы в Мичигане, чем для ранней весны в субтропиках. Поэтому Саванне пришлось импровизировать: свитер из наряда Красной Шапочки она сменила на красную майку. От пелерины, которая ей так нравилась, тоже пришлось отказаться. (Она в свое время отрезала подгоревшие помпоны и завязала на концах шнура узлы, которые теперь не болтались и не запутывались.) Саванна чувствовала себя немного странно в черных сапогах без колготок, но мысль о том, чтобы натянуть их на себя в двадцатисемиградусную жару, была гораздо менее приятной, чем вид голых белых ног, отражавшихся в стекле автомобиля, когда она шла к администратору мотеля «Песчаные дюны».

Она очень тщательно выбирала это место, изучая карту Неаполя прошлым вечером в безымянном мотеле в Тампе. Ей хотелось прибыть в Неаполь свежей и готовой к подвигам, и потому она довольно рано остановилась в Тампе и как следует поужинала, а не жевала бутерброды за рулем. Ее комната оказалась симпатичной и чистой. Войдя в нее, Саванна уловила легкий запах свежей краски. И что лучше всего – гостям мотеля предоставлялось право пользоваться Интернетом по вполне разумной цене – девять долларов и девяносто девять центов за день, так что, разбросав по кровати копии выписок по кредитным картам, Саванна достала план Неаполя и отметила на ней места, куда нередко заглядывала обокравшая ее авантюристка. Название одной улицы повторялось особенно часто: Саншайн-паркуэй. Саванна заподозрила, что именно там лучше всего заниматься шопингом. И ее предположение оказалось верным – она убедилась в этом, проехав по Саншайн-паркуэй среди людей, прогуливавшихся по залитым солнцем тротуарам.

Прошлым вечером Саванна позвонила в мотель «Песчаные дюны» и, поболтав с приветливой хозяйкой, заказала номер. Она поняла, что обстановка в мотеле не слишком деловая, потому что ей пришлось ждать более десяти минут после того, как женщина спросила, долго ли она собирается пробыть в их городе.

Когда Саванна ответила, что ничего пока еще не решила, женщина объяснила: гостям, снимающим номер дольше месяца, предоставляется хорошая скидка. Поскольку Саванна прожила в своей квартире много лет, она удивилась, что хозяйка сочла аренду номера на тридцать дней долгосрочной.

Она не имела ни малейшего понятия, сколько продлится ее преображение, но не сомневалась: месяц – это минимум, и потому решила остаться в «Песчаных дюнах» по меньшей мере до конца апреля и таким образом немного сэкономить.

Разгладив руками юбку, Саванна ступила на тротуар и подошлa к двери. Она постучала, но ей никто не ответил. Тогда она прижала руки к вискам и прислонилась носом к стеклу, желая разглядеть, что творится в темном офисе, но не преуспела в этом. Тогда Саванна немного отошла назад и заметила справа на двери записку.

«Буду в восемь вечера. В чрезвычайных ситуациях звоните Миллиан по телефону 555-3777», – прочитала Саванна. Было два часа дня. Если она зажарится на тротуаре, то это вряд ли можно будет счесть чрезвычайной ситуацией, но сидеть и ждать шесть часов, пока хозяйка изволит вернуться и вручить ключ от номера, она не собиралась. Поэтому она достала мобильник и позвонила но телефону, указанному в записке.

– «Путь к свадьбе», – после двух гудков прозвучал веселый женский голос.

– Будьте добры, могу я поговорить с Лиллиан?

– Конечно. А кто ее спрашивает?

– Меня зовут Саванна Тейлор. Я заказала номер в мотеле «Песчаные дюны», но тут никого нет, а в записке сказано звонить по этому телефону.

– О, одну минуточку! Сейчас я позову Лиллиан, – ответила женщина.

Саванна подошла к машине и зажала телефон между ухом и плечом, открывая тяжелую дверцу. Ей необходим кондиционер, причем немедленно, – у нее даже пальцы ног вспотели.

– Саванна? Это Лиллиан Брайсон. Мы разговаривали с вами вчера вечером. Мне жаль, что я не смогла заехать в мотель и поздороваться с вами, но у меня сегодня очень напряженный день, а я не знала, когда именно вы приедете. Вам не трудно заскочить в мой офис и забрать ключ от номера? Бумаги и все остальное я для вас приготовила. Мы находимся прямо за углом мотеля: Саншайн-паркуэй, дом 100. Комната А.

Саванна растерянно моргала, пока вся эта информация обрушивалась на нее.

– Да, конечно, я подъеду к вам через минуту.

– Чудесно! Через десять минут у меня встреча, но мы с вами сможем поболтать несколько секунд, – ответила Лиллиан.

– Хорошо, – послушно кивнула Саванна. Она выключила телефон и осторожно выехала со стоянки. У нее не было твердого представления о том, насколько ее новая машина длиннее и шире старой «тойоты», до того момента, когда она впервые попыталась загнать ее в пространство между другими автомобилями. Она умудрилась сделать это, но скоро поняла, что может приоткрыть дверцу только на шесть дюймов – в такую щель, не набери она пятнадцати фунтов после окончания колледжа, вполне можно было бы и проскользнуть. Но Саванна злоупотребляла пончиками «Криспи кримз», а они, ненадолго оставаясь во рту, потом прочно оседают на бедрах, так что ей пришлось дать задний ход и припарковать автомобиль подальше от супермаркета, куда были изгнаны «сабербаны» и «навигаторы».

Она никак не могла понять, почему стоянки становятся все меньше и меньше, а машины все больше. Ее также интересовало, когда наконец прекратится дискриминация крупных автомобилей. Так уж получилось, что у Пегги имелся внедорожник, который был больше их общей комнаты в общежитии в Мичигане. Каждый раз, когда Саванна залезала в автомобиль лучшей подруги, у нее возникало ощущение, что они едут завоевывать Канаду.

«Тандерберд» был автомобилем большим и тяжелым, но подобных чувств он у Саванны не вызывал.

Саванна поехала к Саншайн-паркуэй, по пути выискивая место для парковки. Она порядком сомневалась в своем умении пристраиваться параллельно другим машинам и предпочла бы оставить свою на стоянке, а не потешать туристов. Но удача на сей раз была на ее стороне, потому что, стоило ей заметить веселое желтенькое здание с написанным черным цветом адресом «Саншайн-паркуэй, 100», как серый «порше» тронулся с крайнего места для стоянки с ее стороны улицы. Саванна легко припарковала автомобиль с откидывающимся верхом на освободившемся пространстве и выключила мотор.

Она немного посидела в тени дуба, изучая окрестности. Саванна была уверена, что, как и у всех городов, у Неаполя имеются мрачные места, где живут отщепенцы, где сквоты соседствуют с уродливыми домами, которые следовало покрасить еще лет семь назад, где даже сорнякам приходится бороться за выживание. Но здесь, на Саншайн-паркуэй, все сверкало почти золотым сиянием, отражавшим хорошо оштукатуренные дома, полные счастливых туристов. Здесь родители снисходительно смотрели, как дети плещутся в фонтане рядом с кофейней, где подают латте стоимостью четыре доллара за чашку, а ленивые собаки спят в тени у ног хотев. Стройная женщина с волосами цвета пшеницы ходила по магазинам, и в руках у нее было множество пакетов с плетеными веревочными ручками.

Все это не было похоже на Ки-Уэст или на юг Майами-Бич, где ночная жизнь так и кипела. Нет, Неаполь был дорогим местом, здесь ужинали при свечах, на балконах, выходящих на Мексиканский залив, здесь покупали изящные сувениры, которыми потом так приятно любоваться дома. Среди них не найдешь дешевых пепельниц и маек огромного размера с принтом в виде бикини. Сидя в машине и впитывая все это, Саванна думала: «Я чувствую себя здесь как дома».

Затем она сообразила, что если не успеет встретиться с Лиллиан Брайсон и получить ключ от номера, то машина станет ее домом в буквальном смысле, поскольку спать ей будет больше негде. Взяв лежавшую на полу у заднего сиденья сумочку, она открыла дверцу, выбралась на улицу и направилась к двухэтажному зданию, которое, будь это другой город, можно было бы принять за небольшой холл.

Саванна открыла дверь с табличкой «А», гадая, чем может сниматься учреждение под названием «Путь к свадьбе». Может, это служба знакомств? Раздался веселый звон прикрепленных к двери колокольчиков. Саванна вошла в комнату и огляделась. Тут не было ничего примечательного: комната ожидания по одну сторону и коридор с офисами – по другую, одна дверь, выходящая в комнату, была открыта.

Ухоженная женщина с вьющимися темными волосами, сидящая за этой дверью, подняла глаза и при приближении Саванны улыбнулась.

– Привет! Вы, должно быть, Саванна. Лиллиан вас ждет, – сказала она и махнула рукой в сторону коридора.

– Спасибо, – отозвалась Саванна, неожиданно почувствовав себя очень уверенно в слишком короткой юбке, пусть даже с незагорелыми ногами. Она попыталась немного одернуть юбку, но у нее это не получилось, и тогда она решила быть Ваной, которая наверняка никогда не чувствовала себя одетой слишком вольно.

Она тихо постучала в дверь первого офиса, осторожно заглянула туда, и ее пригласили войти.

– Привет! Я Саванна, – сказала она женщине, сидящей за большим столом из вишневого дерева.

Женщина, улыбнувшись, встала, и Саванна по сравнению с ней тут же почувствовала себя как Гаргантюа. Не то чтобы Саванна была очень высокой, но в Лиллиан Брайсон вряд ли было более пяти футов одного дюйма. Одета она была в шелковые слаксы кораллового цвета, яркую блузу, и еще на ней было много украшений – золотые с кораллами серьги, ожерелье и браслет.

Саванна вошла в комнату, сцепив руки за спиной. Украшений у нее почти не было. Ей казалось непрактичным приобретать такие вещи, а Тодда нельзя было назвать любителем дарить ювелирные изделия. Саванна поклялась, что как только немного освоится в новом образе, то пойдет и купит себе хотя бы один миленький браслетик или серьги, которые не потускнеют за полгода.

– Очень рада вас видеть. Меня зовут Лиллиан, – тепло ответила женщина и обогнула стол, чтобы поприветствовать Саванну.

По какой-то непонятной причине Саванна почувствовала, будто ее изучают, и изо всех сил старалась держаться прямо и достойно.

– Значит, вы бухгалтер, – продолжила Лиллиан, жестом пригласив Саванну сесть в красное кресло по другую сторону стола. Саванна опустилась в него, удивившись, что Лиллиан устроилась рядом, а не заняла свое привычное место.

Саванна скрестила ноги, а затем снова распрямила их, испугавшись, что может показаться хозяйке мотеля нескромной.

– Э… Нет. То есть я работала бухгалтером, но здесь, в Неаполе, хочу подыскать что-нибудь другое.

– Какая работа вам нужна? У меня в городе много знакомых, и наш начальник в Мичигане дал вам блестящие рекомендации.

– Вы разговаривали с моим начальником? – Саванна слегка нахмурилась.

– Вы сослались на него вчера вечером в нашем разговоре, – напомнила Лиллиан.

Правда. Саванна об этом совсем забыла.

– Я не уверена, что хочу остаться бухгалтером. Сегодня днем я собираюсь изучить объявления о вакансиях и посмотреть, не подвернется ли что-нибудь интересное. Ведь я проработала бухгалтером так много лет. Хочется попробовать что-то новенькое, – объяснила Саванна, хотя Лиллиан ни о чем ее не спрашивала.

– Дайте мне знать, если вам потребуется помощь. Впрочем, учитывая самые похвальные рекомендации вашего начальника, она вряд ли вам понадобится. – Лиллиан рассмеялась и похлопана Саванну по руке, будто они были давними приятельницами.

Саванна не помнила, чтобы кто-то еще был так доброжелателен к ней.

– А что такое «Путь к свадьбе»? – поинтересовалась она. – Это служба знакомств?

Карие глаза Лиллиан засверкали, иона снова засмеялась. Потом наклонилась поближе к Саванне, словно желая поведать ей секрет.

– Хвала небесам, нет. Мои сыновья могут много порассказать нам о том, что мои попытки стать свахой всегда приводили к ужасным результатам. Последняя девушка, с которой я пыталась свести старшего сына Сэма, оказалась трансвеститом. А я об этом и понятия не имела. Просто у нее… э… у него была совершенно потрясающая фигура. И я встретила его в обувном магазине «Ванин», где он мерил великолепные сандалии с серебристыми ремешками. – Лиллиан помотала головой, словно желая сказать «Какое разочарование!». – Очень плохо, что он не женщина. Сэму он подошел бы идеально.

Саванна засмеялась, а Лиллиан закатила глаза и продолжила:

– Даже не пытайтесь начинать разговор о Майке. Должна признаться, у меня нет ни малейшей идеи о том, какая жена ему нужна. Домой он приводит девушек сильных и молчаливых, но мне кажется, ему надо подыскать еще более сильную и менее практичную, чем он сам, подружку. Он долго умолял меня перестать пристраивать его, и мне пришлось согласиться, хотя это было нелегко.

Саванна улыбнулась и пожала плечами. У нее создалось впечатление, что Майк, наверное, гей, раз уж его тянет к девушкам «сильным и молчаливым». Ей показалось даже, будто Лиллиан хочет познакомить его с трансвеститом, которого она предназначала Сэму, но затем решила: незачем углубляться в семейную сагу Брайсонов. И кроме того, у Саванны до сих пор не было ключа от номера, и она по-прежнему не понимала, чем занимается Лиллиан.

– Но если у вас здесь не служба знакомств, то в чем суть вашей работы?

– Мы помогаем людям вступать в брак.

– Вы свадебный распорядитель?

– Нет. Мы работаем с женщинами, которые хотят выйти замуж, – при этом не важно, есть у них отношения с мужчиной или нет, – и анализируем их поведение, желая представить, что им надо или чего не надо делать, добиваясь этого. Я говорю про женщин, поскольку они составляют подавляющее большинство наших клиентов. Но попадаются и мужчины.

– Не понимаю… – нахмурилась Саванна.

– Ну, представьте, что вы встречаетесь с кем-то уже несколько лет, а он ни разу не попытался поставить вопрос ребром. И на то существуют причины. Возможно, он не слишком увлечен вами или вообще вам не подходит. Если дело в этом, мы поможем вам положить конец отношениям и переключиться на кого-то другого, кто полюбит вас по-настоящему и женится. Иногда мы видим, что женщина не слишком задумывается о своей жизни. Она позволяет мужчине брать над ней верх, и ему нет необходимости жениться. «Ее и так все устраивает», – думает он, ведь она ясно дала понять, что готова оставаться рядом с ним, с кольцом на пальце или без него. Мы исправляем такое положение дел, – объяснила Лиллиан и подмигнула Саванне.

– Надо же! – воскликнула Саванна. – Никогда не слышала ни о чем подобном.

– Я тоже. Майк будет работать вместе со мной, пока этой идеей не увлечется кто-то еще, но я не уверена, что смогу бросить дело на нынешнем этапе своей жизни. Кроме того, мне нравится работать с клиентами, а если дело пойдет успешнее, чем я надеюсь, то нам потребуется еще больше времени и сотрудников.

– Лиллиан? Ваш двадцать третий уже здесь, – прозвучал голос из динамика интеркома.

– Ну, пора возвращаться к работе. – Лиллиан поднялась с кресла. – Было очень приятно побеседовать с вами. Я действительно надеюсь, что вы позвоните, если возникнет необходимость. Ключ и анкета, которую вы должны заполнить, находятся у Мэдди. Это простая формальность. После разговора с вашим прежним начальником и мичиганским представителем домовладельцев я не сомневаюсь: нам с вами, а вам – с нами будет очень хорошо. Наш маленький мотель нельзя назвать гламурным, но он домашний и уютный. Дети моих друзей приедут к нам на каникулы, но обычно там очень тихо. И я уверена, они будут уважать других постояльцев. Их родители – мои лучшие друзья.

Саванне так понравилась Лиллиан Брайсон, что ей захотелось обнять ее. Странно. Обычно такие желания ее не посещали.

– Большое спасибо, – поблагодарила она, вставая, чтобы уйти, а затем вдруг почувствовала, что находится в объятиях хозяйки мотеля. Видимо, пообниматься захотелось не ей одной.

У Саванны ушло минут пять на то, чтобы заполнить анкету и получить ключ у симпатичной секретарши. И скоро она ехала к «Песчаным дюнам». Увидев белое оштукатуренное здание с отделкой цвета морской волны, она улыбнулась. Лиллиан права: это место не было гламурным, но оно станет ее домом.

Что вы делаете, когда на вас кладет глаз сексуальный мужчина?

Вы знаете, что самолеты – отличное место для знакомства с мужчиной? Это действительно так. В наши дни по делам летает много молодых, удачливых мужчин, и мистер Идеал вполне может оказаться бок о бок с вами в самолете. И когда симпатичный парень наклоняется к вам и спрашивает, часто ли вы путешествуете, то что вы делаете?

A. Многозначительно смотрите на его колено, вторгшееся в ваше личное пространство, затем вновь углубляетесь в книгу, которую читали до того, как вас столь грубо отвлекли.

Б. Отвечаете, что это ваша девятнадцатая поездка за три месяца, и в деталях расписываете, почему ненавидите путешествовать самолетами.

B. Улыбаетесь и говорите, что во время деловых поездок можно познакомиться со множеством интересных людей, и это одна из их привлекательных черт. Затем скромно сообщаете, что собираетесь закончить все дела сегодня к семи и спрашиваете у него, где лучше поужинать.

Девушки, выбравшие ответ «А», могут распрощаться с надеждой встретить мистера Идеала! Вы должны быть открыты для новых впечатлений. Запомните: книга может подождать, а жизнь стремительно идет вперед. Вот несколько замечаний, для тех, кто выбрал пункт «Б»: летать самолетами ненавидят все. Прекратите ныть и попытайтесь воспользоваться ситуацией. Вашим ногам по-прежнему будет неудобно, даже если вы пожалуетесь своему спутнику. Поздравляем тех, кто выбрал вариант ответа «В»! Даже если попутчик с соседнего кресла не окажется мистером Идеалом, дело все равно закончится ужином (а может, и чем-то посущественнее…), и вам не придется сидеть в гостиничном номере у телевизора, по которому идет сериал о войне в Корее, и заедать столь захватывающее зрелище дорогущим гамбургером из буфета.

Глава 6

У Майка Брайсона выдался неудачный день, хотя теперь выражение «неудачный день» не значит ничего по сравнению с событиями одиннадцатого сентября 2001 года.

Как и большинство дней, этот начался не хуже, чем обычно. Майк встал, принял душ, побрился. Затем поехал в бэкстромскии аэропорт, находящийся рядом с Неаполем, и сел на самолет в Майами. Некоторые друзья удивлялись, что он не переезжает в Майами или Тампу с их гораздо более крупными международными аэропортами, но Майку нравилось в Неаполе. Кроме того, говорил он, сорокапятиминутный перелет из Неаполя в Майами ненамного дольше поездки на работу на машине, которую проделывают многие, добираясь до работы. А являясь сотрудником службы безопасности авиаперелетов, он мог обходить длинные очереди в аэропортах.

В то утро ему предстояло лететь из Майами в аэропорт Ла-Гуардия, поскольку трое молодых людей со студенческими визами купили билеты в самый последний момент и в один конец. И не было ничего удивительного, что на них обратила пристальное внимание служба безопасности. Майку предстояло следить за ними во время путешествия.

Однако дело обернулось так, что проблемы создал агрессивный мужчина начальственного вида, летевший первым классом и рьяно пользовавшийся своим правом на выпивку за счет авиалиний, – он явно собирался напиться до потери пульса. Мужчина был чрезмерно любезен со стюардессой, которая твердо и вежливо велела ему занять свое место, когда тот заявился на кухню, собираясь использовать ее как комнату для свиданий. Очевидно, огорченный отказом заняться сексом в небольшом туалете «Боинга-737», мужчина выплеснул раздражение на двух девочек из эконом-класса, чьи родители направили их в туалет первого класса, поскольку проход за их местами был занят тележками с напитками.

Майк, сидевший рядом с проходом между первым и эконом-классами, увидел, что мужчина встал и требует от детей убраться подальше от первого салона. Тогда Майк расстегнул ремень безопасности и встал, а затем удержал испуганных детей, послушно направившихся к своим местам.

– Все в порядке, – спокойно сказал он, – вы можете пройти в этот туалет.

Засранец примолк, не снимая руки с дверцы туалета, а затем начал что-то говорить, но Майк так посмотрел на него, что он заткнулся.

Майк махнул в сторону закутка у переднего входа, который был скрыт от взглядов туалетом для пассажиров первого класса.

– Можно вас на минутку? – обратился он к мужчине, надеясь, что тот воспримет эти слова отнюдь не как просьбу.

Мужчина отошел от двери туалета, а Майк дал девочкам знать, что все удобства теперь к их услугам. Он услышал, как закрылась дверь, и завернул за угол, где пассажирам не было его видно. Мужчина развернулся в его сторону, его щеки пылали от гнева.

– Послушай, друг… – начал он.

– Нет, – оборвал его Майк, – это ты послушай. Билет первого класса не дает тебе права относиться к стюардессам и пассажирам самолета без должного уважения. Меньше чем через час мы окажемся в Нью-Йорке, и я полагаю, тебе лучше занять свое место, почитать «Уолл-стрит джорнал» или вздремнуть и не распускать руки до окончания полета.

Мужчина стал еще краснее, и Майк вздохнул, зная, чем все кончится. Почему авиалинии продолжают подавать алкоголь? Он был готов держать пари, что более восьмидесяти процентов конфликтов, в которые ему приходилось вмешиваться, возникали из-за пьяных пассажиров.

– Пошел ты…

– Хватит! – перебил его Майк, поднимая руку с открытой ладонью, как полицейский на перекрестке, одним взмахом останавливающий машину с двумя тоннами груза. – Прежде чем ты скажешь и сделаешь что-то, позволь мне избавить тебя от больших неприятностей. – Он достал удостоверение из заднего кармана джинсов и помахал им перед носом скандалиста. – Я сотрудник службы безопасности авиаперелетов, и если ты поступишь неправильно, я надену на тебя наручники и запру в туалете до конца полета. – После небольшой паузы он добавил: – Возвращайся на свое место.

– Но… – прошипел мужчина.

Майк покачал головой и расстегнул спортивную куртку, будто собираясь достать наручники, – это движение дало пассажиру возможность узреть пистолет девятимиллиметрового калибра.

– Хорошо, давай поступим так… – сказал он.

Мужчина, сдаваясь, поднял руки и отодвинулся от Майка как можно дальше. Его водянистые голубые глаза от страха стали круглыми, и Майк понял, что все обойдется.

– Пойду сяду, – буркнул нарушитель спокойствия, и Майк сделал шаг в сторону, чтобы пропустить его.

Он услышал щелчок застегиваемого ремня и поймал недоуменный взгляд стюардессы первого класса, беззастенчиво подслушивавшей их разговор. Ступая в проход, Майкл постарался придать лицу безмятежное выражение, а его недавний противник закрыл глаза и притворился спящим.

Решив эту проблему, Майк также прошел к своему месту и сделал вид, будто читает журнал, а сам тем временем исподволь поглядывал на трех студентов, расположившихся через проход. Они тихо разговаривали, склонившись друг к другу. Другие пассажиры смотрели на них настороженно, и Майк почувствовал напряжение, с каким они отслеживают каждое движение молодых людей.

Ох, как он будет рад, когда этот полет наконец закончится! Майк недавно совершил серию полетов, которую назвал «декадой тяжелых международных перелетов», и ему обещали несколько недель не слишком сложных внутренних рейсов. А поскольку это означало, что он сможет пожить в Неаполе дольше, чем обычные день-два, он назначил встречу с рабочими по контракту, готовыми перестроить старый мотель из двадцати четырех комнат, купленный им в прошлом году, в двенадцатиквартирный дом. Чертежи уже были готовы, теперь предстояло добиться разрешения на престройку, и если повезет, то через месяц-полтора можно будет приступать к делу. Майк с нетерпением ждал этого момента. Управлять мотелем ему не нравилось, даже несмотря на мамину помощь, эта работа его утомляла.

А на следующей неделе дела пойдут еще хуже. Он не мог понять, почему мать предложила номера в «Песчаных дюнах» друзьям из Пенсильвании, Моррисам, стоило им посетовать, что их дети не смогли заказать номера в Дейтона-Бич. Его мать, вечная оптимистка, заверила Майка, что сын и дочь Моррисы, а также десяток их ближайших друзей никому не доставят неприятностей. Майк, вечный скептик, не поверил в это ни на секунду.

Он потер лоб рукой, пытаясь ослабить напряжение в висках. Его мама иногда бывает такой наивной. Как и в тот раз, когда познакомила его со встреченной на пляже стриптизершей. Мамаша трехлетнего малыша, случайно углядевшего что-то интересное в сумке-холодильнике матери Майка, извинилась за поведение ребенка, и с тех пор они стали подругами. Подобное случалось с его родительницей на каждом шагу. Она была ужасно доверчивой.

Не то чтобы Майка не поразило тело Шайаны, заявившей: «Я-исполняю-экзотические-танцы-и-вовсе-не-являюсь-стрип-тизершей». И его не заботило, как она зарабатывает на жизнь. Нет, просто он застукал ее, когда она нюхала кокаин в присутствии собственного ребенка, и потому решил убежать подальше… А теперь ругал себя за собственную беспечность – он не проверил эту женщину, прежде чем появиться с ней на людях. Отныне придется быть осторожнее. Его мать как магнит притягивает к себе всяких полоумных, и у каждой женщины, с которой она его знакомила, обнаруживались серьезные недостатки.

Лиллиан, например, познакомилась с девушкой, собиравшей деньги на благотворительность, а та оказалась клептоманкой. Или…

Майк прекратил мысленно перебирать мамины неуклюжие попытки сыграть роль свахи, увидев, как три студента отстегнули ремни и встали с мест. Двое из них направились к носу самолета, а третий пошел в другую сторону. Майк заметил, что кое-кто из пассажиров обменялся обеспокоенными взглядами, когда он также встал, немедленно оценив ситуацию..

Студенты зарегистрировались перед самым полетам, и у каждого был билет только в один конец. Они не принадлежали к террористическим организациям. Да, они сели в самолет в самую последнюю минуту, но это не повод подозревать их в чем-то плохом. Однако Майк не желал полагаться на волю случая.

Он проследовал за двумя студентами, направлявшимися к первому классу, поймал взгляд стюардессы и осторожно кивнул в сторону студента, шедшего к кухне, расположенной в хвосте. Стюардесса наклонила голову и немедленно исчезла, чтобы позвонить пилотам и сообщить о происходящем на борту.

Майк почувствовал кого-то за своей спиной и слегка обернулся: за ним к первому классу шли еще два человека. У обоих были тяжелые, решительные взгляды мужчин, долго прослуживших в Армии, и они, подобно Майку, не хотели неприятностей. Но каковы бы ни были их намерения, ситуация только накалится, если они сначала начнут действовать и только потом задавать вопросы. Итак, ему придется иметь дело и со студентами, и с этими двумя. Великолепно.

Молодые люди остановились перед дверью, ведущей в кабину. Дверь, разумеется, была заперта, и Майк знал: студентов еще раз тщательно проверит служба безопасности, раз их имена были взяты на заметку перед полетом. Но он не был настолько наивен, чтобы верить, будто пронести оружие на борт самолета невозможно. Казалось, как только хорошие мальчики изобретают совершенное средство обнаружения угрозы, так плохие мальчики придумывают что-то поизощреннее. Некоторые новые смеси нельзя обнаружить имеющимися у службы безопасности средствами, взрывчатые вещества могут прятаться в брелоках или авторучках. И не займет много времени проникнуть через запертую дверь и установить контроль над самолетом… или проделать дырку в корпусе самолета, и тогда он рухнет вниз.

Майк покачал головой – уж лучше иметь дело с пьяницами, чем с террористами.

Первый студент зашел в туалет, и Майк последовал за вторым, оказавшись между дверью кабины и студентом. Слава Богу, два других мужчины молча пристроились за Майком, будто тоже хотели в туалет.

Одна секунда следовала за другой, и студент впереди Майка, казалось, все больше и больше нервничал. Он посматривал в разные стороны, а по шее у него стекал пот, попадая на воротник темно-синей рубашки-поло. Когда его друг вышел из туалета, то он чуть не сшиб его с ног, торопясь войти туда.

Майк задержал дыхание, понимая: он ничего не сможет сделать, если у молодого человека где-то на теле спрятана взрывчатка, которую он собирается привести в действие, находясь в туалете. Он способен защитить от нападения пассажиров и команду, способен остановить кого-то, действующего подозрительно, или же, да простит его Бог, вызвать истребитель, если угонщики захватят самолет и попытаются воспользоваться им как средством нападения. Но он не может арестовать человека только за то, что тот обливается потом, стоя в очереди в туалет, даже если некоторые пассажиры очень из-за этого нервничают.

Майк напрягся и медленно потянулся к пистолету, и тут первый студент остановился у входа на кухню первого класса, загораживая стюардессам выход. Майк мгновенно прикинул несколько вариантов развития событий. Студент может взять стюардессу в заложницы или прикрыться ею как щитом, заставив пассажиров оставаться на местах (хотя после одиннадцатого сентября это вряд ли сработает – пассажиры больше не верят, что им сохранят жизнь, если они скооперируются с террористами). Но поскольку Майк стоял за студентом, он был уверен в собственной способности вывести его из строя, прежде чем тот причинит девушке какой-нибудь вред.

Майк закрыл глаза и немного ослабил руку, в которой сжимал пистолет, услышав, что студент говорит:

– Извините, мэм. У вас есть «спрайт» или «севен-ап»? Нас с друзьями вырвало вчерашним прощальным ужином, и мы не слишком хорошо себя чувствуем.

«Вот что, – думал Майк, дожидаясь посадки на самолет, летящий обратно в Майами, – делает в наши дни эту работу такой трудной: у террористов нет на лбу большой красной татуировки "Т"».

Он надеялся, что полет в Майами пройдет спокойно.

Но к несчастью, в этот день удача была не на его стороне. Весь рейс из Нью-Йорка, который из-за технических проблем задержали на два часа, он просидел рядом с худым мужчиной примерно его возраста, летящим с шести– или семилетней девочкой. Раз уж Майк был не на службе, он достал последний триллер Майкла Кричтона и приготовился читать. Но у его соседа были другие планы. Стоило самолету взлететь, он начал обличительную речь о своей бывшей жене, которая продержала у себя дочь все весенние каникулы, а потом настояла на том, чтобы он прилетел в Нью-Йорк и забрал девочку. Затем последовал рассказ о тратах бывшей (она свихнулась на сумках, и у нее их более ста, по подсчетам соседа), предпочтениях в еде (ее как-то выбрали Мисс Айдахо, и она ест исключительно супы из консервов и сыр «Велвита»), и – к ужасу Майка – о ее сексуальных вывихах. Майка передернуло, когда мужчина толкнул его локтем в ребра и сказал:

– Она обожает оральные штучки, понимаешь! До смерти обожает.

Затем, когда его дочь попросилась в туалет в третий раз за час, он посетовал:

– Я не представляю, чем мамаша этой бедной девочки кормит ее. После этого она недели две страдает диареей. А цвет! Вы не поверите…

Майк закрыл глаза, откинул спинку кресла и вздохнул. Неужели он похож на парня, которому все это интересно? Ведь на самом деле это совершенно не так.

Решив, что с него достаточно россказней страдающего словесным поносом соседа, Майк извинился и провел остаток полети в кухне в хвосте, болтая со стюардессами.

Выходя из аэропорта перед последним перелетом за день, он решил, что у него теперь немало шансов заняться триллером. Так он думал до тех пор, пока не подошел к самолету «сессна» и не попал в окружение женщин, которые, по всей видимости, начали прощаться еще несколько часов назад и не собирались кончать с этим делом.

Майк сел в самом последнем ряду, но поскольку самолет был очень маленьким, он невольно оказался-таки в центре событий. Он постарался не замечать женщин, но шум мешал ему сосредоточиться, и через пять минут он отложил книгу и стал смотреть в окно на парк Эверглейдс, расположенный на пути из Майами в Неаполь. Он вздрогнул, когда рядом с ним села какая-то женщина и тут же положила теплую руку на его бедро.

У этой женщины были длинные темные волосы и искусно подведенные зеленые глаза. Стройное тело свидетельствовало о том, что она постоянная посетительница тренажерных залов, а твердые груди – о больших деньгах, которые ей не жаль тратить на пластических хирургов. Одета она была в облегающие черные брюки и зеленый топ, который, возможно, был уместен на улице при тридцатиградусной жаре, но никак не в самолете с кондиционером.

– Привет! Меня зовут Эшли. А ты очень привлекательный парень, – сказала она низким грудным голосом и хихикнула.

Майк рассмеялся неожиданному комплименту:

– Спасибо!

Эшли придвинулась поближе, ее лицо оказалось совсем рядом, и он разглядел тоненькие морщинки вокруг глаз, которых на расстоянии под слоем макияжа не было заметно.

– Я напилась, – прошептала она, и исходивший от нее запах спиртного был так силен, что Майк не сомневался: уровень алкоголя у него в крови тоже резко повысился.

– Да, вы правы, – согласился он.

Она сжала его бедро, а затем Майк подскочил – ее рука забралась гораздо выше.

– Хочешь, поиграем? – спросила она.

Майк убрал руку Эшли. Полет оказался не таким бессобытийным, как он надеялся.

– Нет, но… хм… спасибо, – проговорил он. Ему нравились женщины, умеющие добиваться своего, но этот случай был немного экстремальным.

– Пожалуйста! – Эшли откинулась на спинку кресла. Казалось, отказ ее ничуть не разочаровал. – Как вас зовут и чем вы занимаетесь? – Она задавала вопросы быстро, не ожидая ответов, а затем сообщила: – У моего жениха собственный бизнес, и он делает ужасно, ужасно много денег. Разве это не чудесно? Я люблю деньги. – Она сомкнула ресницы и довольно вздохнула. Майк закатил глаза. Очевидно, она любила не столько жениха, сколько его деньги. Иначе не стала бы набрасываться на совершенно незнакомого человека.

– Эшли, возвращайся к нам. Кейт хочет показать тебе изумительные сапоги, – проворковала женщина, сидящая впереди. Глаза Эшли мигом распахнулись, будто кто-то сунул ей под нос нюхательную соль.

– О-о-о, сапоги! Я уже иду! – Она покинула Майка, не взглянув на него. Тот удивленно и неодобрительно покачал головой и снова начал смотреть в окно, хотя там было темно и он мог видеть только огни машины, направляющейся на восток по хорошо известной во Флориде аллее Аллигаторов.

Менее чем через полчаса он уже был дома. Не то чтобы Майк считал мотель «Песчаные дюны» своим домом, но сейчас обитал именно здесь. Все свои деньги он вложил в это здание, и не имело смысла снимать квартиру, ведь до начала ремонта можно было перекантоваться и тут. Майк присмотрел для себя квартиру в доме, где предстояла перестройка, – симпатичный угловой номер, выходящий во двор. Двор тоже предстояло перепланировать – разбить небольшой сад и построить хороший бассейн.

Мотель «Песчаные дюны» имел форму квадрата, на каждой его стороне было по три номера на верхнем этаже и по три – на нижнем. На каждом углу имелись лестницы, ведущие к галерее, которая огибала весь второй этаж. Когда перестройка закончится, этот проход уберут, а вместо него соорудят балконы. Входные двери будут на первом этаже. Вместо двадцати четырех номеров в здании станет двенадцать квартир, минус одна, та, что Майк решил сохранить для себя. Он питал надежду заработать немалые деньги, продав оставшиеся одиннадцать.

Майк думал о том, что необходимо сделать, прежде чем начинать перестройку, пытаясь запарковать машину на полупустой, как всегда, стоянке перед мотелем, и неожиданно остановился. Хотя в мотеле было две дюжины номеров, прежний владелец предусмотрел для машин только двенадцать мест. И сегодня они все оказались заняты. Небольшая поправка. Все, кроме одного. Оставшееся пустым место – справа от офиса, где Майк обычно парковал свой грузовичок, – на четверть занял старый красно-белый «тандерберд» с открывающимся верхом, его колесо заходило за разметку на четыре дюйма, не меньше.

– Вот свинья! – Майк покачал головой и проворчал, давая задний ход и отправляясь искать место для парковки на улице.

В квартале от мотеля Майк ловко пристроился рядом с грузовиком. Улицы были пустынны, и это совершенно не удивило Майка, Неаполь не похож на Дейтону или Пенсаколу с их молодыми, праздничными, беззаботными толпами. «Эм-ти-ви не стало бы снимать здесь свои дурацкие шоу», – подумал Майк, запирая грузовичок и направляясь к мотелю.

Завернув за угол, Майк нахмурился, потому что услышал какую-то бухающую музыку, причем басы звучали слишком громко. Он понадеялся, что тот, кто развлекается подобным образом, выключит ее… и довольно скоро. Он также знал, что, если этого не произойдет, полиция Неаполя не замедлит явиться и заняться этой проблемой.

Но когда, отперев дверь, Майк вступил в здание, он нахмурился еще сильнее – музыка усилилась.

Он прошел мимо лестницы и остановился, глядя на то, что происходит.

Казалось, он перенесся на пятнадцать лет назад. Весенние каникулы. Дейтона-Бич. Почти обнаженные мужчины и женщины. Волейбол в бассейне. Бочонок самого дешевого в мире пива. Бухающая стереомузыка. Парочка, трахающаяся в кустах (скорее всего молодые люди не испытывали до этого вечера особого влечения друг к другу). Два парня, гоняющиеся друг за другом с водяными пистолетами на галерее второго этажа.

Такого здесь быть не должно.

Мать обещала, что ребятишки будут вести себя как… ну, скажем, не как студенты на каникулах.

Майк понимал: за визгливым смехом и рэпом его протестов никто не услышит. Он потер рукой лоб и пошел во двор, чтобы выключить бухающее стерео. Музыка прекратилась, и все замерли от удивления. До Майка, правда, доносились звуки еще какой-то мелодии, но он решил сначала разобраться с толпой.

Чувствуя, что все смотрят на него, он откашлялся и сказал:

– Привет! Меня зовут Майк Брайсон, я владелец «Песчаных дюн». Если мы хотим мирно сосуществовать всю следующую неделю, вы должны будете подчиняться определенным правилам. Во-первых, никакой громкой музыки после двенадцати часов ночи, во-вторых, никакого потребления алкоголя несовершеннолетними у меня на глазах и, в-третьих, парковочное место перед входной дверью принадлежит мне. Тот, кто наполовину занял его, приткнув свою машину кое-как, пусть выйдет на улицу и исправит положение дел. Прямо сейчас.

Майк знал, что он не сможет добиться большего. Если он постарается выселить этих гостей, мама одарит его своим фирменным взглядом: «Ты-не-можешь-вышвырнуть-их-на-улицу-ведь-им-некуда-больше-здесь-деться». Кроме того, пока ребятишки не затеяли драку, они имеют право оставаться в мотеле, как и любые другие гости.

Он повернулся, чтобы подняться по лестнице, и студенты, оставшись в тишине, понемногу вернулись к жизни. Майк проследил за их взглядами, остановившимися на двадцать третьем номере, подошел прямо к нему и постучал. Здесь тоже звучала музыка, но совсем другая.

За дверью во всю мощь гремела «Пиромания» группы «Деф Леппард».

– Сделайте потише! – крикнул он, прежде чем ему ответили. Музыка прекратилась.

– Что? – крикнули из-за двери.

– Уже первый час ночи. Приглушите музыку, – приказал Майк. Затем, поскольку очень устал и достаточно намучился за день, повернулся и пошел прочь, не оглянувшись даже тогда, когда дверь отворилась и прозвучал женский голос:

– Пожалуйста, если вы этого хотите.

О какой работе вы мечтаете?

Когда вы были ребенком, мечтали стать доктором? Юристом? Продавцом недвижимости? Мы очень в этом сомневаемся! Большинство из нас имели гораздо более возвышенные мечты, но мы готовы поспорить: вы не остались в группе поддержки, не стали рок-звездой или космонавтом. Но никогда не поздно сменить работу. Кем вы мечтаете стать?

A. Бухгалтером на киностудии – эта должность сочетает в себе ответственную работу с цифрами и гламурный мир Голливуда.

Б. Художницей, корпящей в одиночестве над картинами и скульптурами днем и отрывающейся по полной на вернисажах в галереях и открытиях чего бы то ни было по вечерам.

B. Хозяйкой маленького, но исключительно удачливого рекламного агентства.

Если вы выбрали пункт «А», то о чем вы думали? Бухгалтер везде остается бухгалтером. Когда вы утратили способность мечтать о чем-либо грандиозном? Девушки, остановившиеся на пункте «Б», идут по правильному пути, только не слишком уж увлекайтесь и не думайте отрезать себе уши! Пункт «В» кажется нам наилучшим вариантом – вы будете летать на встречи с клиентами в такие города, как Нью-Йорк, Рим и Пекин, одеваться по последней моде и выдавать самые современные идеи. Вперед!

Главa 7

В двенадцать лет Саванна мечтала стать рок-звездой. Она представляла это так: ее взлет начнется внезапно, когда ее заметят на фестивале талантов, проводимом в Мэпл-Рэпидз каждый август. Саванна и Пегги слушали альбомы «Бон Джови» и пытались под и их танцевать, тренировались они так упорно, что под конец могли делать все необходимые движения с закрытыми глазами. В день фестиваля оказалось, что Саванна слегка охрипла от беспрестанного пения «Живи с молитвой» – выбор этой песни одобрил даже преподобный Блэк, – она повторяла ее снова и снова, желая удостовериться, что знает слова назубок. С небольшими усилиями она натянула на себя красно-черные виниловые брюки, купленные и «Кей-марте» на последние деньги. Костюмы, которые они с Пегги приобрели, были совершенно непрактичными. Матери никогда бы не разрешили им носить обтягивающий винил и черные топы без рукавов в школу… или куда-нибудь еще. И потому, хотя на улице было почти тридцать градусов, Саванна натянула на себя еще и джинсы, позаимствованные из корзины для грязной одежды Белинды, а поверх топа напялила майку с Микки-Маусом, приобретенную во время каникул в Диснейленде.

Как оказалось, ей не стоило маскироваться. Мама увлеклась сериалом «Больница», она смотрела его в гостиной и даже не повернула голову, когда Саванна промчалась по коридору и зацокала по лестнице подковками кожаных ботинок.

– Я иду с Пегги в молл! – прокричала она, открывая дверь.

В те времена родители не имели привычки отвозить детей куда бы то ни было и не подозревали всех незнакомцев в педофилии, так что Саванне позволяли кататься повсюду на велосипеде или гулять одной.

– Чтобы в шесть была дома! – крикнула мама Саванне, хотя та прекрасно знала, когда должна вернуться. Можно было покинуть дом в три часа утра и заниматься чем угодно, если только вернешься к шести, то есть к ужину.

Саванна пулей вылетела из дома, посмотрев на часы, которые родители подарили ей в апреле на день рождения. Было еще рано. Но ничего страшного – это означало только, что у нее есть время заскочить в «Орандж Джулиус» в молле в ожидании Пегги.

Она села на оставленный у столба велосипед и направилась в сторону молла. Не зная, смотрит ли на нее мать из окна гостиной, она сначала заехала за угол и только тогда стянула джинсы и майку, в которых из-за августовской жары сильно вспотела. Саванна аккуратно сложила одежду и оставила ее под рододендронами мистера и миссис Рота, решив забрать ее на обратном пути.

Саванна благополучно добралась до молла, и у нее было достаточно времени, чтобы выпить апельсинового сока, пока наконец не появилась Пегги, потная, и запыхавшаяся. Подруга была прямой противоположностью Саванне – она всегда опаздывала.

Саванна допила сок, бросила бумажный стакан в мусорную корзину и поднялась со скамейки напротив «Гэпа», где они с Пегги договорились встретиться. Саванна провела руками по виниловым брюкам, разглаживая их. Она очень волновалась, потому что была уверена: через несколько минут начнется ее звездное будущее.

– Ты готова? – спросила она, когда Пегги нагнулась, желая подтянуть сапоги. В «Сирз» не было сапог нужного размера, и ей пришлось купить пару на два размера больше. Саванна от души надеялась, что они не слетят с ног подруги и не угодят в публику, когда они начнут отплясывать. Это вряд ли произведет хорошее впечатление на охотников за талантами, которые, как все говорили, будут среди людей, сидящих на складных металлических стульях перед обтянутой синей материей сценой.

Пегги встала, расправила плечи и серьезно посмотрела на Саванну.

– Готова, – ответила она.

– Помни: надо постоянно улыбаться. И не нервничай. – Саванна вдруг забеспокоилась, что подруга возьмет и удерет, поэтому взяла ее за руку и подтолкнула к занавесу позади сцены. Они должны были выступать следующими, сразу после старшеклассников, прыгающих по сцене с идиотской песней «На этот раз я не обижу тебя» и поющих такими высокими голосами, что, казалось, это пищат девчонки.

– Какая глупая песенка. Мы переплюнем мальчишек, – замерила она Пегги, чья рука начала подрагивать.

– Хорошо, хорошо. Похлопайте Донни, Джою, Джордану, Дэнни и Джону, известным также как «Новые ребята из нашего квартала»! – завопил ведущий, а девчонки из публики визжали, рукоплескали и ерзали на местах, словно взволнованные щенки в зоомагазине.

Саванна заглянула за занавес и хмуро обвела глазами толпу.

– Не понимаю… Неужели это кому-то может нравиться? – пробормотала она, глядя, как мальчишки бегают по сцене, хлопая друг друга по плечу. Наконец ведущий турнул их оттуда.

– Не знаю, они вроде ничего, – неуверенно сказала Пегги. Саванна закатила глаза. Никаких сомнений – этим летом подруга начала сходить с ума по мальчишкам.

– Следующими выступят Саванна Тейлор и Пегги О'Рейли с песней «Живи с молитвой». Давайте поприветствуем маленьких леди громом аплодисментов, – объявил ведущий.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Саванна направилась на сцену.

– Эй, желаю удачи! – шепнул один из «Новых ребят» – Саваннe показалось, что это Донни, – и похлопал ее по руке.

– Спасибо, – пробормотала Саванна, решив, что, возможно, они не так уж и плохи, в конце концов.

И только когда она ступила на сцену под вялые аплодисменты зрителей, то осознала, что осталась одна. Она оглянулась – может, подруга кокетничаете мальчишками? Но проблема оказалась не и этом. Ребята ушли, а Пегги продолжала стоять за занавесом, намертво вцепившись в перила небольшой лесенки на сцену. Ее глаза были широко открыты, кожа сделалась такого цвета, которого у людей просто не бывает.

Саванна моментально поняла, что ей не удастся вытащить Пегги на сцену.

Стараясь унять прерывистое дыхание, она повернулась к ведущему:

– Я готова.

Тот посмотрел на Пегги, а затем перевел взгляд на Саванну.

– О'кей, похоже, это будет соло, а не дуэт, – объявил он. Одобряюще улыбнувшись Саванне и кивнув, он отошел от микрофона и направился к краю сцены.

Заиграла музыка.

Саванна опустила голову и закрыла глаза. Вот он. Ее великий шанс стать звездой. Пусть Пегги сдалась, но это не значит, что Саванна готова расстаться с мечтой.

Она подняла голову.

– Однажды… – тихо сказала она.

И затем она сделала все, что нужно, только Пегги не подпевала ей и не вертела микрофоном, как делают рок-звезды, коими они хотели стать. Через четыре минуты и девять секунд все было кончено. Саванна протянула руки к толпе, она запыхалась, ее сердце билось в пять раз быстрее положенного. Она ожидала, что публика бросится к ее ногам и начнет свистеть. Что участники фестиваля пробьются к ней через толпу. Что популярность прольется на нее как теплый летний дождь.

Но ей достались только жидкие аплодисменты скучающей аудитории и сочувственное похлопывание по плечу со стороны ведущего.

И все это, как поняла Саванна лет двадцать спустя, было обычным, не очень счастливым финалом детских грез.

Теперь Саванна сидела на солнышке, заглядывающем в номер мотеля, пила кофе и размышляла, как могло случиться, что она стала не звездой, а имеет самую обычную работу и надежную, оплаченную нанимателем страховку, включающую услуги стоматолога и пенсионный полис.

– Но я уже изменилась, – сказала она себе. Она начнет в Неаполе новую жизнь, подыщет работу своей мечты.

Саванна сделала еще один глоток кофе, потерла глаза и посмотрела на журналы, разбросанные на столе ее маленького, но вполне приличного номера. Она читала специальный раздел одного из них под названием «Инструкция для полных идиотов: как проходить собеседование». Саванна с утра просмотрела статью целых три раза, но собиралась сделать это снова – ведь у нее назначено два собеседования. Она проспала почти до десяти: долго не могла уснуть от ярости, вызванной приказом приглушить музыку, которую она включила на полную громкость только из-за хамства студентов – те за четыре часа едва не выжили ее из номера. Ей просто хотелось заглушить их шум. Так что стук в дверь и повеление вести себя потише довели ее до белого каления.

Саванна опять отхлебнула кофе и попробовала сосредоточиться на статье, но скоро оставила попытки и пошла в душ. Она была слишком усталой, чтобы читать, и слишком нервной, чтобы усидеть на месте. Последнее собеседование при приеме на работу она проходила шесть лет тому назад, и, судя по «Инструкции для полных идиотов», сейчас многое изменилось. В прошлом остались дни, когда вас просили перечислить свои достоинства и недостатки, и вы могли «по глупости» написать что-то вроде: «Моя самая большая слабость заключается в том, что я сильно переживаю за свою работу. Если я делаю ее плохо, то не сплю по ночам». Любому нанимателю было прекрасно известно, что это чушь собачья, но все по долгу службы отмечали, будто ради работы вы готовы пожертвовать жизнью.

Нет, теперь во время собеседований вы должны перечислить циста «Эм энд эме» или выдвинуть собственную теорию, почему крышки канализационных люков круглые. Очевидно, ответы на эти странные, не имеющие никакого отношения к работе вопросы должны были продемонстрировать нанимателям, что вы умеете думать и подходить к делу творчески. Если бы Саванне пришлось брать кого-то на работу, ее более других поразил бы кандидат, заявивший, что не имеет об этом ни малейшего понятия и ему придется провести некоторые исследования перед тем как ответить. Но, согласно «Инструкции для полных идиотов», такой ответ будет равнозначен тому, что вы встанете на стул, озадачив тем самым вашего нанимателя, и признаетесь: «Меня выгнали с прежней работы за намеки о ненависти к начальнице, и, кроме того, я знл, где она живет».

Саванна простояла под душем дольше, чем обычно, дважды нанеся на волосы бальзам-кондиционер в надежде, что они будут смотреться ярче. Ее очень беспокоило первое собеседование – речь шла о помощнике рекламного агента. Она очень удивилась, когда взявший трубку мужчина сразу же спросил, не могут ли они встретиться в ресторане «Жирный кот» за ленчем. Ей никогда прежде не приходилось проходить собеседование во время ленча, но пресловутая «Инструкция для полных идиотов» рассматривала это как один из наилучших вариантов – ешь салат и рассказываешь о себе. И Саванна почувствовала уверенность, что справится с таким испытанием.

Второе интервью касалось работы менеджера в местном обувном бутике, который, как свидетельствовали выписки по кредитным картам, нередко посещала Вана. Хотя эта работа тоже казалась привлекательной (кто не пожелает проводить целые дни среди блестящих сандалий, ботинок на высоком каблуке и мягкой итальянской кожи?), Саванна надеялась, что отменит это собеседование, поскольку успешно пройдет первое.

Но у нее не будет никаких шансов, если она не вылезет из душа и не оденется. Когда она ступила на коврик для ванной, который положила на скользкий пол, тот под ее ногами заходил ходуном. Сначала Саванна решила, что это землетрясение или провал грунта, что более характерно для южной Флориды. Но скоро поняла: это ни то и ни другое. Нет. Это гремели басы каникулярного рэпа, заставившего Саванну стиснуть зубы.

– Это всего на неделю, – пробормотала она. Кроме того, ей не придется сидеть в номере и страдать от шума целыми днями. Если повезет, она уже сегодня отправится куда-нибудь повеселиться с новыми друзьями и будет делать так каждый вечер.

Значит, студенты нисколько ее не побеспокоят. Эта мысль взбодрила ее, и она поймала себя на том, что напевает «бабум, бум, бум, бум» и двигается в такт музыке. Саванна хихикнула и чуть не попала себе в глаз кисточкой, когда вдруг зазвонил телефон. Разумеется, она дала маме и Пегги номер отеля, но думала, что они будут звонить по сотовым.

– Наверное, это кто-то другой, – сказала она, натягивая и запахивая сиреневый халат и бросаясь к телефону рядом с кроватью. Занавески в номере не были задернуты, и Саванна увидела, что несколько студентов бегают по галерее второго этажа – когда они проносились мимо ее номера, пол вибрировал. «Вот бы снова стать молодой и глупой», – подумала она.

– Здравствуйте! – проговорила она в телефонную трубку.

– Саванна? Это Лиллиан. Лиллиан Брайсон.

Саванна удивилась: зачем Лиллиан звонить ей?

– Здравствуйте! Как у вас дела?

– Все в порядке, дорогая. Спасибо, что спросили. Я звоню просто проверить, как вы устроились. Вам что-нибудь нужно?

«Надо же! Со мной обращаются как с солидным клиентом», – подумала Саванна и решила не жаловаться на студентов, раз уж они были детьми друзей Лиллиан.

– У меня все хорошо. В ванной полно полотенец и маленьких кусочков мыла.

– Вот и чудесно! Вы все-таки не хотите, чтобы я позвонила кому-нибудь и поспрашивала о работе для вас? Я действительно знакома со многими в городе.

Саванна посмотрела на часы и подумала: «Пора заканчивать разговор. У меня осталось тридцать минут, чтобы закончить макияж, высушить волосы, одеться и пройти два квартала до ресторана на Саншайн-паркуэй». Но, не желая обидеть хозяйку, она вежливо ответила:

– Спасибо большое, у меня уже есть кое-какие планы. Я обязательно дать вам знать, если ничего не получится.

– Куда вы идете на собеседования? – По голосу Лиллиан казалось, что она способна болтать целую вечность.

– Сначала на ленч в ресторан «Жирный кот», а второе должно состояться в обувном магазине «Валин». К сожалению, мне пора идти, но еще раз благодарю вас за звонок.

– Всегда рада помочь вам, дорогая. Будьте поосторожнее.

Саванна улыбнулась, положив трубку на телефон, и поспешила в ванную, думая, какая Лиллиан замечательная.

– Конечно, она может просто волноваться из-за того, что я не сумею заплатить за номер, – сказала Саванна, натягивая колготки, любимую черную юбку с разрезом на левом бедре и блузку циста фуксии с принтом в виде туфелек и сумочек. Она не стала надевать пиджак, решив, что работа, о которой сегодня пойдет разговор, достаточно творческая и нет необходимости выглядеть чересчур официально. Ко всему этому она добавила пару узконо-сых туфель – подделку под Кейт Спейд, – купленных в нью-йоркском Чайнатауне на прошлое Рождество. Тогда мама решила, что они все вместе отправятся путешествовать и не станут тратиться на подарки.

Завершив туалет, Саванна глубоко вздохнула и в последний риз посмотрела в зеркало.

– О, ты уже наполовину там, – тихонько пропела она, опять вспомнив день на сцене и свою решимость сделать в жизни что-нибудь волнующее. В какой-то момент решимость… мужество идти на риск… оставили ее. Но теперь она намеревалась вернуть все это.

Саванна схватила сумку и пошла вниз по лестнице, игнорируя вопли и крики других постояльцев и пытаясь сосредоточиться на своих мыслях. Она уже многое сделала. Действительно многое. Уехала за тысячи миль от дома. Ушла с надежной работы, оставив все безопасное и комфортное в своей жизни, чтобы стать другим человеком.

Теперь ее мечты обязательно сбудутся. И ничто этому не помешает.

– Нагнитесь! – крикнул кто-то, и Саванна, от неожиданности резко подняв голову, заметила двух парней, заворачивающих за угол прямо перед ней. Тот, кто бежал первым, отступил в сторону, а Саванна вжалась в стену. Но было поздно – поток теплой жидкости ударил ей в грудь: второй студент открыл огонь из водяного пистолета.

Забавно, но она никак не рассчитывала, что ее обольют теплым пивом за семь минут до собеседования, которое, как она надеялась, изменит всю ее жизнь.

Кто ваш герой?

Вас заточил в подземелье какой-то злодеи, но неожиданно дверь темницы распахивается. Кто из мужнин, как вы надеетесь, освободит вас?

A. Прекрасный принц.

Б. Робин Гуд.

B. Супермен.

Выбрав ответ «А», вы зарекомендовали себя как романтично-традиционная особа. В личной жизни вам принадлежит пассивная роль, и в глубине души вы надеетесь, что однажды явится волшебница и сделает вашу жизнь прекрасной. Если вы выбрали пункт «Б», значит, вас привлекают энергичные, любящие развлечения мужчины. Помните, однако: Робин и его веселые товарищи прекрасно себя чувствовали и без женщин. Тем же, кто выбрал ответ «В», требуется все сразу – сильный, умный мужчина с хорошей работой, который может мимоходом, одной левой, спасти мир. Если вы когда-нибудь встретите такого парня… то не дадите ли нам номер его телефона?

Глава 8

Через час Саванна стояла на тротуаре рядом с «Жирным котом», причем ее ноги торчали как из задницы морского окуня, и удивлялась, сколько же унижений должен был вынести Джон Бон Джови на тернистом пути к славе.

Ей хотелось обхватить руками растущее рядом большое палисандровое дерево и выплакаться, уткнувшись в его кору, но она этогo не сделала – ее руки были крепко прижаты к бокам в узком костюме рыбы и только ладони свободно болтались в плавниках. Когда она и сестры были маленькими, то имели обыкновение всовывать руки в майки, а кисти оставлять в рукавах и гоняться друг за другом, играя в «мутантские салочки». Саванна заставляла сестер заходиться от смеха, начиная прихрамывать и хрипеть: «Да, господин, я иду к вам, господин».

Руки, засунутые в костюм, – дело знакомое, но вовсе не веселое. По крайней мере для Саванны.

Она добралась до «Жирного кота» на минуту раньше назначенного времени во влажной одежде и хлюпающих пивом туфлях, решив лучше прийти вовремя и молить Бога, что человек, который будет проводить с ней собеседование, не учует запаха алкоголя, чем потратить еще десять минут на переодевание. Саванна назвала свое имя встретившей ее женщине и очень обрадовалась, когда га ответила:.

– Да, пойдемте со мной.

После того ужасного случая в мотеле она с нетерпением ожидала, что ее, как маленькую звезду, накормят, но надеялась, что мистера Миллера не окажется в ресторане, у нее появится несколько минут и она успеет пройти в дамскую комнату и вылить из туфель пиво. Ну да ладно. Просто надо держать ноги под столом и надеяться на лучшее.

Ресторан был новым, здесь стояли столы из клена, стулья обтянули зеленой и цвета бургундского вина материей, плитка на полу создавала эффект земляного пола. От запаха еды, готовящейся на дровах, желудок Саванны сжался и напомнил, что она сегодня ничего не ела. Ее немного пошатывало после инцидента с водяным пистолетом, и она старалась аккуратно ставить одну ногу перед другой, шагая вслед за распорядительницей.

Саванна ждала, что та укажет ей на столик в почти заполненном зале, и очень удивилась, когда они прошли этот самый зал, затем кухню и остановились в тихом коридорчике. Саванне пришло в голову, что мистер Миллер ожидает ее в отдельном кабинете. А если это так, то работа в рекламном агентстве станет еще более престижной, чем она предполагала.

Женщина открыла дверь и ввела Саванну в комнату, где было так холодно, что ее можно было использовать в качестве холодильника.

– Наденьте это поверх своей одежды, я помогу вам все застегнуть, – сказала женщина, указывая на противоположную стену, к которой было прибито несколько крючков. На одном висела какая-то странная одежда серо-зелено-синего цвета.

– Простите? – Саванна решила, что ее с кем-то перепутали.

– Вы ведь пришли сюда работать, верно?

– Да, – кивнула Саванна.

– Тогда надевайте это. Без костюма вы работать не сможете. – С этими словами она улыбнулась, будто речь шла о чем-то смешном.

