Дункан Пол

Чертовы писаки!

Пол Дункан

Чертовы писаки!

Будь Рэймонд Чендлер сегодня жив, я бы придушил его своими руками. Это он во всем виноват. И его дурацкий Сэм Спейд, или про кого он там кропал свои книжонки? Все романы о частных детективах, что мне когда-либо доводилось читать, к реальной жизни имеют не больше отношения, чем россказни о троллях, которые ищут в своем Средиземье какое-то магическое кольцо. Может, вы думаете, что быть частным детективом — это очень романтично? Черта лысого! Большую часть дня я болтаюсь по провонявшим мочой подъездам, карабкаюсь по заплеванным лестницам, стучу в двери, а когда их наконец открывают, на меня набрасываются собаки. И все это ради того, чтобы вручить повестку в суд какому-нибудь козлу, у которого нет денег, чтобы заплатить по счетам.

А что делать? Хочешь жить — умей вертеться. Вот я и вертелся — в любое время суток, при любой погоде… Перегонял машины на стоянку автомагазина, потому что бедолаги, купившие их в рассрочку, не могли наскрести на последний взнос. Помогал вышвыривать жильцов из домов со всеми их пожитками, потому что они были должны за квартиру. Доводилось даже вырывать игрушки из рук малышей. «Герой»! Но тот, кто вертит носом, выбирая работу, сидит голодный. Лично я готов взяться за все, что предложат. Впрочем, вернемся к моей истории.

В тот день я занимался своим обычным делом, то есть развозил судебные повестки с уведомлением о выселении. Так я с Рэймондом Ченсом и познакомился — ему надлежало освободить квартиру в трехдневный срок. Однако в отличие от многих других он повел себя со мной очень вежливо. Пригласил зайти, угостил чаем и завел разговор. Оказалось, что он писатель и в этом поганом районе поселился специально, поскольку желал воочию познакомиться с реальной жизнью.

— Время зря тратишь, дурила, — сказал я ему. — Ты когда-нибудь по-настоящему голодал? Неделю не мылся, потому что негде было? Мерз по ночам, потому что отключали отопление? Вот тебе реальная жизнь. И примерно на такую ты своими детективами и заработаешь.

Но на Рэймонда это не произвело ни малейшего впечатления. Я был для него лишь очередным объектом для исследований. А уж когда он просек, что я частный детектив, — у него аж глаза загорелись, словно выиграл в лотерею. В общем, кончилось тем, что Рэй попросился на дело вместе со мной, мол, охота ощутить этот самый «запах страха». Сначала я подумал: пудрит мне мозги, — но когда этот чудак достал из бумажника деньги, я сказал, что чем больше он предложит бабок, тем больше «страха» нанюхается.

* * *

Вот уж не знал, что эти писаки любят задавать столько дурацких вопросов. Нет, я не разгадываю кроссворды и не играю в шахматы. Нет, у меня нет пистолета, потому что это незаконно, да и к тому же чертовски опасно. Нет, мне плевать на жизнь тех, с кем мне ежедневно приходится общаться. В том смысле, что неужели хозяину строительной фирмы есть дело до каких-то людишек, через гостиную которых он планирует проложить автостраду? А разве компьютерного хакера колышет, что своими фокусами он может случайно стереть файл с чьим-нибудь банковским счетом? Да не думают они ни о чем, кроме своей выгоды. Ну а я-то почему должен вести себя по-другому?

Нет, я не раскрыл ни одного убийства, хотя мертвяков мне доводилось видеть предостаточно. Бывало, ходишь-ходишь с повесткой по одному и тому же адресу, а тебе все не открывают. Вызовешь полицию, взломают они дверь, и сразу становится ясно, почему жилец не платит по счетам, — окочурился. Впрочем, большинство из таких жмуриков — наркоманы, наш район ими кишмя кишит. Куда ни глянь, всюду «толкачи» в ярких куртках — стоят на углу, ждут, пока клиент подвалит. Совсем совесть потеряли. И что, по-вашему, делает полиция? Сажает их в тюрьму? Нет. По закону они не могут упечь несовершеннолетнего, а те засранцы этот закон знают.

Ах, вас интересует, что я думаю по этому поводу? Извольте: чихать я на них хотел! Я что — рыцарь в сверкающих доспехах, который явится в эти гадские трущобы и железной рукой наведет порядок? Хрен дождетесь! Стал бы я тут разгуливать пешком! Только на машине, да и то лишь днем.

* * *

К моему удивлению, Рэймонд проявил себя вовсе не таким тихоней, каким казался с виду. Стоило какому-нибудь хмырю полезть на меня с кулаками, как Рэй тут же набрасывался на него, что твой доберман, которого печенкой не корми, только дай дорваться до сонной артерии. Обычно дело кончалось тем, что мне приходилось спасать их от Рэя! Думаете, вру?! Нет, сэр, ничуть не бывало! Да от него и стая пираний задала бы стрекача! Эти чертовы писаки… поди угадай, что творится у них в черепушках.

