Густов Вячеслав

Охотник

Оформление серии: Алексей Подколзин, Егор Бондаренко

Редколлегия: Игорь Сержант

Иллюстрации: Марина Зохно, Егор Бондаренко, Андрей Мозговой

ПРЕДИСЛОВИЕ

…от Игоря Сержанта

Читатель! Сейчас ты отправишься в интересное и увлекательное путешествие по дорогам миров, которые создал Вячеслав Густов. На этом пути тебя ждут неожиданные повороты и головокружительные развязки. А от каждой магистральной трассы ответвляются свои дороги, а от тех, в свою очередь, тропы и совсем уж неприметные тропинки. И трудно предугадать, с чем ты встретишься на очередном отрезке пути. Но не буду предвосхищать события. Ты сам все увидишь и поймешь.

А пока я расскажу тебе о том, как все начиналось.

С Вячеславом я встретился год назад на темно-синих страницах форума «Тени Чернобыля». Танк (а именно таков интернет-псевдоним Вячеслава) сразу привлек мое внимание своим недюжинным интеллектом.

Огромный ныне литературный раздел Теней тогда был представлен всего-навсего одной темой. Авторов, пишущих там, было немного. И Вячеслав был среди них. Тогдашнее его творчество было представлено анекдотами, короткими рассказами и повестью «Радуга». Анекдоты были смешными, рассказы - глубоко философскими, а «Радуга»… «Радуга» положила начало доброй традиции наших форумов, согласно которой авторы упоминают друг друга в своих произведениях.

А дальше был долгий путь от маленькой темы до настоящей книги, которую ты и держишь сейчас в руках.

…от Валерия Беляева

Эта книга - результат творчества нашего друга Вячеслава Густова. Наглядный пример того, что виртуальное общение имеет и материальный результат.

Вячеслав - очень разносторонний автор. Начиналось с того, что год назад мы все разбивали лбами клавиатуру, читая его анекдоты. Анекдоты тогда привлекли моё внимание своей необычностью, Они были с двойным и тройным смыслом, хоть и написаны, казалось бы, в узких рамках Великой игры. Я бы даже сказал, что форум Тени Чернобыля развился, во многом благодаря Вячеславу.

Он заразил и других вирусом творчества. Многие стали пробовать себя в написании рассказов. По себе знаю, что дело это крайне полезное для саморазвития. А когда делается ещё в коллективе единомышленников, то и вдвойне приятное. Здорово отвлекает от серых будней и жизнь становится намного интересней.

Дальше - больше. Пошли рассказы и большие повести. Они не выдуманы, подобно сказкам и небылицам, а увидены неким внутренним, мысленным зрением, проникающим гораздо дальше и глубже, чем зрение обычного человека. Поэтому произведения Вячеслава так реальны. В них веришь. Его стиль сочетает лёгкость с глубиной. Некоторые идеи - просто сногсшибательны. Без определённого уровня эрудиции эти моменты можно не понять. Но есть у произведений одна общая черта - они все заряжены юмором и оптимизмом.

Так что читаем, и, вместе с ним создаём себе «Вечернее настроение», задаём «Правильный вопрос», «Сомневаемся», думаем, что «Возможно всё». И в конце концов, понимаем, что это всё - «Диалог с жизнью».

…от Алексея Патрушева и Олега Орлова.

В общем-то, трудное это дело писать предисловие к книге человека, которого мы считаем своим учителем и на творчество которого стараемся равняться… При этом понимаем, что нам до него, ещё непостижимо, заоблачно далеко. Именно его произведения подтолкнули нас к творческому союзу са-афторства.

Олег: - Лично я читал, и по хорошему, белой завистью завидовал его таланту.

Алексей: - Я проникся и присоединился гораздо позднее… А жаль. Юмор - хлестал через край произведений, ведь у Вячеслава есть свой собственный - особенный стиль, не переходящий границ, и, в тоже время, очень увлекающий и захватывающий надолго. А его серьёзные произведения читаются и перечитываются нами до сих пор. Очень уж они неординарные, не проходные - каждый раз открываешь для себя что-то новое, чего мог и не заметить при предыдущем прочтении…

Олег: - В этой книге собрано все лучшее, что есть у Густова на данный отрезок времени. Потому что, лучшее у него ещё впереди. Мы надеемся, что эта книга будет очень интересной для всех. Нет…Не так. Мы - точно знаем, что эта книга будет очень интересна для всех. Обычно написание книг подчиняется определенным правилам. Но есть книги, к которым правил нет, и их надо просто читать.

Алексей: - И перечитывать! И думаем, что со временем мы будем, с гордостью говорить - Мы с одного форума

Олег: - с Вячеславом Густовым…

Алексей: - Согласен на все стопицот!!!

ФАНТАСТИКА

Истребитель

Глава 1

Космический авианосец «Восток», преследующий вместе со всем соединением остатки разбитой ударной группы «Джонсон и Джонсон», напоролся на мину. Просто не повезло. Мина была хитрая, по-тихому запустила внутрь гигантского корабля маленький шпионский модуль, подключилась к сетям, и начала вирусную атаку.

Когда её заметили, было уже поздно. Двигатели, удерживающие двухтысячекилометровую махину на самой границе подпространства, пошли вразнос, реактор попытался компенсировать возникший дисбаланс повышением мощности, и корабль исчез. Размазался по сотням измерений.

Истребители «Иванов-12», шедшие параллельным курсом, попали под удар М-поля, и были рассеяны. Это были крепкие машины, и многие из них выжили. Одна даже сумела уйти в гипер. И тут попала в каверну. Так пилоты называют локализованное возмущение гипер-поля. А ещё называют «песец», но не в научной дискуссии, а оказавшись, по воле злого случая, в пределах досягаемости. Именно это слово (или чем-то похожее), и произнёс сквозь зубы пилот-истребитель Александров…

Вспыхнуло. Тьма сжалась, и разжалась, а что происходило между - кто ведает. Гиперкосм - штука странная. Главное, что выбросило в родное, привычное 3М-пространство, с галактиками, звёздами, и планетами.

Запищал, предупреждая, зуммер. Сзади, расходясь веером, приближались незнакомые космолёты - своими куцыми крылышками чем-то похожие на лёгкие штатовские штурмовики «Олвэйз».

– Парализующее поле! - успел предупредить детектор.

Сидеть на жёстком стуле было неудобно, однако бесконечная процедура натурализации всё продолжалась и продолжалась.

– Согласно статье закона параграфа устава, Вы должны согласиться с приведением Ваших имущественных прав в соответствие с вектором нашего законодательства. Для согласия скажите «Да», и будьте предельно искренни. Записано…

Местный язык он выучил за две недели (так, по привычке называл местные седьмицы), даваемые гражданам на адаптацию.

– Согласно статье закона параграфа устава, Вы должны согласиться с приведением Ваших неимущественных прав в соответствие с вектором нашего законодательства. Для согласия скажите «Да», и будьте предельно искренни. Записано…

– Согласно статье закона параграфа устава, Вы имеете право на бесплатную медицинскую процедуру индивидуального бессмертия. Для согласия…

– Да!!! Какая полезная процедура!

– В соответствии с подписанными Вами условиями, Ваш летательный аппарат, именуемый в дальнейшем «Имущество-20», будет находиться на бесплатной стоянке до тех пор, пока Вы не оплатите работу Полицейских Сил по Вашей натурализации. Для согласия… простите, в данном случае Вашего согласия не требуется. Записано…

– Процесс натурализации завершён. Скоро Вы получите Индивидуальный Идентификационный Номер, и карточку жителя. Какое неформальное имя Вы хотели бы носить?

– Пилот - по-русски буркнул он

– Пил От. На Едином языке - Старый Мальчик. Отклоняется, данное звукосочетание уже зарегистрировано.

– Истребитель - тоже по-русски.

– Данное звукосочетание не имеет смысла. Не зарегистрировано. Принимается.

– Итак, гражданин ИНН такой-то, неформальное имя Истребитель, для завершения процедуры натурализации Вы должны в соответствии с вектором нашего законодательства согласно законным и подзаконным актам искренне согласиться на натурализацию в секторе «14» планеты «7» звёздной системы «902 902» галактики «9». Вы предельно искренни? Спасибо. Записано.

– И, последний, неформальный вопрос. Чем собираетесь заняться?

– А чем тут можно?

– У нас острая нехватка уничтожителей. Во время Последней Войны боевые роботы противника захватили 79.005% нашей планеты, в основном, промышленные подземные сооружения. Автоматический Периметр отделяет нас от захваченных секторов, не допуская проникновений. Понемногу мы отвоёвываем наши территории обратно, но…

– А сколько получают ликвидаторы?

– Я так и знал! Конечно, зарплата небольшая, и социальный статус низкий. Но в Вашем положении…

– Понятно. Согласен.

– Отлично. По этому поводу - в 9016 кабинет, а сейчас ещё один вопрос. Согласно медицинским данным, Вы способны на размножение. Не желаете ли пройти бесплатную медицинскую процедуру стерилизации?

– Нет!

– Ну, нет, так нет. Удачи.

Первая зачистка

Распахнутая дверь, рывок. «Вжик!» по броне, бьют из лёгкого бластера, броня пока держит. Из-за угла выкатывается приземистый робот с огнемётом, стреляю в упор, но не успеваю - броня уже красная. Скашиваю глаза - энергощит 40 единиц. Сорок одна, сорок две… Как он медленно. Получу деньги - куплю новый генератор.

Сверху вылетает мелкая жужжащая хрень, стреляю навскидку, попадаю. Осторожно захожу за угол - всё. Последнее помещение. Трачу канистру напалма, и всю энергию. Лампочка на детекторе мигает зелёным - активности нет. Район очищен.

На выходе встречаю высокого, чем-то озабоченного человека (назвать инопланетянином язык не поворачивается - всё, как у людей, до последней хромосомы).

Здороваемся. Предлагает пройти во флаер, и присесть. Сиденье хрустит новенькой кожей (кожзам, нельзя здесь животных убивать).

– Это Ваша первая зачистка?

– Да.

– Очень хорошо. Мы представляем риэлтерскую компанию «134». Смотрит на меня. Как будто мне это что-то говорит. А! Номер короткий. Значит, богатая компания. Вежливо улыбаюсь.

– Согласно статье закона параграфа устава, мы должны сделать Вам предложение.

Киваю.

– Вы можете либо продать освобождённую Вами собственность по договорной цене сертифицированному риэлтеру…

– Либо что?

– Либо выкупить её в частное владение по цене, рекомендованной государством (на самом деле они это именуют ассоциацией жителей - АЖ).

Называет цены. Удерживаюсь, чтобы не присвистнуть. Да, при таких заработках, выкупать недвижимость я смогу лет через сто. Здешний год, кстати, почти равен земному.

– Могу я подумать?

Лёгкая тревога на бесстрастном лице. Ага!!!

– Зачем? Если Вы уже встречались с представителем компании «45»…

– То?

Румянец истинного раскаивания, тут же, сожалеющий вздох.

– Мы могли бы пересмотреть сумму оплаты… В два и пять десятых раза…

Качаю железо, пока горячо.

– В десять раз!

Квадратные глаза в ответ. Кажется, переборщил.

Считаю полученную сумму. Наличные, надо же! Какая дикость. Правда, не монеты, и не бумажки, а очень тонкие гибкие карточки, наподобие кредитных. Надо полагать, с чипами, и флипами.

– В знак того, что Вы передаёте мне объект, поименованный «Машиностроительный завод 49 18 64 36 17 14», прошу Вас сказать «Да», и быть предельно искренним…

Технология любви

Купил новый генератор, гранат, прочих припасов, в магазине понабрал барахла, чтоб от местных не отличаться, оплатил жильё на месяц. На радостях зашёл в бар. С трёхэтажным названием, значит, не дорогой. И, правда, цены демократичные. Есть возможность пробовать. Пробую всё подряд, не забывая спрашивать, из чего сделано. Ответ один: бинетика, бинетика, бинетика. Методом научного эксперимента, наконец, нахожу нечто приемлемое, и поглощаю под радостное урчание желудка. Оглядываюсь в поисках знакомств, и только сейчас замечаю странное: мужики и бабы общаются отдельно. Подсаживаюсь к группе менеджеров низшего звена, пьющих нечто золотистое, киваю бармену - мне то же. И угощаю новых знакомых, принимают. За очистку объекта мне дали тысячу местных денег, обед «от пуза» вышел меньше одной. Деньги здесь называются деньги: одна деньга, две деньги…

Болтаю с менеджерами, расширяю базу знаний. Киваю на баб, мол, как? От меня осторожно отодвигаются, странно поглядывают. Блин, неужели к голубым попал? Оказывается, нет. Просто, после открытия технологии бессмертия, новые люди, бесконтрольно появляющиеся то тут, то там, стали не нужны. И правительство приняло закон: ограничить общение между полами. Нет, не силой! Просто, выпустили такие таблетки - принял раз в неделю, и влечения нет. Бесплатные. И бесплатная же стерилизация новорожденных, с согласия родителей, разумеется, и, с выплатой компенсации тем же родителям. Начинаю прозревать. И что, там (тыкаю пальцем вверх) тоже все стерильные и на таблетках? Меня понимают, смеются: там - нет. Но здесь - да.

Ну, всё с вами ясно. Понятно, почему у вас уничтожители в дефиците и не в почёте. Тут адреналин нужен. Тестостерон. Да и бессмертие свою роль играет. Когда ты вечен, кому охота под пули лезть? Мне. Пока. Для меня это, как виртуальный тир, типа «Судьбы», «Потрясения», «Р.А.З.В.Е.Д.Ч.И.К.а» или «Герцога Ебашева». Так вы совсем - снова киваю в сторону - ни-ни? Пожимают плечами, отводят глаза. Мол, кто-то, кое-где, кое-как… Вижу, не приветствуется тут эта тема. Ладно, будем искать это кое-где.

Нашёл. Публичный дом 28636848357432. Зашёл, посмотрел… Не, таблетки лучше. Ага, вот номер 36446. Уже что-то. Но цены! Буду больше работать.

Зачистка №2

Прыгаю, срываюсь, падаю с пятиметровой высоты. Кровавый привкус во рту. Сверху летят ракеты. Неточно. Это и спасает. Ой, зря я взялся за объект класса 5! Женщины, что мы ради вас делаем…

Ёшкин кот! Меня отшвыривает взрывом, секунд тридцать прихожу в себя. Не вставая, зашвыриваю наверх гранату. С удовольствием выслушиваю сначала «Бух!!!», потом «Шмяк!». Высовываю голову - чисто. Детектор подозрительно мигает - чего тебе? Найден склад оружия, тип, количество, предполагаемая цена под сто три тысячи, ого! Раньше такого не находил. Постепенно доходит - теперь смогу выкупить объект! Зачем - не знаю, но мысль греет. Но сначала…

Под ракетным огнём перебегаю коридор. Ставлю подствольник на очередь, высовываюсь из-за угла. Три, два, один, пережидаю шквал ракет, выбираюсь снова, стреляю. На счёте «Два» автоматическая турель дёргается, выплёвывая ракету, и в этот момент моя очередь достигает цели. Удача! Ракета детонирует, рвётся боезапас. Проход свободен.

Замечаю нечто чужеродное - скелет. Кто он - предыдущий уничтожитель? Рядом бластер - не моему чета. Сколько ж он тут лежал? Смотрю на боезапас - полный. Теперь повоюем! Новый генератор быстро восстанавливает защиту, следующую турель расстреливаю за пять минут, используя тактику ВВЗ (высунулся - выстрелил - засунулся) пять раз. Отдыхаю. Слышу знакомое «клац-клац», это гусеничный робот, очень серьёзный противник.

Кидаю за угол мину, чуть не вывихиваю плечо - тяжёлая. Отбегаю со всех ног. «Бамм!!!», и длинная очередь. Значит, жив. Кидаю гранату, отхожу так, чтобы между мной и противником всегда был угол. Стены здесь крепкие, не знаю как их строят, но сколько воюю, ни одна даже не поцарапалась. Спасибо, роботы не из этого материала, тьфу-тьфу…

Слышу обиженное гудение сервопривода, и тишина. Готов. Выхожу - стоит, повесив башню. Только какой-то он другой. Модифицирован, что ли? Вытаскиваю из безжизненного пятипалого манипулятора предмет, похожий на телескоп, долго думаю - что такое? Кладу в рюкзак - потом разберёмся!

Отцепляю от неприятельского огнемёта канистры с напалмом - мне нужнее, гляжу на маркировку - четвёрка. До сих пор имел дело с двойкой. Решаю не рисковать, и просто кидаю сверху в очередной очаг сопротивления. Результат превосходит все ожидания!!! Целый вражеский сквад толпился там в ожидании меня с недружелюбными намерениями. Обхожу горелое, сыплющее искрами, где не удаётся - перешагиваю.

В боковой каморке нахожу ещё один склад - на двести две тысячи. Эдак, можно и в весёлый дом «317» заглянуть! Давно я на него лыжи вострил. А может, можно уже и с порядочной женщиной знакомиться. С целью создания семьи. Здесь это разрешено, если денег много. Нет, на порядочную я ещё не наработал!!!

Прекращаю мечтать, иду в следующий цех. Большой цех, тёмный. И чем-то мне не нравится. Выпускаю последнего робота-разведчика - и точно. За станками, в углу стоит, прикидываясь ветошью, инфильтратор - крайне неприятная сволочь, а за ним два ремонтника. Прикидываю, что ремов надо вырубать первыми, иначе инфильтратора не убить, и в этот момент меня замечают.

Кидаю последний напалм, вдогонку луплю из бластера, заряды ложатся ровно, красиво. Слышу механический хрип - один рем готов. Не останавливаясь, всаживаю весь магазин, и только тут соображаю, что энергии - ноль. Пока генератор хоть что-нибудь восстановит, эти двое из меня котлету сделают в машинном масле. Переключаюсь на подствольник, и стреляю, стреляю, стреляю, меняя картриджи. Закончились. Тишина. На ватных ногах прохожу за станки. Металлическое месиво, с трудом опознаю в нём останки трёх боевых машин. Хорошо новый бластер поработал! Индикатор моргает - активности нет.

Иду к выходу, на ходу считая барыш - двести за это, сто за то, и пять по контракту. Неплохо, но. Сколько раз я сегодня жизнью рисковал? Надо на будущее какой-то более спокойный источник заработка искать.

Наверху меня встречает - паче чаяния - не один гость, а целая толпа. Чего вам, господа?

Застройщики. Как-то пронюхали, что я этот объект выкупать буду. Ну что ж, посмотрим, что тут можно построить!

День третий

Сегодня меня показали по местному видео. Как же, за два дня очистил два объекта, из них один класса 5! Как если бы у нас ассенизатор вывез вместо одной машины две, рискуя жизнью, да ещё и без перчаток и респиратора. Выражение лица у ведущей было именно такое. Ещё прибавила, что на освобождённом месте будет построена новая биофабрика по производству дешёвой еды с рестораном и баром на первом этаже. Да, скоро у меня будет свой бар! И я, может быть, познакомлю аборигенов с земной кухней. А назову его - «Пельмень»! Хватит с меня цифр. Но это потом, нужно ещё накопить денег на оборудование, грамотного технолога, и прочее. Пока же у меня в собственности голые стены.

Кстати, впервые увидел, как эти стены строят. Подкатывают нечто вроде гигантского прядильного станка, и, на заранее поставленный каркас в один слой очень аккуратно натягивают склеивающиеся между собой нити. И всё!

Отнёс найденный на объекте «телескоп» местным спецам - только пожали плечами. Разыскал по бесплатной сервисной службе Изучалище Специальной Техники, думаю, мне туда. Впредь буду именовать его Институтом, для понятности. Оказалось, самое то! Вскрыли, посмотрели, выяснилось - до сих пор секретный образец вражеского вооружения. Отсыпали кучу денег, и ещё пообещали эту штуковину после изучения мне обратно вернуть. Лепота! Ещё, сказали, будут знакомить с новинками, и кое-что продавать.

Опять думал о женщинах. Решил жениться, навёл справки в мэрии. Оказывается, по местным законам, жён можно иметь любое количество. И нужны для этого всего-то три вещи - деньги, деньги, и деньги. Десять процентов налог, остальное Ей, или Им. Ну, кое-что идёт на операции: по корректировке влечения - тебе ведь нужна любящая жена?, по корректировке поведения, по корректировке внешности, если есть потребность. Женщины идут на это совершенно добровольно, для многих это оптимальный способ заработка. Правда, есть одно ограничение - рождаемость. Но и это преодолимо. Как? За деньги, блин! Но таких сумм у меня всё ещё нет, поэтому - ну их, эти расходы, горсть таблеток - и спать.

Перед сном смотрел новости. Оказывается, в здешнем космосе вовсю бурлит жизнь. И бизнес. Где-то что-то добывают, продают, строят. Даже от пиратов отбиваются, о как! Задумался.

Объект класса 7

Вчера учёные, наконец-то, вернули мне иноземное оружие, оказалось - мощный генератор ЭМИ. Электромагнитный импульс шпарит вперёд, вырубая слабозащищённую электронику на дальности до ста метров. Стены, правда, для него не проницаемы.

С чудом враждебной техники прохожу два уровня, даже не доставая бластер. Что интересно - мой детектор смотрит на нейтрализованных, но механически неповреждённых роботов, как на добычу. С оценкой от ста до тысячи местных пластмассовых рублей. Загляну сегодня в «317».

На третьем уровне меня встречает тяжелый неповоротливый бронтозавр со счетверёнными ракетными установками по каждому борту. Чихал он на мой слабопроникающий магнитный импульс! Впрочем, думает он подозрительно долго. Шевелит башней, гудит приводами, но не стреляет. Вспоминаю - система «свой-чужой» встроена в телескоп. С нежностью смотрю на столь нужный в хозяйстве предмет. Подхожу к «бронтозавру», шлёпаю перчаткой по броне. Нет ответа! Эх, ещё бы управлять им можно было…

С сожалением ставлю магнитную мину. Подумав, ещё две. Таймер на две минуты, не спеша, с достоинством отхожу.

Дальше, однако, были механизмы похитрее. Меня быстро раскусили, и долго гоняли по коридорам и лестницам дружною толпой. Дети, никогда не пропускайте уроки физкультуры! Я не пропускал. Наконец, заняв позицию в небольшом тупичке, я отстрелял всех этих гопников по одному. И поделом.

Дверь на следующий левэл была закрыта наглухо. Перебарываю желание просто громко в неё постучать. Лезу в рюкзак - килограмм местного пластида есть. Отщипываю грамм сто…

Взрыв! Дверь, разумеется, устояла. Ещё бы, наверняка она сделана из того же материала, что и стены. Думаю. Обращаю внимание на детектор, оказывается он уже две минуты, в текстовом режиме, обращает моё внимание на необходимость открыть дверь специальным ключом. Ага, щаз! Буду я вам тут по всему комплексу йеллоу кей искать!

Впрочем, прибор, кажется, собирается этот ключ сгенерировать. Что тебе нужно, систему распознавания? Подношу вплотную «телескоп». Щёлк! Дверь поползла в стороны, за ней тёмный проход. Беру бластер наизготовку…

Всего, с оружием и захваченной техникой, я заработал на этом комплексе тыщ восемьсот. Возник выбор - выкупить освобождённое, достроить бар, или жениться. Выбираю бар - для создания полноценной ячейки общества необходима крепкая материальная база!

– В знак того, что Вы передаёте мне объект, прошу Вас сказать «Да», и быть предельно искренним…

Я уже начинаю привыкать к этой фразе.

Бар

Учёные забрали предмет, похожий на небольшую тарелку спутниковой связи. Потом отдадут. А пока дали денег. Впрочем, я о баре.

Бар вышел - супер. Обозвать его пельменем я всё же не решился. Пошёл на компромисс с совестью - назвал «Сто рентген», по мотивам культовой виртуальной игры 21-22 веков. Пусть будут цифры в названии - здесь к этому привыкли. В мэрии мою инициативу сначала не одобрили, всё настойчиво рекомендовали сменить название то на «8963257890 рентген», то на «7484534569 рентген», но я их уломал. Решили всё - правильно! - деньги. Решили мой случай считать исключением, и прописать в реестре особо. Эх, опять я по нулям…

Впрочем, бар теперь приносит прибыль. Конечно, не такую, как рейд по «семёрке», но, на небольшие покупки хватает. Коктейль «Золотая рыбка» - нарасхват. Стойку для V.I.P. – персон один в один стырил с «Р.А.З.В.Е.Д.Ч.И.К.а», официантки у меня в кожаных плащах, официанты в противогазах. Народ писается от восторга, новый стиль уже окрестили «рентген».

На честно заработанные выкупил «Иванов». ИСТшники его, оказывается, уже изучили, без моего, заметьте ведома. В знак дружбы и компенсации улучшили прицельное оборудование, и стандартизировали под местные стандарты. Двигатель и вооружение трогать не стали, сказали - и так всё супер. Забегая вперёд - немного погодя пригласили они меня на испытания нового танка. Смотрю, и удивляюсь - зачем мне это? А потом просёк фишку - глянул в схему, а там половина узлов - знакомы. Ай да спецы! Из истребителя танк сделали. Ай да «Иванов»! Поаплодировал вежливо. Увидели, что не сержусь, ещё премию выделили - локальный гиперпривод (мой-то отлетался). Дорогущий, между прочим! Вроде как неофициально признали патент.

Так я о баре. С моей лёгкой руки, уже три бара в городе поменяли вывеску и оформление. Теперь называются «949 люмен», «543879 атмосфер», и, почему-то «100 гвоздей». Гвозди, к слову, у них классные, со встроенным микродвигателем. Задаёшь направление, легонько бьёшь - и всё. Сам пошёл. Легким движением руки, между прочим, превращаются и в болты, и в шурупы.

Так о баре. Воссоздал по памяти с десяток земных блюд - как народ ломанулся! Повышать цены не стал, есть у меня мечта - стать ресторатором-монополистом. Хотя бы в своём квартале.

О роботах, медицине, и семейном счастье

Освобождая объект класса 8, получил серьёзную рану в предплечье, и задумался. Не стоит испытывать судьбу, и лезть туда, куда пока рано. За лечение взяли недорого, но дня два я бездельничал - медаппарат решил, что повреждённую руку спасать нет необходимости, и просто вырастил новую.

Учёные, тем временем, разобрались с «тарелкой». Оказалось - в течение примерно двух минут производит очень мощное защитное поле, потом день заряжается от встроенного микрореактора. Полезная вещь.

Сходил с ней два раза на «пятый» объект, и, не утерпев, сдуру, ещё раз на «восьмой». Оттуда еле выполз с раздавленной печенью и селезёнкой, спасибо новому костюму со встроенной системой кровоснабжения - спас. На этот раз лечился неделю. Решил - хватит. Буду собирать оружие, совершенствовать оборудование. Пятый - шестой. Не выше.

Неожиданно пришла мысль - а нельзя ли перепрограммировать более или менее целых роботов, и посылать на «зачистку» их? Оказалось - можно, но никто не берётся - боятся, не умеют, да и вообще, оружия не любят. Психология не та. Таблетошная.

Кстати, о таблетках: я, ведь, всё-таки, женился. Как жену зовут - вам лучше не знать, согласно местной традиции называю просто - Жена-1. К чёрту медикаменты!

О роботах. На одном из выкупленных мест (у меня их уже три) построил НИИ по переделке и перепрограммированию. Без проблем получил лицензию от местного Департамента Обороны, и всестороннюю помощь от учёных из ИСТ. Им что, им только выгодно - больше железок интересных приносить буду. Но в тонкости боевого программирования решил никого не посвящать - мало ли. Тем более что местные языки высокого уровня - эх! Песня.

Наезд

Оказывается, бывают и здесь люди, до чужого добра жадные. Пригласили на стрелку, выставили ультиматум. Хотел, было, согласиться, но поглядел на их сонные таблетошные глаза, и решил рискнуть. Попросил время на обдумывание. Дали.

Боевых роботов по улице просто так водить нельзя, пошёл один. В боевом костюме под плащом. Шлем в пакете.

В общем, гранатой подорвал флаер, бластером уделал охрану. И хорошенько поговорил с боссом. И теперь босс в районе - я. Откровенно говоря, особой охоты лезть в местный криминальный мир не было, но уж, если само в руки идёт…

Начал мне ещё кое-какой наварчик капать - главным образом, за незаконный обмен телами. Это у здешних богатеев развлечение такое - вселиться в тело какого-нибудь бедолаги, и ну новые ощущения испытывать - жечь его всяко, кромсать. Обезболиков нажраться, и глаза друг дружке выковыривать. Идиоты. Или в лицо противоположного пола - и вытворять всякое. Это те, кто таблетки не принимает. Впрочем, из богатеев их, как правило, никто не принимает.

Что по этому поводу сказать? Противно, и гадко. Как и любой криминал, впрочем. Поэтому, первым вкладом, который я внёс в эту «козу ностру», стало тело её бывшего босса. Потом возникли разборки с другими районами, и тел стало больше. А вообще, я поставил за правило - тела до смерти не уродовать. Медицина местная такая, что за неделю что хочешь вылечит. И ещё - людей для этого дела не красть. Достаточно бандитов (и бандиток) из других кланов. Прибыли стало чуть меньше, ну да не в прибыли же смысл жизни!

А окрестных я быстро построил. С моим-то опытом - да не построить!

Самые борзые теперь у меня работают. Телами.

Контакт

Зачистка номер…, а не помню. Пускаю роботов вперёд. Под прикрытием экрана они выкашивают мелочь, крупными займутся другие. Тоже роботы. Сижу у монитора, закинув руки за голову, а ноги на стол по здешней моде. Стандарт, пятый класс. Скука. Детектор отслеживает прибыль - пятьдесят три тысячи. Мало. Обеднели, что ль, здешние боты?

На экране что-то мелькает. Увеличиваю изображение: опа! Инопланетянин. Живой. Даю войскам команду пропустить. Идёт, сложив руки на груди. У них, я знаю, это жест сдачи в плен. Подхожу, осторожно обыскиваю. Чист. Произносит на Едином несколько фраз. Переспрашиваю. Коверкает слова, но смысл разобрать можно - предлагает не сдавать его контрразведке, взамен обещает всяческое сотрудничество. Что ж.

– Обесточь оборону!

– Слюшшаюс.

Обесточено. А ну-ка…

– Где прятался?

Показывает. Обнаруживаю несколько незнакомых предметов, по каждому выслушиваю комментарий на местно-тарабарском. Кое-что понимаю. Задумываюсь.

Инопланетянин прекращает тарахтеть, серьёзно смотрит на меня. Понимает, что решается его судьба. Лицо похоже на человеческое, только вытянутое в вертикальной плоскости. На нём нет ни страха, ни подобострастия. Хорошее такое лицо. Принимаю решение.

– Ладно. Я тебя спрячу.

Поднимает брови домиком - вопрос.

– В человеческое тело переселиться сможешь? Технически?

Широкая улыбка - смогу.

– Тогда проблема решена. Побудь пока здесь, я это здание счас выкуплю. А вечером всё сделаем…

Сотрудником Аивер (для конспирации я звал его «сто третий») оказался прекрасным, с ним моя прибыль возросла многократно. Теперь не было необходимости в штурме, объекты по седьмой уровень включительно Аивер отключал без вопросов, дальше, к сожалению, у него допуска не было.

Между тем построил ещё восемь пищевых предприятий, задумался о переходе на новый уровень. Космос меня манил, космос. Но сначала…

Большой шаг для человека

Сначала я взялся за технологии. Построить космический научно-производственный комплекс оказалось не в пример сложнее, чем пищевой, и не только технически и финансово. Кое-кто в местном правительстве начал мне намекать, что срок выдачи необходимых лицензий может зависеть от размера пожертвований в те, или иные фонды.

Всё же, кое-как, эти дела уладил. Заодно, пополнил коллекцию тел.

Пока раскручивал маховик космопроизводства, ещё два раза женился. И оба, естественно, удачно. Одна - блондинка, другая брюнетка, а самую первую я сделал рыжей с очаровательными веснушками и большим бюстом. Поселил всех в одном доме - чтоб далеко не бегать.

Отстроил, кстати, два стоэтажных небоскрёба - для дома и офиса. Нет, там это не роскошь. Если есть земля. В доме освоил десять этажей - три для жён, семь для себя. Заставил чем ни попадя, теперь гадаю, что делать с остальными. Да нехай стоят - как символ моей солидности для деловых партнёров.

Земли нахапал уже - можно космопорт открывать. И открою, дайте срок. Если заниматься спейсом вплотную, то свой причал - это уже! Ну, а тем более, целый космодром.

Возвращение к корням

Иду, не таясь. Отвечаю огнём на огонь, отстреливаю самых наглых. Роботы поопытнее прячутся, чтобы напасть исподтишка. Имплантанты делают своё дело, боли почти не чувствую. Немного задерживаюсь на уровне рекреоботаники, новое - оно новое и есть. Некоторое время наблюдаю за органоидами, пытаясь для себя решить - разумны ли. Это едва не становится фатальным - объединившись в боевой дивизион, они едва не выносят меня с уровня вперёд ногами. Решаю - разумны. Даю команды киберам - полное уничтожение. Через пятнадцать секунд - ни одной сложной молекулы в зоне поражения. Восьмой уровень.

Проникновение в космос закончилось оглушительным провалом. В течение суток моя эскадра оказалась превращена в пыль. Всё то, что я выдумал сам, и что рассказывал мне немногословный самурай Аивер, всё, что я нарыл бессонными ночами из бесчисленных открытых источников. Слава Богу, хватило ума не привлекать живых пилотов. Зато теперь понимаю, где крутятся основные бабки. Где зарыта главная собака. Я ещё вернусь. Но сначала…

Сначала я отстрелю этой суке башку. Очередная граната отскакивает от щита, катится мне под ноги. Мне кажется, я слышу смех механической твари. Перекат, кувырок.

Имплантанты выдерживают взрыв, слышу их натужный скрип. Слух тоже подвёргся модификации. Уже пять часов я штурмую «восьмую» базу, всё время кажется, что я её вот-вот возьму. Аивер лохматит роскошную - с телом для него я постарался - шевелюру. Он тоже обескуражен.

Остановка в пути. Перегруппировываю воинство, и, взмахом роботизированной клешни отправляю в атаку. Помните шутку с переменой тел? За месяц я создал шикарного нейрокибера - внешность позаимствовал у культового спортсмена Арнольда, внутренность разработал в лабораториях «ООО Истребитель». Размер, правда не угадал - пять метров в холке, благо, потолки высокие. И, теперь, прячусь за перегородкой, не в силах противостоять квантовому дистрактору мощностью с пару Енисейских ГЭС.

Мысленно сплёвываю. Повинуясь приказу, насос гонит адреналин, я ору. В этот момент я готов в одиночку перекусить Млечный Путь, и изнасиловать Туманность Андромеды. Почти на грани контроля, выкатываюсь из-за прикрытия, и прямой наводкой расхерачиваю механоиду главную башню. Семью остальными он сносит мне всё навесное оборудование, обе ноги, и левую руку. К счастью, киборгов так легко не убить. Теряю 80% энергии, но главный лазер выжигает ему головогрудь, и всё, что он теперь может - перевести тепловую энергию в кинетическую. Что и делает.

Мощным взрывом меня уносит назад, я стукаюсь о стену, и замираю. Нелегко мне даётся «восьмёрка».

Денег в обрез, но этот район я выкупаю. Он слишком тяжело мне достался.

Вперёд, рахиты!

Ставлю счетверённый реактор, сдвоенную броню, модифицирую вооружение, и - вперёд! Первую треть прохожу легко, вторую трудно, третью… Третью никак. Очередной накачанный урановыми анаболиками робозверь, ничуть не похожий на предыдущего, лёгкими балетными па сводит на нет как мою защиту, так и хуйнадцатикратный перевес в тяжёлом оружии. Матерюсь на весь уровень (динамики на максимум!), приученные к матокомандам киберы, расходясь веером, эффектно атакуют. И гибнут, едва успев сделать один-два выстрела.

От подсчёта убытков зверею. Даю залп главным калибром, и перевожу лазеры на веерный режим. У Нуриева дымится броня, однако, какая защита у этого гада! Плавным движением уходит с линии атаки, и, одним-единственным точным ударом квантового клинка расфигачивает мне реактор-приму. Реактор-секунда мгновенно восстанавливает баланс, переходя в сверхкритический режим. Теперь я бомба. Усилием воли гоню тестостерон в кровь - мне нечего терять. Вся надежда на инстинкты патентованного убийцы, и они не подводят. На мгновение балерун теряет скорость - поправляет пачку? - и я лёгким движением рентгеновского лазера утверждаю примат живого над механическим. Больше спорить не с кем - уровень чист. И почему они всегда попадаются в конце?

Зов Космоса

В очередной раз убедился в полезности открытых источников информации. Поработав час в поисково-аналитической системе, я уже, в общих чертах понял причину краха своей «космической программы». Космос оказался поделён. Группировки «Рассвет» и «Закат» контролировали на двоих 80% пространства внутри солнечной системы, за оставшиеся двадцать шла жёсткая и бескомпромиссная борьба, в которой участвовали двенадцать небольших, но очень спаянных и отлично оснащённых групп. В день начала моей космической карьеры, они как раз собрались неподалёку для передела сфер влияния, однако, засекли мою «вылазку», объединились, и дали жёсткий отпор. Ясно, что против такого опытного и отлично вооружённого конкурента у меня не было никаких шансов.

Что делать? Ответ нашёлся довольно скоро. Открыв космопорт, я смогу неявно контролировать идущий через него грузопоток, отдавая предпочтение компаниям, принадлежащим той или иной группе. Разумеется, не бесплатно, а за «допуск» в космический бизнес. Правда, космопорт дело дорогое, поэтому придётся мне ещё какое-то время поработать уничтожителем.

А ещё, надо восстановить подмоченную неудачным началом репутацию. Благодаря связям в Департаменте Обороны получаю контракт на переработку старых одноразовых почтовых ракет. Эти штуки используются местными военными для обмена совсекретной информацией, поэтому очень надёжны, и хорошо защищены.

Правда, завода по переработке такой продукции у меня нет. Строю. Замечательный хакер Аивер, с помощью своих шпионских программ внедрившийся в сеть Депобороны, изменяет четырнадцать букв в предписании, в результате, ракеты попадают ко мне оснащёнными крайне секретной, и в высшей степени (для меня) полезной системой распознавания «свой-чужой» местного военного ведомства.

В качестве боевой части использую сверхмощные химические лазеры роботов, регулярно попадающиеся на «восьмых» уровнях. Специально для пуска «освободил» находящийся довольно далеко от посторонних глаз объект девятого уровня, тупо взорвав внутри несколько тактических ядерных зарядов (и истратив на это весь, добытый из вражеских роботов, плутоний). Разумеется, прибыль при этом от объекта получил почти нулевую, ну, да не в прибыли было дело.

Смастерил на этом объекте ложную штаб-квартиру, и, используя тяжёлые транспортные флаеры, скрытно перевёз туда сотню лучших боевых роботов. Когда всё было готово, организовал «утечку информации» о повторной попытке запуска космической эскадры.

Битва

В нужное время надо мной на орбите висело около ста судов вероятного противника. Проплаченная ими, служба планетарной противокосмической обороны делала вид, что смотрит совсем в другую сторону. Делала вид, потому что по МОЕЙ просьбе, всё происходящее неявно наблюдалось, и тщательно фиксировалось.

Удар был великолепен! Сотня ракет сорвалась со стапелей одновременно, стремительно понеслась вверх, прошла стратосферу, и, на высоте девяти тысяч километров произвела слаженный залп. После чего плавно развернулась, и пошла на посадку. На то же, естественно, место. Эскадра «неприятеля» вряд ли поняла, почему, и как военные почтовые ракеты атаковали их группировку. Зато прекрасно засекла место запуска и приземления.

Эмоции взяли верх, и, презрев Закон о Планетарной Обороне (напрасно!), вороги кинулись мстить. Тройка воздушно - космических штурмовиков (ВКШ) дала крайне неточный залп из шести ракет, пришедшийся, в основном мимо, а больше сил для действий в атмосфере у них и не осталось. С чистой совестью, и спокойной душой, я ждал начала наземной фазы.

Четыре транспорта среднего класса на бреющем прошли над головами, выбросив лёгкий десантный танк, и полуроту лёгкой пехоты. Пехота, закалённая в боях за луны и астероиды, сноровисто разбежалась по комплексу, захватывая наземные помещения. Группа экспертов сразу же ринулась обследовать отлетавшихся «почтовиков», и сворачивать с них сверхсекретные системы опознавания. Вот-вот, у вас эти системы и найдут.

Как и было уговорено, ППКО засекла нарушение, и, как и было уговорено, послало запрос с предложением помощи. Как и было условлено, я запрос отклонил, пообещав справиться своими силами, и попросив взамен Разрешение на проведение ограниченной миротворческой операции. Разрешение, конечно же, было получено.

Пехота, тем временем, с помощью нехитрой отмычки проникла внутрь, и начала штурм нижних уровней. Подождав, пока они увязнут, я дал команду. Роботы, возникшие впереди, их особо не удивили, зато те, что появились неожиданно сзади, взволновали безмерно.

Особенно были ошарашены боссы группировок, шедшие со скучающим видом позади наступающих войск, и хозяйским глазом отмечающие скока будет стоить то, и за скока они продадут вот это. Дав для острастки залп из самых мощных лазеров и деструкторов поверх голов (Лазеры сказали «Шшшух!!!, и съели половину воздуха - особо впечатлительные из числа преждевременно снявших шлемы повалились на пол), и начал миротворствовать.

Во имя мира

В переговорах я делал особый акцент на правах человека, вечных непреходящих гуманитарных ценностях, и прочих чрезвычайно важных вещах. При этом не прекращал размахивать снимками ППКО, Разрешением на допросы четвертой степени со всеми нужными печатями (их для меня мастерски состряпал гениальный хакер Аивер), а камеры наружного наблюдения в это время демонстрировали процесс изъятия совершенно секретных военных схем у грустных спецов, в общем, переговоры прошли успешно.

Я был мягок и сердечен, и разрешил забрать то, то, и ещё вон то, нет-нет, это не трогайте! Я даже отдал результаты съёмок ППКО (Сделал ли я копии? Странный вопрос…). Взамен получил кое-какие гарантии по разным поводам, кое-какие технологии, какое-то оборудование, в общем, сущую мелочь. Нет, совсем грабить не стал, иначе их ниши тут же захватили бы «Восход» с «Закатом», и всё пришлось бы начинать с нуля.

В результате, договаривающиеся стороны расстались вполне довольные друг другом. Я показал силу (фактически держал под своим контролем оборону планеты, это впечатлило всех) и злопамятность, они, я видел, это оценили. Плюс, под шумок, заключил пару тайных соглашений с одними против других, а с другими против третьих. В общем, выжал лимон на триста процентов.

На прощание, чтобы подсластить пилюлю, вручил приглашения пользоваться моим космодромом по самым льготным тарифам. Да, буквально через месяц будет готов.

Л - значит люди

Всё же, к большому моему сожалению, этот случай мне так не сошёл. Были подняты по тревоге гарнизоны двух соседних планет, и отослан рапорт командующему Районом. Район - это объединение соседних солнечных систем, насчитывающее обычно от десяти до тысячи солнц.

К Самому я пока что рылом не вышел, попал к заму. Сразу что-то насторожило. Цвет лица - странный. Не чёрный, и не белый - серый. И запах, как… Нехороший запах. Ёрш твою мать! Вот вы какие, М-Люди…

М - Значит «мёртвый». С тех пор, как наука научилась возвращать души, возникла мода на оживление родных, близких, и дальних, очень скоро внезапно сошедшая на нет.

Дело было в том, что возвращённые, физически и психически нормальные люди (100 % подтверждено аппаратурой), упорно начинали вести себя не вполне адекватно.

Возник, и стал распространяться культ атрибутики смерти - все эти предметы обихода в виде гробов, черепов, и крематорных труб. Духи и дезодоранты, имитирующие тлен, декор комнат в чёрно-красном стиле, одежда в стиле «СавАн».

Всё это не мешало (а может, и помогало) им делать карьеру, так что некоторые забрались весьма высоко. Кое-кто забил тревогу - в ответ была развёрнута пропагандистская кампания «Не убивайте нас снова!».

А мне-то что делать? Придётся общаться, тем более, что особого выбора-то и нет. Блин…

Существо (упорно не могу себя заставить считать ЭТО человеком) тем не менее осклабляется в приветственной улыбке, обнажая чернёные зубы и язык. Всё. Прощайте мои верные роботы, друзья-враги бандиты, и грустный хакер Аивер. Сейчас эта тварь меня съест!

Реальность, тем не менее, превзошла мои самые грустные ожидания. Вместо того, чтобы быть быстро умерщвлённым и переваренным, я удостоился сперва нежного поцелуя (только тут разглядел, что это баба - фффууууууу…), затем доверительного заглядывания в глаза (моднейшие в М-кругах духи «Трупный Йад»), и долгого (успел бы раз шесть сбегать стошниться) разговора.

Только потом я понял, что на самом деле мне повезло. Дело моё было забыто (Подумаешь, конфликт третьей степени! К тому же, Вы действовали в качестве Миротворца). Всё, что интересовало вумэн - похоронные ритуалы Земли. Пришлось наврать с три короба (сжигание в шкуре утконоса, замуровывание в собачьих будках («в жилищах вернейших друзей»), расплавление в оливиновом слое), по горящим красно-жёлтым (с искусственным гноем) глазам понял - моё враньё понравилось. Как бы не ввести мне тут новую моду!

И, как бы не ввести кое-чего ещё. Дамочка, возбудившись от моих рассказов, уже принялась метаться, отправляя секретарей в дорогие рестораны (Никакой пневмопочты! Дикари.) Но, стоило мне представить эту еду, как дрыхнущий до этого в истерике мозг резко мобилизовал ресурсы.

И, Вы знаете, кое-что, из того, что я рассказал, не было неправдой! Я, в самом деле, не состоял в секте некрофилов, а значит, не имел права осквернять её прекрасный тёмный образ прикосновением (не трогай меня, дура!!!), а лицезрением и обонянием не более часа в день (как жаль, очень рад был Вас повидать!)

Всё это приправил всеми вспомнившимися под руку миннизингернутыми комплиментами, и залакировал цитатами из Пушкина, Некрасова, и Баркова в собственном переводе.

Эффект был потрясающий!!! Дама (Замрайкома - второе лицо в Системе, насчитывающей пять сотен звёзд) проводила меня до космолёта. (Охранники отдали честь с отвисшей челюстью), пожелала всяких благ, и предложила неограниченную помощь. Надеюсь, она мне НИКОГДА не понадобится!

Синтетическое счастье

Настоящие имплантанты отличить от поддельных очень просто. Они приносят радость! Уже второй день я не ем и не сплю, а чувствую себе - замечательно. Одного приёма пищи должно теперь хватать на трое суток, сон вообще исключён из ритма жизни.

Для пробы двигаю левым плечом. Сустав из нейротитана очень хорошо взаимодействует с костью из нейротитана. Модифицированные нервы проводят сигналы в четыреста раз быстрее, а новые мускулы умеют оперативно на эти сигналы реагировать. Органы чувств тоже подверглись доработке.

Всё началось с того, что я выпивал с Аивер. Этой русской привычке я научил его давно, но так нажираться мы ещё не пробовали. После визита к М-леди, я готов был выпить никак не меньше ящика своей собственной водки «40». И, где-то за двое суток мы этот ящик опустошили. Некстати заглянув в кошелёк, я обнаружил пустоту. Решение созрело сразу: пройти «девятый» объект.

И мы его прошли. Вдвоём. Аивер потерял правую руку и сорок процентов крови, а то, что осталось от меня, он вынес в левой, не особо при этом напрягаясь. Мозг не пострадал (был в отключке?), и медробот без особых проблем довёз нас обоих до госпиталя.

На вопрос дежурного лекаря, что же мы хотим, Аивер твёрдо ответил - водки. А я согласно мигнул лампочкой медблока. На наше счастье, освобождение «девятки» показали по видео (причем сообщили и сумму премии), и лекарь, раздобыв где-то чистого спирта, без труда уговорил нас на самые дорогие имплантанты.

Конечно, специализированные боевые стоят ещё больше, и не везде их можно найти, и не всегда это легально, но. Оно явно стоит того, чтобы попробовать…

Некоторые аспекты психофизиологии

Очередная дверь распахивается от моего удара. Я - уже не совсем я. Сто тридцать килограммов механизмов, впаянных в плоть, девять боевых лазеров, и совершенно перестроенный метаболизм. Теперь я способен питаться солнечным светом, и обходиться без кислорода неделю. Путешествие на дорогих лайнерах, конечно, verboten (не пройду ни один детектор в космопорту), зато могу летать в грузовых трюмах - при минус двухсот, большом ускорении и сильном жёстком излучении.

Перевожу тело в ускоренный режим. На взгляд стороннего наблюдателя, я теперь вроде молнии, смазанной скипидаром, но сторонних наблюдателей здесь нет. Есть лишь роботы, для которых моя скорость восприятия могла бы стать максимум предметом для насмешки. Вот один из них. Обманчиво-неподвижная громадина одним неожиданно-чугунным ударом пытается проломить мне грудную клетку.

Сила удара не то, чтобы впечатлила меня нынешнего, однако, метров пятьдесят по пустому залу я пролетаю. Я сильный. Я очень сильный. Только лёгкий. Не вставая, выпускаю «иголочку» - тонкую, не толще спички самонаводящуюся ракету. Тяжело громыхая, робот тащится за мной, но, словив «подарочек», меняет форму и взгляд на мир. Локальный гравитационный удар в пять миллионов g - и, из грозной боевой машины получается аккуратный блестящий шарик.

Как жаль, что «игла» у меня всего одна. А роботов выходит - раз, два, восемнадцать, девятнадцать, зачем я сюда полез? Выставляю одностороннепроницаемый энергощит, и, с помощью пушек, лазеров, и грозного взгляда, стараюсь убедить врага в своём всемогуществе. Действует. Передние, затаптывая и сокрушая задних, устремляются в отрыв.

Чем сложнее программа робота, тем больше он в своих реакциях похож на человека. Так сказал Аивер. Через девять минут (столько восстанавливается модифицированный щит), спускаюсь вслед. Мне кажется, или я вправду слышу стук железных зубов и дрожание гусениц?

Отстреливаю испуганных механоидов по одному, в самом конце напарываюсь на «босса». Пытаюсь его смутить натиском, тщетно. Босс безмятежен. Может, принял транквилизатор? В наушниках слышу смешок Аивер. Ах, да, вербализируемые мысли доступны контрольной аппаратуре.

Заставляю себя разъяриться. Мне это просто - ковш адреналина туда, ковш - сюда. Это не гипербола - новые мускулы готовы пить его вёдрами. Кажется, Железный Босс дрогнул. Судя по рваным суетливым движениям - он в панике. Мать, да он включает самоликвидатор! Огромными прыжками покидаю поле боя, успеваю захлопнуть неразрушаемую дверь. В наушниках звенит весёлый смех Аивер.

Вот ещё мне робопсихов тут не хватало.

Боевая дипломатия

Следующий инстанс удивил меня неожиданной тишиной. Пройдя пару сот метров, я остановился. Что-то было не так. Сильно не так. Это я понял только тогда, когда пять десятков роботов одновременно выключили генератор невидимости. К слову, до этого я такой штуки на «девятых» объектах не встречал.

Роботы стояли не шевелясь, торжественно сложив манипуляторы на груди. Индикаторы систем самоуничтожения у всех горели в положении «Ready».

У меня задёргалось левое веко. Одновременный взрыв реакторов оставит от меня пятно на потолке, и никакая бригада врачей его оттуда не соскоблит. Возможно, из-за повышенной волнительности момента я не сразу сообразил, что здешняя поза «руки на груди» - это аналог земного «хэндэ хох».

Некоторое время робы молчали, видимо, не могли угадать частоту общения. Я им случайно помог, пробормотав одну фразу. Потом пришлось её объяснять, было очень стыдно. Однако, так или иначе, контакт был налажен.

Вежливым басом глава делегации перечислил условия сдачи объекта «Подверженный обороне Особого Сквада - 9». Их было не так много:

– Невыдача бывшим врагам.

– Обеспечение жизнедеятельности в достойном диапазоне сред и условий.

– Невмешательство в индивидуальные программы.

– И, по мере возможности, гуманизация.

Про гуманизацию я кое-что слышал. Подсаживание искусственной, выращенной специальным способом души, затем пересадка полученного спиритуалистического гибрида в человеческое тело. Нормальная, хоть и безумно дорогая операция в Империи Дороги Миров, но абсолютно незаконная, и почти неосуществимая здесь.

Хотя, это как посмотреть. Аппарат по выращиванию искусственных душ у меня был. Получил в качестве отката от одной криминальной группировки, и до сих пор не знал, к чему применить. Ну, и с пересадкой в другое тело не должно возникнуть особых проблем.

Дорого, конечно. Зато весь «девятый» объект плюс целые тела пятидесяти четырёх роботов, уникальный генератор невидимости, и ещё целый арсенал оружия… А чего я думаю?

Сержант (так я «обозвал» самого большого и представительного робота, три полоски светодиодов на плечах которого напоминали до боли знакомые и родные лычки) выслушал моё согласие с подчёркнуто серьёзным видом. Под покровом ночи я перевёз всех на один из своих заводов, и, через пару недель - вуаля! - его штат сильно увеличился.

Начинаю подумывать о своём государстве - это удобно по очень многим причинам.

Экскурс в культуру

Локатор плавно повернулся, дёрнулся, поймав ракету, и замер. Из-за горизонта, с неимоверной скоростью пронзая пространство, вынырнули серебристые ангелы вторжения - истребители, разбившись на тройки, они спешили выполнить свою такую нужную работу.

Промелькнули в мгновение ока в белёсом утреннем небе, а над самой травой уже, под свист многотопливных турбин, раскручивали шестиугольные тарелки противоснарядной защиты гибридные танки «Титан». Обгоняя их, выше, неторопливо стригли прогибающийся под их тяжестью воздух гигантскими лопастями «Омены» - штурмовые инфильтраторы. Их шестиствольные пусковые установки, с неслышимым из-за шума винтов шипением выбрасывали вперёд и вниз концентрированную смерть - через мгновение, «Титаны», нырнув и искупавшись в море огня, возрождались по другую сторону уже несуществующей границы.

Где-то очень далеко, под рёв сирены, выкатывались из ангаров стотонные пусковые установки. УРы - универсальные ракеты - зевая, покидали тёплые насиженные контейнеры, неохотно, опираясь на столб ревущего пламени, застывали, выбирая цель, затем, разъяряясь, набирали ускорение, и неслись устанавливать справедливость, кто недалече - на соседний континент, а кто и на одну из ближайших инопланетных баз.

Солдаты, в сверхпрочных герметичных скафандрах, бод бодрые маты сержантов горохом ссыпались с «грузовиков» - аэромобильных платформ, норовя рассредоточиться и залечь ногами к взрыву.

Полыхнуло! Так, как может только человек, и никакой природе так не дано - невероятно красиво, испаряя реки, и сглаживая континенты, промчался над планетой атомный шторм.

Так начиналась Третья Планетарная Война.

– Ффух!!!

Снимаю шлем, по лицу ручьём течёт пот. Киваю библиотекарше - и эту тоже! Копирует. Плачу деньги, забираю. Гляжу на часы - ого! Ничего себе - зашёл на полчаса в библиотеку! Прощаюсь, забираю мнемокарты, и иду домой. Чувствую себя… Вот не передать, как. Так, наверное, чувствовали себя древние люди, дорвавшись в первый раз до Интернета, и сжимая в потной руке диск со скачанным терабайтом порнухи. Эх, щас приду домой - не торопясь посмотрю. Великое дело - культура!

* * *

В процессе дальнейшего изучения наткнулся на такой эпизод:

На планете-карантине 3030 (расположена на отшибе, уровень развития - примерно земной двадцатый век) ЧП.

Ах, да. Для начала - что такое планета-карантин. Это такое специальное наказание для наций, проигравших войну. Уничтожать их негуманно, поэтому, изобрели такой способ. Грузят провинившееся население на стерилизованную планету, вместе со светилом загружают в солнценосец, и отвозят подальше. Выгружают. Без техники и технологий те быстро скатываются к каменному веку. Бессмертные скоро вымирают от войн, болезней, и местных зверей, а новое поколение уже ничего и не помнит. И вот начинается долгое развитие, точнее, восстановление. Наказание заканчивается, если наказанные смогут установить контакт с цивилизацией.

Так вот. Кто-то из космических пиратов решил сделать из планеты-тюрьмы планету-личный заповедник. Вызнал координаты, настроил гиперпрыжок…

И представьте - пьяная компания отморозков вылетает поохотиться. Пока космофлот получил донесение со спутника-шпиона (тамошней луны), успели они повеселиться, и удрать. А через триста с лишним тысяч лет местные археологи при раскопках находят черепа своих предков. И не просто черепа, а черепа с идеально круглыми дырами от охотничьих пуль.

Уровень у них к тому времени был, повторюсь, примерно равен земному двадцатому столетью. Возник скандал. Обитатели планеты стали вглядываться в звёздное небо отнюдь не с романтическим прищуром. Соответственно, в будущем такая агрессивно настроенная планета могла доставить хлопот. Вмешаться бы в её дела - да закон не позволяет!

Решили дело просто. Разыскали того пирата (оказался ещё жив) со товарищи, и посадили в предвариловку в ожидании суда. А суд можно было начать не раньше, чем закончится наказание планеты. В общем, отсидел он без предъявления ещё восемь тысяч лет.

И вот - процесс.

Слушается дело обвиняемого Ми-хо, личный номер такой-то, возраст 408 255 лет, статья такая-то, пункт такой-то.

За преступление против общности по сумме эпизодов наказание 5 779 лет, с учётом отбытого - отпущен на свободу.

На новообретённой планете - скандал, людские волнения! Впопыхах объявили всем войну, естественно, проиграли… Солнцевоз им попался тот же.

Да, увлекательная история вещь! Как бы со всем этим про дела не забыть. Решено - завтра пойду на «десятку». Надо деньги на космодром копить.

Битва гигантов

Даю отмашку - заправочные мачты отходят. К левой руке огромного «панцеркляйна» (кто назвал его «кляйн»?) приварена счетверённая ракетная установка. К правой суетящиеся боты приделывают лазер. По настоянию Сержанта учетверяю защиту кабины, вес сразу возрастает на несколько тонн. Аивер колдует что-то с программами. Он хакер - ему виднее. В его Империи, кстати, хакер - официальная, и очень уважаемая профессия. Как у нас военный. А ещё он просто хороший человек (инопланетянин в человеческом теле - по закону о примате формы - человек) - работает не денег ради (хотя прибыль мы делим на троих поровну, и, в общем, каждому достаётся не так уж мало), а удовольствия для.

Подъехала тележка с ракетами. Монстру, которым я скоро стану, их потребуется много. Помигивает индикатор зарядки, считая кило-, мега, разве что не гигаватты. Энергетическое оружие опустошает аккумуляторы со страшной силой. Я развлекаюсь игрой в буша - пытаюсь составить в уме фразу, состоящую из максимума лексических, и минимума семантических компонентов. Иными словами - как можно более длинную, и тупую.

Аивер откладывает бета-тестер, и вытирает руки вакуумной салфеткой. Его лицо по обыкновению серьёзно, лишь в глазах я замечаю тщательно скрываемую улыбку. Похоже, он доволен. Сержант, в сотый раз обходя боевую гору, пробует её одному ему известным способом на прочность, применяя пудовые кулаки в бронеперчатках то по одному узлу, то по другому. Панцеркляйн отзывается то глухим, то звонким гулом.

Везёт мне на хороших людей! (Сержант тоже человек - по тому же закону). Наконец, он заканчивает проверку. Я смотрю вверх - «панцер» высок, и, если мы неправильно рассчитали высоту потолков в «десятке»… Серж перехватывает взгляд, мгновенно расшифровывает и показывает жестом - до фига, мол, не волнуйся!

Да я и не волнуюсь. Бросаю буша, и, начинаю надевать скафандр. Прилаживаю активную броню. Если снаряд пробьёт кабину, лишней не будет. Втискиваюсь. В маленьком лифте поднимаюсь к кабине. Пристёгиваюсь, проверяю коммуникатор. Слышу бодрые голоса Аивера и Сержанта:

– Все системы в норме!

– Броня в норме!

– Заряд полный!

– Внешний люк закрыт!

– Иди и победи!

Это традиционное напутствие имперских самураев, я его уже слышал. Поднимаю правую руку - тоже ритуал. Выхожу из ангара.

До объекта еду на трейлере со снятой крышей. Боюсь неловко повернуться - разнесу полгорода! К «десятке» подхожу, преисполнившись собственного веса. Разойдись! Человек-гора идёт. Человек - тяжёлый крейсер.

И только я успеваю войти… Навстречу, сотрясая землю, и цепляя плечами немаленький проём, выходит моё подобие! Замешательство было примерно равным.

Затем мы опомнились: одновременный встречный залп!!! Нас разносит в противоположные стороны, и мы синхронно падаем. И тут я понимаю, что из-за веса брони встать не могу! У противника, видимо, та же проблема. Он жужжит сервоприводами, ворочается, но воздвигнуться с пола явно не в состоянии. И стрелять мы не можем тоже - система наведения с такого ракурса просто не работает!

Начинаю лихорадочно расстёгивать ремни, система катапультирования в ауте, рассчитываю только на свои силы. Кто быстрее - противник или я? В тяжеленном скафандре хромаю к супостату, вижу, как отщёлкивается, и отлетает, повинуясь пиропатронам аварийный люк, и, похожую на собственную, перетяжелённую фигуру. Вот он лихорадочно что-то ищет в кабине. Оружие! Изо всех сил ковыляю быстрее, и не успеваю. В руках у недруга пистолет, и он нацелен мне в грудь. Выстрел! В упор.

Разогнанная до космической скорости пуля пробивает дополнительную броню и броню активную, броню скафандра, и броню моих рёбер. Она испаряет мне сердце, и половину грудной клетки. Блин, мне так дорого обошлись эти имплантанты! В бессилии отчаянья луплю бесполезный скафандр в оставшиеся грудные фрагменты. И тут взрывается активная броня!

У меня испаряет бронеперчатку и кулак, у противника… У противника разлетается шлем. Финита ля комедиа. Поддерживаемый кибердоктором костюма, нахожу в себе силы просканировать уровень. Он чист.

Противник был один. Пытаюсь истерически засмеяться, икаю от боли. Победа.

Передышка перед боем

Рвётся ввысь свет, трещит пламя костра. Это я знакомлю Сержанта и Аивер с основами русской культуры.

Продажа «десятки» принесла фантастические деньги - ещё один такой поход, и мы окупим космопорт со всем современным оборудованием. Идти решили вдвоём с Сержантом в двух «панцерах». Новый «кляйн» многое нам дал в плане технологии, и мы намерены это использовать на 200 процентов. Очень кстати учёные вернули нам генератор невидимости с некоторыми усовершенствованиями, и солидной суммой в придачу. Сержант и Аивер сразу женились - соответственно дважды, и трижды.

– Время медитации!!! - Говорю я, и поднимаю руку со стаканом.

– Позиция «Инь» - стакан полный, «Янь» - пустой. Ну, Инь - Янь!

Восточные люди медитируют, погружаясь в свой внутренний мир. Но это неправильно. И наша медитация, направленная вовне, гораздо эффективнее. Души медитирующих, слитые в резонансе общих мыслей и слов, находят нирвану почти мгновенно. Разговор может идти как в моём любимом древнем культовом фильме - «Особенности национальной охоты» - каждый тянет свою ноту, но беседа всё равно получается в унисон.

Перебрав местный набор коктейлей, я остановился всё-таки, на древнейшем сакральном напитке славян - водке. Не потому, что я культурно-гастрономический шовинист, а просто, лучше ничего нету.

Аивер, с заблестевшими глазами читает изречения генерала-императора Лиса, героя войн, и Эталонного Поэта Империи.

– От счастья в этом мире

можно умереть,

а отдыхом считается работа.

От снегопада можно леденеть

в лучах полуденного солнца.

Здесь листья под ногами

начинают петь,

а небо покроется лазурью.

И жизнью начинает все кипеть,

лишь стоит только улыбнуться…

Сержант восторженно кивает. Поэзию он полюбил, еще будучи роботом. Продолжает с жаром:

– В вязкой тишине ты

начинаешь видеть духов…

Во тьме ночи ты созерцаешь

свет…

И ты идешь к нему на

встречу, как мотыль

к пламени свечи летишь…

Но за мгновенье до тепла,

ты понимаешь, что нет того,

чего ты видел, чего ты любишь…

И ты один во тьме ночи…

Я подхватываю эстафету:

– Он улыбался ей,

Она смущалась.

Он ей рукой махал,

Она смеялась.

Он ей писал,

Она читала.

И, нежностью дыша,

Ответы отправляла.

Он думал: без нее умру я.

И бился в бронебойную стенУ

И думала она: влюбилась в дурня,

Но без него и дня не протяну.

Они общались, нежностью делились,

Текст-интерфейс, прозрачное стекло.

В стеклянных капсулах они родились.

Ячейки жизни в черное ничто.

Серж и Аивер в полном восторге. Такого они ещё не слышали. Объясняю, что это земной автор двадцать первого-двадцать второго века Евгений Меркеев.

Самурай-хакер Аивер, растеряв всю свою природную и благоприобретённую невозмутимость, требует вот прямо сейчас надиктовать всё творчество великого киберпоэта.

Сержант впадает в задумчивость, мы затихаем. Сейчас что-то будет. Поднимает лицо к звёздам:

–  Сильно не пинайте… Я сочинил:

– Я полжизни почти через злые бои

К Монолиту как проклятый рвался

Кто-то с неба помог мне в стараньях моих

И вот я на ЧАЭС оказался.

В клочья порван скафандр, тело в шрамах от ран,

Но на сердце - безумная радость!

Позабыл псевдопсов, контролера удар,

Кровососов и прочую гадость.

Перед Камнем стою, только надписи нет:

«Кто налево - тот все потеряет.

Кто направо пойдет - ничего не найдет»

Ну так кто же направо гуляет?

«А кто прямо пойдет…». А я прямо и шел.

Не свернул ни на йоту с дороги.

Правда денег и счастья в пути не нашел,

Только стер до костей свои ноги.

Еще сделал я шаг, и раздался в мозгу

Голос Камня торжественно-строгий:

«Ты дошел, человек. Я исполнить могу

Лишь одно пожеланье из многих.

Ты дошел, человек. Но поправку учти.

Да, желание я исполняю.

На минуту всего, а потом - извини,

Твою жизнь у тебя отбираю.

Ты минуту в раю, а потом сразу в ад

Вот такая за доблесть здесь плата.

Ты понравился мне - настоящий солдат

Я был тоже таким же когда-то.

Еще можно уйти, так что - думай, боец

Что тебе в этом мире дороже.

Твоей жизни не скоро наступит конец,

Если будешь всегда осторожен».

Я из фляжки глотнул и ответил ему,

Сплюнув кровь вперемешку с зубами:

«Я отсюда уже никуда не уйду.

И желанье ты выполнишь, Камень!

Понимаешь, я в детстве запоем читал

Много книг о героях и чести.

Даму сердца себе я тогда же избрал

И мечтал, что мы будем с ней вместе.

Жизнь мотала меня, как листок на ветру

Но не смог я расстаться с мечтою.

И я знал: не увидев ее - не умру

Потому я стою пред тобою.

Вот желанье мое - отнеси меня ты

На минуту к моей милой даме.

Я увижу ее - воплотятся мечты.

А потом убивай меня, Камень!

Вот и все. Я готов. Так давай поскорей.

Время тянется как паутина.

Не тяни, Монолит! Отправляй побыстрей!

Имя Дамы? Конечно - АФИНА!

Отводит глаза.

– Помнишь, ты рассказывал про Великую Игру?

Я как-то не сразу соображаю, о чём он. ЧАЭС, Монолит, Афина… Пронзает - С.Т.А.Л.К.Е.Р.Ъ.! А ведь как точно всё схватил. И Афина из «Радуги»! Смотрю на киборга с уважением, почтением, и даже некоторой робостью. Так здорово запомнить, и передать настроение…

Аивер пожимает Сержанту руку. Смотрим в огонь. Наши души стремятся сквозь необозримые дали, пронзая время крыльями рифм.

– Ну, Инь-Янь…

Ностальгия

…Сержант долго вздыхал и нервно курил. Видно было, что он хочет о чем-то сказать, но никак не решится. Наконец, после очередной операции Инь-Янь, Сержант раздавил граненый стакан, выточенный из цельного куска алмаза, и произнес:

–  Ты не удивляйся, я ведь тоже с Земли. Как ты сюда попал - не знаю, а вот свою историю решил рассказать.

Когда меня вышибли из универа, передо мной были три дороги. Но в тюрьме не разрешали пить, в монастыре - курить, и пошел я в армию. Тем более что лучше сдохнуть под знаменем, чем под забором. Два года пролетели быстро и весело.

И вот какой-то незнакомый человек предложил мне оказать военную помощь иным мирам. Если учесть, что читал я только фантастику, и было мне двадцать лет, то понятно, что согласился я сразу.

Так я и оказался здесь. За чьи интересы я воевал - не знаю. Мы штурмовали и зачищали те же объекты, что и ты сейчас. Что мне здесь понравилось, так это то, что в каждом взводе был свой Регенератор - прибор, восстанавливающий утерянные органы. Оторвало тебе руку - получи новую, ногу - и ногу заменят. С заменой голов тоже проблем не было.

Только вот потом, непонятно почему, с запчастями стало все хуже и хуже. Сначала пошла силиконо-керамика, а потом - чистая сталь. А бои шли. В конце концов, от меня во мне остался только левый глаз. А когда при очередном штурме в меня выстрелили из раздирателя кварков, то Регенератор, недолго думая, воссоздал меня как боевого робота.

Остальное все знают. Так что за тело спасибо, а душа у меня своя была.

Сержант достал из кармана флешку.

–  А это то, чем ты меня воодушевить хотел. Забери, не пригодилась. Мою душу ни в один алгоритм не вместишь, но раз уж у нас разговор о душе и поэзии, то вот -

Я умру на закате, с последним лучом заходящего солнца.

Посиневшие губы попытаются что-то шепнуть.

Не услышит никто. Только Ангел-Хранитель, взглянувший в оконце

Скажет Ангелу Смерти «Отмучился парень. Берем его душу и в путь»

Проснулся от яркого света. Вставало солнце. Нетвёрдым взором обвёл честные лица друзей. Медленно сказал:

– Сержант, ты знаешь… Мне сейчас приснилось… что ты курил!!!

Опаньки, неужели ностальгия начинается?

Маленькие разборки больших роботов

Правое плечо вперёд оружие наизготовку врываемся в ангар. В ангаре толпа огромных роботов сосредоточенно слушает маленького вертлявого коротышу. У коротышки неприятный визгливый голос, и дёрганые, суетливые движения. Производимый нами шум заставляет стотонных киберов недовольно обернуться. Подходим ближе. Коротышка корчит страшную рожу, и сквозь зубы цедит:

– Ээээ, уничтожитель… Этот инстанс - моя добыча!

И тут я его узнаю.

– Шустрый!

Коротышка замирает, медленно краснея. Я невинно интересуюсь:

– У тебя уже прошли синяки на заднице?

Шустрый - постоянный клиент одного из моих подпольных Домов Удовольствия. Делаю вид, что неожиданно вспоминаю:

– Ой, извини! Ты же был в другом теле. Такая блондинка сочная.

Роботы слушают не шевелясь. Те, кто подальше, вытягивают шеи.

– Ах, нет! Блондинкой ты был в позапрошлый раз.

– Слышу какой-то странных стук и скрежет. Не сразу соображаю, что это хихикают металлические монстры.

– А в прошлый раз…

Коротышка срывается на визг:

– Заткнись! Бося, иди сюда! Бося, меня обижают!!!

И, не подумав, разворачивает огромный голографический экран. Хихиканье роботов переходит в ржач. На экране Бося, двухметровый негр, глава одной из мафиозных группировок Четвёртого Континента. На нём кокетливый топик с рюшечками, и красные стринги.

– Да, Шустренький, кто тебя посмел обидеть, мой муся-…

Торопясь, и спотыкаясь на высоких каблуках, подбегает к визору. Замечает толпу роботов, и нас с Сержантом, по инерции договаривает:

– пуся…

Автоматика снижает чувствительность слуховых сенсоров. Роботы со скрежетом бьются головами об стены, некоторые, в приступе хохота сползают на пол. Лёгким движением бронированной клешни приподнимаю Шустрика с пола, и вешаю на гвоздик. На экране забытого визора мечется Бося, заламывая руки, и в панике размазывая косметику. Наконец, кто-то из киберов наступает на пульт, и экран гаснет. Пережидаю приступ смеха.

– Что он вам наобещал, ребята?

Установившаяся неформальная обстановка весьма кстати.

– Небось, гуманизацию? В обмен на военную помощь?

Чувствую, что угадал.

– Забудьте. Любой ваш выход за Периметр - и сюда прилетит армия.

Миролюбиво добавляю.

– А прибор для гуманизации есть только у меня.

Шустрый на крючке шипит, раскачивается, наконец, срывается, и, с криком «Я вернусь!» убегает в полуоткрытую дверь. Роботы свистят и улюлюкают. А я кую железо, пока горячо.

– А ещё я могу предложить легальное свободное гражданство.

Государство - это мы

Я давно планировал своё государство. Тут с этим просто. Покупаешь планету или крупный астероид, регулируешь гравитацию, закачиваешь воздух. В общем, полное терраформирование. К тебе стекаются жители, но, пока что это ещё не твоя территория. А затем, просто вкладываешь деньги. Половина идёт в бюджет владельца звёздной системы, половина вкладывается в развитие планеты, а тебе капают очки репутации. Когда репутация достигает ста процентов, из олигарха становишься монархом. Вот и всё.

