Любовь Лукина, Евгений Лукин

Авторское отступление

Никогда эта забегаловка чистотой не блистала. На аренду их перевели, что ли? Стекла – сияют, столики – в бликах, из граненых стаканчиков торчат алые мордашки тюльпанов.

И при всем при том ни одного посетителя.

Светлана невольно задержалась на пороге, ожидая неминуемого окрика: «Ну куда, куда?! Вот народ! Видят же, что банкет, и все равно лезут!» Но Игорь твердой рукой подхватил ее под локоток, и пришлось войти.

Господи! Мало ей предстоящего разговора!.. Сейчас он сцепится с персоналом и начнет доказывать с пеной у рта, что в таких случаях вешают плакатик. С надписью: «Банкет». Или даже: «Извините, банкет». И будет, конечно, прав…

Однако никто никого не окликнул, и супруги беспрепятственно прошли к одному из столиков. Усадив Светлану, Игорь сел напротив. Переговоры на высшем уровне… Строгий серый костюм-тройка, бледное злое лицо, бескровные губы упрямо сжаты… И брюки на коленях поддернуть не забыл.

– Ну? – с вызовом сказала Светлана.

Игорь молчал. Видимо, раскладывал предстоящий разговор на пункты и подпункты. Из глубины помещения к столику приближалась официантка в кружевном нейлоновом передничке. Официантка – в забегаловке? Что-то новое…

– Два фруктовых коктейля, если можно, – процедил Игорь, не повернув головы.

«Сейчас она нас обложит», – подумала Светлана.

К ее удивлению официантка – плечистая баба с изваянным склоками лицом – ответила улыбкой. Проще говоря, обнажила зубы, как бы собираясь укусить, но не укусила – пошла выполнять заказ.

Да что это с ними сегодня?

– Ты знаешь, – тусклым ровным голосом заговорил наконец Игорь, – что разводиться нам сейчас нельзя никак. Времена – временами, а с аморалкой по-прежнему строго…

Нахмурился и умолк, недовольный началом. Светлана нервно потянулась к сумочке с сигаретами, но тут же вспомнила, что здесь не курят.

– На развод я, по-моему, еще не подавала.

На скулах Игоря обозначились желваки. Он заметно исхудал за последние два месяца. В лице его определенно появилось что-то от насекомого. И эта новая привычка вытягивать шею, когда злится…

– Да, – отрывисто сказал он. – Не подавала. Тем не менее все уже знают, что живешь ты у подруги. У этой у своей… У Лидочки…

– Та-ак… – Прищурившись, Светлана откинулась на спинку стула. – Понимаю… То есть ради твоей блестящей карьеры я должна вернуться домой и изображать семейное счастье?..

Она запнулась, потому что в этот миг что-то произошло. Вернее, не то чтобы произошло… Как-то все вдруг прояснилось перед глазами: сахарно сверкнула мини-скатерка в центре столика, веселее заиграли грани стаканчика, вздрогнул налившийся алым тяжелый хрупкий тюльпан.

Не понимая, в чем дело, Светлана растерянно обвела взглядом посветлевшее помещение. В дверях стоял посетитель – небрежно одетый мужчина лет сорока.

Склонив проплешину, он внимательно смотрел на супругов. Мятые матерчатые брюки, расстегнутый ворот рубашки. И в домашних шлепанцах, что поразительно…

– Да, – упрямо повторил Игорь. – Должна. В конце концов существуют определенные обязанности…

Фраза осталась незаконченной – отвлекло шарканье шлепанцев по линолеуму. Странно одетый посетитель направлялся к ним. Не извинившись, не поздоровавшись, он отставил стул, сел за столик третьим и бесцеремонно принялся разглядывать Светлану.

Игорь резко выпрямился.

– В чем дело? – севшим от бешенства голосом осведомился он. – Кругом масса свободных столиков! Вы же видите: мы разговариваем…

Подсевший обернулся и посмотрел на него с невыразимой скукой.

– Надоел ты мне – мочи нет, – произнес он сквозь зубы. И, посопев, добавил ворчливо: – Пошел вон…

Игорь вскочил. Светлана быстро опустила голову и прикрыла глаза ладонью. «Господи, скандал, – обреченно подумала она. – Сейчас ведь милицию начнет звать, придурок…» Она отняла ладонь и увидела нечто невероятное: Игорь шел к дверям. Шел как-то странно – то и дело пожимая плечами, возмущенный и ничегошеньки не понимающий. На пороге оглянулся ошарашенно, еще раз пожал плечами – и вышел.