Неожиданно ее осенило, что это, видимо, какой-нибудь тест… О чем-то подобном она читала в «Инструкции для полных идиотов». В статье упоминалась компания, которая заставляла ищущих работу людей участвовать в самых разных сценках. Ее сотрудники могли также выбрать какое-нибудь историческое событие, скажем убийство президента Линкольна, и претендента на вакансию просили исполнить роль Линкольна или отнявшего у него жизнь Джона Уилкса Бута. Компания утверждала, будто это помогает оценить способности к перевоплощению, но Саванна готова была держать пари, что специалистам по персоналу просто хотелось поиздеваться над кем-то.

Однако иногда, чтобы получить желаемое, приходится идти на уступки. А ей нужна гламурная работа в рекламе. Саванна уже видела, как сидит в модном баре после работы со своей безостановочно курящей начальницей и потягивает мартини. Начальница в воображении Саванны очень походила на Сару Джессику Паркер из «Секса в большом городе». И обе они были одеты в самую модную, самую дорогую одежду. Ведь именно так проводят время и выглядят женщины, работающие в рекламе, правда? Они такие современные и прекрасно знакомы с самыми последними тенденциями.

Так что она будет сидеть в баре, получая указания начальницы, когда темноволосый задумчивый мужчина поймает ее взгляд, направленный через переполненный зал. Саванна делает вид, будто не заметила его, словно она слишком занята и горда, чтобы флиртовать с кем-либо. Но его чрезвычайно заинтригует ее невнимание (ведь он настолько великолепен, что женщины сами бросаются в его объятия, стоит ему подойти к ним, и он расценит поведение Саванны как вызов), он пошлет им какие-нибудь напитки. Это произведет на начальницу большое впечатление. Она пригласит его за их столик, и он медленно приблизится… Саванна почувствует его высокомерие… а он притворится, что не замечает ее, и начнет разговор с начальницей. Затем, наконец, повернувшись к ней, как можно равнодушнее спросит: «А чем занимаетесь вы? Нет; подождите, я сам догадаюсь. Вы модель?»

Саванна фыркнет – разумеется, слегка, но весьма пренебрежительно, – будто быть моделью унизительно для нее, пронзит его заносчивым взглядом и скажет: «Ну конечно же нет. Я работаю в рекламе».

И тогда он улыбнется ей, в его порочных темных глазах вспыхнет сияние, и…

– Так вам нужна работа или нет? – вторглась в мечты Саванны женщина, в голосе которой звучало раздражение.

Саванна очнулась. Если она не сделает этого, у нее не будет шансов получить работу и встретиться с человеком, о котором она мечтает.

Она быстро сняла костюм с крючка и встряхнула, пытаясь определить, как его можно надеть.

– Извините, – пробормотала она, просовывая ноги в дырки книзу. Ей потребовалось несколько минут, чтобы определить, что но за костюм.

– Я форель? – неуверенно спросила она.

– Морской окунь, – поправила ее женщина, застегивая молнию на спине. – Это ресторан морепродуктов. «Жирный кот»… Морепродукты… Дошло?

– А-а… – кивнула Саванна, все-таки не понимая, какое все это имеет отношение к ее мечтам продавать товары, которые никому не нужны, людям, которые не могут их себе позволить. Но в «Инструкции для полных идиотов» вполне могли быть ошибки. Верно?

Саванна попыталась повернуться, но поскольку ее руки были крепко прижаты к туловищу, она стала раскачиваться из стороны в сторону.

Женщина поймала ее за спинной плавник и сурово спросила:

– С вами все в порядке?

Саванна хотела решительно расправить плечи, но в этом костюме можно было только ходить вразвалку, и потому она кивнула.

– Скажите мистеру Миллеру, что я готова к любым испытаниям, – заявила она. Затем, вспомнив, что, согласно «Инструкции для полных идиотов», чувство юмора совершенно обязательно, добавила без намека на улыбку: – Я же не морской цыпленок.

– Поберегите свои шуточки для публики, – бесстрастно буркнула собеседница, открывая дверь и жестом приглашая Саванну следовать за ней.

Работники ресторана нисколько не удивились, когда среди них оказался морской окунь, Саванна была рада и тому, что на нее уставилось не такое уж большое число посетителей, когда она шла к входной двери. Статья о собеседованиях была, вне всякого сомнения, весьма правдива: Саванна действительно чувствовала себя законченной идиоткой. И именно поэтому, предположила она, сотрудники рекламной компании проводят ее через все это. Если кандидат готов пойти на полное унижение даже до того, как его возьмут в штат, значит, удалось найти человека, и в самом деле желающего работать. Или же ему отчаянно не хватает денег. Так или иначе, но они нашли того, кого хотели.

Саванна пошевелила плавниками и попыталась выглядеть довольной.

– О'кей, а что мне теперь делать? – спросила она.

– Пойдете на улицу и станете убеждать прохожих зайти в наш ресторан на ленч, – ответила ей женщина, махая рукой в сторону стеклянных дверей. – Говорите всем, что у нас прекрасные морепродукты.

Саванна глубоко вздохнула и направилась к дверям. Она не имела ни малейшего понятия, как откроет их, раз ее кисти расположены на уровне бедер, но была уверена, что не ударит в грязь лицом и в переносном смысле, и в буквальном.

К счастью, именно в тот момент дверь была широко открыта, и Саванна проскользнула в нее. Хотя здесь вряд ли уместно слово «Проскользнула»: она вышла из ресторана, шатаясь как пьяная.

На какой-то момент яркое полуденное солнце ослепило Санин ну, и она отругала себя за то, что не додумалась взять солнечные очки; теперь об этом можно было только мечтать – ее ноги тесно прижаты одна к другой в районе анального отверстия окуня. Ну и пусть она почти ослепла и подвергается ужасному унижению! Иногда нужно просто выбраться из дома и схватить необходимое тебе, а не сидеть и ждать, когда увлекательные события случатся сими собой.

– Правильно. Carp diem,[2] – пробормотала она, пытаясь шуткой поднять настроение перед лицом испытаний.

– Лови карпа?

Саванна услышала удивленный мужской голос и пару раз моргнула, ее глаза слезились от солнца.

Она шутливо-самодовольно вздернула нос и сказала:

– Я, сэр, вовсе не карп, я…

Тут как раз на солнце набежало темное облако, Саванна моментально прозрела и увидела, что смотрит в серо-голубые глаза самого красивого из всех мужчин, которых когда-либо встречала. У него на лице была заметна щетина – такая у основной массы мужчин появляется часам к шести вечера, волевой подбородок и густые русые волосы. Вот Саванна стояла и пялилась на него с открытым, похожим на колодец ртом, как рыба, вытащенная из моды.

– Вы что? – спросил мужчина, обнажая при улыбке большие, идеально белые зубы.

Саванна покачивалась из стороны в сторону на трясущихся ногах, и он взял ее за руку, чтобы помочь удержать равновесие. «Боже милостивый, – подумала она, – какие сильные у него руки!»

– Я… э… морской окунь, – призналась она, обретя дар речи, только когда он ее отпустил.

– Это звучит не столь эффектно, как по-латыни.

Саванна не расслышала ни единого слова. Его губы продолжали двигаться, но она перестала что-либо соображать. К счастью, через несколько секунд опять появилось солнце и Саванна снова «ослепла». Иначе кто знает, долго ли она простояла бы на тротуаре, не думая ни о своей карьере, ни о новой жизни, ни о чем, кроме бицепсов этого мужчины.

– Ты идешь, Майк? – услышала она голос другого мужчины.

Недовольная собой, Саванна отвернулась от солнца, помахала предположительно Майку плавником и сказала:

– Ну, мне надо ловить клиентов.

Она шла по тротуару и пыталась забыть о мистере Идеале, а вслед ей неслись сдавленные смешки. Она ненадолго остановилась у исписанной мелом черной доски рядом со столиками на улице. В меню ресторана «Жирный кот» сегодня значились: жареный морской окунь (Саванна содрогнулась) в соусе из лука, лимона и белого вина, пенне с жареными корнеплодами, козьим сыром и кедровыми орешками, крабовый суп и ризотто с лобстером и фрикасе из лесных грибов.

Саванна сглотнула. Ей ужасно хотелось есть. Ее желудок вертело и крутило, когда она проходила мимо людей, поглощающих ленч за ресторанными столиками наоткрытом воздухе. Она попыталась убедить себя, что если будет работать с энтузиазмом, то не раз отведает здесь дорогих блюд вместе с клиентами и коллегами.

Увидев, что хорошо одетая пара направляется к ней, Саванни изобразила широкую улыбку. Но те только пробежали глазами меню и устремились дальше.

– В «Жирном коте» вы можете отведать самого свежего морского окуня в городе! – объявила она, шевеля плавниками. Пара поспешила мимо.

Хм… Может, тут требуется какой-нибудь слоган? Или следует проявить умение зазывать покупателей какими-нибудь особыми фразами? Это, безусловно, имеет смысл. Все работающие в рек ламе должны уметь придумать хорошую фразу, правда?

– «Зайдите в «Жирного кота» – и получите самую жирную рыбу в городе?» – пробормотала Саванна довольно громко, чтобы выяснить, как это подействует на прохожих.

Никак не подействовало.

– «Станет толстым тот кот, кто клиентом к нам придет», – попробовала она еще раз. – Звучит по-идиотски, – признала она и в задумчивости сморщила лоб, продолжая расхаживать по тротуару и приговаривать: – Толстая рыба, кот, жмот, обормот – нет, все эти слова какие-то неаппетитные. «Станешь жирным котом, если будешь питаться в "Жирном коте"»? «В «Жирном коте» ты отведаешь самую свежую рыбу»? Не так уж и плохо.

– С вами все в порядке? – Какая-то женщина дотронулась до плеча Саванны, и та поняла, что за ней с беспокойством наблюдают.

Оглядевшись, она обнаружила, что отошла от ресторана на два квартала. А жители Неаполя, очевидно, не привыкли к морским окуням, слоняющимся по улицам города, да еще и разговаривающим с собой.

Саванна улыбнулась и пошла обратно к ресторану.

– Все в порядке, спасибо, – ответила она, продолжая обдумывать слоганы.

Вернувшись на место, она обливалась потом под рыбьим костюмом. Ее черные волосы вбирали в себя жар полуденного солнца, будто у нее на лбу имелась панель солнечной батареи. Хорошо еще, что макушку прикрывала рыбья голова. Иначе она сгорела бы дотла, не успев пройти собеседование.

Капля пота ползла у Саванны по спине, подбираясь к талии. Уф! Представить невозможно, во что превратится ее одежда. У нее не будет времени сбегать в мотель после окончания этого собеседования, ведь нельзя опоздать на то, другое, в обувном бутике. Правда, если повезет, ей предложат должность помощника рекламногo агента, и следующее собеседование можно будет вежливо отменить. Уж лучше работать в рекламе, чем быть продавцом, хотя весь день демонстрировать богатым женщинам дорогую обувь не так уж и плохо. Беда заключалась в том, что Саванна сомневаваясь, видела ли она хоть раз обувь от Джимми Чу или Маноло Бланика где-нибудь, кроме как на страницах журналов мод. В Мэпл-Рэпидз на туфли стоимостью триста долларов не было особою спроса.

– Простите, я могу пройти сюда с собаками?

Перед Саванной стоял модно одетый человек с двумя анорексического вида грейхаундами на безупречно подобранных по цвету поводках.

– Э… Я точно не знаю, – ответила она. Затем, решив, что на потенциальных работодателей произведет должное впечатление проявленная ею инициатива, пообещала: – Сейчас пойду и выясню.

Женщина, превратившая Саванну в окуня, бросила на нее взгляд типа «Чего-тебе-здесь-надо?», стоило ей после борьбы с тяжелой дверью заглянуть в образовавшуюся щель.

– К нам можно с собаками? – осведомилась Саванна. Женщина фыркнула:

– Конечно, нет!

– А за столики, что на улице? – не желала отступать Саванна.

– Нет.

Саванна сделала несколько шагов назад, и дверь закрылась.

– Извините, – сказала она мужчине. – В «Жирного кота» с собаками не пускают.

Мужчина вздохнул:

– Это так некультурно.

Не зная, как правильно ответить, Саванна просто молча кивнула и улыбнулась. Затем, увидев еще одну пару, подошла и сказала:

– В «Жирном коте» самая свежая рыба в городе!

Пара, к удивлению Саванны, остановилась у доски с меню, а затем, пошептавшись, вошла в ресторан. Отлично! Ее первый успех. Она засчитала себе еще одно очко, когда разодетый владелец собак тоже вошел в ресторан, оставив грейхаундов на улице. Она решила, что именно она убедила его попробовать блюда в «Жирном коте», даже если к его питомцам там отнеслись не слишком приветливо.

Воодушевленная, Саванна следующие сорок пять минут провела на солнце, похлопывая плавниками и напевая свой слоган, чтобы привлечь в «Жирного кота» новых посетителей. И только когда она повернулась слишком резко, радуясь очередной удаче, то поняла, как сильно у нее кружится голова от голода.

Не пытаясь войти в ресторан и признать свое поражение, Саванна решила, что надо просто на минутку уйти с солнца. Сразу за опоясанным веревками пространством она увидела дерево и скамейку под ним и осторожно пошла туда.

Не веря в такое везение, она опустилась на скамейку. В тени было ненамного прохладнее, но солнце не палило столь беспощадно. Саванна закрыла глаза и порадовалась легкому ветерку, пробежавшему по ее щекам.

Тут до ее правой лодыжки кто-то дотронулся, она решила, что это просто муха, и дернула ногой. Ей пришлось повторить это движение, когда ее ног опять коснулось что-то мягкое, большое и на муху не похожее. Ее глаза открылись, и она увидела грейхаундов, свернувшихся у ее ног. Один из них снова лизнул туфлю Саванны длинным розовым языком и посмотрел на нее добрыми карими глазами.

Прекрасно. Она совсем забыла о пиве в туфлях.

– Извините, друзья. Не думаю, что вашему владельцу хочется, чтобы вы напились, – сказала она, отодвигаясь от собак подальше.

Она опять хотела было закрыть глаза, но тут увидела того самого привлекательного мужчину, который подшучивал над ней перед рестораном. Другой мужчина называл его Майком. Они вмесие уходили из ресторана. Саванна вздохнула. До чего же он красив! Похож на большую улучшенную версию Мэттью Макконахью. Ее вздох желания перешел во вздох сожаления, когда Майк повернулся, чтобы обнять друга. Это не было короткое, легкое объятие, какими обмениваются гетеросексуалы. А объятие мощное, прямо-таки родственное. Так Саванна могла обниматься с Пегги или со своими сестрами.

И почему все красивые мужчины геи?

Саванна отвернулась от них, почувствовав, что с ее ногами опять что-то происходит. Теперь ее лизали обе собаки, их языки скользили по ступням и лодыжкам.

Неожиданно Саванна решила, что с нее хватит. Голод, пот, текущий по спине и ниже, собаки, обращающиеся с ней как с собственным леденцом, унижающий достоинство костюм. Довольно! Если она сделала недостаточно, чтобы получить должность помощника по рекламе, то тогда просто возьмет и отправится на собеседование в обувной бутик и будет счастлива.

– Не понимаю, тут меня даже не спросили о моих сильных и слабых сторонах, как делают в нормальных фирмах, – проворчала она, вставая.

Сделав шаг вперед, она положила руку на голову и на секунду закрыла глаза, поскольку ее опять охватила слабость. И не увидела, что ее ноги запутались в поводках грейхаундов. Саванна почувствовала, будто ее тянут вперед, и захлопала плавниками, пытаясь восстановить равновесие, а затем пронзительно завизжала, поскольку собаки побежали навстречу приближающейся тележке с мороженым, которую толкал по тротуару пожилой человек.

Ошеломленный видом женщины в костюме рыбы, мчащейся прямо на него, мороженщик попытался остановить тележку. Но она была очень тяжелой, а руки у него скользкие, и в результате тележка вырвалась и понеслась под уклон. В этот момент Саванна шлепнулась на асфальт. Она слышала, как мороженщик зовет на помощь, и пыталась откатиться в сторону, но безнадежно запуталась в поводках. Краем глаза она видела набирающую скорость тележку и не могла поверить, что ей придется предстать перед Создателем облизанной собаками и в костюме рыбы. Ее новая, гламурная жизнь заканчивалась, так и не успев начаться.

А затем все потемнело. Но не потому, что, как ожидала Саванна, ее переехала тележка с мороженым, а потому, что на ней оказался мужчина, его руки крепко схватили ее и они вместе покатились в сторону за секунду до того, как по тротуару прогрохотала тележка.

Саванна лежала тихо и не шевелилась, ее лицо утыкалось в грудь мужчины. Она слышала какое-то звяканье, будто ударялись один о другой осколки стекла, ему вторил визг собак, но все это долетало до ее ушей словно через слой ваты. Она глубоко вдыхала запах своего спасителя – смесь дорогого одеколона, мыла и солнечного сияния. Ей казалось, именно так пахнет на небесах.

И только когда мужчина немного привстал, Саванна узнала его, и ее кольнуло разочарование.

Великолепно! Ее принцу в сияющей броне больше подошел бы другой принц, а не принцесса.

– С вами все в порядке? – Майк казался искренне озабоченным ее состоянием.

Саванна почувствовала, как что-то теплое стекает в ее костюм по шее. Она подняла взгляд и увидела большую белую миску, расколотую надвое, – она лежала рядом с ее левым ухом. Неподалеку тек ручеек крабового супа. На земле также валялась другая еда и посуда, и Саванна поняла, что они, должно быть, налетели на поднос с едой, когда Майк покатил ее в сторону от тележки.

Она смотрела в почти безоблачное небо над головой своего спасителя и чувствовала себя даже более несчастной, чем когда ее арестовали в Мэпл-Рэпидз. Она даже самого простого собеседования не может пройти так, чтобы оно не превратилось в стихийное бедствие.

Тодд был прав: из-за нее не стоит преодолевать неприятности.

Майк скатился с Саванны, сел и помог сесть ей. Она захлюпала носом, а он по-прежнему смотрел на нее, будто боялся, что она расшибла голову, когда упала.

– С вами все в порядке? – спросил он еще раз. Саванна кивнула ему и одарила слабой улыбкой.

– У меня все замечательно, – уныло заверила она его.

– Наверное, мне не надо было шутить с официантом по поводу того, что у меня в супе треска? – поддразнил ее Майк.

Кусок краба плюхнулся с ее волос на колени. Она смотрела не отрываясь на маленький белый шарик на своем зелено-синем костюме и вздыхала.

– Я морской окунь, – поправила она его, а затем неуклюже поднялась на ноги. Саванна протянула Майку плавник, и тот тоже встал, отряхивая сзади джинсы. – Спасибо вам за то… что спасли меня, – смущенно сказала она, махая рукой мороженщику.

– Это я у вас в долгу. – Майк улыбнулся так, что и без того ослабевшие колени Саванны подогнулись.

Надо убираться от него подальше, прежде чем она наделает еще больших глупостей. Хотя скорее всего женщины его не интересуют. Кивнув на прощание, Саванна повернулась и пошла мимо перевернутых столов, все время думая: а что, если бы за одним из них сидела Вана со своими гламурными друзьями, ела дорогой ленч и громко смеялась над представлением, устроенным Саванной?

Какой ваш самый большой недостаток?

Нас всех не раз спрашивали об этом – на собеседовании при приеме на работу, или же такой вопрос задавала приятельница во время игры в двадцать вопросов. Разумеется, мы знаем, как обратить ваш ответ вам на пользу. Но давайте поговорим в открытую. Какой ваш самый большой недостаток?

A. Я обливаюсь слезами, когда смотрю мелодрамы.

Б. Не могу отказаться от шоколада и пончиков «Криспи крим».

B. Недостаток? Откуда у меня недостатки? Ведь я само совершенство.

Новости для девушек, выбравших ответ «А»: все плачут во время демонстрации мелодрам. Так-то вот. Те, что остановились на пункте «Б», должны усвоить: поедание продуктов, от которых полнеют, не есть недостаток – это право, данное нам Богом. Но правильный ответ – «В». Вы знаете, что вы совершенны, оставаясь именно такой, какая есть.

Глава 9

Ну и как вам понравился ленч в «Жирном коте»? – с самым невинным видом спросила Лиллиан Брайсон своего младшего сына Майка, который сидел напротив нее, удобно вытянув ноги на ковре. Майк имел более классические черты лица и фигуру, чем Сэм. Лиллиан, разумеется, одинаково любила обоих сыновей, но Майк был ближе ей, в основном потому, что последние двадцать лет Сэм провел в подразделении «морских котиков» на Западном побережье и часто исчезал по долгу службы, а потом ничего об этом не рассказывал. Сэм пробыл в армии уже четыре года к тому времени, когда его отец скоропостижно умер от инфаркта в возрасте сорока пяти лет. Его тело обнаружил шестнадцатилетний Майк, спустившийся вниз, чтобы взять с собой в школу несколько больших печений с начинкой, – отец неподвижно сидел в кухне, опустив голову на стол.

Лиллиан боялась, что Майк слишком быстро повзрослеет – не из-за выпавшей на него роли кормильца семьи, а из-за того, что ей не удалось скрыть всю силу охватившего ее горя от смерти мужа и друга. Насколько сильно ее печаль сказывается на младшем сыне, выяснилось слишком поздно. Но далеко не все перемены были к худшему. Из успевающего студента, интересующегося в основном игрой в теннис и общением с друзьями, Майк превратился в серьезного молодого человека и намеревался сам зарабатывать на жизнь, чтобы не стать обузой для матери. Она не знала, почему он поступил в Университет южной Флориды в Сент-Питерсберге – ему действительно нравилось это место или он хотел быть поближе к ней? Лиллиан была так погружена в свое горе, так радовалась, что Майк раз в два месяца навещал ее. Оглядываясь назад, она понимала, что не смогла бы пережить те тяжелые времена без поддержки сына.

Но теперь Лиллиан беспокоило, что Майк вырос слишком уж ответственным, слишком серьезным. Он всегда был нацелен на будущее, всегда работал ради чего-то конкретного, но Лиллиан боялась, что он не получает радости от своей нынешней жизни. Именно поэтому, невзирая на свой неудачный опыт сватовства, она продолжала подыскивать ему жену – желательно положительную женщину с чувством юмора. Возможно, такую, как их новая жиличка, Саванна Тейлор. Она очень понравилась Лиллиан. Вот почему она предложила Майку и Сэму пойти сегодня в «Жирного кота», куда Саванна отправилась на собеседование. Она планировала сделать все возможное, чтобы свести Майка и Саванну и посмотреть, смогут ли они найти общий язык.

– Там было интересно, – ответил Майк и, прежде чем продолжить, загадочно улыбнулся. – Сэм передает тебе привет. Он придет завтра на обед около семи.

Лиллиан кивнула и постучала ручкой по блокноту, лежавшему перед ней.

– Ты к нам присоединишься?

– Да. Завтра у меня полеты в первой половине дня. Майами – Чикаго и обратно. Я буду дома самое позднее в шесть. Придется заехать после работы в мотель, посмотреть, осталось ли от него что-нибудь за время моего отсутствия. Не понимаю, почему ты решила поселить этих ребятишек у нас.

Лиллиан рассмеялась и неопределенно взмахнула рукой:

– Ну, они же просто дети, желающие хорошо провести время.

– От их музыки вот-вот развалится крыша. Если они сегодня опять устроят что-нибудь подобное, то сама приходи и приводи их в чувство.

– Непременно, – кивнула Лиллиан, зная, что Майка не так сильно достали студенты, какой пытается изобразить. А затем она перешла к другой теме, которую хотела обсудить в первую очередь. – Ты познакомился с нашей новой постоялицей Саванной Тейлор? Я поселила ее рядом с тобой, в двадцать третьем номере.

Майк откинулся в кресле.

– Нет, но, похоже, она вполне вписывается в компанию этой ребятни.

– Что ты хочешь сказать? Мне она показалась очень милой девушкой. Очень ответственной.

– Да, можно сказать и так, если под словом «ответственная» ты имеешь в виду, что она громко включает рок-музыку, не заботясь о соседях, – пробормотал Майк. – Ты просила Лейни или Джека проверить ее? Если она собирается остаться надолго, мы должны быть уверены, что от нее не будет неприятностей. Я не думаю, что ты взяла с нее деньги вперед, как должна делать, когда сдаешь номер дольше, чем на неделю.

Пригладив рукой волосы, Лиллиан посмотрела в сторону, чтобы он не заметил в ее взгляде чувства вины. Сын никогда не доверял ее мнению о людях.

– Так я и думал, – вздохнул Майк, и Лиллиан увидела, что он качает головой.

– У нее прекрасные рекомендации, – запротестовала она. – И она заплатила за неделю вперед.

– Хорошо, мама. Я уверен, все будет прекрасно. Но я все-таки попрошу «Интрепид» на всякий случай проверить ее, – сказал он, имея в виду частную детективную фирму, расположенную рядом с офисом Лиллиан. – У тебя есть форма заявления? Я заброшу его туда, когда буду уходить.

Лиллиан отдала сыну небольшую папку, которую завела на Саванну. Там лежали записи разговоров с прежним начальником их постоялицы и с президентом ассоциации домовладельцев. Майк взял папку и встал, Лиллиан скрестила лежащие на столе руки. Она знала, что расследование приведет только к трате времени и денег.

Ну что скрывать этой милой девочке Саванне Тейлор?

«Какой ваш самый большой недостаток?»

«Я легковерная идиотка»? Саванна подумала над таким ответом, но быстро отбросила его. Вне всякого сомнения, никто не ожидает от нее подобной честности. Она изобразила искреннюю улыбку и посмотрела на Валин Райт, владелицу обувного магазина «Валин», располагавшегося поблизости от «Жирного кота» – заведения, в которое, как поклялась Саванна, она больше не войдет никогда.

Она оказалась неимоверно глупа, решив, что затея с костюмом морского окуня – всего-навсего часть теста. Поднявшись с тротуара и попрощавшись с Майком, Саванна поспешила в туалет привести себя в относительный порядок, чтобы затем пойти и узнать, получила она должность помощника рекламного агента или нет.

Саванна изучила себя в зеркале и заметила: жара и влажность привели ее новую тушь в пастообразное состояние. Она заплатила за нее четырнадцать долларов девяносто девять центов и надеялась, что все окажется не так плохо. Ведь «Гламур» включил эту тушь в число лучших новинок марта.

«Не следовало называть ее водостойкой», – мрачно думала Саванна, пытаясь бумажным полотенцем убрать темные подтеки и комочки туши с глаз, не размазав их при этом по всему лицу. Дверь женского туалета отворилась, но она, не открывая глаз, продолжала снимать с ресниц слипшуюся тушь. Ей было абсолютно наплевать, что ее увидят в кошмарном, измятом костюме в пятнах, со спутанными волосами, влажными от пота, – ведь она так долго страдала на полуденной жаре.

– Вы закончили? Вы нужны на улице.

Саванна разлепила ресницы и посмотрела на женщину, стоявшую рядом. Дама выглядела свежей и аккуратной, как и тогда, когда засовывала Саванну в кошмарный костюм. Пытаясь совладать с отчаянием, Саванна взглянула на часы. До следующего собеседования оставалось меньше двадцати минут. Она сделала все, чтобы доказать, каким ценным приобретением может стать для «Жирного кота». Теперь слово за нанимателем.

«Может, – подумала Саванна, – грядет еще одно испытание: эти люди захотят посмотреть, как долго они могут оскорблять претендента на вакансию, прежде чем он или она топнет ногой и заявит: «С меня хватит!»? Важно знать, на что способны служащие, но нельзя же делать из человека коврик под дверью».

Глубоко вздохнув, чтобы привести себя в чувство (совет из статьи в «Космо» «Пять способов успокоиться за пять секунд или даже быстрее»), Саванна отвернулась от зеркала и заявила:

– Я не выйду отсюда, пока не выясню точно, взяли меня на работу или нет.

Женщина вытаращила глаза:

– Вы перегрелись на солнце или дело в чем-то другом?

Взгляд Саванны метнулся к зеркалу. У нее обгорел нос? Да, может быть, самую чуточку, но при чем здесь работа?

– Со мной все в порядке, – ответила она, махнув рукой. – Я получила работу или нет?

– Разумеется, получили. А чем же еще вы, черт побери, занимались целых два часа?

Саванна от удивления открыла рот и сделала пару шагов назад. Нет. Нет, нет, нет. Это, должно быть, глупая шутка.

– Но… но… но я не была помощником рекламного агента. Я была говорящей рыбой, – пролепетала она.

– Конечно, – кивнула женщина, глядя на Саванну так, будто та – самая глупая из всех женщин, которых она когда-либо встречала. – Вы рекламировали наш ресторан, чтобы выручка была больше. Реклама. Выручка. Помощник. Дошло?

Саванна обессиленно прислонилась к стене дамской комнаты. О Боже! Неужели она так наивна? Закрыв в отчаянии глаза, она спрятала лицо в ладонях. И как только она могла вообразить, что, надев дурацкий костюм, будет проходить собеседование с целью получить гораздо лучшую, гораздо более престижную работу?

– Я возьму это и оставлю вас на минутку одну, – тихо сказала женщина, будто опасаясь, что Саванна укусит ее или в любую минуту придет в неистовство.

Саванна услышала шорох – это с крючка сняли костюм рыбы. В следующее мгновение она осталась одна в тихом женском туалете.

Саванна, должно быть, долго простояла неподвижно, прислонившись к стене. Она понимала, что это один из тех моментов, когда надо самой себя тащить из болота за волосы, но не могла заставить мозг работать, а тело двигаться. А здесь было так спокойно. И прохладно. Журчал небольшой фонтанчик, вода падала на гранитную поверхность, и Саванне захотелось остаться тут навсегда.

Но это было невозможно. Придется двигаться дальше.

– Да, у тебя есть некоторое чувство юмора, – пробормотала она, глядя вверх и отрываясь от стены. Пора прекращать себя жалеть. Иначе она не успеет на следующее собеседование.

Собеседование, к счастью, оказалось именно таким, как представляла Саванна, – никаких тебе «Эм энд эмс» и крышек люков.

Саванна сделала вид, что немного задумалась, давая на стандартный вопрос Валин об основном своем недостатке стандартный ответ:

– Я бы сказала, мой самый большой недостаток – чрезмерное беспокойство о своей работе. Я просто не могу спать, если работаю не так хорошо, как могла бы.

Валин, стройная, беспрестанно курящая блондинка неопределенного возраста, вроде бы осталась довольна ответом.

Саванна откинулась на спинку стула. Именно так и должны проходить собеседования.

– Почему вы ушли с прежней работы? – сделав глубокую затяжку, поинтересовалась Валин. Выговаривая это, она выдохнула густую струю дыма, и Саванна с трудом подавила желание откашляться.

Она репетировала ответ на этот вопрос несколько раз сегодняшним утром, и потому произнесла без запинки:

– Работа стала казаться мне очень простой, потому что я занималась ею достаточно долго. Мне захотелось чего-то другого. Захотелось бросить самой себе вызов, – добавила она.

Накрашенные красной помадой губы Валин тронула легкая улыбка, и она сделала еще одну отметку в вопроснике.

– Очень важно не давать себе застаиваться, – сказала она голосом давней и завзятой курильщицы. – Когда вы можете приступить?

Вопрос застал Саванну врасплох.

– Хм… Может, прямо сейчас? – ответила она и съежилась, поняв, что ответила на вопрос вопросом.

– Великолепно. Приходите завтра в девять утра. – Валин встала, демонстрируя, что собеседование окончено. Затем, когда Саванна поднялась со стула, нахмурилась: – Да, ваши туфли… – Она замолчала, глядя Саванне на ноги, и на ее лице отразилось недоумение.

Щеки Саванны запылали от смущения. Могла ли Валин уловить запах пива? Она надеялась, что нет.

– Вам дается сорокапроцентная скидка на все товары в магазине. Наши покупатели знают, что к чему, и сразу видят подделку.

Улыбнувшись, Саванна протянула начальнице руку и сказала:

– Я все поняла. Увидимся завтра в девять.

Валин сжала ладонь Саванны холодной костлявой рукой, а затем провела ее из своего кабинета в зал продаж, заполненный дорогой обувью. Саванна воспользовалась моментом и провела рукой по мягкой коже сексуальных ботиночек на каблуке, затем коснулась сердечка, украшавшего красную сандалию. Здесь были туфли, снимки которых можно было видеть на страницах «Вог», и «Мари Клэр», и «Космо». Уверенные в себе женщины носят их каждый день, невзирая на плохую погоду, не боясь, что каблук попадет в трещину тротуара и сломается. Подобное с этими женщинами не происходит. Женщины в туфлях из магазина «Валин» не падают на землю перед тележкой мороженщика, их не арестовываюту алтаря, и их, черт побери, женихи не убегают при первом же намеке на неприятности. Саванне очень хотелось быть такой женщиной, она закрыла глаза и сжала сердечко на сандалии.

– Пожалуйста. Пожалуйста, преврати меня в совершенно другую женщину, – очень тихо прошептала она почти в религиозном экстазе, будто молилась обувной богине или волшебнице.

Звякнул колокольчик, и в магазин вошла покупательница. Она проплыла мимо Саванны в облаке «Шанель номер 5», Саванна глубоко вдохнула этот запах. Она несколько минут назад получила работу, о которой мечтала. Теперь оставалось надеяться, что магия этих женщин распространится и на нее.

Насколько вы сексуальны?

О женщине может многое рассказать белье, которое она носит. Вперед, девушки! Пора перетряхнуть исподнее! Откройте ящики. Что вы там видите?

A. Простые белые хлопковые трусики-плавки – и больше ничего.

Б. В основном вполне скромное женское белье, среди которого попадаются и дерзкие красные откровенные вещицы – вы припасли их на всякий случай.

B. Кое-что или все подряд из последнего каталога «Тайна Виктории», но только не белого цвета!

Неужели девушкам, выбравшим пункт «А», надо объяснять, что их белье ску-у-учное… и скорее всего жизнь, которую они ведут, такая же? Если вы девушка, остановившаяся на пункте «Б», то вашему мужчине удобно с вами и ему нравится, что вы время от времени удивляете его новыми сексуальными играми или стриптизом ради прикола. Те, кто предпочел ответ «В», сексуальны, сексуальны и еще раз сексуальны. Ваши любовники обожают вас за это!

Глава 10

Несмотря – а может, благодаря – успеху у Валин, Саванна вечером довольно сильно нервничала, и ей не понравился обед из размороженных полуфабрикатов и вино из пластикового стаканчика, которым она отметила свой успех.

– Взгляни правде в глаза. Ты совершенно одинока, – тоскливо сказала она своему отражению в окне, из которого смотрела вниз, во двор. Поселившись в «Песчаных дюнах», она поступила правильно. В Неаполе она сможет стать кем захочет, сделать все необходимое для этого. Но Саванна до сей поры не подозревала, что платой за это станет одиночество. Да, она больше не должна жить так, как хотят ее домочадцы. А здесь на нее всем наплевать. И это тоже оказалось проблемой: она никому не нужна.

Саванна положила руку на теплое стекло и какое-то время понаблюдала за студентами. Они были такими беззаботными, такими счастливыми! Саванна подумала, что в их возрасте она чувствовала бы себя точно так же. Когда она училась в колледже, весь мир, казалось, лежал у ее ног. В этом и заключалась причина ее неудач – перед ней было так много всего, и как выбрать что-то действительно нужное, подходящее именно ей? Саванна мысленно вернулась в те дни, гадая, способна ли вспомнить момент, когда все вдруг покатилось под откос. Виновато ли здесь ее решение стать бухгалтером, а не искусствоведом? Или же проблема заключается в ней самой, в каких-то чертах ее характера, которые и предопределили ее скучную жизнь?

Саванна вздохнула и закрыла глаза, удивившись, когда в ее стаканчик с шардонне капнула слеза. Посмотрев на студентов во дворе, она затосковала по поводу собственной загубленной жизни, ей захотелось открыть дверь и предостерегающе крикнуть им, чтобы они не относились ко всему так легко, а не то станут такими, как она: одинокими, никем не любимыми неудачниками в убогом мотеле.

Тут мимо ее окна пронесли матрас, и она отвлеклась от невеселых мыслей.

Саванна прижалась лицом к стеклу. Матрас несли два молодых человека. Саванна засмеялась и покачала головой – так комично они выглядели. Лучше не спрашивать, что они собираются делать.

Она села на бугристый, обтянутый тканью в цветочек стул у окна и открыла журнал, который купила в магазине вместе с вином и полуфабрикатами. Саванна медленно листала журнал, останавливая взгляд на маленьких черных платьях, подходящих к ее фигуре (лиф должен скрыть ее маленькую грудь, а струящийся подол – не слишком узкие бедра), затем наткнулась на тест, пообещавший выявить, насколько она сексуальна, судя по белью, которое носит. Саванна вздрогнула, зная, что опять прочтет про себя что-то неприятное.

Следуя указаниям теста, она подошла к шкафу, на котором стоял телевизор, и открыла средний ящик с бельем. Зрелище, представшее ее глазам, напомнило ей шутку преподавательницы истории искусств, которая, пытаясь объяснить суть современного искусства, показала ученикам чистый лист бумаги.

«Что вы видите?» – спросила она. Несколько учеников подняли руки, и ответ у них был одним и тем же: «Ничего». Учительница улыбнулась. «Ну, – сказала она, – это ваше мнение. А современный художник может увидеть беспомощного белого кролика, застигнутого страшной бурей, на которого смотрят призраки тех, кто умер на этом месте когда-то. Автор озаглавил свое произведение "Смерть"».

Класс рассмеялся, и Саванна запомнила этот урок. Все зависит от того, с какой точки зрения ты смотришь на жизнь. Хотя, возможно, смыслом урока была демонстрация глубин, в которые погружаются современные художники, стремясь выглядеть умнее остальных или в надежде продать картину, чтобы заплатить за квартиру.

Ладно, в чем бы ни заключалось послание того художника, теперь она смотрела на ящик, полный белых хлопковых трусиков, и думала: «Смерть».

Но Саванна не была беспомощна, как тот бедный кролик. Она предчувствовала бурю, грозящую стереть ее с лица земли, приговорить к вечной скуке, и решила выбраться из порочного круга. Возможно, до сих пор она принимала жизнь такой, как она есть. Позволяла событиям деформировать ее. Но теперь она сама будет контролировать все на свете.

И если избавление от унылого нижнего белья сделает ее более сексуальной, она его просто выкинет.

– Вам не одержать надо мной верх! – поклялась она, сгребая в кучу все свое белье, за исключением одного комплекта. Затем, понимая, что не станет покупать новые веши, пока у нее есть вполне пригодные к носке старые, Саванна пошла в кухоньку, взяла белый пластиковый пакет, куда продавец упаковал ее покупки, и набила его трусами и лифчиками.

Все это отправится на помойку.

С пакетом в одной руке и ключом от номера в другой Саванна вышла на улицу. Был теплый флоридский вечер. Даже сейчас, в середине марта, ощущалась влажность, хотя ее предупреждали, что это несравнимо с летними месяцами, когда вне дома испытываешь примерно такие же ощущения, как в настоящей парилке. Подобная информация неизменно сопровождалась смехом и заверениями, будто в других уголках штата дело обстоит еще хуже, но Саванна не понимала, почему от этого ей должно быть легче. Ведь это вполне сравнимо с ситуацией, когда твой самолет терпит крушение над океаном, вокруг кишат голодные акулы, а кто-то говорит, что они хотя бы не большие белые. Саванна считала: если уж человеку суждено быть съеденным акулами, то не играет слишком уж большой роли, какого они окажутся вида.

Но сейчас погода стоит просто прелестная, температура между двадцатью пятью и тридцатью градусами, а влажность – вполне выносимые пятьдесят процентов. Это куда лучше минусовой температуры в ее родном штате в такое время года.

Баки с мусором стояли в другом конце двора, и Саванна засомневалась, стоит ли ей пробираться сквозь толпу студентов, слоняющихся вокруг бассейна. Может, лучше тихонечко пройти в обход по тенечку? Но в конце-то концов она платит за проживание здесь столько же, сколько они. Так почему ей не ходить, где хочется?

Саванна расправила плечи и пошла через двор. Когда она проходила мимо бассейна, какая-то девушка сделала шаг к ней и сказала:

– Привет!

Саванна, чей рост был пять футов четыре дюйма, подняла глаза, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Да? – спросила она, усмиряя зависть, вспыхнувшую при виде этой девушки. Даже в девятнадцать лет Саванна была далеко не так хороша. У незнакомки были гладкие темные волосы, плоский живот и длинные ноги в обтягивающих розовых шортах.

– Хочешь выпить? – спросила студентка, удивив Саванну. Она, не зная почему, ожидала, что незнакомка окажется злой или грубой.

– Нет, спасибо. Я просто иду кое-что выбросить. – Саванна кивнула на мешок, словно хотела придать своим словам значимости.

Девушка улыбнулась, показав маленькие, ровные, белые зубы.

– Ты можешь взять это с собой, – сказала она, протягивая руку. – Кстати, меня зовут Кристина.

Саванна тоже представилась, перекладывая пакет в левую руку и протягивая Кристине правую.

И тут вдруг откуда-то сверху послышалось оглушительное «Я-хо!». Собеседницы вздрогнули. Они в ужасе смотрели, не в силах сдвинуться с места, как с черепичной крыши прямо на них летит матрас, на котором распростерся какой-то парень.

Майк Брайсон припарковал машину и увидел, что красный «тандерберд» по-прежнему занимает непомерно много места. Он решил обязательно узнать, кто из постояльцев владеет этой машиной, попросить его быть более внимательным к остальным и ставить автомобиль так, чтобы никому не мешать, но неожиданно понял: вины владельца «тандерберда» во всем этом нет. Машина, стоящая рядом с красным чудищем, также заходила за парковочную линию, равно как и следующая.

– Хорошо, снимаю с тебя часть вины, – сказал Майк, выехал с парковки и стал искать место на ближайших улицах. Он забрал пакеты с покупками и запер грузовичок, стараясь ничего не уронить, и затем направился к мотелю.

Приближаясь к белому зданию, он уже ждал звуков громового рэпа. Было всего девять часов, и он не надеялся, что студенты станут строго следовать его указаниям. Майк нисколько не сомневался: они воспринимают его как представителя администрации, то есть как врага.

К счастью, работа приучила его к такому к себе отношению… даже со стороны более разумных людей.

Майк толкнул дверь, ведущую в мотель, и в тот самый момент услышал визг, от которого в жилах вполне могла застыть кровь. Он уронил свои покупки и побежал на шум, гадая, что за чертовщина тут происходит. Когда он вбежал во двор, его глазам предстала удивительная картина. Около бассейна стоят две девушки. А летящий матрас, как волшебный ковер Аладдина, вот-вот упадет прямо на них. Майк метнулся через двор, как телохранитель, полный решимости преградить путь пуле. Он схватил девушек за руки и толкнул в глубокую часть бассейна, прямо перед тем как снаряд упал там, где они стояли.

Саванна не поняла, что в итоге произошло. Ей даже не было ясно, она или Кристина оглушительно завизжала, прежде чем их бесцеремонно сбросили в бассейн. Но в чем она не сомневалась, гак это в том, что у столкнувшего их туда мужчины были очень крепкие мышцы на груди: нос Саванны был прижат к его рубашке, когда он тащил ее к краю бассейна.

– Я умею плавать, – запротестовала она, но мужчина держал ее так крепко, что она не могла посмотреть вверх, не ударившись макушкой о его подбородок. Она ощущала тепло его тела, и… это ей нравилось.

Саванна закрыла глаза и расслабилась, довольная, что он не отпускал ее до тех пор, пока ее ноги не уперлись в дно бассейна. Ей пришлось приложить некоторое усилие, чтобы отстраниться от него, и тут она увидела те же серо-голубые глаза, которые очаровали ее еще утром.

У нее душа ушла в пятки.

– Мой герой, – выдохнула она.

Уголки его губ скривились, словно он пытался не рассмеяться.

– У вас все в порядке?

Саванна помотала головой, пытаясь вылить воду из ушей.

– Да. Извините. У меня все хорошо. А что здесь делаете вы?

Волосы упали ему на лоб, и вода попала в глаза. Саванна заметила, что от влаги его волосы кажутся темнее. Он отбросил пряди с лица и улыбнулся ей:

– Я хозяин этого заведения. Я еле узнал вас без костюма морского окуня.

В этот самый момент Саванна готова была заплакать от того, что судьба так к ней жестока. Конечно, это сын Лиллиан – Майк! Она еще решила, что он гомосексуалист, когда Лиллиан вспоминала о девушках, которых он выбирал. А объятия с другом у ресторана подтвердили это предположение. Но как получилось, что ей так сильно нравится человек, с которым она никогда не будет вместе? Ей хотелось затопать ногами и в истерике броситься на землю, как делают двухлетние малыши, оставшиеся без леденца.

«А этот мужчина, видимо, сладкий, как леденец. Вот бы попробовать его лизнуть!» Пришедшая в голову Саванны мысль поразила ее. Такие фантазии никогда раньше ее не посещали. В конце концов, она была бухгалтером, всего лишь рядовым бухгалтером.

Может, она уже начинает становиться новой Саванной? Более сексуальной и авантюристичной, настоящей богиней любви?

Великолепно! И парень, который пробудил в ней эти чувства, гей.

– Заткнись! – пробормотала Саванна резвящемуся в ее голове голосу.

– Прошу прощения? – удивился Майк. Саванна заправила за ухо прядь волос и сказала:

– Ничего. Я просто… разговариваю сама с собой.

– Вы уверены, что все нормально?

– Да. Все замечательно. – Саванна гадала, что он сделает, если она положит руку ему на голову и изобразит обморок. Отнесет ли он ее в комнату, как Ретт Батлер Скарлетт О'Хара? При мысли об этом у нее действительно чуть не подкосились ноги.

Поглощенная своими мыслями, Саванна ухватилась за край бассейна, а Майк оглядел место происшествия. Кристина уже вылезла из воды и улыбалась идиоту, который чуть не убил ее и Саванну своим летающим матрасом. Матрас плавал в дальнем углу бассейна, за него уцепился мальчишка, он улыбался Кристине и, вне всякого сомнения, наслаждался видом того, как мокрая одежда подчеркивала каждый изгиб ее великолепной фигуры. Саванна осмотрела свою промокшую одежду и вздохнула. Ее формы далеко не так совершенны. Но какое это имеет значение? Она не была…

Тут Саванна чуть не задохнулась: она совершенно забыла о своем белье, а что-то белое плыло прямо к Майку.

«О нет! – подумала она, прыгая в бассейн и беря курс на свои трусики. – Только бы он не взял их в руки!»

– Что это?.. – начал Майк, дотягиваясь до них.

С пылающими от смущения щеками Саванна вырвала свою собственность у него из руки, но он уже все понял.

– Это мое, – промямлила она, скатала трусики в шарик и попыталась спрятать за спиной.

– А… э… – Майк пытался подавить смех. – Надо вытащить их из воды, пока не засорился фильтр.

Саванна старалась не смотреть в его глаза, когда он выбрался из бассейна и подал ей руку. Она, конечно же, могла уплыть от него к другой лесенке, но не ухватиться за его большую теплую руку было просто невозможно.

Прижимая трусики к груди, она вздыхала и смотрела, как Майк уходит прочь. Мокрые джинсы обтягивали его великолепные бедра.

Он вернулся очень скоро – с яркой голубой сеткой, привязанной к длинному шесту.

– Джеймс, выбирайся из воды, – приказал он студенту, который все еще возился с матрасом. – И забери матрас. Не знаю, о чем ты думал, но вполне мог убить кого-нибудь. Я обязательно поставлю в известность об этом твоих родителей.

Саванна смотрела, как Майк «шумовкой» вылавливает ее белье из бассейна. Студенты и студентки также наблюдали за ним с обожанием и уважением. Когда дело было сделано, Майк вернулся к Саванне и вручил ей трусики. Саванна была очень смущена, но пробормотала:

– Кажется, вы не очень рассердились?

Майк пожал плечами и наклонился к ней так близко, что она уловила запах одеколона от его мокрой рубашки.

– Мальчишки в этом возрасте все идиоты. Считают себя непобедимыми и неотразимыми. Когда мама сказала, что сдала им комнаты, я сразу почувствовал: рано или поздно произойдет что-нибудь подобное. Это был только вопрос времени.

– Но это пройдет? Они перестанут быть идиотами? – спросила Саванна, смеясь. Парни, с которыми она имела дело, были серьезными и старательно учились – им не приходило в голову летать с крыш на украденных матрасах.

Майк улыбнулся, а затем наклонился и поцеловал Саванну в нос, чем невероятно поразил ее.

Интересно, что, когда отодвинулся от нее, он почувствовал такое же удивление, как она. Губы Майка были всего в дюйме от ее рта, когда он произнес:

– Это вряд ли.

Вы когда-нибудь станете богатой?

Вы заходите в дамскую комнату в местном магазине и находите там конверт, набитый деньгами. Причем нет никаких указаний, кому они принадлежат, только телефон написан на конверте черной ручкой. Что вы сделаете?

A. Наберете номер и скажете тому, кто ответит, что его пропажа нашлась.

Б. Оставите конверт там, где он лежал. Зачем вам неприятности? Денег так много, что они могут иметь отношение к наркотикам, и вы не желаете, чтобы на купюрах остались отпечатки ваших пальцев.

B. Что за идиотский вопрос! Никто не увидит, как вы возьмете деньги. Вы как ни в чем не бывало положите конверт в сумочку и отправитесь в банк, чтобы открыть счет.

Вам, девушки, выбравшие ответ «А», нужен пропуск в рай? Не старайтесь быть лучше, чем мы, и берите деньги! Предпочитающие ответ «Б» слишком, увлеклись сериалом «Клан Сопрано». Вы никогда не разбогатеете, потому что не готовы рисковать и боитесь даже собственной тени. А девушки, остановившиеся на «В», снова на высоте! По-умному используйте этот неожиданный дар судьбы, и мы встретимся на вашей яхте на Ривьере. Вы умеете брать от жизни все и сами это знаете!

Глава 11

Вечером Майк лежал в кровати у себя в номере, смотрел на стену, за которой жила Саванна Тейлор, и поражался своему поведению. Он не мог поверить, что ни с того ни с сего поцеловал незнакомую девицу. Ради всего святого, он же совершенно не знает, кто она и что собой представляет. Безусловно, она не в его вкусе – ему нравились практичные, ответственные женщины, а не те, что дефилируют в костюме рыбы или разбрасывают по территории мотеля свое белье.

Но его все это не пугало. Майк потер лоб и попытался прогнать мысли о том, насколько мило Саванна выглядела, когда круглыми от ужаса зелеными глазами смотрела, как он вылавливает ее трусики из бассейна. Она была так смущена! Так непохожа на девиц, которые хватаются за ширинку незнакомого мужчины, вроде той женщины… как ее звали? Тиффани? Нет. Эшли. Да, именно Эшли приставала к нему во время полета из Майами.

Майк закрыл глаза и попытался представить, как Саванна делает что-то подобное, и выругался, осознав, что его воображение услужливо ему подыгрывает. Черт побери! И как теперь заснуть?

Вздохнув, он встал с кровати, натянул купальные шорты и прихватил полотенце. Шагая к бассейну, чтобы поплавать и расслабиться, он дал себе клятву: как только бюро частного сыска «Интрепид» закончит проверку Саванны, он пригласит ее на свидание и выяснит, похожа ли она на женщину его мечты.

После всего случившегося за день Саванна ожидала, что будет вертеться в постели до рассвета, вновь и вновь переживая свое унижение. Однако когда Майк выудил из своей сетки ее ключ, она пошла к себе в комнату, удобно устроилась на кровати, натянула на плечи тонкое одеяло и заснула. И спала, как довольный котенок, пока будильник на прикроватной тумбочке не разбудил ее в семь тридцать утра.

Она открыла глаза и выключила будильник. В ее привычки не входило оттягивать подъем, если следует собираться на работу. Она откинула одеяло, ощущая небольшую сонливость и какой-то удивительный оптимизм.

– Наверное, это потому, что хуже, чем вчера, уже не будет, – самокритично сказала Саванна и засмеялась. Затем прошла на кухню приготовить кофе и нахмурилась при мысли о том, что в последнее время она слишком часто разговаривает сама с собой. – Может, стоит завести кошку, – произнесла она, когда ноги коснулись прохладного линолеума. И поразмышляла на тему, будут ли ее разговоры с каким-нибудь домашним питомцем свидетельствовать о том, что она сходит с ума в меньшей степени, чем сейчас. Затем она начала готовиться к своему первому дню в образе «Саванна Тейлор Продает Обувь Звездам». Она повторила эту фразу несколько раз подряд чуть приглушенным голосом, будто диктор телевидения, и ей понравилось, что это звучит довольно солидно.

Саванна подошла к магазину «Валин» без четверти девять. Дверь была еще заперта, поэтому она расположилась на скамеечке на тротуаре и стала глазеть на прохожих. Все выглядели такими счастливыми! Саванна гадала, действительно ли они счастливы, или ей это кажется из-за того, что улицу заливает солнечный свет.

Тут она заприметила высокого, худого мужчину – он быстро шел по тротуару по направлению к ней. Лицо у него было серо-белое, примерно как у нее. Прочие обитатели Неаполя выглядели загоревшими и отдохнувшими. Саванна стала следить за ним краешком глаза. Этот человек не светился от счастья, а, казалось, был очень сердит.

Он прошел мимо нее, не удостоив взглядом, и вообще был слишком погружен в свои мысли, чтобы замечать других пешеходов. Когда мужчина открыл дверь учреждения неподалеку, Саванна прочитала на окне название и сказала:

– А! Это все и объясняет.

Мужчина работал на ее прежнюю компанию, «Рифанд-сити». А поскольку до пятнадцатого апреля оставался всего месяц, она понимала, почему он так бледен. Он, наверное, не видел солнца месяца два и не увидит еще дней тридцать. Бухгалтеры в дни подачи налоговых деклараций похожи на моль и отрываются от дел, только когда начинают умирать от голода или на них набрасываются хищники.

Саванна услышала звук отпираемой двери и повернулась к магазину. Ее новая начальница, Валин, стояла в дверях и выглядела как кинозвезда 40-х годов. Темно-зеленая фетровая шляпа с перьями, нейлоновые чулки со швом. Туфли из крокодиловой кожи такого же темно-зеленого цвета, как шляпа, квадратные мыски, устойчивые каблуки и отполированные латунные пряжки. На Валин было платье в стиле Дорис Дэй – юбка такая узкая, что ходить хозяйка магазина могла, только сильно покачивая бедрами. На Саванне подобный костюм выглядел бы нелепо, но на высокой блондинке Валин – исключительно гламурно.

В свой первый рабочий день Саванна решила опробовать «Кролика на лыжах» – комплект номер 5 из «Семи сексуальных новых ансамблей». Она даже чувствовала себя слегка эффектной в белом костюме и с серебряным поясом на талии. Белый, отороченный мехом кардиган был немного не по сезону, но Саванна решила, что в бутике с кондиционером он будет в самый раз. Единственная проблема заключалась в туфлях. Журнал предусматривал к этому наряду пару белых непальских сапог, которые в солнечном Неаполе смотрелись бы совершенно по-идиотски. Тогда Саванна «запила» сандалии «металлик» из ансамбля номер 6 – «Жаркие ночи большого города», но с отороченным мехом кардиганом они как-то не сочетались.

Саванна очень надеялась, что Валин ей что-нибудь подскажет, поэтому, когда они вошли в магазин, сразу обратилась к ней:

– Сегодня утром я поняла, что эти сандалии не сочетаются с моим костюмом. Вы не могли бы мне что-нибудь посоветовать?

Валин укладывала сумку в один из ящиков под кассой посреди бутика и повернулась, чтобы посмотреть на ноги Саванны. Прищурившись, она постучала указательным пальцем по нижней губе и сказала:

– Хм… – Затем она кивнула: – Да. У меня есть то, что тебе нужно. Какой у тебя размер? Шесть с половиной?

– Да! – обрадовалась Саванна, кладя сумочку в ящик рядом с сумкой Валин.

– Иди за мной, – велела Валин. – Я покажу тебе, как совершаются выдающиеся открытия.

Саванна начала новую карьеру в серебристых ботиночках до щиколоток на четырехдюймовом каблуке. Они заставляли ее покачиваться на ходу и ощущать себя настоящей сексуальной богиней – она ловила свое восхитительное отражение во множестве зеркал, расставленных по магазину. Ботиночки, несмотря на сорокапроцентную скидку, полагающуюся Саванне как сотруднице магазина, обошлись ей в сотню долларов. Теперь у нее на счету оставалось меньше двухсот, и можно было считать, что она разорена. Сначала у нее украли имя, затем она приехала сюда искать Вану, и все это могло закончиться финансовым крахом, но ее это мало волновало. По крайней мере она совершает что-то непривычное.

Кстати, о непривычном. Саванне было интересно, боится ли воровка, что кто-нибудь из жертв попробует найти ее. Скорее всего она понимает: если не покушаться на большие суммы денег, то можно умело заметать следы и ФБР ею не заинтересуется. Как объяснил агент Харрисон, правоохранительные органы расценивают кражу имени как преступление без жертвы, поскольку пострадавшая сторона всегда может опротестовать сделанные от ее имени выплаты. Если ваше имя украдено, то процесс исправления кредитной истории не окажется легким и быстрым, но в этом нет ничего невозможного. Так кто заплатит за преступление? Саванна хотела это знать. Агент Харрисон сказал, что траты изначально ложатся на эмитентов кредиток и магазины, а потом они, конечно, перекладываются на потребителей в виде повышения процентов по кредитам и цен. В каком-то смысле, думала Саванна, это можно считать отмыванием денег. Берете преступление, прекращаете считать жертву потерпевшей урон, и вуаля – никаких нарушений закона.

Но Саванна не собиралась сдаваться легко. Она хотела встречи с женщиной, потратившей тысячи долларов на туфли в магазине «Валин». Она не представляла, что сделает, когда найдет Вану, она просто знала, что должна отыскать ее и посмотреть, сделали ли дорогие обеды и фантастическая обувь эту мошенницу такой женщиной, какой Саванна мечтала быть.

– А вот и ваша первая покупательница, – промурлыкала Валин, когда раздался звонок колокольчика и вошла темноволосая женщина, за которой следовала ее миниатюрная версия, видимо дочь. Валин подбодрила Саванну улыбкой и удалилась в кладовую.

Саванна знала, что Валин будет наблюдать, как она общается с покупателями, поэтому одарила их наиярчайшей улыбкой и радостно сказала:

– Доброе утро! Я могу вам помочь?

– Байрони, побудь здесь. А я пока пойду на другую сторону улицы. И когда закончу свои дела, приду за тобой. – Женщина даже не поздоровалась.

Она просто повернулась и ушла. Брошенная девочка лет одиннадцати-двенадцати явно чувствовала себя не в своей тарелке, она медленно пошла вдоль искусно оформленной витрины.

Валин выставляла обувь на прозрачных акриловых подставках разной высоты. Свет эффектно падал на каждую композицию из подставок и туфелек, и казалось, что они светятся изнутри. «Обувь как объект поклонения», – подумала Саванна.

Однако Байрони не была в настроении кому-либо или чему-либо поклоняться. Она равнодушно взяла сандалию от Стюарта Вайцмана, украшенную стразами от Сваровски, бросила на пол, сунула в нее ногу, не потрудившись сначала снять адидасовскую тапочку для спа-процедур, и зацокала по магазину, как капитан Крюк на деревянной ноге.

– Э… Видите ли, у нас нет обуви для детей, – нерешительно начала Саванна, когда девочка, сделав один круг, пошла по второму. Саванна бросила взгляд в сторону кладовки, но Валин словно испарилась.

– Я ищу подарок. – Байрони высокомерно посмотрела на Саванну из-под ресниц, будто та была идиоткой.

Не желая обидеть девочку (а вдруг это правда?), Саванна оставила свои мысли при себе, а думала она вот что: «Какой ребенок сможет потратить триста шестьдесят пять долларов на туфли, даже если они предназначаются кому-то в подарок?» Она лишь спросила:

– Хорошо. Для кого тебе нужен подарок?

Байрони продолжала нарезать круги по магазину.

– Для няни, – ответила она.

– О! – удивилась Саванна. – Это с ней ты сюда пришла?

Девочка остановилась и посмотрела на нее так, как Саванна обычно смотрела на зануд или людей, мучающих животных.

– Нет, – возразила Байрони. – Это моя мама. Кармина сегодня больна.

– И именно поэтому ты покупаешь ей подарок? Чтобы она поскорее выздоровела? – поинтересовалась Саванна, гадая, каким образом этой нахальной тощей девчонке удается смотреть на продавщицу как на свою подданную.