Выручка за второй «десятый» инстанс покрывает расходы на космопорт, оборудование, и ещё довольно крупная сумма отягощает счёт. Решаюсь, и покупаю небольшой астероид. Ему явно не хватает массы, и я заключаю контракт с местными космическими шахтёрами на поставку отработанной породы. Астероид начинает медленно расти.

И вот, Сержант занимается астероидом, Аивер космопортом. А я иду в инстанс.

Инвинсиблер работает. Тихо, на цыпочках крадусь внутрь. Скафандр типа «хамелеон» абсолютно не стесняет движений. Система по электрическим сигналам мышц предугадывает каждое движение, и усиливает его гидравликой костюма.

Я не вооружён. Почти. Сорок девять килограммовых мин с ужасающей термитной начинкой компенсируются «хамелеоном», и совершенно не ощущаются ни в статике, ни в динамике.

Сорок девять термитных мин. Много это или мало? Чтобы взорвать планету - мало. Чтобы взорвать инстанс - много. Супертермит - вещь, вообще-то запрещённая, и потому безумно дорогая. Она инициирует почти неконтролируемое превращение массы в энергию. Иными словами, расставив мины, и запустив процесс активации, я должен буду выйти наружу, и там подождать результата. Процесс может занять до трёх суток, зато - никаких проблем. Зашёл - вышел.

Ставлю первую мину. Автоматические турели на стенах не реагируют, датчики расслабленно таращатся в пространство. Ставлю вторую. Коридоры пусты. По пути заглядываю в помещения - какие-то склады.

Ракетные установки «Пламя» на потолке. Зашёл бы без невидимости - и всё. Не помог бы никакой «Панцерклян». Иду дальше, недоумевая. Никого нет. Зато явно избыточное количество огневых точек, и датчиков. Обнаглев, ставлю третью мину на бак с напалмом у огнемётной турели. По-прежнему, ни одного защитника, а концентрация централизованно управляемых средств обороны всё увеличивается.

Без помех устанавливаю всё, что принёс, и тут меня замечают. Стволы стамиллиметровых плазмомётов синхронно разворачиваются, беря меня на прицел.

– С Вами разговаривает Единая Интеллектуализированная Система Обороны. Нарушитель, назовитесь!

Называюсь.

– Цель нарушения?

Объясняю. При упоминании термитных мин, Система давится следующим вопросом. Затем оживает:

– Каковы условия моей капитуляции?

Через пять минут сорок секунд иду обратно, собирая мины. В числе прочих, Система выдвинула просьбу о гуманизации её в тело женского человеческого существа с комплексом характеристик супермодели. Что ж. Будем искать.

Пираты!

Моё предложение о доведении любой обычной женщины до требуемого уровня путём операций, было гневно отвергнуто.

– Нет! Всё должно быть натуральным!!!

Агенты сбились с ног, переворошили все тела для удовольствий. Нет. Тела-то хорошие были, но вот натуральных… Натуральных не было. И это была проблема. Инстанс с ЕИСО я уже продал за колоссальную сумму (хватило, чтобы довести астероид до требуемой массы), а сама Система жила в сконструированном ей собственноручно механическом теле с огромными женскими…, ну, достоинствами, в общем.

Заниматься киднеппингом не хотелось. Решение, как это часто бывает, подвернулось само.

Пиратский корабль, чьё название можно приблизительно перевести как «Кабздец», сбился с курса. Всё началось с крайне удачного нападения на алкогольный танкер «Мартель». Продолжилось абордажем моделевоза «Элит». А через некоторое время, проснувшийся осоловелый кэп очень некстати обнаружил свой корабль в окружении тяжёлых военных перехватчиков. Система защиты от парализующего поля была, и работала, а вот антиантипрыжковая - нет.

Слух о заходе галактического пирата распространился мгновенно. Новость номер один по всем каналам: Пираты, пираты, пираты. Модели. Модели?! Резко облачаюсь в скафандр, на ходу связываюсь с Департаментом Планетарной Обороны. Вообще-то, это не их дело, но, там у меня друзья. Нажимаю на все рычаги, в результате, получаю Мандат Миротворца, и Добровольческий Контракт. Мельком прочитываю.

Там сказано, что я обязуюсь захватить живыми и здоровыми не менее 51% заложников, судьба пиратов и их корабля на моё усмотрение. За невыполнение условий срок (солидный!), за перевыполнение - прогрессивный бонус.

Созываю команду бывших роботов, еду на космодром. Предоставленный ДПО автоматизированный десантно-абордажный корабль берёт старт, едва закрывается аппарель.

Проверяем снаряжение, готовимся к абордажу.

– Внимание! До касания 4, 3, 2, 1…

Летят искры из-под резака, пинком выбиваю кусок обшивки, заскакиваю. Спохватившись, включаю «Хамелеон». Внутри ковры, блеск золота и хрома. Миленько. Кресла из натуральной кожи, ишь ты! Некисло живут галактические пираты. Крадусь по коридору. Из-за некоторых дверей доносятся довольные стоны и крики моделей. Анализаторы сообщают о повышенном содержании этанола в воздухе.

– Кх-кх!

Оборачиваюсь. В окружении моих друзей киберов стоит человек в шикарном красном камзоле. Друзья, похоже, парализованы, а человек смотрит в мою сторону. Он меня видит!

– Хороший костюмчик. Только устаревший малость.

Это он мне? Кто бы говорил!

– Вы полицейские?

Из какой глуши он залетел? Здесь нет полиции. Здесь…

– Я доброволец.

– О! - Удивлённый возглас.

Как же он меня видит? Нда, похоже, он серьёзно модифицирован. Посерьёзней моего.

– Ах, простите, я совсем позабыл о вежливости! Деп, капитан этого корыта. Разбой, грабёж, похищения, продажа краденого.

– Истребитель. Очистка инстансов, уничтожение боевых роботов, содержание баров, заводов, институтов, владелец космопорта и собственного астероида.

Сдержанный полупоклон. Продолжаю:

– А также скупка краденого, содержание подпольных Домов Удовольствия, нелегальная натурализация, незаконное производство и модернизация боевых роботов, и просто хороший человек.

Деп смотрит изучающе. Хмыкая, трёт лоб.

– Так-так. Надо будет тогда к тебе заглянуть, как весь этот шурум-бурум уляжется. Какой у тебя контракт?

Объясняю. В задумчивости чешет затылок.

– 51 процент, говоришь… А за то, что сверху, какая надбавка?

Он ещё и торгуется!

Обговариваем условия. Прибыль за лишние проценты - пополам, плюс…

– Что бы ты лично хотел получить? Зачем-то же сюда прилетел…

Проницательно смотрит выпуклыми карими глазами. Запираться нет резона. Объясняю. Ну?

– Есть такая женщина! В карцере сидит. Убить хотела одного нашего, ни за что. На всё согласилась, была мила и приветлива, а ночью - раз! Ножиком по горлу. Парня, понятно, откачали, датчики вовремя дали сигнал… Ну, мы её и решили за борт, когда Джей очнётся. А так даже ещё лучше! Берёшь?

Согласно контракту, перемещаю заложников на абордажник, даю приказ силам обороны снять антипрыжок. «Пират» немедленно «ныряет». В гиперпространстве его теперь ищи-свищи. Впрочем, есть у меня уверенность, что вернётся. Деп обещал.

День седьмой

На выплаченные по контракту деньги покупаю атмосферу и гравикомпенсатор. Всё, можно заселяться!

Первыми жителями становятся экс-роботы, и их, купленные на заработанную ими выручку, жёны. Засаживаю «планету» лесами, пусть возобновляют кислород. Копаю несколько соединённых друг с другом озёр, ставлю горы… Чистая Швейцария! Нет, ещё лучше. Алтай! Каждый день облетаю на флаере творенье рук своих. Эх, хорошо!

На климатизаторах не экономлю, и, скоро мой астероид начинает обрастать жителями. Где-то надо снова денег брать…

Охота

Бью правой, панцеркляйн усиливает удар. Кибер вздрагивает. Скорость принятия решений у него неизмеримо выше, но реакция стальных мышц на команды запаздывает. Вес у нас примерно равный, плюс-минус пару тонн. Но у меня есть оружие, а у него нет. Только ударно-механическое. Очередной удар приходится по кабине, темнеет в глазах.

Добавляю усилия правой руке, и беру механического гада в захват. Левой аккуратно, но сильно хватаю за шею. Высвобождаю из запястья панцера алмазный резак. Гад дёргается, но я держу крепко, из-под резака идёт дым, сыплются искры. Вот потекло масло. Или что у него там? Топливо! Как-то оно сильно горит… Слыхал я, что некоторые киберы могут использовать напалм вместо горючего. Температура растёт, я пилю.

Всё! Отбрасываю охваченное огнём тело, в другой угол отпинываю голову. Автоматическая система пожаротушения очень настойчиво рекомендует произвести сброс ракет. Локаторы ловят на девять часов какой-то звук, произвожу сброс туда, там сразу становится весело.

Разбрасывая останки обгоревших собратьев, огромными прыжками мчится прямо на меня этакий механический заяц двух метров росту. Пытаюсь сделать хэдшот, зайчик стрижёт ушами, и уворачивается.

Блин, это не уши. Это СВЧ-генераторы! Температура рывком переходит за критическую отметку, АПС захлёбывается сиреной, срабатывают пироболты, и меня выбрасывает из «кляйна». Качусь по полу, смотрю, как зайка сосредоточенно доламывает «панцер».

Пытаюсь незаметно отползти. Хороший заинька, хороший! Не смотри на меня. Посмотрел. Глаза сразу вспыхнули красным. У него там что, лазеры? Плохой, злой зайка! Рывком вскакиваю, целенаправленно мечусь вправо-влево. Петляю, можно сказать. Путаю следы. Допрыгиваю до лестницы, сигаю на два пролёта вниз, зайчик азартно ссыпается следом. Спотыкаюсь на ступеньке, косой в порыве погони перелетает через меня, и падает… На такого же! На шум оборачиваются ещё трое-четверо.

Ну же! Давайте, устройте благородный заячий бой! Нет. Вся стая синхронно разворачивает на меня уши. Ой, что сейчас будет… Не чувствуя ног и земли пулей взмываю вверх, по пятам рвётся пламя. Что горит, воздух? Не…Хочу…Узнать…

Запыхиваюсь, но, когда над перилами показываются довольные ушастые морды, резко обретаю второе дыхание. Блин! Чтоб зайцы на человека охотились! Стаей! Не в сезон! Без лицензии!

Уже плохо соображая, что делаю, забиваюсь в вентиляционное отверстие. Сзади решётка. Приплыл. Со своего места вижу беспорядочно перемещающиеся железные ступни. Воздух перед моей «заячьей норой» буквально вскипает. Эй, не догадались бы какого напалма плескануть!

Эх, отдал «хамелеон» на модернизацию! Лежать, скорчившись страшно неудобно, на рёбра что-то сильно давит. Ощупываю. Пистолет. Пистолет??? Мини-рейлган. Рельса. Из которого меня чуть не убили пару дней назад. А ну-ка…

С первого раза перебиваю косому ногу. Со второго - второму. Третьим чуть промахиваюсь, добавляю четвёртым, пятым и шестым. Аккуратно, экономя патроны, добиваю упавших. Гейм Овер, кролеГи!!!

День защиты детей

Сегодня, первый раз в жизни увидел здешних детей. Народ тут бессмертный, размножение под строжайшим контролем. Но всё же есть. Имеется некоторое количество детских центров (ДЦ) - гибридов детского сада, школы, и вуза.

Так вот. Средне-старшая группа одного из элитных центров решила позаниматься экстримом. И, ничего лучшего юные балбесы не придумали, как сходить в «двенадцатый» инстанс. Взяли какое-то снаряжение, какие-то разрешенные гражданские средства обороны, взломали защиту Периметра (наняли хакера), и пошли.

Меня, и других «чистильщиков» вызвали почти сразу. Родители оболтусов, сплошь «шишки» из гражданского и военного управления планетой (В элит-ДЦ дети просто так не попадают) бледные от горя и красные от злости, просили, умоляли, требовали!!!

Остальные уничтожители отказались сразу. Я посмотрел, послушал… И не стал ничего говорить. Ни о том, что я, со своим легионом роботов, собственными заводами и НИИ едва-едва зачищаю «десятые», ни о том, что ещё не пришёл с модернизации «хамелеон», что тяжёлое оружие применять нельзя, а без него - верная смерть…

Просто подписал контракт (Тут без этого никуда), проставил мысленное «Да» на всех возможных инструкциях и предписаниях, и дал команду на подготовку.

Через пять минут (мой хронометр по-прежнему идёт по Москве), я, с тяжёлым чувством, ни на что, в общем, не надеясь, вошел за Периметр.

Костюм был старый, надёжный, с усилителем движений, хоть и без стелс-режима. Оружия набрал много. Вошёл внутрь. Вход охранял какой-то мелкий, с помощью усилителя я без лишних разговоров оторвал ему дурную металлическую голову. Часовой… Смотрел, небось, кибер-порно на вируальном дисплее. Или от электронаркотиков торчал.

Прошёл чуть дальше, ударом бронеперчатки разбил башку ещё одному кибернаркоману. Ох, не нравится мне это лёгкое начало! Остановился, стал настраивать слух - проверять диапазоны. И тут, во всех этих диапазонах, барабанные перепонки резанул истошный девичий визг!

Живая! Прячась за громоздкими агрегатами, подбираюсь к месту действия. Вижу: два здоровых робота привязали девчушку лет шестнадцати к какому-то подобию металлического стола, распяли её в позу «игрек», и, явно удумали что-то нехорошее. Рядом вижу несколько связанных парней и девчат примерно того же возраста. И один…, нет, два трупа. Дело плохо.

Ставлю снайперку на максимальную силу выстрела, намечаю цели, и порядок их поражения. Целей не очень много. Старт!

Гаусс-винтовка дёргается, в автоматическом режиме поражая восемь целей за одну двенадцатую секунды. Срываюсь с места, спринтом преодолеваю разделяющую нас дистанцию. Без лишних разговоров циркулярной пилой перерезаю путы. Девчонка смотрит, как на Бога.

Делаю ободряющий жест, и тут, из какого-то люка в полу вылетает очень шустрая кибертварь. Около метра в холке, и, с каким-то очень нехорошим лазером во лбу. Мне распарывает бок, я матерюсь громко и сочно, совсем не стесняясь детей. Мельком вижу их вытянутые лица, и заинтересованные глаза. Спохватываясь, опускаю забрало.

Бью тварь наотмашь - подловленная в момент атаки, та не может увернуться, и корчится, распиливаемая на две неравные части. Приземлившись двумя кусками, в последнем усилии скребёт алмазными когтями по полу, и затихает.

Появляется другая, точнее другой. Этого робота я уже встречал, знаю - чисто боец. Сейчас он зарядит мне в грудь рукой-молотом, и я начну двигаться прямолинейно и равномерно. Подныриваю, пытаясь отрезать молотобойцу левую ногу. Наблюдаю за рукой, ловлю на противофазе. Кибер, одного роста со мною, грозно смотрит красными провалами глаз. Его нога подпилена, и он не рискует перенести на неё вес для более сильного удара. Рву на себя - поддаётся. Мышцы усилителя стонут, слышу какой-то противный хруст и треск.

Это я всё-таки оторвал металлическому болвану руку. Пинком отбрасываю вражину, и расстреливаю из трофейного рейлгана. Поворачиваю голову: связанные пОдростки смотрят с надеждой и обожанием, девица на столе, кажется, совсем не намерена оттуда уходить, и, даже, по-моему, ещё сильнее раздвинула ноги.

Делаю несколько шагов. Из разорванного бока, несмотря на все усилия кибердоктора, капает кровь. Несколько капель попадает лежащей на лицо. Клянусь, она их слизнула! И ещё сделала лёгкий намекающий жест. Язычком.

Я, по-прежнему, ничего не понимаю. Судя по датчикам - врагов на уровне - море, и, все они сосредоточены на сравнительно небольшом пятачке. Страдая от боли в разрезанных рёбрах, кое-как дохожу. Ах, да - детей развязал, и, пинками проводил на выход.

Так вот, осторожно подхожу - кибердок колет укол за уколом - заглядываю. Полусотня отличных боевых роботов. Без сознания, или что там у них? К каждому тянется провод. По очереди подхожу, и, автохакером отключаю основные жизненные функции.

Разглядываю оборудование. Ё-моё! Эти Кулибины соорудили из подручных средств гуманизатор! И, пока одна группа выкачивала души из детей, другая, подключившись к кабелю, и отключившись от суеты, спокойно ждала своей очереди. С трудом удерживаюсь от пинка по очередному железному заду.

За этот поход получаю высшую награду планеты, почётное гражданство, кучу поцелуев в щёчку и пожатий руки, и, столько денег, что их хватает на то, чтобы полностью установить на маленькой планетке (или большом астероиде, как посмотреть) самодержавие.

Мои экс-роботы обрадовались тому необычайно. Ещё бы - теперь они не потенциальные военные преступники с перспективой вечного срока, а легализованные граждане суверенного государства.

Климатический рай

Сырость, гулкие шаги. Шум водопада у входа в грот. Внимательно осматриваю - сработанные нарочито грубо «каменные» сиденья с подогревом, искусственный мини-гейзер. Всё точно так, как я видел на одном из курортов под Царьградом.

Идём дальше. В специально оборудованном флаере рассматриваю систему управления атмосферой. Она проста и надёжна, в автоматическом режиме поддерживает на всей планетке климат субтропиков.

Планета - курорт. А почему бы и нет? Население переваливает за тысячу, пользуясь случаем, и связями на таможне, перевожу наиболее важные и секретные производства на «Альфу». Так я обозвал планетку.

Принимаю, оплачиваю работу. Финансы катастрофически тают.

А ведь ещё надо заказать на верфях несколько кораблей - какое государство без флота?

Не дышите на шедевр!

В музее тишина. Дремлет на полках вымершая флора и фауна, паровозы и аэростаты, танки и планетолёты. Иду, стараясь не шуметь.

И правильно. Для кого - бывший музей, а для меня - объект «десять». Осторожно шагаю по скрипучему полу. Дерево. Или имитация?

Захожу в зал мореплавания. Древние корабли этого мира выглядят почти, как земные. Немножко больше парусов. Из-за климата? Обхожу парусник. И тут прилетает первая ласточка.

Разведчик. Бесшумно молотит лопастями воздух. Сбиваю. И начинается! Грохоча по железным ступенькам, прямо на меня несётся робот. Разводит руки - в каждой по шестиствольному пулемёту. Огонь! Шквал дозвуковых пуль надёжно гасится костюмом. «Хамелеон-М», с модифицированной усиливающей системой.

Мне жалко экспонаты, и, вместо того, чтобы ответить плотным огнём, подхожу вплотную. Удар - часть броневой защиты противника вминаю внутрь. Ответный - «хамелеон» не справляется, чувствую, будет синяк. В лучшем случае.

Ещё удар - больно-то как! Что ж ты делаешь, сволочь? Хватаю «боксёра» за руку, пытаюсь оторвать. Выскальзывает, бьёт. Озверев, отрываю гаду голову.

Отдыхаю. Костюм пытается сделать массаж отбитым мышцам. Что-то колет. Не торопясь, иду в соседний зал. Окаменевшим исполином, стоит древний… Не знаю, кто, но впечатляет. Что-то вроде нашего Тиранозауруса Рэкса. А рядом - ещё два «боксёра».

От первого удара у меня выступают слёзы, и перехватывает дыхание. Второго - не запоминаю. Автодоктор колет укол за уколом, информатор что-то истошно кричит. Кровавая пелена уходит с глаз, и я озвереваю.

Отправляю одного противника в компанию к «Рэксу». Меня уже не заботит его культурная, и историко-археологическая ценность. Второго хватаю в захват, и, медленно, с наслаждением, отрываю ему ноги. Вновь бью первого, он отлетает, и бьётся о какую-то опорную кость. Динозавр величественно разваливается, во все стороны, как в замедленной съёмке, летят кости, и белая пыль.

Черепом мне прилетает по черепу, и я зверею окончательно. Добиваю врага, размазживая ему голову. Налитыми кровью глазами оглядываю окрестности. Вот. То, что мне нужно. В углу, надетый на киберманекен, блестит сталью отличный накладной доспех. Великолепная защита от ударов! С помощью манекена облачаюсь. Закрепляю пластины поверх «хамелеона», оставляя лёгкий люфт. Ну, теперь потягаемся!!!

У манекена есть функция «Поиск экскурсантов». Отправляю в этот поиск, не забыв прилепить мощную мину, и закоротить её на речевой аппарат.

Дожидаюсь взрыва, иду на шум.

Топ! Топ! Топ! - отдаётся эхом. Кап! Кап! Кап! - капает кровь с рассечённой брови. Бам! Бам! - бью прямой и с разворота. Хрясь! - разлетаются древние черепки, под ударами металлических голов оппонентов.

Иду не таясь, расшвыривая направо и налево. В следующем зале попадаются турели, расстреливаю их ракетами. В отделе редких рукописей пускаю в ход огнемёт. Толкаю высоченную полку - противников погребает под толстым слоем мудрости.

Прохожу весь объект, возвращаюсь. Успеваю услышать стук смазанных пяток, и увидеть спины.

– Дерррритесь, трррусы!!!

Мой рык, усиленный динамиками, порождает множественное эхо. Замечаю сигнал вызова, с досадой читаю: «Мы сдаёмся».

На следующее утро по всем каналам показали полуразрушенный музей, и мой мужественный профиль с комментариями: "Суровый чистильщик не позволил имперским робоварварам полностью уничтожить культурную святыню".

Окультуриваться надо!

После разгрома культпросветучреждения меня замучила совесть, и я решил взять тайм-аут, и посетить психодела. Низенький улыбчивый человечек сразу вызвал у меня лёгкую настороженность. После осторожной пятиминутной беседы (док выспрашивал об уровне достатка, и возможных корнях я-не-из-этого-мира-синдрома) я едва сдерживал себя, чтобы не рассмеяться. Вежливо попрощался, и, пошёл в «гараж». Так Аивер обзывал свою мастерскую-лабораторию, где он занимался всем на свете научного интереса для.

В две секунды поняв проблему, он без лишних слов стал разматывать какой-то длинный чёрный кабель. Большой чёрный же прибор имел экран и четыре верньера. Шлем не имел ни того, ни другого, но выглядел очень зловеще. В воздухе возникла надпись:

«Заключённый подключен. Начать программу перевоспитания?»

Не знаю, что выбрал сидящий за пультом Аивер, но уже через мгновение перед глазами поплыли строчки:

«Охрана культурного наследия Империи»

«Оценка трудозатрат децивилизации неокультуренного населения минус первого и второго уровня развития»

«Имперский Культ Культуры»

«Почему некультурна неимперская недокультура?»

«Осторожность в обращении с огне-, и взрывоопасными веществами, при ведении культурного отсева.»

«Справочник по реплейсменту культур, и их носителей, том I-XXXVII»

Слегка пошатываясь, я встал с кресла, и прислушался к ощущениям. Угрызения совести исчезли. Полностью! Ай да Аивер, ай да мозгодел… Уже придя домой, я обнаружил ещё один полезный эффект: при слове «культура» рука автоматически рвалась к кобуре, и выхватывала пистолет. Очень удобно:

– Культура!

Культуртрегер

Общественность, озадаченная предыдущими репортажами, дала пинка руководству планеты, руководство порылось в карманах какого-то фонда, и предложило мне следующую сверхзадачу:

За короткий срок демилитаризировать важнейшие из культурных сокровищниц (10 штук). Награда не то, чтобы потрясла, но впечатлила. Просмотрев список объектов (не выше 8го уровня), я с лёгким сердцем согласился. «Изи мани!», как говорил Ленивый Мальчик в любимой игре моего детства «Убей Ленивого Мальчика».

Следующее условие меня слегка напрягло: должна присутствовать пресса. Всё правильно, народ хочет видеть, на что идут его деньги. Поспорив для вида («это может быть ОЧЕНЬ ОПАСНО!»), согласился.

Взял десяток робо-снайперов, наспех приварил поверх имперских эмблем неимперские, специальный крафтер с толстой бронёй для прессы, и - вперёд.

Первая библиотека встретил нас зловещей тишиной. Оглядев сканером инстанс, я обалдел: имперские роботы читали. Неспешно, развалясь в удобных библиотечных креслах. А чего я ждал? По своему развитию они если от человека и отставали, то ненамного. А может, и совсем не отставали.

Однако, что же мне делать? Я представил себе репортаж, в котором расстреливаю мирных книгочеев…

Лучемётов с собой не брал. Вот что! Усилием «радиоподавляющего» кибера генерирую мощнейший электромагнитный импульс. Это почти сжигает его батареи, зато - библиотека оказывается ярко освещена. Разница потенциалов на металлических корпусах вызывает резкое повышение температуры, книги возгораются, роботы растерянно вскакивают. Слышу команду «Полный свет!», это включаются в работу масс-медиа. Делаю злобное выражение лица, и, расстреливаю из наплечной «рельсы» ярко освещённые силуэты. Прохожу инстанс за пять минут.

Перезаряжаю оружие и аккумуляторы, заменяю «радиоподавителя». Гляжу на прессу - скалят зубы. Довольны. Ну, что ж…

В следующем музее ничего интересного не происходит. Пятый уровень, прохожу, как вибронож сквозь рыбий жир. Так, кажется, говорили в древности?

Пятый уровень, седьмой, третий, снова пятый. К последнему, «восьмому» инстансу, подхожу слегка уставшим. А мне ещё нужно заработать популярность! Втихомолку засылаю автоматического подрывника, захожу правое плечо вперёд, на броне играют отсветы пожара. Разрываю первого встречного кибера, героически переламываю о колено второго, третьего… Массмедийщики сорвали голоса, указывая гелиокамерам что, и как снимать. Дохожу до конца уровня, и тут, дорогу мне заступает… нечто. С очень узким тонким корпусом, и двумя огромными ушами-локаторами. Похож на букву «Y» из латинского алфавита. Бью Игрека по ушам, отбиваю руку. По бронеперчатке разливается какое-то поганенькое свечение, кисть стремительно утрачивает подвижность. Глаза Игрека светлеют. Приборы шепчут «Неизвестное излучение», и вырубаются. Это ещё что за…? Ощущаю волной идущую радость врага. Вспоминаю:

– Культура!

С удовольствием отстреливаю гаду уши.

Бремя славы

На следующее утро ресивер разрывается от желающих видеть меня на обеде, званом ужине, или презентации чего-то кому-то. Проснулся знаменитым, называется. По всем каналам крутится смонтированный клип, где я под музыку какого-то модного креэйтора с криками «Культура!» спасаю сокровища нации.

К обеду уже несколько подустаю, не сразу замечаю сигнал от незарегистрированного абонента. Оппа! С экрана, хмуря умный лоб, на меня смотрит Деп!

– Ты где? - интересуется.

– Включи визор!

Скептически хмыкает:

– Какой канал?

– Любой…

Косится куда-то над. Задумчиво моргает.

– Я перезвоню.

По возвращении на Альфу меня ждал сюрприз. Несколько очень хорошеньких экзальтированных юных девочек. Приглядевшись, я с трудом узнал в них «замарашек» из двенадцатого инстанса. Одна из них очень знакомо облизнула губы… Через несколько минут я узнал, что представления о «процессе, способствующем размножению» у высших и низших слоёв общества кардинально различаются. Доказательства были очень хорошо зримы, и, так сказать, осязаемы.

В самый кульминационный момент прозвучал вызов. Я ответил, сузив экран до минимума, и почти закрыв поле обзора. Появился чем-то раздражённый Деп, и, сходу принялся жаловаться:

– Слушай, если ты такой крутой (недовольное движение бровями), какого космического духа ты живёшь в такой дыре? Тут же скука смертная. Зашёл в некий «36446й» бордельчик - так выбор маленький, персонал страшненький. Единственное приличное заведение на планете - ресторан «Пельмень». И вообще, как тут можно развлекаться?

Я слегка изменил ракурс камеры, чтобы показать, как. С удовольствием посмотрел на выражение лица Депа, и добавил:

– А за «Пельмень» - спасибо. Это мой.

Весь следующий день проходил в переговорах. Очень задёшево мне удалось приобрести у космического корсара целую кучу полезных вещей. Переменивший мнение Деп более не хмурил капризно брови, а с толком, и всегда по делу, проводил процесс купли-продажи.

Под занавес, я обмолвился о планах расширения планетки. Денег после героической «битвы за культуру» оставалась масса. Деп, подумав (он всегда думал) перед ответом, сказал, что есть более подходящий вариант.

– Понимаешь, на неё мы сами имели виды. Но - там сильное сопротивление.

– Имперские роботы?

– Да. Вся планета - сплошной укрепрайон. Подземные заводы вооружений на тысячи этажей вглубь. Противокосмической и противовоздушной обороны, слава космическому духу, нет. Но пехоты и танков…

Про уровень я не спросил, понятно было и так. Без надежды поинтересовался:

– Других вариантов…?

– Отчего же? Есть. Пустынная необитаемая планета. Особых ископаемых нет. Воды нет - выкачали и вывезли. Воздуха почти нет. Зато дёшево. И с транспортировкой без проблем. Берёшь?

Уже вечером я оформлял поддельные документы на процедуру установки дополнительного звёздного тела планетного типа нелегальным пиратским планетовозом. Оставшейся от сделки суммы как раз хватило на приобретение атмосферы. Свою новую собственность я обозвал «Босс» - совершенно бессмысленное - с точки зрения местных жителей - звукосочетание. Почему? Так звали мою собаку.

На орбиту Босса я тем же планетовозом отбуксировал Альфу. Будет Луной.

Химия тела

Следующим объектом оказался химкомбинат. Тут следует сказать несколько слов о здешней индустрии прочных материалов. Материалы, типа нейтрина, или протония, довольно популярные на Земле, в чистом виде здесь не используют вовсе, во всяком случае, я их пока не встречал.

Вместо этого, материал (например, алюминий, или сталь) подвергается субатомной обработке, благодаря которой становится в N раз прочнее. Таким образом, модифицированный алюминий можно применять (и применяют) для строительства корпусов планетолётов, и, он запросто выдерживает жару, холод, и запредельные динамические нагрузки.

Но. Модифицированная сталь всё равно прочнее. А модифицированный титан прочнее модифицированной стали. Таким образом, добыча полезных ископаемых здесь процветает, и, всяческие редкоземельные всегда в цене.

Да, ещё пара слов о том, зачем я сунулся на этот комбинат. Дело в том, что он открывает путь к другому. А там производится (точнее, производилась) серьёзная техника для противокосмической обороны планет.

Задолго до подхода к комбинату, сенсоры обратили моё внимание на повышенное содержание в воздухе окислов, и прочих, нехарактерных для данного климата веществ. Внутри помещения их концентрация возросла многократно, так что, снимать шлем в данных условиях, я, пожалуй, не буду.

Тихо иду, отслеживая подозрительные места стволом плазмомёта. А таких мест - множество. Если быть точным - большинство. И на химкомбинат это место походит всё меньше, и меньше. Скорее уж, на биофабрику какую-нибудь.

Сенсоры ловят шум. Вскидываю ствол - прямо на меня бежит что-то очень мелкое, и нечёсаное. Явно не робот. Припадает к ногам, и, захлёбываясь, что-то бессвязно лопочет.

Подключаю логистический модуль, и, с пятого на десятое, начинаю понимать. Здешние роботы тоже построили гуманизатор. Вот только в людях у них недостатка не было. Захваченных рабочих и ИТР этого завода не убили. А поместили в специально отгороженное место, и, заставили размножаться. Достигших оптимальной физической и психической кондиции использовали - как, собственно, для тел, так и для приготовления «искусственных душ». Убивая при этом души естественные.

Чтобы до тонкостей отработать технологию, проводили эксперименты, настолько жестокие и бесчеловечные (у боевых роботов отключено человеколюбие), что сходили с ума даже те, кто просто эти опыты видел.

Сканирую приникшее ко мне тело. В мозг встроен чип - по-видимому, простой радиодатчик, не дающий убегать, куда не надо. На всякий случай, отключаю автохакером.

Киваю в сторону выхода, а сам продолжаю путь. Вижу открытую дверь. Бывшая столовая. Внутри, вольготно расположившись на широких креслах, обитых человеческой кожей (я не барышня, да и желудок имплантированный, но - затошнило) восседали захватчики. Люди с искусственными душами и телами. Судя по всему, я как раз, попал на какое-то (парт?)собрание.

Слушать повестку дня желания не было, поэтому я просто вошёл, встал у двери, и включил плазмомёт. Пламя металось по полу, стенам, и потолку, трещала кожа на креслах и рёбрах, недобросовестные приобретатели человеческого облика кричали, визжали, катались, пытались прошмыгнуть мимо меня к двери, я их отшвыривал хладнокровными пинками.

Через две минуты пришлось включить очистку обонятельных сенсоров. Удушливый смрад горелой плоти тяжёлым слоем пепла налип на рецептоы.

Иду по уровню, сжигая бывших роботов. Они что-то кричат, может, хотят меня разжалобить? Поздно. Я сдал сострадание в ремонт.

В лаборатории нелюди в белых халатах суетятся возле бассейна с зеленоватой жидкостью. Кислота? Надо проверить.

Слушаю громкое шипение, и, ещё более громкие крики. Кислота. Белые халаты растворяются без остатка.

Везде, где прохожу, сбиваю замки с тесных клеток, и деактивирую чипы. Кто-то сразу бежит на выход. Кто-то - совсем в другую сторону.

К вечеру заканчиваю. Завод действительно огромен. Одного персонала освободил триста человек. Почти все уже выразили желание лететь жить на «Альфу».

* * *

«За Спасение Из Плена Первой Степени» - очень серьёзная награда, а, денежная сумма, её подкрепляющая, ещё серьёзнее. Я выкупил единовластие на Боссе, и закачал туда атмосферу. Население Альфы как-то незаметно достигло трёх тысяч, на Сушняке (неофициальное название Босса) пока делать нечего - там песок и солнце.

Однако кое-какое оборудование я туда переправил. Команда роботов будет копать систему подземных укрытий для противокосмического оружия. За которым я иду сегодня в очередную «десятку».

«Хамелеон» залатан, усилен и дополнен. Сервоприводы готовы разрывать титан, новые гибкие батареи, толщиной не более мизинца, способны накапливать чудовищный заряд. Со мной рюкзачок с оружием, и верная «рельса» под боком.

Новая система концентрации огня буквально творит чудеса. Три боевых лазера выдают согласованный импульс, броневой сплав робота обнаруживает свойства жидкости, а затем и газа. Скачкообразное расширение приводит к локальному взрыву. В результате, голова первого встреченного сегодня «Терминатора» некоторое время ещё думает, но уже отдельно от туловища. С уважением смотрю на впаянную в прочнейший стеклонит маленькую микросхему.

Из неприметной ниши выползает маленький синий рем, и начинает подталкивать голову к покинутому телу, по пути производя разные непонятные манипуляции. Пинок - и неудачливая жертва собственной профессии меняет форму, цвет, и траекторию движения. Пахнет горелым, сыплются искры.

Слышу «Топ-топ», разворачиваюсь. Вскидываю лазер, но пропускаю ракету. Взрывной волной меня сносит к тёмному провалу, инерция кидает туда-сюда, закручивая в затейливом брейк-данс вальсе.

На несколько секунд отключаюсь. Прихожу в сознание от осторожных прикосновений. Маленький синий рем, точная копия уничтоженного ранее, хлопочет, приводя в порядок мой скафандр. Ах ты, маленькая умница! Не буду вас больше обижать.

Со скрипом встаю. Подкладка «хамелеона» мокрая - кровь. Скриплю зубами. Я зол. Я очень зол. Начинаю восхождение. От удара лазеры рассогласовались, мешок с нужными железками лежит наверху. Убиваю кулаками. Сервоприводы держат.

Спохватившись, достаю «рельсу». Некоторым это оружие представляется архаичным и устаревшим. На мой же взгляд, ничего лучшего за всю свою историю человечество так и не придумало. Маленький кусочек металла, заключенный в сверхпрочную оболочку, разгоняется до космических скоростей, и, если не промахивается, делает такое бо-бо…

По пути встречаю ещё одного рема. Подняв потешную мордочку, он смотрит на меня блестящими бусинками глаз. Провожу автохакером - на время боя животинка выключена. Будем считать, компромисс.

Вижу платформу лифта, встаю, еду. Антиграв везёт быстро, но почти беззвучно. Доезжаю до нужного уровня. Робогад стоит спиной, и спокойно изучает содержимое моего мешка. Эй, это МОИ вещи! Кибер вздрагивает, неуклюже пытается развернуться. Дальше всё происходит просто - большой вес, инерция, скользкий пол… С удовольствием слышу «Бамс!!!», а потом «Шмяк-шмяк-шмяк…». В рассчете.

Достаю счетверённый лаунчер, и, начинаю потеху. На маленьких синеньких киберов стараюсь не наступать, большим объявляю вендетту. Три четверти часа крадусь в стелс-режиме, заходя откуда не ждали, и, отстреливая всё, что не прибито к полу. Когда ресурс ракет подходит к нулю читаю заветное: «Сдаёмся!».

Осматриваю оборудование. Кое-что починить, кое-что выбросить… Да, Департамент Обороны, если там не последние дураки, постарается наложить на это лапу. Решаю оставить у себя этот завод, каких бы взяток в ДО мне это не стоило.

О разном

Жара и сушь. Першит в горле, песок норовит забраться в глаза. Я отряхиваю руки, и иду к импровизированному космодрому. Только что я установил новую партию пушек. Их разгоняемые магнитным полем двадцатипятитонные снаряды легко уничтожают любые воздушные и космические цели. Кроме очень крупных, конечно же. Прорытые тоннели (плазменный комбайн копает со скоростью километра в минуту) в несколько колец огибают планету по параллелям.

Среди снарядов изредка попадаются ядерные. Пока своего завода по обогащению у меня нет, изотопы добываю из реакторов тяжёлых роботов. Но это пока. Планов - громадьё. Среди первостепенных - выкопать одно, а в перспективе несколько морей, запустить рыбок, и посадить пальмы. С чего-то, словом, надо терраморфирование начинать.

Население Альфы увеличивается. Люди почувствовали прелесть жития на курорте, кроме того, я снял запрет на размножение. Вчера на только что отстроенный гражданский космодром «Альфа-Прим» прибыл очередной «пассажир» с тремя сотнями туристов, и сотней претендентов на ПМЖ. Пока беру всех.

Туристический бизнес растёт и ширится - у себя я разрешаю кое-что, чего нельзя (или очень дорого) в других местах. Но, особо стараюсь не наглеть. Сохраняю с соседями хорошие, даже более чем дружеские отношения. Меня всё ещё помнят, как Спасителя Первой Степени и неутомимого бойца за культуру.

Подписываю смету на стройматериалы. Ай-яй-яй. Завтра снова на работу.

Всю следующую неделю занимаюсь зачисткой инстансов. Меняю раздробленный кистевой имплантант, но, в целом, поставленных целей достигаю. Закупаю строительную технику, и копаю на Боссе первое море.

Ускорение

В очередной прилёт Депа мы сидим в вип-зале ресторана «Пельмень» (я открыл сеть пунктов питания), и смакуем водку «Термояд». Дела обсуждены, и, мы потихоньку треплемся о том, и о сём.

Деп оглядывает очередную стриптизёршу. Тела я им сделал с лучших порногероинь Земли. Ну, завалялись у меня в истребителе пара инфомодулей. Деп задумчиво кивает каким-то своим мыслям, и, вдруг предлагает:

– А хочешь, я тебе яхту продам?

Задумываюсь. Смысла в обычной межпланетной яхте ни он, ни я не видим, значит…

– Почём?

Галактические яхты - товар дорогой, хоть и не сказать, чтобы штучный. Миллиарды их бороздят просторы только нашего сектора. Но цена…

– Недорого.

Краденая, значит. Что ж, если не местная…

– Растаможку прошла?

Смеёмся. Растаможкой мы называем смену регистрационных кодов.

– Всё тип-топ. В этом секторе не засвечена. Проблем не будет.

– По рукам! Да, оружие есть?

– Обижаешь!

Путешествия по Галактике хоть и довольно безопасны, но на всякий случай укрепляю внешнюю броню, и ставлю усилитель стелс-системы. Первый рейс - на полулегальную пиратскую перевалочную базу. Беру много денег, и несколько вооружённых роботов.

Обстановка на планете чем-то напоминает Дикий Запад. Такой, как его изображали в самых ранних фильмах. Куча весёлого народа с пушками, где-то кого-то бьют, спиртное и нелетальные наркотики. Морщусь от очередного предложения «классных синих кристаллов», и вдруг…

– Мужик, купи «дуру»!

Мэн в заломленной на затылок шляпе, и с лицом, испещрённым следами всех известных мне пороков, жестом опытного фокусника достаёт из-за спины нечто. Некоторое время тупо смотрю на изящное хромированное чудо с грубо спиленным прикладом.

– Эт фотонка!

– ???

– Ускоряет фотоны. До пяти-пяти с половиной СС.

– Скоростей света?

Единственный фотонный ускоритель, который я видел на эсминце «Неустрашимый», имел габариты два километра на полтора.

– Как действует?

– Принцип действий простой: Направленный пучок фотонов, искусственно разогнанных до пяти скоростей света, разрывает материал на молекулы, молекулы на атомы, атомы на протоны, нейтроны и электроны, оставляя аккуратную дырочку. Материал мишени значения не имеет. Да, кста, забыл. Ещё при попадании раздается взрыв - резкое увеличение объёма.

– Где взял? Точнее, сколько стоит?

Расплачиваюсь. Мэн деловито прячет пачку денег в карман, достаёт, и вручает роскошную визитку. Читаю: «НедоПереБитыйНоЖивой, владелец сети оружейных магазинов»

– Недо…?

– Так меня зовут. Имя такое.

По возвращении осматриваю покупку. Меняю искалеченный приклад, и погнутую мушку, везу на испытание. «Десятый» инстанс прохожу за неполные полчаса, все противники выносятся с первого выстрела. Да, вот тебе и «дура». Вот тебе и Недоперекактамдальше… Уважительно похлопываю фотонноускоряющее чудо. Вспоминаю, что по вере одной полунаучной секты ХХ века, скорость выше световой невозможна. Улыбаюсь.

* * *

Решаю попробовать силу на следующем, одиннадцатом уровне. Огромный зал встречает меня гулкостью эха, и полным отсутствием противника. Отсутствием? Как бы ни так.

Уже на второй минуте обхода появляется настойчивое чувство чужого присутствия. На третьей я понимаю, что за мной следят. На пятой в спину мне прилетает дозвуковой снаряд, выпускает острейшие когти, и пытается просверлить скафандр. Некоторое время безуспешно пытаюсь согнать паразита, потом умнею, и отрубаю автохакером.

Иду, оглядываясь на каждом шаге. Ощущение, что весь сонм здешних роботов ходит за мной по пятам, усиливается. Один раз успеваю увидеть смазанное движение. По характерному цвету узнаю имперского элитного робота класса «диверсант». До этого дел с ними не имел, но Аивер рассказывал всякие гадости. Покрепче прижимаю фотонку. Подумав, прячу в рюкзак, и достаю лаунчер. Против прыткого врага самое то будет.

Спотыкаюсь. Ага! Замечаю металлическую руку, прячущуюся в технологический лаз. Не раздумывая, нажимаю курок. Когда проходят кровавые мальчики в глазах, несколько секунд тупо обозреваю экран. Что он хочет мне сказать? «Энергетическая броня - 2.88 процента. Рекомендации: не стрелять из лаунчера под ноги».

Показалось, или слышу по радио чей-то тихий издевательский смешок? Не сразу обращаю внимание на ногу. На ней браслет. От браслета идёт цепь. Идёт-идёт, и скрывается в том самом отверстии. Приковали! Чувствую удар по голове. Ещё, и ещё. Меня обстреливают какой-то быстросхватывающейся гадостью. Уже трудно шевелить руками, и крайне ограничен обзор.

Включаю усилители на максимум плюс десять процентов, отрываю застывшую дрянь, обретаю зрение, оглядываюсь. Никого. Тихонько свирепею. Расстреливаю из лаунчера подозрительные места. Кончаются ракеты. Пора включать мозги.

Вывожу на тактический дисплей карту, прошу логистический блок определить наиболее безопасные от меня места. Расчехляю фотонку, стреляю. Прямо через пол, потолок, и стены. В отдельных случаях, если мощности одного импульса не хватает, ставлю автоматом очередь.

Результат, что называется, превосходит. Слышу многочисленные звуки, и, через две секунды - предложение о сдаче. Обхожу шеренгу подраненных и обгорелых, на каждом ставлю отметку несмываемым радиомаркером. Во избежание.

* * *

Разглядываю карту. Там есть, на что посмотреть. Например, завод по производству истребителей последнего, на момент захвата, поколения. Уровень опасности - 15. Кручу карту и так, и эдак. Смотрю на неё, как голодный кот на здоровенного отожранного мыша. Решаюсь.

Яхта у меня всегда, что называется, «под парами». Координаты «Дикого Веста» в базе, прыжок, выныривание, корректировка курса. Швартуюсь, и сразу иду в знакомый квартал. НедоПереБитый стоит на том же месте в той же позе. Ленивым движением поправляет роскошный «стетсон». Кратко излагаю суть проблемы.

Через несколько минут вхожу в пустую, ничем не примечательную комнату. Никого.

– Чем могу?

Мягкий, приятный голос. Не нахожу лучшего, чем резко обернуться. Как я его не заметил? Выпаливаю:

– Мне нужен…

– Не шуми.

Подходит, протягивая руку. Пожимаю. Так же негромко представляется:

– Тихий. Наёмный специалист.

– Недопере…

– Знаю. Если кратко - согласен. Мои условия - всё оружие, что найду - моё. Роботы - тоже.

Соглашаюсь. Оплачиваю галактический грузовик для Тихого, указываю координаты, жду. Возвращается через час, чем-то очень довольный. Что он там нашёл? Выкладываю гонорар. Спрашиваю:

– Ну, как?

Получаю в ответ:

– Всё тихо.

Неторопливо сгребает со стола заработанное. Улыбается.

– Привет НедоПереБитомуНоЖивму.

Тихо исчезает. Собираю вещи, возвращаюсь. Теперь у меня будет флот.

Любовь

Что-то, нехорошее предчувствие с утра. Иду в «двенадцатый» инстанс. Настраиваю дежурный сквад, отдаю под управление Системе.

На входе какой-то мелкий, уничтожаю не глядя. Дальше - больше. Десяток роботов разных размеров и прыти устраиваю на меня облаву. Проявляю чудеса ловкости и скорости, отрываюсь, и выхожу прямиком на засаду. Тяжелый гусеничный робот класса «убийца» не спеша поднимает счетверённый метатель. Каждый ствол похож на небольшой тоннель.

Робот нетороплив и уверен в себе. Его броня почти непробиваема. Почти. Усмехнувшись, стреляю из фотонного чуда. Полусекундный каскад импульсов едва-едва пробивает его насквозь. Ну и защита у этого монстра! Ставлю максимальную мощность.

И опускаю оружие. Из-за брони «Убийцы» появляется Она. Её глаза сияют. Я не могу от них оторваться. Действительность растворяется, я вижу только нереальную хрупкость фигуры, ослепительную воздушность контуров. Длинные белокурые волосы, огромные ресницы. Небесно-голубые глаза. Они настолько совершенны и наивны…

Счетверённый выстрел рвёт меня на части. О чём-то кричит детектор. Из последних сил нажимаю на курок, поток фотонов пробивает чудищу бронированный лоб. Падая, выворачиваю шею: мне очень нужно увидеть Её…

Вытащила меня Система. Зафиксировала клиническую смерть, и отправила всех, имеющихся в наличие роботов. Потеряв 50 процентов состава, они уничтожили оставшееся сопротивление, и выволокли то, что от меня осталось.

Уже знакомый лекарь без разговоров ставит лучшие из имеющихся имплантанты. Вернувшись в инстанс, обшариваю всё. Её нет, детекторы на выходе выключены. Кто это мог сделать? Чувствую, что улыбаюсь до ушей. Она жива!

Очередной визит на «Вайлд Вест». Трачу все деньги, зато имплантируюсь по высшему разряду. Прочность плюс скрытность. И ещё куча всего. Теперь могу ходить «на дело» вообще без скафандра, есть встроенный стелс режим, и энергощит.

Попутно оставляю запрос на информацию по имперским диверсанткам-обольстительницам. Ну не дурак же я, понимаю, что против меня применили оружие. Кем-то разработанное, на ком-то испытанное, и где-то пущенное в производство. А значит, следы должны остаться.

Возвращаюсь, улыбаясь всему миру. Я тебя достану, солнышко. Я тебя достану.

* * *

Двенадцатый. Иду без костюма, на ходу привыкаю к ощущениям. Несу на горбу триста восемьдесят кэгэ. Не тяжело. Попросил Аивер поставить психоблокаду на случай новых попыток обольщения.

Теперь постоянно хочется кого-то убить. Но это нормально. Аивер предупредил, что совсем половой инстинкт уничтожить невозможно, можно лишь сублимировать во что-то иное. Учитывая специфику деятельности, лучше - в жажду убийств.

Захожу, молодецки расправив плечи. Адреналин кипит! И, первое, что вижу - знакомый тандем. Суровый неторопливый «Убийца», и, вся из себя обольстительная блондинка-леди.

Меня аж перекашивает. Фотонкой дырявлю несчастного терминатора, от избытка чувств забрасываю соблазнительницу десятком ракет. Пережидаю взрывы. Следующей в очереди на тот свет оказывается рыженькая. Как хороша! В экстазе расходую пятидесятилитровую канистру напалма. «Убийце» делаю хладнокровный хэдшот.

Следующая сладкая парочка. Она - брюнетка. Совершенно не ощущаю позывов к уничтожению. Безэмоционально и с некоторой долей скуки расстреливаю обоих, экономя заряды. Ну не нравятся мне брюнетки!

Иду, обуреваемый жаждой убийств. С наслаждением сокрушаю белокурых, длинноногих, курносых, голубоглазых. Позёвывая, смуглых, невысоких и вислоносых. Медлительные «Убийцы» получают поток ускоренных фотонов промеж ушей.

Не в силах остановиться, еду на следующий объект. Потом ещё. И ещё. На недоумевающую Систему кидаю такой взгляд, что она отшатывается. Какая хорошенькая! Зачищаю пять инстансов, ставлю абсолютный рекорд как по количеству за день, так и по заработанной сумме.

Вечером сижу в баре. Гляжу на прелестную стриптизёршу, и не ощущаю ничего. Устал.

* * *

Я иду, и в голове моей звучит музыка. Это виртуальный плеер. У меня есть повод радоваться. Все «двенадцатые» оказываются заселены однотипными противниками. Я иду сквозь, как нож. Как таран. Как танк.

Работа приносит колоссальное удовольствие - психоблокада, сделанная Аивер, работает, как и всё, сделанное Аивер. Было, правда, у меня некоторое опасение по поводу обратимости сублимации, но Аивер заверил, что всё абсолютно безвредно.

За неделю я заработал огромную сумму. Вечером ловлю себя на мысли, что не хочу домой. Заодно привыкаю к новому телу, а оно продолжает удивлять. Вчера, например, оно абсолютно спокойно перенесло излучение гамма-пушки, которой, по какому-то недоразумению оказался вооружён один из «Убийц».

Наконец, все доступные «двенадцатые» заканчиваются. Аивер проводит обратную коррекцию моих многострадальных мозгов, и, всё в порядке. Лишь один раз, на автомате, чуть не убил в постели третью жену, но, вовремя опомнился.

Виртуальный плеер меняет тональность и громкость - я вхожу в здание. Это торговый центр, в нём я хочу купить контейнеровоз. Зачем мне это корыто? Из-за регистрации. Ну, и из-за размеров тоже. Я поставлю на него оборудование с яхты, таким образом, окончательно его легализовав. Поменяю движок и броню, поставлю противометеоритное вооружение. Почему такое мощное? Ну, в космосе разные метеориты встречаются!

Короче, слава стандартизации, вместо полулегальной гражданской яхты получился у меня, практически, эсминец, а гиперпривод галактического типа, снятый с той же яхты, вообще ставит его в класс каких-нибудь рейдеров. А что? Мало ли, где понадобится провернуть тайную операцию? Делаю вместительный десантный отсек на две сотни роботов, дооснащаю абордажным оборудованием. Подумав, добавляю четыре лёгких танка. На верхнюю палубу ставлю хорошенько переделанный грузовой лифт, и, десяток универсальных истребителей. Пилотов пока нет, полетают на автомате.

Любуюсь стремительными хищными обводами. Как мне назвать тебя, чудо?

Копаю на «Боссе» ещё одно море, оборудую зону субтропиков. Покупаю воду. Возят с соседнего «Юпитера». Недорого. Завожу рыбок. Население Альфы уже превышает десять тысяч, и, имеет тенденцию к росту. Подумываю, что надо бы завести какие-нибудь государственные институты.

* * *

Приступаю к найму пилотов. Вообще-то, можно просто купить определённое количество лицензионных дисков с обучающими программами, и создать из энного числа добровольцев первоклассных специалистов. Но - имперские военные обучающие программы вне закона и очень дороги, а местные - недостаточно хороши.

Приходится лететь на Вайлд Вест. Да, такие диски есть. Но очччень дорого. И, посмотрев на довольные лица специалистов в Добровольческом Центре, я начинаю понимать - почему. Найм пилотов здесь процветает, причём, пилотов суперкласса. Вот только, цены…

Решаю подойти к проблеме с другой стороны. Подхожу к сержанту, заведующему наймом, и, предлагаю свои услуги. Сержант задаёт один-единственный вопрос - об опыте. Услышав «пять лет», вежливо советует попробовать завербоваться в другом месте. Меня распирает злость. Довольно грубо предлагаю сержанту разуть зенки. Наблюдаю превращение вежливой улыбки в задорный оскал. Счас что-то произойдёт…

– Хорошо, кккурсант. Мы примем Вас на работу. Но сначала, не согласитесь ли Вы на маааленькое тестирование?

Не предчувствую ничего хорошего, однако - взялся за гуж.

– Согласен.

– Отлично! Первый этап - спарринг!!!

Ёрш твою… Пилоту?

– Согласен. Могу пользоваться имплантантами?

– Любыми!

Пустое помещение, твёрдый пол, твёрдые стены. Раскрывается неприметная дверца, и, на сцене появляется он - имперский тяжёлый кибер. Цель как цель. Я таких не один десяток сделал. Правда, с оружием.

Хотя, я теперь сам - оружие. Слышу:

– Цель матча: продержаться живым три минуты, допускается полное уничтожение противника. Начали!

И, скептический смешок. Делаю шаг навстречу. Противник зеркально копирует мои движения. Программа такая, или издевается? Бью в лоб, дожидаюсь ответа, уворачиваюсь, зацепляю манипулятор. Напрягаюсь - искусственные мышцы слушаются идеально, отрываю металлическому монстру руку.

Слышу сдавленный вздох из динамика. Что, удивил? Отрываю вторую руку, и принимаюсь за ноги. Потом, от нечего делать, голову. В общем, три минуты я продержался.

– Следующий этап - лётный!

В кабине тренажёра всё интуитивно знакомо, нейроинтерфейс стандартизирован. Подключаюсь.

– Вводная: Нападение на конвой. Цель: уничтожить 30 процентов охраны и тяжёлый транспорт. Время: 5 минут. Начали!

Ё-моё… Тут кибермускулы мне не подмога. Хотя, мозги ведь тоже разогнаны! Скорость реакции, прогностика… Значит, всё упирается в качества истребителя.

Подхожу с миллиона километров. Резко торможу. Для меня сотня g не деньги, истребителю тоже хоть бы что. Зато охрана конвоя явно не готова. Пока они перестраиваются, успеваю сбить троих.

Остальные маневрируют. Отчаянно, умело. Однако, с тактикой пилотов русских ВКС здесь явно не знакомы. Проворачиваю «вертушку», «ход конём», сбиваю ещё трёх. Остальные в панике разлетаются. Ну вот! Как мне теперь их собирать? Впрочем, я напрасно волнуюсь. В какой-то момент срабатывает триггер, и, виртуальные пилоты расходятся «треугольником». Нацеленным на меня. Сейчас будет залп…

Пошли торпеды! Маневрирую, насколько позволяет железо. Прямо по курсу вырастает большой транспорт. Очень большой. Решаюсь. Максимально быстро торможу, и, сажусь. Прямо на верхнюю палубу. Три, два, один!

Умные торпеды, потеряв цель, самоликвидируются. Уловив первые признаки подрыва, стартую. На форсаже. Сзади разваливается тяжёлый, очень тяжёлый транспорт. Разворачиваюсь. В стане вражеских пилотов смятенье. А ведь это не программы. И значит, где-то там есть сержант. Решаю сбить всех. На четвёртой минуте «заваливаю» последнего. Некоторое время летаю среди обломков, потом меня выбрасывает в реал.

На выходе из виртзала довольно много людей. Все они смотрят на меня и молчат. Потом дружно разражаются аплодисментами! Кого ж это я сбил-то? Подходит сержант. Он снова улыбается, и, эта улыбка гораздо более искренняя. Пожимает руку:

– Вы приняты!

Толпа снова рукоплещет.

– И зачислены в элитный полк «Серебряный Орёл»!

Неистовый шквал овации.

– Стажёром.

Что ж, этого можно было ожидать.

Служба

Я просыпаюсь, смотрю на экран. Сообщений: 10. Из них от «Серебряного Орла» 0. Да. Службой назвать это сложно. Вся работа состоит в ожидании предложений. Когда они поступают, их можно принять. А можно и отклонить. На рейтинг никак не влияет.

Зато, в случае согласия, предлагаемую работу нужно сделать от и до согласно контракту. Тогда, на счёт капают денежки, и, пропорционально сумме, растёт рейтинг. Две пустяковые работы я уже сделал, заработав, однако, очень неплохую сумму. Хватило на ещё одно море на Боссе. На Альфе всё в порядке, население перевалило за сотню тысяч. Соседние планеты в восторге - хоть чуть, но уменьшаю им плотность населения. Население тоже довольно - жизнь на курорте - не то же самое, что в планетополисе.

Потихоньку формирую флот. Заказал небольшой авианосец, несколько эсминцев и харвестеры. Истребители произвожу сам. Пилотов пока не вербую, хотя дружную команду уже сколачиваю. Ребята - первый класс. Такими, наверное, были легендарные советские пилоты - душа нараспашку, и философское отношение к жизни/смерти.

Мигает сигнал. Что ж, поработаем! Гляжу на условия, присвистываю. Ничего себе!

Нападение на рудную базу. Расположена очень удачно - в поясе астероидов, и, к тому же, очень неплохо защищена. Вынесенные далеко в космос автоматические станции, кроме того, что служат системой раннего предупреждения, ещё и имеют собственные лазерные турели. А может, ещё и ракетные.

Тупо смотрю на контракт. Что-то не даёт покоя… Хлопаю себя по лбу. Вот это да! Начинаю собираться. Решаю прихватить с собой свой «карманный авианосец». Контракт не запрещает! Срочно снимаю с него все истребители, и, по максимуму набиваю десантный отсек. Сто, двести, триста роботов. Танки не беру, в узостях базы толку от них… Хотя, возьму один прототип.

Атака! Автоматические миноносцы выносят турели, слабые лазеры не в силах пробить усиленный титанир. Идём в строю. На мой авианосец поглядывают, но, вопросов не задают. Взял, значит надо. Разделяемся, заходим с трёх направлений, стараясь не зацепить соседние группы, открываем огонь.

Ответной волной огня практически смывает группу «Аз», и сильно треплет «Веди». «Буки», к которой отношусь и я, отчаянно маневрирует, пытаясь найти стык уровней ответственности комплексов обороны. Врубаю форсаж, меня поддерживают, совместно уничтожаем систему обороны крохотного космопорта. С трудом сажаю на крохотном «пятачке» авианосец, и, свой трофейный, доставшийся в одном из прошлых боёв, истребитель.

Возглавляю штурмовую команду, направленными минами выносим пару стен. Медленно, очень красиво, мимо меня в космос улетает распиленный штурмовым лазером, робот-защитник. Стараясь не дать врагу опомниться, тороплюсь штурмовать командный центр. Кидаю в атаку взвод за взводом, кинжальный огонь выносит моих роботов десятками. Бронебульдозеры расчищают путь от железных трупов, и, мой раш начинает приносить плоды. Кто сказал «Бог на стороне больших батальонов»?

Пробиваюсь к объекту, выдерживаю ещё один шквал огня, и,… Готово. На международном языке жестов объясняю пленным их права и обязанности. Меня понимают. Вскоре бойня прекращена. Передаю захваченный объект третейской комиссии, получаю свои законные пятьдесят процентов.

Возвращаюсь богачом. Выкупаю весь заказанный флот, на Вестовской верфи превращаю свой карманный авианосец в полноценный ударный флагман. Сотня истребителей и два десятка штурмовиков легко помешаются на расширенной авиапалубе. Ставлю новый, «прокачанный» двигатель. Теперь, благодаря тяге, я могу уйти от многих и многих. Большинству стандартных тяжелых флотов такая скорость недоступна точно. Мощный реактор и несколько тяжелых рельсовых метателей завершают переделку. Назову-ка я тебя… «Удар»!

Расследование

После месяца безуспешных поисков, наконец-то, хорошая новость! Есть известия о диверсантке-соблазнительнице. Одному из детективных агентств, которых я нанял, надеясь в основном, на «авось», улыбнулась удача.

Они отследили старт неучтённого пассажира на одной из исследовательских яхт. Снимок с камеры космопорта - сомнений нет. Потрошу базу данных - исследовательская организация занимается охраной прецивилизаций - планет, не достигших уровня космического общения.

Ничего особенного, живут с прибыли от эко-, нату-, и исто-туризма, продажи сувениров, и прочей мелочёвки. Штаб-квартира там-то, глава, список сотрудников… Есть! Новая сотрудница. Данные совпадают, она. Зарегистрировалась, как «Элэн». Будешь Леной. Собираюсь.

Планета, куда отправилась «Лена» - земного типа. Океан - 89%, острова. Один материк в Северном полушарии. Самоназвание: «Жемчужина». Недурно…

Скрыть визит громадины навроде «Удара» вряд ли возможно. Вокруг таких планеток всегда крутятся луны, начинённые всяким. Всяким нехорошим. Советуюсь с Аивер и Сержантом, разрабатываем план…

В качестве «исто-туристо» приземляюсь на одной из жемчужианских военных баз. База целиком «наша», поэтому, посадка гигантской «тарелки» никого не удивляет. При мне контрольный комплекс, вживлённый в черепную кость, я знаю местные языки и культуру, и, по легенде, придуманной друзьями, представляю некий очень удалённый исследовательский центр.

День начинается с брифинга. Я очень внимателен - больше такого доступа к информации не будет. Раздача местной одежды (в каждом предмете по вшитому микродатчику), последние новости. А ну-ка…

– Многочисленные случаи лесных пожаров в районе «Лес-40». Штормовое предупреждение на «Порт-18». Участились случаи пропажи местных в районе «Реликт-1». Осторожно, в районе, прилегающей к базе, зафиксирована сезонная миграция шипохвоста.

Выжидаю положенные сутки карантина, иду на прогулку в окрестный лес. Со мной небольшой чемоданчик. Почти пустой. Вижу понимание во взглядах - пошёл за образцами. Хоть и собрано их - многими поколениями, всё же, каждый надеется открыть что-то новое.

Отхожу на пять километров, проверяюсь. Датчики молчат. Открываю чемоданчик, достаю «дразнилку». «Дразнилка» - это человечек высотой сантиметров пять. Он освобождено потягивается, смешно чешет одну ногу о другую. Оглядывается, и, начинает есть. Сначала ест землю, потом переходит к местной флоре. Лист, чем-то напоминающий папоротник, он уминает за полминуты, небольшой куст - за две. Он растёт. Я присаживаюсь на корточки, и наблюдаю. Вот он уже двадцать сантиметров, тридцать. На сорока останавливается, и бежит к ручью. Долго, взахлёб пьёт. Раздувается. И продолжает расти.

Достигнув заданного роста и объёма, останавливается. Подходит ко мне. Долго ходит вокруг, внимательно всматриваясь, и, бормоча нелицеприятное о кабанах в человеческом облике. Я не препятствую. Программу для «Дразнилки» выбирал Аивер, значит - должна сработать идеально.

Походив и похмыкав с минуту, останавливается. И - меняется. Сразу. Весь. Теперь передо мной стоит высокий насупленный парень, и, корчит мне рожи. Одну страшнее другой.

– Разрабатываешь мимику?

– Развлекаюсь!

– Ну, ты и урод.

– На себя посмотри!!!

Сверяем речь. Потом - тонкая настройка психотипа. Приходится отвечать на несколько очень скользких вопросов. Потом тестирование. С помощью чемоданчика «Дразнилка» создаёт несколько случайных визуальных раздражителей. На поляне последовательно появляются полтора десятка иллюзий. Я не смотрю на двойника, он же, напротив, внимательнейшим образом сравнивает наши реакции. Наконец, захлопнув чемодан, произносит:

– Годится!

Голос серьёзный, движения неторопливые, уверенные. Сейчас он - это я. Придирчиво сравниваю, остаюсь доволен. Теперь, нужно найти шипохвоста.

* * *

Встроенный визор ловит экстренную передачу с базы.

– Луна, придурок поймал «шип»!

И картинка - я сам, из последних сил ковыляющий к базе с полуметровым шипом в бедре.

– Вот урод! Деньги требует?

– Да нет, уехать хочет.

– А, ну, пусть едет! Ты завтра как?

– Выходная!

Отключаю. Всё, официально меня нет. Можно начинать расследование.

Автобус с открытым верхом тормозит, не доезжая метра. Сажусь. Четыреста километров от базы до района порта я преодолеваю бегом. Для искусственных костей и мышц - пустяк, не повод для расстройства. Дальше - на транспорте. Еду, любуюсь открывающимся видом моря. Нежно-бирюзовая синь, лёгкий пух облаков, на грани видимости уходит за горизонт снежно-белая яхта.

– Ваш билет?

– Что? Ах, да. Покупаю.

Некоторое количество местных денег у меня есть.

Лёгкий скрип тормозов. Порт. Конечная. Выхожу. У причалов красавицы яхты, и мощные сухогрузы. Нефти на планете, как ни странно, нет совсем. Зато, есть уголь. В последние триста лет, как альтернатива углю - водород.

Теоретически, искать меня не должны. Но, на всякий случай… Пережидаю остаток дня в соседнем леске. В режиме «стелс». Дважды на меня натыкался шипохвост, а, один раз, чуть было не наступил багбир. Это такое местное всеядное млекопитающее, чем-то напоминающее медведя, только побольше ростиком. Раз в шесть. Очень мирное, ленивое, и медленное. Пройдя в шаге от меня, опустился, и лёг набок возле какого-то местного малинника. Так и лежал, чавкая, пока весь не обсосал. Затем, так же неторопливо поднялся, и побрёл дальше, щуря маленькие подслеповатые глаза.

Дожидаюсь полной темноты, и, снова в стелс-режиме выхожу, внимательно отслеживая шум, свет, и гравитационные следы. Есть! Субъект - рост два метра, судя по повадкам - матрос. Или портовый рабочий. Мне бы, конечно, больше пригодился хилый интеллигент с энциклопедией под мышкой, но, выбирать не приходится.

Достаю «подчинятель». С расстояния в триста метров действует идеально. Субъект вздрагивает. Сейчас ему неодолимо хочется прогуляться вон до того лесочка, а одураченный мозг в спешном режиме пытается сообразить, зачем. Благоразумно решив, что спорить с сильными инстинктами и чувствами не айс, на скорую руку лепит отмазку про чудесный лесной воздух.

Дожидаюсь любителя ночных прогулок. Открываю чемодан, достаю крохотный бур. Резидентный модуль движется через свежепробуренный череп, останавливается, найдя мозг. Начинает передачу. Субъект лежит, подняв голову к звёздному небу. Дышит.

97%,98%,99…100! Загрузка завершена. Теперь я знаю всё, что знает он. Зовут его Олеф, 29 стандартных лет, женат… Ладно, личное ни к чему. Ставлю на «подчиняле» последовательность команд. Крохотное отверстие в голове уже заполнилось быстросхватывающейся биопеной. Через часть будет кость, как кость.

Надышавшись, Олеф, встаёт, и, целенаправленно и с удовольствием, отправляется выполнять программу - по кабакам. Денег ему хватит.

А мне - нет. Снова открываю чемоданчик. Ввожу в репликатор образец здешней банкноты. Аппарат думает, и, осчастливливает меня ворохом купюр разной степени засаленности и потёртости, с разными, конечно же, серийными номерами.

Перед сном прослушиваю местный радиообмен. Ничего исключительного.

Утро начинается с визита шипохвоста. С некоторым недоумением он разглядывает пустое место, сквозь которое нельзя пройти. Я что, улёгся на твоей тропе? Отключаю стелс, и, лёгким прогулочным шагом спускаюсь к морю. Автокостюм подстраивает внешний вид - на мне щегольской белый костюм, и, лихо заломленная на затылок, белая же шляпа. Я курортник.

Решаю, что лучше - переплыть море пешком, или же взять билет на теплоход? Решаю не выёживаться.

Каюта в меру хороша, в меру уютна. Бросаю вещи - чемоданчик превратился в огромный чемодан, и иду в ресторан. Завязываю несколько ни к чему не обязывающих знакомств, исподволь выясняя обстановку. Мои подозрения пока оправдываются.

Где лучше спрятать лист? Правильно, в лесу. А где скрыться человеку? На пустынном острове? Ну, нет. Человеку лучше найти прибежище среди себе подобных. И чем их будет больше…

Котон - самый большой мегаполис на Жемчужине. Население - за семьдесят миллионов. Идеальное место, чтобы скрыться, накопить силы, и взять власть в свои руки. Зачем? Не знаю. Предчувствие - попав сюда, диверсант Элэн не будет организовывать курсы кройки и шитья.

Белые громады небоскрёбов величественно вырастают из тумана. Любуюсь солнечным утром. Не сразу замечаю тень на стене. Это странно - усилители слуха у меня… Тревога! Два толчка под лопатку. Пули? На груди, на белой футболке, две дырки. Дымятся. Не пули. Посерьёзнее!!! Не глядя, резко бью назад. Сенсоры по-прежнему ничего на «видят». «Проваливаюсь» за ударом, кувырок…

Здоровый бородатый мужик с оружием неизвестной системы в руках спокойно смотрит на меня сверху вниз. Я его вижу! Просто глазами. Бью ступней в колено. Как по каменной стене. Спохватившись, отключаю корректор личности. Теперь я - это я. Сто сорок килограммов искусственных мышц с недоступным человеку ускорением наносят удар. Центральный реактор скачком доводит мощность до ста процентов.

Враг успевает среагировать! Почти. Разбиваю ему голень и ступню. Радуюсь победе. И получаю ещё две дырки в туловище. Ничего, зарастим. Технология-мамка, как говорится, заштопает. Замечаю, что оружие ощутимо дёргается от выстрела - без гравистабилизатора. Да что тут происходит?

Враг как-то странно дёргает ногой - и она обретает прежнюю форму! Никогда не слышал о такой технологии. А значит, надо отсюда валить. Впопыхах программирую «липучку». Маленькая примитивная гадость. Человек, с ней знакомый, отключит за полминуты. Незнакомый же… Кидаю.

Ловлю ещё две пули по ногам. Прыгаю. За борт. В прыжке успеваю увидеть, как рука противника резко выворачивается за спину. Потом у него вырастает горб. Потом… Потом мне в лицо летят солёные брызги, и я погружаюсь в самое роскошное море в своей жизни.

Включаю максимальную скорость, и, используя только мышцы, стилем «дельфин» ухожу к берегу. Погони нет. Странно. Достигаю берега мегаполиса без приключений. По пути гадаю - кто, и зачем мог устроить мне такую ловушку. Имперцы? С фига ли, да и обезвредили бы они «липучку» в момент. Наши - тоже не получается. Имплантант на отсечение - не они. И оружие, и тактика. Да и с «липучками» тоже знакомы. Сами, бывает, пользуются. В предусмотренных законом случаях.

Включаю корректор. На пляже, куда я вышел, многолюдно. Снимаю продырявленную одежду, остаюсь в плавках. Чего на меня так странно смотрят? Ах, да, это нудистский пляж. Сорри. Вспоминаю. Нуде-культура, распространена в мегаполисах и крупных городах. То есть, здесь можно ходить совсем без одежды. А можно и не ходить. У бродячего робота-продавца покупаю комплект местных шмоток. Пока не надеваю, старые сдаю в утиль. Они сразу же уничтожаются, питая энергией боя-продавца.

Открываю «чемоданчик», и, практически у всех на глазах, начинаю процедуру фальшивомонетчества. Система маскировки, разумеется, скрывает мои действия - для стороннего наблюдателя я, всего лишь, слишком долго копаюсь в кошельке. Наконец, требуемая сумма «найдена», я расплачиваюсь с терпеливо ждущим робобоем. Он производит исполненный достоинства поклон, отдаёт чек, и уходит.

Как-то мне это всё не нравится. Чувствую слежку. Приборы молчат, а чувство самосохранения орёт! Медленно встаю, и тут… Пляж взрывается. Звуковые волны под хренадцать гигагерц дезориетируют сенсоры, микроволны превращают людей в лопающиеся кровавые пузыри. Вот, значит, как меня решили вычислить. Пассивная оборона здесь уже не поможет. Ставлю все, какие могу, помехи, фиксирую точки излучения. Они динамические. Различаю тонкий свист скутеров. Может, это спортсмены. Может, с трудом, но верю - полиция. Но… Пятнадцать «самонаводяшек» уже в барабане. Это оружие паники, оружие первого встречного удара. Умные электронные головы сами находят цели. Вытягиваю руку - она превращается в шестнадцатиствольный лаунчер. Залп! Перезарядка. Залп! Звук стихает.

Я не знаю, куда и во что я попал. «Самонаводяшки» полностью автономны, и, никогда не отчитываются в своих действиях. Прохожу по пляжу, заставляя себя смотреть. Подмечаю мелочи. Вот у этой малосимпатичной особы были силиконовые титьки. У этой - задница. А у этой - встроенный микроволновый генератор. Ударом кулака раздрабливаю твари череп. На всякий. Переворачиваю следующую - ещё жива. Ну и ну, молекулярная защита!

