Эллет Ваггонер

Радостные вести

Комментарий на Послание ап. Павла к Галатам

Предисловие

Просматривая в 1938 году одну частную библиотеку, я почти случайно наткнулся на редкую, давно не переиздававшуюся книгу — «Радостные вести» Э. Ваггонера. Я ничего не знал ни об авторе, ни о том, как была написана эта книга, но, читая ее, я ощущал странное тепло, согревавшее мое сердце. Я сознавал, что, случайно обнаружив воистину великую книгу, я открыл новую главу в своей жизни. Не имея уверенности, доведется ли мне еще увидеть эту книгу, я добился разрешения принести в библиотеку свою старенькую пишущую машинку. Страницу за страницей я перепечатывал наиболее волнующие места, чтобы сохранить их для себя. До того, как я прочитал «Радостные вести», я, как выяснилось, не понимал сути Послания Павла к Галатам. В этом послании меня тревожил явно неразрешимый конфликт между законом и верой. Я знал, что в своих посланиях Павел твердо выступает за соблюдение Закона Божьего как «святого и праведного и доброго» (Рим. 7:12). В Послании же к Галатам он, как кажется, противоречит себе. Меня приводили в смущение явные разночтения и противоречия. Большинство комментариев к этому посланию апостола Павла были либо сухими, либо откровенно противоречивыми. Это послание было явно слишком глубоким для меня — мне никак не удавалось вызвать в себе те чувства любви и привязанности ко Христу, которые, совершенно очевидно, были хорошо знакомы Павлу. Возможно ли было мне научаться «славе» во кресте, подобно ему, если это послание ставило меня в столь затруднительное положение?

«Радостные вести» обращались к моему сердцу так, как лишь немногие книги до этого. Ясная, сжатая, согревающая сердце, эта книга соответствовала своему названию.

Лишь позднее мне удалось кое-что узнать об ее авторе и истории написания. Я узнал, что она, в сущности, была сборником лекций, прочитанных д-ром Ваггонером лично на съезде служителей, проходившем осенью 1888 года в Миннеаполисе, штат Миннесота.

Одна из слушательниц этих необычных лекций, оценив их ценность, написала: «Господь в Своей великой милости послал нам драгоценнейшее сообщение через д-ра Ваггонера. Это сообщение должно более ясно продемонстрировать миру возвысившегося Спасителя, Его жертву за грехи всего мира». Мы читаем эти слова в труде Елены Уайт «Свидетельства для служителей», с. 91. В то время, когда проходили эти лекции, она сказала: «Д-р Ваггонер говорил с нами откровенно. В его лекциях есть драгоценный свет… Я желаю сохранить каждую частичку того света, который Бог пошлет мне через смиреннейшего из Своих слуг… Я вижу, сколь прекрасна в изложении доктора истина об отношениях между праведностью Христовой и законом» (Елена Уайт, рукопись 15, 1888).

Со времени моей первой встречи с этой книгой прошло более тридцати лет, и все это время я мечтал сделать хоть что-нибудь, чтобы открыть ее современному читателю. Но некоторые причины мешали этому. Например, синтаксис автора иногда вызывает определенные затруднения. Хотя стиль его исследования был необычайно доступным и сжатым для автора девятнадцатого века, я попытался облечь текст в несколько более современную литературную форму. Сокращены некоторые рассуждения, не нарушающие ход мыслей автора и не влияющие на содержание. Опущены также неактуальные для нашего времени места, несущественные для изложения основ учения о праведности по вере. Но в основном я стремился сохранить исследование Ваггонера о праведности по вере в первоначальном виде.

Мне хотелось бы вспомнить сказанное К. С. Льюисом о «Непрочитанных проповедях» Джорджа Макдональда и от всего сердца отнести эти слова к «Радостным вестям» Ваггонера: «Я обязан этой книге почти столь же многим, как только может быть обязан один человек другому». Я счастлив предложить современному читателю сокровище, которое, я верю, столь же действенно обогатит его жизнь, как оно обогатило мою.

Роберт Виланд

Вступление

Обычно тот, кто пишет исследование по какой-либо книге Библии, должен затратить некоторое время на «вступление». Но лучше сразу же представить читателю исследование книги, а тот, если у него достаточно прилежания и веры, вскоре сам узнает все, что содержит в себе это исследование. Мы больше узнаем о человеке из беседы с ним, нежели из сообщения о нем другого человека. Поэтому мы сразу же приступим к исследованию Послания Павла к Галатам.

Если бы все исследовали Библию столь же молитвенно и вдумчиво, как должно, уделяя достаточно внимания каждому слову и воспринимая его как непосредственно исходящее от Бога, ни одна религиозная книга не понадобилась бы. Все написанное в них должно преследовать цель привлечь внимание верующих к словам Писания. Любая подмена Библии человеческими мнениями, побуждающими других оставить дальнейшее исследование самой Библии, не только бесполезна, но и вредна.

Я надеюсь, что с помощью Божьей это небольшое исследование Слова Божьего поможет каждому читателю более полно уяснить для себя все Писание, которое наставит его к спасению.

Эллет Ваггонер

ГЛАВА 1

Истинное Евангелие: откровение Иисуса Христа

1 Павел Апостол, избранный не человеками и не чрез человека, но Иисусом Христом и Богом Отцом, воскресившим Его из мертвых, и все находящиеся со мною братия — церквам Галатийским: благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа, Который отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века, по воле Бога и Отца нашего; Ему слава во веки веков. Аминь.

Первые пять стихов образуют приветствие, которое вобрало в себя все Евангелие. Если бы от всего остального Писания не сохранилось более ни единой строки, этого приветствия было бы достаточно для спасения мира. Если мы приступим к исследованию этого небольшого текста с таким прилежанием и усердием, словно за ним нет продолжения, то обнаружим, что вера наша, надежда и любовь необычайно укрепились. Давайте забудем о галатах, читая это послание, и пусть каждый воспримет его как голос Божий, обращающийся к нему сегодня через Своего апостола.

«Апостол» означает «посланный». Уверенность Павла основана на авторитете Того, Кто посылает апостола. «Тот, Которого послал Бог, говорит слова Божий» (Ин. 3:34}. Так обстояло дело и с Павлом. Он говорил с авторитетом, и сказанные им слова были повелениями Божьими (см. 1 Кор. 14:27). Читаем ли мы это послание или какое-либо иное в Библии, мы не должны принимать во внимание личные приверженности и предубеждения автора. Всякий автор сохраняет свою индивидуальность, поскольку для разной работы Бог избирает разных людей. Но все это Слово Божье.

Не только апостолы, но и всякий верующий имеет поручение говорить как от Бога (см. 1 Петр. 4:11). Все пребывающие во Христе суть новая тварь, будучи примирены с Богом Иисусом Христом. Всем примиренным Бог дает слово и служение примирения, дабы они могли стать посланниками от имени Христова, как если бы Бог через них обращался к людям с призывом примириться с Ним (см. 2 Кор. 5:17–20). Это обстоятельство должно удерживать выступающих с посланием Божьим от разочарования и страха. Посланники земных правительств наделены авторитетом, соответствующим власти того царя или правителя, которого они представляют. Христиане же представляют Царя царей и Господа господствующих.

Евангелие в целом основывается на Божественности Христа. Апостолы и пророки в такой мере прониклись этой истиной, что она видна во всем, ими написанном. Христос есть «образ Бога невидимого» (Кол. 1:15}. Он — «сияние славы и образ ипостаси Его» (Евр. 1:3). Он от начала пребывал с Богом и был Богом до бытия мира (Ин. 1:1; 17:5). «Он есть прежде всего, и все Им стоит» (Кол. 1:17).

«Иисус Христос и Бог Отец, воскресивший Его из мертвых», равны. «Я и Отец — одно» (Ин. Ю: ЭО). Они восседают на престоле (Евр. 1:3; Откр. 3:21). «Совет мира будет между тем и другим» (Зах. 6:13). Иисус был Сыном Божьим всю Свою жизнь, хотя по плоти Он и происходил от семени Давидова. Именно воскресением из мертвых, совершенным силою Святого Духа, всем было явлено, что Он есть Сын Божий (Рим. 1:3, 4).

«Благодать вам и мир от Бога Отца» — это слово Господне, и, следовательно, означает оно больше, нежели слово человеческое. Господь не говорит пустых слов. Его слово творит, и перед нами форма созидательного слова.

Бог сказал: «Да будет свет. И стал свет». Так же и здесь: «Благодать вам и мир» — и это именно так. Бог посылает благодать и мир, даруя праведность и спасение всем людям — и вам, кто бы вы ни были, и мне. Читая стих третий, воспринимайте его не как сказанную походя приветственную фразу, но как созидательное слово, несущее лично вам все благословения мира Божьего. Для нас это то же, что и слова, с которыми Иисус обратился к женщине: «Прощаются тебе грехи… иди с миром» (Лк. 7:48, 50).

Эта благодать и мир исходят от Христа, отдавшего Себя за наши грехи. «Каждому же из нас дана благодать по мере дара Христова» (Еф. 4:7). Но эта благодать — благодать во Христе Иисусе (2 Тим. 2:1). Поэтому мы знаем, что Сам Христос дан каждому из нас. Даже жизнь людей представляет собой свидетельство данного им Христа, ибо Христос есть «жизнь», а «жизнь» есть «свет человеков». Этот свет «просвещает» каждого, «приходящего в мир» (Ин. 14:6; 1:4, 9). «Все Им [Христом] стоит», следовательно Бог, «Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас», вместе с Ним безвозмездно даровал нам все (Рим. 8:32). «От Божественной силы Его даровано нам все потребное для жизни и благочестия» (2 Петр. 1:3).

Вся вселенная дарована нам во Христе, и полнота всей содержащейся в ней силы дарована нам для преодоления греха. Для Бога каждая душа столь же значима, как и все творение. Благодатью Христос принял смерть за каждого человека, дабы всякий человек в мире мог получить «неизреченный дар» (Евр. 2:9; 2 Кор. 9:15). «Благодать Божия и дар по благодати одного Человека, Иисуса Христа, преизбы-точествуют для многих», даже для всех, ибо «как преступлением одного всем человекам осуждение, так правдою одного всем… оправдание к жизни» (Рим. 5:15. 18).

Христос дан всякому человеку. Поэтому всякий человек обретает всю Его полноту. Любовь Божья объемлет весь мир, выделяя при этом каждую личность. Мать не делит свою любовь между детьми так, чтобы каждому досталась одна ее треть, одна четверть или одна пятая доля; каждому ребенку дается вся ее любовь. Так в сколь большей мере это верно в отношении Бога, любовь Которого сильнее материнской! (Ис. 49:15). Христос — свет мира, Сын Праведности. Но свет не делится среди множества людей. Если заполненная людьми комната ярко освещена, каждый человек имеет ту же полноту этого света, как если бы он был один в комнате. Поэтому жизнь Христа освещает всякого человека, приходящего в мир. Во всяком верующем сердце Христос обитает во всей Своей полноте. Посейте в почву семена, и вы получите множество ростков, в каждом из которых столько же жизни, сколько и в первом посеянном.

Христос купил нас

Как часто нам приходится слышать: «Я такой грешник, что Господь, наверное, меня не примет!» Даже некоторые из тех, кто давно

считают себя христианами, зачастую всерьез задумываются, не будучи уверенными, принял ли их Бог. Но Господь не дает никаких оснований для подобных сомнений. Он принял нас навсегда. Христос купил нас, дорого заплатив за это. Почему человек отправляется в магазин и делает покупку? Потому что он желает этого. Если он оплатил товар, проверил его и уверен в своих действиях, должен ли продавец тревожиться, что в последний момент покупатель передумает? Если торговец не доставит товар, то покупатель спросит: «Почему ты не принес того, что мне принадлежит?» Иисусу не безразлично, обратимся мы к Нему или нет. Он бесконечно жаждет обрести души, которые приобрел ценой Своей Крови. «Ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее» (Лк. 19:10). Бог «избрал нас в Нем [Христе] прежде создания мира» — и, таким образом, «облагодатствовал нас в Возлюбленном» (Еф. 1:4, 6).

Почему Христос отдал Себя за наши грехи? «Чтобы избавить нас от настоящего лукавого века».

Рассказывают, что некогда жил человек, известный безудержным буйством своего характера. Часто впадая в гнев, он объяснял это неуживчивостью своих близких. Никто, по его словам, не смог бы нормально жить рядом с такими людьми. Поэтому он принял решение «оставить мир» и стать отшельником.

Он избрал своим домом удаленную от человеческого жилья пещеру в лесу. Утром он взял кувшин и направился к источнику, чтобы набрать воды. Скала, из которой бил источник, заросла мхом, а непрерывно омывающий ее поток воды сделал камень скользким. Отшельник поставил кувшин под струю воды, но тот соскользнул. Он поставил кувшин вновь, и вновь кувшин упал. Это повторилось несколько раз, причем отшельнику пришлось затратить немало сил. Наконец он вышел из себя. «Я заставлю тебя стоять!» — воскликнул он, поднял сосуд и опустил его на камень с такой силой, что кувшин разлетелся вдребезги. Винить в этом, кроме себя, было некого, и у этого человека хватило здравого смысла понять, что не мир вокруг него, но его внутренний мир был подлинной причиной гнева.

Куда бы мы ни направлялись, мы несем мир («настоящий лукавый век») с собой. Он лежит в нашем сердце сокрушающе тяжким грузом. И, желая сделать доброе, мы обнаруживаем, что лукавое присутствует в нас (см. Рим. 7:21). Он — «настоящий лукавый век» — с нами непрестанно, и, доведенные до отчаяния, мы восклицаем: «Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?» (Рим. 7:24).

Даже Христос испытывал великие искушения, пребывая в пустыне вдали от людей. Все это учит нас, что монашество и отшельничество не соответствуют намерению Божьему. Народ Божий — соль земли, а соль должна смешиваться с тем, что ей надобно сохранить.

«Избавление» принадлежит нам. Христос был послан, «чтобы открыть глаза слепых, чтобы узников вывести из заключения и сидящих во тьме — из темницы» (Ис. 42:7). И Он объявляет узникам: «Свобода!» Скованным Он объявляет, что двери тюрьмы «открыты» (Ис. 61:1}. Всем узникам Он говорит: «Выходите» (Ис. 49:9). Всякий, если он этого пожелает, может сказать: «О, Господи! я раб Твой… сын рабы Твоей; Ты разрешил узы мои» (Пс. 115:7).

И все это не зависит от того, верим мы этому или нет. Мы рабы Господа, даже если мы упрямо отказываемся служить Ему. Он купил нас; Он разорвал всякие узы, которые удерживали нас от служения Ему. Всего лишь уверовав, мы одерживаем победу над окружающим миром (1 Ин. 5:4; Ин. 16:33). К нам обращена весть, что «исполнилось время борьбы… что за неправды… сделано удовлетворение» (Ис. 40:2).

И утром, и на склоне дня

Хвалите Господа уста!

Грех больше не гнетет меня,

Он пригвожден к кресту Христа,

Не частью пригвожден, а весь —

Какая радостная весть![1]

Божья воля

И все это избавление «по воле Бога и Отца нашего». Воля Божья есть освящение наше (см. 1 Фее. 4:3). Он желает, чтобы все люди были спасены и пришли к познанию истины (1 Тим. 2:4). И Он «совершает все по изволению воли Своей» (Еф. 1:11). «Иными словами, вы проповедуете универсализм спасения?» — спросит кто-нибудь. Мы желаем проповедовать именно то, чему учит Слово Божье, — что «явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков» (Тит. 2:11). Бог сделал спасение доступным для каждого человека и дал его каждому, но большинство людей пренебрежительно отбрасывают его. Суд выявит, что полное спасение было даровано всякому человеку и что погибшие преднамеренно отбросили дарованное им по праву рождения.

Следовательно, воля Божья должна вызывать в нас ликование, а не просто терпеливое принятие ее. Хотя она и связана со страданием, это страдание необходимо для блага и назначено «производить в безмерном преизбытке вечную славу» (Рим. 8:28; 2 Кор. 4:17). Мы можем сказать вместе со Христом: «Я желаю исполнить волю Твою, Боже мой» (Пс. 39:9).

Есть утешение в познании воли Божьей. Он желает нашего избавления от уз греха; поэтому мы должны молиться с совершенной уверенностью и благодарностью за то, что «какое дерзновение мы имеем к Нему… когда просим чего по воле Его, Он слушает нас; а когда мы знаем, что Он слушает нас во всем, чего бы мы ни просили, — знаем и то, что получаем просимое от Него» (1 Ин. 5:14, 15).

Последнее провозглашение «вечного Евангелия», несущего весть о том, что час суда Божьего настал, гласит: «Убойтесь Бога и воздай те Ему славу» (Опер. 14:7). Поэтому Послание к Галатам, которое воз дает всю «славу» Ему, утверждает вечное Евангелие. Это особая весть для последних дней. Если мы исследуем и примем ее, то поможем приблизить то время, когда «земля наполнится познанием славы Господа, как воды наполняют море» (Авв. 2:14).

6 Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатию Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. «Но если бы даже мы, или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. 'Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема.

Ныне апостол переходит к самой сути проблемы. Дух его, кажется, пылает, и, раскаляя перо, он пишет так, как может писать лишь тот, кто обременяет свое сердце участью душ, готовых устремиться к погибели.

Братья Павла в смертельной опасности, и он не может затрачивать время на комплименты. Он должен незамедлительно перейти к ясному и недвусмысленному изложению своего предмета.

Кто «призывает» людей? «Верен Бог, Которым вы призваны в общение Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего» (1 Кор. 1:9). «Бог же всякой благодати, призвавший нас в вечную славу Свою во Христе Иисусе» (1 Петр. 5:10). «Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовет Господь Бог наш» (Деян. 2:39). Дальние и ближние — то есть все, кто в этом мире. Поэтому Бог призывает каждого. (Не каждый, однако, приходит!)

Но подразумевает ли Павел себя, когда говорит о призвавшем галатских братьев, от которого они ныне удаляются? Самое краткое размышление должно убедить нас, насколько это невозможно. Павел сам сказал, что отступничество произойдет от людей, стремящихся увлечь за собой учеников (Деян. 20:30); он, как слуга Христа, в самую последнюю очередь стал бы испытывать такое стремление. Хотя Бог сотрудничает с людьми, подобными Павлу, призывает, однако, Он Сам. Мы лишь посланники Христа. Но именно Бог через нас побуждает людей примириться с Ним. Уст может быть множество, но голос лишь один.

Отделенность от Бога

Поскольку галатские братья отделяли себя от Того, Кто призвал их, и поскольку именно Бог по благодати призывает людей, очевидно, что они оставили Господа. Небольшое дело — присоединиться к людям или уйти от них, но прийти к Богу — дело жизненной важности.

Многие полагают, что достаточно быть «добрыми членами» той или иной церкви, чтобы пребывать в безопасности. Но единственно значимым является вопрос о том, присоединился ли я к Господу и ступаю ли я в Его истине. Если человек присоединился к Господу, он вскоре найдет свое место среди народа Божьего; ибо находящиеся вне народа Божьего не потерпят долго в своей среде ревностного служителя Господа. Когда Варнава пришел в Антиохию, он убеждал братьев «держаться Господа искренним сердцем» (см. Деян. 11:22, 23). Это было все, что требовалось. Если мы делаем это, то, безусловно, вскоре найдем людей Господа.

Оставлявшие Господа пребывали «без Бога в мире» до такой степени, что отделяли себя от Него. Но такие люди называются язычниками (Еф. 2:11. 12). Следовательно, галатские братья впали в язычество. Иначе и быть не могло, ибо всякий раз, когда христианин утрачивает связь с Господом, он неизбежно возвращается к прежней жизни, из которой был спасен. Нет более безнадежной ситуации в мире, чем пребывать без Бога.

«Иное благовестие»

Как может быть «иное благовестие»? Истинное благовестие (Евангелие) есть «сила Божия ко спасению всякому верующему» (Рим. 1:16). Сам Бог есть сила, и оставлять Его значит оставлять благовестие Христово.

Благовестием может называться только то, что дает спасение. Нечто, предлагающее одну лишь смерть, не может называться «Евангелием», означающим «благая весть», или «радостная весть». Обещание смерти не соответствует определению этого слова. Для того, чтобы какое-либо лжеучение могло выдаваться за благовестие, оно должно претендовать на то, что является истинным путем к жизни, иначе оно не сможет обольстить людей. Галатов отделило от Бога нечто, обещавшее им жизнь и спасение, но иной, не Божьей, силой. Подделка — это ничто. Маска — не человек. Поэтому иное благовестие, к которому побуждали идти галатских братьев, могло быть лишь извращенным благовестием, подделкой, но никак не истинным Евангелием.

Далее следует вопрос: какое же благовестие истинно? То, которое проповедовал Павел, или проповеданное иными людьми?

Как Иисус Христос является для нас силой Божьей и нет иного имени, которым можно было бы обрести спасение, кроме имени Иисуса, так возможно и лишь одно истинное благовестие. Проповеданное Павлом галатам, а также и коринфянам благовестие «Иисуса Христа распятого» и было благовестием, ранее провозглашавшимся Енохом, Ноем, Авраамом, Моисеем и Исаией. «О Нем все пророки свидетельствуют, что всякий верующий в Него получит прощение грехов именем Его» (Деян. 10:43).

Если какой-либо человек или даже ангел с небес будет проповедовать нечто, противоречащее проповеди Павла и пророков, ему уготовано проклятие. Нет двух мерил верного и неверного. То, что на влечет проклятие сегодня, привело бы к аналогичному результату пять тысяч лет тому назад. Путь к спасению один и тот же во все века. Евангелие, проповеданное Аврааму (см. Гал. 3:8) через посланных к нему ангелов, было истинным, и древние пророки несли людям то же благовестие (1 Петр. 1:11, 12). Будь благовестие, проповеданное древ ними, иным, нежели то, которое возвещал Павел, даже они подверглись бы «анафеме».

Но почему должен быть подвергнут «анафеме» проповедующий иное благовестие? Потому, что через него вовлекаются в проклятие и другие, поверив, что этот путь ведет к спасению, когда ведет он в никуда. Поскольку галаты удалялись от Бога, они вверяли свое спасение человеческой силе, своей силе. Но ни один человек не способен спасти другого человека (см. Пс. 48:7, 8); и «проклят человек, который надеется на человека и плоть делает своею опорою, и которого сердце удаляется от Господа» (Иер. 17:5). Безусловно, что увлекающий других к проклятию должен и сам быть предан «анафеме».

«Проклят, кто слепого сбивает с пути!» (Втор. 27:18). Если это верно в отношении того, кто заставляет преткнуться физически слепого, — в насколько же большей степени это касается человека, побуждающего душу упасть в вечную погибель! Искушать людей ложной надеждой на спасение — что может быть более фатальным? Это значит побуждать людей строить свой дом над бездонной пропастью.

Ангел с небес

Но возможно ли, чтобы «Ангел с неба» мог проповедовать иное Евангелие, помимо истинного? Можете быть уверены, это не ангел, только что сошедший с небес. «Сам сатана принимает вид Ангела света, а потому не великое дело, если и служители его принимают вид служителей правды» (2 Кор. 11:14). Именно они приходят под видом духов умерших, чтобы донести послания из пределов, находящихся за могилой. Безусловно, что они проповедуют «иное благовестие», чем Евангелие Иисуса Христа. Помните о них. «Возлюбленные! не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они» (1 Ин. 4:1). «Обращайтесь к закону и откровению. Если они не говорят, как это слово, то нет в них света» (Ис. 8:20). Имея Слово Божье, всякий может устоять против обмана. А точнее, невозможно быть обманутым, если вы держитесь Слова Божьего.

10 У людей ли я ныне ищу благоволение, или у Бога? людям ли угождать стараюсь? Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым.

В первые три века своего существования Церковь подверглась воздействию язычества. Невзирая на все реформации, это язычество в значительной степени сохраняется в ней и ныне. Таков результат стремления к «благоволению» со стороны людей. Епископы рассчитывали одержать верх над язычеством, ослабив строгость евангельских принципов. На самом же деле подлинным результатом стала испорченность церкви.

В основе попыток примирить и ублажить людей всегда лежит себялюбие. Епископы желали (зачастую, возможно, этого не осознавая) увлечь за собой учеников (Деян. 20:30). Чтобы заручиться благоволением людей, они вынуждены были отступаться от истины и извращать ее.

То же происходило в Галатии. Люди извращали Евангелие. Но Павел искал благоволения не у людей, а у Бога. Он был слугой Божьим, и Бог был единственным, у Кого он искал благоволения. Этот принцип верен для всякого служения. Плох тот работник, который стремится лишь угодить людям, поскольку он будет усердно выполнять только ту работу, которая на виду, и будет небрежен тогда, когда выполнение задачи вряд ли будут контролировать. Поэтому Павел увещевает: «Рабы, во всем повинуйтесь господам (вашим) по плоти, не в глазах (только) служа им, как человекоугодники… И все, что делаете, делайте от души, как для Господа» (Кол. 3:22,23).

Бывает, что мы стремимся сгладить углы, опасаясь утратить расположение богатого или влиятельного человека. Сколь многие не высказывают своего мнения из опасения потерять деньги или должность! Всякий из нас должен помнить следующее: «Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым». Но последнее не означает, что нам следует быть грубыми и жесткими. Нельзя заключать, что нам позволено сознательно обижать ближнего. Бог милостив и к неблагодарным, и к злобным. Мы должны стремиться приобретать души, поэтому и манеры наши должны соответствовать этой задаче. В своем поведении нужно следовать примеру любящего распятого Иисуса.

11 Возвещаю вам, братия, что Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое; ибо и я принял его и научился не от человека, но чрез откровение Иисуса Христа.

Евангелие дано от Бога, но не от человека. В первом из приведенных стихов апостол извещает, что он избран не от человека и ищет благоволения не людей, но одного лишь Христа. Теперь становится очевидным, что весть, которую он несет, всецело с небес. По своему рождению и воспитанию Павел был противником Евангелия, и обращен он был голосом с небес. Сам Господь явился ему, дышащему ненавистью и угрозами против святых Божиих (Деян. 9:1-22).

Нет двух людей с одинаковым опытом обращения, но общие принципы совпадают у всех. Следовательно, всякий человек должен обратиться так, как Павел. Вряд ли это будет столь потрясающе наглядно; но если это истинное обращение, оно с такой же непременностью должно быть откровением с небес, как и обращение Павла. «И все сыновья твои будут научены Господом» (Ис. 54:13). «Всякий, слышавший от Отца и научившийся, приходит ко Мне» (Ин. 6:45). «Помазание, которое вы получили от Него, в вас пребывает, и вы не имеете нужды, чтобы кто учил вас» (1 Ин. 2:27).

Но не подумайте, что это устраняет нужду в человеческом содействии Евангелию. Бог назначил для Церкви апостолов, пророков, учителей и иных (см. 1 Кор. 12:28}; и во всех работает Дух Божий. Неважно, от кого впервые услышана истина, она должна восприниматься как исходящая непосредственно с небес. Для тех, кто желает исполнять волю Божью, Святой Дух открывает возможности уяснить истину, как только она им дана; и они принимают эту истину, основываясь не на авторитете того человека, через которого она им дана, но на авторитете самой истины Божьей. Мы можем иметь ту же уверенность в той истине, которую мы имеем и проповедуем, что и Павел.

Но только вы слышите, как кто-то упоминает имя маститого ученого в подтверждение своего мнения или для придания большего веса в споре с человеком, которого нужно убедить, можно с уверенностью сказать, что делающий это сам не знает той истины, которую он исповедует. Это действительно может быть истиной, но говорящий не знает, что есть истина. Всякому дано познать истину (см. Ин. 8:31. 32). И если вы получили истину непосредственно от Бога, то ни тысячи, ни десятки тысяч имен, приводимых в ее поддержку, не добавят ни грана к ее авторитету, равно как и уверенность ваша не поколеблется ни в малейшей степени, если все знаменитости на земле выступят против нее.

Откровение Иисуса Христа

Обратите внимание на то, что послание Павла — это не просто откровение от Иисуса Христа, но «откровение Иисуса Христа». Не Павел услышал нечто от Христа, но Христос явил Себя Павлу. Тайна Евангелия — это Христос в верующем, упование славы (Кол. 1:25–27). Лишь таким образом можно познать и проповедовать истину Божью. Христос не стоит в отдалении, излагая нам те верные принципы, которым нам должно следовать; нет, Он вкладывает в нас Себя, когда мы обращаемся к Нему, демонстрируя Свою жизнь в нашей смертной плоти. Без этого не может быть проповеди благовестия. Иисус явил Себя в Павле, чтобы Павел обрел способность проповедовать Его среди язычников. Он не проповедовал о Христе, но проповедовал Самого Христа. «Мы не себя проповедуем, но Христа Иисуса, Господа» (2 Кор. 4:5).

Бог жаждет иметь возможность явить Христа в каждом человеке. Мы читаем о людях, «подавляющих истину неправдою», и о том, что «можно знать о Боге, явно для них», поскольку во всем, Им сотворенном, ясно видны «вечная сила Его и Божество» (Рим. 1:18–20). Христос есть истина (см. Ин. 14:6), а также сила Божья (см. 1 Кор. 1:24), и Он есть Бог (см. Ин. 1:1). Следовательно, Сам Христос и есть та истина, которую люди «подавляют». Он — Слово Божье, данное всем людям, чтобы проповедовать его (см. Втор. 30:14; Рим. 10:6–8).

Но во многих людях Христос «подавлен» до такой степени, что трудно Его различить. Уже сам факт их жизни доказывает, что Христос любит их и готов спасти. Но Он должен терпеливо ожидать того времени, когда они получат Слово, и тогда Его совершенная жизнь проявится в них.

Это может произойти в любом человеке сейчас, сколь бы грешным и падшим он ни был. Богу угодно делать это, и бессмысленно противиться.

13 Вы слышали о моем прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал Церковь Божию и опустошал ее, и преуспевал в Иудействе более многих сверстников в роде моем, будучи неумеренным ревнителем отеческих моих преданий. Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший благодатию Своею, благоволил открыть во мне Сына Своего, чтобы я благовествовал Его язычникам, я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью, и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне Апостолам, а пошел в Аравию и опять возвратился в Дамаск.

Отчего Павел столь яростно преследовал Церковь, стремясь уничтожить ее? По его словам, он просто был ревнителем преданий своих отцов! Перед Агриппой он сказал: «Правда, и я думал, что мне должно много действовать против имени Иисуса Назорея; это я и де лал в Иерусалиме: получив власть от первосвященников, я многих святых заключал в темницы и, когда убивали их, я подавал на то голос; и по всем синагогам я многократно мучил их и принуждал хулить Иисуса и, в чрезмерной против них ярости, преследовал, даже и в чужих городах» (Дет. 26:9-11).

И во всем этом слепом рвении за предания отцов Павел почитал себя «ревнителем по Боге» (Деян. 22:3).

Почти невероятно, чтобы человек, полагающий себя служителем истинного Бога, мог настолько неверно представлять Его, чтобы считать, что Богу угодно такое служение; тем не менее много лет спустя этот неутомимый и яростный гонитель христиан мог сказать: «Я всею доброю совестью жил пред Богом до сего дня» {Деян. 23:1). Хотя Савл и пытался заглушить в себе убеждение, нараставшее в нем по мере того, как снова и снова видел терпение христиан и слышал их предсмертные свидетельства об истине, он не подавлял осознанно своей совести. Напротив, Савл стремился жить по совести! Столь глубоко укоренились в нем фарисейские предания, что этот неудобный для него голос совести казался ему исходящим от бесов и потому подлежащим подавлению. Поэтому увещевания Духа Божьего до определенного времени лишь побуждали его увеличить свое рвение в гонениях на христиан. Из всех людей в мире самоправедный фарисей Савл был менее всего настроен в пользу христианства. Перспективный молодой человек, он был надеждой и гордостью еврейских правителей. Они верили, что Савл сделает многое для восстановления еврейской нации и религии в ее прежнем величии. С мирской точки зрения, перед Савлом было большое будущее. «Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою… для Него я от всего отказался» (Флп. 3:7, 8).

Но иудаизм не был религией Бога и Иисуса Христа. Это было человеческое предание. Многие ошибочно считают, что «иудаизм» — это религия Ветхого Завета. Ветхий Завет в такой же степени учит иудаизму, как Новый Завет — романизму. Религия Ветхого Завета — это религия Иисуса Христа.

Когда Павел пребывал в «иудействе», в нем не было веры в Ветхий Завет, который он читал и слушал ежедневно. Имей он эту веру, Павлу легче было бы уверовать во Христа. «Ибо жители Иерусалима и начальники их, не узнавши Его и осудивши, исполнили слова пророческие, читаемые каждую субботу» (Деян. 13:27).

Предания отцов привели к нарушению заповедей Божьих (см. Мф. 15:3). Бог сказал о еврейском народе: «Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком; сердце же их далеко отстоит от Меня; но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим» (Мф. 15:8, 9). Иисус не осуждал Моисея и его писания. Он сказал евреям: «Если бы вы верили Моисею, то поверили бы и Мне, потому что он писал о Мне» (Ин. 5:46). Все, что книжники читали и повелевали из его писаний, следовало исполнять; но нужно было остерегаться опыта книжников, поскольку они не повиновались Писанию. Христос сказал о них: «Связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их» (Мф. 23:4).

Их повеления не были заповедями Божьими, поскольку «заповеди Его не тяжки» (1 Ин. 5:3); и «бремена» были не от Христа, поскольку «бремя Мое легко» (Мф. 11:30}. Не раскрывали Библию или какую-либо ее часть новообращенным эти иудействующие учителя, равно как и не пытались они убедить обращенных следовать Писанию, начертанному Моисеем. Отнюдь! Они уводили этих людей от Библии, подменяя ее учениями заповедей человеческих. Вот что пробудило дух Павла.

Савл направлялся в Дамаск, «дыша угрозами и убийством», обладая полной властью хватать и тащить в тюрьму всех христиан, будь то мужчин или женщин, когда внезапно он сам был захвачен, но не человеческими руками, а излитием славы Господней. Спустя три дня Господь, направляя Ананию, чтобы вернуть зрение Савлу, сказал ему: «Он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое пред народами» (Деян. 9:15).

Когда же Савл был избран посланником Господа? Он сам говорит об этом: «От утробы матери моей». Не о нем первом мы читаем как о человеке, избранном от рождения. Вспомним Самсона (см. Суд. 13). Иоанн Креститель получил имя, а его характер и деятельность были описаны за много месяцев до его рождения. Иеремии Господь сказал: «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя» (Иер. 1:5). Имя языческого царя Кира было названо за сотни лет до его рождения, тогда же изложена его миссия в общем замысле Бога (Ис. 44:28; 45:1–4).

Это не исключения. Это относится ко всем людям в той же степени, как и к фессалоникийцам, которых Бог «от начала, чрез освящение Духа и веру истине, избрал… ко спасению» (2 Фее. 2:13). Каждый может воспользоваться этим призывом и избранием. Тот, «Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:3, 4), назначил также каждому его работу (Мк. 13:34}. Поэтому Тот, Кто не оставляет Себя без свидетельства даже в неодушевленном творении, желает, чтобы человек — Его высшее земное творение — свидетельствовал о Нем с рвением, которое способен дать один лишь человеческий разум.

Все люди избраны быть свидетелями Божьими, и каждому назначен его труд. Дух Божий воздействует на человека всю жизнь, побуждая его обратить себя к тому делу, к которому его призвал Бог. Лишь судный день явит, какие чудесные возможности люди безрассудно отбрасывали. Жестокий гонитель Савл стал могучим апостолом. Можно ли представить себе, сколько добра могли бы совершить другие люди, использовавшие свою власть над собратьями лишь во зло, если бы они вняли увещеваниям Святого Духа? Не всякий может быть Павлом. Но та истина, которую Бог дал каждому по его способностям, призывая свидетельствовать о Нем, придаст жизни человека новый смысл.

