Лев Иванович Давыдычев

Сказки из сборника

"Десять сказочников под одной крышей"

Как Медведь кашу ел

Плохо жилось зайцам.

Совсем замучил их ленивый Медведь. Всё ему подай, поднеси.

Ни поиграть, ни травку пощипать у бедных зайцев времени нет.

Загрустили зайцы, приуныли, призадумались.

Как бездельника проучить?

— Придумал! — радостно воскликнул заяц по имени Прыг-Прыг. — Пусть Медведь всё делает сам! Надо заставить его!

— А как? — спросил заяц по имени Скок-Скок.

— Не будем его слушаться, — предложил третий заяц. Его звали Прыг-Скок. — Не будем — и всё!

— А как? — спросил Скок-Скок.

— Я мастер на все лапы — знаю, что делать! — весело крикнул Прыг-Прыг.

Вдруг раздалось: топ, топ, топ — и громкий голос Медведя:

— Дайте мне каши! Дайте мне каши! Дайте мне каши! Я есть хочу!

Зайцы вскочили, переглянулись и — побежали, побежали, побежали.

К бабушке прибежали. Прыг-Прыг сказал:

— Бабушка, бабушка, Медведь есть хочет, каши просит. Свари-ка ему каши много-много, только без соли!

— Только без соли! Только без соли! Только без соли! — закричали зайцы.

Бабушка достала большое-большое ведро. Бабушка налила в ведро много-много воды. Бабушка положила в ведро много-много крупы. И затопила бабушка печку.

Дрова горели-горели, вода кипела-кипела, каша варилась-варилась.

Сварилась.

Поднатужились зайцы, подняли большое-большое ведро на палке, побежали, побежали, побежали.

На полянку прибежали.

— Долго, долго бегали, — сердито пробурчал Медведь. — А где ложка? Я лапой есть не буду! Сейчас же принесите мне ложку!

Зайцы побежали, побежали, побежали. К бабушке прибежали.

— Медведь кашу лапой есть не хочет, — сказал Прыг-Прыг.

— Он ложку просит, — сказал Скок-Скок.

— Самую маленькую, — сказал Прыг-Скок.

— Самую маленькую! Самую маленькую! — закричали зайцы.

Взяли зайцы ложку, побежали, побежали, побежали.

На полянку прибежали.

— Это что такое? — грозно спросил Медведь.

— Ложка, — ответили зайцы. — Это ложка.

— Ма-а-а-аленькая! — обиженно заревел Медведь. — А я большой! Я не могу есть маленькой ложкой! Принесите мне самую большую ложку!

Переглянулись хитрые зайцы, побежали, побежали, побежали.

К бабушке прибежали.

— Отдохните, — сказала она и каждому дала по морковке.

— А Медведь-то голодный! — засмеялся Прыг-Скок.

— Так ему и надо! — засмеялся Скок-Скок. Прыг-Прыг взял топор.

Тук, тук, тук! Стук, стук, стук! Тук! Стук! Тук! Стук!

Прыг-Прыг был мастер на все лапы и вырубил из бревна огромную ложку.

Такую огромную, что зайцы еле-еле подняли её. Поднатужились зайцы и — побежали, побежали, побежали.

На полянку прибежали.

— Вот это ложка! — радостно закричал Медведь. Схватил он ложку, сунул её в ведро и заревел: — Не лезе-е-ет!

Отшвырнул Медведь ложку, захватил горсть каши лапой, сунул в пасть, пожевал да как заревёт на весь лес:

— Несолёная! Не могу я есть кашу без соли! Принесите мне соли!

Переглянулись хитрые зайцы, побежали, побежали, побежали.

К бабушке прибежали.

Посидели зайцы, отдохнули, травку пощипали, в прятки поиграли и — опять отдохнули.

В лапушки зайцы похлопали, взяли мешочек соли и потихоньку-полегоньку по дороге запрыгали.

Прыгали-прыгали — на полянку припрыгали.