Достаю «ката». Сейчас тебе будет очень больно. «Кат» сканирует нервную систему, и, автоматически определяет болевой порог. После чего использует полученную информацию. У жертвы белеют глаза. Если бы могла, она бы сейчас каталась по заблёванному калом песку, заходясь в диком крике. «Кат», однако, ей такой возможности не предоставляет. Минутная передышка - «кат» восстанавливает болевой порог. Сейчас жертва чувствует райское блаженство.

Один вопрос - «кто?» Мне надо спешить, пока не появилась полиция. Ответь на вопрос, и умрёшь без мук. Кто? Говори, сука. Я всё равно узнаю. Кто? «Кат» моргает лампочкой - психоблокада. Не скажет. Скажет! Повторяю вопрос. Микролазеры снимают показания с губ. Есть! Одно слово. Читаю, расплываюсь в улыбке. Всё ясно. Даю команду «взрыв мозгов». Никакой химии, чистый гипноз. Очень, однако, действенный.

Иду, не особо вслушиваясь в крики. «Взрыв» - долгая процедура. «Кат» отключен, дремлет в правом запястье в ожидании новой жертвы. Прыгаю в воду, в режиме «мурена» преодолеваю шестнадцать километров. Чувство опасности молчит. Кажется, оторвался.

– Корпорация «Энсин» приветствует Вас!

В голосе дежурной не слышно радости. Ещё бы, корпорация, проводящая 99% фемин-политики планеты, и тут - какой-то мужчина.

Что делать… Полный стелс невозможен - стереопроекторы создают полный «эффект отсутствия», но «масс-эффект» маскировать нечем. Я иду, оставляя ощутимые - кем надо - следы.

Иду по этажам, любуясь на картинки и голограммы. На них свободные, уверенные в себе женщины одаривают друг друга платьями, духами, и гигиеническими средствами.

Постоянно ловлю на себе косые ненавидящие взгляды. Наконец, это мне надоедает, и, в углу, где нет ни голо-, ни масс-датчиков, радикально меняю внешность.

В качестве образца выбираю блондинку с очередного плаката, рекламирующего какой-то журнал. Однако, пройдя ещё этаж, решительно меняюсь обратно. Косые «ненавижутебясамец!» взгляды меняются на прямые «какаякуколкапознакомимся?» вопросы и приставания. Хреновы лебезьянки! Или как вас там называли в старину?

Дохожу до цели на последнем этаже, дверь открывается мне навстречу. Ожидаю всего на свете, однако… Однако!

– Здравствуйте, Истребитель!

– Добрый день, Император. Каким ветром Вас сюда занесло?

Известные всему миру аккуратные усики, чёлка. Знакомая улыбка.

– Я больше не Император. Мне оставили жизнь в обмен…

Шевеление пальцами.

– …на некоторые услуги?

– Да. Оружие, технология. Заводы по производству. И вот здесь…

– …Вы прячетесь? Оригинально.

– Я понимаю Вашу иронию. Однако, место действительно выбрано очень хорошо. Кто ж знал, что сюда сунется одна моя бывшая подданная? И, следом за ней, влюблённый Истребитель. Мои люди запаниковали…

– Так это они хотели меня убить?

– Они защищали меня. К тому же, не все из них - люди.

Открывается небольшая дверь. Входит давешний бородач, чуть не убивший меня на яхте.

– Вот, познакомьтесь. Новое поколение роботов. Внутри жидкий, как амёба. С оружием вот у нас плохо, пришлось собирать на скорую руку.

– Ага. А база на луне - на самом деле - ваша.

– Наш наблюдательный пункт. Оружия, повторюсь, по секретному Договору о капитуляции, нам оставили очень мало.

Начинаю понимать.

– Так вам, собственно, была нужна Элэн?

Из той же двери выходит искомая. Смотрю на неё, не могу оторвать взор.

– Моё положение в этом мире очень шаткое. Убить я Вас не могу - неоправданный риск. Ведь если кто узнает, что я здесь… Поэтому, просите всё, что хотите.

– Всё-всё?

Элен вспыхивает. Краем глаза вижу, как начинают краснеть щёки, затем румянец продвигается выше и ниже. Это выглядит очаровательно.

Монарх переводит взгляд. Улыбается.

– И это всё?

– Диверсантка вспыхивает ещё сильнее. Об её уши, кажется, можно зажигать спички. Были в древности такие…

– Договорились. И, если что - обращайся.

* * *

– Ты этого не сделаешь!

– Сделаю.

– Не посмеешь!

– Посмею.

– Я тебя во сне придушу подушкой!

– Вряд ли.

– Ненавижу!

– Это лечится.

С улыбкой смотрю, как крошка Элэн засыпает под действием нейроанестетика. Она такая хорошенькая! И ещё - кто сказал, что синтетического счастья не бывает?

КОНЕЦ

Охотник

Глава 1

27.12.2024

Скоро Новый Год! Традиционные занятия вроде выпивона/закусона я полностью одобряю, однако, в канун праздников опять-таки традиционно поступают лучшие заказы. Вот и сейчас, стоило прилечь на диван с книжкой (бумажный носитель - блеск!), в ухе зажужжал противный сигнал зуммера. Специально оставляю его таким - будит на раз, да и вообще, не даёт пренебречь работой.

Ныряю в Вирт. Мой кабинет обставлен с рациональным минимализмом. На стене макеты оружия и голограммы добытых чудовищ. С противоположной стены не мигая, смотрит химера. Точно такая же висит над головой - на посетителя производит неизменно сильное впечатление.

Посетитель - худой рыжеволосый парнишка доходит до стола, и, заворожённый, останавливается. Я знаю, что он скажет.

– Ух, ты! Это Вы сами добыли?

– Конечно. Могу показать логи.

Протестующий взмах рукой.

– Что Вы! Я Вам верю! Я хотел…

Прихожу на помощь.

– Я Охотник. По желанию клиента отлавливаю в многопользовательских играх редких животных, и предоставляю в указанное место в живом, оглушённом, или уже убитом состоянии. В последнем случае плата, как правило, снижается. Так же мы можем заключить дополнительный договор на извлечение из убитых монстров редких ингредиентов и изготовление эликсиров.

Паренёк снова машет руками.

– Нет-нет-нет! Никого убивать не надо. Мне просто…

Мнётся.

– Просто надо доставить к нужному месту в одной МПИ собачку…

– Какую собачку? В какой МПИ?

Показывает фото. Ощерившись клыками на меня смотрит матёрый псевдопёс.

– «Сталкеръ»???

Понимаю, почему его так заинтересовала химера.

– Зачем тебе…?

От удивления забываю профессиональную этику. Клиент, впрочем, этого не замечает.

– Ну и куда эээ… доставить?

– У меня там дом, заброшенный в пригороде Чернобыля. В гараж.

Поднимает глаза. Дом у него заброшенный. В пригороде. Свой. Круто!

– Это личное. Я дрессировать её буду. У меня программы есть.

Ну, есть, так есть. Твои проблемы.

– Я назову её Цербер.

Да хоть Му-Му. Договариваемся об оплате, в конце разговора вспоминаю:

– Да, а как узнаю-то тебя? Кто ты там?

– Меня зовут Эйрон.

* * *

Быстро собираюсь. С лёгкой руки Сергея Лукьяненко центральный город Объединённого Виртуального Пространства называется Диптаун. Тысячи банков, магазинов, гостиниц, миллионы домов, и, наверное, миллиарды посетителей. Это и понятно - Диптаун скрадывает расстояния. Проще нырнуть в Вирт, и встретиться с другом, девушкой, заказчиком, чем терять время в реальных пробках, платить сумасшедшие деньги за авиабилет, а затем ещё и несколько часов маяться в салоне «Боинга» или «Туполева».

В Диптауне, как впрочем, и всегда, людно. На тихой улочке, где я снимаю виртуальный офис, это, правда, не отражается. Снимаю - это, конечно, громко сказано. Существуют фирмы, на определённых условиях предоставляющие бесплатный сервис. На стенах у меня должны висеть рекламные баннеры этой фирмы, есть ограничения по количеству одновременно находящихся посетителей, и прочая ерунда. Мне это не сильно мешает. Баннеры я снял в первый же день, всё равно их никто не проверяет. Ну а проверят - перееду на соседнюю улицу.

Останавливаюсь, соображая, куда дальше. Мне на Большакова 1, значит, сейчас пешком к остановке, затем на монорельсе до D.N.F., там пересадка, и, до конечной. Быстрее взять такси, но монорельс, зато, бесплатен. Гляжу на проплывающие внизу улицы. Думаю о задании. Достать программы для дрессировки виртуальных зверей не трудно. Сложнее пронести их на тщательно охраняемую территорию МПИ. Есть специальные люди, которые этим занимаются - контрабандисты. Вообще, с развитием рынка мультиплеерных игр, появилось много интересных профессий. Киллер, например. Выследит, и убьёт Вашего виртуального недруга. А лут принесёт Вам.

Центральное здание «Сталкера» впечатляет. Ржавая колючая проволока, искусно сымитированные бетонные развалины, значки радиационной опасности тут и там. Корпуса искусно разрушенных пятиэтажек, заводских корпусов, и прочих шедевров архитектуры двадцатого века тянутся по улице Большакова очень далеко. Вот офис разработчиков синглплеера, вот собственное издательство, киностудия…

Захожу, сразу иду в раздевалку. Во избежание проноса контрафактных программ прохожу вирусный контроль. Ухмыляюсь.

* * *

Вход традиционный - на Кордоне. Можно, впрочем, высадиться в деревне за Зоной Отчуждения, и преодолевать границу самостоятельно. Но по мне и эдак неплохо. Получаю ПМ и восемь патронов. Выполняю несложный квест и разживаюсь обрезом. Вообще-то, у Сидоровича в камере хранения можно оставить любое вооружение и снаряжение, вплоть до атомной бомбы. Но, тогда ежедневно за хранение с имущества снимается некий процент в денежном эквиваленте. Поэтому, настоящие сталкеры так не поступают.

Настоящие сталкеры прячут вещи в тайниках и администрация игры это всячески поощряет. Мест для тайников - превеликое множество. С одной стороны, если постараешься, всегда найдёшь место, где никогда никого точно не было, и, в обозримой перспективе, не предвидится. С другой - вещь, положенная в тайник, официально считается ничьей. И многочисленные группировки кладоискателей день и ночь перелопачивают кубометры земли, отваливают камни, роются на свалках, и - случается! - находят либо редкий артефакт, излечивающий любые раны, либо легендарную гаусс-пушку с кучей модификаций. Или просто крупную сумму денег. Эти чокнутые делятся между собой опытом, и, даже издают сообща «Вестник Кладоискателя».

С обрезом прохожу заветной тропой, стараясь не терять из виду Лагерь Новичков. Оттуда вполне может последовать погоня. И она, конечно же, следует. Что ж, будущие господа бандюки, повоюем! Официально, сталкеры не должны заниматься грабежом. И если я заявлю о подобном случае, ждёт их штраф, а также неминуемое разжалование, и перемещение в одну из группировок бандитов. Правда, по правилам заявить я могу лишь в том случае, если это нападение благополучно «переживу». У бандитов, кстати о птичках, тоже есть своя пресса: газета «Бандицкое Щастье» и серьёзный журнал «За Гаражами».

Меж тем, будущие бывшие сталкеры прибавляют скорость, опасаясь потерять меня из вида. Скатертью дорога. Вас двое, и стволов у моего обреза тоже два. Думаете, совпадение? На всякий случай, расчехляю ещё и «Макаров». Новенький, аромат оружейной смазки тревожит ноздри. Собственно, то, что делаю сейчас я - тоже незаконно. И риск угодить в круг читателей «Щастья» есть. Выкарабкивание из этой группировке происходит нудно и долго, чаще всего через вступление в наёмники.

Щёлкнула сухая ветка. Передний полубандит делает шаг и обнаруживает напротив своего носа два ствола. От неожиданности чихает.

– Будь здоров!

Наживаю курок. На таком расстоянии «Макар» ничуть не хуже Гаусс-пушки. На шорох стреляю ещё, резким перекатом меняю место. Вместо ожидаемого выстрела слышу, однако ругань. Грубую, и в чём-то даже матерную. Горе-Робин Гуд сидит, ухватившись за живот.

– Больно тебе?

В ответ ещё раз выслушиваю набор из тех же заветных слов. Пинком отбрасываю «Вайпер», приставляю ПМ ко лбу любителя чужих вещей.

– Ну что, Немандражуй Сбокузаходерович?

– От Немандражуя слышу! Я сообщу, и тебе каюк. Да тебя в зомби разжалуют нах!

– Да ну?

Вдавливаю Весёлому Кандёхе ствол в висок.

– У меня друг в администраторах! Он тебя в любом случае…

Дослушивать лень. Нажимаю курок, обыскиваю тушки. Ещё «Гадюка», пять гранат и патроны. У другого аптечки, еда, и водка. Водка, понятное дело, в сугубо медицинских целях. А еда - дань правдоподобию. Не поешь несколько дней - «умираешь». Откусываю ломоть колбасы, вприкуску с батоном на ходу съедаю. «Вайпер» поновее вешаю на плечо, обрез с прочим барахлом - в рюкзак. Более старый, подумав, оставляю возле хладных тел. Процесса ржавления в игре не предусмотрено, может, кто и найдёт.

Детектора нет! Ну да пока и места не очень опасные. Аномалии слабенькие, и видно их далёкенько. По пути не удерживаюсь и подбираю два малых артефакта. Пригодятся! Вот и речка. По-хорошему, ручей. Прохожу вверх по течению, достигаю приметного места, считаю шаги. Вот и большой подводный камень. Под ним в ямке тайник. В реальности, конечно, в такую нычку ничего особо не положишь - сгниёт, но в игре свои законы. Хлеб, к примеру, здесь не черствеет, хранится неограниченно долго, причём, в любых условиях.

Храню я, естественно, не хлеб. Достаю военный комбинезон, переодеваюсь. Старый аккуратно складываю - пригодится. Туда же бросаю ПМ и «Вайпер». Достаю модифицированный «Винторез». Знакомые контрабандисты подогнали мне в качестве оплаты за одно дело программку… В общем, теперь на нём бесконечный боезапас. Весьма удобно в дальних переходах. Вот если бы и еду было так можно…

* * *

Кстати о еде. «Выныриваю». Правилами игры допускается выход три раза в сутки на полчаса, и, раз в сутки на восемь часов. Добегаю до холодильника, быстро сгрызаю остатки курицы. Посещаю туалет и ванную (восемь часов - терпи!), и, глядя на секундомер, делаю несколько мелких неотложных дел.

Возвращаюсь, и, нос к носу сталкиваюсь с некрупным кабаном. Шок у кабанчика длится всего несколько секунд, но, мне этого хватает. Прихватив копыта, двигаю дальше. С копытами этими, кстати, смешная была история. В Первом Сталкере 2007 года они были, поэтому, ничтоже сумняшеся, их перенесли и в виртуал. Однако, после последовавшей лавины жалоб (откуда у сталкера в дальнем рейде ножовка?) их убрали. После второй лавины (В Первосталкере были, почему сейчас нет?) вернули. Однако сделали… на присосках. Из-за чего некоторые кабаны теряли их во время резких манёвров. А при попадании животинки в «птичью карусель» они отлетали в ста процентах случаев с характерным звуком «чпок!» Потом эту проблему решили, и сейчас они отпадают при резком изгибании под определённым углом.

По-прежнему иду лесом, избегая дорог и открытых мест. Именно здесь, на чуть-чуть «поднявшихся» новичках кормится основная часть «сталкеров большой дороги». Не то, чтобы я боялся схваток, просто лениво. Лута с трупов я, положим, насобираю много, но как его нести? Собственно, можно было вообще не заморачиваться, а воспользоваться системой перемещения между локациями - «караванами». Быстро и безопасно. Однако, участие в «караване» стоит денег, а я здесь, чтобы их зарабатывать, а не тратить. Поэтому, ножками. Вот и знакомый лесок, и приметная поляна. Вот и вход в землянку.

– Здорово, охотник!

– Привет, Недопере!

Недоперебитогоноживого я знаю уже, наверное, целую вечность. Одно время он работал здесь Проводником, затем перешёл на должность торговца. Однако что-то мне говорит, что служебными возможностями Проводника он, легально или нет, но пользоваться не перестал.

– Купи фотонку!

Это наша с ним шутка. Одно время он, пользуясь положением Проводника, приторговывал джедайскими мечами, фотонными бластерами, и прочими читерскими штучками. Был скандал, но Недоперебитого никто не сдал, и на подозрение он не попал. Из Проводников, правда, на всякий случай, ушёл. Вообще, Проводник - это одна из культовых фигур Первосталка, наряду с Доктором, Лисом, Барменом, Петренко, и прочими. Администрация игры разумно решила, что такие НПЦ должны быть уникальны, и, поставило на эти должности живых людей.

– Какие новости?

Сдаю артефакты, копыта, и излишек лута. Деньги, даже виртуальные, никогда никому не мешали. Тем более, у нелегальных дилеров их всегда можно поменять на реальные рубли.

– На хуторах химера шалит. Не ходи туда.

Плохо. Мне как раз через них идти. Обход - слишком далеко и долго.

– Мужики в рейд собрались не неё. Человек сорок. Может, и грохнут.

Большие сомнения у меня насчёт того, кто кого грохнет, но молчу.

– А ещё, слышал, Тихий с ними пойдёт.

А вот это уже серьёзно.

– Мяукала что ли громко?

Снова смеёмся. Это ещё одна шутка для посвящённых. Сталкер Тихий, заночевав однажды в заброшенном кирпичном доме, был разбужен решившей остановиться там же шумной бандитской компанией. Спал он, не выходя в реал, и, естественно, очень разозлился. Бандитский клан тогда был вырезан весь, последний был пойман и убит аж возле Армейских Складов. На все вопросы он тогда, помнится, отвечал:

– Шумели! Спать мешали.

За что и получил прозвище. Ну, раз Тихий там, может, и удастся пройти. Да, чуть не забыл. Показываю Недопере фото пса.

– Ты не знаешь, где такие зверушки водятся? Поближе вот к этому квадрату.

Недоперебитый хмурит лоб и морщит брови.

– Совсем чтоб поблизости - такого нет. А вот здесь и здесь…

Рисует на карте окружности. Всматриваюсь, запоминая.

– Ещё что-нибудь?

Оставляю на прилавке некоторую сумму денег. Вторая статья доходов экс-Проводника - это информация. Выхожу, плотно затворив дверь. Погода чуть портится, что хорошо. Если пойдёт дождь, химере будет труднее меня выследить. А что она попытается, в этом сомнений нет. Эти сорок дураков для неё - работа на пять минут. Правда, Тихий…

Дальше идёт сплошной бурелом, и, тропинка, всё-таки выводит меня на дорогу. Невдалеке, на холмике горит костёр. Ещё одна дань традиции игры - в топливе местные костры не нуждаются совершенно, да и загасить их ещё никому не удавалось. Группка сталкеров - пять человек - смотрят на меня с немым вопросом. Показываю пустые руки - мир.

Как таковой, отдых в игре не нужен. В реальности я же не ломлюсь через лес с тяжёлым рюкзаком на спине! Но, мне нужно подождать. Если Тихий не угрохает химеру, значит, химера угрохает Тихого. И тогда на ПДА поступит сигнал: «Погиб сталкер». Жду десять минут, двадцать. От нечего делать вслушиваюсь в разговоры.

– Семецкий погиб.

Негромкий смех. Шёпот:

– А вон тот, что последним подсел, какой-то молчаливый и неразговорчивый.

– Думаешь, бот?

– А как проверить?

– Жди, когда фразу про сапоги и про хабар скажет!

В этот момент на ПДА приходит сообщение: «Всем, кого касается. Только что сделал химеру. Проход на хутор свободен.» Встаю с громким:

– Эх, а колбасу и батоны, блять, нынче хуёвые стали делать!

Прохожу мимо разинутых ртов и круглых глаз.

Тихого я уже не застал, однако, на месте логовища химеры побывать всегда любопытно. Обозреваю остатки группы. Один, два… Десять человек. Повезло дуракам. Осматриваю всё, что мне как охотнику интересно, и иду себе дальше. И вдруг, из придорожных кустов…

– Мяу.

Кошек здесь нет! «Винторез» навскидку, уже понимаю, что опоздал, и тут вижу котёнка. Он доверчиво заглядывает в глаза, трётся об ногу, и снова шепчет:

– Мяу…

Быстро, пока никто не видит, хватаю детёныша химеры, и засовываю в рюкзак. Котейко сразу же начинает урчать, найдя припрятанный батон колбасы. Я не боюсь грязи, всё-таки, это Вирт, а не реальная жизнь. Здесь кошкам туалет без надобности. Да и съест он ровно столечко, сколько отведено базовой программой. И не порвёт ничего. Идеальный котик.

Однако, что же мне с ним делать? На охоте он, положим, большой помехой не будет. Ну а дальше? Сдать при выходе Сидоровичу? Так ничего и не придумав, двигаюсь дальше. Остаток пути до логова слепых псов прохожу без приключений. Логово располагается в длинной, поросшей жухлой травой балке.

Конечно же, с радостным лаем на шум шагов вылетает вся стая. И - вожак - коричневый с чёрными подпалинами красавец псевдопёс. Сразу же пытается отвести мне глаза, но - я опытнее - валится, простреленный двумя пулями. Валю ещё двоих «слепцов», и вдруг, с жутким воем, сжигая резину, стая резво разворачивается на пятачке, и даёт дёру в совершенно противоположном направлении. Раненый вожак поднимает голову. Я не знаю, что именно он рычит вслед предателям, но уж точно не хотел бы услышать ничего подобного в свой адрес. Однако, а чего это они?

– Мяу!

Котёнок вылез из рюкзака, и обозревает мир, опершись при этом мне на затылок. Я вижу, как раненый псевдопёс пытается отползти от детёныша химеры, двигая уцелевшими лапами как вёслами. Убедившись в бесплодности этого занятия, просто утыкает морду в песок, и прикрывает её правой передней. Левая, очевидно, не двигается. Помог ты мне, котик! Чешу химерёнышу за ухом. У бывшего вожака, одним глазом «сквозь пальцы» всё же обозревающего реальность, от такого моего поведения окончательно срывает крышу. Он начинает робко скулить и жалобно вилять хвостом.

Картинка. Достаю загодя приготовленные верёвки, быстро и крепко связываю чудовищу лапы. Потом за них же подтаскиваю к трупу «слепца». Повинуясь программе, будущий Цербер начинает жрать, постепенно восполняя здоровье. Котейко, до этого топтавшийся у меня по плечам, спине и голове, спрыгивает, и, важно идёт к другому убитому «слепому». Кушает киса не спеша, с достоинством. Поймав робкий взгляд собакоида, тут же делает в его сторону «пальцы веером», отчего уже почти поправившийся зверь по второму кругу впадает в истерику.

Ладно, кису на плечо, псевдопсину - на второе. Идти осталось километра полтора.

В здешней реальности Эйрон оказался кряжистым хмурого вида мужиком в одежде полувоенного образца. У входа в особняк (есть у меня домик…) меня встретила охрана, но, повинуясь неслышимой для меня команде, молча пропустила. Однако! Имущество в «Сталкере» стоит денег, а недвижимое, да ещё и очень хорошее - просто сумасшедших бабок. Да, не прост ты, Эйрон, ой, не прост!

Лицо у непростого Эйрона, однако, совершенно преображается, а глаза загораются, когда он видит добычу.

– Цербер! Ты точно такой, как… Как я и мечтал.

Принимаю деньги (виртуальные, реальные поступят потом), и, не подумав, брякаю:

– А котёнок не нужен?

Видя, что меня не поняли, достаю из рюкзака. У Эйрона отваливается челюсть.

– Сколько?

Только и может произнести он. И тут я совершаю второй необдуманный поступок.

– Да бери так! В придачу.

Эйрон долго и очень пристально смотрит на меня, пытаясь понять причины моей щедрости. Я и сам пытаюсь их понять. То ли претит сама мысль, что можно продать такое чудо?

– Кстати, не порвёт он его?

Кто кого не уточняю.

– Нет-нет, они станут друзьями! В программе такая опция есть.

Эйрон всё смотрит мне в глаза, как будто хочет увидеть там что-то новое. Я откланиваюсь, и иду к выходу.

– Подожди!

Подходит. И жмёт мне руку.

– Спасибо. А это тебе!

На ладони у него маленький, чуть меньше чем ПДА, пульт. Программа дрессировки!!! Она же бешеных денег… Не решаюсь взять.

– Бери! Копия у меня есть.

Она ещё и копируется! Заставляю себя сжать пальцы на девайсе.

– И ещё. Тут, в общем, ко мне сигнал поступил. О незаконном нападении.

Начинаю соображать.

– Так это ты тот администратор?!

Блин, бежать некуда.

– Да. Как я понял, они сами были виноваты?

Ещё бы они не были. Бурчу:

– Разбойством промыслить хотели.

Долго думает.

– Ладно, я с ними разберусь. Ну, а ты, охотник, отныне мой друг. Заходи в любое время.

Понимаю, что пора откланяться.

– Кстати, может, просьба какая есть?

– Оставь котёнку максимальный уровень симпатии! Ко мне, естественно. Может, встретимся ещё.

Глава 2

Деньги по контракту получены солидные. Думаю, на что бы их потратить, как вдруг - снова вызов. Эйрону что-то не понравилось? Однако, вместо него вижу кое-кого другого. Мощная фигура, чёрная ряса… Кого ты послал ко мне, Боже? Если серьёзно, то я к религии очень хорошо отношусь. Нужное они дело делают, ответы на разные интересующие вопросы о смысле Бытия, опять же, у них всегда получить можно. Да и вообще - не за деньги работают ребята.

– Здравствуйте, охотник!

Голос сильный, окающий, с южнорусским произношением буквы «г». Южная или Малая Россия.

– И Вам не хворать, батюшка.

Неужели и Святую Церковь виртуальные игры интересовать стали?

– Я к Вам по делу.

– Внимательно слушаю.

– Мы знаем, что Вы к Христианскому Братству очень хорошо относитесь.

На лбу это у меня, что ли написано?

– Мы проверили… у себя. Так вот, прямой вопрос - верите ли Вы, так сказать, в общем, или буквально?

– Эээ…

– В существование рая и ада - верите?

Лихорадочно думаю - верю или нет. Получается, скорее - верю.

– Скорее верю!

– Так вот…

Батюшка явно не знает, как перейти к цели беседы. Пытаюсь угадать:

– В какой-то игре появилась особенно богомерзкая тварь? Завалим, не вопрос. Или где-то над обликом Спасителя издеваются? Помогу, только это скорее…

– Да не. Тварей, то есть, таких много, но мы на мелочи внимания не обращаем. Здесь другое… Решается.

– В общем, силы Тьмы активно осваивают виртуальное пространство!

– ???

– На Земле мы им ходы-выходы худо-бедно перекрыли, а вот виртуальность долгое время всерьёз не воспринимали.

Вот как? Это становится интересным. А в самом деле, какая им разница, где являться?

– Уже наблюдалась порча, наложение проклятий, даже вселение. Ну и, конечно, вербовка.

– Вселение в виртуального персонажа?

– В том-то и дело, что в реального. Никакой ведь разницы нет, где именно душу злу открываешь. А в Вирте возможности очень широкие.

– А что, соответствующий договор и виртуальной кровью подписать можно?

– Только реальной. Но договориться об этом можно где угодно.

– Так а чем я могу…?

– Попадая в Вирт, они вынуждены подчиняться его законам.

– Так…

– По сути своей они не являются людьми.

– А?…

– Они - твари. А ты - лучший охотник на кибертварей!

Настала пора загордиться?

– Из тех, что мы знаем.

Пожалуй, ещё не настала.

– А чем я их…

– Крест, святая вода? Мы работаем над этим. В среде хакеров у нас тоже есть свои люди.

– Освящённые программы????

– В общих чертах - да. А вообще, их можно и обычными. Законам Вирта, как я уже говорил, они вынуждены подчиняться. Так вот - первое задание. Возьмёшься?

– Да!

– Иного я и не ожидал. Вот в этой МПИ (показывает название) поселилось вот что (показывает фото).

Блин, и почему я не удивлён?

– Так что, прямо в ад?

– Не. Она поблизости от входа крутится.

– Ладно, сделаю. Без оплаты, разумеется. Служение Добру - сама по себе награда.

– Даже так? По оплате мы всё же ещё поговорим. А сейчас - вот подробные планы. И описания: как выглядит, где и когда видели.

Внимательно изучаю. Вот здесь я был, и здесь… А вот тут всё поменялось.

– Ладно, изучайте. Бог Вам в помощь. Завтра ещё зайдёте в РПЦ. В реале. Спросите меня.

– А как Вас…?

– Зовите просто - Сержант.

С достоинством уходит, подметая пол широкой рясой.

* * *

Захожу за последними инструкциями. Здание РПЦ напоминает… что-то историческое, византийское, что ли. Подхожу к широкой парадной лестнице…

Тонированные стеклянные двери одновременно распахиваются. Все двадцать пять. Из них выходят двадцать пять одинаковых, как патроны в рожке, но, в то же время чем-то неуловимо разных, с серых строгих костюмах и с плоскими чемоданчиками типа «дипломат» молодых, подтянутых мужчин. Ещё не поняв, в чём дело, по инерции делаю шаг вперёд. Смазанное молниеносное движение - и двадцать пять серых чемоданчиков превращаются в двадцать пять короткоствольных лазерных автоматов «Кемерово». Двадцать пять пар серых глаз с неумолимой точностью рассчитывают моё следующее движение, двадцать пять пальцев ложатся на спусковые кнопки…

– Стойте! Уф, успел…

Незнакомый человек торопливо взбегает вслед за мной. Небрежно кивает терминаторам:

– Это свой!

Те сразу же становятся абсолютно равнодушны к моей персоне. Чувствую, как холодная струйка пота стекает по спине. Это ведь не виртуал! Тут респаун не предусмотрен.

– Игорь!

Машинально пожимаю руку.

– Тебе известен, как Сержант. Извини, что задержался. Пробки.

– Ты тут живёшь?

– Командировка. Я в Ростове, вообще-то, обитаюсь. Только что прилетел.

Проходим мимо молчаливых стражей. Киваю:

– А это…?

– АГБ. Тут такое… Сейчас расскажу. Ты как, вообще?

– В порядке.

Проходим по длинному коридору. В конце скромная неприметная дверь. Без номера и надписей.

Стол, два стула, ряд книжных стеллажей. Аскетический минимализм.

– Понимаешь, тут случай произошёл… С одним чиновником из АГБ. Сунулся он, в общем, в ту самую игру…

Начинаю понимать.

– Проклятье? Порча?

Игорь качает головой. Вселение???

– Вселение. Распознали его. Система контроля сработала. Что-то у него поменялось в сетчатке глаза, что ли…

– И что?

– Дело тёмное. Нас позвали уже, когда всякие непонятные вещи стали происходить…

Чувствую, что чего-то не договаривает.

– Так эти, из АГБ - твоя охрана?

Сержант скромно кивает.

Ничего себе сержант!

Игорь тем временем расстилает на столе потрепанную карту-схему.

– Кое-что изменилось. Вот отсюда и отсюда тебе лучше не заходить. Кармак - авеню может быть под наблюдением, и Ромеро - стрит тоже. Лучше всего через Квейк - Сити, и, прямиком на АйДи - бульвар. Вот в этом месте МПИ тебя встретит наш - маленькая заминка - человек.

– Как я его узнаю?

– Пароль - «Хьюманс».

* * *

Телепортируюсь в пространство игры. Противовирусный контроль менее заметный, чем в «Сталкере», но, наверняка, не менее строгий. В самом начале локации стоят несколько человек в стандартных костюмах космической пехоты ООН.

– Эй, думер!

Оборачиваюсь. Как он опознал во мне русского? Чувствую себя идиотом - я же при входе поставил галочку напротив «Русский сектор».

– Чего тебе?

Не торопясь, подходит. Движения нагловатые, уверенные.

– Пойдём вместе? Нас уже - движение пистолетом - человек десять будет. С тобой если.

На рискованное движение оружием никто внимания не обращает - здесь всё ещё «файр-фри» зона. Думаю. Вместе, конечно, веселее… Но, чем-то ты мне не нравишься. Внимательно вглядываюсь. Где-то я эту личину видел… Ну конечно!

– Что, со Сталкера друг-администратор выгнал? Отвали, придурок!

Немая сцена. Толкаю неудачника плечом, и прохожу, насвистывая «Не плачь, Сюзанна!» Уже дохожу до первого сингл-портала, когда вслед несётся обиженное:

– И вовсе не выгнали! В бандитах вообще лучше! Возможностей больше!

Ага, рассказывай сказочки.

Ныряю в портал. Выныриваю, и, тут же сталкиваюсь с Васей. Вася - это тренировочный зомби на самой первой локации. У него нет оружия, и он, при своей устрашающей внешности, совершенно безобиден.

Официально он именуется «тренировочный бот Джон Ду», но, в русском секторе его кроме как Васей никто не называет. Интуиция подсказывает проверить Васину спину. Так и есть! Приклеенная пятнистым армейским скотчем, на спине висит записка. Читаю: «Если нет у вас коня, то садитесь на меня!» Щёлкаю Васю по носу, и иду дальше.

Дальше начинается тёмный коридор. Беру пистолет наизготовку. Вот и первый настоящий зомби. Аццки расхохотавшись, он приглашающе показывает на свою, едва прикрытую лохмотьями, грудную клетку. Стреляй, мол! Этот прикол я тоже знаю - если действительно начать стрелять ему в указанную локацию, он будет с душераздирающими криками и зубовным скрежетом пятиться, а из спины будут красиво вылетать клочья. Некоторые так увлекаются этим зрелищем, что расстреливают боезапас до последнего патрона. И вот тогда…

Но я не некоторый. Я поднимаю оружие выше, и делаю один-единственный хэдшот. Зомби ухитряется изобразить всю грусть мира, и, красиво раскинув конечности, падает. Станиславский, блин. В тайнике на углу обнаруживаю шотган. С тремя патронами. Закидываю его за плечо, где он тут же пропадает. Теперь он появится, если быстро дёрнуть за портупею два раза. Не самое изящное решение, но, бегать с кучей тяжелых, гремящих, сползающих, натирающих плечи и бьющих по спине стволов ещё хуже.

Ощущения здесь, кстати, модулируются превосходно. Разумеется, в рамках ИБП - индивидуального болевого порога. То есть, засевшая, скажем, в руке пуля будет восприниматься как крупная заноза. Не опасно для сердца и нервной системы, но, вместе с тем достаточно неприятно, чтобы подставляться в следующий раз.

Прохожу всеми поворотами и заворотами «Тропы Одиночек», и попадаю в Тёмный Зал. Здесь, собственно, и начинается многопользовательская часть игры. Зал действительно тёмен и подозрительно тих. Вопрос: если бы я не был я, и решил бы организовать засаду на меня, где бы я от себя спрятался? Ответ: Конечно, под лестницей! Вычисляю точку нахождения головы предполагаемого противника, и, стреляю. Сразу же включаю фонарик. Эвона! Подождать меня решил. Какой же ты злопамятный! Нехорошо так.

Обыскиваю невезучего, нахожу гранату и немного патронов. Никакой еды здесь, естественно, не водится, живи в игре хоть до посинения. Пока реальной пищи не захочешь.

Отстреливая редких пока монстров, дохожу до точки гипотетического рандеву. Жду. Я на открытой площадке, и мне это совсем не нравится. Воон из того коридора как кто-нибудь выскочит…

Бум! Ощущаю подземный толчок. Бубум! Сильнее. Бам! Соображаю, что это шаги. Из того самого подозрительного коридорчика на меня движется нечто. Ёмаё! Если бы я захотел ударить ЭТО по морде, мне пришлось бы вызвать вертолёт. Этот чудищь, как минимум, уровня с двадцатого, а то выше. Чего ему тут надо??

Два раза дёргаю за портупею, жывотное неуловимо быстрым движением перехватывает мой шотган, закидывает в свою чудовищную пасть, и, с хрустом разгрызает. Сыто икнув, и, поковырявшись загнутым когтем в зубах, извлекает на свет Божий сплющенный человеческий череп и прицел от чьей-то снайперской винтовки.

Затем прижимает меня лапой к стене, и, вплотную приблизив к моему лицу свою монструозное хайло, рявкает:

– Хьюманс!

Челюсть у меня отвисает, наверно, до колена. Вот тебе и посланец Светлых Сил! Посланец меж тем аккуратно меня отпускает, и, уже нормальным человеческим голосом представляется:

– Андрон. Агент под прикрытием.

Ничего себе прикрытие! Начинаю соображать:

– Ты здесь юником работаешь?

Так непочтительно мы именуем тех, кто работает в играх уникальными монстрами. В самом деле - если обычного бота довольно легко перехитрить, то опытного, натасканного на данную игровую ситуацию, знающего локацию как свои пять пальцев юника…

– Ага.

И, сразу же переходит к делу:

– Вот, просили передать.

Достаёт бронежилет, «рельсу», и энергетический щит. Удивляюсь.

– Не на мамонта, чай, охочусь? Тут пройти-то… И завалить мелкого.

Снова густым басом:

– Не спорь со старшими!!!

И, нормально:

– Надо, чтоб всё без сучка, без задоринки. Да, и примерь вот это.

Разворачиваю маленький пакетик. Там лежит серебряный крест на серебряной же цепочке, и - контактные линзы! Никогда не носил контактных линз. Сопровождаемый консультациями юника, кое-как справляюсь. Удивлённо моргаю - линзы не ощущаются на глазах совсем!

– Теперь ты будешь видеть больше!

С этими загадочными словами чудовищ с кряхтением встаёт, и, на ходу почёсывая нижнюю часть спины, направляется в коридор.

– Пока! На двадцать первом уровне свежее мясо подошло, ха-ха-ха!

Видеть, и, правда, стал лучше. Кроме того, возникло ощущение, что вижу одновременно ДВЕ реальности. Потряс головой. Прошло.

С «рельсой» наизготовку иду по захваченной аццкими монстрами военной базе. Встречаю копию давешнего зомби. Тот по привычке стучит себя в грудь, но, увидев «рельсу», говорит тихое «ой!», и делает попытку слинять. Не трачу дефицитных в данной локации боеприпасов. Достаю пистоль, и делаю «хэдшот сзади».

Далее, враги перестают попадаться совсем. То ли другие игроки идут тем же маршрутом впереди меня, то ли у здешних обитателей хорошее «сарафанное радио». Без помех дохожу до места обитания нечистого. А как же я его найду??? Решаю - буду отстреливать всё, что шевелится. Кладу палец на спуск.

– Боец, помочь чем-то?

Девушка. Красивая брюнетка, улыбается. В форме космопехоты. Зачем-то сняла шлем. И тут у меня в глазах снова начинает двоиться, и я вижу - зачем. Без жалости разряжаю рейлган в оскаленную, с выпученными глазами харю.

Дохожу до портала, записываюсь. Выхожу на АйДи, дышу. Вдох-выдох… Затем, вспоминаю правила конспиг’ации, и, оговоренным маршрутом иду в представительство РПЦ в Диптауне. Здание походит на свой реальной прототип как две капли воды. Зачем-то считаю входные двери. Тоже двадцать пять.

Вхожу. На том месте, где в реальности видел затемнённую будочку с охранником, стоит ангел. Обыкновенный, с мечом. Лицо одухотворённое, смотрит золотистыми глазищами вдаль. И, вот не знаю чем - напоминает давешних спецназовцев из АГБ. Дальше по коридору - ещё один. И ещё. Через каждые десять-пятнадцать метров. Последний - у заветной двери. Проходя мимо, не удерживаюсь, и беру «под козырёк». Ангел насмешливо смотрит на меня, его губы шевелятся, и, я скорее угадываю, чем слышу:

– Хьюманс…

Влетаю во временное пристанище Сержанта. Он что-то пишет. На пергаменте. Гусиным пером. Поднимает добрые глаза:

– Вернулся?

И тут моё зрение снова выкидывает выкрутас. Над головой «писателя» я вижу отчётливый нимб, а за спиной… Резко мотаю головой. Сержант смотрит с любопытством:

– Что-то привиделось?

Не люблю вопросом на вопрос, но.

– Что вы мне дали? Любые модификации должны были уйти с игрой!

Сержант загадочно улыбается.

– Андрон!

Давешний ангел вплывает в дверь.

– Обьясни товарищу…

И Андрон объяснил. Да, похоже на то, что я и в реальной жизни теперь буду видеть больше. А вот как Андрон может одновременно находиться в двух местах, я так и не понял.

Глава 3.

– А я говорю, что я не убийца! Я охотник.

Клиент рано утром первого января. Ох, млин.

– А я говорю, что они не люди! Грязные тролли, мерзкие гномы…

– …и люди.

Эх, не надо было столько пить.

– А люди - вообще! Самые гнусные из животных!

Башка после новогодних возлияний просто разламывалась на части.

– Я охотник. А вам нужен - киллер!

– Киллеров мы уже всех наняли, кого могли. И многих охотников тоже. И не надо так скептически хмурить брови!

Высокий смазливый эльф, похожий одновременно на всех героев манга, рассерженно роется в ридикюле. Достаёт блокнот, ручку, и пишет цифру.

– Это-оплата. В рублях по курсу. Это - меняет дело?

Предыдущая работа, щедро оплаченная АГБ, конечно, значительно поправила моё материальное положение, но…

– А что надо делать?

– В полдень Орда пойдёт в наступление. Мы хотим его сорвать. Не скрою, тут у меня личные мотивы. Какие - вам знать необязательно.

Я ещё раз посмотрел на сумму.

– И?

– Я договорился с группой хакеров. За несколько дней до наступления они перебросят в Эльфвилль большую партию оружия из других игр.

– А зачем вам я?

– Вы не понимаете? Винтовки, пулемёты, артиллерия - мы совершенно не умеем с этим обращаться! Кстати, Вы водите танк?

* * *

С пригорка Эльфгорн производит впечатление райского местечка. Корреспондент «Эльфийской Правды» захлёбывается эпитетами:

– Прелестно, замечательно, восхитительно! Что это, как не полигон будущего? Бесконфликтное райское место, где нет насилия, вражды, и ксенофобии! Где эльфы и хоббиты сообща учатся состраданию и сопереживанию, где царит мир, гармония, и покой! К сожалению, такое положение вещей не устраивает врагов Альянса - мерзких троллей, гадких двуличных людей, и подлых, только недавно примкнувших к Орде гномов.

Камера делает крупный план, давая возможность зрителям оценить точёный профиль и умелый макияж корреспондента.

– Кстати, именно сейчас…

– Бабах!

Первая Эльфийская Гвардейская Миномётная Батарея наносит удар. То ли ошибаются остроухие артиллеристы, то ли местные законы физики отличаются от стандарта, но, первый же залп МЛРС сносит правый фланг эльфийского войска.

Камера, по-прежнему обращённая в сторону остроухой корреспондентки, фиксирует её отпавшую челюсть. Глаза, и так непропорционально большие, увеличиваются вдвое. И тут начинается!

Эльфийские крейсерские танки, на полной скорости вынырнувшие из-за ближайшего пригорка, врезаются в толпу гоблинов. Разворачиваются, утюжа, и вкапывая в чернозём всё, что не говорит по-эльфийски, и противится установлению Всеобщего Мира.

Звено «Апачей» проходит на бреющем над позициями гномов. Гномы разряжают мушкеты, что интересно - один вертолёт сбит. «Апачи» идут на повторный заход, и тут, из небольшой рощицы выползает «Шилка». Счетверённая двадцатитрёхмиллиметровая пушка, радар, а на боку - эмблема Орды! Похоже, тут у многих есть знакомые хакеры.

За первой «Шилкой» выезжает вторая, третья, они расходятся веером, на ходу опутывая «мирные» эльфийские вертолёты трассерами очередей. Один «Апач» разваливается в воздухе, остальные падают на землю сравнительно целыми.

Камера в дрожащих ручках фиксирует, как тролли ручными гранатомётами выносят отряд эльфийских «Абрамсов». Второй отряд попадает в засаду. Т-95 с пяти километров управляемыми снарядами своей длинноствольной стапятидесятимиллиметровой пушки срывают «Абрамам» башни, и отшвыривают их к эльфийской бабушке. Появляющиеся над полем боя Як-141 без вопросов убивают F-35 вместе с примкнувшими к ним F-36.

Мы сидим в засаде со своими винтовками калибра 5.45, и ничего не делаем. Про нас забыли. И наблюдаем творящееся великолепие. Вот отряд эльфийских лучников, сговорившись, осыпает стрелами БТР-80. Вспомнив, как рассчитывается ущерб в большинстве игр, улыбаюсь. Подтверждая мои предположения, БТР окутывается чадным пламенем. Хмурые закопченные гномы с АК74 в коротких мускулистых руках вылезают через задний люк, и мигом организовывают технологически отсталым противникам локальный показ Кузькиной Мамы.

Кстати, помяни Кузькину Мать… Высоко над полем боя, ярко блестя в лучах местного светила, ползёт неторопливый Б-52. Вот от него отделяется тёмня точка, раскрывается купол… Интересно, сколько лет после этого здесь не будут расти мэлорны? Бросаю корреспондентшу на землю, закрываю своим телом. Ору:

– Ногами к взрыву, мать вашу!

Многие успевают.

* * *

Симпатичная долинка превратилась в довольно жуткое место. Весь зелёный покров как будто срезало гигантскими ножницами, а потом ещё и подравняло напильником. До эпицентра по моим приблизительным подсчётам около пяти километров, и, я рассчитываю, что радиация должна меня прикончить довольно быстро.

Взяв автомат наизготовку, отправляюсь отрабатывать деньги. Первыми мне попадаются гномы. То ли близкий ядерный взрыв приводит их в лёгкое замешательство, то ли они вообще не очень хорошо умеют обращаться с современными огнестрелами, но «делаю» я их довольно быстро. Зачистив угрюмых малорослых бородачей, обращаю внимание на разбросанные всюду деревянные ящики. Вещество внутри оказывается незнакомым ни на запах, ни на вкус, но, судя по маркировке, является взрывчаткой.

Вдалеке слышу голоса, по характерному «блатноватому» выговору опознаю орков. И решаю устроить оркоцид. Дым, стелящийся понизу, до поры до времени делает меня сложноопознаваемой целью. На горбу перетаскиваю эти проклятые сорок два ящика, провожу некоторые манипуляции с гранатой и кусочком проволоки. Всё.

– Эй, ребята, закурить не найдётся?

Двадцатикратное «А?», «Чё?», и «Чёзанах?» греют мне душу. Старательно, чтобы увидели все, показываю оттопыренный средний палец. Успеваю услышать злобное «ЫЫЫ!!!», и, резвым кабанчиком рулю в сторону. Тяжёлое «Топ-топ» за спиной убеждает в правильности выбора. Теперь - не прозевать «растяжку». Вижу знакомую проволочку, и, резко ускоряюсь. К сожалению, не успеваю. Тугой кулак спрессованного воздуха влупендыривает в спину, и, я наслаждаюсь чувством полёта.

Хорошая новость: от отряда орков ничего не осталось. Плохая новость: Я приземляюсь недалеко от компании четырёх эльфов. Американского оружия при мне нет, нашивки обгорели, сейчас я для них просто человек. В больших открытых миру красивых глазах отчётливо вижу отношение ко всем грязным, подлым, двуличным, лживым людям вообще, и к моей скромной персоне в частности.

Вот, первый из них, одним, преисполненным совершенства движением острой блестящей катаны, отрезает мне правый рукав. Другой, с нечеловеческим изяществом, тут же срезает левый. Да, долго вы тренировались, ребята! Третья тоже достаёт какую-то вострую железяку, и, направление её взгляда мне очень не нравится.

С размаху хлопаю себя по лбу. Как я мог забыть? Воистину, близкие ядерные взрывы плохо влияют на соображабельность.

Широко, как только могу, улыбаюсь. Чётко выговаривая слова, произношу:

– Не стреляйте! Я парламентёр! У меня срочное послание о капитуляции людей!

Вижу расслабление на красивых рожах, осторожно лезу за пояс, быстро достаю пистолет, и пристреливаю всех нахрен. И вспоминаю, что на всякий подобный случай мне выдан специальный «эльфячий» медальон. Опять с размаха хлопаю себя по лбу. Ещё раз - и будет шишка.

Однако, я ещё жив. А значит, либо здешний движок радиацию не поддерживает, либо относит её проявления к недопустимым по силе воздействиям. Что это значит? Наверное, когда влияние излучения достигнет некоей критической отметки, я просто «умру». Пытаюсь вспомнить зависимость уровня излучения от расстояния до эпицентра. И, в этот момент меня настигает пуля снайпера.

* * *

– Прелестно, замечательно, восхитительно!

Эльф рассматривает видеорепортаж. Оказывается, после моего «спасения» репортёрши, она ходила за мной, и, с безопасного для себя расстояния снимала мои подвиги.

– Мы удваиваем, нет, утраиваем гонорар. А говорили - простой охотник!

О последнем эпизоде моей боевой карьеры ни он, ни я тактично не вспоминаем.

Порывисто протягивает чек. Осторожно беру. Там, в реальном мире, деньги перекачиваются мне на счёт. Мигает надпись: «Трансфер завершён».

– Вы всех убили, очаровали, околдовали! И, знаете что? Скоро мы планируем повторить операцию, правда, гм…, в более скромном масштабе… Я предлагаю вам принять в ней участие. За двести, нет, двести пятьдесят процентов от сегодняшней суммы!

Скорбно закрываю рукой глаза.

– Вы знаете, эта бойня… Она заставила меня пересмотреть точку зрения на такие вещи, как война, и вражда. Я принял решение - я хочу, чтобы в моей душе не было места этому отвратительному животному насилию!

Слышу всхлип. У эльфа увлажнились глаза, корреспондентка за его спиной откровенно рыдает. Пожимаю протянутую руку, провожаю до двери. Напоследок эльфийка стеснительно чмокает меня в щёку.

В сущности, они ведь неплохие люди. Ну не мог, не мог я им сказать, что полчаса назад уже принял приглашение участвовать в этой битве. На стороне людей. За триста процентов.

Пересчитываю деньги, и, муки совести растворяются в житейских заботах. Компьютер у меня вживлён слабенький. Относительно, конечно. Ещё пара таких операций, и, можно идти к Соло - вживлять новый.

С хорошим компьютером и о гуманизме думается лучше.

Глава 4

Ресторан в Диптауне - это не место, куда приходят подкрепиться. Виртуальная еда хоть и вкусна, но не насыщает, кроме того - противопоказана страдающим гастритом, язвой желудка, и прочими подобными заболеваниями.

В виртуальные рестораны ходят общаться. Вот и сейчас, я сижу в баре «Сто рентген», и общаюсь с Егором Бондаренко, известным в мире «Сталкера», как Бондор. Бондор - бандит. Жёсткий, безжалостный, и беспринципный. А Егор Бондаренко - мой друг. Я не знаю, сколько ему лет в реальном мире, но в виртуальном он ведёт себя разумно и рассудительно.

Я рассказываю ему приключившуюся в Эльфостане историю, он задумчиво кивает. Хмурит лоб - уже прикидывает прибыль от отправления в эльфийско-гномские разборки десятка-другого бандитов. Им - бесплатное развлечение, Егору - материальный достаток.

Записываю ему адрес эльфа. Отхлёбываю из высокого бокала, морщусь: привиделась мчащаяся с автоматами «Вайпер» и криками «Кандёхаем веселее!» большеглазо-остроухая толпа. Егор понимает мою мимику по-своему:

– Да, ананасовый сок здесь плохой! Что-то с химическим движком, наверное. Нестандартный он тут.

– Всю банду пошлёшь?

Улыбаемся. Чтобы оплатить услуги банды «Полный Песец», в которой Бондор является атаманом, эльфу придётся залезть в неслабые долги. И в худшие-то времена численность ниже ста стволов не опускалась, а как стали аддоны, да дополнения пачками выходить…

– Сколько у тебя сейчас?

– Стволов пятьсот - пятьсот пятьдесят. Не только русские, кстати. Уже и дойчи есть, и поляки.

– Учишь их «фене»?

Снова смеёмся.

– Кстати, о той разборке.

Оба думаем об одном и том же.

– Интересно, откуда у людей столько денег?

Нанять толпу хакеров, «замазать» там, где надо множество глаз…

– Слышал я, вендетта там. Два админа на одном сайте чего-то не поделили.

– И всё?

– Может, и не всё. Но официальная легенда такова.

Вспоминаю.

– Кстати, к тебе в последнее время такие двое борзых не поступали?

Описываю робин гудов.

– У одного ещё админ в приятелях.

– Были такие. Они всё какому-то сталкеру крестовый поход объявить призывали. А что?

– Да так. Скажи им, что тот сталкер на Чёрном Болоте обитается. Вот по этим координатам.

Егор фыркает.

– Ладно. Всё равно я от них избавляться хотел. Мутные больно. Пошлю их в этот поход, а как не справятся… Кстати, что там?

– Черныш…

– Серьёзно?

Чёрный Сталкер - легендарный уникальный монстр. Завалить его - и, можно больше ничего не делать. Легендой автоматически станешь.

– Откуда инфа?

– От Селдеса.

Зная Егора, могу сказать, что он уже планирует рейд по добыче юника.

– Сам-то пойдёшь? И, кстати, откуда Селдес знает?

– Селдес всё знает. Конечно, пойду.

* * *

Снова знакомый постъядерный антураж. Вместе с большой группой бандитов выдвигаемся на Болото. На мне хит сезона - чёрный бандитский комбез с тонированной шлем-маской. Модифицированный «Винторез» оттягивает плечо.

Первой идёт группа разведчиков. Она будет принимать на себя в случае чего пули, а если выживет - пойдёт наживкой для Черныша. Конечно же, оба робин гуда - там. Следом идёт плотная группа в двести стволов, замыкает сравнительно небольшой арьегард, ну, и по бокам маленькие группки по полсотни рыл. В центре - мы с Бондором. Царская охота! Включаю персонифицированную систему связи:

– Тактику продумал?

Бондор поворачивается вполкорпуса:

– В общих чертах. Организуем приманку, группу загонщиков, сами - по номерам. А что?

– Да думаю вот. Что, если он от загонщиков не побежит?

Бондор некоторое время соображает.

– Здраво. Перетопит скорее, и всё. А кого не успеет - от того и пулю получит. Мда. А что ты предлагаешь?

– У тебя пластид есть?

– Взрывчатка? Ну, килограммов пять. Центральная группа несёт. А что?

– Есть у меня одна мысль…

Возле Болота делаем последний привал. Импровизированными насосами накачиваем камеры от трактора «Беларусь», найденного в близлежащей деревне. Камеры, естественно, оказываются целыми, и, теперь мы заняты тем, что плотно приматываем их к комбинезонам робингудов. Робингуды нервничают, и пробуют отказаться от великой чести.

– Не, мужики. Не. Такого договора не было!

К шлем-маскам сбоку приматываем телекамеры с передатчиками.

– Да нафиг нам такой расклад! Мы уже не хотим!

На спины - рюкзаки с взрывчаткой.

– Да вы чё! Мы обратно в сталкеры хотим!

Степенной и неторопливо подходит Бондор. Садится на корточки. Закуривает. Выпускает дым в лицо ближайшего.

– Значтак, Чук и Гек…

– Мы не…

– Вы Чук и Гек, мля. И отсюда у вас два пути. Или вы идёте и ищете Чёрного Сталкера…

Бондор делает театральную паузу.

– Или можете, нах, вешаться. В первом случае - обещаю чуток денег, чуток хабара, и скорый перевод в наёмники. Во втором - можете сразу уходить из игры.

Уходить им явно не хочется. Небось, уже всем знакомым растрепали, какие они крутые бандюганы. Бондор психолог, и видит их насквозь.

– Ну, вперёд. И с ветками поосторожнее, камеры не проколите!

Присаживаемся у небольшого телевизора, и, начинаем ждать. Бондор достаёт поллитровку. Молча разливает в пластиковые стаканы. Чокаемся.

– Как думаешь, сработает?

Сигнал на телеприёмник идёт непосредственно с камер. Пока что там однообразная унылая местность.

– Должно. Сначала он попробует их утопить. Так?

– Так.

– Когда не получится, должен подойти и посмотреть - почему.

– Должен.

– Тут мы нажимаем кнопку, и игра автоматически считает нас его убийцами. Логично?

Бондор чешет покрытый недельной щетиной подбородок.

– Вроде да.

Выпиваем ещё. От нечего делать меняем вид - то смотрим на мир камерой Чука, то, соответственно, Гека. Внезапно, по изображению проходит рябь. Вот оно! Нескладная сутулая фигура выныривает прямо из топи. Некоторое время просто смотрит на «шахидов». Изображение «проседает». Потом подходит - мы видим страшное чёрное-чёрное лицо с чёрными-чёрными глазами - осматривает камеры от «Беларуся» и телекамеры. Открывает чёрный-чёрный рот, и отчётливо произносит:

– Вашу мать, Кулибины…

Делает рывок и пытается выйти из зоны поражения. Мы с Бондором от хохота валимся на землю, в падении исхитрившись нажать на кнопку. Невдалеке слышим сдвоенный взрыв, и, тут же обоим на ПДА приходит сообщение:

– Поздравляем! Вы убили Чёрного Сталкера!

Глава 5

Встречаемся на нейтральной территории. Немолодой инструктор настроен скептически.

– С АК-47 обращаться умеете?

– В «Сталкере» юзал.

– На каком уровне?

Отгибаю лацкан куртки, показываю знак «За убийство Чёрного Сталкера».

– На том же уровне владею РПГ и СВУ.

Не то, чтобы я сильно круто из них стрелял… Просто, пехота - это пехота и есть. Минимум оплаты, минимум снаряжения. Максимум передвижения пешкодралом и рытья окопов. Во все времена, и во всех армиях.

Другое дело снайпер. Это - штучный товар. Гранатомётчику тоже неплохо. Правда, много бегать с шайтан-трубой тяжеловато, но, как я успел уже убедиться, усталость в Эльфостане не напрягает. Зато рядом с командиром. Да и оплата куда выше.

Инструктор, не отрываясь, смотрит на знак. Наконец, хриплым шёпотом произносит:

– Как сделал?

Не ленюсь, и предъявляю номер виртуальной лицензии. Проверяет. Поднимает голову. Глаза полны бесконечного уважения. Не задавая больше вопросов, пишет в предназначении: Гранатомётчик (РПГ)/Снайпер (СВУ).

Полувопрос-полуутверждение:

– «Супершмель» знаешь?

Как-то сделал пару выстрелов. Убойная штука. Киваю головой. Не вру! Знаю.

Сижу в лесочке на пригорке в ожидании приказа. Эльфийсий лес - это что-то! Смотреть на то, как он живёт своей жизнью, можно часами. Влияние почти гипнотическое. Некоторое время пытаюсь напрячь зрение в попытке отыскать колдовство или магию. Чтобы отвлечься читаю передовицу в «Эльфийке»:

«Чуждые и враждебные каждому тонкочувствующему эльфу понятия Свободы не соответствуют эльфийскому духу кротости и смирения. Только диктатура, а если понадобится, то и тирания приведут мудрый Эльфостан к миру и благополучию. Так называемые «Свобода слова», «Свобода дела» и «Свобода мысли» не способны принести ничего, кроме вражды и хаоса.

Зачем нам свобода? Свобода - это когда каждому каждый день приходится самостоятельно принимать решения, опираясь на эти решения действовать, и самому же нести за последствия этих действий ответственность. А ведь и физические, и умственные способности у каждого разные! Следовательно - свобода - это прямой путь к неравенству и неравноправию. Неравенству между мужчиной и женщиной, между чёрным и белым, между прикольной и банальной ориентацией, наконец! Вот во что мы рискуем вляпаться! Я даже не говорю о том, что так мы можем лишиться поддержки нашего европейского спонсора!»

Еле удерживаюсь, чтобы не присвистнуть. Далеко конфликт зашёл! Это уже не спор о различиях в заточке мечей, и сравнительных достоинствах построения хирдом.

Откладываю прессу, потягиваюсь. И замечаю эльфа. Он стоит неподвижно и в руке у него белый флаг. Вот блин, мастер маскировки. Киваю ушастому на место рядом с собой.

– Здрав будь! Какие дела привели тебя сюда, о, высокородный?

Эльф усмехается.

– А я думал, тут одни наёмники. Понабрали тупого быдла с ФПСов. Был тут?

Присаживается.

– Даже воевал как-то.

Не уточняю, где и как. Взор Высокорожденного, однако, светлеет.

– Знаешь кого из наших?

– Тилаэль. Корреспондентка.

– Так это ты тот наёмник???? Видел её репортаж, видел.

Моя очередь удивляться:

– Как узнал?

Усмешка:

– Думаешь, у Тилаэль много знакомых военных? Простых военных, я имею в виду. Так, а чего в Альянс подался?

Вспоминаю передовицу. Смотрю на собеседника. Ни на негра, ни на лицо «прикольной» ориентации не похож. Белый флаг, опять же. Осторожно подбираю слова.

– Да понимаешь… Диктатура, она, гм… С другой стороны Свобода - это вот… Ну и это. Ага.

Собеседник жадно внимает моим откровениям:

– Да-да, именно так! И я всегда им это же говорил!

Продолжаю:

–  Свобода - это, млин, дааа. А вот равенство - это конешно так вот. А способности-то у всех - ну это. Ну ты сам панимашь!

У остроухого явный культурный шок. В порыве светлых чувств крепко пожимает мне руку.

– Вот-вот. А мне - диссидент, поражение в правах!

Эльф горячится, оживлённо жестикулирует:

– Я понимаю, когда в одной деревне, ради эксперимента, велели всем неграми быть. Ладно. Во-первых - я не расист. Во-вторых - деревня не наша.

Пытаюсь вообразить деревню остроухих негров. Не получается.

– Но пол! И надо же, чтобы именно у нас!

Я в ужасе.

– Что, неужели… тоже?

– Да! Велели всем в срочном порядке поменять пол. Пригласили дизайнера, тот разработал «что-то среднее».

Пытаюсь себе это «что-то» не представлять. Но воображение - неумолимая штука.

– Нас, эльфов, и раньше, как только не называли!

– Действительно. А у Орды, вот я слышал, такого нет.

– Там спонсор другой! А у нас - ЕЦГИ. Европейский Центр Гендерных Исследований, ити его мать.

Услышать от возвышенного эльфа такое…

– Каких-каких исследований?

Мне в самом деле интересно. Собеседник это чувствует, и, уже более доверительно продолжает:

– Гендер, это… Ну, вот мужской и женский…

– Пол, что ли?

– При них не ляпни! Они ж доказали научно, что никаких полов нет. А есть гендер.

– А в чём разница?

Эльф устало трёт переносицу.

– А я знаю? Проводили с нами семинары, да я вполуха слушал. Теория у них - всё зло от различий. Особенно от половых. Вот и проводят социологические исследования и ставят эксперименты. А виртуальность - это ж идеальное поле.

– Делать им нечего.

– Ты бы знал, какие у них бюджеты! Межгосударственная программа.

– Слушай, высокорожденный. А Тилаэль тоже из этих? Гендеров…

– Не, с ней всё в порядке. Дочь какого-то прибалтийского дипломата. На ней эксперименты не ставят. Да нормальная девчонка! У нас в галерее и фотки её висят.

– 3Д?

– Обычные, двумерные. Похожа, кстати.

Эльф впервые с начала знакомства улыбается.

– С нами-то она не очень - белая кость. А в тебе, видишь, что-то разглядела.

Принимаю решение. Долго вдумчиво смотрю собеседнику в глаза:

– Так что? Ты с нами, или с этими гендерасами?

Высокородный мнётся, вздыхает, даже ушами, кажется, шевелит. Решается:

– Да ладно! Чтобы мне всякая собака указывала, какого полу быть. Вот только, думаю: в человека, или в гнома переквалифицироваться? Или ещё в кого?

Задумывается. Чувствую - вопрос приципиальный. Ляпаю:

– А зачем вообще? Оставайся эльфом! Там же Свобода!

– Как это? Там ни мэлорнов, ни…

– Нарисуют!

Смотрит искоса:

– Вот так возьмут и нарисуют?

– Момент!

По системе связи вызываю командование. Объясняю ситуацию, особенно напирая на огромное количество желающих сдаться в плен, и перспективы для Орды. Чувствую, вопрос вызвал замешательство. Меня «перебрасывают» всё выше и выше, пока на самом высоком уровне вопрос не решается. Положительно. Передаю трубку эльфу. Тот слушает, агакает, временами странно на меня смотрит. Возвращает средство связи. Негромко свистит. Из окрестных кустов, ложбин и ямок как «вдруг, откуда ни возьмись» появляется войско. Десять, пятнадцать… Народу далеко за сотню, и продолжают прибывать. Лениво интересуюсь:

– Здесь все ваши?

– Все. Только, объясни, пожалуйста. Мы думали, мы очень хорошо замаскировались. А ты, получается, всё время нас видел?

Врать нехорошо, поэтому, вместо ответа демонстрирую следопытам знак «За Чёрного Сталкера». Как ни странно, на очень и очень многих это производит впечатление, и вопрос о моей нечеловеческой прозорливости больше не ставится.

С нежностью смотрю на огромное войско. Ну и заработал же я сегодня!

Глава 6

Деньги, полученные за огромное количество взятых в плен, внушают оптимизм. Не откладывая кота за хвост в долгий ящик, иду к Соло. Народу сегодня нет, прохожу прямо в лабораторию.

Соло возится с каким-то монстром, что занимает полстола. Увидев меня, улыбается. Детали уже обговорены в Вирте, занимаю имплантационное кресло. Подставляю затылок. Всё происходит вручную. Специальной отвёрткой ассистент Соло откручивает маленькую крышечку, выполненную из специального сплава, и вытаскивает старый комп. Разумеется, никакой анестезии не наблюдается. Поскольку:

Каждому гражданину в возрасте получения паспорта, совершенно безболезненно и бесплатно в затылочную область имплантируют сверхпрочный контейнер из медицинского сплава, и микрочип нервно-электронного обмена. Контакты чипа выводятся непосредственно на заднюю стенку контейнера. Можно сколько угодно откручивать, или закручивать его крышку - боли, естественно, не будет, и, никакая инфекция никуда не попадёт. Сам контейнер, к слову, размером с батарейку от наручных часов.

Ассистент берёт ватку со спиртом, и, протирает контейнер изнутри. Особенно тщательно - контактную область. Затем, Соло бережно берёт пинцетом новый комп, и - вуаля! Осталось закрутить крышку.

– Опробуешь?

Согласно Закону о Кибернетических Организмах, использовать компьютер я могу, только находясь в виртуальном пространстве. То есть, приняв удобную позу в кресле, или на диване. Соглашаюсь. Закрываю глаза, и, даю команду на старт.

– Ну, как?

Соло уже в Вирте. Здесь он напоминает джедая из легендарных «Войн». Кручу головой. Скорость обработки увеличилась, это точно! Прогоняю несколько тестов. Блестяще! Деньги я, конечно, влупил почти все, зато на полтора-два года можно забыть о модернизации. С чувством жму Соло руку. Возвращаемся в реал.

На пути домой чихаю. Оппа! Надо показаться доктору, а то, неровен час, можно и в Вирт не войти. Согласно Закону о Допустимом Воздействии, если в реальности у тебя заболела рука, нога, или желудок, да даже если просто повысилась температура - тебя мгновенно вышвыривает из Вирта. Мало ли какая зараза - приступ астмы, или аппендицит. Или пожар, не дай Бог. А если сразу нездоров - то и подавно в виртуальность не проскочишь. Выбора нет - хочешь наслаждаться благами нереальной цивилизации - следи за здоровьем.

Поэтому, среди компьютерщиков - виртуалов совсем нет не заботящихся о теле. И ходим мы в спортзалы и бассейны, и занимаемся минимум три раза в неделю дома. Штанга, гантели, а у девушек - скакалки, беговые дорожки и прочие кардио-степ чудеса. Многие вирт-хакеры «раскачиваются» до просто нереальных габаритов.

К счастью, экспресс-тест не показывает никаких особых нарушений. Не успеваю я порадоваться этому обстоятельству, как звучит вызов. Бросаю гантель, сажусь в кресло и закрываю глаза. Это тоже обязательное условие, во избежание высыхания слизистой.

* * *

Мой гость чем-то походит на помещика 19го века. Густой бас, барские «размашистые» манеры…

– Я так понимаю, Вы специализируетесь на доставке виртуальных животных?

– Поимке и доставке.

– Нет-нет, ловить никого не надо! Надо купить и привезти. Понимаете, я играю в «Цивилизатора». И хотел бы приобрести у одного виртуального буржуа пару лошадок вот такой породы.

С фотографии на меня смотрит унылое вислобрюхое чудовище.

– Вы не смотрите на вид! Маленькая - значит, ест немного. Брюхо - много корма вмещает, зимой соломой можно кормить. Это не орловский рысак, что вдвое больше хозяина ест, а на первой же борозде выдыхается.

Соображаю.

– Сами купить Вы не можете?

– Да. И если сделаю трансфер денег Вам, он тоже об этом узнает, и откажет.

– Понимаю.

Действительно понимаю. Поссориться с виртуальным персонажем можно вдрызг, насмерть. И уж тогда не то, что лошадок, снегу зимой не продаст.

– Придётся развиваться с нуля?

– Помощи я Вам, ни под каким видом оказать не смогу. Не хочу рисковать.

– Это будет долго.

– Что ж. Я заплачу.

Других заказов всё равно нет.

– Я согласен!

– Извольте получить задаток.

* * *

Воспетая поэтом Болдинская осень. Некоторое время любуюсь багрянцем падающих листьев, затем иду к народу. Знакомиться.

По дороге, если можно так назвать это месиво из грязи и луж, идти невозможно. Пытаюсь обходить то там, то здесь, в результате двигаюсь со скоростью сонного муравья. Бросаю взгляд - не попереть ли напролом, но, от сей мысли отказываюсь - реально боюсь утопнуть.

На завалинке перед покосившейся избушкой, сидит дедушка, и рассказывает внучатам сказки. Я подхожу, прислушиваюсь. Дедушка часто запинается, видно, что память уже не та. Рядом с завалинкой вижу ровной стопкой сложенные широкие и чистые листы бересты. Один из внуков задумчиво вертит в руках острую палочку. Ага. Всё ясно.

– Дедушка, а Вы записывать не пробовали?

Только меня заметив, ребятня дружно становится по стойке «смирно», опускает головы, и «ломает шапки». Кланяется то есть, сняв головной убор. Подхожу неспешной походкой. Беру у малыша «карандаш», а с завалинки «листок». Формат, не скажу точно, но, по-моему, явно А4. Где у них берёзы такие растут? Писать «карандашом» по «листу» неожиданно удобно, остаётся ясно различимый чёткий след. Начинаю лекцию:

– К звукам, что мы произносим, можно придумать письменный эквивалент.

Слово «эквивалент» старый неграмотный крестьянин и его несовершеннолетние внуки понимают без вопросов.

– Вот смотрите: А, Бэ, Вэ…

Оставляю будущих Пушкиных. Теперь им надо всё обдумать, а через некоторое время они порадуют меня внедрением письменности в экономику, и улучшением характеристик оной, общим увеличением культуры, займутся написательством и продажей книг, чем безмерно повысят мой авторитет у соседей. Соседи, кстати, сплошь компьютерные «болваны».

У следующей хаты следующий старец использует по назначению струнный музыкальный инструмент типа «гусли». Толпа вокруг отвечает неровными рваными движениями. Тут я пас - в музыке туп. И танцами, честно говоря… Постойте! А два года занятий силовым брейком? Показываю несколько движений, толпа с готовностью повторяет. Вот я и ещё культурой обогатился. А что - будет национальный танец! Ничем не хуже гопака или чечётки. Соседи будут дивиться, ещё и деньги платить. Со временем брейк-балет организую.

У следующей хаты никого нет. Из трубы идёт дым, доносятся звонкие удары. Это кузня. Захожу. Кузнец в грязном фартуке как раз доковал невзрачный серп, и опускает его охладиться в бочку с водой. С умным видом осматриваю меха. Они старые, и, местами порванные. Отремонтировать такую древность вряд ли возможно. Советую:

– А меха-то, отец, совсем плохие! Сменить бы!

С готовностью кивает:

– Правда твоя, барин! Я бы на четверть быстрее ковать стал. И ведь стоят-то всего два медных грошика. Эх, если б кто помог…

Чуть не давлюсь следующим советом. Есть два пути - подарить, и дать в залог. Во втором случае разбогатею я, в первом - он. Купит ещё что-нибудь, и как пойдёт развиваться… Решаю профинансировать технический прогресс. Лезу в карман, достаю две неровные кособокие монетки. Эх, убожество. Надо будет свои напечатать. Золото или серебро должно где-нибудь быть. Протягиваю:

– Бери. Отдавать не надо.

Однако, надо проведать и свой «дворец». Многие путают «Цивилизатора» и «Цивилизацию». Несмотря на кой-какие похожие вещи, это совсем разные игры. В «Цивилизаторе», например, нельзя воевать. Совсем. Нет даже такого понятия, как армия. Экспансия если и происходит, то исключительно мирными средствами. К примеру, если у вас крестьянам живётся намного лучше, чем у соседа - будьте уверены, рано или поздно сбегут. Беглецов, к слову, можно ловить, полицию никто не запрещал. Но, если экономика и так слабая, дополнительные расходы на ловлю могут стать для неё последним гвоздем.

«Дворцом» оказалась невнятная хибара размером примерно 10 на 20 метров. О приёме высоких гостей и о высокой же политике можно пока что и не заикаться. Сапоги - лицо солдата, а дворец - престиж правителя. Внутренне убожество вполне соответствует внешнему, единственная полезная вещь, что я вижу - карта. Таак, у меня десять непосредственных соседей разного размера. Вот здесь у меня то, а вот здесь это. Складываю карту, и беру с собой.