Байрони некоторое время глазела на нее, затем выдала презрительное «Уф!» и проговорила только два слова: «День рождения», – как будто эти вопросы совершенно вывели ее из себя.

Но Саванна решила больше не давать этому ребенку спуску и напомнила себе, что никто не вправе заставлять ее чувствовать себя дурой. Она одарила девчонку веселой улыбкой и пошла к пастельного цвета удобным туфлям, отороченным шерстью барашка и украшенным фирменным знаком «Найк».

– Вот прекрасный подарок для тех, кто много времени проводит на ногах. – И добавила: – И стоят всего-навсего восемьдесят долларов девяносто пять центов.

Но Байрони эти самые туфли даже взглядом не удостоила, хотя и цокала вслед за Саванной.

Саванна поставила туфлю на подставку.

– Нет? Может, что-нибудь более оригинальное? – Она огляделась, ее взгляд упал на туфли, которые, по словам Валин, поступили только в конце прошлой недели. Это были черные сабо с белой строчкой, украшенные белыми, пурпурными, розовыми или голубыми кожаными цветами на выбор. – Видишь, какие интересные? – Саванна протянула одну туфлю Байрони. Она посмотрела на приклеенный на подошву ценник и добавила: – И цена еще более разумная – семьдесят девять долларов девяносто пять центов.

Байрони лишь презрительно фыркнула, но Саванна не собиралась сдаваться. Целых полчаса она вертела перед носом Байрони туфли из состаренной кожи, расшитые бисером, мокасины, сандалии на каблуке, туфли без пяток, удобные модели с резинками вместо шнурков, тапочки и добрые, надежные туфли-лодочки. Все это было категорически отвергнуто.

– Если Питер Пэн вел себя так же, то я понимаю, почему капитан Крюк хотел его смерти, – тихо пробормотала Саванна, готовая потерять терпение и приказать ребенку сесть, заткнуться и отдать ей туфлю со стразами. Но тут дверь открылась и в магазин вошла мать Байрони.

– Как ты себя вела? Как она себя вела? – спросила женщина сначала у дочери, а затем, не дожидаясь ответа, повернулась к Саванне.

– Я не догадывалась, что я ее временная няня, – буркнула Саванна.

– Извините? – удивилась мамаша, вешая на плечо сумку от Луи Вуиттона за девятьсот долларов. (Саванна знала это – такую же сумку она видела в «Гламуре» вчера вечером в разделе «Не можете это себе позволить? Тогда попробуйте вот что».)

Байрони впервые посмотрела на Саванну и сладко ей улыбнулась.

– Кармине они очень понравятся, – заявила она, показывая на поблескивающую сандалию, которую мучила последние сорок минут.

– О да. Они миленькие. – Ее мать рассеянно взглянула на часы, будто вспомнила о чем-то важном.

– Какой размер вам нужен? – спросила Саванна, твердо решившая не отпускать покупателей с пустыми руками после стольких усилий.

– Мы будем помнить о них, когда отправимся на шопинг. Шевелись, Байрони. Нам пора.

Саванна стиснула зубы, а девочка посмотрела на нее и кокетливо поморгала.

– Да, нам пора идти, – пропела она. Затем поболтала ногой, и сандалия соскользнула с ее ноги на ковровое покрытие, немного покачалась и наконец упала набок. Байрони пошла за матерью к двери, приостановилась, помахала рукой Саванне и сказала: – Бай-бай! – А потом дверь за ней закрылась.

Как вы справляетесь с конфликтыми ситуациями?

По некоторым причинам слово «конфликт» кажется многим не слишком благозвучным. Почему получается так, что некоторые люди, особенно женщины, злятся, когда другие выражают точку зрения, отличную от их собственной? Так, значит, с вами, кто-то не согласен? Подумаешь! Пройдите наш тест и выясните, насколько хорошо вы умеете улаживать конфликты.

Коллега, которая лишь ненамного старше вас, всегда получает лучшие задания, оставляя вас с носом. Во время совещания босс предлагает проект, идеально вам подходящий, но – как всегда – ваша коллега поднимает руку первой. Как поступаете вы?

A. Берете еще один кекс с клубничным кремом из коробки со сладостями, которую захватили с собой на совещание, и в бешенстве засовываете в рот.

Б. Ставите перед боссом ультиматум: вы получаете этот проект или увольняетесь.

B. Спокойно обосновываете причины, почему это задание идеально подходит именно вам. Если же босс все равно дает его вашей коллеге, говорите, что готовы быть правой рукой руководителя. Всем нравится играть в команде!

Если ваш ответ «А», вывод таков: в будущем вы будете страдать от избыточного веса и язвы желудка. Перестаньте оставаться рохлей и боритесь за свои права. Если вы выбрали пункт «Б», то знайте: вам часто придется в раздражении увольняться с работы, пока вы не осознаете, что, действуя как капризная примадонна, можете добиться чего-нибудь, только выбрав карьеру актрисы или оперной певицы. А вы, девушки, предпочитающие ответ «В», далеко пойдете. Вы умны, спокойны, разумны – чего еще желать начальнику?

Глава 12

Саванна смотрела на лежащую на полу туфлю и кипела от ярости. Ох уж эта избалованная девчонка! С ней, Саванной, обращались как с ничтожеством. Ее так не оскорбляли с… с… Боже, прежде она ни разу не чувствовала такой обиды. Когда Саванна была бухгалтером, все благодарили ее за работу. Да, кому-то мог не нравиться Налоговый кодекс, некоторые считали, что правительство отбирает у них слишком много денег, но с ней никто не обращался без должного уважения.

– И как у вас дела? – поинтересовалась Валин, выходя из кладовки, будто отсутствовала всего несколько секунд.

Сделав глубокий, успокаивающий вздох, Саванна повернулась к хозяйке и печально покачала головой:

– Я ничего не продала. Наверное, следовало быть поласковее с девочкой, но она вела себя так странно.

Валин удивила Саванну – она похлопала ее по спине и рассмеялась:

– Не вините себя. Они пришли сюда не за покупками.

– Что вы хотите сказать? – удивилась Саванна.

– Миссис Голдмен никогда ничего не покупает, если приходит с дочерью. Просто, когда их няня заболевает, она, не зная, куда пристроить девочку, оставляет на наших продавцов, а сама тем временем занимается своими делами.

– О! – Саванна была поражена. – И как это мать может не знать, куда деть собственного ребенка? А чем же она занимается, эта миссис Голдмен?

Валин снова рассмеялась и кивнула подбородком в сторону окна:

– Видите человека, что выходит из страхового агентства?

Саванна посмотрела на противоположную сторону улицы. Из офиса только что вышел красивый молодой человек, он поправлял галстук.

– Да.

– Он пасынок миссис Голдмен. Его отец отошел от дел, и теперь все в руках этого мужчины.

– И что? – Миссис Валин замолчала, но Саванна была заинтригована и продолжала вопросительно смотреть на нее.

– Давайте скажем так: мистер Голдмен делит с сыном не только список клиентов.

– Ого! – ахнула Саванна. – То есть вы хотите сказать, что миссис Голдмен приходит сюда, оставляет у вас свою дочь, а сама тем временем занимается понятно чем с собственным пасынком чуть ли не на его рабочем столе?

– Точно, – кивнула Валин. – И никто у нас не возражает, потому что, когда их няня здорова и миссис Голдмен является сюда одна, то кассирша, да и все остальные остаются очень и очень довольны. – Валин слегка повела худым плечом. – Байрони Голдмен может казаться совершенно невыносимой, но она еще и богата, а ее родители – люди влиятельные, вот все и терпят. Именно так обстоят дела.

Вот еще одна сторона жизни, с которой Саванна не сталкивалась, будучи бухгалтером. В «Рифанд-сити» ее клиенты принадлежали в основном к среднему классу, и у них не было достаточно денег, чтобы волноваться о том, как укрыть свои доходы от налоговой инспекции. Некоторые жители Мэпл-Рэпидз, чьи доходы превосходили средние, пользовались услугами Джорджа Биллингас Седьмой улицы, потому что Джордж когда-то работал в «Прайс-уотерхаус Купере» в Детройте, и они думали, будто качество услуг у него выше, раз он дерет в четыре раза больше по сравнению с «Рифанд-сити». Да, у нее за все годы работы был один или два клиента, дела которых требовали больше времени из-за запутанности их деклараций, но с них брали столько же, сколько с остальных… и они, черт возьми, не приводили к ней своих детей, чтобы она присматривала за ними, пока сами трахаются с менеджерами из «Супершоп-марта». Если бы кто-нибудь когда-нибудь попробовал такое проделать, ее начальник немедленно поставил бы бессовестного налогоплательщика на место. Он не стал бы кивать, пожимать плечами и вести себя так, будто обхаживание детей клиентов входит в обязанности Саванны.

«Возможно, именно это и есть ключ к гламурному миру, – думала Саванна, направляясь к полкам, чтобы расставить туфли по местам. – Он забавен и волнующ, но только в том случае, если ты находишься в той части математического равенства, где значатся деньги».

В это утро поток покупателей вливался и выливался из магазина довольно равномерно. Одни уходили с плотными бумажными пакетами с логотипом «Валин», другие – с пустыми руками. Большинство покупателей были вежливы, кое-кто – высокомерен, а один-два совершенно не обратили на Саванну внимания, будто она была чем-то вроде пакетиков с гелем, которые кладут в каждую коробку с обувью, чтобы она не плесневела.

Ко времени ленча у Саванны заболели ноги. Ее серебристые башмачки были очень даже милыми, но никак не практичными. Валин отпустила ее на получасовой перерыв, и в час тридцать она так быстро, как только могла, ринулась на высоких каблуках к кофейне, расположенной через две двери от магазина. Она купила обычный кофе за восемьдесят пять центов, оказавшийся не таким уж плохим (в соответствии со своим новым бюджетом ей пришлось забыть о любимом двухдолларовом «Американос») и сандвич с помидорами, базиликом и моцареллой – самое дешевое и сытное блюдо в меню. Заплатив за ленч, Саванна вышла в патио кофейни и постаралась не расстраиваться из-за своей финансовой ситуации. Она подумала, что все-таки дни, когда она ела лапшу быстрого приготовления и картофельный салат, остались в прошлом.

Саванна села, развернула сандвич и стала откусывать понемножку, чтобы есть как можно дольше. На тротуаре стояли столы и тяжелые металлические стулья, за ними сидели ухоженные люди, рядом расположились не менее ухоженные собаки и кошки. Посетители пили латте и чай со льдом за три доллара.

Саванна отодвинула тарелку на край стола и стала размышлять о своей новой работе. Она думала, что «Продавать Обувь Звездам» окажется более гламурным занятием, чем вышло на самом деле.

Она не могла понять, почему такие мысли лезут ей в голову, – наверное, все, ассоциирующееся с Ваной, представлялось ей волнующим и веселым.

Золотые часики сидевшей неподалеку женщины отразили солнце, и солнечный зайчик на какое-то мгновение ослепил Саванну. Ладно, может, продавать обувь не так заманчиво, но бросать это занятие Саванна не собиралась. Ее банковский счет становился все меньше, и ей было необходимо обрести почву под ногами. Это лишь первый день. Дальше дело пойдет лучше. И она не может опять стать бухгалтером. С нее достаточно спокойной жизни. Новая Саванна должна быть открыта для новых впечатлений.

– Хотите попробовать? – Молодой человек с взъерошенными волосами и дырками в мочках ушей, такими большими, что в них можно было вставить веточки, сунул ей под нос маленькие пластиковые чашечки.

Они были наполнены цементного цвета смесью, от одного вида которой Саванна пришла в содрогание, и сделала глоток кофе, чтобы ее не затошнило.

– Нет, спасибо, – ответила она в надежде, что парень уберет мерзкое пойло, прежде чем она распрощается со съеденным кусочком сандвича.

– Тут водоросли, проросшая пшеница и черника. Вам будет полезно, – добавил мужчина, будто это могло произвести на Саванну впечатление.

– Еще больше причин не пробовать эту адскую смесь, – сказала она и посмотрела на часы. Нужно было быстро доедать сандвич. Совсем скоро ей возвращаться в магазин.

И все же она не успела допить кофе – пришлось прихватить его с собой в надежде, что политика «Никакой еды и напитков» на нее не распространяется. Когда она вернулась в магазин, Валин в зале не было. Саванна сунула кофе под кассу, а затем громко возвестила:

– Я здесь!

Валин появилась из подсобки через несколько секунд, на ней были другие туфли, не те, что утром.

– Какие замечательные! – сказала Саванна, указывая на туфли, и это была чистая правда – зеленые замшевые лодочки смотрелись очень стильно.

– Вам они нравятся больше, чем другие? – поинтересовалась Валин, вертя ногой, чтобы Саванна могла их лучше рассмотреть.

Саванна сжала губы и задумалась.

– Хм… Эта пара нравится мне больше сама по себе, но те туфли, которые были на вас прежде, лучше смотрелись с костюмом.

Валин нахмурилась и долго молчала. Затем кивнула и сказала:

– Вы правы. – Но Саванна заметила, что она не стала переобуваться, когда отправилась на ленч.

– Может, это вопрос типа «почему крышки люков круглые», – пожала плечами Саванна, делая глоток чуть теплого кофе и нажимая на компьютере клавишу «Z». Теперь, когда она осталась одна, можно войти в список продаж и поискать адрес Ваны – вдруг авантюристка попросила доставить ей пару туфель на дом. Или адрес может оказаться среди координат постоянных покупателей. Если так, у Саванны есть шанс выйти на эту женщину.

Она нажала нужные клавиши и стала искать собственное имя, очень удивившись, что компьютер выдал сразу несколько вариантов. Она думала, все окажется гораздо сложнее. Поглядывая на часы над дверью, чтобы знать, как долго отсутствует Валин, Саванна изучила первую запись. В декабре прошлого года Вана купила две пары туфель от Сальваторе Феррагамо и сапоги от Дональда Плинера. Саванна записала номер кредитной карты, которой была оплачена покупка, желая сравнить его с имеющимися у нее сведениями и удостовериться, что на ее имя не изготовлена еще одна кредитка, о которой ей ничего не известно. Она просмотрела остальные записи, но новой информации не нашла. Закончив с этим, она обнаружила список адресов рассылки рекламы, но Вана не была на нее подписана.

Саванна быстро вышла из программы, услышав звяканье дверного колокольчика. Она не могла понять, почему чувствовала себя виноватой, просматривая файлы Валин. Ведь она не сделала ничего плохого. Тем не менее комплекс вины заставил ее закрыть программу, и она попыталась придать взгляду исключительную невинность, когда в магазин вошла женщина, напоминающая азиатскую версию куклы Барби.

Высокая и стройная, с невозможно длинными ногами и гладкими блестящими темными волосами, доходившими до талии. На ней было так много ювелирных украшений, что она блестела и сверкала в буквальном смысле слова. Когда же Саванна подошла к ней ближе, то поняла: причиной этого были вовсе не драгоценности. Сияние исходило от волос и тела женщины, покрытой косметикой от ногтей на пальцах ног до кончиков сияющих черных волос. Женщина немного повернулась, и Саванна углядела в большой, перекинутой через плечо сумке крошечный носик абрикосового цвета шпица.

Ах да, если верить «Космо», маленькие собачки – самый модный аксессуар в этом сезоне.

– Добрый день, – поздоровалась Саванна, выходя из-за кассы. – Могу я помочь вам подыскать что-нибудь?

– Да. Мне нужны туфли на свадьбу, куда я иду вечером шестнадцатого апреля. На мне будет золотое платье.

«Естественно», – подумала Саванна, но она была достаточно умна, чтобы не высказать это вслух.

– Платье длинное или короткое? – поинтересовалась она, будто длина могла ей чем-нибудь помочь. Вообще-то она не имела ни малейшего представления, что подойдет к золотому платью, кроме золотых туфель, разумеется. Что еще здесь можно придумать? Других вариантов не было, если только не появилось какой-то новой тенденции сочетать с золотым черное или серебряное.

– Длинное. До самого пола. Спереди у него разрез, так что, когда я буду стоять или ходить, туфли окажутся видны. – Женщина передернула плечом и села на красный бархатный диван. Сумку она поставила рядом, и шпиц высунул из нее голову, его торчащий маленький черный носик и темные усы напомнили Саванне мышку. Собака, как и ее хозяйка, излучала сияние, и Саванна попыталась вспомнить, что пишет «Космо» о людях, которые чем-то намазывают собак, чтобы они блестели.

Ну да ладно. Судить людей и их зверушек – не ее забота. Она должна продавать туфли.

– Мне кажется, у нас есть именно то, что вам требуется, – сказала она, а затем посмотрела на ноги женщины – наверное, они на два размера больше, чем у Саванны, которая носит шесть с половиной. – Какой у вас размер? Восьмой? Восьмой с половиной? – спросила она.

– Шестой. – Женщина злобно прищурилась на Саванну, будто та обвинила ее в том, что у нее уродливые дети.

Саванна снова посмотрела на ноги женщины.

– Хм… Я говорю о размере вашей ноги, – неуверенно уточнила она.

– У меня шестой размер. – Женщина повторила это ледяным тоном, и Саванна поняла: глобальное потепление откладывается лет на десять.

– Да, мэм. Прошу прощения за ошибку. – Саванна немного отступила, одарила женщину подобострастной улыбкой и вошла в подсобку, чтобы забрать все имеющиеся в магазине коробки с золотыми туфлями шестого размера. – Это гораздо труднее, чем заполнить форму 1040, – пробормотала она, вставая на мысочки с целью добраться до сандалий от «Прада» с ремешками на икрах. Она стала гадать, когда же ощутит всю «гламурность» своей работы – наверное, после того, как подружится с покупательницами, которые пригласят ее в свой веселый, стремительный мир. Потому что продавать туфли – даже дорогие и в магазине «Валин» – не совсем то, что Саванна называет «жить полной жизнью». Работа бухгалтера не была слишком уж хороша, но по крайней мере Саванна понимала: она помогает людям. Следить за детьми богатых женщин в то время, как те совращают своих пасынков, искать оттенки золотого цвета, который идеально подойдет к чьему-то платью, – не об этом она мечтала.

Саванна появилась из кладовой, у нее в руках было столько коробок золотых туфель, что ей приходилось вытягивать шею.

Женщина достала свою маленькую сияющую собачку из сумки, и та теперь исследовала затянутый ковровым покрытием пол, принюхиваясь к подставкам с обувью. Кладя коробки на пол, Саванна краем глаза следила за собачкой. Она надеялась, что той не захочется пописать, и если Валин думает, что продавщица будет вытирать собачью мочу, то она сразу уволится, и даже скидка на обувь не удержит ее. Саванна начала понимать: чтобы стать новым человеком, она готова далеко не на все. Оттирать собачьи нечистоты с пластиковых подставок – такое занятие относилось к разряду «ни за что, даже если ад замерзнет».

Продолжая следить за шпицем, Саванна придвинула стул к ноге женщины и сняла крышку с первой коробки. Упаковочная бумага тихо хрустела, когда она разворачивала сандалии с ремешками для пальцев и лодыжек. Они выглядели такими хрупкими, что, казалось, опадут, если их потрогать. Эта модель была самой любимой моделью Саванны из всех тех, которые она принесла на примерку. И она благоговейно погладила одну из сандалий, доставая ее из коробки.

– Разве это не прекрасно? – выдохнула она.

Но поскольку клиентка выглядела скучающей, Саванна решила оставить свое мнение при себе. Она вынула картонные прокладки и стала надевать сандалию на ногу женщины.

Чуда не произошло. Она была ей мала.

– О… – начала Саванна, не зная, как вежливо указать на то, что каблук на два дюйма не доходит до пятки, а поскольку завязки слишком туги, кровообращение ноги нарушается.

– Ужас что такое. Попробуйте что-нибудь другое, – приказала женщина, высокомерно взмахнув рукой с идеальным маникюром.

Саванна проглотила свое унижение. Женщине не подойдет ни одна пара из этих сандалий, а ей придется провести целый час, вынимая и засовывая назад прокладки и распорки, хотя вся проблема заключалась в том, что номер, напечатанный на коробке, соответствовал неким стандартам красоты, устоявшимся в сияющей голове этой женщины.

Какая разница, какого размера туфли – шестого или пятнадцатого? Если они не врезаются в пальцы и не натирают на пятках мозоли, кому какое дело, что написано на коробке?

Какая интересная мысль! Саванна прищурилась и оглядела коробки на полу. В этот момент ей был не важен размер. Важно было продать босоножки.

Саванна встала и собрала с пола коробки. Делая вид, что не замечает удивленного взгляда женщины, она сказала:

– Я сейчас вернусь. – Затем поспешила в кладовую и поменяла девятки на шестерки на некоторых босоножках. Если женщина купит пару «другого» размера, она просто переклеит номер на этой чертовой коробке. Не так уж много людей внимательно изучают коробки с обувью.

Надеясь, что ее план сработает, Саванна вернулась в зал и увидела, что шпиц жует ремешки сандалий, которые она оставила на полу. Покупательница тем временем разговаривала по сотовому и не обращала никакого внимания на свое сокровище.

– Плохая собачка, – сделала замечание Саванна, поднимая туфли с пола. На одном из ремешков были отпечатки крошечных зубов, у другой сандалии был перегрызен ремешок. Туфли были вконец испорчены.

Саванна не стала ждать, пока женщина закончит разговор, и натянула на ее ноги следующую пару. Покупательница пробормотала обычное «ага», оглядывая золотистые босоножки, а затем отрицательно покачала головой, давая знать, что они ей не нравятся. Наконец они остановились на шестой паре – на босоножках с каблуком три с половиной дюйма и отделкой из бисера на пальцах и подъеме. Ради них женщина встала и посмотрела в зеркало, шпиц с энтузиазмом вертелся у ее ног. Какое-то время покупательница изучала босоножки, а затем снова устроилась на диване.

– Я их беру, – заявила она Саванне.

Саванна, прежде чем пройти к кассе, аккуратно убрала с пола отвергнутые туфли. Ей хотелось, чтобы поскорее объявилась Валин и решила судьбу сандалий, которые сжевал шпиц. Не было никакой возможности продать их теперь за полную цену. И казалось несправедливым взвалить финансовые убытки на Валин, ведь клиентка сидела и спокойно смотрела, как шпиц разделывается с босоножками, не пытаясь ничего предпринять.

Именно когда Саванна собиралась вручить женщине чек на две пары туфель, в дверь влетела Валин. Она и покупательница чмокнули воздух рядом с щеками друг друга и заговорили на высоких тонах, как женщины, едва знающие друг друга, но притворяющиеся лучшими подругами.

Пока Валин и покупательница болтали о свадьбе, на которую женщина пойдет на следующей неделе, Саванна тихонько пододвинула к ней чек.

– Что это такое? – спросила женщина далеко не дружелюбно, и ее миндалевидные глаза сузились до устрашающих щелочек.

– Э… э… Ваш чек, – ответила Саванна, ее слова прозвучали как вопрос.

– Здесь указаны две пары туфель, а я покупаю только одну. Вы пытаетесь ограбить меня?

Валин выхватила чек из рук женщины и весело рассмеялась:

– Простите, Ясмин. Саванна у нас новенькая. Она, должно быть, ошиблась.

– Кх… – закашлялась Саванна и посмотрела на входную дверь, будто замыслила побег. – На самом деле это не ошибка. Собачка сжевала ремешки сандалий от «Прада», и я полагаю, за это должна ответить хозяйка. Мы не сможем продать их в таком виде, – объяснила она и протянула испорченные босоножки Валин.

– Мой маленький Муши не делал этого, – солгала покупательница. Более того, она посмотрела на Саванну взглядом, который говорил: «Я знаю, что ты знаешь, что я лгу. Очень жаль, но ты ничего не можешь с этим поделать».

– Да, он… – начала Саванна, но Валин перебила ее, снова фальшиво рассмеявшись.

– Об этом не беспокойтесь, – сказала она, а затем отодвинула Саванну в сторону, словно та могла сорвать сделку и опять приняться за свое.

Саванна попыталась придать лицу приятное выражение, но внутри у нее все кипело. Нельзя, чтобы эта женщина сорвалась с крючка, но если Валин готова платить за нее, пусть разбираются сами. Но как же все это непросто!

– Пока, Ясмин. Желаю получить удовольствие от свадьбы, – сияла улыбкой Валин, когда женщина взяла туфли и свою зловредную собачку, а затем покинула магазин.

Входная дверь захлопнулась, Саванна глубоко вздохнула и повернулась к хозяйке.

– Ее собака действительно сгрызла эти туфли, – сказала она, присущее ей чувство справедливости не могло позволить немедленно забыть об этой сцене.

– Да, – безмятежно кивнула Валин. Для женщины, только что потерявшей туфли за двести пятьдесят долларов, она выглядела очень спокойной. – И кому-то придется возместить ущерб. Видишь ли, Саванна, когда ты работаешь в магазине, то отвечаешь за все туфли, к которым имеешь отношение. Короче, я жду от тебя чек до конца рабочего дня. Конечно, твоя сорокадолларовая скидка остается в силе.

И с этими словами Валин скрылась в подсобке. Саванна же судорожно пыталась вздохнуть и гадала, сколько часов ей придется работать на новом, гламурном, месте, чтобы просто выйти из минуса.

Живите в свое удовольствие

Вы совсем недавно в городе, и у вас нет возможности встречаться с новыми людьми. Наступил вечер пятницы, вы принарядились, но пойти вам некуда. Что вы предпримете?

A. Переоденетесь в домашний костюм и проведете вечер наедине с кошкой, просматривая старые романтические фильмы.

Б. Возьмете книгу и отправитесь в тихий итальянский ресторанчик.

B. Вам хочется танцевать, поэтому вы обоснуетесь в каком-нибудь новом модном баре. Кому какое дело, что у вас нет спутника? Не успеете и глазом моргнуть, как вас обступят мужчины!

Если вы выбрали ответ «А», то вам необходимо вдохнуть в себя жизнь! Девушки, остановившиеся на пункте «Б», на правильном пути – надо просто откладывать книгу в сторону и периодически оглядывать посетителей. Никогда не знаешь, может, мистер Идеал сидит за соседним столиком! Если вы остановили свой выбор на ответе «В», вам не нужны наши советы. Хватайте быка за рога и наслаждайтесь жизнью!

Глава 13

Ноги Саванны убивали ее – и в буквальном и в переносном смысле. Она забыла, каково это – весь день провести на высоких каблуках. Ботиночки, купленные утром, великолепно подходили к се наряду «Кролик на лыжах», но не были самой удобной обувью из всего, что она носила. Плюс к этому, оплатив свою новую обувь и испорченные сандалии, она оказалась почти полным банкротом.

Снимая с плеч отороченный мехом кардиган. Саванна пыталась прогнать терзавшие ее сомнения. Новая работа должна придавать ей силы, а не изматывать. Саванна должна была чувствовать себя светской, стильной и модной, но была слабой из-за того, что весь день провела на ногах, и расстроенной – ведь Валин оштрафовала ее. Так что превращение из уродливой гусеницы в прекрасную бабочку проходило не слишком гладко, и Саванна никак не могла поверить, что она преодолела почти полторы тысячи миль, убегая от привычной жизни, чтобы потерпеть ужасное поражение здесь, в Неаполе.

Плечи поникли, но Саванна продолжала идти вперед.

– О'кей, прекрати. Один неудачный день не свидетельствует о провале, – прошептала она, увидев покатую крышу цвета морской волны мотеля «Песчаные дюны». Непонятно почему, но ей сразу же стало легче – ведь она не думала о мотеле как о родном доме, – но по какой-то непонятной причине она пошла быстрее. Возможно, сил придавало знание того, что в нескольких сотнях ярдов есть горячая вода.

Саванна вошла во двор, прислушалась, желая выяснить, не доносятся ли откуда-нибудь странные звуки, которые предупредили бы ее об опасности, но до нее долетело только громовое буханье музыки, смех и плеск воды в бассейне. Она вышла из тени и увидела, что игра в мяч в самом разгаре. Девочки сражались против мальчиков, и создавалось впечатление, что главной целью для всех было казаться как можно менее одетыми, когда они выгибались, чтобы ударить по черному мячу с огромной цифрой восемь, летавшему туда-сюда над сеткой высотой в два фута.

– Привет, Саванна! – крикнула Кристина, высовываясь из воды бассейна, чтобы отразить удар Джеймса. Яркое желтое бикини ничуть не скрывало всех прелестей ее фигуры, когда она подняла руки, чтобы ударить по мячу.

Саванне очень бы хотелось иметь хоть часть той уверенности, с которой держалась Кристина.

– Привет! – крикнула она в ответ и помахала всей компании, прежде чем подняться на крыльцо.

Она отперла дверь комнаты и вдохнула охлажденный кондиционером воздух, бросая сумочку и пакет из «Валин» на кровать. Саванна села на тонкое покрывало с изображением ракушек и стянула новые ботинки. Казалось, ее ноги стали толще вдвое, и она со стоном начала растирать ноющие пальцы.

– Ты привыкнешь к этому, – попыталась она утешить себя, проходя в ванную комнату набрать воду для ножной ванны.

Пока ванна наполнялась, Саванна положила на ее край полотенце, чтобы не съехать вниз, и развесила сушить трусики. Затем вернулась в комнату за каким-нибудь журналом.

Она оставила сложенные ровной стопкой журналы рядом с выписками по кредитным карточкам Ваны на столешнице, которая отделяла кухоньку от комнаты. Зеленые и синие стакеры отмечали статьи, которые ее особенно интересовали. Саванна взяла верхний журнал из стопки и снова выровняла ее. Глаза быстро пробежали по множеству выписок.

Теперь, когда Саванна пробыла в Неаполе несколько дней, она успела увидеть некоторые места, куда часто наведывалась Вана: «Жирный кот», «Валин», «Мебель Мейсона», «Элитные ювелирные украшения», бар «Коктейлз», «Парфюмерный бутик», «Дамское белье от Джилли» – все эти магазины находились на усаженном деревьями Саншайн-паркуэй. Саванна не сомневалась, что когда проработает здесь чуть дольше, то обязательно найдет авантюристку.

И когда она это сделает… Впрочем, Саванна не знала, чем все кончится. Она понимала: ей надо сердиться на Вану, ведь та разорила ее и испортила ей репутацию. Но, по правде говоря, в глубине души Саванна восхищалась этой женщиной – та знала, чего хочет от жизни, брала это и не волновалась об остальном. Может, если они встретятся, частичка этой уверенности в себе перепадет и Саванне.

Она прижала журнал к груди и закрыла глаза, напоминая себе, что новая жизнь, к которой она так стремилась, где-то рядом. Саванна видела это так ясно: вот она в белом шелковом костюме, босые ноги наслаждаются теплом плиточного пола дома на побережье. Волны бесконечно подкатывают к берегу – только убежит одна, сразу появляется другая. Дети визжат и смеются, играя в салочки с волнами, и гоняются за чайками, пирующими над океаном. Солнце льется в дом через большие, защищающие от ураганов окна (в ее мечты затесалась-таки одна разумная мысль), и стены становятся чуть голубыми, зелеными и желтыми. У нее за спиной кто-то стоит и зовет ее. Она улыбается и оборачивается, желая увидеть темноволосого таинственного мужчину своей мечты, но, открыв глаза, упирается взглядом в холодильник цвета авокадо.

Саванна вздохнула.

– Не о таком я мечтала, – сказала она, стараясь не скорчить гримасу от несоответствия ее фантазий и реальности. И пошла в манную. Тут она подумала: «Интересно, а где жила Вана? В уютном Пупгало на побережье или в импозантном особняке, выходящем па океан? А может, в пентхаусе, куда ее доставлял собственный лифт?»

Она села на край ванны и погрузила ноги в теплую воду. Саванна на была абсолютно уверена, что Вана не слишком много вечеров провела в крошечном номере мотеля, делая ванны для гулящих ног.

Она стала листать журнал, лежащий у нее на коленях, желая отвлечься от неприятностей. К несчастью, она сразу же наткнулась на тест о том, как проводить время в незнакомом городе. Чтение и панной комнате там упомянуто не было, но Саванна понимала, что это занятие эквивалентно просмотру старых фильмов в домашней одежде. Согласно тесту, она должна была отправиться в какой-нибудь модный бар. Одна.

Она в жизни не ходила в бар одна, и мысль об этом не слишком вдохновляла. В основном, наверное, потому, что Саванна всегда внимательно слушала мать, когда та вещала ей о том, какие недостойные девицы делают это. Если выразиться осторожно, мама придерживалась мнения, будто они относятся к женщинам, от которых мужчинам ничего не надо, кроме удовольствия.

Но, если верить журналу «Стайлиш», в этом не было ничего плохого. И может, так оно и есть. Может, женщины, посещающие бары в одиночку, просто много веселятся, и берут быка за рога, и все такое прочее, но при мыслях об этом у Саванны начиналась легкая тошнота.

– Цыпленок, – выдала она своему отражению в зеркале. Она закрыла журнал и только собралась выключить горячую воду, как в дверь постучали.

– Кто это? – крикнула Саванна, зная, что стены здесь такие тонкие, что можно было спросить и шепотом.

– Это Кристина, соседка снизу, – сообщила девушка, словно Саванна могла не запомнить ее.

Саванна пошла открывать.

– Входи, – сказала она и вернулась в ванную. Конечно, не стоило принимать здесь гостей, но Саванна решила, что они с Кристиной связаны тем, что вместе едва избежали смерти от летающего матраса. Она выключила воду, повернулась и увидела: Кристина стоит в дверях, а на ней какой-то кусок полупрозрачной розовой ткани, повязанной на манер саронга. – Что случилось?

Кристина села на крышку унитаза и вытянула длинные загорелые ноги. Ногти на них были покрыты ярким розовым лаком, что хорошо сочеталось с ее «пляжным костюмом», а на втором пальце левой ноги красовалось колечко с двумя поблескивающими вишенками на ярко-зеленой веточке.

– Симпатичная одежка. – Кристина показала рукой на белый топ Саванны.

– Спасибо. Кардиган пришлось снять, было очень жарко. Трудно поверить, что в Мичигане все еще тает снег, а здесь, в Неаполе, нельзя надеть даже тоненький свитерок, – засмеялась она.

Кристина пригладила ткань на бедрах.

– Да, в Нью-Джерси, где я учусь, тоже еще холодно.

Саванна удивлялась, что эта девушка сидит в ее номере и болтает с ней, хотя могла бы тусоваться внизу с друзьями. Но она ничего не имела против ее общества, и потому поддерживала этот легкий разговор.

– О! – удивилась она. – Я думала, вы все из Пенсильвании.

Кристина улыбнулась, обнажив ряд ровных белых зубов.

– В общем-то да. Но я учусь в Принстоне. Моя лучшая подруга Лиз, которая младше своего брата Джеймса на год, в Пени Стейтс. Джеймс – это тот, кто… катался на матрасе в тот день. Его лучший друг Натан помог ему затащить матрас на крышу. Я не виделась с Джеймсом с осени, когда мы все вернулись в школу. А… я хочу сказать, что не встречалась ни с кем из нашей компании, – уточнила она, и ее щеки под загаром покраснели.

Эти слова явились еще одним доказательством того, что Кристи на неравнодушна к Джеймсу. Впервые Саванна подумала об этом, когда та с восторгом отнеслась к опасной выходке молодого человека, хотя он чуть не укокошил их обеих.

– А вы все не были дома на Рождество? – поинтересовалась Саванна, решив наконец, что ногам довольно мокнуть, поскольку кожа покраснела.

– Нет. У меня есть старший брат. Он с женой живет в Коннектикуте, поэтому на каникулы родители отправились туда. Большую часть каникул я работала в инвестиционном банке в Нью-Йорке, где стажировалась прошлым летом. Мне нужно было накопить денег на весенние каникулы и… на некоторые другие нужные вещи.

Девушка покраснела еще больше, и это заинтриговало Саванну.

– На что, например? – спросила она, вытирая ноги. Кристина немного растерянно рассмеялась и опустила глаза.

– Если пообещаешь никому об этом не рассказывать, то узнаешь, – наконец выговорила Кристина.

«Господи, почему она должна доверять мне секрет, о котором не знает даже ее лучшая подруга?» Но Саванна только кивнула:

– Конечно.

Кристина обхватила плечи руками, словно внезапно озябла.

– Ну-у… – тянула она слова, будто ей очень не хотелось пришиваться. – Мне надо вставить в грудь имплантаты, – пробормотала она.

Саванна быстро пробежала глазами по очень гармонирующей с другими частями ее тела груди, а потом посмотрела новой знакомой в глаза.

– Зачем?

– Я хочу, чтобы меня кто-нибудь заметил. Кто-то, кого я уже долгое время люблю, – с тоской добавила она.

Саванна сжала ее руку.

– Кристина, ты очень красивая. Я не против пластической хирургии, если благодаря ей кто-то чувствует себя лучше, но нет никакого смысла менять свою фигуру ради другого человека. Особенно если у тебя с этим все в порядке.

– Пока я принимаю сильнодействующие лекарства. Надеюсь, они помогут.

Кристина пожала плечами и в смущении стала смотреть в сторону. Саванна испугалась, что настроила студентку против себя, пристав, как Опра, с нравоучительными советами.

И кто она такая, чтобы кому-то что-то советовать? Саванна сама практически изменила свою жизнь, хотя до пластической хирургии дело не дошло… но она знала, что решилась на это, чтобы стать счастливее, а не ради кого-то.

– Знаешь, – сказала Саванна, поудобнее устроившись на крае ванны, – я понимаю, что это такое – хотеть стать лучше себя. Ты только все продумай, особенно последствия, прежде чем решишься сделать необратимое, ладно?

Кристина слабо улыбнулась.

– Разумеется, – проговорила она таким голосом, каким молодые люди обычно беседуют с людьми старше их на четыре года, когда не соглашаются с их мнением, но не желают вступать в спор.

Саванна вздохнула и нахмурилась, вспомнив статью из «Гламура» о том, какой вред способны нанести подобные операции молодым женщинам. Может, Кристина не послушает ее, но пусть узнает мнения профессионалов, которые приводятся в журнале. Саванна встала и торопливо отвернула брюки.

– Подожди всего секунду. Я хочу кое-что тебе дать.

Она пошла туда, где лежали журналы, и, просмотрев обложки, выяснила, в каком из них нужная статья. Журнал лежал в самом низу стопки.

– Да вот же она, – пробормотала Саванна, беря журнал. На обложке было написано: «Имплантаты в груди убивают меня».

Саванна обернулась и увидела, что Кристина вслед за ней вышла из ванной комнаты. Она дала девушке журнал, удивившие на секунду легкому нежеланию сделать это. Значит, она проводит слишком много времени наедине со своими журналами, если ощущает небольшое чувство потери, расставаясь с одним.

– Здесь есть статья о том, что имплантаты могут оказаться опасны. По крайней мере пролистай журнал, прежде чем придешь к окончательному решению.

Когда Кристина снова посмотрела на Саванну, ее улыбка была уже более теплой.

– Спасибо. Обязательно.

– Пожалуйста, – ответила Саванна. А затем, поскольку действительно начала беспокоиться о том, что все время сидит в одиночестве и даже начала разговаривать сама с собой, шутливо спросила: – Эй, а какая программа у вас сегодня вечером? Мне не опасно выходить на улицу?

– Мы пойдем в город. Кажется, на Саншайн-паркуэй есть несколько классных баров. Пойдешь с нами?

– Но вы же слишком молоды, чтобы пить, – запротестовала Саванна.

Кристина широко улыбнулась:

– А, у меня есть удостоверение личности, по которому я до этого доросла.

Саванна закусила губу. Если студенты отправятся слоняться по барам в туристическом районе, то у Саванны появится шанс порасспросить людей о Ване. Плюс к этому она не будет спускать глаз с Кристины и ее несовершеннолетних друзей – тогда, возможно, они не влипнут в какую-нибудь историю. Прекрасно. Она сможет поймать сразу двух зайцев и чувствовать себя при этом славным человеком. А еще ей не придется сидеть одной в четырех стенах, как заклейменной «Стайлиш» неудачнице.

Беспроигрышный вариант.

Кроме того, вечером в среду в сонном Неаполе на загул рассчитывать особенно не приходилось.

Можете ли вы стать душой компании?

Ваши друзья собрались в новый, очень модный бар. День выдался тяжелый, и ноги гудят от усталости, но вы соглашаетесь идти вместе со всеми, не желая прослыть занудой. И только придя в бар, вы обнаруживаете: это место привлекает толпы посетителей потому, что официанты тут преподносят посетителям напитки… на собственных телах! Когда весьма привлекательный официант ложится на ваш стол и наливает мартини на свой впалый живот, чтобы кто-то его вылакал, вы:

A. Предлагаете заплатить за напиток еще пять долларов, но только чтобы вам подали его в стакане.

Б. Бежите в туалет, надеясь добраться туда прежде, чем расстанетесь с сандвичем с индейкой, который съели на обед. Никто же не знает, давно ли официант мылся!

B. Прикольный прохладный напиток, горячий парень. Чего еще желать девушке?

Девушки, выбравшие ответ «А», может, не так и холодны, но достаточно скучны. Какое удовольствие пить из старого доброго стакана, если вам предлагают джин на кубиках пресса очень симпатичного парня? Те, кто остановился на варианте «Б», портят радость и веселье, как влажное одеяло, брошенное в огонь. Девушки, предпочитающие пункт «В», понимают… что важно не только развлекаться самим, но и развлекать других. Если у них и есть что-то влажное… Но мы оставим это вашему воображению.

Главa 14

Бар «Коктейлз» осмелились назвать так, потому что некоторые слово «кок» до сих пор воспринимают в значении «петух». Четырехфутовые деревянные петухи стояли в двух передних углах бара, таращась на шумную толпу черными глазами-бусинами.

Саванна едва успела поднырнуть под поднос, уставленный напитками, иначе официантка сбила бы ее с ног. Потом она ударилась макушкой об одно из перьев петушиного хвоста и посмотрела на официантку, которая не замечала их столик вот уже час – возможно, потому, что студенты едва наскребли денег на два больших кувшина самого дешевого пива и дали ей всего десять процентов чаевых. Саванна остановила свой выбор на домашнем шардонне по четыре доллара пятьдесят центов за бокал. Она дала официантке доллар сверху, но этого оказалось недостаточно, чтобы снова привлечь ее внимание.

Так что пока четверо студентов, с которыми она оказалась в баре, пошли по третьему кругу, она сделала вылазку на территорию крага, желая купить еще какой-нибудь напиток.

– Я могу вам помочь? – спросил бармен, когда Саванна подошла к стойке и оказалась спиной к сверкающему петуху.

– Я пью домашнее шардонне, еще один бокал, будьте добры, – сказала она. Ей было немного не по себе. Она всегда неуютно чувствовала себя в барах, ей казалось, будто все на нее смотрят. Но если она обернется и поймет, что на нее никто не обращает внимания, то станет еще хуже.

«Да, это я. Бухгалтер-Невидимка». Она улыбнулась собственному образу, возникшему в ее воображении, – красные колготки и синий плащ с капюшоном с большими желтыми буквами «А» и «И» на спине.

– Что-нибудь еще? – спросил бармен, ставя перед ней бокал с вином.

– Пожалуй, да. Но только это не напиток, – стараясь быть очаровательной, ответила Саванна. На лице бармена отразились скука и нетерпение.

Саванна вздохнула.

– Скажите, пожалуйста, не знаете ли вы женщину по имени Саванна Тейлор? – поинтересовалась она. – Она часто сюда заходит. По крайней мере заходила месяц назад.

Саванне пришлось отдать парню должное, он вроде бы немного подумал и только потом покачал головой:

– Извините, это имя мне ни о чем не говорит.

Официант не выглядел человеком, который хотел бы ей действительно помочь, поэтому Саванна не стала давать ему визитку и просить позвонить, если кто-нибудь с таким именем заскочит в бар. По правде говоря, официант оставлял впечатление человека, который взял бы эту визитку и разорвал на кусочки, стоило ей отвернуться.

Когда Саванна вернулась к столику, был выпит и второй кувшин пива… и все куда-то испарились, осталась только Кристина.

– Куда они подевались? – спросила Саванна, присаживаясь на красный виниловый стул рядом с ней. Музыка была ужасно громкой, и ей пришлось наклониться, чтобы услышать ответ. Саванна испугалась, что громкое «бум-бум-бум» будет преследовать ее не только весь вечер, но еще и завтра.

– Они посчитали этот бар отстойным. Слишком много стариков, – спокойно ответила Кристина.

Саванна была примерно такого же возраста, что и большинство посетителей, и потому попыталась не обидеться.

– Да, посмотри только на эти трости и инвалидные коляски, – кисло сказала она.

В глазах Кристины появился ужас.

– Боже милостивый, прости, я не должна была говорить это.

Саванна засмеялась и пригубила вино.

– Все в порядке. Я понимаю. Помню еще то время, когда тридцатилетние казались мне стариками и старухами. Но почему они ушли без тебя? Это не очень красиво.

– Я сказала им, что подожду, пока ты вернешься и допьешь вино, а потом мы встретимся с ними в другом баре в двух шагах отсюда. Кажется, там есть караоке.

– Очень мило с твоей стороны, но, возможно, я на этом остановлюсь. Ты иди к друзьям, а я вернусь в мотель. Больше не хочу пить. – Саванна показала на свой полный бокал с вином. Она по сравнению со студентами чувствовала себя действительно старой. Лиз все время хихикала и при каждом удобном случае забиралась Натану на колени. Ее брат Джеймс вылетел за неуспеваемость из Пенн Стейта и понятия не имел о том, что делать со своей жизнью, кроме как напиваться, тусоваться и вести себя так, будто весенние каникулы будут длиться вечно. Его лучший друг Натан казался более зрелым, но совсем чуть-чуть, раз он охотно участвовал в глупейших затеях Джеймса. Не то чтобы Саванне они не нравились, просто она поняла: то, что кажется забавным, когда тебе девятнадцать, уже не является таковым в тридцать лет.

Или, возможно, просто жизнь в тридцать лет становится гораздо серьезнее, чем раньше. Вы осознаете, что она не будет длиться вечно, и многое, на что, как вам казалось, у вас еще достаточно времени, становится неосуществимым.

– Нет, – покачала головой Кристина, прерывая философские размышления Саванны. – Я думаю, тебе надо пойти со мной.

Саванна заправила за ухо прядь волос и посмотрела на бокал.

– Зачем тебе это? – спросила она.

Кристина вытолкнула ее из кабинки сильным ударом локтя.

– Ты такая печальная, а должна бы веселиться. Сегодня как-то тоскливо. – Она подняла руки и рассмеялась, а потом стала тереться бедрами о бедра Саванны, пока Саванна не расхохоталась и не велела ей прекратить.

Когда они оказались на улице, Саванна положила руку на плечо Кристины, словно они были лучшими подругами, а не познакомились два дня назад. Это Саванна тоже помнила с колледжа – когда молодые люди впервые оказываются далеко от дома, они очень быстро сходятся. У них много общего: долгие часы занятий, необходимость пройти курс без постоянных напоминаний о том, что это совершенно необходимо, учителя, которые порой очень строги, и кажется, их единственная цель – вытурить тебя из колледжа. Само собой, необходимо научиться вовремя сказать себе «довольно», имея безграничные возможности веселиться и развлекаться.

Саванна с Кристиной дошли до ближайшего бара, откуда вывалилась целая толпа. В небольшом вестибюле гулял теплый ночной ветер, стены поднимались и опускались, как двери гаража. В зале все кричали и визжали, молодой блондин в ковбойской шляпе и сапогах пел «Разбитое сердце», и слова песни медленно появлялись и исчезали на большом телевизионном экране.

– Я не думала, что твоим мальчишкам понравится бар в стиле кантри, – сказала Саванна, когда они с Кристиной протолкались к своим знакомым.

– Кантри – это совсем неплохо, – пожала плечами Кристина. – Но мы пришли сюда ради караоке. Ты поешь?

Саванна вздохнула.

– Я не пела лет с двенадцати, по крайней мере на людях, – призналась она, вспомнив, какому унижению подверглась на фестивале талантов в Мэпл-Рэпидз.

– А какую музыку ты любишь? – поинтересовалась Кристина, когда они остановились около сцены.

– Рок восьмидесятых. Ну, ты знаешь, «Бон Джови», Ван Хален, «Деф Леппард», «Пойзон», ну и вещи не такие уж жесткие: «Эйр Сапплай», «Ар-И-Оу Спидвэгон», Рик Спрингфилд. Мы с сестрой выросли под эту музыку. Надевали туфли родителей и пели дуэтом. Глупо, конечно, но у нас не было тысячи телевизионных каналов, как у вас. Нам приходилось самим себя развлекать, – пошутила Саванна.

– Вам, старикам, кажется, у нас все просто, – ответила Кристина шуткой на шутку. – Но у нас не было спутникового телевидения, пока мне не исполнилось десять лет. Ты не можешь представить, какой шрам на моей душе оставило это обстоятельство. – Она хлюпнула носом, и Саванна похлопала ее по плечу.

– Очень смешно.

Кристина взяла подвешенную на цепочке дощечку и что-то на ней нацарапала. Затем повернулась к Саванне и улыбнулась.

– Следующую песню поем мы, – сказала она.

– Что? – Саванна не верила своим ушам.

– Будет весело. Я тоже знаю некоторые песни восьмидесятых. Нам их играли в старших классах на вечерах «Песни прежних лет».

Саванна закашлялась, долго старалась восстановить дыхание и не успела отказаться. А когда она обрела способность нормально дышать, то поняла: ей действительно хочется оказаться на сцене. Что с того, что она уже не юная девушка? Зато теперь она не столь наивна, чтобы думать, будто среди публики найдутся искатели талантов.

– Ты знаешь песню группы «Бон Джови» «Жизнь в молитваx»? – шепнула Саванна Кристине, когда мужчина в наушниках выкрикнул их имена и махнул рукой, чтобы они поднимались на сцену.

– Конечно, – улыбнулась Кристина и взяла микрофон. – Мы это сделаем!

Саванна посмотрела на нее и кивнула, расправив плечи и готовясь одержать победу над своим возрастом.

– Да, мы сделаем это, – прошептала она еле слышно. Затем свет приглушили, и может, Саванне это только показалось, но толпа притихла, когда раздались первые звуки мелодии.

Саванна закрыла глаза в страхе, что когда вновь откроет их, то окажется на сцене в Мэпл-Рэпидз – одинокая девочка, мечтающая стать звездой. Но, подняв голову и начав петь, она услышала, как ее голос был подхвачен другим голосом. Она повернулась и посмотрела на Кристину, а затем начала выделывать все те движения, которые они с Пегги так долго тренировали. Какое-то мгновение Кристина была слегка ошарашена, а затем начала отчаянно подыгрывать, и так они добрались до конца песни. Когда смолкла последняя нота, Саванна замерла на сцене, тяжело дыша. Она подняла голову и окинула взглядом зал, слыша лишь тишину и удары собственного сердца.

А затем…

Аплодисменты, и свистки, и покидающая сцену смеющаяся Кристина. Саванна пошла за ней, держа микрофон наготове, чтобы передать следующему.

– Было так здорово! – сказала Кристина, когда они усаживались на стулья, которые добыли для них другие студенты. Глаза Кристины сияли, когда она смотрела на Джеймса. Девушка так явно ждала комплиментов, что у Саванны сжалось сердце.

«Ну же, Джеймс, давай. Скажи что-нибудь приятное», – мысленно молила она.

Он рыгнул. Громко. Саванне захотелось ударить его ногой, и она это сделала. Сильно.

– Ой! – взвыл он, наклоняясь вперед, чтобы погладить ушибленное место.

– Извини, я думала, это стол. – Саванна сказала это так безразлично, как только смогла.

Официант в этом баре был более внимательным, он подошел к ребятам проверить, все ли в порядке, и принял заказ у Саванны и Кристины. Вана вряд ли часто посещала это место – Саванна не видела в своих бумагах никаких чеков отсюда, и потому решила не беспокоить официанта лишними вопросами. Она принялась за свое шардонне в надежде, что оно отвлечет ее от мыслей о новом нападении на Джеймса. Кристина налила себе холодного пива из стоявшего посреди стола кувшина. Саванна откинулась на спинку стула и стала слушать болтовню студентов о кампусах, музыке и их семьях.

Саванна пила вино очень медленно, наслаждаясь тем, что она на людях и ей не приходится сидеть одной в номере мотеля, жалея себя.

Кристина встала и пошла в туалет. Саванна рассеянно смотрела, как ее новая подруга пробирается сквозь толпу, и нахмурилась, поняв, что новая подруга идет, довольно сильно покачиваясь. Саванна не обращала внимания, много ли Кристина пьет, но теперь стало очевидно: она перебрала.

Саванна поспешила в туалет, проверить, в порядке ли Кристина, и увидела, как та, рассерженная и раздраженная, сползает по стене. Такое бывает только с людьми пьяными в стельку.

– Эй! С тобой все в порядке? – спросила Саванна. Ноги у нее опять разболелись – новые ботиночки оказались очень уж непрактичными, и на секунду она задалась вопросом, каково ей придется завтра.

– Нет, все плохо. – Кристина стала стучать кулаками по стене и постаралась отлепиться от стены, на которой было нарисовано море. – На этой неделе я потратила половину денег, которые заработала за рождественские каникулы, на новые шмотки. Я ходила в салон в Нью-Йорке и потратила триста долларов на стрижку. Сделала педикюр и эпиляцию почти всего тела. А Джеймс по-прежнему не замечает меня. Я была общительной и веселой и двигалась, как девушки с Эм-ти-ви из «Весеннего ручья». Что еще мне надо сделать, чтобы заставить его увидеть во мне не только маленькую сестренку его чокнутого друга?

Саванна поморгала, не зная, что сказать.

– Хм… чокнутого? – повторила она, глядя на свою высокую, изящную подругу с прекрасными волосами, гладкой загорелой кожей, выглядевшую так, что ей завидовали многие.

Кристина сердито помахала в воздухе пальцами с прекрасным маникюром, пропуская женщину, направляющуюся к раковине помыть руки.

– Да, в старших классах я была похожа на мальчишку. Мне легко давалась математика. И физика. И у меня были брэкеты. И очки. Но я уже не такая. Почему Джеймс этого не замечает?

Кристина, похоже, была готова разрыдаться, и Саванна боялась оказаться в роли утешительницы – это ей было не под силу. Она могла выстоять перед любым числом врагов, но как только кто-то проявлял к ней доброту, теряла самообладание. Итак, надеясь, что поступает правильно, она произнесла самым будничным тоном:

– Джеймс – недозрелый подросток, который не сумеет распознать настоящую любовь, когда… когда она встретится на его пути. Если ты действительно его любишь, тебе придется подождать до тех пор, пока он подрастет, повзрослеет, как и ты, и разглядит, что творится у него под носом.

– Повзрослеет?! – воскликнула Кристина. – Ты называешь меня взрослой? Разве ты не видела, как я играю в мяч в бассейне, когда на самом деле должна готовиться к выпускным экзаменам? Я пью и трачу деньги черт знает на что! Я видела, как Джеймс с Натаном тащили этот матрас на крышу, и даже не попыталась остановить их. А посмотри, как я одеваюсь! Этот прикид говорит тебе о том, что я «взрослая»? – Она повернулась к зеркалу и показала на свое отражение – на ней был топ, открывающий пупок, и короткая юбка.

Саванна не хотела, чтобы Кристина расплакалась, и та словно поняла это. Ее лицо покраснело от гнева, она стояла и топала ногами в сандалиях на платформе с трехдюймовыми каблуками.

– Изви… – начала Саванна, но Кристина прервала ее:

– Нет. Проехали. Я покажу тебе – и Джеймсу, – насколько я взрослая. – С этими словами она пошла обратно в бар, а Саванна наступала ей на пятки.

Саванна чувствовала, что приближается жутко неловкий момент, и она должна сделать все, чтобы предотвратить его. В жизни каждого человека хоть раз происходит такое событие, от которого его кто-то должен оградить. В тот раз ты пришла без лифчика на школьное представление «Клеопатры», где исполняла главную роль, а придурок Грег Фишер наступил на край твоей тоги. Когда в восьмом классе Тиффани Мастроянни сказала тебе, что подслушала, как Хизер Маклин говорит Кристалл Джин Монро, будто брат Хитера Бобби запал на тебя и очень хочет, чтобы ты подошла к тому месту, где он стоит со всеми своими друзьями, и пригласила танцевать. И ты это делаешь, а он в ответ смеется тебе в лицо. Или – ты в первый раз действительно напилась – когда Ким Джонсон и Карин Роше пили кока-колу с виски, а ты была в одной компании с ними и тоже глотала рюмку за рюмкой, пока не оказалась на заблеванном тобой же полу в туалете в маленьком клубе для несовершеннолетних, где тусуются ребята из твоей школы.

Саванна последовала за Кристиной, желая избавить ее от унижения и не имея ни малейшего понятия, что у той в голове, а девушка взяла два полных кувшина с пивом и ринулась с ними на сцену. Игнорируя протесты людей, которые сидели рядом, Кристина взобралась по ступенькам и направилась к центру сцены, где молодой человек писклявым голосом пел «Я буду жить».

– Эй! – запротестовал он, когда Кристина загородила ему бегущую строку текста.

Саванна подошла к самой сцене, сложила ладони в виде рупора, чтобы ее было лучше слышно.

– Перестань! – крикнула она, пытаясь привлечь внимание Кристины.

Но подруга ее не замечала. Тогда Саванна попыталась придумать какую-нибудь фишку, которая заставила бы ее слезть со сцены. Но прежде чем ей пришла в голову мало-мальски дельная мысль, Джеймс – идиот! – громко свистнул и закричал:

– Вперед, крошка!

Саванна пожалела, что он стоит довольно далеко от нее, а не то она бы снова его лягнула.

Кристина тем временем улыбнулась и стала двигаться в такт музыке и подпевать. Пиво переливалось через край кувшинов, ее язык заплетался.

– Пока я знаю, что такое любовь, я буду жить.

Саванна съежилась. Необходимо отобрать у Кристины пиво, прежде чем она наделает еще больше глупостей. Например, выпьет его.

Поэтому Саванна залезла на сцену, надеясь, что Кристина подумает, что она хочет ей подыграть, и отдаст пиво, но сама попала в пренеприятнейшее положение. Кристина выговорила последнее слово, повиляла задом перед аудиторией, а затем подняла оба кувшина до уровня плеч и вылила их на себя. Поскольку Саванна стояла слишком близко к ней, то пиво из полного кувшина окатило ее лицо. Ее глаза закрылись, она инстинктивно подняла руки, желая отразить атаку, но было поздно. Она судорожно глотнула воздух, когда холодная жидкость полилась по ее шее.

Толпа бесновалась, Саванна стояла с закрытыми глазами. Она представляла, как ужасно выглядит: волосы прилипли к лицу, а макияж стекает по щекам.

Когда Кристина крикнула: «Объявляется конкурс мокрых маек!» – глаза Саванны наконец распахнулись, она посмотрела на свою грудь и поняла, что белый топ промок насквозь… а она сегодня не позаботилась о том, чтобы надеть лифчик…

Что вы скрываете?

У всех нас имеется что-то в шкафу, засунутое за коробку с туфлями от Маноло Бланика и то платье с блестками, купленное на распродаже десять лет назад и до сих пор ждущее своего часа. И когда мы открываем шкаф, из него вываливаются одна-две кости. Не надо стыдиться своих грехов – лучше гордитесь ими. Именно скелеты в шкафу сделали вас такой, какая вы есть!

Пришло время немного пооткровенничать! Этот тест не увидит никто, кроме вас. Так что поведайте себе, что вы прячете в глубине гардероба.

A. Свитер от Лиз Клейборн, который вы украли в магазине, когда вам было пятнадцать лет. Все это время вы стыдились его носить, но не имели мужества вернуть обратно.

Б. Ничего, в самом деле, ничего.

B. Ну… За стопками кассет с домашним порно, на которых запечатлены вы и трое ваших бывших бойфрендов, находится небольшой мешочек с… Нет, хватит. Согласно пятой поправке вы не обязаны свидетельствовать против себя.

О, я вас умоляю! Если ваш ответ «А», давно пора забыть об этом случае! Вас не отправят в ад за украденный свитер. Срок преступления давно истек, то жe самое должно произойти и с вашей виной. Простите себя и отправляйтесь на поиски настоящих скелетов, чтобы задняя часть вашего шкафа не пустовала! Если вы выбрали «Б», Боже, нам вас очень жаль, каждая женщина должна иметь хоть что-что, о чем ока не желает рассказывать никому. Вы, противные девчонки, остановившиеся на «В», вне всякого сомнения, знаете, как жить! Только получше храните свои секреты – аминь! – если когда-нибудь решите встречаться с сексуальным парнем из правоохранительных органов.