Широко раскрыв глаза, Светлана повернулась к незнакомцу и встретила исполненный понимания взгляд.

– Представляю, как он надоел вАм, Светлана…

– А-а, – разочарованно протянула она, и губы ее презрительно дрогнули. – Вы – его начальник?

– Начальник? – Мужчина нахмурился и озадаченно поскреб проплешину. – Ну, в каком-то смысле…

– Да в любом – спасибо, – с чувством сказала она. – Вы даже не представляете, от какою кошмарного разговора вы меня избавили. И все-таки: кто вы такой?

Мужчина неловко усмехнулся и принялся стряхивать со светлых матерчатых брюк следы табачного пепла.

– Автор, – сказал он, скроив почему-то страдальческую физиономию.

На стол беззвучно опустились два высоких стакана с коктейлем.

– Спасибо, Маша, – сказал мужчина, и официантка – все с той же застывшей улыбкой вампира – странно пришаркивая, отступила на три шага и лишь после этого сочла возможным повернуться к посетителям спиной.

– Простите, а… автор чего? – Светлана не выдержала и засмеялась. Что-то забавное и непонятное творилось сегодня в отмытой до глянца забегаловке.

– Вообще… – уныло шевельнув бровями, отозвался мужчина. Брови у него были развесистые и неухоженные. – Всей этой вашей истории… Замужества вашего, развода…

– Простите… как?

Мужчина вздохнул.

– Я понимаю, – мягко и проникновенно проговорил он. – Для вас это звучит дико, пожалуй, даже оскорбительно… И тем не менее вся ваша жизнь – это неоконченная повесть. Моя повесть… Не сердитесь, Светлана, но вы – персонаж и придуманы мною…

Тут он замолчал и в недоумении уставился на собеседницу. Трудно сказать, какой именно реакции он ожидал, но Светлана слушала его с тихим восторгом. Потом поманила пальцем.

– А вы докажите, – радостно шепнула она в большое волосатое ухо.

– Что?

– Докажите, что вы – автор…

Мужчина негодующе выпрямился.

– Черт знает что такое! – сообщил он куда-то в пространство. – Ну вот почему вы сейчас не расхохотались? Вы должны были звонко расхохотаться! Причем запрокинув голову…

– Я ее в другой раз запрокину, – шепотом пообещала Светлана. – А вы тоже зубы не заговаривайте. Вы докажите.

– Как?

– Устройте потоп, – не задумываясь предложила она. – Вам же это просто. Вы же автор. «Вдруг начался потоп…»

– Никакого потопа не будет! – сердито сказал мужчина. – Потоп ей!..

– То есть как это не будет? – оскорбилась Светлана. – А как же Воннегут взял своего героя и…

– Воннегут – фантаст.

– А-а… – Светлана сочувственно покивала. – А вы, значит, реалист? Ну понятно. А я думаю: что это у меня жизнь такая серенькая… – Она со вздохом оглядела забегаловку и вдруг оживилась. – Ка-кая прелесть! Так это вы из-за меня тут приборку устроили?

Мужчина не ответил. Некоторое время он сидел отдуваясь, потом с силой вытер ладонью внезапно вспотевший лоб.

– М-да… – сказал он наконец. – Трудно с вами, Светлана. Очень трудно… То есть никогда не знаешь, что вы отколете в следующий момент…

– Да я и сама не знаю, – утешила она.

– Вот видите… – с упреком сказал мужчина. – А у меня весь сюжет по швам затрещал, когда вы ушли жить к Лидочке.

– Как Татьяна у Пушкина, – преданно глядя на собеседника, подсказала Светлана. – Взяла и выскочила замуж, да?

– Слушайте, да что это вы меня все время в краску вгоняете? – возмутился незнакомец. – Сначала – Воннегут, теперь вот – Пушкин!..

Он насупился и принялся хлопать себя по карманам.

– Ну вот… – раздосадованно сообщил он. – Конечно, забыл курево на машинке!.. Угостите сигаретой, Светлана. У вас там в сумочке болгарские…

Светлана оторопела, но лишь на секунду.