Как радостно, чудесно и в то же время волнительно, глядя на идущих по своим делам людей, думать, что каждому из них Бог назначил свое дело! Они слуги Всевышнего Бога, и каждому Он назначил особое служение. Следует проявлять особую осторожность, чтобы не помешать человеку, пусть даже в малой степени, выполнять Богом данную ему задачу.

Поскольку служение дано человеку Богом, каждый получает повеления от Бога, но не от людей. Следует поэтому остерегаться что-либо приказывать людям относительно их долга. Господь может сделать этот долг равно очевидным как для них, так и для нас; и если они не услышат Его, то вряд ли поймут нас, попытайся мы наставить этих людей на их истинный путь. «Не в воле человека путь его» (Иер. 10:23) — и уж тем более не в его воле направлять путь других людей.

«Советоваться с плотью и кровью»

Лишь спустя три года после своего обращения Павел направился в Иерусалим. Оставался он там всего пятнадцать дней и виделся лишь с двумя апостолами. Братья остерегались его и не могли вначале поверить тому, что он ученик Христа. Таким образом, становится очевидным, что он был призван благовествовать не людьми.

Из опыта Павла, не ставшего советоваться с плотью и кровью, мы можем научиться многому. У него, в сущности, не было такой необходимости, поскольку он получил слово от Самого Господа. Но опыт Павла никоим образом нельзя считать общераспространенным. Например, человек прочел что-то в Библии, а затем спрашивает об этом мнение другого человека, прежде чем осмелиться поверить прочитанному. Если никто из его друзей в это не верит, то и он опасается принять то, о чем говорит Писание. Если пастор или автор какого-либо комментария считают этот текст несущественным, то и мы склонны сделать то же самое. «Плоть и кровь» берут верх над Духом и Словом.

Библейское повеление бывает настолько очевидно, что нет никакой разумной нужды спрашивать о его смысле. Тогда возникает вопрос: «Могу ли я позволить себе делать это? Не потребует ли это слишком больших жертв?» Опаснее всего советоваться со своей собственной «плотью и кровью». Недостаточно быть независимым от других; в вопросах истины следует быть независимым даже от себя самого. «Надейся на Господа всем сердцем твоим, и не полагайся на разум твой» (Притч. 3:5).

Папа римский — человек, пытающийся занять место советника, которое по праву принадлежит одному лишь Христу. Человек, который назначает себя «папой», следуя собственным советам, поступает столь же дурно, как и тот, кто диктует другим свои решения, и для него вероятность сбиться с пути более высока, чем для того, кто следует советам другого «папы». Если уж выбирать «папу» вообще, то будет более последовательным принять папу римского, поскольку тот обладает в папстве большим опытом, нежели кто-либо другой. Но нужды в «папе» нет вообще, поскольку у нас есть Слово Божье. Когда говорит Бог, самое разумное — повиноваться Ему тут же, не спрашивая совета даже у собственного сердца. Имя Господу «Советник» (Ис. 9:6), и Он «чуден» в Своих советах. Слушайте Его!

Немедленно

Павел не терял времени. Он думал, что служит Богу, когда преследовал Церковь, и, узнав о своей ошибке, он тут же изменился. Увидев Иисуса Назорея, он признал Его как своего Господа и тут же воскликнул: «Господи! Что повелишь мне делать?» Он был готов пойти в нужном направлении и сделать это немедленно. Поступай так каждый, и он имел бы полное право сказать: «Спешил и не медлил соблюдать заповеди Твои».(Пс. 118:60). «Потеку путем заповедей Твоих, когда Ты расширишь сердце мое» (Пс. 118:32).

По словам Павла, Христос открыл апостолу, что тот должен благовествовать Его язычникам. В 1 Кор. 12:2 мы читаем: «Знаете, что когда вы были язычниками, то ходили к безгласным идолам — так, как бы вели вас». Обратите внимание на то, что коринфяне были «язычниками» и перестали быть ими, став христианами!

«Бог первоначально призрел на язычников, чтобы составить из них народ во имя Свое» (Деян. 15:14). Иаков называл верующих из Антиохии и других мест «обращающимися к Богу из язычников» (Деян. 15:19). Народ Божий составляется из язычников, но, обратившись, они перестают быть таковыми. Авраам, отец Израиля, был взят из язычников (см. Ис. Нав. 24:2), даже Израиль взят из язычников. Поэтому «весь Израиль спасется», когда «войдет полное число язычников»(Рим. 11:26, 25).

Господь в той же мере жаждал обращения язычников три тысячи лет тому назад, как и сегодня. Евангелие проповедовалось им до Первого пришествия Христа, равно как и после этого. Многими путями Господь возвещал о Себе среди всех народов. Иеремия был особо избран стать Его пророком среди язычников. «Прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов («язычников» в англ. тексте Библии) поставил тебя» (Иер. 1:5). В еврейском языке одно и то же слово переводится как «народы» и как «язычники». И пусть никто не говорит, что Бог ограничивал Свою истину каким-либо одним народом, будь то евреи или язычники. «Здесь нет различия между Иудеем и Еллином, потому что один Господь у всех, богатый для всех призывающих Его» (Рим. 10:12).

Проповедь новообращенного

Как только Павел обратился, он «тотчас стал проповедовать… об Иисусе» (Деян. 9:20). Разве не чудесно, что он сразу же обрел способность проповедовать с такой силой? Да, это чудесно, что любой человек может проповедовать Христа. Но не думайте, что Павел обрел свои знания мгновенно, без учебы. Вспомните, что всю свою жизнь он усердно исследовал Писание. Павел, более развитый для своего

возраста, чем его сверстники, знал слова Библии столь же хорошо, как отличник в школе знает таблицу умножения. Но ум его был ослеплен отцовскими преданиями, которые утверждались в нем одновременно с изучением Писания. Слепота, поразившая его, когда свет воссиял вокруг него на дороге в Дамаск, была лишь отражением той слепоты, которой был поражен его разум. Пелена спала с его глаз, когда Анания обратился к нему. Это был символ того, что Слово воссияло в Савле, а тьма преданий навсегда ушла из его разума.

Поскольку благовествование было его главной деятельностью, можно с уверенностью сказать, что время, проведенное в Аравии, не было полностью посвящено исследованиям и размышлениям. Столь ревностным был он гонителем и столь щедро благословила его благодать Божья, что Павел почитал потерянным все то время, когда он не раскрывал эту благодать для других: «Горе мне, если не благовествую!» (1 Кор. 9:16). Еще до своего ухода в Аравию, будучи только что обращенным, он благовествовал в синагогах Дамаска. Поэтому вполне естественно предположить, что он проповедовал Евангелие и арабам. Он мог благовествовать там, не встречая того противодействия, которое всегда ощущалось среди евреев, поэтому его труды не мешали Павлу размышлять над теми новыми мирами, которые только что раскрылись перед ним.

18 Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать. Другого же из Апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня. А в том, что пишу вам, пред Богом, не лгу. После сего отошел я в страны Сирии и Киликии. Церквам Христовым в Иудее лично я не был известен, а только слышали они, что гнавший их некогда ныне благовествует веру, которую прежде истреблял, — и прославляли за меня Бога.

Не следует смотреть на всякого противника Евангелия как на неисправимого. Противников следует встречать смирением, ибо кто кроме Бога даст им покаяние к признанию истины?

О Павле можно было сказать: «У него была такая же возможность видеть свет, как и у любого иного человека. У него были все возможности; он слышал не только вдохновенную проповедь Стефана, но и предсмертные исповеди многих мучеников. Он просто очерствевший негодяй, от которого бессмысленно ожидать добра». Однако именно Павел стал величайшим из проповедников Евангелия, несмотря на то, что ранее он был самым жестоким его преследователем.

Перед вами злостный противник истины? Не спорьте с ним и не корите его. Пусть он сам познает всю горечь своей неправоты, вы же держитесь Слова Божьего и молитесь. Вполне вероятно, что вскоре Бог, Которого он ныне хулит, будет прославлен в нем.

Бог прославленный

Насколько же происшедшее с Павлом отличается от тех, кому он сказал: «Ибо ради вас («из-за вас» в англ. тексте Библии)… имя Божие хулится у язычников» (Рим. 2:24). Всякий, считающий себя последователем Божьим, должен прославлять собою Его имя, однако из-за многих оно подвергается хуле. Как можем мы прославить имя Его? «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16).

ГЛАВА 2

Жизнь по вере во Христа

Многие читают эту небольшую книгу не из любопытства, желая узнать, что думает другой человек о Послании к Галатам, но из стремления получить помощь в понимании этой спорной части Писания. Я желал бы побеседовать с каждым из вас лично, прежде чем мы продолжим.

Каждая часть Писания связана со всеми его другими частями. Как только мы что-то для себя прочно уяснили, впитав это знание в себя, оно помогает нам в поисках большего знания так же, как всякая съеденная и усвоенная нами пища помогает нам в трудах ради хлеба насущного. Поэтому, если мы будем продвигаться в верном направлении в исследовании Послания к Галатам, мы широко откроем для себя дверь ко всей Библии.

Путь к познанию столь прост, что многие пренебрегают им. Это царская дорога, открытая для всех: «Сын мой! если ты примешь слова мои и сохранишь при себе заповеди мои, так что ухо твое сделаешь внимательным к мудрости, и наклонишь сердце твое к размышлению; если будешь призывать знание и… искать его, как серебра, и отыскивать его, как сокровище, то уразумеешь… ибо Господь дает мудрость» (Притч. 2:1–6).

Соломону Бог явился во сне и обещал даровать ему мудрость; но мудрость пришла не через праздные мечтания. Соломон не отправился спать, чтобы, пробудившись, узнать, что он стал мудрейшим из всех когда-либо живших. Нет, он так жаждал знания, что действительно думал о нем по ночам, но днем трудился, дабы обрести его.

Если вы желаете понять Слово Божье, исследуйте его. Никто на земле не способен дать вам его познание. Другой человек может помочь вам, чтобы это заняло у вас меньше времени, чем у него; он может подсказать вам, где и как следует работать; но все свои знания человек получает только самостоятельно. Если вы прошли одной и той же дорогой тысячу раз, вы знаете на этом пути каждый поворот и легко можете себе представить весь путь в памяти. Поэтому, многократно обдумав какую-то часть Писания, вы наконец-то сможете увидеть его в целом и каждый текст в отдельности единым взором. А когда это станет возможным, вы поймете то, что никто на земле не в состоянии вам рассказать.

1 Потом, чрез четырнадцать лет, опять ходил я в Иерусалим с Варнавою, взяв с собою и Тита. Ходил же по откровению и предложил там, и особо знаменитейшим, благовествование, проповедуемое мною язычникам, не напрасно ли я подвизаюсь или подвизался. Но они и Тита, бывшего со мною, хотя и Еллина, не принуждали обрезаться.

«Чрез четырнадцать лет», следуя естественному ходу событий, означает четырнадцать лет после посещения, упомянутого в Гал. 1:18, которое Павел совершил спустя три года после обращения. Следовательно, это посещение произошло спустя семнадцать лет после его обращения или примерно в 51 г. н. э., что совпадает со временем проведенного в Иерусалиме собора, о котором идет речь в Деян. 15. Именно с этим собором и проблемами, приведшими к его созыву, а также возникшими последствиями и связано повествование второй главы Послания к Галатам.

Павел и Варнава не поступились своими принципами, но стояли на своем, «дабы истина благовествования сохранилась у вас» (Гал. 2:5). Произошло «немалое состязание у Павла и Варнавы с ними [апостолами]» (Деян. 15:2). Шла борьба между истинным и ложным благовествованиями.

Отрицание Христа

Одного беглого взгляда на опыт церкви в Антиохии, куда было принесено это новое «евангелие», достаточно, чтобы понять, что оно совершенно недвусмысленно отвергало спасающую силу Христа.

Впервые Евангелие было принесено туда братьями, рассеянными в ходе гонений, которые последовали за смертью Стефана. Эти братья пришли в Антиохию, «благовествуя Господа Иисуса. И была рука Господня с ними, и великое число, уверовав, обратилось к Господу» (Деян. 11:20, 21). В церкви были пророки и учителя, служившие Господу и постившиеся, и Святой Дух побудил их «отделить» Варнаву и Савла для той работы, к которой Он призывал их (Деян. 13:1–3). Тамошняя церковь имела богатый опыт общения с Богом. Члены этой церкви знали Господа и голос Святого Духа.

И теперь, после всего этого, те же люди сказали: «Невозможно спастись без обрезания по обычаю Моисееву». Это все равно, что сказать: «Вся ваша вера во Христа и все ваше свидетельство о Духе ничто без знака обрезания». Знак обрезания без веры был поставлен превыше веры во Христа, не имевшей внешних знаков. Новое «евангелие» было самым откровенным отрицанием Христа и истинного Евангелия.

Неудивительно, что Павел называет «вкравшихся» с таким учением «лжебратиями»:

4 А вкравшимся лжебратиям, скрытно приходившим подсмотреть за нашею свободою, которую мы имеем во Христе Иисусе, чтобы поработить нас, мы ни на час не уступили и не покорились, дабы истина благовествования сохранилась у вас.

В первой главе Павел сказал, что эти лжебратия «есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово» (Гал. 1:7). В своем послании к церквам апостолы и пресвитеры так сказали об этих людях: «Мы услышали, что некоторые, вышедшие от нас, смутили вас своими речами и поколебали ваши души, говоря… чего мы им не поручали» (Деян. 15:24).

С того времени подобных людей была множество. Столь вредоносной была их деятельность, что апостол сказал об одном из этих людей: «Да будет анафема [ему]» (Гал. 1:8, 9). Некоторые проповедники намеренно стремились подорвать благовествование Христово, уничтожая таким образом верующих.

Эти лжебратья говорили: «Если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись» (буквально: «не имеете силы быть спасенными»). В их трактовке спасение — дело человеческое, зависящее единственно лишь от человеческой силы. Они не знали, что, в сущности, означает обрезание: «Ибо не тот Иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; но тот Иудей, кто внутренне таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога» (Рим. 2:28, 29).

Вскоре после того, как Авраам уверовал в Бога, случилось так, что он прислушался к голосу Сарры, а не Бога, и стремился исполнить обетования Божьи силою своей плоти (см. Быт. 16). В результате вместо наследника он стал рабом. Тогда Бог явился пред ним вновь, увещевая Авраама ходить перед Ним в простоте сердца, повторяя Его завет. И в ознаменование этого происшествия и того, что «плоть не пользует нимало», Аврааму было дано знамение обрезания — отсечения крайней плоти. Оно должно было показать, что поскольку «не живет… в плоти… доброе», обетования Божьи могут осуществиться лишь через отказ от плотских грехов. «Потому что обрезание — мы, служащие Богу духом, и хвалящиеся Христом Иисусом, и не на плоть надеющиеся» (Флп. 3:3).

Поэтому действительное обрезание Авраама произошло, когда он получил Духа через веру в Бога. «И знак обрезания он получил, как печать праведности чрез веру, которую имел в необрезании» (Рим. 4:11). Внешнее обрезание всегда являлось только знамением истинного обрезания сердца. При отсутствии такового оно было лишь подделкой; но при его наличии без знака можно было и обойтись. Авраам «стал отцом всех верующих в необрезании» (Рим. 4:11). «Лжебратия» подменяли реальность пустым знаком. По их мнению, пустая скорлупа без ореха значила больше, чем орех без скорлупы.

Иисус сказал: «Дух животворит, плоть не пользует нимало; слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь» (Ин. 6:63). Жители Антиохии и Галатии доверились Христу, обратившись к Нему за спасением. Ныне же кое-кто желал побудить их довериться плоти. Эти люди не давали им свободу грешить. Нет, они говорили о необходимости сохранять закон! Но истинное обрезание есть закон, начертанный на сердце Духом, а «лжебратия» желали, чтобы верующие уверовали во внешнюю форму обрезания, подменявшую действие Духа. То, что было дано как знамение праведности по вере, стало знамением самоправедности. «Лжебратия» желали, чтобы верующие обрезались для праведности и спасения; но человек «сердцем верует к праведности, а устами исповедует ко спасению» (Рим. 10:10). А «все, что не по вере, грех» (Рим. 14:23). Поэтому все попытки человека соблюсти Закон Божий своими собственными силами, сколь бы честными и искренними они ни были, могут привести лишь к несовершенству — греху.

Когда этот вопрос был поднят в Иерусалиме, Петр сказал тем, кто желал бы, чтобы люди были оправданы по своим делам, но не по вере во Христа: «Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы?» (Деян. 15:10).

Это иго было игом рабства, что ясно из сказанных Павлом слов О том, что «лжебратия» прокрались, чтобы «подсмотреть за нашею свободою, которую мы имеем во Христе Иисусе, чтобы поработить нас» (Гал. 2:4). «Законом познается грех» (Рим. 3:20), но он не освобождает от греха. «Закон свят, и заповедь свята и праведна и добра» (Рим. 7:12), — поскольку закон дает знание о грехе, осуждая его. Это указатель, по казывающий путь, но не способный провести нас по нему. Он может подсказать нам о том, что мы сбились с пути, но один лишь Иисус Христос способен провести нас, ибо Он есть путь. Грех — это рабство. Свободны лишь соблюдающие заповеди Божьи (Пс. 118:45), а их можно соблюдать лишь верою во Христа (Рим. 8:3, 4).

Следовательно, любой, побуждающий людей уверовать в закон как средство обретения праведности без Христа, просто возлагает на них иго и заточает в рабство. Если осужденный по закону человек заключается в тюрьму, он не может быть освобожден от своих цепей за коном, удерживающим его в темнице. Но в этом нет вины закона. Именно потому, что это хороший закон, он не может признать виновного человека невиновным.

Апостол говорит, что он противостоял лжеучению, ныне смущающему галатских братьев, чтобы «истина благовествования сохранилась у вас». Очевидно, что содержание этого письма содержит в себе только; благовестие, выраженное в наиболее сильной форме. Очень часто это: послание воспринималось неверно, не принося читающему его никакой пользы из-за того, что он полагал его лишь еще одними «распрями о законе», против которых Павел предостерегал братьев.

6 И в знаменитых чем-либо, какими бы ни были они когда-либо, для меня нет ничего особенного: Бог не взирает на лице человека. И знаменитые не возложили на меня ничего более; напротив того, увидевши, что мне вверено благовестие для необрезанных, как Петру для обрезанных…

Деяния Апостолов сообщают, что в Антиохии было решено, что Павел и Варнава и некоторые другие должны отправиться в Иерусалим для обсуждения этого вопроса. Но Павел говорит, что он отправился в путь «по откровению» (Гал. 2:2). Он пошел туда не просто по решению собрания, но один и тот же Дух побуждал и его, и принимавших это решение. Он пошел не для того, чтобы узнать истину о Евангелии, но чтобы утвердить ее; не узнать, что же такое, в сущности, Евангелие, но сообщить то, о чем он проповедовал язычникам. Занимавшие видные места ничего не дали ему. Он получил Евангелие не от человека, и не нуждался в человеческом свидетельстве о том, что такое истина. Когда вещает Бог, вмешательство человека можно рассматривать лишь как дерзость. Бог знал, что братья в Иерусалиме нуждались в свидетельстве Павла и что новообращенные должны были убедиться в том, что посланные Богом говорят слова Божьи. Им нужна была уверенность, что, отвратившись от «многих богов» к одному Богу, они имеют одну истину и что Евангелие едино для всех людей.

Евангелие не магия

В этом мире нет ничего, что способно было бы даровать людям благодать и праведность, равно как нет ничего в мире, что мог бы сделать человек, чтобы обрести спасение. Евангелие — это сила Божья во спасение, но не сила человеческая. Любое учение, побуждающее уверовать в любой предмет — будь то образ, картина или что-либо иное, — или уверовать в спасение делами либо собственными усилиями, пусть даже эти усилия будут направлены к наидостойнейшей цели, есть извращение евангельской истины, то есть лжеевангелие. В Церкви Христовой нет «таинств», которые неким чудесным образом наделяют получающего их особой благодатью, но есть дела, которые человек, верующий в Господа Иисуса Христа и будучи этим оправдан и спасен, может делать как выражение своей веры. «Ибо благодатию вы спасены чрез веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился. Ибо мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2:8-10). В этом «истина благовествования», и за это стоял Павел. Это Евангелие на все времена.

Нет монополии на истину

На земле нет человека или группы людей, которые единолично владели бы истиной, так что желающий получить ее должен был бы обратиться к ним. Истина независима от человека. Истина от Бога, ибо Христос, будучи сиянием славы и образом ипостаси Его (Евр. 1:3), есть истина (Ин. 14:6). Всякий, получающий истину, должен получить ее от Бога, а не от человека, точно так же, как получил Евангелие Павел. Бог может прибегнуть к помощи людей как орудий или сосудов, и Он делает это, но истину дает лишь Он один. Ни имена, ни числа не определяют, что такое истина. Она не станет более действенной или более желанной, предлагает ли ее десять тысяч князей или один единственный смиренный труженик. И не может быть никакой уверенности в том, что десять тысяч будут иметь ее с большей долей вероятности, чем один. Каждый на земле может обладать истиной в такой мере, в какой он в ней нуждается, и не более того (см. Ин. 7:17; 12:35, 36). Тот, кто желает выступать в роли «папы», полагая, что единолично владеет истиной, и побуждая людей обращаться за нею, решив, что только он может давать или отнимать истину, утрачивает всякую истину, которой он обладал (если таковая была). Истина и папство не могут существовать вместе; ни папа, ни человек, стремящийся к его лаврам, не имеют истины. Как только человек получает истину, он перестает быть папой. Если бы папа римский обратился и стал учеником Христа, он в тот же час оставил бы папский престол.

Как не может быть человека, распоряжающегося истиной, так нет и мест, в которые человек должен непременно пойти, чтобы найти ее. Братьям из Антиохии не было нужды идти в Иерусалим, чтобы узнать истину или удостовериться в том, что это действительно истина. То, что она была провозглашена в определенном месте, вовсе не означает, что ее можно найти только там или что она вообще там есть. А фактически в самую последнюю очередь можно рассчитывать узнать истину именно в тех городах, где Евангелие возвещалось в первые века после Христа — Иерусалиме, Антиохии, Риме или Александрии.

Отчасти таким образом возникло папство. Предполагалось, что там, где проповедовали апостолы, можно найти истину во всей ее чистоте и что все люди должны были приобщиться к ней именно там. Предполагалось также, что городские жители должны знать об истине больше, чем деревенские. Поэтому, хотя вначале все епископы были на равном положении, вскоре получилось так, что «деревенские епископы» (chorepiscopoi) стали рассматриваться как нижестоящие по отношению к тем, кто исполнял свои обязанности в городах. Когда такое положение распространилось достаточно широко, следующим шагом стала борьба среди городских епископов за звание «величайшего», и эта безбожная борьба продолжалась до тех пор, пока Рим не добился желанного поста, предоставлявшего ему всю полноту власти.

Но Иисус был рожден в Вифлееме, который был «мал… между тысячами Иудиными» (Мих. 5:2), и прожил почти всю Свою жизнь в маленьком городке, столь невзрачном, что один бесхитростный человек искренне спросил: «Из Назарета может ли быть что доброе?» (см. Ин. 1:45–47). Впоследствии Иисус проживал в богатом городе Капернауме, но знали Его как «Иисуса из Назарета». Самая крохотная деревушка или даже забытый домишко в полях ничуть не дальше отстоит от небес, чем огромный город или папский дворец. А Бог — «Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, — Святый имя Его» — обитает с сокрушенными и смиренными духом (Ис. 57:15).

Наружность не имеет значения

Бог смотрит на сущность человека, а не на его репутацию. Репутация в значительной мере зависит от глаз взирающих на человека. Суть же его демонстрирует меру присутствующей в нем силы и мудрости Божьей. Богу безразлично официальное положение человека. Не положение дает авторитет, но авторитет дает реальное положение. Многие из смиренных бедняков, не имевших никаких официальных титулов, занимали посты, более высокие по своей сути и более авторитетные, чем у всех царей земных. Авторитет — это не стесненное ни чем присутствие Божье в душе.

8 Ибо Содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников.

Слово Божье — слово живое и действенное (Евр. 4:12). Какую бы работу ни включало в себя благовествование, все, что удается сделать, принадлежит Богу. Иисус «ходил, благотворя… потому что Бог был с Ним» (Деян. 70:38). Он Сам сказал: «Я ничего не могу творить Сам от Себя» (Ин. 5:30). «Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела» (Ин. 14:10). Поэтому Петр говорит о Нем как о «Муже, засвидетельствованном вам от Бога силами и чудесами и знамениями, которые Бог сотворил чрез Него» (Деян. 2:22). Ученик не может быть выше своего Господа. Павел и Варнава на встрече в Иерусалиме рассказали, «какие знамения и чудеса сотворил Бог чрез них среди язычников» (Деян. 15:12). Павел за являл, что трудится он, чтобы «представить всякого человека совершенным во Христе Иисусе». «Для чего я и тружусь и подвизаюсь силою Его, действующею во мне могущественно» (Кол 1:28, 29). Этой же силой может обладать смиреннейший из верующих, «потому что Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению» (Флп. 2:13). Имя Иисуса — Еммануил, «с нами Бог». Пребывавший с Иисусом Бог побуждал Его ходить благотворя. Он не меняется, поэтому если мы воистину имеем Иисуса, то Бог с нами, и мы также можем ходить благотворя.

9 И узнавши о благодати, данной мне, Иаков и Кифа и Иоанн, почитаемые столпами, подали мне и Варнаве руку общения, чтобы нам идти к язычникам, а им к обрезанным, только чтобы мы помнили нищих, что и старался я исполнять в точности.

Братья в Иерусалиме явили свою связь с Богом, признав благодать, данную Павлу. Те, кто движим Духом Божьим, всегда с готовностью признают деяния Духа в других. Вернейшее свидетельство того, что человек не знает лично Духа, — неспособность признать Его деяния. Другие апостолы имели Духа, и они признали, что Бог избрал Павла для особого служения среди язычников. Несмотря на то, что трудился он иначе, чем они, ибо Бог наделил его особым даром для особой работы, апостолы с готовностью подали ему руку общения с единственной просьбой помнить о нищих среди своего народа, «что и старался я исполнить в точности».

Совершенное единство

Вспомните о том, что среди апостолов, равно как и в Церкви, не было единого мнения относительно того, что же такое, в сущности, Евангелие. Действительно, были и «лжебратия», но будучи таковыми, они не входили в Церковь, тело Христово, которое есть истина. Многие искренние люди, полагающие себя христианами, считают почти непременным, чтобы в Церкви были различия. «Каждый видит по-своему» — вот общераспространенное мнение. Они неверно понимают (Еф. 4:13), истолковывая этот текст так, будто Бог наделил нас дарами, «доколе все придем в единство веры». Слово же Писания учит нас тому, что «в единстве веры и познании Сына Божия» мы все придем «в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова». Есть лишь «одна вера» (Еф. 4:5), вера Иисусова, как есть лишь один Господь; и не имеющие этой веры не могут быть во Христе.

Истина есть Слово Божье, а Слово Божье есть свет; лишь слепец не узрит сияние света. То, что человеку не доводилось встречать иного источника света, освещающего ночь, помимо тусклой свечи, никак не может помешать ему признать, что свет электрической лампы — тоже свет, в первый же момент, как он его увидит. Существуют, безусловно, разные стадии познания, но они никоим образом не противостоят друг другу. Истина едина.

11 Когда же Петр пришел в Антиохию, то я лично противостал ему, потому что он подвергался нареканию. Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных. 'Вместе с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием.

Нет необходимости преувеличивать ошибки Петра или любого иного доброго человека или долго рассуждать о них. Это не принесет нам пользы. Но следует отметить это исчерпывающее свидетельство того, что Петр никогда не воспринимался «первым из апостолов» и что никогда он не считал себя папой. Представьте себе, чтобы какой-нибудь священник, епископ или кардинал открыто противостоял папе в публичном собрании!

Но Петр совершил ошибку, причем в очень важном положении веры, поскольку он не был безгрешным. Он смиренно принял упреки от Павла, как и подобает искреннему и кроткому христианину, каковым он и был. Если бы в Церкви действительно был человек-руководитель, то, очевидно, это был бы не Петр, а Павел, о чем свидетельствует все повествование. Павел был послан к язычникам, а Петр к евреям; но евреи составляли лишь незначительную часть Церкви; обращенные из язычников вскоре превзошли их числом до такой степени, что присутствие евреев было едва различимым. Все эти христиане в значительной мере были плодом трудов Павла, и, естественно, они обращались к нему чаще, чем к другим, поэтому Павел мог сказать, что ежедневно на нем лежит «забота о всех церквах» (2 Кор. 11:28). Но человеку не дано быть непогрешимым, и Павел никогда не претендовал на это. Величайший человек в Церкви Христовой не имел никакого господства над более слабыми. Иисус сказал: «Один у вас Учитель — Христос, все же вы — братья» (Мф. 23:8). А Петр наставлял: «Все же подчиняйтесь друг другу» (1 Петр. 5:5).

Будучи на церковном соборе в Иерусалиме, Петр рассказывал о том, как язычники воспринимали Евангелие через его проповедь: «И Сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам, и не положил никакого различия между нами и ими, верою очистив сердца их» (Деян. 15:8. 9). Почему? Поскольку, зная сердца, Он ведал, что «все согрешили и лишены славы Божией», и поэтому каждый имеет лишь один-единственный путь ко спасению, «получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе». (Рим. 3:23, 24). И все же, после того, как Господь показал это, — после благовествования язычникам, убедившись, что Святой Дух наделяет их теми же дарами, что и верующих из евреев; после того, как он ел вместе с этими обращенными язычниками, твердо стоя на своих убеждениях; после того, как на соборе он ясно свидетельствовал о том, что Бог не делает никакого различия между евреями и язычниками; и даже после того, как он сам не делал такого различия, — Петр вдруг, как только появились «некоторые люди», не одобрявшие такой; свободы, делает различие! «Он стал таиться и устраняться, опасаясь — , обрезанных». По словам Павла, это было «лицемерием», не только v неверным по своей сути, но смущающим и сбивающим с пути учеников. На какой-то момент Петром овладел страх, а не вера.

В противоречии с евангельской истиной

Волна страха, казалось, прокатилась среди верующих из евреев, поскольку «с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием». Конечно же, «они не прямо поступают по истине Евангельской» (Гал. 2:13. 14); но сам факт лицемерия еще не исчерпывал обвинения в пренебрежении евангельской истиной. При существовавших обстоятельствах это было публичным отрицанием Христа — таким же, как и тогда, когда объятый страхом Петр уже однажды сделал это. Слишком часто мы и сами повинны в таком же грехе, чтобы позволить себе судить; мы можем лишь от метить это событие и вполне естественные его последствия как предостережение.

14 Но когда я увидел, что они не прямо поступают по истине Евангельской, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-Иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-Иудейски?

Мы уже видели, каким образом действия Петра и других привели к фактическому, хотя и неумышленному, отрицанию Христа. Только что завершился острый спор вокруг проблемы обрезания. По сути, решался вопрос об оправдании и спасении — происходит ли спасение по одной лишь вере во Христа или по каким-то внешним признакам? Совершенно ясно было засвидетельствовано, что спасение дается единственно по вере; теперь же, когда спор этот еще у всех в памяти, когда «лжебратия» распространяют свои ереси, эти верные братья вдруг почитают верующих из язычников хуже себя, поскольку они не обрезаны. Фактически им как бы говорилось: «Пока вы не совершите обрезания, вы не можете получить спасение». Своими действиями Петр и последовавшие за ним намекали: «Мы тоже в сомнении относительно силы веры во Христа как единственного пути ко спасению; в сущности, мы верим, что спасение зависит от обрезания и дел закона; вера во Христа — дело доброе, но ее недостаточно». Павел не мог смириться с таким попранием евангельской истины и тут же обратился к самой сути проблемы.

15 Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники; однако же, узнавши, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не дела ми закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть.

Хотел ли Павел сказать, что, будучи евреями, они поэтому почитались безгрешными? Конечно же, нет, поскольку он тут же добавляет, что для оправдания они уверовали в Иисуса Христа. Просто они были грешниками из евреев, а не грешниками из язычников! Чем бы ни хвалились они как евреи, засчитывалась им лишь вера во Христа, а в та ком случае становилось вполне очевидным, что грешники из язычников также могут быть спасены непосредственно по вере во Христа, не про ходя через мертвые формы обрядовости, которые ничем не помогали евреям и которые соблюдались в основном в результате неверия.

«Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников» (1 Тим. 1:15}. Все согрешили и все равным образом виновны перед Богом, но все, независимо от своей расы или положения, могут принять это, сказав: «Он [Христос] принимает грешников и ест с ними» (Лк. 15:2). Обрезанный грешник ничем не лучше необрезанного; состоящий в церкви грешник ничем не лучше того, кто вне церкви. Прошедший через обряд крещения грешник ничем не лучше грешника, не заявлявшего о своей приверженности к религии. Грех есть грех, и грешники есть грешники, будь то в церкви или за ее пределами. Но, слава Богу, Христос принес Себя в жертву за наши грехи, как и за грехи всего мира. Есть надежда как для необращенного члена Церкви, так и для грешника, никогда не упоминавшего имени Христа. То же Евангелие, которое проповедуется миру, должно быть проповедано и для Церкви, ибо есть лишь одно Евангелие. Оно служит для обращения грешников в мире так же, как и для грешников, состоящих в членах Церкви. И одновременно оно обновляет действительно пребывающих во Христе.

По своему смыслу слово «оправдаться» означает «стать праведным». По-латински праведность — justitia. Быть справедливым значит быть праведным. В определенном смысле мы называем «оправданным» человека, который не делал того дурного, в чем его обвиняют. Такой человек не нуждается в оправдании, поскольку он уже праведен. Но поскольку «все согрешили», нет никого, кто был бы праведен пред Богом. Поэтому все мы нуждаемся в оправдании.

Итак, Закон Божий есть праведность (см. Рим. 7:12; 9:30, 31; Пс. 118:172). Столь высоко ставил Павел закон, что он верил во Христа для обретения той праведности, которую закон требует, но не может дать: «Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог по слал Сына Своего в подобии плоти греховной а жертву за грех и осудил грех во плоти, чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу» (Рим. 8:3, 4). Закон, провозглашающий всех людей грешниками, не мог оправдать их, не декларировав, что грех не есть грех. А это было бы не оправданием, но противоречием.

Должны ли мы в таком случае отменить закон? Упорно его нарушающие были бы рады отменить закон, провозглашающий их виновными. Но отменить Закон Божий невозможно, поскольку он отражает жизнь и характер Бога. «Посему закон свят, и заповедь свята и праведна и добра» (Рим. 7:12). Читая начертанный закон, мы обнаруживаем в нем ясное изложение своих обязанностей. Но мы не исполнили его. Поэтому мы виновны.

Более того, нет человека, который бы обладал силою соблюдать закон, ибо требования его велики. Хотя никто не может быть оправдан по делам закона, вина этого не в самом законе, но в человеке. Примите Христа в сердце верою, и тогда вместе с Ним войдет и праведность закона. Как сказал псалмопевец, «я желаю исполнить волю Твою, Боже мой, и закон Твой у меня в сердце» (Пс. 39:9). Тот, кто готов отвергнуть закон, не называющий зло добром, готов также отвергнуть Бога, поскольку Он грех «не оставляет без наказания» (Исх. 34:7). Но Бог устранит вину и таким образом сделает грешника праведным, то есть приведет его в соответствие с законом.