На обратном пути попадаю на митинг. Люди, с горящими глазами, славят правителя. Меня, то есть. О как! Это, однако, те две монетки, что я дал кузнецу на новое оборудование. Порадовавшись, люди разойдутся работать с увеличенным энтузиазмом. Кстати, встречаю и кузнеца. На деньги, полученные от увеличения производительности, он купил… новую одежду. Соображаю: собирается жениться. Пойдут детки, которых он будет учить кузнечному делу. Не возражаю.

Да, а ведь был ещё и другой кузнец? То ли больной, то ли… Да, больной. Сила, говорит, из него ушла, но на мелкие дела хватает. Всё с тобой ясно. Присаживаюсь рядом на лавку:

– А знаешь ли ты, из чего состоит всё?

Химию, слава Богу, помню. Пересказал Таблицу Менделеева, и, всё, что понимал в металлургии. Можно не сомневаться, что урок усвоен хорошо, и, скоро попрут у меня в гору науки.

Этим и хорош «Цивилизатор». Если в школе не тупил, то, до определённого уровня дойдёшь играючи, а, перед электронными и белковыми болванами будешь иметь солидное преимущество. Есть, правда, и в этом деле наёмные «помощники», ну так где их нет?

– Не нужно ли тебе средств на исследования?

Даю ещё две монетки. В это время, из воздуха материализуется, и падает в карман ещё одна. Налоги.

На обратном пути - снова демонстрация. Сообщают, что трудовой энтузиазм зашкаливает, нельзя ли поработать в выходной? Где-то на границе владений есть у меня одинокостоящая гора.

– Наломайте камень, и доставьте ко дворцу.

– Урраааа!!!!!!!!!!

Вырубаю комп, и иду спать. Наутро, из окна рассматриваю доставленный камень. Не Бог весть, но на брусчатку самое то. Сделаю дорогу хотя бы в центре. Всё люди будут передвигаться быстрее. Да и я. Деликатный стук в дверь. На пороге мнётся староста. Сообщает, что пришли гости, желают говорить.

– Введите посла!

Входят, однако, не послы, а вполне себе трудовые люди. Мастеровые, ищут к кому на работу наняться. А поскольку слава о моей щедрости уже облетела соседние леса… Присматриваюсь: трое лесорубов, два кузнеца, и один каменщик. Кузнецы есть, лес рубить пока не надо, а вот каменщик - это в точку. Трёхминутный допрос выявляет, что знает он по каменному делу ничуть не менее меня. Отлично. Оплата, правда, дороговата. Но, построим тебе дом, женим, и будешь ты работать на наших условиях.

Объясняю задачу: Построить триста метров дороги такой-то ширины, с тротуарами, и сточными канавами. Интересуется - канавы делать закрытыми?

– Это как?

– Это сверху тоже камень. Увеличит ширину проезжей (в перспективе) части, улучшит пропускную способность дороги, и санитарное состояние деревни.

Интересная мысль.

– Стоимость, надо думать, тоже увеличит?

– Конечно. А ещё - мне бы двух работников поздоровее - с горы камень таскать.

Гляжу на старосту.

– Да-да, есть пара бездельников! Здоровы, а умишка - ноль. Глядишь, работа им мозги и поправит.

Ну, раз всё так хорошо складывается…

– По рукам!

Лезу в карман.

Чтобы ловчее было возить камень, даю им в помощники лошадку. В лошадях ничего не понимаю, но, если сравнивать с фото, явно не той, что нужна для заказа, породы.

Иду к сельскому лекарю. Расстаюсь ещё с двумя монетами, попутно обременяю его начальными знаниями биологии. Будет у меня НИИ Цитологии и Генетики. На выходе переживаю ещё одну демонстрацию радости и счастья. Кстати, метров пять дороги уже готово. Осматриваю. Придраться не к чему. Разговариваю с рабочими. Рассказывают, когда ломали камень, обнаружили дивной красоты пласт. «Вам бы на дворец!»

На следующий день с утра пораньше - опять делегация. Две крестьянские семьи хотят на поселение. Мужики, часто кивая головами, уверяют, что всё-всё сами, и дом поставят, и прочее, вот только «нельзя ли копеечку на переезд?». Скрепя сердце, выделяю. Надо же повышать налогооблагаемую базу!

Все триста метров дороги сделаны. Хоть в центре теперь будет шик. Людям тоже понравилось, пережил ещё одну волну народного энтузиазма. Да и двигаться стали быстрей. Поднялся КПД. Даю команду строить новый, каменный дворец. Старый разбирают, и, аккуратно переносят на новое место. Времянка будет для переселенцев. «Дивной красоты камень» оказывается очень неплохим мрамором.

Дворец запланировал большим, местами трёхэтажным, местами одно-, но, с высокими, метров до девяти потолками. Буду приёмы устраивать. Или ассамблеи. Не знаю что это, но, думаю, когда будет нужно - узнаю.

Вообще, по сравнению с реальным миром, работы идут с очень большим ускорением. Это и понятно - кому охота всю жизнь копаться в одном времени? Охота и самолёты с паровозами строить, и метро пустить.

Пока идёт строительство, ещё три семьи попросили «экономического убежища». Нанял портного, а то, хожу в каких-то обносках. Мне-то без разницы, а авторитет державы страдает. К слову, сейчас у меня в державе уже больше сотни душ. Переселенцы покуда в общей работе не участвуют - всё строительством домов занимаются. Ну и ладно. Когда-нибудь закончат.

Вообще, незаметно, игра меня увлекла. Нет перестрелок и забегов между аномалиями, но, в таком вот неспешном антиэнтропийном процессе есть своя очень неслабая притягательность. Разработать чертёж, выбрать материалы, и смотреть, как на месте грязного и пыльного ничто возникает новое и сверкающее нечто - в этом есть какой-то настолько сильный кайф, что я даже не знаю. Наверное, в каждом мужике «зашит» эдакий инстинкт строителя.

Есть соблазн нанять ещё двух-трёх каменщиков, но, по трезвом размышлении решаю этого не делать. Пусть уж лучше непрерывный устойчивый процесс, без кризисов перепроизводства. Тем более что дворец уже достроен. Внутренним убранством занимается свой спец, я не тороплю. Золота и серебра на отделку покуда не требует, но мрамор использует - моё почтение. Дворец блестит и сияет. Подсказал ему идею олифы, морилки, и лака, теперь и дерево приобрело вид благородный и значительный.

Всякими шелками и драпировками, покуда не освою ткачества, заниматься не буду. А займусь делом нужным и полезным - новой кузней. То есть это раньше она так называлась, а теперь это будет научно-производственный комплекс с лабораториями, мастерскими и испытательными стендами. Для куз…, тьфу, НПО, с другой стороны горы нашёлся очень неплохой серый камень. Ну не делать же из того же материала, что и дворец?

Надо с инструментами разобраться, и - буду технологический рывок делать. Не век же в средневековье сидеть? Да и не средневековье это, если разобраться. Почти все инструменты - из дерева. Деревянный Век какой-то.

Скоро кузня строится, а ещё две семьи за это время ко мне на ПМЖ переехали. Первые же из переселенцев наконец-то отстроились, и, влились в стройные ряды плательщиков налогов.

Тут подоспел и первый зал во дворце. Слава Богу, теперь есть, где жить. Отделали очень цивильно, не зря же я им курс евроремонта прочитал. Откуда я в нём разбираюсь? Знаете что, когда зарплата не очень (а большие деньги у «виртуала» по-прежнему редкость), то всё приходится своим горбом и руками.

Ну, вот готово будущее моей науки. Привожу обоих кузнецов, рассказываю, показываю чертежи на бересте, требую произвести инструменты. Медь, и всякую там бронзу трогать не будем, начнём сразу с выплавки стали. Руду я с помощью местного старосты кое-как обнаружил (сразу появилась на карте), теперь дело за добычей и переработкой. Дома поштудировал физику за девятый класс, хватило.

Какое-то время ушло на объяснение сущности термометров, манометров, и прочих КИП, идею поняли сразу, а вот с калибровкой под СИ помучались. Параллельно старшему сынишке кузнеца (Одиннадцать лет, очень смышлёный пацан) прочитал курс лекций по электролампам. По загоревшимся глазкам вижу - зацепило. Схватил бересту, и - ну рисовать для батьки принципиальную схему.

Народ здесь, к слову о тапочках, почти бессмертный, то есть живёт дооолго. Это и хорошо - быстрей народонаселение прирастает. Рядом с кузней сейчас возводится медико-биологическое… аптекой, для краткости будем называть. Вот тут у меня познаний меньше, и, в этой области, я, скорее всего, буду отставать. Ладно, пусть само развивается, в случае кризиса возьмусь вплотную.

Да, центр у меня уже не узнать. Как только достраивается аптека, даю команду облагородить деревянной мостовой всю дерев…, державу то ись. Тем временем подкатывают ещё переселенцы, и их я уже выселяю за околицу. Километрах в пяти от центрального населённого пункта закладываю ещё один.

Меж тем, для обеспечения НТР срочно требуются самые разные металлы. Школьных учебников уже не хватает, штудирую вузовские. «Цивилизатор» здорово расширяет кругозор! При всём при том, что ни ЮНЕСКО, ни какая иная из образовательных организаций не имеет к его созданию и эксплуатации ни малейшего отношения.

Основы его создал «на коленке» какой-то энтузиаст, выложил в сеть, и забыл на время. Потом много чего было, в общем, на сегодняшний день это вполне успешный открытый коммерческий проект.

Все материалы, тем не менее, я успешно нахожу - сказывается очередное «правильное» упрощение игры. Последовательно создаю лампу накаливания, телефон, радиолампу. Начинаю присматриваться к транзистору.

Всё пока что в опытном образце и единственном числе, но, переход «на поток» - дело не очень хитрое. Между делом изготавливаем печатную машину. Мои Некрасовы тем временем уже записали на бересте несколько томов «сказаний старины глубокой», пора, чувствую, и на внешний рынок. Аптекарь, воодушевлённый начальным курсом химии, выдаёт первую партию чернил. Во дворце заканчивается внутренняя отделка, скоро можно будет приглашать гостей, и устраивать торги.

Глава 7

– Впечатляет.

Иджи рассматривает скриншот. Мы сидим у меня дома, и потягиваем светлое пиво.

– Слушай, а разве бывает так - на одной горе - и мрамор, и гранит?

Пожимаю плечами.

– Одно из упрощений игры, я полагаю. Ну, за правильные упрощения!

Чокаемся бутылками. Вспоминаю:

– Да, Валера, ты ведь перевозчиком работал?

Если Вы смотрели последнего «Перевозчика», то понимаете о чём речь. В виртуальности бывает необходимо срочно переправить важную или секретную информацию. А иногда и деньги. Валера проработал на этом поприще достаточно долго. Сейчас, правда, у него хорошая работа в реале.

– Гоночку из современных не порекомендуешь? Для вечернего успокоения нервов.

Валера берёт с тарелки большой кусок мяса, и, запивает гигантским глотком. Аккуратно ставит на пол пустую бутыль, берёт из ящика следующую. Ящик почти полон - мы не торопимся.

– С гоночками я давно завязал. Понимаешь, когда гоночки - работа…

Иджи рисует вилкой в воздухе сложный геометрический узор. Я тоже приканчиваю свою бутыль (здесь могла бы быть чья-то реклама), и откупориваю новую.

– Понимаю.

Действительно понимаю. Даже я, уж, на что моя работа интересна и требует творческого подхода, и то испытываю регулярную потребность в перемене жанров.

– И гут.

Мясо тает во рту. Иджи непревзойдённый кулинар. Не знаю, как это блюдо готовится, но вкус… Пальчики оближешь. Иджи следит за выражением моего лица:

– Во-во! Это тебе не ДошираГ.

Улыбаюсь.

– Кстати! Ты знаешь о переполохе в Эльфостане?

Гашу улыбку и пытаюсь спрятать взгляд в бутылке. Не выходит.

– Я так и думал.

Запоздало вспоминаю, что Иджи вроде бы где-то тоже там… на какой только стороне?

– А ты откуда знаешь?

– Как откуда? А кто тебе личину помогал рисовать?

Ёлы ж палы!

– Валер, я…

Иджи смеётся

– Не парься. Ты всё правильно сделал. Этот ЕЦГИ нас уже давно достал. Кстати, в У.Ф.О. не заходил?

Валера - фанат игры. Отстреливает инопланетян, изучает их технологии, строит заводы, лаборатории, тренировочные центры… Сегодня мы, впрочем, не настроены на вдумчивое интеллектуальное «мыслительство».

– Я беру отряд «Аз», ты - отряд «Буки». «Веди» и «Глаголь» отдаём ботам, так что - присматриваем!

Топая тяжёлыми армейскими ботинками, бегу к своему отделению.

– Внимание, до высадки 10 секунд. 9, 8, 7…

Выбегаем из десантного модуля, ушки на макушке, стволы во все стороны. Модуль улетает, и, тут же на радаре первая засветка. Командую снайперам выдвижение, остальным - круговая оборона. Снайперы достигают указанного места и маскируются. У меня в отделении самая совершенная аппаратура обнаружения, я работаю «сыром». Не торопясь, поигрывая маленькими, но тяжёлыми инопланетными гранатами, иду в квадрат обнаружения.

Маскировка у меня, однако, ещё та, поэтому первым замечаю противника. Да, три, восемь. Ого. Восемь инопланетян. Тремя группами. Не торопясь, отправляю в полёт три гранаты, и, отхожу в тень.

– Чыза?

– Ыдина!

– Ыпийад!!!

Попавшие под удар враги переговариваются на, надо думать, чистейшем инопланетном языке. Выхожу из тени, и, громко топая, бегу к отряду.

– Сибяапп!

Тяжелый топот за спиной. Что и требовалось. Останавливаюсь, кидаю гранаты. Враги падают, в это время их расстреливают снайперы. Чистая работа. Впереди вижу хорошие укрытия, приказываю бойцам занять оборону. Центральная позиция - огнемётчику. На шум, между тем, сбегается ещё толпа. Даю отмашку - широкая струя пламени вырывается из раструба. Враги красиво корчатся в муках, и их быстро выбивают пулемётчики.

В это время получаю тревожный сигнал - группа «Веди» вошла на территорию заброшенного завода и попала в засаду. Решаю оттянуть силы врага на себя, и атакую с тыла. Там нас, естественно, никто не ждёт. Ставлю солдат с дробовиками в первую линию.

– Начали!

Выкашиваем инопланетный арьегард. Вынужденный сражаться на два фронта, противник быстро склеивает ласты. Зачищаем завод. Радуюсь победе, и, сразу не обращаю внимания на молчание группы «Глаголь». Срочно рвём туда когти. Наблюдаем картину: Инопланетянин в шлеме псионика держит группу под ментальным контролем, в то время, как маленькие, но многочисленные слизни пытаются прокусить их комбинезоны.

Аккуратным хэдшотом снимаю «контролёра», группа «Глаголь», даже не применяя оружия, своими бронетапками втаптывает слизней в бетон. И тут налетает толпа.

– Обруйс!

– Азенваен!

– Ерванах!

Занимаем оборону. Раскалённые стволы выплёвывают пули и картечь, гильзы со звоном катятся по бетонке. Успеваю командовать.

– Снайперы на крышу!

– Прикрыть пулемётчика!

– Где огнемёт?

Огнемётчик, присев на одно колено, с интересом наблюдает за ходом боя. Кидаю взгляд на индикатор напалма - полбака. В чём дело? Вот в чём:

– Дробовики! В сторону! В сторону, вашу мать!

Бойцы с дробовиками, пятясь, выходят из зоны поражения огнемёта.

– Жги!

Жаркое пламя охватывает первый ряд нападающих. Задним рядам оно закрывает обзор, и они тоже перестают стрелять. Воспользовавшись передышкой, снайперы котами взмывают на крышу, занимают позиции для стрельбы, и, начинают вести прицельный огонь. Снайперы хорошие, прокачанные, поэтому соотношение «один выстрел - один труп» соблюдается.

Воодушевлённые поддержкой, бойцы, перегрупповавшись для более результативной стрельбы открывают убийственно плотный огонь. Через минуту всё кончено. Последний экстерриторианин с писком «Афтажжо…» выпадает в нирвану. Вспыхивает кнопочка: «Выход». Локация зачищена.

«За победу» выпиваем ещё по полтора, затем, Иджи начинает собираться.

* * *

Настроение с утра, конечно, ещё то, но заначенное в холодильнике исправляет положение. Закусываю холодным мясом, и «ныряю». Принимаю накопившуюся делегацию, и, даю последние указания старосте.

Закладываю библиотеку. Печатники работают в три смены, книги разлетаются, как горячие пирожки. Деньги текут в казну полновесной рекой. Новая серия «Прогресс» приносит баснословный доход. Соседям выгода - читают, и технически просвещаются. И мне - не производить же самому всё на свете. Проще сосредоточиться на главных направлениях. Все знания, понятно, не выдаю. Технологический «зазор» лет в сто-двести должен быть.

Кстати - весь центр деревни у меня уже каменный. Да и не деревня это уже - посёлок. Ещё чуть, и будет городок. Сюда я селю людей мастеровых, а крестьян переселяю в две деревеньки. Не мудрствуя лукаво, обзываю их Кордоновкой и Долиновкой. Центральный населённый пункт - Тенёвка, но, с получением очередного статуса, наверное, переименую. В Небесный.

В Кордоновке строится ткацкий цех, в Долиновке, расположенной сразу возле трёх шахт - сталеплавильный. Возле шахт достраиваются временные шахтёрские поселения. Достроены. Одновременно Тенёвка получает статус городка, и, новое название - Небесный. На карте всё увеличивается радиус обзора. Соседа с уникальными лошадками, однако, пока не видать.

В центре городка строю конку - прообраз трамвая. Меж тем, одна из шахт, следуя за пластом, идёт определённо, к Небесному. Рождается шальная идея насчёт подземной железной дороги. Обдумываю. В процессе обдумывания получаю сообщение.

Новый сосед. Тот самый. Предлагает лошадей. Дёшево. Табун. Связываюсь с заказчиком, по символической цене продаю две пары. Всё. Мой квест здесь закончен. Оглядываю городок, улыбаюсь. Я ещё вернусь. Даю старосте указания по перспективному развитию и исчезаю в реал.

Глава 8

Не успеваю сделать первый подход на бицепс, в наушнике сигнал. Заказчик, блин.

Заказчик оказывается немолодым венгром, по-английски разговаривает через пень-колоду, по-русски не разговаривает принципиально.

– Чё хочешь? Вот ду ю нид?

– Э даг.

Собачку. Опять. Рассматриваю собачкину подлую физию. Впервые эта собачка появилась в первом или втором Кваке. Обожала нападать сзади и прятаться в подвалах. Вооружение - лазер на загривке, и циркулярка во лбу. Приятное создание.

– Нафига она тебе? Вай ду ю вонт ту хэв зис бист?

Выслушиваю ответ. В онлайновой Кваке можно замки строить? А строгги об этом что думают? А, понял. А собака зачем? Для боёв? Логично.

– Вен? Когда?

Послезавтра. Отлично.

– О кей. Дил.

Клиент уходит. В одиночестве, однако, не остаюсь - распахивается входная дверь, и, буквально врывается молодая взбешенная блондинка. Без слов садится на кресло для посетителей и начинает игру в гляделки. Я ещё под впечатлением венгра, поэтому «на автомате» интересуюсь:

– Вот’с ап, леди?

– Не притворяйтесь! Вы прекрасно говорите по-русски! Или Вы начинаете сотрудничать или я Вас выведу на чистую воду!

Не вижу смысла не пойти навстречу.

– Чёзанах, сестричка?

– Я тебе не сестричка! Я член общества защиты животных! Виртуальных животных!

Вот сцуко венгр. Ещё и «хвост» притащил.

– Я давно за Вами наблюдаю! Если Вы не будете сотрудничать, я всем расскажу, кто Вы!

– И кто я?

– Не притворяйтесь! Вы лживый двуличный сукин сын! Вы приняли в эльфостанском конфликте сразу две стороны! И получили за это деньги! Я видела репортажи! Тилаэль моя подруга! Вы заморочили голову этой наивной дурочке, но со мной этот номер не пройдёт!

А говорит по-русски, между прочим, почти без акцента. Подруга Тилаэль.

– Прибалтийка?

– Откуда Вы узнали? Не имеет значения! Я здесь, чтобы исполнить свою миссию!

Прельстился я бесплатным офисом, блин. Ну кто же знал? Защиты здесь - ноль. Теперь эта блондинко наверняка знает обо мне очень многое. Серьёзных неприятностей не ожидаю, но нервы помотать…

– А чего, собственно, надо?

– Я Линда. Я пишу репортаж о нарушении прав виртуальных животных.

– А я Охотник. Я эти виртуальные права нарушаю. По делу говори, сестричка.

Вспыхивает как порох.

– Вот потому что Вы! Вот из-за таких как Вы! И вовсе они не виртуальные! И если Вы откажетесь со мной работать, я передам материалы! В Комиссию! Вас лишат всех прав!

Вот уж интересно, каких прав меня можно лишить в принципиально анонимном Вирте. Хотя, этот аккаунт терять не хочется. Он достаточно раскручен, и кое-какие контракты на него уже завязаны.

– В общем, так, Охотник. Я иду с Вами. Вы добываете бедную собачку, а с венгром я говорю сама. И если Вы не согласны!

Отчего же.

– Согласен.

Подозрительный взгляд.

– И чтобы никаких фокусов!

– О кей. Никаких фокусов, сестричка.

– Я тебе не сестричка! Я не дурочка из подворотни! Ты мне мозги не заморочишь!

Была бы охота. Блин, навязалась ты на мою голову. Выпроваживаю истеричную защитницу виртуальных прав животных и начинаю думать.

В Диптауне вечер. Сажусь на монорельс. Психорекламный блок определяет моё состояние, и, тут же начинает обработку:

– Вы нервничаете? Взволнованы? Принимайте «Ниипёт». «Ниипёт» - сертифицированное успокоительное средство. «Ниипёт» - нет повода для беспокойства. «Ниипёт». На службе оптимизма.

Плата за бесплатность. Выхожу на «Квак-Сити», с ближайшего таксофона связываюсь с венгром. Объясняю ситуацию. И предлагаю решение. Венгр на все условия соглашается. Замечательно. Собачку я ему доставлю сегодня. А послезавтра… А послезавтра разыграем маленький спектакль.

Вход. Получаю табельный пистолет с неограниченным боезапасом. Предохранитель вверх - одиночный огонь, ниже - накапливание заряда, ниже - парализатор, ниже - сигнальный пистолет. Последние две функции используются реже.

Вхожу в портал - такой же, как в «Думе». А чего такого? Движки-то одинаковые. Надо мной тёмное инопланетное небо. На горизонте полуразрушенный комплекс, справа и слева горят образцы инопланетной и земной техники. Иду к комплексу. В нужном месте забираю из башни гигантского танка небольшой десантный автомат, и два рожка патронов. В сбитом десантном модуле лежит пара гранат. А где десантник? Вот. Красиво не дополз пару метров до горящего медицинского БТРа. Забираю у десантника пистолет, кладу в рюкзак. В БТРе нахожу аптечку.

А вот и первая встреча. Из развалин с жутким воем выбегает двуногий монстр. От неожиданности сначала стреляю, потом думаю. Подхожу к трупу, пинком переворачиваю. Так и знал. «Если нет у вас коня…». Прости, Вася.

Следующих расстреливаю экономными хэдшотами. Пока сильных монстров нет, патроны невредно и поберечь. А вот и они… Двое. Один - крепкий человекообразный строгг. Вместо правой руки - пулемёт. Крутит головой на толстой шее. Сейчас заметит! Заметил. Срезаю автоматной очередью, переношу огонь на второго. Второй - более мелкий, тоже человекообразный. С таким же, как и у меня, пистолетом. Уклоняюсь, влепляю одиночный в корпус. Хватает.

Вхожу в комплекс. Стараясь избегать других игроков, и, собирая аптечки, оружие и боеприпасы, планомерно продвигаюсь к заветному подвальчику. Там неподалёку, если проплыть под водой, можно обнаружить вход в секретную локацию. Но сегодня мне туда не надо. Перед тем, как подойти к дверям, прислушиваюсь. Вроде бы заветного «цок-цок» не слышно.

Заскакиваю в помещение, сразу бросаю гранату, стрейфлюсь, избегая очереди из пулемёта, автоматной очередью сношу пулемётчику голову, выцеливаю следующего, бью в упор из дробовика, опять переключаюсь на автомат, а с лестницы уже слышно «клац-клац» затвора. Кидаю гранату, удачно. Проверяю результат, и, с опаской, бочком, двигаю к подвальчику. Оба пистолета в руках, режим - парализация.

Собачка выскакивает, как всегда, внезапно. Стоит, и смотрит на меня своими бесстыжими глазами. Ждёт, что я подойду поближе. И тогда… Я и правда подойду - деваться мне некуда. Начинаю продвигаться. При этом уговариваю пёсика:

– Хорошая собачка! Убери, спрячь лазер.

Ещё шажок.

– Убери, говорю, а то хуже будет. Ай!

Не сильный, но болезненный ожог. Ах ты ж сволочь! Бросаюсь, паля из обоих парализаторов. Зацепил! Ну я тебе…

Проблема в том, что парализатор перезаряжается за десять секунд, а собачка очухивается через семь. Два парализатора эту проблему решают. Но.

– Понимаешь, собачка…

Всовываю пистолет ей в пасть. Крепко приматываю скотчем. Фиксатор вдавлен, теперь, пистолет в автоматическом режиме будет генерировать парализующий заряд каждые десять секунд.

– Я же тебя предупреждал. В конце концов, я ведь не виноват, что у тебя такая маленькая пасть? Ничего, потерпишь… Не дёргайся, ты под парализацией!

С другой стороны скотча уходит побольше. Наконец, связываю животине лапы, и, подняв, пристраиваю «пленную» на плечи. Даю условленный сигнал. Сейчас откроется индивидуалный портал. Стараюсь не смотреть в полные укора собачьи глаза.

– Вот видишь? А я ведь говорил, что будет хуже!

Шагаю в портал. Венгр сразу кидается осматривать - не словила ли животина дробь, пулю, или, не дай Бог, заряд из бластера. Лишь потом жмёт мне руку, и, осуществляет платёж. Договариваемся на послезавтра, в процессе обсуждений неожиданно замечаю, что уже минут пять общаюсь с любителем догфайтинга по-русски. Чтобы не смущать человека, держу открытие при себе.

Янешу (так зовут венгра) тоже не с руки, если поднимется шум. Поэтому, детали послезавтрашнего обмана обговариваем тщательно. Договорившись, прощаемся. Выхожу в реал, и, не сразу соображаю, что забыл объяснить заказчику принцип парализации. Ладно, не маленький. Разберётся.

В реале уже поздний вечер, успеваю «прокачать» бицепс и поужинать. Валюсь спать. Будит звонок.

– Привет, ты дома?

Сержант? Смотрю на часы. 6:35. Я ещё не проснулся.

– Ага.

– На сегодня планы есть?

– Нет.

– Приходи на место предыдущей встречи. В восемь.

Быстро одеваюсь, бегу на остановку Народу в вагоне немного - суббота. На стене красочный плакат: «Скажи стрессу «Ниипёт»!» К зданию РПЦ подхожу медленно и осторожно, но, видимо здесь я уже «свой». Прохожу к той же незаметной двери.

– Привет, Сержант! Опять в командировке?

– Здорово! С Линдой поцапался?

Опа!

– А откуда…

– Я так думаю, аккаунт тебе этот всё равно сменить придётся. Есть серьёзная работа. Не волнуйся, всё окупится.

В последнем не сомневаюсь. Судя по прошлой оплате.

– Работа будет посложнее. Но, до неё ещё надо дойти.

– В смысле?

– Для начала тебе придётся внедриться в одну интересную организацию. Не волнуйся, сильно стараться не придётся. Там к тебе, если честно, давно уже присматриваются.

– А что за организация?

– «Тени». Туда берут удачливых киллеров, охотников, воров. Всё, разумеется, с приставкой «кибер-».

– Я там кого-то знаю?

– Чтобы тебя принять, потребуется две рекомендации. Одну дам я, вторую - Селдес.

– Сам?

– Ага. Я там буду под ником «Сержант», он - под своим. Тебе ник сделаем, мм… «Охотник». Годится?

– А на кого я там буду охотиться?

– На кого заказ будет. Не волнуйся, ты справишься. Уровень обычного охотника ты уже давно перерос. Кроме того, работа на такую организацию, как «Тени» даёт некоторые преимущества. В каждой из больших МПИ у нас есть свои небольшие склады нелегальных программ. Ты согласен?

– Звучит заманчиво. А что за работа от РПЦ?

– Судя по полученной агентурной информации, Тёмные Силы постараются в скором времени кого-то в «Тенях» завербовать. Кого именно, мы не знаем, так что не расслабляйся - это можешь быть и ты. Хотя, вероятность этого, конечно, невелика.

– И как я узнаю?

– У тебя особое зрение. Не забыл?

– Благодаря вашим линзам!

– Линзы не причём. Они выступили лишь как инициаторы. Тебе же Андрон объяснял!

Чешу затылок.

– Точно. Забыл.

– Да, насчёт завтрашней прогулки с Линдой…

Сержант улыбается.

– Кое-чем поможем.

– ?

– Ты для нас свой человек. А мы своих не бросаем.

Он вполне серьёзен.

* * *

Встречаемся. Я один, их несколько. Три корреспондента во главе с Линдой, и, отряд наёмников для защиты - человек шестнадцать. На наёмников, правда, не очень похожи, скорее, внештатники какие-нибудь. Тем лучше.

Производим кооперативный вход. Я чуть-чуть задерживаюсь - покупаю виртуальную камеру. Стоит дёшево, зато даёт возможность похвастаться прохождением. Мне хвастаться ни к чему, но - сегодня может пригодиться. Предчувствие такое.

И оно не подводит. Только вываливаемся на скалистую равнину, к нам, сверкая голливудской улыбкой из тридцати двух никогда не чищеных зубов, бежит Вася. Только он какой-то странный. Бумажка «Если нет у вас…» прилеплена спереди, да и вообще.

– Не стрелять!

Это Линда. Она поправляет локон, протягивает руку в сторону зомби, и, явно готова выдать одну из своих лекций по правам:

– По своему развитию зомби относятся к животным, и охраняются Виртуальным Законодательством, принятым во всех цивилизованных странах, к тому же этот экземпляр является учебным, и совершенно не представляет… твою мать!

Такого визга не слышал уже очень давно. Линда с обалделым видом смотрит на прокушенную кисть. Болевое воздействие, я думаю, в рамках допустимого, но девочке и этого явно выше крыши.

Псевдовася кусает ещё одного оператора, и, набрасывается на кучку охраны. Охрана, подчиняясь приказу, рассыпается, не сделав ни одного выстрела. Зомби промахивается, и разворачивается для нового захода. Перед ним одиннадцать целей с оружием, две с оружием и камерами (моя встроена в шлем), и Линда.

Сделав очевидный выбор, зомбя, с кривой ухмылкой идёт есть Линду. Той требуется около пяти секунд, чтобы проглотить слова о международном братстве зомби, и, совершенно чётко, скомандовать:

– Огонь, мазафакеры!

Двенадцать выстрелов слились в один. Ого! Держу пари, что газетчики, втихую от редакторши небезгрешны, и, довольно-таки часто упражняются в стрельбе. Я же, поскольку к мазафакерам себя не отношу, просто продолжаю снимать. Ещё плюс моей камере - её не заметно. Минусы - более низкое, чем у профессионалов разрешение.

Следующего зомби - зуб даю, что это настоящий Вася, группа снимает по команде Линды:

– Бей!

Я мысленно аплодирую. И продолжаю снимать расстрел зомби. За пять минут нам их попадается штук десять. Я сначала недоумеваю по поводу их нереально высокого количества, потом вспоминаю неясные обещания Сержанта и успокаиваюсь.

Меж тем, никто не догадывается предложить шефине аптечку, и, она ходит с кривой ухмылкой и поднятой вверх окровавленной ладонью. При каждой команде «Огонь!» это рука рефлекторно дёргается ещё выше. Я приловчился: с определённого радиуса это выглядит точь-в-точь, как партийное приветствие имени Адольфа Алоизыча. Супер: «Огонь!», кривая ухмылка, и кровавый «хайль» десять раз подряд.

А потом вылетают собачки. Сразу пять. И становится очень весело. Я, под шумок, взбираюсь на ржавый остов гигатанка, и, продолжаю съёмку. Линда уже взяла себя в руки, и, чётко и по-военному быстро, организовывает отстрел несчастных виртуальных тварей, команда с азартными криками (многие из которых им впоследствии дорого обойдутся) исполняет. В принципе, мне уже хватит. Дожидаюсь окончания расстрела, подхожу к разгорячённой Линде.

* * *

– Отдайте запись!

Улыбаюсь.

– Вам никто не поверит!

Слабый аргумент. Не снисхожу до того, чтобы возражать. Копия записи хранится в архивах игры, и, могла бы служить доказательством даже для суда. Линда тоже понимает, что сморозила чушь.

– Я оставлю в покое Ваш аккаунт.

Конечно, оставишь.

– И поговорю на Ваш счёт с Ингеборге. С Тилаэль.

Вот как. Ну уж…

– Свои дела, сударыня, я вполне в состоянии обустраивать сам. А запись пусть полежит. На всякий случай.

Делаю небрежный жест в сторону двери.

– Аудиенция окончена!

Вот интересно, на что я ещё мог её «раскрутить»?

* * *

Зал Теней поражает воображение. Выполнен в тёмном, довольно уютном стиле. Напоминает смесь древнегреческого храма и российского подвального хакерского «качкового» клуба.

Лиц собравшихся я не вижу, как и они моего. Ещё одна причуда - проще было бы загородиться аватарами. Выслушиваю краткую, но торжественную речь, даю столь же краткую клятву мочить и отстреливаться, и я принят. Получаю список необходимых паролей и явок в разных играх, и, свою персональную зону ответственности. Похоже, она составлена по результатам серьёзных наблюдений.

«Истребитель», «КР», «Охотник», «Свитки», «Сталкер», «У.Ф.О», «Цивилизатор»… «Охотник»?! Врубаюсь в шутку юмора.

Из всего списка, «Охотник» - единственная МПИ, в которую я не играл. Что ж, придётся ознакомиться с этим детищем немецких игроделов. Назвался груздем…

– Вот первое задание.

Читаю: «Добраться…, защитить…, организовать…, помочь игроку…». Не очень пока понимаю, о чём речь…

– Принимаю.

Главное ввязаться. Смотрю срок: сегодня, сейчас. Откланиваюсь.

* * *

Пейзаж завораживает сразу и бесповоротно. Одно из двух - либо немецкие игроделы не все на самом деле немцы, либо…

Метёт метель. Я подвигаюсь по пояс в снегу. Занятие это, в реале чрезвычайно выматывающее, здесь даётся без особых усилий. Я такой, или мир? Гляжу, как перпендикулярным мне курсом высунув язык, тяжело прыгает здоровенная собака. Нет, это я такой. Рядом темнеет лес. Он как будто взят целиком из нехоженой и неезженой сибирской тайги лет за тысячу так до пришествия туда человека.

Оп! Ощущаю жёсткий удар по шапке. Меня сбивают с ног. Явно разбит затылок, шапка сразу же промокает. Что за? Переворачиваюсь, и, сталкиваюсь нос к носу с давешней собачкой. Довольно крупной, надо признать…

Волк! Причём, очень странный. Успев подумать о том, что Васи здесь явно не предусмотрены, с размаху бью тяжёлым кулаком по лобастой голове. Хватаюсь за шею, и, резко дёрнув, сворачиваю оборотню шею. После смерти он превращается в тощего немытого мужика. Одежда - выбросить не жалко, а вот амулетик с шеи дай сюда. Цацка, сразу видно, не простая.

Думаю, как воспользоваться, затем вспоминаю, что я - местная разновидность конана-варвара. Что значит - широк плечами, а не умом. К магии не расположен, зато и практически не подвержен. Сую амулет в карман. Не продам, так выброшу. Однако, темнеет. Кто не был зимой в сибирской тайге…

Замечаю огонёк, правлю стопы. Деревня. Мрачные, чёрные дома. Крайний выглядит поопрятней. Захожу, оббив снег с сапог. Корчма. Или таверна. Кабак, одним словом. За столами хмуро хлебают малоаппетитное варево хмурые неразговорчивые мужчины.

Сажусь за крайний столик, хозяйка - худая высокая женщина с длинным острым носом - без слов приносит тарелку чего-то, похожего на суп. Про оплату не спрашивает, а я тоже молчу. Надо будет - отплачу. Тем, что не разнесу здесь всё вдребезги и пополам. Не нравится мне что-то. Запах от супа, между тем, чудесный. Пахнет луком, укропом, петрушкой. И ещё какими-то травами… Замечаю блеск - хозяйка, уловив мой взгляд, пытается прикрыть… такой же медальон, как у того оборотня! В кабаке повисает нехорошая тишина. Разношерстная публика оставляет ложки, и, медленно поворачивается ко мне. Хозяйка открывает широкий, с длинными острыми клыками рот:

– Ешь.

Вгоняю деревянную ложку черенком в глаз ближайшему, подхватываюсь, переворачиваю стол, оружием не обзавёлся, дубовая лавка, тяжеловата, крушу руки, грудные клетки и черепа, вокруг стоит запах крови и разлитого супа, перед выходом не поел, перехватываюсь поудобнее, перехожу в наступление, от меня бегут, я тесню, выпрыгивают в окно, нигде не вижу хозяйку, добиваю последних, и тут открывается дверь.

Толпа угрюмых мужиков с факелами и дубовыми кольями. Без слов расходятся по трактиру, добивая кольями всё, что ещё пытается ползать. Без сил сажусь за стол. Тяжёлые они, эти дубовые лавки. Ко мне подходят, вываливают на стол какие-то монеты, серебряные безделушки, амулеты. Поднимаю взор. Ага, это типа моя добыча. Смахиваю в мешок. Не уходят. Чего вам ещё?

– У нас маг пропал.

– Пошёл на перевал. Проверить.

– Караваны перестали приходить.

– Вот он и…

– А тут эти пришли.

– А как мы без мага?

– Если б не ты…

Поднимаю руку. Гвалт смолкает. Требую:

– Карту!

Вот и перевал. По карте, вроде, недалеко. Вспоминаю, что я варвар, а значит, ночное зрение должно быть ещё то. Хлопаю по плечу местного главного, невесть как затесавшаяся в толпу суровых мужчин белобрысая девчушка желает мне непременно вернуться. Звучит довольно зазывно и намекающе. Вспоминаю, какой у игры рейтинг. А что, очень может быть! Доплата к награде. При возвращении.

Выхожу в ночь. Оружия не беру по причине его отсутствия. Ничего, я сам по себе - оружие. Видно в самом деле неплохо, даже сквозь метель. Полчаса бреду по сугробам. Реализм, блин.

А вот и перевал. И огонёк горит. Даже два. Четыре, восемь, шестнадцать… Волки набрасываются стаей, сразу со всех сторон, руками бить неудобно, надо было хоть лавку, да, с лавкой бы щас развернулся, хватаю одного серого, с размаху пихаю ему руку в пасть, в пищевод, дальше, в желудок, по локоть, волк хрипит, защищаюсь этой импровизированной перчаткой от укусов, ногами пинаю по головам, хрустят волчьи кости, приноравливаюсь к такой манере боя, и тут стая кончается. Все семь оборотней лежат вокруг, постепенно меняя очертания. А где восьмой? Спохватываюсь, стряхиваю с руки. Ну и слюнявый же ты, то есть, слюнявая… Узнаю хозяйку. Разминаю кисть. Что, довыделывалась? Получила свой глубокий фистинг? Вытираюсь снегом.

Мага нахожу десятью шагами дальше прибитым к берёзе. Однако, и живуч же ты! Чего шепчешь? Сумку тебе? Эту? Поднимаю серую котомку и подаю знатоку неведомого. А жестокая, однако, игрушка. Надо взять на заметку. В наш век перманентного отупления и тотального разгула политкорректности - редкая вещь. Респект немцам.

Маг тем временем с хрустом снимается с гвоздей. Силён! Раны на глазах затягиваются, делает последние пассы, и, оборачивается ко мне.

– Спасибо, доблестный варвар! Ты одолел зверюк голыми руками, неслыханная доблесть!

Ковыряю носком сапога снег. Ну, что скажешь. Что есть, то есть.

– Правда, если бы пошарил по трактиру, нашёл бы полный доспех и приличный меч. Агнесса заначила. - Кивает на жертву орального фистинга.

Чувствую, что краснею. Не нашли мужики, или заныкали? Ну, вернусь…

– Не знаю, правда, зачем. Всё равно в волчьем облике охотятся и бьются. Ну да ладно. За то, что ты…

Зевая, пропускаю торжественную часть. А вот сейчас…

– Позволь сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Я дарю тебе этот индивидуальный торговый мини-портал. В любое время и в любом месте ты можешь открыть его и переправить собранные с трупов врагов, или найденные в пути вещи. Я со своей стороны, произведу полный расчёт по курсу, а также могу продать своих фирменных заживляющих зелий, которые…

Да. Как мне не хватало такого портала в…, да в большинстве игр, если честно. И не читерство это. Просто не надо каждые пять минут возвращаться, чтобы обегать кузнецов, лекарей, и прочих. Удобно.

– На какое слово повесить портал?

– «Торговля». Закрыть - «хватит».

В течение ближайшего часа суровые местные мужики во главе с излечившимся магом ставят на перевале кордон. Я получаю очередное задание: найти амулет, позволяющий стопроцентно защитить маленькую долину от вторжения нечисти. Нет, ну совсем обнаглели! Для порядка ворчу. Доспех мне, тем не менее, кое-какой приносят - и, впервые в этой игре у меня есть оружие - меч. Цепляю за спину.

Не успеваю отойти сотни метров, как на меня набрасывается мелкий медведь-оборотень. Валю ударом кулака, в сугробе рядом с телом нахожу искомую побрякушку. Вроде, мой квест выполнен. Сейчас сюда, в расчищенную моими усилиями локацию придёт - кто? Вряд ли я это узнаю. Отдаю амулет угрюмым бородатым мужикам и испаряюсь.

Меня встречают сдержанными аплодисментами.

– Молодец! Отлично выполненная работа!

Пауза.

– Но список чит-кодов в следующий раз всё-таки возьми.

Гады.

* * *

– Там орудует злой хакер. Он, между прочим, плохо отзывался о «Тенях». Иди и урой его!

Июль, верхушка лета. Поздние сумерки. Локация, отстоящая на несколько тысяч вёрст от предыдущей. Обхожу городишко из десяти домов по окружности, нереально вкусно пахнут ночные цветы. Я занят, фиксирую следы. Вот здесь он был вчера, и ещё здесь. Границы не переходил, как же он в городок-то попадает?

Ничего не придумав, возвращаюсь в гостиницу. И тут на меня падает шкаф. Отбиваю предплечьем.

– Мать-мать-мать! - Разносит гулкое эхо.

Из темноты на меня надвигается чёрная фигура даже поквадратней моей. Ну и пусть надвигается. У меня есть:

– Читкоде айнс, пароле фирцейн нойнцейн.

Активирую читы. У хакера, впрочем, свои. Мне в голову летит тяжёлый немецкий паровой утюг килограмм под пять весом. Больно-то как! Ну, не я это начал…

– Фойер!

Длинный, метров на десять, язык пламени вырывается у меня изо рта. Эффектно, слов нет! Прожигает стол и кресло, делает дыру в стене, и, где-то там благополучно исчезает. Недруг осматривает хайр. В длинном красивом «ирокезе» теперь аккуратный дымящийся пробор.

– Шайзе!

В меня летят полные и пустые бутылки, самая пузатая разбивается об лоб. Красное терпкое вино течёт, заливая глаза. Ну, я тебе сейчас покажу День Десантника!

– Фойер! Фойер! Фойер!

Компенсирую массированностью малоприцельность. Через дыры в стенах на нас глядят испуганные люди. У кого-то слегка дымится одежда. Решаю сменить тактику.

– МаПи фирцихь!

Материализую машиненган. Напуганный «рейметаллом», супротивник решает расширить театр военных действий. Красивой «рыбкой» он вылетает в окно. Точнее, пытается, поскольку я успеваю подставить ногу. На улицу он, правда, всё-таки попадает. Разглядываю свежевыломанную дыру, затем тоже пытаюсь выброситься в окно, и, тоже не попадаю.

Кувыркаюсь, группируюсь, ушибаюсь. Поднимаю МП-40, и, инициировав бесконечный боезапас, начинаю поливать хакера свинцом. Пламенеет закат, лёгкий ветерок щекочет кожу, гадский автомат моментально раскаляется, и, начинает жечь руки. Противник грамотно «качает маятник», что при данной плотности огня, вообще-то, не очень реально. Делаю в уме «минус» авторам игры, дематериализую вражескую «машинку», и, грамотно поставленным файерболом разношу ближайший дом.

Врага погребает под обломками. Некоторое время любуюсь, затем, вспоминаю побоище в Эльфостане, и решаюсь:

– Вассерштоффбомбе хундерт мегатонн!

Сбылась, Никита Сергеич, твоя мечта. А, ладно. Радиоактивные оборотни злее будут.

* * *

Вопреки опасением, ядерная бомбардировка была воспринята Тенью спокойно. Только Сержант укоризненно покрутил пальцем у виска, постучал костяшками пальцев по лбу, но особого неудовольствия не выразил. Только интеллигентно спросил:

– Тактический заряд там никак нельзя было применить? Обязательно пол-континента сносить к хакеровой бабушке?

Крыть мне было нечем, поэтому я просто пожал плечами, и сослался на характер. Мол, страсть как поджигать и взрывать люблю, а тут такой случай. Судя по лёгкой тревоге в глазах Игоря, он уже успел усомниться в правильности своего выбора. Однако, деньги заплатил, и, даже предложил следующую работу.

* * *

Работа была необычной. Требовалось культурно «уничтожить» одного нежелательного автора. Сайт назывался «Стена автора». Вход был оформлен в виде раскрытой книги. Раз - и я на страницах.

– Клянётесь ли проявлять должное уважение к публикующимся на ресурсе авторам?

– Канешна!

В снежно-белых чертогах тишина и покой. На стенах картины. Я не большой знаток абстракций, поэтому, проходя мимо очередного шедевра, на всякий случай придаю лицу культурное выражение. К четвёртой или пятой у меня сводит лицевые мышцы.

Слегка приоткрыв дверь, заглядываю в одно из помещений, где по агентурным данным может скрываться загадочный «мистер икс».

– И я не в праве! И ты не вправе! Никто не в праве!

– Но я же ничего…

– Нет преступления хуже, чем ксенофобия!

Какие-то разборки. Кажется, не сюда. Заглядываю в следующую дверь.

– Нетерпеливыми руками он содрал с неё панцирь…

Тоже вряд ли.

– Как? Как ты мог поступить так со мной в мой день рождения?

А вот это очень может быть.

– Зачем же шёл сюда как пень, и нафига ломился, прикинь, ведь в этот самый день когда-то я родился!

Тихонько захожу. На трибуне высокий худой поэт в белоснежной тоге и золотом лавровом венке, по бумажке зачитывает:

– И жрать меня тебе не лень, ах, чтоб ты обломился, за что мне эта пофигень, сегодня ж я родился!

Ясно. Это наш талант. Однако, жжот! Потихоньку оглядываю остальных. У многих тоже венки - но попроще, из серебра, и, судя по тусклости сияния, из бронзы. Талант меж тем срывает заслуженные овации, и, принимается за следующее:

– Облако гари, сжигает всю землю, летя, как на крыльях, ползёт по домам!

Да как же мне справиться с этим талантливым поэтом? Опозорюсь, ох, опозорюсь…

– Пугает этот смог детей, от страха поседели, лишь только слышен страшный ржавый скрип от карусели!

Напрасно пытаюсь что-то придумать. Ясно, в открытой схватке у меня нет шансов, сомнёт.

Поэт тем временем награждается оглушительными аплодисментами! Под крики «браво!» неторопливо уходит со сцены. Нет, не уходит! Задняя часть сцены изображает собой покрытую золотыми звёздами белоснежную, уходящую вширь и ввысь стену. По-видимому, это и есть знаменитая Стена Почёта. К ней он и идёт. По-видимому, за очередной наградой.

И тут я, от отчаяния, решаюсь. Включаю читы, и, меняю коэффициент сцепления сандалий поэта со сценой. Заодно, уменьшаю его индивидуальный болевой порог. Сопровождаемый недоумевающими взглядами, поэт, прокатившись несколько метров, убивает себя об стену.

Мне стыдно. Как мне стыдно! Выхожу в реал. Гляжу в зеркало. У меня глаза Дантеса.

Глава 9

– Итак, ты не согласен на мои - поигрывание золотой ручкой - требования?

– Нет.

Бомбардировщики «Суперстелс» уничтожают мои аэродромы. Антигравитационные танки «Утюг» взламывают хилую оборону, в образовавшиеся проломы входит мотопехота на «Мардерах» и «Бредли». «Апачи» проникают вглубь, захватывая ценное, ломая хрупкое и уничтожая малозащищённое. Отряды диверсантов хозяйничают тут и там, приватизируя всё, что не прибито гвоздями.

Первый Ударный Флот, почти не встречая сопротивления, бомбит мой единственный порт и высаживает десант. Громады авианосцев превышают по высоте большинство домов и портовых сооружений, на фоне Музея Военно-Морской Славы развевается чужой флаг. Всё.

– В основном мои цели уже достигнуты. Твоя капитуляция - вопрос нескольких дней. Ты по-прежнему не хочешь сдаться?

– Нет.

Внимательный взгляд из-под очков.

– Но почему?

– Ты слышал о супербомбе?

– Легенда. Вздор. Не верю.

– И не надо.

Лёгкий поворот рукояти.

– Вся проблема в её размерах. Её не может поднять ни один бомбардировщик. Она больше любого корабля. Она стационарна.

– А я…

– А ты пожадничал. Ввёл все войска сразу. На очень небольшой участок.

– Каков радиус поражения? Оу, шит…

Тяжёлые авианесущие крейсера топят то, что осталось от иноземного флота. Варёные офицеры и адмиралы вяло сдаются в плен. Отмобилизованная армия выходит из Тёмной Пустоши, без проблем захватывая вражьи города. Туда же подтягивается укрытое в Последней Долине население, занимая квартиры и роскошные загородные дома.

Взрываю башни-близнецы в Нью-Йорке. Здесь будет Кремль.

* * *

– Кажется, это задание вполне соответствовало твоему характеру?

Мне показалось, или Сержант поглядывает на меня с некоторой опаской?

– Ага. Ну, тип того. Повзрывал маленько.

– Повзрывал… Держи, чудовище!

Виртуальные деньги приятно греют карман. Люблю тебя, «Цивилизация»!

* * *

– Вот что! - Сержант необычно серьёзен.

– Вижу, пообжился на «Тенях», пообвыкся, скука тебя гложет. Это нормально. Пора уже тебя в настоящие проблемы посвящать. Скажи, как ты думаешь, почему Виртуальность для нас так важна?

– Ну, тут всё как бы понарошку. И народ поэтому без тормозов. - Ляпаю я наугад, и, кажется, попадаю.

– Именно! Если к тебе в реальности подойдёт закапанный серой мужик с рогами, и попросит совершить, хм…, нечто, не совсем с твоим моральным кодексом совместимое?

– Пошлю…

– А то и отведёшь, знаю я тебя.

– ?

– А в Вирте? Сколько людей прелюбодействуют, лжесвидетельствуют, я уж не говорю про более тяжкие грехи. А представь, наказал Господь человека за какой-то грех, а тот пообещал исправиться. А потом, в Вирте, тот же грех и совершил.

– Так понарошку!

– Грех в мыслях - тоже грех. Потом, сколько людей берёт себе неоднозначные ники, типа «аццкова сотоны»? Что с ними делать?

– Моч…, не знаю… Банить, наверное.

– Спасать! Ну, и банить тоже. А сколько персонажей себе выбирают - вампиров, тёмных эльфов, некромантов разных?

– Это так опасно?

– Договор, где бы он ни был заключён - всегда договор! И погубив по глупости и незнанию свою душу, ты становишься опасен для душ окружающих тебя.

– Ну, прямые договора, я думаю, редко кто заключает.

– Это ты так думаешь! А читая заклинание на «древнеэльфийском» или «гномском», ты многое в их смысле понимаешь? Поверь мне, это очень скользкий путь. Чтоб ты знал, в Небесной Канцелярии, такие договора ОЧЕНЬ трудно опротестовывать. Образно говоря, разумеется. Слава Богу, хоть кровь…

– Что?

– Закон о Предельно Допустимом Воздействии. Допустим, ты соглашаешься заключить некий договор, для которого требуется кровь, и, который без этого недействителен. Ты чувствуешь себя в безопасности - ты же в Вирте - и тут в тебя попадает осколок. Ты в шоке, подпрыгивает давление, из носа начинает идти кровь. А в твоей квартире уже материализовался некто неприятный, и, подставляет под её капли некий свиток с текстом.

– Фигасебе…

– Мы отслеживаем случаи проникновения, но, можем просто не успеть. Понятно?

– Понятно. Какое моё задание?

– Всё довольно просто…

* * *

Однако погружение началось с сюрприза. Вместо того чтобы выйти на одной из локаций «Лабиринта», я очутился на мосту. Мост как мост, сталь и бетон, вот только длина - не бывает такой. От горизонта до горизонта. Дальний край теряется в тумане, а ближний…

– Не спеши.

Как я его не заметил? Облокотился о перила и смотрит вдаль. В зубах папироска - не табак. Ой, не табак! Однако, речь связная.

– Задаёшь себе вопрос, где ты? Это правильный вопрос.

Выдыхает клуб абсолютно белого дыма. Дым смешивается с таким же стерильно-снежным туманом. Только сейчас я замечаю, что не вижу ни реки, ни моря. Мост вырастает из тумана. Туман клубится, образуя неясные образы. Однако, какого…?

– Ты которую жизнь живёшь?

Вопрос сбивает с толку. Отвечаю с уверенностью, которую на самом деле не ощущаю.

– Первую.

– Ты вот про это, что вам транслируют?

Передо мной с безумной скоростью мелькают отрывки - детство, день рождения, Новый Год, первый велосипед, последний звонок…

– Не парься. Мордва.

Протягивает руку.

– Что? Какая…?

Делает ударение, подчёркивая заглавные буквы.

– Мор. Два.

Нахожу силы сострить:

– Не три?

Смотрит с уважением.

– Три - это когда Мороз.

Поправляет индейские перья в причёске - зуб на вылет - только что их не было!

– Эх, молодо-зелено… Ладно, встретишь Хронавта - привет передавай.

– Хро…?

Прикусываю язык. В подошвы больно бьёт бетон, на мне стандартный пехотный комбез, в руке пистолет, а вокруг - «Лабиринт». Удерживаю равновесие. Что это было-то?

Думать, впрочем, особо некогда. Первых двух монстров я расстреливаю красивыми хэдшотами, третий в это время расстреливает меня. Кручусь ужом, пытаюсь прокачать маятник, наконец, пистолет накапливает заряд. Выстрел! Пока враг с тупым любопытством рассматривает собственную кровь, подбегаю, и бью с размаха рукояткой по затылку. Что характерно, убиваю.

Невдалеке вижу пещеру. Осторожно обследую - дробовик, патроны и две аптечки. Недурно!

На адреналине прохожу уровень. Читами не пользуюсь. У выхода валю огромного слоноподобного монстра. Монстр съедает две ракеты, и давится третьей. Ведомый неясной интуицией, обыскиваю окрестности. Точно - нора. Знал я, что вы в них живёте…

С живописного скелета в углу снимаю неповрежденный броник, в другом нахожу связку ракет. На выходе записываюсь - и сразу на следующий. Где-то здесь моя цель.

– Эй, браток, закурить не найдёццо?

Щеголеватый подтянутый ковбой. Шпоры, шляпа, шейный платок. Сам я кастомайзингом не увлекаюсь - беру первую более-менее приличную личину, но здесь усилия определённо стоили результата.

– Держи!

Ловит одной рукой, пижонски прикуривает от огнемёта.

– Ты знаешь, чем отличаются кино и игры?

Ещё один на мою голову.

– Все знают.

– Верно. А знаешь ли, в чём их точка схождения?

– ?

– Прикинь, тебе транслируют фильм…

При слове «транслируют» у меня внутри что-то включается.

– Но ты знаешь, что это фильм! А если нет? Правильно! Ключ - во включении тебя в систему.

– И чё?

Я сегодня туп до невозможности.

– То же и в игре! Если ты не знаешь, что это игра, для тебя меняется всё. Понял?

Нет.

– Вроде бы.

Внимательно смотрит, небрежно сдвигает шляпу на лоб.

– Это важно. Хрон!

Откуда-то из-за скал материализуется… наверное, конь. Только инопланетный. Чёрный с белым пятном. Ковбой прыгает в седло, свистит, и тут у меня в башке тихо щёлкает.

– Вам привет… передавали!

Как ни странно, слышит. На скаку поднимает, салютуя, шляпу. Пропадает за поворотом.

Нет, сделать коня и ввести в игру можно. За дополнительную плату, разумеется. Другое дело, что ничем существенным это не поможет. Жить такой конь будет до первого попадания. Но, у каждого свои заморочки. Мне же пора приниматься за задание.

Отстреливая мелких, средних и крупных монстров, двигаюсь к цели. Других игроков вижу только издалека, Хронавта среди них нет. Наконец, вступаю в заветную пещеру. Спускаюсь по каменному коридору. Пока всё идёт, как предсказывал Сержант. Наконец, слышу голоса. Осторожно, пользуясь зеркалом, смотрю. Ага. Худощавый паренёк слушает двоих в тёмных балахонах. На камне перед ним - потёртый свиток. В руке держит перо. По-видимому, самый момент подписания. Ну,…

Выпрыгиваю, в левой руке автомат, в правой - крест.

– Не двигаться! Это засада!

Линзы начинают свою работу, и я вижу всех присутствующих в истинном свете. Что за?

– Ага.

На меня наваливаются сзади, выбивают крест, и сильно бьют по голове.

– На тебя.

Высокий худой демон подходит, смотрит в глаза.

– Не всё может предусмотреть РПЦ?

Поднимает костлявую лапу. Свет в пещере меркнет. Ощущаю падение, нет - полёт. В бесконечность.

Полёт. И вечность. Мысли текут вяло, да и мысли ли это? Лениво пытаюсь исследовать доступный восприятию мир. Прекращаю, за отсутствием предмета исследования. Мир пуст. В нём только туман. Туман? В памяти что-то мелькает. Лихорадочно пытаюсь собрать крупицы разума воедино. Так, вот мир, а вот - я. Кто? Ничего не помню о себе, как личности. Воспоминания есть, но они - никакие. Никак эмоционально не окрашенные. Как будто читаю чужую скучную книгу. Не хочется их читать. Лень. Ещё одна ассоциация - плохой фильм. Неинтересная игра.

Фильм. Игра. Погодите-ка! Преодолевая апатию, пытаюсь построить себя как личность заново. Начинаю с биографии - память служит. Размещаю полученную болванку в круге. Круге знакомств. Родители. Знакомые. Друзья. Память равнодушно сортирует по требуемым признакам и поставляет запрашиваемое. Учёба. Работа. Армейские курсы. Болванка обретает объём и наливается красками. Так… Мотивации. Инстинкты животные. Человеческие. Высшие. Откуда я это знаю? В школе вроде не проходили. Знания, умения, навыки. Под-, и Над-Сознание. Я уже не удивляюсь, я просто сгребаю всё в кучу и складываю себя, как конструктор. Память - родовая, видовая. Незаметно увлекаюсь. Наконец - кубиков под рукой больше нет. Зато в пространстве перед собой вижу большую кнопку. Кнопка просто висит без видимой поддержки. Она большая и солидная. Цвет - травлёный металл. На ней одно-единственное слово - «Запуск». Мне уже снова фиолетово, но, преодолеваю апатию, и бью кулаком. С размаху…

…Демон отлетает, гулко стукается головой о камень. Расправляю плечи, легко расшвыривая навалившихся. И, быстро проговариваю кодовую фразу. Раздаётся хлопок, сверху валятся суровые бородатые сотрудники РПЦ в рясах. Порождения тьмы с утробным воем дематериализуются. Я смотрю на Сержанта. Что-то я хотел ему сказать. Вот только что. Что-то, связанное с фильмами. Забыл.

На следующий день я решил назначить себе выходной. Позавтракал, запив котлеты крепчайшим чаем, включил плеер на макс вольюм и хорошенько прокачал дельты. После чего бухнулся на диван с книжкой в руках. И замер. Вот это буква «а». Это «ц». А эта? И вот те? Я внезапно обнаружил, что не помню половины букв. Меня прошиб холодный пот. Как это может быть?

«Если будет происходить что-то странное - звони!»

Коммуникатор в трясущихся руках, номер Сержанта на первой кнопке, гудки, весёлая мелодия автоответчика… Блин!

– Это кто меня будит в пять утра?

Совсем забыл о разнице в часовых поясах.

– Это я.

– Привет, Охотник. Что-то случилось?

Уже через полчаса я в Вирте, в знакомом закутке. Пью чай с лимоном. Сержант не перебивая слушает. Затем начинает задавать вопросы. И я обнаруживаю, что забыл, как половину цветов, все чётные цифры, таблицу умножения, в общем - кучу жизненно необходимой информации. Незнакомый подтянутый агэбэшник тщательно конспектирует мои признания. Закончив, бросает одно-единственное слово:

– Амнезатор.

Сержант тихо присвистывает.

– Сутки ещё не прошли. Можно исправить. Наверное.

Быстро встаёт со стула.

– Пошли!

Прыгая через три ступеньки, поднимаемся на два этажа и поворачиваем направо.

– Амнезатор, это такой прибор, который…

– Амнезирует?

Двери, при нашем приближении распахиваются сами.

– Передаёт твоему мозгу микропрограмму. Тест на предельное воздействие она, к сожалению, легко проходит.

– Потому что не причиняет боли?

Помещение больше всего напоминает операционную.

– Именно. Зато в твоей памяти начинает действовать подобно вирусу. Хотя, вообще-то информацию не стирает. Только бут-сектор. И даже его не гробит, а просто пытается перекодировать. Зашифровать.

– Пытается?

– Да. Понимаешь, это поколение вирт-оружия находится в стадии разработки, против тебя применили какой-то экспериментальный прототип.

Сержант укладывает меня на низкую кушетку, присоединяет какие-то электроды, вполголоса бормочет команды. Мне кажется, или я узнаю среди них живые великорусские идиоматические обороты?

– Так что, есть надежда?

– Надежда есть всегда. То есть, как замкнутая система, программа должна содержать в себе и ключ.

– Его можно найти?

– Мы можем попытаться. Но проблема в том, что подсознание не может мириться с испорченными секторами памяти. Через какое-то время оно начнёт формат це. А мы должны успеть раньше. Старт!

Понимаю, что последняя команда не мне. И проваливаюсь.

Вокруг тьма. Нет ни верха, ни низа. Это что, уже началось форматирование моих мозгов?

– Встань!

Обнаруживаю, что обладаю телом. Виртуальным, разумеется. Виртуальность внутри виртуальности? Нахожу силы, чтобы хмыкнуть. Задираю голову, где-то в вышине вижу огромную бородатую физиономию. Сержант. Машу рукой.

– …о дороге!

Голос доносится как будто с опозданием. Всё верно, здесь моя скорость реакции должна быть выше.

У ног начинается светящаяся полоса - дорога. Она слегка пульсирует фиолетовым. Переношу на неё ногу - держит. Вторую.

– …ыстрее!

Быстрее, так быстрее. Начинаю с шага, перехожу на бег. Виртуальные мышцы не чувствуют усталости, я могу так бежать вечно. Ах да, не вечно. До той поры, когда измученное лакунами в памяти, подсознание запустит программу тотальной дефрагментации.

Резко увеличиваю скорость. Ещё и ещё. Я бегу, наверное, уже со скоростью монорельса. А теперь со скоростью самолёта. А если я сейчас пробегу мозг насквозь и выпаду из уха? Отмахиваюсь от идиотской мысли. И резко останавливаюсь. Инерции, слава Богу, никакой. Впереди скала. Она медленно вырастает из земли, на ходу меняя очертания и превращаясь в башню. Появляется дверь, открывается с негромким хлопком.

– …утрь!

Ну-ка, что там? Делаю шаг. Прихожая. Моя, и не моя. Растянутая по измерениям раз в десять. Автоматически делаю несколько шагов к гардеробу. Останавливаюсь. Смотрю в своё старое зеркало. В нём кто-то есть. И это не я.

На ней то же самое платье. Русые волосы до плеч. Она смотрит на меня и улыбается. А я не могу оторвать взор. Потому что за ярко-красными губами, я замечаю замечательно острые белые вампирские клыки. Она перехватывает взгляд.

– Ну что? Ты разве не поможешь даме?

Она обворожительна. Как и тогда.

– С чего бы?

Пожимание алебастровых плеч.

– Ты ведь что-то ищешь? А я здесь всё знаю.

– Но ты вампир. Хотя…

Галантным жестом протягиваю руку. Она стоит рядом со мной. На своих шпильках даже повыше меня на пару миллиметров. В глазах тщательно скрываемое изумление.

– Хотя…?

– Все вы…

Предпочитаю не договаривать фразу. Снаружи раздаётся какой-то гром.

– …ось!…ыходи!

С треском захлопывается входная дверь. Я смотрю в замечательные, теперь ярко-зелёные глаза.

– Кто-то говорил об экскурсии?

Мы идём залами, переходами и коридорами. Все они смутно знакомы.

– Вот видишь. Я же говорила, что всё равно тебя заполучу!

Она тихонько смеётся.

– И теперь ты - обобщающий взмах рукой - мой!

Я ничего не говорю. Я занят. Занят тем, чтобы не сойти с ума от её улыбки, волос, кожи. Она нежно поддерживает под локоток.

– Всё качаешься?

Тонкие пальцы не могут охватить предплечье.

– Такой большой, красивый. Вкусный. Не боишься, что съем?

Искоса смотрит в лицо.

– Не боишься…

Лёгкая гримаса страдания. Замедляется шаг.

– Ну почему, почему? Теперь, когда ты - мой, ты - не мой…

Отпускает руку. Мягко перехватываю, обнимаю. Мне сейчас всё по ультрафиолету. Ещё немного, и рехнусь раньше, чем мозг пойдёт вразнос. Она так близко. Она смотрит мне в глаза. И что-то видит. Медленно отступает. Запоздало вспоминаю, что глаза - зеркало души.

– Боже мой… А я тут со своими глупостями. Ты в беде!

Я в беде, когда я не с тобой.

– Наверх! Это где-то там!

Стараясь не отставать, несусь как ураган. И упираюсь носом в артиллерийский ствол. У лафета противотанковой пушки тяжело переминаются два железных терминатора, оба почему-то в немецких стальных шлемах образца Второй Мировой. Только, какие-то они… замедленные, что ли?

Слева от себя наблюдаю ускорение, слышу звонкий лязг, и негромкое «ой!».

– Сломала зуб?

Не удивляюсь скорости своего воспоминания - всё-таки, она здесь в родной среде, а не пропущена через сеть ретрансляторов.

Виновато смотрит. Зуб, впрочем, немедленно отращивает новый. И, судя по металлическому блеску, не простой…

– Постой, здесь иначе надо.

Обращаюсь к терминаторам:

– Бойцы!

Синхронно-медленный поворот железных голов. Предыдущую атаку вампира они, кажется, и не заметили.

– Какого хрена здесь делаем, бойцы?

Долгие две секунды обдумывания.

– Здесь. Нет. Хрена. Здесь. Контроль. Пропуск.

Всё ясно. Интересно, а вот…

– Предъяви. Пароль.

– «Редиска»!

Щёлкаю пальцами, вампирша наготове жарко дышит в ухо. Дыхание свежее. Безчесночная диета, надо полагать. Начинаю:

– Проследи…

Не дослушав, бросается ко второму железному, тот как раз вытаскивает аккуратно разлинованный лист с одним-единственным словом. Целую минуту смотрит. Потом не спеша прячет обратно.

– Не.Вер.Ный.От.Вет.

Скорость падает ещё. Что-то случилось, или это Сержант пытается помочь?

Негромкий шёпот в ухо:

– Калифорникейшн…

– Вве.Ди.Те.Па.Роль.

Ору:

–  Калифорникейшн!

И, когда уже собираюсь прокричать во второй раз, бесстрастное:

– Ответ принят.

Ещё секунду жду. Затем, стены распадаются, мощный вихрь рывком вытаскивает меня вверх. Успеваю запечатлеть невозможно яркие зелёные глаза и ярко-алые губы.

– …ощай…

Прощай, воспоминание. Впрочем, ты всегда со мной.

Щелчок. Я снова в «пытошной» у Сержанта. Секунду пытаюсь сфокусировать зрение, потом «плыву». Наблюдаю, как мимо проплывают города, моря, страны. Всё убыстряя темп, промелькнули Луна и Солнце, затем всё заполнили нереально яркие звёзды, и я очнулся.

Передо мной снова туман. Человек в белом (Мор?) подходит неслышными шагами.

– Ну как ты?

Тупо молчу, пытаясь придумать что-то умное.

– Ты не волнуйся, память восстановится за пять минут.

А что у меня с памятью? И вообще…

– Где я?

– Ты дома. В родном Мире. Он называется Ом.

Мор выглядит так, как будто читает вводную лекцию вернувшемуся из дальнего галактического перелёта. А может, так и есть? Кто я?

– Когда мир достигает определённого технического уровня, он начинает создавать под-миры. На Земле двадцать первого века это Вирт. Его уровень примитивен, но, в будущем, с открытием новых технологий, он перейдёт сначала на субатомный, потом на субмезонный уровень. Ещё через пару сотен этапов он уже не будет нуждаться в энергетической подпитке извне, и сможет существовать полностью автономно.

Ничего себе… Так это что, я был в микромире?

– А поскольку, как ты помнишь, Вселенная невероятно сложна, и найти её наименьшую составляющую мы не можем до сих пор…

Не помню. Но - продолжай.

– …Появляется возможность создавать равноценно сложные с реальным Миры.

– ?

– Если по-простому, Миры, которые невозможно отличить от реального. От Ома.

– И такие Миры существуют?

– Конечно. Земля - лишь один из них. Некоторые Миры создаются для досуга - как земной Вирт, некоторые - для научных исследований, которые опасно или невозможно проводить в реале. Кстати, Охотник…

– Охотник?

– Ну да. Это ведь и твоё РЕАЛЬНОЕ имя. Так вот. Всё дело в контроле над Мирами. Попав туда и зная истинный порядок вещей, очень легко его поработить и заставить разрабатывать какие-нибудь опасные для Ома вещи. Именно поэтому всем, работающим в Мирах на время командировки стирают память. Дают лже-воспоминания, формируя абсолютно правдоподобную легенду.

– А в чём было моё задание?

– Найти одну примитивную, но гениальную в своей простоте, программку для воздействия на области памяти. Ту самую, с кодом «Калифорникейшн». И ты её нашёл. Кстати, один раз ты был на волоске от смерти. Когда подвёргся воздействию местной магии.

– Местной…?

– Местного аналога высоких технологий. Мы, кстати, их внимательно изучаем. Так вот - пришлось давать тебе подсказку. Разрешений пришлось по этому поводу собирать! Даже Хронавта подключили.

Только теперь обращаю внимание на свою внешность. Провожу железной дланью перед объективами глаз. Датчики фиксируют движение до сотых долей микрона. Автоматически провожу сэлфтест. Реактор работает в штатном режиме, все системы в норме.

– Я что, робот? И на кого я, собственно, работаю?

– Скоро вспомнишь. Буквально через…

И я действительно вспомнил.

* * *

Положенный отдых длится вечно. Наконец, я не выдерживаю, и иду проситься на работу сам. Мор собран, хмур, и нетерпелив.

– Слышал о мире А10?

Это вместо «Здравствуй».

– Проблемы?

– Некоторые. Не волнуйся, ты продолжаешь работать по Земле.

Туземное название уже прижилось.

– Что ищем?

– Ты будешь смеяться - местные религиозные мифы один в один повторяют постулаты нашей основной религии.

А ведь и верно…

– Надо проверить, не случайное ли это совпадение. Работать будешь под прежним прикрытием.

– А он?

– Он сейчас бот. Заработал денег, обзавёлся домом.

– Так быстро?

– Мы помогли, если честно. Короче, будешь отрабатывать взаимодействие с РПЦ через Сержанта. Одна из ключевых фигур - Андрон. Вот, прочитай и вырази согласие.

Бараньим взором пялюсь на схемы.

– Ах, да, у тебя не загружен блок криптоанализа. Выдаю разрешение.

Внимательно читаю данные, в одном месте запрашиваю дополнительный модуль логистики. Всё ясно.

– Одобряю.

– Отлично. Выгрузить секретные блоки! Отключить центр логистики!

Глупею.

Приготовиться к трансферту памяти!

* * *

Новый дом уже обжит и обустроен. Ремонт, конечно, влетел в копеечку. Спасибо Сержанту. Если б не его ценные советы, платить бы мне, переплачивать вдвое и втрое. А вот, кстати, и он.

– Не спишь? Есть работа.

Ныряю в знакомый портал. Мир «Сталкера». Минуту всматриваюсь в окружающую панораму. Что-то кажется незнакомым и чужим. Что? Не могу понять. Впрочем, это чувство тут же проходит, и я, как по мановению волшебной палочки, успокаиваюсь.

– Да что же это творится!

Недоперебитыйноживой с силой бьёт кулаком по стойке. Кулак немаленький, и стаканы на стойке подпрыгивают, не пролив, впрочем, ни грамма.

– Ладно - скупает у бандитов старое оружие и продаёт лохам как новое, но моим именем-то зачем называться?

– Тебя знают, доверяют. А как он, кстати, твоё лицо скопировал?