Размахнулся Скок-Скок и бух в ведро с кашей целый мешочек соли!

— У-ух! — радостно рявкнул Медведь и захватил кашу лапой. И зачавкал Медведь на весь лес. И зарычал Медведь на весь лес: — Пересолили! Не поесть мне из-за вас, глупые зайцы! Вот я вам!

А зайцы наутёк, только лапки замелькали. Порычал им вслед Медведь и начал есть кашу. Была она солёная-пресолёная.

Медведь морщился, слезами обливался, но ел да ел. Всё ведро съел.

— Зайцы! — крикнул Медведь. — Я пить хочу! Принесите мне воды да побольше!

Лес молчал. Никто не откликнулся.

В горле у бедного Медведя совсем пересохло. Он прохрипел:

— Зайчики, миленькие… Тишина.

Подождал Медведь, подождал и побрёл к реке. Пил он, пил, еле-еле напился и тут же уснул. Захрапел.

Обломил Прыг-Прыг веточку, подкрался к Медведю и пощекотал ему веточкой нос.

Вскочил Медведь, замотал головой и…

Ап-чхи! — раз.

Ап-чхи! — два.

Ап-чхи! — три.

Ап-чхи! — четыре.

Ап-чхи! — пять.

Постоял, поморщился и ещё ап-чхи! — шесть.

А зайцы смотрели на него из-за кустов и смеялись.

Услышал Медведь, погрозил им лапой и побрёл обратно в лес. Топ, топ, топ…

Говорят, что теперь он всё делает сам.

Мой знакомый воробей

Ни у кого из вас нет, конечно, знакомых воробьев. А вот у меня есть. Да не один, а штук триста. Вы спросите:

— А как вам это удалось познакомиться с ними?

Пожалуйста, расскажу. У меня от вас секретов нет. Я расскажу вам обо всём, о чём спросите.

Хотите знать, как можно познакомиться с воробьями? Никогда не берите в руки рогатки. Иначе воробьи вас и близко не подпустят. Это во-первых.

Во-вторых, надо уметь разговаривать по-воробьиному. Это очень трудно, но я вас научу.

Запомните: если один воробей говорит другому: «Чиви-чиви-чиви-то!» — это значит: «Ах, как я люблю червяков!» Если воробьи галдят: «Чьто-чи-чьто!» — это значит: «Ох, опять будет дождик!»

Долго пришлось мне учиться, прежде чем я стал понимать воробьиный язык. Зато и не зря учил.

Шёл я однажды с работы домой. Была зима. Дул холодный ветер.

А на дороге сидел воробей. Сидел и не шевелился. Я присел перед ним на корточки и спросил:

— Замёрз, брат?

Воробей кивнул.

— Пойдешь ко мне в гости? — спросил я. — Отогреешься, отдохнёшь.

Воробей согласился. Я посадил его в рукавичку и принёс домой. Через несколько минут он уже весело чирикал, прыгал по столу.

— Как тебя звать? — спросил я.

— Чью-чью.

— Так вот, Чью-чью, я очень хочу есть. И ты, верно, давно ничего вкусного не ел. Давай-ка жарить картошку?

И началась работа. Я чистил картошку, а воробей убирал кожуру. Пока картошка жарилась, воробей успел вдоволь напрыгаться. Потом я сел за стол, а воробей — на стол. Наелись мы картошки, напились молока.

— Чи-чи, — сказал воробей.

— На здоровье, — ответил я.

В это время в комнату вошёл кот Кузьма, толстый, ленивый и хитрый.

Воробей испуганно чирикнул и взлетел на абажур.

Кузьма жадно и хрипло мяукнул и уставился на воробья своими плутовскими глазами.

— Ничего не выйдет, дорогой Кузьма, — сказал я. — Ты бы поменьше спал да побольше мышей ловил.

Кузьма обиделся и ушёл из комнаты.

— Ты его не бойся, — успокоил я воробья. — Оставайся жить у меня. Весной, в тёплые дни, улетишь.