Глава 15

Поскольку рейс из Чикаго задержали, Майк пропустил обед с матерью и братом. Сэм шутил, что брат специально вылетел последним рейсом, чтобы избежать необходимости отвечать на вопросы о своей личной жизни, и на это Майк ответил: «И ты бросишь в меня камень?» Разумеется, он не по своей воле провел пять лишних часов в аэропорту Чикаго. Ни один человек в здравом уме не способен на такое, хотя за годы работы в службе безопасности авиаперелетов Майк привык к задержкам, а то и отменам рейсов. Но если честно, он не слишком огорчился из-за того, что не побывал на обеде. Ведь теперь он жил в Неаполе и виделся с родными гораздо чаще, чем большинство его знакомых. И кроме того, матушка без конца вмешивалась в его личные дела.

Так что Майк не в самом плохом настроении добрался до мотеля «Песчаные дюны» в одиннадцать вечера. Он прислушался, желая выяснить, играет ли в мотеле громкая музыка и не вопит ли кто-нибудь из отвязных молодых людей. Но когда он вошел во двор, его приветствовала благословенная тишина. Майк не питал надежд, что студенты уже разошлись по своим комнатам. «Скорее всего, – подумал он, – детишки слоняются по городу».

– Они скоро поймут, что Неаполь вовсе не Дейтона-Бич, – пробормотал он, обследуя двор. Дейтона во время студенческих каникул превращается в бедлам – в комнаты набивается по шесть – восемь, а то и по десять человек. Майк не имел ни малейшего понятия, кому в Дейтона-Бич пришла в голову гениальная идея сотворить такое со своим городом. Возможно, того же типа реформаторам, кои в другом популярном городе Флоридырешили устроить рай для пожилых людей и понаставили зеленых скамеек через десять футов одна от другой, так чтобы местным жителям было где отдохнуть. К несчастью, городские власти не удостоились задать себе вопрос, к чему приведет обстоятельство, если восемьдесят процентов населения города будут составлять пенсионеры. Хотите иметь хорошие магазины и рестораны? Кинотеатры и пристани для яхт? Шоу и концерты? Откуда им взяться, если большинство жителей получают пенсию пятьсот долларов в месяц? А если в городе обитают тихие пожилые люди, не требуется тратить много бюджетных средств на полицию или школы, а еще – мало кто заинтересован в инвестициях в развитие города.

Точно так же толпы студентов, прибывавших на каникулы в Дейтона-Бич, были как милостью Божьей, так и проклятием. Да, город стал туристической Меккой, но жизнь кипела преимущественно вокруг переполненных пляжей, заведений быстрого питания и бакалейных магазинов. Зачем студенту идти в бары или рестораны, если в городе, куда ни глянь, вечный праздник жизни? Сотрудники гостиниц были перегружены работой и изо всех сил пытались уберечься от неприятностей, а полицейские – обеспечить порядок и безопасность на улицах. К сожалению, к тому времени, когда городские власти и бизнесмены поняли, что они больше теряют, чем приобретают, оказалось уже слишком поздно. Весенние каникулы в Дейтона-Бич стали традицией, и с этим ничего нельзя было поделать.

Неаполь, к счастью, избежал такой участи. Номера в гостиницах здесь были гораздо дороже, чтобы их могли позволить себе обычные студенты. Кроме того, до Неаполя было не так просто добраться на машине с юга. Проведя всего несколько дней с «детишками», Майк очень радовался, что их приезд сюда не станет правилом.

Еще десять таких набегов он бы не выдержал. Что угодно, но только не это глупое фиглярство и дурь.

Майк надеялся, что студенты потихоньку выдохнутся. Ведь постоянное распитие спиртных напитков на жарком солнце должно в конце концов их утомить.

Майк прошел мимо двух номеров на верхнем уровне по пути в свою комнату. Первую комнату давно занимала тихая пара из Германии, которая аккуратно платила за проживание в первый же день месяца. Сейчас их номер пустовал, занавески на окнах были задернуты. Старички почти никак не проявляли себя, пребывая в мотеле. Майк знал, что они у себя, только когда им требовалась горничная. Они были идеальными постояльцами – Майк не удивился бы, окажись они профессиональными убийцами, или похитителями бриллиантов международного класса, или серийными убийцами, которые разрезают жертв на маленькие кусочки и закатывают в бетон в каких-нибудь тихих местечках.

У Саванны Тейлор, напротив, шторы были открыты, в кухне горел свет и весь номер был на виду. Майк, однако, не страдал излишним любопытством и не задержался посмотреть, что там происходит, заметив, однако, что белья, которое она вчера таскала с собой, не видно, кровать аккуратно заправлена, трусики и лифчики нигде не разбросаны.

«Вряд ли у нее есть что скрывать», – подумал Майк, идя к себе. Открыв дверь, он заметил мигающий автоответчик. Странно, ведь он очень много путешествовал, работа у него была своеобразная, поэтому по домашнему телефону ему звонили редко.

Он положил портфель на чемодан и пошел к телефону. Ему оставила сообщение Лейни Амес из бюро частного сыска «Интрепид», через которое он проверял постояльцев. Хотя Лиллиан предпочитала полагаться на интуицию, Майк верил только фактам. Факты не люди, у них нет причин лгать.

– Привет, Майк, это Лейни. У меня есть для тебя информация о Саванне Тейлор. Думаю, она тебя очень заинтересует. Я послала факс в мотель и копию твоей маме. Как мне известно, вы уже сдали этой женщине комнату на какое-то время… Мне очень жаль.

Майк отвел трубку от уха, посмотрел на нее и застонал. Черт побери! Что еще?!

Он тысячу раз твердил матери: нельзя подписывать договоры о долгосрочной аренде, предварительно не выяснив, кто твои будущие жильцы. Раз соглашение заключено, человека невозможно просто выгнать. Но на этот раз он не слишком винил маму. У него также была уверенность: с Саванной в этом отношении все в порядке. Более чем в порядке. И узнать теперь, что она… ладно, он же точно еще ничего не знает. Может, в отчете Лейни всего лишь сказано, что Саванна превысила кредит по карточке или с опозданием платит за электричество. Там могут быть какие-то цифры, из-за которых он счел ее в некотором смысле нарушительницей закона. Майк всегда готовился к худшему сценарию развития событий, во время работы проигрывая варианты «что, если» с пассажирами, которые слишком суетятся, или сильно потеют, или чересчур сильно сжимают ручки чемоданов. После известных событий многие казались потенциальными террористами, и Майк гадал, не переносит ли он профессиональные привычки в личную жизнь.

«Что тебе надо, так это хорошенько поплавать», – подумал он, потирая шею и беря из холодильника «Корону». Он открыл бутылку и выпил почти половину пива одним большим глотком, затем надел купальные шорты, взял полотенце и бутылку и пошел вниз. Первым делом он просмотрел факс от Лейни, а затем отправился снимать напряжение в бассейн. Если повезет, то в отчете будет сказано, что Саванне вменяются в вину лишь несколько не принятых чеков. Тогда Майк сможет действовать импульсивно и расспросить об этом ее лично. Но вне зависимости от того, в каком состоянии чековая книжка Саванны Тейлор, он считает ее очень привлекательной.

И это его удивляло, потому что обычно его тянуло к особам совсем другого рода. Ну, скажем, Саванна ниже девиц, с которыми он когда-либо встречался. Ее рост едва ли больше пяти футов и трех-четырех дюймов. Но Майку нравилось ощущать себя рядом с ней высоким и сильным. Хотя он иногда стеснялся своего роста – шесть футов и один дюйм. Кроме того, в ней было нечто очень притягательное. Майк не мог точно определить, что именно, но он почувствовал это, когда они в первый раз столкнулись у ресторана «Жирный кот». На ней был дурацкий рыбий костюм, и она подшучивала над этим.

Майк отпер дверь маленького офиса. – Во времена расцвета заведения за конторкой круглосуточно кто-то сидел семь дней в неделю, но с тех пор как мотель «Песчаные дюны» пришел в упадок, бизнес потихоньку свернулся, и семьи, которые здесь останавливались, переметнулись в более новые «Ла Куинтас» и «Дейзинн» на 41-й магистрали или в престижные гостиницы вдоль Вандербилт-Бич. Теперь Майклу или его матери редко звонили в офис. И скоро, когда начнется перестройка, мотель исчезнет с лица земли. Майк испытывал сожаление по этому поводу. Не то чтобы это место навевало ему воспоминания о детстве, но в каком-то смысле все происходящее свидетельствовало о конце эпохи. Майк покачал головой и посмеялся над собственной сентиментальностью.

К несчастью, отчет Лейни покончил со всеми романтическими чувствами Майка. Он запер за собой дверь, пошел во двор и сел в шезлонг, продолжая читать.

– Господи! Уклонение от уплаты налогов. Отмывание денег, – пробормотал он, нахмурившись. Он потянулся за пивом и продолжил просматривать бумаги. Ради справедливости надо сказать, что все обвинения с Саванны почему-то были сняты, но источники Лейни не могли за столь короткое время выяснить причины этого.

Строго говоря, мисс Тейлор не лгала, когда заполняла анкету. Ее не обвинили в уголовном преступлении – и даже в каком-нибудь проступке. И арест в отсутствие состава преступления не мог очернить человека, но все же мамина интуиция была значительно посрамлена.

– Похоже, я должен радоваться, что она не убийца, – пробормотал Майк, с отвращением кидая отчет на полотенце и вставая с шезлонга. Все это ставило крест на его мимолетной симпатии к хорошенькой постоялице. Не может быть и речи об отношениях с девушкой, находящейся на подозрении у полиции. Хотя ему ужасно хотелось убедить себя, будто кто-то из работников правоохранительных органов облажался.

Майк проработал в спецслужбах достаточно долго и знал: тюрьмы полны людей, которые уверяют, что они невиновны. И что 99,999999 процента из них сидят за решеткой за дело. Он не рассчитывал на то, что Саванну обвинили несправедливо, – шансы на это были один к миллиону.

Как ни печально, но его это не успокоило. И Майк нырнул и поплыл, пытаясь как-то сбросить напряжение.

Он переплывал бассейн в девятый раз, наслаждаясь собственными ритмичными гребками, и тут краем глаза заметил под водой что-то белое. Он не стал поднимать голову, пытаясь не обращать внимания на бессильную злость, которая бушевала в нем, когда он начинал думать о том, как хотелось ему прошлым вечером целовать Саванну не только целомудренно, в нос, когда он выловил ее – и ее белье! – из бассейна.

Оттолкнувшись от стены бассейна, Майк приготовился еще раз переплыть его. Но когда он пошел по одиннадцатому кругу, то понял, что может заниматься этим весь вечер и всю ночь, так и не преодолев раздражения, что позволил себе романтические мысли о Саванне, ничего о ней не зная. Хотя не стоило так уж винить себя. У него не было привычки копаться в прошлом своих подружек. И кто знает? Может, он встречался с несколькими преступницами, того не ведая.

«Тот, кто сказал, что неведение – блаженство, был прав», – думал Майк, выходя из бассейна. Самоистязание не принесло ему никакого облегчения, так, может, стоит положиться на «Корону» или какие-нибудь бессмысленные передачи по телевизору? Он очень сомневался в этом, но решил попробовать.

Майк быстро вытерся полотенцем и пошел к ближайшей лестнице, прихватив пустую бутылку и отчет Лейни. Дойдя до хорошо освещенной комнаты на втором этаже, на противоположной стороне здания, он замедлил шаг. Из комнаты, несомненно, доносился женский плач.

Майк пригнулся. Как и любой другой мужчина, он ненавидел этот звук. Не было на свете причин, по которым можно так плакать, и ему захотелось немедленно удрать. Однако он прислонился спиной о теплую оштукатуренную стену и решил подождать. Возможно, она вот-вот успокоится, тогда он сможет благополучно дойти до своего номера.

Но нет, плач не умолкал.

– Ты только подумай, Кристина, – услышал Майк голос Саванны, звучавший спокойно и бесстрастно. – Ты не можешь наброситься[3] на него сегодня вечером. Подожди до завтрашнего утра и застань его врасплох. Используй фактор.

Майк прищурился. О чем это она говорит? Может, планирует обокрасть кого-то из студентов? В отчете Лейни ничего не говорилось о грабежах и взломах. И кто их потенциальная жертва? Вчера он заметил, что студенты по большей части оставляют номера открытыми, туда не слишком сложно заскочить и стащить что-нибудь. Нужно только вовремя отвлечь будущую жертву.

Затем Майк моргнул. А если потенциальная жертва – он сам? В его номере был дорогой музыкальный центр, а еще новый сорока двух дюймовый плазменный телевизор, на который он потратился на прошлое Рождество, неожиданно получив доход от одного из своих инвестиционных проектов. Он был совершенно уверен, что пару раз оставлял шторы не задернутыми, и кто-то мог поинтересоваться обстановкой в номерах.

Плач постепенно утих, но Майк продолжал перечислять в уме свое имущество, и очень удивился, когда дверь отворилась и Саванна вышла на улицу, едва не отдавив ему ноги своими сверкающими ботиночками на высоких каблуках. Она испуганно вздрогнула, а ее руки взметнулись к губам, будто она столкнулась с привидением.

Работа Майка заключалась в том, чтобы улаживать конфликты. При этом он давал человеку право выбора – в решительной, но вежливой манере. «Пожалуйста, сядьте, или мне придется надеть на вас наручники и запереть в кабинете. Если вы не успокоитесь, вас ждет тюрьма и штраф в десять тысяч долларов». Просто, ясно, доходчиво. Будьте разумны. Нарушитель порядка не должен думать, что потерял контроль над ситуацией.

Однако он забыл об этом, решив, что эта милая, но вероломная женщина готовится его ограбить.

Он уронил все свои вещи, схватил Саванну за руку и затащил в комнату, из которой та только что вышла.

Оказавшись в ее номере, Майк нахмурился. Что это за запах? Он снова повел носом и посмотрел на груду одежды на полу. Кому-то нужно срочно отнести все это в стиральную машину.

Черноволосая девушка в розовой шелковой пижаме в неяркий горошек сидела на стуле. На ее лице не было косметики, и оно распухло от слез. Это была та самая девушка, которую Майк спас вчера от летящего матраса, толкнув в воду.

– Что здесь происходит? – поинтересовался он, своим лучшим вот-только-не-надо-мне-вешать-лапшу-на-уши голосом.

Девушка встала с кровати, она была ошеломлена и терла глаза руками.

– О ч-чем вы говорите? – спросила она.

– Отпустите меня, – протестовала Саванна, тщетно пытаясь освободиться.

Но Майк держал ее крепко и ожег суровым взглядом, который приводил в трепет и не таких мошенников, как она. Но это не возымело на Саванну никакого действия, и она продолжала вырываться.

– Я слышал ваш разговор, – заявил он, игнорируя ее удары и увертки. – Вы замыслили ограбление. Кто вы такие?

Саванна нахмурилась и перестала дергаться. «Скорее от шока, чем из-за опасения за собственную безопасность», – подумал Майк. Да, он не собирался сделать ей что-то плохое, но в ее положении не вредно притвориться, что она испугалась. Он отпустил ее руку, продолжая стоять в дверном проеме, преграждая выход на случай, если Саванна задумает сбежать. Но она подошла к противоположной стене и руки при этом держала на шее, словно защищая ее. На какую-то секунду Майк удивился: «Она решила, что я хочу ее задушить или что-то в этом роде?» Затем опять вернулся к вопросу, с которого начал:

– Ну? – Он скрестил руки на груди и посмотрел на женщин.

– Я совершенно не понимаю, о чем вы говорите, – ответила Саванна, – и мне ужасно не нравится, когда мужчины хватают меня за руки. То обстоятельство, что вы владеете этим мотелем, не дает вам права врываться в чужие номера, как вы поступили сейчас. И зачем вы подслушивали наш разговор? Чем вы занимаетесь? Почему прячетесь у чужих дверей?

Майк нахмурился:

– Я не прятался, а просто возвращался в свою комнату после бассейна.

– А что вы тогда делаете тут? Ваша комната вон там! – Саванна вздернутым подбородком указала в сторону, где находился его номер.

– Лестница была закрыта и… – начал объяснять Майк, затем покачал головой и замолчал. Какого черта он объясняется с ней? – Проехали. Я не просто менеджер мотеля, я его владелец. И потому имею полное право помешать постояльцу, если вижу, что он или она ведет себя подозрительно. А я услышал, как вы обсуждали планы ограбления, и потому предупреждаю: мне все известно. Даже если из какого-нибудь номера пропадет пепельница, я вас арестую. Вы меня поняли?

Саванна от неожиданности широко открыла рот. Затем, к удивлению Майка, она громко расхохоталась.

– И что здесь такого смешного? – удивился он.

Саванна смотрела на него сквозь застилающие глаза слезы. Затем высунула кончик языка и провела им по нижней губе. И Майку пришлось отвести глаза – он боялся, что она бросится ему на плечи и затащит в свою комнату – и тогда он забудет обо всех ее преступлениях. Но как только он перестал на нее смотреть, она опустила скрещенные руки, и Майк понял, что теперь пялится на ее грудь, обтянутую мокрой майкой. Заметив это, она вновь скрестила руки и перестала смеяться, а ее молочно-белую кожу залила краска.

Майк наклонился, взял с пола полотенце и протянул его Саванне, пробормотав «Извините», хотя понятия не имел, почему он должен извиняться. Просто это ему показалось правильным.

– Спасибо. – Саванна взяла полотенце и прикрыла грудь и плечи, затем попыталась объяснить: – Мы говорили о Кристиной… э… чувстве к… э…

Она снова высунула кончик языка, и Майк едва не застонал от вожделения. Если она снова сделает это, то ему придется стащить с нее полотенце и обмотать его вокруг своих бедер. «Думай о грибке и грибах», – велел он сам себе, стараясь прогнать из головы мысли о сексе и всех удивительных вещах, которые может проделать этот маленький розовый язык. Майк смущенно откашлялся, сел на стул рядом с дверью и устроился как можно удобнее.

– Кристина запала на Джеймса. – Теперь голос Саванны звучал по-деловому. – Я пыталась убедить ее держать эту информацию при себе до утра. Тогда у него будет более ясная голова, чем сейчас.

Майк посмотрел на девушку, сидевшую на кровати. Ее глаза были закрыты, но она все еще улыбалась. Тут Кристина икнула и проговорила:

– Джеймс та-а-акой клевый.

Майк взглянул на Саванну, а та пожала плечом, словно желая сказать: «Ох уж эти нынешние дети. Что с ними поделаешь?»

– А почему тогда… – Майк махнул рукой в сторону груди Саванны, хотя это не имело никакого отношения к делу, но ему было ужасно интересно, отчего ее майка вся мокрая.

Саванна вздрогнула и прижала полотенце к груди посильнее.

– Кристина решила, что мнение Джеймса о ней… э… улучшится, если она сделает что-то необычное. Например, устроит конкурс мокрых футболок. Но она оказалась единственным его участником, – с неуверенной улыбкой объяснила Саванна.

– Но почему тогда вы… – Майк снова махнул рукой в ее сторону, начиная думать, что говорит как идиот, не способный закончить предложение.

Саванна оперлась о стену. Свободной рукой она откинула с лица темные волосы и вздохнула.

– Я? – спросила она, закатив глаза. – Я, похоже, опять угодила в эпицентр любовных страстей.

Насколько вам этого хочется?

Восхождение на вершину требует большого труда и жертв. Если хотите достичь успеха в какой-нибудь области, вам придется смириться с долгими часами работы, унизительными стычками с начальниками, и клиентами и скорее всего распрощаться с личной жизнью. Есть ли у вас качества, необходимые для того, чтобы оказаться на вершине? Пройдите этот тест, и вам многое станет ясно.

Последние две недели вы работали до седьмого пота, готовя презентацию для самого важного клиента вашей компании. За три дня до презентации начальник спокойно объявляет, что, как оказалось, на нее приглашено чересчур много народу, поэтому ваше имя вычеркнули из списка. Вы чувствуете себя уничтоженной, понимая, насколько много вы сделали и насколько туп ваш шеф. Однако на следующий день он сообщает, что вас снова включили в список. Вы взволнованы – ваше поведение и работа оценены должным образом. За день до презентации вы подслушиваете в туалете разговор о том, что клиент положил глаз на какую-то девицу и настоял на ее присутствии на презентации. Только в самом начале презентации, когда шеф начинает свою речь, важный клиент, «случайно» оказавшийся рядом, стискивает ваше колено, и вы понимаете: девица, о которой шла речь, – это вы! Когда начальник закончил выступление, вы:

А. Кладете на стол шефу заявление об увольнении и ждете, когда он прочитает его, вернувшись с ленча с клиентом, там они должны выпить по две порции мартини. Эта работа для вас тупик, и вам не требуется других доказательств этому.

Б. Идете в дамскую комнату и разражаетесь слезами. Вы достойны приглашения на презентацию благодаря своему уму, а не потому что какое-то ничтожество воспылало к вам страстью.

В. Незаметно кладете в карман клиента листок бумаги, на котором написано, что вы не прочь посидеть с ним в баре после работы. Разве плохо использовать любую возможность, которая поможет продвинуться по служебной лестнице?

Вы действительно хотите уволиться только потому, что какой-то никчемный облеченный властью урод не желает замечать ваших деловых качеств? Нам очень жаль, но те, кто выбрал ответ «А», никогда не доберутся до вершины. Девушкам, остановившимся на «Б», мы советуем приобрести как можно больше бумажных носовых платков. Для них это единственный выход. Но если вы выбрали пункт «В», то нет необходимости говорить, что у вас впереди большие свершения. Держитесь, крошки! Это будут те еще гонки!

Глава 16

Саванна сидела на солнышке на скамейке рядом с магазином «Валин» и пыталась притвориться, что не заметила объявление «Требуются служащие» на двери «Рифанд-сити».

Высокий худой мужчина, который быстро прошел мимо нее вчерашним утром, сегодня так же торопился на службу. Он словно был облачен в темное шерстяное пальто угрюмости.

– Совсем как Скрудж, – пробормотала Саванна, переключая внимание на туристов, начинающих день с кофейни на противоположной стороне улицы. Она гадала, почему бухгалтеры кажутся такими напряженными. Сама Саванна прекрасно справлялась с прежней работой, но это не означало, что ничего больше она в жизни не умеет. Почему ей так хотелось покинуть скамейку и последовать за мистером Скруджем в его темный, мрачный офис, где полно всяких налоговых форм, запросов налоговой полиции и аудиторских бумаг?

Возможно, дело в привлекательности стабильной зарплаты. И деньгах, разумеется, есть нечто соблазнительное.

– Доброе утро, Саванна, – произнесла за ее спиной Валин, отпирая дверь магазина.

Хозяйка магазина, конечно же, была довольна жизнью. И не истратила больше денег, чем заработала вчера. Хуже того, Саванна сегодня внезапно вздрогнула от пронзившей ее мысли, что Валин отправляет к ней самых неприятных клиентов. Когда появляется женщина, о которой Валин знает, что та все равно не раскошелится и в результате придется бегать из подсобки в торговый зал зря, у нее тут же находятся «срочные дела» и она оставляет даму на Саванну. Не очень приятно думать так о своей начальнице, но Саванна решила: Валин придерживается такой линии, чтобы Саванна быстрее набиралась опыта. А затем, когда испытательный срок закончится, Валин будет вести себя иначе. По крайней мере Саванна надеялась, что Валин действует именно по этому плану. Но нет никакой надежды на выживание, если каждый день будет похож на вчерашний. Никакого гламура!

Саванна проследовала за хозяйкой в магазин, зевая и прикрывая рот ладошкой. Ей очень не хотелось признаваться, но перспектива с тихим вечером, который можно провести с интересной книжкой, удобно устроившись на диванчике, нравилась ей теперь гораздо больше, чем перспектива походов с Валин по кафе и ресторанам в попытке отыскать мошенницу, укравшую у нее имя.

Саванна не понимала других женщин – тех, кто ошивается в подобных заведениях каждый вечер. «Возможно, у них нет работы и им не надо рано вставать, – подумала она. – Да и зачем им это? Они неплохо живут за чужой счет».

Саванна с Валин быстро приготовились к приходу первого покупателя. Хозяйка с энтузиазмом выдавала новые идеи, а Саванна расставляла туфли по местам. В девять часов Валин открыла магазин, а Саванна натянула налицо наиприятнейшую улыбку, предназначенную для покупателей. Но только в десять часов к ним заглянула случайная посетительница – полная женщина средних лет в шортах цвета хаки, белых теннисных тапочках и зеленой рубашке-поло. Когда она остановилась перед витриной и стала рассматривать весеннюю коллекцию, Саванна услышала, как Валин отчетливо пробормотала:

– Полный отстой.

Колокольчик на двери зазвонил – женщина вошла в магазин. Саванна заметила, как Валин медленно проскользнула в служебное помещение, словно пар, улетучившийся при дуновении ветра.

Великолепно! Еще одна неперспективная клиентка.

Саванна выдала свою фирменную улыбку, а женщина улыбнулась в ответ и поздоровалась. Саванна подумала, что, возможно, она купит что-нибудь дешевенькое, но женщина взяла в руки пару красных сапог. Увидев ценник, она глубоко вздохнула.

– О Господи! Они действительно стоят четыреста восемьдесят пять долларов?

– Да. – По реакции женщины Саванна поняла, что ей ничего не удастся продать – ни дешевого, ни дорогого.

Клиентка покачала головой. Она очень осторожно поставила сапоги на место, будто боялась, что может испортить их и ей придется купить это сокровище. Саванна безрадостно гадала, нужно ли говорить женщине, чтобы она чувствовала себя смелее.

– Я могу пойти в «Пейлесс» и купить там что-то подобное за тридцать долларов. Мне этого не понять. Как вам удается не прогореть? – поинтересовалась женщина и снова покачала головой.

Саванна подумала, что это риторический вопрос, но тем не менее ответила:

– Здесь, в «Валине», мы имеем дело только с моделями самых лучших дизайнеров, сделанными из лучших в мире материалов. Эти сапоги привезли из Италии, ручная работа. – Конечно, такой ответ не был убедительным, и потому Саванна добавила: – Наши покупатели готовы платить больше за исключительное качество.

Женщина рассмеялась и пошла к двери.

– Только не я. Я просто побоюсь надеть сапоги, которые стоит так дорого.

– Ну, э… желаю приятно провести день, – сказала Саванна, когда женщина уходила. Если Валин думает, что она знает какое-то магическое заклинание, которое убедит покупательницу, подобную этой, выложить за пару сапог часть зарплаты, отведенную на недельный запас продуктов, то ее ждет большое разочарование. Для большинства американцев четыреста восемьдесят пять долларов – несусветная цена за сапоги или туфли. Да, эти сапоги были самого лучшего качества, но действительно ли их цена оправданна? Прослужат ли туфли за пятьсот долларов дольше, чем туфли за двести? И в конце-то концов чем лучше коровы, из которых делают туфли за пятьсот долларов, тех коров, шкуры которых идут на невзрачные ботинки?

Когда дверь снова открылась, в магазин вошла девушка, чья фотография была способна украсить обложку каталога «Тайны Виктории». Саванна поняла, что это очень перспективная покупательница, поскольку Валин сразу же оказалась рядом с ней.

Но прежде чем Валин успела сорвать свой первый большой куш за день, Саванна решила, что с нее хватит безнадежных клиентов. Ей нужны приличные комиссионные, чтобы покрыть вчерашние расходы, и кроме того, надоело проводить дни в ожидании покупателей, которые способны что-то тут приобрести. Если Валин не прячется, значит, это неспроста.

Поэтому Саванна сделала шаг к рыжеволосой, подобострастно улыбнулась и сказала:

– Доброе утро. Вам так идет этот оттенок голубого. Он подчеркивает цвет ваших глаз.

Девушка улыбнулась ей – о радость! – и ответила:

– Спасибо, очень мило, что вы это сказали.

Саванна пыталась держаться скромно.

– Это истинная правда. А я могу вам чем-нибудь помочь? – Она поставила ударение на слове «я», но не слишком явно. Она не хотела обижать Валин, если только такое было в принципе возможно. Саванна с улыбкой повернулась к хозяйке, желая показать, что не имеет в виду ничего плохого, и с удивлением увидела, как та провела ребром ладони по своей шее.

Ах, как грубо! Впервые Саванна получила возможность продать что-нибудь дорогое, а Валин пытается ей помешать. Но Саванна так просто не сдастся. Нужно доказать, что она далеко не слабый игрок, иначе Валин будет продолжать помыкать ею.

Не обращая внимания на хозяйку, Саванна подошла к покупательнице и представилась. А затем спросила:

– Вы хотите приобрести что-нибудь конкретное?

– Вообще-то да, – ответила та, приветливо глядя на Саванну.

Саванна от гордости расправила плечи. Может, из нее все-таки получится хорошая Продавщица Обуви Для Звезд? Девушка протянула ей руку и представилась:

– Кстати, меня зовут Линдси. Линдси Бакстром. Моей семье принадлежит половина Неаполя. – Последние слова она проговорила с легкой насмешливой улыбкой, и Саванна поняла: это правда, хотя Линдси не слишком гордится этим. Но все же она вела себя как-то странно.

– А моей семье принадлежит половина «доджа-дакота» 2003 года выпуска. Я уверена, что у нас есть общие проблемы. – Саванна взяла руку девушки и слегка пожала ее.

Линдси рассмеялась.

– Мне нравится эта девушка, – заявила она Валин, которая пристроилась рядом с кассой.

– Я в этом не сомневаюсь, – сухо ответила та.

Саванна решила, что Валин проиграла эту схватку, и сосредоточила внимание на Линдси Бакстром.

– Так чем я могу вам помочь?

– Мне нужна пара вещей. Во-первых, на следующей неделе у меня благотворительное мероприятие – ну, сами знаете, этакий скучный вечер с коктейлями, где собираются все богачи города и сравнивают размер своих членов, обсуждая, кто сколько пожертвовал денег. Я обожаю туфли больше всего на свете, и поэтому решила купить у вас что-нибудь сказочное, а потом уж направиться в «Флэйр бутик», чтобы подыскать к ним платье. Это гораздо веселее, чем поступать наоборот, вы согласны со мной? – Линдси доверительно положила ладонь на руку Саванны.

– Какая оригинальная идея! Не помню, чтобы я так поступала. – Саванна указала на бархатный диван, рядом с которым они стояли. – Почему бы вам не посидеть и не отдохнуть, пока я принесу вам мои любимые модели? Я постараюсь сделать все за вас.

Линдси сжала руку Саванны, ее голубые глаза сияли.

– Звучит великолепно, у меня восьмой размер.

Она отпустила руку Саванны и устроилась на диване. Тем временем Саванна быстро огляделась, думая, что предложить Линдси. Больше других ей нравились красные сандалии с бантиком на пальце и кристальным сердечком, прикрепленным к полоске на подъеме. Первым делом она покажет Линдси их, а также пару туфель цвета фуксии на высоких шпильках, со сверкающими кристальными пряжками на щиколотке и на пальце.

– Я сейчас вернусь, – улыбнулась Саванна, прикидывая, что купит на комиссионные новые трусики, а может, даже разорится на две пары.

После того как два дня назад Майк вытащил ее скучное, белое, похожее на старушечье белье, она сомневалась, выбросить ли его, и о потом все же засунула в корзину под раковиной в крошечной кухне. К сожалению, у нее вчера не было времени и денег купить что-то новое.

Стала Саванна более сексуальной или нет, но она не желала подчиняться командам Валин. Это просто непрофессионально.

– Давайте я помогу вам. – В голосе хозяйки прозвучала настойчивость.

– Действительно, мне нужно поговорить с вами, Валин. Вы не можете уделить мне буквально секунду? – Вопрос Линдси прозвучал скорее как приказ.

Саванна торопливо направилась в подсобку за коробками с обувью для своей новой любимой клиентки. Она быстро нашла пять пар самых лучших и самых дорогих туфель. Вернувшись в зал, она увидела, что Валин стоит перед диваном, а ее руки сложены за спиной. Хозяйка явно пребывала в замешательстве и смотрела вниз.

– Мне кажется, вам понравится вот эта пара, – нарушила неловкое молчание Саванна. Видимо, разговор оказался совсем не по душе Валин. Может, ей не стоит быть такой агрессивной?

– Мне… э… Я хотела кое о чем спросить у мисс Бакстром. Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится, – громко произнесла Валин и боком, как краб, желающий спрятаться в щель, обошла Саванну.

«Странно», – подумала Саванна, наморщив лоб. Но она забыла о странном поведении Валин, когда перевела взгляд на Линдси, выглядевшую чрезвычайно довольной.

– А теперь подойдите сюда, и мы посмотрим, что у вас есть.

Саванна поставила коробки на пол и повернулась на крутящемся стуле, чтобы помочь Линдси примерять туфли. Она немного удивилась, что Линдси не сняла своих туфель, но готова была стать Продавщицей Туфель Звездам, обеспечивающей полный сервис. Прежде чем Саванна вынула первую пару туфель и приготовила ее для примерки, Линдси подняла правую ногу и положила ее на колено Саванне. Короткая юбка задралась, и со своего стула Саванна отчетливо увидела красные стринги клиентки. Видимо, это было неловкое движение, подумала Саванна.

«Слава Богу, на ней хоть есть трусики», – подумала она, рассеянно улыбаясь. Не стоило давать понять Линдси, как много она увидела. Это бы только смутило обеих, и Саванна решила, что в результате могла бы лишиться неплохих комиссионных.

Поскольку каблук голубой лодочки Линдси вонзился в бедро Саванны, она сначала сняла с клиентки туфли и только потом повернулась к коробкам. Она думала, что Линдси опустит теперь ноги на пол, но та этого не сделала, а удобно пристроила их на коленях Саванны.

«Возможно, она не хочет пачкать подошвы», – решила Саванна, хотя пол не был грязным – она сама пропылесосила его вчера вечером. Но какое это имеет значение?

Саванна вынула из коробки красную сандалию и развернула бумагу.

– О-о-о, да. Они очень красивые, – промурлыкала Линдси.

Саванна чуть не подпрыгнула фута на три, когда пальцы Линдси вонзились ей в бедро, но опять заставила себя расслабиться. «Это была невольная реакция на туфли», – подумала она. Подсунув руку под правый каблук Линдси, она подняла ее ногу, чтобы как следует надеть сандалию, но размер оказался маловат.

– Хм… – пробормотала Саванна. – Похоже, вам нужен размер побольше.

– Иногда при ходьбе мои ноги распухают. Если вы разотрете их, это поможет, – предположила Линдси внезапно охрипшим голосом.

Что? Разве Саванна похожа на массажистку?

Отныне она больше никогда не будет плохо отзываться о профессии бухгалтера.

Саванна потерла лоб над правым глазом, который вдруг начал дергаться. Пути назад не было. Ей нужны комиссионные. Кроме того, все было не так уж и кошмарно. Ее лишь попросили растереть ногу.

Она слабо улыбнулась Линдси и сказала:

– Конечно. Нет проблем. – Затем снова положила туфлю в коробку и, тяжело дыша, взяла в ладони ногу Линдси и стала массировать ей подъем.

Нога у клиентки была гладкая и источала слабый запах какого-то дорогого лосьона. Пробники таких лосьонов раздают у прилавка парфюмерии в «Нордстроме». Саванна решила, что Линсди купила целый флакон такого средства для ног. Это можно себе позволить, если твоя семья владеет половиной города.

Пожалуй, на комиссионные она тоже купит себе небольшую бутылочку лосьона. Для каких-нибудь особых случаев. Так размышляла Саванна, пока разминала пальцы Линдси. Вполне реально, что Майк Брайсон, увидев ее грудь вчера вечером, решил: гомосексуализм – самая большая ошибка в его жизни. Когда он тащил Саванну в комнату Кристины, в какой-то момент он стоял так близко к ней, что она видела, как бьется жилка у него на шее.

Саванна почувствовала: между ними пробежала искра. Мозг постоянно твердил ей: она не относится к его типу девушек, но ее тело не желало слышать это послание. И каждый раз, когда они оказывались друг от друга футах в пяти или менее того, ее внутренний голос твердил: «Да, крошка. Именно это мне и нужно!»

Мысли Саванны были полностью заняты Майком Брайсоном и теми чувствами, которые он в ней пробуждал, поэтому она не обращала ни малейшего внимания на Линдси Бакстром и на еще одну женщину.

Только когда дверь магазина распахнулась и появившаяся в дверях покупательница воскликнула «О Боже!», Саванна вернулась к реальности. Ее взгляд метнулся от двери к Линдси: та, положив голову на спинку бархатного дивана, дергала себя за длинные рыжие волосы. Ее ноги были немного расставлены, и она вскрикивала:

– О, черт побери! Только не останавливайся!

Тут Саванна поняла, что она просто не создана для услуг такого рода.

– Вот и все, – провозгласила она, стремительно встала со стула, не обращая внимания на то, что каблуки Линдси стукнули о пол, а сама рыжеволосая красотка что-то залепетала от разочарования. – Я ухожу. У всех ваших покупательниц что-то не так, – заявила она Валин и забрала из-под кассы сумочку. Затем направилась к двери, на секунду остановилась, повернулась к Линдси и сказала: – Вам нужна серьезная профессиональная помощь.

Она вышла в теплое солнечное утро, зная, что распрощалась с новой гламурной карьерой. Удивительно, но при этом она была гораздо счастливее, чем в любой другой день за последние месяцы.

Имеет ли отношение к сексу работа вашего парня

Давайте смиримся с очевидным: женщинам нравятся мужчины, работа которых ассоциируется с сексом. Именно по этой причине все эти уродливые рок-звезды (деньги и слава) и дряхлеющие воротилы бизнеса (деньги и власть) получают самых горячих цыпочек! Но парни с не столь внушительными счетами в банке также могут быть привлекательными. Ответьте на вопросы теста и выясните, как работа вашего бойфренда отражается на его сексуальности.

Итак, что делает ваш парень для того, чтобы приносить в дом деньги?

A. Он работает стюардом в авиакомпании, но заверяет вас, что не гей. Он утверждает, будто в последнее время его работа все больше связана с безопасностью перелетов, а не с раздачей пакетиков с крендельками… и вы ему верите.

Б. Он… сейчас временно не работает. Вообще-то он всегда… э… временно не работает. Зато вы вкалываете днем и ночью, чтобы содержать его.

B. У него собственная строительная компания, которая проектирует и строит дома. Нет, когда он чинит сантехнику, брюки с него не съезжают и верхняя половина его ягодиц не выглядывает на свет.

Ответ «А». Мы скорбно качаем головой. Даже если ваш парень и традиционной ориентации, то он проводит дни, работая в самолете официантом. Мы можем высказаться еще яснее? Нет, его работа не имеет никакого отношения к сексу. Если ваш парень подпадает под категорию «Б», нам жаль вас еще больше. Сексуальные парни не позволяют женщинам оплачивать их счета. Разве вы этого не знали? Платить всегда должен он. Если же он этого не делает, то, значит, просто желает перекантоваться с вами, пока не подвернется кто-нибудь получше (обратите внимание, что это его позиция, а не наша). Определенно, есть что-то сексуальное в парнях типа «В», которые умеют чинить что угодно. Ведь всем нужна исправная сантехника. Или же причина заключается в том, что молоток, который висит у него на поясе, ассоциируется с другим инструментом, который находится ниже пояса. Такие парни возбуждают в нас большое желание.

Глава 17

0 Я думаю, ты видела отчет о Саванне Тейлор? – Майк потряс в воздухе пачкой бумаг, после чего снова положил их себе на колени. Он сидел в офисе матери, куда заехал поздороваться с ней, а затем должен был отправиться в аэропорт, чтобы совершить короткий перелет Неаполь – Ки-Уэст.

В прошлом году в Неаполе стали продавать больше наркотиков, и местная полиция предполагала, что их везут из Ки-Уэста. Конечно, торговцы могут использовать для этой цели мулов или даже катера, в этом случае они не рискуют быть пойманными. Но иногда они забывают об осторожности. Среди них попадаются отъявленные мерзавцы, считающие, что им море по колено, – и задачей Майка было разуверить их в полной безнаказанности. Для этого он решил слетать несколько раз в Ки-Уэст и проверить сотрудников службы безопасности аэропорта.

Перелеты Неаполь – Ки-Уэст были нетрудными, рейсы задерживали редко. Если ему повезет, он слетает туда два раза за день и будет дома к десяти вечера.

– Да, видела, – угрюмо ответила Лиллиан, отвечая на вопрос сына. – Просто поверить не могу, что так ошиблась в ней.

Майк не удержался и издал смешок по поводу унылого маминого вида.

– Ты слишком близко принимаешь это к сердцу, – сказал он. Лиллиан Брайсон покачала головой. Ее сын… Она любила его, но он был таким глупым. Он не понимал, что каждая женщина, переступавшая порог ее матримониально-подготовительного заведения, заранее казалась ей подходящей невестой для сыновей.

Она еще не мечтала о внуках (хотя мысль о резвящихся в доме ребятишках грела ее), и дело было не в том, что она хотела видеть своих мальчиков такими же счастливыми, какими были они с мужем. Даже сейчас, через шестнадцать лет после смерти Тома, Лиллиан очень его не хватало. Ей было неинтересно с кем-нибудь встречаться, она не верила, что может познакомиться с мужчиной, с которым ей будет хорошо. Она опасалась, что ее сыновья не будут счастливы, если не встретят своих вторых половинок. Но проблема заключалась в том, что Сэм с Майком не воспринимали ее поиски всерьез, не понимали, что не будут жить вечно и могут безвозвратно упустить время.

По какой-то причине, когда Саванна Тейлор пришла к ней в офис, Лиллиан решила: именно эта женщина нужна Майку. Да, именно так. И она теперь очень переживала, что девушка оказалась мошенницей.

Лиллиан поставила локоть на стол, опустила на него подбородок и стала смотреть на сына, как будто хотела лучше изучить его. Он был очень красив: прекрасные волосы отца, серо-зеленые глаза. А на щеках – ямочки, как у Тома. Эти самые ямочки, когда Майк улыбался, могли покорить кого угодно. Кроме того, у сына стабильная, надежная зарплата. Он относился к деньгам чуть более серьезно, чем Лиллиан, и она боялась за него, поскольку доверила ему семейные средства после смерти мужа. Майку было – известно об их шатком финансовом положении, и он никогда не жаловался, что ему приходится подолгу носить одни и те же вещи или редко менять автомобили в отличие от большинства его друзей.

Работа почти не улучшала положения – приходилось погашать заем на образование. Лиллиан чуть не заплакала, думая, как он красив и каким чудесным человеком вырос. Разве плохо, что она пытается подыскать женщину, которой он понравится, которая будет всегда любить его и сделает его счастливее?

– Если тебя это утешит, то мне тоже трудно было в это поверить. – Майк похлопал по лежащему у него на коленях отчету. – Я до сих пор не уверен, что это правда.

Но в планы Лиллиан не входило рисковать счастьем сына, так что она решила предупредить его:

– Ну, ты прекрасно помнишь пословицу про дым и огонь.

Майк встал с кресла и потянулся, его легкая серая рубашка слегка разошлась на талии. Стала видна кобура пистолета, и Лиллиан отвела взгляд. Она с трудом переносила мысль, что ее ребенок ростом более шести футов и, наверное, весом не менее двухсот фунтов – рискует собой. Но Майку нравилась его работа, и Лиллиан оставила свои мысли при себе.

А он улыбнулся ей дьявольской улыбкой и сказал:

– Да-а, но иногда причиной большого пожара может стать и небольшой костер.

Лиллиан устремила свой взор в потолок.

– Не приходи ко мне плакать, когда сгоришь, – предупредила она, подумав, что, возможно, однажды ее усилия по поиску невесты для него дадут плоды.

Майк наклонился к Лиллиан, поцеловал в лоб, а затем чуть приподнял ее за подбородок.

– Не беспокойся, мама. Я справлюсь с Саванной Тейлор, – сказал он, надевая спортивную куртку и направляясь к двери.

Лиллиан поморщилась – неужели ему непонятно, что он нарывается на неприятности?

Она услышала голоса у стойки у входа и пошла выяснить, что гам происходит. Ведь Мэдди могла отлучиться, пока они с Майком беседовали. К Лиллиан должны были прийти только после ленча, и она никого не ждала, но кто-то из клиентов вполне мог появиться внезапно. Такое бывало довольно часто. Если бы все клиентки следовали ее инструкциям, она выдала бы их замуж за год-пол-года.

Однако, сколько бы она ни просила женщину с разбитым сердцем не названивать мужчине, которого та любит, в попытках вернуть его или ни пыталась убедить мужчину, что нежелание его невесты назначить день свадьбы вовсе не означает, что она не хочет замуж, – очень часто они не желали ее слушать. Напротив – совершали глупые, неправильные поступки: оставляли по сорок три сообщения на голосовой почте и автоответчиках, ставили ультиматумы, о которых потом забывали, после чего ей приходилось принимать более решительные меры.

Но когда Лиллиан заглянула в приемную, она увидела там новее не своенравного клиента, ищущего совета, как найти вторую половину, а женщину, о которой они с Майком толковали только что. Лиллиан молча смотрела, как болтали Майк и Саванна, и ей даже не надо было прислушиваться, чтобы разобрать, о чем они говорят. Щеки Саванны покрылись румянцем, она хлопала ресницами, глядя на Майка. А он наклонился к девушке, его громкий голос рокотал.

Это нехорошо. Майк готов отдать свое сердце преступнице, которая перехитрила их обоих. Но Лиллиан не могла винить сына. Когда они с Саванной впервые разговорились, Лиллиан сама спланировала все это. Но теперь надо их остановить.

Она вышла в приемную и откашлялась, глядя в отчаянии, как Майк и Саванна отодвинулись друг от друга, как застигнутые врасплох тинейджеры.

Дело обстоит еще хуже, чем она предполагала. Но как теперь разбить эту парочку? Она что-нибудь обязательно придумает.

– Саванна, здравствуйте! Я могу быть вам чем-нибудь полезной? – спросила Лиллиан, надеясь, что ее жизнерадостный голос звучит не слишком фальшиво. Она встала между Саванной и сыном, протягивая руку девушке, затем повернулась к Майку и спросила: – Тебе не надо спешить? А то еще опоздаешь на работу. – Она подумала, что Майк совсем одурманен чарами Саванны, поскольку не стал протестовать, а только сказал перед уходом:

– Правильно. Да. Увидимся позже.

Лиллиан повернулась к Саванне и попыталась сухо улыбнуться.

– Я могу вам помочь?

Девушка казалась встревоженной. Прежде чем заговорить, она посмотрела сначала направо, а потом налево, словно ожидая нападения.

– Э… А мы можем пройти в ваш офис? Я хочу попросить вас об одолжении.

– Конечно, – ответила Лиллиан. Когда они подошли к двери, она сделала шаг в сторону, чтобы Саванна прошла первой. Девушка так и сделала, а затем опустилась на ближайший к двери стул Лиллиан пересекла комнату, села за стол, достала блокнот и серебряную ручку, которую Майк подарил ей на прошлый день рождения. – Так в чем дело? – спросила она.

Саванна все еще вела себя беспокойно. Лиллиан гадала, чего хочет попросить у нее эта девушка. Само собой, она не можем ожидать, что Лиллиан сделает что-то противозаконное.

Наконец Саванна ответила:

– Та работа в «Жирном коте» мне не подошла, и я только что ушла от Валин, и… Мне ужасно неприятно делать это, но вы предлагали мне помощь. Можете сделать несколько звонков и порекомендовать кому-нибудь меня? Я умная, находчивая. Умею много и хорошо работать. – Саванна наклонилась вперед, как будто обращалась с мольбой к настроенному против нее судье.

Лиллиан почти стало жаль Саванну. Но тут ее взгляд упал на отчет Лейни. Эта женщина подозревалась в мошенничестве, ее долги составляли пятьдесят тысяч долларов. Лиллиан не представляла, как человек такого возраста с таким уровнем дохода мог убедить банки дать ей большие кредиты, но она не сомневалась: сделано это было путем подлогов и обмана. Возможно, она попросила выдать ей десять – двенадцать карт одновременно в надежде, что ее никто не раскусит. И похоже, это сработало. Ради Саванны Лиллиан не стала бы просить своих друзей, но не стоило подталкивать ее к совершению другого преступления, доводя до отчаяния, поэтому Лиллиан улыбнулась, сделала в блокноте пометку и ответила:

– Я позвоню знакомым и сообщу вам о результатах. Может, и начале следующей недели?

Саванна выглядела совершенно сломленной, она откинулась на спинку стула, закрыла глаза и тяжело вздохнула:

– Я надеялась, вы сможете помочь мне немного раньше. У меня совершенно нет денег, – тихо добавила она, будто ей было больно признаваться в этом.

– Ну… Есть один человек, которому я могу позвонить прямо сейчас, если хотите. Он владеет мебельным магазином.

Саванна открыла глаза и улыбнулась так, будто ее только что наградили «Оскаром».

– Огромное вам спасибо.

Лиллиан напомнила себе, что верить в искренность девушки нельзя. Она взяла телефонную трубку и набрала номер своего друга, владельца магазина «Мебель Мейсона». Они обменялись традиционными любезностями, и Лиллиан ободрила Саванну улыбкой. Когда с формальностями было покончено, Лиллиан спросила:

– Кстати, ты взял кого-нибудь на то место, о котором говорил мнe? Сейчас в моем офисе сидит женщина, которая может заинтересоваться работой у тебя. – Лиллиан попыталась изобразить разочарование, но боялась, что окажется не такой хорошей актрисой, как Саванна. В ее сочувственный голос добавилось немного разочарования. – О нет! Я совсем забыла: вчера ты сказал мне, что уже взял кого-то. Извини за беспокойство. – Лиллиан повесила трубку, прежде чем ее друг мог успеть сказать, что у него есть другие вакансии. Она пожала плечами и попыталась хорошо сыграть свою роль, повернувшись к Саванне. – Мне ужасно жаль: вчера он уже взял кого-то. А я совсем забыла. С годами память слабеет, она превращается в решето. – Лилиан покачала головой, хотя сама она никогда ничего не забывала. Плечи Саванны поникли.

– Спасибо вам.

– Конечно, конечно. У меня есть еще несколько друзей, которым можно позвонить, но они уехали из города с семьями. Вы же знаете, сейчас весенние каникулы.

Саванна как-то смешно хрюкнула и пробормотала:

– Да, знаю, – но не сдвинулась с места.

Лиллиан встала с кресла, надеясь, что посетительница поймет намек.

– Если я что-нибудь найду, то обязательно дам вам знать.

Саванна тоже встала. Лиллиан не могла поверить, что так легко выиграла битву. Если у Саванны не будет работы, она не сможет заплатить на следующей неделе за номер в мотеле и у них появятся основания избавиться от нее. Когда дело касалось денег, Майк был непреклонен. У девушки нет шансов остаться, если она прекратит вовремя вносить плату. Когда Саванна совершенно спокойно задала ей следующий вопрос, Лиллиан замерла.

– Я никогда не спрашивала, как Майк зарабатывает на жизнь. Чуть раньше вы сказали, что ему пора на работу. У него, должно быть, нерегулярные заработки.

Глаза Лиллиан сузились. Она ни за что не скажет Саванне, что ее сын – сотрудник службы безопасности авиаперелетов. Она замечала, какой эффект это оказывало на некоторых женщин: коленки у них начинали дрожать, а глаза расширялись, как только они слышали о мужчинах, работающих в силовых структурах. С Сэмом, морским пехотинцем в отставке, было еще хуже – де вицы на него так и вешались, точнее, на его форму.

– Он работает в гражданской авиации, – сказала Лиллиан, как отрезала, уставившись на пятно на двери кабинета.

– Он пилот? – В голосе Саванны прозвучал интерес.

Неожиданно Лиллиан посетила зловещая мысль. Она почувствовала себя как Похититель Рождества Гринч, который смотрит на своего маленького песика Макса и думает, как прицепить ему оленьи рога. Она знала, что последует дальше, что и как она ответит Саванне. Эта авантюристка никогда уже не взглянет на ее сына прежними глазами. И именно этого хотела Лиллиан.

Она моргнула и нацепила самую сладкую свою улыбку. Затем посмотрела на девушку и сказала:

– Нет, дорогая, Он скорее… числится членом команды.

Саванна попыталась скрыть разочарование, но Лиллиан не могла сказать, что ответ сокрушил ее – она не так уж сильно удивилась.

– Вы хотите сказать, – спросила Саванна решительно, – что он стюард?

Лиллиан, которая не любила ложь, просто улыбнулась и пожала плечами, давая Саванне возможность самой ответить на этот вопрос.

Хорошее ли впечатление вы производите, впервые встречаясь с людьми?

Вы слышали выражение, что все решает первое впечатление? Мы тоже верим в это! Сколько раз при первой встрече вам не нравился какой-то человек, а потом вы становились с ним лучшими друзьями? Ни разу, правда? Такого просто не бывает. А какое первое впечатление производите вы?

Когда вы впервые встречаете людей, то они реагируют следующим образом:

A. Улыбаются и кивают, но встречаются с вами глазами не более чем на две секунды.

Б. Делают полшага назад и суют руки в карманы.

B. Улыбаются, бросаются к вам и прикасаются к вам (имеются в виду плечи или рука).

В девушках типа «А» нет ничего отталкивающего, но вы можете совершенствоваться. Ваша проблема заключается в том, что вы не производите слишком сильного впечатления на других, и люди не стараются запомнить ваше имя. Что вы делаете не так? Может, вам следует поработать над своей улыбкой или воспользоваться мятной жевательной резинкой? Попробуйте – дело того стоит! Если вы дали ответ «Б», то нам очень жаль, но вы производите ужасное первое впечатление. Хуже будет только в том случае, если другой человек закричит и убежит от вас! Не знаем, что вы делаете неправильно, но вы можете потренироваться производить впечатление на друзьях, которым доверяете… Вопрос только в том, есть ли они у вас! Выбравшие пункт «В» просто милашки, и большинство из вас знают это! Продолжайте в том же духе – продолжайте производить прекрасное первое впечатление!

Глава 18

У Саванны не было выбора. Она обзвонила полдюжины фирм, объявивших о вакансиях, и всюду ей отвечали: «Пришлите резюме, и мы свяжемся с вами на следующей неделе». Она не могла ждать так долго, у нее осталось всего пятьдесят долларов, и хотя она всегда могла обратиться за деньгами к родителям, ей претила такая мысль, потому что подобный поступок казался ей безответственным. Ведь Саванна могла сделать всего один звонок и получить работу, от которой совсем недавно избавилась и не могла терпеть.

Что разочаровало ее больше всего, так это сегодняшняя беседа с Лиллиан Брайсон. Почему поначалу она предлагала помощь в поисках работы, а потом, когда Саванна решила воспользоваться ее предложением, повела себя так странно?

Саванна сжала в руке сотовый телефон, будто он был виноват во всех ее бедах.

– Ненавижу просить о помощи, – сказала она телефону. Ответа, естественно, не было.

Она сидела на скамейке под дубом на Саншайн-паркуэй, и ей был отчетливо виден номер телефона «Рифанд-сити», написанный на стекле этого учреждения. Это было как вызов, как подначка позвонить, но Саванне все-таки не хотелось набирать его. Это означало бы, что она сдалась – вернулась к «безопасной» работе бухгалтера. Это означало бы поражение.

– Будь у тебя больше денег, ты могла бы ходить по барам и ресторанам, которые любила Вана. Могла бы покупать вещам там, где покупала их она. Подумай об этом с такой вот точки зрения, это значительно повысит твои шансы найти Вану и зажить новой гламурной жизнью, – сказала она себе.

Да. Лучше посмотреть на все с другой стороны. И это не означает, что она признает свое поражение.

Приняв такое решение, Саванна набрала номер «Рифанд-сити», и ей тут же назначили собеседование в течение ближайшего часа с мистером Леонардом, который контролировал неапольское отделение. Было время ленча, поэтому она поспешила в кофейню, купила чай со льдом и сандвич с индюшкой и снова пошла к скамейке, чтобы поесть.

Беспокоясь, что опоздает на собеседование, Саванна мигом проглотила сандвич и запила его манго-маракуево-жень-шенево-зверобоево-ржаным чаем со льдом.

– И куда только исчез обычный чай со льдом? – громко заметила она, допивая остатки полезного напитка. Выбросив пластиковую чашечку и обертку от сандвича, Саванна нервно посмотрела на часы. Было еще рано идти на собеседование.

Поклявшись, что больше никогда не будет приходить раньше положенного – пунктуальность не сексуальна и не загадочна и вовсе не совпадает с имиджем, какой она хотела бы иметь, – Саванна поправила сползающие с носа темные очки и приняла скучающий гламурный вид, лениво следя за туристами, слонявшимися вокруг.

Через несколько минут она опять посмотрела на часы и вздохнула с облегчением: наконец можно идти на собеседование. Она была сама не своя. И не из-за того, что она не имела достаточного опыта для такой работы. Просто два последних собеседования заставили ее порядком понервничать, к тому же за последние три дня на нее напали собаки, ее чуть не переехала тележка с мороженым, на нее пролился крабовый суп, она побыла няней вздорной девчонки и ее терзала женщина, чьим фетишем были ноги.

Так что Саванну порядком тревожила предстоящая встреча.

Она встала и оправила юбку из красно-черной шотландки, стараясь не обращать внимания на жару.

– Все, полная уверенность в себе, – пробормотала она, набрасывая ремень сумки на плечо и направляясь к «Рифанд-сити».

Вдруг Саванна подумала, что если события будут продолжать развиваться по той же самой схеме, что и всю прошлую неделю, то стоит ей ступить на проезжую часть, как большая черная машина – скорее всего «мерседес», раз уж все плохие парни в кино водят дорогие немецкие машины, – выскочит из-за угла, наедет на нее, и она влетит в стеклянную дверь «Рифанд-сити». Все кости у нее будут сломаны, к ней примчатся родители, и она поймет во время своего выздоровления и романтических отношений с лечащим врачом свою фатальную ошибку: она искала счастье вдалеке от дома, в то время как оно находилось под самым ее носом, в Мэпл-Рэпидз. Так и кончится эта история: доктор Как-Его-Там скажет «да» в комнате ожиданий Центральной больницы Мэпл-Рэпидз, и они сфотографируются пять лет спустя – на фотографии два маленьких Как-Их-Там прильнут к ее ногам, а в руке у сияющего улыбкой доктора будут два билета в «Диснейленд».

Когда Саванна представила свое будущее таким, ее передернуло.

К счастью, зловещий скрип шин не донесся до ее ушей, когда она переходила дорогу, и она благополучно открыла дверь бухгалтерской фирмы. Здесь тихо гудели голоса дюжины бухгалтеров, быстро и аккуратно заполнявших декларацию. Саванна уловила напряжение, царившее тут, и поняла, как устали сотрудники. Она знала, что по мере приближения пятнадцатого апреля они станут работать еще больше, это было прекрасно известно и им самим. Вот почему только один человек поднял голову, когда Саванна вошла в офис.

«А вот и младший бухгалтер», – подумала Саванна, улыбаясь молодой женщине с платиновыми волосами. Эта бухгалтерская фирма была не из крупных, где высокооплачиваемые секретари в стеклянных кабинках преграждают путь к священным залам внутри. Здесь бухгалтеру, который позже всех окончил колледж, приходилось выполнять не только свою работу, но и обязанности секретаря. Если здешний филиал работает так же, как офис в Мэпл-Рэпидз, то эта женщина ведет журнал посещений и распределяет клиентов между работниками. В первый год работы младшим бухгалтерам поручали только самые простые декларации.

– Я Саванна Тейлор. У меня назначена встреча с мистером Леонардом, – сказала Саванна.

Женщина с облегчением улыбнулась Саванне, поняв, что та не принесла с собой налоговую форму для заполнения.

– Прекрасно. Сейчас я дам ему знать, что вы уже здесь, – сказала она. А затем бухгалтер очень удивила Саванну, повернув голову и крикнув: – Эй, Лен! Тут к тебе пришли.

Другие сотрудники, очевидно, привыкли к подобным ее выходкам, потому что никто из них не прекратил работать. Через несколько секунд угрюмый человек, тот самый, который два утра подряд проходил мимо Саванны, поднял голову Его кабинет был самым дальним от входа. Он сделал Саванне знак, чтобы она вошла, и быстро вернулся к себе.