Многие погибли по причине невнимания к тому, что же в точности гласит Писание. В оригинале в Гал. 2:16 говорится о «вере Христовой» точно так же, как в Откр. 14:12 сказано о «вере Иисуса». Он «начальник и совершитель веры» (Евр. 12:2). «Вера от слышания, а слышание от слова Божия» (Рим. 10:17), и Христос есть Слово. Даруя Христа человеку, Бог каждому уделил его меру веры (см. Рим. 12:3).

Следовательно, никто не имеет основания утверждать, что вера его слаба. Он мог не принять дар и не воспользоваться им, но такого понятия, как «слабая вера», нет. Человек может быть «слабым в вере», то есть он может страшиться довериться вере; но сама вера столь же сильна, как Слово Божье. Лишь один Христос праведен. Он одолел мир. Лишь Он один обладает силою для этого. В Нем вся полнота Божья, поскольку в сердце Его заложен Закон — Сам Бог. Лишь Он один соблюдал и способен соблюдать закон в совершенстве. Поэтому лишь Его верою — живой верою, то есть Его жизнью в нас, — мы можем стать праведными.

Но этого достаточно. Он «Камень испытанный». Даруемая Им вера — Его собственная испытанная и опробованная вера, которая не подведет нас ни в каких испытаниях. Нас увещевают не пытаться поступать так же, как Он, и не стремиться проявлять такую же веру, что и Он, но просто принять Его веру и позволить ей действовать в сердце любовью и чистотой. И она это сделает!

«А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими» (Ин. 1:12). Это значит, что все уверовавшие во имя Его, получили Его. Уверовать в Его имя означает уверовать в то, что Он Сын Божий. Последнее, в свою очередь, означает уверовать в то, что Он явился во плоти, в плоти человеческой, в нашей плоти. Ибо имя Его означает «с нами Бог».

Поэтому, уверовав во Христа, мы получаем оправдание по вере Христовой, поскольку Он Сам приходит к нам, и в нас живет Его вера. Вся власть небесная и земная в Его руках. Признавая это, мы просто позволяем Ему использовать Свою власть так, как Он этого желает. И Он делает это в «преизобилии» «силою, действующею в нас».

17 Если же, ища оправдания во Христе, мы и сами оказались грешниками, — то неужели Христос есть служитель греха? Никак!

Иисус Христос есть «Святый и Праведный» (Деян. 3:14). «Он явился для того, чтобы взять грехи наши и… в Нем нет греха» (1 Ин. 3:5). Он не только «не сделал никакого греха» {1 Петр. 2:22), но и «не знал греха» (2 Кор. 5:21). Поэтому невозможно, чтобы грех исходил от Него. Он не несет в Себе греха. В том потоке жизни, который проистекает из сердца Христова через Его рану, нет ни грана нечистоты. Он не служитель греха, то есть Он не служит грехом никому.

Если в каждом, кто искал (и находил) праведность через Христа, впоследствии обнаруживался грех, то происходило это в результате того, что этот человек перекрывал струящийся поток, и вода в нем застаивалась. Не было дано свободы Слову, чтобы оно могло прославиться. А где нет жизни, там смерть. Винить в этом можно лишь самого человека. И пусть не распространяются называющие себя христианами о собственном несовершенстве, говоря о невозможности для христианина жить безгрешной жизнью. Для истинного христианина, обладающего полнотой веры, невозможно жить иначе. «Мы умерли для греха: как же нам жить в нем?» (Рим. 6:2). «Всякий, рожденный от Бога, не делает греха, потому что семя Его пребывает в нем; и он не может грешить, потому что рожден от Бога» (1 Ин. 3:9). Поэтому «преизобилуйте в Нем».

18 Ибо, если я снова созидаю, что разрушил, то сам себя делаю преступником.

Если христианин избавляется от своих грехов через веру Христову, а затем возобновляет их, он вновь становится нарушителем закона, нуждающимся во Христе.

Не забывайте, что апостол говорит о тех, кто уверовал в Иисуса Христа и был оправдан по вере Христовой. В Рим. 6:6 Павел пишет: «Ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху».

Упразднено тело греховное, и упразднено оно лишь посредством личного присутствия в нас жизни Христовой. Оно упразднено для каждого, поскольку Христос в Своей плоти устранил «вражду» плотских помышлений. Он принял на Себя наши грехи и наши слабости. Победа была одержана для каждой души, и враг был обезоружен. От нас требуется лишь принять завоеванную Христом победу. Победа над грехом — уже реальность. Вера делает ее реальной и для нас. Утрата веры выводит нас за рамки этой реальности, и ветхое тело греха возрождается вновь. Устраненное верой воссоздается вновь неверием. Помните о том, что это устранение тела греха, хотя и совершенное Христом для всех, является тем не менее личным делом каждого человека.

19 Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога.

Многим казалось, что факт смерти «для закона» равносилен смерти закона. Никоим образом. Закон должен действовать во всей своей полноте, иначе никто не мог бы умереть для него. Как умирает человек для закона? Сполна получая свое наказание — смерть. Он умер, но закон, приговоривший его к смерти, сохраняется в такой же силе и готов приговорить к смерти другого преступника. Давайте теперь представим себе, что казненный за какое-то тяжкое преступление преступник некоей чудесной силой ожил вновь. Разве он не будет мертв для закона? Безусловно. Ничто из соделанного им не может быть вменено ему в вину законом. Но если он опять совершит преступление, закон вновь предаст его казни уже как другого человека. Я поднят из смерти, которая постигла меня по закону за мои грехи, и ныне я хожу «в обновленной жизни». Как когда-то Саул, я обращен Духом в «иного человека» (1 Цар. 10:6).

20 Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня.

Но пока мы не будем сораспяты с Ним, Его смерть и воскресение не дадут нам ничего. Если крест Христа отделен от нас и находится вне нас, пусть даже на какое-то мгновение и всего лишь на волосок от нас, это для нас равносильно тому, что Он не был распят вовсе. Если люди желают узреть Христа распятого, они должны смотреть вверх, поскольку этот воздвигнутый на Голгофе крест простирается от утраченного рая до рая восстановленного, охватывая весь греховный мир. Распятие Христа — это не событие одного лишь дня. Он «Агнец, закланный от создания мира» (Откр. 13:8). И муки Голгофы не завершатся, пока во вселенной существует хотя бы один грех или хотя бы один грешник. Сейчас Христос несет грехи всего мира, ибо «все Им стоит». И когда Он вынужден будет отсечь неисправимых грешников, ввергнув их в огненное озеро, их страдания не будут больше тех, которые отвергнутый ими Христос испытал на кресте.

«Он грехи наши Сам вознес Телом Своим на древо» (1 Петр. 2:24). Повиснув на древе, Он «сделался за нас клятвою» (Гал. 3:13). На кресте Он нес не только слабости и грехи человечества, но и проклятие земли. Тернии есть знамение проклятия (Быт. 3:17, 18), а Христос понес тер новый венец. Всякое проклятие понес на Себе Христос.

Каждый раз, когда мы видим падшего, покрытого шрамами, жал кого человека, мы должны видеть также и распятого за него Христа. Христос на кресте несет все грехи, на Нем грехи и этого человека. Из-за своего неверия он может испытывать весь огромный вес этого бремени. Но уверовав, он освободится от своей ноши. Христос несет грехи всего мира на кресте. Поэтому, где бы мы ни видели грех, там обязательно будет и крест Христа.

Грех — проблема индивидуальная. Он пребывает в сердце человека. «Ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, пре любодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство. Все это зло извнутрь исходит и оскверняет человека» (Мк. 7:21–23). «Лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено» (Иер. 17:9). Грех пропитал каждую клетку нашего существа. Мы рождены в нем, и жизнь наша — грех, поэтому невозможно отнять у нас грех, не отнимая жизни. Я нуждаюсь в освобождении от своего личного греха — не только от совершенного мной лично, но также и от того, который обретается в моем сердце, от греха, составляющего всю мою жизнь.

Грех мой совершен мною, он во мне, и я не в состоянии отделить его от себя. Могу ли я возложить его на Господа? Да. Но как? Могу ли я взять его в руки и отбросить от себя, возлагая мой грех на Бога? Имея силу отдалить его от себя хотя бы на толику, я был бы в безопасности независимо от того, куда он делся, поскольку во мне моего греха уже не нашлось бы. А в таком случае мне не понадобился бы Христос. Ибо если греха нет во мне, то не важно, где он. Он будет вне меня, а я буду чист. Но я не в состоянии сделать ничего, что могло бы спасти меня. Поэтому тщетны все попытки отделить от себя грехи.

Следовательно, кто бы ни нес мои грехи, он должен прийти туда, где пребываю я, — он должен войти в меня. Именно это и делает Христос. Христос есть Слово, и всем грешникам, оправдывающим себя словами о своем неведении относительно Божьих требований, Он говорит: «Весьма близко к тебе слово сие; оно в устах твоих и в сердце твоем, чтоб исполнить его» (см. Втор. 30:11–14). Поэтому «если устами твоими будешь исповедовать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься» (Рим. 10:9). Что должны мы исповедовать об Иисусе Христе? Истину о том, что Он рядом, что Он в наших устах, в нашем сердце, веруя в то, что Он воскрес из мертвых. Восставший Спаситель — распятый Спаситель. Если в сердце грешника пребывает восставший Христос, значит там и Христос распятый. Если бы это было не так, мы лишились бы упования. Возможно верить в то, что Иисус был распят две тысячи лет тому назад, и при этом умереть в своих грехах. Но уверовавший в то, что Христос был распят и воскрес в нем, имеет спасение.

Любому человеку в мире для того, чтобы спастись, необходимо уверовать в истину, то есть признать и принять факты, увидеть положение дел в их истинном свете и покаяться. Всякий, уверовавший в то, что Христос распят в нем, восстал в нем и обитает в нем, имеет спасение от греха. Он будет спасенным, пока придерживается этого убеждения. Это единственно истинное исповедание веры.

Как уже отмечалось, из десятой главы Послания к Римлянам мы узнали о том, что Христос Духом Своим приходит к каждому человеку — «скорый помощник в бедах» (Пс. 45:2). Он приходит к грешнику, дабы тот мог обрести всякую возможность отвратиться от греха и обратиться к праведности. Он есть «путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6). Помимо Бога нет иной жизни. Но хотя Он приходит ко всякому человеку, не всякий являет собой Его праведность, ибо некоторые «подавляют истину» (Рим. 1:18).

Павел вдохновенно молился о том, чтобы утвердиться силою Духа Божьего во внутреннем человеке, «дабы вам исполниться всею полнотою Божиею» (Еф. 3:16–19).

Христос распят в грешнике, поскольку, где бы ни встречались грех и проклятие, Христос несет их. Для того, чтобы сораспяться со Христом, грешнику необходимо лишь, чтобы смерть Христа стала его смертью, чтобы жизнь Иисуса проявилась в его смертной плоти. Вера в непреходящую власть и всемогущество Божье, являемая во всем, Им сотворенном, даст возможность всякому уяснить эту истину. «Что ты сеешь, не оживет, если не умрет» (1 Кор. 15:36). «Если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Ин. 12:24). Поэтому всякий, распятый вместе со Христом, сразу же начинает жить как иной человек. «И уже не я живу, но живет во мне Христос».

Но ведь в реальности Христос был распят 1800 лет тому назад, не так ли? Безусловно. Тогда как же возможно, чтобы Он нес на Себе мои личные грехи? Каким образом могу я сораспяться с Ним? Вполне возможно, что мы не в состоянии уяснить это, но ситуация от этого не меняется. Памятуя о том, что Христос есть жизнь, даже «вечная жизнь, которая была у Отца и явилась нам» (1 Ин. 1:2), мы сможем отчасти понять это. «В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков». Он — «Свет истинный, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир» (Ин. 1:4, 9).

Плоть и кровь (то, что видимо глазу) не могут явить «Христа, Сына Бога Живого» (см. Мф. 16:16). «Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его. А нам Бог открыл это Духом Своим» (1 Кор. 2:9, 10). Ни один человек, как бы хорошо он ни был знаком с Плотником из Назарета, не может назвать Его Господом, «как только Духом Святым» (1 Кор. 12:3).

Духом, Своим личным присутствием Он может прийти к каждому человеку на земле, равно как и заполнить небеса, — чего не в состоянии был сделать Иисус во плоти. Поэтому Он счел разумным уйти и послать Утешителя. «Он есть прежде всего, и все Им стоит» (Кол. 1:17). Иисус Назорей был Христом во плоти. Слово, бывшее от начала, которым держится все сущее, есть Христос Божий. Что касается нашего мира, то жертва Христова берет свое начало от сотворения мира.

События Голгофы показали всем то, что происходило с момента появления греха и что продлится до тех пор, пока не спасется каждый, желающий получить спасение, — то, как Христос несет на Себе грехи мира. Он несет их и сейчас. Одного акта смерти и воскресения было достаточно на все времена, ибо в Нем та жизнь вечная, которую мы ищем. Поэтому нет нужды в повторении этой жертвы. Эта жизнь даруется всем, и повсюду, и всякий, принимающий ее по вере, получает всю полноту преимуществ от жертвы Христовой. Собою Он «произвел очищение от грехов». Всякий, отвергающий жизнь, утрачивает преимущества Его жертвы.

Христос жил Отцом (Ин. 6:57). Такова была Его вера в данное Ему Богом слово, что Он неоднократно и с уверенностью утверждал, что после смерти Он восстанет на третий день. В этой вере Он и умер со словами: «Отче! в руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23:46). Вера, давшая Ему победу над смертью, дала Ему также и полную победу над грехом. Входя в нас верой, Он наделяет нас той же верой, ибо Он «вчера и сегодня и вовеки Тот же» (Евр. 13:8).

Не мы живем, но Христос живет в нас, прибегая к Своей вере, чтобы избавить нас от власти сатаны. Что же нам делать? Дать Ему возможность жить в нас, как Он этого желает. «Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Флп. 2:5). Как мы можем впустить Его? Признав Его и исповедуя Его.

«Живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня». Насколько это индивидуально! Я тот, кого Он возлюбил! Всякая душа в мире может сказать: «Он возлюбил меня и отдал Себя за меня». Павел умер, но написанные им слова живы. Они относятся не только к Павлу, но и к любому другому человеку. Это слова, которые Дух вкладывает в наши уста, если мы желаем получить их. Всякий отдельный человек во всей полноте наделяется даром Христовым. Христос неделим, но всякая душа получает Его во всей полноте, словно нет никого другого во всем мире. Каждый полностью получает все сияние света. То, что солнце должно изливать свой свет на миллионы людей, никак не уменьшает тот объем света, который получаю я. Я получаю все его дары полностью. Я не мог бы получить больше, будь я единственным человеком в мире. Так и Христос дает Себя мне, как если бы я был единственным грешником в мире. То же верно в отношении любого другого грешника.

Когда вы сеете пшеницу, вы получаете множество таких же семян, каждое из которых обладает той же жизнью и в таком же объеме, что и изначальное зерно. Так обстоит дело и с Христом, истинным Семенем. Умерев ради нас, дабы и мы могли стать истинным семенем, Он дает каждому из нас всю полноту Своей жизни. «Благодарение Богу за неизреченный дар Его!» (2 Кор. 9:15).

21 Не отвергаю благодати Божией. А если законом оправдание, то Христос напрасно умер.

Если мы в состоянии самостоятельно спасти себя, то смерть Христа напрасна, поскольку и без нее спасение можно заслужить. Но мы не можем спастись сами. И Христос умер не напрасно. Поэтому спасение лишь в Нем. Он способен спасти всех приходящих к Богу через Него. Кто-то должен спастись, иначе Его смерть напрасна. Но она не напрасна. Поэтому безусловно исполнится обетование: «Он узрит потомство долговечное, и воля Господня благоуспешно будет исполняться рукою Его» (Ис. 53:?0).

Всякий желающий может спастись. Поскольку Он умер не напрасно, смотрите, «чтобы благодать Божия не тщетно была принята вами» (2 Кор. 6:1).

ГЛАВА 3

Искупленные от проклятия

Принявшие Евангелие галаты были сбиты с пути лжеучителями, представившими им «иное благовествование», лжеевангелие, поскольку истинное Евангелие одно и дано на все времена и всем людям.

Это ложное благовествование было представлено так: «Если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись». И хотя сейчас, в наши дни, не стоит вопрос о том, должен ли человек проходить обряд обрезания для того, чтобы спастись, вопрос о спасении — получаем ли мы его по делам своим или одним лишь Христом — остается столь же насущным.

Вместо того, чтобы обрушиться на заблуждения и противостоять им вескими доводами, апостол начинает с вполне уместного примера. В своем послании он показывает, что спасение всецело достигается лишь по вере, но никак не по делам, и это условие одинаково для всех людей. Как Христос пережил смерть ради каждого человека, так и каждый человек должен испытать личный опыт Христа — Его смерть, воскресение и новую жизнь. Христос во плоти делает то, чего не может сделать закон (Гал. 2:21; Рим. 8:3, 4). Но именно это свидетельствует о праведности закона. Будь закон неверен, Христос не выполнил бы его требования. Он демонстрирует праведность закона, исполняя или делая то, что требуется законом, — не просто для нас, но в нас. Мы «не отвергаем благодати Божией». Если праведности можно достичь исполнением закона, то «Христос напрасно умер».

Но утверждать, что закон может быть отменен или что требованиями его можно пренебречь, также означает, что Христос умер напрасно. Давайте вновь повторим, что праведность достигается не законом, но одной лишь верою во Христа. То, что праведности, согласно закону, можно достичь лишь посредством распятия, воскресения и жизни Христовой в нас, демонстрирует безграничное величие и святость закона.

1 О несмысленные Галаты! кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых пред глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый?

«Послушание лучше жертвы и повиновение лучше тука овнов. Ибо непокорность есть такой же грех, что волшебство, и противление то же, что идолопоклонство» (1 Цар. 15:22, 23). Непокорность и мятеж есть отрицание Бога. А отвергающий Бога отдает себя под управление духам зла. Всякое идолопоклонство — служение дьяволу. «Язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу» (1 Кор. 10:20). Середины быть не может. Христос говорит: «Кто не со Мною, тот против Меня» (Мф. 12:30). Непослушание, отрицание Господа есть дух антихриста. Галатские братья, как мы уже видели, отступались от Бога; соответственно они неизбежно, хотя, возможно, и несознательно, впадали в идолопоклонство.

Защита от спиритизма

Спиритизм — еще одно название для явления, которое в древности называли колдовством и чародейством. Это мошенничество, но мошенничество не такого рода, как полагают многие. В нем есть и реальность. А мошенничество заключается в том, что, хотя спиритизм претендует на установление связи с духами умерших, фактически он общается лишь с бесовскими духами, поскольку «мертвые ничего не знают». Стать медиумом спиритизма означает отдаться под власть бесов.

Против этого есть лишь одна защита — твердо держаться Слова Божьего. Безответственно относящийся к Слову Божьему прерывает свою связь с Богом и подпадает под влияние сатаны. Человек может в самых сильных выражениях осуждать спиритизм, но если он не придерживается Слова Божьего, то рано или поздно обязательно собьется с пути, увлеченный сильным искушением антихриста. Лишь тесная связь со Словом Божьим способна удержать от искушения, надвигающегося на весь мир (Откр. 3:10). «Дух, действующий ныне в сынах противления» (Еф. 2:2) — это дух сатаны, дух антихриста, и благовестие Христово, открывающее праведность Божью (Рим. 1:16, 17), — единственно возможное спасение от его козней.

Христос распят перед нами

Когда Павел проповедовал галатам, Иисус представал перед ними, будто распятый у них на глазах. Столь яркой была эта проповедь, что они могли видеть распятого Христа. И дело было не только в красноречии Павла или в живом воображении галатов. Через Павла Святой Дух позволил им узреть распятого Христа.

То, что случилось с галатами, не относится лишь к ним одним. Крест Христа не относится к событиям, время которых уже прошло. Слова: «взойди на крест» — не пустая фраза, но приглашение, которому можно последовать буквально.

Лишь увидев перед своими глазами распятого Христа, увидев во всех подробностях крест Христов, человек познает реальность Евангелия. Пусть насмехаются те, кому так хочется, — то, что слепец не способен узреть солнце и отрицает его свет, не удержит видящего солнце от воспевания его славы. Многие могут подтвердить, что, когда апостол говорит о том, что Христос был распят перед глазами галатов, это не просто образное выражение. Они также пережили это ощущение. Бог полагает, что это исследование галатов еще до своего завершения может помочь раскрыть глаза многим людям!

2 Сие только хочу знать от вас: чрез дела ли закона вы получили Духа, или чрез наставление в вере?

Вопрос: «Чрез дела ли закона вы получили Духа, или чрез наставление в вере?» — предполагает лишь один ответ. Дух дается тем, кто верует (Ин. 7:38, 39; Еф. 1:13). Вопрос говорит также и о том, что галаты получили Святого Духа. Нет иного способа начать христианскую жизнь. «Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым» (1 Кор. 12:3). В начале Дух Божий носился над водами, содержа в Себе жизнь и движение творения, ибо без Духа не может быть ни движения, ни жизни. «Не воинством и не силою, но Духом Моим, говорит Господь Саваоф» (Зах. 4:6). Один лишь Дух Святой может исполнить совершенную волю Божью, и никакие дела человеческие не способны принести Его в душу; точно так же как не может мертвый произвести дыхание, которым он оживет. Те, к кому Павел обращался со своим посланием, видели распятого Христа перед своими глазами и приняли Его через Духа. А вы видели Его? Приняли Его?

3 Так ли вы несмысленны, что, начавши духом, теперь оканчиваете плотию?

«Несмысленные» — это слишком мягкое определение! Человек, не обладающий силой для того, чтобы начать работу, полагает, что имеет силу, чтобы закончить ее! Не имеющий сил для того, чтобы самостоятельно ходить или даже стоять, полагает, что их у него достаточно для того, чтобы выиграть соревнование по бегу!

Кто имеет власть над своим рождением? Никто. Мы все рождаемся в мир, не имея власти над собственным рождением. Мы рождаемся, не обладая силой. Поэтому всякая сила, которая проявляет себя в нас, происходит из иного, нежели мы, источника. Вся она дается нам. Новорожденный ребенок олицетворяет человечество. «Человек родился в мир». Вся сила, которой обладает человек сам по себе, обнаруживается в младенце, когда он издает свой первый крик вместе с первым своим вздохом. Но даже и эта крохотная сила дана ему свыше.

Так же обстоит дело и в сфере духовной. «Восхотев, родил Он нас словом истины» (Иак. 1:18). Наша способность жить праведно своими силами ничуть не больше, чем способность родить себя. Работа, которая начата Духом, должна быть доведена до завершения Им же. «Мы сделались причастниками Христу, если только начатую жизнь твердо сохраним до конца» (Евр. 3:14). «Начавший в вас доброе дело будет совершать (его) даже до дня Иисуса Христа» (Флп. 1:6). И сделать это может лишь Он один.

4 Столь многое потерпели вы неужели без пользы? О, если бы только без пользы! Подающий вам Духа и совершающий между вами чудеса, чрез дела ли закона сие производит, или чрез наставление в вере?

Эти вопросы показывают, что опыт галатских братьев был столь глубоким и истинным, как и следовало ожидать от тех, перед чьими глазами был распят Христос. Дух был дан им, чудеса совершались между ними и даже ими самими, поскольку духовные дары сопровождают дар Духа. И за это живое благовествование они подвергались гонениям, поскольку «все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2 Тим. 3:12). Это еще более обостряет проблему. Став сопричастными к страданиям Христовым, они теперь удаляются от Него. И этот уход от Христа, через Которого единственно может явиться праведность, сопровождался непослушанием закону истины. Пусть и неосмысленно, но они неизбежно преступали закон, который они искали для своего спасения.

6 Так Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность.

Вопросы, содержащиеся в ст. 3, 4 и 5, уже предполагают ответ. Дух был дан и чудеса совершались не делами закона, но «чрез наставление в вере», то есть послушанием веры, ибо вера приходит от слышания Слова Божьего (Рим. 10:17). Поэтому труды Павла и первый опыт галатов в точности совпадали с опытом Авраама, вера которого была вменена ему в праведность. Не будем же забывать о том, что «лжебратия», проповедовавшие «иное благовестие» — даже ложное благовестие праведности по делам — были евреями, почитавшими Авраама за своего отца. Они хвалились тем, что являются «детьми» Авраама, указывая на обрезание как на доказательство этого. Но то, к чему они обращались как к доказательству своего родства с Авраамом, доказывало на самом деле совсем обратное, ибо «Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность». Авраам был праведным по вере еще до обрезания (Рим. 4:11). «Познайте же, что верующие суть сыны Авраама» (Гал. 3:7). Авраам оправдался не делами (Рим. 4:2, 3), но вера принесла ему праведность.

Эта проблема существует и поныне. Люди воспринимают обозначение за сущность, а цель за средства. Они видят, что праведность раскрывает себя в добрых делах. Поэтому и полагают, что добрые дела даруют праведность. Праведность, достигнутая верой, и добрые дела, не дающие заслуг, кажутся этим людям непрактичными и странными. Они называют себя «практичными» и верят, что достичь чего-либо можно лишь трудом и делами. Истина же заключается в том, что эти люди в высшей степени непрактичны. Человек, не обладающий в себе силой, — хотя бы для того, чтобы приподняться и принять предложенное ему лекарство, — не в состоянии добиться ничего. И любой совет о том, чтобы он попытался это сделать, будет непрактичным. Лишь в Господе праведность и сила (Ис. 45:24). «Предай Господу путь твой, и уповай на Него, и Он совершит, и выведет, как свет, правду твою, и справедливость» (Пс. 36:5, 6). Авраам — отец всех тех, кто верует для праведности, и только их. Самое «практичное», что может сделать человек, — это уверовать, как Авраам.

7 Познайте же, что верующие суть сыны Авраама. Писание, провидя, что Бог верою оправдает язычников, предвозвестило Аврааму: «в тебе благословятся все народы».

В этих стихах заложен глубочайший смысл. Уяснение его предостережет человека от многих заблуждений. И понять его совсем нетрудно; нужно лишь принять то, что говорит Павел.

(1) Этот текст повествует нам о том, что Евангелие проповедовалось еще во дни Авраама.

(2) Проповедовал его Сам Бог. Поэтому Евангелие это было единственным и верным.

(3) Это было то же Евангелие, которое проповедовал и Павел. Поэтому у нас нет иного Евангелия помимо того, которое проповедовал Авраам.

(4) Евангелие не отличается ничем от того, каким оно было во дни Авраама.

Сегодня Бог требует того же самого, что Он требовал тогда, и ничего более.

Кроме того, благая весть проповедовалась тогда язычникам, поскольку Авраам был «язычником». Он воспитывался как язычник, поскольку «Фарра, отец Авраама… служил иным богам» (Ис. Нав. 24:2). И Авраам был язычником до тех пор, пока ему не было проповедано Евангелие. Поэтому благовествование для язычников никак нельзя было назвать чем-то новым во дни Петра и Павла. Еврейский народ был взят из среды язычников, и лишь через благовествование язычникам Израиль был построен и спасен (см. Деян. 15:14–18; Рим. 11:25. 26). Уже существование народа Израильского само по себе было и остается веским доказательством того, что намерение Божье состоит в том, чтобы спасти Свой народ из среды язычников. Именно во исполнение этого намерения и существует Израиль.

Таким образом, мы видим, что апостол возвращает галатов (и нас) к источникам, к тому месту, где Сам Бог проповедует Евангелие нам — «язычникам». Ни один язычник не может надеяться спастись иначе или иным благовествованием кроме того, которым был спасен Авраам.

9 Итак верующие благословляются с верным Авраамом, а все, утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою. Ибо написано: «проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона».

Обратите внимание на тесную связь, существующую между этими и предшествующими стихами. Евангелие было проповедано Аврааму со словами: «В тебе благословятся все народы». Слово «язычники» и слово «народы» в ст. 8 происходят от одного и того же греческого слова. Это благословение есть преимущество праведности Христовой, как мы узнаем из Деян. 3:25, 26: «Вы сыны пророков и завета, который завещевал Бог отцам вашим, говоря Аврааму: «и в семени твоем благословятся все племена земные». Бог, воскресив Сына Своего Иисуса, к вам первым послал Его благословить вас, отвращая каждого от злых дел ваших». Поскольку Бог благовествовал Аврааму, говоря: «В тебе благословятся все народы», — уверовавшие благословились верою Авраама. Нет для человека иного благословения кроме того, которое получил Авраам! И проповеданное ему Евангелие — единственное для всякого человека под небесами. Имя Иисусово, в которое уверовал Авраам, спасает. «Нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» {Деян. 4:12). В Нем «мы имеем искупление Кровию Его и прощение грехов» (Кол. 1:14}. Прощение грехов несет с собой все благословения.

Противопоставление: «под клятвою»

Обратите внимание на резкое противопоставление в стихах 9 и 10. «Верующие благословляются», но «все, утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою». Вера несет благословение. Дела несут проклятие или, скорее, оставляют человека под проклятием. Проклятие лежит на всем, поскольку «неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя единородного Сына Божия» (Ин. 3:18). Вера устраняет проклятие.

Кто же пребывает под проклятием? Все, «утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою». Обратите внимание на то, что в тексте не говорится, что выполняющие закон пребывают под проклятием, поскольку это противоречило бы Откр. 22:14: «Блаженны те, которые соблюдают заповеди Его, чтобы иметь им право на древо жизни и войти в город воротами». «Блаженны непорочные в пути, ходящие в законе Господнем» (Пс. 118:1).

В таком случае, именно пребывающие в вере являются хранителями закона; ибо блаженны те, кто в вере, как блаженны и соблюдающие заповеди. Верою они соблюдают заповеди. Поскольку Евангелие противоречит человеческой природе, мы соблюдаем закон не делами, но верою. Если бы мы пытались достичь праведности делами, то использовали бы лишь возможности своей грешной человеческой природы и поэтому ничуть не приблизились бы к праведности, но, напротив, лишь отдалились от нее. Но веруя в «великие и драгоценные обетования», мы становимся «причастниками Божеского естества» (2 Петр. 1:4), и тогда все наши дела выполняются в Боге. «Язычники, не искавшие праведности, получили праведность, праведность от веры; а Израиль, искавший закона праведности, не достиг до закона праведности. Почему? потому что искали не в вере, а в делах закона; ибо преткнулись о камень преткновения, как написано: «вот, полагаю в Сионе камень преткновения и камень соблазна; но всякий, верующий в Него, не постыдится»» (Рим. 9:30–33).

Что такое проклятие

Невозможно, внимательно и вдумчиво прочитав Гал. 3:10, не уяснить себе, что проклятие — это нарушение закона. Непослушание Закону Божьему само по себе является проклятием, ибо «одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть» (Рим. 5:12). Грех подразумевает смерть. Без греха смерть была бы невозможной, поскольку «жало… смерти — грех» (1 Кор. 15:56). «Все, утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою». Почему? Потому что закон есть проклятие? Никоим образом: «Закон свят, и заповедь свята и праведна и добра» (Рим. 7:12). Почему же, в таком случае, полагающиеся на дела закона находятся под проклятием? Потому что написано: «Проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона».

Запомните: они прокляты не потому, что выполняют закон, но потому, что не выполняют его. В таком случае получается, что «утверждаться на делах закона» вовсе не означает, что кто-то выполняет закон. Нет! «Плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут» (Рим. 8:7). Все находятся под проклятием, и всякий, кто считает, что может избавиться от него своими делами, остается в нем. Поскольку «проклятие» означает не выполнение всего, что написано в законе, следовательно, «благословение» означает совершенное соблюдение закона.

Благословение и проклятие

«Вот, я предлагаю вам сегодня благословение и проклятие: благословение, если послушаете заповедей Господа, Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня, а проклятие, если не послушаете заповедей Господа, Бога вашего» (Втор. 11:26–28). Это живое слово Божье, обращенное к каждому из нас лично. «Закон производит гнев» (Рим. 4:15), но гнев Божий обрушивается лишь на сынов противления (Еф. 5:6}. Имея истинную веру, мы не осуждены, поскольку вера при водит нас в соответствие закону, жизни Божьей. «Но кто вникнет в закон совершенный, закон свободы, и пребудет в нем, тот, будучи не слушателем забывчивым, но исполнителем дела, блажен будет в своем действовании» (Иак. 1:25).

Добрые дела

Библия не умаляет добрые дела. Она, напротив, возвышает их. «Слово это верно; и я желаю, чтобы ты подтверждал о сем, дабы уверовавшие в Бога старались быть прилежными к добрым делам: это хорошо и полезно человекам» (Тит. 3:8). Неверующие обвиняются в том, что они «неспособны ни к какому доброму делу» (Тит. 1:16). Тимофея Павел наставляет: «Богатых в настоящем веке увещевай… чтобы они благодетельствовали, богатели добрыми делами» (1 Тим. 6:17, 18). И апостол Павел молился за всех нас: «Чтобы поступали достойно Бога, во всем угождая Ему, принося плод во всяком деле благом» (Кол. 1:10). Далее же мы получаем заверение, что Бог сотворил нас «во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2:10).

Сам Он приготовил эти дела для нас, предоставив их для всех, уповающих на Него (Пс. 30:20). «Вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал» (Ин. 6:29). Добрые дела приветствуются, но мы не в состоянии делать их. Их может делать лишь Тот, Кто благ, а это Бог. Если в нас и есть что-то доброе, то это Бог, действующий в нас. Все, что Он делает, — благо. «Бог же мира, воздвигший из мертвых Пастыря овец великого Кровию завета вечного, Господа нашего Иисуса (Христа), да усовершит вас во всяком добром деле, к исполнению воли Его, производя в вас благоугодное Ему чрез Иисуса Христа. Ему слава во веки веков. Аминь» (Евр. 13:20, 21).

11 А что законом никто не оправдывается пред Богом, это ясно, потому что праведный верою жив будет. А закон не по вере; но кто исполняет его, тот жив будет им.

Кто же праведен?

Читая часто повторяемые слова «праведный верою жив будет», необходимо ясно понимать, что же означает слово «праведный». В одном из английских переводов Библии (KJV) этот текст звучит так: «Оправданный будет жить по вере». Быть оправданным по вере означает стать праведным по вере. «Всякая неправда есть грех» (1 Ин. 5:17); и «грех есть беззаконие» (1 Ин. 3:4). Поэтому всякая неправедность есть нарушение закона, и, безусловно, всякая праведность есть послушание закону. Итак, мы видим, что оправданный или праведный человек — этот тот, кто соблюдает закон, а быть оправданным значит стать хранителем закона.

Как оправдаться

Благие дела — цель, к которой следует стремиться, а Закон Божий — мерило. «Закон производит гнев», ибо «все согрешили», и «гнев Божий приходит на сынов противления». Каким же образом можем мы исполнять закон и избегнуть гнева или проклятия? Вот ответ: «Праведный верою жив будет». Верою, а не делами мы становимся хранителями закона! «Сердцем веруют к праведности» (Рим. 10:10). Очевидно, что в глазах Божьих ни один человек не может оправдаться законом. Почему? Да именно потому, что «праведный верою жив будет». Если бы праведность была по делам, она не могла бы быть по вере: «Если по благодати, то не по делам; иначе благодать не была бы уже благодатию» (Рим. 11:6). «Воздаяние делающему вменяется не по милости, но по долгу; а не делающему, но верующему в Того, Кто оправдывает нечестивого, вера его вменяется в праведность» (Рим. 4:4, 5).

Здесь не может быть исключений или половинчатости. В Библии не сказано, что некоторые из оправданных будут живы верою или что они будут жить верою и делами. Просто «праведный верою жив будет». И это доказывает, что праведность достигается не делами, которые он делает. Все праведники оправданы и сохранены в праведности одной лишь верой. А происходит это из-за святости закона. Он слишком велик, чтобы человек мог его достичь; лишь силой Божьей можно его исполнить; поэтому верой мы получаем Господа Иисуса, а Он живет в нас в совершенстве закона.