Но Чью-чью отказался. Он сказал, что не может жить без друзей.

— Тогда прилетай с друзьями ко мне в гости, — предложил я.

Мы попрощались, и Чью-чью стрелой умчался в форточку.

С каждым днём становилось всё холоднее. Я часто вспоминал своего знакомого воробья и удивлялся, почему он со своими друзьями не прилетает ко мне погреться. Может, дорогу забыл?

Как-то вечером за окном послышалось хлопанье крыльев, а в стекло будто дождик застучал. Я распахнул форточку.

В комнату ворвались клубы морозного воздуха и целая стая воробьев. Их было много, очень много.

Не успел я опомниться, как увидел: на столе, на стульях, на книжных полках, на полу — везде сидели воробьи.

Ступить было некуда!

Они подняли такой гвалт, что я прикрикнул:

— Тише! Соседей моих испугаете!

Воробьи замолчали. Я смотрел на них и старался угадать: который же из них Чью-чью?

— Кто из вас Чью-чью? — спросил я.

Воробьи опять подняли гвалт:

— Чи-чьи! Чи-чьи! Чи-чьи!

А «чи-чьи» — значит «я». Оказалось, что имён у воробьев не бывает. «Чью-чью» значит «воробей».

В комнату ворвался кот Кузьма и глаза выпучил. И назад попятился. Шерсть дыбом, а испугался! Жадный кот. Где ему справиться с дружной воробьиной семьёй!

Мяукнул Кузьма жалобно и утопал.

Отогрелись мои приятели-воробьи, стали собираться в обратный путь. На прощание они сказали мне:

— Когда тебе будет нужна наша помощь, позови.

Улетели воробьи, а я подумал: «Как они мне могут помочь? Какой толк может быть от птичек-невеличек?»

Много раз навещали меня воробьи, отогревались, чирикали свои воробьиные песенки и обязательно просили меня включить радиолу. Особенно им нравился танец под названием «Полька-птичка».

Наступило лето. Воробьи перестали меня навещать.

Думал я, что до зимы нам не встретиться, но пришлось. Отправился я как-то на рыбалку. Взял у одного рыбака лодку и переехал на остров. Долго просидел я с удочкой и наловил рыбы немало. Наловил и на уху, и Кузьме.

Пора было возвращаться домой.

А лодки на месте нет — уплыла. Я её верёвкой к колышку привязал, а узелок-то с колышка и соскользнул.

Что делать?

Последний поезд в город уходит через час. Если я на него не попаду, то завтра опоздаю на работу. А это уж никуда не годится! Не люблю я на работу опаздывать.

Да и лодку жалко.

Стою я на острове один-одинёшенек и чуть не плачу с досады. Ах ты, думаю, разиня!

Вдруг вижу — летит воробей.

— Чью-чью! — закричал я. — Чью-чью!

Воробей сел ко мне на плечо, и я рассказал обо всём, что со мной приключилось.

Чирикнул воробей — дескать, не волнуйся, поможем — и улетел.

Стал я собирать ветки для костра: вдруг придётся здесь ночь коротать?

Но слышу — воробьи галдят. Посмотрел я на реку и ахнул от удивления.

Большая стая воробьев, схватившись за верёвку, тянула лодку против течения.

Да быстро как тянула!

От радости я своих приятелей готов был расцеловать. Но птичек было так много, что если бы я поцеловал каждую, то обязательно бы опоздал на поезд.

Воробьи облепили всю лодку. Я сел за вёсла и — поехали! Я песни пел, воробьи расчирикались — то-то весело было!

Потом всей компанией ввалились мы в поезд. Пассажиры сначала рассердились, но воробьи вели себя тихо, и пассажиры успокоились.

Дома я ел вкусную уху и думал о дружной воробьиной семье. Не страшны ей никакие беды.

Даже жадного кота Кузьмы она не боится.

О мышке с золотым хвостиком, о мышке с серебряным хвостиком и о мышке, у которой хвостика совсем не было

Решил я купить себе что-нибудь необыкновенное. Ходил-ходил я по магазинам, да так ничего и не купил.