Саванна приветливо кивнула младшему бухгалтеру, прежде чем начать пробираться к кабинету мистера Леонарда. В его дверях она слегка замешкалась, потому что ей показалось, будто он куда-то исчез. Она посмотрела налево, потом направо, затем за дверь, на случай, если он спрятался там, и собирается выскочить оттуда с диким криком «Ага!» – примерно о таком тесте она прочитала в «Инструкции для полных идиотов».

– Входите, входите. – Мистер Леонард появился из-за невероятно большой стопки папок, возвышающейся у него на столе.

Саванна испытала облегчение: он не пытался напугать ее, желая проверить рефлексы и выдержку. Она вошла в офис и повернулась, чтобы закрыть дверь, но мистер Леонард сказал:

– Можете оставить ее открытой.

Саванна, моргая, смотрела на худого, жилистого человека, который был почти погребен под бумагами на столе.

– Но я пришла сюда на собеседование, – сказала она, решив, что мистер Леонард не понимает, зачем она здесь. В конце-то концов блондинка ничего не сказала ему о цели ее визита.

Мистер Леонард встал и указал на единственный в офисе свободный стул напротив него. Там тоже были залежи бумаг.

– Я придерживаюсь политики открытых дверей, ну, вы знаете: «Моя дверь открыта всегда». – Он одарил Саванну устрашающей улыбкой, и она задалась вопросом, с какого расстояния он может набросить на нее удавку – шнур компьютера. Затем мистер Леонард сказал: – Входите. Садитесь.

Саванна пробралась к стулу, боясь что-нибудь перевернуть и потому держась очень прямо. Она отодвинула бумаги на край стула и пристроилась на другом уголке.

– Когда вы можете приступить к работе? – спросил мистер Леонард, беря из стопки желто-коричневую папку и поворачиваясь к компьютеру.

– Ну… хм… – начала заикаться Саванна. Какого черта здесь вообще происходит?

Мистер Леонард посмотрел на нее поверх монитора. Саванне была видна только часть его лица – справа стоял компьютер, слева возвышалась гора папок. Саванну поразило напряжение в его взгляде. Глаза мистера Леонарда – во всяком случае, один, который она могла видеть, – были ясно-голубыми. – Что? Вы хотите повышения? Они все хотят повышения, – пробормотал он. Даже не взглянув вниз, он взял листок бумаги со стола и продолжил: – Хорошо. Стоимость жизни здесь выше на шестнадцать целых и три десятых процента, чем там, откуда вы прибыли. Я буду платить вам на две тысячи пятьсот долларов больше. И ни цента сверху.

Взгляд Саванны метнулся к открытой двери. Он действительно собирается обсуждать ее зарплату во всеуслышание?

– Знаете, какая у нас площадь? – как бы между прочим спросил мистер Леонард.

Что? Это один из вопросов типа «Почему-крышки-люков-круглые?»

– Нет, но я могу найти хозяина и спросить у него, – ответила Саванна.

– Тысяча сорок, – сказал мистер Леонард. – Это сделали специально, когда мы делили пространство на офисы. Подумайте только – тысяча сорок.[4]

Саванна медленно поднялась со стула и начала отступление, остановившись только когда наткнулась спиной на стеклянную стену кабинета менеджера.

– Умно, – кивнула она и выдала фальшивую улыбку.

– Да, я тоже так считаю. В таких маленьких офисах ничего нельзя сохранить в тайне. Стоит кому-нибудь оставить квитанцию по зарплате на ксероксе, как все начнут требовать столько же. У нас все на виду. Все в офисе, кроме Даниель, которая начала работать у нас три месяца назад, получают примерно одинаково. И каждый тянет свою ношу. А если кто-то этого не делает… – тут мистер Леонард замолчал и пожал плечами, – то все это замечают. У нас здесь, как я это называю, круговая порука. Один сотрудник начинает работать хуже, тогда все остальные должны это почувствовать. И знаете, что происходит в итоге, знаете? – Он кивнул с таким видом, будто Саванна действительно понимала, о чем речь. Но она не понимала.

Саванне было страшно задавать уточняющие вопросы, она покачала головой и все же поинтересовалась:

– Что?

Мистер Леонард сильно втянул в себя воздух и громко выдохнул перед тем, как ответить:

– Давайте просто скажем, что мы умеем избавляться от лентяев. Мы их искореняем, как сорняки.

– Отлично, – неуверенно пробормотала Саванна. Мистер Леонард снова уткнулся в монитор и забормотал:

– Кроме того, я уже проверил вас, и нам не о чем беспокоиться. Когда вы начнете работу? На сегодняшний день у вас есть планы?

Саванна снова медленно опустилась на стул. Это было самое странное из собеседований, которые она когда-либо проходила. Раньше призовое место удерживал ресторан «Жирный кот», но здесь было еще круче. Где вопросы о долгосрочных и краткосрочных целях? О ее достоинствах и недостатках? О ее способности работать самостоятельно и в команде?

Похоже, она имела дело с Карлом Марксом бухгалтерского дела, который считал, что сотрудники будут исправлять его кадровые ошибки, «искореняя как сорняки» тех, кто не справляется с работой.

Страшно, как в «Степфордских женах».

Но Саванне нужна была работа. Кроме того, если мистер Леонард и сотрудники слишком уж ее достанут, она будет подыскивать что-нибудь получше. Вероятно, за последние четыре дня она израсходовала все свои способности идти на риск.

Она начинала понимать: годы работы бухгалтером изменили ее так сильно, что стать другой женщиной быстро она не сумеет. Может, на следующий год, когда ее превращение закончится и вокруг нее будут толпиться мужчины, желающие поехать с ней в экзотический отпуск или подарить ей сверхдорогие украшения, тогда она начнет реже думать о деньгах. А в настоящее время ей они необходимы, и мистер Леонард только и ждет, когда она сядет за стол.

– Хорошо. Я готова, – сказала Саванна.

– Великолепно! – возвестил Лен Леонард, не отрываясь от компьютера. – Эшли Ван Дайк поможет вам войти в курс дел.

Шестнадцатого апреля у нее свадьба, и она появится в офисе в последний раз пятнадцатого апреля. Эшли проработала здесь пять лет, и мне невыносима мысль, что я ее теряю. Представляете, она нашла богатого жениха! От нее вполне можно было ожидать подобного.

Саванна кусала губу и пыталась не рассмеяться над трагическими интонациями мистера Леонарда. Она взяла сумочку и встала, подумав, что попросит младшего бухгалтера показать эту самую Эшли. Но как только Саванна вышла от мистера Леонарда, дверь отворилась и в контору влетела изящная молодая женщина с длинными черными волосами, зелеными глазами и румянами на щеках. В ее руках было множество пакетов.

– Привет, Эшли, – сказала младший бухгалтер. Впечатление создавалось такое, что чокнутая старшеклассница приветствует капитана группы поддержки.

Эшли Ван Дайк привычным жестом перебросила шелковистые волосы через левое плечо.

– Привет, Даниель. Ты не поверишь, но в «Элитных ювелирных изделиях» началась весенняя распродажа. Посмотри на эти серьги! Они стоят всего две тысячи долларов. Представляешь? У меня такое ощущение, будто я их украла!

Даниель выглядела в должной мере потрясенной серьгами, чего и ожидала от нее Эшли. Саванна заметила: остальные бухгалтеры проигнорировали появление коллеги. Она подумала, что Эшли Ван Дайк сделала немало, чтобы восстановить их против себя. Она направилась к женщине, желая получше рассмотреть ее наряд – зеленые вельветовые брюки с облегающей блузкой, – а также познакомиться с ней и приступить к работе. Эшли начала, по всей вероятности, бесконечное обсуждение дорогой сумочки, которую купила, но тут Саванна – так вежливо, как только могла, – прервала ее.

– Привет! – сказала она.

Эшли и Даниель посмотрели на нее – обе, казалось, были шокированы тем, что их беседу так грубо прервали.

– Извините, извините, если помешала… – Саванна убедила себя, что не должна испытывать чувство вины, ведь ей надо было работать. – Мистер Леонард сказал, вы должны ввести меня в курс дел. Если дадите мне компьютер и несколько папок, я займусь работой и больше вас не потревожу.

Эшли опять изящно отбросила волосы за плечо и громко вздохнула, будто для нее заниматься делом на работе было как-то странно.

– Ну хорошо. Я просто положу веши в машину и вернусь. Как, ты сказала, тебя зовут? – Она фыркнула, словно желала дать понять, насколько неприлично ведет себя новенькая.

Саванна протянула руку и сказала:

– Саванна Тейлор, я из Мэпл-Рэпидз, штат Мичиган. – Она замерла от удивления, когда лицо Эшли стало серым, а затем она без сознания упала на пол.

Вы видите покойников?

После выхода на экран фильма «Шестое чувство» появляется все больше людей, утверждающих, что могут общаться с привидениями. Мы придерживаемся широких взглядов и верим, что действительно существуют индивидуумы, обладающие сверхъестественными способностями, – астрологи, телепаты и просто энтузиасты, вроде героев телевизионных сериалов про полицию и ток-шоу, способные найти убийцу, связавшись с душой его жертвы.

Ужас страшный, но во всем есть привкус чего-то прикольного, верно? Когда, оставшись одна в скрипучем старом доме вашей бабушки, вы видите странный свет, льющийся из-под двери, то…

A. Идете в ванную комнату и глотаете парочку таблеток от изжоги. Видимо, все это из-за пиццы «Пепперони», которую вы так некстати съели перед сном.

Б. Накрываете голову одеялом и начинаете уговаривать себя, тихо повторяя: «Привидений не бывает. Не бывает, не бывает».

B. Тихо благодарите призрак бабушки за то, что он позволяет вам разделить его общество, затем спрашиваете, можете ли вы быть ему чем-нибудь полезны – ведь бабуля отсиживается где-то между миром живых и миром мертвых, и только Богу известно, как долго это продлится. Похоже, только так вы можете освободить ее.

Тем, кто выбрал ответ «А», не повредит иметь при себе монтировку (а может, коврик для йоги и немного фимиама) и допустить пусть малейшую, но возможность, что мир вокруг нас – это не только то, что мы видим, слышим и осязаем. Есть нечто иное. Девушки, остановившиеся на «Б», нуждаются не только в ломике, но и в мужестве. Перестаньте трястись под одеялами, выбирайтесь из-под них – необходимо противостоять демонам! Если вы выбрали пункт «В», то вам море по колено. Давайте как-нибудь поджарим на костре шашлык и обменяемся самыми что ни на есть реальными историями о привидениях!

Глава 19

Эшли обвинила в обмороке жару, голод и из-за шишки на лбу отпросилась с работы в два часа, переложив большинство своих обязанностей на Саванну. Впрочем, Саванна не слишком возражала. Ей будут платить за то, что она займется налогами граждан, вот она ими и займется.

Она открыла первую папку Эшли, рассчитывая увидеть анкету, которую та заполнила в ходе беседы с клиентом, собрав информацию для декларации. Но там были лишь разрозненные квитанции и бумажки с пометками. Саванна подумала, что Эшли, наверное, начала переход на новую безбумажную систему «Рифанд-сити», которая должна вступить в действие к следующему году. После внедрения этой системы папки с бумагами отправятся на помойку. Саванна горячо поддерживала это начинание: оно обещало более высокий уровень безопасности, так как к компьютерным файлам получат доступ только те служащие, которые с ними работают, а также их начальники. А сейчас ключи к шкафам с папками были у всех в офисе. Саванна могла, если бы захотела, покопаться в чьих угодно делах. По идее, ее могли уволить за проявление излишнего любопытства, но никто не обращал внимания на то, какие папки у кого на столе.

Не то чтобы Саванна не доверяла коллегам, но она предпочитала систему с более надежной защитой. Возможно, Эшли думала так же.

Включив компьютер, Саванна произвела поиск по номеру социального страхования, указанному в форме W-2 в папке, которую дала ей Эшли. Не найдя там вообще ничего, Саванна открыла еще несколько папок, покачала головой и вздохнула. Ни в одной не было заполненных анкет или хоть сколько-нибудь стоящей информации. Получалось, что, прежде чем приняться за декларации, она должна прочесать все папки, дабы убедиться, что в них есть все необходимые данные.

У нее было два варианта. Она могла сидеть и вздыхать по поводу навалившейся работы или нырнуть в дело с головой. Саванна предпочла второе.

Наконец-то нашелся тест, на который она дала правильный ответ!

Саванна тихо рассмеялась, раскрыв дело нового клиента и приступив к наведению порядка в том хаосе, который достался ей в наследство от Эшли.

Шесть часов спустя Саванна потерла лоб – у нее разболелась голова. Однако она медленно и терпеливо продолжила объяснения по телефону:

– Да, миссис Рейнхарт, я понимаю, что Джек дорог вам как единственный ребенок. Но по Налоговому кодексу считать домашних животных иждивенцами не разрешается. – Какое-то время она слушала, что ей отвечают, затем произнесла: – Нет, мне очень жаль, но счета от ветеринаров также не освобождаются от налогов.

Саванне оставалось только надеяться, что она занимается вопросом «животные как иждивенцы» последний раз в жизни. Но обычно такая проблема возникала по меньшей мере раза три в год. Иногда чаще.

– Да, миссис Рейнхарт, есть люди, с которыми вы можете это обсудить. Вам следует написать письмо президенту и дать ему знать, как вы понимаете эту проблему. Но даже если мы сочтем вашу собаку иждивенцем, вам предстоит выплатить двести шестьдесят долларов шестьдесят четыре цента. Вы хотите, чтобы я прислала вам цифры по электронной почте? Если да, я отдам вам счет завтра, когда вы зайдете в офис подписать декларацию.

Похоже, собеседница осталась довольна, несмотря на обескураживающие новости о терьере Джека Рассела. Часы в нижнем углу монитора показывали восемь пятьдесят одну. Саванна поднялась со стула и увидела, что все, кроме Даниель, уже ушли домой. Ей бы очень хотелось оказаться на их месте.

В целом атмосфера в офисе была какой-то странной. До пятнадцатого апреля персонал, казалось, должен был работать с утра до ночи. В Мэпл-Рэпидзони по вечерам заказывали пиццу, и этот заказ сопровождался обещанием начальства, что после того, как основная работа будет сделана, им устроят грандиозную вечеринку-с немереным количеством алкоголя. А здесь бухгалтеры начали уходить часов в шесть. Многие брали с собой папки, и Саванна предположила, что они продолжат работу дома, но ее удивляло, что Лен не пытается поощрить чувство товарищества и не просит всех оставаться на своих местах и работать в команде.

Но какое это имело значение? Тут по крайней мере Саванну никто не нарядил в костюм рыбы и не задирал юбку до пояса. Она вздохнула и открыла еще одну папку, доставшуюся от Эшли, но тут дверь отворилась и вошел мужчина среднего телосложения. Он осмотрел помещение, как будто что-то искал, а потом подошел к Даниель.

– Мне нужен сотрудник, который поработал бы над моими налогами, – тихо сказал он.

– Ну, их у нас навалом, – пошутила Даниель, но мужчина остался непробиваемо серьезным.

– Я могу заняться вами, – предложила Саванна, желая помочь коллеге, хотя до закрытия фирмы оставалось две минуты.

Мужчина кивнул и снова огляделся, его взгляд проникал даже в темные углы комнаты. Саванна осознала вдруг, что делает то же самое, хотя у нее не было ни малейшего понятия, что он искал. Это было самое обычное учреждение.

Мужчина подошел к столу Саванны, наклонился и прошептал:

– Мы можем поговорить наедине?

– Да, у нас есть помещение для консультаций, – ответила она, показывая на комнату рядом с кабинетом Лена и прихватив с собой новую папку, куда заранее положила бланк анкеты и несколько чистых листков для заметок.

Они вошли в комнату и закрыли дверь, Саванна придвинула к столу маленький стул, села и предложила клиенту располагаться поудобнее. Но тот поразил ее: первым делом он подошел к венецианским жалюзи и закрыл их, и через окно, выходящее из главного помещения в комнату для консультаций, теперь ничего не было видно. Саванне оставалось надеяться, что в случае чего Даниель закричит и придет ей на помощь… и что она сможет быстро позвонить в службу спасения.

Сказав себе, что неадекватно реагирует на происходящее, Саванна, однако, отодвинула стул назад и спросила из относительно безопасного угла комнаты:

– Так чем я могу вам помочь?

Мужчина подался вперед, его темные глаза были полузакрыты и таинственны.

– Я хочу подать декларацию.

– Вы обратились по адресу, – сказала Саванна самым что ни на есть жизнерадостным голосом, нажав кнопку механического карандаша и открыв папку. – Мне нужен ваш номер социального страхования. Если при вас есть форма W-2, я могу списать его оттуда.

Мужчина положил ладони на стол и пронзил Саванну напряженным взглядом.

– Я не могу предоставить вам эту информацию, – прошептал он.

Все становилось еще более странным. Саванна сглотнула и задрожала.

– Невозможно составить декларацию без номера социального страхования. Налоговая инспекция должна удостовериться, что вы платите налоги, – терпеливо объяснила она.

– Я готов заплатить их. Просто мне не хочется, чтобы меня нашли. – Произнося это, странный клиент продолжал обшаривать глазами комнату, будто искал видеокамеру или «жучки».

Саванна решила, что наилучший способ справиться с этой ситуацией – играть в открытую.

– Если вы платите налоги, но не сообщаете номер социального страхования, то как в налоговой инспекции узнают, откуда пришли деньги? Они же отслеживают это, сами знаете.

– Не имеет никакого значения, откуда придут деньги. Поверьте мне, я делаю так каждый год. – Мужчина одарил Саванну взглядом, в котором читалось превосходство, скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.

Саванна сидела и кусала губы. Как объяснить ему, что система работает совсем иначе?

– Вы же знаете: от вашего работодателя требуют, чтобы он тоже подал копию W-2, правильно? Я хочу сказать, налоговая инспекция получает информацию именно таким образом. Не говоря уж о форме 1098, которую предоставляет банк, если ваш дом куплен в кредит или если вы получаете доход от инвестиций. Мужчина равнодушно махнул рукой.

– Я обо всем этом позаботился: работаю только за наличный расчет и не имею дел с банками, – оповестил он Саванну.

Саванна поняла, что не сможет выиграть эту битву, но ей стало интересно, почему этот человек не хочет, чтобы налоговики узнали, кто он такой, и она спросила:

– А чего вы так боитесь?

Мужчина склонился вперед и жестом показал ей, чтобы она сделала то же. Саванна подняла глаза, желая удостовериться, что Даниель все еще на своем месте, но увидела только слабый свет лампы над ее столом. Она решила не отступать и придвинулась к мужчине ближе.

– Скажите мне, – тихо прошептала она.

– Я мертвец, – ответил мужчина одними губами. Саванна трижды быстро моргнула.

– А?

Сунув руку в карман джинсов, мужчина достал сложенный желтый лист и подвинул его к Саванне. Она не стала брать бумагу в руки.

– Здесь записаны мои доходы и расходы. В этом году я заработал примерно двадцать тысяч, ухаживая за газонами и чиня самые разные вещи. Я должен заплатить налоги, но не хочу, чтобы меня выследили. Поверьте, мне лучше быть мертвым.

Саванна откашлялась и взялась за мочку уха.

– Но… вы не мертвый, – обескураженно сказала она. Мужчина впервые расслабился, хихикнул и признался:

– Нет, но моя жена думает, что да.

Саванна устало потерла шею.

– Как бы то ни было, я не могу оформить налоговую декларацию, не зная вашего номера социального страхования.

Мужчина казался очень взволнованным. Он встал, вытянул руки и улыбнулся.

– Тогда просмотрите свои папки и найдите кого-нибудь, умершего в прошлом году и не имевшего никаких доходов. Вы дадите информацию обо мне под его номером социального страхования, и все будет хорошо. Я должен платить налоги, иначе попаду в ад. – Глаза мужчины неожиданно затуманились, будто он представил страшную картину.

Саванна закрыла глаза и сдержала стон. Все это было неправильно, совершенно неправильно.

– Я не могу. Это противозаконно.

Глаза мужчины сузились, он положил руки на спинку стула, с которого только что встал, и сердито посмотрел на Саванну:

– Я не знаю, почему вы превращаете это в такую большую проблему. Женщину, с которой я имел дело в прошлом году, уговаривать не пришлось.

– О чем вы говорите? – поразилась она. – Кто-то в этом офисе в прошлом году заполнил для вас декларацию? Кто это был? И под каким именем вы зарегистрированы?

Мужчина какое-то время с подозрением смотрел на Саванну, а затем неожиданно схватил за горло. Она кричала, упиралась каблуками в ковровое покрытие, пытаясь вывернуться. Стул полетел в стену, и одна из табличек, ненадежно повешенная на маленький гвоздик, закачалась и упала, угодив Саванне в голову, прежде чем оказаться у нее на колене.

– О-о-ох! – закричала она, вскакивая со стула, и, используя награду Президентского клуба Юго-восточному району, выданную в 1999 году как шит, постаралась отразить нападение. Мужчина все еще стоял по другую сторону стола с желтым листом бумаги в руке, который прежде вынул из кармана, и смотрел на нее как на умалишенную.

– Вы задаете слишком много вопросов. Я думаю, вы одна из них, – сказал он так злобно, что Саванна задрожала.

Не сказав больше ни слова, он вышел из комнаты для консультаций, пожелал Даниель хорошо провести вечер… и удалился.

Столкновение Саванны с Бросающим в Дрожь Безымянным Парнем сильно выбило ее из колеи, и она решила взять такси, а не идти полтора квартала до мотеля в темноте. Несмотря на то что Саншайн-паркуэй был хорошо освещен, Саванна все время представляла, как «мертвец» выскакивает из темной аллеи, подносит к ее горлу нож и приказывает отвести его к «ним». Она не имела ни малейшего понятия, кто такие «они», если только речь не шла о налоговой инспекции, до которой нужно было полтора часа ехать в Майами.

Саванна хотела попросить Даниель довезти ее, но к тому времени, когда закончила завязывать папки и выключила компьютер, та успела испариться, оставив ее одну в пустом здании. Покидая офис, Саванна старалась убедить себя, что с ней не может случиться ничего плохого. На улице было не слишком много туристов, но и пустынными их было назвать нельзя. Следовало просто держаться подальше от домов и поближе к проезжей части.

Но все у нее внутри сжалось, когда она вышла из помещения в теплый душный вечер. Какое-то мгновение Саванна постояла, посмотрев сначала налево, а потом направо, желая удостовериться, что Бросающий в Дрожь Безымянный Парень не притаился где-то поблизости.

Убедившись, что рядом никого нет, Саванна вышла из тени на тротуар и почти побежала, чтобы догнать молодую пару, шедшую впереди. Затем она пошла медленнее, стараясь отставать от них всего на несколько шагов.

Когда девушка с парнем добрались до перекрестка, где Саванна должна была сворачивать, она внимательно посмотрела в сторону мотеля «Песчаные дюны». Фонари не горели, и Саванне снова стало не по себе.

Она приготовилась бежать сломя голову, достала со дна сумочки ключ от номера, затем в последний раз оглянулась на освещенную улицу, где прогуливались туристы, сделала глубокий вдох и понеслась вперед.

Бежать на высоких каблуках было не так легко, как показывают в кино. Саванна чуть не сломала лодыжку, когда ее каблук попал в трещину мостовой, а колено коснулось булыжника. Она встала и осмотрела туфлю. Оказалось, каблук чуть не сломался и качается. Саванна доковыляла до мотеля, постоянно оглядываясь.

Она отперла решетку ограждения и проскользнула во двор. Саванна глубоко вздохнула от облегчения, когда замок за ней защелкнулся. Ну вот. Неужели она в безопасности?

И только подойдя к лестнице, она вспомнила о Бросающем в Дрожь Безымянном Парне, о том, что он сказал, будто какая-то женщина заполнила его налоговую декларацию. Неужели кто-то действительно подделал бумаги? И что хуже всего, эта сотрудница использовала для этих целей имя умершего человека.

От этих мыслей по спине Саванны побежали мурашки, и, начав подниматься на второй этаж, она обхватила плечи руками. По какой-то причине – можно назвать это интуицией, а можно – разыгравшимся воображением – Саванна, дойдя до последней ступеньки, почувствована неладное. Вместо того чтобы сразу направиться к площадке, она прижалась к стене. Бетон под ее рукой оказался прохладным и мокрым. Затем она стала очень-очень медленно продвигаться вперед, пока не смогла разглядеть проход.

К ее удивлению, он был пуст.

Она приложила руку к груди, желая успокоить колотящееся сердце.

– Ты становишься ненормальной, – отругала она себя еле слышно и ступила в коридор.

Но, приблизившись к своему номеру, Саванна почувствовала, что ее ноги отказываются идти. Что-то тут было не так. Она сделала еще один шаг, к номеру, и под ее ногой что-то хрустнуло. Саванна чуть не закричала, поняв, что наступила на гигантского рыжего таракана. Как она их ненавидела! Они доводили ее до нервной дрожи. Саванна закрыла глаза, стараясь не вспоминать сцену из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы», в которой героиня направляет луч фонарика на пол и понимает, что идет по живому ковру из гигантских тараканов.

Вечер выдался теплый, но Саванна дрожала, хотя и не переставала напоминать себе, что нет ничего проще, чем наткнуться на таракана в южной Флориде.

Мысленно пообещав вымести дохлого таракана позже, она сделала еще шаг вперед… и застыла как вкопанная, увидев серебряный свет, струившийся между дверным косяком и дверью, которая была чуть приоткрыта. Саванна помнила, что, уходя на работу, заперла номер, и рассеянностью она не отличалась. А если дверь утром была заперта, то это могло означать только одно: в ее комнате кто-то был.

Или хуже того, в ее комнате кто-то есть.

Саванна еще не раз слышала хруст под ногами, когда отходила от двери, но не останавливалась и не смотрела, были это тараканы или нет. Она не спускала глаз с двери, желая, чтобы человек, проникший в ее номер, оставался там подольше: она должна успеть выбраться из прохода и позвонить в полицию.

Еще три шага – и она окажется в успокаивающей темноте лестничной площадки.

Еще один шаг назад. Еще два фута.

Еще один.

А затем…

Когда чья-то рука тяжело опустилась на ее плечо. Саванна чуть не совершила один из мультяшных трюков, когда койот подскакивает так резко, что выпрыгивает из шкуры.

– Куда, интересно, вы идете? – прозвучал мужской голос.

Втираем в кожу крем и смотрим, что у вас в ванной

Ох уж эта ванная комната! Место, где вы можете целыми часами безмятежно нежиться в пене среди мерцающих свечей. Как? Это не для вас? Быстро откройте дверь и отдерните занавеску для душа. А теперь скажите нам, что у вас в ванной:

A. Мочалка и полупустая бутылочка шампуня.

Б. Очень миленькая губка, три влажных больших полотенца неопределенного возраста, пара колготок, переброшенных через карниз для занавески, но упавших в ванну, следы на ванной, которые невозможно оттереть.

B. Подушка для ванны – вам ее подарила сестра на день рождения, хромовый держатель, идущий от одного края ванны до другого, – на нем вы размещаете книгу, бокал вина, мочалку из люфы и великое множество баночек с волшебно пахнущими солями.

И когда же ванная комната стала так скучна для девушек, выбравших ответ «А»? Вы не помните, как были малышкой и играли в пенной воде до тех пор, пока пальцы ног не начинали походить на ластики? Вы должны заново внести некое удовольствие в процедуру принятия ванны. Хотя бы зажгите несколько свечек! Те, кто выбрал пункт «Б», должны предъявить к ванне свои требования. Это то место, где можно смыть с себя заботы дня и расслабиться. Ну так и делайте это! А когда девушки, отметившие букву «В», принимают, ванну, мы готовы выстроиться в очередь за ними. Все, что мы можем сказать, это: «Ах-х-х-х-х-х!»

Глава 20

Майк был совершенно обезоружен, когда Саванна повернулась к нему, обняла за талию и с придыханием прошептала: «О, слава Богу, что вы здесь!» – и чуть не упал с лестницы, увлекая ее за собой. Он успел упереться одной рукой в стену, чтобы сохранить равновесие, а другая его рука лежала у Саванны на талии, как бы защищая ее. Девушка сильно дрожала, и Майк нахмурился, гадая, почему она до такой степени напугана.

Он убедил себя, что всего лишь ждет, пока она успокоится, но это было не совсем правдой. Просто ему нравилось чувствовать, что ее мягкое тело прижато к нему, и он не желал отпускать Саванну до тех пор, пока ему не пришлось сделать это.

Майк дотронулся до ее волос – он очень хотел сделать это с того самого дня, когда столкнул ее с пути, по которому мчалась тележка с мороженым перед рестораном «Жирный кот». Он провел кончиками пальцев по шелковистым локонам и подумал, что волосы Саванны сияют даже в темноте.

– Ш-ш-ш, – успокаивающе прошептал он. – Все будет хорошо.

Саванна уткнулась носом в грудь Майку, и ему почудилось, будто из его легких выкачивают воздух, когда он опять осознал, как сильно она дрожит. В этот момент отчет Лейни и разоблачающие Саванну доказательства совершенно выскочили у него из головы, и Майку захотелось еще крепче прижать девушку к себе и целовать. Непомерная сила желания испугала его самого. Стало еще хуже, когда Саванна наконец подняла голову и посмотрела на него огромными зелеными глазами, в которых до сих пор читался страх.

Майк глубоко вздохнул и еще раз провел рукой по ее волосам, затем рассудок возобладал в нем, и он сделал шаг назад. Она привлекала его все сильнее и сильнее. Прекрасно понимая, что с ней хлопот не оберешься, он не мог заставить себя не думать о ней.

Он смущенно откашлялся и попросил:

– Расскажите мне, что случилось.

Саванна кивнула.

Майк немного подождал, но она молчала, и ему пришлось взять инициативу на себя:

– Хотите пройти в свою комнату? Нам будет удобнее разговаривать там.

Она яростно покачала головой и прошептала:

– Он вполне может оказаться там.

– Кто он? – нахмурился Майк. Может, по ней сходит с ума и преследует ее бойфренд или, хуже того, муж? При этой мысли Майк стиснул зубы – он ужасно рассердился на себя за то, что не учел такой возможности. Злился он и на Саванну ведь та не предупредила его о возможном замужестве.

Саванна наклонилась вперед и положила ладонь на его руку. Ее пальцы оказались неожиданно сильными.

– Я не знаю, как его зовут. Он пришел сегодня вечером в офис и не захотел назвать имя.

Майк совершенно не понимал, о чем она говорит, но почувствовал гораздо большее облегчение, чем должен был, оттого, что за ней охотится не разъяренный супруг. Само собой, Саванна все равно могла оказаться замужем, но Майк решил вернуться к этому вопросу позже, когда выяснит, почему она так испугана.

– Значит, вы думаете, в вашей комнате кто-то есть? – спросил он, желая удостовериться, что понимает суть проблемы.

Саванна кивнула, не выпуская его руку.

– Но вы не знаете, кто и сколько их?

Она отрицательно покачала головой.

– Вы звонили в полицию?

– Нет. Я собиралась сделать это, когда спустилась бы вниз и нашла вас.

– Хорошо. Оставайтесь здесь, а я пойду осмотрю вашу комнату. Если там что-то не так, не входите туда, желая продемонстрировать новый прием кикбоксинга, а выбирайтесь отсюда и немедленно звоните в полицию. Понятно?

Саванна кивнула, но смотрела при этом на цементный пол, и Майк подумал, что она лжет.

Положив палец на предохранитель пистолета, он начал красться в сторону ее комнаты. Он нахмурился, увидев, как рыжие муравьи маршируют колонной по центру прохода. У двери Саванны они сворачивали, переползая через небольшой порожек, к открытой двери. Его лицо исказила гримаса, когда трехдюймовый таракан обогнал его и прытью понесся впереди муравьев.

Что за чертовщина?

Когда Майк наконец добрался до комнаты Саванны, он ногой распахнул дверь и крикнул:

– Эй вы, руки за головы, выходить по одному!

Он подождал несколько секунд, прислушиваясь, не раздастся ли какой-нибудь звук. Ничего не услышав, Майк обернулся, желая удостовериться, что Саванна стоит на площадке в безопасности, затем повернулся и медленно вошел в комнату.

Когда Майк исчез в ее номере, Саванна вынула из сумочки сотовый и набрала 911. Она держала палец на зеленой кнопке, готовая нажать на нее, когда услышит выстрелы, или крики, или какой-то другой шум из своего номера.

Она не должна была отпускать Майка одного. В конце концов, он всего лишь стюард, а не полицейский или владеющий кунг-фу мачо. У него не больше шансов справиться с незваным гостем, чем у нее. Так почему она до сих пор стоит здесь и ничего не предпринимает?

Саванна, закрыв глаза, вспомнила, как сильные руки Майка обнимали ее и как спокойно ей было в его объятиях. Его бравада внушила ей ложное спокойствие, но, если с ним что-нибудь случится, это будет целиком ее вина.

Продолжая держать палец на зеленой кнопке, Саванна открыла глаза, выпрямила плечи и направилась к своему номеру. Майк не должен рисковать из-за нее. Он хорошо сделал, напугав человека, проникшего в ее комнату. Но вдруг тот поймет, что Майк блефует и что у него нет оружия или чего-то еще, чем можно защититься?

Когда Саванна ступила в проход, она услышала звук открывающейся двери и визгливый женский крик. Может, Бросающий в Дрожь Безымянный Парень захватил Лизил и Кристину? Может, он мучил одну из них, чтобы выманить Саванну из ее убежища?

Почти задыхаясь, Саванна нажала кнопку телефона и побежала к комнате. Около двери она, к своему удивлению, увидела Кристину и Лиз, они держали по красной пластиковой чашечке и выглядели замечательно. Саванну охватило облегчение. Но кто тогда кричал?

Голос показался ей высоким и женским, может, это был Майк?

Саванна почти добежала до своей двери, когда рядом с Кристиной появился Джеймс. И он сделал что-то такое, из-за чего девушка вновь завизжала.

– Джеймс, прекрати! – пронзительно вопила она, стараясь вытащить из бикини кусок льда, который он туда засунул. Смеясь, она помчалась за ним, держа кусок льда как пистолет.

Лиз и Натан, который тоже присоединился к ним, словно не слыша, спокойно вошли в номер Саванны, не догадываясь, какая опасность их там подстерегает.

– Нет! – закричала Саванна, вбегая туда за ними, как раз когда оператор ответил на ее звонок.

– Полиция. В чем дело?

– В мой номер в мотеле кто-то забрался, – задыхаясь сообщила Саванна, налетая на спину Натана.

– Эй, мы не преступники! Кристина сказала, ты не будешь возражать, если мы воспользуемся твоей ванной комнатой, – объяснила Лиз, ее голос звучал как-то странно, словно рот был набит ватными шариками.

– Моей ванной? Зачем вам моя ванна?

– Чувак… Маркус отрубился в ванне Лиз, моя ванна и ванна Натана – я бы не стал пить из них воду. И Кристина сказала, что мы не можем воспользоваться ее ванной, потому что она принимает ее позже. Поэтому мы пошли в твою, – как мог, объяснил Джеймс, покачиваясь на пороге.

Саванна совершенно не понимала, о чем они говорят, поэтому она протиснулась мимо Лиз и Натана и увидела Майка – он сидел на крышке унитаза, обхватив голову руками, его плечи тряслись. Что не так? Ему сделали больно? И где Бросающий в Дрожь Безымянного Парень?

Саванна осторожно положила руку на спину Майка.

– С тобой все в порядке? – тихо спросила она.

Он медленно поднял голову, и Саванна увидела, что он смеется, а не плачет. Майк показал на ванну – она кишела муравьями. Саванна нахмурилась и отдернула занавеску: трусики, которые она повесила сушиться, упали в воду. Вернее, в темно-розовую жидкость в ванне.

– Это что? Вишневый ликер? – изумилась Саванна. Плечи Майка опять затряслись, но он мужественно кашлянул и попытался сдержать смех.

– Эй, вы не возражаете, если мы наполним бокалы? Нас мучает жажда, – капризно произнес Джеймс и вошел в ванную комнату, будто это Майк с Саванной были незваными гостями, а не все прочие.

– Мэм? Вам нужна полиция? – спросил оператор, в его голосе звучало раздражение.

Саванна перевела взгляд с Майка на Джеймса и остальных студентов, а затем на ванну, полную пьяных муравьев, плавающих фруктов и еще чего-то, пахнущего как ромовый пунш.

– Да, пришлите в течение пяти минут «скорую помощь», потому что, мне кажется, я сейчас кого-то убью, – пробормотала она, задыхаясь.

– Простите? – переспросил оператор.

– Это я прошу прощения. Ничего не надо. Произошла ошибка, – буркнула Саванна, бросая сердитый взгляд на Джеймса, который отодвинул занавеску, и еще две пары трусиков упали в алкогольную ванну.

– Интересно, а это чистое? – поинтересовался с отвращением поморщившийся Джеймс, глядя, как Саванна вылавливает свое теперь уже розовое белье из ванной.

– Похоже, у тебя свои понятия о чистоте, – съязвила она. – Сегодня утром я принимала душ. Ты не забыл об этом?

– Не забыл, но Кристина сказала, что алкоголь все стерилизует. – Джеймс пожал плечами и наполнил стакан, потом дотянулся до чашки Натана и повторил процедуру.

Саванна повернулась к Кристине, которая едва стояла на ногах, поэтому прислонилась к дверному косяку. Бретелька ее бикини сползла на плечо. Саванна покачала головой, заметив, какой красноречивый взгляд Кристина послала Джеймсу, заново наполнившему стаканы и чашки.

– Не могу поверить, что ты позволила им сделать это.

Кристина вздрогнула, услышав в голосе Саванны неодобрение, и попыталось отлепиться от косяка и встать прямее, что привело только к тому, что бретелька опустилась еще ниже.

– Я не только разрешила им сделать это. – Ее коленки дрожали, но голос был твердым. – Это была моя идея. Я купила ром и все остальное. – Она старалась держаться вызывающе, желая доказать, что она такая же молодая и бесшабашная, как все остальные.

Саванна была очень зла на Кристину за то, что девушка проникла к ней и привела за собой безмозглых друзей, но она понимала причину этого поступка. Потому она лишь глубоко вздохнула и стала вылавливать белье из ванны.

Джеймс налил в чашку Кристины пунш и хотел подойти к ней, но Натан опередил его. Он улыбнулся девушке и локтем показал на лямку бикини.

– Наверное, ты сначала… э… хочешь поправить это, – предположил он.

На щеках Кристины выступили яркие пятна, и она быстро накинула лямку на плечо.

– Ладно, ребята. С вас хватит. Мы спускаем воду из ванны… – Студенты разом застонали, тогда Майк поднял ладонь, призывая всех к молчанию, и начал снова: – Да, мы спускаем ее. Вы не можете запросто врываться в чужие номера. Кроме того, посмотрите на этих насекомых. Мне придется вызвать уборщика, чтобы он привел все в порядок. Вы живете здесь до понедельника – это еще четыре дня. И с меня хватит, ясно?

Студенты начали что-то бурчать, будто непослушные дети, которых ставят в угол, и если бы Саванна не была настолько сердита – ведь они напугали ее до полусмерти (не говоря уж о том, что испортили белье, и ей придется покупать новое, а она не могла себе этого позволить), она бы очень веселилась, глядя на них. Наконец Саванна поймала последнюю пару розовых трусиков и вздрогнула, увидев на них множество муравьев. Она поспешно бросила трусики обратно в ванну.

Ее глаза сузились, когда Джеймс захихикал и поднял чашку, как бы салютуя ей, и сказал:

– Похоже, у тебя в трусах полно муравьев!

Саванна собрала все свое самообладание, чтобы не вцепиться в его тощую шею и не утопить нахала в ванне, полной ромового пунша.

Любите ли вы нарушать правила?

Существуют правила, созданные только ради того, чтобы их нарушали. Так, например, многих раздражают ограничения скорости езды по автострадам. Это скорее указания, чем настоящие правила, вы согласны? А как насчет касс в супермаркетах, где пробивают «не больше десяти покупок»? Тринадцать покупок – это уже чересчур? Но мы знакомы с женщинами, которые даже думать не смеют о том, чтобы нарушить парочку правил. К какому типу девушек относитесь вы?

Приходит время платить налоги, а у вас собственный бизнес. Вы и ваши подруги только что вернулись домой после сказочного уик-энда на Багамах, и одна из них вспоминает, что вы целый час распространялись о наименее любимом своем клиенте, загорая на пляже, и, значит, вам причитается компенсация за работу в выходные дни. Вы немного размышляете над этим и:

А. Решаете, что подруга отчасти права. Вы провели целый час, обсуждая служебные дела. И вам должны вернуть 1 /48 того, во что обошлась поездка.

Б. Забываете об этом – вы боитесь аудиторов.

В. Решаете, что это будет неправильно только в том случае, если кто-то из налоговой инспекции поймает вас за руку. В конце-то концов, вы поехали на Багамы, чтобы забыть о делах. Вы готовы держать пари, что старикашки, возглавляющие компании из списка «Форчун-500», компенсируют из представительских средств расходы на вечеринки по случаю дней рождения их жен и ежегодные поездки в Лондон всей семьей, которые обходятся им в десятки тысяч долларов.

Если вы выбрали пункт «А», то вам следует научиться поменьше осторожничать. Мы отдаем вам должное, раз вы способны обойти правило, и советуем иногда нарушать правило-другое просто ради развлечения! Если вы предпочли ответ «Б», то сделали правильно, потому что вы – Безынициативная Бука. Держим пари, вы останавливаетесь перед знаком «Стоп», даже в два часа дня, когда поблизости нет ни одной машины. А вы, девушки из третьей группы, придерживаетесь правильной линии. Все наиболее успешные люди нарушают правила – не хотите к ним присоединиться?

Главa 21

Пятница началась с дохлых тараканов, продолжением послужила проституция, а закончился день изменой и предательством.

Прошлым вечером, после того как студенты покинули номер Саванны, Майк помог ей навести порядок в ванной комнате и стал поджидать Харва из «Борьбы с насекомыми Харва». Майк извинился перед Саванной за то, что не может предложить ей другую комнату – пока студенты не уберутся восвояси, мотель будет переполнен. Он предложил ей спать на его диване или на кровати, если она захочет, – рыцарский жест, благодаря которому Саванна могла влюбиться в него по уши, если бы не знала, что он предпочитает лиц противоположного пола. Поэтому она просто поблагодарила Майка и решила сражаться с насекомыми.

Саванна утром, распахнув шторы, увидела двух огромных тараканов, лежащих на спине. Их лапки и усы подергивались. Когда ее вопль долетел до комнаты Майка, он примчался к ней в одних синих пижамных штанах, и ей опять захотелось закричать – как несправедливо, что она не может быть с парнем, который ей невероятно нравится. Майк уничтожил тараканов, улыбаясь при этом и шутя, что мотель «Песчаные дюны» предоставляет и такие услуги, а у Саванны возникло желание упасть на постель и завизжать в подушку от разочарования.

Сегодня вечером лучше уйти из номера и вновь попытаться начать новую жизнь. Сидеть одной в мотеле и мечтать о Майке Брайсоне было так печально, что словами не передать.

Чистя зубы, Саванна вдруг осознала, что, несмотря на все попытки измениться, она не стала лучше, чем была в Мэпл-Рэпидз.

Более того, она просто деградировала – влюбилась в человека, который никогда не ответит на ее чувства. А ее ближайшая подруга здесь – не слишком умная студентка, которая через три дня уедет.

– «С другой стороны, тебя не доводят до истерики члены семьи», – сказала она себе, пытаясь посмотреть на ситуацию позитивно.

Саванна накрасилась, начала одеваться и тут уловила запах рома, исходивший от трусиков. Да, такие не наденешь, а других она пока не купила.

Саванна выбрала узкую черную юбку и натянула черные колготки, но когда она утром вошла в офис, то ей казалось, что всем без исключения понятно: на ней нет нижнего белья. Желая набраться мужества, она прочитала статью в журнале «Стайлиш», озаглавленную «Не боюсь ходить голой», где приводились истории о женщинах, которые выбросили трусики и бюстгальтеры, желая подчеркнуть свою женственность. Саванна не очень понимала, какая тут связь, но героини статьи, пребывая без нижнего белья, ощущали какую-то уверенность и свободу. У Саванны же теперь, напротив, все тело чесалось, ей было очень некомфортно.

Прежде чем уйти на работу, она выгребла все выписки по кредитным картам Ваны из стола мотельного номера. Статья «Не боюсь ходить голой» утверждала: если уж вы надеваете нижнее белье, то оно должно быть забавным, смелым и выражать вашу истинную сущность; это один из способов чувствовать себя сексуальной и сильной. Трусики «Джоки», которые Саванна покупала в «Таргете» по двенадцать долларов девяносто девять центов за три пары, не выражали ее истинной сущности или, во всяком случае, не выражали той сущности, к которой она стремилась. Поэтому сегодня во время перерыва на обед она собиралась купить сексуальное белье. А поскольку Вана совершенно точно знала, где можно это сделать, Саванна решила пойти по ее следам.

Она пришла в офис чуть раньше девяти и очень удивилась, когда оказалось, что там еще никого нет. Теперь у ее коллег будут основания считать ее трудоголиком.

Саванна села за стол, включила компьютер и беспомощно осмотрелась. Но тут вдруг зазвонил телефон. В Мэпл-Рэпидз она бы сразу ответила на звонок, но здесь ей не хотелось обидеть кого-нибудь, нарушив заведенные правила.

После третьего звонка Саванна начала покрываться потом. Она просто не могла допустить, чтобы клиент так долго ждал. Это было непрофессионально.

На четвертом звонке она схватила трубку на столе Даниель.

– «Рифанд-сити». Говорит Саванна Тейлор, – произнесла она с таким чувством, будто кто-то убрал от ее виска пистолет.

– Здравствуйте, – сказала женщина. – Мне нужно договориться с кем-нибудь о приеме. Завтра утром я должна подать декларацию. Я ожидаю, что мне возместят часть налогов, и деньги мне нужны как можно скорее.

Саванна посмотрела на расписание, желая выяснить, чья очередь работать с клиентом. Увидев имя Эшли Ван Дайк, она засомневалась, хотя, казалось бы, почему не записать клиентку к ней на прием? Какая разница, если Эшли расстроится из-за того, что ей придется прийти в офис в субботу в девять утра? Каждый должен нести свою ношу, верно?

Ну уж нет. Саванна не собиралась досаждать любимой сотруднице Лена на второй день своего пребывания на работе.

– Я встречусь с вами, – решила она, чувствуя себя страдалицей. – Мы открываемся в девять.

– Спасибо. Меня зовут Джейн Смит. До завтра. – Женщина дала Саванне свой номер телефона, радуясь, что та не отфутболила ее.

– Она может не знать, что мы принимаем всех без исключения. Даже мертвецов, – пробормотала Саванна, вешая трубку.

– Как дела? – весело поинтересовалась Даниель, проскальзывая в дверь в восемнадцать минут десятого.

– Ничего особенного не произошло, – ответила Саванна и сделала в блокноте пометку о субботней встрече. Следующие полтора часа она работала без перерыва. Другие бухгалтеры являлись когда кому вздумалось. «Очень в духе круговой поруки Лена», – подумала Саванна, когда последней, в половине одиннадцатого, пришла Эшли и стала болтать по сотовому с какой-то Викторией о вульгарной Кейт, подавшей шампанское «Моэ» («Представляешь, из фонтана», – добавила Эшли, в отвращении наморщив маленький носик) вместо «Дом Периньон» на собственной свадьбе в прошлом месяце.

Саванна пыталась сосредоточиться на лежащем перед ней деле, но это было трудно, поскольку Эшли щебетала, и шептала, и сплетничала прямо рядом с ней. Все остальные, казалось, не замечали этого, их пальцы бойко бегали по клавиатуре, вводя одну цифру за другой.

«Я хочу пить», – подумала Саванна, когда Эшли начала дискуссию о том, как ей с женихом доехать от побережья, где шестнадцатого апреля состоится брачная церемония, до главного бального зала в загородном клубе: на карете, запряженной лошадью («Романтично, но как насчет дерьма?»), или на хаммеровском лимузине («Ты считаешь, «хаммер» вышел из моды? Может, тогда лучше арендовать «навигатор»?»).

Саванна пошла в столовую выпить воды и вдруг заметила нечто странное: когда она проходила мимо коллег, те быстро передвигали руки от клавиатуры с буквами вправо к панели, где расположены цифры. Сказав себе: «У меня просто разыгралось воображение», – Саванна, прежде чем попить, решила зайти в туалет.

Затем, желая доказать себе, что у нее нет галлюцинаций, она медленно-медленно приоткрыла дверь, вся сжавшись, когда петли слегка скрипнули. Она выглянула из-за двери и украдкой посмотрела на экран компьютера служащего, который находился ближе всех.

К своему удивлению, она увидела совершенно отчетливо окно чата в центре экрана монитора. Мужчина обернулся, желая удостовериться, что за ним не следят, и Саванна нырнула за дверь, надеясь избежать разоблачения. Выждав секунду, она продолжила наблюдение.

Саванна стояла очень тихо и пыталась прочитать слова на экране монитора.

Не знаю, Берт, я думаю, что на голубей, которых мы будем выпускать, нужно надеть бриллиантовые диадемы, а ты как считаешь?

Берт кашлянул и сделал глоток черного кофе, прежде чем поднести руки к клавиатуре.

Нет, Люси. Бриллианты – это старомодно. Давай остановимся на рубинах.

И Саванна поняла, что ее коллег также раздражает и выводит из себя трепотня Эшли. И все было бы хорошо, пригласи они ее участвовать в своих играх. Но они этого не сделали. И неожиданно она почувствовала себя еще более одинокой.

Нет, она вовсе не ожидала, что ее новые коллеги сразу наладят с ней прекрасные отношения. Но было бы очень мило, если бы кто-то из них – пусть всего один человек – сказал ей сегодня «доброе утро». Или спросил, как она устроилась на новом месте. Или… или… Да что угодно. Но они ведут себя так, словно ее не существует.

Выйдя из туалета, Саванна откашлялась и заметила, что по крайней мере три человека тайком свернули окошки программы чата, чтобы она не увидела, чем они занимаются. Ну и ладно. Пусть относятся к ней как к аутсайдеру. В конце концов, она уехала из Мэпл-Рэпидз, чтобы измениться. Хотела вести более волнующую и гламурную жизнь, чем эти люди.

Все нормально. Пусть себе смеются над Эшли – ведь именно так поступают люди, когда завидуют чужому успеху. Саванна хотела бы иметь такую же свадьбу, с икрой и шампанским. А что знают о жизни эти скучные бухгалтеры?

Саванна улыбнулась Эшли, поставив на стол стакан с водой. Та, казалось, удивилась, но кивнула в ответ. Это было не совсем то, на что рассчитывала Саванна, но начало положено. Однако ее охватило дурное предчувствие, когда Эшли сказала:

– Минуточку, Виктория. – И она наклонилась к Саванне. Саванна ждала. Может, Эшли пригласит ее пообедать вместе?

Может, спросит ее мнение по поводу «хаммера» и кареты? Эшли улыбнулась – ее зубы были отбелены, вычищены и выровнены так, что казались идеальными.

– Возьми мою следующую клиентку. Я разговариваю по телефону о важных вещах. Бизнес, сама понимаешь, – бросила она, показывая на телефон, будто беседовала с президентом. – Она уже была у нас в прошлом году, – продолжила Эшли, вручая Саванне папку цвета какао, где лежала прошлогодняя налоговая декларация клиентки.

Плечи Саванны поникли, когда Эшли свалила на нее еще одно дело. Что на этот раз? Еще одна персона, которая считает своих кошку с собакой иждивенцами? Какой-нибудь чудак, узнавший, на что идут его налоги, и желающий помешать этому? Человек, протестующий против налогов, настаивающий на том, что налоговая инспекция неконституционна, и желающий знать, какие формы ему надо заполнить, дабы его вычеркнули из числа налогоплательщиков?

Саванна открыла папку, а Эшли вернулась к своему «важному разговору» о том, нужно ли накладывать тон на плечи и шею, раз платье без бретелек.

В одиннадцать часов, как уяснила Саванна из материалов папки, к Эшли должна была прийти профессиональный секс-терапевт. «Великолепно!» – поморщилась Саванна. Интересно, сумеет эта женщина с первого же взгляда понять, что на ней нет трусиков? Но когда клиентка показалась в дверях, Саванне хватило одного взгляда, чтобы понять: их нет и на ней. И бюстгальтер, естественно, тоже отсутствовал.

– Я Джастин, – тихо сказала женщина, и все взгляды обратились в ее сторону.

Она выглядела потрясающе сексуально в своем красном кожаном комбинезоне. Полные груди так натягивали молнию этого самого комбинезона, что, казалось, она вот-вот лопнет. Джастин была обладательницей слегка вьющихся светлых волос и самых темных карих глаз, какие Саванна когда-либо видела. В ней чувствовалось что-то порочное и одновременно утонченное, какое-то странное сочетание – подойди-крошка-и-трахни-меня и даже-думать-об-этом-не-смей. От этого, по мнению Саванны, мужчины должны звереть.

Саванна встала, держа в руках папку и механический карандаш.

– Здравствуйте, – сказала она. – Меня зовут Саванна Тейлор. Сегодня я буду заниматься вашими налогами.

– Чудесно, – ответила женщина, обращая свою обольстительную улыбку на Саванну.

«Похоже, она производит на женщин не меньшее впечатление, чем на мужчин», – подумала Саванна. Ее ноги словно вросли в пол, глаза Джастин завораживали ее.

– Мы можем побеседовать в комнате для консультаций. Принести вам что-нибудь? Воду? Кофе?

– Нет, спасибо, – отказалась Джастин.

Саванна направилась в маленький конференц-зал. Одна из его стен была украшена наградами Президентского клуба Юго-Восточного региона.

– Садитесь, – пригласила Саванна, закрывая за собой дверь. Джастин села, грациозно сняв сумочку с плеча. Затем она сложила руки на столе и стала терпеливо ждать, когда Саванна начнет разговор.

Чувствуя себя рядом с Джастин неловкой и неуклюжей, Саванна заправила за ухо прядь волос и углубилась в заполнение анкеты, сравнивая ее с прошлогодней.

– Итак, вы секс-терапевт, – сказала Саванна, нажимая на кнопку механического карандаша.

Джастин, казалось, немного удивилась, но ответила лишь:

– Да.

Саванна открыла секцию «С» (расходы и доходы от бизнеса), которую женщина заполняла в прошлом году.

– И, как я вижу, работаете не на дому.

– Да.

– Вы по-прежнему живете по адресу Уэст-Голф-драйв, дом 1215?

– Да, – снова ответила Джастин.

– Хорошо. Тогда давайте разберемся в деталях. У вас с собой квитанции о доходах и расходах или вы принесли компьютерную распечатку?

– У меня квитанции, – ответила Джастин и потянулась за сумочкой к стулу, на котором ее оставила. – Один из моих клиентов предложил установить на мой компьютер «Квикен», но я не вижу в этом необходимости.

– Эта программа более полезна, чем вы думаете, – проговорила Саванна. По правде говоря, она любила программы для учета финансов – они позволяли легко платить по счетам. Нажав кнопку мыши, можно сразу увидеть, на что потрачены деньги. – Программы, подобные «Квикен», особенно хороши в малом бизнесе – их можно настроить так, чтобы учитывать ожидаемые доходы и расходы и управлять своими средствами. Кроме того, можно присваивать расходам разные категории, и тогда заполнить налоговую декларацию очень легко.

Джастин благосклонно улыбнулась:

– Да, Джейсон говорил мне о том же. – Она вынула из сумки красную прямоугольную коробку. – Но пока я действую по старинке.

Саванна потянулась за коробкой.

– Вы не одна такая. Многие наши клиенты предпочитают коробки из-под обуви программному обеспечению. – Но, поставив коробку перед собой, она поняла, что раньше в ней лежала вовсе не обувь. На крышке красовались обрамленные мехом наручники.

Саванна почувствовала, что у нее покраснела шея, и она постаралась взять себя в руки. «Эта женщина – секс-терапевт», – напомнила она себе, доставая квитанции.

Кроме того, в наручниках нет ничего сексуально извращенного. По крайней мере они не так откровенны, как…

Она положила руку на чек из магазина «Кнуты и кружева».

– Хм… – начала заикаться Саванна, зная, что ее глаза стали такими же большими, как у невинной сельской простушки. – Я не вижу возможности списать в расходы по развитию бизнеса перчатки из латекса по локоть длиной.

Джастин нахмурилась, и ее безупречные глаза сузились.

– Что вы имеете в виду? – с искренним удивлением спросила она. – Иногда моим клиентам нравится…

Саванна подняла ладонь, и Джастин умолкла. Саванна не хотела знать ничего такого. Она могла представить, для чего нужны латексные перчатки по локоть длиной.

– Вы лицензированный секс-терапевт? – спросила она, боясь услышать ответ.

– Лицензированный кем?

– Штатом Флорида, – выдала Саванна. – Как я понимаю, вам приходится разъезжать?

Джастин рассмеялась:

– Разъезжать? Для того чтобы заниматься сексом?

Саванна положила голову на руки и застонала:

– Пожалуйста, скажите мне, что деньги, получаемые за занятия сексом, не идут вам на пропитание и все такое прочее.

– А что в этом плохого? – удивилась Джастин.

– Во-первых, это противозаконно, – пробормотала Саванна.

– Нет. Если я являюсь секс-терапевтом, то это не так. Девушка, работавшая с моими бумагами в прошлом году, все мне объяснила.

– Но если у вас нет лицензии, вы не можете считаться секс-терапевтом, – возразила Саванна и подняла голову, чтобы посмотреть на Джастин. – Вы просто занимаетесь сексом за деньги.

Джастин потянулась вперед и похлопала Саванну по руке. Пальцы у нее были прохладные и гладкие.

– Это все слова. Кроме того, налоговая инспекция не будет сверять эту информацию с материалами комиссии штата по лицензированию, верно? Так почему бы мне не платить налоги, как всем? Скорее уж у меня будут неприятности, если я не подам налоговую декларацию. Мой банк получает доход в виде процента, и с прошлого года я зарегистрировала общество с ограниченной ответственностью. И в чем тут проблема? – Джастин пожала плечами.

– Проблема, – сказала Саванна, – заключается в неэтичности ситуации. Я не могу составить для вас налоговую декларацию, зная, чем вы занимаетесь. Это подобно тому, как торговец наркотиками сказал бы мне, что хочет записать в расходы по развитию бизнеса плату киллеру за убийство своего конкурента. Я просто не имею права сделать это.

Это сравнение не понравилось Джастин, ее щеки ярко покраснели. Она встала и взяла со стола коробку из-под наручников.

– Я не торговец наркотиками, – заявила она.

– Этого я и не говорила, – запротестовала Саванна. – Но проституция так же нелегальна, как торговля наркотиками, и в обоих случаях я неправомочна составлять налоговые декларации.

Джастин судорожно запихнула коробку в сумку и направилась к двери. На пороге она притормозила, чтобы обжечь Саванну ядовитым взглядом.

– Не хотите выполнять свою работу, не надо. Я найду кого-нибудь еще, – прошипела она, ее рука с идеальным маникюром взялась за дверную ручку.

– Я в этом не сомневаюсь, – спокойно ответила Саванна. – Но я играю только по правилам.

– На здоровье, – с издевкой сказала Джастин, затем распахнула дверь и вылетела из комнаты.

Саванна сделала вид, что не замечает повисшую в офисе зловещую тишину, и пролистала прошлогоднюю налоговую декларацию Джастин. Когда она увидела фамилию бухгалтера, который заполнил форму 1040, ее глаза сузились.

Насколько вы любите вечеринки?

Состоятельная подруга приглашает вас приехать к ней на уик-энд в ее дом, расположенный на побережье, в пятницу к часу дня. Вы:

A. Сразу говорите «нет». Вы не успеете собрать вещи, побрить ноги, вымыть голову и полить цветы. Может, это научит вашу подругу давать вам больше времени на подготовку.

Б. Соглашаетесь, но уточняете, чем там намерены заниматься и когда именно вы сможете вернуться в воскресенье. В передаче «60 минут» будет сюжет, который вы не можете пропустить.

B. Вы уже в дверях, «особая» сумка для уик-эндов у вас в руках. Вы готовы повеселиться!

Если вы выбрали ответ «А», вы черепаха! Ну довольно, перестаньте быть такой неповоротливой и хоть немного поживите интересно. Тем, кто выбрал пункт «Б», соответствует скунс. Вы отравите своим запахом весь уик-энд, стараясь сделать так, чтобы все было по-вашему… И мы смеем предположить: больше вас туда не пригласят! Зато девушки типа «В» буквально созданы для вечеринок, и людям нравится, когда они с ними. Не вздумайте меняться, дорогие!

