В. Алешин

Слон Юмбо

Юмбо был не кто иной как большой слон, вывезенный из глубины Африки, из тех диких неисследованных тропических областей, где редко ступает нога белого человека и где звери живут на приволье. Там, на обширных безлюдных равнинах, в первобытных лесах, заросших гигантскими деревьями, в джунглях, среди непроходимой чащи, водятся слоны. Там Юмбо появился на свет и провел свое раннее детство.

Слоны жили большой и дружной семьей; их было около ста голов. Все старые слоны присматривали за слоненком Юмбо и оберегали его от опасностей. Было похоже на то, что у него вместо двоих родителей много отцов и матерей. Но в стаде, кроме него, были и другие слонята, сверстники и товарищи Юмбо, с которыми он весело резвился и играл: ведь слонята не меньше детей любят поиграть и пошалить. Днем, когда на холмах и равнинах пылало жаркое тропическое солнце, слоны отдыхали под густою листвой огромных деревьев, запрятавшись в самую чащу леса. В этом лесу они находили себе обильный и разнообразный корм. Они ели нежные молодые древесные побеги, с одних растений обрывали сочные листья, с других вкусные орехи; не было недостатка и в сладких плодах. С наступлением ночной темноты дневной жар спадал, и от земли поднимался сырой, прохладный туман. Тогда слоны выходили из леса на открытые просторные поляны, где они бегали и возились друг с другом, или же спускались к реке пить и купаться. Сильные животные превосходно плавали, и маленький Юмбо весело резвился в реке со своими сверстниками; слонята ныряли, плескались и брызгали друг другу в глаза водой из своих хоботов.

Самый старый и сильный из слонов был вожаком стада; все остальные слоны, как большие, так и маленькие, слушали его и беспрекословно повиновались его приказаниям. Этот глава стада был единственным существом на свете, на которое Юмбо взирал со страхом и уважением. Ведь он водил за собою всю многочисленную слоновью семью; она шествовала за ним из лесу и назад, под Зеленые лиственные своды, по горам и долам и к прохладным источникам, затерянным в джунглях. Он постоянно шел впереди всех, смело и безбоязненно, зорко смотря по сторонам и заботливо оберегая слонов от беды, и, если замечал какую-нибудь опасность, в тот же миг подавал сигнал к бегству. Немудрено, что молодые слоны смотрели на него, как на высшее существо; они не видели никого, кто был бы храбрее и умнее их вожака. Юмбо убедился в этом только тогда, когда попал в неволю к людям. Случай этот произошел с ним еще в ранней юности.

Во всей природе нет такого существа, которое бы человек не одолел и не уничтожал ради своей выгоды. Люди без всякого милосердия преследуют и убивают слонов, чтобы добыть их клыки, доставляющие дорогую слоновую кость. Однако не все люди так жестоки; некоторые из них поступают лучше и умнее: вместо того, чтобы убивать слонов, они ловят их. Необыкновенная смышленость этих животных для них дороже слоновой кости; терпением и лаской они приучают их к разным работам и таким образом воспитывают себе верных и хороших помощников.

В руки такого человека и попал Юмбо.

Как-то раз слоненок отбился от своего родного стада, и вдруг его окружила большая толпа людей и ручных слонов; вокруг его ног быстро обвились крепкие веревки, ручные слоны потащили его с собой, между тем как погонщики громко гикали и кричали на них. Бедный Юмбо, подняв кверху свой длинный хобот, закричал протяжным, жалобным голосом. Громко разносились его пронзительные крики в тишине непроходимого леса, откуда его навсегда уводили, как будто он обращался с отчаянной мольбой о помощи к своим родичам, которых ему не суждено было больше увидеть.

Остальные слоны слышали крики, но стояли неподвижно, точно скованные ужасом, пока его голос не замер вдали. В лесу было тихо; лишь изредка слышался щебет какой-нибудь одинокой птицы, да раздавались сердитые крики обезьян, прыгавших с ветки на ветку.

Люди и ручные слоны, которые поймали Юмбо, привели его в маленькую негритянскую деревушку, где жили в палатках несколько человек белых. Пленника привязали к толстому дереву, как раз напротив палатки того человека, которого все называли хозяином Юмбо. Вначале Юмбо упорно отказывался признавать его своим господином; он ревел день и ночь и рвался с привязи; старое дерево, к которому он был привязан, все тряслось и дрожало. Но ласки, доброта и вкусный корм сделали свое дело. Мало-помалу Юмбо становился более спокойным и кротким. Недели через две он стал настолько ручным, что подпускал к себе людей и позволял им гладить себя, а по прошествии трех месяцев свободно разгуливал по всей деревеньке, нисколько не помышляя о бегстве.