Только хотел домой повернуть, смотрю — вывеска: «Зоологический магазин».

Ну, думаю, сейчас тигра куплю! Вот будет интересно! Придут ко мне гости, попросят:

— Покажи-ка нам свою новую покупку.

А из-под кровати вылезет большущий тигр-тигрище и зарычит.

Все испугаются, а я скажу:

— Не бойтесь. Он у меня дрессированный.

И будет тигр-тигрище мою квартиру сторожить. Ни один жулик ко мне не заберётся — струсит. А если жулик в мою квартиру и заберётся, то тигр его съест.

Зашёл я в зоологический магазин, спросил:

— Тигры есть?

— Вчера всех продали, — ответил продавец. — Теперь до Нового года ждать придётся.

— Долго, — сказал я. — А есть какие-нибудь интересные звери?

— Сколько угодно. Вот ежи.

— Нет, ежа мне не надо, — подумав, отказался я. — Вдруг не замечу и сяду на него? Мне бы, знаете, зверя помягче.

Долго пробыл я в зоологическом магазине. Птиц я разных смотрел, морских свинок, рыб, черепах, цыплят и ужей.

— Мне бы необыкновенного зверя, — напомнил я продавцу.

— Не хотите ли купить мышей? — спросил он.

— Что вы! — рассмеялся я. — Зачем же мне мышей покупать? Да мне их любая кошка бесплатно наловит.

Продавец загадочно улыбнулся и поставил на прилавок клетку.

В ней сидели две малюсенькие-малюсенькие мышечки. Глазки у них были розовые, а сами они были беленькие.

Но не это, конечно, меня удивило.

Представьте себе: у одной мышки хвостик был золотой, у другой — серебряный. Видали вы таких?

Вдруг мышка с золотым хвостиком сказала:

— Ах, как мне надоело сидеть в этом магазине! В этом противном магазине!

— В этом ужасном магазине! — добавила мышка с серебряным хвостиком.

Конечно, я тут же решил купить таких необыкновенных мышек.

Принёс я их домой и выпустил из клетки.

Обрадовались мышки, запрыгали, а потом пустились в пляс — коготочками затукали.

Да и я не выдержал — как ударил каблуками об пол! Пока сил хватило, плясал да приплясывал.

Сел я отдохнуть, а мышки есть запросили. Я быстренько отварил им вермишели, положил в неё масла, нарезал хлеба и пригласил:

— Кушайте на здоровье!

— Фи! — пискнула мышка с золотым хвостиком и отвернулась. — Мы едим только шоколад.

— Только, только шоколад! — повторила мышка с серебряным хвостиком.

Я рассердился, прикрикнул:

— Будьте любезны есть то, что вам дают!

— А вот и нет! А вот и нет! Мы самые лучшие мышки на свете! Таких, как мы, больше нет! Если ты не купишь нам шоколада, мы изгрызём все твои карандаши!

Пришлось мне идти в магазин за шоколадом.

Малюсенькие были мышечки, а плитку изгрызли вмиг. Даже обёртку съели.

Лёг я почитать.

А мышечки забрались на стол, опрокинули чернильницу, рассыпали карандаши, разбили стакан и блюдце.

И захихикали.

— Как вам не стыдно? — крикнул я. — А ну-ка, марш в угол!

Но мышки залезли в шкаф и хихикали там. Да ещё язычки мне показывали.

— Сейчас же встаньте в угол! — приказал я. — Быстро.

— Фи! — ответила мышка с золотым хвостиком. — Ни за что!

— Мы никогда, никогда никого, никого не слушаемся! — добавила её подружка с серебряным хвостиком. — Мы же необыкновенные. Мы же лучше всех.

До самой ночи они резвились и хихикали. Они резвились и хихикали, а я грустно думал: не забывай, что нельзя баловать ни детей, ни мышей.