Мне кажется, иногда Рэю просто хотелось немного «оторваться», потому что, бывало, мы развозили повестки недели напролет. И если кто-нибудь затевал драку, Рэй был счастлив.

— Совсем как на войне, — как-то раз пояснил он. — Томительные часы скуки и безделья внезапно сменяются мгновениями смерти и разрушения.

Я велел ему заткнуться. Тут тебе не Бейрут, говорю. Кроме того, он же никогда не был на войне, так откуда ему все это знать? Вечно эти писаки ссылаются на чужой опыт.

* * *

Однажды утром он заявился ко мне, довольный до чертиков, и с гордым видом выложил на стол стопку отпечатанных на машинке листков — вот, дескать, читай! Именно с нее-то все и началось.

Прочитал я его писанину и спрашиваю: это те самые «материалы», что ты нарыл до нашей встречи? Нет, отвечает Рэй, это сам роман и есть. Я чуть со смеху не помер. Этот парень собрал все штампы, какие только смог найти в книгах о частных детективах, и засобачил их в свой роман. Он был не обо мне, а о каком-то супермене, живущем в вымышленном мире, населенном вымышленными персонажами.

Однако Рэй продал свое «творение» за нехилые бабки, и мы поехали в турне, посвященное «раскрутке» книги. Та еще была поездочка — мотаться по старушке Англии с ее пыльными библиотеками и гонять чаи со столетними бабульками, которые еще помнят, как их навещала Агата Кристи! Хотите верьте, хотите нет, но книжка Рэя в одночасье стала бестселлером. А потом по ней взяли да и сняли документальный фильм. Обо мне! Честно говоря, мне не слишком охота распространяться на эту тему. В одной газете написали, что в течение фильма я шмыгаю носом аж сорок восемь раз. Что я позер и тупая горилла. Что это «постмодернистский трюк, способствующий развенчанию мифа частного детектива». Что кульминацией фильма был момент, когда на меня нападает собака, а я бью ее по морде так, что мой кулак застревает у нее в пасти, и чтобы снять эту тварь с руки, мне приходится ехать в больницу. Потом одна из репортерш обвиняет меня в жестоком обращении с животными, а я высказываю этой мартышке все, что о ней думаю. Лично с моей точки зрения, кульминация фильма наступила, когда меня послали отогнать на стоянку магазина машину должника, а на меня наехала полиция, потому что я, видите ли, встрял в их операцию по задержанию банды угонщиков. Но когда легавые увидели телекамеры, то позволили и мне в ней поучаствовать. Что тут началось! Мой телефон трезвонил не переставая. Владельцы фирм, выпускающих противоугонные устройства, стали наперебой предлагать мне совершить турне по стране с рекламой их продукции, твердили, что передо мной открываются колоссальные возможности. Я же мечтал двинуть как следует кому-нибудь из этих прилипал, но так, чтобы меня потом не посадили.

* * *

Вскоре моя физиономия стала известной настолько, что стоило мне выйти из дома, как вокруг тут же собиралась толпа поклонников. А я вам, между прочим, не какой-нибудь бизнесмен, чтобы организовать фирму и нанять людей, которые бы работали вместо меня. На это у меня просто не хватит энергии, да, если честно, и мозгов тоже.

Вот тогда меня и пригласили на телевидение. Впервые я появился на экране в «Бешеном Быке» в роли вышибалы, ненароком прибившего парнишку, который пытался бесплатно пролезть в ночной клуб. Эпизод с моим участием снимался в тюремной камере, где я должен был с ревом молотить кулаками по стенам, пока не разобью их в кровь (и разбил-таки, только гад-режиссер почему-то вырезал этот кадр при монтаже). Рецензии были сносными, потому что текста мне, слава богу, не дали и я просто «выражал себя с помощью „языка тела“». Продюсеру понравилось, и на меня посыпались роли в британских сериалах типа «Сержант Брук против „Подонков“». Пара из них хорошо пошла в Штатах, и через месяц мне позвонил один Опытный Голливудский Агент (если такие вообще существуют в природе). Я вылетел первым же самолетом.

Там я сразу снялся в нескольких низкобюджетных боевиках, но потом до всех доперло, что мои актерские способности ограничены, и интерес ко мне поутих. В итоге я подписал контракт на съемки в популярном телесериале и начал получать скромный, но стабильный доход.