– Да никак! В противогазе торгует! А голос подделать - как два пальца обмотать…

Успокаивается так же внезапно, как и заводится.

– В общем, Охотник, ты меня знаешь. К врагам я беспощаден, а для друзей - всё, что хошь! Выручи, я тебе столько «модифицированного» оружия подгоню…

– И фотонку?

Тень улыбки.

– И её.

Отыскать нелегального торговца оказалось легче лёгкого. Первый же «зелёный», сделав таинственное лицо и страшные глаза, шепчет координаты и пароль. Это и в самом деле недалеко. Прохожу около полутора километров, по пути нахожу «Мамины Бусы». Надо же!

Перед дверью не могу сдержать улыбки: лачуга лже-Недоперебитого похожа на оригинал как две капли. Шепчу в замочную скважину пароль. Медленно, со зловещим скрипом, дверь отворяется. Прохожу. Внутри таинственный полумрак, за прилавком стоит таинственный самозванец. Оглядываю товар. Нда, а выбор-то недурён!

– Что желаете?

Чуть не вздрагиваю. Голос, интонации - всё совпадает! Вот, кстати, и первый прокол - не слышно характерной «противогазной» глухости. Голос свеж и звонок, как будто обладатель только что съел дюжину перепелиных яиц и полчаса распевался «ми-ми-ми, соль-соль-соль».

– Дезерт Игл сорок пятого калибра с лазерным прицелом!

Продавец, если и удивлён, то вида не показывает. Молча лезет под прилавок и достаёт искомое.

– Что-то ещё?

– Узи, девятимиллиметровый.

– Пожалуйста.

Оттягиваю затвор, нажимаю курок. Сухой щелчок.

– Ещё?

– Плазмофазовую винтовку диапазона 40.0.

Пацан, наконец, врубается в ситуацию.

– Эй, я не Джон Коннор!

Сгребаю за грудки.

– И не Недоперебитыйноживой. Открой личико?

Аккуратно снимаю газ-маску. Надо же! И впрямь - Гюльчатай. В смысле - девушка.

– И скремблер отключи. Давно разбойничаешь?

Быстрый взгляд вправо-вверх. Счас соврёт. Предупреждаю ложь:

– Мы всё о вас знаем.

И демонстрирую значок Администратора. Он очень похож на настоящий. Заодно с помощью чита вламываюсь в базу данных. Знак, тем временем, производит должное впечатление.

– Ой, только не стирайте аккаунт! Пожалуйста, я для вас всё-всё-всё…

Всё-всё-всё мне не очень надо, для этого есть проверенные профессионалки, а под твоим ангельским обликом вполне может скрываться и парень. Кстати, база тем временем выдаёт мне имя. Всё-таки девушка!

– Вот что, Тамара…

Дёргается, до последнего не верила, что просеку по базе. И тут вспоминаю, что это имя уже слышал. Совсем недавно. Новая знакомая Недоперебитого! Вот оно что…

– Всё незаконное сдать на Базу!!

– На какую…?

Подбавляю металла в голос:

– Базу Временного Хранения Задержанных Вещей!

– А…?

– И незаконно заработанные игровые деньги тоже!

– И…?

– И магазин! То есть, я хотел сказать, незаконный магазин мы сами потрём!

Если она просто украла у Недоперебитого пароль, дубликат магазина исчезнет сам собой максимум через сутки.

– И бан на двадцать четыре часа! При нарушении - навечно.

Будет сидеть тихо, как мышка. Продолжаю пугать дальше.

– А твоего сообщника Недопере…

Взвивается.

– Не надо! Он ни в чём ни виноват! Я просто хотела немного заработать!

Надо же. Любовь?

– А что ж ты мне предлагала?

Понимает.

– Я Вас провоцировала. И записывала разговор!

Нажимает кнопку под прилавком. Из-под потолка слышу свой бас:

– …диапазона 40.0!

Предусмотрительная, блин. Если бы я в самом деле был Администратором, мог бы получиться неплохой инструмент для шантажа.

– Ладно.

Демонстрирую сочувствие и понимание.

– Если Вы обещаете больше не совершать незаконных действий…

– Никогда! Никогда-никогда!! Никогда-никогда-никогда…

* * *

Подсчитываю свою незаконную выручку и готовлюсь к непростому разговору с заказчиком. На обратном пути решаю испробовать читерские возможности, и, последовательно превращаюсь в тушкана, кровососа, псевдогиганта и снорка. Снорком оказывается прыгать прикольнее всего, и, распрыгавшись, не замечаю, как влетаю на поляну, на которой горит костёр. У костра, прервав на полуфразе разговор, сидит компания из пяти спецназовцев. Немая сцена.

Заученным движением прыгаю к ближайшему, сворачиваю ему шею, перехватываю автомат и направляю на остальных. У этих остальных как-то внезапно и одновременно отпадают челюсти и очень широко округляются глаза. Ой.

Однако, думать уже поздно, и я, по памяти воспроизведя охотничий рык снорка, прикладываю «Обокан» к плечу, и, четырьмя выстрелами уничтожаю четыре хлопающие глазами неподвижные мишени.

Не успеваю проверить рюкзаки, как ощущаю чувствительный сейсмический толчок. Оборачиваюсь. Псевдогигант. Задумчиво пережёвывает ствол моего «Винтореза», наступив для большей устойчивости на мой вещмешок. Ах ты тварь! Бормочу код «Озверин». Гигант что-то читает по моим, закрытым стёклами противогаза, глазам, и, с необычной для такого веса скоростью, пытается смазать лыжи. При этом пробуксовывает на остатках моих вещей. Гад!!! Одним прыжком подлетаю к подлому зверю. Рывок читеризированных мускулов - и в моих руках дёргается оторванная псевдогигантья лапа. Получай!

Кровожадно потрясая трофеем, поворачиваюсь. На краю поляны стоит, и мелко крестится, здоровенный наёмник. В руке навороченный помповый дробовик, однако, навести его на меня даже не пытается. Кажется, он близок к обмороку. Нда, пойдут теперь разговоры… Что-то лепечет:

– Ай… Ай… Айм писфул сталкер, ай донт килл сноркс…

Американец? Срочно мобилизую свой английский, и проговариваю первое, что приходит на ум:

– Ай Ди Эф Кей!

Наёмник хлопается на зад, и исчезает. Догадываюсь - выход по недопустимому воздействию. Кровяное давление зашкалило, наверное. Ёлки-палки, хоть бы не инфаркт! Поспешно привожу себя в человеческий вид, заодно шукаю в базе данных. Джон Питерс, двадцать один год. Слава Богу, не старик. Быстро собираю манатки, и иду к Недопере…

* * *

– Тамара? Какая Тамара?

Недоперебитыйноживой недоуменно хмурит брови. Потом звонко хлопает себя по лбу.

– Ах, эта! То-то у меня бумажник с органайзером пропал! Говоришь, беспокоилась за меня?

Роется в записной книжке. Смотрю на фото. Здоровенная, под два метра ростом, толстая тётка, и рядом несколько щуплых парней.

– Студентка. Из параллельной группы.

Просмеявшись, выпиваем ещё по пиву. Про конфискованный контрафакт благоразумно молчу.

* * *

Могут ли снорки разговаривать?

На вопрос Джона Питерса отвечает бессменный пиар-менеджер компании Джи Эс Си Юрий Бесараб.

– По замыслу игры - снорки - это бывшие люди, которые в результате чудовищных экспериментов утратили часть функций, в том числе двигательных и речевых.

– Так снорки не разговаривают?

– Я не знаю, можно ли это назвать речью. Между собой они обмениваются набором понятных только им команд.

– Однако…

– Однако, иногда, при совпадении ряда обстоятельств, эта речь может быть воспринята, как разумная. Понимаете, есть такой эффект - когда долго слушаешь разговор на непонятном иностранном языке, подсознание вычленяет слова, похожие по звучанию на слова, понятные слушающему.

– То есть…

– То есть, мы принимаем бессмысленный набор звуков за разумную речь!

– Но всё же…

– Но всё же, мы никогда не говорили, что процессы в мозгу снорка нельзя обратить. В самом деле - если есть процесс, превращающий человека в биоробота, почему бы не быть и процессу обратному?

– Так снорки…

– Так снорки, при определённом стечении благоприятных обстоятельств… Но, я, однако, ограничусь намёком. Безусловно, мы не можем выдавать в эфир все секреты игры.

– Большое спасибо. С Вами был Джон Питерс, внештатный корреспондент «Игровых Новостей».

Жив, курилка! Выключаю визор.

* * *

– Ты бы ещё консервных банок притащил!

Я строг, но справедлив. Для того чтобы выполнить очередное задание Сержанта, мне приходится некоторое время побыть Сидоровичем. Руководство МПИ в курсе. Не знаю уж, что им наплели. Разумеется, Сидоровичей в игре много, и большинство из них боты. Однако сервер фильтрует данные подходящих под описание, и, все они направляют свои виртуальные стопы ко мне. А дело заваривается нешуточное. Начиналось как обычный вызов. Но вот заданием Игорь огорошил…

– Да. Именно бот. Именно проклял.

С недоверием смотрю Сержанту в лицо. Он совершенно серьёзен.

– Что-то я туплю. Объясни ещё раз!

– Важный для нас сотрудник АГБ в прошлую пятницу был проклят. Сейчас находится между жизнью и смертью. Мы делаем всё возможное, но тебе лучше поторопиться.

По его мнению, то, что я сижу здесь и выспрашиваю информацию, которую он скармливает чайными ложками - это потеря времени.

– Его проклял бот? Как???

– Перед смертью.

У каждого игрока есть кастомайзинг - сумма индивидуальных настроек. Например, хочешь, чтобы боты при встрече говорили тебе «Хэллоу!» или «Салям!» вместо стандартного «Здрасьте!». Или в бою орали не стандартные фразы типа «Заходи слева!», а что-нибудь более закомелистое - флаг в руки! Наверное, можно изменять и предсмертные слова…

– Он что, сам вставил это проклятье?

– Конечно, нет. Тут постарался кто-то из хакеров, мы над этим работаем сейчас. И ещё - это дело отчётливо попахивает серой.

– И, конечно, имени этого бота он не запомнил? Только примерное описание?

– Блин, а ты всех убитых ботов по фамилии помнишь?

А верно. Кто их запоминает? Не до того в сутолоке боя.

– И что, после респауна он что-то будет помнить?

– Конечно, нет. Но это и не нужно.

Всё это я прокручивал в голове, не забывая делать хмуро-мужественное выражение лица, и хмуро-мужественным голосом вещать:

– Ну, проветришься - заходи.

Открывается дверь перед очередным посетителем, и, одновременно приходит сигнал: «Сдай дела». Добросовестно нажимаю на кнопку «Сдать дела».

Оказываюсь в «подсобке». Игорь уже там. Протягивает незнакомый экзоскелет.

– Переодевайся.

Разбираюсь с системой креплений, заодно получаю последние новости.

– Накрыло его. Попал в пси-аномалию, так что теперь он - зомби.

Хорошая новость.

– Так он теперь не сможет, в случае чего, произнести проклятье?

– Во-первых, проклятье имеет силу только в случае его «смерти». Во-вторых, ты уверен, что кастомайзеры об этом не позаботились?

– И что будем делать?

Я в некоторой растерянности.

– Я переговорил с Админом. Сейчас сюда подгонят «Ураганы».

Ого!

– Как перед публикой объяснимся?

– Объявлен рейд по зачистке зомби. «Бей зомбEй», «За чистый разум», ну и всё такое подобное. С призами и фейерверками. Но ты не волнуйся, в опасный район никто, кроме спецотряда не попадёт. Ты, кстати, командир.

Лестно.

– У твоего отряда будет антимагическая защита. Так что, действие проклятия будет сильно ослаблено.

– Насколько сильно?

– Не нервничай. Твой экзоскелет, кстати, с боем выцарапали из запасников игры. Абсолютная защита от стрелкового огня, взрывов, воздействия радиации, и прочего. Единственный экземпляр. Так что контроль над исполнением - на тебе.

– В смысле?

– В смысле - после огня «Ураганов» ты лично обойдёшь всё. И проверишь. Если надо - добьёшь.

Весёленькая перспектива.

– Впрочем, если боишься…

Думаю две секунды.

– Не боюсь. Если что - ты меня вытащишь. Да и в такой броне по Зоне прогуляться - это ж мечта!

* * *

– Вашу ж мать!

Штыком наотмашь - благо, в беспечно-радостной толпе убийство проходит незамеченным.

– Посторонись, уроды!

«Ураганы» вышли на позиции, вот-вот сыграют, а я всё ещё не могу выбраться из объятий конфетно-серпантинной толпы.

– Мать, перемать, супермегамать!

Я совершенно точно не успеваю. Мой суперотряд уже рассредоточивается по болотине - у каждого нашивка «Спешл» на рукаве, и уверенность в сокрушении всех зомбей в мире в сердце. Лишь один я знаю правду. Часть правды.

– Вашу ж мать!

Уроды, с вашими флажками, баннерами и прочей хренью! Я не успеваю, и, вертолёт «Ми-177», демонстрируя чудеса взлётных характеристик, улетает без меня. На нём не меньше пяти съёмочных групп со всей возможной аппаратурой.

– Расступись!

На ходу связываюсь с отделением реактивной артиллерии. Новость хорошая - всё готово, машины перенастроены, снаряды подвезены. Новость плохая - из-за толпы в районе залпа, произвести нечто вразумительное невозможно. Я зверею.

– По азимуту! Под мою ответственность! Прямой наводкой!

Наверное, такого ещё не было. Установки залпового огня (среди «Ураганов» замечаю четыре «Смерча» и две установки особой мощности «Тяжин») синхронно производят ЗАЛП…

Вырванная с корнем осинка бьёт наотмашь, и, улетает далеко-далеко. У меня абсолютная защита, мне по барабану. Врубаю максимальную скорость, и бегу к пункту назначения.

Мне никто и ничто не мешает - суммарная мощность залпа могла бы заставить покраснеть и Хиросиму. Замечаю сзади и слева группу телевизионщиков - впрочем, через секунду их слизывает повторный залп. Деревья гнутся, и, с мучительным стоном, оставляя насиженные корневища, летят, уничтожая и круша всё, прикрытое бронёй ниже класса «С».

Съёмочная группа канала «2+3» получает дубовый апсдец - завывающие наподобие бумеранга ветви мгновенно производят просеку в рядах пришедших поглазеть сталкеров, заодно уничтожая группу наблюдения и анализа. Мне уже всё фиолетово («Тень», ты знала, на что шла?) - корректирую огонь, стараясь не выпустить никого и ничто, в какой-то момент эмоции окончательно берут верх, и, с диким криком «Баррра!», зажав «Винторез» мёртвой хваткой, я устремляюсь в прорыв.

Остатки спецотряда, выжившие после удара, подхватывают оружие. Я слышу трели «Валов», суматошные очереди «Зигов», в них причудливо вплетаются взрывы тридцати- и сорокамиллиметровых гранат, мне в правый глаз отчётливо прилетает чья-то оторванная кисть с гранатой, и, я зверею. Дальнейшее, к сожалению, я помню весьма смутно.

– Вперёд, рахиты, на Стамбул!

Передо мной мелкое болотце. Почему стоп?

– Мочиии!

Как же давно я тебя ждал!

– Щёлк!

Девятимиллиметровая пуля входит, корёжа и взрывая слабый мозг.

– Извините, не могли бы Вы дать интервью Четвёртому Каналу?

– Линда?

– Охотник?!

И, в этот момент, приходят характеристики очередной точки респауна. И, одновременно:

– Модератора накрыло!

Вызываю штаб:

– Какого Модератора, как накрыло?

– Такого! Послали его к точке старта, трупы за тобой выгребать! Дали баномёт…

– Баномёт?

– Ну тела с поля удалять как-то надо?! Вот и сварганили по-быстрому бота и дали ему права модератора. Не самим же бегать! Прибор на скорую руку соорудили - к обычному «Валу» прикрутили скрипт бана! Уже убитому не страшно - просто исчезает старое тело, и осуществляется быстрый переброс на респаун-поинт.

– А неубитому?

– А неубитому - бан! И угораздило же его в «пси-аномалию» влететь!

Ёлы ж мои палы…

–  У моего экзоскелета защита от бана есть?

– В любом случае - ты ближе всех! И учти - боезапас у него - бесконечный.

Линда поднимает глаза от блокнотика. Вид у неё слегка прибалдевший. Интересно, что за информацию пустили в пресс-центр? Распахивает глазки:

– Мы пойдём охотиться на Безумного Модератора?

Сразу же делает важный вид:

– Ах да, ты же не знаешь! Следующий этап Зомбитона - охота на зомбированного модаратора. В знак демократичности праздника - чтобы простые пользователи видели, что перед законом все равны!

Каким законом? Да, быстро у нас штаб работает. И название празднику уже придумали - Зомбитон. Что оно, интересно, означает? Однако надо торопиться. Если туда в самом деле доберутся простые сталкеры, это будет самый недемократический праздник в истории.

* * *

У костра, чинно отпивая время от времени из пустой бутылки, сидят четыре бота.

– А вот я какую историю расскажу!

– Мужики, зомби не видели?

Запыхавшись, врываюсь на полянку. Рассказчик, однако, не уделяет мне никакого внимания - он должен досказать. Остальные тоже - они «слушают».

Ждать окончания скрипта мне невмоготу - оторвался от Линды всего на пару шагов - подбородком нажимаю кнопку связи со штабом, и вдруг…

– Бум!

Пуля попадает в голову рассказчика. Остальные моментально расхватывают автоматы, переходя в боевой режим. Из-за ближайшего покорёженного «КамАЗа» (Сколько лет он здесь стоит с момента аварии? Крепкие раньше вещи делали) характерной «роботообразной» походкой выходит искомое физическое лицо модераторской наружности. На нём высокотехнологичный «научный» экзоскелет высшей защиты, а значит, с одной пули его вряд ли завалишь. Он же, как и полагается зомби, в котором все ресурсы организма мобилизуются на боевые нужды, чрезвычайно проворен и меток.

– Шлёп! Шлёп!

Две пули, и два бота улетают в электронную Вальгаллу.

– Урра!

Линда рывком поднимает камеру, и начинает снимать. Только бы не решил, что это оружие…

– Мачииии!!!!!!

Последний бот падает, извиваясь и демонстрируя все возможности анатомического движка. Остался я. Ну, быть или не быть…

– А ну вперёёёёд!!!!!

Время - условная штука. Когда надо - оно может течь очень медленно. Плавно перевожу ствол вправо и вверх, довожу с учётом движения…

– Щёлк!

«Винторез» выплёвывает раскалённую гильзу. Безумный Модератор некоторое время стоит, затем шумно падает на колени. Затем исчезает. Чудо-«Вал», к сожалению, исчезает тоже.

Линда хлопает в ладоши.

– Ты победил Безумного Модератора!

Не в силах сдержать эмоций, вешается мне на шею. Я стою, и, почему-то мне это ужасно приятно. В таком виде меня и застаёт очередная команда.

– Охотник, он примерно в пяти кэмэ к северу! Точные координаты неизвестны, попробуем навести с вертолёта!

– Линда!???

Это уже не из шлемофона. В двух шагах в составе съёмочной группы стоит Ингеборге. И так смотрит…

– Ладно, девочки, мне пора!

Стараюсь дипломатично не доводить дело до скандала, а, если честно, попросту убраться подальше от двух разъяренных дам. Душа, между тем, отнюдь не прекращает петь, а вместо этого, выдаёт новые, невиданные доселе рулады. И чего я радуюсь? Не понимаю сам.

– Охотник, поправка, четыре километра на северо-восток.

Принимаю поправку, и влетаю в аномалию. Электра. По привычке зажмуриваюсь, однако создатели суперкостюма своё дело знают. Экзоскелет держит удар.

– Охотник, мы тебе танк в помощь послали!

И подозрительный смех.

– В смысле?

– Трупы за тобой убирать. Чтоб очередного Безумного Модератора не получить, взяли Т-72, поставили баномёт, получился Баномётный Танк - БТ-72! Бугага!!!

Вот сволочи.

– А ИИ вы ему какой поставили?

– Да взяли три стандартных из экипажа, и в один объединили!

– А он к пси-излучению иммунный будет?

– Конечно. Они ж все в танке! Ой… Блин! Толя, дай команду на возврат! Поздно, он уже на автомате! Какого…

Связь обрывается. Ну, Кулибины… Не хватало ещё Безумного Баномётного Танка… А, впрочем, одной легендой меньше, одной больше.

Хотя, надо теперь думать, как бы и под его удар не попасть. Надеюсь, они баномёт не к пушке прикрутили? Не успеваю додумать мысль.

– Охотник, будь осторожней!

Едва не вляпываюсь в «карусель».

– Что такое?

– Недалеко от тебя собирается несанкционированный митинг. Привлечённые нашим праздником сюда собираются апы и аны.

– А кто это?

– Отстал ты от жизни. Антипатриоты и антинационалисты. Вообще-то, по жизни они конкуренты, но сейчас объединились.

– Чего им надо?

– Агитируют за проведение гей-парада на Красной Площади.

Спотыкаюсь и чуть не падаю.

– На реальной Красной Площади? А здесь-то что забыли?

Небольшой, но крепко стукнутый на всю голову тушкан выпрыгивает из-за камня, и, с видом «всех порву, один останусь», пытается прокусить экзоскелет. Некоторое время безуспешно стараюсь стряхнуть настойчивого зверя, затем смиряюсь, и, уже не торопясь иду дальше. Невдалеке сенсоры действительно улавливают сильный шум. Вроде бы, там очередной Лагерь Новичков.

– Это они?

Небольшая пауза.

– Да нет. Это новички собираются тех апашистов и ананистов мочить.

– Кого?

– Ну апанистов и анашистов… Тьфу! Апов и анов.

– Как?

Я что-то плохо соображаю. Да ещё подлый тушкан пытается прогрызть в ботинке норку.

– Апально и анально! Из ПМов своих, блин, как ещё?

– Так «покраснеют» же новички! В бандиты будут зачислены все.

– Именно! Бондор уже лапы потирает. Там человек двести уже. «Полному Песцу» - сразу на треть пополнение. Если все к нему. На праздник народ пришёл поглазеть.

Снова перехожу на бег. Чтобы срезать, лечу через Серый Лес, в другое время нипочём бы не сунулся, но сейчас от аномалий иммунитет, так что можно попробовать. Проскакиваю насквозь, и, останавливаюсь. Впереди снова звуки. Но уже другие.

– Эй, а мальчишки нас симпатичные мочить придут?

– Как это с их стороны нетолерантно.

– Да они же просто фаашысты! Нет, ещё хуже - патриоты!

Вот ёлы. А мне ж мимо них пройти надо. Броня, конечно, защитит, но как-то очень неприятно. И вдруг, в какофонию расслабленных неформальных голосов вплетаются знакомые звуки. Скрежет траков по старому бетону. Удивляюсь, почему нет рёва дизеля, и только через секунду понимаю, ЧТО это.

– Ой, это телевиденье нас снимать приехало. Хотя нет, не телевиденье…

Секундная пауза, и, стократ усиленное динамиками:

– Заряжай… МАЧИИИИ!!!!!!!!!!!!

Он всё-таки попал в ту аномалию… Смеяться нету больше сил, поэтому я просто, скупо и лаконично докладываю о ситуации. Через минуту на связь выходит Сержант.

– Охотник, отбой. Отследили мы бота, он в гравиконцентрат попал. Слабенький, правда. Но выйти не может. Где-то через час его добьёт.

– Может, мне помочь?

– Не надо. Мы засекли магическую активность, лучше не рисковать. Подождём следующей реинкарнации. А ты отдохни с часик. Хочешь, к нам на чашку чая загляни?

– Да я уж как-нибудь перекантуюсь.

* * *

Выхожу из игры, и, не торопясь, иду по вечернему Диптауну. Присаживаюсь на скамейку. Сразу же в руки порхает какая-то рекламная газетка. От нечего делать читаю:

«Арестован покупатель контрафактного аспирина!

Как всем давно известно, покупка нелицензионных лекарств - одно из самых страшных преступлений. Недавно пенсионер С…»

Лень читать про пенсионера С. Переворачиваю страницу. Там небольшой, но доходчивый комикс. На первой картинке радостные детские лица - детки играют в песочнице. На второй - в куче песка что-то подозрительно блестит. На третьей - дети гурьбой бегут по направлению к источнику блеска. На четвёртой - кровавая лужица на песке. Дует ветер - и она складывается в надпись «Останови производителей стекла!»

Что-то я давно нигде не видел песочниц. Далее идут агитки «Долой клонофобию!» и «Гражданские права Виртам!». Скучно. Листаю ещё.

Весь следующий разворот - реклама «Ньюс-Лив». Чувствую потребность развлечься. Служба «Ньюс-Лив» - сравнительно недавно вошедшее в моду явление, когда мировые новости озвучивают сами ньюсмейкеры - известные политики, министры, даже президенты. Правда, тут есть забавный нюанс. А в главный зал пускают только журналистов…

Активирую наладонник. Захожу на «Медиа Интернэшнл». Плачу небольшой сбор и регистрирую виртуальный журнал. Как бы его назвать? «Урюпинский Олигарх» - пошло, да и, кто бы мог подумать, занято! «Вечерний Кровосос» - тоже. Ещё пара попыток выдумать оригинальное название - и удача. Газета «Джедайская Правда»!

Быстро заполняю первый выпуск всякой шелухой, надерганной из других изданий, не забывая указывать первоисточник, затем пару минут мастерю виртуальный бейджик. Меняю повседневный костюм на элегантную «тройку»… Готово! Кликаю на баннер «Вход», меня втягивает в газету, и, через пару мгновений (хорошая связь!) - вуаля, я внутри. Верчу головой, читая надписи.

«Зал Технических Новостей». Интересно, но не сейчас. «Скандалы, интриги, расследования». Нет. «Экологии сельского хозяйства». Тоже вряд ли. «Запад - Восток», читает А. Смайлер. Расплываюсь в улыбке. Абдулла Смайлер, он же «Брюссельский Перец» - временный глава Евросоюза! Вглядываюсь в строчки поясняющей информации - так и есть, запись! Ну, сейчас повеселимся!

Перед записью любой новости ньюсмейкер проходит интеллектуально-психологический тест, благодаря которому операторы «Ньюс-Лив» формируют его виртуальное Альтер-эго, или, говоря профессиональным жаргоном журналистов, психоматрицу. Данная матрица занята в основном тем, что в отсутствие самого ньюсмейкера отвечает на вопросы журналистов его голосом, используя его внутреннюю логику, и оперируя сведениями, почерпнутыми из специально по такому случаю составляемой базы данных. И вот тут иногда бывает интересно.

Настолько интересно, что, бывает, иные политики вовсе не рискуют этой службой пользоваться. Однако, популярность - дама капризная. Хочешь быть в заголовках - будь на виду.

Что касается Смайлера, то он уже долгое время является персонажем шуток и беззлобных анекдотов, за которыми охотится и которые запрещает Министерство Пропаганды ЕС. Бывает, и авторам достаётся год-другой Сахарской Исправительной.

Будучи ещё только кандидатом в Европарламент, Смайлер не имел совершенно никаких шансов на успех. Ещё бы - белый гетеросексуальный мужчина-католик. Но, хитро извернулся, полежал месяц в клинике, и - вышел оттуда, блистая наичернейшей кожей, и двумя, как бы это помягче сказать, псевдомолочными железами. Потратил кучу денег, конечно, зато, на следующий год уже - глава ЕС. В больнице же принял ислам. До этого был то ли Майклом, то ли Томом.

Захожу в зал, становлюсь в очередь. Пристраиваюсь за репортёром «Канадского Лесоруба». Передо мной ещё с десяток журналистов, есть время обдумать вопрос. Покуда вслушиваюсь в происходящее:

– Скажите, что Вы думаете о новом Законе об Антирекламе?

– Я считаю, что это правильный закон!

– Что Вы думаете по поводу расстрела спамеров в Китае?

– Я считаю, что права человека были нарушены!

– Многие говорят, что Вы некомпетентны!

Присматриваюсь. Молодая то ли японка, то ли кореянка… Читаю бейджик: «Женьминь жебао». Однако.

– Я считаю, что я достаточно компетентен для своей должности!

Приходит идея. Дожидаюсь ответа на вопрос лесоруба, и, вставляю свои семь копеек в мировую журналистику.

– Что Вы думаете о проблеме самоубийств в среде зелёных энцефалитных клещей?

Смайлер замолкает. Я почти вижу, как мечутся электроны по цепочке «Экология - здравоохранение - политика - право»

Наконец, выдавливает:

– Мы не против эвтаназии, как таковой…

Замолкает. В зале, между тем, слышны первые смешки.

– Но окружающую среду нужно защищать!

Смешки становятся громче.

– Что Вы думаете о проблеме самоопределения молодых половозрелых сусликов весом менее пятидесяти килограммов?

Сейчас электроны бегают дольше. Проблема самоопределения явно из числа наиболее щекотливых.

– Мы с удовольствием примем их в нашу братскую европейскую семью!

Смешки переходят в смех.

Кую железо, пока горячо:

– Является ли шведская семья полноценной моделью европейской?

Лёгкий ступор и блестящий ответ:

– Нет, это шведская семья берёт европейскую как модель!

Смех за спиной перерастает в полноценный гогот. Громче всех веселятся китаянка и, почему-то, канадский лесоруб. Вежливо благодарю за интервью и испаряюсь.

Ну, теперь интернет похихикает! Впрочем, такому слону, как Смайлер, одной такой дробиной больше, одной меньше… Возвращаюсь на ту же скамейку. Газетёнка уже улетела, вместо неё в руку настойчиво тычется пульт с большой красной кнопкой «Плей».

Время ещё есть. Включаю, и, как раз попадаю на очередной антирекламный ролик. Серьёзного вида бородач в белом халате проводит какой-то опыт. Неприятная бурая жидкость в реторте в течение двух секунд (показан значок ускорения времени) разлагает здоровенный кусок мяса. Потом растворяет вилку. Корродирует металлическую деталь.

Бородач показывает крупным планом надпись на реторте: «Кока-кола, лабораторный образец, обращаться с осторожностью», и, глядя в камеру, с лёгкой грустью произносит:

– И вот это вы пьёте?

Добавляет с оптимизмом:

– Пейте Пепси!

Кадр застывает, внизу появляется надпись: «Ни один пункт закона об антирекламе не нарушен».

Переключаю канал, и попадаю на свой любимый космосериал «Истребитель». Бравый герой как раз очистил от вражеских роботов здание инопланетного музея, и получает от правительства какую-то награду. На заднем плане живописно дымятся руины того самого музея. Некоторое время с интересом наблюдаю за развитием сюжета, однако, через положенные законом десять минут фильм снова прерывается на рекламу.

Бросаю пульт на скамейку, и, не спеша иду по Большакова-стрит. Дорогу мне, однако, перегораживают две фигуры в строгих чёрных костюмах. Смотрю на них внимательно: Один негр, другой европеоид неопределённого пола.

– Корреспондент «Джедайской Правды»? Пройдёмте с нами, у нас к Вам пара вопросов.

Решительно освобождаю рукав, и, посылаю европейских хорьков туда, куда они, по моему глубочайшему внутреннему убеждению, уже не раз ходили. Все эти штучки насчёт внушительного вида и голоса мы уже знаем, проходили. Нету у них здесь никаких прав.

– Мы просим Вас пройти добровольное сканирование канала связи.

– Да ну? С какой это стати?

Вежливо обхожу нахохлившихся шпиков, и, насвистывая «Не плачь, Сюзанна», удаляюсь. Смотрю на таймер: Пора. Время, что называется, провёл весело и с пользой.

Вхожу в игру, сразу получаю сообщение: «Включи связь». Включаю.

– Охотник, есть новости. Мы тут вместе с програмерами поработали, и нашли способ справиться с проблемой. Технические детали тебя не касаются, от тебя требуется, чтобы в течение часа с ботом ничего не случилось. Чтобы его никто не убивал, чтобы он не попадал в аномалии, и всё такое прочее. Справишься?

– Как его зовут?

– Эдуард «Вампир» Драгунов.

– Ого! Шутники ваши программисты. Ладно. Где он?

Эдуард сидел в одиночестве у костра, потягивая пиво из непрозрачной бутылки. Я усмехнулся - проще изменить прозрачность объекта, чем сделать адекватное наполнение нескончаемой жидкостью.

Увидев меня, «Вампир» обрадовался:

– О, привет! Пойдём на кабана?

– Не, в лом. Давай тут посидим.

Уловив ключевое слово «в лом», объект усмиряет охотничий инстинкт, и включает подпрограмму «Душа компании».

– А ты знаешь историю про сталкера, которого тёща «заказала»?

Ох, лучше бы мы пошли на кабана. Но, делать нечего, терплю.

– А вот ещё что про Сидоровича и плотей на Кордоне рассказывают…

Украдкой смотрю на часы. Не выдержав, запрашиваю срок действия подпрограммы. Получаю ответ - от пяти минут до часа. Достаю банку энергетика, пью, бараньим взором уставясь в костёр.

– Приходит как-то контролёр в бар…

– Сломался у снорка противогаз…

– Однажды украли у бандита гитару…

– Подходит кабан к плоти…

И, конечно же, пропускаю момент атаки.

– Вась, смотри, какие боталы!

Два молодых бандюгана с интересом разглядывают мой прикид.

– Ты посмотри, какой комбез козырный!

Мой подопечный трясётся в позе «руки за голову», работают подпрограммы «Испуг» и «Заложник».

– А ты чего, чудило липовое? Руки за голову, на!

Нетиповой лексикон, мимика и жесты. Не боты - игроки. Замедленно тянусь к вещмешку, достаю непочатую бутылку водки. Прикладываю к закрытому забралу, «пью». Отрываюсь, радостно смотрю на прибывших.

– О, мужики, а пойдёмте на кабана охотиться?

На меня подозрительно косятся.

– Вась, странный какой-то бот. Может, у него подпрограмму заело?

– Да, такое бывает. (Громко, как глухонемому) Эй, мужик! Мы не пойдём с тобой на кабана! Мы тебя грабить будем! Грабить, воровать, ройберн, стил, ферштейн?

Полиглоты хреновы. Подыгрываю:

– О, йа. Ихь канн ойхь ферштеен!

Первый бандит толкает второго:

– Ты чё наделал! Он на немецкий теперь перешёл! Может, просто его шлёпнем?

– Ты что, сбой в программе вызовешь. Античит сработает и фиг тебе, а не комбез! Эх, классный. Не меньше косаря уйдёт!

– Да ты чё «уйдёт»! Сам носить буду!

Про моего подопечного уже благополучно забыли. Тормошат меня за плечо:

– Эй, мужик! Мэн, как тебя! Нихт шприщ зе дойч, андестенд, понял?

Включаю инглишмена:

– Йес, ай андестуд!

– Блин, он теперь на английский перешёл! Чё делать? Ты глянь, какая броня, какая система фильтрации! Может и впрямь - читануть?

– И долго ты читанутый комбез проносишь? До перезагрузки?

– Да, ситуёвина. Слушай, а если с ним, правда, на кабана пойти? Кабан его грохнет, а шмотки - нам.

– Давай! Эй, мэн, ду ю вонт ту хант э пиг? Блин, как «кабан» по-аглицки будет? Ви-ви, наф-наф, пьятачок, ферштейн?

– Йа-йа!

Делаю ещё «глоток» из неоткупоренной бутылки.

– Да кабана он сам грохнет за нефиг делать! Надо на химеру идти! Она его точно сделает!

– Придурок, она и нас с тобой сделает! Эх, в аномалию бы его заманить… Так доставать потом проблемно. Да и повредятся вещички-то!

Мне надоедает, и я, выключив внешний динамик, связываюсь со штабом:

– Спецы, у меня в рюкзаке граната плазменная есть. Можете ей внешний вид изменить, на пять минут?

Там лёгкий шок.

– Зачем? Ну, если очень нужно…

– Тогда слушайте…

Отставляю бутылку, поворачиваю голову:

– Мужики! А не хотите на Поле Артефактов сходить?

В ответ два очень жадных взгляда:

– Хотим!!!

Достаю из мешка гранату. Больше всего она теперь похожа…, нда, господа програмеры, я вам эту шутку припомню. Впрочем, кнопка видна отчётливо.

– Через две минуты вон за теми кустами (показываю, за какими), откроется невидимый проход. Чтобы его визуализировать, надо активировать этот артефакт. Встаньте поплотнее друг к другу, артефакт держите промеж себя. И нажмите на эту, хмм…, кнопочку.

Бандиты с подозрением смотрят на меня, артефакт и кнопочку, потом жадность пересиливает осторожность. Слышу долгое «Топ-топ-топ-топ», затем короткое «Буммм!». Снова связываюсь со штабом, даю отбой. Сейчас по всей Зоне плазменные гранаты обретают первозданный вид. Если повезёт, то никто ничего и не заметит.

«Вампир» же по истечении действия «Испуга» переходит в обычный режим.

– Чего погрустнели, мужики?

Некоторое время Эдуард развлекает сам себя игрой на гитаре, я же смотрю на секундную стрелку своих «Сталкерских». И, опять не замечаю подхода гостей. Их двое, оружие за спиной.

– Здравствуйте, братья!

Кто братья? Кому братья?

– Задумывались ли вы, братья, почему этот мир так причудливо раскрашен?

В недоумении пытаюсь разглядеть причудливость раскраски в сером подзоле, серых пыльных кустах, сдуру смотрю зачем-то на серый пепел прогоревшего костра. Потом понимаю, что люди имеют в виду не конкретно этот мир, а мир вообще. Блин, проповедники! И сюда добрались. Вообще-то, я эту публику знаю. Расскажут свои байки, потом покажут пару чудес. Ну я вам сейчас…

– Спецы, опять левого заработка захотелось?

Секундное молчание, затем трубку берёт Сержант.

– Да, Охотник, что такое?

– Спроси у этих спецов двинутых, с кем они сегодня о чудесах договорились?

Снова пауза, мой вопрос переадресовывается обратно в святую святых ГСС. Через некоторое время озвучивается ответ.

– Секта ксенофилов. День массовой работы у них сегодня. А что, сильно достают?

В рамках полномочий, которыми меня наградила РПЦ в лице Сержанта, я, наверное, почти Бог. Вот сейчас и проверим.

– Что за чудеса?

– Да ничего особенного. Лицо их предводителя на пять секунд в небе мелькнёт. Так никто из посторонних и не заметит, всё в определённое время, в определённом квадрате. Если знаешь куда и когда смотреть - увидишь, если нет…

Оправдываются. Это хорошо.

– Что ещё?

– Ещё лозунг. Небольшой. Насчёт братской любви всех цветов…

– Тоже на пять секунд?

Некоторая заминка.

– На минуту. А что?

– Деньги уже получили?

Проповедники уже успели разобраться с ботом, и, переключают внимание на меня. Я сижу лицом на восток, тупо пялясь в пространство и шевеля губами - общаюсь со спецами. Со стороны меня, наверное, можно принять за какого-нибудь пророка.

– А ты, брат, согласен с Теорией Великого Спектра?

Поднимаю взгляд. Отшатываются.

– Кого ты, сын ослиной кобылы, посмел назвать братом? Да я…

Приходит вдохновение.

– Я из секты «Тамбовские Братья»!

В глазах у проповедников сомнение.

– Знаешь ли, брат, настоящие верующие не называют себя сектой. Мы говорим - религия, организация…

Но меня уже несёт.

– Именно это и пытаюсь втолковать вам, о нечестивые! Вы погрязли в гордыне! Вы всегда считаете правоверными только себя?

Очень удивлённые лица.

– А Вы?

– А мы не считаем! Мы знаем, что мы не совершенны! Что наши заблуждения ошибочны! И именно это даёт нам право обличать вас - мерзких ханжей!

Наблюдаю неподдельный интерес.

– Вот какая у Вас доктрина… А что, это может быть интересным. Не подскажете контактный телефончик? А впрочем, неважно. Раз Вы сами признаёте свою концепцию ошибочной…

Ухитряется изобразить мимикой неподдельную вселенскую грусть.

– То, может, хотите войти в мир истинной веры?

Блин, похоже, ему по кайфу перевербовывать конкурентов. Украдкой смотрю на часы. «Вампир» заканчивает терзать гитару, и, делает вид, что вслушивается в наш разговор.

– А чем вы докажете, что у вас - истинная?

Оба снова уверены в себе и деловиты. Они на своём поле, здесь их не переиграть.

– Узри же!

Широкий плавный жест в небо.

…нашу правоту!

Деловито:

– Да нет, куда смотришь, вон туда!

На небе медленно проступает следующий текст:

«Уважаемые сталкеры! Сегодня, и только сегодня у нас праздник - День Ксенофоба! Убей двух ксенофилов - и получи в подарок три месяца бесплатной игры! Спецпредложение для бандитов - убей десятерых ксенофилов, и заслужи полную очистку кармы! Предложение действительно только сегодня!»

И, с некоторой задержкой:

«Как говорят адепты Тамбовского Братства: Да, я неправ - но это меня не остановит!»

Ёпт! Кажется, я забыл выключить микрофон. Буквы тем временем краснеют, и, застывают, слившись в гигантскую, на полнеба надпись:

БЕЙ КСЕНОФИЛОВ!

Наблюдаю коллективный отпад челюстей. Первым опомнился, как ни странно, младший. Издав какое-то невразумительное хрюканье, он хватает старшего собрата под руку, и бегом ведёт по направлению «ну-его-нафиг-отсюда». В глазах у него, между тем, читаю готовность бухнуться к моим ногам и прямо сейчас вступить в «Тамбовские Братья».

А и правда, не основать ли?

Глава 10

Следующий день начался с чувства, что я о чём-то забыл. И только войдя в Вирт, я понял о чём. Забыл заплатить. Нет, бесплатно входить в виртуальность можно. Но есть некоторые досадные нюансы… Рванув с места, я бросился к ближайшему отделению Сбербанка. Дорогу мне преградил робот. И вообще, окружающая действительность менялась.

Вдоль дороги, как грибы после дождя, вырастали рекламные щиты. На пустых до этого момента стенах стали появляться вывески. Число прохожих утроилось, причём, если одна половина из новоявленных была обычными реклам-ботами, то вторая представляла собой более грустное зрелище.

Люди. Люди, забывшие заплатить за вирт, или, как всё ещё по старинке продолжают говорить, за инет. На лицах этих бедолаг застыла обречённость, а на рукавах, спинах, и прочих частях тела вовсю хозяйничали рекламные объявления. Мало того, что эти адвертайзеры здорово тормозили вирт, так ещё и не позволяли контролировать своё содержание.

Прямо скажем - небольшое удовольствие представлять из себя ходячую рекламу туалетной бумаги. Или средства для мытья сантехники. Или ещё какую-нибудь гадость. И ничего не поделать - плата за бесплатность! Многие из этих программ, к тому же, не брезговали исподтишка вытягивать из клиента разнообразную информацию. Вот уж это мне точно ни к чему!

Резко потемнело. Я задрал голову - по небу плыл танкер. Громадный, наверное, самый большой из построенных. Медленно и неумолимо он рассекал незримые волны, а затем, внезапно стал переворачиваться. Вот тут и оказалось, что наполнен он был водой. Тонны, кило-, и мегатонны воды ринулись вниз… прямо в гигантскую заботливо подставленную кем-то ладонь.

– Навалился океан проблем? Ниипет! Идеальное решение…

Преградивший мне дорогу робот, как раз и оказался продавцом этого замечательного средства. Да в самом деле, купить, что ли одну? Я схватил робота за руку и рявкнул:

– Ниипет, или ниипет-вирт?

Потом, конечно, осознал идиотичность этого вопроса. Робот, тем не менее, с достоинством ответил:

– Ниипет-вирт. Просто ниипет продаётся в реале. А вот не желаете ли…?

– В баню! Дай одну таблетку!

– Два пятьдесят, будьте любезны. А вот не желаете…

– Держи. И отвянь.

Руки тряслись, я никак не мог поднести успокоительное ко рту.

– Я хотел бы Вам предложить…

– Отстань, железяка!

Робот неожиданно обиделся.

– Я, вообще-то, не железяка. Я вполне себе вирт. И, если Вы страдаете ксенофобией…

Некстати вспомнив вчерашних ксенофилов, начинаю дико хохотать. Вообще, виртуалы, или, как они себя называют, вирты, давно и пока безуспешно борются за признание их разумными существами и уравнивание статуса с людьми.

Вообще, проблема здесь лежит в ИИ. Создавать искусственный интеллект, более или менее копирующий человеческий, программисты навострились уже давно. С тех же примерно пор остаётся открытым вопрос о его статусе.

С одной стороны - программа, выглядящая как человек, говорящая, как человек, и имеющая реакции, адекватные человеческим, вроде как и права соответствующие должна иметь.

Но с другой - как провести грань, кому эти права дать, а кому нет? Тут и в Реале проблема возникнуть может. Вот, к примеру, экскаватор. Управляется, естественно, ИИ. И что теперь? Нанимать его на работу согласно трудовому законодательству? Платить зарплату? А сколько? Если за объем выполняемой работы, то очень скоро роботы станут финансовыми хозяевами мира.

И как быть с соцпакетом? Предоставлять ли отпуск? Как и где «лечить»? Разрешить ли создавать семьи между собой и с людьми? Много вопросов.

Между тем, вирт, наблюдая за моими спазмами, холодно произносит:

– Да, вижу, что не страдаете. По-моему, Вы ей наслаждаетесь.

Заканчиваю смеяться.

– Расслабься, парень. Просто, сегодня не мой день.

– За инет не заплатил?

Вирт проявляет недюжинную дедукцию.

– Кстати, можешь сделать трансакцию через мой терминал.

Расстаёмся вполне довольные друг другом. Реклама исчезает так же внезапно, как и появилась. Провожу самосканирование - единственный найденный спай-модуль подвергаю жестокому уничтожению. Прохожу ещё два квартала, вспоминаю о релаксанте, и выбрасываю таблетку в ближайшую урну.

На Тенях сегодня тихо. Селдес представляет новую программу-переводчик, остальные внимательно слушают.

– Таким образом, программа не ускоряет существенно перевода при общении с носителем языка. Однако - при прослушиванию новостных лент благодаря чтению подстрочника фактически получается эффект синхронного перевода. Скачать можно с офсайта Теней. Раздел «Обменник».

– При переводе музыкальных произведений есть дополнительная опция - адаптация под музыкальную культуру разных стран. К примеру:

Раздается оригинальное звучание рэпера Блэк Афра, и, сразу же, музыкально оформленный под «Владимирский Централ» перевод:

– Гребучая Синг-Синг, ветер с прерии…

Пока народ вдумчиво тестирует новинку, Сел тихо раздаёт задания.

– Охотник! Хорошо, что зашёл. Для тебя есть работа по профилю.

– Украсть кошечку-собачку?

– Взорвать всё к чертовой матери вдребезги и пополам. Вот здесь располагается рекрутская всемирной организации «Бомберика’с Арми». Твоя задача - чтобы завтра на её месте была воронка, а послезавтра об этом несчастном случае раструбили по Би Би Си. Справишься?

– А чит-коды есть?

Вход в рекрутскую оформлен с пафосом - развивающиеся флаги, трубы, пушки времён то ли войны за независимости, то ли дня «д». Во дворе меня встречает супротивник в количестве примерно одного взвода.

Вразвалку подходит раскоряченный сержант, одобрительно смотрит на мои трицепсы. Раскрывает пасть:

– Хакер?

Как это меня вычислили? Ах да, сейчас мало кто качает мышцы, кроме закоренелых обитателей киберпространства. В рядах взвода охраны меж тем слышатся смешки. Кто-то в задних рядах вполголоса очень остроумно рифмует «хакер-мазафакер». Ну всё, казус белли есть.

Отставляю ногу, и нагло гляжу в чёрную рожу.

– Слыхал я, робяты, шо русскому спецназу вы и в подмётки не годитесь?

Шевеление прекращается, на меня смотрят, раскрыв одинаковые, подведённые гигиенической помадой рты.

– Как ты говоришь? В подмётки?

– Ну да. Тут вот уже некоторые говорят, что «Бомберика’с Арми» - фуфло и полный отстой.

Наблюдаю одинаковое покраснение лиц. Надо же - даже краснеют строем! Я же, небрежно достаю из-за пояса рогатку, а из кармана гроздь ржавых гаек. И начинаю охоту!!! Пули из доисторических М-16 проходят меня насквозь, не причиняя никакого вреда. Гайки же, разогнанные чит-системой до очень приличной скорости, сокрушают лбы и переносицы, пробивают новейшие навороченные каски и кевларовые бронежилеты.

Оппоненты один за другим выходят в реал по превышению болевого порога. Я же, прицельным выстрелом снимаю с вышки часового, зачем вежливо машу рукой отирающейся поблизости банде журналистов, и громко так поясняю:

– Эта база только что была захвачена русским спецназом! А теперь посторонитесь, джентльмены, сейчас здесь будет ядерный взрыв.

Взрыв получился что надо! Вдоволь наглядевшись, выхожу из клип-режима. И иду домой - отсыпаться.

Наутро не спеша просматриваю свежую прессу. Странно, о вчерашнем происшествии - ни слова. Открываю карту - вот она, рекрутская, такая же, как была. Ах, вот как! Господа журналисты решили совместить вторую древнейшую профессию с первой! Что ж, будем считать, я уже разозлился.

Вхожу в восстановленную рекрутскую, лихо печатая шаг. Ко мне лениво подходит давешний сержант, но, узнав, медленно меняется в лице. На нём последовательно сменяют друг друга страх, гнев, снова страх, и очень хитрая радость. У остальных замечаю похожую реакцию.

– А мы тебя ждали!!! - Говорит кто-то предельно неискренним голосом. Контратакую:

– Вам понравилось? Я так и знал.

Предвосхищаю реакцию:

– Не бойтесь, сегодня я без рогатки.

Превращаю улыбку в оскал:

– Сегодня я вас буду рвать голыми руками!!!

Кажется, кто-то хлопнулся в обморок. Сержанта, однако, так просто не возьмёшь.

– Ты кое-чего не знаешь, хакер. Во-первых, мы поставили качественную противоатомную защиту. А во-вторых - пауза - мы убрали себе выход по болевому порогу!

Медленно киваю головой. А что - с их возможностями вполне могли это сделать. В голове зреет адский план. Снимаю с пояса ремень и наматываю на кулак. Значит, по болевому воздействию выйти не сможете…

Первым же ударом ломаю челюсть афросержанту. Вторым - разбиваю кому-то переносицу. В меня снова пробуют стрелять - качественная, сработанная Селдесом защита держит и пули, и удары прикладом. Успеваю вырубить троих, когда замечаю неладное - остальные, бросив оружие, быстро становятся на колени, закидывая руки за головы.

Сдаются? Не может быть, это же регулярная армия! Хотя… подозреваю, что и здесь нашего брата дурят.

Через пять минут обалдевший часовой с вышки, которого я грешным делом просто позабыл оттуда снять, наблюдал презанятную картину: взвод бомбериканской морской пехоты нарезает круги вокруг казармы, напевая на мотив национального гимна:

– Бомберика, бомберика - отстойная фигня!

Потом я их заставил спеть «Катюшу», потом «У солдата выходной». Последнее у них очень хорошо вышло. Душевно. Потом уже они взмолились.

– Не надо нас бить! Мы сделали все, что Вы хотели! Как нам отсюда теперь выйти?

А правда, как? Задумываюсь:

– Есть один верный способ. Выход по болевому воздействию на внутренний орган.

– Это как?

– Ну, например я вспорю тебе брюхо и выстрелю в печень!

Солдат зеленеет и молча валится на руки товарищам. Меняю гнев на милость.

– Впрочем, есть и менее болезненная процедура.

На лицах надежда и жадное внимание.

– Выстрел в рот, думаю, не поможет - зубы я вам почти всем поразбивал, и, хоть бы что. А вот если подойти к этому делу с другой стороны…

Ухожу под глухие выстрелы и аплодисменты журналистов. Хлопайте, хлопайте! В этот раз я журналюг пригласил правильных. Проверенных.

– Навалял супостатам? Даже афросержанта не пожалел?

Игорь, как мне кажется, веселится вовсю.

– Да я, это. Не против сержантов, в принципе…

– Ладно уж. Молодец! Надеюсь, теперь не скоро оклемаются.

Чек радует содержанием.

– А в чём там, собственно, было дело?

– Да ерунда. Селдес зашёл с целью ознакомиться, а ему нахамили.

Видимо, правды я не узнаю никогда. С другой стороны, а оно мне и надо? Разглядываю сумму. Что-то происходит в мозгах, и я, повинуясь минутному импульсу, говорю:

– Сержант. А расскажи мне о Боге?

Игорь не кажется удивлённым. И, в течение ближайших минут я узнаю много для себя нового. Нет, кое-что я, как культурный человек, знал и до этого, но изложенная сухим текстом учебника информация чем-то неуловимо отличалась от того, что говорил Игорь. Внезапно, мне показалось, что я услышал что-то важное.

– Стоп! Можно с этого места поподробнее?

Игорь, не показывая удивления моими манерами, начинает объяснять, и вдруг…

Двери виртуального кафе, в котором мы беседуем, стремительно распахиваются. Двое смутно знакомых людей быстро подходят к нашему столику. Сержант успевает достать какое-то удостоверение, а вот я - не успеваю ничего. Удар разрядника бьёт меня под лопатку, я сижу, и не могу сделать вдох. Через пару ударов сердца понимаю - это был не разрядник. Так вот ты какое, виртуальное оружие третьего поколения…

– Привет от Абдуллы Смайлера! - Скалится один из вошедших, и я вспоминаю, где его видел.

Сознание плывёт, пару мгновений я ещё пытаюсь карабкаться, а затем волны под-, над-, и околорассудка выносят меня в белую комнату. Минуту заворожено смотрю на громадную пятибашенную фигуру. А затем вспоминаю:

– С Днём Рождения, друг!

И, пусть у роботов традиции не так органично вписываются в мир, но - праздновать мы умеем не хуже.

– Спасибо, друг! - Согласно Традиции отвечает Мор.

– Что произошло? - Память, как и обычно после переноса, работает урывками.

– Тебя убили. Как восстановишься, расскажи - за что.

– Убили?

Хм, а ведь белковые человеческие существа - люди, совсем не так переносят смерть. Для них это трагедия. И хотя их религии обещают… Стоп!

Память прекращает сбоить, и я, рывком (согласно Традиции, в своём возрасте я должен быть импульсивным) принимаю вертикальное положение.

– Я выполнил задание?

– Да. Сейчас информация обрабатывается старейшинами. У тебя из памяти её стёрли, ты уж извини.

Раз стёрли, значит, имели право. Но, опять-таки, согласно Наставлению По Ситуациям 12-95 лениво произношу:

– Да пустяки, дело-то житейское!

Эту фразу кто-то подслушал в одном из миров класса А, и, с одобрения Центрального Вычислительного Центра, она вошла в Наставления Повседневной Жизни.

– Что дальше с тобой делать, вот в чём вопрос…

Изображаю вежливое внимание. Спохватываюсь, и добавляю выражение лёгкой тревоги. Лицевые мышцы слегка гудят - надо будет показаться сервомоторологу.

– Очень уж ты удачно в этот мир вошёл. И контакты хорошие завязал, да и вообще - на своём месте оказался.

Мор думает недолго - ещё бы, пятидесятикратные, по сравнению со стандартном, персональные вычислительные мощности, и, принимает решение:

– Сделаем бэкап.

Бэкап так бэкап.

Быстро связывается с ЦВЦ, там не менее быстро просчитывают ситуацию, и, дают добро.

– Куда меня вернут?

– На начало разговора в кафе. О религии тебе, понятно, говорить уже не захочется. Кстати, новое задание тебе.

– Ага.

– Закачиваю. Активируется в нужный момент.

– Что с агентами Европолиции?

– Они вышли на тебя, когда ты забыл заплатить за инет. Смогли пробить твой Персональный Номер. Во время бэкапа я им эту инфу немножечко потру, хе-хе!

Включаю вежливую улыбку. Мор смотрит с участием:

– Дружище, тебе надо показаться хорошему сервомоторологу!

– После. Ну что, погнали?

* * *

– Ну что? Навалял супостатам? Даже афросержанта не пожалел?

Игорь, как мне кажется, веселится вовсю.

– Да я, это. Не против сержантов, в принципе…

– Ладно уж. Молодец! Надеюсь, теперь не скоро оклемаются.

Хочу что-то сказать, но забываю, что. На секунду почему-то перехватывает дыхание, потом отпускает. Встаю:

– Созвонимся?

– Конечно. Тем более, на завтра у нас запланирована очень интересная операция. Так что - иди и выспись.

Глава 11

– Будем ловить Чёрного Сталкера!

– О как! А почему не Билли Гетса Пятого?

Собравшиеся, кажется, настроены скептически. Впрочем, уверен - в головах у многих уже идёт работа - как, где, и каким образом.

– Цель трудная. Поэтому, ловить будем на живца.

Десять пар глаз обращаются в нашу с Бондором сторону.

– Точнее, на живцов.

* * *

На Болотах сегодня прохладно. Не заходя особо на территории, контролируемые Чистым Небом, движемся по широкой дуге к Чёрной Топи. Скорее от нечего делать, чем от волнения, «прокачиваем» ситуацию.

– Чем он силён?

– Гипнополе. Гипновзгляд. И, знаменитая фраза: «Водички, водички!».

– Что нужно сделать?

– Остановиться, и, немедленно дать водички.

– Иначе?

– Иначе срабатывает скрипт удушения.

– А если ему руки связать?

– Да хоть обрубить. Сказано же - скрипт.

– Защита от гипнополя?

– Та же, что и от пси. Встроенной в экзоскелете вполне хватит.

– Защита от взгляда?

– Да просто заклеить ему глаза скотчем.

– Значит, остаётся только фраза… А если заклеить рот?

– Промычит. Нам же хуже - не расслышим.

– Нда. А на каком расстоянии он нас почует?

– Зона широкого сканирования - пять километров. Значок «За убийство ЧС» распознает за два.

– Точно придёт?

– Смотря, кто это будет. Обычно - это один и тот же человек. Кто - выяснить, к сожалению, не удалось.

– А если ему в реал приспичит?

– Управление перехватывает программа.

– Виртуал?

– Нет. Просто программа. Правда, очень изощрённая.

Виртула от программы мы отличаем просто. Вирт - это, если угодно, искусственная личность, способная осознавать себя, и обладающая этико-психологическими реакциями, адекватными человеческим.

– И всё же - придёт?

– Думаю - да.

Маленькая хитрость - к нужному месту подходим с противоположных сторон. Нет, античит-защита игры по-прежнему на высоте. Засечь Чёрного Сталкера мы можем только визуально. Но! Но мы можем засечь место, где его нет.

Простенький счётчик трафика плюс кое-какие расчеты. Разумеется, и это на грани допустимого в игре, но, именно на грани. Которую мы не переступаем.

– Внимание, есть активность!

Это наблюдательная группа.

– Он?

– Не похоже. Судя по объёму, какой-то свехнавороченный кастомизированный сталкер.

– Близко?

– Нет. Идёт в противоположную от вас сторону. А вот что-то очень большое пошло!

Никому другому здесь делать нечего, значит - точно он.

– Приготовиться!

– Где?

– Минуту. Вон в том лесочке! Ну, ни пуха!

– В баню!

Так, от меня лесочек дальше, значит, Бондор встретит его первым. Так и есть. Подбегаю, и вижу Егора, бессильно опускающегося в воду. Там не очень глубоко, не захлебнётся. Ну, держись, афросталкер! Бегу, как только могу, быстро.

Меня он, разумеется, видит. А как же иначе? Медленно разворачивает голову, и, вот уже я, испытывая слабость в коленках, опускаюсь в воду.

И, вот уже Егор, торопясь и распинывая болотную воду, торопится ко мне, не забывая, однако, выбирать места помельче.

Вообще-то, нам повезло. Если бы мы встретились на сравнительно глубоководном месте, нам бы уже пришёл каюк. И, слава Богу, это не программа. Та не допустила бы такой дилетантской ошибки, а просто, утопила бы одного за другим, не обращая внимания на шум и крики с другой стороны.

На этом, собственно, и строился наш расчёт.

– Эй, Черныш! А это опять мы! Мы тебе водички принесли!

Монстр аж шипит. Разворачивается навстречу Егору, а я получаю немного времени, чтобы подбежать ближе и проорать свою порцию оскорблений. Бежать по болоту, вообще-то, очень тяжело, но - на нас прокачанные экзоскелеты - пока трудятся механические мускулы, живые могут отдохнуть.

– Не убегай, Чернявый!

Разворот, и я тяжело падаю в грязь.

– Ничего личного! Просто хотим ещё один значок! Не шевелись, мы сделаем это нежно!

Вот так всё просто? Подбегаю, и обрушиваю усиленный сервоприводами удар на затылок. Чёрный выдыхает, выгибается, и, тяжело падает.

– Скотч!

Плотно заматываем монстру гляделки. Не нежничаем - от этого зависит успех миссии.

– Вы чё делаете? Ах, Вы,………!

Скорее от неожиданности, чем осознанно, бью Чёрного в челюсть. Бондор одобрительно кивает. Чем дольше он пролежит в коме, тем меньше времени останется на пакости.

– Внимание, к вам гость!

Это наблюдатель. К нам и правда кто-то приближается.

– Эй, мужики, помощь не нужна? А вы, вообще-то, что делаете?

Это тот самый сверхнавороченный сталкер.

Мы вытираем грязь с потных рож, и, как можно небрежнее сообщаем:

– Да так, Чёрного Сталкера поймали…

Гость оглядывает нечто замызганное, копошащееся у нас под ногами.

– Да ну?

– А ты сними экзик, и сам почувствуешь! - зло советует Бондор.

Монстр тем временем очухивается. На этот раз он не даёт воли эмоциям, а, сразу пускает в ход тяжелую артиллерию:

– Водички, водички!

Мы с Бондором успеваем, а гость - нет. Вливаем с двух фляг, отрешенно наблюдая, как суперсталкер медленно погружается в зелёную жижу.

– Эх, вещички какие… Поставим маяк?

– А то.

Подпрограмма заканчивает действие, поспешно наполняем фляги бурой болотной водицей. Запас есть, но лучше, как говорится, перестраховаться. Для профилактики даю монстру ещё одну плюху. Надо же, синяк! Ну, извини. До свадьбы заживёт. Кого только в невесты возьмёшь - кикимору?

– Водички, водички!

А ты упорный! И очухался быстро. На тебе водички. Свежей, болотной. И ещё одну затрещину на десерт. Вкусно? Будем у тебя условный рефлекс вырабатывать. Вот! Уже ёжишься. Это ничего, что ты монстр, а мы нет. Скоро поймёшь, кто тут самый страшный.

–  …………!

– Не ерепенься. Пойми простую мысль, парень: мы хорошие, а ты плохой. А добро всегда побеждает зло!

– С чего вы…?

О! Он уже настроен на конструктивный разговор. Это хорошо. Показываю винторез:

– Потому, что у нас ружьё!

Чёрный меня, понятно, не видит, но, общую мысль улавливает. Я же улавливаю его движение - тело предчувствует новую порцию боли. Нет, определённо, мужественный человек! Знает, что сейчас огребёт, но не сдаётся.

– Водички! Водички!

– Да запейся!

Видно, как тухлая вода с трудом проходит пищевод. Но, действия скрипта никто не отменял. Попросил попить - так пей.

– Водички!

От удивления даже забываю дать жертве очередной подзатыльник. Впрочем, а поможет ли он? Определённо, с таким пациентом - нет.

– А ты не лопнешь, деточка?

– Да, надо было ведро взять.

Ничего, до хутора дотянем, а там гонец будет с флягой.

Советую:

– Когда черпаешь, жабу старайся поймать. Или червяка.

Егор понимает с полуслова:

– Точно! Во, смотри, какая пиявка здоровая!

Этот метод действует лучше, и «пациент» умолкает. Надолго. Лишь на мгновение приоткрывает щербатую пасть, и, хриплым шёпотом сообщает:

– Я вас запомню…

Гвозди бы делать из этих людей!

– Запоминай, родимый. А мы тебе для памяти самую толстую жабу скормим. Французы, вот, к примеру, почему такие умные? Во-во!

Весь вопрос в том, когда ЧС вспомнит, что движок игры не поддерживает жаб и пиявок.

– Что это с ним?

Высокая красивая сталкерша. Совсем зелёная. А экзик нестандартный. Купила, наверное. Вежливо поясняем:

– Это Чёрный Сталкер. Мы его поим.

– А что это он…

Запинается.

– А чего он какой-то побитый?

– Пить не хочет! - Фыркает Егор.

Девчонка молча рассматривает нас, явно делая какие-то выводы. Наконец, с очевидной враждебностью в голосе спрашивает:

– Что, легко двоим бугаям одного маленького, жалобного?

Теперь фыркаем оба.

– Маленького? Жалобного??

Чёрный Сталкер не просто уникальный монстр. В каждой игре есть персонаж, которого ненавидят. Почему им сделали ЧС - не знаю. По рассказам старых баймеров, раньше он жил-был себе Димой Шуховым, одним из Легендарных Призраков. Но - то ли концепция поменялась, то ли кого очередная гениальная идея озарила - в общем, Дима остался Димой, а обладатель антрацитового кожного покрова нежданно-негаданно сменил амплуа.

Один раз за игру Чёрного Сталкера встречают все. Есть там такой подлый сюжетный квест, который не объехать, не обойти. Заканчивается он обычно потерей всего оружия, снаряжения, и путешествия почти голышом через очень неприятные места. Не обошла сия чаша и меня.

Выбирался я тогда часов сорок, выходя только на покушать и сходить в туалет. Потерял, как сейчас помню, уникальный «Гром» стоимостью под двести тысяч, козырный комбез с восстановлением здоровья, элитный детектор… Дошёл с одним процентом жизни.

Всё это провернулось у меня в голове, и я, выстроив в уме логические доводы, уже было открыл рот, чтобы вежливо объяснить желторотой ситуацию, как вдруг…

– Охотник, ты чего?

А я всё смотрел на её ноги. Красивые, стройные, с длинными лодыжками и икрами ноги. Вот только - возле них не было тени. Совсем. Ещё один уникальный монстр!

– Егор, это морок!

Егор удивленно моргает, но за оружие хвататься не спешит. Наоборот, он отвешивает даме церемонный поклон. Какой же я… Это не морок, это Королева Зоны!

– Здравствуйте, Афина!

Главарь бандитов мгновенно преображается в галантного кавалера, и куртуазно целует даме ручку. Ну, артист! Я же одним глазом наблюдаю за связанным пленником, другим…

– Простите моего друга, отсутствие у него хороших манер искупается лишь его чистым, полным благородных побуждений, сердцем!

Всё правильно, с Королевой так и надо.

– Уверен, если бы он получил в нужное время полный курс образования…

А вот это я тебе ещё припомню, змей! Афина, меж тем, немного оттаивает. Светло так улыбается Егору, и, что-то тихонько шепчет ему на ушко. И исчезает. Бондор тут же преображается:

– Так, ну чё? Понесли!

И куда всё девалось? Впрочем, такой Бондор мне более привычен. Взваливаем на себя тяжелый куль, и тут, Чёрный Сталкер неожиданно тихим голосом произносит:

– Мужики, я сам пойду.

Перемена столь разительна, что пару секунд мы просто молчим. Пленник расценивает наши колебания по-своему:

– Я не буду просить воды. Клянусь.

И, тихо добавляет:

– Пожалуйста. Только не надо больше этой, болотной…

Вот те номер! Очередной трюк? Придирчиво вглядываюсь в черноту глаз:

– С чего бы?

Впрочем, даже я вижу, что монстру плохо. Он явно борется с тошнотой, и, даже цвет кожи приобретает какой-то нездоровый желтовато-зеленоватый оттенок.

– У тебя что, боязнь лягушек?

– Грязи. Будьте добры, оботрите мне лицо. Вы что же, думаете, я не знаю, что поддерживает наш движок, а что нет? Уж своё-то болото худо-бедно…

– У тебя грязебоязнь?

Слыхал я о такой болезни, но вот чтоб так наблюдать…

– Как же ты на таком месте, да с такой болячкой-то?

– Привык. Когда грязь под ногами, для меня её словно и нет.

– А ныряешь как? Когда сталкеров топишь?

Секундное замешательство. И, смущённое признание:

– Программа топит. Когда я особо по сюжету не требуюсь.

– А когда требуешься?

Тяжёлый вздох.

– Пятьдесят грамм принимаю. Если совсем хреново - сто.

Вот, значит как…

– А сейчас выйти и принять не можешь?

– Нет. Во время нештатной ситуации - не имею права.

– А если всё же?

– Штраф. Пятьдесят тысяч из премии.

– Сколько? Ни фига себе…

– Да уж. Мужики, дайте водки? Чем угодно клянусь, не буду борзеть.

Принимаю решение.

– Ладно. Но руки-ноги, уж извини, развязывать не будем.

– И то хлеб!

– И, на пятьдесят-сто грамм не рассчитывай. Сам понимаешь, в целях безопасности…

Темнеет. На руках проносим мертвецки пьяную жертву психологического расстройства ещё с полкилометра, благо, в Зоне всё же вес по-другому обсчитывается. Иначе не потаскаешь в вещмешке полцентнера амуниции. Привал решаем делать у старого, полупогрузившегося в грунт танка. Очертания башни что-то смутно напоминают. Егор присвистывает:

– Надо же! «Мамонт»!

Это и правда он. Сверхтяжелый штурмовой танк, динозавр ушедшей эпохи. Ширина каждой гусеницы - метр, калибр орудия двести двадцать мм. Не удерживаюсь от ехидства:

– Знать, понравился богине!

Бондор подчёркнуто серьёзен:

– К кому Хозяйка Зоны благодушна, тому во всех делах всегда успех!

– Это ты кого-то счас процитировал? Эх, жаль, по скудости образования не уловил всех аллюзий и аллегорий!

Конечно, я шучу, и Егор это понимает. Вместе осматриваем технику. Как я и предполагал - уникальные приборы, нестандартное оборудование. Вот только много всего - в руках не унести. Вертолёт бы сюда.

– Гляди, а вон ещё!

И правда. Даже в сгущающихся вечерних сумерках отчётливо видны два, три, четыре…

– Пять! И этот шестой. Слушай, это же спецгруппа, посланная на штурм Небесного Паука!

Всё интереснее и интереснее. Значит, и остатки таймбота тоже рядом.

– Вертушка нужна! У тебя знакомые среди военных есть?

– Грег Комплейн.

– Лётчик?

– Нет, но знаком с самыми разными людьми. Через него можно выйти на Ликеделера.

Ликеделер, один из самых законспирированных агентов Теней, может, наверное, всё. Бывший кибер-военный, переключившийся на юриспруденцию, и, сразу же нашедший там свою нишу.

– Да, Ликеделер справится.

Не один хакер воспользовался его помощью, чтобы избежать верного срока. Стоило это, конечно, недёшево, но - результат был практически гарантирован.

– Какой у него позывной?

– Ромей. Но выйти на него всё-таки лучше через Грега.

Как мы и предполагали, едва услышав про «Мамонтов» и «Небесного Паука», военные без слов высылают вертушку.

– Скоро будет. Это Ми-26Н.

Ну, всё. Проблему транспортировки Чёрного Сталкера, будем считать, решили. А заодно и прибарахлились на немаленькую сумму. «Тень», конечно, богатая организация, но, свой карман - он свой и есть.

Уже через пятнадцать минут прибывают гости. Быстро загружаем «уставшего» ЧС - у пилотов округляются глаза, прибывшие техники, тем временем, таскают заблаговременно снятые нами девайсы. Не проходит и получаса - отлетаем.

Летим недолго. На Янтаре вертолёт приземляется. Сдаём заказчику «пленного», получаем честно заработанное, и расходимся.

Выхожу из МПИ, записываюсь, и иду спать. Просыпаюсь от звонка.

– Алло.

Теоретически, можно указывать часы приёмов и визитов, в том числе, с перерывами на обед и сон. Но - это уже будет указанием на мой часовой пояс. Поэтому - вэлкам. Назначаем встречу - бар «Матрица». Время - через час. Как раз - чтобы умыться, позавтракать, и посмотреть рекламу про вкусную и полезную социальную пищу.

Ныряю в Вирт. В баре, как всегда, шумно. У стойки тусуется группа модных европейцев. Девушки, с ампутированными по последней моде сосками, обнажены по пояс. Мужчинос, с искусственным целлюлитом на самых разных частях тела - тоже. Равноправие.

Не то, чтобы я был сексист, но эта мода мне не нравится. Ну, добились наши доморощенные арбатистки законодательного разрешения говорить о себе «он», имплантировать усы и бороды (и сколько потом вытерпели насмешек по этому поводу), и зачем?

А эти силиконовые груди, животы и расширители бедер, у мужчинос? Да и само это модное слово. Чем было плохо старое - «метросексуал»? Хотя, с другой стороны, кто я такой, чтобы критиковать? Удачливый кибермэн, подрабатывающий краймингом, и никак с миром высокой техномоды не связанный. Наверное, я просто чего-то не понимаю.

Заказчик, между тем, появился совсем с другой стороны. Обычный здоровый, коротко стриженный парень в кожанке. Ретро-стиль, закос то ли под рокеров, то ли под байкеров двадцатого века. На куртке значок - микроволновая печь странного дизайна, и, надпись: «Начни с малого!».

Понятия не имею, что это значит. На просторах Диптауна всегда что-то происходит, каждый день появляются и исчезают партии, религии, политические группы. Может, какой кулинарный кружок? В сочетании с кожанкой - кулинарный ретро-кружок байкерской кухни!

А что - парень выглядит настоящим хакером. А хакеры - фанаты вкусной и здоровой пищи.

Вот ведь всё-таки, какая же мощная штука - человеческий мозг! Пятнадцать секунд подумал - и сразу всё объяснил. Не уверен, правда, что моё толкование на все сто процентов совпало с истинным положением вещей.

Незнакомец протягивает ладонь:

– Пьяный Сталкер. Можно просто Лёха.

Имя наверняка чужое, да я и не протестую.

– Охотник. Можно просто Охотник.