Закон не по вере

«Закон не по вере». Конечно же, речь идет о законе начертанном, будь то в книге или на каменных скрижалях. Этот закон просто говорит: «Поступай так» или: «Не поступай так». «Но кто исполняет его, тот жив будет им». Это единственное условие, при котором начертанный закон предлагает жизнь. Засчитываются дела и только дела. Как достигается их выполнение, не важно, главное, чтобы они были. Но никому не удавалось выполнить требования закона, поэтому выполняющих закон нет; то есть нет таких, кто своей жизнью мог бы явить пример совершенного послушания закону.

«Кто исполняет его, тот жив будет им». Но для исполнения его нужно быть живым! Мертвец не может выполнить ничего, а тот, кто «мертв по преступлениям и грехам», не способен делать праведное. Христос — единственный, в Ком есть жизнь, ибо Он есть жизнь, и лишь Он исполнил и способен и впредь исполнять праведность закона. Когда же мы не отвергаем и не гоним, но признаем и принимаем Его, Он живет в нас во всей полноте Своей жизни, так что это более не мы, но Христос, Который живет в нас. И тогда соблюдение закона Христом, живущим в нас, делает нас праведными. Наша вера вменяется в праведность просто потому, что наша вера принимает Христа живого. В вере наши тела становятся храмами Божьими. Христос, Камень Живой, запечатляется в сердцах, которые превращаются в престолы Божьи. И таким образом во Христе живой закон становится нашей жизнью, ибо «из сердца источники жизни».

13 Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою, — ибо написано: «проклят всяк, висящий на древе», — дабы благословение Авраамово чрез Христа Иисуса распространилось на язычников, чтобы нам получить обещанного Духа верою.

Неизбежный вопрос

В этом послании нет никакого противоречия в вопросе о том, должен или не должен соблюдаться закон. Никто не говорит о том, что закон изменен, отменен или утратил свою силу. В письме не содержится никакого намека на это. Вопрос заключается не в том, следует ли соблюдать закон, но в том, как его соблюсти. Оправдание признается необходимостью. Но вот вопрос: «Достигается ли оно верой или делами?» «Лжебратия» убеждали галатов в том, что они должны сделаться праведными своими силами. Павел же, вдохновленный Духом, показывал им, что все эти попытки тщетны и приведут лишь к тому, что проклятие в еще большей степени будет на грешнике.

Праведность через веру в Иисуса Христа предлагается всем людям во все времена как единственная истинная праведность. Лжеучителя утверждались в законе, но, нарушая его, они вызывали поношение имени Божьего. Павел же утверждался во Христе, и праведность закона, которому он таким образом подчинился, послужила к славе Божьего имени в нем.

Жало греха

То, что смерть является проклятием, ясно из последней части ст. 13: «Проклят всяк, висящий на древе». Христос сделался проклятием для нас тем, что Он висел на древе, то есть был распят. Но грех — причина смерти: «Одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть; так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили» (Рим. 5:12). «Жало же смерти — грех» (1 Кор. 15:56). Таким образом, суть стиха 10 в том, что всякий, «не исполняющий постоянно всего, что написано в книге закона», мертв. Иными словами, непослушание — смерть.

«Похоть же, зачавши, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1:15). Во грехе смерть, и люди, пребывающие вне Христа, мертвы «по преступлениям и грехам» (Еф. 2:1). Не важно, что они будто бы полны жизни. Христос сказал: «Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6:53). «Сластолюбивая заживо умерла» (1 Тим. 5:6). Мы пребываем в живой смерти — в теле смерти (Рим. 7:24). Грех — это нарушение закона. Плата за грех — смерть. Проклятие, следовательно, — это смерть, таящаяся даже в самом привлекательном грехе. «Проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона».

Искупление от проклятия

«Христос искупил нас от клятвы закона». Те, кто невнимательно читают ст. 13, поспешно восклицают: «Нам нет нужды блюсти закон, потому что Христос искупил нас от его клятвы», как будто в этом тексте сказано, что Христос искупил нас от клятвы выполнения закона. Подобное чтение Писания бесполезно. Проклятие, как мы уже видели, кроется в непослушании: «Проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона». Поэтому Христос искупил нас от неисполнения закона. Бог «послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех… чтобы оправдание закона исполнилось в нас» (Рим. 8:3, 4).

Кто-то может легкомысленно сказать: «Тогда нет причин волноваться; все, что бы мы ни делали, будет верным с точки зрения закона, поскольку мы искуплены». Действительно, все мы искуплены, но не все приняли искупление. Многие говорят о Христе: «Мы не позволим этому Человеку править над нами», отталкивая от себя благословение Божье. Но искупление совершено для всех. Все были куплены драгоценной Кровью и жизнью Христа, и все, лишь стоит им этого пожелать, могут быть освобождены от смерти и греха. Этой Кровью мы искуплены от «суетной жизни, преданной вам от отцов» (1 Петр. 1:18).

Задумайтесь над тем, что это означает. Позвольте этому возвещению в полной мере проникнуть в ваше сознание. «Христос искупил нас от клятвы закона» — от неудачи в попытках соблюсти своими силами все его требования. Нам более не обязательно быть грешниками! Он разорвал опутывающие нас узы греха, и нам достаточно лишь принять предлагаемое Им спасение, чтобы освободиться от всякого осуждающего нас греха. Более нет нужды растрачивать жизнь в искренних устремлениях к лучшей доле и в тщетных сожалениях о несвершившемся. Христос не пробуждает ложных упований. Он приходит к узникам греха, восклицая: «Свобода! Двери вашей темницы распахнуты. Выходите». Что еще можно сказать? Христос одержал полную победу над нынешним миром зла, над миром, где «похоть плоти,

похоть очей и гордость житейская» (1 Ин. 2:16). Вера в Него делает Его победу нашей. От нас требуется лишь принять ее.

Христос «сделался за нас клятвою»

То, что «Христос… умер за нечестивых» (Рим. 5:6), очевидно всякому, читающему Библию. Он «воскрес для оправдания нашего» (Рим. 4:25). Безвинный пострадал за виновного, Справедливый — за неправедного. «Господь возложил на Него грехи всех нас. Он истязуем был, но страдал добровольно, и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и, как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих» (Ис. 53:6, 7). Но смерть вошла в мир грехом. Смерть — то проклятие, которое переходит на всех людей просто потому, что «все согрешили». Поэтому из того, что Христос «сделался за нас клятвою», следует, что Он сделался ради нас жертвою за грех (2 Кор. 5:21). Он «грехи наши Сам вознес Телом Своим на древо» (1 Петр. 2:24). Обратите внимание на то, что наши грехи были в Его Теле. Сделанное Им не было лишь поверхностной операцией. Наши грехи не были просто фигурально возложены на Него, но были в Теле Его. Он сделался «клятвою [проклятием]» за нас; Он «сделался грехом» за нас и, следовательно, понес за нас смерть.

Некоторым эта истина кажется неприемлемой. Для греков она — глупость; для евреев — камень преткновения. Для нас же, спасенных, она — «Божья сила» (см. 1 Кор. 1:23, 24). Вспомните о том, что Он понес наши грехи в Своем Теле — не Свои грехи, ибо Он никогда не грешил. То же Писание, которое повествует нам о том, что Он сделался грехом за нас, заверяет, что Он «не знал греха». То, что Он мог понести наш грех с Собой и в Себе, соделавшись грехом за нас, не совершив в то же время никакого греха, ведет к Его вечной славе и к нашему вечному избавлению от греха. На Нем были все грехи всех людей, и одновременно никто никогда не видел на Нем ни грана греха. Ни один грех никогда не проявлялся в Его жизни, хотя Он взял на Себя все грехи. Он взял их и поглотил силою той вечной жизни, которой Он поглощает смерть. Он способен понести грех, не запачкавшись им. Именно этой чудесной жизнью Он искупает нас. Он дает нам жизнь, чтобы мы могли освободиться от всякого греха, скрытого в нашей плоти.

Христос «во дни плоти Своей с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления могущему спасти Его от смерти, и услышан был за Свое благоговение» (Евр. 5:7). Но Он умер! Никто не отнимал у Него жизнь. Он положил ее, чтобы взять ее вновь (Ин. 10:17, 18). Узы смерти спали, «потому что ей невозможно было удержать Его». Почему смерть не могла удержать Его, несмотря на то, что Он добровольно отдал Себя в ее власть? Потому что Он «не знал греха». Он взял грех на Себя, но был спасен от его силы. Он «должен был во всем уподобиться братиям», «подобно нам, [Он] искушен во всем [был], кроме греха» (Евр. 2:17: 4:15). И поскольку от Себя Он не мог сделать ничего (Ин. 5:30), Иисус молился Отцу, чтобы Тот уберег Его, не дав Ему потерпеть поражение и тем самым подпасть под власть смерти. И Он был услышан. В Его случае исполнились следующие слова: «Господь Бог помогает Мне: поэтому Я не стыжусь, поэтому Я держу лице Мое, как кремень, и знаю, что не останусь в стыде. Близок оправдывающий Меня: кто хочет состязаться со Мною?» (Ис. 50:7, 8).

Чей грех так угнетал Его и от какого греха был Он избавлен? Не от Своего, поскольку у Него греха не было. Это был наш с вами грех. Наши грехи уже преодолены и побеждены. Нам нужно сражаться с уже побежденным врагом. Когда вы приходите к Богу во имя Иисуса, облекшись в Его смерть и жизнь, и не носите Его имя тщетно, ибо Христос живет в вас, вам следует лишь помнить о том, что всякий грех был на Нем и остается на Нем и что Он Победитель, — и тогда вы скажете: «Благодарение Богу, даровавшему нам победу Господом нашим Иисусом Христом!» (1 Кор. 15:57). «Но благодарение Богу, Который всегда дает нам торжествовать во Христе и благоухание познания о Себе распространяет нами во всяком месте» (2 Кор. 2:14).

Откровение креста

«Древо» подводит нас к неиссякаемой теме, представленной в Гал. 2:20 и 3:1, — присносущего креста:

(1) Искупление от греха и смерти совершено посредством креста (Гал. 3:13).

(2) Все Евангелие содержится во кресте. «Потому что оно есть сила Божия ко спасению всякому верующему» (Рим. 1:16). А «для нас спасаемых» крест Христов есть «сила Божия» (1 Кор. 1:18).

(3) Христос явлен падшему человечеству лишь как распятый и восставший Иисус. Нет другого имени под небом, данного человекам, которым можно получить спасение (Деян. 4:12). Поэтому крест — это все, что Бог являет людям, не желая смущать их. «Христа и Его распятого» — вот все, что Павел желает знать. Это все, что необходимо знать человеку. Люди нуждаются лишь во спасении. Получая его, они обретают все. Но спасение можно найти лишь на кресте Христа. Поэтому Бог не являет человеческому взору ничего более; Он дает им именно то, в чем они нуждаются. Бог являет распятого Иисуса Христа взору каждого человека, чтобы нельзя было оправдать свою погибель или упорное пребывание во грехе.

(4) Христос явлен перед людьми как распятый Искупитель; и поскольку люди нуждаются в спасении от проклятия, Он явлен им как несущий проклятие. Где бы мы ни видели проклятие, его несет Христос. Мы уже уяснили, что Христос нес и несет до сих пор проклятие самой земли, ибо Он был в терновом венце, а на землю было произнесено следующее проклятие: «Тернии и волчцы произрастит она тебе» (Быт. 3:18). Поэтому все творение, стонущее ныне под тяжестью проклятия, было искуплено через крест Христа (см. Рим. 8:19–23).

(5) На кресте Христос нес проклятие. Он сделался проклятием за нас. На это указывает то, что Он висел на кресте. Крест — символ не только проклятия, но также и избавления от проклятия, поскольку это крест Христа — Победителя и Избавителя.

(6) Где находится проклятие? Лучше спросить: а где его нет? Даже слепец увидит его, стоит ему лишь признать свидетельства его собственных чувств. Несовершенство и есть проклятие, подлинное проклятие. Несовершенство мы видим во всем, что связано с нашей землей. Несовершенен человек; даже самое прекрасное растение в каком-то отношении несовершенно. Наш взгляд видит лишь возможности для улучшения, даже если мы и не видим в них необходимости. Когда Бог сотворил землю, все было «весьма хорошо» или, выражаясь идиомой еврейского языка, «хорошо чрезвычайно». Сам Бог не видел ни необходимости, ни возможности для усовершенствования творения. Сейчас же положение иное. Садовод затрачивает свой труд и умственную энергию, пытаясь улучшить плоды и цветы, за которыми он ухаживает. А коль скоро наилучшие продукты земли демонстрируют проклятие, что уж говорить об искривленной недоразвитой поросли, об увядших, неразвитых почках, листьях и плодах, о вредоносных и ядовитых сорняках? Повсюду «проклятие поедает землю» (Ис. 24:6).

(7) Следует ли нам из-за этого впадать в уныние? Нет. «Потому что Бог определил нас не на гнев, но к получению спасения чрез Господа нашего Иисуса Христа». Несмотря на то, что проклятие видно повсеместно, однако живет природа, живут люди. Но проклятие есть смерть, и ни человек, ни какая-либо тварь не могут нести смерть и при этом жить. Смерть убивает. Но Христос жив; Он умер, но Он жив во веки веков (см. Откр. 1:18). Лишь Он один может нести проклятие — смерть, — но Своею силою вернуться к жизни. Несмотря на проклятие, есть жизнь на земле и в человеке, потому что Христос умер на кресте. Каждая травинка, каждый лист в лесу, каждый цветок и каждый плод, даже хлеб, который мы едим, отмечены печатью креста Христова. В наших телах мы несем печать Христа распятого. Повсюду мы видим свидетельство этого креста. Благовествование креста, Евангелие, есть сила Божья, явленная во всем, Им сотворенном. Это «действующая в нас сила» (Еф. 3:20). Сопоставление Рим. 1:16–20 с 1 Кор. 1:17, 18 ясно показывает, что свидетельства креста Христова видны во всем, сотворенном Богом, — даже в наших телах.

Ободрение от отчаяния

«Окружили меня беды неисчислимые; постигли меня беззакония мои, так что видеть не могу: их более, нежели волос на голове моей; сердце мое оставило меня» (/7с. 39:13). Но мы можем не только взывать к Богу с уверенностью «из глубин»; Бог в бесконечной милости Своей так повелел, чтобы сами глубины стали для нас источником ободрения. Уже то, что, находясь в глубинах греха, мы все же живы, является доказательством того, что Сам Бог присутствует с нами в личности Христа на кресте, чтобы избавить нас. Поэтому через Святого Духа даже то, что находится под проклятием (ибо все находится под проклятием), проповедует Евангелие. Вместо того, чтобы повергать нас в уныние, наша собственная слабость является — если мы веруем в Господа — залогом искупления. Мы «укрепляемся от немо щи». «Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас» (Рим. 8:37). Воистину Бог не оставил Себя без свидетельства среди людей. «Верующий в Сына Божия имеет свидетельство в себе самом» (1 Ин. 5:10).

Благословение от проклятия

Христос понес проклятие для того, чтобы на нас могло сойти благословение. Смерть Ему — жизнь нам. Если мы сознательно несем в своих телах смерть нашего Господа Иисуса, то и жизнь Иисуса также будет явлена в нашей смертной плоти (см. 2 Кор. 4:10). Он стал грехом за нас, чтобы мы имели возможность обрести праведность Божью в Нем. Благословение, которое мы получаем через то проклятие, которое Он несет, есть избавление от греха. Ибо как проклятие происходит от беззакония (см. Гал. 3:10), благословение состоит в том, что мы отвращаемся от наших злых дел (см. Деян. 3:26). Христос испытал проклятие, даже грех и смерть, «дабы благословение Авраамово чрез Христа Иисуса распространилось на язычников».

Как указывает Павел § другом послании, благословение Авраамово — это праведность по вере: «Так и Давид называет блаженным человека, которому Бог вменяет праведность независимо от дел: «Блаженны, чьи беззакония прощены и чьи грехи покрыты; блажен человек, которому Господь не вменит греха»» (Рим. 4:6–8).

Далее он демонстрирует, что благословение дано тем язычникам, которые веруют, равно как и верующим евреям, поскольку Авраам получил его, будучи необрезанным, «так что он стал отцом всех верующих» (Рим. 4:11).

Благословение — это свобода от греха, поскольку проклятие — делать грех. Из-за того, что проклятие являет крест, то же самое проклятие оборачивается Господом для возвещения благословения. Уже то, что, будучи грешниками, мы физически живем, есть обращенное к нам заверение в том, что для нас возможно избавление от греха. «Пока дышу, надеюсь», — гласит изречение, поскольку жизнь есть наше упование.

Благодарение Богу за благословенное упование! Благословение сошло на всех людей. Ибо, «как преступлением одного всем человекам осуждение, так правдою одного всем человекам оправдание к жизни» (Рим. 5:18). Нелицеприятный Бог «благословил нас во Христе всяким духовным благословением в небесах» (Еф. 1:3). Дар этот принадлежит нам, дабы хранить его. Если же кто не имеет этого благословения, то лишь потому, что он не распознал дар или преднамеренно отбросил его.

Завершенный труд

«Христос искупил нас от клятвы закона», от греха и смерти. Сделал Он это, «сделавшись за нас клятвою», и поэтому мы освобождены от неизбежности грешить. Грех не имеет власти над нами, если мы принимаем Христа в истине и безраздельно. Эта истина остается столь же неизменной сегодня, как и во дни Авраама, Моисея, Давида и Исаии. Более чем за семьсот лет до того, как на Голгофе был воздвигнут крест, Исаия, свидетельствовавший о том, что он понимал, ибо его собственный грех был очищен «горящим углем» от жертвенника Божьего, сказал: «Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились… Господь возложил на Него грехи всех нас». «Он взял на Себя наши немощи, и понес наши болезни…» (Ис. 53:4–6).

«Изглажу беззакония твои, как туман, и грехи твои, как облако; обратись ко Мне, ибо Я искупил тебя» (Ис. 44:22). Задолго до дней Исаии Давид писал: «Не по беззакониям нашим сотворил [Он] нам, и не по грехам нашим воздал нам… Как далеко восток от запада, так удалил Он от нас беззакония наши» (Пс. 102:10. 12).

«Входим в покой мы уверовавшие… [поскольку]… дела Его были совершены еще в начале мира» (Евр. 4:3). Полученное нами благословение — это «благословение Авраамово». У нас нет основания иного, чем у апостолов и пророков, краеугольный камень которого — Сам Христос (Еф. 2:20). Бог предоставляет спасение во всей его полноте и завершенности. Оно ожидает нас, как только мы приходим в мир. И мы не освобождаем Бога от какого-либо бремени, отвергая это спасение, равно как и не прибавляем ничего к Его трудам, принимая его.

«Обещанный Дух»

Христос искупил нас, чтобы «нам получить обещанного Духа верою». Не прочтите этот текст ошибочно как означающий, что «мы можем получить обещание дара Духа». Текст, если немного вдуматься в него, этого не говорит и не подразумевает. Христос действительно искупил нас, и существование дара Духа доказывает это, поскольку только Духом вечным Он «принес Себя непорочного Богу» (Евр. 9:74). Если бы не Дух, мы не знали бы о своем грехе. И уж тем более не узнали бы искупления. Дух убеждает нас во грехе и праведности (Ин. 16). «Дух свидетельствует о Нем. потому что Дух есть истина» (1 Ин. 5:6). «Верующий… имеет свидетельство в себе самом» (ст. 10). Христос распят за каждого человека. Это, как мы уже видели, продемонстрировано тем, что мы все пребываем под проклятием и Христос один на кресте несет проклятие. Но именно через Духа Христос обитает на земле среди людей. Вера позволяет обрести доказательство этого свидетельства и радоваться тому, что дарует нам присутствие Духа.

Помимо этого, обратите внимание: благословение Авраамово нисходит на нас для того, чтобы мы могли получить обетование Духа. Но это благословение приходит лишь через Дух. Поэтому благословение не может принести нам обетование получения Духа. Мы уже имеем Духа с благословением. Но, имея благословение Духа (а именно: праведность), мы уверены в получении того, что Дух обещает праведному, — вечного наследия. Дух — залог всякого добра.

Дух — залог наследия

Все дары Божьи несут в себе обещания большего. За тем, что есть, всегда должно следовать большее. Евангелие открывает, что намерение Божье заключается в том, чтобы собрать все сущее в Иисусе Христе. «В Нем мы и сделались наследниками… и уверовавши в Него, запечатлены обетованным Святым Духом, Который есть залог наследия нашего, для искупления удела Его, в похвалу славы Его» (Еф. 1:11–14).

Об этом наследии мы еще поговорим позднее. Сейчас достаточно сказать, что это наследие, обещанное Аврааму, детьми которого мы являемся по вере. Наследие это принадлежит всем, кто являются детьми Божьими верою во Христа Иисуса. И Дух — знамение этого — есть обетование, залог, первый плод этого наследия. Те, кто принимают дарованное Христом славное избавление от проклятия закона — искупление не от послушания закону (ибо послушание не проклятие), но от непослушания закону, — имеют в Духе вкус силы и благословение грядущего мира.

15 Братия! говорю по рассуждению человеческому: даже человеком утвержденного завещания никто не отменяет и не прибавляет к нему. Но Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано «и потомкам», как бы о многих, но как об одном: «и семени твоему», которое есть Христос. Я говорю то, что завета о Христе, прежде Богом утвержденного, закон, явившийся спустя четыреста тридцать лет, не отменяет так, что бы обетование потеряло силу. Ибо, если по закону наследство, то уже не по обетованию; но Аврааму Бог даровал оное по обетованию.

Благая весть о всемирном спасении была проповедана Аврааму. Он уверовал и получил обетование праведности. Все, кто уверовал, имеют благословение вместе с уверовавшим Авраамом. Все, кто «в вере», есть дети Авраама. «Аврааму даны были обетования и семени его». «Если по закону наследство, то уже не по обетованию; но Аврааму Бог даровал оное по обетованию». Данное нам обетование — то же самое, что было дано Аврааму: обетование наследия, в котором мы соучаствуем как дети его.

«И семени твоему»

Это не игра слов. Вопрос важен. Спор идет о пути спасения — либо одним лишь Христом, либо чем-то иным, либо Христом и чем-то или кем-то иным. Многие полагают, что они должны спасти себя, сделавшись благими. Многие другие считают, что Христос является ценным подспорьем, добрым Помощником в их усилиях. Иные же готовы отдать Ему первое место, но не единственное. Они рассматривают себя как добрых помощников. С их точки зрения, работу выполняют Господь и они. Наш же текст отсекает все эти предположения и самооценки. Не «потомкам», но «семени твоему». Не многим, но одному. ««И семени твоему», которое есть Христос». Христос — единственный Спаситель.

Наследует лишь духовное

Мы можем противопоставить «духовное семя» «плотскому семени» Авраама. Плотское противоположно духовному, и телесное потомство, если оно не является также и духовным, не имеет доли в духовном наследии. Люди, обитающие в этом мире в теле, могут быть полностью духовными. Так оно и должно быть, или они не дети Авраама. «Живущие по плоти Богу угодить не могут» (Рим. 8;5). «Плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия» (1 Кор. 15:50). От Авраама исходит лишь одно духовное потомство, лишь одно наследие истинно духовных детей: те, кто «веруют», — те, кто, получив Христа верою, обрели силу стать сынами Божьими.

Множество обетовании в одном

«Семя», однако, стоит в единственном числе, а обетования — во множественном. Бог не имеет для людей ничего, что не было бы обещано Аврааму. Все обетования Божьи переданы во Христе, в Которого уверовал Авраам. «Ибо все обетования Божий в Нем «да» и в Нем «аминь», — в славу Божию» (2 Кор. 1:20).

Обещанное наследие

То, что обещанное и совокупность всего обещанного есть наследие, ясно видно из Гал. 3:15–18. Стих 16 говорит, что закон, явившийся спустя четыреста тридцать лет после того, как обетование было дано и подтверждено, не отменяет его и не лишает силы. «Ибо, если по закону наследство, то уже не по обетованию; но Аврааму Бог даровал оное по обетованию» (ст. 18). В чем состоит это обещанное наследие, можно увидеть, сопоставив только что процитированный стих с Рим. 4:13: «Не законом даровано Аврааму, или семени его, обетование — быть наследником мира, но праведностью веры». И поэтому, хотя нынешние земля и небеса «сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков», когда «воспламененные небеса разрушатся и разгоревшиеся стихии растают… мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда» (2 Петр. 3:7, 12. 13). Это небесная страна, на которую уповали Авраам, Исаак и Иаков.

Наследие без проклятия

Христос искупил нас от проклятия, «чтобы нам получить обещанного Духа верою». Этого «обещанного Духа», как мы уже видели, будет иметь вся обновленная земля — искупленная от проклятия. Ибо «сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим. 8:21). Новая, во всем совершенная, только что сотворенная Богом земля была дана человеку во владение (Быт. 1:27, 28, 31). Человек согрешил и навлек на себя проклятие. Христос принял все проклятие — как человека, так и всей твари — на Себя. Он искупает землю от проклятия, дабы она могла стать тем вечным владением, каковым Бог изначально ее предполагал. Он искупает от проклятия человека, дабы тот соответствовал обладанию таким наследием. В этом суть Евангелия. «Дар Божий — жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 6:23). Этот дар вечной жизни включается в обетование наследия, поскольку Бог обещал землю Аврааму и его семени «во владение вечное» (Быт. 17:8). Это наследие праведности, поскольку обетование о том, что Авраам наследует мир, должно свершиться праведностью по вере. Праведность, жизнь вечная и место для вечной жизни — все это включено в обетование, и это все, о чем только можно мечтать и что только можно получить. Искупление человека без предоставления ему места для жизни было бы незавершенной работой. Эти два акта представляют собой части единого целого. Сила, которой мы искуплены, — это сила творения, которой обновятся небеса и земля. Когда это совершится, «ничего уже не будет проклятого» (Откр. 22:3).

Заветы обетования

Завет и обетование Божье — это одно и то же. Мы ясно видим это из Гал. 3:17, где Павел утверждает, что отмена завета сделает тщетным обетование. В Быт. 17 мы читаем, что Бог заключил завет с Авраамом, пообещав отдать ему землю Ханаанскую в вечное владение. В Гал. 3:18 сказано, что Бог даровал ее Аврааму по обетованию. Заветы Божьи с людьми могут быть лишь обетованиями им: «Кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему» (Рим. 11:35. 36).

После потопа Бог заключил «завет» со всяким зверем и со всякой птицей земной; но ни звери, ни птицы ничего не обещали Богу взамен (Быт. 9:9-16). Они просто приняли благоволение из рук Божьих. Это все, что можем сделать и мы — принять. Бог обещает даровать нам все, в чем мы нуждаемся, и даже больше того, что мы можем попросить или о чем можем подумать. Мы отдаем Ему себя — то есть ничто. А Он отдает нам Себя — то есть все. Беда и состоит в том, что, даже когда люди желают принять Господа вообще, они хотят заключить с Ним сделку. Они желают, чтобы это было равноправным, «взаимовыгодным» договором — сделкой, в которой люди могли мы считать себя равными с Богом. Но любой, имеющий дело с Богом, должен вести его на Божьих условиях — приняв за основу тот факт, что мы — ничто и ничего не имеем, а Он — все, имеет все и дает все.

Завет подтвержден

Завет (то есть данное Богом обетование передать людям во владение всю обновленную землю, освободив их от проклятия) был ранее подтвержден Богом. Христос — Поручитель нового завета, завета вечного. «Ибо все обетования Божий в Нем «да» и в Нем «аминь», — в славу Божию, чрез нас» (2 Кор. 1:20). В Нем мы обрели наследие (1 Петр. 1:3, 4), ибо Святой Дух есть первый плод наследия, и имеющий Духа имеет Самого Христа, обитающего в его сердце верою. Бог благословил Авраама, сказав: «И в семени твоем благословятся все племена земные». Это обетование исполнилось во Христе, Которого Бог послал благословить нас, отвращая нас от беззаконий наших (Деян. 3:25, 26).

Это была клятва Божья, подтвердившая завет, заключенный с Авраамом. Данная Аврааму клятва становится основанием для нашего упования, нашим верным утешением. Она — «якорь безопасный и крепкий» (Евр. 6:19), поскольку эта клятва утверждает Христа как поручителя, как гаранта, а Он жив вечно (Евр. 9:25). Он держит все словом силы Своей (Евр. 1:3). «Все Им стоит» (Кол. 1:17). Поэтому «Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву» (Евр. 6:17). Наше утешение и упование заключается в избавлении от греха. Он ручается за наше спасение Своим существованием и, следовательно, всей вселенной. В Его чудесном слове заключается безусловное» и прочное основание для нашего упования!

Закон не может отменить обетования

Не забывайте о сделанном нами выводе, что завет и обетование — равнозначные понятия и что завет с Авраамом передает землю — всю обновленную землю — во владение Аврааму и его детям. Помните также и о том, что обетование включает в себя оправдание всех уверовавших, поскольку лишь праведные могут населять новое небо и новую землю. Оно совершается во Христе, в Котором подтверждается обетование. «Даже человеком утвержденного завещания никто не отменяет и не прибавляет к нему». В насколько же большей степени это должно быть справедливо в отношении «завещания» Божьего!

Поэтому, коль скоро совершенная и вечная праведность была обещана заветом, заключенным Богом с Авраамом и утвержденным во Христе, невозможно, чтобы закон, провозглашенный четыреста тридцать лет спустя, мог что-либо прибавить. Наследие было дано Аврааму по обетованию. Но если спустя четыреста тридцать лет выясняется, что наследия следует добиваться неким иным путем, тогда обетование не имеет силы, и «завещание», или завет, тщетно. Это повлекло бы за собой низвержение правления Божьего и конец Его существования, ибо Он Своим существованием гарантировал дать Аврааму и его семени наследие и необходимую для этого праведность. «Ибо не законом даровано Аврааму, или семени его, обетование — быть наследником мира, но праведностью веры» (Рим. 4:13}. Во дни Авраама благовестие было столь же полным и завершенным, каким оно было и будет всегда. К его положениям или условиям невозможно ни прибавить, ни изменить что-либо после данной Богом Аврааму клятвы. Из нее невозможно ничего изъять и ни от одного человека никоим образом нельзя требовать большего, чем потребовалось от Авраама.

19 Для чего же закон? Он дан после по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование, и преподан чрез Ангелов, рукою посредника. Но посредник при одном не бывает, а Бог один.

«Для чего же закон?» Апостол Павел задает этот вопрос для того, чтобы более убедительно показать место закона в благовествовании. И вопрос этот возникает совершенно естественно. Поскольку наследие дается всецело по обетованию, и «завещание», или завет, не может быть изменено (из него ничего невозможно изъять и к нему ничего невозможно прибавить), зачем же тогда спустя четыреста тридцать лет был дан закон? «Для чего же закон?» Какая нужда в нем? Какую роль он играет? Какая от него польза?

«Он дан после по причине преступлений». Следует уяснить себе, что сообщение закона на Синае не было началом его существования. Закон Божий существовал во дни Авраама, и Авраам придерживался его (Быт. 26:5). Закон Божий существовал до того, как он был дан на Синае (Исх. 16:1–4. 27, 28). Он был «дан после» в том смысле, что на Синае закон был сообщен более подробно.

«По причине преступлений». «Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление» (Рим. 5:20), иными словами, «грех становится крайне грешен посредством заповеди» (Рим. 7:13). Он был дан в благоговейно величественной обстановке как обращенное к детям Израиля предостережение, что своим неверием они подвергают себя опасности утратить обещанное им наследие. Они не верили в Бога, как верил Авраам, а «все, что не по вере, грех» (Рим. 14:23). Но наследие обещано «праведностью веры» (Рим. 4:13). Поэтому неверующие евреи не могли его получить.

Закон был провозглашен евреям, чтобы убедить их в том, что они не имеют той праведности, которая необходима для получения наследия. Хотя праведность не приходит законом, она должна быть засвидетельствована законом (Рим. 3:21). Короче говоря, закон был дан для того, чтобы показать евреям, что они не имеют веры и поэтому не могут считаться истинными детьми Авраама. Следовательно, будет справедливо, если они утратят наследие. Бог вложил бы Свой закон в их сердца, как Он вложил его в сердце Авраама, если бы евреи уверовали. Когда же они взбунтовались, в то же время претендуя на обещанное наследство, появилась необходимость продемонстрировать им наиболее очевидным образом, что неверие их есть грех. Закон был дан по причине преступлений или (что одно и то же) по причине неверия людей.

Самоуверенность есть грех

Народ Израильский был преисполнен самоуверенности и неверия в Бога, что подтверждает их недовольство водительством Божьим и уверенность в том, что они смогут выполнить все требования Божьи, чтобы исполнилось Его обетование. Они пребывали в том же духе, что и их наследники, спрашивавшие: «Что нам делать, чтобы творить дела Божии?» (Ин. 6:28). В своем невежестве относительно праведности Божьей они полагали, что смогут утвердить свою собственную праведность, как ей равную (Рим. 10:3). Обетование могло стать доступным для евреев лишь тогда, когда они увидели бы свой грех. Отсюда и необходимость в провозглашении закона.

Служение ангелов

«Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?» (Евр. 1:14). Мы не знаем, каковы были конкретные обязанности тысяч ангелов, пребывавших на Синае. Но мы знаем, что ангелы проявляют непосредственный и весьма глубокий интерес ко всему, относящемуся к человеку. Когда закладывались основания земли, «все сыны Божий восклицали от радости» (Иов 38:7). Неисчислимое воинство небесное воспевало песнь хвалы, когда было провозглашено рождение Спасителя человечества. Эти «крепкие силою» существа, пребывающие при Царе царей, исполняют Его волю, «повинуясь гласу слова Его» (Пс. 102:20). Уже то, что они присутствовали при сообщении человеку закона, показывает, что это было событием величайшей важности и масштаба.

«Рукою посредника»

Закон был передан людям на Синае «рукою посредника». Кто был этим Посредником? Ответ может быть лишь один: «Един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус» (1 Тим. 2:5). «Но посредник при одном не бывает, а Бог один». Бог и Иисус Христос есть одно целое. Иисус Христос — и Бог, и человек. В посредничестве между Богом и человеком Иисус Христос представляет Бога перед людьми и человека перед Богом. «Бог во Христе примирил с Собою мир» (2 Кор. 5:19). Нет и не может быть иного посредника между Богом и человеком. «Нет ни в ком ином спасения; ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4:11, 12).

Посредническое служение Христа

Человек отошел от Бога и взбунтовался против Него. «Все мы блуждали, как овцы» (Ис. 53:6). Наши беззакония отделили нас от Него (см. Ис. 59:1, 2). «Плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут» (Рим. 8:7). Христос пришел, чтобы устранить вражду против Бога и примирить нас с Ним; ибо Он — наш мир (см. Еф. 2:14–16). «Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных» (1 Петр. 3:18). Через Него мы обрели доступ к Богу (см. Рим. 5:1, 2; Еф. 2:18). В Нем разум плотский, разум мятежный устраняется, вместо же него дается разум Духа, «чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу» (Рим. 8:4). Работа Христа состоит в том, чтобы спасать утраченное, восстанавливать сломленное, воссоединять разъединенное. Его имя означает «с нами Бог». С Ним, пребывающим в нас, мы делаемся «причастниками Божеского естества» (2 Петр. 1:4).