– А вы видели, как я их покупала, – с вызовом объявила она. – Видели-видели, не отпирайтесь! Я вас тоже, кстати, тогда заметила! Еще подумала: что это за придурок на той стороне в шлепанцах… Ой! – Она запоздало шлепнула себя по губам. – Не обижайтесь… Ну, соврала, ну, не видела я вас… Правда, не обижайтесь, возьмите сигарету… Только спичек у меня нет. И здесь не курят.

– М-да… – мрачно повторил мужчина и оглянулся. – Валя! – позвал он.

– Маша, – поправила его Светлана.

– Что?

– В прошлый раз вы назвали ее Машей, – тихо пояснила Светлана.

– Серьезно? – Мужчина подумал. – А, ладно! Потом вычитаю и выправлю… Маша, огоньку бы нам…

Официантка беспрекословно принесла пепельницу со встроенной в нее зажигалкой.

– Сколько вы им заплатили? – с любопытством спросила Светлана, когда официантка ушла. – Слушайте!.. – ахнула она. – А как же вы с Игорем-то, а? Только не вздумайте рассказывать, что он тоже взял на лапу! Он хоть и крохобор, а принципиальный!..

– Давайте помолчим, Светлана, – попросил мужчина. – Закурим и помолчим… Такой хороший был задуман диалог – и что вы с ним сделали?

Они закурили и помолчали. Светлана изнывала, влюбленно глядя на незнакомца, и все ждала продолжения. А тот хмурился – видно, приводил мысли в порядок. Сигарета его заметно укорачивалась с каждой затяжкой.

– И как это меня угораздило вас такую выдумать! – раздраженно сказал он. Затем передохнул и продолжал более спокойно: – Видите ли, Светлана, по замыслу это должна была быть… А, черт! Словом, повесть о трудностях и проблемах молодой семьи, из которых семья, естественно, выходит окрепшей… ну, и так далее. Причем вам, учтите, отводилась роль отрицательной героини…

– Да я думаю! – с достоинством сказала она. – Я ж не мымра какая-нибудь!

Мужчина крякнул и погасил сигарету.

– Вот… – стараясь не выходить из себя, продолжал он. – Я даже выдам вам один секрет: у вас был прототип, Светлана. Моя бывшая жена… Да нет, вы не улыбайтесь, вы не улыбайтесь, вы слушайте!… Может быть, я поступил наивно, не знаю… Словом, я собрал воедино все качества моей бывшей супруги, из-за которых я с ней развелся, и слепил из этих качеств вас. Что же касается Игоря… Ну, здесь прямо противоположный случай! Я наделил его теми чертами, которыми хотел бы обладать сам: деловит, подтянут, принципиален…

– А я в конце перековываюсь? – жадно спросила Светлана.

– Да, – как-то не очень уверенно ответил мужчина. – Во всяком случае вы должны были понять, что ведете себя неправильно… Черта лысого вы поняли! – взорвался он вдруг. – Вы оказались чуть ли не единственным живым человеком во всей повести! Причем настолько живым, что я уже и не знаю, как с вами быть…

– А как с Анной Карениной, – подсказала Светлана. – Раз – и под поезд… Ой, простите, опять я… Больше не буду! Честное слово, не буду!..

Но, к счастью, мужчина ее просто не услышал. Уныло вздымая неухоженную бровь, он поигрывал соломинкой в нетронутом фруктовом коктейле.

– Вот такая получается чепуха… – мрачно подытожил он. – Хотел выявить негативное явление, а в итоге… Смешно сказать, но я вас где-то даже полюбил…

«Ага, – удовлетворенно отметила про себя Светлана, – давно бы так. Только не в моем ты вкусе, дядя. И вообще ни в чьем…»

– Но вы не поверите, Светлана, – с неожиданной силой в голосе и с ужасом в глазах проговорил вдруг незнакомец, – как мне осточертел этот Игорь! Этот ваш супруг! Вчера я поймал себя на том, что уже нарочно его уродую. Вы вспомните, ведь вначале он был даже красив, черт возьми! А теперь?

– Д-да, действительно, – ошеломленно поддакнула Светлана, впервые ощутив некий холодок под сердцем. – На богомола стал похож, шею тянет…

– Вот видите, – удрученно кивнул автор. – Значит, и вы заметили…

«Эй, Светка!» – испуганно одернула она себя и оглянулась по сторонам, словно ища поддержки. Забегаловка была как забегаловка, разве что вот непривычно чистая…

– А это ничего не доказывает, Светлана, – заметил незнакомец, внимательно за ней наблюдая. – Литературный персонаж воспринимает литературу как действительность…

Светлана порозовела и закусила губу. Купилась! Один-единственный раз – и все-таки купилась!