Вскоре после этого хозяин его покинул этот дикий, пустынный край, где лежала негритянская деревушка, и вернулся в английскую колонию на берег моря. Дорогой Юмбо послушно бежал за лошадью своего господина; на спине у него сидел погонщик-негр.

Они пришли в маленький городок, где было много белых людей, в том числе женщин и детей, и тут началась новая жизнь Юмбо. Тут он научился работать. В городке строились новые дома, и Юмбо скоро приучили помогать рабочим носить на место постройки строительный материал. Ему ничего не стоило поднять своим сильным хоботом тяжелое бревно или доску, которые с трудом тащили двое или даже трое рабочих.

Вечером, по окончании работ, Юмбо ходил вместе с другими ручными слонами к колодцу за водой, которую они носили большими деревянными ведрами. Дорогой им приходилось идти мимо одного новенького домика, в котором жил портной. Он работал, сидя у открытого окна, и, завидев слонов, проносивших воду, любил подзывать их и кормить сахаром. Как-то раз вечером портной был в дурном расположении духа, и когда Юмбо остановился у окна, ожидая сахара, он уколол его в хобот иглою. Рассерженный слон громко вскрикнул и отошел от окна, а портной весело расхохотался над своей злой шуткой.

На следующий вечер, наполнив ведро водой, Юмбо набрал в свой длинный хобот столько воды, сколько могло в нем поместиться. Поравнявшись с домиком портного, он увидел своего обидчика и пустил в портного, худенького человека, такой сильный фонтан воды, что тот упал на землю, почти захлебнувшись. Надо полагать, что после этого он никогда больше не намеревался уколоть слона иглою.

В доме своего хозяина Юмбо был кроток и послушен, как собака, и заслужил любовь всей семьи, которая решила не посылать его больше на постройки, а поселить на своей ферме. Здесь он был всем хорошим помощником и исполнял всевозможные поручения: ежедневно ходил за провизией и за всякими покупками с запиской, которую нес в корзине; таскал воду и дрова на кухню; присматривал и ходил за маленькой семилетней дочкой своих хозяев. Это было самое любимое его занятие; Юмбо очень привязался к девочке. Скоро слон и ребенок так привыкли друг к другу, что Юмбо освободили от всех других обязанностей. С этих пор он стал нянькой и только и делал, что приглядывал за своею маленькой госпожой и берег ее. Девочка, выросшая в глуши африканских лесов, нисколько не боялась огромного животного; она играла с ним так смело, как будто он был большой собакой.

Приятно было смотреть, когда оба они бегали по полям и лужайкам; девчурка, весело и беспечно прыгавшая около лесного богатыря, и слон, присматривавший с нежной заботливостью за своей крошечной питомицей, представляли собою необыкновенное зрелище. Если девочка тянулась за цветком, росшим на другой стороне рва, он тотчас срывал цветы и протягивал ей; если ей хотелось достать сладкий плод, висевший на высоком дереве, Юмбо стряхивал его наземь; если она гонялась за мотыльком, порхавшим по лугу, он ловил мотылька и осторожно подавал ей в руки, стараясь не помять нежных крылышек.

Раз как-то, после обеда, девочка играла в куклы около дома, а Юмбо гулял по лугу в двух шагах от нее, пощипывая высокую сочную траву и отправляя ее в рот. Вдруг из травы выползла ядовитая змея и, с шипением приподнявшись до половины на воздух, собиралась прыгнуть на ребенка. Мать увидела это и вскочила, вскрикнув от ужаса. Юмбо также увидал, что случилось; в тот же миг он был около змеи и, наступив своей толстой ногой ей на голову, раздавил ее. Мать схватила было ребенка, но потом кинулась к слону, обняла его за хобот и принялась со слезами ласкать и целовать его. Юмбо не совсем хорошо понимал, почему это вся семья и сам хозяин осыпают его похвалами и ласками. Но в памяти у него ясно сохранились слова, которые произнес в тот день хозяин: «Когда поедем в Англию, то возьмем Юмбо с собою».

* * *

Хозяин действительно исполнил свое обещание. Будучи еще совсем молодым слоном, Юмбо покинул свою родную Африку и пустился в плавание через океан. Это было самым замечательным событием в его жизни. Слон, выросший в глуши непроходимых лесов, на каменистых равнинах, не видавший никаких иных вод, кроме небольших прудов и болот, очутился вдруг среди необозримой блестящей водной поверхности на покачивающемся зыбком корабле.