Глава 22

К тому времени, когда Саванна закрыла папку Джастин и покинула комнату для консультаций, Эшли ушла обедать. Было уже четверть первого, а в час Саванна собиралась встретиться еще с одной клиенткой, и следовало поторопиться, чтобы успеть пообедать и купить новое белье в «Дамском белье от Джилли» – одном из тех магазинов, куда часто наведывалась Вана.

Саванна заперла свои папки в ящик стола и взяла сумочку. Она ненадолго остановилась у стола Даниель. Все остальные уже ушли на обед, кроме Берта и Люси, чьи имена стояли следующими в расписании, но Саванна все же понизила голос, спросив у девушки:

– А кто у нас Мэри Колтрейн?

Даниель наморщила носик.

– Она была младшим бухгалтером. С ней расстались как раз в то время, когда пришла я.

– А кто был ее начальником? – поинтересовалась Саванна, удивившись, что кто-то из руководства знает о неверных сведениях, занесенных в декларацию клиента.

– Наверное, Лен, – пожала плечами Даниель. Саванна нахмурилась:

– Лен следил за ее работой?

– Нет. По-моему, это делала Эшли. Она всегда работает с новичками.

– Почему? – удивилась Саванна.

Даниель повертелась в кресле, будто стараясь усесться поудобнее, и стала смотреть в окно.

– Не знаю. Может, потому, что она работает здесь дольше всех.

Странно: всеми новенькими занимался один и тот же бухгалтер. Саванне стало казаться, что Эшли здесь слишком уж хорошо живется. Она подсовывает свои дела практикантам, которые вкалывают внеурочно, чтобы справиться со своими бумагами, а еще занимаются декларациями, которые должны были бы находиться в ведении Эшли.

– Хотела бы я оказаться на ее месте, – пробормотала Саванна, открывая дверь и выходя на улицу. Яркий солнечный свет резко контрастировал с ее мрачным настроением, и ей захотелось поднять кулак к небу и завопить: «Все! Хватит!» Здешний жизнерадостный климат начинал действовать на нервы – у Саванны складывалось впечатление, что она не имеет права на грусть.

«Просто ужас», – думала она, шагая к магазину «Дамское белье от Джилли». Все ее обижают и обманывают. Новая жизнь оказалась не такой, о какой она мечтала, и уже чертовски надоедает. Как можно попасть в совершенно иную обстановку, измениться самой и при этом не стать счастливой?

Она открыла дверь магазина дамского белья и глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. Почему ее жизнь не становится лучше? Разве она не сделала все необходимое? Она отказалась от себя прежней и начала жизнь с нуля. Что еще надо сделать?

– О, это очень мило! Его я тоже возьму.

Саванна услышала знакомый голос и отступила к ряду воздушных пеньюаров. Что Эшли здесь делает?

– Это все? – спросила продавщица. В ее голосе прозвучала надежда, что Эшли добавит еще несколько вещей к груде покупок.

«Должно быть, она работает за процент от выручки», – подумала Саванна.

– Да, – ответила Эшли.

Саванна смотрела сквозь кружевную ткань, как ее коллега пододвинула к продавщице по прилавку пластиковую карточку. Та взяла ее, провела через считывающее устройство и вернула Эшли.

– Спасибо, миссис Колтрейн.

Саванна поразилась. Миссис Колтрейн? Но ведь фамилия Эшли – Ван Дайк!

– Добрый день! Я могу вам помочь? – спросила Саванну темнокожая женщина, и та подпрыгнула от неожиданности. Одно неловкое движение – и половина пеньюаров оказалась на бежевом ковре.

– Извините меня, – попросила Саванна и одновременно с продавщицей бросилась поднимать белье. Работница магазина добралась до вешалок первой.

– Не волнуйтесь, – любезно сказала она. – Я наведу здесь порядок.

Саванна выпрямилась.

– Спасибо. Мне очень неудобно, – еще раз пробормотала она.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Эшли, отвернувшись от кассирши.

Саванна скрестила руки на груди, словно защищаясь. Ей не хотелось объясняться с Эшли.

– Пришла за покупками, как, собственно, и ты. А почему продавщица назвала тебя миссис Колтрейн?

Эшли довольно долго молча смотрела на Саванну. В ее зеленых глазах читалась рассеянность, словно в мыслях она пребывала где-то далеко-далеко. Потом она улыбнулась и с заговорщическим видом рассмеялась, вынимая из сумочки кредитную карту:

– О Боже! Мыс Мэри Колтрейн все время ходим сюда за покупками. И наверное, нечаянно перепутали карточки. Нужно ей позвонить и сказать об этом.

– О! – Саванна удивилась, что Эшли призналась в том, что дружит с кем-то из офиса. Может, в конце-то концов, она не так уж и плоха. Может, держится подальше от других бухгалтеров, потому что они завидуют ей.

– Эй, послушай! Почему бы нам не пообедать вместе, когда ты закончишь с покупками? – предложила Эшли.

Саванна посмотрела на часы. До назначенной встречи оставалось полчаса, а ей действительно необходимо купить белье. Но разве приглашение Эшли – не то, чего Саванна так долго ждала? У нее появился шанс подружиться с роскошной женщиной. Она заметила слева стойки с надписью «Распродажа». Может, удастся поймать сразу двух зайцев?

– С удовольствием, – отозвалась Саванна.

Не обращая внимания ни на что, кроме размера, она торопливо схватила четыре пары трусиков с «распродажных» стоек и положила на прилавок.

– Я беру это, – сказала она продавщице.

– Не хотите примерить?

– Нет, – ответила Саванна.

– Вы не сможете их вернуть. Саванна еще раз проверила размеры.

– Я их беру, – повторила она.

Продавщица пожала плечами и считала штрих-код с первой пары. Саванна вручила ей карточку и мысленно взмолилась, чтобы у нее хватило денег на счете. Будет очень неудобно, если ее уличат в неплатежеспособности в присутствии гламурной Эшли.

К счастью, на карточке оказалось достаточно средств, и продавщица вернула ее Саванне вместе с пакетом, полным сокровищ. Когда они с Эшли шли обратно под заливающим все вокруг солнцем, Саванна начала смотреть на жизнь веселее. Может, они с Эшли подружатся и Саванну пригласят на свадьбу. Может, ее даже попросят стать подружкой невесты, если настоящая подружка заболеет или куда-нибудь исчезнет, как Триш на свадьбе Саванны в феврале. И может быть, кто-то из шаферов влюбится в нее, когда они будут танцевать под звездами.

Саванна вздохнула, представив, как кружится на берегу океана под полной луной, ее босые ноги купаются в песке, а волны ласкают пальцы. Она посмотрела вверх, в глаза выдуманного ею любимого человека…

И тут же споткнулась о несуществующую трещину в асфальте, когда поняла, что человек, о котором она так размечталась, – не кто иной, как Майк Брайсон.

Саванна закусила губу. Надо как-то бороться со своими фантазиями, иначе ее сердце может оказаться разбитым. Майк ради нее не станет гетеросексуалом, и она должна выбросить из головы пустые мечты. Кроме того, этот парень только и сделал, что разочек поцеловал ее в нос. Как брат или друг.

Почему же тогда она постоянно думает о нем?

– С тобой все в порядке? – Эшли как-то странно посмотрела на нее.

– Да, извини. Все хорошо. Мы можем по-быстрому перекусить где-нибудь? Мне нужно к часу быть в офисе.

– Об этом можешь не беспокоиться. Кто-нибудь тебя прикроет, – рассмеялась Эшли.

– Э… Я не люблю ставить людей в такое положение. Через квартал отсюда есть кофейня, где очень неплохие сандвичи. Давай купим что-нибудь там.

Эшли закинула темные волосы за плечо, мотнув при этом головой.

– Согласна.

Они купили сандвичи и сели в патио за столик. Саванна решила задать вопрос, который волновал ее с тех самых пор, как она сказала Джастин, что не может подать за нее декларацию.

– А ты знала, что Джастин – проститутка, а не секс-терапевт?

Эшли вонзила зубы в тунца на пшеничном хлебе из цельного зерна, пожевала, проглотила и, прежде чем ответить, вытерла губы салфеткой.

– Да, я подозревала это.

– Но не сказала Мэри Колтрейн, что ей нельзя подавать декларацию?

Эшли ответила не сразу.

– Ты видела все эти награды Президентского клуба на стене в комнате для консультаций? – спросила она после недолгого молчания.

Саванна отложила сандвич с индейкой, не надкусывая его.

– Да, – ответила она, гадая, какое это имеет отношение к ее вопросу.

– Лен получает бонус – большой бонус – за каждую из таких наград. И он делится со всеми сотрудниками фирмы. Каждый понедельник на собрании он зачитывает список, где сказано, какое место занимает каждый из бухгалтеров. Как ты знаешь, мы все получаем примерно одинаковую зарплату. И бонус – единственный способ существенно увеличить доходы. Но его невозможно получить, отфутболивая посетителей.

– Да, но…

– В прошлом году я получила восемьдесят процентов из общего котла, – перебила Саванну Эшли, откусив белыми ровными зубами еще один кусок сандвича.

– Но мы должны думать не только о собственной выгоде, но и об обществе в целом, – возразила Саванна. – И если станем подавать декларации людей, занимающихся нелегальным бизнесом, то тем самым будем способствовать его легализации в глазах налоговой инспекции. Мы должны сообщать о нарушителях вроде Джастин куда следует.

– У меня нет доказательств, что Джастин – не настоящий секс-терапевт, – сказала Эшли, невинно округлив глаза.

– А у Мэри Колтрейн есть. Она даже сказала Джастин, что та может зарегистрировать общество с ограниченной ответственностью.

– И Мэри уволили в начале года, когда выяснилось, что она занимается сомнительными операциями. Так в чем проблема?

– Ты была ее начальницей. Ты предупреждала ее, что она поступает незаконно?

Эшли удивила Саванну – она потянулась вперед и похлопала ее по плечу:

– Ну конечно. Но некоторые готовы на все, лишь бы пробиться, сама знаешь. Просто Мэри была из тех, кто считает, что правила не для нее. Я же стараюсь узнать о клиентах ровно столько, сколько необходимо для подачи декларации. И мне не нужна дополнительная информация. Если хочешь преуспеть в жизни, я советую тебе делать так же.

Саванна отклонилась на спинку стула и медленно развернула сандвич.

– Я не могу закрывать на это глаза, – возразила она. Одна мысль о подаче сомнительных налоговых деклараций, о мошеннических выплатах заставляла ее желудок ныть. Она откусила от сандвича, но проглотить не смогла ни кусочка.

Эшли серьезно смотрела на нее.

– Ты озвучила мои мысли, – сказала она, наклоняя голову и изучая Саванну, будто та была бабочкой на булавке под пластинкой стекла.

Саванна оглядела свою блузку, желая удостовериться, что на нее не попал майонез или что-то другое.

– Неужели? – спросила она.

Эшли потрясла головой и как-то странно улыбнулась Саванне.

Она помолчала, затем, будто предыдущего разговора не было, заговорила очень весело:

– Знаешь, у меня великолепная идея. Завтра мой девичник. Я с подругами лечу в Ки-Уэст на ночь. Мы остановимся в доме моего жениха на Саутард-стрит. Оттуда можно дойти пешком до всех великолепных баров, и мы устроим чудесную вечеринку. Ты не хочешь поехать с нами?

Теперь была очередь Саванны пристально изучать Эшли. Хочет ли она? Именно такие веши должны случаться с Ваной – неожиданные приглашения на уик-энды, полеты на частные виллы, расположенные в самых живописных местах, прогулки от паба к пабу с богатыми и интересными друзьями.

Существовала только одна проблема: работа. У Саванны завтра на девять часов утра назначена встреча, не говоря уж о том, что ее имя стоит первым в списке на сегодняшний вечер. А поскольку до пятнадцатого апреля остается всего три недели, она просто утопает в формах 1040, которые необходимо заполнить.

Была и другая проблема: деньги. Где их взять, чтобы заплатить за билет до Ки-Уэста, приобретенный перед самым полетом? В понедельник дадут зарплату, но ей надо оплатить аренду и купить продукты. А все, что оставалось, она потратила на белье. «Белье, которое никто, кроме меня, и не увидит, если дальше все пойдет в том же духе», – мрачно подумала Саванна.

– Я не могу. – Ее плечи поникли. Но разве это логично? Наконец-то у нее появился шанс стать женщиной, какой она хотела быть, но врожденный практицизм удерживал от этого. Ничего удивительного, что Тодд не стал держаться за нее, – она скучна до отвращения.

– Почему? – спросила Эшли, отхлебывая латте без пенки с уменьшенным содержанием кофеина.

Да, кстати, а почему бы и нет? Саванна посмотрела на соседний с ними столик, на то, как прохладный ветерок листал модный журнал, который лежал перед молодой женщиной. Это был мартовский выпуск «Гламура» – тот самый, который Саванна на днях одолжила Кристине. Она состроила гримасу, думая о своем плане изменить жизнь при помощи тестов. Проблема заключалась в том, что она лишь совершала непривычные для себя поступки – купила новую машину, стала носить другую одежду, переехала в солнечный город, – но в душе она оставалась прежней Саванной.

Пора что-то менять и в себе.

А может, сказаться больной и свалить работу на других? Разве она год за годом не пахала за тунеядцев из Мэпл-Рэпидз? Почему именно она должна постоянно играть роль самой ответственной служащей? Если один день не поработать, это не станет причиной конца света.

А деньги… она позвонит маме и попросит дать в долг. Что здесь ужасного? Даже родные считают ее неудачницей и неумехой, надо начать оправдывать их ожидания.

Саванна решительно повернулась к Эшли.

– Я еду с вами, – сказала она. – Позвоню и скажу, что заболела. Все так делают. Ты правильно заметила: они должны будут прикрыть меня.

Лицо Эшли осветилось улыбкой, и Саванне не пришло в голову задуматься, почему для этой женщины так важно, чтобы она полетела в Ки-Уэст. «Может, ты просто ей понравилась», – сказала она себе, но такое объяснение казалось невероятным.

– Вот и прекрасно! – взвизгнула Эшли. – В офисе я никому ни слова не сказала об этой вечеринке. С тех пор как я объявила, что увольняюсь, все на меня ополчились. Если бы они были более милыми людьми, я бы могла пригласить некоторых на свадьбу, но… – Она замолчала и передернула плечом, будто говоря, что ей наплевать, как к ней относятся другие.

Вот в чем заключалась разница между Саванной и Эшли: Саванне было неприятно отношение к ней коллег как к аутсайдеру, а Эшли была полностью уверена в себе, ее действительно не интересовало, любят ее люди или нет. Именно к этому стремилась и Саванна.

Она посмотрела на часы и увидела, что уже пять минут второго. Вот оно, ее первое испытание. Она опаздывает, но нужно ли вскакивать со стула и стремглав лететь в офис?

Нет.

Она маленькими глотками пила чай со льдом и очень хотела, чтобы ее руки перестали дрожать.

В семь минут второго ноги Саванны начали дергаться под столом, но она продолжала сидеть.

Еще через пару минут Саванна наконец поставила на столик стакан и встала. Эшли же зажгла сигарету и, казалось, никуда не спешила.

– Мне надо бежать, – сказала Саванна. – Когда мы завтра встречаемся в аэропорту?

– В десять утра, – ответила Эшли. – Не бери с собой ничего вызывающего. Ки-Уэст – скромный городишко.

– Великолепно. С нетерпением ожидаю этой поездки. Затем, не оборачиваясь и стараясь не торопиться, Саванна направилась к офису, где ее ждал клиент, назначенный на час дня. Она пыталась идти медленно – на тот случай, если Эшли провожает ее взглядом, но оборачиваться ей не хотелось. Если бы Саванна сделала это, то увидела бы, что убийственно оценивающий взгляд коллеги, направленный на нее, исказил идеальные черты ее загорелого лица.

Вы не можете иметь все, что хотите… или можете?

Похоже, некоторые женщины наделены даром иметь все, что захотят, – самых богатых парней, самую хорошую работу, самые престижные апартаменты в городе. В чем их секрет? Они решают, чего хотят, и идут ради этого на все! Относитесь ли вы к девушкам, которые всегда получают желаемое? Пройдите этот тест и выясните!

Вам нравится бойфренд лучшей подруги – успешный инвестиционный банкир, который относится к вам как к младшей сестренке. После того как они расстаются, вы:

A. Звоните ему и говорите, что он всегда может рассчитывать на вас, если ему захочется излить душу.

Б. Ничего не предпринимаете, но чахнете по нему. Он начинает встречаться с другой вашей лучшей подругой и вскоре становится недоступен.

B. Внимательно выслушиваете причины, по которым он расстался с вашей подругой, а затем хладнокровно и расчетливо занимаете нужное место в его жизни, взяв на заметку, что нужно избегать всего перечисленного им. В конце-то концов, кто-то должен учиться на ошибках лучшей подруги!

Вы, выбравшие ответ «А», открыто предложили этому парню использовать вас как новую потенциальную добычу. Но надо же и гордость иметь! С таким подходом вы можете лечь с ним в постель, но никогда не получите обручальное кольцо на палец! А теперь обратимся к правильным, послушным девочкам, которые выбрали пункт «Б». Мы надеемся, что когда-нибудь Бог вознаградит их, потому что они, черт побери, отказываются от всех радостей земной жизни. Те, кто остановился на ответе «В», знают, как получить то, чего им так хочется. Ждут подходящего момента, составляют безупречный план и идут прямо к намеченной цели. Кто сказал, что нельзя иметь все, что хочешь? А если на своем пути вы потеряете несколько подруг… Ну, иногда жизнь требует жертв, согласны с нами?

Глава 23

Когда на следующее утро Саванна позвонила в «Рифанд-сити» и сказалась больной, она не лгала.

Давно, еще в пятом классе, она занималась чтением в одной группе с Меган, дочкой учительницы, очень способной девочкой. Чтобы помочь детям научиться читать, мама Меган принесла в класс коробку с карточками, на которых были напечатаны короткие истории, а на оборотной стороне каждой – по пять вопросов. Из ответов учеников на эти вопросы становилось ясно, поняли они историю или нет. За каждый пройденный тест ученик получал дополнительное очко к отметке. Единственная проблема заключалась в том, что ответы были напечатаны внизу каждой карточки, и если ученик хотел схитрить, ему было достаточно скопировать эти ответы в тетрадь и дать знать учителю, что он закончил тест.

Примерно в то время, когда миссис Винанд принесла карточки, у Меган был день рождения, и Саванна случайно услышала, как учительница велела дочери пригласить всех учеников из класса. А Меган в ответ призналась в нелюбви к некоторым ребятам – среди них оказалась и Саванна. Но миссис Винанд терпеливо объяснила Меган, что надо пригласить всех, иначе кто-то обидится.

Подслушав этот разговор, Саванна дала себе слово обойти Меган по чтению, не важно каким способом.

Каждый день Саваннаждала, когда последний ученик покинет класс, и забирала с собой несколько карточек. По вечерам она, аккуратно пронумеровав страницы тетради, записывала в нее ответы на вопросы. И под конец года она выиграла синюю ленту, потому что у нее оказалось наибольшее количество очков. Миссис Винанд даже поставила ее лицом к классу и сказала, сама будучи в изумлении, что Саванна прошла в два раза больше тестов, чем ученица, занявшая второе место, а это была Меган.

Прежде чем уехать из Мэпл-Рэпидз, Саванна встретила Меган в Супер-шоп-мартс. И кроме того, Саванна слышала от мамы, что муж Меган Грег бросил ее из-за женщины, которую встретил в тренажерном зале за день до рождения их третьего за четыре года ребенка. Неработающая теперь Меган (до этого она была на полставки в школьном магазинчике типа фаст-фуд «Деари куин») переехала обратно к родителям. По слухам, отец Меган где-то за месяц до этого бросил ее мать.

Они стояли рядом с замороженными рыбными палочками и неловко беседовали как два человека, знающие друг друга практически всю жизнь, но никогда не испытывавшие взаимной симпатии. Саванна ничего не могла с собой поделать и думала, что в нынешнем положении дел Меган виновато, пусть в микроскопической части, то публичное поражение в пятом классе, когда у нее из-под носа украли победу. Саванна подозревала, что Меган преследовала Грега потому, что знала о ее симпатии к менеджеру из закусочной, на которого они обе работали. Меган снискала благосклонность Грега и таким образом много лет спустя отомстила за поражение.

И самое плохое, что это было ложью. Меган победила и в тот раз. Прошло двадцать лет, но Саванну по-прежнему начинало подташнивать, стоило ей подумать о своем обмане и о том, как ее поведение сказалось на жизни Меган – то есть разрушило ее.

Когда Саванна оставила сообщение на автоответчике, предупреждая коллег, что ее не будет на работе, то же самое чувство тошноты опять накатило на нее, и девушку чуть не вырвало.

– Да уж, это очень сексуально. – Саванна скорчила рожу своему отражению в зеркале, вешая телефонную трубку и вытирая холодный пот с бровей.

Затем, очень боясь изменить свое решение, она быстро схватила сумку, которую сотню раз за утро паковала и переупаковывала, вышла из номера и заперла за собой дверь. Девушке не хотелось завтра, вернувшись домой, увидеть ванну, полную рома и тараканов.

Проверив замок в третий раз, она не смогла не посмотреть налево, на темное окно в комнате Майка Брайсона. Она слышала, что он ушел рано утром – стены здесь, казалось, были сделаны из бумаги, и она всегда знала, когда он принимает душ, закрывает дверь или даже моргает. Сегодня ей показалось, что она чувствует запах его одеколона, когда он шел мимо ее двери, а его шаги замедлились, словно ему хотелось остановиться и поцеловать ее на прощание.

Саванна вздохнула.

Опять ее воображение куда-то ее унесло.

«Кончай зацикливаться на этом голубом», – увещевала она себя, спускаясь во двор и удивляясь тому, что Кристина и вся теплая компания уже встали и начали шестой день своего загула. Майк сказал, что студенты уезжают в понедельник днем. Она немного погадала, ждет ли он этого с таким же нетерпением, как она.

Направляясь на стоянку для автомобилей, Саванна увидела, что Джеймс и Кристина следуют за ней. Руки Джеймса покоились под самой грудью Кристины.

– Нужно взять кое-что из машины, – объяснила Кристина, показывая ключи от своей машины как доказательство.

– Славная машина. – Джеймс отпустил Кристину и, повернувшись на каблуках, стал одобрительно кивать, глядя, как Саванна отпирает свой автомобиль с откидным верхом.

– Спасибо. – Саванна едва не добавила «чувак» – слово, которое ей хотелось вставить в каждое сказанное ему предложение. Она засунула сумку на заднее сиденье и открыла переднюю дверцу со стороны водителя. Солнце уже почти нагрело белую кожу салона градусов примерно до тысячи, так что Саванна ахала и охала, забираясь в машину. Для поездки она выбрала короткую зеленую юбку и черный, довольно открытый, топ. В сумку на все случаи жизни она положила легкий свитер – он пригодится, если в самолете окажется холодно, но не додумалась взять полотенце, чтобы не обжечься о сиденье.

Если уж в конце марта здесь такая жара, то нетрудно представить, что творится в августе.

– Эй, Саванна! – неуверенно сказала Кристина, стоя рядом с дверцей.

Саванна отвлеклась от настройки кондиционера и увидела, что Джеймс исчез во дворе мотеля.

– Да? – спросила та, надеясь, что скоро все остынет. Саванна чувствовала себя как Злая Ведьма с Запада, когда Дороти облила ее водой, и та стала превращаться в лужу на полу и кричать: «Я таю, таю!»

– Извини за проделки в ванной. За муравьев и прочее. И за твое белье, – добавила Кристина, внимательно разглядывая синюю жвачку, прилипшую к асфальту.

Саванна взглянула на часы на приборной доске. Если она не поспешит, то опоздает в свою новую жизнь.

– Ладно, все нормально, – сказала она, медленно давая задний ход.

– Нет. Я действительно хотела… – пролепетала Кристина, жалобно глядя на Саванну. – Я просто пыталась… Не знаю. Что бы Джеймс меня полюбил за то, что я не паинька.

Саванна склонила голову на бок и посмотрела на подругу.

– И как? Сработало? – поинтересовалась она. Кристина как-то застенчиво пожала плечами: – Да.

– Тогда ты должна быть счастлива, – бросила Саванна, думай о том, как сильно ей хочется, чтобы ее тоже увидели в ином свете, и как было бы хорошо, если бы все поняли: она веселая, заводная и к тому же сексуальная.

– Я получила что хотела, – признала Кристина, кивнув.

– Хорошо, – ответила Саванна. Затем она решила пожалеть Кристину и сказала: – Слушай, не надо беспокоиться о мoeй ванне. Это было даже забавно. – Она шутливо нахмурилась и добавила: – Вот только не надо это повторять.

– Не буду. Спасибо.

Кристина улыбнулась и помахала Саванне, которая выехала со стоянки задним ходом. И только восемь часов спустя, сидя и холодной тюремной камере, дрожащая и одинокая, рискуя потерять все, что ей дорого в жизни, Саванна вспомнила слова Кристины. Когда Саванна спросила ее, счастлива ли она, та не ответила «да». Все, что она сказала: «Я получила что хотела».

Быть счастливой и получить то, что хотелось, – совсем не одно и то же.

Вы хотите стать звездой?

Вы всегда мечтали, что однажды окажетесь в первом ряду на концерте, вас затащат на сцену и предоставят великий шанс стать звездой. Но если честно, что вы будете делать, если такое действительно произойдет?

A. Начнете петь единственную мелодию, которая приходит на ум: «Похоже, мы сделали это» Барри Манилова.

Б. Увидев в зале великое множество зрителей, остолбенеете, затем промямлите извинения и убежите.

B. Какие могут быть сомнения? Обеими руками схватите микрофон и во весь голос запоете ту самую мелодию, которую целых десять дней разучивали в душе. Вы уже почти звезда!

Если вы выбрали ответ «А», то что мы можем сказать? Мечтать не вредно, но на самом деле звездой вы стать не хотите. Иначе думали бы об этом и днем и ночью и составили бы план действий на случай, если вам предоставится возможность показать себя. В конце-то концов, 90 процентов успеха заключается в правильной подготовке. Мы испугали девушек, остановившихся на пункте «Б»? Неудивительно. Вы боитесь даже собственной тени! Выбравшие ответ «В» полным ходом движутся к звездному будущему. Можно, Мы присоединимся к вашей свите, когда вы станете богатой и знаменитой?

Глава 24

– Саванна, у тебя получилось! – взвизгнула Эшли с таким пылом, словно эти слова должны были стать последними в ее жизни.

У Саванны улучшилось настроение, когда Эшли обняла ее в аэропорту. До рейса в Ки-Уэст оставалось сорок минут. Продолжая держать Саванну за плечи, Эшли представила ее подругам – их было человек десять и выглядели все такими же ухоженными, как и она. Саванна постаралась не думать о маникюре, который сделала сама, о довольно дешевой одежде, не говоря уж о лишних десяти фунтах ниже талии.

Затем Эшли отвела Саванну в сторону и спросила:

– Эй, ты не хочешь немного выпить до вечеринки? Здесь неподалеку есть бар.

Саванна решила, что отныне будет спрашивать себя: «А что бы сделала на моем месте Вана?» – и поступать соответственно. Значит, никаких проблем. Кому какое дело, что еще нет десяти часов утра? Вана обязательно выпила бы.

– Конечно, – ответила Саванна и пошла вслед за Эшли. Бар был почти пуст. Скучающий бармен красовался на фоне бутылок, в основном полных. Саванна взобралась на высокий табурет и почувствовала себя ребенком, сидящим за столом со взрослыми: ее ноги не доставали даже до самой высокой перекладины.

– Давай закажем «Секс на пляже», – хихикнула Эшли и ткнула Саванну в бок, словно они были школьницами.

– Конечно, «Секс на пляже», – улыбнулась Саванна.

Бармен закатил глаза и покачал головой, а затем отправился выполнять заказ. Эшли заговорщически наклонилась к Саванне.

– Даниель сказала мне, что ты подцепила мистера ЦРУ, – прошептала она.

Саванна наморщила нос.

– Что? – удивилась она.

– Мистера ЦРУ, – повторила Эшли. – Парня, который приходит каждый год и ведет себя так, будто за ним следят. Он утверждает, что налоговая инспекция считает его мертвым, а сам он тайный агент правительства или кто-то в этом роде. – Эшли рассмеялась.

– Ах этот… – Саванна почувствовала облегчение оттого, что не только она встречалась с Бросающим в Дрожь Парнем. – Да, он приходил вечером. Я думала… Знаешь, после того, как мы с ним поговорили… – Саванна помолчала, не понимая, почему ей не хочется рассказывать дальше.

Бармен поставил перед ними два розовых напитка.

– Шестнадцать долларов.

У Саванны перехватило дыхание. Шестнадцать долларов за два коктейля? Как хорошо, что она одолжила у мамы пару сотен и та была так добра, что положила деньги на счет Саванны вчера вечером. «Спасибо, мамочка», – мысленно поблагодарила ее Саванна, вынув двадцать долларов и сказав:

– Я заплачу.

Эшли восприняла это как должное и даже не поблагодарила Саванну. Она лишь остановила на ней взгляд зеленых глаз и напомнила:

– Так о чем ты думала вчера после нашего разговора?

– О Мэри. Как ты сказала, она из тех, кто играет быстро и не по правилам.

– Да? – Эшли отпила из бокала.

– Когда мистер ЦРУ, как вы его зовете, пришел ко мне, то поведал невероятную историю: будто кто-то из офиса в прошлом году подал его налоговую декларацию… И когда мы вернемся – вернее, после пятнадцатого апреля, – я хочу просмотреть папки и выяснить, правда ли это. Если дело обстояло именно так, бедным родственникам одного нашего налогоплательщика придется иметь дело с аудиторами, и это будет наша ошибка.

– Я уверена, Мэри отшила его, – возразила Эшли, пронзая кусочек ананаса миниатюрным мечом, как у капитана Крюка, и отправляя в рот.

– Но она сказала ему, что использовала для этого номер социального страхования одного из наших умерших клиентов. И он дал ей деньги, чтобы она заплатила его налоги.

Эшли фыркнула:

– И ты думаешь, Мэри действительно сделала это? Почему бы ей тогда просто не прикарманить деньги? Он мог узнать правду, только заявившись в налоговую инспекцию и признавшись, что еще жив.

– О Боже! – Саванна покачала головой и взяла коктейль. – Ты права. Именно это он, возможно, и сделал. Надо предложить мистеру Леонарду, чтобы он проверил все дела, которые вела Мэри, и выяснил, не проделывала ли она подобных штучек с другими клиентами.

Эшли так стукнула бокалом по столешнице, что часть напитка выплеснулась через край.

– Какого черта ты такая сознательная? – прошипела она. Саванна отпрянула и чуть не свалилась с табурета.

– Из-з-з-ви-ни меня, – пробормотала она.

Эшли на какое-то время закрыла глаза и положила ладонь на лоб. Через несколько секунд она опустила руку и как ни в чем не бывало улыбнулась Саванне.

– Нет. – Она похлопала Саванну по руке. – Это ты меня извини. Я ужасно замоталась со свадьбой, а вся эта трепотня о работе меня раздражает. Плюс ко всему я немного захмелела, потому что не завтракала. Ты не принесешь мне миску с арахисом? – Она указала на деревянную миску, которая путешествовала по рукам бесчисленных посетителей бара.

Саванна сползла с табурета и отправилась за арахисом. Она была готова на все, только бы усмирить дикого зверя, которым на мгновение стала Эшли.

Когда Саванна повернулась лицом к другим пассажирам, Эшли неожиданно выпрямилась, будто кто-то натянул на ее спине струну. «Странно», – подумала Саванна, но сразу же забыла об этом, опять неуклюже взбираясь на табурет и ставя миску с орехами перед Эшли.

– Хорошо, давай допьем коктейли и присоединимся к остальным. Скоро, наверное, объявят посадку, – весело и задорно сказала Эшли.

Саванна выпила коктейль одним глотком – для храбрости.

Когда они пролетали над Мексиканским заливом, Саванна потеряла контроль над собой. В ее ушах то и дело звучала фраза: «Я слишком сексуальна, чтобы застегивать ремень безопасности, слишком сексуальна…» Она пьяно хихикала и то расстегивала пряжку, то застегивала, то расстегивала пряжку, то застегивала, то… Она не понимала, что не только слышит, но и бормочет эту фразу, пока сидящая перед ней Эшли не обернулась, чтобы посмотреть на нее.

– Расслабляешься, да? – с улыбкой спросила она. Саванна тоже улыбнулась и стала размахивать руками, покачиваясь на пассажирском сиденье.

– Я танцевать хочу, я танцевать хочу… всю ночь, – пела она, испытывая сильное желание встать и действительно начать танцевать.

Так она и сделала.

Ее бедра ударились о кресло мужчины, сидевшего напротив на один ряд дальше. Тот с брезгливостью посмотрел на Саванну и продолжил читать газету. Она подошла к нему, взяла газету и положила мужчине на колени.

– Извините, – сказала она, а затем снова захихикала, потому что ей показалось забавным, как он выглядел.

Саванна, шатаясь, сделала несколько шагов вперед. На самом деле она не собиралась никуда идти, просто ей хотелось исполнить какой-нибудь танец.

– Мэм, вы хорошо себя чувствуете? – спросила стюардесса, ее гладкий лоб покрылся потом от беспокойства.

– Вы знаете Майка? – поинтересовалась Саванна, ее голова качалась из стороны в сторону в такт мелодии, которую слышала только она. – Он красивый, правда? – Саванна наклонилась, взяла стюардессу за руку и громко прошептала: – Жалко только, голубой.

– Мэм, я думаю, вам лучше занять свое место, – сказала стюардесса.

– Меня качает, – ответила Саванна. Пол начал кружиться под ногами, и Саванне казалось, что она сидит в центре танцевальной площадки, а вокруг вальсируют пары. Саванна почувствовала тошноту. Она положила голову на руку и закрыла глаза, но мир продолжал вращаться. Это было неприятное ощущение, и Саванна не могла удерживать равновесие. Она попыталась нахмуриться, но мышцы лица стали как резиновые. Что с ней?

– Я думаю, мне нужно в туалет, – сказала она, открывая глаза. Может, ей станет лучше, если она плеснет в лицо холодной водой?

Стюардесса отступила, чтобы дать Саванне пройти, и следила за тем, как та пошла по проходу.

Когда Саванна оказалась у служебного отсека, она увидела, что стюард приблизил к губам маленький микрофон, через несколько секунд его голос наполнил салон. Саванна улыбнулась, или ей по крайней мере так показалось.

«Прикольно, – подумала она, – караоке в самолете».

Стюард закончил рассказывать о погоде в Ки-Уэсте и повесил микрофон на крючок рядом с безукоризненно чистой металлической кофеваркой. А затем он совершил роковую ошибку: повернулся спиной и оставил микрофон без присмотра.

Саванна радостно улыбнулась.

Она протянула руку и взяла микрофон, а затем нырнула в маленькую кухню. О! Это будет просто великолепно! Она собиралась произвести впечатление на Эшли и новых подруг своими поразительными способностями к пению. Все увидят, какая она веселая, сексуальная девчонка, и ей отовсюду посыплются приглашения. Скоро Саванна будет так занята своей новой гламурной жизнью, что ее старое скучное существование останется воспоминанием.

– Хорошо! Давай-ка сделаем это, – сказала она себе, настраиваясь на новую жизнь.

Саванна опустила голову и вышла из кухоньки, взяла микрофон и немножко постояла в самом носу самолета, предвкушая триумф.

Затем она затянула мелодию:

– Ва-у-ух-о-ох-ах! Ва-у-ух-о-ох-ах! – Саванна подняла голову и посмотрела на пассажиров, представляя, что перед ней многотысячная толпа – обожающие ее фанаты, специально приехавшие на это выступление.

Начала Саванна с композиции «Живи с молитвой». Она пела и танцевала, стараясь делать все как можно лучше в совершенно не подходящих для этого условиях.

Скоро она добралась до последнего куплета, и тут старший стюард схватил ее.

– Подождите, я еще не закончила! – взмолилась Саванна, когда парень попытался забрать у нее из рук микрофон.

Она рванулась назад и врезалась в закрытую дверь кабины пилотов.

– Держите ее отсюда подальше! – крикнул пассажир с переднего ряда, будто Саванна была террористкой.

Она изо всех сил старалась восстановить равновесие, но коленки стали слабыми и не слушались. Саванна сползла на пол, завалившись на ту сторону, где стояла стюардесса, говорившая с ней прежде. Та схватила ее за руку.

В желудке Саванны было очень нехорошо, на нее накатил сильный приступ тошноты, и она уронила микрофон. Стюард поднял его с пола и протянул ей другую руку. В это время стюарды что-то говорили, почти шепотом, и Саванна ничего не понимала. Желудок снова словно перевернулся, ее прошиб холодный пот, а щеки и руки стали влажными и липкими. Она попыталась поднять одну руку ко лбу, но стюард держал ее и не разрешал двигаться.

– Похоже, меня сейчас вырвет, – прошептала Саванна. Она думала, что сказала это вслух, но слова не долетели даже до ее собственных ушей.

Затем ее подняли с пола. Ноги не держали Саванну, поэтому она ничего не могла сделать, когда ее куда-то потащили. В воздухе стал ощутим запах антисептических средств – это стюард открыл дверь туалета. Желудок резко и бурно среагировал, и Саванна застонала, пытаясь как-то остановить желчь, поднимающуюся по горлу.

Когда дверь захлопнули, в мире стало темно – Саванна вздрогнула, услышав щелчок замка, и бессильно привалилась спиной к двери.

Все вокруг кружилось, кружилось, кружилось, и она была не способна ничего контролировать. Почувствовав еще один позыв рвоты, она попыталась заставить ноги двигаться, чтобы наклониться к унитазу, иначе она могла перепачкаться, но ноги предали ее, не желая подчиняться.

Все, что она смогла сделать, – это чуть наклонить голову вперед, когда началась рвота. Понемногу ее желудок успокоился, Саванна заплакала, горячие слезы текли по щекам и капали на колени. Она закрыла глаза, гадая, что сказали бы мать, сестры и прежние подружки, увидев все это. Она даже представила Миранду, которая сурово смотрела на нее и с неодобрением качала головой. «Этого никогда бы не случилось, если бы ты слушалась меня», – сказала бы Миранда. Тодд с отвращением отвернулся бы от нее: «Как я и говорил, ты совершенно никчемная. Только посмотри на себя!»

Саванна обхватила руками талию и заплакала еще горше, слезы закапали чаще.

У тебя ничего не получается. Дай я сама сделаю.

Ты просто большой ребенок. И ничего не умеешь.

Саванна закрыла уши, пытаясь защититься от голосов из прошлого.

Ты ничего не умеешь делать правильно.

От тебя одни неприятности.

Ты этого не стоишь.

– Перестаньте! Все вы, перестаньте! Оставьте меня одну! – всхлипывала Саванна. А затем она, к счастью, потеряла сознание.

Как узнать: тот сексуальный парень – гей или нет?

Некоторые девушки прекрасно чувствуют «голубизну» и могут сказать, что некий сексуальный парень – гей, находясь на расстоянии двадцати шагов от него. До других это не доходит, даже если на молодом человеке ярко-розовая шелковая рубашка от Армани и он сидит в обнимку с другим парнем. Если вы принадлежите ко второй группе людей, то что вы сможете сказать, если ваш парень:

A. Видел вас почти обнаженной, но никогда не намекал на то, что желал бы увидеть больше.

Б. Однажды он поцеловал вас. В нос.

B. Он разговаривает со своей матерью. Много.

Да, как ни печально, все три признака свидетельствуют о том, что ваш сексуальный парень может предпочитать лиц своего пола. Нам очень грустно говорить вам об этом. В наши дни все хорошие парни кажутся голубыми – и это ужасно злит.

Глава 25

Только Майк заказал большой стакан черного кофе у Ральфа, как у него завибрировал пейджер. Он должен был лететь из Ки-Уэста в Неаполь в 12.43, обращая особое внимание на пассажирку, которая будет сидеть на месте 8С. Служба безопасности подозревала, что женщина получит «посылку» от кого-то из Неаполя после того, как пройдет через кордон службы безопасности. Майк должен был следить за ней с момента регистрации до того, как она покинет аэропорт. Далее ею будет заниматься полицейское управление Неаполя.

Он заплатил два доллара за кофе, затем снял с пояса пейджер и прочитал сообщение. Майкожидал, что получит сведения о том, где находится подозреваемая, но ему велели вернуться в офис службы безопасности.

Что случилось? Может, женщина не полетит? Или она оказалась настолько тупа, что попыталась пронести наркотики мимо представителей службы безопасности и ее задержали?

Ничего, скоро он все выяснит.

Майк быстро пошел по аэропорту, его шаги по линолеуму вызывали эхо. Почти все пассажиры были одеты как отпускники: в шортах цвета хаки и ярких «тропических» рубашках. Хотя даже в субботу утром здесь объявились несколько человек, одетых по-деловому – в костюмы или консервативного вида платья. Эти пассажиры направлялись в Орландо, Майами или Тампу, чтобы заключать сделки с недвижимостью или банковские контракты.

Майк достал удостоверение личности из куртки и приложил к магнитному считывателю у двери офиса службы безопасности.

Считыватель пискнул, загорелась зеленая лампочка, и Майк услышал, как щелкнул замок. Он потянул ручку и шагнул внутрь.

Офис был самым обычным помещением с серым ковровым покрытием и белыми стенами. По центру шел коридор, с каждой стороны которого располагалось по две комнаты. Первая комната справа была напичкана компьютерами, мониторами, телеэкранами и системами громкой связи. Во второй проходили брифинги младшего персонала, напротив располагался кабинет начальника службы безопасности. Комнатка слева от Майка в начале коридора была одновременно комнатой для допросов и местом заключения пассажиров, за которыми должно приехать ФБР или местная полиция.

Майк кинулся в комнату с компьютерами, но там никого не было, и он пошел дальше, желая узнать наконец, зачем его вызвали.

Откуда-то доносились слабые звуки – кажется, какая-то женщина плакала в комнате допросов. Скорее всего, подумал Майк, это особа, которую он должен был везти из Ки-Уэста.

Он сунул голову в кабинет начальника, Джо Даниеля, тот сидел за письменным столом.

– Джо, это ты мне звонил? – спросил Майк.

– Да. Пока тебя не было, мне сообщили, что какая-то женщина, летевшая из Неаполя, вскочила с места и пыталась просочиться к пилотам. Стюарды старались успокоить ее, но она была неуправляема. Разбросала все вокруг себя – возможно, под действием наркотиков. Члены группы, с которой, по ее словам, она летела, сказали, что увидели ее сегодня утром впервые. Одной из девушек пришлось довольно долго общаться с ней, и она должна знать больше. Сейчас она сидит в комнате для переговоров.

– Спасибо, – сказал Майк.

Пассажиры часто ведут себя бестолково и шумно, но попытка проникнуть в кабину пилотов – это гораздо хуже. Он взял рапорт о происшествии со стола в коридоре и открыл дверь.

– Доброе утро, – сказал Майк, и девушка, рассматривавшая фотографии людей, находящихся в розыске, подняла голову.

Она показалась Майку смутно знакомой – симпатичная, лет чуть за тридцать, длинные темные волосы и зеленые глаза. Одета в белые льняные брючки и ярко-зеленый облегающий топ. На плечи наброшен легкий белый свитер, его рукава завязаны на уровне груди. Она явно из семьи, чьи капиталы были нажиты десятки, а то и сотни лет назад. Что вполне обычно для приезжих из Неаполя.

– Доброе утро, – ответила она и села, не дожидаясь приглашения.

Когда она заговорила, Майк вспомнил, что видел ее во время перелета из Майами в Неаполь на этой неделе. Она путешествовала в обществе девиц на высоченных каблуках, все они были немного пьяны, и она к нему приставала, но, похоже, ничего об этом не помнила. Эта встреча не была судьбоносной и для Майка, поэтому он не стал освежать ее память, а просто сел на стул, стоявший напротив. Кофе он поставил на стол и положил перед собой бланк допроса, затем достал из кармана ручку и снял колпачок.

– Я Майк Брайсон. Агент службы безопасности авиаперелетов. Я хочу побольше узнать о вашей подруге, летевшей сегодня утром.

Его собеседница покачала головой, ее длинные волосы рассыпались по плечам.

– Она не моя подруга. Я ее едва знаю. Просто она приехала в Неаполь из Мичигана и несколько дней назад стала работать в одном офисе со мной. Вчера мы с ней вместе обедали, и… – Тут она наклонилась вперед и заморгала, глядя на Майка. – Если честно, мне ее жалко. В офисе никто не обращает на нее внимания, и мне хотелось как-то поддержать ее, вот я и пригласила ее с собой в Ки-Уэст. Я не знала, что она… злоупотребляет алкоголем или наркотиками.

Майк надел колпачок на ручку. Эта девушка лгала. Он был уверен в этом не меньше, чем в том, что его зовут Майкл Йен Брайсон.

– А как зовут вас? – Майк ждал, пока она заполнит бланк. Женщина улыбнулась и протянула руку, зная, что Майку придется встать и пожать ее.

– Эшли Ван Дайк. Я работаю с Саванной в «Рифанд-сити». Майк уронил ручку.

Словно не замечая протянутую руку Эшли, он воскликнул:

– Саванна?!

– Нуда, – удивленно подтвердила она. – Саванна Тейлор. Я действительно не имела ни малейшего понятия, что она балуется наркотиками. И никогда не пригласила бы ее…

– Мне нужны адреса, по которым я могу вас найти и здесь, и в Неаполе, – перебил ее Майк.

Эшли Ван Дайк дала ему номер своего сотового и, когда Майк сказал, что будет держать с ней связь, пробормотала:

– Н-но я думала, вы зададите мне гораздо больше вопросов о том, что случилось. – Эшли снова с доверительным видом наклонилась вперед и тихо сказала: – До меня дошли слухи, что в Мичигане ее как-то раз арестовало ФБР.

Это было сказано с таким многозначительным видом, что Майку захотелось обойти стол и задушить Эшли рукавами ее же свитера. Он не имел ни малейшего понятия, почему ему так хотелось защищать Саванну. Он знал, что у нее совсем не осталось денег, что у нее были какие-то проблемы с законом и что она, по всей вероятности, перебралась в Неаполь, желая убежать, о чем-то забыть.

Но несмотря на все это, она ему нравилась.

У нее было чувство юмора, и она оставалась неизменно мила со студентами – даже после всех их проделок. Плюс ко всему она умна и очаровательна и при этом сделана не из пластика, типа: не-трогай-меня-я-только-что-сделала – прическу. Ему хотелось все время ее трогать и целовать.

И по какой-то причине Саванна не угодила Эшли Ван Дайк. И для Эшли очень плохо, что Майк не поверил ей.

Он встал и распахнул дверь перед коллегой Саванны, повторив, что она должна всегда оставаться на связи.

Эшли вылетела из кабинета, яростно перебросив волосы на одну сторону. Майк смотрел, как покачиваются ее бедра и крепкие ягодицы. Белые стринги проглядывали через белый лен.

Майк дождался, когда она ушла и за ней закрылась дверь, а затем электронным ключом открыл комнату для допросов. Загорелась зеленая лампочка, он немного помедлил, зная, что его ждет суровое испытание.

Майк открыл дверь, и ему в нос ударил запах застаревшей рвотной массы и слабый запах антисептиков. Саванна сидела на металлическом стуле у стола, положив голову на руки. Она не шелохнулась, когда он вошел, но, похоже, больше уже не плакала. Майк решил, что это добрый знак.

Ножки стула, который он взял, громко проскребли по бетонному полу. Майк не знал, почему во всех других помещениях было ковровое покрытие, а тут нет.

Он положил локти на стол, подавив в себе желание убрать со лба Саванны упавшую прядку. Прежде всего ему надо узнать, что случилось в полете этим утром, а затем уж можно размышлять о притягательности этой женщины.

– Саванна, – тихо сказал Майк, – мне нужно поговорить с тобой. Ты меня слышишь?

При звуках его голоса Саванна подняла голову. Лицо у нее было заплаканное. Увидев Майка, она зарыдала.

– Майк, что ты здесь делаешь?

Она выглядела так же плохо, как и пахла. Ее тушь давно смылась слезами, остались лишь подтеки, подводка размазалась под глазами. Кожа у Саванны пошла пятнами из-за того, что она долго плакала, черная юбка была местами мокрой.

– Подожди секундочку, – сказал Майк, отодвигая стул и морщась, потому что Саванна вздрогнула от громкого звука. – Извини. Я сейчас приду.

Он вернулся в комнату для совещаний и достал из заднего кармана джинсов бумажник. Сунув пять долларов в автомат, набрал коды бутылки воды и мятной жвачки. Хорошо было бы купить еще и крекеров, но здесь они были только с липкой апельсиновой начинкой, и от них ей скорее всего станет еще хуже.

Он порылся в шкафах, стараясь отыскать забытую кем-нибудь майку, и нашел темно-синюю форменную рубашку. Она была очень большого размера, но ничего другого ему под руку не попало.

Майк опять пошел в комнату допросов, открыл бутылку воды и предложил Саванне:

– Не стесняйся, попей.

Она взяла бутылку и выпила половину одним большим глотком.

Майк выдал ей рубашку и жвачку.

– Я подумал, тебе это не помешает. Если будешь переодеваться, я отвернусь. А если тебе потребуется в туалет, я вызову нашу сотрудницу и она проводит тебя.

Саванна закрыла глаза и уныло покачала головой:

– Нет, все нормально. Спасибо.

Майк улыбнулся и повернулся к Саванне спиной, чтобы она могла снять грязный топ и надеть чистую рубашку. Затем Майк опять сел за стол напротив Саванны.

– А теперь, – серьезно начал он, – я хочу услышать твою версию событий. Что случилось сегодня утром?

Саванна шмыгнула носом и потерла глаза.

– Не знаю, что на меня нашло, – сказала она с печатью. – Я выпила только один коктейль, в баре в Неаполе. Прежде чем мы сели в самолет. Вот и все. Затем через некоторое время я просто… – Саванна усиленно заморгала, чтобы сдержать новую волну слез. – Наверное, я сошла с ума, – пробормотала она.

– Что ты имеешь в виду? – Майку очень хотелось взять руки Саванны в свои, но он знал, что для нее же будет лучше, если он будет работать предельно профессионально.

Саванна закусила нижнюю губу и заправила прядь волос за левое ухо.

– Со мной никогда прежде такого не случалось, – сказала она с отчаянным смешком сквозь слезы. – Я знаю, ты мне скорее всего не поверишь. Каждый раз, когда мы встречаемся, я оказываюсь в нелепой ситуации. Лучше бы уж Господь сразу послал меня на электрический стул.

– Я надеюсь, в этом не будет необходимости, – сухо бросил Майк.

Положив подбородок на руки, Саванна хмуро смотрела на него.

– Как только я переехала в Неаполь, моя жизнь превратилась в одно гигантское недоразумение. Наверное, это произошло потому, что я желала того, чего мне желать не положено. Лучше вернуться в Мэпл-Рэпидз и забыть всю эту историю.

– Какую такую историю? – спросил совершенно растерянный Майк.

– Свою попытку стать другой, – ответила Саванна, будто эти слова все объясняли. Майк приподнял брови, желая показать, что он по-прежнему ничего не понимает, а она какое-то время смотрела на пятно на столе, а потом произнесла: – Это долгая история.

Майк посмотрел на часы. Уже за полдень, и он не знал, назначил ли Джо другого агента следить за женщиной, которую подозревали в транспортировке наркотиков. Наверное, да, ведь Майк не может находиться в двух местах одновременно.

– Почему бы тебе не рассказать только ту ее часть, которая имеет отношение к твоему поведению в самолете? – предложил он. – А остальное оставим на потом.

Саванна кивнула:

– Ладно. Короткая версия такова. Я переехала в Неаполь, потому что какая-то женщина из этого города украла мое имя и деньги. Она ходила в самые лучшие бары и самые дорогие магазины в городе, но ФБР не стало тратить время на расследование этого дела. К тому времени, когда меня арестовали за ее преступления, она, как женщина умная, уверенно принялась за другую жертву. Я смогла доказать свою невиновность, и с меня сняли все обвинения. Но я очень заинтересовалась этой женщиной. Она вела такую жизнь, какую хотела бы вести я, – ходила на вечеринки и веселилась, а я оплачивала ее счета.

– Так вот почему у тебя такая плохая кредитная история, – сказал Майк. – И вот почему тебя арестовали.

Саванна нахмурилась:

– Откуда ты об этом знаешь? Мне не предъявляли официальных обвинений. Агент Харрисон сказал, что я чиста перед законом.

Майк сделал вид, что смущен.

– Я проверил тебя после того, как мама сдала тебе комнату. Мы стараемся проверять каждого жильца, если он остается у нас надолго. Пока мы не получили досье на тебя, Лиллиан рассчитывала в основном на собственную интуицию.

– Но это же… – начала Саванна.

– У моих информаторов надежные источники, – прервал ее Майк, понимая, что ей хочется знать, как он прослышал о ее аресте, если об этом не было записей в официальных документах.

– Вот вам и презумпция невиновности. – Саванна явно огорчилась, лицо Майка исказила гримаса: ему было неприятно, что он дал ей знать, как много ему известно о ее прошлом. – Как бы то ни было, – продолжила она, – я решила перебраться в Неаполь и найти эту женщину. Думаю… Да, в каком-то смысле я восхищалась ею и хотела стать похожей на нее. Или же я просто не хотела оставаться прежней…

Она выглядела такой одинокой, маленькой и хрупкой в огромной рубашке и в ее глазах стояла такая грусть, что Майку пришлось отвернуться и дать ей возможность немного прийти в себя, прежде чем он снова осмелился взглянуть на нее. Затем он тронул ее руку. Саванна подняла глаза на него, и их взгляды встретились, искра, пробежавшая между ними, стала шоком для них обоих.

– Но ты мне нравишься такой, какая есть, – неожиданно признался Майк.

Саванна не знала, что ответить, поэтому просто сидела и смотрела на него. Если бы все могло обернуться иначе. Если бы… Майк откашлялся и попросил:

– А теперь расскажи, что произошло сегодня.

Саванна вздохнула и снова опустила руки на подбородок.

– Хорошо. Значит, я перебралась в Неаполь и попыталась найти более гламурную работу, но ты сам видел, как хорошо это у меня получилось. Дело кончилось тем, что я опять стала работать в «Рифанд-сити» – я была бухгалтером этой компании в Мэпл-Рэпидз. Так вот: эта женщина работает там…

– Эшли Ван Дайк? – перебил Майк.

– Да. Не важно, откуда ты это знаешь. Именно Эшли Ван Дайк. Она вся из себя такая клевая и гламурная, и я очень разволновалась, когда она пригласила меня полететь на уик-энд в Ки-Уэст с ней и ее подругами. Я благополучно добралась до аэропорта, и все было прекрасно. Там я выпила коктейль, как уже говорила, а затем села в самолет. Минут через двадцать… Боже, это так стыдно… – простонала Саванна, закрывая лицо руками.

– Все в порядке. Продолжай, – спокойно попросил Майк. Саванна глубоко вздохнула.

– Прошло минут двадцать, и мне очень захотелось танцевать. Не знаю отчего. Мне казалось, я ужасно пьяна, хотя и выпила всего один коктейль. Стюардесса велела мне сесть на место, но я решила ополоснуть лицо холодной водой, поскольку чувствовала себя очень странно. Когда я шла в туалет, стюард сделал какое-то объявление, и я, кажется, схватила микрофон и начала петь.

– А ты сердилась, когда стюарды пытались забрать микрофон? И поэтому устремилась в кабину пилотов?

Саванна опустила руки и мрачно посмотрела на него:

– Я не пыталась ворваться в кабину пилотов, а просто потеряла равновесие и упала.

– Ты пыталась драться с ними?

– Нет! – ужаснулась Саванна. При мысли о том, что все тогда сочли, будто она пытается напасть на пилотов, ее охватила дрожь. – Я бы никогда – в каком бы состоянии ни находилась – не стала делать ничего подобного. Ты должен поверить мне, – взмолилась она и стиснула руку Майка.

Он кивнул, но сжимать руку в ответ не стал.

– Ты принимаешь наркотики? – спросил он бесстрастно.

– Нет. Никогда… ни разу, – проговорила Саванна.

Майк вздохнул и наконец сжал ее руку, а затем откинулся на спинку стула.

– У кого-то была возможность подсыпать тебе что-нибудь в коктейль? Ты отлучалась?

Саванна наморщила лоб, пытаясь восстановить в памяти события нынешнего утра, но воспоминания были неясные, будто смазанные.

– Не помню. С момента приезда в аэропорт и до того, как я очутилось здесь, все кажется таким неопределенным.

– Я думаю, кто-то накачал тебя наркотиками, но это будет трудно доказать. Просмотрю все кассеты видеонаблюдения в баре Неаполя, но нет гарантии, что удастся получить результат.

Саванна едва сдержала слезы благодарности и несколько раз моргнула, желая остановить готовый прорваться поток.

– Спасибо тебе огромное, Майк. Теперь все мое будущее в твоих руках.

– Сделаю, что в моих силах, – заверил ее Майк и встал. – Теперь нужно поработать с бумагами. Надеюсь, смогу договориться, чтобы тебя отпустили мне на поруки на время следствия.

Саванна отодвинула стул от стола и тоже встала – ей стоило громадных усилий Не кинуться к Майку с объятиями. Она ни к кому в жизни не испытывала такой благодарности за помощь.

– А я и не знала, что стюарды гражданской авиации имеют такое огромное влияние на коллег, – тихо сказала она, мысленно посылая за это хвалу Господу. Если бы она не знала Майка… или если бы он не работал в авиации… Она вздрогнула, не желая думать о том, что ситуация оказалась бы гораздо хуже, если бы в нее вмешалась служба безопасности авиаперелетов.

Саванна подняла глаза на Майка и увидела, что он смотрит на нее хмуро и озадаченно.

– Ты это о чем? – спросил он. – Конечно, со стюардессами и стюардами поговорят, но их показания не будут иметь большего значения, чем свидетельства обычных граждан.

Саванна рассмеялась над попыткой Майка казаться скромным: он ведь прекрасно знает, что спасает ее.

– Нет, я говорю о тебе. Ведь это ты будешь просматривать секретные пленки из бара в Неаполе. Не говоря уж о том, что вызволишь меня отсюда.

– Но это входит в мои обязанности, – объяснил Майк. Затем его глаза расширились: он начал понимать, в чем дело. Он улыбнулся, а потом и рассмеялся, ему пришлось снова сесть и посидеть несколько минут, чтобы успокоиться.

– Эй, что тебя так развеселило? – поинтересовалась Саванна. Ей не нравилось, когда над ней потешаются. Разве смешно, что он спасает ее из тюрьмы?

Майк посмотрел на нее и вытер слезы.

– Ты решила, что я стюард?

– Ну да. Твоя мама… – Саванна замолчала, возвращаясь к разговору с Лиллиан. – Ну, она не сказала прямо, но дала понять…

Майк закатил глаза.

– Давай я угадаю. Она сообщила тебе об этом на следующее утро после того, как ты со студентами походила по барам, правильно? – Саванна в ответ кивнула, и он продолжил: – В тот день она увидела отчет о твоей проверке и, наверное, решила: если ты поверишь, будто я стюард, то не станешь обращать на меня внимания. Мы узнали, какие у тебя долги, и скорее всего мамуля сочла за благо оградить меня от влияния сомнительной особы вроде тебя – ведь у стюардов не водится больших денег.

Саванна сдвинула брови.

– Но я считаю, она в тот момент думала о другом.

Майк сложил руки перед собой на столе.

– О чем же?

Саванна сомневалась, нужно ли выкладывать ему свою версию, но не знала, как выйти из ситуации, в которой оказалась, и потому выпалила:

– Лиллиан хотела намекнуть мне, что ты гей. Хотя в этом нет ничего плохого, – быстро добавила она.

Майк открыл рот. Он пытался издать какие-то звуки, но у него ничего не получалось.

– Ты думаешь, я гей? – наконец удалось выдавить ему.

У Саванны во рту вдруг стало ужасно сухо, и она потянулась к бутылке, которую принес Майк.

– Хм… – только и сказала она.

– У тебя сложилось такое мнение на основании слов мамы о том, что я стюард? Или на это есть еще какая-нибудь причина? – Майк потер шею и пристально посмотрел на Саванну. – Мне действительно нужно это знать.