«Посредническое» служение Христа не ограничивается ни временем, ни масштабом. Быть посредником — это больше, нежели быть заступником. Христос был посредником еще до того, как грех вошел в мир, и будет посредником, когда грех исчезнет из вселенной, а с ним уйдет и нужда в прощении. «Все Им стоит». Он есть печать сущности Отца. Он — жизнь. Лишь в Нем и через Него жизнь Божья проистекает на все творение. В таком случае Он — средство, посредник, путь, которым свет жизни проникает во вселенную. Он не стал посредником после грехопадения человека, но был им от вечности. Никто — ни человек, ни тварь — не приходит к Богу иначе, чем посредством Христа. Ни один ангел не может устоять в присутствии Божьем, кроме как во Христе. Появление в мире греха не потребовало возникновения новой силы или приведения в действие нового, так сказать, механизма. Сила, сотворившая все сущее, лишь продолжала в бесконечном милосердии Божьем работать ради восстановления того, что было утрачено. Во Христе все сущее сотворено; и поэтому в Нем мы имеем искупление через Его Кровь (см. Кол. 1:14–17). Сила, пронизывающая и поддерживающая всю вселенную, — это та же сила, которая спасает нас. «А Тому, Кто действующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем, тому слава в Церкви во Христе Иисусе во все роды, от века до века. Аминь» (Еф. 3:20, 21).

21 Итак, закон противен обетованиям Божиим? Никак! Ибо, если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона; но Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Иисуса Христа.

«Итак, закон противен обетованиям Божиим? Никак!»

Будь это так, он не был бы в руках Посредника Христа, ибо в Нем все обетования Божий (2 Кор. 1:20). Мы находим закон и обетование соединенными во Христе. То, что закон не был и не является противником обетовании Божьих, мы можем заключить из того, что Бог дал как обетование, так и закон. Мы узнаем также, что данный человеку закон не ввел ничего нового в «завет», поскольку, как только тот был утвержден, и добавления, и изъятия из него стали невозможными. Но закон не бесполезен, иначе Бог не давал бы его. Никто не может сказать, что не важно, соблюдаем мы закон или нет, поскольку это повеления Божьи. Но тем не менее он не противоречит обетованию и не вносит в него нового элемента. Почему? Да просто потому, что закон присутствует в обетовании. В числе обетовании Духа есть и следующее: «Вложу законы Мои в мысли их и напишу их на сердцах их» (Евр. 8:10). Именно это и сделал Бог для Авраама, дав ему завет обрезания (см. Рим. 4:11; 2:25–29; Флп. 3:3).

Закон усиливает обетование

Закон есть праведность, потому что Бог говорит: «Послушайте Меня, знающие правду, народ, у которого в сердце закон Мой!» (Ис. 51:7). Тогда праведность, которой требует закон, есть единственная праведность, способная наследовать землю обетованную. Она достигается не делами закона, но верою. Праведность закона достигается не попытками человека исполнить закон, но по вере (см. Рим. 9:30–32). Поэтому чем больше та праведность, которой требует закон, тем величественнее обетование Божье. Ведь Он обещал дать его всем, кто уверует. Да. Он поклялся в этом. Когда закон был провозглашен с Синая «из среды огня, облака и мрака, громогласно» (Втор. 5:22), при звуках трубы Божьей и сотрясении земли от присутствия Господа и Его ангелов святых, были явлены непостижимое величие и величественность закона. Для всякого, кто помнил клятву Божью Аврааму, это было откровением непостижимой величественности обетования Божьего, поскольку Он поклялся отдать всю праведность, которой требует закон, тому, кто уверует в Него. Громкий голос, которым был провозглашен закон, был тем громким голосом, который с горных вершин провозглашает радостные вести о спасающей милости Божьей (см. Ис. 40:9). Божьи предписания — это обетования, и они непременно должны быть таковыми, поскольку Он знает, что в нас силы нет! Все, чего Бог требует, Он дает. Когда Он говорит: «Не сотвори», — мы можем воспринимать это повеление как заверение, что, если мы поверим Ему, Он сохранит нас от того греха, против которого предостерегает.

Праведность и жизнь

«Если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона». Это показывает нам, что праведность — это жизнь. Это не просто формула, не мертвая теория, не догма, но живое действие. Христос есть жизнь, и поэтому Он есть наша праведность. Закон, начертанный на каменных скрижалях, способен дать жизнь не более, чем те камни, на которых он начертан. Все предписания его совершенны, но начертанное на камне не может ожить. Получающий один лишь закон в букве имеет «служение смертоносное» и смерть. Но «Слово стало плотию». Во Христе, в Живом Камне, закон становится жизнью и миром. Получая Его через «служение Духа», мы имеем жизнь праведную, которую закон утверждает.

Стих 24 показывает, что закон был дан, чтобы подчеркнуть важность обетования. Все обстоятельства, сопровождавшие передачу закона людям, — труба, голос, землетрясение, огонь, буря, громы и молнии — говорят о том, что «закон несет гнев» «детям непослушания». Но уже само то, что гнев, который дает закон, ниспадает лишь на детей непослушания, доказывает, что закон благ и что «исполняющий его им жив будет». Желал ли Бог смутить людей? Ни в коем случае. Закон должен быть соблюден, и внушающие благоговейный ужас события на Синае были предназначены для того, чтобы вернуть людей к клятве Божьей, которая была дана четыреста тридцать лет тому назад для всех людей на все века как заверение в праведности через распятого и живого во веки веков Спасителя.

Как научаемся мы ощущать свою нужду

Иисус сказал об Утешителе: «И Он пришед обличит мир о грехе и о правде и о суде» (Ин. 16:8). О Себе Он сказал: «Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию». «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные» (Мк. 2:17). Человек должен ощущать нужду прежде, чем он примет помощь; он должен ощущать себя больным, прежде чем он будет принимать лекарство.

Но и при этом обетование праведности будет совершенно игнорировано теми, кто не осознает себя грешником. Первая часть «утешительной» работы Святого Духа состоит поэтому в том, чтобы убедить людей о грехе. «Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Иисуса Христа» (Гал. 3:22). «Ибо законом познается грех» (Рим. 3:20). Осознающий себя грешником находится на пути к признанию этого, а «если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи (наши) и очистит нас от всякой неправды» (1 Ин. 1:9).

Итак, закон в руках Духа является активным средством побуждения людей к принятию всей полноты обетования. Ни один человек не станет ненавидеть того, кто спас ему жизнь, указав на неизвестную грозную опасность. Напротив, его будут воспринимать как друга и всегда вспоминать с благодарностью. Именно так будет рассматривать закон тот, кого предостерегающий голос побудит бежать от грядущего гнева. Он всегда будет повторять вместе с псалмопевцем: «Вымыслы человеческие ненавижу, а закон Твой люблю» (Пс. 118:113).

23 А до пришествия веры мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере.

Обратите внимание на сходство между стихами 8 и 22. «Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Иисуса Христа» (ст. 22). «И Писание, провидя, что Бог верою оправдает язычников, предвозвестило Аврааму: «в тебе благословятся все народы»» (ст. 8). Мы видим, что Евангелие проповедуется тем же, что заключает людей под грех (Писанием). Конечно же, осужденный по закону человек пребывает в тюрьме. По человеческим порядкам преступник заключается в тюрьму сразу же, как только его настигает закон. Закон Божий вездесущ и действует всегда. Поэтому человек попадает в заключение в тот момент, когда он совершает грех. Это условие относится ко всему миру, «ибо все согрешили» и «нет ни одного праведного».

Эти грешники, которым Христос проповедовал во дни Ноя, пребывали в тюрьме (см. 1 Петр. 3:19. 20). Но, подобно другим грешникам, они были «пленниками надеющимися» (Зах. 9:12). Бог «приникнул с святой высоты Своей; с небес призрел Господь на землю, чтобы услышать стон узников, разрешить сынов смерти» (Пс. 101:20, 21). Христос дан «в завет для народа, во свет для язычников, чтобы открыть глаза слепых, чтобы узников вывести из заключения и сидящих во тьме — из темницы» (Ис. 42:6, 7).

Позвольте мне на основании личного опыта обратиться к тем, кто еще не знает радости и свободы в Господе. Настанет день, если он еще не настал, и вы будете сурово осуждены за грех Духом Божьим. Вполне может быть, что вас одолевали сомнения и вы находили отговорки, у вас уже готовы были ответы в свою защиту, но сказать вам тогда будет нечего. И исчезнут всякие сомнения в реальности Бога и Святого Духа, и не нужны будут доводы, которые убедили бы вас в этом. Вы узнаете обращенный к вашей душе голос Божий и, подобно древнему Израилю, пожелаете, «чтобы не говорил с нами Бог, дабы нам не умереть» (Исх. 20:19). Тогда вы познаете, что значит быть «заключенным» в темницу, стены которой столь тесны, что не только преграждают всякий выход к свободе, но и, как кажется, душат вас. Рассказы о людях, приговоренных к погребению заживо, покажутся вам живыми и реальными, когда вы ощутите, как скрижали закона сокрушают вашу жизнь, а каменная рука тянется к вашему сердцу, чтобы разбить его.

Тогда вам доставит радость воспоминание о том, что вы заключены с единственной целью — чтобы вы могли принять «обетование по вере в Иисуса Христа». Приняв это обетование, вы тут же почувствуете, что это тот ключ, который отмыкает любую дверь в вашем «замке сомнений» (см. книгу Джона Буньяна «Путешествие пилигрима»). Двери тюрьмы распахнутся, и вы скажете: «Душа наша избавилась, как птица, из сети ловящих; сеть расторгнута, и мы избавились» (Пс. 123:7).

Под законом, под грехом

Мы все были заключены под законом до того времени, пока не открылась вера. Мы знаем, что все, что не по вере, есть грех (см. Рим. 14:23), поэтому быть «под стражею закона» равносильно тому, что быть под грехом. Благодать Божья несет спасение от греха, поэтому, уверовав в благодать Божью, мы не находимся более под стражей закона, поскольку мы освобождены от греха. Поэтому пребывающие под законом являются нарушителями закона. Праведные не под законом, но ходят в нем.

24 Итак, закон был для нас детоводителем ко Христу, дабы нам оправдаться верою.

В разных переводах Библии слово «детоводитель» переводится по-разному. В одних английских переводах это «опекун», в других — «школьный наставник». В немецких и скандинавских переводах использовано слово, означающее «руководитель исправительного дома».

В оригинале мы находим греческое слово — paidagogos. Оно означало раба, который сопровождал детей в школу и следил, чтобы они не убежали с занятий. Если же дети пытались убежать, он возвращал их. Этот раб обладал даже правом бить их, чтобы приучить к порядку. Впоследствии это слово приобрело значение «учитель», хотя в греческом оригинале это слово не соответствовало тому значению, которое имеет сейчас слово «учитель». Лучше здесь использовать слово «опекун» или «детоводитель». Находясь под попечительством, человек, хотя номинально и является свободным, практически лишен своей свободы, как если бы он пребывал в тюремной камере. Дело в том, что все неверующие находятся «под грехом», они «заключены», они «под законом», и поэтому закон выступает для них в роли детоводителя. Именно закон не дает им сбиться с пути. Виновный не может бежать от своей вины. Хотя Бог благ и милосерд, Он не отпустит виновного (см. Исх. 34:6. 7). То есть Он не будет лгать, называя дурное благим. Но Он предоставляет путь, посредством которого виновный утрачивает свою вину. Тогда закон более не ограничивает его свободу, и он может свободно ходить во Христе.

Свобода во Христе

Христос сказал: «Я есмь дверь» (Ин. 10:9). Он также овчарня и Пастырь. Люди полагают, что, пребывая вне овчарни, они находятся на свободе и что войти в овчарню означает ограничить свою свободу; истина же в прямо противоположном. Овчарня Христова «велика», неверие же заключает человека в тесную темницу. Грешник может мыс лить лишь узкими понятиями. Истинно свободно мыслит тот, кто постигает «со всеми святыми, что широта, и долгота, и глубина, и высота», кто способен «уразуметь превосходящую разумение любовь Христову» (Еф. 3:18, 19). Вне Христа — узы рабства. Лишь в Нем одном свобода. Вне Христа человек пребывает в тюрьме, «и в узах греха своего он содержится» (Притч. 5:22).

«Сила греха — закон» (1 Кор. 15:56). Именно закон объявляет человека грешником, побуждая его осознать свое состояние. «Законом познается грех… грех не вменяется, когда нет закона» (Рим. 3:20; 5:13). В сущности, закон образует стены тюрьмы грешника. Они давят на него, заставляют его ощущать неудобство, гнетут его ощущением греха, как бы готовы задушить в нем жизнь. Тщетно делает он отчаянные попытки спастись, поскольку повеления эти стоят подобно тюремным стенам. Куда бы он ни повернулся, повсюду он видит заповедь, гласящую: «Не дано будет тебе свободы мною, ибо ты согрешил». Если он пытается найти согласие с законом, обещая соблюдать его, дела идут ничуть не лучше, поскольку грех этого человека остается. Он побуждает его к единственному пути спасения, к «обетованию по вере в Иисуса Христа». Во Христе он обретает истинную свободу, поскольку во Христе он становится праведником Божьим. Во Христе — «закон совершенный, закон свободы».

Закон проповедует Евангелие

Все творение повествует о Христе, провозглашая силу Его спасения. Каждой своей частичкой человек взывает ко Христу. Хотя люди и не осознают этого, Христос — «Желаемый всеми народами» (Агг. 2:7). Лишь Он один «насыщает все живущее» (Пс. 144:16). Лишь в Нем мир способен найти успокоение от своих тревог и чаяний.

Поскольку Христос, в Котором мир («ибо Он наш мир»), ищет всех труждающихся и обремененных, призывая их к Себе, и поскольку у каждого человека есть такие чаяния, удовлетворить которые ничто другое в этом мире не может, то вполне очевидно, что, если человек пробуждается законом к более острому пониманию своего состояния, а закон подталкивает его, не дает ему покоя, отсекает все иные пути к спасению, в конце концов человек должен отыскать дверь к безопасности, ибо она всегда открыта. Христос — пристанище для беглецов, в котором найдет спасение всякий, спасающийся от кровной мести. Лишь во Христе грешник найдет освобождение от понуканий закона, поскольку во Христе праведность закона исполняется, а через Него она исполняется в нас (Рим. 8:4). Закон не позволит спастись ни одному человеку, если у него нет «праведности Божией по вере» — вере в Иисуса Христа.

25 По пришествии же веры, мы уже не под руководством детоводителя. Ибо все вы сыны Божий по вере во Христа Иисуса.

«Итак, вера от слышания, а слышание от слова Божия» (Рим. 10:17). Как только человек обретает слово Божье, слово обетования, несущее с собою полноту закона, и более не сражается против него, но предается ему, к этому человеку приходит вера. Одиннадцатая глава Послания к Евреям демонстрирует, что вера приходит от начала. Со времен Авраамовых люди обретали свободу в вере. Вера может прийти сегодня, сейчас. «Вот, теперь время благоприятное, вот, теперь день спасения» (2 Кор. 6:2). «Когда услышите глас Его, не ожесточите сердец ваших» (Евр. 3:7).

27 Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись.

«Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?» (Рим. 6:3). Именно Своей смертью Христос искупил нас от проклятия закона. Но мы должны умереть вместе с Ним. Крещение есть «подобие смерти Его». Мы восстаем, чтобы ходить в «обновленной жизни» — жизни во Христе (см. Гал. 2:20). Облекшись во Христа, мы становимся едины с Ним. Наша индивидуальность растворяется в Нем. Про обратившегося человека часто можно услышать: «Он так переменился, что его не узнать. Это другой чело век». Именно так. Бог превратил его в другого человека. Поэтому, пребывая со Христом, он имеет право на все, чем обладает Христос, и имеет право на небеса, где восседает Христос. Из темницы грехов он возвышен до обители Божьей. Безусловно, подразумевается, что для него крещение — реальность, а не просто внешний обряд. Он принимает крещение не в воду, которую он видит, но «во Христа», в Его жизнь.

Как крещение спасает нас

Само греческое слово «крестить» обозначает «погружать, опускать в…» Например, этим словом описывались в Греции действия кузнеца, опускавшего раскаленное железо в воду, чтобы охладить его; хозяйки, опускавшей в воду тарелки, чтобы помыть их. То же действие совершает каждый человек, отправляясь в бассейн, или по-гречески «baptisterion». Это слово перешло в современный язык и обозначает особый бассейн для совершения крещения — баптистерий.

Быть «крещенным во Христа» указывает на то, в каких отношениях с Ним должны мы отныне находиться. Мы должны исчезнуть, поглотившись в Его жизни. Отныне будет виден лишь Христос, так, чтобы более это был не я, но Христос во мне; ибо «мы погреблись с Ним крещением в смерть» (Рим. 6:4). Крещение спасает нас «воскресением Иисуса Христа» из мертвых (1 Петр. 3:21), поскольку мы крестимся в Его смерть, «дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни». Примиренные с Богом смертью Христа, мы «спасены жизнию Его» (Рим. 5:10). Поэтому крещение во Христа — не формальное, но реальное — действительно спасает нас.

Это крещение представляет собой «обещание Богу доброй совести» (1 Петр. 3:21). Без обещания доброй совести Богу нет и христианского крещения. Поэтому крещаемый должен быть достаточно взрослым, чтобы осознавать свое решение. Он должен иметь осознание греха, равно как и даруемое Христом прощение. Он должен осознать прожитые годы и с готовностью отказаться от всего старого ради новой праведной жизни.

Крещение — это «не плотской нечистоты омытие» (1 Петр. 3:21), не внешнее очищение тела, но очищение души и совести. Есть источник для омытия греха и нечистоты (см. Зах. 13:1), и в этом источнике течет Кровь Христа. Жизнь Христа потоком проистекает от престола Божьего, посреди которого Агнец закланный (Откр. 5:6). Этот поток не иссяк даже тогда, когда кровь стекала из раны Христа на кресте. Когда «Духом Святым» Он принес себя Богу, из раны в Его боку потекли кровь и вода (Ин. 19:34). Христос «возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною, посредством слова» (Еф. 5:25, 26). Будучи погребенным в воде во имя Отца, Сына и Святого Духа, сознательный верующий знаменует свое принятие воды жизни, Крови Христа, которая очищает от всякого греха, и то, что отныне он живет по слову, исходящему из уст Божьих. С этого времени он исчезает с глаз, и лишь жизнь Христова проявляется в его смертной плоти.

28 Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе. Если же вы Христовы, то вы семя Авраамово и по обетованию наследники.

«Нет более различий». Вот основной мотив благовестия. Все равным образом грешники, и все равным образом спасены. Утверждающие о наличии различий по национальному признаку, говоря, что для еврея дело обстоит иначе, чем для язычника, подобным же образом могли бы провести различие по признаку пола, утверждая, что женщины не могут быть спасены одновременно с мужчинами и так же, как они. Есть лишь один путь. Все люди, независимо от своей расы или положения, равны перед Богом. «Все вы одно во Христе Иисусе», и Христос один. «Не сказано «и потомкам», как бы о многих, но как об одном: «и семени твоему», которое есть Христос» (Гал. 3:16). Есть лишь одно «семя», но оно охватывает всех, кто во Христе.

Облекаясь во Христа, мы «облекаемся в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины» (Еф. 4:24). В Своей плоти Он устранил вражду, плотский разум, «дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека» (Еф. 2:15). Лишь Он является новым человеком, «Человеком Христом Иисусом». Вне Его истинно человеческого нет. Мы приходим в «мужа совершенного», лишь при ходя в «меру полного возраста Христова» (Еф. 4:13). В полноте времени Бог соберет все сущее во Христе. Будет лишь один Человек и лишь праведность одного Человека, даже если «семя» одно. «Если же вы Христовы, то вы семя Авраамово и, по обетованию наследники».

Христос — «Семя». Это сказано ясно. Но Христос живет не для Себя. Он завоевал наследие не для Себя, но для братьев Своих. Намерение Божье заключается в том, чтобы «все небесное и земное соединить под главою Христом» (Еф. 1:10). Он наконец-то положит конец всем разделениям, и Он делает это уже сейчас в тех, кто принимает Его. Во Христе нет разделения ни по национальностям, ни по классам, ни по рангам. Христианин воспринимает любого человека, будь то англичанин, немец, француз, русский, турок, китаец или африканец, просто как человека и поэтому как возможного наследника Божьего через Христа. Если же этот человек, вне зависимости от его расы или национальности, также христианин, то связывающие их узы взаимны и поэтому еще прочнее. «Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе».

Именно по этой причине невозможно участие христианина в вой не. Он не признает национальных различий, но рассматривает всех людей как своих братьев. Жизнь Христова — его жизнь, ибо он един со Христом. Воевать для него настолько же невозможно, как было бы невозможным для Христа, схватив меч, обороняться, когда за Ним пришли римские воины. Бой между двумя христианами столь же невозможен, как борьба Христа против Самого Себя.

Мы, однако, не занимаемся обсуждением проблемы войны, а лишь показываем абсолютное единство верующих во Христе. Они едины. У них лишь одно «семя», и это «семя» — Христос. Сколько бы ни было миллионов истинно верующих, все они одно лишь во Христе, Каждый человек обладает своей индивидуальностью, но в каждом случае она лишь отражает какой-то аспект индивидуальности Христа. В человеческом теле множество членов, и все члены отличны в своей индивидуальности. Однако во всяком здоровом теле присутствует абсолютное единство и гармония. Для тех, кто облекся в «нового человека», кто обновился в знании по образу Сотворившего его, «нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3:11).

Жатва

Поясняя притчу о плевелах и пшенице, Христос говорил, что «доброе семя — это сыны Царствия» (Мф. 13:38). Земледелец не позволил работникам выбирать плевелы из пшеницы в начале ее роста, поскольку в это время трудно отличить одни от других, и пшеница может пострадать. Поэтому он сказал: «Оставьте расти вместе то и другое до жатвы; и во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в связки, чтобы сжечь их; а пшеницу уберите в житницу мою» (ст. 30). Именно во время жатвы собирается зерно. Об этом знает каждый.

Но особо эта притча подчеркивает, что во время жатвы доброе семя в полной мере проявит себя. Короче говоря, зерно всходит во время жатвы. Нужно лишь подождать, пока семя полностью взойдет и созреет, и можно начинать жатву.

«Жатва есть кончина века». Поэтому время «пришествия семени, к которому относится обетование» (Гал. 3:19), — это конец мира, когда наступит время для исполнения обетования о новой земле. Действительно, невозможно, чтобы «семя» взошло до этого времени.

Теперь читаем Гал. 3:19 о том, что закон был дан по причине преступления, «до времени пришествия семени». Что мы узнаем из этого текста? Лишь одно: что провозглашенный с Синая закон в своей полной неприкосновенности входит в Евангелие и должен присутствовать в благовестии до Второго пришествия Христа в конце мира. 'Доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все» (Мф. 5:18). А как быть с IGM временем, когда небеса и земля прейдут, и настанут новая земля и новое небо? Тогда не будет нужды в записанном в книге законе, который следует проповедовать грешникам, указывая им на их грехи. Он будет в сердце каждого человека (Евр. 8:10, 11). То есть с ним будет покончено? Ни в коей мере. Он будет лишь запечатлен в сердце каждого человека — не чернилами, но Духом Бога живого.

«Семя» относится ко всем верующим во Христа. И мы знаем, что обещанное «наследие» Христа еще не пришло во всей своей полноте. Иисус Христос на земле получил обещанное «наследие» не в большей мере, чем Авраам. Христос не может вступить в «наследование» до тех пор, пока его не наследует Авраам, ибо обетование было «Аврааму и семени его». Устами Иезекииля Господь говорил о «наследии» в то время, когда преемники Давида утратили его престол на земле. Он предсказал падение Вавилона, Персии, Греции и Рима следующими словами: «Сними с себя диадему и сложи венец… Низложу, низложу, низложу, — и его не будет, доколе не придет Тот, кому принадлежит он, и Я дам Ему» (Иез. 21:26–27).

Поэтому Христос восседает на престоле Отца Своего, «ожидая затем, доколе враги Его будут положены в подножие ног Его» (Евр. 10:13). Скоро Он придет. Те люди, которые водимы Духом Божьим, являются сыновьями Божьими и сонаследниками со Христом, поэтому Христос не может вступить в наследование, пока этого не сделают они. «Семя» одно и неделимо. Когда Он придет для того, чтобы свершить суд и покарать тех, кто предпочел сказать: «Не хотим, чтобы Он царствовал над нами» (Лк. 19:14), — Он «приидет… во славе Своей и все святые Ангелы с Ним» (Мф. 25:31).

Тогда «семя» созреет, и обетование исполнится. А до того времени закон будет верно исполнять свою задачу пробуждать и подталкивать грешников, не давая им покоя до тех пор, пока они не воссоединятся со Христом или не отвергнут Его полностью. Вы принимаете такие условия? Прекратите ли вы жалобы на закон, который спасет вас от смертельного сна? Примете ли вы во Христе Его праведность? Тогда, как семя Авраамово и наследники по обетованию, вы можете возрадоваться своей свободе от уз греха и запеть:

Я Твое дитя, Создатель,

Я дитя Царя!

Мой Спаситель — Жизнедатель,

Я дитя Царя!

ГЛАВА 4

«Подучить усыновление»

1 Еще скажу: наследник, доколе в детстве, ничем не отличается от раба, хотя и господин всего: он подчинен попечителям и домоправителям до срока, отцом назначенного.

Представляется совершенно очевидным, что деление на главы не означает изменения темы. Третья глава завершается пояснением того, кто является наследниками, четвертая же продолжает эту тему, исследуя вопрос, как они становятся наследниками.

Во времена Павла ребенок мог быть наследником огромного поместья, но до достижения определенного возраста он мог распоряжаться им не в большей степени, чем слуга или раб. Если он так и не достигал этого возраста, то фактически в наследство не вступал. И если говорить о его отношении к своей доле в наследстве, то он прожил бы всю свою жизнь как слуга.

3 Так и мы, доколе были в детстве, были порабощены вещественным началам мира; но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего (Единородного), Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление.

Взглянув на пятый стих, мы поймем, что «детство» относится к тем условиям, в которых мы пребывали до «получения усыновления». Описывается наше состояние до того, как мы были искуплены от проклятия закона, то есть до нашего обращения. Здесь имеются в виду не дети Божьи, как отличные от мирских, но «дети», о которых апостол в Еф. 4:14 говорил так: «Дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человеков, по хитрому искусству обольщения». Короче говоря, речь идет о нас в необращенном состоянии, когда мы «были по природе чадами гнева, как и прочие» (Еф. 2:3).

«Доколе были в детстве», мы пребывали в рабстве «вещественных начал мира». «Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира (сего). И мир проходит, и похоть его» (1 Ин. 2:16. 17}. Дружба с миром есть вражда с Богом. «Кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак. 4:4). Именно от этого «злого века» и пришел избавить нас Христос. К нам обращено предостережение: «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философией и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу» [Кол. 2:8). Мы попадаем в узы «стихий мира», когда ходим «по обычаям мира сего», «по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов», являясь «чадами гнева» (Еф. 2:1–3). Об этих же узах, существовавших до «пришествия веры», когда мы были «заключены… под стражею закона», говорится в Гал. 3:22–24. Это состояние людей, которые были «без Христа, отчуждены от общества Израильского, чужды заветов обетования, не имели надежды и были безбожники в мире» (Еф. 2:12).

Все люди как возможные наследники обетования

Бог не отказался от рода человеческого. С тех пор, как первый созданный человек был назван «сыном Божиим», все люди также могут быть наследниками. «До пришествия веры», хотя все мы и удалялись от Бога, мы были «под законом», под охраной сурового хозяина, державшего нас в жестком порядке, чтобы можно было привести людей к принятию обетования. Какое благословение, что Бог считает даже безбожников, пребывающих в узах греха, Своими детьми, колеблющимися, блудными, но все же детьми! Бог «облагодатствовал нас в Воз любленном» (Еф. 1:6). Этот испытательный срок дает нам возможность признать Его как Отца, став воистину Его сыновьями. Если же мы не вернемся к Нему, то умрем как рабы греха.

Христос пришел, «когда пришла полнота времени». Параллельный текст в Рим. 5:6 гласит: «Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых». Но смерть Христа служит как живущим сейчас, так и тем, кто жил в Иудее до того, как Он явился во плоти, равно как и Его современникам. Она воздействовала на людей того поколения ничуть не больше, чем на всех остальных. Она свершилась единожды и ради всех, поэтому и воздействие ее неизменно во все века. «Полнота времени» была предсказанным в пророчестве временем, когда должен явиться Мессия; но искупление было для всех людей всех веков. Он был предназначен для этого еще до сотворения мира, но «явился в последние времена» (1 Петр. 1:20). Если бы, согласно плану Божьему, Он должен был явиться лишь в нашем столетии или даже в последний год до конца времени, это никак не повлияло бы на благовествование. Он жив всегда (Евр. 7:25). «Иисус Христос вчера и сегодня и вовеки Тот же» (Евр. 13:8). Духом Святым Он предлагает Себя нам (Евр. 9:14), чтобы Его жертва была бы равным образом действенна во всяком веке.

«Родился от жены»

Посланный Богом Сын «родился от жены» и был, следовательно, воистину человеком. В Своей жизни Он перенес все тяготы и беды, которые выпадают на долю человека. «Слово стало плотию» (Ин. 1:14). Христос всегда называл Себя «Сыном Человеческим», навечно отождествив Себя со всем родом человеческим. И узы эти неразрывны.

Будучи «рожденным от жены», Христос по необходимости родился «под законом», поскольку это условие для всего человечества. «Посему Он должен был во всем уподобиться братиям, чтоб быть милостивым и верным Первосвященником пред Богом, для умилостивления за грехи народа» (Евр. 2:17). Он все принимает на Себя. «Он взял на Себя наши немощи» (Ис. 53:4). «Он взял на Себя наши немощи и понес болезни» (Мф. 8:17). «Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу; и Господь возложил на Него грехи всех нас» (Ис. 53:6). Он искупил нас, буквально став на наше место и возложив на Свои плечи наш груз. «Не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом» (2 Кор. 5:21).

Он стал заменой человека в самом полном смысле этого слова, до степени, которую мы редко подразумеваем, используя это выражение. Он до такой степени отождествил Себя с нами, что все, воздействующее и влияющее на нас, воздействует и влияет на Него. «Не я, но Христос». Мы возлагаем на Него свои заботы, смиряя себя до ничтожества, каковым мы и являемся, оставляя свое бремя на Нем одном.

Итак, мы уже понимаем, что Он пришел «искупить подзаконных». Он это делает самым реальным способом. Кое-кто полагает, что это выражение обозначает, будто Христос освободил евреев о необходимости приносить жертвы или от обязанности выполнять заповеди. Но если бы одни лишь евреи были «подзаконными», тогда Христос при шел бы ради искупления одних лишь евреев. Следует признать, что мы есть или были — до того, как уверовали, — «подзаконными». Ибо Христос пришел для того, чтобы искупить лишь тех, кто под законом. Быть «подзаконным», как мы уже видели, означает быть приговоренным к смерти законом за его нарушение. Христос «пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию» (Мф. 9:13). Но закон осуждает лишь тех, кто обязан подчиняться ему и соблюдать его. Поскольку Христос искупает нас от осуждения закона, следовательно, Он искупает нас для жизни согласно закону.

«Дабы нам получить усыновление»

«Возлюбленные! мы теперь дети Божий» (1 Ин. 3:2). «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими» (Ин. 1:12). Это совершенно иное состояние, чем то, которое описывается в Гал. 4:3 как «детство», поскольку «в детстве» мы были «народом мятежным, детьми лживыми, детьми, которые не хотят слушать закона Господня» (Ис. 30:9). Уверовав в Иисуса и «получив усыновление», мы уже описываемся как послушные дети, не сообразующиеся с прежними похотями, существовавшими по причине неведения (1 Петр. 1:14). Христос сказал: «Я желаю исполнить волю Твою, Боже Мой, и закон Твой у Меня в сердце» (Пс. 39:9). Поскольку Он становится нашей заменой, буквально заняв наше место, не вместо нас, но войдя в нас и пребывая Своею жизнью в нас и за нас, следовательно, тот же закон должен быть в наших сердцах, когда мы получаем усыновление.

6 А как вы — сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче!» Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий чрез (Иисуса) Христа.

Какая радость и покой охватывают сердце, когда в него навсегда вселяется Дух — не как гость, но как постоянный житель! «Оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом чрез Господа нашего Иисуса Христа», чтобы радоваться даже в испытаниях, имея упование, которое никогда не обманет нас, «потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам» (Рим. 5:1, 5). Тогда мы обретаем способность любить любовью Божьей, поскольку мы соучастники в Его Божественной природе. «Сей Самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божий» (Рим. 8:16).

Подобно тому, как существует два рода «детей», есть и две группы «рабов». Будучи «детьми гнева», люди являются рабами греха, но не слугами Божьими. Христианин же «слуга» — слуга Божий; но он служит совершенно иначе, чем раб греха служит сатане. Характер слуги зависит от того хозяина, которому он служит.

В этой главе слово «раб» неизменно относится не к слугам Божьим, но к рабам греха. Существует огромное различие между рабом греха и сыном Божьим. Раб не владеет ничем и не распоряжается даже собой. Свободнорожденному же сыну, напротив, была дана власть над всякой тварью в начале творения, поскольку он пребывал в единстве с Богом.

Уйдя из отеческого дома, блудный сын стал «не лучше раба», поскольку он выполнял самую черную работу. В таком состоянии он вернулся в свой родной дом, считая, что не может рассчитывать на что-либо лучшее, чем обязанности слуги. Но отец принял его как сына, хотя тот и утратил все права, полагавшиеся ему как сыну.

Мы также потеряли право называться «сыновьями». Мы промотали свое наследие. Но Бог принимает нас во Христе воистину как сыновей. Хотя Христос ныне на небесах одесную Бога, «превыше всякого начальства и власти, и силы и господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем» (Еф. 1:21), Он разделяет Свое наследие с нами.

«Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас, и нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом… и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф. 2:4–6). Христос с нами в наших нынешних страданиях, чтобы мы были с Ним в Его нынешней славе. Он «вознес смиренных» (Лк. 1:52). Прямо сейчас «из праха подъемлет Он бедного, из брения возвышает нищего, посаждая с вельможами, и престол славы дает им в наследие» (1 Цар. 2:8). Ни один из земных царей не имеет таких владений и не обладает такой властью, как беднейший крестьянин, познавший Господа как своего Отца.

8 Но тогда, не знавши Бога, вы служили богам, которые в существе не боги.

Обращаясь к коринфянам, Павел писал: «Знаете, что когда вы были язычниками, то ходили к безгласным идолам» (1 Кор. 12:2). Так же обстояло дело и с галатами. Они были язычниками, поклонялись идолам и пребывали в плену самых недостойных суеверий.

Это те же узы, о которых шла речь в предыдущей главе, — заключение «под стражей закона». Это те же узы, которыми скованы все необращенные. Во второй и третьей главах Послания к Римлянам апостол Павел говорит, что между людьми различия нет, «ибо все согрешили». Сами евреи, не знавшие лично Господа, пребывали в тех же узах, в узах греха. «Всякий, делающий грех, есть раб греха» (Ин. 8:34). «Кто делает грех, тот от диавола» (1 Ин. 3:8). «Язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу» (1 Кор. 10:20). Если человек не христианин, то он язычник; середины нет. Если христианин впадает в отступничество, он становится язычником.

Мы сами некогда «жили, по обычаю мира сего, по воле князя, господствующего в воздухе, духа, действующего ныне в сынах противления» (Еф. 2:2). «И мы были некогда несмысленны, непокорны, заблудшие, были рабы похотей и различных удовольствий, жили в злобе и зависти, были гнусны, ненавидели друг друга» (Тит. 3:3). Мы были в узах «богов, которые в существе не боги». Чем более жесток хозяин, тем хуже рабство! Каким языком возможно описать весь ужас пребывания в узах, ведущих к погибели?