Вначале ощущения его были далеко не из приятных. Подобно слабым, хворым людям, африканский богатырь страдал морской болезнью; невиданная обстановка, непривычный шум, а пуще всего страшный рев пароходного гудка пугали его до такой степени, что он дрожал с головы до ног. Но на том же самом корабле плыли его хозяева со своей маленькой дочкой; они каждый день приходили к нему, ласкали, гладили и уговаривали его, давали ему лакомства, и Юмбо понемногу успокоился.

Велика была разница между первобытным лесом и океаном, но какая же огромная перемена ожидала Юмбо, когда его привезли в большой, шумный город — Лондон. Сначала Юмбо сделался точно бешеный, как будто он был не ручной, а дикий слон; он вел себя так неукротимо, что его пришлось посадить на цепь; после этого он стих и затосковал. Он покорился судьбе и принял тот унылый и вялый вид, какой часто встречается у слонов, живущих в неволе: уши и хобот его бессильно опустились, глаза помутнели и слезились. Решено было отдать Юмбо в зоологический сад; его отвели туда ночью, через весь Лондон, по самым тихим улицам, стараясь оберечь от всякого возбуждения. Слона поставили в просторном помещении за решеткой. Но даже здесь, вдали от раздражающего городского шума, он продолжал по-прежнему тосковать и упорно отказывался от пищи и питья.

Много дней провел Юмбо в тоске и печали. Он с отвращением отворачивался от самого вкусного корма и оставался безучастным к самому ласковому обращению. Состояние его внушало беспокойство. Наконец кому-то пришла в голову мысль, что причина его грусти — одиночество и что ему нужна подруга, в обществе которой он будет чувствовать себя веселее и бодрее. Мысль эту живо привели в исполнение. В зоологическом саду была в то время молодая слониха, также привезенная из Африки, звали ее Алисой. Она-то и сделалась подругой Юмбо.

* * *

Дружба эта оказала на Юмбо благотворное влияние. Для пленного слона было большим утешением постоянно находиться в обществе себе подобного существа. Пример слонихи не оставался без влияния на Юмбо; видя, что она хорошо чувствует себя в неволе, он начал понемногу привыкать к новой обстановке и скоро стал таким же послушным и кротким, как Алиса. Таким образом наш Юмбо стал семьянином и жителем Лондона, и с этой поры начинается его известность.

Он все рос да рос, тянулся в вышину, раздавался в ширину, и наконец достиг такой огромной величины, что превзошел всех известных человеку слонов. Если бы человек взобрался на плечи к другому и выпрямился, то оба они вместе все-таки не достигли бы роста Юмбо. Но, несмотря на свою величину и страшную силу, слон этот был смирнее лошади и послушнее собаки; он был в дружбе со всеми окружающими людьми, охотно играл с детьми и сделался общим любимцем.

В длинные летние дни можно было видеть, как он медленно и важно расхаживает по дорожкам зоологического сада, усыпанным крупным песком; сторож; водил его на тоненькой цепочке, чуть-чуть придерживая ее в руках, а на спине у богатыря сидела целая куча смеющихся и ликующих детей. Катанье это доставляло всей лондонской детворе безграничное удовольствие. И самому Юмбо забава эта нравилась, кажется, не меньше, чем детям.

День за днем носил он свою драгоценную ношу, выступая с таким гордым и осторожным видом, как будто понимал, какое доверие питают к его доброму нраву. Впрочем, Юмбо был известен и любим даже за пределами Лондона. Посмотреть и подивиться на него являлись приезжие из дальних стран, и все шире распространялись слухи о слоне-великане, самом огромном и смирном, которого привозили когда-либо в Европу из африканской глуши.

Но с особенным интересом смотрел на него один человек, приехавший в Лондон из Америки. Он по целым часам не отходил от решетки, за которой стоял Юмбо. Последствием этого внимательного осмотра было то, что через несколько дней приезжий объявил о своем желании купить Юмбо, предложив за него несколько тысяч долларов.

Американец этот был Барнум, владелец «величайшего цирка в мире», как он себя называл. Сначала предложение Барнума было отклонено. Ему ответили, что Юмбо не продается. Но когда Барнум значительно возвысил предлагаемую сумму, директора зоологического сада, рассудив, что на эти деньги можно сделать много улучшений в зоологическом саду, заключили с ним сделку, и Юмбо был продан содержателю американского цирка.