– А вы?

– Я в данном случае тоже персонаж…

– Докатились! – мстительно сказала Светлана. – А еще реалист! Себя-то зачем было в действие вводить?

– А! – Мужчина с отвращением отодвинул стакан. – Запутался – вот и ввел. Думал: поговорю – может, и прояснится хоть что-нибудь… Потом прием, знаете, оригинальный…

– И как? Прояснилось?

У незнакомца был несчастный вид.

– Пойду я, Светлана… – со вздохом сказал он. – Вам ничего не нужно?

– А ну вас! – отмахнулась она. – Я вот потоп просила – вы не сделали.

– Нет, кроме потопа.

– О! – выпалила Светлана. – Сделайте так, чтобы этот зануда ко мне не приставал. Хотя бы полмесяца…

– Полмесяца?.. – Мужчина в сомнении взялся за волосатое ухо, а губы выпятил хоботком. – Многовато, знаете… Полмесяца – это ведь пятнадцать суток… – Тут он запнулся и вытаращил глаза. – Мать честная! А усажу-ка я его, в самом деле, на пятнадцать суток!

– Игоря?!

– Игоря! Игоря! – возбужденно подтвердил мужчина. – Светлана, вы – гений! Он решит, что я ваш любовник, напьется, высадит витрину…

– Да он вообще не пьет!

– Вот именно! – ликующе рявкнул незнакомец. – Ах черт, ах черт! – забормотал он. – Какой вы мне ход подсказали!.. А вдруг он от этого станет хоть немного симпатичнее? Первый человеческий поступок!.. Простите, Светлана, но я пойду… Это надо садиться и писать… – Он поднялся и, выхватив из граненого стаканчика тюльпан, протянул ей. – Вот, возьмите. Это вам.

– Спасибо… – сказала Светлана. У нее вдруг перехватило горло. – Нет, вы не поняли… Не за тюльпан спасибо. Вы простите, что я вас так… В общем, я все понимаю. Ведь это же надо было придумать! Автор, повесть… Спасибо.

Мужчина смотрел на нее, смешно задрав неухоженные брови.

– Светлана… – растроганно сказал он. – Честное слово… Я сделаю все, чтобы вы были счастливы…

Сказал – и зашлепал к выходу. На пороге обернулся и предостерегающе поднял толстый волосатый палец:

– Не вздумайте ни за что расплачиваться!

В забегаловке потемнело, и Светлана заметила наконец, что возле ее столика стоит и улыбается из последних сил плечистая официантка. Надо уходить, растерянно подумала Светлана и встала. Официантка проводила ее по пятам до самых дверей, явно пряча что-то за спиной.

Невольно ускорив шаги, Светлана вылетела на улицу и оглянулась. Официантка – уже без улыбки – вешала на дверь плакатик с надписью: «Извините, банкет». Лицо у нее было недовольное и ошарашенное – точь-в-точь как у Игоря, когда ему велели выйти вон.

Ничегошеньки не понимая, с тюльпаном в руке, Светлана дошла до перекрестка и остановилась, пытаясь сообразить, что же это все-таки такое было… Подкупить персонал забегаловки, каким-то образом обломать Игоря, придумать совершенно небывалый способ знакомства, почти добиться успеха… и при этом никуда не пригласить и не напроситься в гости?! И главное, в шлепанцах… Кстати, насчет Игоря он был прав… Если бы Игорь хоть раз что-нибудь из-за нее натворил – честное слово, она бы…

– Светка!

Это ее догоняла Лидочка. С ней было тоже явно не все в порядке. Широкое лицо подруги, казалось, стало еще шире. Глаза чуть не выскакивают от восторга, рот – до ушей.

– Светка! Ты представляешь?!

И Светлана ощутила уже знакомый холодок под сердцем.

– Игорь? – шепотом спросила она.

– Да! – радостно закричала Лидочка.

– Попал в милицию?

– Да!!!

– Неужели витрину?..

– Вдребезги! – ликующе завопила Лидочка на весь перекресток, потом замолчала и разочарованно уставилась на Светлану. – Что, уже слышала, да? Уже сказали?..

1989

Content

Любовь Лукина, Евгений Лукин
Авторское отступление