9 Ныне же, познавши Бога, или, лучше, получивши познание от Бога, для чего возвращаетесь опять к немощным и бедным вещественным началам и хотите еще снова поработить себя им?

Разве не странно, что люди могут любить свои оковы? Христос провозглашает «узникам — открытие темницы» (Ис. 61:1), говоря узникам: «Выходите», и тем, которые во тьме: «Покажитесь» (Ис. 49:9). Однако есть такие, кто услышал эти слова и вышел, но, увидев свет «Солнца Праведности» и вкусив свободу, повернулся и возвратился в свою темницу. Они желают быть скованными старыми цепями, они испытывают привязанность к ним, вновь возвращаясь к тяжкому и однообразному труду во грехе. Безрадостная картина. Люди способны полюбить наиболее отвратительные вещи и даже саму смерть. Какая яркая картина человеческого опыта!

10 Наблюдаете дни, месяцы, времена и годы. Боюсь за вас, не напрасно ли я трудился у вас.

В этом отношении нам угрожает такая же опасность, что и галатам. Всякий, доверяющийся себе, поклоняется не Богу, а трудам рук своих — по сути своей, так же, как и тот, кто сотворяет изображение и склоняется перед ним. Как легко человеку довериться собственной проницательности, своей способности самому позаботиться о себе, забыв при этом, что мысли даже самых мудрых есть суета и что нет иной силы, кроме как от Бога. «Да не хвалится мудрый мудростью своею, да не хвалится сильный силою своею, да не хвалится богатый богатством своим. Но хвалящийся хвались тем, что разумеет и знает Меня, что Я — Господь, творящий милость, суд и правду на земле; ибо только это благоугодно Мне, говорит Господь» (Иер. 9:23, 24).

12 Прошу вас, братия, будьте, как я, потому что и я, как вы. Вы ничем не обидели меня: знаете, что, хотя я в немощи плоти благовествовал вам в первый раз, но вы не презрели искушения моего во плоти моей и не возгнушались им, а приняли меня, как Ангела Божия, как Христа Иисуса. Как вы были блаженны! Свидетельствую о вас, что, если бы возможно было, вы исторгли бы очи свои и отдали мне. Итак, неужели я сделался врагом вашим, говоря вам истину? Ревнуют по вас нечисто, а хотят вас отлучить, чтобы вы ревновали по них. Хорошо ревновать в добром всегда, а не в моем только присутствии у вас. Дети мои, для которых я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос! Хотел бы я теперь быть у вас и изменить голос мой, потому что я в недоумении о вас.

Апостол Павел был послан Богом и Господом Иисусом Христом и нес он весть не от человека, но от Бога. Он исполнял Божью работу. Но был он смиренным орудием, «земным сосудом», избранным Богом, чтобы нести Его славное Евангелие благодати. Поэтому Павел не испытывает обиды, когда его послание остается неусвоенным или даже отвергнутым. «Вы ничем не обидели меня», — говорит он. Павел не сожалеет о трудах и времени, затраченных на галатов; но он боится, что труд его прошел без пользы для них.

Человек, который от всего сердца говорит: «Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу, ради милости Твоей, ради истины Твоей» (Пс. 113:9), не может испытывать личной обиды, когда его слова не воспринимаются. Всякий, впадающий в раздражение оттого, что его поучением пренебрегают, игнорируют или с насмешкой отвергают, показывает, что он либо забыл о том, что говорит слова Божьи, либо в слова Божьи он добавил свои собственные или даже заменил ими Божьи.

В прошлом эта личная гордыня привела к гонениям, которые навлекли позор на официальную христианскую Церковь. Появились люди, говорившие извращенно, чтобы увлечь за собой истинных учеников. Когда же слова и обычаи их не воспринимались, они из чувства ущемленной гордыни обрушивали свой гнев на так называемых «еретиков». Человек посвященный должен почаще спрашивать себя: «Чей я слуга?» Если Божий, то он будет настойчив в распространении данного ему Богом послания, оставив Богу возмездие, которое принадлежит Ему по праву.

«Немощь плоти» Павла

Из некоторых упоминающихся в послании подробностей мы можем по частицам воссоздать целиком всю картину. Будучи задержанным в Галатии физической немощью, Павел проповедовал Евангелие «в явлении Духа и силы» (1 Кор. 2:4), чтобы люди увидели Христа распятого среди них и, приняв Его, исполнились бы силы и радости в Святом Духе. Свою радость и благословенность в Господе они засвидетельствовали публично, чем навлекли на себя жестокие преследования. Но они не считались ни с чем. Несмотря на его физическую «немощь» (сравните 1 Кор. 2:1–5 с 2 Кор. 10:10), они восприняли Павла как личного вестника Божьего благодаря той радостной вести, которую он принес. Столь высоко оценили они открывшиеся им богатства благодати, что с радостью отдали бы свои глаза Павлу, чтобы излечить его болезнь.

Павел упоминает об этом, чтобы галаты поняли, куда они скатились, и чтобы они знали, что апостол говорит искренне. Он поведал им истину однажды, и они возрадовались в ней; невозможно, чтобы он превратился в их врага из-за того, что продолжает высказывать им ту же самую истину.

Но в этих ссылках на личные обстоятельства есть и большее. Не следует думать, что Павел хотел вызвать сочувствие лично к себе, когда он упоминал о своих немощах и тех огромных неудобствах, не взирая на которые он трудился. Никоим образом. Ни на секунду не упускал он из виду основную цель своего послания, а именно: стремление продемонстрировать, что «плоть не пользует нимало» и что все благо исходит от Святого Духа Божьего. Галаты «начали в Духе». Па вел был человеком хрупкого сложения и явно слаб телом. Более того, он страдал некой болезнью, когда впервые встретился с ними. Одна ко он благовествовал с такой могучей силой, что невозможно было не увидеть, что за ним стоит хотя и невидимый, но реальный Иисус. Евангелие не от человека, но от Бога.

Полученные галатами благословения даны были им не плотью, и не плоти они обязаны ими. Сколь слепо, сколь безрассудно было бы им, в таком случае, полагать, что они своими силами совершенствуют то, что может быть начато исключительно силой Божьей! Уясним ли мы этот урок?

«Как вы были блаженны!»

Всякий, кому доводилось приходить к Господу, знает, что принятие Его несет с собой радость. Предполагается, что новообращенный будет буквально излучать радостное свидетельство. Так было и с галатами. Теперь же выражения благодарности сменились препирательствами и ссорами. Постепенно уходили и первая радость, и первая любовь. А должно было быть не так: «Стезя праведных — как светило лучезарное, которое более и более светлеет до полного дня» (Притч. 4:18). Праведный живет верою. Когда же человек отворачивается от веры, пытаясь подменить ее делами, свет гаснет. Иисус сказал: «Сие сказал Я вам, да радость Моя в вас пребудет и радость ваша будет совершенна» (Ин. 15:11). Источник жизни неиссякаем. Если все же свет тускнеет и радость сменяется скучной, монотонной рутиной, это означает, что мы свернули с истинного пути жизни.

21 Скажите мне вы, желающие быть под законом: разве вы не слушаете закона? Ибо написано: «Авраам имел двух сынов, одного от рабы, а другого от свободной». Но который от рабы, тот рожден по плоти; а который от свободной, тот по обетованию. В этом есть иносказание. Это два завета: один от горы Синайской, рождающий в рабство, который есть Агарь, ибо Агарь означает гору Синай в Аравии и соответствует нынешнему Иерусалиму, потому что он с детьми своими в рабстве; а вышний Иерусалим свободен: он — матерь всем нам. Ибо написано: «возвеселись, неплодная, нерождающая; воскликни и возгласи, не мучившаяся родами; потому что у оставленной гораздо более детей, нежели у имеющей мужа».

Сколь многие избирают пути, которые, как очевидно всем, кроме них, ведут прямо к погибели. Полностью осознавая последствия своего образа жизни, эти люди упорно действуют по принципу: «хоть день, да наш», вместо того чтобы иметь праведность и долготу дней. Быть «под законом Божиим» означает быть грешником, осужденным по закону, скованным цепями и обреченным на смерть. Однако не одним галатам, но миллионам людей такое состояние нравилось и нравится. Если бы им только довелось услышать, что говорит закон! И нет никаких причин не услышать его, потому что закон говорит громоподобным голосом: «Кто имеет уши слышать, да слышит!» (Мф. 11:15).

Стих 30 гласит: «Изгони рабу и сына ее, ибо сын рабы не будет наследником вместе с сыном свободной». Он провозглашает смерть всем, кто ищет удовольствий в «бедных вещественных началах» мира. «Проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона» (Гал. 3:10}. Негодный раб должен быть «выброшен во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 25:30). «Ибо вот, придет день, пылающий как печь; тогда все надменные и поступающие нечестиво будут как солома, и попалит их грядущий день, говорит Господь Саваоф, так что не оставит у них ни корня, ни ветвей». Поэтому «помните закон Моисея, раба Моего, который Я заповедал ему на Хориве для всего Израиля, равно как и правила и уставы» (Мал. 4:1, 4). Все, «пребывающие под законом», будь они евреи или язычники, христиане или иноверцы, пребывают в сетях сатаны — в сетях преступления и греха — и будут «выброшены». «Всякий, делающий грех, есть раб греха. Но раб не пребывает в доме вечно: сын пребывает вечно» (Ин. 8:34, 35). Слава Богу за «усыновление»!

Лжеучителя увещевали братьев, что, отвратившись от безраздельной веры во Христа к вере в дела, которые они смогут совершить сами, галаты смогут стать детьми Авраамовыми, и поэтому — наследниками по обетованию. «Не плотские дети суть дети Божий; но дети обетования признаются за семя» (Рим. 9:8).

Теперь о двух сыновьях Авраама, один из которых был рожден по плоти, а другой — по «обетованию» — рожден от Духа. «Верою и сама Сарра (будучи неплодна) получила силу к принятию семени и не по времени возраста родила; ибо знала, что верен Обещавший» (Евр. 11:11). Агарь была рабой-египтянкой. Дети рабы остаются рабами, даже если отец их свободный человек. Поэтому рожденные ею дети могли пойти лишь в узы рабства. Но задолго до того, как родился сын рабыни Измаил, Господь ясно указал Аврааму, что его свободный сын, рожденный от свободной жены Сарры, наследует обетование. Таковы дела Всевышнего.

«Это два завета»

Эти две женщины — Агарь и Сарра — олицетворяют два завета. Мы читаем о том, что Агарь на горе Синайской «с детьми своими в рабстве». Подобно тому, как Агарь могла родить лишь рабов, закон, даже закон, провозглашенный Богом с Синая, не может породить свободных людей. Он способен лишь держать их в узах. «Закон производит гнев», поскольку законом познается грех (Рим. 4:15; 3:20). На Синае люди принесли обещание блюсти данный им закон. Но они не имели в себе силы, необходимой для соблюдения закона. Завет от горы Синайской «рождал в рабство», поскольку данное людьми обещание стать праведными посредством своих дел не увенчалось успехом и никогда не увенчается им.

Давайте рассмотрим ситуацию: люди пребывали в узах греха. У них не было сил порвать эти цепи. И провозглашение закона не изменило этого положения. Если человек находится в тюрьме за совершенное им преступление, он не обретет свободы, слушая статьи за кона. Читая закон, согласно которому этот человек был осужден, он будет еще мучительнее воспринимать свое заключение.

Но не Сам ли Бог, в таком случае, вверг людей в рабство? Ни в коем случае, поскольку Он не принуждал их заключать завет на Синае. За четыреста тридцать лет до этого Бог уже заключил завет с Авраамом, и этого завета было достаточно для осуществления всех Божьих намерений. Этот завет был подтвержден во Христе и поэтому являлся заветом свыше (см. Ин. 8:23). Он обещал праведность как бесплатный дар Божий по вере, и этот завет включал в себя все народы. Все совершенные Богом чудеса во время избавления детей Израиля из египетского плена были лишь подтверждением того, что Он имеет силу избавить их (и нас) от уз греха. Да, избавление из Египта было само по себе демонстрацией не только силы Божьей, но и Его желания вывести Свой народ из плена греха.

Поэтому, когда народ пришел на Синай, Бог просто указал им на все, что Он уже сделал, а затем сказал: «Итак, если вы будете слушаться гласа Моего и соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом из всех народов: ибо Моя вся земля» (Исх. 19:5). Какой завет имел Он в виду? Совершенно очевидно, что тот, который уже был заключен, — Свой завет с Авраамом. Если бы израильтяне просто соблюдали завет Божий, хранили веру и доверяли Божьим обетованиям, они стали бы «уделом» Божьим. Имея всю землю в Своем владении, Он мог сделать для них все, что обещал.

То, что евреи в своей самоуверенности поспешно приняли на себя всю ответственность, вовсе не доказывает, будто Бог понуждал их к заключению этого завета.

Если бы дети Израиля, вышедшие из Египта, ходили «по следам веры отца нашего Авраама» (Рим. 4:12), они и не подумали бы похваляться, будто смогут соблюсти закон, провозглашенный с Синая, «ибо не законом даровано Аврааму, или семени его, обетование — быть наследником мира, но праведностью веры» (Рим. 4:13). Вера оправдывает. Верою достигается праведность. Имей люди веру Авраама, они имели бы и его праведность. Закон, который был дан вследствие беззакония, пребывал бы в их сердцах. Бог не рассчитывал и не рассчитывает, что хоть один человек сможет своей силой достигнуть праведности по закону, провозглашенному с Синая, что и доказывается всем, с Синаем связанным. В то же время закон есть истина, и он должен быть соблюден. Бог избавил народ из Египта, «чтобы соблюдали уставы Его и хранили законы Его» (Пс. 104:45). Не мы обретаем жизнь, соблюдая заповеди, но Бог дарует нам жизнь, чтобы мы могли блюсти их посредством веры в Него.

Сопоставление двух заветов

Говоря об Агари и Сарре, апостол добавляет: «Эти жены — два завета» (в русской Библии этот текст звучит так: «Это два завета». — Прим. перев.) Эти два завета существуют и поныне. Эти два завета относятся не ко времени, но к состоянию. Не следует льстить себе, говоря, что мы не связаны более узами старого завета, поскольку время его прошло. Его время прошло лишь в том смысле, что «вы в прошедшее время жизни поступали по воле языческой, предаваясь нечистотам, похотям (мужеложству, скотоложству, помыслам), пьянству, излишеству в пище и питии и нелепому идолослужению» (1 Петр. 4:3).

Различие между заветами совершенно аналогично различию между свободной женщиной и рабой. Дети Агари, сколько бы их ни было, были бы рабами, а дети Сарры — непременно свободными. Поэтому завет с Синая связывает всех, придерживающихся его, узами «подзаконными», в то время как завет свыше освобождает не от послушания закону, но от непослушания ему. Свобода не в отказе от закона, но в самом законе. Христос освобождает нас от проклятия, то есть от нарушения закона, чтобы мы имели возможность получить благословение. Благословение же заключается в послушании закону. «Блаженны непорочные в пути, ходящие в законе Господнем» (Пс. 118:1). Такая благословенность и есть свобода. «Буду ходить свободно; ибо я взыскал повелений Твоих» (Пс. 118:45).

Различие между двумя заветами кратко можно описать так: в завете с Синая мы обязаны сами соблюдать закон; в завете же свыше мы имеем закон во Христе. В первом случае это несет нам смерть, ибо закон острее обоюдоострого меча, и мы неспособны выполнить его, что приводит к фатальному для нас исходу. Во втором же случае мы имеем закон в «руке Посредника». В одном случае все зависит от того, что в состоянии сделать мы. В другом же случае — в том, что может сделать Дух Божий.

Не забывайте о том, что во всем Послании к Галатам нет и намека на проблему, следует соблюдать закон или нет. Вопрос заключается лишь в том, как следует его соблюдать? Должна ли это быть всецело наша обязанность, и, таким образом, награда будет не от благодати, но по воздаянию долга? Или это должно быть дело Бога, работающего в нас согласно воле Своей и Своему благоволению?

Гора Синай — гора Сион

Как есть два завета, так есть и два города, к которым они относятся. Иерусалим, который ныне олицетворяет старый завет, относится к горе Синайской. Он не будет освобожден, но будет заменен городом Божьим {Откр. 3:12; 21:1–5). Это город, которого ожидал Авраам, город, «имеющий основание, которого художник и строитель Бог» (Евр. 11:10. Ср. Откр. 21:14. 19, 20).

Множество людей возлагают огромные надежды — все свои надежды — на нынешний Иерусалим. У таких людей «то же самое покрывало доныне остается неснятым при чтении Ветхого Завета» (2 Кор. 3:14). В сущности, они обращаются за спасением к горе Синайской и к старому завету. Но его не найти там. «Вы приступили не к горе, осязаемой и пылающей огнем, не ко тьме и мраку и буре, не к трубному звуку и гласу глаголов… Но вы приступили к горе Сиону и ко граду Бога живого, к небесному Иерусалиму… и к Ходатаю нового завета — Иисусу, и к Крови кропления, говорящей лучше, нежели Авелева» (Евр. 12:18–24). Вся кий, взирающий на нынешний Иерусалим за благословением, взирает на старый завет, на гору Синай, на рабство. Всякий же, поклоняющийся, обратив лицо свое к Новому Иерусалиму за благословением, ожидающий благословений лишь от него, взирает на новый завет, на гору Сион, на свободу, поскольку «свободен вышний Иерусалим». От чего же он свободен? Свободен от греха; а поскольку он наша «мать», то он заново рождает нас, и мы также обретаем свободу от греха. Свободу от закона? Да, конечно, ибо закон не имеет осуждения для тех, кто пребывает во Христе Иисусе.

Но не позволяйте обольстить себя пустыми речами, говорящими, что вы можете попрать закон, который Сам Бог провозгласил в таком благоговейном величии с Синая. Приходя к горе Сиону, к Иисусу, Ходатаю нового завета, и к Крови кропления, мы освобождаемся от греха, от нарушения закона. Закон Божий есть основание Его престола в «Сионе». От престола исходят такие же молнии и громы и голоса (см. Откр. 4:5; 11:19), что и с Синая, ибо там пребывает тот же закон. Но это «престол благодати» (Евр. 4:16), и поэтому, не взирая на громы, мы подходим к нему смело, имея заверение, что от Бога мы обретем милость. Мы обретем также и благодать, которая поможет нам в час искушения грехом, поскольку от середины престола, от закланного Агнца (см. Откр. 5:66), истекает река воды жизни, доносящая до нас из сердца Христова «закон духа жизни» (Рим. 8:2). Мы пьем из нее, мы купаемся в ней и находим в ней очищение от всякого греха.

Почему же Господь не привел людей прямо к горе Сиону, где они могли бы найти закон, дарующий жизнь, но повел их к горе Синаю, где только смерть?

Это вполне естественный вопрос, и ответить на него легко. Все дело в неверии людей. Когда Бог вывел Израиль из Египта, Он намеревался вести народ к горе Сиону настолько прямо, насколько они смогут идти. Когда они перешли Чермное море, евреи запели вдохновенную песню, в которой были и такие слова: «Ты ведешь милостию Твоею народ сей, который Ты избавил; сопровождаешь силою Твоею в жилище святыни Твоей… Введи его и насади его на горе достояния Твоего, на месте, которое Ты соделал жилищем Себе, Господи, во святилище, которое создали руки Твои, Владыка!» (Исх. 15:13, 17).

Если бы эта песня не смолкала, они вскоре подошли бы к Сиону. Ибо искупленные Господом «придут на Сион с радостным восклицанием; и радость вечная будет над головою их» (Ис. 35:10). Доказательством этому послужило разделение Богом вод Чермного моря (см. Ис. 51:10, 11). Но евреи вскоре забыли Господа и принялись ворчать в неверии. Поэтому закон был «дан… по причине преступлений» (Гал. 3:19). Это была их собственная вина — результат их собственного греховного неверия — что пришли они не к горе Сиону, но к горе Синайской.

Бог, однако, не оставил Своих верных без свидетельства о Себе. На горе Синай закон был в руке Того же Ходатая, к Которому мы приходим, подходя к Сиону. Из скалы в Хориве (которая есть Синай) проистекал живой поток, вода жизни из сердца Христа (см. Исх. 17:6; 1 Кор. 10:4). Там они имели реальность горы Сиона. Всякая душа, которая обратилась бы там к Господу, постигла бы, подобно Моисею, Его не скрытую завесой славу и, преобразившись ею, нашла бы там праведность, но не осуждение. «Вовек милость Его», и даже из облаков гнева, извергающих громы и молнии закона, сияет славный лик Солнца Праведности, от Которого образуется радуга обетования.

28 Мы, братия, дети обетования по Исааку. Но как тогда рожденный по плоти гнал рожденного по духу, так и ныне. Что же говорит Писание? «Изгони рабу и сына ее, ибо сын рабы не будет наследником вместе с сыном свободной». Итак, братия, мы дети не рабы, но свободной.

Вот утешение для всякой души! Ты грешник или, в лучшем случае, стремишься быть христианином, и трепещешь от ужаса, слыша эти слова: «Изгони рабу». Ты осознаешь, что ты раб, что грех овладел тобой, что ты в сетях дурных привычек. Ты должен научиться не бояться, когда говорит Господь, поскольку в устах Его мир, даже если голос Его подобен грому! Чем величественнее голос, тем больший покой Он дарует. Мужайся!

Сын рабы — это плоть и ее дела. «Плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления» (1 Кор. 15:50). Но Бог говорит: «Изгони рабу и сына ее». Если желаешь, чтобы воля Его исполнилась, «как на небесах», то Он позаботится, чтобы плоть и дела ее были изгнаны из тебя, и ты освободился бы «от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим. 8:21). Так напугавшее тебя повеление — просто голос, повелевающий бесам покинуть тебя и не возвращаться более. Он говорит тебе о победе над грехом. Прими Христа верой, и ты обретешь силу стать сыном Божьим, наследником Царства, которое не прейдет, но со всеми, кто в нем, пребудет вовеки.

«Итак, стойте в свободе» (Гал. 5:1)

Где мы стоим? Во свободе Самого Христа, Который желает исполнить Закон Божий, находящийся в Его сердце (Пс. 39:9). «Закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти» (Рим. 8:2). Мы стоим одной лишь верою.

В этой свободе нет ни грана рабства. Это совершенная свобода. Это свобода души, свобода мыслей и свобода действий. Дело не в том, что нам дана способность соблюдать закон, но нам дан разум, желающий делать это. Дело не в том, что мы поступаем по закону, поскольку не видим иного пути избегнуть наказания, — это было бы вызывающим раздражение гнетом. Именно от такого плена нас и освобождает завет Божий.

Нет, будучи принятым, обетование Божье дает нам разум Духа, и мы обретаем высочайшее наслаждение в послушании всем повелениям Слова Божьего. Душа обретает свободу подобно птице, парящей над горными вершинами. Это славная свобода детей Божьих, которые обрели Божью вселенную — во всей ее широте, длине, глубине и высоте. Это свобода людей, которым более не требуется надсмотрщик. Им можно доверять, поскольку каждый их шаг — это движение самого Божьего святого закона. Для чего ограничиваться рабством, когда в вашем распоряжении столь безграничная свобода? Двери тюрьмы распахнуты; выйди из нее в свободу Божью!

ГЛАВА 5

Дух облегчает обретение спасения

1 Итак, стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства.

Четвертая и пятая главы Послания к Галатам тесно связаны между собой — настолько тесно, что трудно понять, зачем понадобилось делить это повествование на главы.

Свобода, даруемая Христом

Христос явил Себя в мир во плоти, чтобы «проповедовать пленным освобождение и узникам — открытие темницы» (Ис. 61:1). Сотворенные Им чудеса служили наглядной иллюстрацией этой работы. Одно из наиболее потрясающих чудес мы рассмотрим сейчас.

«В одной из синагог учил Он в субботу; там была женщина, восемнадцать лет имевшая духа немощи: она была скорчена и не могла выпрямиться. Иисус, увидев ее, подозвал и сказал ей: женщина! ты освобождаешься от недуга твоего. И возложил на нее руки; и она тотчас выпрямилась и стала славить Бога» (Лк. 13:10–13).

Затем, когда лицемерный начальник синагоги стал негодовать по поводу того, что Иисус сотворил это чудо в субботу, Иисус в ответ спросил, не отвязывает ли каждый человек вола своего или осла и не ведет ли его поить в субботу. Затем Он сказал:

«Сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний?» (Лк. 13:16).

В этом рассказе следует особо отметить два момента: женщина была связана сатаной; она «имела дух немощи», то есть страдала не достатком силы.

Обратите внимание на то, сколь точно это описывает наше со стояние до того, как мы встречаем Христа:

(1) Мы связаны сатаной, «который уловил [нас] в свою волю» (2 Тим. 2:26). «Всякий, делающий грех, есть раб греха» (Ин. 8:34). «Кто делает грех, тот от диавола» (1 Ин. 3:8). «Беззаконного уловляют собственные беззакония его, и в узах греха своего он содержится» (Притч. 5:22). Грех — это та веревка, которой сатана связывает нас.

(2) Мы имеем «духа немощи», и неспособны освободить себя от опутывающих нас цепей. Именно «когда… мы были немощны», Христос умер за нас (Рим. 5:6). Обратите внимание на то, что и в Послании к Римлянам, и в рассказе об исцелении женщины использовано одно и то же слово — «немощь». Она была «немощна». Именно таково наше состояние.

Что же делает для нас Иисус? Он берет у нас слабость и взамен дает Свою силу. «Ибо мы имеем не такого первосвященника, который не может сострадать нам в немощах наших» (Евр. 4:15). «Он взял на Себя наши немощи и понес болезни» (Мф. 8:17). Он стал таким, как мы, чтобы мы стали такими, как Он. «Подчинился закону, чтобы иску пить подзаконных» (Гал. 4:4. 5). Он искупил нас от проклятия, сделавшись проклятием за нас, чтобы нам получить благословение. Не знавший греха, Он был сделан за нас жертвой за грех, «чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом» (2 Кор. 5:21).

Почему Иисус освободил эту женщину от ее немощи? Для того, чтобы она могла ходить в свободе. Но, безусловно, не для того, чтобы она по своей свободной воле продолжала бы делать то, что ранее она была вынуждена делать. А почему Он освобождает нас от греха? Для того, чтобы мы могли жить свободными от греха. По причине слабости нашей плоти мы не способны жить в праведности закона. Поэтому Христос, Который пришел во плоти и имеет власть над всякой плотью, укрепляет нас. Он дает нам Своего могучего Духа, чтобы праведность закона могла исполниться в нас. Во Христе мы ходим не по плоти, но по Духу. Мы не знаем, как Он это делает. Лишь Он один знает, как это делается, поскольку лишь Он один имеет такую власть. Но мы знаем, что это реально.

Согбенной и неспособной распрямиться женщине Иисус сказал: «Ты освобождаешься от недуга твоего». «Ты освобождаешься» — сказано глаголом в настоящем времени. То же самое Он говорит и нам. Каждому пленнику Он возвещает освобождение.

Женщина, которая «не могла выпрямиться», услышав слово Иисуса, тут же сделала это. Она не могла, но все же сделала это. Невозможное для людей возможно для Бога. «Господь поддерживает всех падающих и восставляет всех низверженных» (Пс. 144:14). Вера сама по себе не делает факты. Она лишь ухватывается за них. Нет ни одной души, склонившейся под грузом возложенного на нее сатаной греха, которую не распрямил бы Христос. В Нем свобода. Остается лишь воспользоваться ею. Пусть эта весть несется широко. Пусть всякая душа услышит, что Христос дает избавление каждому пленнику. Тысячи людей возликуют, услышав эту весть.

Христос пришел, чтобы восстановить все то, что было утрачено. Он искупает нас от проклятия. Он искупил нас. Поэтому свобода, которой Он освобождает нас, — это свобода, существовавшая до того, как появилось проклятие. Человек был сотворен царем над землею. И царем был сотворен не просто отдельный человек, но все человечество. «Когда Бог сотворил человека, по подобию Божию создал его, мужчину и женщину сотворил их, и благословил их, и нарек им имя: человек [Адам], в день сотворения их» (Быт. 5:1, 2). «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему; и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт. 1:26–28). Власть, как мы видим, была дана всякому человеку, мужчине и женщине.

Сотворив человека, Бог «все покорил под ноги его» (Евр. 2:8). Сейчас мы никак не можем утверждать, что все покоряется человеку. «Но видим, что за претерпение смерти увенчан славою и честию Иисус, Который немного был унижен пред Ангелами, дабы Ему, по благодати Божией, вкусить смерть за всех» (Евр. 2:9). Таким образом, Он искупает всякого человека от проклятия утраченной власти. Венец подразумевает наличие царства. Венец Христа — тот, которым был увенчан человек, когда он был поставлен над всем творением рук Божьих. Соответственно Христос (как человек во плоти), непосредственно перед тем, как вознестись на небеса после Своего воскресения, сказал: «Дана Мне всякая власть на небе и на земле: итак идите» (Мф. 28:18, 19). Мы видим указание на то, что власть, некогда утраченная из-за грехопадения, дана нам в Нем.

Христос за нас вкусил смерть как человек и крестом Он искупил нас от проклятия. Если мы распяты с Ним, мы также и воскресаем с Ним, обретая право воссесть вместе с Ним на небесах, получив власть над всем. Если мы не знаем этого, то лишь потому, что не позволили Духу явить это нам. Необходимо просветить очи сердца нашего Духом, чтобы познать, «в чем состоит надежда призвания Его, и какое богатство славного наследия Его для святых» (Еф. 1:18).

Вот увещевание, обращенное к тем, кто мертв и восстал вместе со Христом: «Да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его» (Рим. 6:12). Во Христе мы имеем власть над грехом, чтобы он не имел силы над нами.

«Омыв нас… Кровию Своею», Он «соделал нас царями и священниками Богу и Отцу Своему» (Откр. 1:5. 6). Славное владение! Чудесная свобода! Свобода от власти проклятия, даже если мы и окружены им! Свобода от нынешнего мира зла, от похоти плоти, от похоти взора, от гордыни жизни! Ни «князь, господствующий в воздухе» (Еф. 2:2), ни «мироправители тьмы века сего» (Еф. 6:12) не могут иметь власти над нами! Это свобода и власть Христа, сказавшего: «Отойди от Меня, сатана» (Мф. 4:10), так что сатана тут же удалился.

Это такая свобода, в которой ничто — на небесах ли, на земле ли — не может заставить нас поступать против своей воли. Бог не будет этого делать, поскольку мы получаем свою свободу от Него. А никто иной не способен заставить нас. Это власть над силами, чтобы они служили нам, но не управляли бы нами. Мы научимся видеть Христа и Его крест повсюду, и проклятие утратит силу над нами. Тогда «исцеление твое скоро возрастет», поскольку жизнь Христа будет яв лена в нашей смертной плоти. Это славная свобода, которую не способны описать ни язык, ни перо.

«Стойте в свободе»

«Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его — все воинство их… Ибо Он сказал, — и сделалось; Он повелел, — и явилось» (Пс. 32:6, 9). То же слово, которым было сотворено звездное воинство, обращается ныне к нам: «Стойте в свободе!» Это повеление не оставляет нас столь же беспомощными, как прежде, но несет с собой силу воздействия. Небеса не сами создали себя, но слово Господа сотворило их. И пусть они наставляют вас: «Поднимите глаза ваши на высоту небес, и посмотрите, кто сотворил их? Кто выводит воинство их счетом? Он всех их называет по имени: по множеству могущества и великой силе у Него ничто не выбывает… Он дает утомленному силу, и изнемогшему дарует крепость» (Ис. 40:26, 29).

2 Вот, я, Павел, говорю вам: если вы обрезываетесь, не будет вам никакой пользы от Христа.

Следует понимать, что эти слова подразумевают не просто сам ритуал обрезания. Данное послание, в котором так много говорится об обрезании, сохранено для нас Господом и содержит евангельское послание для всех времен, хотя обрезание как ритуал давно уже не является актуальным и насущным вопросом современности.

Вопрос заключается в том, как достичь праведности — спасения от греха — и сопутствующего ей наследия. Понятно, что достичь ее можно одной лишь верой — приняв Христа в сердце и дав Ему возможность жить в человеке Своей жизнью. Такую праведность Божью обрел Авраам верою в Иисуса Христа, и Бог дал ему обрезание как знамение этого. Для Авраама оно имело особый смысл, непрестанно напоминая о том, что он потерпел неудачу в своей попытке исполнить обетование Божье своей собственной плотью. Ту же цель для нас преследует и повествование об этом. Оно показывает, что «плоть не пользует нимало», и полагаться на нее, следовательно, нельзя. Факт обрезания не принесет никакой пользы без Христа — сам Павел был обрезанным, и, исходя из соображений целесообразности, он побудил обрезаться Тимофея (Деян. 16:1–3). Но Павел не придавал никакой ценности ни обрезанию, ни какому-либо иному внешнему обряду (Флп. 3:4–7). Когда Титу было предложено совершить обрезание как обряд, необходимый для спасения, Павел воспротивился этому (Гал. 2:3–5).

То, чему надлежало быть лишь знамением уже совершившегося, было воспринято последующими поколениями как средство достичь спасения. Поэтому обрезание в нашем послании символизирует все «дела», совершаемые людьми в надежде обрести праведность. Это «дела плоти», в отличие от дел Духа.

Итак, высказано утверждение о том, что, если человек что-то делает в надежде обрести своими делами спасение, «не будет вам никакой пользы от Христа». Если вы всецело не приняли Христа как Искупителя, то вы не приняли Его вообще. То есть если вы не приняли Христа таким, какой Он есть, то вы отвергли Его. Он не может быть иным, чем Он есть. Христос не делит Своего положения Спасителя ни с кем и ни с чем. Отсюда легко уяснить, что если человек совершал обрезание в надежде обрести через него спасение, то это демонстрировало отсутствие веры во Христа как во все достаточного и единственного Спасителя человечества.

Бог дал обрезание в качестве знамения веры во Христа. Евреи же, извратив суть, подменили им веру. Поэтому, хвалясь своим обрезанием, еврей хвалился самоправедностью. И таким пониманием отвергался не закон, но человеческая способность соблюсти закон. Слава закону, что он столь свят и что требования его столь высоки, что ни один человек не способен достичь их совершенства. Лишь во Христе мы достигаем праведности закона. Истинное обрезание заключается в том, чтобы поклоняться Богу в Духе, радоваться во Христе Иисусе и не доверять плоти (Флп. 3:3).

3 Еще свидетельствую всякому человеку обрезывающемуся, что он должен исполнить весь закон. Вы, оправдывающие себя законом, остались без Христа, отпали от благодати.

Кое-кто воскликнет: «Ну, вот! Это доказывает, что закона следует избегать, поскольку Павел говорит, что обрезанным следует исполнять весь закон, предостерегая их от обрезания».

Не следует торопиться, друг мой. Вглядись повнимательнее в текст. В одном из английских вариантов Библии (KJV) стих 3 переводится так: «Вы в долгу у всего закона». И вы поймете, что не закон плох, не исполнение закона, но плохо быть должником закона. Столь ли велика разница? Хорошо иметь достаточно еды и одежды, но печально быть порабощенным всеми этими необходимыми вещами. Еще печальнее, если вы рабы вещей и по-прежнему продолжаете испытывать недостаток.

Должник — человек, который обязан что-то отдать. Должник перед законом обязан отдать ему требование закона, а именно: праведность. Поэтому должник перед законом пребывает под проклятием, ибо написано: «А все, утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою» (Гал. 3:10). Поэтому попытка достичь праведности иными путями помимо веры во Христа влечет за собой проклятие вечного долга. И такой человек будет пребывать в долгу вечно, поскольку платить ему нечем. Однако быть должником закона — должником перед всем законом — означает необходимость исполнять его целиком. Как этого достичь? «Вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал» (Ин. 6:29). Следует перестать доверять себе, принять Христа в свою плоть и исповедовать Его, и тогда праведность закона исполнится в человеке, поскольку он будет ходить не по плоти, но по Духу.