– Твоя мама сказала, ты любишь сильных, молчаливых девушек. А в тот день, когда мы впервые встретились – ты еще спас меня от тележки с мороженым, – я видела, как ты обнимался с мужчиной, – пояснила Саванна. – И… вот, похоже, и все. Это и… хм… ты никогда не проявлял ко мне интереса. Хотя это ничего не значит. То есть я просто могла казаться тебе непривлекательной. – Саванна понимала, что говорит неуверенно и сбивчиво, но ее пугал взгляд темных глаз Майка, она сделала несколько шагов назад и очутилась у самой стены. – Я считаю, что ты ужасно красивый и вообще очень милый, и я думала… э… мне один или два раза показалось, что между нами пробежала какая-то искра, когда мы соприкасались, но это, вероятно, игра воображения.

Майк встал и начал подкрадываться к ней, как кот к мыши. Она теснее вжалась в стену, но отступать ей было некуда.

Он схватил ее за руку, и Саванна почувствовала страх, смешанный с чем-то гораздо более приятным, что-то похожее на волнение и возбуждение. Майк возвышался над ней, она улавливала аромат его мыла и исходивший от него жар.

Майк медленно опустил голову, и их губы оказались совсем рядом.

Губы Саванны раскрылись, ее язык прошелся по нижней губе и увлажнил ее в предвкушении поцелуя. Она ждала, отчаянно желая, чтобы Майк прикоснулся к ней, и приготовилась встать на мысочки, но тут он отвернулся и выругался.

– Что? – Саванна чуть не топнула ногой от разочарования.

– Камера. – Это было все, что сказал Майк, отходя от нее. Он запустил руку в волосы, выдал полный страдания вздох и махнул рукой в сторону верхнего правого угла комнаты.

Саванна подняла голову, пытаясь обнаружить вездесущий глаз камеры, записывающей каждое их движение.

Майк подошел к двери и открыл ее, затем обернулся и пронзил Саванну задумчивым взглядом.

– Каждое утро, когда я слышал, как ты напеваешь в душе, у меня была эрекция. Я представлял, что мы вместе, что мы обнаженные и мокрые, только в моих фантазиях ты не пела.

Саванна сглотнула.

– Нет? – прошептала она, надеясь, что их записывают только на видео, а не на магнитофон. Конечно, Майк не стал бы говорить таких вещей, если бы велась и аудиозапись.

– Нет. – Майк помолчал, глядя ей в глаза. – Но ты определенно издавала какие-то звуки.

– Я? – Саванна приложила ладони к стене, потому что ее колени начали подгибаться.

– Я не стюард, а агент службы безопасности авиаперелетов, – сказал Майк тихим, хрипловатым голосом, отчего у нее по коже побежали мурашки. – И скоро – очень, очень скоро – мои фантазии о душе станут реальностью. Вопросы есть?

Саванна закусила нижнюю губу и отрицательно покачала головой – она была не в состоянии что-нибудь ответить.

– Хорошо. Тогда сиди пока здесь, а я освобожу тебя, как только смогу. А завтра, – сказал он, выходя из обзора камеры видеонаблюдения и вынуждая Саванну приблизиться к нему, чтобы расслышать его слова, когда дверь за ним закрывалась, – я непременно убью свою мамулю.

Давай крошка, поговорим о сексе?

Прошлой ночью бойфренд попросил вас сделать что-то такое, чего вы прежде не делали. Вас это не слишком вдохновило, но вы все же выполнили его просьбу и теперь хотите знать, нормально ли это. Кому вы позвоните?

A. Никому. Секс – это очень интимно, его нельзя обсуждать вне стен спальни.

Б. Лучшей подруге. Она всегда рассказывает вам маленькие неприличные секреты. Настало время поделиться с ней своим собственным.

B. Разумеется, маме. В конце-то концов, кому знать это, как не ей!

Тем, кто выбрал «А», лучше было бы остановиться на ответе под буквой «В». Не следует быть чересчур застенчивыми. Девушки, вам надо научиться быть более непосредственными. Мы готовы держать пари, что под «сексуальным извращением», о котором попросил ваш парень, вы подразумеваете любую позу, кроме старой миссионерской, – вы повторяете ее изо дня в день, сминая простыни. «Б» – хороший ответ, но запомните: подружки иногда дают очень плохие советы. У них нет жизненного – и сексуального! – опыта, который есть у матерей. «В» – определенно, самый лучший вариант! Как хорошо, что существуют классные, сексуальные матери, почитающие своей обязанностью рассказывать детям о настоящем сексе, а не потчевать их всякой фигней о птичках-пчелках, которой положено забивать головы семиклассникам. Когда дело доходит до секса, положитесь на советы мамы!

Глава 26

Дом, милый дом. Саванна устало закрыла глаза и положила голову на руль своей машины. Мотель «Песчаные дюны» возвышался перед ней как сказочный замок из песка и леденцов цвета морской волны. Она была очень рада вновь очутиться в Неаполе – легкий ветерок ласкал ее шею, а воздух был напоен ароматом гортензий.

«Когда тебя освобождают из тюрьмы, начинаешь по-новому смотреть на все вокруг», – подумала Саванна.

Ее глаза распахнулись, когда Майк открыл дверцу со стороны водителя и подсунул одну руку ей под колени, а другую обвил вокруг талии.

– Эй ты, Спящая Красавица, – сказал он, – пора подниматься наверх.

Майк тащил Саванну из машины, и она хотела было воспротивиться и заявить, что она очень тяжелая, но передумала. Не стоит доводить до его сведения, что она весит на десять фунтов больше положенного. Если Майк еще не успел заметить этого, то не ей обращать его внимание на столь печальное обстоятельство. И Саванна, уткнувшись в его пахнущую свежестью майку, решила насладиться ситуацией.

Она не имела ни малейшего понятия, как он собирается открыть дверь во двор, но здесь проблемы не возникло – женщина, живущая в одном из номеров на первом этаже, распахнула ее перед ними. Майк немного отступил, когда мимо пробежали два мальчика. Женщина держала дверь открытой и, когда Майке Саванной на руках приблизился, приподняла брови. Майк улыбнулся.

– Привет, Майк, – поздоровалась она.

– Анни, – кивнул Майк в ответ.

– Спасибо, что подождал с оплатой за этот месяц, – выпалила женщина, которую, как поняла Саванна, звали Анни.

Майк покраснел.

– Не надо об этом. Я уверен, ты скоро встанешь на ноги.

– Да. Но все равно спасибо, – повторила Анни. Затем гораздо живее она добавила: – Вам надо быть поосторожнее. А то вот у меня завелись близнецы. – Она улыбнулась и поспешила за мальчишками. Дверь за ней захлопнулась.

Майк издал смешок, и сердце у Саванны забилось сильнее, когда он наклонился к ней и прошептал:

– Не беспокойся, я обо всем позабочусь – есть множество способов.

Саванна вздрогнула – это угроза или обещание? Она совершенно не понимала, как он может считать ее привлекательной после того, как видел в состоянии хуже некуда. Она выглядела ужасно, и ей было необходимо много времени, чтобы привести себя в порядок.

Но Майку было все равно, и Саванна гадала, нет ли у него проблем с обонянием. Но это не мешало ей находить его очень привлекательным. Кому, в конце-то концов, нужен парень с хорошим нюхом? Особенно если он пришел тебе на помощь, когда ты в этом отчаянно нуждалась.

Тут Саванна сообразила, что до сих пор не поблагодарила его за чудесное спасение в Ки-Уэсте.

– Спасибо, что вытащил меня из тюрьмы, – пробормотала она, желая забыть обо всем, что случилось, но понимая, что будет снова и снова мысленно переживать эти события.

Она услышала, как Майк рассмеялся.

– Ты ведь не была в тюрьме, – пояснил он, когда поднялся на второй этаж, при этом ничуть не запыхавшись.

– А мне кажется, была, – ответила Саванна.

Майк остановился и смотрел на нее до тех пор, пока она не подняла глаза и не встретилась с ним взглядом.

– Послушай, – тихо сказал он, – ты мне нравишься. Ты нравилась мне, даже когда я считал, что у тебя темное прошлое. Но меньше всего мне нужна твоя благодарность. Если ты со мной только поэтому, то мы должны покончить со всем прямо сейчас.

Саванна коснулась рукой щеки Майка, его жесткой щетины. Внутри у нее что-то сжалось, и она не могла дышать в полную силу.

– Ты тоже мне нравишься. И я очень благодарна тебе за то, что ты помог мне сегодня, но меня тянет к тебе вовсе не по этой причине.

Майк кивнул и снова заговорил:

– Хорошо, потому что не стоит строить отношения на благодарности.

– Согласна, – ответила Саванна. Майк остановился перед своим номером и медленно опустил ее ноги на пол, чтобы достать ключи из кармана джинсов.

Улыбнувшись, Саванна повернулась так, что оказалась вплотную к Майку. Она провела рукой по его сильным плечам, потом по талии и по крепким ягодицам.

– Поверь, меня влечет к тебе вовсе не твоя помощь.

Майк среагировал так быстро, что Саванна даже не заметила его движения. Она лишь моргнула, с удивлением обнаружив, что он прислонил ее к стене. Майк нависал над ней, а его бедра прижимали ее к теплой штукатурке.

– О! – шутливо прорычал он. – И что же во мне тебе нравится?

Саванна почувствовала, что ее сердце затрепетало. Каким же он был потрясающим, когда казался темным и опасным! Очень хорошо, что он пригвоздил ее к стене, иначе ноги отказались бы держать ее.

Она запустила руки в густые волосы Майка, встала на мысочки и лизнула солоноватую кожу у него под ухом, затем легонько укусила за мочку и прошептала:

– Об этом я скажу тебе через час.

Майк повернул голову, и их губы слились в поцелуе, и Саванна вдруг услышала собственный стон, когда ее язык проник ему в рот. Он раздвинул коленом ее бедра и стал медленно поднимать ногу, теплый материал его джинсов заскользил по голой коже. Он остановился на дюйм ниже, чем она хотела, и она чувствовала исходящий от него жар столь близко от ее пульсирующей заветной точки, что ей захотелось закричать.

Саванна извивалась, а Майк не позволял ей делать этого, прижавшись к ней. Неужели он не понимает, что она нуждается в прикосновении именно сейчас?

Майк оторвал губы от ее губ и принялся за шею. Добравшись до уха, он что-то сказал, и его теплое дыхание обожгло Саванну – она вздрогнула всем телом. Потребовалось несколько секунд, чтобы она поняла значение его слов, и когда это случилось, она улыбнулась с великим удовлетворением кошки, которая знает, что отныне сможет есть сколько угодно сметаны.

– Как насчет того, чтобы сказать мне об этом через два часа? – спросил Майк, а затем с чувством добавил: – Я очень, очень тебе понравлюсь!

Два с половиной часа спустя обессиленная Саванна лежала на кровати Майка и думала о том, как это здорово – найти мужчину, который умеет держать слово. Она с довольным видом потянулась. Майк крепко спал рядом, его левая рука покоилась на груди. Она зевнула и потянулась за рубашкой, которую он стянул с нее, – сексуально это или нет, но она не могла спать голой, – и тут услышала голоса за дверью. Решив, что это студенты направляются к себе, она опять накинула на себя простыню на тот случай, если кто-то заглянет в щель между занавесками.

Услышав позвякивание ключей и звук открываемого замка, Саванна испугалась.

Только что открыли дверь ее номера. И теперь там кто-то был!

Саванна наклонилась и взяла с пола темно-синюю футболку Майка. Она натянула ее через голову и повернулась, чтобы разбудить его. Ей страшно не хотелось делать этого, но с какой стати рисковать в одиночку, если у нее под боком спит сотрудник правоохранительных органов.

– Майк! – прошептала она. – Проснись! За стеной кто-то есть.

Майк сонно открыл глаза, а затем снова закрыл.

– Что? – спросил он в следующий миг, беря ее руку и притягивая к себе.

Она взвизгнула и быстро выскочила из кровати, чтобы где-нибудь спрятаться, поскольку в дверь номера Майка постучали.

– Майк, ты дома? – Саванна услышала женский голос, приглушенный тонкой металлической дверью.

– Одну секунду, мама! – крикнул Майк, протирая глаза. Он зевнул, потянулся, встал и начал натягивать джинсы.

Саванне пришлось отвести взгляд от его великолепного обнаженного тела.

Теперь не время думать о Майке и о том, как он хорош. Нужно… Сделать что? Они не тинейджеры, которые должны прятаться от родителей. Но все же ей не хотелось предстать перед матерью Майка в измятой майке ее сына, поэтому, когда Майк пошел открывать дверь, Саванна рванула в ванную комнату и заперлась там.

Стены были настолько тонкими, что ей не пришлось прикладывать ухо к двери, чтобы услышать их разговор.

– Что случилось? – спросил Майк мать.

– Саванна не преступница! – заявила Лиллиан, голос ее звучал так, будто она была готова пуститься в пляс прямо в проходе.

Саванна нахмурилась. Она забыла, что Лиллиан знала все о ее так называемом постыдном прошлом.

– Я знаю, – ответил Майк. – Но если ты собираешься свести меня с ней, то тебе необходимо знать…

Саванна насторожилась. Что он собирается сказать матери? Неужели у него уже есть девушка? Или, хуже того, он давно женат, а его мать об этом не догадывается? Вот негодяй!

Она распахнула дверь и услышала, как Лиллиан задохнулась от удивления, когда Майк выдал:

– …что я гей.

Саванна застыла в недоумении. Она закрыла глаза. Потрясла головой. И рассмеялась. За последние два часа она узнала о Майке лишь то, что он большой любитель женщин. Очень большой.

Он просто шутил, и по выражению лица его матери Саванна поняла, что та сражена наповал.

Лиллиан молча уставилась на пятно на стене повыше левого уха Майка.

– Прошу простить меня за это маленькое недоразумение, – пролепетала она.

– Недоразумение, черт побери! – проворчал Майк. Затем он подошел к Саванне, положил руки ей на плечи и сжал их. – А я вовсе не гей.

– Хотя в этом нет ничего плохого, – поспешила добавить Саванна, чтобы Лиллиан не думала, будто она ненавидит представителей сексменьшинств.

Щеки Лиллиан слегка зарумянились, когда она увидела неопровержимые доказательства того, что ее сын действительно предпочитает женщин.

– Конечно, нет, – согласилась она. – Рада вас видеть, Саванна.

– Кстати, как ты узнала, что она не мошенница? – поинтересовался Майк.

Лиллиан хлопнула себя по лбу.

– О, совершенно забыла. Саванна, сюда приехали твоя мама и старшая сестра. Они рассказали мне о том, как украли твое имя, арестовали в день свадьбы и все остальное.

– В день свадьбы? – Брови Майка поползли вверх.

– Это еще одна из моих длинных историй, – вступила в разговор Саванна. – Короткая версия такова: меня арестовали прямо у алтаря, а жених не захотел назначить другой день свадьбы. Теперь я понимаю: он оказал нам обоим огромную услугу. Теперь я не могу представить себя его женой.

– Ну что ж, я рад, – сказал Майк и еще сильнее сжал ее плечи. Саванна улыбнулась ему и подумала: «Я могла бы влюбиться в тебя прямо сейчас».

Затем она услышала в соседней комнате какой-то шум, напомнивший ей о родственниках.

– Не могли бы вы сказать моим родным, что я сейчас приду? – попросила она Лиллиан – та в ответ кивнула и исчезла.

Саванна наклонилась поднять свою одежду. Юбка была слишком грязной, а все остальное находилось в ее комнате, так что мамочке и сестре придется увидеть ее полуобнаженной.

Майк натягивал черную майку, а Саванна – трусики.

– Хочешь, дам тебе спортивные брюки? – предложил он.

– Спасибо. Дай, – с благодарностью ответила она. Плохо, что Лиллиан известно об их отношениях. А уж ее матери это и вовсе ни к чему знать.

Одевшись, они пошли в номер Саванны. Майк взял Саванну за руку, и ей пришлось подавить в себе желание обнять его. Ей пришлось отойти от Майка, когда мама встала с кровати, чтобы заключить ее в объятия.

– Маленькая моя! Я так волновалась за тебя, – прошептала она.

Саванна, в свою очередь, обняла мать, удивившись, как приятно ей видеть родных.

– Почему вы здесь? Как узнали о том, что случилось в Ки-Уэсте? – Слова Саванны были еле слышны, поскольку лицо утыкалось в мягкую мамину грудь.

Линда Тейлор сделала шаг назад, словно желая получше рассмотреть дочь.

Саванна удивилась, увидев в маминых глазах слезы, и снова бросилась в ее объятия.

– Ох, мамочка! Не плачь! Ведь не прошло и двух недель с тех пор, как я покинула Мэпл-Рэпидз.

– Но ты же моя девочка-малышка. Я скучала по тебе. И когда ты попросила одолжить денег, я поняла: с тобой что-то случилось. Саванна никогда не занимала у нас ни цента, – добавила она, на этот раз обращаясь не к дочери. – Миранда и Белинда обе относились ко мне и папе как к безлимитным банкоматам, когда учились в колледже, но только не Саванна. Она всегда стояла на том, что все будет делать сама.

– Мамочка, – запротестовала Саванна, смущенная и удивленная, что мама считала ее умной и самостоятельной.

– Не такими мы уж были плохими. – Миранда с любовью похлопала сестру по спине. – А что ты говорила о Ки-Уэсте?

– Так вы не знаете? – удивилась Саванна.

– Не знаем о чем? – спросила мама.

Саванна повернулась к Майку, ее глаза умоляли его молчать об этом деле. Тот нахмурился, давая знать, что все понимает.

– Да так, не берите в голову, – беззаботно сказала она, радуясь, что ее самое последнее унижение, по крайней мере на какое-то время, оставалось для них секретом.

Мама наконец отпустила Саванну, и та всех познакомила. Она немного удивилась, когда после получасового непринужденного разговора Майк предложил вместе пообедать в ресторане «Жирный кот». День казался бесконечным, но было еще только семь часов.

А когда после обеда они все вернулись в мотель и Саванна, смеясь, заметила, как уютно ей, Миранде и маме будет в одной постели, мама шокировала ее, приподняв брови, кивнув в сторону Майка и прошептав:

– Какого черта ты будешь спать с сестрой и со мной, когда в соседнем номере тебя ждет такой парень?

Что может рассказать о вас ваш почерк?

Графологи утверждают: о человеке многое может рассказать его почерк. Когда вы пишете на нелинованной бумаге, то ползут ли ваши строчки вниз? Если да, то мы готовы держать пари, что вы пессимистка, А как выглядят петли вашей буквы «в»? Похоже, что их писала третьеклассница? Значит, вы мечтательница. Так какие секреты скрывает ваш почерк? Пройдите тест и узнайте.

Напишите фразу «Я тебя люблю» на листе чистой бумаги. И ответьте на вопросы:

A. Не пририсовали ли вы где-нибудь маленькое сердечко?

Б. Хвостик буквы «б» загибается вверх или вниз?

B. Поставили ли вы в конце фразы восклицательный знак, хотя мы не просили вас делать это?

Если вы умудрились нарисовать сердечко, то подождите, пока мы отсмеемся. Вы слишком изысканны, если не сказать приторны. Почему бы вам не испечь печенье для больной соседки или не совершить еще что-нибудь в этом же роде? Если хвостик вашего «б» не загибается задорно вверх, то вы суровы и безжалостны. Очень хорошо, что вы любите себя, потому что вряд ли на это отважится кто-то еще. Восклицательный знак в конце предложения означает, что вы смелы и готовы к авантюрам. Просто удивительно, сколько можно рассказать о человеке, глядя на его почерк, не так ли?

Глава 27

Нa следующее утро Саванна перекатилась со спины на живот на огромной кровати Майка и уткнулась лицом в подушку. Она все еще чувствовала его запах – аромат шоколадного масла для тела, которым она сама его натерла рано утром. Саванна улыбнулась и потянулась, желая, чтобы Майк был с ней, но он ушел на работу час назад – ему предстоял очередной рейс. Забавно, они провели вместе всего одну ночь, а она уже скучает по нему.

Ей хотелось бы оставаться тут целый день, наслаждаясь воспоминаниями о поистине невероятном сексе. Но если происшествие в самолете ее чему-то и научило, так это не пренебрегать своими обязанностями. Она понимала, что сделала неправильно, сказавшись вчера больной, и – несмотря на потрясающий секс с Майком – все еще оставалась немалая вероятность, что ее отстранят от работы бухгалтера, если он не сможет доказать, что попытки ворваться в кабину пилотов не было.

Вчера, когда она сидела в холодной темной комнате для допросов в Ки-Уэсте, до нее дошло: работа значила для нее гораздо больше, чем она думала.

И почему бы нет? Она очень много училась, желая набраться знаний и опыта, необходимых для того, чтобы стать бухгалтером.

И ее дело, каким бы скучным ни казалось, действительно помогало людям. Почему она считала, что для счастья нужно что-то другое? Она хорошо работала, у нее были подруги и близкие, которые любили ее. Так что с того, что она не могла купить самые дорогие туфли или веселиться на какой-нибудь гламурной вечеринке до самого утра? Сделало бы все это ее лучше, интереснее или привлекательнее?

Нет. Она просто перестала бы нравиться себе, уважать себя. Если бы она тратила все деньги на туфли и одежду, то не смогла бы обустроить уютный дом. И она ненавидела занимать деньги у родителей. А что касается вечеринок, то ей было бы трудно вставать по утрам и хорошо работать. Кроме того, было бы практически невозможно найти подруг и друзей – настоящих подруг и друзей. Разве такое возможно, если тебе, разговаривая, приходится перекрикивать музыку, а все, что у вас есть общего, – это проблема выпивки?

Саванна посмотрела на потолок комнаты Майка, с удивлением начиная понимать, что она оказалась как раз там, откуда начала… И удивилась еще больше, осознав, что в целом она совсем не плохой человек.

Разумеется, было бы очень здорово – не говоря уж о том, что гораздо дешевле, – усвоить этот урок еще в Мэпл-Рэпидз. Ho она вряд ли пришла бы к подобному заключению, не переехав в Неаполь. Она никогда не смогла бы по-настоящему преобразиться дома. Если бы у Саванны не было шанса стать тем, кем она хочет, она не поняла бы, что хочет стать… собой.

Саванна глубоко вздохнула. Затем, зная, что нужно сделать именно это (наконец-то она поняла: поступая правильно, чувствуешь себя лучше), встала с кровати.

Мама и Миранда собирались посвятить день шопингу, а ей следовало отправляться на работу.

Она добралась до офиса с опозданием в сорок пять минут, ожидая, что окажется на рабочем месте в одиночестве. Идя пешком из мотеля Саванна замечала то, чего не видела прежде: бриллиантовые побеги бугенвиллеи, обвивающей забор из кованого железа вокруг ухоженного дома на углу; дерево с пушистыми красными цветами и еще одно – с пурпурными, оба выглядели так, будто сошли со страниц книжек доктора Сьюза. Она миновали детскую площадку – ребятишки наслаждались жарой за тридцать градусов, на них не было галош, варежек и зимних курток, застенутых до подбородка. Казалось, за минувшую ночь ее черно-белый мир наполнили все цвета радуги.

Саванна немного постояла на тротуаре, наслаждаясь теплом солнечных лучей. Она услышала журчание воды в фонтанчике и смех женщины, которая смотрела на собаку, лающую на бабочку.

Она отперла дверь офиса и вошла. Как она и думала, там никого не было.

Саванна прошла к своему столу и включила компьютер, вздрогнув, когда увидела электронное послание от своей коллеги Люси.

«Спасибо тебе большое за внезапную болезнь, – говорилось в нем. – Твоя девятичасовая клиентка досталась мне, и я провела с ней целый час, выяснив, что она не может получить возмещение налогов, поскольку не явилась на собеседование с аудиторами в начале года. Затем мне пришлось выслушать ее стенания по поводу финансовых бедствий: она, мол, вот-вот потеряет дом, унаследованный от матери, ей приходится работать на двух работах, дабы помочь сестре прокормить детей, и бла-бла-бла. Со всей этой чепухой у меня совсем не осталось времени на собственную работу».

Саванна напомнила себе, что заслужила негативное отношение коллеги, не выйдя на работу в столь напряженный период. Поклявшись, что такого больше не произойдет, Саванна быстро написала ответ, где благодарила Люси за помощь и предлагала взамен взять на себя несколько ее дел.

А пока нужно было посмотреть, что не так с Джейн Смит. Саванна взяла папку, которую Люси бросила ей на стол.

Она стала просматривать бланки и заметки Люси, а затем нашла заключение налоговой инспекции, объясняющее, почему задерживают выплаты по возмещению налогов Джейн Смит.

Саванна решила проверить записи, желая выяснить, через «Рифанд-сити» ли Джейн подавала декларацию в год, который сейчас проверяют. Если это так, то Саванна могла хотя бы посмотреть, все ли в порядке с декларацией. Если да, она позвонит клиентке, успокоит ее и посоветует назначить новый визит в налоговую инспекцию как можно скорее. Если же что-то не так, тогда Саванна всеми силами постарается исправить ситуацию.

Она взяла документы за текущий год и пошла в кабинет, где стояли шкафы с папками. Бумажные декларации хранились согласно номерам социального страхования налогоплательщиков, так что Саванна посмотрела на номер на декларации, которую заполнила Люси, и стала искать такой же среди прошлогодних папок. Ничего не найдя, она решила заглянуть в компьютер, ведь документы могли быть заполнены неправильно или, хуже того, бланк снабдили неверным номером социального страхования.

Она кликнула мышкой и ввела имя пользователя и пароль. Затем Саванна стала искать имя налогоплательщицы и город и нашла запись о нужной декларации. В «Рифанд-сити» действительно составляли ее в прошлом году для Джейн Смит. Но где же папка?

Саванна пошла обратно к шкафу посмотреть, не оказалась ли нужная папка не на том месте. Она нашла ее в другом скоросшивателе, на пять папок дальше, чем она должна была бы находиться. Такое станет невозможным, если все сведения будут внесены в компьютер.

Покачивая головой, Саванна принесла декларацию, положила на стол и открыла. Только она собиралась посмотреть форму 1040, чтобы проверить расчеты предыдущего бухгалтера, как заметила, что в компьютере есть еще одна запись о Джейн Смит, проживающей по адресу Сэндпайпер-лейн, дом 716 в Неаполе. Но у этой Джейн Смит был другой номер социального страхования.

Это было странно. Саванна записала номер социального страхования второй Джейн Смит и опять пошла в регистрационный кабинет проверить, подготавливал ли кто-нибудь в «Рифанд-сити» налоговую декларацию для этой женщины. Папки за прошлый год не было, зато нашлись формы 1040 семилетней давности на вторую Джейн, которая оказалась на двадцать лет старше первой!

Подумав, что, возможно, старшая Джейн Смит была матерью клиентки, Саванна поставила папки на место и заперла кабинет, но не стала выбрасывать листочек с номером социального страхования второй Джейн. Проверив и перепроверив номера на папке младшей Джейн Смит, Саванна поняла, что готова позвонить этой женщине. Ей стало немного не по себе, когда она увидела, что декларацию Джейн готовила Мэри Колтрейн, но раз уж вес вроде было правильно, она решила не беспокоиться.

Саванна набрала номер, который Джейн Смит дала ей в пятницу, когда звонила, чтобы назначить встречу. Первый гудок, второй, третий, и наконец ей ответили. Женщина, казалось, очень спешила и бормотала так, словно, разговаривая, прижимала трубку плечом к уху.

– Здравствуйте, – сказала Саванна. – Могу я поговорить с Джейн Смит?

– Это я.

Саванна заглянула в открытую папку, желая удостовериться, что разговаривает с той самой Джейн Смит, и сказала:

– С вами говорит Саванна Тейлор из «Рифанд-сити». Я пытаюсь найти женщину, которая вчера приходила к нам в офис, но по этому адресу зарегистрированы две Джейн Смит. Последние четыре цифры вашего номера социального страхования 3131?

– Да, – ответила женщина. – А другая Джейн Смит была моей матерью, она умерла два года назад.

– О, мне так жаль, – с сочувствием сказала Саванна.

– Спасибо. Это… было трудное время, – призналась младшая Джейн Смит.

Саванна смущенно откашлялась. Она не знала, как выразить сочувствие женщине в ее горе, поэтому решила перейти прямо к делу:

– Как я понимаю, вы приходили вчера, чтобы заполнить декларацию за прошлый год, но у вас были какие-то неувязки с налоговой инспекцией.

– Да. Я… – Саванна услышала, как заскрипели ножки стула, передвигаемого по плиточному полу. – Я боялась, что ваша фирма действует в одной упряжке с налоговой, но мне необходимо было сделать все возможное. Я действительно очень нуждаюсь в этих деньгах: приходится платить огромные налоги за мамин дом, и я еле нахожу средства, чтобы прокормить сестру и ее семью. Не представляю, как мы будем жить дальше.

Миссис Смит была не первой клиенткой Саванны, испытывавшей финансовые затруднения. По правде говоря, таких у нее было много. Этим женщинам не хватало денег, и они не откладывали средств на выплату налогов в надежде, что положение изменится ко времени получения налогового счета. Увы, ситуация не улучшалась, и клиентки не знали, как быть. По мнению Саванны, в таких случаях следовало отбросить эмоции и сконцентрироваться на числах. Это наилучший выход для клиентов – не упиваться своим горем, а разработать план по выходу из тупика.

– Как я понимаю, вы не смогли получить возмещение налогов, потому что не пришли на встречу с налоговым аудитором в Майами. Была какая-то причина, по которой вы не позвонили и не попросили назначить вас на другое время?

Саванна услышала, как Джейн вздохнула.

– Мне сказали, что я буду должна еще две тысячи долларов. Предварительные расчеты показали, что я должна платить больше, чем платила. Наверное, я просто… испугалась. Я не могла задолжать еще две тысячи. Я всего-то получаю двадцать пять тысяч долларов в год, хотя работаю в двух местах. Откуда у меня такие долги?

Саванна нахмурилась и посмотрела на налоговую декларацию на столе. В графе «Зарплата, дополнительные заработки и чаевые» Мэри Колтрейн отчетливо вывела «Ноль долларов».

– Согласно лежащей передо мной форме 1040, у вас вообще нет постоянного источника дохода.

– А откуда у вас моя декларация? – удивилась Джейн. – Вы получили ее из налоговой инспекции? Но ее не должны были передавать вам.

– Что вы хотите сказать? У нас хранятся копии всех деклараций, которые мы готовим здесь, в «Рифанд-сити».

– Но моей декларацией в прошлом году занимались не вы. Мама всегда считала, что бухгалтер может добиться для нее большего возмещения убытков, но когда она умерла, я решила взять дело в свои руки. Думала, что поступила правильно, пока в январе не пришло уведомление об аудиторской проверке.

Саванна потерла лоб и склонилась над папкой на столе.

– Но я говорю вам: передо мной лежит налоговая декларация с вашим номером социального страхования. Согласно этой декларации, вы получаете доход в виде процента в двадцать тысяч долларов, но у вас нет зарплаты, дополнительных заработков и чаевых. С учетом стандартных вычетов, ваш доход облагается налогом по самой низкой ставке. Но если у вас имеется еще двадцать пять тысяч долларов доходов, то полагается более высокая ставка на дополнительный доход. Наверное, в этом и причина: нельзя подавать одну декларацию о зарплате, а другую – о доходах с инвестиций. Все ваши доходы должны быть объединены, – терпеливо объясняла Саванна.

– Инвестиции? Какие инвестиции? Я же говорю вам: кроме маминого дома у меня ничего нет. И я его потеряю, если не найду где-нибудь три с половиной тысячи долларов, чтобы заплатить налог на недвижимость. Эти налоги меня в гроб вгонят! Куда ни плюнь, нужно платить налоги: налог с продаж, налог на недвижимость, подоходный налог, налог на право повернуть налево на светофоре. У меня нет на все это денег. – Джейн начала всхлипывать.

– Послушайте, Джейн, – спокойно сказала Саванна. – Я хочу помочь вам выбраться из этой ситуации. Знаю, она кажется вам безнадежной, но на самом деле это не так. Мы доберемся до сути проблемы. – Она пролистала папку, чтобы выяснить, есть ли там копия формы 1099 из того финансового учреждения, которое сообщило о доходе в виде процентов.

А, вот она! Саванна сверила номера социального страхования на формах 1099 и 1040, желая удостовериться, что они совпадают. Цифры совпадали, но тогда все не имело смысла. Чтобы получить такой доход, Джейн надо было бы положить на счет почти полмиллиона долларов. Но если бы у нее имелись такие деньги, она, само собой, не стала бы переживать из-за налогового платежа в три тысячи пятьсот долларов.

– Вы уверены, что не знаете о счете в «Первом банке Неаполя»? Может, мама открыла его на ваше имя перед смертью? – предположила Саванна.

– Наверное, она могла это сделать, – ответила Джейн, шмыгая носом. – Она каждый день мыла чужие дома со времен моего детства. Но нам всегда не хватало наличных. Иногда, чтобы оплатить счета, она даже забирала деньги, которые я зарабатывала, сидя с детьми. И я все-таки не могу представить, что у нее были накопления.

– Трудно поверить, что она могла не сказать вам об этом. На вашем счете должно быть около четырехсот тысяч долларов, – сказала Саванна и подскочила на стуле, когда в трубке раздался грохот, стук и лязг. Затем Саванна снова услышала голос Джейн.

– Четыреста тысяч долларов? – испуганно переспросила та.

– Примерно. Форма 1099 показывает лишь, сколько вы получили в качестве процентов, а не количество денег на счете в банке, – пояснила Саванна.

– Четыреста тысяч долларов… – повторила Джейн, словно в трансе.

Саванне не нужно было больше никакой информации от Джейн, поэтому она начала подводить итоги:

– Вот что нам надо сделать. Во-первых, встретимся завтра в банке в девять утра и попробуем выяснить, кто открыл счет. Это может оказаться просто банковской ошибкой, которую придется исправить. Во-вторых, если вы принесете копию декларации, которую подали в прошлом году, я просмотрю ее после того, как мы уладим дела в банке. Затем мы позвоним налоговому инспектору и назначим встречу на другое время. Я могу поехать с вами, если хотите. Вот увидите, мы справимся с этой головоломкой, – заверила Саванна.

– Да. Я начинаю видеть все не в таком мрачном свете, – призналась Джейн. Она заверила Саванну, что встретится с ней завтра в девять часов утра в «Первом банке Неаполя», и повесила трубку.

По какой-то причине последняя фраза Джейн неприятно подействовала на Саванну, как будто за всем этим стояло нечто большее, чем простое недоразумение. А может, у нее просто разыгралось воображение? Но потом, глядя на подпись Мэри Колтрейн на форме 1040, Саванна опять подумала, просто подумала: «Здесь что-то не так».

У вас есть чувство юмора?

Помимо большого бюста и блестящих волос одно из наиболее важных качеств, которое мужчина ищет в женщине, – это чувство юмора. Когда приходит время показать зубки, как у вас это получается?

Один из сотрудников вашего офиса любит шутить и устраивать розыгрыши. Вы считаете его довольно забавным, но иногда он заходит слишком далеко. Как-то в понедельник утром вы, появившись в офисе, видите, что симпатичный парень из отдела продаж, с которого вы много месяцев не спускаете глаз, вертится вокруг вашего стола. Вы не догадываетесь, что он собирается подшутить над вами, до тех пор пока не улыбнетесь ему и не сядете на свое место. Вот тут и выясняется, что мистер Шутник прикрепил к сиденью вашего стула велосипедный рожок. Осознав, что вас, к счастью, не хватил удар от удивления, вы:

A. Вопите: «Я убью этого засранца!» – и хватаете серебряный нож для конвертов, верно служивший вам пять лет, чтобы выполнить обещание.

Б. Бормочете: «Не очень-то и смешно», – затем разражаетесь слезами и убегаете в дамскую комнату.

B. Кладете одну руку себе на грудь, а другую протягиваете симпатичному парню из отдела продаж, чтобы он помог вам подняться с пола. Затем смеетесь и говорите: «Люблю шутки, а ты, я вижу, тоже?»

Вы, девушки из группы «А», должно быть, прочитали вступительную часть теста недостаточно внимательно. Парням не нужны целеустремленные женщины. Они предпочитают женщин, умеющих посмеяться над собой. Если вы выбрали ответ «Б», то вам надо научиться не принимать все так близко к сердцу. Из-за кого-то вы с минуту выглядели смешно? И что, это конец света? Будьте проще! Остановившиеся на пункте «В» знают, как обратить ситуацию себе на пользу. Вы не только доказали симпатичному парню из отдела продаж, что у вас есть чувство юмора, но и заложили прекрасную основу для флирта и дали понять, что он вам интересен. Вперед, за дело!

Глава 28

Припарковав машину перед мотелем «Песчаные дюны», Саванна потерла разболевшуюся шею. Ее обволакивала теплая темная ночь, теплый воздух нежно ласкал кожу. Ей хотелось, чтобы рядом оказался Майк, чтобы он целовал ее, но он покинул Саванну утром, печально сказав: «У меня сегодня ночной полет, и я буду в Неаполе только завтра утром». Но завтра понедельник, а это значит, что Саванна весь день будет на работе и не увидит Майка до вечера. Хотя, думая об этом, она вдруг поняла: он ни словом не обмолвился об их новой встрече.

Теперь, когда они уже были близки, возможно, он и не захочет встречаться с ней…

– Все, хватит, – увещевала себя Саванна, открывая дверцу машины. Не надо изводить душу сомнениями. Может, она останется с Майком, а может, и нет. Но если ее бросят еще раз, она не станет думать, будто с ней что-то не так. Значит, они просто не подходят друг другу.

Саванна отперла дверь во двор, вошла в него и сразу увидела свою мать, Миранду и Кристину, восседающих в шезлонгах у бассейна. Мама и Кристина мило болтали, а Миранда углубилась в последний номер журнала «Стайлиш».

– Всем привет! – сказала Саванна, плюхаясь на стул и быстро просматривая названия статей в журнале, чтобы выяснить, напечатали ли в этом месяце что-нибудь интересное:

Сексуальные движения, от которых он озвереет

Двенадцать способов уменьшить стресс

Помогите! Мой бойфренд обманывает меня с другим мужчиной!

Брюшной пресс за пять минут

Хитрости макияжа, которые вам необходимо знать

Последние тенденции парижского подиума

Новая вы – новая прическа

Вы можете стать суперзвездой? Пройдите наш тест и выясните это!

Саванна смотрела на обложку и не могла не удивляться, что именно этому она хотела посвятить жизнь: прическам, макияжу, модным тряпкам, бойфрендам, сексу… А как насчет того, чтобы быть хорошей подругой? Завести семью? Изменить – пусть самую чуточку – мир? Где найти ответы на эти вопросы?

Да, выглядеть на все сто и хорошо себя чувствовать вовсе не плохо. Но хорошо бы найти разумное равновесие. В глянцевых журналах пишут лишь о том, как завладеть вниманием мужчины и удержать его, но в них нет ни слова о проблемах более важных.

Только не надо винить журналы в том, что Саванна потеряла жизненную перспективу. Она ошибалась, когда думала, будто решение всех вопросов можно найти в статьях и тестах, ведь правильные ответы были у нее в сердце, и нигде больше. Никакой журнал не поможет ей стать такой, какой она мечтает. Она должна сделать это сама.

Саванна вздохнула и на мгновение закрыла глаза. Как стыдно, что она сразу этого не поняла!

– Я уже все прочитала. Дать тебе? – спросила Миранда, подталкивая журнал к Саванне.

– Я возьму, если ты не хочешь, – вступила в разговор Кристина. – Прочту в самолете.

– Он в полном твоем распоряжении, – улыбнулась Саванна. Она посмотрела на Кристину, когда та потянулась за журналом, и удивилась, увидев, что подруга одета в мешковатые черные шорты и старую майку. Удобная одежда смотрелась на ней совершенно непривычно. – А где все? – поинтересовалась Саванна.

– Куда-то ушли, – ответила Кристина довольно безразлично. Саванна откинулась на спинку шезлонга и посмотрела в темное небо, усеянное яркими звездами. Им улыбалась луна и купала в своем сиянии. Как хорошо на улице в это время года без двадцати трех слоев одежды, которая не дает замерзнуть! Конечно, ей будет не хватать Мичигана в июле, когда температура в Неаполе начнет подползать к сорока градусам. А может, и нет. Какая разница? Ей же не придется работать в поле в полуденную жару. И у нее есть автомобиль с открывающимся верхом. И кондиционер. Может, она не так уж и плохо переживет жаркое флоридское лето.

– Не надо хмуриться. А то у тебя появятся морщинки, – услышала Саванна голос мамы и увидела, что Кристина не сводит глаз с бассейна.

– Что случилось? – удивилась Саванна. – У тебя несчастный вид. Грустишь из-за того, что вы с Джеймсом завтра разъезжаетесь по разным колледжам?

– Нет. Я просто… – Кристина замолчала и с расстроенным видом посмотрела на Саванну. – Ты знаешь, как это бывает, когда думаешь о людях одно, а затем, узнав поближе, понимаешь, что они совсем не те, за кого ты их принимала? Ну просто совершенно не те?

Саванна засмеялась и сжала руку Кристины:

– О Боже, мне ли этого не знать! – Она вспомнила, как Эшли бросила ее на растерзание полицейским акулам в Ки-Уэсте. А ведь она казалась очень гламурной и веселой подружкой.

– Теперь и я знаю. Представь, я сделала все, чтобы измениться, но по-прежнему несчастлива, – пожаловалась Кристина.

Саванна наклонилась и взяла руку Кристины в свою.

– Да, но разве ты недовольна, что изменилась? – спросила она. – Если кто-то не может любить тебя такой, какая ты есть, это не значит, что он хороший, а ты плохая. И вот ты сама действительно должна любить себя.

– Да, однако когда твой лучший друг ты сама, то иногда чувствуешь себя ужасно одиноко, – вздохнула Кристина.

Саванна дружески пожала руку Кристины, и они стали смотреть на большое черное облако, взявшееся непонятно откуда и подкрадывающееся клуне.

– Знаю, – тихо сказала Саванна. – Но тебе будет еще более одиноко, если ты попытаешься стать кем-то другим и вскоре поймешь, что не нравишься даже себе.

– Я рада, что ты наконец поняла это, – ласково сказала мама, и Саванна улыбнулась.

Она улыбнулась еще шире, когда Миранда закатила глаза и встала.

– С меня хватит чуши в стиле доктора Фила. Давайте закажем пиццу – сразу несколько «Маргарит» – и немного повеселимся. У меня, черт возьми, отпуск!

Следующим утром Саванна накладывала второй слой туши на ресницы, когда услышала шум у номера Майка. Она попробовала не обращать внимания на крики, решив, что это опять веселятся студенты. Саванне хотелось выглядеть на все сто, и до неразумных детишек ей не было никакого дела. Вчера утром Майк упомянул, что прилетит в одиннадцать, и она не желала случайно встретиться с ним на улице, имея такой же неприглядный вид, как в Ки-Уэсте.

Она вздрогнула и ткнула кисточкой прямо в глаз, когда кто-то начал барабанить в дверь.

– Как я рада, что вы все сегодня уезжаете, – пробормотала Саванна, хватая кусок туалетной бумаги, чтобы вытереть выступившие слезы и размазавшуюся тушь.

Саванна подошла к двери и распахнула ее, готовая прибить того, кто за ней окажется. Но она замерла, увидев, что Джеймс несет на плече Кристину так, как пожарный, – взвалив на плечо. Лицо подруги было ярко-красным.

– Поставь меня, ты, кретин! – вопила Кристина, молотя кулаками по его спине.

– Что здесь происходит? – нахмурилась Саванна. Она была старше студентов и потому чувствовала за них некую ответственность.

– Прости меня, Саванна. Я пыталась остановить их, но Джеймс запер меня в туалете внизу, и мне понадобился час, чтобы выбраться оттуда. – Кристина еще раз ударила Джеймса по спине, но он так и не отпустил ее.

– Джеймс, поставь Кристину на пол, а не то я позвоню в полицию, и тебя арестуют, – спокойно сказала Саванна, и всем стало ясно: это не пустая угроза. Кристине явно не нравилось то, что проделывал с ней Джеймс. Казалось, она сейчас заплачет.

Джеймс повернулся к Саванне и медленно опустил ноги Кристины на пол.

– Так что же все-таки происходит? – еще раз спросила Саванна.

По щекам Кристины поползли две огромные слезы.

– Они испортили твою машину, – объяснила она.

– Что? – Саванна уронила тюбик с тушью, который держала в левой руке.

– Это просто шутка, – скривил губы Джеймс и равнодушно пожал плечами. Саванне захотелось уничтожить его.

Она взяла сумочку и закрыла за собой дверь. Кристина едва поспевала за ней, когда они шли вниз. Саванна услышала, как открылась еще одна дверь и Миранда крикнула:

– Что происходит?

– Пока не знаю, – бросила Саванна, не замедляя шаг.

– Мне так неудобно, – заскулила Кристина, и тревога Саванны с каждым шагом продолжала нарастать.

Она распахнула дверь, ведущую на автомобильную стоянку, и, взглянув на машину, будто приросла к месту. Саванна медленно повернулась и посмотрела на Джеймса, который переминался с одной босой ноги на другую и пытался сдержать смех.

– Я подам в суд на вас и ваших родителей, и вы оплатите мне ущерб до последнего цента, – произнесла она таким тоном, который напугал даже ее саму. – И если в мире существует справедливость, родители заставят вас мыть туалеты на заправочных станциях, чтобы вы выплатили им долг. – Она достала сотовый, набрала 911 и сказала ответившему оператору: – Я хочу сообщить о случае вандализма. Что? Знаю ли я, кто это сделал? Да. Этот маленький идиот стоит рядом со мной.

Свидание с вами – подарок судьбы?

Вы договариваетесь встретиться с кем-то, но опаздываете, а когда прибываете на место свидания, оказывается, ваш кавалер уже ушел. Вы воспринимаете это как знак того, что:

A. Вы недостойны того, чтобы вас ждали.

Б. Он встретил кого-то забавнее и интереснее.

B. Вы думаете: «Ну и что? Раз он повел себя так, то не способен понять, какая я замечательная!»

Нам очень неприятно говорить это, но если вы считаете себя недостойной того, чтобы вас ждали, то, очевидно, так и есть. Если вы выбрали ответ «Б», возможно, есть смысл немного поработать над собой и стать более веселой и интересной. Тогда вас непременно дождутся, верно? У девушек, отметивших пункт «В», правильный подход к делу. Если до кого-то не доходит, насколько они хороши, то зачем тратить на этих типов время? Если бы он не ушел, то понял бы: свидание с вами – настоящий подарок судьбы!

Глава 29

– Мне очень жаль, – повторила Кристина тысячный раз за утро.

– Хватит извиняться. Твоей вины здесь нет. Ты ведь пыталась остановить их, – заверяла Саванна девушку, когда они смотрели, как полицейские заканчивают брать показания у других студентов, помогавших Джеймсу наполнять машину водой и запускать туда детенышей крокодилов, которых они купили в зоомагазине.

Она удивилась бы, скажи ей кто-то, что когда-нибудь она вспомнит об этом случае и рассмеется.

Сейчас это не приходило ей в голову.

Саванна опаздывала на встречу с Джейн Смит на полчаса. Она оставила ей сообщение на автоответчике и надеялась, что та не подумает, будто Саванна забыла о ней. Она договорилась с мастерами, и они отвезли машину в ремонт, предварительно связавшись с обществом защиты животных. Крокодильчиков выловили и вернули в магазин. Хотя страховка Саванны покрывала убытки, полное отсутствие угрызений совести у Джеймса вывело ее из себя. Он ни на минуту не задумался о том, что его шуточки испортили машину и нарушили ее планы. А если бы страховки не было, Саванна понесла бы большие убытки…

И тут ее словно озарило: она испытывала праведный гнев по отношению к Джеймсу и в то время же восхищалась поступками Ваны, которая нанесла ей гораздо больший ущерб. Как она могла столь снисходительно относиться к женщине, укравшей у нее имя и деньги? Вана не тот человек, которому надо подражать. Она эгоистична, безответственна и инфантильна, ее нужно посадить в тюрьму, а не преклоняться перед ней.

– Ты уже позвонила мастерам? А как насчет общества защиты животных? И твоего страхового агента? Я займусь всем этим, если хочешь, – предложила Миранда, прерывая размышления Саванны.

Саванна знала, что несчастье произошло не по вине старшей сестры, но постоянные сомнения Миранды в ее компетентности неожиданно привели ее в ярость. Она повернулась и, сдвинув брови, сказала:

– Я все сделаю сама.

– Но я буду только рада… – начала Миранда.

– Какое слово в предложении «Я все сделаю сама» ты не поняла? – Саванна почти кричала на Миранду, но говорить тише не могла – ее терпение лопнуло.

– Не надо кричать. – Миранда приняла обиженный вид, столь хорошо знакомый Саванне. Так случалось каждый раз, когда Саванна пыталась отстоять свою независимость. Это становилось причиной долгих обид.

– Я не кричу! – завопила Саванна. – Я говорю, что сама справлюсь со своими проблемами.

Миранда покачала головой:

– Конечно, справишься. Я знаю. Но мне нравится тебе помогать. Ты никогда не поймешь, что значит быть старшей сестрой. Когда ты была совсем маленькой, маме требовалось, чтобы я иногда присматривала за тобой. Защищать тебя было моей «работой», и я всегда думала о тебе как о моей крошке. Я не могла допустить, чтобы ты подралась или чтобы тебе было больно. И до сих пор не могу избавиться от такого отношения к тебе, хотя мы стали взрослыми.

Саванна смотрела на сестру, ее рот приоткрылся от удивления. Она увидела в глазах Миранды странную боль и заморгала, желая прогнать готовые политься слезы.

– Но ты… – начала она, но дыхание у нее перехватило. Наконец она продолжила: —…но ты думаешь, будто я неумеха. И потому пытаешься все сделать за меня.

Миранда посмотрела на нее, не произнося ни слова, ее глаза тоже стали подозрительно влажными. Саванна потерла лоб рукой.

– Не могу поверить, что ничего в жизни не понимала, – сконфуженно сказала она.

Миранда пыталась сохранять спокойствие, но когда Саванна крепко обняла ее, она расчувствовалась.

– Все хорошо. Я все равно тебя люблю, – призналась она и обняла Саванну.

– Я тоже тебя люблю, – улыбнулась Саванна. Они выпустили друг друга из объятий, когда полицейский, прибывший по вызову, сообщил:

– Я закончил. Вы можете идти по своим делам.

– Великолепно. Если бы еще мне было на чем передвигаться, – пробормотала Саванна, когда патрульный сел в машину и покинул стоянку.

– Ты можешь воспользоваться машиной, которую мы взяли напрокат. А мы с мамой пройдемся по магазинам как-нибудь в другой раз, – предложила Миранда.

– Тебе нужно куда-то ехать? – осведомилась Кристина, услышав краем уха слова Саванны. – Я должна вернуть машину в пункт проката в аэропорту к полудню и сейчас могу отвезти тебя куда нужно.

– А как я доберусь до аэропорта? – встрепенулся Джеймс. И Кристина, и Саванна посмотрели на него так сурово, что он сделал шаг назад. Миранда в знак солидарности присоединилась к ним.

– Согласно твоему свидетельству о рождении, ты уже взрослый. Так что думай сам, – посоветовала Кристина. Затем она повернулась к нему спиной, весьма убедительно давая понять, что он ей безразличен. – Пошли, – сказала она Саванне, доставая ключи из кармана шортов. – Я запихнула свои вещи в машину рано утром, когда поняла, что собирается сделать Джеймс. И меня здесь ничто не держит.

Саванна посмотрела на часы. Она опаздывала уже на тридцать пять минут, а на то, чтобы доехать на такси, уйдет еще двадцать. Не говоря уж о том, что таксисту надо платить, а денег у нее нет. Кристина же сама предложила свои услуги.

– Спасибо, – сказала Саванна. – С удовольствием проедусь с тобой.

Она еще раз обняла Миранду и пожелала ей хорошего дня, стараясь не думать о тех особях, которые все еще плавали в ее машине. Затем пообещала, что вернется с работы рано и они все вместе чудесно поужинают.

Кристина отперла свой «форд-таурус», и они помчались по Саншайн-паркуэю к «Первому банку Неаполя», где, как надеялась Саванна, ее все еще ждет Джейн.

– Итак, – проговорила Саванна, когда молчание стало несколько угнетать их, – Джеймс оказался совсем не таким, как ты ожидала, да?

– Ты о чем? – не поняла Кристина.

– Вчера вечером ты сказала, что думала о Джеймсе одно, а потом обнаружила, насколько была не права, – напомнила ей Саванна.

Кристина рассмеялась и поправила щиток кондиционера, так что холодный воздух стал дуть ей прямо в лицо.

– Я говорила не о Джеймсе. Этот придурок как раз оправдал все мои ожидания.

– О! – Саванна несколько раз моргнула, когда на перекрестке Саншайн-паркуэя и Мейн-стрит они свернули налево. – Тогда кого же ты имела в виду? – удивилась она.

– Натана, – ответила Кристина. – Я всегда считала его застенчивым тихоней, парнем, которому нравится оставаться в тени. Но вчера мы все пошли на пляж и стали играть в волейбол: Джеймс и я против Натана и Лиз, и Джеймс ужасно выпендривался. Ну, – поправилась она с фырканьем, – он действительно казался просто идиотом: мы играли так, ради забавы, а он все время направлял мяч в лицо Лиз и ржал, когда попадал в цель. А Натан поставил его на место. Он даже не особенно напрягался по этому поводу, а просто велел Джеймсу прекратить – тихо и сурово, как в кино, когда какой-нибудь мальчишка-хакер тайно занимается карате или еще чем-нибудь таким и знает, что может надрать хулигану задницу. Да, – сказала Кристина, задумчиво кивая. – Именно так все и было.

Саванне пришлось прикусить губу, чтобы не улыбнуться. Затем она замахала рукой и сказала:

– Это здесь. Налево.

Кристина доехала до следующего квартала, сделала на перекрестке поворот и выругалась на автостоянку банка.

– Я на пятнадцать минут, не дольше. – Саванна взяла с собой сумочку и скоросшиватель с налоговой декларацией Джейн Смит за прошлый год.

Она вышла из машины, а Кристина начала настраивать радио. В одноэтажном здании банка Саванну обдал прохладный воздух. Как и в церквях, в банках разговаривают тихо, и Саванна, не имевшая ни малейшего понятия, как выглядит Джейн, почувствовала себя неловко, громко спросив:

– Джейн? Джейн Смит? Вы здесь?

Полдюжины людей из очереди, кассиры и операционисты посмотрели на нее. Даже кассир, обслуживавший владельцев автомобилей, высунулся из будки, чтобы посмотреть на женщину, ведущую себя столь неприлично.

Саванна пожала плечами и попыталась освежить лицо, обмахиваясь папкой с делом Джейн. К ней никто не подошел, и Саванна поняла: Джейн не дождалась и ушла. Но ей было интересно, сколько денег на счете Джейн, поэтому она встала в очередь за женщиной с только что научившимся ходить ребенком, желая поговорить с операционистом.

Очередь двигалась быстро, и скоро Саванна оказалась в самом начале. Когда молодой человек с курчавыми темными волосами и пирсингом на брови подозвал ее к себе, Саванна вежливо улыбнулась и протянула ему папку.

– Мне нужно знать, сколько денег лежит на этом счете.

– У вас с собой банковская карточка? Вы можете получить эту информацию в банкомате в зале.

– У меня только номер счета. И номер социального страхования человека, на которого этот счет открыт.

– А удостоверение личности у вас есть? – спросил служащий.

– Я не собираюсь снимать деньги со счета, – запротестовала Саванна. – А просто хочу знать, сколько на нем денег. – Она протянула ему форму 1099, но он даже не взглянул на нее.

– Я не вправе предоставить вам такую информацию, – сказал операционист. – Вы должны воспользоваться банковской картой. Или позвоните в службу защиты прав клиентов вон с того телефона. Там дают информацию двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

– Почему они могут дать мне эту информацию, а вы нет? – спросила Саванна. К сожалению, банки в последнее время проявляют не больше гибкости, чем налоговая инспекция. Чтобы обналичить чек, требуется десять дней, а за счастье пообщаться с живым операционистом приходится доплачивать.

Молодой человек пожал плечами:

– Таковы правила. – Казалось, они были непонятны ему так же, как и ей.

Саванна расстроенно вздохнула. Прекрасно. Она просто позвонит по телефону. Саванна увидела висевший около входа в банк аппарат, напрямую связанный со службой защиты прав клиентов. Когда ей ответили, она набрала сложную последовательность цифр, что напомнило ей расшифровку кода ДНК, и с облегчением дождалась момента, когда смогла ввести номер счета, по которому ей требовалась информация. Саванна аккуратно ввела этот номер с клавиатуры телефона, а потом нажала «решетку». Несколько секунд она послушала музыку, а затем, к ее удивлению, ей ответил мужчина, спросивший последние четыре цифры номера социального страхования человека, на которого открыт счет. Голос показался ей знакомым, и лицо Саванны исказила гримаса недоверия, когда она обернулась и увидела, что операционист держит в руках телефонную трубку и смотрит в ее сторону.

– Вы надо мной потешаетесь, – тихо возмутилась Саванна.

– Номер социального страхования? – повторил операционист, помахав ей рукой.

Саванна назвала ему последние четыре цифры номера социального страхования Джейн Смит и подумала, до чего же глупы эти правила!

– Извините, мэм, но счет закрыт, – сказал операционист.

– Когда?

– Сегодня утром.

– А сколько на нем было денег до закрытия? Подождите… – Саванна решила сформулировать вопрос иначе. – Я хочу изменить вопрос. На какую сумму была последняя операция?

– Снятие суммы в четыреста сорок три тысячи двести семьдесят долларов и шестьдесят два цента. Произведено сегодня утром в девять часов три минуты.

– Спасибо, – рассеянно произнесла Саванна, вешая трубку и глядя на светлые голубые обои. Она знала, что без удостоверения, доказывающего, что она Джейн Смит, операционист не покажет ей договор об открытии счета. Она не была уверена, что это помогло бы ей, но интуиция подсказывала: почерк человека, оставившего образец подписи, должен быть таким же, как у бухгалтера, подписавшего налоговую декларацию, которая лежит в папке у нее в руках.

Саванна взглянула на папку. На форме 1099 вместо адреса значился номер почтового ящика, но на налоговой декларации был написан адрес, и он, как подумала Саванна, является настоящим адресом Джейн Смит.

По крайней мере она надеялась, что дело обстоит именно так. Очень и очень сомнительно, что человек, внесший вклад на имя Джейн, выбрал именно это утро для снятия денег и закрытия счета. А это означало, что деньги взяла Джейн… Но тогда она оказалась в большой опасности, раз вор известен.

Саванна была уверена в этом, поскольку вчера в офисе провела немало часов, изучая папки Мэри Колтрейн, и обнаружила нечто поразительное. Во-первых, у Мэри Колтрейн имелись две различные подписи. Во-вторых, у подозрительно большого числа ее клиентов все доходы, указанные в налоговых декларациях, состояли исключительно из процентов по вкладам. В-третьих, формы 1099 всех таких клиентов высылались на один и тот же абонентский ящик в Неаполе.

И в-четвертых – и это, возможно, самое главное, – все эти формы были посланы умершим людям.

Если бы вы были героиней фильма, то какую роль предпочли бы?

Кого вы хотели бы сыграть в кино?

A. Умную, но застенчивую девушку из тех, что живут по соседству.

Б. Беспутную девчонку, обожающую вечеринки и сходящую с ума по парням.

B. Соблазнительную частную сыщицу, которая раскрывает преступление и в финале завоевывает любимого мужчину.

Девушки, выбравшие ответ «А», вам суждено до конца жизни прозябать паролях второго плана! Если вы предпочли «Б», значит, привыкли веселиться на полную катушку… возможно, это чересчур! Не нужно забывать, что веселье надо уметь сочетать с серьезной работой. У вас, девушки, готовые сыграть роль «В», есть все: ум, красота и мужество, – и вы справитесь со всеми трудностями.

Глава 30

– Давай быстрей, – потребовала Саванна, когда цифровые часы на панели арендованной машины Кристины показали на минуту больше. Она наклонилась вперед, натянув ремень безопасности, будто помогая машине ехать быстрее и не замечая предупреждения, написанного на обратной стороне солнцезащитного козырька о том, что нужно сидеть на расстоянии не менее двенадцати дюймов от воздушной подушки. Времени следовать мудрым советам не было.