* * *

Барнум увез Юмбо с собой из Лондона в Ливерпуль, откуда полагал отправить морем в Соединенные Штаты. Чтобы Юмбо дорогой вел себя спокойно, с ним вместе была отправлена до Ливерпуля и слониха Алиса. Отсюда думали отослать ее назад в Лондон. Но люди, распорядившиеся таким образом, не считались с чувством Юмбо. Пройдя через пристань и ступив на мостик, ведший в пароходный трюм, он вдруг уперся и ни за что не хотел двинуться дальше.

При виде этого толпа любопытных, собравшихся на пристани, пришла в восторг и начала громко кричать, что еще больше раздосадовало, конечно, Барнума и его служащих. Они принялись изо всей силы тащить слона на сходни. То ласково уговаривали его, то сердито понукали, манили лакомыми кушаньями, но все было напрасно. Юмбо уперся и — ни с места. Наконец, выйдя из терпения, начали бить его. Слон выразил громким криком свое негодование на такое непривычное обращение, но не подвинулся ни на одну пядь вперед. После этого его оставили на полчаса в покое, а затем опять началось то же самое. Но вторая попытка была не успешнее первой. Тогда стали советоваться, что делать, и решили употребить хитрость: на пристань привели Алису и поставили около Юмбо, который чрезвычайно обрадовался, увидев подругу, и начал ласкать ее хоботом. Ее повели к мостику; кроткое животное послушно перешло на другую сторону. Не успела она ступить на корабль, как огромная фигура Юмбо зашевелилась; без малейшего колебания, не дожидаясь приказа, двинулся он вслед за слонихой. Поставив его в трюм, попробовали было вывести Алису вон, но тут она, в свою очередь, заупрямилась и ни за что не хотела тронуться с места.

Слониху пришлось оставить на пароходе: Барнум телеграфировал в Лондон, что покупает и Алису, и таким образом оба слона вместе отправились водою в Новый Свет.

* * *

На свете не существует более скитальческой жизни, чем жизнь людей и животных, принадлежащих к труппе цирка. Им приходится днем работать, а ночью отправляться в путь, переносить разные непредвиденные случайности и неприятности, ежедневно менять стол и квартиру… Такой жизнью пришлось жить и Юмбо после того, как его увезли из Лондона.

Круглый год странствовал он по Америке, выставляя себя напоказ, сегодня в одном местечке, завтра в другом, каждый день забавляя новую толпу зрителей. На всем пространстве от Нью-Йорка до Сан-Франциско, день за днем, из года в год, носил он на своей могучей спине американских ребятишек и послушно ел из их крошечных рук, никогда не выходя из терпения, ни разу даже не высказав дурного расположения духа.

Невесела была жизнь этого африканского великана, однако и ему на долю выпало счастье. Верная его подруга Алиса оставалась всегда неразлучной с ним, и Юмбо довелось испытать родительские радости: в один прекрасный день у них родился маленький слоненок, детеныш Юмбо и Алисы.

Однажды цирк отправился странствовать по Канаде. Труппа путешествовала, по своему обыкновению, ночью; дорога, на которую ей пришлось повернуть, была камениста; кругом стояла тьма. Юмбо шел, как всегда, один, т. е. без вожатого; рядом с ним бежал слоненок. Слоны только что вступили на железнодорожный путь, как вдруг длинная вереница повозок, животных и людей остановилась. В передних рядах труппы произошло какое-то замешательство, причинившее остановку; тех, что находились в середине, так стеснили, притом с обеих сторон, что они не могли двинуться ни взад, ни вперед.

В то время как на железнодорожном пути происходила самая сильная толкотня и давка, среди ночной тишины раздался пронзительный свисток локомотива. Все пришло в страшнейший беспорядок. Те, что были на рельсах и поблизости от них, бросились в разные стороны, и среди суматохи кто-то крикнул, что надо спасти Юмбо. Но было уже поздно. На рельсах уже показался курьерский поезд, летевший со скоростью сорока миль в час.

Юмбо с одного взгляда понял опасность и в тот же миг вспомнил о своем детеныше. Он быстро нагнулся и так сильно толкнул слоненка хоботом, что тот кубарем покатился с рельс и оказался вне опасности. Но самому Юмбо спастись не оставалось уже времени. В ту же секунду налетел на него со страшной силой поезд, и минуту спустя Юмбо лежал, убитый и изуродованный железным конем.

Content

В. Алешин
Слон Юмбо