5 А мы духом ожидаем и надеемся праведности от веры.

Не читайте дальше, не перечитав этот стих еще раз, иначе вы можете понять его совсем не так, как он того требует. А читая его, поразмыслите о том, что вы уже знаете об обетовании Духа.

Не подумайте, что поучение этого стиха заключается в том, что, имея Духа, мы должны ожидать праведности. Ни в коем случае. «Дух приносит праведность» (Рим. 8:10). (В русской Библии этот стих звучит так: «Но дух жив для праведности». — Прим. перев.) «И Он пришед обличит мир о грехе и о правде» (Ин. 16:8). Всякий, получающий Духа, убеждается в своем грехе и получает познание о праведности. Этим Дух показывает, чего человеку недостает, а именно: того, что способен принести один лишь Дух.

Что же это за праведность, которую приносит Дух? Это праведность закона (см. Рим. 8:4). Мы знаем это, «ибо мы знаем, что закон духовен» (Рим. 7:14).

Что же тогда можно сказать о «надежде праведности», которую мы ожидаем Духом? Обратите внимание на то, что в тексте не говорится, что мы Духом надеемся на праведность. Нет, мы ожидаем надежды праведности верою, то есть надежды, которую приносит обладание праведностью. Давайте вкратце остановимся на этом вопросе, для того чтобы освежить его в памяти:

(1) Дух Божий есть «Святой Дух обетования». Получая Духа, мы получаем и упование Божье.

(2) То, что Бог обещает нам как детям Авраамовым, — это наследие. Святой Дух выступает залогом этого наследия до того времени, когда приобретенное владение будет искуплено и вручено нам (см. Еф. 1:13, 14).

(3) Обещанное наследие — новое небо и новая земля, где находится обитель праведных (см. 2 Петр. 3:13}.

(4) Дух приносит праведность. Он — представитель Христа, Которым Сам Христос, Праведность наша, входит в наши сердца и ос тается в них (см. Ин. 14:16–18).

(5) Поэтому надежда, которую приносит Дух, есть надежда на наследие в Царстве Божьем, в новой земле.

(6) Праведность, которую приносит нам Дух, есть праведность Закона Божьего (см. Рим. 8:4; 7:14). Духом он запечатляется не на скрижалях каменных, но в наших сердцах (см. 2 Кор. 3:3).

(7) Суть всего вопроса в целом заключается в следующем: если вместо того, чтобы считать себя достаточно могущественными для исполнения закона собственными силами, мы позволим войти Святому Духу, чтобы Он наполнил нас праведностью закона, то будем иметь в себе живую надежду. Упование Духа — надежда праведности по вере — лишено какой бы то ни было неопределенности. Это твердое заверение. Ничто иное не дает надежды. Всякий, кто не имеет «праведности Божией по вере», не имеет надежды вообще. Лишь Христос в нас является «надеждой славы».

6 Ибо во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью.

Ни обрезание, ни необрезание не дают ничего. Лишь верою, действующей любовью, можно чего-либо достичь. Такую веру мы находим лишь во Христе Иисусе.

Речь идет об исполнении Закона Божьего. Ни один человек, независимо от его состояния или положения, не способен сделать это. Необрезанный не имеет силы соблюсти закон, и обрезание не наделяет его такой силой. Кто-то может похваляться тем, что он обрезанный; кто-то — тем, что он необрезанный. Но оба похваляются напрасно. Закон веры исключает похвальбу (см. Рим. 3:27). Поскольку праведность закона можно соблюсти одной лишь верой во Христа, у нас нет никаких оснований похваляться достигнутым. «Всем обязан я Христу».

7 Вы шли хорошо; кто остановил вас, чтобы вы не покорялись истине? Такое убеждение не от Призывающего вас. Малая закваска заквашивает все тесто. Я уверен о вас в Господе, что вы не будете мыслить иначе; а смущающий вас, кто бы он ни был, понесет на себе осуждение. За что же гонят меня, братия, если я и теперь проповедую обрезание? Тогда соблазн креста прекратился бы. О, если бы удалены были возмущающие вас!

Закон Божий есть истина (Пс. 118:142), и галатские братья начали соблюдать его. Они преуспели вначале, но затем споткнулись. «Почему? потому что искали не в вере, а в делах закона; ибо преткнулись о камень преткновения» (Рим. 9:32). Христос есть путь, истина и жизнь, и в Нем не может быть преткновения. В Нем — совершенство закона, ибо Его жизнь есть закон.

Крест есть и всегда был символом позора. Быть распятым означало подвергнуться наиболее постыдной казни. Апостол говорит, что если бы он проповедовал обрезание (то есть праведность по делам), то «соблазн креста прекратился бы». (В английской Библии «оскорбление креста». — Прим. перев.) Суть соблазна креста заключается в том, что он есть исповедание человеческой непрочности, греха и неспособности творить добро. Взять крест Христов означает всецело и во всем положиться на Него, а это унижает человеческую гордыню. Людям нравится воображать себя независимыми. Но как только звучит проповедь креста, как только людям говорят, что в них нет добра, что все следует принимать как дар, тут же находятся люди, почитающие себя оскорбленными.

13 К свободе призваны вы, братия, только бы свобода (ваша) не была поводом к угождению плоти; но любовью служите друг другу. Ибо весь закон в одном слове заключается: «люби ближнего твоего, как самого себя».

Две предыдущие главы повествовали об узах и плене. До пришествия веры мы «заключены» во грехе, мы — должники перед законом. Вера Христова освобождает нас, но одновременно с освобождением нам дается наставление: «Иди и впредь не греши» (Ин. 8:11). Мы обрели свободу от греха, но не для греха. Сколь многие в этом вопросе ошибаются!

Многие искренние люди воображают, что во Христе мы обретаем свободу игнорировать закон и пренебрегать им, забывая о том, что нарушение закона есть грех (см. 1 Ин. 3:4). Служить плоти означает совершать грех, «потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут» (Рим. 8:7). Апостол предостерегает нас не злоупотреблять свободой, дарованной нам Христом, и не ввергать себя вновь в узы, нарушая закон. Вместо этого нам следует служить друг другу любовью, ибо любовь есть исполнение закона.

Христос дает нам свободу первоправления. Но вспомните о том, что Бог дал власть человечеству и что во Христе мы все соделались царями. Это говорит о том, что единственный человек, над которым христианин обладает властью править, — это он сам. В Царстве Христовом великий человек — это тот, кто правит своим духом.

Как цари мы обретаем подданных среди низших чинов сотворенных существ, среди вещественных начал и в нашей собственной плоти, но не среди своих собратьев. Мы должны служить им. Мы должны иметь то же разумение, что имел Христос, которое, когда Он еще пребывал в царских пределах небесных в «образе Божием», побудило Его «принять образ раба» (Флп. 2:5–7). Далее мы видим его в том, что Христос омыл ноги ученикам, в полной мере осознавая, что Он их Владыка и Господь и что Он пришел от Бога и идет к Богу (см. Ин. 13:3-13). Более того, когда все искупленные святые явятся во славе, Сам Христос «препояшется и посадит их, и подходя станет служить им» (Лк. 12:37).

Величайшая свобода обретается в служении — в служении своим собратьям во имя Господа. Наиболее велик тот, кто совершает величайшее служение (не с точки зрения человеческой, поскольку люди назовут его нижайшим). Этому мы учимся у Христа, Который есть Царь царей и Господь господствующих, — поскольку Он служит всем, совершая служение, которое никто не стал бы и не смог бы совершить. Слуги Божьи все являются царями.

Любовь исполняет закон

Любовь не подменяет исполнение закона, но совершенствует его. «Любовь не делает ближнему зла; итак любовь есть исполнение закона» (Рим. 13:10). «Кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец; ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?» (1 Ин. 4:20). Если человек любит ближнего своего, это говорит о его любви к Богу. «Любовь от Бога», ибо «Бог есть любовь». Поэтому любовь — жизнь Божья. Если эта жизнь есть в нас и имеет беспрепятственный выход, то и в нас непременно будет закон, поскольку жизнь Божья — это закон для всего творения. «Любовь познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою: и мы должны полагать души свои за братьев» (1 Ин. 3:16).

Любовь бескорыстна

Поскольку любовь — это служение, труд ради людей, то очевидно, что любовь не думает о себе. Любящий не думает о том, как он благословляет других. Поэтому мы читаем: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине» (1 Кор. 13:4–6).

Именно в этом важном пункте многие люди совершают ошибку. Счастливы те, кто обнаружил свое заблуждение и вернулся к пониманию истинной любви, претворяя его в жизни. «Любовь не ищет своего». Поэтому себялюбие вовсе не любовь в верном понимании этого слова. Оно лишь надевает маску любви. Однако большинство из того, что называется в мире любовью, в сущности, представляет собой не любовь к другим, но любовь к себе.

Даже то, что должно быть высочайшим из известных на земле выражений любви, любовь, образ которой использован Господом в качестве символа Его любви к Своему народу, — любовь между мужем и женой — зачастую в большей степени представляет собой эгоизм, нежели настоящую любовь. Не говоря уже о браках, которые заключаются в расчете на приобретение богатства или положения в обществе. Почти повсеместно супруги в браке больше думают о своем личном счастье, нежели о счастье другого. Как существует истинная бескорыстная любовь, так существует и истинное счастье. Мир никак не может понять то, что истинное счастье можно найти лишь тогда, когда человек перестает искать его и всеми силами стремится сделать счастливыми других.

«Любовь никогда не перестает»

Вот еще одна проверка, показывающая, что то, что многие называют любовью, вовсе не любовь. Любовь никогда не завершается. Это утверждение абсолютно: никогда. Здесь не бывает ни исключений, ни скидок на возможные обстоятельства. Любовь не подвержена обстоятельствам. Часто приходится слышать о том, что чья-то любовь остыла. С истинной любовью такого произойти не может. Истинная любовь всегда горячая, она непрерывно течет; ничто не в состоянии заморозить источник любви. Любовь абсолютно бесконечна и неизменна — просто потому, что это жизнь Божья. Нет иной истинной любви, помимо любви Божьей. Поэтому единственно возможное проявление истинной любви в человечестве — это излитие любви Божьей в сердце через Святого Духа.

Слыша признание в любви, человек иногда задает вопрос: «Почему ты любишь меня?» Как будто можно логикой объяснить любовь! У любви своя логика. Если один человек способен объяснить, почему он любит другого, сам его ответ уже говорит о том, что это не настоящая любовь. Какая бы причина любви ни была названа, она со временем может исчезнуть, и тогда то, что этот человек называет любовью, уйдет. Но «любовь не кончается никогда». Поэтому любовь не может зависеть от обстоятельств. И единственный ответ, который возможен на вопрос о том, почему человек любит, заключается в слове «потому» — потому что он любит! Любовь любит просто потому, что она — любовь. Любовь — это свойство человека, который любит, а любит он потому, что в нем есть любовь, независимо от характера того, на кого она направлена.

Истинность этого утверждения мы увидим, обратившись вновь к Богу, Источнику любви. Он есть любовь. Любовь есть Его жизнь. Но невозможно дать объяснение сущности Его жизни. Самая высокая человеческая концепция любви такова: любят потому, что любимы, или потому, что объект любви вызывает ее. Но Бог любит независимо от того, любят ли Его. Он любит и ненавидящих Его. «Ибо и мы были некогда несмысленны, непокорны, заблудшие, были рабы похотей и различных удовольствий, жили в злобе и зависти, были гнусны, ненавидели друг друга. Когда же явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего, Бога, Он спас нас» {Тит. 3:3–5}. «Если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари?.. Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:46, 48).

«Люби ближнего своего». Слово «ближний» означает любого, кто проживает неподалеку. Любовь поэтому простирается на все, с чем она соприкасается. Кто любит, должен любить каждого.

Поскольку любовь охватывает всякого ближнего вашего, то из этого со всей очевидностью следует, что христианская любовь (а, как мы уже видели, это единственно истинная любовь) не позволяет ни войн, ни насилия. Когда воины спрашивали Иоанна Крестителя, что им следует делать как последователям Агнца Божьего, на Которого он указывал, Иоанн ответил: «Никого не обижайте» (Лк. 3:14). (В английской Библии этот ответ звучит так: «Никому не причиняйте насилия». — Прим. перев.) Вот другой вариант ответа Иоанна: «Не вводите никого в страх». Война не была бы таким жестоким явлением, если бы это повеление выполнялось! Если бы в армии служили одни лишь христиане, истинные последователи Христа, то, встретив врага, они — вместо того чтобы открыть огонь — стали бы выяснять, в чем он нуждается и как можно ему помочь. «Если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напои его: ибо, делая сие, ты соберешь ему на голову горящие уголья. Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим. 12:20, 21).

15 Если же друг друга угрызаете и съедаете, берегитесь, чтобы вы не были истреблены друг другом. Я говорю: поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти; ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы. Если же вы духом водитесь, то вы не под законом.

Следуя дурным советам и отойдя от простоты веры, галаты ввели себя под проклятие и в опасность погибели. Ибо «и язык — огонь, прикраса неправды. Язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет все тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны» (Иак. 3:6). Язык погубил больше людей, чем меч, поскольку мечи не вынимались бы из ножен, не будь злого языка. Человек не может укротить его, на это способен лишь Бог. Он сделал это с галатами, когда уста их были полны благословений и восхвалений; но какая же вновь произошла перемена! Под влиянием дурных наставлений они от благословений перешли к пререканиям. А вместо воспитания друг друга они готовы были пожрать один другого!

Можно быть уверенным, что в церкви, где царят раздоры и соперничество, Евангелие извращается самым прискорбным образом. Нет смысла убеждать себя в истинности или разумности своих убеждений человеку, расположенному к ссорам или легко вовлекающемуся в них. Разногласия и раздоры говорят об отходе от веры, если таковая в этой церкви была. Ибо, «оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом чрез Господа нашего Иисуса Христа» (Рим. 5:1). Мы не просто в мире с Ним, но мы имеем мир с Ним — Его мир. Поэтому новое наставление, которое привело к раздорам и пожиранию друг друга огнем нечистого пламени, пришло не от Бога, призвавшего их в Евангелие. Одного шага в сторону достаточно для того, чтобы привести, в конечном счете, к глубокому расколу. Два рельсовых пути могут казаться параллельными, однако незаметно для взора они могут расходиться в стороны, повернув в конце концов в разные стороны. «Малая закваска квасит все тесто». Любое заблуждение, сколь малым ни представлялось бы оно с первого взгляда, несет в себе ростки всякого нечестия. «Кто соблюдает весь закон и согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виновным во всем» (Иак. 2:10). Приверженности всего лишь одному неверному принципу достаточно, чтобы погубить и жизнь, и характер. Одна ложка дегтя портит бочку меда.

19 Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, (соблазны), ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное; предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так Царствия Божия не наследуют.

Не очень-то радостный перечень, не так ли? Но и это еще не все, поскольку апостол добавляет: «И так далее». Над этим перечислением стоит задуматься, особенно увязав его с последующими словами о том, что «поступающие так Царствия Божия не наследуют». Сравните этот перечень с тем, который приводил Господь в Мк. 7:21–23, говоря о том, что исходит из сердца человеческого. Все эти качества свойственны человеку по его природе. Сравните данные перечни с приведенным в Рим. 1:28–32. Это перечисление тех пороков, которым предаются язычники, не желающие иметь Бога в разуме. И эти пороки свойственны всем, не знающим Господа.

Далее, сопоставьте эти перечни с теми качествами, которые перечисляются апостолом Павлом во 2 Тим. 3:1–5. Они будут свойственны в последние дни тем, кто лишь «имеет вид благочестия». Обратите внимание на то, что, по своей сути, все эти перечни совпадают. Отворачиваясь от истины благовестия, которая есть сила Божья ко спасению всякого верующего, люди неизбежно впадают в эти грехи.

«Нет различия»

Все люди имеют одну плоть (см. 1 Кор. 15:39), поскольку все мы потомки одной лишь пары — Адама и Евы. «Одним человеком грех во шел в мир» (Рим. 5:12), поэтому всякий грех, существующий в мире, един для всякой плоти. В плане спасения «нет различия между Иудеем и Еллином, потому что один Господь у всех, богатый для всех призывающих Его» (Рим. 10:12). Ни один человек на земле не имеет основания хвалиться перед другими, равно как и не имеет права презирать другого за его греховное и низкое состояние. Созерцание низких пороков в людях или знание о них не должно побуждать нас к размышлениям о собственной высоконравственное™: напротив, это должно наполнять нас ощущением скорби и стыда. Они лишь напоминание нам о том, что представляет из себя наша человеческая природа. Дела, проявляющиеся в этом убийце, или в этом пьянице, или в этом распутнике, — просто дела нашей плоти. Плоть человеческая своей силой способна производить лишь те дурные дела, о которых говорит апостол.

Одни из дел плоти считаются очень дурными, другие — не со всем приличными; иные же почитаются всеми если и не абсолютными добродетелями, то вполне простительным грехом. Обратите, однако, внимание на слова «и тому подобное», которые указывают, что все перечисленное, по сути своей, — одно и то же. Писание гласит, что ненависть — это убийство. «Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца» (1 Ин. 3:15). Более того, гнев — тоже убийство, как показал Спаситель в Мф. 5:21, 22. Столь распространенная среди людей зависть также содержит в себе убийство. Но кто воспринимает зависть как серьезный грех? Не считаясь, по сути, большим грехом, зависть пронизывает все наше общество. Однако Слово Божье заверяет нас, что она стоит в одном ряду с прелюбодейством, блудом, убийством и пьянством, и все, поступающие так, не унаследуют Царства Божьего. Разве это не страшно?

Себялюбие, стремление к власти — вот источники всех других упомянутых грехов. Отсюда вырастают бесчисленные убийства. Мерзкие дела плоти процветают там, где менее всего можно было бы их подозревать! Они везде, где есть человеческая плоть. Они проявляются в той или иной форме везде, где плоть не распята. «У дверей грех лежит».

Противоборство плоти и духа

Между плотью и Духом Божьим нет ничего общего. Они «противны друг другу», то есть они противоборствуют, подобно двум врагам, и каждый ищет возможности сокрушить противника. Плоть есть тление. Она не может наследовать Царство Божье, поскольку тленное не может наследовать нетленное (см. 1 Кор. 15:50). Плоть невозможно обратить. Она должна быть распята. «Плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут. Посему живущие по плоти Богу угодить не могут» (Рим. 8:7, 8).

В этом кроется тайна отступления галатов и затруднение многих из тех, кто живет христианской жизнью. Галаты начали в Духе, но полагали достичь совершенства плотью (см. Гал. 3:3), а это столь же невозможно, как достичь звезд копанием ямы. Многие пытаются поступать по добру, но, не предав себя Духу всецело и полностью, не способны делать то, чего желают. Дух борется с ними, иногда Он частично берет верх, иногда полностью, и тогда они живут по Христу. Затем Дух угнетается, плоть преобладает, и эти люди полностью меняются. Иногда ими управляют помышления духовные, иногда же — помышления плотские (Рим. 8:6). Поэтому, имея такую двойственность в мыслях, люди не тверды во всех путях своих (см. Иак. 1:8). Это весьма неудовлетворительное положение.

Дух и закон

«Если же вы духом водитесь, то вы не под законом» (Гал. 5:18). «Мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху» (Рим. 7:14). Плоть и Дух противоборствуют, но против плодов Духа «нет закона» (Гал. 5:22, 23). Поэтому закон против дел плоти. Плотский ум «закону не покоряется». Поэтому живущие по плоти не в состоянии угодить Богу, но пребывают «под законом». И это еще раз со всей очевидностью доказывает, что быть «под законом» означает нарушать его. «Закон духовен». Поэтому все, ведомые Духом, пребывают в полном согласии с законом, и, следовательно, они не под законом.

Мы вновь видим, что основной вопрос состоит не в том, следует соблюдать закон или нет, но в том, как соблюдать его. Галатов сбило с истинного пути льстивое учение о том, что они имеют в себе силу выполнить закон. Посланный же Богом апостол настойчиво утверждал, что соблюсти его возможно лишь Духом. Он подтверждал это Писанием, историей Авраама и опытом самих галатов. Они начали в Духе и благоденствовали, пока пребывали в Нем. Но как только они подменили Духа собой, немедленно стали проявлять себя дела, всецело противоречащие закону.

Святой Дух — жизнь Божья; Бог есть любовь; любовь — исполнение закона; закон духовен. Поэтому всякий, желающий пребывать в Духе, должен предать себя праведности Божьей, о которой «свидетельствует» закон. Но достигается она лишь верой в Иисуса Христа. Всякий, ведомый Духом, должен соблюдать закон не как условие обретения Духа, но как непременный результат этого.

Зачастую мы видим людей, которые считают себя столь духовными, что им нет нужды соблюдать закон. Эти люди признают, что не соблюдают закон, но при этом утверждают, что именно Дух побуждает их поступать так, как они поступают. Из этого они делают вывод, что совершенное — не грех, даже если оно противоречит закону. Та кие люди совершают ужасную ошибку, подменяя разум Духа своим плотским разумом. Совершая это, они ставят себя на место Бога. Говорить против Закона Божьего значит говорить против Духа. Люди эти пребывают в чудовищном ослеплении и должны молиться: «Открой очи мои, и увижу чудеса закона Твоего» (Пс. 118:18).

22 Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона.

Любовь — это первый плод Духа, и «любовь есть исполнение закона». Затем следуют радость и мир, ибо, «оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом чрез Господа нашего Иисуса Христа… и не довольно сего, но и хвалимся Богом чрез Господа нашего Иисуса Христа» (Рим. 5:1, 11). Христос был помазан Святым Духом (Деян. 10:38) или, как говорится в другом месте Писания, «елеем радости» (Евр. 1:9). Служение Богу — радостное служение. Царство Божье — это «праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14:17). Кто не радуется в тяготах так же, как и в благоденствии, тот еще не знает в должной степени Господа. Слова Христа ведут к совершенной радости (см. Ин. 15:11).

Любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание — все это естественным образом должно исходить из сердца истинного последователя Христа. Все это невозможно вызвать насильственно. Эти качества не присутствуют в нас естественным образом. Естественной реакцией на противодействие являются гнев и раздражение, но не кротость и сдержанность. Обратите внимание на то, сколь разительно отличаются плоды Духа от дел плоти. Дела плоти проявляются в нас естественным образом, поэтому для того, чтобы родился добрый плод, нам необходимо полностью преобразиться, став новой тварью. «Добрый человек из доброго сокровища сердца своего выносит доброе» (Лк. 6:45). Благость исходит не из человека, но от Духа Христова, пребывающего в нем непрестанно.

24 Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.

«Ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху» (Рим. 6:6, 7). «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня» (Гал. 2:19, 20}. Человек духовный все еще живет во плоти и внешне он ничем не отличается от других людей; и в то же время он живет по Духу, но не по плоти (Рим. 8:9). Он живет во плоти, но не плотской жизнью, и плоть не имеет более власти над ним. «Если Христос в вас, то тело мертво для греха, но дух жив для праведности» (Рим. 8:10).

25 Если мы живем духом, то по духу и поступать должны. Не будем тщеславиться, друг друга раздражать, друг другу завидовать.

Можно ли сомневаться в том, что, по мнению Павла, христиане живут по Духу? Никоим образом! В тексте нет и намека на неуверенность! Поскольку мы живем по Духу, мы обязаны предать себя Духу. Лишь силой Духа — Того же Духа, Который парил над водами и произвел порядок из хаоса во время Творения, — может быть жив человек. «Дух Божий создал меня, и дыхание Вседержителя дало мне жизнь» (Иов 33:4). Тем же дыханием сотворены и небеса (Пс. 32:6). Дух Божий — жизнь Вселенной. Дух есть вселенское присутствие Божье, в Котором мы «живем и движемся и существуем» (Деян. 17:28). Наша жизнь всецело зависит от Духа; поэтому мы должны ходить в Духе или под водительством Духа. Это наше «разумное служение».

Сколь чудесно устроена жизнь! Жить во плоти, но по Духу! «Есть тело душевное, есть тело и духовное… Но не духовное прежде, а душевное, потом духовное» (7 Кор. 15:44, 46). Душевное тело мы имеем. Духовное тело обретут все истинно верующие во Христа, когда воскреснут (см. 1 Кор. 15:42–44. 50–53). Однако в этой жизни, в душевном теле, люди должны быть духовными — жить так, будто они уже пребывают в своем будущем духовном теле. «Но вы не по плоти живете, а по духу, если только Дух Божий живет в вас» (Рим. 8:9).

«Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух» (Ин. 3:6). Со своим естественным рождением мы наследуем все то дурное, что перечислено в пятой главе Послания к Галатам, и «тому подобное». Мы живем во плоти. Тленное правит в нас. Новым рождением мы наследуем полноту Божью, соделавшись «причастниками Божеского естества, удалившись от господствующего в мире растления похотью» (2 Петр. 1:4). «Ветхий человек, истлевающий в обольстительных похотях» (Еф. 4:22), распят или отложен, «чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху» (Рим. 6:6).

Когда мы пребываем в Духе, ходим в Духе, плоть с ее похотями более не имеет силы над нами, как если бы мы были мертвы и лежали в могиле. В таком случае один лишь Дух оживляет тело. Дух использует тело как орудие праведности. Плоть остается тленной, исполненной похотей, готовая взбунтоваться против Духа; но, пока мы предаем свою волю Богу, Дух удерживает власть над плотью. Если мы проявляем колебания, если сердца наши вновь возвращаются в Египет или если мы обретаем самоуверенность, ослабляя свою зависимость от Духа, то вновь воссоздаем то, что мы разрушили, и становимся нарушителями закона (см. Гал. 2:18). Но этого можно избежать. Христос «имеет силу над всякой плотью», и Он продемонстрировал Свою способность жить духовной жизнью в человеческой плоти.

Он — Слово, ставшее плотью, Бог, явленный во плоти. Он — откровение «превосходящей разумение любви Христовой, дабы вам исполниться всею полнотою Божиею» (Еф. 3:19). Имея правление Духа любви и кротости в себе, мы не проявим тщеславия, раздражения или зависти по отношению друг к другу. Все будет от Бога, и будет осознание того, что никто из нас не настроен похваляться перед другим.

Этот Дух жизни во Христе — жизнь Христова — дан нам даром. «Жаждущий пусть приходит, и желающий пусть, берет воду жизни да ром» (Откр. 22:17). «Ибо жизнь явилась, и мы видели и свидетельствуем, и возвещаем вам сию вечную жизнь, которая была у Отца и явилась нам» (1 Ин. 1:2). «Благодарение Богу за неизреченный дар Его!» (2 Кор. 9:15).

ГЛАВА 6

Слава креста

Читатели невнимательные и торопливые могут подумать, что между главами 5 и 6 есть четкая грань и что вторая из них рассматривает вопросы практической духовной жизни, в то время как первая посвящена богословским вероучениям. Это большое заблуждение.

Цель данного послания ясно видна именно в завершающей его части. Она заключается не в том, чтобы посеять почву для раздора, но в том, чтобы устранить такую возможность, побудив читателей предать себя Духу. Цель послания состоит в том, чтобы вернуть тех, кто согрешил против Бога, пытаясь служить Ему своими немощными силами, и побудить их служить Богу воистину в обновлении духа. Все доводы предыдущего раздела послания просто иллюстрируют очевидное — что «дел плоти», которые суть грех, можно избежать лишь «обрезанием», которое осуществляется благодаря кресту Христову, то есть служить Богу в Духе и не доверять плоти.

1 Братия! если и впадет человек в какое согрешение, вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным.

Когда люди стремятся обрести праведность своими силами, гордыня, похвальба и критицизм приводят к открытым раздорам. Так было с галатами и так будет с любым. Иначе просто быть не может. Всякий человек имеет свое понимание закона. Исполнившись решимости обрести оправдание законом, он сокращает таковой до уровня собственного понимания, чтобы иметь возможность самому выступить судьей. Он не может совладать с искушением проверять как своих братьев, так и себя на соответствие его стандартам. Если критический взор такого человека замечает кого-то, действующего не в соответствии с установленными им правилами, он немедленно стремится разобраться с нарушителем. Самоправедники назначают себя сторожем брата своего до такой степени, что могут даже устраняться от общения с ним, чтобы не оскверниться. Полным противопоставлением этому духу, имеющему столь широкое распространение в церкви, звучит увещевание, с которого начинается наша глава. Вместо того, чтобы искать недостатки, чтобы осудить их, нам следует искать грешников, чтобы спасать их.

Бог сказал Каину: «Если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? а если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним» (Быт. 4:7). Грех подобен затаившемуся в темноте хищному зверю, который ищет первой же возможности одним прыжком одолеть зазевавшегося. Он влечет нас к себе, номы имеем силу воспрепятствовать этому. «Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле» (Рим. 6:12). Однако вполне возможно (хотя и необязательно), что даже самые ревностные будут побеждены грехом. «Сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем Ходатая пред Отцом, Иисуса Христа, Праведника: Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира» (1 Ин. — 2:1, 2). Поэтому, даже если кто и оступится, его следует вернуть на истинный путь, а не отталкивать еще дальше.

Господь представляет Себя как пастыря, ищущего каждую отбившуюся от стада овцу. Благовестие — работа индивидуальная. Хотя под воздействием проповеди Евангелия тысячи могут принять Бога в один день, успех этот связан с индивидуальным воздействием Духа на каждое сердце. Когда проповедник говорит тысячам, обращаясь при этом к каждому индивидуально, он делает работу Христову. Поэтому, если человек оступился и согрешил, поднимите его в духе кротости. Нет времени, потраченного с большей пользой, нежели время, уделенное спасению одного-единственного человека. Некоторые из наиболее важных и славных истин Христос произнес, обращаясь всего лишь к одному слушателю. Добрый пастырь — это тот, кто заботится и присматривает за каждой овцой в стаде. «Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примирения» (2 Кор. 5:19). «Он грехи наши Сам вознес Телом Своим» (1 Петр. 2:24). Не вменяя нам наши прегрешения, Он взял их на Себя. «Кроткий ответ отвращает гнев, а оскорбительное слово возбуждает ярость» (Притч. 15:1). Без резких упреков Христос приходит к нам с кротким словом, чтобы приобрести нас для Себя. Он призывает нас прийти к Нему и обрести покой, сменить наше тяжкое иго рабства и тяжкое бремя на Его легкое иго и легкое бремя.

Все христиане — одно во Христе, Человеке, Который представляет всех нас. Поэтому мы «поступаем в мире сем, как Он» (1 Ин. 4:17). Христос явился в наш мир как пример того, каким должен быть человек и какими будут Его последователи, когда всецело предадутся Ему. Своим ученикам Иисус сказал: «Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас» (Ин. 20:21). Для этого Он облекает их Своей силой через Духа. «Не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него» (Ин. 3:17). Поэтому мы посланы не осуждать, но спасать. Отсюда и предписание: «Если и впадет человек в какое согрешение… исправляйте такового». Это наставление не ограничивается лишь теми, с кем мы имеем дело в церкви. Нет более высокого поручения ни на небесах, ни на земле, чем быть посланниками от имени Христова, и это поручение дано также и самому последнему и презираемому человеку, если он примирился с Богом.

«Вы, духовные»

Лишь таких Христос призывает исправить заблудшего. Никто иной не способен сделать это. Святой Дух должен говорить устами тех, кто обычно осуждает и упрекает. Это работа Христова, и быть свидетелем Ему можно лишь силою Духа.

Но не будет ли в таком случае излишне самонадеянным исправлять своего брата? Не будет ли это выставлением своей собственной духовности?

Воистину, для каждого падшего человека нелегко становиться на место Христа. По замыслу Божьему, каждый должен прежде всего обратиться к себе: «Наблюдай каждый за собою, чтобы не быть искушенным». Здесь утверждается порядок, направленный на непрестанное возрождение в Церкви. Если человек впал в грех, долг каждого из его братьев заключается не в том, чтобы пойти и рассказать кому-нибудь об этом, и даже не в том, чтобы идти к провинившемуся, но в том, чтобы спросить себя: «А в каком положении нахожусь я? Разве я не виновен, пусть не в этом, но в столь же дурном? А может быть, моя провинность привела к падению моего брата? Хожу ли я в Духе настолько, чтобы иметь возможность исправить его, а не оттолкнуть еще дальше?» Такой подход должен привести к полной реформации Церкви. И вполне возможно, что к тому времени, как собратья согрешившего ощутят в себе способность помочь этому человеку, он уже самостоятельно выберется из тенет дьявола.

Давая наставление ученикам о том, как поступать с согрешившим (Мф. 18:5-18), Спаситель сказал: «Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18:18). Означает ли это, что Бог заранее объявляет о Своем согласии с любым решением, которое может принять какая-либо группа, называющая себя церковью? Безусловно, нет. Ничто из происходящего на земле не способно изменить волю Божью. История Церкви, насколько мы наблюдаем ее вот уже около двух тысяч лет, — это история ошибок и заблуждений, история само возвеличения и стремления поставить себя на место Бога.

Что же, в таком случае, подразумевает Христос? Он имеет в виду именно то, что Он сказал. Из этого поучения видно, что, по мнению Иисуса, Церковь должна быть духовной, исполненной духа кротости, и что всякий говорящий должен говорить, «как слова Божий». Лишь слово Христово должно быть в сердце и на устах тех, кто желает помочь согрешившему. В таком случае (поскольку слово Божье навсегда запечатлено на небесах) все, что связано на земле, обязательно должно быть связано на небесах. Но так будет лишь в том случае, если братья строго придерживаются Писания как по духу, так и по букве.

2 Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов.

«Закон Христов» исполняется, когда мы носим бремена друг друга, поскольку закон жизни Христа состоит в том, чтобы носить бремена. «Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни». Всякий, кто исполняет Его закон, должен выполнять ту же работу для заблудших и падших.

«Он должен был во всем уподобиться братиям… ибо, как Сам Он претерпел, быв искушен, то может и искушаемым помочь» (Евр. 2:17, 18). Он знает, что значит подвергаться искушению, и Он знает, как его преодолеть. «Не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом» (2 Кор. 5:21). Он принял на Себя все наши грехи и исповедовал их перед Отцом как Свои Собственные.

И все равно Он приходит к нам. Вместо того, чтобы укорять нас за наш грех, Он раскрывает для нас Свое сердце и рассказывает, как Он перенес те же тяготы, боль, скорбь и унижение. Таким образом Он завоевывает наше доверие. Зная, что Он прошел через то же, что и мы, что Он дошел до самых глубин падения, мы готовы слушать Иисуса, когда Он говорит нам о пути спасения. Мы знаем, что Он говорит, основываясь на том, что Сам пережил.

Поэтому самое важное в работе по спасению грешников — показать, что мы ничем не отличаемся от них. Именно исповедуясь в собственных прегрешениях, мы спасаем других. Тот, кто почитает себя безгрешным, не сможет наставить грешника на праведный путь. Если вы говорите совершившему ошибку: «Как только ты смог такое совершить? Ничего подобного в моей жизни не было! Я не представляю себе, как может так поступить уважающий себя человек», то вам лучше было бы и не начинать этого разговора. Бог избрал одного фарисея, всего лишь одного, Своим апостолом. И свидетельство было поручено ему лишь тогда, когда он смог признать себя первым из грешников.

Признаваться в грехе унизительно, но путь спасения — это крестный путь. Лишь пройдя через крест, Христос смог стать Спасителем грешников. Поэтому, если мы стремимся соучаствовать в Его радости, мы должны вместе с Ним претерпеть крестные муки, презрение и позор. Запомните: лишь признав свои грехи, мы сможем спасать других людей от их грехов. Лишь таким образом мы сможем указать им на путь спасения; ибо лишь исповедующийся в своих грехах обретает очищение от них и может повести других к источнику.