– Хорошо, – кивнула Кристина. – Но к чему такая спешка?

– Чья-то жизнь может оказаться в опасности, и по моей вине, – призналась Саванна. У нее не было времени на подробности, потому что они уже подъехали к дому номер 716 по Сэндпай-перлейн. Не успела Кристина припарковать машину, как Саванна выскочила из нее и понеслась по потрескавшейся деревянной дорожке к двери двухэтажного белого дощатого дома. Краска местами облупилась, и дом выглядел довольно неряшливо.

Саванна нажала кнопку звонка и стала колотить в дверь, но в ответ не доносилось ни звука.

Тогда она попробовала заглянуть в щель между занавесками на фасадном окне. Она увидела гостиную: пол, мебель, какие-то коробки, игрушки, куски ткани. Но Саванна не могла знать, был ли беспорядок результатом того, что хозяева дома не любят порядок, или дело обстоит гораздо хуже.

Она повернулась к двери и потрогала замок – заперто. Ну что ж, у нее нет времени играть по правилам. Джейн попала в настоящую беду.

Саванна зашла за дом и приблизилась к забору на заднем дворе. Она уже была готова открыть задвижку, но тут Кристина сказала:

– А вдруг у них есть собака?

Саванна внимательно осмотрела лужайку. Местами трава была чахлой и вытоптанной, но собачьих игрушек, вырытых собачьими лапами ямок, надписи «Берегитесь, злая собака!» видно не было.

– Надеюсь, что нет, – ответила она и медленно открыла калитку, при этом металлические петли протестующе скрипнули. – Сюда, песик! – крикнула она на тот случай, если собака все-таки есть и ей захочется взглянуть на непрошеных гостей, которые, впрочем, ведут себя вполне дружелюбно.

– Иди к нам, собачка! – Кристина набралась духу и свистнула.

К счастью, Смиты не держали собаку, и Саванна с Кристиной вошли в забетонированный задний дворик, а затем приникли к задней стеклянной двери дома, приложив ладони колбу и щекам, чтобы получше разглядеть темный интерьер.

Спустя какое-то время Кристина поинтересовалась:

– Что ты ищешь?

– Не знаю. – Саванна боялась, что они увидят ноги лежащей женщины где-нибудь в самом неподходящем месте. Во всех телевизионных передачах про полицию показывали чьи-то ноги на пороге комнаты или в мусорном баке. И зрители тут же понимали: кого-то убили.

Саванна попробовала открыть раздвижную стеклянную дверь, но ей это не удалось. Она была готова предложить разбить стекло, но тут Кристина показала на открытое окно примерно в четырех футах над землей.

– Мы можем забраться в дом через него.

– Хорошая мысль, – согласилась Саванна, подтаскивая к окну пластиковый стул. Встав на него, она заглянула в комнату, которая оказалась детской спальней. Пол был усеян игрушками, и еще здесь была ярко раскрашенная, прикрепленная к стене доска, на которой деревянными буквами было выложено имя «Дилан».

Саванна быстро перебросила ногу через оконную раму и ступила на пол. Когда в окне появилось лицо Кристины, Саванна спросила:

– Ты уверена, что хочешь сделать это? Мы можем нарваться на неприятности.

– Конечно, хочу. У меня до полета еще два часа, – пожала плечами Кристина.

Они начали осматривать дом, вздрагивая от скрипа каждой доски или возни птиц на крыше. А когда поднос с ледяными кубиками в холодильнике упал в лоток под морозильником, обе девушки вскрикнули и в страхе обнялись.

Но они не нашли ни какого-нибудь сумасшедшего, прятавшегося под кроватью, ни частей тела, лежащих в самых неожиданных местах. Как следует обыскав дом, они наткнулись лишь на одну интересную вещь – запечатанную записку, прикрепленную к телефону в кухне, на которой зелеными чернилами было написано имя «Рони». Рядом с телефоном стояла фотография двух женщин с самыми прекрасными глазами, которые Саванна когда-либо видела.

– Наверное, это Джейн с сестрой, – предположила она, показывая на фотографию в рамке.

Она поднесла записку к свету, но не смогла прочитать ни слова.

– А, к черту! – выругалась она, просунула большой палец под печать и открыла конверт.

– Ну что? – взволнованно спросила Кристина.

Саванна быстро пробежала глазами записку и вздохнула, протягивая ее Кристине.

– По крайней мере Джейн оказалась достаточно умна и не сообщила сестре, куда направляется, – сказала она.

Кристина взяла записку, а Саванна тяжело опустилась на кухонный стул, пытаясь придумать, как поступить. Полицейские решат, что имеют дело с сумасшедшей, если она позвонит им и расскажет об опасности, угрожающей Джейн. У Саванны не было никаких доказательств, что деньги, которые забрала Джейн, ей не принадлежат, не было ни малейшего представления о том, куда Джейн могла уехать, не было ничего.

– «Дорогая Рони, – читала Кристина вслух, будто Саванна только что сама не просмотрела записку. – Произошло нечто невероятное, и наша жизнь вот-вот изменится к лучшему, но для этого мне необходимо покинуть город. Я позвоню тебе сегодня вечером оттуда, куда сейчас направляюсь. Обними за меня Дилана и скажи, что тетушка Джейн будет по нему очень скучать. Я люблю тебя. Джейн». – Кристина положила записку на стол. – Ты права, – хмуро сказала она. – Это ничего нам не дает.

– Как нам найти ее? – Саванна терла виски пальцами, словно это могло заставить голову работать лучше.

Что бы она сделала, окажись на месте Джейн? Саванна закрыла глаза. Джейн снялась с места, желая избавить сестру от неприятностей, это было ясно. Но куда она поехала? И как туда попадет? Самый простой вариант – автомобиль, его труднее всего выследить, но это не слишком быстрый способ передвижения. Более того, осматривая дом, Саванна заметила в гараже машину. Вряд ли у Джейн есть еще одна, а если когда-нибудь и была, то она давно продала ее, ведь ей были очень нужны деньги.

Нет, скорее всего Джейн оставила машину сестре, а сама взяла такси до вокзала или аэропорта.

Но в какую службу такси она обратилась? В городе их должно быть не меньше двадцати, и…

Саванна щелкнула пальцами, открыла глаза и взяла радиотелефон. Затем нажала кнопку «повтор звонка» и в нетерпении стала ждать, когда раздадутся гудки.

– «Синее такси», – ответил после второго гудка мужчина. Саванна вскочила со стула и, обрадовавшись, почти закричала:

– Да! – Затем она попыталась немного успокоиться. – Меня зовут Рони Смит, я живу в доме 716 по Сэндпайпер-лейн. Я заказывала такси для моей сестры и хочу удостовериться, что водитель приехал вовремя.

Мужчина нажал несколько кнопок на клавиатуре, и пульс Саванны участился, когда он ответил:

– Такси прибыло в девять сорок семь.

– Прекрасно! – обрадовалась Саванна, стиснула руку Кристины и задала еще один вопрос: – Они благополучно добрались до аэропорта?

– Наш водитель только что высадил ее, – заверил Саванну диспетчер.

Саванна поблагодарила его и положила трубку на место, на ее лице появилась широкая улыбка.

– Вперед! Нам надо ехать в аэропорт.

Когда они с Кристиной вместе шли к двери, подруга, звеня ключами, улыбнулась:

– Здорово у тебя это получается.

Саванна ощутила гордость. Похвала приятна всем.

– Что ты имеешь в виду? – уточнила она. – Умение быстро соображать? Творческий подход к решению проблем?

– Нет, – ответила Кристина, закрывая за собой дверь. – Просто ты здорово врешь.

Знаете ли вы, как отбиться от нападения?

Извините, девушки, что будем говорить с вами предельно серьезно, но мы знаем: в жизни важны не только хорошо подобранная помада или знание, какие туфли теперь в моде. Иногда жизнь бывает на удивление отвратительной. В прошлом месяце мы попросили читателей рассказать нам об их самых ужасных страхах. И ничего удивительного, раз большинство из вас являются женщинами, что больше всего вы боитесь нападения сзади. Знаете ли вы, что нужно делать, если с вами такое произойдет? Пройдите наш тест и выясните!

Вы идете к своей машине и вдруг слышите за спиной шаги. Вы все сделали правильно – ваши руки пусты, ключи от машины наготове, – но это не поможет, если вас схватит мужчина. Что вы предпримете?

A. Изо всех сил наступите на ногу напавшему.

Б. Во все горло закричите: «Пожар!»

B. Сделаете и то и другое.

Существуют два варианта, которые могут сработать. Во-первых, попытайтесь высвободиться из рук напавшего, наступив ему на ногу. Если это не поможет, воткните ключи ему в глаза или в шею. И разумеется, удар в причинное место – наилучший способ контратаки, если в вашем случае такое возможно. Во-вторых, чтобы кто-то пришел вам на помощь, кричите «Пожар!». Это гораздо эффективнее, чем просьбы о помощи, поскольку очень часто посторонние не хотят вмешиваться в опасную ситуацию. Но все любят смотреть на огонь и, услышав о хорошем о шоу, побегут к вам. «В» – определенно, самый лучший ответ!

Глава 31

– Ну ответь же! Ответь! – молила Саванна, прижав к уху сотовый. Самолет Майка должен был приземлиться в Неаполе в 10.42, а на часах «тауруса» было уже 10.47, но включилась голосовая почта, и Саванна решила, что Майк все еще вне зоны доступа. – Майк, это Саванна, – сказала она после сигнала. – У меня нет времени объяснять тебе детали, мне очень нужна твоя помощь. Есть такая женщина Джейн Смит, и она в большой опасности. Она взяла из банка чужие деньги и собирается улететь из аэропорта Бакстром. Не знаю, куда она направляется, но пока она там, и я должна остановить ее. Мы с Кристиной сейчас на стоянке для взятых напрокат машин и собираемся идти искать ее. Если ты получишь это сообщение… Ну, я не представляю, что ты можешь сделать без доказательств, но все-таки помоги мне.

Саванна выключила телефон и вышла из машины, присоединяясь к Кристине, стоявшей напротив входа в аэропорт – только улицу перейти. В отличие от больших аэропортов, как, например, Международный аэропорт Тампы, оснащенных многоуровневыми стоянками для автомобилей, в Бакстроме была всего одна открытая стоянка неподалеку от терминала. Саванна думала, Джейн воспользуется этим аэропортом как пересадочным пунктом в Майами или Тампу, откуда она могла улететь в любую точку мира.

Пока Кристина боролась с тяжелым на вид рюкзаком, Саванна вытащила из машины еще один рюкзак подруги и в изумлении покачала головой, увидев, какой груз та потащит. В одном кармане рюкзака была бутылка воды, в другом – пакет с крендельками.

Журнал, который Миранда дала Кристине вчера вечером, лежал, свернутый трубочкой обложкой вверх, в еще одном кармане. Саванна удивилась, что девушки теперь путешествуют, нагруженные, как мулы. Когда им стукнет сорок, позвонки у них сплющатся и они станут на два дюйма ниже, чем в молодости. Если бы Саванна все еще задумывалась над выбором профессии, то предпочла бы мануальную терапию. И через двадцать лет обязательно разбогатела бы.

Кристина с Саванной двинулись по автостоянке к терминалу. Рядом со входами стояли кресла, и на высоте примерно восьми футов от земли были закреплены большие мониторы. Саванна изучила ближайшую к входу зону, стараясь вычислить, на какой самолет взяла билет Джейн.

– Наверное, она полетит ближайшим рейсом, – решила Саванна. Она сама поступила бы именно так: купила билет на ближайший рейс из Неаполя, а затем затерялась бы в толпе аэропорта побольше. В Неаполе же народу не особенно много, и она укрылась бы там, где ее вряд ли побеспокоили бы, – в дамской комнате.

– У меня есть билет, но как пройдешь через кордон охраны ты? – поинтересовалась Кристина.

Саванна нахмурилась. Хороший вопрос. Но тут она подняла вверх указательный палец, потому что ей в голову пришла хорошая мысль.

– Подожди секундочку, – ответила она, роясь в сумочке и доставая листочек бумаги с печатью внизу. – Хорошо, что я не выбросила субботний посадочный талон до Ки-Уэста. У тебя есть черная ручка? Я хочу подделать дату.

Кристина повернулась к Саванне спиной и выгнула шею, чтобы посмотреть через плечо.

– Она должна быть в левом нижнем кармане.

Саванна расстегнула карман, на который указала Кристина, и вынула коробочку с ластиками, тремя желтыми маркерами, линейкой, цепочкой булавок, лейкопластырем, ножницами, степлером, скотчем и блеском для губ.

– Ты девушка моей мечты, – сказала потрясенная Саванна, начиная рыться в коробочке по второму кругу. На этот раз она нашла то, что нужно, – простую черную шариковую ручку. Она взяла ее и использованный посадочный талон, подошла к свободному месту у высокого столика и попыталась не думать о том, какие последствия может иметь то обстоятельство, что она собирается подделать официальный документ. Попадет ли она под юрисдикцию Федерального управления гражданской авиации? Придется ли Майку арестовать ее? Саванна вся сжалась, представив, что Майк тащит ее в тюрьму. Ее фантазии о Майке и наручниках не включали в себя холодную темную камеру или железные прутья.

Закончив правку, она подняла посадочный талон к свету. Конечно, результат не выдержит испытания при пристальном изучении, но за такое короткое время невозможно сделать лучше.

– Вперед! Пойдем, посмотрим, сможем ли мы найти Джейн, – храбро сказала она.

Они направились к охранникам, Саванна сделала глубокий вдох и постаралась сохранять спокойствие. Она не сомневалась: человек, положивший деньги в банк, будет беспощаден, когда выследит того, кто их забрал. Саванна понимала также, что счета, которые она нашла вчера, были только вершиной айсберга, и вдохновитель этого плана имеет в своем распоряжении миллионы долларов и может дать взятку не слишком богатому продавцу авиабилетов, желая выяснить, где должно окончиться путешествие Джейн. А сама Джейн Смит не имела ни малейшего понятия, что деньги, которые она присвоила, – лишь крошечный кусочек пирога и злоумышленник не остановится ни перед чем – даже перед убийством, – дабы вернуть их.

– Как дела? – спросил охранник, проверяющий посадочные талоны у Саванны и Кристины.

Саванна беззаботно улыбнулась, хоть сделать ей это было нелегко. Она должна пройти через контроль. От этого зависит жизнь Джейн.

– Прекрасно! – весело ответила она. – У моей кузины были весенние каникулы, и я прилетела из Ки-Уэста, чтобы встретить ее здесь, в Неаполе. У вас такой славный город. Мы отлично провели время. Правда, Кристи?

Кристина вылила на охранника все свое обаяние.

– О да! Мне здесь очень понравилось. Я подумываю перебраться сюда, когда окончу школу.

– Ну что ж, девчонки, удачного вам полета. – Охранник, пропуская их, махнул рукой.

Саванна с огромным облегчением вздохнула.

– Здорово сработано, – шепнула она.

Девушки положили рюкзаки Кристины и сумочку на ленту транспортера, а затем сняли обувь и кое-какую одежду и кинули туда же.

Что-то в вещах Кристины заставило металлоискатель сработать, и Саванна сказала ей:

– Ближайший рейс в 10.57, чтобы попасть на него, надо подойти к шестнадцатому выходу. Я буду ждать тебя там.

Кристина кивнула и села ждать, когда к ней приблизится женщина из группы досмотра и проверит ее, а Саванна пошла по терминалу искать Джейн. Высокие каблуки цокали по линолеуму, и Саванна жалела, что не надела туфли на плоской подошве. Сейчас на ней были туфли под Кейт Спейд, а также короткая красная юбка, черные колготки и легкий черный свитер, в котором она прекрасно чувствовала бы себя в офисе с кондиционером, но тут ей было очень жарко.

Когда Саванна добралась до шестнадцатого выхода, посадка только-только началась. Она окинула взглядом небольшую толпу, но Джейн не увидела. «Быстрее, быстрее!» – мысленно призывала она Кристину, ища глазами подругу. Следующий полет был через десять минут, выход двадцать четвертый, на него тоже очень скоро начнется посадка. Саванна не могла стоять и смотреть, появится ли Джейн из дамской комнаты, чтобы в самый последний момент успеть к шестнадцатому выходу, и следить за выходом двадцать четыре, и потому решила проверить сначала туалет.

Саванна бросилась в дамскую комнату. Одна кабинка была занята, поэтому Саванна сделала вид, что моет руки. Когда через несколько мгновений из кабинки вышла женщина, Саванна разочарованно вздохнула – это была не Джейн.

Она схватила бумажное полотенце и вытерла руки, затем побежала в терм и нал. Кристины по-прежнему нигде не было видно, и Саванна поспешила к двадцать четвертому выходу. Когда она приблизилась к нему, внезапно ее охватила тревога. Она замедлила шаги, осторожно оглядывая посадочную зону и пытаясь понять, откуда исходит опасность.

В следующий миг Саванна почувствовала, как ей в спину ткнулось что-то холодное и тяжелое, чья-то сильная рука схватила ее за плечо.

– Ты должна заниматься своими делами и не вмешиваться в чужие, – прошептал ей на ухо какой-то мужчина, а его пальцы больно сжали ей руку.

Саванна открыла было рот, чтобы закричать, но решила промолчать. Мужчина рассмеялся и сказал:

– Только попробуй, и твоя маленькая подружка мисс Джейн – труп.

– Я такую даже и не знаю. – Саванна обернулась и посмотрела на схватившего ее мужчину. Он нависал над ней – высокий, широкоплечий, – взгляд его темных глаз был полон злобы, будто он с гораздо большим удовольствием убил бы ее, чем отпустил.

– Тогда иди и кричи! – насмешливо процедил он. Саванна стиснула зубы. Ублюдок. Откуда он знает, что она не станет этого делать?

Джейн оказалась в этой заварушке из-за информации, которую дала ей Саванна, и теперь она чувствовала ответственность за нее.

Тут зазвонил сотовый, и сердце Саванны забилось как сумасшедшее. «Пожалуйста, пусть это будет Майк!» – взмолилась она, открывая сумочку.

Мужчина еще сильнее прижал что-то – как она предположила, ствол пистолета – к ее спине.

– Ответишь – умрешь!

– А вы не слишком все драматизируете? – спросила Саванна. Удивительно, но вместо страха она ощущала незнакомую ей прежде браваду.

– А ты проверь, – пробурчал мужчина, толкнул ее вперед и приказал: – А ну, двигайся! – Они пошли назад по направлению к охранникам. Саванна едва волочила ноги и пыталась выработать какой-нибудь план. Тут она увидела спешащую к ней Кристину, и ее мозги стали работать быстрее. Надо придумать, как заполучить помощь Кристины, не приведя в бешенство мужчину с пистолетом.

– Саванна?! Что происходит? – крикнула Кристина, когда подбежала достаточно близко.

– За нами следят еще два человека, – прорычал мужчина за спиной у Саванны. – Если ты предупредишь эту девицу, ей тоже придется несладко.

– Да уж не сомневаюсь, – пробормотала Саванна. Она не знала, блефует он или нет, но рисковать не могла. – Эй, Кристина, – обратилась она к девушке, когда та подошла к ней. – Это Адам, мой приятель с работы. Он собирается помочь мне найти Джейн, так что ты можешь идти. А то опоздаешь на самолет или впутаешься в какие-нибудь неприятности. Спасибо тебе огромное за помощь. – Она улыбнулась с фальшивой жизнерадостностью и тяжело сглотнула, когда тип, угрожавший ей, вонзил дуло пистолета еще глубже. «Он заметил, как я поставила ударение на слове "помочь"», – догадалась Саванна.

– Привет! – «Адам» поднял свободную руку над плечом Саванны и помахал ею.

– Привет! – Кристина выглядела озадаченной. – Ты уверена, что я тебе не нужна? У меня до посадки еще есть полчаса.

– Нет-нет. Возвращайся к своим друзьям, – возразила Саванна. – Я уверена, вам с Майком еще нужно пообщаться.

– С Майком? – удивилась Кристина. – Или ты имела в виду Джеймса?

Уголком глаза Саванна заметила, как сузились глаза мужчины, и решила исправить свою намеренную ошибку. Она улыбнулась и засмеялась:

– О да! Извини. Я имела в виду Джеймса. Хорошего тебе полета. Так здорово, что мы с тобой познакомились! – Не желая вызвать еще большие подозрения у парня, она медленно подошла к подруге и обняла ее. Руки Саванны ткнулись в огромный рюкзак за спиной Кристины, и она услышала слабый шелест страниц журнала, лежавшего в боковом кармане.

Неожиданно ее глаза распахнулись. Журнал. Вот оно! Саванна вытащила последний номер «Стайлиш» из кармана рюкзака, и он раскрутился у нее в руке.

Она сделала шаг назад, так что пистолет снова больно уткнулся ей в спину.

– Ты не возражаешь, если я заберу его? Я забыла: здесь есть тест, который я хотела бы просмотреть.

Кристина нахмурилась, ее нос сморщился – она не понимала причин странного поведения подруги.

Саванна ткнула в одну из строчек на обложке.

– Вот этот, – сказала она, замечая, что в глазах Кристины зарождается понимание. Когда мужчина наклонился посмотреть, на что она показывает, палец Саванны успел соскользнуть со строки «ПОМОГИТЕ! Мой бойфренд изменяет мне – с другим мужчиной!» на «Можете ли вы стать суперзвездой? Пройдите наш тест и выясните это!».

– Нам пора. – Мужчина толкнул Саванну пистолетом. Та кивнула:

– Да. Пока, Кристина. – Она помахала рукой, а похититель повел ее под дулом пистолета по терминалу. Саванна надеялась на Кристину – та поймет ее намек и попытается отыскать Майка. Она удивилась, когда, не дойдя до стойки службы безопасности, они свернули в сторону. Она-то думала, что мужчина хочет покинуть здание аэропорта, но они пошли по тихому коридору, находящемуся в охраняемой зоне терминала.

– Куда мы идем? – спросила Саванна.

Мужчина молча шел дальше. Саванна посмотрела в огромное – от пола до потолка – окно и увидела маленькие частные самолеты на бетонированной площадке. Если ее засунут в такой самолет, то смогут увезти куда угодно, и ее никто никогда не найдет.

Она облизнула губы и сильнее сжала журнал, жалея, что не прошла тест «Что делать, если вас похитят» вместо тех, где разговор шел о сексе и красоте.

Мужчина подвел Саванну к концу коридора и набрал код на панели рядом с дверью, на которой было написано «Осторожно! Не открывать – сработает сигнализация». Саванна услышала щелчок, и мужчина распахнул дверь. К несчастью, сигнализация не включилась.

Саванне буквально ударил в лицо сильный порыв жаркого, влажного воздуха, когда она ступила на металлическую решетку в двадцати футах над землей. Самолетные двигатели ревели, и тележки с багажом сновали туда-сюда вокруг терминала, их везли мужчины в синих комбинезонах и оранжевых наушниках.

Похититель подтолкнул Саванну к металлическим ступеням, ведущим вниз к площадке. Если она надумает кричать, то ее вряд ли кто услышит. Кроме того, Джейн по-прежнему угрожала опасность, и Саванна по-прежнему надеялась ей помочь. Она пошла по шатким ступеням, стараясь, чтобы высокие каблуки не попадали в отверстия решетки.

Когда они достигли площадки, мужчина махнул рукой в направлении средних размеров самолета «лир-джет», к кабине которого был приставлен трап.

Саванна глубоко вздохнула, расправила плечи и пошла вперед.

«Сейчас или никогда», – подумала она, кладя руку на холодные металлические перила, и начала подниматься. Пришло время для финальной схватки с врагом.

Она знала, что победу сможет одержать только один из них. Саванна стиснула зубы и сделала еще шаг вверх, навстречу главной битве в ее жизни.

И когда она ступила в самолет и ее ноги утонули в плюшевом ковровом покрытии, Саванна мельком пожалела, что у нее нет более мощного оружия, чем глянцевый журнал, который она крепко сжимала в руке. Но неожиданно она сообразила: у нее есть все необходимое для борьбы. Она не нуждалась нив сверхспособностях, ни в темноволосом таинственном незнакомце, способном стремительно налететь на врага и освободить ее.

Саванна медленно опустилась в роскошное бежевое кресло и скрестила ноги, положив журнал на маленький круглый столик слева от себя. Затем она улыбнулась женщине, сидевшей напротив нее на такого же цвета диване, ее глаза встретились с глазами той, кого она давно искала.

– Ну, здравствуй, Эшли! Или… – Саванна помолчала для пущего эффекта и продолжила: – Может, я должна называть тебя Мэри? Или Саванна? Или… надо подумать. Какое имя у тебя сегодня?

Стоит ли из-за вас ввязывяться в неприятности?

Признаем честно: иногда с нами бывает трудно – мы плачем без причины, превышаем кредит в банке, вопим, увидев, как в чулан забежала мышь, и не можем заснуть до тех пор, пока нам (мы заранее приносим извинения тем, кто склонен к тошноте) не принесут на блюде ее крошечную головку. Но если вы того стоите, ваш парень утешит вас, даст денег и даже одержит победу над грызунами. Но как узнать, захотят ли ради вас ввязываться в неприятности? Разумеется, следует пройти наш тест!

Ваш парень работает в службе безопасности аэропорта, а вы только что совершили маленькую детскую ошибку: решили рассмешить тех, кто занимается личным досмотром, сказав, что в вашем лифчике спрятана бомба. Ваш парень:

A. Клянется, что не знает вас.

Б. Говорит коллегам, что всегда считал вас террористкой.

B. Снимает с вас лифчик и просвечивает его рентгеном, желая доказать, что вы пошутили.

Если вам приходится выбрать ответ «А», ваш парень определенно считает, что ради вас не стоит ввязываться в неприятности. И вам следует задуматься над тем, почему дело обстоит именно так и надо ли продолжать встречаться с тем, кто о вас такого плохого мнения. Девушкам, остановившимся на пункте «Б», можно посоветовать одно: бросьте этого парня и порадуйтесь, что избавились от такого ничтожества! Если ваш ответ «В», то лучше не упускать такого человека. Он готов ради вас пожертвовать работой! Значит, верит: ради вас можно справиться с любыми неприятностями.

Глава 32

Телефон слева от Майка начал звонить, когда он смотрел, видеозапись, на которой Эшли Ван Дайк наклоняется вперед и что-то подсыпает в бокал Саванны.

– Так я и думал! – воскликнул он с торжеством, нажал кнопку «Пауза», взял телефон и назвал свое имя.

– Говорит Джон Харрисон из ФБР, – ответили ему. – Мы занимаемся делом об отмывании денег, и наши агенты только что обнаружили, что объект наблюдения заказал билет на самолет компании «Скайуэй эйрлайнз», вылетающий из Неаполя в 11.07 этим утром в Тампу рейсом 642. Нельзя допустить, чтобы женщина покинула город. Мы считаем, у нее при себе может оказаться много наличных, а значит, ее жизнь в опасности.

Пока Харрисон говорил, Майк открыл список пассажиров названного рейса, на который, согласно расписанию вылетов на другом экране, происходила посадка из двадцать четвертого выхода. Он протянул руку, переключил систему видеонаблюдения на зону посадки и спросил:

– Фамилия и имя объекта?

– Джейн Смит. Я только что послал вам факсом ее фото.

Факс в «штабе» службы охраны аэропорта Бакстром зашелестел, а Майк тем временем стал просматривать карточки пассажиров, получивших посадочные талоны.

– Похоже, она прошла регистрацию на основной стойке в 10.19, но на борт еще не села.

– Хорошо. Мы должны сделать так, чтобы она не улетела. Люди, чьи деньги она получила, имеют серьезные связи с преступным миром, и согласно информации, которую нам предоставил вчера наш основной источник по этому делу, их очень хорошо финансируют. Миссис Смит этого не понимает, ей нужна зашита, и прямо сейчас. Я только что послал одного из наших агентов присмотреть за ее семьей.

Майк взял в руки факс и посмотрел на фотографию объекта – афроамериканка лет тридцати пяти с миндалевидными глазами. Он взглянул на монитор, показывавший выход на посадку, но не увидел никого, похожего на эту женщину. Тогда Майк предположил, что она скорее всего предпочтет скрываться в магазине сувениров или в туалете до самой последней минуты, хотя на борту самолета она оказалась бы в большей безопасности. Конечно, был и альтернативный вариант. Появление пассажира в аэропорту легко можно отследить по тому, когда и где он получает посадочный талон, и не было никакой гарантии, что миссис Смит не перехватили по пути от зоны регистрации к выходу на посадку.

Он нажал несколько кнопок на клавиатуре другого компьютера и воздал хвалу Богу за технический прогресс, начав просмотр видеозаписи камеры рядом со стойкой регистрации «Скайуэй эйрлайнз» с 10.18 утра. Майк в ускоренном режиме прокрутил пленку вперед и увидел, как миссис Смит получает посадочный талон и направляется к охранникам. Он ввел последовательность команд и переключился на другую камеру. Джейн Смитс тревогой оглядывалась, подходя к сотруднику службы безопасности, а затем протянула ему удостоверение личности и посадочный талон. Мужчина взмахнул рукой, пропуская ее, и она без малейшей задержки прошла досмотр багажа.

Миновав металлодетектор и забрав ручную кладь, Джейн направилась в магазин сувениров. Там камера зафиксировала, как она пролистала несколько журналов и просмотрела какие-то книги. Она старалась держаться спиной ко входу и опустила голову, словно у нее было чувство, что за ней наблюдают. Майк переключился на камеру, отслеживающую происходящее перед терминалом, но ничего подозрительного не обнаружил.

Он вернулся к происходящему в магазинчике и увидел, что Джейн купила две книги и журнал. Она немного постояла, затем взглянула прямо в камеру, и Майк без труда прочитал в ее глазах мрачное предчувствие.

– Она есть на видеозаписи, – сообщил Майк агенту Харрисону и рассказал об увиденном. Видеопленка продолжала крутиться, Джейн шла к выходу, а потом села на первый ряд стульев. Она открыла журнал и притворилась, что читает, но прошло семь минут, а она ни разу не перевернула страницы.

Зал вылета начал наполняться, но рядом с Джейн долго никто не садился – она положила на ближайший стул сумочку и куртку. Однако через некоторое время мускулистый мужчина в кожаной куртке ростом примерно шесть футов два дюйма сбросил вещи Джейн и опустился на стул рядом с ней. Майк увидел, как расширились глаза Джейн, маленькие косички у нее на голове затряслись. Мужчина что-то ей сказал, и она явно испугалась.

– Подождите минутку, я кое-что увидел, – сказал Майк агенту Харрисону, сделав паузу и увеличив лицо мужчины. Он кликнул мышкой на кнопке «фотография» и отправил ее факсом агенту Харрисону, чтобы тот дал знать, может ли опознать мужчину. Затем Майк продолжил просматривать пленку: Джейн и мужчина встали – тот оказался сзади и чуть левее от нее. – Я думаю, он пригрозил ей оружием и сейчас уведет от выхода. Кто знает, как он умудрился пройти с пистолетом мимо кордона охраны, – добавил Майк, тяжело вздохнув. Какие бы изощренные средства ни применялись, преступники всегда находили возможность обойти систему безопасности.

– Это плохо, – донесся до Майка голос агента Харрисона.

– Что? – спросил Майк.

– Этого парня зовут Роман Суини. Он долгие годы числится в списке подозреваемых ДЕА,[5] но не было достаточно доказательств, чтобы арестовать его. Он привлек мое внимание вчера, когда источник в Неаполе, молодая женщина, навел нас на него через коллегу, которая, похоже, помогает этому типу отмывать заработанные на наркотиках деньги. Его девушка – бухгалтер, и она привела в действие чертовски остроумный план. Она заводит банковские счета на имена умерших клиентов своей фирмы и частенько переводит на них деньги. Каждая операция не превышает десяти тысяч долларов, и потому вкладами никто не интересуется. Затем она декларирует доход от процентов, потихоньку снимает со счетов все деньги и инвестирует их в легальную часть бизнеса ее бойфренда. Так деньги становятся чистыми. Однако она допустила ошибку с Джейн Смит и случайно открыла сберегательный счет, использовав номер социального страхования еще очень даже живой дочери умершей женщины. Наш источник и обнаружил, что происходит. Надо отдать девушке должное: она применила нестандартный подход. Без ее помощи я никогда не свел бы все воедино.

Майк вполуха слушал агента Харрисона, следя за передвижениями Джейн Смит и Романа Суини – они приближались к охранникам. Он ожидал, что Суини выведет женщину из терминала, и очень удивился, когда они повернули к выходу, ведущему к многим частным и корпоративным самолетам, приписанным к аэропорту Бакстром.

– Только я немного волнуюсь за свой источник, – продолжал агент Харрисон. – Я пытался связаться с ней, когда мы поняли, что миссис Смит собирается покинуть город, но ее мобильный не отвечал. Мой агент занимается ее поисками, и, надеюсь, скоро ее обнаружит.

Майк нахмурился, когда агент Харрисон упомянул мобильники, и посмотрел на свой собственный, висящий у него на поясе. Он был одержим идеей доказать, что Саванне перед полетом в Ки-Уэст подсыпали наркотик, и совершенно забыл проверить свой сотовый, прилетевутром из Атланты. Он снял его, включил и посмотрел, кто ему звонил. Увидев номер Саванны, Майк ощутил первые признаки беспокойства. Он не знал, почему у него все внутри сжалось, ведь не было никаких оснований предполагать, будто Саванна связана с этим делом. Она, наверное, позвонила, желая просто поздороваться или выяснить, хочет ли он с ней пообедать.

Но почему тогда его сердце колотится как сумасшедшее?

Майк включил голосовую почту и стал прослушивать сообщения, в то же самое время задавая Харрисону вопрос, который так боялся задать:

– Этот ваш источник… – Он помолчал и прочистил горло. – Пожалуйста, скажите мне, что это не Саванна Тейлор, – продолжил он.

Затем он услышал ее голос. Он был быстрым и взволнованным, и говорила она вот что:

– Майк, это Саванна. У меня нет времени объяснять тебе детали подробно, но мне очень нужна твоя помощь. Есть такая женщина Джейн Смит, и она в большой опасности. Она взяла из банка чужие деньги и собирается улететь из аэропорта Бакстром. Не знаю, куда она направляется, но пока она там, и я должна остановить ее. Мы с Кристиной сейчас на стоянке для взятых напрокат машин и собираемся идти искать ее. Если ты получишь это сообщение… Ну, я не представляю, что ты можешь сделать без доказательств, но все-таки помоги мне.

– Да, это она, откуда вам это известно? – удивился Харрисон.

Майк быстро переключил монитор на камеру, с которой просматривался двадцать четвертый выход, затем в ускоренном темпе перекрутил запись на время через двадцать минут после похищения Джейн Смит. И тут он увидел то, что так боялся увидеть, – Саванну спиной к камере и какого-то дюжего типа позади нее. Она испуганно, но в то же время решительно кивнула и пошла перед Романом Суини по пустому коридору – двадцать минут назад тут так же шла Джейн Смит.

Суини открыл дверь в конце коридора, Саванна расправила плечи и вышла из здания. Торговец наркотиками направился вслед за ней, и когда он уронил свою кожаную куртку, Майк заметил, как на стволе пистолета блеснуло солнце.

Он не стал терять время, объясняя агенту Харрисону, что происходит. Он отбросил телефон, прижал руку к пистолету в кобуре, выбежал из помещения службы безопасности и тут же остановился, налетев по другую сторону двери на вооруженного человека.

– Почему она намекала на Майка? – с недоумением пробормотала Кристина, направляясь к выходу на посадку. Было очевидно, что Саванне нужна помощь, но в чем? И какое отношение имеет к этому владелец мотеля?

Кристина позвонила в «Песчаные дюны», но нарвалась на автоответчик. Как быть дальше, она не знала. Кристина попыталась было сказать женщине, проверяющей билеты у входа, что случилось нечто непонятное, но та посмотрела на нее как на сумасшедшую.

– Эй, Кристина, я скучал по тебе ночью, – громко сказал у нее за спиной Натан. От неожиданности она испугалась и едва не закричала.

Натан был задушевным другом брата ее лучшей подруги, и Кристина знала его давным-давно, но сейчас она смотрела на него, и ей казалось, что она видит этого юношу впервые. Тот тощий мальчишка, который намочил лифчик от ее спортивного купальника и засунул его в морозильник, когда ей было двенадцать, куда-то исчез. Теперь перед ней стоял высокий парень с умными темными глазами и широкими плечами, от него исходило ощущение зрелости, которого так не хватало его лучшему другу.

– Я слышал, что Джеймс сотворил с машиной Саванны этим утром. Мне искренне жаль. Если бы я знал…

Кристина быстро схватила руку Натана и прервала его:

– Давай поговорим об этом позже. Мне нужна помощь. У Саванны неприятности, и я не знаю, как поступить. Она вроде бы намекнула, что я должна найти Майка, но он-то здесь при чем? Ведь он всего-навсего управляющий мотелем.

Глаза Натана сузились, он улыбнулся Кристине, глядя на нее сверху вниз.

– Нет. Он агент службы безопасности авиаперелетов. Ну, знаешь, как Уэсли Снайпс в «Пассажире 57».

– О Боже мой! – воскликнула Кристина. – Вот почему она хотела, чтобы я его нашла. Как ты считаешь, он сейчас здесь? – спросила она, повиснув на руке у Натана. Служба, безопасности авиаперелетов. Ну конечно! И почему она раньше об этом не подумала?

Она побежала по терминалу, бросив рюкзак на полу перед выходом.

– Ты куда? – изумился Натан.

– За помощью! – кинула ему в ответ Кристина, не снижая темпа. Она не стала как следует обдумывать свой план, а направилась к женщине в форме сотрудника службы безопасности. Остановившись от нее футах в двадцати, Кристина засунула руку под рубашку.

– У меня есть пистолет! – крикнула она.

Ошарашенная женщина-охранник положила руку на собственное оружие, и Кристина взмолилась, чтобы ее не подстрелили, когда повернулась и бросилась бежать по коридору, в котором исчезла Саванна с типом, назвавшимся ее коллегой.

Она даже не увидела мужчину, вышедшего из коридора справа от нее, тот сбил ее с ног и прижал к полу. Подбородок девушки ударился о линолеум, во рту появился вкус крови, она лежала и не могла пошевелиться. Затем Кристина почувствовала, что ей в бок ткнулось дуло пистолета, а мужчина схватил ее руки.

– Лежи тихо, – сказал он. – Ты арестована.

Кристина готова была заплакать.

– Нет, вы не понимаете. Нужно, чтобы вы следовали за мной, – в отчаянии взмолилась она.

– Стоять на месте, – услышала Кристина женский голос, когда в поле ее зрения появились теннисные кроссовки Натана.

– Мы ищем Майка Брайсона, – попытался объяснить он. Мужчина, поваливший Кристину, надел на нее наручники, и она с его помощью неловко поднялась на ноги.

– А нашли, похоже, тюремный срок, – сурово сказал он. – Вы путешествуете с этой женщиной? – спросил охранник.

Кристина ожидала, что Натан солжет и скажет, что никогда в жизни ее не видел, но он уверенно ответил:

– Да. Это моя девушка. Мы вместе затеяли все это.

– Тогда заложите руки за спину, – приказала женщина-охранник, направляя пистолет в грудь Натану.

– Вы не должны так поступать, – прошептала Кристина.

– Не беспокойся. Мы справимся. Найдем Майка и поможем Саванне, – попытался подбодрить ее Натан, когда ему тоже надевали наручники.

Охранники повели их по коридору, а потом велели остановиться перед тяжелой металлической дверью с замочной скважиной на уровне глаз. Мужчина начал набирать код, и тут дверь распахнулась и из нее вылетел Майк Брайсон. Он невольно толкнул охранника, и тот свалился на пол.

– Дерьмо! – выругался Майк, подавая руку парню. – Прости меня.

– Майк! – сказала Кристина, оказавшаяся у него за спиной. Майк повернулся кругом и страшно удивился, увидев двух студентов из мотеля в наручниках.

– Что происходит? – спросил он, затем махнул рукой и быстро сказал: – Сейчас у меня нет времени. Мне нужно найти Саванну.

– Я знаю! – выпалила Кристина. – К ней подошел какой-то тип, когда мы искали ту женщину, и сказал мне какую-то чушь, будто сам поможет Саванне сделать это, но она вытащила журнал, который дала мне, и незаметно указала пальцем на слово «помогите». Мы хотим спасти ее.

Майк покачал головой. Он не понял ничего из объяснений Кристины.

– Вы мне нужны прямо сейчас! – крикнул он сотрудникам службы безопасности, побежав по коридору к двери, за которой исчезла Саванна.

– А что нам делать с этими двумя? Они могут быть опасны! – недоумевала женщина.

– Нет, они совершенно безобидны. Отпустите их, – ответил Майк, а затем бросил взгляд на Натана и Кристину: – Спасибо за предупреждение, но я его уже получил. Вы можете лететь домой.

Он добежал до конца коридора и быстро набрал код, открывающий дверь. Ступив на решетку, Майк оглядел бетонированную площадку. Он прикидывал, куда повели Саванну.

Камер слежения за пределами терминала было гораздо меньше, чем внутри, считалось, что если человек оказался здесь, то у него есть на это разрешение и крупные планы не нужны. Так достигался определенный баланс между необходимостью обеспечить наилучшую защиту людей и выделенными на это бюджетными средствами. Иногда приходится идти на компромиссы.

У Майка не было ни малейшего понятия, куда Роман Суини повел Саванну после того, как они вышли из терминала.

Его взгляд пробегал по ряду маленьких самолетов, которые должны были отправиться в полет этим утром. У одних были открыты двери, пилоты проходили предполетную проверку. Другие казались пустыми. Здесь было около дюжины самолетов – слишком много для одного Майка, так что он с облегчением вздохнул, увидев, как в дверь проходят два сотрудника службы безопасности. Однако он вновь встревожился, когда заметил, что за ними просочились Кристина и Натан.

– Мне казалось, я сказал вам идти к выходу на посадку. – Он бросил на них неодобрительный взгляд.

– Мы хотим помочь, – упрямо сказала Кристина.

– Тогда отойдите в сторону. – Майк и другие агенты пошли по лестнице. Именно в это время от одного из самолетов оттолкнули маленький трап и дверь кабины закрылась. Майк, прищурившись, посмотрел в окно кабины, и его глаза расширились, когда пилот обернулся к нему. Он медленно улыбнулся Майку и весело махнул ему рукой под аккомпанемент рева самолетного двигателя.

Майк мысленно выругался. Роман Суини был готов к взлету.

Кто составит с вами идеальную пару?

Вы действительно думаете, что журнальный тест поможет обрести вам понимание того, какой партнер подойдет вам идеально? Ни журнал, ни книга из серии «Помоги себе сам», ни даже самые лучшие советы подруг тут не годятся. Чтобы найти идеального спутника жизни, требуется гораздо большее. Необходимо спросить себя, становитесь ли вы лучше, общаясь с человеком, которого любите. Верит ли он в вас? Помогает ли осуществлять ваши мечты? Смеется ли над вашими глупыми привычками? Над тем, как вы поете, принимая душ, над вашим пристрастием к глянцевым журналам, над вашей «милой» привычкой выпить две чашки кофе, прежде чем вы соизволите поговорить с ним утром?

Нужно ли вам от жизни то же, что и ему? Что для него важнее всего на свете? Что будет важно для него через пять лет? А через десять?

Как он обращается с вами, когда вы болеете? Когда у вас неприятности? Когда вы грустите? Меняется ли его отношение к вам, когда вы счастливы? Радуется ли он вашим успехам, как своим собственным?

Уважает ли он людей, которые для вас важны? Любит ли он вашего кота или просто притворяется, что любит?

Хочет ли он именно того, что для вас будет лучше всего? Доверяет ли он вам принимать решения?

Станет ли ваш мир без него темнее? А его мир без вас?

Ваш идеальный партнер не обязан быть идеальным человеком. Таковым он должен быть только для вас. И ни один тест не поможет ответить на этот вопрос. Чтобы найти идеального спутника жизни, вы должны доверять своему сердцу.

Глава 33

– Ты всегда меня раздражала своим самодовольством и ограниченностью, – сказала Эшли, спокойно откидываясь на сиденье. Она только что закурила сигарету.

– Где Джейн? – спросила Саванна, словно не заметив замечания Эшли.

– Там, сзади. – Она махнула сигаретой в сторону закрытой двери в хвосте самолета. – Ее накачали наркотиками, как и тебя во время нашего полета в Ки-Уэст. Хотя она меня разочаровала. Далеко не так забавна, как была ты.

Последние слова она произнесла с таким насмешливым пренебрежением, что Саванне захотелось вскочить и вцепиться Эшли в горло. Но она лишь сделала долгий глубокий вздох и решила спокойно дождаться подходящего момента. Ей нужно сделать что-то, чтобы самолет не смог взлететь. На коленях Эшли лежал пистолет, направленный на Саванну, и она понимала: сейчас не время атаковать. Однако скоро придется это сделать. Человек, который похитил ее, прошел в кабину пилота и включил двигатели самолета. Времени оставалось мало.

Саванна молила Бога, чтобы Кристина нашла Майка, но пока ей следовало рассчитывать только на себя.

– А почему ты решила украсть именно мое имя? Мы где-то виделись раньше? Если да, то должна заметить, ты не произвела на меня большого впечатления, – спокойно произнесла Саванна.

Эшли засмеялась – напряженно и некрасиво.

– Я с удовольствием убью тебя, – сказала она. Затем, словно не в силах сдерживаться, выпалила: – Мы никогда не встречались.

Ты писала идиотские статьи для ежемесячных выпусков новостей «Рифанд-сити». Об организации и автоматизации. У тебя выходило, что заполнение налоговых деклараций – охренительно важное дело. Это действовало мне на нервы. Вот почему я решила испортить твою кредитную историю и выставить тебя перед налоговой инспекцией в нелицеприятном виде. Не могу передать, как я веселилась, портя твою поганую жизнь.

– Зато я помню выражение твоего лица, когда я объявилась в офисе в Неаполе и представилась. Ты почти описала свои брючки. – Саванна знала, что Эшли менее всего ожидает от нее именно этих слов.

Эшли затянулась и стряхнула пепел в пепельницу на столике рядом с ней.

– Да, я удивилась, признаю. Но держу пари, не больше, чем ты, когда увидела меня сегодня, – самодовольно заявила она.

– Вообще-то я уже знала, что ты имеешь отношение к деньгам на счете Джейн. – Саванна с деланным равнодушием стала изучать ногти на левой руке.

– Чушь собачья. – Эшли взяла пистолет и помахала им перед Саванной. – У тебя не было достаточно информации, чтобы раскрыть мой план. Даже Роман был потрясен, а он один из самых умных мужчин, которых я знаю.

– И какая же часть твоего хитроумного плана мне пока не известна? – Саванна двинула локтем, и журнал, оставленный на кофейном столике, соскользнул ей на колени; при этом ее лицо хранило самое безмятежное выражение, которое она могла изобразить. – То, что ты просматривала списки умерших клиентов «Рифанд-сити» и открывала на них счета в банках, используя номера социального страхования покойников? То, что ты клала на эти счета ровно столько денег, чтобы процентный доход облагался налогом по самой низкой ставке? Что ты переводила вклады небольшими частями, и потому никто не оповещал об этом налоговую? Или ты не думала, что мне придет в голову сравнить почерк на поддельных декларациях, которые ты заполняла под именем Мэри Колтрейн, с почерком в твоих папках? Эшли, все это для меня не новости.

Глаза Эшли сузились, она смотрела на Саванну, которая наклонилась вперед и двумя руками сжимала лежащий у нее на коленях журнал.

– Знаешь, – продолжила Саванна, решив, что может сказать все, пока у нее нет возможности действовать, – я видела те вещи, которые ты покупала за мой счет, – дорогую одежду, и дизайнерскую обувь, и все такое прочее – и думала, это барахло делает тебя лучше, чем я, но ошибалась. Ты считаешь себя норкой, но на самом-то деле ты просто крыса в хорошенькой шубке. Шубке, которая в действительности принадлежит мне, – добавила Саванна и фыркнула.

Затем она открыла журнал на странице, где была статья о том, как может быть опасен маникюр, зевнула и сказала:

– Кстати, я надеюсь, полет не будет очень уж длинным. У меня больше нечего почитать.

Эшли презрительно усмехнулась, встала, разгладила юбку и направилась к носу самолета, повернувшись к Саванне спиной всего на секунду.

– У тебя нет ни малейшего понятия, куда мы направляемся, и даже если ты рассчитываешь на чью-то помощь, нас не смогут найти, когда мы покинем воздушное пространство Соединенных Штатов. Более того, я уверена: не берешь в расчет, что мы с Романом достигнем места назначения под другими именами. Нас никогда не найдут. И тебя тоже. Ибо ты умрешь. – Эшли засмеялась и села обратно в кресло. – Не такая уж ты и умная, как воображаешь, – усмехнулась она.

– Ничего я не воображаю, – сказала Саванна, затем посмотрела в глаза своей противнице: – Но то же можно сказать и о тебе.

Самолет развернулся по направлению к взлетной полосе, и Майк покрылся потом. Он должен спасти Саванну – и не только по долгу службы. Осознав, что она в опасности, он в тот же самый миг понял: он ее любит.

Она еще не знает этого, но он никогда не бросит ее. Что бы ни случилось.

Но как ему быть сейчас? Звонок авиадиспетчерам не поможет. К тому времени, когда они свяжутся с местными правоохранительными органами или военными, самолет Суини уже будет в воздухе. И если он пролетит ниже минимальной высоты, на которой работают радары, и если Суини окажется достаточно умен, чтобы отключить передатчик, который сообщает данные о скорости и курсе самолета авиадиспетчерам, – они исчезнут из поля зрения, прежде чем Майк их остановит.

Самолет Суини не должен взлететь, но как ему помешать?

Майк смотрел, как багажный поезд – контейнер с чемоданами, которые тянул за собой электрокар, – медленно движется к одному из коммерческих авиалайнеров, и тут ему в голову пришла потрясающая мысль. Глаза Майка сузились, когда он прикидывал расстояние между багажным поездом и продвигающимся к взлетной полосе самолетом. Да, возможно, это сработает.

Он побежал к контейнеру и краем глаза уловил какое-то движение. Кристина и Натан стояли на самом верху лестницы и смотрели на него, но внезапно сорвались с места и, кубарем скатившись с лестницы, помчались к другим багажным поездам, стоявшим в ряд на бетонированной площадке. Сотрудники службы охраны были слишком далеко от Майка и не услышали бы его, начни он им кричать, и он решил не удерживать студентов. Он не мог думать о них и одновременно спасать Саванну и потому полностью сосредоточился на последней и лишь молил Бога, чтобы Кристина и Натан не пострадали.

Майк помчался к багажному поезду, прыгнул в один из контейнеров, когда он оказалась поблизости. Он подтянулся и, оказавшись на крышке, побежал вперед, перепрыгивая с контейнера на контейнер.

Добравшись до электрокара, он закричал водителю:

– Уйди!

Майк не дал пораженному мужчине времени на раздумье – спрыгнул с крышки первого контейнера в битком набитое пространство позади сиденья водителя.

– Федеральный агент службы безопасности авиаперелетов при исполнении! – крикнул он, пробрался на водительское место, оттолкнул шофера и выжал педаль газа. Багажный поезд рванул вперед, а Майк привстал на сиденье, словно так можно было ехать быстрее.

Самолет, на борту которого находилась Саванна, замедлил ход – ему предстояло развернуться и приготовиться к взлету. Лицо Майка исказила гримаса, когда он увидел еще один мчащийся багажный поезд, его пустые контейнеры подпрыгивали как игрушечные. Кристина склонилась к рулю, словно жокей к холке лошадки, устремляющейся к финишу на бегах.

– Ну давай! Быстрее! – пробормотал он, когда самолет, находившийся впереди борта Романа Суини, начал взлетать. Ему необходимо было преодолеть еще сотню футов, и он не отрывал глаз от колес «лир-джета».

Семьдесят пять футов.

Двигатели «лира» взвыли.

Майк повернул руль вправо, стараясь подъехать к самолету как можно ближе.

Двадцать футов.

«Лир» устремился вперед.

На пределе скорости Майк обогнал Кристину, Натан мчался за ними третьим.

– Окружайте его! – закричал Майк и жестом показал, что имеет в виду, на случай, если рев моторов заглушил его голос. Кристина кивнула и сбросила скорость.

Майк поравнялся с кабиной пилота и махнул тому, приказывая остановиться. Роман Суини на секунду задумался, увидев рядом с самолетом багажный поезд, но решил проигнорировать Майка.

– Засранец! – зарычал Майк, думая, остановится ли торговец наркотиками, если встать у него на пути. Майк вздрогнул и попытался отмести мысли о том, как эти гонки скажутся на его карьере.

Когда сидящий рядом с ним мужчина понял, что собирается сделать Майк, то посмотрел на него с диким видом и сказал:

– Приятель, ты просто псих. – Он выпрыгнул из кабины и долго катился по бетону, пока наконец не оказался на бурой траве рядом со взлетной полосой.

Майк мельком посмотрел в боковое зеркало и увидел, что водитель сел и стал отряхивать пыль, качая головой и наблюдая за своим поездом. Майк встал и опять замахал Суини, но тот смотрел прямо перед собой. Самолет набирал скорость и должен был повернуть прямо сейчас. Майк закрыл глаза и крутанул руль вправо до отказа. Шины взвизгнули и тормоза завыли, когда металл ударился о металл. Майк ощутил жар, запах дыма и горящей резины и увидел, что контейнер с багажом выбросило вперед на взлетную полосу. Два колеса со стороны пассажира оторвались от площадки, но Майк остался на своем месте и лишь молился, чтобы электрокар не перевернулся и не раздавил его.

Но Майк оказался не настолько удачлив. Кар стал наклоняться, и Майк изо всех сил вцепился в руль и не отпускал его. Он ударился спиной о бетон и пытался удержать ноги в кабине, пока самолет тащил багажный поезд по взлетной полосе.

Ужасный скрежет и лязг металла, казалось, продолжался долгие часы, хотя на самом деле все длилось несколько секунд. Когда шум наконец утих, воцарилась такая тишина, будто жизнь на Земле замерла.

Майк открыл глаза и посмотрел на сиденье кара, закрывшее ему солнце. Оно было из серо-голубой кожи с белыми швами, в нескольких местах обивка оказалась прожжена сигаретами.

– Разве все забыли, что курение убивает? – пробормотал Майк, не вполне понимая, зачем он это говорит.

Он попытался пошевелить ногами и удивился, обнаружив, что способен на это. Затем кашлянул и понял: он все еще сжимает руль. Майк отпустил его, и саднящие руки упали на бетон. Раз у него все болит, значит, он жив?

– Майк? Ты как? – услышал он голос Натана.

– Да у меня все в порядке, – ответил он, перевернулся и выполз из-под дымящегося багажного поезда. Солнечный свет почти ослепил Майка, и он прищурился, с радостью увидев, что Натан и Кристина не пострадали. Затем взглянул на самолет, гадая, с помощью каких сил ада ему удастся открыть дверь кабины, но тут она с шумом заскользила в сторону, и из салона вырвался клуб черногодыма.

Надулся желтый аварийный трап, и Майк увидел, как какая-то женщина выпала из самолета головой вниз, ее длинные темные волосы упали на лицо. Сердце Майка остановилось. Неужели похитители убили Саванну?

Он оттолкнул Натана и Кристину и побежал к трапу. Поколебавшись мгновение, он приподнял голову женщины – это была не Саванна.

Женщина застонала, ее ресницы дрогнули, но глаза она так и не открыла.

– А вот и Джейн, – прозвучал голос Саванны, осторожно спускавшей по желтому пластику Джейн Смит, которая казалась пьяной.

Майк убрал Эшли Ван Дайке дороги и подошел помочь Джейн. Затем он ухватился за дверь и, подтянувшись, оказался в самолете. Там его встретила Саванна, все ее лицо было в саже. Концы волос, казалось, обгорели, глаза покраснели, но для Майка она была самой прекрасной женщиной на свете.

Он обхватил ее за талию, притянул к себе и сжал в объятиях так крепко, что они какое-то время едва могли дышать.

– Ты в порядке? – спросил Майк через несколько секунд.

– Да, но в какой-то момент я очень испугалась, – призналась Саванна.

– И не только ты одна, – ответил Майк. – Что у вас там произошло?

– Эшли повернулась ко мне спиной, я схватила ее зажигалку и подожгла последний номер «Стайлиш». Я знала, что когда-нибудь глянцевые модные журналы изменят мою жизнь, – ответила Саванна, пытаясь улыбнуться.

Майк наконец осмотрел кабину, пострадавшие от огня занавески и прожженное местами ковровое покрытие.

– Пожара, по сути, не было, но дым отвлек Эшли, я забрала у нее пистолет и сбила с ног. Знаешь, я уже подбиралась к ее приятелю, когда произошла авария.

Майк покачал головой. Ему следовало сразу понять – Саванну Тейлор никто и ничто не одолеет.

– А где Роман Суини? Тип, который тебя похитил? – пояснил он на случай, если они не были представлены друг другу должным образом.

Саванна повела плечом в сторону кабины.

– Там, – сказала она и подняла пистолет. – Он ударился головой о приборную панель и лишился чувств, когда самолет остановился. Этим я и воспользовалась. Идиот даже не пристегнулся. – Она прищелкнула языком и закашлялась – так сильно, что из глаз полились слезы.

Майк похлопал Саванну по спине и еле удержался, чтобы снова не сжать в объятиях. Он пытался справиться с эмоциями, которые охватили его и грозили задушить, как дым, клубами вырывавшийся из самолета. Саванна вытерла глаза, и тут зазвонил ее сотовый, так что пришлось высвободиться из объятий Майка.

– Алло, – тихо произнесла она, словно боялась, что телефон может взорваться у ее уха.

Майк оставил ее говорить «да» и «хм-хм» и пошел в кабину, чтобы надеть наручники на Романа Суини. Мужчина был очень тяжелый, и Майку пришлось вызвать по радио поддержку.

Когда он вышел из кабины, то не мог сдержаться и снова крепко обнял Саванну. Она выглядела ошарашенной, будто опасные приключения лишили ее сил.

– Не беспокойся, маленькая, – успокаивающе прошептал Майк ей на ухо. – Все будет хорошо.

Саванна спрятала лицо у него на груди и ответила:

– Ты прав. Так и будет. Мне только что позвонили из ФБР и предложили работать у них.

– Что?! – поразился Майк.

– Звонил агент Харрисон из ФБР – тот самый, который арестовал меня в Мэпл-Рэпидз. Его потрясла моя работа по этому делу, и он доложил о нашей операции начальству. Ему ответили, что в ФБР нужны люди с творческим подходом к делу. Ты можешь в это поверить?

Майк захохотал. Он хохотал и хохотал до тех пор, пока у него по щекам ручьями не потекли слезы, и ему пришлось сесть. Саванна обиженно стукнула его кулаком по руке.

– Не так уж это и смешно, – возмутилась она.

– Нет, извини меня. – Майк вытер слезы. – Просто, похоже, тебе даже из дерьма удается выбраться благоухая, как роза. Я никогда не встречал подобной девушки.

Саванна фыркнула:

– Ну, если ты желаешь сравнивать меня с цветами, то запомни: больше всего я люблю герберы.

Майк улыбнулся, взял Саванну за руку и посадил к себе на колени.

– Я запомню это, – ответил он, нежно заправляя прядь подпаленных волос ей за ухо. – Ну что мне с тобой делать? – Он боялся, что его сердце недостаточно велико, чтобы вместить все чувства к ней.

Саванна вздохнула и опустила голову ему на плечо.

– Я все понимаю, – сказала она. – Прости, что из-за меня у тебя столько неприятностей.

И хотя Майк не имел об этом ни малейшего понятия, он похитил сердце Саванны в тот самый момент, когда приподнял ее подбородок, заглянул в глаза, нежно поцеловал кончик черного от сажи носа и произнес:

– Все в порядке, Саванна. Ты того стоишь.

Примечания

1

Основная деталь в ансамбле (фр.). – Здесь и далее примеч. пер.

2

Искаженное саrре diem – лови момент (лат.). букв.: лови карпа.

3

В английском языке слово «jump» имеет много значений, основное – «прыгать», но этот глагол можно перевести также как «набрасываться» и «обворовать».

4

Тысяча сорок – номер формы для налоговой декларации

5

Сокр. от Drug Enforcement Agency – Администрация по контролю за применением законов о наркотиках (англ.).

Content

Беверли Бранд
Реванш

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Главa 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Главa 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Главa 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Примечания