* * *

Постепенно я дорос до эпизодических ролей в кино, стал одним из тех, кто постоянно мелькает в «ящике». О таких говорят: «Звезд с неба не хватает, но я его знаю». С киностудии звонят моему агенту, обговаривают гонорар, присылают за мной лимузин, гримируют, и я приступаю к работе. Я мужик крепкий и, по словам моего агента, одним только своим видом создаю «эффект присутствия». На съемочной площадке от меня требуется либо злобно пялиться в камеру, либо врываться в комнату с пушкой в руке, либо бить в морду какому-нибудь каскадеру. Ну а уж потом появляется главный герой и метелит меня до полусмерти, потому что, как ни крути, он-то главный, а я — бандит или на худой конец продажный частный детектив.

Самое приятное, что мне не дают ролей с текстами. Во-первых, у меня слишком высокий голос, во-вторых, английский акцент, да и ругаюсь я так, что мало не покажется. Как-то на съемках одна дамочка вякнула, что у меня не рот, а помойка. Ясное дело, я в долгу не остался и прошелся по ее внешности, а она подала на меня в суд! Черт знает что такое! В наше время у людей напрочь исчезло уважение к чужому мнению.

С другой стороны, когда ты достаточно хорошо «засвечен» в роли громилы, а какую-нибудь кинозвезду начинают допекать фанаты, то для защиты своей драгоценной персоны она с радостью нанимает именно таких, как я. Лучше работенки и не сыщешь. Ходишь день-деньской в чистеньком костюмчике и темных очках да посылаешь подальше всяких там фотографов и репортеров. Кому придет в голову, что это я и пишу обитателям Беверли-Хиллз те самые письма с угрозами?

А пообщавшись с коллегами, я разузнал массу полезных сведений о всяких хитрых шпионских приспособлениях. Взять, к примеру, крошечную видеокамеру. Как-то я установил такую в гримерке одного «кумира поклонников» и получил подробный отчет о его сексуальной жизни со всеми девицами из съемочной группы. Фрагменты этой записи я продал одной кабельной телестанции, а всю пленку — еще одному клиенту. Теперь ее можно найти в Интернете.

* * *

Так вот — этот самый малый по имени Том подсел ко мне в баре, где я отдыхал после съемок в «Прими смерть с улыбкой». Разговорились, познакомились, он угостил меня выпивкой, я — его, и в итоге мы крепко набрались. Хотя вообще-то его рожа с самого начала мне не шибко понравилась — было в ней что-то зверское. Оказалось, он торгует подержанными машинами. Но когда я сказал ему, что работаю частным детективом, он тут же двинул меня в челюсть, а потом отделал так, что я загремел в больницу.

Я заявил в полицию, и вскоре его задержали. Выяснилось, что этот хмырь — первостатейный жулик: перекручивал назад показания спидометра на тачках и продавал их как новые. Да еще вдобавок пускал на их ремонт списанные запчасти. Некоторые из его тачек вообще были собраны из двух старых машин. Ну и так далее в том же духе.

Самое смешное, что не напади он на меня, его бы никогда не арестовали и он бы продолжал дурить своих клиентов еще бог знает сколько времени. Так что я в какой-то степени помог вывести его на чистую воду.

Почему он на меня набросился? Все очень просто: он боялся, что облапошенные им клиенты рано или поздно скинутся и кого-нибудь наймут, чтобы припереть его к стенке. А поскольку он насмотрелся боевиков — в том числе и с моим участием, — мое лицо показалось ему подозрительно знакомым. И когда я представился частным детективом, этот болван решил, что я явился по его душу. Вам смешно?! Лично мне — нисколько!

* * *

Я провалялся в больнице пару недель, и, уж поверьте, это были непростые две недели. Ведь медсестры и санитары тоже ходят в кино и смотрят телевизор. А тут такой пациент! Настоящий сыщик! Как же я устал от их дурацких расспросов! Нет, я не ангел милосердия, не рыцарь без страха и упрека, защищающий сирых и убогих. Нет, я никогда не занимался розыском похищенных детишек и не вступал в перестрелки со злодеями. И, самое главное, ни разу не встречал неотразимую красотку, которая только бы и мечтала о том, как со мной трахнуться.

К концу второй недели я понял, что профессию пора менять. Эти чертовы писаки все-таки добились того, что в наше время частного детектива считают либо чудаком не от мира сего, либо боксерской грушей. И, судя по всему, так оно будет и дальше.

Поэтому, выписавшись из больницы, я первым делом позвонил своему агенту и сказал, чтобы он меня не беспокоил, пока не подыщет мне какую-нибудь роль поприятней — например, следователя или хотя бы серийного убийцы-маньяка. Такую, где получать тумаки для разнообразия буду не я, а мои противники. После чего бросил трубку и отправился сюда, в этот самый бар. Вот сейчас мы с вами допьем, а потом я возьму такси и навещу Рэя. И, поверьте, он об этом сильно пожалеет!

Content

Дункан Пол Чертовы писаки!

Пол Дункан Чертовы писаки!