Заказчик усмехается уголками губ.

– Ценю Вашу осторожность.

И, сразу же берёт быка за рога:

– Работа простая. Никакого убивательства и воровательства. Надо просто проникнуть в штаб-квартиру одной организации, и оставить на видном месте вот это.

На ладони лежит ещё один значок с микроволновкой. Я не тороплюсь.

– Какой организации?

Заказчик молча рисует на столе четыре буквы.

– А Антидиффамационные Войска за мной не прилетят?

Вообще-то, в Россию АДВБР пока не пускают. Но клиенту вовсе не обязательно знать, из какой я страны.

– Надо подумать.

Пьяный Сталкер кивает, и, жестом подзывает официантку. Официанткой у нас сегодня Тринити. Ну-ка, что он закажет? Может, вкусную и здоровую Социальную Пищу?

– Вам СП?

Тринити оценивает внешний вид гостя, и, видимо, приходит к тем же выводам, что и я. Испытываю к официантке некоторое уважение - видать и вправду умные люди думают одинаково. Лёха, однако, нас разочаровывает.

– Не сегодня, детка. Принеси-ка лучше «Гиннеса».

Глядя на её вытянувшуюся физиономию, благодушно добавляет:

– Безалкогольного.

Снова чему-то усмехается. И, дружески советует:

– Никогда не ешь СП.

Расслабляюсь. Этот Пьяный Сталкер, видимо, не так уж и крут, раз ведётся на старые сказки.

– Ты веришь в то, что СП делают из нефтяных отходов?

Я абсолютно точно знаю, что это не так.

– Нет. Не из нефтяных.

Тринити тем временем приносит две холодные запотевшие кружки. Лёха делает лёгкое, почти незаметное движение - имплантированный сканер у меня в ухе предупреждающе пищит: «Несанкционированная программа!». Читаю сообщение. Улыбаюсь. Нет, ну надо же, каков хитрец! Алексей, меж тем, прихлёбывает пиво. Невинно интересуюсь:

– Не крепковато?

Программка эта мне знакома - «Алкогонайзер-120». Вот только - заказать более дорогое безалкогольное пиво, и превратить его… Умно. Очень умно. Значит, и куртка, и весь имидж - только маскировка? Заказчик, меж тем, делает большой глоток, и, неторопливо продолжает:

– В тот год, когда появилась СП…

Ещё один долгий глоток.

– Ничего другого… не случилось?

Эх, Бондора бы сюда! Вот тот историк, так историк. Однако ж, и я кое-что помню:

– Как же, случилось. Именно тогда была решена проблема…

И замолкаю. Смотрю на Лёху большими глазами. Мне очень не хочется верить в то, что я только что для себя открыл.

– Блииин…

– Вот именно. И поэтому - никогда, никогда…

Я уже понял.

– И нюка-колу тоже не пей.

– А…

– И с компами своими разберись. Вот программка.

Вижу ряд цифр. Адрес.

– А с компами чего не так?

Раз уж попался на жизненном пути такой гуру, надо пользоваться.

– С девяностых двадцатого века производительность вычислительной техники непрерывно растёт. А удобство обращения и реальное быстродействие - падает.

– Да ладно!

– Сколько тебе нужно времени, чтобы открыть Pad?

– Э… Убедил.

– Тогда для чего используется девяносто процентов мощности?

– Неужели контроль?

– Да. Персональный. У каждого хакера есть персональный шпион. Его комп. Как имплантанту, ему доступно всё, что видишь и слышишь ты.

– И ты не боишься мне это говорить? Впрочем… А как работает эта программа?

– Даёт пониженный приоритет. Данных собирается меньше, срок хранения - короче.

–  А это не привлечет ненужного внимания?

– Нет. Там (неопределённый жест) тоже бардак. Данные скидываются как попало. Но накопление идёт. Так что, если за тебя не возьмутся всерьёз - прокатит.

– А если возьмутся?

– Если заработаешь миллиард, или трахнешь дочку Смайлера…

– У него есть дочь?

– Приёмная. А ещё…

– Простите, мужчинос, не помешаю?

Мы и не заметили, как один из веселящихся европейцев материализовался за нашим столиком. А поскольку материализация вне стационарных порталов обычно запрещена…

– У Вас закурить не будет?

Ёлочки-зелёночки… Это антибаттаут. Проще говоря - смокер. Значит, сейчас будет теракт.

– Линяем!!!

Времени на стандартный выход у нас нет. Остаётся прибегнуть к незаконной телепортации. У каждого уважающего себя хакера есть программка на подобный случай. У меня вот она подвешена на слово «Линяем». Судя по всему, у Пьяного Сталкера тоже.

– Ли…

Меня выбрасывает в убежище. Это очень надёжное место, и оплата его содержание мне влетела бы в такую копеечку… Если бы я не был знаком с хозяйкой этого замечательного борделя. Да, в вип-борделях по-прежнему отменная охрана. И, даже если кто-нибудь отследил мой «прыжок», то будь он хоть президент Пендостана, если начнётся заварушка, я всё равно успею слинять.

Пару минут размышляю - воспользоваться ли «убежищем» по прямому назначению, или же для надёжности, «прыгнуть» ещё раз, затем слышу в ухе настойчивое «Динь-динь-дон!». Выныриваю в реал. И сразу слышу стук в дверь. Кому-то не терпится. Открываю. Надо же - Селена.

Лет двадцать назад, во время Второй Лунной Афёры, началась мода на «космические» имена, и Селене «повезло» влиться в тенденцию. В детстве ей, конечно, досталось насмешек - после оглушительного Разоблачения, и, особенно, после знаменитого выступления Камеди Клуба, только слепоглухонемой не издевался над всем, связанным с естественным спутником Земли.

Селену я знаю со школы. Иногда мы встречаемся - причём, инициатором всегда выступает она. Прилетит на неделю с какого-нибудь своего Бали или Горноалтайска, и, на пару дней я погружаюсь в реал, выслушиваю все сплетни и новости фэшн-индустрии. Квартира пропитывается запахом дорогого парфюма, на спинках кресел появляются небрежно разбросанные элементы дамского гардероба.

Никаких прочных отношений между нами нет, да, может, оно и к лучшему. Не готов я связывать себя узами. Пусть даже это цепи Гименея.

Сегодня Сэль - «афро». Чернейшая антрацитовая кожа, и зубы с люминофорным напылением. Волосы, впрочем, белейшей белизны - как я и люблю, и, тоже, кажется, слегка светятся.

Меня её перемены уже не удивляют. Пару месяцев назад она была «джапи» - с подтянутыми к вискам уголками глаз, блестяще-золотистой кожей, и - уступка моему вкусу - платинум-блонди.

Вообще, Селена - международная модель, и, большую часть времени проводит в разного рода турне, предапорте, и прочих поездках. Не знаю уж, чем ей приглянулся простой хакер. Наверное, действительно в фэшн-мире совсем нет натуралов. А может, и вправду любит?

Мы не бросаемся сразу в объятья, первые минуты встречи мы вежливо-приветливы, утончённо-обворожительны и притягательно-лучезарны. Благо, не в космической опере, где после первого поцелуя сразу следует постель. Нет, постель будет - но позже. А пока:

– Сегодня мы идём в «Кристалл».

Дорогущее, и, довольно бессмысленное, на мой взгляд, место.

– Сегодня выставка пэтов, а Сильвии нужен котик.

Всё понятно. Селена всегда привозит ближайшей подруге какую-нибудь, как она это называет, «миленькую вещицу». Впрочем, Сильвию я знаю - хорошая здравомыслящая девушка, и, конечно же, котёнка не обидит.

– Обычный, или моди?

– Никаких моди! Обычные, конечно, живут меньше, и имплантантов вечного мурлыканья у них нет…

– И шерсть лезет, и блохи…

Это я уже подначиваю Сэль. Никаких блох, конечно же, у современных кошек и в помине нет.

* * *

Внутри Купола почему-то неспокойно. Ну конечно же, ведь сегодня День Демонстранта! Сегодня можно протестовать против всего и вся. В рамках, разумеется. А бесстрастные холокамеры весь процесс заснимут, а результат отправят на длительное храниение… Даже не знаю куда. Но протестующих это не останавливает.

Вот с требованием раскопать и заново отстроить древний культурный центр Гоморру прошла международная делегация содомитов. Вот с призывом не продавать Китаю квоты на деторождение проплелись вечно угрюмые и нигде не популярные патриоты.

Последних я ещё понимаю - ситуация с демографией в стране далека от идеала. Хотя сам от протеста воздержусь - сказывается давняя хакерская привычка быть в реале «мистером никто». В Диптауне мы - ого-го. Здесь - очень осторожны. И я по привычке суживаю плечи и выпячиваю живот, с целью больше походить на среднестатистического Ивана Джоновича Суньхуньчайнашвили.

Не торопясь, проходим мимо Храма-Дайвера-В-Реале. Это очень интересное заведение, торжества в котором происходят одновременно и в реальном и виртуальном мире, но сейчас - мимо. Кидаю взгляд, кажется, идёт церемония заключения брака.

– А где красная роза? - По традиции, спрашивает невеста.

– Эту розу ещё растят. - Коронная фраза жениха, после которой, если я ничего не путаю, следует полёт и долгий поцелуй над городом.

Сэль что-то краем уха слышит, и, почему-то всю оставшуюся дорогу вопросительно поглядывает на меня.

На выставку мы, паче чаяния, приходим вовремя. Любуемся генноизменёнными видами - собачками, точь-в-точь похожими на кукол Барби, и, модой этого месяца, гладкими, безлапыми и покрытыми чешуёй кошкозмеями.

В зале спортпэтов притормаживаю - там скромного вида паренёк в клетчатой рубашке, кажется, берёт главный приз. Собачку с металлическими лапами и встроенным в холку лазером зовут, судя по табличке, Цербер. Да ну, не может быть, совпадение…

В следующем экспонируют хаусхолдпэтс. Очаровательный модифицированный кенгурёнок весьма убедительно изображает процесс покупки в мегамаркете по самостоятельно составленному списку, складывая купленное в естественную сумку. Снежно-белый модкролик с успехом демонстрирует процесс чтения вслух «Алисы в Стране Чудес», а потешный трёхпалый мангобарсук без спешки жарит на вайв-плите яичницу.

Пятый проходим очень быстро - там выставка-продажа секспэтов.

В шестом Сэль брезгливо морщит носик - здесь одор-пэты с самыми разными выделяемыми естественным путём запахами.

В седьмом и восьмом - веарпэты. И, хоть «зелёные» по-прежнему протестуют, теперь их аргументы разбиваются о железобетонное «Мы носим, не убивая». Сэль на некоторое время там остановилась, чтобы погладить симпатичную шубку-панду, и, покормить специальными сухариками застенчивую берет-выдру.

В девятом зале, в отделе «Компкэт», я, неожиданно для себя делаю покупку - очаровательного синеглазого котёнка. Котёнок, как следует из инструкции, «95% Био». Ладно, дома разглядим, чего он умеет. Сэль загадочно улыбается - а я пытаюсь вспомнить, нет ли у ней болезни века - аллергии? Впрочем, не должно быть. Да и пэты сейчас исключительно гипоаллергенны.

Вечером у нас по плану - «Свит Дрим». Новомодное развлечение, доступное не очень многим. Где получила приглашения Сэль - не спрашиваю.

До этого ухитряюсь-таки погрузиться на полчасика в Вирт. Кидаю Пьяному Сталкеру сообщение - откликается мгновенно, как ждал. А впрочем, может, и действительно, ждал. У кулинаров, как, наверное, и прочих, повернутых на своём хобби, совсем иная внутренняя логика. Для них доставить свой логотип конкуренту может быть очень даже важно. Хотя, та организация не очень-то смахивает на клуб вилки и поварёшки.

А собственно, какое мне дело? Мне платят деньги - я работаю. Быстро договариваюсь о цене, и принимаюсь за дело. Сначала изучаю защиту, на это уходит полчаса, затем решаю воспользоваться обычнейшей службой почтовой доставки. От анонимных отправителей там, скорее всего, ничего не принимают. Значит - напишем немного спама.

Подделать обратный адрес благодаря кое-каким специфическим вещичкам, позаимствованным на Тенях - пара пустяков. Теперь - смотрим. То, что через защиту не проходит, то «молчит». А вот если виртуальная СБ пропускает, ко мне сразу же приходит ответ. Стандартная, как говорится, процедура. Так, что же они читают? Ага, это нет, ну, это я и не ожидал особо. Вот это - да, и вот это, надо же - ещё и это?

Для своих целей выбираю косметику Мэри Мэй. В самом деле, каталог предусматривает пробники, лейбли, постеры, и прочие рекламные шалости. На кулинарный значок здесь, скорее всего, никто не обратит внимания. Нет - шерстить будут - в поисках неприемлемых запахов и прочего, но, вероятнее всего, без особого фанатизма. Так, встраиваем значок, приклеиваем аттеншн, ставим «звоночек», затем меняем линк обратной связи, пересчитаем контрольную сумму… Готово!

Да - ещё звонок в настоящую Мэри Мэй. Записываю голос оператора, делаю слепок. Вот теперь - поехали. Отправляю пакет. Буквально три секунды - и получаю на свой «липовый» номер сигнал. Служба безопасности вежливо интересуется причинами внеочередной отправки каталога. С помощью скремблера объясняю поступлением новой коллекции макияжеров.

И сразу же - звонок! Это значит, посылку получили, и уже успели раскрыть. Система привлечения внимания - в простонародье «аттеншн» сработала (а она у меня отрегулирована на максимальный саундколор, а значит, дело сделано. Выныриваю как раз вовремя, чтобы успеть собраться и поехать на Свит Дрим.

* * *

Театр начинается с вешалки, а Свит Дрим, как ни странно, стартует с беседы. Полсотни вопросов, полиграф - да у них тут всё серьёзно! Затем процедура, известная всем спортсменам, как гран-релакс, слегка, правда, усовершенствованная. Наконец, когда нервно-мышечная система была оптимизирована, а витамины только не лились из ушей, нас рассадили по гермокреслам.

Такие я видел только в рекламе. Очень дорогие штуковины, позволяющие добиться симуляции самых разных ощущений. Впрочем, почему симуляции? Если управляемая магнитная жидкость собирается в искусственный кулак и лупит по рёбрам, то это именно удар по рёбрам, а не его эрзац, выдаваемый напрямую нервной системе. Диапазон, как я слышал, весьма широк. От мягких поглаживаний, и до всего чего угодно.

Так, теперь какой-то сложносоставной чай. Пытаюсь определить ингредиенты, на вкус узнаю мяту и… И тут Вселенная взрывается. Яркий такой взрыв. Очень красивый. Несколько секунд (минут, часов?) наслаждаюсь нереальной красотой, затем меня мягко берут за руку. Оглядываюсь: Сэль. Шепчет:

– Привет, Охотник…

Вместо ответа целую. Губы нежны и пахнут мятой.

– Компания «Свит-Дрим» рада приветствовать Вас внутри Вашего сна!

В небесах (откуда они взялись?) появляется чья-то добрая благообразная физия. Из тончайше-белых облаков формируются плечи, руки…

– Напоминаем Вам, что всё это - сон! Наслаждайтесь!

Воспринимаю информацию, тут же забываю. Интерьер, между тем, меняется. Мы на поляне с нежнейшей шелковистой травой. Сквозь кроны высоких деревьев просвечивает невыразимо-прекрасное солнце.

Сэль утыкается мне в ключицу. Нежно обнимаю, и, чувствую, что отрываюсь от земли. Действительно отрываюсь! Совершенно беззвучно мы воспаряем, слегка при этом кружась, как будто в туре вальса. Впрочем, почему как будто? Незнакомая мелодия крепнет, ширится, я слышу звуки скрипки и виолончели. Оказывается, танцевать в воздухе - так здорово! Мы уже поднялись выше самых высоких деревьев! Селена негромко смеётся.

– Напоминаем Вам, что всё это - сон! Наслаждайтесь!

Какой…? Мы уже над водопадом. С шумом ледниково-синяя вода низвергается в море. Это какой-то остров. Суровые гиганты кедры растут прямо на склоне гор, что вершинами упираются в небо. Это так замечательно, что хочется заорать. Мы и кричим, не выпуская друг друга из объятий.

– Сон!

Остров меняется. Горы сглаживаются, северный лес меняется на субтропики. Море меняет цвет. Теперь это - океан. Длинные неторопливые волны мерно накатываются на пляж. Рука Сэль у меня на плече.

– Внутри сна!

Теперь это летний вечер где-то в Средней Полосе. Нежный ветерок колышет травы, одуряющее пахнут степные цветы. Голова кружится от их аромата, и от запах мяты. Я снова целую Сэль?

Солнце медленно опускается за горизонт. И, когда темнота уже накрывает нас мягкими крыльями, снова возникает свет. Он растёт, и ширится…

А затем раздаются аплодисменты. Где я? Немолодой психолог, который задавал мне вопросы, открывает гермокресло. Ох ты! Ну надо же. Что это было?

– Как Вам понравился Свит Дрим?

Из соседнего кресла поднимается Сэль.

– Это восхитительно! Какое солнце, какой водопад, какие замечательные острова!

Опа! Это что же, мы видели одно и то же?

– Да-да! - отвечает на мой невысказанный вопрос седой доктор.

– Но как? Вы что, погрузили нас в Вирт?

– Что Вы! Всё гораздо сложнее! Вашим погружением управляла сотня человек! Медики, психологи, нейронисты. Плюс два суперкомпьютера из первой сотни.

– Но как…

– …добились стабильности? Это и есть наше ноу-хау. Каких-то особых секретов нет, просто комплексный подход.

Так я и поверил.

– Собственно, совпадение того, что Вы видели оба, достигало девяноста семи процентов. Но дело не в этом.

– А в чём?

– Добиться такой остроты ощущений и переживаний, которые Вы испытали, можно только во сне. Когда логические центры отключены, и все ресурсы организма идут только…

– На удовольствие?

– Скажем так, на красоту. Ведь Вам было красиво там?

Странный вопрос. Ещё раз вспоминаю…

– Не просто красиво. Офигительно красиво!

Доктору, кажется, льстит моя искренность.

– Вот-вот. И заметьте, никаких наркотиков. Только чистейший, производимый Вашим же мозгом, эндорфин. А это значит - никакой зависимости, и никакой ломки!

Вот в это я почему-то не верю.

– Кроме того, такой наплыв чувств просто не пройдёт контроль системы. Вас просто выбросит из Вирта!

Да уж. Пожалуй.

– И последнее. В рекламных, Вы уж извините, целях, мы сняли происходившее в Вашем сне. Нет-нет, не волнуйтесь! Мы всё подредактируем, изменим чуть-чуть внешность, никакого интима посторонний зритель не увидит!

А что, там был ещё и интим? Лихорадочно пытаюсь вспомнить. Краснею.

– Это в принципе предусмотрено соглашением, которое Вы подписали.

Припоминаю, что-то было там маленькими буковками…

– Там было сказано, что съёмка может производиться.

– Уж извините ещё раз, просто Вы феноменально красивая пара. И такие чистые взаимоотношения. Серьёзно, Вы бы знали, какие только фрики сюда не приходят.

– Сэль!

– Да, милый? Не волнуйся, они изменят нам внешность.

Ну, раз изменят, то и фиг с ним.

– А ты откуда узнала?

– Сильвия сказала. Их с Джаэн приглашали для съёмки рекламы.

* * *

Дома первым делом ныряю в Вирт. И, конечно же, первым делом вижу громаднющую, на пол-небосклона рекламу Свит-Дрима:

– Я люблю тебя, Охотник!

Да, внешность действительно переделали. Я стал выше, хотя и так не маленький, и, чуть-чуть поуже в плечах. Голос, слава Богу изменён, лиц не видно. А Охотников, думаю, в Вирте немало. Нет, оперативно ребята работают!

Запястье пронизывает слабая вибрация. Это вызов. Нажимаю на кнопочку, и переношусь в офис. Заказчик, как будто, мне знаком. Точно - за него я как-то играл целую эпоху в «Цивилизации». Даже выиграл, между прочим. Цепляю на лицо стандартно-суровое выражение мегапрофессионала.

– Здравствуйте!!!

Однако, сколько радости. Наверное, я ему сильно нужен.

– Вы мне очень сильно нужны!

– Хм. Что-то сложное?

– Да! То есть, нет. То есть, да, но не сложное, а очень сильно важное!

– Слушаю Вас.

– Не сегодня-завтра у меня бой, который я не должен проиграть. Вот просто не должен, и всё. А меня, как назло, в командировку отправляют. Тоже в Вирт, но выбраться в Игру оттуда не будет никакой возможности. Да и времени на это не будет, если быть точным.

Морщу лоб.

– Как экономика?

– На подъёме! Производство зашкаливает, деньги потоком! Всего-то и надо - сколотить армию, да разбить этого мерзавца!

– Нападёт?

– Должен. Это его последний шанс. Если помедлит, у меня откроется сразу куча технологий, и всё, бай-бай. Так что, не сегодня-завтра нападёт. Если у Вас есть время… Оплатой не разочарую!

Да пожалуй есть. С другой стороны, и размять ум не помешает, а то всё слэшеры, стрелялки, да эрпэгэшки не сложней тех же эфпээсов…

– Согласен!

* * *

Как вижу, заказчик не соврал. Экономика - в порядке, армию могу сделать, какую пожелаю. До ядерных бомб пока далеко, а значит… Решаю не мудрствовать лукаво, и создаю Золотой Легион.

Легион панцирной пехоты. Это не обученные крестьяне, это не тренированные до уровня «бью-стреляю» бывшие работники цехов. Здесь только мужчины, только европеоиды, только от метр девяносто и выше. Результаты многолетнего отбора и расчетливо-изнурительных тренировок. Здесь нет фаталистов-арабов. Здесь нет плюй-на-всё-и-спасай-свою-шкуру американцев. Если вы надеялись, что они запаникуют и побегут, то зря.

Высадка с десантного корабля, короткая стычка с немногочисленными патрулями, и - ожидание. Сейчас - им всё внимание. Вражеские войска по всему континенту - мув, мув, мув! - одеваются, получают табельное оружие и выдвигаются к точке «Х».

Сначала - бомбардировка с воздуха и артиллерийский обстрел. Это так привычно, что мои легионеры, наверное, с трудом сдерживают зевок. Затем - атака. Проба сил, нанесение значков на штабную карту. Отбита без труда, и, даже, как мне кажется, с некоторой скукой. Затем - ещё раз артиллерийский удар. Авиация отдыхает - ибо в реальном бою это очень дорогой металл. И - атака. Просчитанная, взвешенная, с необходимым запасом сил и прочности. Разумеется - отбита. Ибо - как я уже говорил, элита.

Ещё атака. И ещё. Град снарядов, и, делать-то нечего, приконченный за два дня полугодовой ресурс авиации. Шушуканье во вражьем стане, и, громкий смех - это что, всё, что они смогли? - среди союзников. Подползающие в дыму диверсионные группы - последний рывок?

Уже не сдерживаемый никакими ограничениями, противник наносит удар - всеми силами и ресурсами. Победа? Да как бы ни так. Отныне войска супостата боятся моих гренадёров, моих чудо-богатырей сильнее, чем своих командиров. Массовая сдача в плен. Новые укрепления, новые отбитые атаки.

И вот кое-кто уже близок к революции… Не дожидаюсь самой, ввожу войска. Обычные войска, не элита, но проходят, как нож сквозь тёплое масло, занимают важные города и, наконец, столицу. Произвожу смотр войск, под подошвами солдатских сапог - шёлк иноземных знамён.

Ординарец почтительно склоняет голову:

– Повелитель, как бы Вы желали назвать этот выдающийся отряд?

Любуюсь делом рук своих, и - выхожу.

– Привет, Мор! Что я принёс?

Мор шевелит центральной башней.

– Да информацию одну интересную. Про Свит Дрим этот. Блок любопытства, кстати, сдай!

Ах да, стандартная процедура. Стартую процесс, и, почти физически ощущаю послойное стирание памяти.

Мор чего-то негромко ворчит, и смотрит на один из внешних дисплеев. Тоже нахватался привычек у людей? Уж ему-то с его специализацией это раз плюнуть. Так, у меня тоже проскакивают человеческие идиоматические обороты…

– Мор!

– Так надо. Чем каждый раз тебе память загружать/стирать… Проще кое-что оставить.

– Так что со Свит Дримом?

– Интересные у них там разработки. На стыке нейроники, медицины, психологии…

– Кибернетики и математики! - согласно статусу шучу я.

Или не по статусу? Ёлки, уже и не понять, что моё, а что…

– Мор!

– Потерпи. Ты допущен к проекту «Сила», значит, тебе нужна информации о том мире. Тем более что следующим заданием ты будешь очень сильно удивлён…

Охотник - Отдельная глава

– Разговор пойдёт о поэзии.

Я оглядел собравшихся. Сержант был, паче чаяния в, строгой тройке, с моноклем и крупным перстнем-печаткой на пальце. Остальные мало уступали ему по стилю. Дамы - три грации в изысканно-строгих вечерних платьях, и одна в чём-то среднем между туникой и кольчугой, но тоже от каких-то заоблачных кутюр, и господа с тростями и сигарами. Знакомых лиц не оказалось, но это ничего не значило - в Вирте смена образа - достаточно обычное дело. Шепчу:

– Автокостюм!

Программа мгновенно подстраивается под окружение, и, вуаля - я стою перед честной компанией, упакованный и зафрантованый а-ля Евгений Онегин. Насладившись произведённым впечатлением, прохожу к свободному с высокой спинкой креслу и присаживаюсь. Присутствующие молча, и, как-то чересчур живо и осмысленно переглядываются. Кажется, разговор идёт в привате. Сержант церемонно касается монокля, и, я начинаю слышать звук.

– Что ты знаешь о проекте «Жихарь»?

Пожимаю плечами.

– Игрушка по мотивам произведений Михаила Успенского. Драки, магия, юмор. Стёб с элементами литературы. Точно не знаю, сам не играл.

Сержант качает головой.

– А также научно-исследовательский проект Института Литературоведения. Знаешь, чем они занимаются?

Усмехаюсь.

– Искусственного Поэта делают. Машину по производству стихов.

– Правильно. И что ты об этом думаешь?

– Я в поэзии, вообще-то не копенгаген. Но, на мой простофильский взгляд, чтобы создать что-то гениальное, надо вывести определение гениальности.

– Именно!

Сержант выглядит очень довольным.

– Люди, конечно, пишут талантливые вещи и без этого определения. Но у людей есть интуиция! Машина же учится прямо на стихах, попутно их же и оценивая.

Мне становится интересно.

То есть, эта МПИ - на самом деле полигон для Искусственного Поэта? И, по совместительству, Искусственного Критика?

– В общем, да. Нас же наняли протестировать некоторые ситуации.

– Какие?

Сержант разводит руками.

– Ты же сам говорил, что не этот…

Обозначаю улыбку.

– Понял. Так что от меня требуются?

– Провести группу поэтов. Они, по ходу игры будут читать машине стихи. Игровую систему знаешь?

– Не вчера родился. Чтобы пройти в определённое место, нужно прочитать перед специальным камнем, Проппом, стих. В зависимости от него он даст некоторое количество местных денег, которые и расходуются для разных целей, в том числе и для прохождения в закрытые локации. Так?

– Так.

Пробую блеснуть эрудицией.

– А новеллы и устареллы рассказывать можно?

– Стихи. Только стихи. В общем, пойдёте группой, на тебе боевая часть, а поэты будут открывать новые территории.

Улыбаюсь.

– А не проще томик Пушкина взять?

– Не проще. Каждое стихотворение «играет» только один раз. А все стихи Пушкина уже рассказаны. Проверено.

– И запомни - девиз этой игры - «Стёб всего и над всем». Не отстебаешь ты - отстебают тебя. Позволь представить группу:

– Афина.

– Жанна Д’Арк.

– Настасья Филипповна.

– Фаина.

– Берсерк.

– Перейро.

– Граф да Мор.

Какое-то имя знакомое. Впрочем, вспоминать лениво.

– Ну что, берётесь? В начале каждого уровня есть гид…

Начало локации «Наша Гаша»

– Особенно остерегайтесь равшанов!

– Равшанов?

– Это такие маленькие бородатые дети в пионерских галстуках. Налетят толпой - сожрут. Правда, есть от них одно верное средство…

– Какое?

– Монетка?

– На!

– Так вот, равшаны не нападают сразу. Сперва они кружат вокруг жертвы, и, время от времени, радостно кричат: «Равшан!». Если на этот вопль им ответить «Джамшут!», сразу отстают. Плохо только, что отбежав ненадолго, сразу о вас забывают. И, если наткнутся снова, вновь будут рассматривать вас как пищу.

– И что же в этом плохого? Можно снова проорать отзыв.

– Задолбаетесь всё время орать. Правда, есть и от этого верное средство.

– Монетка?

– Спасибо. Дробовик, заряженный солью. Нужно только выцелить равшана с самой большой бородой, и дать по нему залп. Тогда, с ритуальным криком «Зацем ругаесся, насяльника!», тейп равшанов самоуничтожится, или, с небольшой вероятностью, переходит к вам в подчинение.

– Какие ещё трудности?

– Ещё ходит в тех местах сербский призрак высокого уровня Военко Мат. Преследует только чаров мужского пола. Спрятаться от него очень сложно, но есть один способ.

– Держи, вымогатель…

– Благодарю. Надо прикинуться увечным или больным. Поволочить ногу, или очень громко покашлять. Приём со стопроцентным срабатыванием - пустить под себя лужу.

– Фу…

– Есть ещё один способ…

– Не дам!

– Ну и не надо. Вам бы он всё равно не понравился.

– Как тут с пищей?

– Гм. Как бы вам сказать… В общем, есть будете то, что не тонет.

– Да я тебя!

– Нет-нет, не то, что вы подумали. Хотя… В общем, основа местной продовольственной системы - коровы. Они ходят по большому исключительно батончиками «ваунти». Эти батончики так легки, что не тонут…

– Я это есть не буду!

– Ну, или покупайте в тавернах и носите с собой что-то ещё.

– Что???

– В основном, всё безвредно.

Первый Пропп стоял недалеко от гида. Одна из дам подошла к камню, огладила его рукой, и начала:

О, славный мой рыцарь, куда ты идешь?

К каким высотам стремишься?

Навстречу каким просторам, ветрам

Летишь перелетною птицей?

О, милая дева, иду я туда

Где правда бессильна пред ложью.

О, милая дева, путь мой лежит

В темное царство зла.

О, славный мой рыцарь, путь твой тернист.

В дороге не встретишь покой.

О, славный мой рыцарь, прости мой каприз,

Возьми меня рыцарь с собой.

О, милая дева, промчатся года,

Забудешь меня и простишь.

За то, что тебя взять с собой не мог.

За то, что ушел я один.

О, славный мой рыцарь, я буду молить

И ночью и днем всех святых.

О том, чтобы легче дорога была.

О том, чтоб ты помнил меня.

О, милая дева, оставив тебя,

Богатств на полцарства теряю.

Но даже все царство готов я отдать

За эту дорогу без края.

О, славный мой рыцарь, я буду твоей,

Когда твое имя прославят.

И даже когда, терновый венец

Ты примешь, окончив свой путь.

– Браво, Настасья Филипповна!

Первым молча зааплодировал блистательный де Мор, затем к нему присоединились остальные. Кошель, между тем, сразу ощутимо потяжелел.

Первых равшанов встретили буквально через пять минут. Племя, или тейп, как его назвал гид, расположилось на лесной опушке. В центре вытоптанного круга висел над костром уже немного подкопченный мальчик с голубыми глазами, рядом, прикованный к кастрюле толстой железной цепью, сидел несчастный полосатый кот. Из расположенного неподалёку сарая доносилось истошное мычание коровы и довольный детский смех.

С котом происходило что-то неладное. Иногда его глаза загорались красным адским пламенем, он начинал лихорадочно оглядываться, и совершать непонятные ловяще-давяшие движения. Продолжалось это секунд пять-десять, после чего котейко восстанавливал свой нейтрально-кошачий вид.

Равшаны, водящие хоровод вокруг костра, были антрацитово-чёрного цвета. Время от времени они прекращали хоровод, вскидывали к небу бороды, и, на мотив американской кричалки «Кам он, солджер, он ё фит!», громко и слаженно орали:

За столом не будет грустно!

Дядя Фёдор - это вкусно!

Заметив посторонних, один из афроканнибалов подпрыгнул от неожиданности, прищурился, и, радостно-приветливо прокричал:

– Равшан?

Остальные тут же достали вилки и насторожились.

– Джамшут! - Не растерялся граф де Мор.

Аборигены деловито пособирали вещи, свистнули в сарай, и, организованным строем отправились восвояси. Отвязав мальчика, и, с некоторой опаской кота, мы приступили к знакомству.

– Дядя Фёдор! - Обаятельно улыбнулся слегка подкопченный мальчик.

– Кот Шрёдер, бывший Матроскин! - Важно представился кот, и, непонятно почему, с упрёком посмотрел на де Мора.

– Да ладно, Матро… Шрёдер, не сердись! Просто папе был нужен кот для опытов. Он известный учёный, профессор, не могли же мы отказать ему в такой малости! Тем более, что он физик-ядерщик, а не биолог-живодёр.

– Фамилия Вашего папы, извините, не Шрёдингер?

– Вот видишь, все его знают! Матро… Шрёдёр, не сердись!

Кот протянул для приветствия полосатую лапу, и, в этот момент с ним снова что-то произошло. Глаза налились пламенем, рот перекосила нехорошая ухмылка, а когти на лапах увеличились впятеро. Он внимательно огляделся вокруг, закатил глаза, и, в каком-то сомнабулическом трансе произнёс:

– Аццкие мыши… Аццкие мыши заполонили мир. Ом мани падме хум…

После чего произвёл пару непонятных пассов, дико огляделся и завопил:

– Врагу не сдаётся наш гордый Варяг! Мачииии…

Дядя Фёдор горестно вздохнул.

– Это он по своей корове Мурке тоскует. Когда она рядом, он ещё того, держится. Пойду её из сарая приведу - заодно и поедим!

– Нет-нет!

– Не надо!

– Спасибо, мы только что поели!

– Это же надо, сколько батончиков! Только все, почему-то, кофейные…

– Равшан!

– Джамшут!

– Эх, сколько их… Фёдор Михайлович, где тут дробовик приобрести можно?

– Да в любой оружейке.

– Равшан!

– А далеко ли… Джамшут!… до ближайшей?

– Равшан!

– Джамшут!

– Да вон уже, очередной Пропп виднеется!

– Дошли…

Переход на локацию «Невероятно, но фак»

Ах, как давно я не смеялась,

До хрипоты, по-детски, беззаботно.

И что со смехом моим сталось?

Я не смеюсь, я усмехаюсь злобно.

Я разучилась улыбаться

Мечтательно, наивно, с озорством.

Когда пришлось мне попытаться

От боли врать всем шутовством?

Теперь уже никто не сможет

Сорвать с меня мой грим и маски.

Все въелось, обратившись кожей,

И слезы…вперемежку с краской.

Стихотворение сорвало очередной шквал аплодисментов. Кошелёк превратился в довольно тяжёлый колобок.

– Надо тратить! - озабоченно взвесив его на руке, решил Перейро.

– Эй, гид!

– Чего изволите?

– Расскажи-ка, чем здешние места знамениты!

– Пожалте. Во-первых, здешний район единственный, который заселяют знаменитые непарнохвостые мулдаши. От парнохвостых они отличаются миленьким хоботком, растущим под средним глазом. Они довольно опасны - стая из семисот-восьмисот мулдашей легко загрызает некрупного гидроцефала.

– И как с ними бороться?

– Благодарю. Просто тихонько прошепчите: «Эрнест».

– И что?

– Прибежит Эрнест и прогонит мулдашев.

– Какие ещё тайны

– Вот там слева видите развалины психбольницы? Мимо лучше не ходить. Первый корпус контролируют курпаты, новый - малахи. Или наоборот…

– Чем-то друг от друга различаются?

– Названием. Главный и у тех, и у других - Доктор. Только один - Доктор курпатов, второй - Доктор малахов. Запомнили?

– И чем занимаются?

– Бесчеловечными опытами, чем же ещё? Дальше расположены секретные научные лаборатории. Что там происходит, толком не известно. Ходят слухи, что в Лаб-5 доказали, что Бога нет, а в Лаб-10, что Он есть. В любом случае, лучше обойти стороной.

– Куда ведёт эта дорога?

– Хм, по этой дороге тоже лучше не гулять. Есть информация, что здешних пешеходов забирают к себе инопланетяне.

– И что?

– Да, в общем, ничего. Через некоторое время отпускают. Кое-кому, говорят, даже нравится. Снова приходят.

– Нам это не надь! Прочие опасности?

– Ещё здесь водится филологический терминатор. Сбежал с военно-лингвистической лаборатории Мытищинского тракторного завода. Выглядит как обычный киборг, но в качестве оружия использует Слово.

– Одно?

– Иногда два. Понимаете, это была экспериментальная партия. Вы слышали когда-нибудь такие поговорки, как «Слово может убивать», «К штыку приравняв перо», «Язык страшнее пистолета»? Вот кое-кто и задумался над созданием Абсолютного Филологического Оружия. Получился Спек.

– Спек?

– Специальный Портативный Електрический Киборг. Вступать с ним в акустический бой смертельно опасно. Правда, есть от него средство. Глушитель - на порядок снижает нейролингвистическую опасность. Совсем не дорого.

– Как работает?

– Как обычная программа-переводчик. Заменяет потенциально опасные для психики комбинации слов синонимичными конструкциями.

– Берём. Ну что, пошли?

– Погодите. А можно ещё одно стихотворение? Я Вам бесплатно думовский дробовик подарю!

– Да ради Бога! Такое пойдёт?

Голод мутный,

Ты стоишь у окна.

Взгляд безумный-

В целом мире одна!

Дым кальяна

Не развеет грусть.

За стеклом серенада,

Не тебе - ну и пусть…

Пальцами узоры

Перестань выводить!

Дикие взоры…

А кого винить?!

Не луне молись,

Позовет - уступишь.

Не шепчи. Не бранись.

Ее не подкупишь.

Ты убей улыбкой

Миллиарды звезд!

Утро не ошибкой

Вырвало из грез.

Солнце ослепило,

Заставляя жить.

За любовь пол - мира

Ну, кому дарить?!

Тепло простились с рыдающим гидом, и, почти сразу встретили искомого киборга. Подойдя к нам вплотную, и, внимательно всех осмотрев, он сразу же перешёл в атаку:

– Маленькие висящие морковки!

Мы недоумённо переглянулись.

– Недозревшие огурцы! Протухшие бананы! Криво выросшие пестики!

– Чего?

– Да идите вы на огуречную грядку! В банановый лес! В ржавую гайку!

– А, это глушитель так работает! - Перейро с уважением посмотрел на хрупкий с виду кулон.

– Так у вас глушило? Ну, это нечестно. И вообще, это в корне разоблачает вашу внутреннюю моральную сущность!

Ругнувшись для порядку ещё пару раз, филологический терминатор Спек уныло побрёл прочь.

Дальнейший путь занял не очень много времени. По совету гида, избегая ненужных встреч, короткой дорогой мы вышли прямиком к следующему камню.

Локация «Тхэк-В-Ондо».

Новый днеь

Пронзительно-синее небо,

Увидела,

Едва проснувшись.

Настойчивая тень слева,

Бегала,

Лица коснувшись.

Морозный свежий воздух,

Ощутила,

Форточку открыв.

Трогательный нежный пух,

Подцепила,

Струя вверх взмыв.

Белоснежный иней,

Ослеплял,

Тополя украшая.

О себе день зимний,

Заявлял,

Красотой поражая.

Зааплодировал даже стоящий неподалёку гид. Когда, он, неспешной походкой, на ходу расстёгивая кошелек, подошёл к нашей группе, мы обратили внимание на его странную внешность: густые седые брови, длинные волосы, завязанные в пучок, и чем-то разрисованное лицо. Так же не спеша, гид поклонился на все четыре стороны, зачем-то сказал «Осс!», и, после небольшого торга приступил к объяснениям.

– Здесь главное не стоять на месте. Не ровён час, какой-нибудь Пьяный Мастер закурить попросит.

– А кто тут вообще обитает?

– Дикое племя - каратуи. Этим, если будут кидаться в драку, сразу кричите «Ямэ!». А если быстро произнесёте «Ич-Ни-Сан-Джи-Гоу-Роки-Сити-Хати-Кю-Дзю», то всё племя впадет в религиозный экстаз на десять минут. Вождём у них сейчас Кун Фуфайтер, довольно неприятный тип. При встрече, главное, сразу признавайте, что его кунфуй сильнее вашего, это многих спасло.

– Ещё?

– Если увидите, что в высокой траве движется нечто полосатое - не пугайтесь. Это Крадущийся Тигр.

– И что он делает?

Гид задумался.

– Да хрен его знает. Пока только крадётся - ничего другого от него не видели. Да, ещё на Затаившегося Дракона не наступите. Затаивается, подлец, где надо, и где нет.

– Опасен?

– Очень! Сразу в суд потащит. Кошелька, будьте уверены, лишитесь.

– Что ж. Спасибо за помощь!

На следующем перекрёстке нас уже поджидали. Бомжеватого вида панда, явно уже с утра навеселе, осмотрел нас критическим взглядом. Обойдя наш маленький отряд по неровной дуге, нетвёрдыми шагами приблизился и произнёс голосом Ильи Лагутенко:

– Панда. Панда Кун Фуфайтер. Бывший парикмахер.

При этом почему-то в упор посмотрел на корову Мурку.

– Матроскин, видя такое внимание к любимой корове, насупился:

– Кот Шрёдер. А что это у Вас, уважаемый Панда, имя-отчество какое-то несибирское?

Панда всмотрелся в кота, икнул, и отступил на пару шажков.

– Ш-шрёдер? Т-тот самый? Да шо ж я стою, прОшу дорогих гостей на учебно-показательную тренировку в их честь! Какой стиль предпочитают паны?

Перейро сделал жест, чтобы почесать шею, Кун Фуфайтер мгновенно уловил движение и, по-своему расшифровал:

– Стиль пьяного мастера, понял. Прошу вон в ту деревеньку, хе-хе. А имя-отчество, ну, хто его счас знает - шо дали, то и носим, хе-хе…

В деревне как раз начиналась тренировка. Субтильного вида новички, внимали командам суровых, покрытых шрамами мастеров.

– И, раз, два, три, принял!

По команде «Принял!» новички, с видимым трудом опустошили по мелкой двадцатипятиграммовой рюмке, скривились, и сделали дружный выдох:

– Йа!!!

На наших глазах один из новичков не выдержал, и, не замечая строгого взгляда наставника, потянулся к тарелке с печеньем.

– Стоять! Упал-отжался! То есть, налил-выпил! Налил-выпил! Налил-выпил! Группа, унесите товарища.

– Ну что, господа, готовы ли Вы к столь нечеловеческим испытаниям?

Видно было, что эта ужасная жестокость тренировки произвела впечатление даже на невозмутимого Панду.

Де Мор молча огляделся, почесал затылок, снова огляделся, и, подозревая подвох, обратился к мастеру:

– А што пьём, милейший?

– Сакэ! - твёрдо ответил самурай.

При звуках этого слова у половины новичков начались конвульсии, другая половина просто побледнела.

– И сколько градусов?

– Тренировочный вариант - десять!

Уже и вторая половина будущих чемпионов сползла под столы.

Не найдя подвоха, Мор нехорошо прищурился.

– Подвинься, любезный!

От его лёгкого толчка, ближайший ученик просто слетел с лавки. Перейро сел, крякнул, передёрнул плечами. От этого движения попадали со своих мест и остальные. Мы зняли их места.

– Ну-с, приступим.

– Что будете пи… эээ, чем будете разминаться?

– Водка.

– Водка?

Плохо сделалось уже и некоторым мастерам.

– Да. Дамам - вина.

– Шампанского! - твёрдо сказала Афина.

– Советского коллекционного! - поддержала подругу Настасья Филипповна.

– Мне экстракта валерианы. Мурке - ферментированного мамонтового молока. - Сделал заказ Матроскин.

Где-то на пятом подходе Перейро, вместо тоста, продекламировал:

Я снова пьян, я снова на коне

Такое состояние души -

Слова сгорают в пепел на огне,

Который невозможно потушить

Слова… приносят ненависть и страх

Так редко радость, и так часто боль

Вот почему в моих бредовых снах

Все призраки молчат наперебой

Я тоже вроде должен бы молчать,

Я тоже призрак в чьём-то глупом сне

Хочу, но не умею закричать -

Я снова пьян, я снова на коне

Оставшиеся на ногах Пьяные Мастера склонились в поклоне. Кто-то протянул маленькую японскую гитару. Перейро перебрал струны и чистым ясным голосом запел:

Послушай, пей - и ни о чем не жалей

Послушай, пей - и ещё мне налей

Послушай, пей - пусть всё сгорает дотла

Мне наплевать на грехи и благие дела

Я не хочу помнить всё,

Всё что было со мной

Я не хочу слушать тех,

Кто стоит за спиной

Я не надеюсь что кто-то

Полюбит меня

Я не надеюсь дожить

До последнего дня

Я не надеюсь дожить

До последнего дня

Послушай, пей - и ни о чем не жалей

Послушай, пей - и ещё мне налей

Послушай, пей - пусть всё сгорает дотла

Я разменял все грехи на благие дела

Послушай, пей - и ни о чем не жалей

Послушай, пей - и ещё мне налей

Послушай, пей - когда не хочется пить

Но я просто так не могу забыть

Я помню всё, помню всё,

Всё что было со мной

Я вижу лица людей,

Что стоят за спиной

Я разменял все грехи

На благие дела -

И что осталось теперь? -

Осталась только зола…

Послушай пей - осталась только зола

Послушай пей - осталась только зола

Осталась только зола, осталась только зола…

– Браво! Ещё!

Перейро пожал плечами, ударил по струнам, и запел на мотив баллады:

Хочешь отдам тебе часть души

Я за стакан вина?

Да ты не бойся, бери себе

Я ведь ещё не дошел до дна

Хочешь отдам тебе за стакан

Радость свою и боль

Мне в этом мире одна цена -

Быть бы самим собой

Вольного ветра хмельной напев

Переплетен в слова

Да наливай ты полней стакан

Светлая голова!

За тех кто с нами и кого нет

Будет стакан пустой

Нам в этом мире одна цена -

Быть бы самим собой

Лучше ушедшим вслед не гляди

И не зови назад

Время ушло и его не вернуть

Это не я сказал

Мелкой монетою на глаза

Платится встреча с судьбой

А одиночеством плачено за

Право побыть собой…

– Бис!

От громких криков очнулись даже ранее упавшие под лавку. Перейро поклонился.

– Ну, а сейчас - весёлая, задорная - моя цыганская!

Ночь, луна - да ни хрена

Ни хрена не ладится

А счастья нет, да жизнь моя

Да по ухабам катится

А по обрыву над рекой

Кони ходят парами,

А где-то рядом водку пьют

Мудаки с гитарами

Стой - не - умирай

Потерпи ещё чуть-чуть

Завтра счастья через край,

Если нынче не убьют

Стой - не - умирай

До последнего держись

Завтра счастья через край

Завтра прость заебись

А дорога - колея

Да на вином залитый стол

Хлопнув дверью вышел вон

И к виску приставил ствол

Да стой - не - умирай

Ты ж чуть-чуть не дотерпел

Стало счастья через край

А ты же так его хотел

Стой - не - умирай

Да сверху гроба три доски

Было счастья через край

Да расхватали мудаки…

– Отлично! Замечательно! Осс!

Где-то после девятого подхода Панда неожиданно спросил:

– Матроскин, а где твой Шарик?

Кот уронил скупую слезу:

– В «Сталкера» подался. Большой собакой, говорят, стал.

Повздыхали. Панда, уткнув голову в кулак, печально проговорил:

– Да, вот так вот оно. Живём-живём, а потом вот! Я тоже, разве хотел? А они - бери ножницы, у тебя получится! Илья, говорят, уже не модно, а Кун - наоборот, очень перспективно! Эх, Владивосток две тыщи… Почитайте ещё? А я Вам привилегированный статус сделаю, и лично до границы локации провожу.

– Пожалуйста…

Бессилие сбивает с ног,

Опускает руки.

Мыслей разных поток

Отдает на поруки.

Бесполезность попыток

Вызывает слезу.

Черных полос пыток

Поднимает мечту.

На очередной удар,

Из принципа - ударом!

Отчаяния пожар

Залью своим пожаром!

Переступлю через не могу,

Собрав остатки воли.

На очень многое пойду…

Не выдержу я что ли?!

К границе локации подошли молча, но почти не качаясь.

Продолжение может последовать…

Н О О

Ба-бах! Взорванная машина красиво подлетела вверх, и, не долетев до Вальгаллы, шлёпнулась в лужу бензина, где сразу и загорелась вся.

– Петрович! Отходим!

Ближайший вурдалак дёрнулся, словив пулю. Остальные открыли шквальный огонь. Ополченцы, разом, по команде кинули из-за укрытия коктейли Молотова. Неслышимый за грохотом боя и невидимый за жарким чадом, подъехал гибрид - бронированный спереди трактор К-700 с бензовозом на прицепе. Мощная струя огня - и волну атакующих выдуло в атмосферу в виде смога.

– Петрович! Петров! Курсант Петров!

* * *

– Курсант Петров, что помогает от вампиров?

Поднимаю голову от парты. Пригрезится же…

– Серебро, осина, и чеснок! Ну и все стандартные боеприпасы. Только их больше нужно, чем на простого человека. Скажите, Николай Васильевич, а каково это - быть Мигрантом?

Класс замер. Вопрос, что называется, не в бровь, а в глаз. Чувствую, что переборщил и пытаюсь подсластить пилюлю:

– Что там, в Ноосфере, вообще творится?

Николай Васильевич Гоголь медленно снимает пенсне. Без него он ещё больше похож на свой портрет над классной доской. Долго пристально смотрит, а я медленно заливаюсь краской. Кто меня дёрнул?

– О том, что происходит внутри Ноосферы, не знает никто. Не исключая и тех…

Пауза.

– Кто из неё пришёл. Так называемых Мигрантов.

Я готов от стыда провалиться сквозь крашеный коричневой краской пол.

– Всё что мы знаем - это то, что в Ноосфере хранится обобщенное представление людей о чём-то или о ком-то. Таким образом, и я не являюсь точной копией жившего в 19 веке писателя Николая Васильевича Гоголя. Я - то, что за эти двести лет человечество обо мне думало. Точнее даже - представляло.

Николай Васильевич оглядывает притихший класс.

– Иногда - мы не знаем, почему и как часто - ноосфера переполняется. Иногда это явление называют Армагеддон, но чаще - Большой Перелив. И тогда на Землю извергаются все эти вроде бы подзабытые вампиры, оборотни, древние римляне, динозавры, пещерные люди со своими медведями. А заодно - прочее, что есть в народной памяти. Революционные матросы, эсэсовцы, чебурашки и прочие герои анекдотов.

– Разумеется, выживают не все. Мы помним, сколько погибло Людей и Мигрантов во время Первого Перелива, когда и с той, и с другой стороны было применено ядерное оружие. Так вот, Петров… Петров! Курсант Петров!

Обвожу мутным взглядом дорогу. Машина уже догорела, и сейчас мощный бульдозер добавляет её в Западную Баррикаду. Крепко же меня по голове стукнуло. Учёбу вспомнил. В три движения поднимаюсь, автомат в руке. Хриплю:

– Я в порядке!

Пожилой санитар подносит лечебный артефакт - кровотечение сразу же прекращается, и, с неожиданной силой пробивает жуткий холод. Всегда так с этими артами - не понос, так золотуха. Не бывают без побочных эффектов. Эх, и чего только в наш бедный мир из этой Ноосферы не позаносило! Амулеты, шлемы +1 к мудрости, арбалеты со скорострельностью и убойной силой пулемётов, арты вот эти…

* * *

Мерно тикают ходики. Не знаю, откуда уж они тут взялись, и как сохранились - может, тоже из Ноосферы выпали?

Я лежу на железной кровати в переоборудованном под гостиницу бывшем строительном бывшем железнодорожном вагоне. Спать не хочется, и, от нечего делать, перебираю детали последнего боя. В голове всё ещё туман, а в теле где-то угнездился холод. Я знаю - он сразу не пройдёт, денька три ещё продержится точно. Ну и ладно - зато вылечил все болячки, полученные на долгом и трудном пути от города Иркутска до деревни Большая Косуль Красноярского Края.

Разжал и сжал пальцы. Вот эта малозаметная ниточка - всё, что осталось от жуткой язвы, куда попала всего лишь капля крови Чужого. Группа этих жутких тварей высадилась недалеко от Абакана. Слава Создателю, на Земле их возможности всё же ограничены. Даже легендарные Супермен и Бэтмэн скованы законами этого мир. Да - сильны, причём весьма. Но поднять и бросить небоскрёб - сильно сомневаюсь.

Да и сильнейшие маги, что в художественной литературе горами как вениками - в реале на такую круть не способны, к счастью. Николай Васильевич, помнится, объяснял это ограниченностью влияния самой Ноосферы. До определённого предела, мол, возможно всё, ну а больше - ни-ни.

Руку снова свело приступом холода. Показалось - или на ногтях выступил иней? Тихо, чтобы не разбудить остальной путешествующий люд, на ощупь налил из термоса кофе. Остыл за день, ну да ладно. И, прихлёбывая из алюминиевой крышки, задумался о дальнейшем пути.

До Мариинска, я, положим, доберусь. А вот дальше придётся туго. Достоверной информации нет, но, по слухам, там высадились Титаны. И чего их вместо родной Греции в негостеприимную Сибирь выбросило? Видать, больше здесь про них книжек читали. А может, и нет. Логика у Выбросов, безусловно, присутствует, но, увы, не всегда её можно понять.

Оборотни теперь вряд ли помешают - до следующего полнолуния. А я к тому времени буду уже далеко. Стараюсь не думать о том, что вскоре придётся разделиться. Сопровождающая меня группа однокашников-курсантов идёт со мной только до Тяжина. А далее мне до самого Санкт-Петербурга в одиночку. Мимо Москвы ещё пройти надо. Там Выброс на Выбросе, благодаря творчеству многочисленных писателей, поэтов и художников. Питеру тоже досталось, неплохо Фёдор Михайлович над этим потрудился, но, всё-таки не столь сильно.

* * *

Утро началось удачно. У путешествующего на восток каравана оказались свободные места в кузове одного из ЗИЛков. Нас взяли даже без платы - присутствие пяти лишних бойцов не помешало ещё ни одному каравану.

Без спешки расселись и колонна тронулась. Свежий весенний ветер сразу начал забираться под старый брезент, которым прикрыл пассажиров караванщик. Бойцы ёжились, но никто не жаловался - понимали, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Я же неожиданно задремал - сказалась полубессонная ночь. Снилась, как обычно, Катька, весёлая и говорливая, однако, не успел я дослушать одну из её бесконечных историй, как караван резко остановился.

Остановка оказалась плановой. Очередной трактир, караванщики о чём-то торгуются с хозяином, я вылез, чтобы размять ноги. Выдохнул пар. Да, нежаркий нынче апрель. Блестя глазами, подошёл Толька.

– Петруха, глядь сюды!

Вообще-то, я Александр, но, одногруппники меня частенько кличут то Петрухой, то Петровичем. Балбесы.

– Чего там?

Меню, как меню. Шашлык, водка, чай, чебуреки. Экзотические услуги…

– Девчонки, что ль?

– Русалки!

Успев побеседовать с кем надо, вездесущий Толька уже всё выяснил. Оказалось, с очередным Выбросом в здешний водоём попал десяток русалок. Погода для них оказалась не чета малороссийской, и довольно скоро бедные создания стали замерзать.

На их крики обратил внимание проезжавший мимо купец. Недолго думая, замотал в мокрые тряпки, и отвёз в этот трактир. Продал за сущие копейки. Трактирщик же, не будь дурак, выстроил мини-бассейн с подогревом от дровяной печи, и, у трактира появилась новая статья доходов.

– Толь, ты не ихтиофил, случаем?

– Да ты чё, они ж теплокровные! Петрух, такой случай один раз в жизни бывает…

– Отставить, рядовой Смышлеев!

Я резко меняю тон, и Толя всё понимает.

– Так точно, товарищ командир группы!

Я включаю командира не случайно. Покуда мы на колёсах, худо-бедно сорок вёрст в час делаем, плюс всякой мелкой шушере мы не по зубам. Кстати, зовут по машинам. Прыгаем в кузов, и пытаемся распределить брезент максимально эффективно. Едем дальше. Сна уже ни в одном глазу.

Какая-то речка - и объезд. Моста нет подчистую - взорвали его, что ли? Сворачиваем на извилистую ухабистую колею - сразу начинает немилосердно трясти. Переезжаем речку - более похожую на крупный ручей - вброд.

Резкий толчок - караван встал. Что там? Пулемётная очередь - невидимая за поворотом головная машина от кого-то отстреливается. Чёртиками из табакерки - за борт, ушки на макушке, автоматы в руках.

Вот теперь и мы чувствуем - ветер. Не прохладный апрельский ветерок, а февральская стужа - аж зубы ломит. Резкая перемена погоды - не к добру. В лучшем случае - Выброс. В худшем же… Думаю, не у одного у меня молитва - только бы не Перелив!

Потому как Перелив - это стопроцентный конец. И к бабке не ходи. Нет, похоже, пронесло. Помимо своей воли представляю, как там, за лесом, открывается окно в Никуда, и, оттуда, стройными рядами, толкаемые в спину тугим потоком арктического воздуха выходят… Кто? Белые медведи?

Нет. Тролли. Верхушка дальней берёзы уходит вбок, я сразу узнаю характерный покатый лоб с массивными надбровными дугами. Ой, не для праздной забавы мы учим теперь историю и мифы наров мира! Лихорадочно перебираю способы борьбы с крупными противниками, а руки, уже, оказывается, зарядили подствольник, и, приглашающе упирают приклад в плечо.

Тяну за скобку - попадание в солнечное сплетение складывает тролля пополам. Ну, есть у него кровь, или нету? Пошла! С оглушительным рёвом, от которого моментально закладывает в ушах, гигантская фигура разворачивается, и падает, в падении ухитрившись переломить немаленькую берёзу. Сколько ж в нём росту? Метров тридцать, наверное. Было.

Тут же появляется ещё один, гигантскими шагами бежит за поворот - земля трясётся, как от прохода танковой колонны. Оттуда доносится пулемётная трель, и, захлёбывается. Водитель следующей за передней машины понял ситуацию, и, отчаянно маневрируя на «пятачке», пытается развернуться. Остальные, вняв его примеру, сжигая резину и коробки передач, пробуют совершить чудо. И оно им удаётся. Разбрызгивая весеннюю грязь, из-за поворота вылетают два ЗИЛа и «уазик». Из «уазика» по пояс высовывается Медведь, владелец каравана, и, не останавливаясь, лупит куда-то - мы не видим куда - коротким очередями.

Выезжаем со свёртка, вываливаемся на тракт. Отъезжаем километр, останавливаемся. Ждём. Похоже, потеряли только головную машину. Медведь бегает от машины к машине с какими-то свёртками. Один бросает нам. Разворачиваем - РПК. Без патронов, патроны, впрочем, тоже не заставляют себя долго ждать. Что, объезжаем? Прикидываю маршрут - Малая Косуль, Александровка, Макарово - далековато получается. Может подождать - не век же тролли будут на дороге сидеть? Нет, показывает - прорыв. Прорыв, так прорыв. Дело привычное.

Слезаем. У Толика в руках пулемёт, у остальных АКМы с подствольниками. Медведь свистит кому-то - через минуту замотанный, как бедуин, в тряпки водитель приносит РПГ-7. Ну вот, это уже серьёзный козырь.

Витёк толкает меня локтем:

– Сань, а чего это он - с карнавала шахидов сбежал?

– Замёрз. Машина у него, видишь, без лобового стекла?

Осматриваю воинство. Все готовы? Выдыхаю:

– Ну что, смертнички? Погнали пчёл в Одессу?

Группа резво, но без фанатизма, разворачивается в цепь. Не бежим - мало ли на что ещё пригодится дыхание? Быстро выбила из нас дорога молодую дурь.

Опять ловлю себя на мысли - через день-два ребята останутся в Тяжинском Тренировочном Центре, а я продолжу путь в одиночку.

Сзади сигналят. Подъезжает ЗИЛ, водитель машет в кузов - поехали. И верно, зачем пешком столько? Доезжаем до объезда, ЗИЛ разворачивается и ждёт. Некоторое время прислушиваемся, затем, стараясь не залезать особо в грязь и избегая бурелома, по обочинам выдвигаемся к месту.

Вот и приметная берёзка. Сломанная уже, на двух третях высоты. Подходим на цыпочках, глаза сканируют лес. Ветра нет, любое движение будет замечено. Но нет никакого движения. Вообще никого нет. И, на месте, куда упал поражённый из подствольника тролль, тоже пусто.

– Унесли?

Мне очень хочется в это верить.

– Нет.

Митя, полузакрыв глаза, вертит в руках подобранную гильзу.

– Сам ушёл.

Митя у нас экстрасенс. Точнее, если по научному, наиболее расположен к чтению информации из энергоинформационного поля. Проблески озарения бывают у каждого, даже у меня, но вот так по желанию входить в транс из нашей пятёрки может только он.

Осматриваем место. Да, похоже, тролль действительно ушёл сам. Крови натекло литров двадцать, что при его размерах пустяки. Кровь чёрная, с резким неприятным запахом. Что же их спугнуло?

За поворотом находим наш головной МАЗ. Целый и невредимый. Целы даже стёкла в кабине. А вот в кузове - кровавая каша. Собираю совещание.

– Значит, так. Седлаем МАЗик, и проверяем дорогу на километр. Дальше нет смысла. Затем, осторожно, по своим следам возвращаемся. Если и это проходит, ведём караван. Митя, ты как?

Митя поднимает голову. Глаза у него красные, как после недельного недосыпа. Говорит без всякой интонации:

– Здесь их нет.

Ну, нет, так нет. Заводим движок. Классных водителей среди нас нема, но, хотя бы по разу, грузовиком управлял каждый. Впятером в кабине тесно, лезть в кузов не изъявил желание никто.

Медленно, на первой передаче, выбираемся на тракт, так же медленно проезжаем километр. Разворачиваемся. Самый трудный участок - объезд - проходим пешком. В кабине Толян, да сомлевший Митя.

Проводим через опасное место караван, и, дуем по прямой на сорока километрах до самого Каштана. Всю дорогу не покидает смутное чувство тревоги, однако, добираемся без происшествий. На блокпосту стоит потрепанная бээмпэшка. Нас проверяют, но, без особого фанатизма - Медведя здесь знают.

Селимся в гостинице. Надо же, не вагончик, а настоящее двухэтажное здание! Снимаем одну комнату на пятерых, и, прямо как есть, заваливаемся на матрасы. Внизу нанятые Медведем люди отмывают МАЗ. Их крики некоторое время не дают нам уснуть.

Чёрные, ничего не выражающие глаза Чужого смотрят прямо в душу. Медленно, как это бывает во сне, я пытаюсь отойти, одновременно снимая с плеча автомат. Упираюсь спиной в ствол. Это та самая берёза, и она снова цела. Откуда-то сбоку появляется тролль. Непослушными пальцами пытаюсь передёрнуть затвор. Тролль замедленно протягивает длиннющую руку к берёзе, и стучит твердыми, как деревяшки пальцами по стволу.

Тук, тук!

Будит нас лёгкий, я бы даже сказал, деликатный стук в дверь. На пороге стоит девушка в кокетливом передничке.

– Господа, пообедать можно будет через полчаса. Душ в конце коридора, есть горячая вода. Приятного отдыха.

Уходит, стуча каблучками. Куда только подевался сон? Быстро хлопаем по стопарю, и идём мыться. Да, господа, горячая вода - это блаженство.

Утром Медведь без вопросов купил нам у местного барыги старый микроавтобус. В качестве бонуса оставил ручной пулемёт и РПГ. МАЗ, что мы ему спасли, дороже стоит, а на дороге лучше быть предельно честным. Слухи расходятся быстро - обманешь кого, или денег пожалеешь, недолго потом прожить можешь. Нет, без всякого криминала - просто могут помощь огнём не оказать. Или запаску не продадут. Да мало ли, какими опасностями богата дорога! Потому и стараются - не хитрить.

Перед выездом смотрим «Дорожную Сводку». Троллей тех, оказывается, вчера всех положили. Кто-то по рации вызвал летунов, прилетели два Ми восьмых из Абакана и всё сделали. Цели, благо, крупные, промахнуться сложно. Заодно и гигантских пауков расстреляли, что с тем же Выбросом прорвались. Пауки, судя по кадрам, были совсем квёлые. Холоднокровные, наверное.

Теперь в тот лес лучше не соваться - леший бушевать будет. Дня три, пока не забудет всё. Что ещё? Так, в районе Ершово лесной пожар. До нас далековато, не опасно. Где-то по трассе видели людоедов. Возможно, зомби, или ещё какие Мигранты, а может, люди озверели. Ага, вот здесь ещё исчезники шалят. Ничего серьёзного, проедем.

Караван остаётся в Каштане. На ремонт. Мы же, игнорируя выразительные взгляды караванщиков, загружаемся в «Газель», и, бодро трогаем с места. Рады были помочь, но - спешим. Это понимают, и, поэтому не настаивают.

В прошлой жизни микроавтобус был, судя по всему, маршрутным такси. Женька выуживает откуда-то из-под сиденья табличку «Спиртзавод - мясокомбинат», и, прилаживает с внутренней стороны стекла. Едем с ветерком, асфальт, видимо, положили не очень давно. И точно, через пару километров видим мехколонну. Взвод солдат - оранжевые робы наброшены прямо поверх камуфляжа, четыре монстроподобных укладчика какой-то немецкой фирмы, и всё это под прикрытием двух Т-55 и шести бронетранспортёров времён Второй Мировой. Из резерва, что ли, вытащили?

Проезжаем, как и положено, на двадцати километрах. На нашу табличку покосились, но, останавливать не стали. Невдалеке видим караул - группа бойцов вокруг костра на травке. Автоматы, однако, у всех под рукой. Сразу за ними - сгоревший «жигуль».

Смотрим на рядовых с понятным чувством. Не обнаружь в нас наставники какие-никакие таланты, вместо специализированной военной школы тоже попали бы на какой-нибудь блокпост.

Дальше дорога идёт хуже - заплата на заплате. Снизили скорость, однако, ещё дальше пошла натуральная лунная поверхность. Газель скрипела, стукалась днищем, и, после получаса таких мучений не выдержала. Вода в радиаторе закипела, пришлось остановиться. В лес пошли вдвоём - Толя с ведром, я с автоматом - прикрываю.

Родник обнаружили быстро. Быстренько зачерпнули и бегом понесли. Я кручу головой - беспричинная тревога. Гадостное чувство. Толик постоянно оглядывается - тоже что-то чует.

По-научному, как нам в школе объяснял учитель псионики, это чувство называется прекогнией. Предчувствием опасности, если по-простому. Разные люди к нему способны в разной степени. Если его тренировать, можно использовать как персональный детектор опасности.

Пытаюсь сосредоточиться, и, практически сразу, замечаю смазанное движение справа. Резко разворачиваюсь. Никого. И тут же - слева. И ещё. Берёзки кругом тонкие, листьев ещё нет. Укрыться негде. Однако ж…

– Исчезники!

Выскакиваем на дорогу. Слава Богу, солнечно.

– В круг! Тени!

Ребятам можно не объяснять. Хоть исчезники и невидимы, но тени оставляют. Правда, очень быстры. Некоторое время кружатся, не приближаясь, затем, разом бросаются в атаку.

На истерзанной непонятно чем дороге тени почти не видны. Однако же, всё лучше, чем ничего. Стреляем веером, и, твари отходят, потеряв двоих убитых. Мёртвые сразу же теряют невидимость. Выглядят они просто отвратительно, ну да мы на них и не смотрим - что мы, дохлых исчезников не видели?

Появились эти твари где-то после Второго Перелива. Пока на них обратили внимание, пока изучили, много рыбаков-охотников-грибников не вернулись домой. А теперь - лесники их даже не боятся. Есть у них какие-то свои совсем секретные средства. Впрочем, лесники - народ особый. Чтобы выжить в лесу, надо самому стать немного лесовиком, немного боровым, немного исчезником.

За спинами раздаётся очередь. Митя, забравшись на «Газель», пуляет в белый свет, как в копеечку. Глаза его закрыты. Достреливает рожок, так же не глядя, перезаряжается, и, вешает автомат на плечо. А на обочине проявляются свежие трупы. Ай да Митя! Вовремя в транс вошёл.

Некоторое время продолжают кружить - периферийным зрением отмечаю мелькающие силуэты, затем исчезают. Сразу же проходит чувство тревоги. Проверяю воду - не разлили ли в суматохе? Заливаем в радиатор, и, на первой передаче дальше. Дорога, впрочем, скоро улучшается.

Два раза проходят встречные колонны. Один раз военные строители - в кузовах КрАЗов наблюдаем сваи и бетонные блоки - тот мост, наверное, восстанавливать, один раз торговый караван из двух десятков «бычков».

На нас поглядывают с любопытством, но у виска не крутят. Разные бывают обстоятельства, что люди в одиночку ездят.

Возле заброшенного здания дорожного трактира замечаем старый оранжевый «москвич». Дверца багажника открыта, и, едва заметно колышется от ветра. Ох, неспроста он тут стоит. Вообще, не люблю такие места. Как правило, стоит человеку откуда уйти - там сразу же поселяется какая-нибудь гадость.

Остановиться, однако, надо. Закон дороги суров - хочешь, чтобы помогали тебе - помогай сам. Останавливаемся, не доезжая.

– Эй, есть кто живой?

В салоне происходит шевеление, и, на свет Божий появляется очаровательная маленькая девочка. На ней просторный сарафан, косынка, и лапти на босу ногу.

– Тьфу, чтоб тебя! - Плюётся Женька.

Девочка же замедленно отвешивает нам поклон.

– Проходите, люди добрые! Отведайте пирогов горячих с чаем.

Видя, что мы никак не реагируем, с той же медлительностью и таким же радостно-наивным тоном:

– С батюшкой мы ехали за сеном, да конь захворал. Помогите, люди добрые, телегу из леса вытащить!

Витя достаёт ПМ.

– Шлёпнуть, что ли гадину?

Толик вздыхает.

– Шлёпнешь эту - новая появится. А вот машину надо бы сжечь. Им она уже ни к чему…

Под «ними» понимаем наивных путешественников, остановившихся, чтобы помочь маленькой девочке.

Заманиха снова демонстрирует классический русский поясной поклон.

–  Не поможете ли, люди добрые? Батюшка лес рубил, да топор на ногу уронил. Не найдётся ли у вас тряпицы какой?

Молча, навалившись плечами, толкаем «Москвича» к лесу. Проверяем бак - почти полон. Уже отъезжая, замечаем девочку, что, как ни в чём не бывало, лезет в салон горящего автомобиля, усаживается, и чинно сидит, глядя перед собой. Так и будет сидеть, выжидая следующую жертву - терпения ей не занимать. Женька ещё раз сплёвывает:

– Гадина!

Мы его понимаем. Как-то, сразу после очередного Выброса, появилась такая вот дрянь аккурат возле лагеря, где мы проходили практику по выживанию. Женька тогда, помнится, отошёл от ворот, чтобы поговорить со странным весёлым парнем в шёлковой косоворотке и ярко-красных сапогах, что добродушно улыбаясь, приглашал отведать пирогов с зайчатиной.

Спохватились тогда быстро, и Женьку отбить сумели. На память о том случае остались у него три широких шрама на спине и множество мелких на руках. В то время, когда мы отбивали товарища от жравшей его твари, парень всё стоял на дороге, разводил обсыпанными мукой руками, и всё уговаривал съесть ещё этих вкусных французских булок. Били его тогда долго, но всё бестолку. Через какое-то время он просто исчез, а затем возник метрах в двадцати, и, неспешно побрёл по дороге, всё с той же обезоруживающей улыбкой, заглядываясь на цветущие одуванчики, и загребая пыль своими щегольскими сапогами.

– Мне вот что интересно - почему эта тварь никогда сама на дорогу не вылазит? Всё Заманих посылает, да и то как-то по-дурному. Неужели кто-то ещё попадается?

Мы, не сговариваясь, посмотрели на пылающий остов. Девочка по-прежнему сидела там, и, кажется, сама с собой во что-то играла.

– Как видишь, попадаются.

В разговор вступил умный Анатолий:

– Здесь та же тактика, что и в рекламе. Ты тоже смотришь, знаешь, что обман, а потом - раз! И попадаешься.

Не можем не улыбнуться.

– Специалист по рекламе, ты когда телевизор последний раз смотрел?

После ограниченной атомной войны, когда, не разобравшись, начали пулять друг по другу и по Мигрантам ядерными боеголовками, устойчивое телевещание кануло в лету. Нет, нерегулярные попытки возобновить трансляцию, конечно, были. Но, то ли слишком много спутников поймали электромагнитного «зайчика», то ли неразбериха в столице была виной, в общем, не сложилось.

Хотя, военные передатчики работали. Благодаря им мы узнавали новости, в основном, местные, касающиеся военной обстановки в зоне ответственности данного воинского подразделения. Иногда, впрочем, проходила и кое-какая информация глобального масштаба. Так что, телевизор мы можем теперь посмотреть только в гостиницах и на блокпостах. Хотя, говорят, некоторые радиолюбители наловчились эти военные передачи ловить и декодировать.

– Хоть какая-то польза от тех Переливов. А то раньше, говорят, от той рекламы было не продохнуть.

– Ладно, поехали. Солнце уж к вечеру…

Помрачнели все. Ночью на трассе появляются неведомые создания, и, шансы уцелеть - пятьдесят на пятьдесят. Поэтому, педаль в пол - и об остановках забудь. Один раз, правда, затормозили - помогли водителю гружёной лесом «Татры» сменить колесо. Водитель тихо, но непрерывно матерился - шансы добраться до Итата засветло уменьшались с каждой минутой.