На другой день, вернувшись с работы, я ахнул. Мышки качались на абажуре и хихикали.

— Что вы делаете? Марш оттуда!

— А ты купил нам шоколад? — спросила мышка с золотым хвостиком.

— Если не купишь нам шоколада, — пригрозила её подружка с серебряным хвостиком, — мы изгрызём все твои книги!

Пришлось мне бежать в магазин.

Возвращаюсь обратно и вижу: абажур лежит на полу, а мышки гоняются друг за другом по шторам на окнах.

— Нельзя же так! — жалобно воскликнул я.

— Где шоколад? — пропищала мышка с золотым хвостиком. — А то мы изгрызём все твои ботинки.

Вмиг съели они плитку. Даже обёртку съели.

И опять давай носиться!

Мышка с золотым хвостиком чуть не упала в тарелку. А в тарелке горячий суп. Мышка с серебряным хвостиком обожглась о чайник.

Такой они подняли визг и писк, что я и не знал, куда спрятаться.

Решил я их поймать и посадить в клетку. Открыл я у клетки дверцу и бросился к мышкам.

Да разве мне за ними угнаться?

А они кричали:

— Не поймаешь, не поймаешь, только ноги обломаешь!

Устал я. Сел. Ну что тут будешь делать?

Ушёл я утром на работу и целый день думал: а не отдать ли мне мышек обратно в зоологический магазин?

Возвращаюсь я с работы домой и вижу такую картину: настольная лампа разбита вдребезги, кастрюля опрокинута, и суп пролит…

А мышки визжат, пищат, хихикают— До того я расстроился, что ни слова им не сказал. Стал я наводить в комнате порядок.

— А где же наш шоколад? — спросила мышка с золотым хвостиком.

— Быстрее давай нам шоколад! — приказала её подружка с серебряным хвостиком. — А то мы изгрызём твои брюки!

Занял я у соседей денег, сбегал в магазин, принёс своим мучительницам шоколад.

Мышки вмиг съели плитку. Даже обёртку съели.

Лёг я спать и ночью сквозь сон услышал тоненькие голоса. Прислушался. Открыл глаза.

На подоконнике сидели три мышки: одна — с золотым хвостиком, вторая — с серебряным хвостиком и ещё третья, у которой хвостика совсем не было.

— Убирайся прочь! — сказала мышка с золотым хвостиком. — Ты противная!

— Ты ужасная! — сказала мышка с серебряным хвостиком. — А мы необыкновенные. И едим мы только шоколад.

— Раньше у меня тоже был хвостик, — спокойно ответила третья мышка, — чудесный золотой хвостик. Но однажды страшный кот откусил мой хвостик.

— А у нас есть хвостик! А у нас есть хвостик!

— Тише, — попросила новая мышка, — разбудите хозяина.

— А мы его не боимся! А мы его не боимся!

Тут я сбросил одеяло, прыгнул к окну и схватил мышек — ту, у которой был золотой хвостик, и ту, у которой был серебряный хвостик.

Мышка, у которой хвостика совсем не было, куда-то юркнула.

Мои мышки-мучительницы плакали, просили прощения, давали слово отныне вести себя только замечательно, но я закрыл их в клетку.

На другой день я отнёс мышек обратно в зоологический магазин.

Продавец испуганно сказал:

— Проданный товар обратно не принимается! Мы не имеем права возвращать вам деньги!

— Денег мне за этих хулиганочек не надо, — сказал я, — вот вам от меня ещё рубль, купите им самых плохих конфет.

Советую вам: если увидите мышек с золотым или серебряным хвостиком, не покупайте их. А если вам их кто-нибудь подарит, откажитесь.

Хвостики у этих мышек замечательные, а сами они противные.

Художник С. Можаева

Content

Лев Иванович Давыдычев
Сказки из сборника
"Десять сказочников под одной крышей"

Как Медведь кашу ел

Мой знакомый воробей

О мышке с золотым хвостиком, о мышке с серебряным хвостиком и о мышке, у которой хвостика совсем не было