Марина Цветаева

ПОПЫТКА КОМНАТЫ

<поэма>

Стены косности сочтены

До меня. Но — заскок? случайность? —

Я запомнила три стены.

За четвертую не ручаюсь.

Кто те знает, спиной к стене?

Может быть, но ведь может не

Быть. И не было. Дуло. Но

Не стена за спиной — так..? Всё, что

Не угодно. Депеша «Дно»,

Царь отрекся. Не только с почты

Вести. Срочные провода

Отовсюду и отвсегда.

На рояле играл? Сквозит.

Дует. Парусом ходит. Ватой —

Пальцы. Лист сонатинный взвит.

(Не забудь, что тебе — девятый.)

Для невиданной той стены

Знаю имя: стена спины

За роялем. Еще — столом

Письменным, а еще—прибором

Бритвенным (у стены — прием —

Этой — делаться коридором

В зеркале. Перенес — взглянул.

Пустоты переносный стул).

Стул для всех, кому не войти —

Дверью, — чуток порог к подошвам!

Та стена, из которой ты

Вырос — поторопилась с прошлым —

Между нами еще абзац

Целый. Вырастешь как Данзас —

Сзади.

Ибо Данзасом — тa,

Званым, избранным, с часом, с весом,

(Знаю имя: стена хребта!)

Входит в комнату — не Дантесом.

Оборот головы. — Готов?

Ты и ты через десять строф.

Строк.

Глазная атака в тыл.

Но, оставив разряд заспинный,

Потолок достоверно — был.

Не упорствую: как в гостиной,

Может быть и чуть-чуть косил.

(Штыковая атака в тыл —

Сил.)

И вот уже мозжечка

Сжим. Как глыба спина расселась.

Та сплошная стена Чека,

Та — рассветов, ну та — расстрелов

Светлых: четче, чем на тени

Жестов — в спину из-за спины.

То, чего не пойму: расстрел.

Но, оставив разряд застенный,

Потолок достоверно цел

Был (еще впереди — зачем нам

Он). К четвертой стене вернусь:

Та, куда, отступая, трус

Оступается.

«Ну, а пол —

Был? На чем-нибудь да ведь надо ж?..»

Был. — Не всéм. — На качель, на ствол,

На коня, на канат, на шабаш, —

Выше!..

Всем нам на «тем светý»

С пустотою сращать пяту

Тяготенную.

Пол — для ног.

— Как внедрен человек, как вкраплен! —

Чтоб не капало — потолок.

Помнишь, старая казнь — по капле

В час? Трава не росла бы в дом —

Пол, земля не вошла бы в дом —

Всеми — теми — кому и кол

Не препятствие ночью майской!

Три стены, потолок и пол.

Всё, как будто? Теперь — являйся!

Оповестит ли ставнею?

Комната нáспех составлена,

Белесоватым пó серу —

В черновике набросана.

Не штукатур, не кровельщик —

Сон. На путях беспроволочных

Страж. В пропастях под веками

Некий нашедший некую.

Не поставщик, не мебельщик —

Сон, поголее ревельской

Отмели. Пол без блёсткости.

Комната? Просто — плоскости.

Дебаркадер приветливей!

Нечто из геометрии,

Бездны в картонном томике,

Поздно, но пóлно, понятой.

А фаэтонов тормоз-то —

Стол? Да ведь локтем кормится

Стол. Разлоктись по склонности,

Будет и стол — настольности.

Так же, как деток — аисты:

Будет нужда — и явится

Вещь. Не пекись за три версты!

Стул вместе с гостем вырастет.

Все вырастет,

Не ладь, не строй.

Под вывеской

Сказать — какой?

Взаимности

Лесная глушь

Гостиница

Свиданье Душ.

Дом встречи. Все — разлуки —

Те, хоть южным на юг!

Прислуживают — руки?

Нет, то, что тише рук,

И легче рук, и чище

Рук. Подновленный хлам

С услугами? Тощища,

Оставленная там!

Да, здесь мы недотроги,

И вправе. Рук — гонцы,

Рук — мысли, рук — итоги,

Рук — самые концы…

Без судорожных «где ж ты?».

Жду. С тишиной в родстве,

Прислуживают — жесты

В Психеином дворце.

Только ветер поэту дорог!

В чем уверена — в коридорах.

Прохожденье — вот армий база.

Дóлжно долго идти, чтоб сразу

Середь комнаты, с видом бога-

Лиродержца…

— Стиха дорога!

Ветер, ветер, над лбом — как стягом

Подымаемый нашим шагом!

Водворенное «и так дале» —

Коридоры: домашнесть дали.

С грачьим профилем иноверки

Тихой скоростью даль, по мерке

Детских ног, в дождеватом пруфе

Рифмы милые: грифель — туфель —

Кафель… в павлиноватом шлейфе

Где-то башня, зовется Эйфель.

Как река для ребенка — галька,

Дали — долька, не даль — а далька,

В детской памяти, струнной, донной —

Даль с ручным багажом, даль — бонной…

Не сболтнувшая нам (даль в модах)

Что там тащится на подводах…

Доведенная до пенала…

Коридоры: домов каналы.

Свадьбы, судьбы, событья, сроки, —

Коридоры: домов притоки.

В пять утра, с письмецом подметным,

Коридором не только метлы

Ходят. Тмином разит и дерном.

Род Занятия? Ко — ри — дорный.

Тó лишь требуя, что смолола —

Коридорами — Карманьола!

Кто коридоры строил

(Рыл), знал куда загнуть,

Чтобы дать время крови

Зá угол завернуть

Сéрдца — за тот за острый

Угол — громов магнит!

Чтобы сердечный остров

Со всех сторон омыт

Был. Коридор сей создан

Мной — не проси ясней! —

Чтобы дать время мозгу

Оповестить по всей

Линии — от «посадки

Нету» до узловой

Сердца: «Идет! Бросаться —

Жмурься! А нет — долой

С рельс!» Коридор сей создан

Мной (не поэт — спроста!),

Чтобы дать время мозгу

Распределить места,

Ибо свиданье — местность,

Роспись — подсчет — чертеж —

Слов, не всегда уместных,

Жестов, погрешных сплошь.

Чтобы любовь в порядке —

Вся, чтоб тебе люба —

Вся, до последней складки —

Губ или платья! Лба.

Платье всé оправлять умели!

Коридоры: домов туннели.

Точно старец, ведомый дщерью —

Коридоры: домов ущелья.

Друг, гляди! Как в письме, как в сне том —

Это я на тебя просветом!

В первом сне, когда веки спустишь —

Это я на тебя предчувствьем

Света. В крайнюю точку срока

Это я — световое око.

А потом?

Сон есть: в тон.

Был — подъем,

Бал — наклон

Лба — и лба.

Твой — вперед

Лоб. Груба

Рифма: рот.

Оттого ль, что не стало стен —

Потолок достоверно крен

Дал. Лишь звательный цвел падéж

В ртах А пол — достоверно брешь.

А сквозь брешь, зелена как Нил…

Потолок достоверно плыл.

Пол же — что, кроме «провались!» —

Полу? Что нам до половиц

Сорных? Мало мела? — Горé!

Весь поэт на одном тире

Держится…

Над ничем двух тел

Потолок достоверно пел —

Всеми ангелами.

St. Gilles-sur-Vie,

6 июня 1926

Content

Марина Цветаева
ПОПЫТКА КОМНАТЫ
<поэма>