3 Ибо, кто почитает себя чем-нибудь, будучи ничем, тот обольщает сам себя. Каждый да испытывает свое дело, и тогда будет иметь похвалу только в себе, а не в другом.

Обратите особое внимание на слова «будучи ничем». Текст не говорит, что мы не должны почитать себя чем-нибудь, пока чем-нибудь не станем. Нет. Констатируется факт, что мы ничто. Не просто отдельные личности, но целые народы ничто перед Господом. Если же в какой-то миг мы посчитаем себя кем-то, то мы обманываем себя. И мы часто обманываем себя, омрачая таким образом работу Господа.

Вспомните «закон Христа». Будучи всем, Он «опустошил Себя», чтобы могла свершиться работа Божья. «Раб не больше господина своего» (Ин. 13:16). Велик один лишь Бог. «Подлинно, совершенная суета всякий человек живущий» (Пс. 38:6). Один лишь Бог верен, вся кий же человек лжив. Признавая это и живя с сознанием этого, мы достигаем состояния, когда Дух Божий может наполнить нас, и тогда Бог сможет действовать через нас. «Человек греха» — это тот, кто себя превозносит (2 Фее. 2:3, 4). Дитя же Божье — это смиряющий себя.

5 Ибо каждый понесет свое бремя.

Противоречит ли это 2-му стиху? Никоим образом. Когда Писание говорит нам нести бремена друг друга, это вовсе не означает, что мы должны возлагать свое бремя на другого. Каждому следует возложить свои заботы на Господа (Пс. 54:23). Он несет бремя всего человечества в целом, но для каждого индивидуально. Возложить наши бремена на Него вовсе не означает, что мы собираем их — руками ли, разумом ли — и, отбрасывая от себя, возлагаем на того, кто по дальше от нас. Это невозможно. Многие пытались избавиться от своего бремени греха, боли, забот или печалей, но никому это не удава лось. Оно вновь возвращалось, накатываясь тяжким грузом, придавливая человека и доводя его до отчаяния. В чем же дело? А ответ прост: для этих людей Христос был как бы в отдалении, словно им самим нужно было проложить мост к Нему. Но это невозможно. «Не имеющий силы» человек не может отбросить свое бремя хотя бы на расстояние руки. До тех пор, пока мы не подпускаем к себе Господа, мы не можем освободиться от своей тяжкой ноши. Лишь когда мы признаем и исповедуем Господа как единственную свою опору, силою Которого совершается все, — и этим признанием мы осознаем себя ничем, исчезая из виду, — лишь тогда мы можем возложить свое бремя на Господа. Он знает, что с ним делать. А возложив свое иго на Него, мы узнаем от Господа, как нести бремена других.

Да, но как же тогда мы можем нести свое собственное бремя? Его несет Божья «сила, действующая во мне»! «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:19. 20). Это я, но одновременно не я, а Христос.

Теперь я постиг эту тайну! Вместо того чтобы утомлять других тяжестью своих забот, я понесу их сам; но в то же время это буду не я, но Христос. В мире есть множество людей, которые еще не уяснили это наставление Христово, поэтому для каждого чада Божьего найдется возможность понести бремена других. А его собственное бремя вверено Господу. Разве не прекрасно, что наше бремя постоянно несет Всемогущий?

Это урок, который мы постигаем из жизни Христа. Он творил добро, поскольку с Ним был Бог. Иисус утешал скорбящих, поддерживал сокрушенных. Он исцелял всех пострадавших от сатаны. Ни один из тех, кто пришел к Нему со своей печалью или с тяжелым недугом, не ушел от Него, не получив облегчения. «Да сбудется реченное чрез пророка Исаию, который говорит: «Он взял на Себя наши немощи и понес болезни»» (Мф. 8:17).

А затем, когда ночь погружала людей в сон, Он удалялся в горы или в лес, чтобы в общении с Отцом, Которым Он жил, пополнить Свою душу свежими силами и жизнью. «Проверяйте себя делами». «Испытывайте самих себя, в вере ли вы? самих себя исследывайте. Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас? Разве только вы не то, чем должны быть» (2 Кор. 13:5). «Хотя Он и распят в немощи, но жив силою Божиею; и мы также, хотя немощны в Нем, но будем живы с Ним силою Божиею в вас» (ст. 4). Поэтому если наша вера подтверждает, что Христос присутствует в нас (и вера подтверждает нам реальность этого), то мы имеем радость в себе, а не в другом. Мы радуемся в Боге через Господа Иисуса Христа, и радость наша не зависит ни от кого в мире. Мы устоим среди всеобщего смущения и смятения, ибо «твердое основание Божие» — Христос — «стоит» (2 Тим. 2:19).

Поэтому никто из полагающих себя христианами не должен опираться на других. Он сам, пусть даже он слабейший из слабых, должен нести бремя. Он должен помогать Богу, неся вместе со Христом — без жалоб и спокойно — свои бремена, а также заботы своего ближнего. Верующий способен увидеть заботы своего брата, даже если тот и не жалуется, и понести их, а брат его поступит так же. И слабый возликует: «Господь — сила моя, и пение мое — Господь; и Он был мне во спасение» (Ис. 12:2).

6 Наставляемый словом делись всяким добром с наставляющим.

Нет сомнений, что речь идет прежде всего о материальной поддержке. Если человек всецело отдает себя служению Слову Божьему, то очевидно, что все необходимое для своего существования он должен получать от тех, кому он служит. Принимающий поучение в Слове должен делиться с поучающим «всяким добром». В этой главе много внимания уделено взаимоподдержке. «Носите бремена друг друга». Всякий поучающий, живущий на средства тех, кого он наставляет, должен использовать свои деньги на помощь другим. Христос и апостолы, не имевшие ничего своего — поскольку Христос был беднейшим из бедных, а ученики оставили все, последовав за Ним, — тем не менее делились своими скудными запасами с бедняками (см. Ин. 13:29).

Когда ученики попросили Иисуса отослать голодных, чтобы те могли найти себе пищу, Он ответил: «Не нужно им идти; вы дайте им есть» (Мф. 14:16). Он не шутил. Он говорил вполне серьезно. Иисус знал, что ученикам нечего дать людям, но они имели столько же, сколько и Он. Они не уяснили всю силу сказанного, поэтому Иисус Сам взял хлебы, раздал их ученикам, и те действительно накормили голодных. Но обращенные к ученикам слова Иисуса означали, что они должны делать именно то, что делает Он. Сколько раз недостаточная наша вера во Христа не позволяла нам делать добро и делиться тем, что мы имеем (см. Евр. 13:16), приносить жертвы, угодные Богу.

Поскольку поучающие делятся не только Словом, но и тем, что они имеют, наставляемые не должны ограничивать свою щедрость исключительно предметами материальными. Было бы ошибкой полагать, что служители Евангелия не испытывают нужды в духовной поддержке или что они не могут получать ее от слабейшего в стаде. Никто не может сказать, сколько раз учителя получали поддержку от свидетельства веры и радости в Господе, звучавшего из уст тех, кто услышал Слово. Нельзя сказать, что наставляющий не видит плодов своих трудов. Обращенное к нему свидетельство может не иметь отношения к сделанному им. Но радостное свидетельство смиренной души о том, что сделал для него Бог, зачастую служит средством укрепления душ многих сотен людей благодаря тому ободрению, которое оно несет для научающего Слову.

7 Не обманывайтесь: Бог поругаем не бывает. Что посеет человек, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление; а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную.

Этими словами просто утверждается существующее положение вещей, и никакие пространные речи не сделают его еще более ясным. Жатва, то есть конец мира, явит, была ли посеяна пшеница или плевелы. «Сейте себе в правду — и пожнете милость; распахивайте у себя новину, ибо время — взыскать Господа, чтобы Он, когда придет, до ждем пролил на вас правду» (см. Ос. 10:12). «Кто надеется на себя, тот глуп» (Притч. 28:26). Столь же глуп и тот, кто надеется на других людей. «Вы возделывали нечестие — пожинаете беззаконие, едите плод лжи, потому что ты надеялся на путь твой, на множество ратников твоих» (Ос. 10:13). «Проклят человек, который надеется на чело века и плоть делает своею опорою», будь то плоть его или иного человека. «Благословен человек, который надеется на Господа, и которого упование — Господь» (Иер. 17:5, 7).

Все превозмогающее происходит от Духа. Плоть тленна и растлевает. Тот, кто ищет удовольствий, исполняет желания плоти и ума, пожнет жатву тления и смерти. «Но Дух жив для праведности» (Рим. 8:10), и всякий, обращающийся лишь к разуму Духа, пожнет славу вечную. «Ибо, если живете по плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете» (Рим. 8:13). Чудесно! Если мы живем, мы умрем; если мы умерли, мы живем! Вот свидетельство Иисуса: «Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее» (Мф. 16:25).

Это вовсе не означает утрату всякой радости в настоящем. Это не означает, что сейчас мы должны постоянно пребывать в лишениях, раскаянии, удаляясь от всего, чего мы желаем, ради того, чтобы не когда получить нечто другое. Это не означает, что жизнь в настоящем будет не жизнью, а лишь длительной агонией. Нет, далеко не так. Представление о том, что жизнь — это смерть, является грубым из вращением христианского понимания жизни. Нет, всякий, кто приходит ко Христу и пьет от Духа, обретает в себе «источник воды, теку щей в жизнь вечную» (Ин. 4:14). Он уже сейчас имеет радость вечности. Каждый его день исполнен радости. Он щедро «насыщается от тука дома» Божьего; он пьет воду из потока сладости Его. Верующий имеет сейчас все, чего он желает, поскольку сердце его и плоть взывают лишь к Богу, в Котором вся полнота. Некогда он полагал, что «понимает жизнь», ныне же христианин знает, что все, виденное им, было лишь могилой, бездной тления. Теперь он начинает жить, и радость новой жизни «невыразима и исполнена славы». Поэтому он поет:

Лишь Ты способен дать мне все,

Лишь Ты — никто другой;

В Тебе, Господь мой Иисус,

Мой дух обрел покой.

Искусный военачальник всегда стремится занять наиболее выгодную позицию. Поэтому там, где верующих ждет богатейшее обетование, сатана стремится извратить его, чтобы сделать источником разочарования. Под его воздействием многие полагают, что слова «сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление» означают, что человек всю свою жизнь, даже после того, как он вновь родился в Духе, должен страдать от последствий своей прошлой греховной жизни. Некоторые люди полагают, что даже в вечности им придется нести на себе следы грехов прошлого. Они говорят: «У меня нет надежды, что я стану тем, кем я мог бы стать, если бы не грешил».

Какая клевета на милосердие Божье и искупление во Христе Иисусе! Это не та свобода, которую дарует нам Иисус. Наставление звучит так: «Как предавали вы члены ваши в рабы нечистоте и беззаконию на дела беззаконные, так ныне представьте члены ваши в рабы праведности надела святые» (Рим. 6:19). Но если предающий. себя в праведность должен постоянно ощущать на себе тяжкий груз своих прошлых дурных привычек, это доказывает, что сила праведности меньше силы греха. Но благодать Божья могущественна, как небеса.

Представим себе человека, который за тяжкие преступления был осужден на пожизненное заключение. После нескольких лет, проведенных в тюрьме, его прощают и выпускают на свободу. Спустя какое-то время вы встречаете этого человека и видите, что к ноге его огромной цепью приковано пушечное ядро, так что перемещаться он может лишь с огромным усилием. «Но как же так? — удивленно спрашиваете вы. — Разве тебя не освободили?»

«Ну, да, — отвечает он, — я свободен, но в напоминание о прошлых преступлениях я должен таскать за собой это ядро на цепи».

Всякая молитва, вдохновленная Святым Духом, есть обетование Божье. Вот одно из наиболее благостных обетовании: «Грехов юности моей и преступлений моих не вспоминай; по милости Твоей вспомни меня Ты, ради благости Твоей, Господи!» (Пс. 24:7).

Прощая и забывая наши грехи, Бог дает нам такую силу избавления от них, будто мы никогда не грешили. «Великими и драгоценными обетованиями» мы соделались «причастниками Божеского естества, удалившись от господствующего в мире растления похотью» (2 Петр. 1:4). Грех вошел в нашу жизнь причащением к древу познания добра и зла. Благовестие предоставляет такое искупление от грехопадения, которое стирает всякие мрачные воспоминания о грехе. Искупленные обретают способность знать лишь добро подобно Христу, «не знавшему греха».

Сеющие в плоть свою от плоти пожинают тление, как мы уже до казали. «Но вы не по плоти живете, а по духу, если только Дух Божий живет в вас» (Рим. 8:9). Дух обладает властью освободить нас от грехов плоти и от всех их последствий. Христос «возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною, по средством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она была свята и непорочна» (Еф. 5:25–27). «Ранами Его вы исцелились». Память о грехе — но не об индивидуальных грехах — будет жить в вечности лишь в шрамах на руках, на ногах и в боку Христа. Они являются запечатлениями нашего совершенного искупления.

9 Делая добро, да не унываем; ибо в свое время пожнем, если не ослабеем.

Легко утомиться, делая добро, если мы не взираем на Иисуса. Хочется делать какие-то перерывы, поскольку постоянно делать добро представляется слишком утомительным. Но так бывает лишь тогда, когда мы не в полной мере уяснили себе радость Господа, силу, позволяющую нам не уставать. «Надеющиеся на Господа обновятся в силе; поднимут крылья, как орлы, потекут, и не устанут, пойдут, и не утомятся» (Ис. 40:31).

Но, как показывает контекст, здесь прежде всего подразумевается не сопротивление искушению в нашей собственной плоти, но помощь другим людям. Нам следует учиться у Христа, Который «не ослабеет и не изнеможет, доколе на земле не утвердит суда» (Ис. 42:4). Он не разочаровывался, хотя многие из тех, кому Он помог, не выказывали ни малейшей признательности Ему. Он пришел творить добро, а не выслушивать слова благодарности. Поэтому «утром сей семя твое, и вечером не давай отдыха руке твоей, потому что ты не знаешь, то или другое будет удачнее, или то и другое равно хорошо будет» (Еккл. 11:6).

Мы не знаем, сколько мы пожнем, равно как не знаем, которое из семян, что мы сеем, даст всходы. Какое-то семя падет в стороне, и его склюют прежде, чем оно пустит корни; другое может пасть на каменистую землю и завянет; третье упадет среди терниев, и они задушат его. Но одно определенно: жатва все же состоится. Мы не знаем того, хороша будет жатва с утреннего сева или с вечернего, или обе будут хороши; но невозможно, чтобы обе оказались плохи. Хорошо взойдут либо те семена, либо другие, либо и те, и другие.

Разве это служит для нас недостаточным ободрением не уставать, делая добро? Почва может показаться плохой и время года — неудачным. Виды на урожай могут быть неблагоприятны, и в нас может зародиться искушение посчитать свои труды потраченными напрасно. Но это не так! «В свое время пожнем, если не ослабеем». «Итак, братия мои возлюбленные, будьте тверды, непоколебимы, всегда преуспевайте в деле Господнем, зная, что труд ваш не тщетен пред Господом» (1 Кор. 15:58).

10 Итак, доколе есть время, будем делать добро всем, а наипаче своим по вере.

Понятно, что в этом стихе апостол говорит о материальной помощи, поскольку нам не требуется особого повеления для того, чтобы благовествовать Слово Божье тем, кто не в одной вере с нами. Но существует природная склонность — природная, говорю я, а не духовная — ограничивать благотворительность лишь теми, кто, как считается, «заслуживает» ее. Мы много слышим о «достойных бедных». Но все мы недостойны даже малейшего из благословений Божьих, однако Он непрестанно являет их нам. «И если делаете добро тем, которые вам делают добро, какая вам за то благодарность? ибо и грешники то же делают. И если взаймы даете тем, от которых надеетесь получить обратно, какая вам за то благодарность? ибо и грешники дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же. Но вы любите врагов ваших, и благотворите, и взаймы давайте, не ожидая ничего; и будет вам награда великая, и будете сынами Всевышнего; ибо Он благ и к неблагодарным и злым» (Лк. 6:33–35).

Творить добро для других должно быть радостным и почетным поручением, а не раздражающей обязанностью, от которой следует поскорее отделаться. Люди не рассматривают то, чего они не желают, как возможную перспективу. Никто не говорит, что у него есть возможность пораниться или что у него есть возможность потерять деньги. Напротив, вам скажут, что есть возможность заработать деньги или избежать угрожающей опасности. Именно так мы и должны рассматривать благотворительность для нуждающихся.

Но возможности следует искать. Люди всегда ищут возможности приобрести что-либо. Поэтому апостол поучает нас, что мы должны искать возможности помочь кому-нибудь. Так поступал Христос. Он ходил и творил добро. Он пешком ходил по земле в поисках возможности сделать добро человеку и находил эти возможности, «ибо Бог пребывал с Ним». Его имя — Еммануил, что означает «с нами Бог». Ныне же, когда Он пребывает с нами до скончания века, и Бог с нами, мы также должны делать добро.

11 Видите, как много написал я вам своею рукою.

Неукротимая энергия Павла просматривается и в том, что против обыкновения он взял перо и написал послание или часть его своей рукой. Как мы знаем из его признания в 4-й главе, у апостола были больные глаза. Это в значительной мере осложняло его труд, точнее, осложнило бы его, не будь с ним силы Божьей. Павел нуждался в том, чтобы кто-то был рядом с ним, чтобы помогать ему. Некоторые из его помощников воспользовались этим для того, чтобы от имени Павла писать церквам послания, которые весьма тревожили братьев (см. 2 Фее. 2:2). Но во 2-м Послании к Фессалоникийцам Павел объясняет, каким образом они могут узнать, подлинно ли послание исходит от него. Независимо от того, кто фактически писал его, приветствие и подпись Павел написал своей рукой. Но на этот раз важность вопроса была столь велика, что он был вынужден написать все это послание сам.

12 Желающие хвалиться по плоти принуждают вас обрезываться только для того, чтобы не быть гонимыми за крест Христов.

Мы не можем обмануть Бога. Столь же бессмысленно обманывать себя или других. «Я смотрю не гак, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лицо, а Господь смотрит на сердце» (1 Цар. 16:7). Обрезание, довериться которому лжебратья побуждали галатов, означало самоправедность вместо праведности по вере. Они имели закон лишь как «образ праведности и истины». Своими делами они могли «хвалиться по плоти», но это была пустая похвальба; в ней не было правды. Они хотели казаться праведными, не испытывая гонений за крест Христов.

13 Ибо и сами обрезывающиеся не соблюдают закона, но хотят, чтобы вы обрезывались, дабы похвалиться в вашей плоти.

Они не соблюдали закон — ни в коей мере. Плоть противопоставлена закону Духа, и те, «кто во плоти, не могут быть угодными Богу». Но эти люди желали обращать других в «свою веру», как многие называют теории, с которыми они выступают. Христос сказал: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного; и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас» (Мф. 23:15). Подобные учителя похваляются в плоти своих «обращенных». И они буквально счастливы, когда могут насчитать столько-то сторонников в своем «вероисповедании», столько-то «приобретенных» за прошлый год. Числа и внешность значат много для людей, но ничего не значат для Бога.

14 А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира.

Почему хвалиться крестом? Поскольку мир распят для нас, а мы распяты для мира. Письмо заканчивается тем же, чем и начиналось: избавлением от «настоящего лукавого века». И один лишь крест способен совершить это избавление. Крест — символ унижения. Поэтому мы хвалимся им.

Бог, явленный во кресте

«Да не хвалится мудрый мудростью своею, да не хвалится сильный силою своею, да не хвалится богатый богатством своим» (Иер. 9:23).

Почему мудрый не должен хвалиться своей мудростью? Из-за того, что если эта мудрость его, то она глупость. «Мудрость мира сего есть, безумие пред Богом» (1 Кор. 3:19). Ни один человек не обладает мудростью, которой он мог бы похваляться, поскольку его мудрость есть безумие. Мудрость, данная от Бога, приводит к смирению, вместо того чтобы возгордиться.

А что можно сказать о силе? «Всякая плоть — трава» (Ис. 40:6). «Подлинно, совершенная суета — всякий человек живущий» (Пс. 38:6). «Сыны человеческие — только суета; сыны мужей — ложь; если положить их на весы, все они вместе легче пустоты». Но «сила у Бога» (Пс. 61:10, 12).

Богатство «неверно» (1 Тим. 6:17). Человек «напрасно… собирает и не знает, кому достанется то» (Пс. 38:7). Богатство «сделает себе крылья и, как орел, улетит к небу» {Притч. 23:5). Лишь во Христе на ходим мы неиссякаемые и обильные богатства.

Следовательно, человек не имеет ничего, чем он мог бы хвалиться. Что же остается человеку, если он не имеет ничего, что можно было бы назвать богатством, не имеет мудрости и абсолютно бессилен? Все, что Он имеет, и все, что в нем, — от Господа. Поэтому то, чем он похваляется, есть хвала Господу (см. 1 Кор. 1:31).

Теперь сопоставьте этот текст с Гал. 6:14. Оба они вдохновлены одним и тем же Духом, поэтому никакого противоречия между ними нет. Один текст гласит, что мы должны хвалиться лишь знанием Господа. Другой же текст говорит о том, что хвалиться мы можем лишь крестом нашего Господа Иисуса Христа. Из этого мы заключаем, что во кресте мы обретаем знание Бога. Познать Бога означает получить вечную жизнь. И нет иной жизни для человечества, как только через крест Христа. И вновь мы понимаем, что все, что может узнать чело век о Боге, раскрывается во кресте. Помимо креста нет знания Бога.

Это вновь показывает, что крест виден во всем творении. Вечная сила и естество Божье, все, что мы можем узнать о Нем, видно в сотворенном Им. Из слабости Бог творит силу. Он спасает людей смертью, так что даже мертвые могут покоиться в мире. Нет человека, столь бедного, столь слабого и греховного, столь падшего и презираемого, чтобы он не мог хвалиться крестом. Крест означает для этого человека именно то, что он есть, поскольку крест — символ позора и падения. Являя силу Божью в себе, он становится побуждением для вечного прославления.

Крест распинает

Крест отсекает от мира. Слава Богу! Ибо затем он воссоединяет нас с Богом, поскольку близость к миру — это вражда с Богом. «Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак. 4:4). Посредством креста Христос разрушил эту вражду (Еф. 2:15, 16). «И мир проходит, и похоть его, а исполняющий волю Божию пребывает вовек» (1 Ин. 2:17). Так пусть же мир проходит.

То, что прежде влекло, вдруг поблекло,

Рвутся путы пристрастий земных,

Новой радостью чистой и светлой

Озаряются жизни версты.

Иисус — эта новая радость,

Пусть уныло вокруг и темно,

Крест Христа — благодать и отрада —

Воссиял мне в пустыне земной.

Иисус сказал: «И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12:32). Сказал Он это, давая понять, какой смертью Он умрет, то есть говоря о кресте. Он «смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени» (Флп. 2:8, 9).

Смертью Он вознесся, воссев одесную Отца на небесах. Именно крест поднял Его от земли на небеса. Поэтому только лишь крест несет нам славу, и поэтому лишь крестом можем мы хвалиться. Крест, означающий осмеяние и позор для мира, возносит нас из этого мира и помещает рядом со Христом в небесную обитель. Сила, которой он делает это, есть «сила, которая действует в нас», сила, которой совершается и поддерживается все сущее во вселенной.

15 Ибо во Христе Иисусе ничего не значит ни обрезание, ни необрезание, а новая тварь.

Спасение исходит не от человека, каким бы ни было его положение или состояние и кем бы он сам ни был. В необрезанном состоянии он погиб. Если он обрезан, спасение ничуть не ближе. Лишь крест имеет власть спасать. Единственное, что представляет ценность, — новая тварь. «Кто во Христе, тот новая тварь» (2 Кор. 5:17), и лишь через смерть мы можем воссоединиться с Ним. (См. Рим. 6:3.)

Нет ничего в моей руке;

Просто я приникаю к Твоему кресту.

Крест производит новую тварь. И вновь мы понимаем, почему есть причина славить его. Новое творение вышло из рук Творца в начале, «при общем ликовании утренних звезд, когда все сыны Божий восклицали от радости» (Иов 38:7).

Знамение креста

Вкратце проанализируем тексты, которые мы прочитали выше:

1) крест Христов — единственное, чем нам должно гордиться; 2) всякий гордящийся должен гордиться лишь своим знанием Бога; 3) Бог избрал слабых мира, чтобы сокрушить сильных, чтобы никто не мог иметь славы, кроме Него; 4) Бог явлен во всем, Им сотворенном. Творение, являющее силу Божью, представляет также и крест, поскольку крест Христа — это сила Божья, и Бог познается через крест.

Мы можем заключить, что сила, которой был сотворен мир и все сущее, сила, поддерживающая существование всего, есть сила, спасающая тех, кто доверяется ей. Это сила креста.

Итак, сила креста, единственно через которую приходит спасение, есть сила, которая творит и продолжает действовать во всем творении. Когда же творит Бог, «это весьма хорошо». Поэтому во Христе, в Его кресте мы имеем «тварь новую». «Ибо мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2:10). Именно во кресте рождается эта новая тварь, ибо его сила — это сила, которой «в начале Бог сотворил небо и землю». Это сила, которая удерживает землю от полного разрушения под гнетом проклятия, сила, посредством которой происходит изменение времен года, время сева сменяется временем жатвы и которая, наконец, обновит лик земли. «Великолепно будет цвести и радоваться, будет торжествовать и ликовать; слава Ливана дастся ей, великолепие Кармила и Сарона; они увидят славу Господа, величие Бога нашего» (Ис. 35:2).

«Велики дела Господни, вожделенны для всех, любящих оные. Дело Его — слава и красота, и правда Его пребывает вовек. Памятными соделал Он чудеса Свои; милостив и щедр Господь» (Пс. 110:2–4).

Мы понимаем, что чудесные дела Божьи являют Его праведность, равно как Его милость и щедрость. Это еще одно свидетельство того, что Его дела являют крест Христов, в котором сосредоточены бесконечная любовь и милосердие.

Но «памятными соделал Он чудеса свои». Этот же стих может звучать и так: «Он воздвиг памятник Своим чудесным делам». Почему Он желает, чтобы люди помнили Его могущественные дела и возвещали о них? Для того, чтобы, не забывая об этом, они верили в дарованное Им спасение. Бог желает, чтобы люди непрестанно размышляли о делах Его и таким образом познали бы силу креста. Поэтому, сотворив за шесть дней небеса и землю и все живущее на ней, «со вершил Бог к седьмому дню дела Свои… и почил в день седьмой от всех дел Своих, которые делал. И благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал» (быт. 2:2, 3).

Крест передает нам также знание о Боге, демонстрируя нам Его силу как Творца. Посредством креста мы распяты для мира и мир — для нас. Крестом мы освящаемся. Освящение — это работа не чело века, но Бога. Лишь Его властью может вершиться великое дело. В начале Бог освятил субботу как венец Его созидательной работы, как свидетельство того, что работа эта завершена, как знамение совершенства. Поэтому Он говорит: «Дал им также субботы Мои, чтобы они были знамением между Мною и ими, чтобы знали, что Я — Господь, освящающий их» (Иез. 20:12).

Итак, мы видим, что суббота, седьмой день, является истинным знамением креста. Она памятник творения, а искупление есть творение, творение посредством креста. Во кресте мы находим полные и завершенные дела Божьи и облекаемся в них. Сораспяться со Христом означает полностью отказаться от себя, признать свое ничтожество и полностью вверить себя Христу. В Нем мы обретаем покой. В Нем мы обретаем субботу. Крест возвращает нас к началу, к тому, что «было от начала». Покой в седьмой день недели есть знамение того, что мы обретаем покой от греха как в совершенном Богом творческом труде, так и в кресте Христа.

Крест означает смерть, но он означает также и восшествие в жизнь. Это исцеление ранами Христа, благословение в проклятии, которое Он понес, жизнь в смерти, которую перенес Он. Кто осмелится сказать, что вверяет Христу жизнь вечную, если он не может доверить Ему те несколько лет или месяцев, или дней жизни в этом мире?

Скажем же вновь и от всего сердца: «Я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира». Если вы можете сказать это искренне, то тяготы ваши и гонения покажутся вам столь легкими, что вы сможете хвалиться ими.

Слава креста

Именно крестом все стоит. «Им держится все», и Он существует для всех лишь как Иисус распятый. Если бы не крест, мир ожидала бы погибель. Ни один человек не мог бы дышать, ни одно растение не могло бы расти, ни один луч счета не мог бы воссиять с небес, не будь креста.

Ныне «небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь» (Пс. 18:2). Они — часть сотворенного Богом. Нет пера, которым можно было бы описать, и нет кисти художника, которая могла бы изобразить внушающую благоговение славу небес. Но эта слава есть лишь слава креста Христова. Этот вывод следует из того, что мы узнали — что слава Божья видна в творении и что крест — это сила Божья.

Слава Божья есть Его сила, поскольку «безмерное величие могущества Его в нас» видно в воскресении Иисуса Христа из мертвых (Еф. 1:19, 20). «Христос воскрес из мертвых славою Отца» (Рим. 6:4). Именно претерпев смерть, Иисус был увенчан славою и честью (Евр. 2:9).

Итак, мы видим, что вся слава бесчисленных звезд во всем разнообразии их цветов, вся слава радуги, слава облаков, освещаемых заходящим солнцем, слава моря, цветущих полей, и зеленых полян, слава весны и зреющего урожая, слава распускающихся почек и прекрасных плодов — вся слава, которую имеет Христос на небесах, как и слава, явленная в Его святых, когда они «воссияют, как солнце, в Царстве Отца их» (Мф. 13:43), — все это слава креста. Как можно помыслить о том, чтобы хвалиться чем-либо иным?

16 Тем, которые поступают по сему правилу, мир им и милость, и Израилю Божию.

Правило славы! Что за величественное правило для руководства! Упомянуты ли здесь две категории людей? Нет, этого не может быть, ибо письмо посвящено именно тому, чтобы доказать наше единство во Христе Иисусе.

«Обрезание — мы, служащие Богу духом, и хвалящиеся Христом Иисусом, и не на плоть надеющиеся» (Флп. 3:3). Такое обрезание делает всех нас истинным Израилем Божьим, ибо оно есть победа над грехом, а «Израиль» означает «победивший». Мы более уже не «отчуждены от общества Израильского… не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу, бывши утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем» (Еф. 2:12, 19, 20). Поэтому и мы присоединимся к тем многим, которые «придут от востока и запада и воссядут за стол с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном».

17 Впрочем, никто не отягощай меня, ибо я ношу язвы Господа Иисуса на теле моем. Благодать Господа нашего Иисуса Христа со духом вашим, братия. Аминь.

Греческое слово, переведенное как «язвы», означало клеймо, наносимое на тело преступника или пойманного беглеца-раба, чтобы показать, кому он принадлежит. Это был знак позора.

Таковы язвы креста Христова. Клеймо креста стояло на Павле. Он сораспялся со Христом и несет следы этого. Они отмечены на его теле. Они указывают, что он слуга, раб Господа Иисуса. Пусть же никто не беспокоит его — он не раб людей. Он подчиняется одному лишь Христу, Который купил его. Пусть же никто не пытается побудить его служить человеку или плоти, поскольку Иисус отметил его Своим знаком, и он более не может служить никому другому. Более того, пусть люди помнят о том, как они пытались вмешиваться в его свободу во Христе и как они обращались с ним, ибо его Владелец безусловно защитит то, что принадлежит Ему.

Носите ли вы такие знаки? Тогда вы можете хвалиться ими, поскольку такая похвала не суета и не сделает суетным вас.

Что за слава во кресте! Вся слава небес заключена в этом презираемом предмете. Не в символе креста, но во кресте самом. Мир не признает его славы. Но он не признал и Сына Божьего; он не признает и Святого Духа, поскольку не может увидеть Его. Так пусть Бог откроет ваш1 , глаза, чтобы вы могли увидеть славу и иметь возможность определять истинную ценность всего. Да исполнимся же мы стремлением быть распятыми вместе со Христом, чтобы этот крест мог прославить нас. Во кресте Христовом спасение. В нем сила Божья, чтобы сохранить нас от падения, ибо он поднимает нас от земли к небесам. Во кресте заключено новое творение, которое Сам Бог провозглашает «хорошим весьма». В нем вся слава Отца и вся слава нескончаемых веков. Да не допустит Бог, чтобы мы хвалились чем-либо другим помимо креста Господа нашего Иисуса Христа, которым мир распят для нас, а мы для мира.

Во кресте Христа я славлю,

Возвышаясь над руинами времени;

Весь свет священной истории

Сияет над его вершиной.

Поэтому:

Коль скоро я, несовершенный и погибший,

Имею прощение Его именем и Словом,

Не позволяйте мне хвалиться чем-то

Помимо креста Христа, моего Господа.

Куда бы ни шел я, я буду рассказывать

О кресте, о кресте;

Ни в чем ином душа моя не прославится

Помимо креста, помимо креста;

И непрестанно буду я вещать

Через время и в вечности,

Что Иисус вкусил смерть ради меня

На кресте, на кресте.

Примечания

1

Здесь и далее поэтический перевод Н. Щегловой

Content

Эллет Ваггонер
Радостные вести
Комментарий на Послание ап. Павла к Галатам

Предисловие

Вступление

ГЛАВА 1 Истинное Евангелие: откровение Иисуса Христа

Христос купил нас

Божья воля

Отделенность от Бога

«Иное благовестие»

Ангел с небес

Откровение Иисуса Христа

«Советоваться с плотью и кровью»

Немедленно

Проповедь новообращенного

Бог прославленный

ГЛАВА 2 Жизнь по вере во Христа

Отрицание Христа

Евангелие не магия

Нет монополии на истину

Наружность не имеет значения

Совершенное единство

В противоречии с евангельской истиной

ГЛАВА 3 Искупленные от проклятия

Защита от спиритизма

Христос распят перед нами

Противопоставление: «под клятвою»

Что такое проклятие

Благословение и проклятие

Добрые дела

Кто же праведен?

Как оправдаться

Закон не по вере

Неизбежный вопрос

Жало греха

Искупление от проклятия

Христос «сделался за нас клятвою»

Откровение креста

Ободрение от отчаяния

Благословение от проклятия

Завершенный труд

«Обещанный Дух»

Дух — залог наследия

«И семени твоему»

Наследует лишь духовное

Множество обетовании в одном

Обещанное наследие

Наследие без проклятия

Заветы обетования

Завет подтвержден

Закон не может отменить обетования

Самоуверенность есть грех

Служение ангелов

«Рукою посредника»

Посредническое служение Христа

Закон усиливает обетование

Праведность и жизнь

Как научаемся мы ощущать свою нужду

Под законом, под грехом

Свобода во Христе

Закон проповедует Евангелие

Как крещение спасает нас

Жатва

ГЛАВА 4 «Подучить усыновление»

Все люди как возможные наследники обетования

«Родился от жены»

«Дабы нам получить усыновление»

«Немощь плоти» Павла

«Как вы были блаженны!»

«Это два завета»

Сопоставление двух заветов

Гора Синай — гора Сион

«Итак, стойте в свободе» (Гал. 5:1)

ГЛАВА 5 Дух облегчает обретение спасения

Свобода, даруемая Христом

«Стойте в свободе»

Любовь исполняет закон

Любовь бескорыстна

«Любовь никогда не перестает»

«Нет различия»

Противоборство плоти и духа

Дух и закон

ГЛАВА 6 Слава креста

«Вы, духовные»

Бог, явленный во кресте

Крест распинает

Знамение креста

Слава креста

Примечания