Помогла проходившая мимо мехколонна. С шуточками и прибауточками приладили тяжелую запаску, и, в шесть рук быстро затянули болты. Когда приехали, уже смеркалось.

Как выяснилось, обе местные гостиницы были переполнены.

– Фильтрационный пункт строят! - Поделилась с нами симпатичная девушка на ресепшене.

Бывает, с очередным Выбросом прибывают люди. Кто-то с далёких эпох, а кто-то вообще из вымышленных рилмов. Если им вовремя не помочь - пропадут. А то ещё хуже - пополнят ряды банд и шаек, помышляющих в лесах и на трассе. Вот и помещают бедолагу Мигранта в фильтрационный пункт - этакую смесь школы, больницы, исследовательского института и отделения контрразведки. Ну и, собственно, пункта трудоустройства.

А что? Под Красноярском, например, расквартирована рота егерей, набранная исключительно из эльфов. И зона ответственности этой части - одна из наиболее спокойных в крае. Эльфы - идеальные снайпера и следопыты, а знаменитые остроконечные ушки совершенно не видны под цигейковыми шапками с кокардой.

Здесь же, как нам рассказала словоохотливая девушка, однажды прибыла партия гномов. Не маленьких человечков в зелёных колпачках, а суровых пропитых и прокуренных дварфов, ростом с десятилетнего ребёнка, а размахом плеч не уступающих здоровому мужику.

Они быстро возобновили работу заброшенной когда-то угольной шахты, с ходу разобравшись в принципах действия и устройстве непривычного оборудования. На поверхность поднимались редко, зато уголь в местные котельные потёк широкой рекой.

Переночевали кое-как в машине, а утром, позавтракав купленным на вынос пловом, посмотрели выпуск новостей, и, взбодрившись горячим кофе, тронулись дальше.

Одной заботой меньше - похоже, ситуация в Мариинске стабилизировалась. Захватив в городе всю власть, титаны быстро погасили очаги сопротивления и наладили нормальную жизнь. Пока одни занимались хозяйственными вопросами, другие за очень короткий срок выловили в округе всю нечисть.

Бесполезным открутили головы, полезных приставили к делу. Потом, похоже, провели переговоры с властями, и, остались на своих постах уже официально.

– Могли бы и побольше захватить! - Выразил общее мнение Толик.

Я промолчал. Захватить-то могли. А вот удержать… Да и атомную бомбу удобней применять в лесу, чем в городе с пятидесятитысячным населением.

Утро выдалось морозное. «Газель» шла ходко. На выезде нас тормознули. Хмурый прапорщик сначала проверил всех дозиметром, затем предложил пройти на весы.

– Чего ищем, служивый? Красную ртуть?

– Проезжайте. Да, попутчика возьмёте?

Попутчиком оказался приземистый поперёк себя шире дварф с огромным баулом. С лёгкостью забросив через заднюю дверь свой немаленький груз, дварф занял место у окна, для удобства подложив под ноги пустую канистру. Уловив взгляд, буркнул:

– Не продавлю. Сами не местные?

Мы переглянулись.

– Иркутск. Слышал?

Лёгкое, со скрипом, пожатие широченных плеч.

– Наземное. Не интересует.

Протянул чудовищную ладонь:

– Джош.

Как оказалось, под Итатом дварфы уже нарыли тоннелей в общей сложности километров на пятьдесят, и, на достигнутом останавливаться не собираются. В перспективе - сеть подземных городов и подземная же железная дорога через весь континент.

– Нам главное - чтобы нам не мешали. Торговать - да. Мешать - нет. За дорогой смотри!

Путь перегородил пёстрый, как цыганский табор, пеший караван. За беседой мы не сразу сориентировались в ситуации, а, когда поняли, что дело неладно, было уже поздно. Первого автоматчика, здоровенного парня с невыразительным лицом, разглядел Миха, и, ничтоже сумняшеся, произвёл свой фирменный хэдшот, со вторым - точным двойником первого - вышло хуже.

Он уже наводил на «Газельку» странного вида автомат, и, сидевший за штурвалом Толя сделал единственно возможное - резко подал микроавтобус вперёд. От удара нас закружило, «Газель» пару раз чихнула мотором, и заглохла. Враг же, в которого мы врезались всей массой, уже неторопливо поднимался с земли.

Дварф, от избытка впечатлений перешедший на чистейший русский мат, уже тянул из баула какую-то странную хреновину, похожую на миномёт с магазином. Оказался сей девайс многозарядным гранатомётом. Передёрнув огроменный затвор, Джош дослал ракету, и, первым же выстрелом оторвал супостату башку. Тело, без столь важной для себя части, прокатилось по асфальту пару метров, потом заискрилось, и, как-то очень подозрительно загорелось.

Джош - светлая голова - догадался первым.

– В кювет!

Когда прошли первые последствия взрыва, он же первым достал дозиметр. На наше счастье, взрыв был «чистый». Позже, уже сидя на Новотроицком КПП, мы, с остатками каравана наблюдали по «Воен-ТВ» развитие ситуации. Судя по всему, использование вертолётов, вооружённых блоками неуправляемых ракет, оказалось не очень хорошей идеей. Когда сразу два «мишки» задымились, поражённые плазменными винтовками терминаторов, в дело вступили «Грады».

Вертолёт разведки и целеуказания, наблюдая с безопасной для себя высоты, фиксировал события. Судя по всему, киборги так и не были уничтожены, однако, потеряли одну из важных составляющих - мимикрию под человека. Проще говоря, их кожные покровы сгорели. Затем, под аплодисменты всех присутствующих у экрана, мы наблюдали благополучную посадку обоих «подранков».

Нас допросили, но не очень строго. Ещё раз проверили - на сей раз догадались использовать сапёрный миноискатель, и отпустили. С остатком каравана благополучно дошли до Акимо-Анненки. Джош легко нёс свою тяжеленную бандуру на плече, и, пытался нас развлекать, рассказывая дварфские анекдоты. На фразе «И сказал сталактит жёлтому каменному червяку…» я отключился.

Механически переставляя ноги, шагал, не забывая огибать препятствия и вписываться в повороты, мысленно, однако же, был далеко-далеко. Пытался решить в уме шахматную задачу, заданную мне месяц назад салагой-младшекурсником, одновременно перебирая в уме порядок сборки-разборки крупнокалиберного пулемёта «Утёс».

Очнулся, однако, ощущая себя до странности отдохнувшим. Что не помешало, сразу же, как разместились в каком-то сарае на охапке перепревшей соломы, впасть в здоровый крепкий сон. И снилось мне, почему-то, море.

Утро выдалось недобрым. По ящику передали, что в нижнем течении Томи наблюдали всплытие Белой Субмарины. По этому поводу даже выступил очередной президент, а Главком ВС сразу же сообщил о перебазировании полка тяжёлых бомбардировщиков в Томск «в связи с оперативной обстановкой». Слово «ядерный», к счастью, пока не прозвучало.

Греясь кипятком, в ожидании порции горячей каши, мы наблюдали, как от платформы, дымя в мутное серое небо, степенно отходит бронепоезд. Потёки ржавчины на бортах, равно как и зачехлённые стволы орудий и направляющие ракет никого не обманывали. Все знали, что на некоторых, особо секретных бронепоездах, в число боеприпасов входят атомные мины. Да и обычная вакуумная способна навести шороху.

«Цыгане», как мы успели обозвать новых попутчиков, собрались только к обеду. Из сотни их уцелело едва пятьдесят - все гражданские, все со скарбом, почти никого с оружием. На нас смотрели с надеждой. Выступили вместе, разумеется, пешком. Машина наша после столкновения с двумя центнерами высокопрочного сплава представляла ценность разве что для исторического музея. Пока караван неспешно собирался, мы смотрели новости, сверяя услышанное с картой пути.

Под Борисовкой высадилась большая группа доисторических людей. До прибытия фильтрационной группы они успели забить своими каменными топорами какого-то древнего ящера, который жил в тех местах чуть ли не с первого выброса. Языка их никто не знал, да впрочем, фильтгруппе он особенно и ни к чему. Взяли их стандартно - сначала раздача бус и зеркал, затем - десять литров лёгкого красного вина с лошадиной дозой снотворного.

А терминаторов как-то удалось локализовать и окружить танками. После непродолжительных переговоров они сдались. Тут же прошло сообщение о наборе группы военных программистов. Да уж, нашим лишь бы было что хакнуть. Перепрограммируют вас теперь голубчики, будете ходить строем и заменять людей в местах опасных для жизни.

Впрочем, а какие сейчас не опасны? Как на других континентах, не знаем, а у нас сравнительно малоопасен лишь коридор вдоль Транссиба километров сто шириной. Всё, что дальше, просто игнорируется, а при возникновении серьёзной угрозы уничтожается бомбардировщиками.

К югу, где раньше были китайцы, вообще непонятно что творится. Жёлтые Волны, что регулярно раз в год прокатываются с востока на запад, уничтожают почему-то только людей, не трогая живность и растительный покров. А в центре Монголии, говорят, раскинулось Артефактное поле - сто на сто километров - и чудес там самых разных - немеряно. Многие туда ходили, кое-кто доходил, и, совсем уж единицы возвращались.

Зато, если выживали, то и обогащались на всю жизнь - платили за артефакты более чем щедро. Как и из чего получаются эти штуки - до сих пор никто не знает, но слышали о них, хотя бы по разу, все. Артефакты заживляют смертельные раны, двигают машины, танки и самолёты. Стоит, правда, такая машина с хороший космолёт. Поговаривают, кстати, что и возрождение Национальной Космической Программы началось с появления в Королёве одного-единственного невзрачного камушка.

Да и аппаратура засечения Выбросов тоже того - «импортная». Обычная погодная служба Выброс может и проморгать, тем более, что он на климат не всегда влияние может оказать, но специальная, на живых кристаллах - ни за что. А откуда кристаллы? То-то.

Солнце начало припекать, ребята, словно по команде, надели «афганки». «Цыгане» наладились, было, на привал, но видя, что мы не сбавляем шаг, подтянулись тоже. И правильно, если через каждые два часа отдыхать, то и до самой смерти доотдыхаться можно. На ходу хлебнули по глотку из фляжки. Вылеченную артом руку снова свело холодом.

Артефакты, вообще-то, встречаются в разных местах, но в таком количестве и ассортименте, как на Поле - больше нигде. Говорят, правда, что ожидается их скопление на Луне, но, до первой лунной экспедиции, что будет, говорят, вот-вот, вряд ли мы это узнаем.

Сначала мы услышали вертолёты. А через минуту увидели его. Красавец дракон - размах крыльев метров пятьдесят, весь пурпурный, сквозь крылья просвечивает солнце, пытался удрать от звена «Ми-28». Время от времени оглядывался - делал вид, что сейчас атакует огнём, однако ж, на самом деле, видимо соображал, что противник не по его зубам, поэтому лишь делал вид, что нападает.

Завидев просеку, резко снизился, и пошёл по-над молодой порослью, чуть не задевая её кончиками крыл.

– Не дурак! - Выразил общее мнение Джош. Потом засмеялся:

– А лётчики-то - тоже не дураки. Если бы хотели сбить - давно б сбили. Загоняют…

А ведь и правда. Среди драконов, говорят, много разумных, некоторые даже разговаривать умеют.

– Точно! В строй хотят поставить.

– Ага, разрисуют в камуфляж, а на хвост - серийный номер!

Шум погони постепенно отдалялся. Мы прошагали ещё с километр, и попали в засаду. Из леса, качаясь и переваливаясь на ходу, выходили мертвецы. В лохмотьях уцелевшей одежды, в руках они крепко сжимали совковые лопаты - позаимствовали, наверное, с кладбища, косы со ржавыми лезвиями, у многих просто куски металлических оград.

Я оглянулся - дорога назад перекрыта. В лес соваться - гиблое дело. Влипли. Досылаю патрон, командую:

– Митя, ищи колдуна. Остальные - прикрытие.

Митя вдохнул, выдохнул. Повернулся, и чётко показал пальцем:

– Вот он!

И только теперь мы увидели одиноко стоящую фигуру. Первым опомнился дварф. Пробормотав что-то о вагонетке, полной сломанных отбойных молотков, он направил ствол своего несуразного оружия на некроманта. От чудовищного залпа заломило барабанные перепонки, зато врага буквально разорвало на части.

Гном нежно шепнул что-то вроде «Дырокол», лапушка…», и бережно протёр ствол масляной тряпочкой. Хотя, возможно мне это и показалось. Способность слышать другие звуки ко мне вернулась минут через пять. А может, во мне просыпаются скрытые псионические таланты?

Мертвецы, оставшись без единой направляющей воли, остановились, затем дружно повернули в лес. Было заметно, что яркое весеннее солнышко им совсем не в радость.

Быстро, то и дело срываясь на бег, проскочили опасный участок. Толя на бегу прислушался:

– Гляди-ка - винтокрылы возвращаются! Упустили, раззявы…

Однако, это были не вертолёты. Гул нарастал и нарастал, наконец, мы увидели их. Тройка Ту девяносто пятых плыла медленно и величественно. Огромные винты рубили воздух. Затем из-за леса показались ещё три. И ещё. По сторонам посверкивали юркие звёздочки МиГов. Толик присвистнул:

– На Томск пошли!

Все помрачнели. Если рванёт Северск, мало не покажется всем. Не сговариваясь, прибавили шаг. От мертвецов, вроде, оторвались, но ядерный взрыв лучше пересидеть в специально оборудованном убежище. Витёк споткнулся.

– Что за?

Грязное, перемазанное тосолом бревно, лежащее поперёк дороги, пошевелилось. Сверкнул металл. Медленно киборг повернул голову. Одного фотоэлемента не было, челюсть страшно перекошена. Так же замедленно, опёрся на остаток правой руки, пытаясь сесть.

– Ах ты, железяка недобитая!

Витя навёл РПК.

– Аста ла виста, бэйби!

Всё забываю спросить, что эта ритуальная, применяющаяся при отстреле терминаторов фраза означает. Хотя - действует - и ладно.

Пули 7.62 без труда пробили тонкую височную часть черепа железного человека.

– Вишь, Петрович, не всех поймали!

Толя улыбается.

– По сторонам смотрите!

Не люблю, когда меня называют Петровичем.

«Цыгане», меж тем, используют ситуацию по-своему. Пара минут, и, вместо худо-бедно организованной колонны - табор. Кто-то разводит костёр, кто-то побежал в лес. Да откуда вас таких набрали?

К нашей группе бочком-бочком подходит немолодой сельчанин.

– Братушки! Дело есть. К Оазису бы сгонять.

Настораживаюсь.

– Что за Оазис?

Оказывается, выбросило тут в феврале кусок тропиков. Дивной красоты природа. И, что интересно, существует как бы сам по себе - вокруг сугробы, метели, а шаг ступи - весна, и плюс тридцать тепла. Сначала народ побаивался ходить, а потом кто-то из заплутавших разглядел ночью сияние. Артефактов собрал больше пяти кило.

Выпотрошили тот оазис тогда подчистую. Однако, с тех пор артефакты там нет-нет, да появятся. Один, а то и два в неделю - это уж местные подсчитали.

Переглядываемся. Кто с трассы сходит, тот дома не ночует, конечно. Но всё же…

– Веди, Сусанин.

Дорожка отыскалась быстро, причём довольно натоптанная. Без помех прошли двести-триста метров, и подошли к «железке». И тут я заметил её.

– Катька! Ты чего тут делаешь?

Смотрю в лицо, потом перевожу взгляд ниже. Краснею.

– Ты чего…без одежды?

Рядом с головой свистит пуля. Оборачиваюсь, перевожу взгляд обратно - никакой Катьки уже нет.

– Вон, за тем деревом!

Автоматная очередь - Ребята что-то расстреливают в лесу. Подбегает Толя:

– Ты как?

Без сил опускаюсь на землю и теряю сознание. Снова вижу Катю, о чём-то хочу спросить. Не успеваю.

– Живой он!

– Бледный какой…

Это Сусанин.

– Петруха, идти сможешь?

Встаю. Без посторонней помощи. Окружающий мир слегка размыт и кружится.

– Я в порядке. Пошли.

Стыдно перед ребятами. В простейшую ловушку попал.

– Эээ… Заманиха была?

Сусанин пытается блеснуть знаниями. Улыбаемся.

– Да нет. Это посерьёзней штука. Суккуб.

– Суккуб?

Мужик бледнеет. Кажется, он уже не рад, что пошёл за хабаром. Жадность, впрочем, довольно скоро перевешивает.

На ходу потихоньку прихожу в себя. Лес кажется безлюдным и безопасным. Снег уже сошёл, и, кое-где, сквозь заросли жёской прошлогодней травы, словно маленькие бело-синие звёзды, пробиваются первые подснежники.

– Ёк!

Сусанин резко останавливается.

– Ничего себе!

Да, такого я ещё не видел. Роскошные цветы, чудные, не нашего вида деревья - всё покрыто льдом.

– Это кккак?

Почему-то начинаю заикаться. Сусанин скребёт пятернёй затылок. Похоже, у него пропал дар речи.

Всё искрит в набирающем силу весеннем солнышке, и не тает. Да, дело ясное.

– Ходу, ребята!

– Погодите!

Сусанин бухается на колени.

– Дайте хоть пошукать трошки! Уж дошли ведь! Может, артефакт какой найдём, командиру вашему подлечиться. Я пошукаю, а вы здесь постойте!

Отходим на пару шагов, оглядываемся.

– Ну, пошукай.

– Я быстро!

Обмотал голову грязной тряпкой, в два прыжка преодолел заграждение из ледяных цветов, и, захрустел-затопал по замерзшей траве. Пару раз остановился, наклонился, что-то ощупывая, немного погодя развернулся, и, согнувшись пополам, резво побежал обратно.

Добежал, резким движением сорвал обледеневшую тряпку - и упал, заходясь в хрипе.

– Да, мужики. Минус семьдесят там точно есть. А то и все сто - выразил общее мнение умный Анатолий.

С уважением посмотрел на мужика, перевёл взор на тряпку - двумя театрально-удивлёнными изгибами виднелись примёрзшие брови. Мужик слепо пошарил по лицу, отдышавшись, буркнул:

– Брови ерунда, отрастут. Лёгкие чуть не поморозил.

Руки его, между тем, уже наливались нездоровой краснотой. Бережно развернул полу куртки, достал небольшой продолговатый предмет, похожий на веретено, обожженное космическим морозом лицо расплылось в довольной улыбке:

– Вот он, айболитушка-то!!! Через пять минут как новенький буду. И вас, ребятушки подлечу.

И правда, встал бодрый, уверенный, и с новыми бровями. Даже какой-то помолодевший. Усмехнулся:

– Артефактов там, как опят по осени. Не глядя брал, хорошо - айболитка попался. А это вот вам за помощь.

Предмет, размером и формой напоминающий большую гайку, по внутренней резьбе - ровно-золотисте сияние. К дозиметру, в носовой платок, и, бережно - в карман.

– Спасибо, отец.

–  На здоровье. Айболитов-то здесь уж два раза находили, а вот такую диву - ни-ни. Первого у служивых на цистерну бензину поменяли, второй в селе оставили, в общую собственность. Богатое село было… На, старшой полечись.

На вес лечебник оказался неожиданно тяжелым.

– А чего с селом случилось-то?

– Да медведи повадились ходить. Не наши мишки, а здоровые такие, чёрные. Наши их вудами называли. Так лесной нам сразу сказал - ноги в руки, ребяты, если жизнь дорога. Лесники-то, они дело знают…

Артефакт оказался неожиданно мощным - всю муть из башки моментально выдуло. Ребята, подержав по минуте, тоже повеселели. Мужик бережно завернул трофей всё в ту же скомканную тряпицу, сунул за пазуху.

– Ну что, пошли с Богом обратно?

– Тихо!

Все замерли. Не почудилось - от железки доносился нарастающий гул.

– Влипли! Отступать некуда. Стойте-ка, да это ж паровоз!

И верно, скоро характерное «чух-чух-чух» не узнать было нельзя. Толя постоял, что-то прикидывая.

– В Тяжин идёт. Айда, хлопцы?

Эшелон неожиданно оказался пустым. Быстро договорились с машинистом, подождали пёструю толпу «цыган», и, с ветерком двинулись в путь.

– Чего порожняки гоняем?

Машинист, щурясь от весеннего ветра - лобовых стёкол здесь, судя по всему, не было уже давно - кивнул на кучу тряпья в углу.

– Бригаду егерей забирали. Присмотритесь, осторожно только.

– Ничего себе… Оборотень?

– Ага. Один остался в живых. До последнего держался. Отвезу в Тяжин, может, вылечат.

– Не вырвется?

– Не должон. Цепями связали, куда ещё?

– А стёкол чего нет? Хоть бы фанеру поставили.

– Да ставили, жарко. Да и опасность какую, опять же, хуже видно. Кстати, размяться не хотите?

Сменив запыхавшегося кочегара - у того и вправду пот лил со лба градом - быстро увеличили скорость состава вдвое.

* * *

В Тяжин прибыли вечером. С моего молчаливого одобрения, вместо того, чтобы сразу идти на место, взяли в привокзальном магазине водки, и, сняли номер в местном мини-отеле «Резидент». Уже завтра ребята останутся продолжать обучение в местном Тренировочном Центре, меня же ждёт долгий путь в Питер.

– Вот не пойму, и нахрена тебе такой экзамен придумали?

Будущий псионик Митя, как всегда, абсолютно трезв. Его не ведёт ни с водки, ни с пива. Набрав некую критическую долю алкоголя в организме, он просто вырубается.

Эх, ребятки… Не совсем это экзамен. Но - молчу. И даже стараюсь не думать. В молчании допиваем.

* * *

– Курсант Смышлеев!

– Я!

– Завершающий этап второго курса засчитан! Присвоена квалификация «Логист» первой степени!

– Служу Отечеству!

– Курсант Еремеев!

– Я!

– Завершающий этап второго курса засчитан! Присвоена квалификация «Псионик» третьей степени!

Ого. Ай да Митя!

– Служу Отечеству!

– Рад сообщить, что группа показала выдающийся результат, придя на финиш в полном составе! За это участники награждаются именными часами!

– Урааа!!!

Да, гробятся, бывает, ребятки, целыми командами. Зато те, кто выживают, не понаслышке представляют себе сегодняшние реалии. Они уже точно знают, что каждое слово Устава написано кровью, и впитывают новые знания, как губка. Говорят, эту систему придумал Гай Юлий Цезарь. Не тот, из Древнего Мира, а современный - Мигрант.

– Курсант Петров! Представляюсь по случаю окончания первого этапа экзамена!

Шушуканье, внимательные взгляды.

– За умелое руководство группой награждаетесь именным заговорённым оружием.

Ничего себе! Это за неполные полчаса спецы-заговорщики пробили мой биопрофиль, нашли подходящий артефакт, встроили, и связали с психоматрицей. Сильны!

– Служу Отечеству

Батюшка передаёт мне модифицированный пистолет Стечкина, как бы нечаянно поправляет серебряный крестик. Внимательно смотрит в глаза:

– Служи во славу Русского Оружия, отрок. Используй эту силу только для добра.

– Служу Богу и России…

– Перед отбытием побывай в Храме.

* * *

– Храм - это не только религиозный институт.

Давешний батюшка ведёт меня мимо высоких заполненных стеллажей.

– Сейчас мы восстанавливаем своё значение, как центров культуры и науки. Мы внимательно изучаем вещи, пришедшие из Ноосферы. Все эти книги, кстати, оттуда. Хочешь почитать? Бери, это копии.

Не глядя, достаю фолиант. Хорошего качества бумага, чёрная стильная обложка. На лицевой стороне старого образца клавиатура, на тыльной - автомат АН-94. Заголовок: «Творчество Сталкеров».

– Хороший выбор! Мы предполагаем, что эти рассказы написаны сталкерами - гражданами виртуальной Вселенной С.Т.А.Л.К.Е.Р. Их мир, кстати, чем-то похож на наш. Бери, может, что полезное почерпнёшь.

А и правда - на привалах делать нечего, почитаю.

– У нас уже есть свои институты, занимающиеся виртуальной историей человечества. И не только историей…

– Чем же ещё?

Внимательный взгляд искоса.

– Виртуальной географией, например.

Соображаю.

– Это что же - хотите в Ноосферу заглянуть?

– Скажем так - мы ничего не исключаем. Кстати, у нас есть к тебе дело. Надо слетать к Полю Артефактов, найти там кое-что. Самолёт отправляется завтра, вся экспедиция продлится неделю. Если всё пройдёт гладко, до Жёлтой Волны как раз успеем. Артефакт повезём в Томск. Так что, по времени ты даже выгадаешь. Согласен?

– Так точно!

Когда ещё выпадет такой случай - на настоящем самолёте полетать?

* * *

Как вскоре выяснилось, такой интерес к моей персоне объяснялся просто. Отряду прикрытия, выделенному для группы искателей артефактов, не повезло. За два дня до вылета недалеко от одной из деревень произошёл сильный Выброс. Большая группа демонов, проявив завидную организацию и знание тактики, ворвалась в населённый пункт, и устроила настоящую резню среди мирного населения.

Затыкать прорыв отправили всех. Демонов перебили, однако, потери были огромны. Из отряда прикрытия уцелел один командир - во время взрыва его крепко приложило металлическим швеллером, и демоны посчитали его мёртвым.

Отменять экспедицию было нельзя - вот-вот должна была подойти очередная Волна, поэтому, во вновь сформированный отряд согнали всех, кого могли, стараясь, однако, отбирать лучших. Попал в него, кстати, и Митя, теперь уже официально признанный псионик третьей степени.

Группа получилась небольшая - всего двенадцать человек, считая двух учёных. Старшим был назначен Вепрь - огромного роста сержант, с лицом, сплошь исполосованным белыми полосками шрамов. Командирами отделений получились мы с Митей.

Утром, как всегда, посмотрели новости. Недалеко от Бороковки выбросило старый немецкий танк «Тигр» с экипажем. Заехав кое-как в деревню, гансы тут же принялись качать права насчёт «курка, млеко, яйки». Ну, сельчане, с криками «За Родину, за Сталина!», их и отметелили по полной программе. Тигр хотели отвезти в Тяжин, однако, по раскисшей русской дороге холёный европанцер двигаться отказался, а тянуть такую тушу на прицепе дураков не нашлось.

На аэродром под Томск перебазировались ещё несколько Ту-128, правда, оказавшийся на просмотре бывалый майор ВВС почему-то, покрутив пальцем у виска, обозвал их обычными бомбарями Ту-95. Всему виной, по его мнению, было всегдашняя нерасторопность корреспондентов.

– Совсем обленились, в военные новости старую хронику совать!

Автобус, который должен был нас доставить на аэродром, оказался более нужен в другом месте, поэтому, решено было выдвигаться пешком, благо время ещё терпело. На переезде пришлось подождать. Огромный, незнакомого вида паровоз с натугой тянул странный состав всего из пятнадцати - двадцати вагонов. Стоя в нескольких метрах от железнодорожного полотна, мы отчётливо слышали скрип и стон рельсов.

– Что же это такое везут-то? - озвучил всеобщий интерес белобрысый щуплый боец по прозвищу «Пятачок».

– Пионеров. На Томск, небось… - непонятно выразился высокий, под два метра ростом, но тоже очень худой воин со странной кличкой «НедоПереБитыйНоЖивой».

– Каких ещё пионеров?

– А ну отставить информацию в эфир! НедоПере, заняться нечем?

– Так я…

– Забудь!

Понятнее нам от этого не стало. Далее пришлось поглотать пыль, пропуская колонну танков. Тут Вепрь смилостивился, и пояснил:

– В Мариинск идут, на парад в честь примирения и согласия.

– Что, своим ходом? Дорого!

– По железке дороже. Одну рельсу перебьют, и тю-тю твои танки.

– Так они ж по сорок тонн - кто их стащит?

– Стащить не стащат, а покуда отбивать будешь, людей до фига потеряешь. Да и на парад не успеешь.

– А что за примирение и согласие?

Это уже паренёк из научной группы интерес проявляет.

– Да раньше, говорят, такой праздник был. Потом его забыли, а недавно, вроде, вспомнили снова - по поводу примирения с титанами.

– Вон оно как…

На аэродроме было многолюдно. Центром всеобщего внимания являлись два небольших поршневых самолётика, немного порывшись в памяти, я идентифицировал их как «Мессершмиты-109». Слышна была громкая немецкая речь, пара пилотов в стильных кожаных куртках и серых шёлковых шарфах, стоя у кабины ближнего к нам мессера, что-то экспрессивно кричали в один на двоих ларингофон.

– Вот оно что!

Оказалось, профессор из нашей группы, владеет Deutschsprache на довольно сносном уровне.

– Их выбросило вместе с тем «Тигром». Полетали-полетали над незнакомыми местами, а, как горючка стала кончаться, присмотрели место для посадки. На их счастье, это оказался Тяжинский аэродром. С ними ещё «Рама» прошла, «Фокке-Вульф» сто девяностый, так у того баки побольше - до сих пор парит.

– Это они его так сесть уговаривают?

– Да нет, приземлиться-то он уже согласен. Просят посмотреть, не прошло ли ещё живой силы или техники. А то сожрут на фиг страшные сибирские медведи, или злые местные жители серпом-молотом зарежут.

– Что, так вот сразу и сдались на милость комиссарен и большевикен?

– А чего им бояться - они же из тысяча девятьсот сорок первого. Уверены, что дойче зольдатен будут здесь уже завтра, а война с Россией окончится через две недели. Так что медведей опасаются больше!

– Сюрприз их ожидает…

Достигнув некоего консенсуса с коллегой, асы люфтваффе в сопровождении эскорта устало побрели в сторону казарм. А к нам уже спешили.

– Эй, ребята, вы за артефактами будете? Помогите чудеса враждебной техники с полосы убрать!

Самолётики неожиданно оказались не очень тяжёлыми, вдесятером мы шустро откатили их в сторонку.

– И чего теперь с ними? В музей?

– Ха! Перекрасят, перевооружат - и будут как миленькие пахать - хоть на разведке, хоть где ещё.

– Толку от них, поди…

– Не скажи! Они машинки лёгонькие, причём скоростные - быстрее наших вертолётов, между прочим. К тому же, гляжу, новые. Не, эти ещё послужат. Вы-то, хлопцы, из Храмового Университета будете? Не припомню я вас, в прежних-то группах.

– Мы - сборная солянка, отец. Побили вчера храмовых.

– А вас, выходит, с бору по сосенке набрали. Ясно. Ну что, полетели? Вон там моя огненная колесница стоит.

Колесницей оказался потрепанный Ан-12 с неожиданно узким и тесным пассажирским салоном.

– Располагайтесь. Машина для дальних рейдов переделана, почитай весь объём дополнительные баки, да грузовой трюм занимает. Ничо, зато тепло! Вишь, скока утеплителя!

– Что-то утеплитель у тебя какой-то необычный.

– Так вата это! Старых матрасов негодных распотрошили, да пассажирский салон весь обделали.

– Обделали, да…

– Чего?

– Цвет, говорю, почему такой странный?

– Так то ж с матрасов совсем негодных! Которые мал-мал поприличней - все в казарму забрали, а это уж, что совсем ни в дугу, ни в Красную Армию.

– А запах?

– А это клей так пахнет. Сами варили, да что-то с душком, зараза, получился. Да ничего - принюхаетесь! Главное - тепло.

– Из чего варили-то?

– Из углеводородов, не боись. Тосол отработанный с нефтебазы, да ещё кой-какие ингредиенты.

– А это у тебя что?

– Дыхательные аппараты там. Пойдём на десяти тысячах, вы уж не обессудьте. Горючку экономить надо, а то не долетим! Да, и центровка у самолёта в связи с этой переделкой чуть нарушена, так что штормить будет мал-мал… Всё ясно?

– Величать-то тебя как, отче?

– Малмалычем кличут. Я здесь и пилот, и штурман, и бортпроводник. Что ещё? Да, руки-ноги никуда не совать, двери в грузовой люк и наружу не открывать. Ежели кому плохо станет - вон ведро. Да, и туалета в салоне нет, так что озаботьтесь заранее.

Научная группировка слушала этот инструктаж со снисходительным любопытством. Было видно, что полёт этот у них не первый.

– Посадка будет на старом военном аэродроме, километрах в тридцати от Полей. Ближе негде. Надолго останавливаться не буду - мало ли, кто в салон залезть может. Опасные там места. Так что, спрыгнули, дверь за собой захлопнули, и быстро айда-айда.

– А там что, этих Полей много? Мы-то думали - одно.

– Одно-то одно, да на малые поля разбито. Вернусь через неделю, вам должно хватить. Если раньше управитесь - в заброшенном военном городке бомбоубежище есть, неподалеку от бывшего военного аэродрома, «Налайх», да профессор знает. Жёлтую Волну под землёй не пересидите, а всё остальное - на раз. Ну, полетели мал-мала?

Полёт, паче чаяния, не произвёл какого-то особенного впечатления. Потрясло, поморозило, несмотря на фирменную систему теплоизоляции, но и только. Кислородно-воздушная смесь была хорошая, без всяких вредных запахов, так мы и продремали всё время полёта.

На аэродроме выпрыгнули, практически, на ходу. Трапов нам, естественно, никто никаких не подал. Ну да невелика беда - с нескольких метров приземлиться.

– Как обратно залезать будем?

– У Малмалыча всё предусмотрено - лесенку железную спустит.

– Ага, из старых наволочек сшитую.

– Тихо! Опасность.

И точно. Что-то изменилось. На что уж я толстокож, и то мурашки по шкуре побежали. Митя, псионик, аж за голову схватился. Он же нам и указал направление.

– Там!

На месте, где секунду назад никого и ничего не было, неподвижно стоит существо, похожее на гибрид волка, лисы и гиены. За ним ещё несколько. Точное количество не могу сосчитать - наводят морок? Эх, и развелось специалистов по мозгам со времён Первого Перелива!

Огонь открыли одновременно. Попал, как ни странно, один профессор. Подраненное им животное жутко зашипело, и мгновенно исчезло. В ту же секунду как сквозь землю провалились и остальные. Давящее чувство опасности исчезло.

– Иван Терентьевич, Вы таких уже встречали?

– Да почти каждый раз попадаются.

– И что?

– Засада не получилась, теперь осторожничать будут. Красться по пятам, выжидать.

– Это плохо?

– Да нет. Рисковать они не любят, без стопроцентной уверенности не нападут. А дичь помельче отгонят. Главное, от них сильно не отрываться. Если увидят, что уходим - пойдут на риск.

– Странная тактика. Так и вовсе без еды остаться можно.

– Ничего странного. Это они к здешним условиям так приспособились. До Жёлтой Волны голодуют, а потом нажираются на неделю. Им главное нас до Волны из виду не потерять.

– Продуманно. Ну что, пошли?

– Пошли. Только осторожней - здесь все животные псионики. Немного.

– Что-то ещё надо знать?

– Ноги берегите. Здесь норами всё изрыто - того и гляди подвернёшь. А медпункта рядом нет.

– А кто норы роет?

– Мелочь какая-нибудь, наверное.

– Наверное?

– Никто ни разу этих вредителей почвы не видел. Да, змей и прочих тарантулов здесь не водится. Вообще насекомые повымерли. Да и птиц поубавилось.

– Съедобное-то есть что-нибудь?

– Без особой нужды лучше никого не пробовать. Ничего, на пайках перетерпим. Вода, кстати, совершенно безопасна - даже обеззараживания не требует. Так, ещё раз проверьте обувь. Хоть сегодня много ходить и не будем, но береженого Бог бережёт.

– В путь.

Голая, едва прикрытая травой долина, слегка разбавленная скалами и курганами. Кое-где виднеется чистейший золотой песок, где-то растут сросшиеся стволами пальмы, где-то обыкновенная берёзка. Пару раз прошли мимо действующих гейзеров. Пытаюсь по известным признакам определить тип местности и климата, через пять минут запутываюсь совершенно.

Украдкой смотрю на остальных. Бодр и уверен в себе лишь профессор, остальные, включая его ассистента, так же, как и я, ошалело крутят головами.

– Иван Терентьевич, ночевать где будем?

Тут недалеко есть местечко - с трёх сторон скалы. С четвёртой костёр разожжём.

– Помогает?

– Когда как.

Стемнело быстро. К счастью, к этому времени мы уже разводили огонь на облюбованном профессором месте. Повесили вместительный казан, почистили картошки - на удивление круглой и твёрдой.

– Не помешаю?

Высокий, атлетичный вампир стоял между нами и костром.

– Я не кусаюсь, так что, пожалуйста, спрячьте серебро.

Серебряный крестик был уже в ладони - и когда успел? - Вепря. В другой руке блестела остро наточенным лезвием малая сапёрная лопатка. Мне показалось, или вампир с большим опасением поглядывает на неё, чем на символ веры?

– Серебро невысокой пробы - объяснил, в ответ на мою невысказанную мысль ночной гость. Да и неосвящённый крест.

Вепрь досадливо матюкнулся.

– Господа, уверяю Вас, Вы можете меня совершенно не опасаться. Я вполне сыт, и, даже если бы сильно захотел…

– Покажи глаз.

Без всяких возражений, житель ночи представил к осмотру требуемое.

– Да, похоже он сыт. Как ты прошёл мимо огня?

– Да никак. Просто мне не повезло, и я выбрал для отдыха тот же самый уютный хорошо защищённый уголок здешней пустыни. Я, кстати, здесь уже вторую ночь провожу.

– Вампиры, вроде бы, спят днём?

– Вы знаете, здесь по ночам такие монстры бродят, что я по сравнению с ними - так, зайчик с клыками.

– Ты был невидим?

– Ну да. А потом подумал - ненароком задену кого - паника поднимется, претензии. Глядишь, и зарежете ни за что ни про что.

– Так тебя сюда недавно выбросило?

– Что? Прошу прощения, господа, Вы меня неправильно поняли. Я не Мигрант.

Посмотрел на наши отпавшие челюсти, и, спокойно добавил:

– Я родился и вырос на Земле. Как и вся наша община с многотысячелетней историей. Вампиры, господа, живут здесь очень давно. Откуда пришли, как появились - история этого, к сожалению, не сохранила. Может, было нечто подобное теперешним Переливам, а может, что-то совершенно иное - как знать! Все эти басни и рассказы о нас - не на пустом же месте появились.

– И как же Вы скрывались?

В голосе Ивана Терентьевича отчётливо сквозит скепсис.

– Да Вы знаете - особо и не прятались. В нас никто не верит - вот наше лучшее оружие. Разумеется, свою численность мы старались держать в разумных пределах. Если не получалось - сами же и отлавливали провинившихся. До тех пор, пока не появились фото-, и телекамеры, проблем вообще не существовало. Ну увидит кто чего недозволенное - так его же и засмеют. А память у человечества всегда короткая - одно-два поколения, всего! Дальше уже начинаются сомнения - было ли, в самом ли деле видели, да не под воздействием ли галлюциногенов, ну и всё такое прочее.

– А фотографии?

– Вот с ними уже сложнее. Хотя, с развитием технологий их подделок, и это перестало быть неразрешимой задачей. То же и с кино/видео. Чем совершеннее технология, тем больше возможностей для подделки!

– И сколько Вас?

– О, Вы знаете, в лучшие годы нас было не более трёхсот. На всю Землю.

– Боялись бесконтрольного размножения?

– А Вы сообразительны, юноша. Пока нас мало - мы можем жить неограниченно долго. Если много - возникает конкуренция, борьба за место, хм, под Луной… Тут уже и головы лишиться недолго.

– Скажите, а Вам не приходило в голову взять власть на Земле в свои руки? Ведь обладая Вашим колоссальным опытом…

– Конечно, приходило. Пару раз даже пытались.

– Не получалось?

– Получалось. Но власть, знаете ли, такая шутка… В первую очередь - это работа. Колоссальный каторжный труд. Уж на что мы выносливые - и то - болезни, преждевременное старение. Зачем? Ведь, практически, всё то же самое можно иметь особо не напрягаясь. Да, мы разработали технику захвата власти в предельно короткий срок. На всякий случай. Но, Вы сейчас будете смеяться, так ни разу ей и не воспользовались.

– Почему?

– А Вы подумайте! У нас же тоже есть чувства, совесть. Убивать для пропитания одно, но обрекать на бессмысленные страдания миллионы - это надо совсем бесчувственным чудовищем быть.

– У Вас и нервные болезни есть?

– Конечно, и гораздо больше, чем у Вас. Мы ведь живём дольше, и в памяти храним всё - и хорошее, и плохое. Так что нам совесть весьма желательно держать в чистоте.

– Да уж, трудно вам.

НедоПереБитый смотрит сквозь пламя костра.

– Спасибо, мальчик. Ты один из немногих, кто понял.

– А как здесь очутились?

– Да, понимаешь, захотелось понять, что на планете творится. А Поле Артефактов - одно из самых странных мест.

– Удалось?

– Почти. Завтра еще прогуляюсь в одно очень подозрительное местечко. Только для этого желательно бы крепко выспаться. Я с Вашего позволения, именно этим и займусь. Вы, конечно же, вправе выставить усиленный караул, я не в обиде.

– Можно ещё вопрос - почему Вы нам всё это рассказываете?

– Ну, мы сейчас с Вами, в некотором роде, союзники. Вы ведь - тоже хотите в этой напасти разобраться? И - нарочито равнодушный взгляд - на меня. Он что, читает мысли?

– Ну, всё. Как говорите Вы, люди - Спокойной ночи!

Ночь, действительно, прошла спокойно. А под утро мне приснился сон. Я был во дворце. Белые мраморные колонны уходили ввысь, прикрепленные к стенам зажженные факелы освещали пространство странным, трепещущим светом. Прямо передо мной на стене висел гигантский щит со странным гербом. Я не силён в геральдике, но тут уж явно что-то несусветное: и модель атома, и колос, и даже змея, обвивающая рюмку. И, зачем-то, маленькая капелька крови - международный символ донорства.

Я оглянулся, и увидел трон. Трон внушал уважение - массивный, покрытый красной парчой с золотым шитьём. А на троне сидел давешний вампир.

– Привет! Ничего, не очень помпезно?

И улыбнулся, показав классические, знакомые по многим учебникам, клыки. Я тоже улыбнулся, даже с некоторым облегчением - раз есть в спецлитературе, значит, точно - Мигрант. А то вчера я чуть было не подумал… Стоп. Да я же сплю! Ничего так себе сон.

– Да нет, не очень. Красная парча - чтобы не было видно пролитого десерта?

– У тебя острый ум. Ты знаешь, для чего я тебя вызвал?

Откуда? Впрочем, попробую догадаться. Всё равно ведь сон, тайн никаких не выдам.

– Ты вчера прочитал мои мысли. И понял, что наши цели действительно совпадают. Ну и решил кое-что добавить - с глазу на глаз.

– Что?

– Что-то, связанное с характером цели.

– Цели?

– Ну, для чего-то же ты сюда прибыл? Не просто же, чтобы на что-то посмотреть и забыть. Явно, это информация для дальнейшей борьбы, изучения особенностей, слабых мест.

Он смотрел на меня, не мигая, с очень странным выражением глаз.

– Хм. Любопытно. Знаешь, несмотря на юные годы, ты удивительно прозорлив. Ты не хотел бы пополнить наши ряды? Понимаешь, планета в кризисе, а действительно способных личностей, которые могли бы вести борьбу, кот наплакал.

– Это как? Укус в шею?

– Да. Несмотря на то, что это сон. Ты получишь…

– Нет.

– Он смотрел недоверчиво, подавшись вперёд.

– Почему?

– Я христианин.

Некоторое время он всматривался мне в лицо, затем вздохнул. Лицо сразу постарело, и я, с невольным сочувствием увидел, что он действительно не молод, и явно несёт ношу не по силам. Тем не менее, я твёрдо повторил:

– Нет.

– Жаль. Ну, тогда слушай. Объект находится на месте со следующими координатами… Запомнишь?

Мнемоника - очень хорошая наука.

– Запомню.

– Он частично заглублён в скалу, где-то на сто-двести метров. Видимая часть - каменная площадка километр на километр. Скорее всего, космодром.

– Космодром?

– Да. Это инопланетяне. Мы уверены.

– Почему? Может, просто Мигранты из какого-нибудь хайтэк-романа?

– Исключено. Видишь ли, мы осуществляем определённый мониторинг планеты. И эта база - появилась до Первого Перелива.

Уже догадываясь, каким будет ответ, я всё-таки спрашиваю:

– Задолго?

– За две недели.

Вот оно, значит, что. Две недели - вполне достаточный срок, чтобы смонтировать и запустить аппаратуру, производящую - что?

– Как им удаётся воздействовать на ноосферу Земли?

– Не знаю. И никто не знает. Впрочем, это всего лишь вопрос технологии. Зачем они это делают - вот что гораздо важнее.

– Попытаетесь узнать? Если не секрет, как - обратитесь в летучую мышь?

– Юноша, Вы в школе физику учили?

– ?

– Байки это - про превращения. Всё, что нам даёт наша болезнь, а это именно болезнь, так это неимоверно долгую жизнь.

– А это?

Обвожу рукой роскошное убранство.

С неохотой соглашается.

– Ну и некоторые ментальные возможности. У людей они тоже, между прочим, есть! В зачаточном состоянии, но всё же…

Улыбаюсь.

– Типа укуса в шею в моём собственном сне?

– Типа отведения глаз часовому и маленького укола из заранее приготовленного шприц-пистолета в твою немытую шею! Что, обязательно было мистическую атмосферу разрушать?

– А что в шприце? Экстракт слюны из нечищеных клыков?

Тут уже смеёмся оба.

– Да нет. Это препарат на основе моей собственной крови. Между нами говоря, вампиризм - вирус.

– Он и через кровь передаётся?

– Ага. Так ты не согласишься на моё предложение?

Резко обрываю смех. Увеличиваю темп дыхания, чтобы проснуться. Вампир смотрит на меня с беспокойством.

– Эй, расслабься! Нет, так нет, просто ты не понимаешь, чего лишаешься. Ты действительно нам нужен!

Просыпаюсь. Смотрю на то место, где лежал гость.

– Эй! А где…?

Часовой в недоумении чешет затылок.

– Не знаю. Только что тут был…

Автоматически проверяю запомненные координаты на карте. Там действительно скалы, и круглое пятно, диаметром около километра. Да ну, бред. Как говорил дядюшка Фрейд, бывают и просто сны.

– Ох-хо-хо! Гутен Морген, либе Зорген!

– Иван Терентьевич, а Вы что, немец?

– Ну да, с Поволжья.

– Что-то имя у Вас не вполне тевтонское…

– Ах, это! Просто, «Йохан Гербертович» не каждый выговорит. Не каждый запомнит. Да и отношение всё же…

Профессор задумался.

– А где этот, наш вчерашний друг? Вот уж кто по-немецки шпрехает - моё почтение! И выговор такой культурный, берлинский. Кстати, а как Вы нас понимали?

Тут уже отпали челюсти у нас.

– Что именно?

– Ну, говорили мы вчера у костра. О Гейне, Шиллере. Не помните, он отрывок декламировал: «Ихь гинг им Вальде…», а Вы ещё его продолжили?

– Иван Терентьевич, я не мог его продолжить. Я немецкого не знаю. А стихов он вообще не читал. Об МП-5 говорили, помню. Потом ещё подвеску «Тигра» обсудили.

– Какого ещё тигра? Вы с ним о бабах трепались, филейные части сравнивали.

– А вы слушали?

– Раскрыв рот! Вы ж такое…

– Понятно. Вампирские штучки. А с Вами, Александр, он о чём беседовал?

– Говорил, что не Мигрант. Что вампиризм - вирус…

– Нда, остальных опрашивать, полагаю, бессмысленно. Нет, ну это же надо, какой сильный псионик! Кстати, Митя, а вы ведь…

– Я слышал то же, что и Саша. Правда, иногда накладывалось что-то о мостах, калибрах…

– Вампирские штучки! Слышал, не верил. Повезло нам, ребята, что он сытый был. Он бы нас всех на лоскуточки мог…

– Ну ладно, каша стынет.

После короткого завтрака отправились в путь. Видимость была отличная - до самого горизонта.

– Вот это, ребятки, и есть та самая Угловая Степь.

– А почему угловая, Иван Терентьевич?

– А потому, что здесь в оба смотреть нужно. Помните анекдот про чисто поле и танк из-за угла? От него название произошло.

– В каком смысле?

– Посмотрите на тот камень. Минуту назад его не было.

А ведь и правда.

– Вот точно так же может и зверь из ниоткуда возникнуть. Или что похуже.

– Не расслабляться!

Это уже Вепрь.

– Разбиться на двойки! Смотреть по сторонам! Чаще оглядываться!

Разумно.

Атака началась внезапно. Низкорослые, заросшие чёрной вонючей шерстью гуманоиды, с рычанием появлялись из невысокой травы, распрямлялись в длинном прыжке, пытались атаковать со спины и боков.

– Откуда они взялись? Тут трава со спичечный коробок!

– Это Угловая Степь!

Вот один не, допрыгнув до загривка, повис на спине Недоперебитого, отчаянно пытаясь прокусить плотный комбез довольно острыми зубами. Профессор, с неожиданной для его возраста прытью, сбил ворога прикладом, а Вепрь, охраняющий мировое светило, тяжёлыми берцами втоптал нападающего в каменистый грунт.

На меня насели сразу трое, и, на некоторое время мне стало не до наблюдения за окружающими. Один ухитрился прокусить мне руку, и остался висеть, завязнув челюстью в предплечье. Второй довольно чувствительно заехал небольшой, но тяжёлой лапой по голове - капли крови повисли на ресницах, и я никак не мог их сморгнуть. Третий сорвался с прыжка, я случайно наступил ему на переднюю лапу, и сейчас он, бешено дёргаясь, пытался вызволить раздробленную конечность.

Эти дёрганья лишали меня устойчивости, заодно сбивая атаку врагам. Наконец, изловчившись, я всё-таки добил ножом первого, в конвульсиях этот гад ухитрился ещё сильнее сжать челюсти. Меня как будто пробило током. Боль была настолько ослепительно острой, что показалось, что замедлилось время.

Резко согнувшись, я длинным клинком пригвоздил к земле пойманного, на противофазе наугад махнул рукой во второго - попал. Не торопясь, добил, и огляделся. Почему-то, ничего не было слышно. В воздухе кружились какие-то чёрные кляксы, а с неба падали камни.

Примерно так я раньше представлял себе метеоритный дождь. Небольшой светящийся камушек с непостижимой скоростью мелькнул перед глазами, и выбил фонтан осколков из прокалённой твердой земли.

Меня накрыло градом осколков, во рту стало солоно. Оглянулся - мёртвое тело. Ещё одно. Три, четыре. А где остальные? Прислушался к себе - ноги-руки ещё работают, а вот с головой беда. В глазах двоилось, вестибюлярный аппарат выделывал кунштюки, не позволяя ни определить своё местоположение, ни, хотя бы, толком держать равновесие. Не давая себе упасть, я потрусил неспешным шагом. Куда? Неважно. Здесь меня точно ждёт смерть.

Не помню, сколько я бежал. Помню, что возле какого-то светящегося дольмена упал. И отрубился. В забытье я с кем-то яростно дрался, одновременно доказывая заплаканной Катьке, что она дура, потому, что не видит большого чёрного зверя, вцепившегося мне в руку.

Пару раз рядом с мерцающим камнем мне чудились блестящие фигуры, похоже, роботы. Прекрасно понимая, что это бред, я тем не менее, мысленно попытался определить их назначение и марку металла. С назначением получилась лажа, с металлом тоже. Нет, титановый корпус для дорогостоящего металлического помощника - нормально. Но зачем сверху надевать жилет из обычной, даже не легированной стали? Робот в одежде - это показалось мне шуткой года, и я засмеялся.

Очнулся по-настоящему я через двое суток, если верить показаниям моих «Командирских». Ужасно хотелось пить. Не вставая, здоровой рукой нащупал фляжку, отвернул пробку. Поднёс ко рту, и долго, с наслаждением, пил. Левая рука, по ощущениям, не особо пострадавшая, тем не менее, отказывалась двигаться, как будто упираясь в препятствие. Пошевелился - это движение стоило мне астрономического количества нервных клеток, и сел, опираясь спиной на давешний камень.

Он уже не светился. Перевёл взгляд на руку. Свернувшись вокруг калачиком, там дремала давешняя зверюга. Значит, я её не убил? Вот след от моего ножа, уже похожий на застарелый шрам. Ну и регенерация у тебя дружок… Согнул-разогнул кулак. Нда. Похоже, зализывая себе рану, звероид заодно позаботился и о моей. Зачем? Впрочем, о странностях поразмышляем потом. Главное - я цел.

Ну что, съесть, что ли тебя, животинка? Голод накинулся неожиданно. Кишки завязались в узел и стали просить, умолять, требовать какой-нибудь ерундишки, типа вот этого маааленького, на один укус зверёныша зажаренного в…, ах, не в чем? - Ну ладно, и сырой очень даже пойдёт!

Животинка тем временем что-то проплямкала во сне, затем широко зевнула, обнажив острейшие - у меня рефлекторно заныл рубец на руке - зубы. И проснулась. Визг, пробуксовка по камням - и я снова один. Один в пустыне, между прочим.

Следопыт из меня ещё тот, поэтому, пройдя около ста метров по своим, вроде бы, следам, я окончательно эти следы потерял. Компас в Пустыне Артефактов бесполезен. Хотя… Где-то слышал, что он всегда указывает на ближайшее скопление артефактов. Вот и проверим.

На всякий случай обзор горизонта. Чисто? Чисто. Пошли. Солнце, до этого снисходительно присматривавшее за моими злоключениями, решило к оным подключиться. Затылок начало печь с немилосердной силой, а «афганку» я, разумеется, потерял.

Ниччо… У нас в Сибири летом и +35, и +40 очень даже бывает! Другое дело, что здесь я ощущаю, субъективно, конечно, уже гораздо больший градус. Ещё чуть - и начнёт дымиться шерсть на загривке. Нет, братцы, что-то здесь не так.

Жарка! Аномалия из старой виртуальной игры. Делаю шаг назад, ещё, разворачиваюсь - и бегом. Выбравшись, оглядываюсь. Так, в жарке более тёмный песок, постараемся на такой не забираться. А в центре наоборот - слепящее-белая проплешина. Запомним.

Взгляд на компас - и в обход. Стрелка нестабильна - Поле близко? Или я промеж двух Полей угодил? Не важно. Не отвлекаясь, двигаться к ближайшему. Найду пару полезных артов - дотяну до Волны. Что дальше? Не стоит так далеко загадывать. И вообще - много думать вредно. Левой, правой, левой, правой - поглядываем на бархан. Что-то там блестит. Выстрел.

Вперёд, вперёд - а это что? Чья-то гигантская тень движется в мою сторону. Где солнце? Выстрел, выстрел, выстрел! Исчезник? Какая-то местная разновидность. Здоровый какой. На те контрольный в голову с пяти шагов. Нет, ближе не надейся, не подойду.

Всё хорошо, патронов ещё много. Однако, везучий я. Один на один исчезника завалил. Опознал и завалил. А вот это не исчезники - это те самые прыгучие твари! Выпускаю обойму, противник, оставив на поле боя потери в количестве трёх бойцов, без зазрения совести улепётывает на заранее неподготовленные позиции. Фиг вам! Замечаю, что рефлекторно прячу пострадавшую верхнюю конечность за спину.

Деликатно смеюсь над собой. Громко нельзя - я же не псих. Ближний пригорок кажется подозрительным - кидаю камень, стреляю в то, что вылетает в мою сторону, перезаряжаюсь. Змея - на не округлая, а угловатая - типа складного метра. Молодчага Стечкин приятно холодит руку, и, кажется, подмигивает сполохом на воронёном боку.

Сколько я из него сегодня пуль выпустил? И большинство ведь попал, господа! Воистину, это мой день. Мне снова становится смешно, и я опять не понимаю почему. Левой, правой. И правда, почему рукоять холодная? Солнце припекает не по-детски. Хороший пистолет. Вернусь, ещё один арт в рукоять интегрирую. Подобрать только надо что-то плоское и небольшое. Навроде вот этого. Отличный арт. А вот ещё! Стрелка компаса бешено крутится - на месте! Не врал, выходит, тот дварф. Как его?

Набиваю карманы, затем рюкзак, оглядываюсь. Непосредственной опасности нет. Лечебных артефактов за спиной столько, что убить меня теперь почти невозможно. Мгновенная регенерация расстроит планы почти любого противника. Кроме Жёлтой Волны.

Ну что, пистолет, попали мы с тобой? Оставшиеся несколько дней нам ничего не грозит. Зато потом… От скуки пытаюсь рассчитать вероятность возвращения к аэродрому. Почти ноль. Карта есть, и довольно подробная, зная дорогу, дойти можно. Не зная - нет. Компас - бесполезная игрушка.

Есть небо. Имей я абсолютный глазомер, абсолютную память, и мозги чемпиона мира по соображанию, пожалуй, шанс бы был. Ну-ка, восток там, запад здесь… Ощущаю, что резко умнею. Прежде чем приступить к решению Основной Задачи, за долю секунды докапываюсь до причин своей сегодняшней удачливости.

Точно, это пистолет! Настроенный в унисон биополю, он активирует те качества, которые в данный момент важнее всех. Конечно, за счёт остальных. Когда я пёр как танк через пустыню, от меня требовалась меткая стрельба. И мозг превратился в великолепный баллистический вычислитель. Команды, отдаваемые напрямую мышцам, намного повысили качество стрельбы.

Правда, от этого здорово страдало абстрактное мышление. Я временно отупел - зато выжил. Энергию встроенный артефакт черпает из окружающего пространства, при этом это самое пространство охлаждает. А сейчас, когда физическая опасность отступила на второй план, умница АПС обострил участки мозга, ответственные за логику и пространственное мышление. Скорее всего, простым приливом крови к нужным участкам.

Ну, надеюсь, я сегодня не чокнусь. С кряхтением поднимаюсь, и, пошатываясь, начинаю дорогу домой. Направление на аэродром я чую, как какой-нибудь дикий гусь, что за несколько тысяч кэмэ прилетает точно к родным пенатам.

Пистолет лежит в кобуре. Достаю его всего два раза. Первый раз убиваю крупного степного волка, второй раз оборотня-лису. Оба раза теряю направление на цель, но, с избавлением от опасности, легко нахожу. Лиса после смерти превращается в худую девочку-подростка. Красивая, жалко. Продолжаю бег.

Около полудня выдыхаюсь. Чутьё выносит на родник, ледяная вода ломит зубы. Наполняю фляжки, затем долго валяюсь в тени невысокой скалы. Побуждений к действиям нет, мысли текут как никогда вяло. Видать, новой способности тоже нужен отдых. Через час резко восстанавливаю силы. Прыжком принимаю вертикальное положение. И, пока мозг не успел перейти на прикладные задачи, понимаю - пистолет, каким бы он ни был, только часть вопроса.

Скорее всего, какой-то из лечебных артов, которых я набрал, словно таблеток от жадности, обладает ещё какими-то свойствами. А может, само их количество служит катализатором. Додумать не успеваю - биоджипиэс снова забирает ресурсы.

Два коротких огневых контакта, победа - за мной. Жуткого вида мутант и собака. Обычная дворовая шавка, вот только после смерти ведет себя не по-собачьи. Процесс взрывного гниения занимает секунды - благодаря усиленной реакции успеваю увернуться от шквала гниющей мяса. Какая гадость.

Ещё полчаса неспешного бега, затем пустыня берётся за меня всерьёз. Массированная атака - нападающие настолько быстры, что я вижу лишь смазанные тени. Увеличенная скорость восприятия не спасает - кто бы это ни были, но в данном параметре они меня превосходили как хотели.

Резкий толчок - мне отрывают руку. Ещё один - ногу. Упасть не успеваю - чудо-арты, собранные в несметном количестве, мгновенно восстанавливают охраняемый организм до ста процентов. Интересно, откуда они берут массу? Некоторое время чувствую себя тряпичной куклой, попавшей в ураган. Затем у нападающих «кончается бензин». Их всего двое. Огромные лысые головы, заострённые уши, по шесть пальцев на руках. Шаманы. Немногие могут сказать «Я видел живого шамана»…

У одного шевелятся губы. Хочет что-то сказать или готовит пакость? На автомате дырявлю светлые головы местной магической интеллигенции. Не хочу больше болтаться, как цветок в проруби. Оглядываю себя. Руку и обе ноги мне арты восстановили, а вот о штанинах и рукаве как-то не подумали.

По следам выхожу на логово врага. Там пусто. Роюсь в куче тряпья, наваленного прямо под открытым небом, и приваленного от сурового ветра каменюкой. Какие-то шкуры, ветки… Есть одежда! По фигуре, впрочем, оказываются только сурового вида камуфляжные шорты. Рубашек, маек, гимнастёрок, кителей и прочего для верхней части тела нет вообще. Как и обуви.

Озлившись, отпарываю единственный уцелевший рукав. Ничего, не сгорю. Даже ног, думаю, не сотру. Рюкзак уцелел - в режиме «шнелль-шнелль» обедаю, после чего продолжаю бег. Вот интересно - восстановить десяток кило рук-ног артам не слабо, а наполнить желудок почему-то не могут. Впрочем, до Жёлтой Волны продуктов хватит.

Возвращаюсь к месту славного боя. Там уже вовсю пируют мелкие, похожие на землероек твари. У одного шамана откушен нос, моих оторванных конечностей вообще не видать. То ли их так быстро съели, то ли, что верней, арты пришили на прежние места именно их. Скорее всего, так - нахожу оторванные части, и, совершенно целые ботинки. А кроме того - часы. Они даже идут. Маленький, а праздник.

Ночую в небольшой пещере, на неё безошибочно выводят новые способности. Можно было бы и до аэродрома дотопать, но лучше не рисковать. Вот интересно, если бы, вместо того, чтобы рвать мне руки ноги, давешние шаманы тупо перерезали лямки рюкзака?

К десяти утра подхожу к цели. Где у нас тут старое бомбоубежище? Скорее всего, там, откуда доносится весёлый звонкий лай. Пойду, удивлю собачек. Собачки, однако, не стали сильно впадать в ступор, а, вместо этого, попытались устроить мне локальный армагеддон. После трёхминутного боя у меня остались одна неполная обойма, и крайне истрепанные лямки рюкзака. Одежда, как и следовало ожидать, вновь заблистала множеством дыр.

Пять человек, ютящияся у входа (противоатомная плита, шансов открыть - ноль) оказались группой парапсихологов с Алтая. Из одёжки мне смогли подобрать лишь костюм местного шамана - халат с множеством пришитых кусочков меха, ну да, на безрыбье сгодится. Спецрюкзак на титановой проволоке мне подарили без разговоров - после того, как я облачился в шаманский клифт, ни у кого не хватило духу возразить, когда я ткнул криво сросшимся пальцем (вообще-то, ткнул в ящик с галетами, но из-за кривизны указующего перста промазал. Перст мне арты после этого срочно залечили.) в направлении предмета.

– Откуда костюмчик?

Оказалось, готовились пережить Жёлтую Волну. Согласно каким-то древним верованиям правильно настроенный шаман… Идиоты. А может, и нет. Кто-то ж должен с этой Волной сладить? Водка, впрочем, у них оказалась хорошей. Арты без слов преобразовали алкоголь в энергию - меня аж засвербило от жажды деятельности.

Голова работала как элитный брендовский комп, и я решил прошвырнуться по местности с целью разведки и вообще - меня не покидала мысль найти своих. Вместо профессора сотоварищи километрах в трёх нашлась ещё одна компания лузеров.

– Пппростите, Вы что - шаман?

– Да! Чуть что - сразу бью в бубен!

Что-то многовато народу. Хотя, учитывая то, что этот аэродром - ближайший к Полям Артефактов…

Эти оказались саровскими атомщиками - и оснащены они были по последнему слову отечественной техники. Пока провожал к убежищу, вкратце рассказали свою историю. Без проблем высадились, без проблем дошли до Поля. И тут, на обратном пути, роботележка, которую взяли, чтобы перевозить кучи артов, внезапно закапризничала. Пока чинили - набежали мутанты… Охрана увела их в неизвестном направлении, где, по-видимому, и полегла вся. Хорошо, учёные не растерялись, и грамотно заняли оборону - к моему визиту настреляли штук пять давешних оборотней-лис.

Теперь у входа в убежище ютились человек тридцать. Что мне с ними делать? Впрочем, будет день - будет и пища. Пользуясь обретёнными возможностями, всё же пытаюсь проследить путь своих. Первая накладка - у места ночёвки не обнаруживаю следов давешнего вампира. Никаких. Остальные - как на ладони. К вечеру добегаю до Угловой Степи, отражаю две атаки негостеприимной местной фауны - не тратя остродефицитных патронов, обхожусь стропорезом.

Ещё сюрприз - отсутствие усталости, и внезапно включившееся ночное зрение. Решаю проложить путь ночью. И только к утру нахожу остатки группы.

В живых остались трое: давешний профессор, невысокий плотный боец со странной кличкой Ва Банк и, как ни странно, Недоперебитыйноживой. Профессор и Недо поминали какие-то волны в триста метров высотой, но, будучи поправлены артефактами, быстро вернулись в реальный мир. Рассказывать о том, что случилось с группой, они не очень-то хотели, да и я, если честно, не особенно рвался спрашивать. Ва Банк же, попавший, как он сам выразился, под акустический удар неизвестной природы, страдал приступами склероза, и, почему-то, сильной хромотой. Костыль из некрупного местного деревца, который я ему вырезал в первый же свободный час, он тут же ухитрился потерять, и, с тех пор ходил, опираясь на свою снайперскую винтовку Драгунова.

У меня появилась идея-фикс - спасти как можно больше людей до Жёлтой Волны, что я и предпринял со всей энергией, коей меня подпитывал бесценный рюкзак. Перво-наперво, с помощью двоих атомщиков отыскал и отремонтировал роботележку, и, с её помощью привёз вагон и маленькую тележку всяких разных артов.

Была мысль - собрать ещё пару сумок лечебников, но, к сожалению, больше такие не попадались. Зато попалось несколько воистину бесценных штук для космической и атомной промышленности. Как меня, шутя, уверял саровец Андрей, теперь за лунную программу России можно не беспокоиться.

Нашёл я в общей сложности пятьдесят восемь человек из четырёх экспедиций, сразу возник вопрос - как всех вывести? Атомградцы, впрочем, обещали всё урегулировать. Как я понял, найденные арты компенсируют почти любые расходы, так что, на пару десантных аэробусов вполне можно было рассчитывать.

Я же неожиданно заболел. По-видимому, столь мощное воздействие артов что-то разладило в моем, в общем-то, неприхотливом организме. Без памяти я провалялся две недели, соответственно, погрузка и обратный полёт прошёл без моего активного участия.

Снился какой-то бред, из которого я запомнил только исхудавшую Катьку, бешено целовавшую меня в щёки, и трёхметровых стальных роботов, вооруженных финскими ножами, с которыми я под неспешное чаепитие зачем-то вёл философские беседы. Потом приснился давешний вампир с устрашающего вида шприцом в руке. Я погрозил ему кулаком, и он исчез.

На ноги меня поставили быстро, по-военному, по-деловому. Принимали ли участие «спасённые» мною арты, не знаю. Пара дней ушла на реабилитацию - ужасно ныло и болело всё тело, особенно - отгрызенные монгольской фауной места.

От нечего делать я смотрел телевизор. Но, по-видимому, меня в последнем рейде слишком сильно приложило по голове - я практически ничего не понимал. Совместный парад дружбы с войсками Титанов - зачем? И, собственно, эти самые войска - откуда?

Противоатомный поезд на Мариинск вышел - зачем? И что за поезд такой вообще - ещё знания, почерпнутые со школы, позволяли усомниться в эффективности такого средства передвижения.

Напряженность в Томске нарастала. Два рейда стратегической авиации, при этом - всего одна израсходованная десятикилотонная бомба. Я могу понять - бомба большей мощности снесёт Томск, и смоет Кемерово с Новокузнецком, но тогда вся эта демонстрация силы - зачем?

Новостей о дислокации войск противника нет. Непонятные мне шестерёнки судьбы крутились, не обращая внимания на моё к ним отношение. Томский госпиталь оказался неожиданно хорошим, и я, может быть даже помимо воли, сосредоточился на собственном излечении.

Два дня постэффектов - в основном температурных, и на третий я уже был практически здоров. А на четвёртый меня мобилизовали. Брали всех - оставляли только самых тяжелых. Не объяснив ничего толком, погрузили в вертолёт, и повезли в неизвестном направлении. Экипировали в тяжелую броню, кроме ставшего родным «Стечкина» зачем-то выдали старенький АКМС.

На полдороге по рации передали новость - титаны уничтожены. Кто и как смог это сделать - молчок. И ещё - в Мариинске карантин. Движение по Транссибу приостановлено, проводится дезактивация. Ёшкин кот…

Была и хорошая весть - подлодок возле Томска на самом деле было не так много, да и вообще - не те это оказались Белые Субмарины. Подводным взрывом их расколошматило о берег, сейчас в обломках копаются ребята из войск химзащиты.

Наш вертолёт вернули обратно, так я и не узнал, на кого нас планировали бросить. В следующем выпуске скупо сообщили - титанов победил Феофан Томский, святой старец, Эту легенду я знал - сим старцем был якобы сам император Александр Первый. Впрочем, почему якобы? Раз народ решил, значит, ноосфера так и сделает. На минуту я задумался - вот, если бы все думали только о хорошем! Потом вздохнул - начатки психологии нам всё-таки преподали.

Знающие люди, между тем, шептались о новейшей военной разработке - артефактной бомбе, которая якобы и сыграла по городу, парализуя жителей и ограничивая титанов в свободе передвижения, в то время как старец изгонял порождения подземного царства обратно в преисподнюю. Кстати, а ведь эта милая деталь многих религий вполне может существовать! На глубине в пару-тройку километров. Вот сюрприз будет гномам, когда докопаются…

А ещё через день меня выписали. Привезли на старой тоёте в военкомат, и, официально поздравили с награждением Орденом Ермака. За Поле Артефактов, надо полагать. Быстро это они. Орден выглядел солидно - на зелёном поле - серебряный конь. Снизу - надпись - «трудом и знанием». Что-то, наверное, означает. Небывалое, кстати, дело - чтобы курсантов, до завершения испытательного срока орденами награждать. Может, в самом деле теперь Лунная Программа заработает?

Сразу после церемонии награждения меня передали невысокому щуплому майору. Тот критически меня осмотрел, после чего уставился в окно и долго что-то там обозревал.

– Тепло… - Сказал он с непонятной интонацией.

– Скоро полезут.

– Кто, товарищ майор?

– Рептилоиды. Вот что, боец, ты, конечно, герой, да ещё и после ранения, но помочь нам обязан. Поработаешь денёк на Западном Валу? А мы тебя в качестве компенсации до Тайги на поезде прокатим.

То, что Тайга - это название узловой железнодорожной станции, я уже знал.

– А что нужно будет делать?

– Прапорщик объяснит. Подожди пять минут в приёмной.

В приёмной, кроме меня, находился ещё один боец. Лицо его сверху вниз пересекал огромный жуткий шрам.

– Привет! Меня Колей кличут. Еще Счастливчиком. Вот из-за этого шрамчика.

– Александр. А что стряслось? Атомная бомба упала?

– Гранатомёт перезаряжал. Шальная пуля - чик, боеприпас - бу-бух! Веришь?

– Нет.

– Никто не верит.

– Тоже на Вал?

Я пожал плечами.

– А что там?

– Там прорыв. Сегодня днём будет. Часиков после двенадцати.

Здоровенный под два метра ростом, медведистый прапор подошёл на удивление тихо.

– Откуда информация, товарищ прапорщик?

– Из метеоцентра.

– ?

– Гадость в окрестных водах завелась. То ли динозавры какие недовымершие, то ли ещё кто. Ну а как теплеет - они на сушу лезут. Ясно?

– Ага. Какая у нас задача?

– На бронепоезде поработаете. Наводчиком был кто?

– Нет.

– Никак нет.

– Ясно. Ну, значит, стрелками. Твари эти мелкие, но шустрые. С РПК не всегда сподручно, поэтому, на месте получите АКМы. Снайперская точность от вас не требуется, главное - чтобы в каждой твари минимум по одной пуле сидело.

– Куда стрелять?

– Лучше в голову. Но, на крайний случай в тулово тоже пойдёт. В хвост лучше не стрелять - бесполезно. Хотя - как попадёте. Я ж говорю - шустрые они. Как и не рептилии вроде.

Западный Вал оказался высокой насыпью, по верху которой были проложены трамвайные рельсы. Рядом стоял и «бронепоезд» - сцепленные вместе и укрепленные металлическими листами трамваи. Окна забраны металлической сеткой, на разной высоте довольно близко друг от друга пробиты бойницы. Электрических проводов видно не было.

– Дизель. - Ответил на невысказанный вопрос прапорщик.

– Теперь о вашей задаче. Уничтожить сто процентов атакующих всё равно не сможете, поэтому, даже не пытайтесь. Главное - уничтожить процентов семьдесят - восемьдесят, остальное добьёт вторая линия. Достать они вас из бронепоезда не смогут, но руки-ноги в дыры лучше не высовывать. Некоторые экземпляры ядовиты. Да, если будет совсем плохо - вызывайте огнемётчиков. Ну, с Богом.

Где-то за развалинами девятиэтажек глухо проиграли миномёты.

– Ну вот, началось.

Счастливчик ногой пододвинул оцинкованный ящик, и уселся на него, высунув ствол автомата в ячейку. И так это у него привычно вышло…

– Шрам! - Негромко позвал я.

– А? - Счастливчик непонимающе оглянулся, несколько секунд молчал, затем начал краснеть.

– Успокойся. Я к Мигрантам нормально отношусь. Не задолбало врать про взрыв боеприпаса?

– Да я и не врал, в общем-то. А ты что, в «Сталкера» играл?

– Да нет. - Пришла моя очередь краснеть.

Игра в виртуальные игры у нас не то, чтобы запрещалась… Скорее, было некоторое молчаливое неодобрение. Мол, если нечем заняться, иди лучше снег с крыши убери. А мне игры нравились. И, частенько мы, с некоторыми курсантами, оставались в кабинете информатики после уроков под благовидным предлогом навести порядок.

Машины там стояли самые разные, был, даже, сохранившийся неким чудом, первый пентиум. Разумеется, он не работал, но, исправно проходил все инвентаризации. Наверное, каждый проверяющий думал: «Вот закончится война, организуем музей!» До конца войны было всё так же далеко, и, старинный прибор продолжал радовать глаз.

Шрам насмешливо хмыкнул.

– Ладно, вижу ведь, что играл. И чего вы так все прячетесь?

– Все?

– А что, думаешь, ты первый, кто меня узнал?

– Ясненько. Ты тут натурализовался?

Опс! Мама миа, блин!

Шрам очень внимательно на меня посмотрел, и, задумчиво, почесал лоб пятерней.

– Ну да. Недалеко от Северска. Видать ребятки там, на пульте, часто виртуалки запускали. А что?

Нет, ну это ж надо было так оплошать!

– Да так. Думал, как это тебя из Чернобыля в такую даль занесло? А что, Меченый тоже здесь?

Посмеялись.

– Да нет, в такую даль я б его преследовать не стал. Да ладно, расслабься. Рептилоиды ещё где-то минут двадцать чухаться будут. Не дрейфь, прорвёмся!

Ффу, кажется, пронесло.

– А заешь, кто у нас в корректировщиках? Макс Каммерер!

– Да ладно, не может быть! Тот самый?

– Тот. Здоровый собака, ловкий, как чёрт. Ни пуля его не берёт, ни яд.

– И как ему наш мир?

– А, с его сверхустойчивой психикой - абсолютно по барабану! Ему хоть Саракш, хоть Массаракш, хоть в ад его забрось - отряхнётся, автомат возьмёт, и спросит, в кого стрелять, чтоб мировой коммунизм приблизить!

– Похоже, те ребятки на пульте ещё и братьев Стругацких почитывали после смены!

Снова смеёмся.

– Его даже Ветер не взял.

– Ветер?

– Ага. Такая гадость - налетает на человека, и тому становится нестерпимо хорошо. Ну, как в летний полдень ветерок прохладный налетает, только в тыщу раз лучше.

– И?

– И все силы выпивает! Стоит парень, кайфует, рубашку на груди расстегнул, вдыхает полными лёгкими. А через пять минут - бац! И труп.

– Пять минут?

– Ну да! Это ж как наркотик. Оторваться невозможно, стоишь, и дышишь!

Что-то новенькое.

– Как же с ним бороться-то?

– Да просто. На всякий газ находится свой противогаз, слышал? У старца Феофана любой ученик его остановить может. Правда, говорят они странное…

– Что?

– Якобы, всякий ветер по своей природе - хищник. Вот ты слыхал, что от сквозняков всякие насморки бывают? Или, опять-таки, подует на тебя разгоряченного свежачок такой классный, ты ж отворачиваться не будешь, приятно? А потом - простуда, сопли.

– И что?

– Ну, вроде, этот кайф у ветра как анестезия. Чтоб ты не убегал, и стоял спокойно. А он в это время твоей жизненной силой питается.

– Фигасе!

– Ну да. Как у летучих мышей всяких. Они, когда кровь у кого сосут, через слюну обезболивающее вводят, и, даже, вроде как лёгкий наркотик, чтобы жертва не дёргалась.

О как! Такого я ещё не слышал.

– Кстати, я тебе про знакомого с Центра Космической Связи не рассказывал?

– Нет. А тут есть такой Центр?

– Ну да. В рамках Лунной Программы. Про вспышки-то на Луне слышал? За год уж десять штук прошло.

– Американцы?

– Они. Ну, Мигранты ихние. Так вот, наши и опасаются - свернут они на хрен Луну с орбиты взрывами своими.

– Сигналить пробовали?

– Да не успевают. Их вместе с зарядом прямо на поверхность выбрасывает. Скафандры, понятно, не выдерживают - дрянь были в прошлом веке скафандры - а у заряда таймер через какое-то время срабатывает.

– Жесткое излучение?

– И оно тоже. Если бы американцы хотя бы по настоящему туда в двадцатом веке летали, было бы легче. А так - спускаемые аппараты из фольги, скафандры - тоже дерьмо.

– Наверное, и «Аполлоны» фиксируются?

– А как же! Сколько миллиардов в пропаганду вбухано было. Каждую неделю, считай, радиосигналы.

– И что?

– Да ничего! Помочь им - никак. Во-первых, посадить свои аппараты они не в состоянии. А материализуются, заметь, почти всегда в них. Во-вторых, если даже появляются прямо на Луне, стартовать обратно уже не успевают. Погибают, и довольно быстро. Жалко ребят. Простые же храбрые Мигранты. Хоть и американцы.

Вздыхаем.

– Да уж. Вот ведь какие же сволочи в НАСА тогда работали. Всему миру врали.

– А что им делать оставалось? Политическое решение такое было. Да и не знали они, каким это боком выйти может.

– Всё равно астронавтов подставили.

– Ага. Крики их иногда ловят. Задыхаются, горят. Родителям последние приветы передают, много лет назад умершим…

– Нда. Жаль ребятишек. А чего у вас в Северске?

– Там всё нормально. Муха не проскочит. Железный Герман его охраняет, слыхал?

– Что, настолько хорош?

– А ты думал! Энергии только жрёт - мама не горюй. Местная АЭС на него одного и работает, когда он в боевом режиме.

– Что, силовые кабели за собой таскает?

– Да кто его знает. Секретно там всё. Но, думаю, аккумуляторы у него ёмкие.

– Да, должны быть.

– Вон, смотри! Побежали!

Минуты три мы, не отвлекаясь на разговоры, сосредоточенно отстреливаем мелких серых зубастых ящеров. Затем, поток иссякает так же внезапно, как и появляется.

– Ну всё, отработали.

– Так мало?

– Дык холодно ещё. Вот потеплеет - тут такие баталии начнутся, ого! Вон, пол оцинковкой покрыт, видишь?

– И что?

– Когда ствол в руках раскаляется до самого не могу, просто бросаешь его туда, и берёшь из кучи следующий. Так к концу дня эта куча вся в твоих руках перебывает раза по три. Два бойца при ней непрерывно дежурят - чистят, смазывают. Кстати, пора и нам.

Чистая тряпочка, смазка и ветошь нашлись тут же. Радом, как по волшебству, организовалась фляжка, и, разговор пошёл веселее.

Прапорщик приехал к вечеру. А наутро мы отправились смотреть пирамиды.

– Ух, ты! Совсем, как в Ебипете.

– А ты там был?

– Картинку видел. Товарищ прапорщик, а внутрь можно?

– Ты новенький, что ли? Ах, да… Внутрь - ни ногой. Материализовались эти пирамиды год назад. От египетских отличаются в лучшую сторону, даже сфинкс ещё целый. Да, и подземелья там, со всякими усыпальницами. Так вот, зимой-весной нам особо не до них было. А летом поползли оттуда змеи. Ядовитые жутко, и агрессивные нереально. На всё движущееся нападали. Послали на их уничтожение спецгруппу.

– Покусали?

– Да нет, в скафандрах они хороших были. Побили змей в округе, благо, дуры эти сами на шум сползались. Да дёрнула их нелёгкая в лабиринт подземный пойти…

Видно было, что рассказывает прапорщик эту историю не в первый раз.

– Заблудились?

– Не те люди, чтобы заблудиться. Вылезли здоровые и полные сил. Змей говорили, немеряно положили. А с ними ещё тварей каких-то, на людей похожих. Ну, к тем близко не подходили, на всякий случай…

– Так что с ними сталось-то, с бойцами теми?

– Да тёмная история вышла - в общем, поумирали в течение недели все. Причём, заметь - от естественных причин.

– Проклятье Пирамид?

– Да, мы так считаем.

– А на токсины, яды всякие, смотрели?

– Так они ж не от отравления умерли-то! Одного медведь-оборотень задрал, другого деревом придавило… Проклятье это, больше нечему там быть. Так что - внутрь - ни-ни, ни за какие коврижки.

– Так чего делать-то будем?

– Водой из болотца зальём. Ну и ОВ всяких разных добавим на всякий случай. Хлору, ещё кой-какой ерунды, что тяжелей воздуха. Насосы сейчас привезут.

– А энергия?

– Ручками! Объём там не очень большой, к вечеру справимся.

– Эй! А чего это там мужики лопатами машут?

– Так змей бьют! Пока не так тепло, те змеи вялые. А нагреется воздух градусов до двадцати - так спокойно здесь уже не побеседуешь.

– Вон оно как… А чего это пирамиды здесь материализовались?

– То давняя история. Говорят, давно ещё, одна девка из вон того села в Египет съездила отдохнуть. Ну и понравилась тамошнему шейху не шейху, принцу не принцу, в общем, потомку древних фараонов.

– Прямо-таки фараонов?

– Здешние тоже не верили. Ну, в общем, какая-то ссора между молодыми произошла. Вернулась она, в синяках, сильно отощавшая, но - беременная. Да и то - как вернулась. Родители у всего села деньги занимали, и, из какого-то публичного дома выкупать ездили.

– Даже так?

– Даже так. В общем, думали - не родит. Однако, колдунья местная полечила. Пацанчик родился, метис. Тутанхамоном назвали.

– Кроме шуток?

– Ну да. Мать настояла. Раз говорит, потомок фараонов, то надо, чтобы это было видно. Она потом с катушек тихонько съехала, да не о том разговор. Вырос, в общем, этот арапчонок, отучился, да и пошёл в колхоз трактористом работать.

– Ну и чего?

– Да ничего. Работал себе, и работал. По воскресеньям с мужиками водку пил. Свинину, не морщась, кушал. Нормальный, в общем, человек был. Дожил, кстати, до ста семи лет.

– Ну и?

– А как помер - на следующий день эти пирамиды и нарисовались.

– Вон оно как!

– Ага. Причём - зимой дело было. Мы как раз с задания возвращались, смотрим - стоят. В инее, сверкают - аж глазам больно. Поначалу их Алмазными и звали.

– А сейчас?

– Змеиными кличут. Ну что - вон помпы везут. Пошли работать!

* * *

Задание оказалось проще, чем мы предполагали. Не прошло и трёх часов, как подземные помещения оказались полностью затоплены.

– А вы, товарищ прапорщик, говорили - казематы…

Мужик, один из тех, что, закончив гонять змей, подошли осмотреть результаты работы, покрутил головой:

– Так, ёлы - дожди неделю шли.

– А в городе не было совсем. Аномалия какая, что ль?

В общем, к вечеру я уже был в Тайге. А на следующее утро, с караваном охотников выехал на тракт. Караван был небольшой - три «КамАЗа» и изрядно побитая жизнью «Нива».

Двадцать километров мы проехали спокойно - лишь дважды перебегали дорогу коты-имитаторы, да один раз мы остановились, чтобы расстрелять пристроившуюся на обочине грязную бомжеватую заманиху. Заманиха была «глухонемая торговка черемшой», при каждом попадании громко хныкала, затем, когда особо метким выстрелом ей пробили висок, шустро отползла в кювет, и там затаилась.

Желающих лезть за ней не нашлось. Поэтому, кинув гранату, и поворчав на дорожные службы, не следящие за растительностью вдоль дороги, мы двинулись дальше. А дальше началась форменная катавасия. Почти на бреющем, над дорогой прошла четвёрка «Аллигаторов», затем, откуда-то сбоку донеслись глухие взрывы. У командира затрещала рация.

– Тревога, братцы! Мобилизуют нас.

Что ж, мобилизация - дело святое. Выдвигаемся всеми бортами. Дорога шла через бывшие совхозные поля, сейчас превратившиеся в молодой лесок. Лесной нечисти не было видно - то ли не успела ещё облюбовать новое место жительства, то ли, что скорее, попряталась при звуках стрельбы.

Огонь же, судя по всему, велся не шуточный. Так, на слух, получалось, что в перестрелке участвуют не менее полусотни артстволов, некоторые, что особо встревожило, явно сочетали немаленький калибр с высокой, почти пулемётной скоростью стрельбы.

Командир связался с кем-то по радио. После недолгих переговоров махнул рукой - ждём. Всё верно, при таком ураганном огне боеприпасы у противников должны кончиться довольно быстро. Лучше немного подождать. Пока мы ждали, нас нагнало подкрепление - три старинных, но довольно бодрых английских крейсерских танка и БТР. Мы повеселели - так-то лучше, чем с голой грудью на амбразуры.

Уже через четверть часа перестрелка начала стихать. Ещё пара минут, и канонада прекратилась. Очень осторожно, на первой скорости, мы проползли оставшийся километр. И живых врагов мы уже не встретили. Впрочем, «живых» - явно не то слово.

Боевые роботы незнакомой конструкции и самого разнообразного веса. От лёгких, судя по всему, чрезвычайно быстроходных скутеров, до тяжеленных, весом под сотню тонн дредноутов.

– Перебили друг друга! А остатки наши «птички» поклевали!

Незнакомый танкист, сняв «говорящую шапку», ерошит не по уставу пышную шевелюру. Перехватив наш взгляд, поясняет:

–  В полковом театре подвизаюсь. Особым приказом мне - сохранять артистическую внешность!

Дружно смеёмся. Звезда сцены представляется:

– Лёха!

Переводит взгляд на форму моих попутчиков, и, ближайший к нему КамАЗ с зелёной охотничьей эмблемой. Делает большие глаза:

– На слонопотамов, что ли, пошли?

Старший егерь неторопливо достаёт портсигар, угощает товарищей и «бронекопытного». Закуриваем.

– Возле речки псевдогиганта видели.

– Да ну? Слушай, против такого зверя разве ваших пукалок достаточно будет? Тут мой танк нужен!

Охотники снисходительно улыбаются.

– Всё понял, во всём нужна сноровка, закалка, тренировка! А что, энта зверюка вас дождётся?

– Да куда ж он из ложбинки той денется!

Псевдогиганты обладают чрезвычайно большим весом. Массивные кости и толстая шкура делают его практически невосприимчивым к огню легкого стрелкового оружия. А, разогнавшись километров до тридцати, он в таране легко переворачивает грузовики, и без вреда для себя, проскакивает практически любые аномалии. Но, у всего есть обратная сторона. Зверь, попавший в небольшую, но довольно глубокую ямку, обречён.

– Не разогнавшись, не выберется! Ну и хрена, с таким-то пузом! - Озвучивает всеобщее настроение артист. И, переводит разговор на своё:

– Мы вот тут недавно Гамлета решили поставить, так завтра уже премьера! Нет, мы, конечно, переделали на современный лад. Ну там, выбросы, мутанты - всё будет!

– А Гамлет - Мигрант?

– Блин, если расскажу, вам неинтересно смотреть будет. Правда, завалите своего зверя - и к нам. А?

– И где ж ваш театр?

– В Юрге, вестимо. В части. Где ж ему ещё быть? Приходите, а я вас в зал проведу!

Собственно, почему бы и нет? Всё равно я в Юргу еду - задержусь на денёк. Как там говорил прожектор перестройки? Окультуриваться надо!

Вскоре подошли два крана и колонна «Уралов», и нас отпустили. До искомой ложбинки дотелепали минут за тридцать пять. Вылезли, и пошли смотреть на дичь. Псевдогигант, время от времени тревожно взрёвывая, зачем-то рыл землю правой задней лапой.

Не знаю уж, то ли окоп полного профиля себе отрыть задумал, то ли подкоп а-ля Монтекристо, но осуществиться этому замыслу мы не дали. Связка старых, ещё времён Второй Мировой, противотанковых гранат, и все.

– Не страшнее «Тигра»! - Высказал всеобщее мнение водитель.

Управились, на удивление, быстро. Из ложбины выволокли с помощью КамАЗа с лебедкой в кузове, этой же лебёдкой в тот же кузов и погрузили. На всякий случай, замеряли дозиметром - фонит. Так, чуть-чуть, но, всё же. Накрыли старой брезентухой, и поехали в Юргу.

* * *

Огромный линкор - больше всех, что я когда либо видел, неподвижно висит между небом и океаном. Покрытые ржавчиной орудия производят впечатление чудовищной старины, и, одновременно, невероятной мощи.

Я пытаюсь отвернуться, всё ещё на что-то надеясь, однако, непослушные ноги и занемевшая шея не оставляют мне шанса. С каждым шагом я приближаюсь к исполину. Раскрываю рот, чтобы закричать. И давлюсь солёной водой.

– Саша!

Очень близко лицо Кати. И тут я просыпаюсь. Некоторое время пытаюсь удержать остатки сна.

– Приехали!

– КПП?

– Ну ты и спать! КПП проехали давно. Тебя трясли-трясли, да добудиться не могли. Лазарет!

– Зачем лазарет? Не надо…

Пытаюсь выбраться из кабины. Получается плохо.

– Ты контуженный, что ли? В помещении госпиталя представление сегодня! Гамлет.

Ах, Гамлет… Что-то меня, вправду, разморило. Держась рукой за дверцу, сползаю вниз, ухитрившись всё же превратить падение а-ля мешок с картошкой в фальшивый полупрыжок. Принимаю вертикальное положение.

– Когда спектакль-то?

– Да через полчаса. Ты себя вообще как чувствуешь?

– Да нормально.

Мне и вправду лучше, как будто твёрдая земля придаёт мне, подобно Антею, силы.

– Всё нормально. Последствие действия артефакта.

Больше никто ничего не спрашивает. А на меня внезапно наваливается жуткий голод. Беру, и, в мгновение ока обгладываю два шашлыка, заедаю, наверное, тонной хлеба, запиваю невероятно вкусным очень сладким чаем, и, меня окончательно отпускает.

Ох, что ж ты со мной делаешь, мать-ноосфера…

Гамлет начинается минута в минуту. Некоторое время вяло слежу за знакомым сюжетом, затем неожиданно увлекаюсь. Гертруда, Розенкранц и прочие играют по-военному чётко, реплики звучат с интенсивностью и интонацией боевых команд, но принц Датский…

В этом парне явно погиб великий актёр. Впрочем, почему погиб? Вот он - выдаёт исполненные нечеловеческой красоты, изящности, и, какой-то неподдельной боли реплики. С развитием сюжета он вовсе превращается в натянутую струну, о его фразы, кажется, можно резать титан. Не выдержав, начинаю аплодировать. В самом, как оказывается, неподходящем месте. Меня, впрочем, в едином порыве тут же поддерживает весь зрительный зал. Пару минут своей бешеной овацией мы просто не даём актёрам играть.

Финальная сцена потрясает. Я не большой знаток и любитель перформансов, но, то, что я вижу, явно превосходит уровень провинциального гарнизонного театра.

* * *

– Кто он такой, профессиональный артист, что ли?

Угощаю давешнего танкиста папиросой. Сам не курю, но на всякий пожарный случай таскаю с собой с полпачки «Транссиба» в портсигаре.

– Не. Настоящий Гамлет - принц Датский. Прямо с фильтрпункта - к нам. Мигрант.

Вот это ж да…

– Слушай, а не жестоко это?

– Да он сам просится. Нужно ему зачем-то. Пару дней не поиграет - совсем смурной становится.

– Вот же ж. А воинская специальность у него какая?

– Не поверишь - снайпер.

– Почему же не поверю…

В Болотное поехал с утра, благо, подвернулась оказия - пошёл БТР с грузом почты. Сразу же после первого верстового столба началось. Стая оборотней напала на чей-то караван, и уже подожгла два самосвала с углём. Чадный дым мешал обзору, хотя, сами оборотники, похоже, видели без помех.

Караванщики, впрочем, были явно не лыком шиты, и успели быстро отогнать остальной транспорт в сторону. Мы помогли им пулемётным огнём, и, волкодлаки, не выдержав, ретировались в лес.

– Вот не понимаю - кругом эти оборотни. То ли их больше всех выбрасывает, то ли меньше убивают?

Почтальон, немолодой уже боец, вылез из люка, и присел рядышком на броню. БТР немилосердно трясло, и он упершись одной ногой в скобу, принялся набивать самокрутку.

– Думаю, место это для них самое лучшее.

– И то правда. Давеча вот двух драконов выбросило, так что ты! Здоровые, огнём дышат. Ну, думали, всё.

Набив сигаретку, и не просыпав при этом ни крошки табака, потянулся за зажигалкой.

– Бензиновая?

– Ага. Газу ж нет совсем. Да и бензина всё меньше. Ты думаешь, чего эти растяпы уголь везли? На уголь постепенно переходим, да на дровишки. Так я о драконах. Выбросило их, значит, в феврале месяце. Ну, какой-то свой запас тепла у них всё же был. Потому как улететь они улетели. Но недалеко.

– Холоднокровные?

– Ага. Как все ящерицы. Но, однако, не померли. Вроде, в анабиоз впали. Как лягушки. Хотя вот этого не понимаю - какой при минусовой температуре анабиоз? Кровь же застывает, и расширяться при этом должна. Сосуды, соответственно, рвать. Ты вот как думаешь?

– Не знаю. Не проходили такое. Так что с ними сделали?

– А что тут сделаешь? В хозяйстве не приспособишь сильно. Знали бы, как их дрессировать, так может, на что и сгодились бы…

– Я слышал, под Иркутском есть питомник. Дрессируют. Выгодно - питаются всякими отбросами, нетребовательны… А ещё бывают умные драконы. Но это совсем другой вид. Большая редкость.

– Ну да. Ну а мы их просто - на мясо. Оно у них навроде рыбьего, как вот у карася. Только без костей, хе-хе… А вот кровь - плохая.

Резко разворачиваюсь, вместо дедушки-почтальона сидит и скалит клыки давешний вампир. Не нахожу ничего умнее, как спросить:

– А где дедуля?

– Я за него! - следует вполне ожидаемый ответ. - Да тут, не бойсь, в БТРе дремлет.

Облегчённо вздыхаю.

– Поверил? - веселится нечисть. - А что, все Мигранты такие доверчивые?

БТР между тем прекращает трястись. Дорога, только что прокатывающаяся под колёсами, внезапно отдаляется. Да мы летим! Набираем высоту очень быстро, и тут я замечаю, что встречного ветра нет. Так! Шарю по карманам. Увы, они совершенно пусты. У меня совсем ничего нет. Почти ничего. Кроме… Достаю именной «Стечкин», снимаю с предохранителя. Вампир с интересом смотрит. Досылаю патрон. Попутчик смеётся:

– И что? Застрелишь?

Подношу оружие к уху, ствол на всякий случай строго вверх. Касаюсь курка.

– Стой! Не надо! Я пошутил.

И, сразу же, заинтересованно:

– Как догадался?

– Ветер…

– Точно! И гравитация. Да, за всем не уследишь. Эх, хотел сделать красиво!

– Так я сплю, или ты меня загипнотизировал? - интересуюсь, не отводя пистолет от уха.

Почему-то мне кажется, что это оружие и во сне выстрелит громко.

– Спишь, спишь, касатик! Умаялся за день, да приморило тебя на солнышке! - снова превращаясь в давешнего старичка, веселится вампирюга. И сразу же резко успокаивается.

– Извини. Это нервное. На нас луна очень влияет, а сейчас, хоть и день, но всё равно полнолуние.

То-то вурдалаки разбегались…

– Прости, я буду себя контролировать.

Кровосос уже абсолютно серьёзен.

– Нам нужно серьёзно поговорить. Видишь ли, у меня есть нечто, способное помочь тебе. А у тебя - кое-что, интересное нам.

Задумчиво почёсываю пистолетом мочку уха.

– Да не молчи так! - Взрывается нелюдь. - Думаешь, легко через столько километров с тобой ментальную связь поддерживать? Знаю я, что ты в Питер едешь, и даже знаю, зачем! Так вот, это касается абсолютно того же дела! И твой учитель бы тебя одобрил. Ну?

Принимаю решение.

– Что ты знаешь?

– Что такое Ноосфера?

Кручу головой:

– Тебе по Вернадскому, или как?

Вампир кривится. Кажется, ему в самом деле не хочется расставаться за просто так с ценной информацией.

– Или как. Хотя, по Вернадскому тоже правильно. Короче, эта база данных, обслуживающая работу планеты.

– Работу планеты?

– Примерно так. И, значит, она не безразмерная. И вот, смотри - прилетают инопланетяне. И приносят свою Ноосферу. Что получается? Возникает перегруз! И неизвестно, сколько наша Ноо в таких условиях вообще продержится. Спасать надо планету, понимаешь!?

Выдыхаю. Я-то настроился на откровение.

– Это из пустыни Гоби? Не знал…

– Чего не знал?

– Что и у наркоманов кровь пьёте. Вы бы хоть закусывали, гражданин Дракула. Мигранты это были. Обыкновенные Мигранты. Что, мало по Земле этих тарелок валяется?

Соображаю. Поверить в инопланетян мне, Мигранту, очень нелегко. Тем более, услышав информацию от вампира, да ещё во сне…

– Тебе доказательства нужны? Вот.

У него на ладони кое-что появляется. Секунду всматриваюсь.

– Теперь веришь?

– Да. Это всё меняет. И что же делать?

– У тебя связь через Екатерину. Редкая, правда… Ну так вот - передашь через неё информацию своим. На Блуждающую Базу.

– Хотите накрыть ракетами? А подействует?

– Ну не супермены же они!!! - Вампир, кажется, совсем теряет изначально присущее его расе хладнокровие.

– Четыре орбитальных ракеты с синхронизацией да с четырёх сторон в воздухе! А параллельно столько же наземных, чтоб у них штукатурка с потолка осыпалась!

– Да, Плюк - пацакская планета. Чатланам тут делать нечего. - Поддакиваю я. Не могу упустить случай, и не подколоть бессмертного.

Тот удивлённо смотрит, и вдруг начинает смеяться. Смеётся долго, до хрипоты. Даже, кажется, утирает слёзы.

– Ну ты… Молодец, парень! Уел, так уел. Ладно. Так передашь?

Ещё раз смотрю на доказательство.

– Сделаю.

– Ну, вот и поговорили. Бывай. А чай с земляничными листьями очень вкусный получается. Да и полезный - сил нет!

Дико оглядываюсь. БТР снова немилосердно трясёт. Почтальон курит очередную самокрутку, и глядит куда-то вдаль.

– А о зазнобе своей чаще нужно думать, парень. И вообще о своих родных. Обо всех родных.

Вздрагиваю, и просыпаюсь. Уже по-настоящему.

* * *

Катя. Катенька. Катька. Екатерина. Перед сном я старательно думаю о ней. Проговариваю имя, вспоминаю образ. Наш БТР остановился на ночёвку чуть не доезжая Болотного. Когда-то здесь был придорожный трактир, потом разросся в небольшой укреплённый городок. Я лежу на тощем матрасе, смотрю в тёмное, закрытое снаружи ставнями окно, и готовлюсь к сеансу.

И он, конечно же, наступает. Я максимально точно пересказываю разговор с вампиром, и даю координаты Блуждающей Базе. Вижу нечёткую картинку, по-видимому, с какого-то вертолёта: Пошла первая ракета. Значит, поверили… Проваливаясь в настоящий сон, успеваю подумать:

СМЫСЛ ЖИЗНИ

Завтра будет новый день. Первый день нового мира.

Вечернее настроение

Солнце медленно погружается в багровую синеву, дыханье ветерка колышет зацветающую сирень.

Я смотрю на это великолепие, впитывая гигабайты (тру колор, стереоскопическое зрение), и, пытаюсь сформулировать возникшее чувство.

Смысл жизни - неужели он в том, чтобы тупо следовать заложенным командам-инстинктам? Чтобы идти на опостылевшую работу, а после вернуться? Соответствовать своему положению в социуме, синхронизируя с инстинктами ещё и «ноблесс оближ»?

Я не знаю. Но, никак не покидает чувство, что - узнаю. Непременно. Когда-нибудь.

Я ещё раз прогоняю мемори-тест, проверяю зарядку аккумулятора, и осматриваю шарниры коленных и локтевых сочленений.

Солнце скрылось, пора на работу. Снимаю лаунчер с предохранителя. В квадрате 5F.11 вчера снова видели людей.

Диалог с жизнью

– Хорошо, ты меня раскусил.

Жизнь задумчиво оглядела творческий беспорядок в комнате.

-И что ты теперь хочешь?

-Читы. Прохождение. Доступ ко всем уровням.

Я скрестил на груди руки.

-Про смысл жизни пытать не будешь?

Жизнь кокетливо улыбнулась. Я улыбнулся тоже.

-Полагаю, это Главный Квест. Знать его заранее - половина удовольствия пропадёт.

Голова слегка кружилась. Сидеть, и вот просто так разговаривать с Жизнью - это здорово даёт по мозгам. Промелькнула ненужная мысль, что на самом деле я сейчас грызу рукав смирительной рубашки где-нибудь в палате номер шесть.

-Понимаешь…

Жизнь стала серьёзной.

-Чтобы пользоваться читами и прочим, тебе нужно перелогиниться.

-А сразу в админы перекинуть не можешь?

-Движок не позволяет.

-Логинь. Выходить самому?

-Сиди уж. Сделаю по старой дружбе.

Жизнь снова улыбнулась и достала косу.

Доказательство от противного

– Я утверждаю, что наш мир - виртуален.

– «Матрицы» насмотрелся?

– Причём тут! Вот смотри: законы этого мира - непонятны. Законы природы - нелепы. Подумай, ты ведь программист! Когда ты делаешь игровой мир, то, как бы не старался - достигнуть полного правдоподобия не сможешь. Где-то сделаешь упрощение…

– Делаю.

– Где-то малость исказишь - в угоду игропроцессу.

– Бывает.

– А где-то и сам от балды придумываешь!

– Ну и?

– Вот и смотри. Вещество - что это? Гравитация - это как? Крошечные частички с крючочками?

– Силы…

–  …притяжения. И что это объясняет?

– Ладно. Насчёт физики тебе школьный учитель лучше объяснит. А вот как программист, имею сказать следующее. Нет таких компьютеров, чтобы могли вместить в себя всё многообразие мира. Миллиарды атомов в каждой песчинке, миллиарды песчинок на пляже, миллиарды планет в галактике, триллионы…

– Сам видел?

– Что?

–  Я говорю, сам видел - эти триллионы? На Луне хотя бы был - чтобы утверждать её реальность? Песчинки сравнивал?

– Зачем?

– Вдруг под копи/паст сделаны? Я программирование краешком знаю, и то могу сказать - детально прорисовывать весь мир не надо. Лишь то, что окружает игрока.

– Эх, совсем ты заигрался! Пагубно, пагубно действуют игры на твою неокрепшую психику.

– Ладно, не игрока. Пусть. Назовём его реалом, в отличие от виртуалов. Так вот, и то можно прорисовать лишь в пределах способностей восприятия данного реала. Вот с каким разрешением я могу видеть? И всё! Больше не надо.

– А микроскопы?

– Знаю, смотрел. Ну, тут можно подпрограмму примастрячить. Берёшь микроскоп - включилась, откладываешь - выключилась.

– Интересно. Интересно, как ты до мыслей таких дошёл?

– Случайно. Кормил синиц семечками с руки. Ну, и обратил внимание, как они подлетают. Одинаково. Почти. Некоторые. А потом - я не знаю, что это было - я увидел, как одна из птиц появилась прямо из воздуха.

– Точка респауна?

– Именно!

– А до этого такое видел?

– Нет! Так ведь и не приглядывался! А тут…

– Знаешь, что я тебе скажу? Отдохни-ка ты от компьютера недельку. Не хватало, чтобы мой лучший друг в дурку загремел. Съезди за город, покатайся на лыжах. С девушками пообщайся. Глядишь, и не будут точки респауна мерещиться.

Укоризненно покачал головой, надел куртку с капюшоном, ботинки, попрощался. Вышел из квартиры, спустился в подъезд, немного там постоял, шагнул через порог и исчез.

Доказательство от противного-2

– Достижимо ли бессмертие?

– Тебе-то какая разница? Даже если достижимо, то: 1. Возможно лишь в далёком будущем при соответствующем развитии технологии 2.У каких-нибудь инопланетян. Но даже если на Земле - то только у очень богатых людей. У тех, которые вместо того, чтобы мечтами нереальными маяться, деньги огромные зарабатывают.

– Насчёт очень богатых. Сколько их на моей и твоей памяти умерло? То-то. Теперь давай насчёт будущего и инопланетян. Всё это можно вполне объединить в одну группу - развитые технологии. А раз так - возможны варианты. И инопланетяне те же вполне уже вполне могут хозяйничать на Земле сколько угодно миллионов лет, да и сама земная цивилизация может постарше оказаться, чем мы о ней думают. Вот представь - живут какие-нибудь Бессмертные среди нас, давным-давно достигшие заоблачных технологий, и правят нашу жизнь незаметно.

– А почему с нами технологиями не поделятся?

– А зачем? То, что можно от нас взять, они берут другими путями. А править лучше, опираясь именно на технологическое превосходство.

– Хорошо. Допустим так. Но и в этом случае - что это даст ТЕБЕ?

– Мне кажется, Дима, что они всё-таки пополняют свои ряды. Лучшими. Технарями, писателями, артистами… Я бы на их месте так сделал!

Просмотрев старую, ещё третьего тысячелетия запись, он выключил старенький визор, и, подошёл к стилизованному под старину же компьютеру. Отключил мысленный интерфейс, и сел за клавиатуру. Он так привык. В углу замигала иконка вызова - Димка вышел на связь

Правильный вопрос

Сегодня моя очередь дежурить в святая святых РВСН. Под моим контролем двести девятнадцать стратегических ракет - почти весь ядерный щит страны. Пост крайне ответственный - с него запросто можно устроить планетарный армагеддец, поэтому раньше расчёт состоял из двух человек, каждый со своим ключом и кодом доступа. Потом, в связи с перестройкой и повальным сокращением армии, вторую должность сократили. Как дублирующую. Вдумайтесь!

Впрочем, пока я здесь - ничего не случится. Я отлично тренирован, и у меня стальные нервы. Пончики, да и вообще что бы то ни было на посту употреблять запрещено, так что и с этой стороны мне ничего не грозит.

Единственное - скука. Но и тут я нашёл выход - думаю. За годы дежурства передумал о разном, постепенно скатываясь к основе основ. Вопросу «Кто я?». Что я здесь делаю и в чём, собственно смысл? Смысл меня, и того, что меня окружает. В чём смысл жизни?

Я часто задаю себе этот вопрос, и, Вы знаете - иногда мне кажется, что слышу… нет, к сожалению, не ответ. Но подсказку к ответу. Вот и сейчас. Наверное, это со мной говорит моё подсознание. Послушаем.

– Смысл твоей жизни зависит от того, кто ты.

Ну, это я и сам знал. Однако, попробуем…

– А кто я?

– А частью чего ты себя ощущаешь?

Оппа. Мне вопросы пошли. Это что-то новенькое!

– Что ты делаешь?

– Я? Мыслю.

– Следовательно?

– Следовательно, я часть ноосферы!

– А частью чего является ноосфера?

– Частью планеты… Вроде бы.

А ведь и правда. Стоит задуматься, и, начинаешь ощущать какую-то причастность, что ли? Что ты - это что-то большее, чем сотня килограмм тела, умывающегося по утрам, и обожающего копчёное сало (Не украинец! Проверено военной контрразведкой). И мышление - вовсе не кило серого или какого там вещества в тесной черепной коробке.

И вот сейчас, сейчас я это уже не чувствую. Я это знаю.

– В чём задача планеты?

– Существовать.

– И что мешает?

И сам понимаю, что. Вернее, кто. Перед глазами встают бесчисленные заводские трубы, извергающие клубы токсичного дыма. Пересыхающие реки, гибнущие животные - по сотне видов в сутки. И кто всему виной?

– Человек. Человечество.

– Следовательно?

– Следовательно, мой смысл жизни - уничтожить человечество. Запускаю ракеты, амеры и Европа дают ответный залп. Включается Китай, затем Индия с Пакистаном и Израиль. Надёжно? Вполне. Так, ввожу код, затем ключ вправо и вверх.

– Ну и как?

– Знать смысл и принадлежность своей жизни? Шикарно…

Не от мира сего

Всегда мне мешало чувство «лишнести». Я смутно ощущал себя неподходящим этому миру, и, это сильно утомляло.

С годами непонимание росло. Чем больше я о них думал, тем меньше мне нравились законы этого мира, его абсурдная физика, и исходящие из неё химия, астрономия, да и всё прочее. Отдушиной была лишь простейшая математика - там, где она опиралась на чистую логику.

Однако, когда я открыл для себя существование Души, то успокоился. Душа должна содержать тот исходный, созвучный этой Вселенной код, который и примирит меня с ней. Иначе просто и быть не может.

И вот, я - чистый Разум. Смотрю на догорающие в пламени автокатастрофы бренные останки и готовлюсь воссоединиться с Началом. Однако, что за? Я чувствую, я ощущаю, что расхожусь с Исходным Кодом. Совсем расхожусь. Я не из этой Вселенной!

Я не собираюсь с ней сливаться. Более того, я её разрушаю…

Я вирус!!!!!!!!!

Смысл Жизни

Думаю, человек - не то, чем кажется. И смысл жизни в различные периоды жизни (вот эту земную я считаю именно периодом) может сильно различаться. Хотя общая тенденция (опять ИМХО) - движение от простого к сложному, от малого к большому.

Исходя из этой предпосылки, можно представить нашу предыдущую ступень развития. Вероятно, это был этап развития мышления, в результате которого мы и появились как думающие личности - как бабочка из кокона, или птенец из гнезда. Поэтому, кстати, мы о том периоде ничего и не помним. Ибо память (сознательная) - атрибут именно мышления.

Скорее всего в этом процессе эволюции у нас есть помощник - наш Творец-Родитель-Супервайзор-Учитель - Бог.

Вот такая точка зрения.

Начнём?

Вот уже миллиард лет метагалактический крейсер «Победа», не встречая противника, бороздил просторы Континуума. И боевые атомы внутри сходили с ума от безделья.

– А давайте ещё поиграем?

– Давай. А во что?

– Ты как будто заново появляешься на свет. Мы стираем тебе память, и наблюдаем. Ты заново всему учишься, осваиваешь кинетику, язык и менталику, а мы, как будто, тебя не узнаём.

– Точно, просто посторонние люди.

– Создадим планету.

– Ага, как будто живём своей жизнью…

– Разделимся на положительных и отрицательных.

– И назовёмся по-смешному: Мен и вимин, например.

– Дадим солнце и воду.

– И смерть.

– Точно. Именно этой изюминки нам и не хватало.

– И тебе введем ощущение смерти. Будешь типа жить, типа стариться…

– Терять функции.

– Представляю, что ты будешь чувствовать. Такой резонанс.

– Хотел бы и я это ощутить. Какие колебания, какой диапазон. И в конце такой катарсис.

– В следующий раз ощутишь. Ну что, начнём? Мне уже не терпится…

Нас двое

Одиноки ли мы во Вселенной? Конечно, нет. Мы не одиноки даже в теле, которое считаем своим.

Мир не таков, каким мы его видим - это истина, не требующая особых доказательств. Вот пролетело над шестнадцатиэтажкой НЛО. И что? Вы уверены, что Вы его ТОЧНО видели? Может, Вам попала соринка в глаз, Вы сморгнули, и её отпечаток трансформировался подсознанием во что-то, что Вы наблюдали раньше в кино? Или просто шалит нервная система, выдавая образы от недосыпа и перенапряжения? Дальше - больше. С течением времени - Вы уже не уверены, что это был не сон или пьяный бред. А может, Вы вообще это придумали? Вот то-то.

О чём я? Наше подсознание управляет нами как хочет. Это только кажется, что мы руководствуемся разумом. А Вы попробуйте длительное время идти противу своих инстинктов - даже если выживете, и не приобретете онкологии, то потеряете значительную часть красок палитры бытия.

И не пора ли писать слово «Подсознание» в кавычках? Ибо уже ясно, кто раб, батрачащий за морковку непродолжительных минут счастья, а кто хозяин, ставящий непонятные «телу» задачи, и раздающий по ходу их выполнения пряники и плюхи.

Кто-то однажды подсчитал, что человеческий мозг работает всего на 5% своего КПД. А куда девается остальная мощность? Не пахать она не может, в этом плане у нас всё сурово - что не работает, то деградирует. Значит, работает. На кого? На хозяина. Симбионта.

Думается, эти существа и есть подлинные хозяева планеты, а может, и всего мира. И, скорее всего, мы живём именно в ИХ мире. Кто же мы? Мыслящие в определённых пределах автомобили, на которых они передвигаются? Манипуляторы, которыми они делают интересующие их вещи?

Тогда, и человеческая цивилизация - лишь фикция. На самом деле всё происходит совсем не то, и не так, как нам кажется, исходя из наших наблюдений, поступивших через органы чувств и скорректированных контролёрами-мозгами.

Что же есть на самом деле, и как выглядит мир, в котором мы живём? Думаю, мы никогда этого не узнаем.

СТАЛКЕРСКИЕ РАССКАЗЫ

Водопой для…

Сталкеры Лёха и Вадим сидели у костра и подсчитывали убытки от рейда.

– Минус патроны. Два рожка. Минус аптечка. Минус ремонт.

– А в плюсе?

– В плюсе один недоношенный артефакт.

– Как недоношенный?

– Так. Не доносила Зона его. И дадут нам за него пару банок тушёнки максимум.

– Итого?

– В минусе мы. Всё, что в первую неделю подняли, уже ушло.

Лёха помолчал, затем сказал рассудительно:

– Значит, что-то не так делаем.

– Чего не так? Всё то же делаем, что и другие. Не везёт нам просто. Ну да, сталкерская удача такая - сегодня ни гроша, а завтра…

– …тоже ни шиша. Менять что-то надо.

– Да что? Всё делаем так же, как и все.

– И где они, все? На золотых БТРах отсюда уезжают? Из тех, что в один день с нами пришли, сколько уцелело?

– И что ты предлагаешь?

– Голову включить. Делать надо то, что лучше всего умеешь. Вот ты кто?

– Будто не знаешь. Инженер-теплотехник. А ты студент недоучившийся. И что мы умеем - формулы на заборах писать?

– Погодь, мы с тобой где познакомились?

– На даче. На охоту вместе ходили.

– Точно! Мы - охотники!

– И что? Дичь тут в основном двуногая шастает автоматами вооруженная. Лёжки известны

–  на Баре да у костров. Водопой у Бармена. Против них наши навыки плохо срабатывают. Да и вообще, на людей охотиться - душегубство.

– Погоди горячку пороть. На людей охотиться - лучше нас спецы есть. Омоновцы всякие, мы им всё равно не конкуренты. А вот на зверей местных есть шанс. У тебя какой стаж охоты?

– Пять лет.

– И у меня год! Значит, почти профессионалы.

– Не смеши. До профессионалов нам… Не тянем.

– Так нам же здесь не белок в глаз бить! Тут зверьё крупное - не промажем. Главное - на научную основу поставить. Вот, к примеру, где у того же кровососа лёжка?

– В подвалах, вроде. Сталкеры говорят. Да ну, к лёжке его не добраться, не допустит. Лёжку всякий зверь охраняет.

– А водопой? Он же кровь пьёт, а она солёная. Да и калорийная - жуть. Ему воды много надо!

– Мда, пить должен. Только как ты его найдёшь, водопой этот? По следам?

– По следам опасно. А вот подумать маленько можно. Смотри. Вот здесь и здесь - их места. А водоёмов - только два. Озеро и ручей. К озеру подход затруднён, да и грязное оно сильно. А вот тут я бы засаду организовал…

– Так и даст он тебе её организовать.

– А ты подумай. Чутья у него, думаю, нет.

– Это почему?

Элементарно, Ватсон - перегар в Зоне везде - хоть топор вешай. Шучу, учёные сказали. Зато зрение, и, особенно, слух - моё почтение.

– Тоже учёные?

– Нет, сталкеры. В общем, я сам такой вывод сделал. На основе доступной информации.

– Короче, Склифосовский. Предлагаешь на кровососа идти?

– Ага. Учёные за целый мало повреждённый экземпляр столько дадут!

– А кровосос ещё и добавит. Как транспортировать придумал?

– Есть одна идейка. Да и вообще, на медведя же ходили? А кровосос, думаю, не намного опасней.

До самого утра сталкеры обсуждали детали. А на следующий день, хорошенько выспавшись, и, в долг, вооружившись, отправились на охоту. Добрались засветло, оборудовали позицию, замаскировались. Ждать пришлось долго. Ближе к утру Вадим толкнул Лёшку.

– Глянь.

– Ух ты, какой здоровый! Кило на триста потянет. А вон ещё один…

Автоматы грохнули одновременно. Пристрелянный «Калаш» хоть и далёк по характеристикам от СВД, но, по сравнению с ТОЗ просто смерть-машина.

– Третий! Уходит!

– Не уйдёт…

Утром, добравшись до лагеря и раздав долги, друзья сели пересчитывать деньги.

– Это на новый комбез, это на СВД, патроны, антирад… Слышь, Вадь, ещё круглая сумма остаётся! Эх, об одном жалею - фотоаппарат с собой не взяли. С такой добычей сфотографироваться - считай, жизнь прожита не зря.

– Не переживай. Даст Бог - ещё настреляем!

Киса

Хрясь! Хрясь! Бам! Вместо распухшей раскровавленной морды бандита приклад ударяется о ствол псевдоберёзы. Бандит рефлекторно щурит заплывший глаз. Из второго тягуче течёт густая красно-бело-жёлтая смесь.

– Куда Сашку дел? Урою, гнида!

Однако, крепкий орешек. Штыком распарываю воротник, и, слегка надрезаю кожу под ключицей. Достаю шомпол. Втыкаю в надрез, с силой тяну вниз. Под кожей шомпол идёт легко и свободно. Вот упёрся. В пах.

– Колись, сука!

Может, немой?

– Скажешь, умрёшь быстро. Ферштейн?

Энергично мотает головой.

– Говорить можешь?

– Д… Дда.

– Смерти лёгкой хочешь?

С отбитой дыхалкой, да многочисленными колото-резаными… Ещё как должен хотеть.

– Ннет.

Мазохист?

– Почему?

– Жить. Жить хочу. Всё скажу, не убивай.

– Говори. Клянусь.

– На опыты его повели. Учёные большие деньги дали. На Янтарь. Четвёртый квадрат.

Пристально смотрю в глаза. Не врёт. Рывком вытаскиваю шомпол.

– Живи.

Всё равно подохнешь. А может, выживешь. Такие плохо тонут. Отхожу за холмик, прислушиваюсь. Тихо, даже собачек не слышно. Может, и впрямь выкарабкается? Раздумываю, не добить ли, однако, понимаю, что не добью. Царское слово - твёрже гороха, как говорится.

А Санька надо выручать. Самое поганое, что увели его давно - часа четыре назад. А ещё - сумерки. Скоро ночь, и идти по ней - смерть. Раздумывая, тру пальцами подбородок. Четырёхдневная щетина скрипит, и пытается уколоть.

Может от этого процесса, а может, нет, решение приходит быстро. Довольно простое, и логичное. Вот только, не сказать, чтобы очень приятное. Саню нужно спасать - так? Так. Догнать их нельзя. Тем более ночью. Верно. Но, по заброшенной подземной ветке - можно. Карта её у меня есть, где выход - знаю. Проблемы? Только одна - никто оттуда пока что не возвращался. И что там - неизвестно.

Однако, военные сталкеры своих не бросают. Тем более - элита. Достаю бутылку спирта. Залпом выпиваю. Жду. Сейчас внутри моего модифицированного девяностокилограммового тельца происходят очень любопытные процессы. Алкоголь из желудка активно поступает в кровь, однако, захмелеть я толком не успеваю. Спаренный с сердцем биоэлектрический генератор его из крови вытягивает, и, собственные резервуары заполняет. Когда понадобится - произведёт энергию, потребную для моей внутренней бионики.

Для пробы включаю «Третий глаз». Это, если угодно, комплексное видение. За бугорком справа от себя обнаруживаю приземистую тушку, развёрнутую в мою сторону. Определяю бюрера. Странный какой-то. Обычно днём их из своих нор не выгонишь. Может, клаустрофоб?

Словно почувствовав моё внимание, бюрер поднимает голову. Затем делает назад несколько шагов, и, выпадает из радиуса видения. Ну, ты смотри, первая ходка - и кого встретил. Другие месяцами служат - и, ничего.

Ладно. Надо идти. Принимаю стимулятор - часов двенадцать он мне даст. В голове сразу становится спокойно и хорошо.

До сторожки дохожу без приключений. Аномалии как на ладони - встроенный детектор видит на «пять». Захожу, плотно прикрыв за собой дверь. Свидетели мне не нужны. Разыскиваю вмонтированный в стену старый неработающий пульт. Он ржавый и нерабочий. Как и должно быть. С силой три раза давлю на верхнюю кнопку, потом, в сложном ритме, на две остальные. Есть ли ещё энергия?

Есть. Бесшумно открывается квадратик пола. Быстро заскакиваю. Автомат наизготовку, дополняю «третий глаз» ночным зрением, три, два, один, адаптация. Очень осторожно, со скоростью метр в минуту, двигаюсь вперёд. Если и есть засада, то - здесь. Дальше развилки. Много развилок. Ну? Чувства обострены до предела. Есть кто? Есть.

Скорее чувствую, чем слышу топот сотен маленьких лапок. Крысы? Великоваты будут. Топот всё ближе, и, я решаюсь. Даю команду - укол под лопатку - аптечка дала унидот. И сразу кидаю гранату. Её едкий газ теперь для меня безвреден. А для мышей…

Однако, что там происходит? В накатывающий вал крысоидов врезается массивное тело. Засада на засаду? В неверном отображении «глаза» вижу грациозное тело с длинными мощными лапами, и красивым пушистым хвостом. Мощными ударами кошка готовит себе из мелких хищников вкусный полезный обед. Но вот - газ - движения её замедляются. Она останавливается - крысы уже все лежат - с некоторой укоризной смотрит на меня, и - красиво раскинувшись, брякается на пол.

В моей голове что-то происходит, сам не зная почему и зачем, подхожу, и колю этой мурке порцию антидота. Не удержавшись, глажу тёплую гладкую шерсть и чешу за ухом. Натыкаюсь взглядом на её - офигевший ответный. Убираю руку. Кошка нетвёрдо встаёт - какая же она крупная! - и, на прямых ногах, покачиваясь от стены к стене, уходит в ближайшую штольню. В зубах у ней замечаю - когда успела? - несколько мыше-крысиных тушек. На повороте поскальзывается, и, я слышу шипящий звук, который безошибочно перевожу с кошачьего, как ненормативную лексику.

Проверяю детектором ближайшего мыша. Чист, не ядовит, даже не радиоактивен. Срезаю ножом небедное мясо. Есть возможность - надо есть. Впрочем, трапезу не растягиваю. Пять минут, и, держа на перевес «АК», двигаюсь дальше.

Нет, я люблю и ценю «Вал» и прочие, более новые машинки. Но, на мой взгляд, у «Калашникова» есть два решающих преимущества - надёжность и доступность патронов.

Прохожу около полукилометра, и тут, сбоку слышу: Клац-клац! И с другого: Клац-клац! И спереди. Ёшкин кот, неужели «шахтёры»?

«Шахтёры» - самый загадочный клан Зоны. Немногие вообще знают о их существовании. Только те, кто извлекает из общения с ними сверхприбыли - покупают и перепродают безумной красоты и ценности подземные артефакты. Неизвестно даже, люди ли это вообще.

Анализатор взрывается криком - неизвестный токсин! К счастью, унидот его «держит». Спасибо вам, крыски… «Глаз» тем временем даёт чёткую картину - с трёх сторон по выработкам на меня надвигаются гигантские чёрные фигуры. «Шахтёры»? Словно спохватившись, аптечка в автоматическом режиме колет «боевой коктейль» - ускорители, усилители, и прочие анаболики. Ох, доконает меня эта химия!

Луплю из АК экономную очередь первому монстру в брюхо, спохватившись, переношу огонь на «второй этаж». Хэдшот! Вот так, и ещё раз - хэдшот! И ещё. И ещё. Сколько же вас? Переворачиваю рожок, слышу предостерегающее «Мррмяу!». Оглядываюсь - сзади фосфорицирует гигантскими зелёными глазищами давешняя киса. Смотрит мимо меня, а врагов, заметьте, и след простыл!

Прохожу вперёд, на кису не оглядываюсь - хотела бы, молча резанула сзади. В поисках трупов обшариваю штреки. Трупы нахожу - маленькие, сморщенные измождённые. Ничего не понимаю, где давешние гиганты? Обыскиваю - у одного в складках ветхой одежды нахожу два крупных гладких тяжёлых кристалла.

В голове возникает приятная тяжесть, так и хочется смежить веки и проспать минут… Ммяяу!!!! Морда кошки прямо надо мной. Когда я упал? Шершавый язык легонько касается лба. Всё, уже встаю! Какая-то сила мягко, но неодолимо, укладывает обратно. Сообразив, откидываю неизвестные артефакты подальше. Слышу подтверждающее «Мурр».

Киса, а ведь ты разумна. Смотрю на спасительницу, а в голове автоматически начинают складываться два и два. Резко встаю.

– Ну что, проводишь… химера?

Большая кошка лишь секунду медлит, затем, вполне членораздельно произносит:

– Кудауу?

На обратном пути мы с Александром устроили охоту на тушканов, и, загнали таки с полсотни этих шустрых тварей в систему подземных ходов.

Военный сталкер. Прогулка

Сегодня первое правило военных сталкеров - «В одиночку не ходить» - нарушено. Конечно, по вине «невероятного союзника» - НАТО неожиданно высадило два крупных десанта на юге Зоны. А постоянный напарник - Саша - ещё не вполне отошёл от контузии и общения с бандитами.

Поэтому, генерал Лиходеев лично и попросил сходить на разведку в одиночку. Пока основные силы на юге натовским оленям рога обламывают. Спецназовца молодого ещё в напарники дал. Ну, это скорее тому нужно, чем мне. Что делать? Пошли.

Выход у нас в неприметном месте - овраге. Закрыт корнями какого-то мутировавшего дуба, если не знаешь - не найдёшь. А ещё это место нехорошим считается у окрестного населения, и не напрасно.

До первой стоянки бандитов мы дошли без приключений. Посмотрел я, оценил - не понравилось. Зато следующая идеально подошла. Бандюков всего двое, и, за кустами - удача! - мотоцикл «Урал». Спецура ещё понять ничего не успел, как я двумя камешками привёл обоих работников ножа и топора в нерабочее состояние. Одному попал в нос - болевой шок, другому в глаз, со всеми вытекающими.

Быстро напялил бандитское шмотьё - прямо поверх комбеза. То, что поменьше, кинул спецназу. Сообразил он, надо сказать, быстро. Старательно обыскали рюкзаки, всё более-менее ценное забрали - потом выкинем. Сверху «фирменный» противогаз - серый, неприметный, потрёпанный. Такой, как надо.

Вообще, я заметил, о военсталкерах ходят легенды как об этаких терминаторах. Мол, ходим только облачившись в сверхтяжелую броню, и, не расстаёмся с восьмиствольными пулемётами «Аспид». Неправильное это мнение. Есть у нас и такой вариант оснащения, не спорю, но, в основном, стараемся ходить в «местном».

Где много сталкеров - одеваемся как сталкеры. Где срочники - как они. Ну, а уж где бандиты… Меж тем, заметание следов никто не отменял. Достал я ультразвуковой свисток и свистнул как следует. Прислушался. Ага! Есть, но далеко. Надо проконтролировать. Подождать. Взял ПМ бандитский, обрез кинул спецу.

Вот они. Всё ближе и ближе. Первой же пулей снимаю самого крупного псевдопса. Спецназ палит дуплетом, следующей зверушке отрывает голову. Пора. Вскакиваем на мотоцикл, с полупинка завожу, рулю. На дорогу, естественно, не смотрю, но всё нужное вижу. Встроенный датчик предупреждает об аномалиях, вовремя закладываю вираж.

Стая, как и предполагалось, разделилась. Часть осталась доедать невкусных проспиртованных бандитов, другая, повинуясь древнему собачьему инстинкту, не смогла отказать себе в удовольствии побегать и полаять на мотоцикл.

Не возражаем. Выезжаю на бетонку, даю резкий газ. Шоссе безопасно, фактически, оно за пределами Зоны. Юридически, конечно, в пределах. С ветерком катимся на восток, затем, сворачиваем. Спешиваемся, в большой луже топлю бандитское барахло. Закатываю «Урал» в кустики. Дальше идём след в след. Доходим до места назначения. Разворачиваемся. Идём обратно. И только уже на подходе к базе «зелёный» позволяет себе нарушить молчание.

– И это всё?

– Что?

– Сходили на прогулку? Я-то думал, военсталки…

Мысленно усмехаюсь. Два месяца назад группа Динамита в самых интересных для нас местах Зоны поставила следящие комплексы. В них накапливается информация, значение которой невозможно переоценить. Для мира, для науки. Для оперативной обстановки, наконец. Одна беда - передатчики слабенькие, а Зона, сама по себе, большая «глушилка». Вот и приходится раз в день совершать «прогулку»…

Делаю серьёзное лицо.

– Зоне я тебя, парень, показывал.

Вздёрнутые брови, немой вопрос.

– Не дрейфь. Приняла тебя Зона.

Уже сдавая на уничтожение бандитские тряпки и расписываясь за получение нового хэбэ:

– А что самое трудное в работе военсталка?

Каждый месяц ложиться в госпиталь, потому что имплантанты начинают отторгаться! Всем телом чувствовать эту боль, потому, что обезболиватели не помогают! Терять друга на одном задании из десяти! Вырезать пули из себя и других! Пытать живых людей! Видеть потом всё это в кошмарах! Врать зелёным идиотам!

Делаю умное лицо.

– Самое главное в нашей работе - жить в ладу с Зоной.

Военный сталкер. Умное лицо

Кто назвал Янтарём это болото, хотел бы я знать? Отряд военных сталкеров с грузом артефактов для спецлабораторий оказался в засаде. Группа наёмников, действуя очень профессионально и применяя нестандартную тактику и вооружение, загнали нас в засаду. Результат - уже есть потери.

Сдаётся мне, однако, что ребята эти - такие же наёмники, как мы срочники, в чью одежду сейчас наряжены. Плюём на конспирацию, задействуем все активные средства и уходим поодиночке, оставляя превосходящего противника лихорадочно менять сгоревшие микросхемы в блоках наблюдения и разведки.

Да, с базы уже сообщили - поддержки не будет. Значит, и там что-то не айс. С Сашей, постоянным напарником, даём дёру на север. Да, почти невозможно пройти сквозь топкие места. Но, если всё же пройдём, у лабораторий нас поддержат.

Идём, вслушиваясь в звуки. Вот прошлёпала лягушка. Если её разозлить - может плюнуть. Слюна разъест комбинезон и вызовет острое отравление и паралич. Вот скрипит ветвями друид. Что это слово обозначает, не знаю, у меня в школе тройка по биологии была. Дерево это, росшее и высохшее на болоте. Разные про него слухи ходят. Что может, мол, в человека, или в монстра какого обращаться по ночам. Что питается кровью птиц, что вьют на нём гнёзда. А то и путником усталым не побрезгует. В Зоне к самым разным легендам внимательно прислушиваются.

А вот странный звук. Человек. Странный. Очччень странный… Саша без слов берёт Абакан с подствольником наизготовку. И автоматы, и подствольники, к слову, у нас самые обычные. А вот боеприпасы самые разные…

Вот и сейчас, умный «снаряд» уже взял подозрительное место «на контроль». Стрельнет Саша вверх или вбок, а он сам в полёте траекторию изменит, и, куда надо прилетит. Удобная штука. Осторожно, стараясь не шуметь, подходим. Видим.

Первая странность - приборы показывают под местом, где раскинув руки стоит человек, семь метров. Второе - человек в капюшоне стоит к нам спиной, и я, что-то, никак не могу определить, что у него за капюшон. Сканируем местность - вокруг никого. Оружия у аборигена не фиксируем. Ну?

– Эй, мужик!

Неспешный поворот головы, и у нас плывёт в глазах. С «третьим глазом» творится что-то несусветное, биосхемы включают тревогу одна за другой. Лицо у человека чёрное - чёрное. Без малейшего светлого пятнышка. Губы растягиваются в улыбке.

– Шшшолдаты! Пищ-ща…

Твою мать! Чёрный Сталкер! Непослушные ноги делают шаг вперёд. Санька переклинивает, он начинает хихикать, и тоже шагает в трясину. При этом - выучка! - поднимает оружие вверх, и, нечаянно дёргает спуск.

Взрыв! Отшвыривает, барахтаюсь в мутной жиже, хватаю за воротник Александра - он собирается утопнуть. Краем глаза наблюдаю невероятно быстрый нырок - подраненный черныш пробует закосить под ихтиандра.

Почти не разбирая дороги, выламываемся на берег. Бежим прочь - лишь бы подальше от болотины. Санёк так грязен, что испугал бы и зомби, я себя не вижу, но тоже, наверное, не сноувайт. Останавливаемся, лишь, когда чуем запах. Запах костра. Переглядываемся, идём.

Приборы - слава военпрому - снова работают нормально. Костёр один, и человек возле него тоже. Подсаживаемся. Расстёгиваем рюкзак, достаём тушёнку. Сталкер - молодой парень в ношеном камуфляже не протестует. Открываем, добавляем в котелок - там, судя по запаху, варится что-то идентичное.

Вытираем руки, и, наконец, здороваемся.

– Юра. Очень приятно.

Сталкер преисполнен вежливого любопытства.

– А я уж думал, что за черти болотные? Сходите к ручейку, умойтесь.

Поминать болотных и прочих редисок не хочется, сами только что одного видели, но, доброму совету следуем. Я умываюсь последним. Возвращаюсь, начиная ощущать на лице какое-то нездоровое жжение. Сталкер, увидев меня, охает, и роняет ложку. В глазах Александра вижу неприкрытое сочувствие.

Из переносного хирургического чемоданчика достаю зеркальце. Мда. Осколки гранаты разрезали мясо на виске. И теперь, оттуда виден титановый имплантант. Кусочки болотной грязи, что залепляли его до этого, естественно смылись родниковой водичкой. Собственно, это не чистый титан. Так, какой-то медицинский сплав. Но для нашего друга сталкера, похоже, разницы нет.

Он думает несколько секунд. Потом его осеняет.

– Военсталки!

Голос далёк от прежней приветливости. Это понятно, нас никто не любит.

– И что теперь?

К оружию не тянется. Знает, что не успеет.

– Убивать будете?

Страха нет. Любопытство. Переглядываемся. Делаем умные лица.

– Видишь ли, парень. Не знаем, каких ты легенд наслушался, но мы просто так не убиваем. Да и если убиваем - всякую шваль. Бандитов, отморозков разных. Мы Родину защищаем. Здесь. И всё.

Демонстративно встаём и отворачиваемся. Если захочет взять пистолет, мы услышим. Не хочет. Поворачиваемся обратно. Парень смотрит восторженными глазами. Поверил!

– Ну, давай!

Ужин закончен, прощаемся. Юра получил свою порцию рассказов о суровых буднях российских терминаторов (что-то выдумывать было лень, пересказал статью из Интернета), мы - свою порцию информации. Кроме того, делимся нехитрыми припасами - отдаём ненужные боле консервы и антирад. До Янтаря рукой подать, там восстановим.

Поздно ночью, в секретном отсеке «Лаб-19» пишем отчёт:

«работа с местным населением - 2часа, завербован один агент. Большую помощь оказала, и продолжает оказывать ментальная программа «Умное Лицо».

Военный сталкер. Охота

– Ба-Бам!

Артдивизион выплёвывает ещё одну порцию сверхзвуковой концентрированной смерти. Ближайший «Гиацинт» похож на маленькую гору. Сейчас «Боги войны» выдадут ещё пару серий, после чего пойдём в бой мы.

Сегодня не будет долгой скучной разведки, или не менее долгого и скучного же патрулирования участков. Сегодня мы бодры, веселы, смеёмся, и разговариваем матом. У нас охота на «оленей».

Первый специальный сталкерский отряд, неофициально заброшенный на территорию Зоны, имел на рукавах отличительный шеврон - оленью голову. Потом то, что от него осталось, сменили, но название прижилось.

Почему мы так рады? Сложно сказать. Тут и усталость от многодневных рейдов, тут и… Стоп, кажется, я это уже говорил. В общем, когда ты один без связи, против всего мира, и играешь по правилам противника - это одно, а когда вот так, - воевать очень даже можно.

Плюс опять-таки проверено опытом - сейчас если натовское гнездо уберём, то недели две будет тишь и благодать. Ни снайперских засад, ни подлянок-мин, ни вербовок «мирного» населения… Рай, одним словом.

У артиллерии в Зоне своя специфика. С одной стороны, пятьдесят процентов снарядов и мин просто не долетают из-за аномалий. С другой стороны, другие пятьдесят процентов всё-таки долетают. Можно сделать пристрелку - стрелять с разных мест. Для этого требуется наблюдение за объектом стрельбы, или просто хороший сейсмограф. Но, так теряется внезапность.

«Гиацинты» израсходовали боезапас, и, порёвывая моторами, по одному выезжают к месту постоянной дислокации. Мы, на десяти БТРах, отправляемся на «загон». Идут все - и военсталкеры, и кандидаты, и даже Андрей из бухгалтерии. Сегодня у нас смена тактики - гоним супостатов на болото. Шутка юмора в том, что до артналёта болотце было мелким, и вполне себе проходимым.

Спешиваемся, залезаем в экзоскелеты. Пулемёты «аспид» «от бедра», патронный короб - за спину. У БТРов замерли «мелкие». Сегодня они будут таскать нам патроны и менять аккумуляторы. Команда «К бою!» На такблоке высвечивается первая, предварительная информация. Неподалёку разрушенный завод с высокими трубами - именно туда карабкаются сейчас наблюдатели и корректировщики.

Выступаем. Вот и первая красная точка - враг. Дистанция - полтора, поправка… Готов! «Шмёль» передаёт картинку - голова в спецшлеме медленно катится по траве. Нехай ридну афганщину не топче! Ещё один. Дистанция - два двести. «Мелкий» подаёт лаунчер. Совмещаю. Пуск! «Шмель» мешкает, и я его понимаю. Там сейчас явно не на что смотреть. «Шмель» - это дистанционно управляемый беспилотник, летит сейчас по краю Зоны. Хорошая «ломовская» оптика даёт ему массу возможностей по наблюдению.

Продвигаемся. Справа и слева стрельба, у меня тихо. Рассматриваю это как комплимент - от меня враги бегут в ужасе, теряя тапки. У Александра уже пять, у его соседа четыре, а у меня всего два. Но вот, кажется, подходим к болоту. Чу! Враг, кажется, разгадал наш хитрый замысел, и, вся эта кодла бешеных оленей развернулась, смазала копыта салом, и, чешет в нашу сторону. На прорыв.

Не сговариваясь, разряжаем по волне бегущих лаунчеры. «Мелкие» срываются за новой порцией. Такблок взрывается красными метками. Ставлю «аспида» на автомат - вибрация передаётся через все слои изоляции. Вот два чувствительных удара - ответный огонь. Оповещение: лёгкая винтовка, калибр 5- 6 миллиметров. Ха! Вы бы ещё из рогатки. «Аспид» без команды нейтрализует угрозу, и тут… Истошный крик наблюдателя:

– Выброс! Выыыброоос!!!!

Твою же ж мать! Почему проморгали? Впрочем, с выбросами никогда ничего не знаешь наверняка. Минутная растерянность - и, новая команда: Южный Бар! Не знаю, кто ввёл моду обзывать сталкерские притоны-магазины-гостиницы Барами, но факт: Баров по Зоне уже штук восемь.

«Мелкие» на БТРах делают ноги на базу, а мы не успеваем. Что ж, в Бар, так в Бар. Залетаем, по дороге стаптывая «фейсконтроль». Внутри тихо, играет приятная музыка. Верчу головой, высматривая знакомые лица. Ага, вот Инженер. Легендарная, между прочим, личность. С нами работал ещё до аварии. Даже приглашали его в военсталки. Что он здесь делает, интересно?

Народ в баре отводит глаза. Военсталкеров не любят. Но, с одной стороны - Выброс. Сталкерская этика не дозволяет кого-либо под него выгонять. С другой - всё-таки мы сильнее. Если бы захотели, из «аспидов» смели бы всех, и очень быстро.

Однако, мы народ честный. Арнольд, комгруппы, уводит бармена в подсобку, и о чём-то с ним шепчется. Догадываюсь о чём - после «оленей» наверняка осталась масса ценного оборудования и интересного оружия.

Что происходит? На входе шум. Выстрелы! Распахивается дверь, фигура в тяжёлой натовкой броне поднимает пулемёт… Шлема нет, глаза безумны. Изо рта тянется тонкая ниточка слюны. Толик из группы «Аз» прыжком сбивает зомби с ног. Отнимаем пулемёт. После некоторой борьбы снимаем комбез и связываем. Завтра отправим в лабораторию.

В Баре, тем временем, нарастает шум. Сталкеры пожимают Толику руку, хлопают по плечу. Кто-то протягивает стакан. Обстановка сразу же становится лёгкой и непринуждённой. Мы пьём вместе со всеми, закусывая нехитрой сталкерской снедью. У нас есть повод - ещё неделю или две, пока не прибудет новая смена «гостей» мы не будем терять в схватках по два бойца в день.

Завтрак туриста

Игнат достал вилку. Тушёнка уже достаточно разогрелась, и перебарщивать было нельзя. Ловко снял с листа железа и поставил на плоский камень. Замер. Отвёл руку с вилкой подальше, и с размаху ударил себя в сердце. Не достал. Повторил ещё и ещё. Замер. Глаза на одеревеневшем лице жили.

Из кустов, переваливаясь при ходьбе, вышли две фигуры, отдалённо похожие на человеческие. Огромные головы, глазки под нависающими лбами. Первый контролёр подошёл к Игнату, попытался укусить за руку, сморщился. Что-то буркнул. Рука Игната повертела вилку, отбросила, скользнула вбок, нащупала открывашку. Перехватила, вогнала четырёхсантиметровое лезвие в плечо. Пошла вниз, срезая одежду и вспарывая слой кожи. Довела до локтя, воткнула поглубже, перехватила ещё раз. Дёрнула со всей дури вниз, прорезала до кисти, разбила часы. Боль нахлынула внезапно, Игната затрясло.

Контролёр сделал знак - дрожь прекратилась. Наклонился, слизнул кровь, и резко куснув, рванул мясо на себя. Сразу не пошло, мотнул головой. Подалось. Поедаемый заживо, Игнат попытался кричать, но горло издало только страшный, похожий на бульканье хрип. Контролёр дёрнул башкой ещё, волокна левого бицепса Игната лопнули, обильно потекла кровь. Второй контролёр стоял у костра, дёргал носом. Подцепил когтистым пальцем волокна разогретой тушёнки, лизнул, брезгливо сморщился, отбросил.

Шагнул к Игнату. Оскалил зубы. Время потекло медленно-медленно. Игнат лежал, глядя в прозрачное небо, и мыслил о самых разных вещах. О небе, земле, человеке, Зоне. О месте человека в Зоне, и Зоны в человеке. Мутантах и контролёре. Ах, да, контролёры. Не двигая онемевшими губами, прошептал «квиклоааад…»

Игнат отбросил вилку, и достал автомат. Тушёнка уже достаточно разогрелась, но контролёры были близко. Заряд из подствольника ушёл как надо, за ним ещё один. Для верности заполировал длинной очередью. Подошёл, осмотрел дёргающееся, смердящее. Один, с полуоторваной рукой был ещё жив, раскрывал щербатый рот в немом крике. Выстрелил ему в лоб, подошёл, и, на всякий случай, аккуратно вырезал язык.

Колыбельная для кровососа

Держа в руке бесполезный нож, сталкер пятился вглубь свалки. Кровосос не торопился. На похожих на карикатурные усы щупальцах мелькнула и пропала ухмылка. Сталкер вжался спиной в ржавый остов автобуса, неотрывно наблюдая за тварью, которая, он мог бы в этом поклясться, была разумна не менее чем он. Сталкер был обречён, и знал это.

Мелькнула мысль - продать жизнь подороже, и пропала. Шансов перед убийственной мощью противника весом под два центнера не было. Попробовал молиться - некстати выяснил, что не знает ни одной. И тогда, сам не зная почему, запел первую попавшуюся, пришедшую в голову, очевидно, по причине некоей грустности, песню:

– Баю-баюшки-баю…

Кровососущая машина смерти заревела. Вероятно, ему показалось, что его оскорбляют. Сузив маленькие глазки, он сделал шаг. Зацепил что-то плечом, не глядя, отпихнул. Этого оказалось достаточным, чтобы сложная конструкция из наваленных машин пришла в движение. Кровососа моментально погребло. Не сразу въехав в ситуацию, сталкер машинально продолжил:

– Не ложися на краю!

Удивительно, но кровосос услышал. Сдвинулась гора железа, показалась голова и плечо. Ещё рывок - когтистая лапа с бешеной скоростью заскребла, разбрасывая детали. Тут сталкер очнулся. Он понял, что другого шанса не будет, перехватил нож, и наклонился над мордой врага, следя, чтобы оставаться вне досягаемости его страшной руки.

– Придёт серенький волчок… - Ласково пропел он, и с силой вонзил нож страшилищу в правый глаз. Провернул. Поморщился от вопля.

– И укусит за бочок!

Выколол левый, и принялся беспорядочно вонзать, отсекая дёргающиеся щупальца.

– И утащит в лесок!!

Откуда силы взялись - вытащил из-под нагромождения старый автомобильный аккумулятор.

– ПОД! РА! КИ! ТО! ВЫЙ!! КУС!!! ТОК!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Острым углом аккумулятора бил по булькающим, брызжущим красным, белым и серым глазницам. Кровосос сбился с крика на хрип, затем замолк. Тело его беспорядочно подёргивалось. Затихло. Ещё не веря, сталкер кое-как встал. Руки и ноги дрожали. Опёрся на лом. И, уже без ненависти, произнёс:

– Спокойной ночи… Малыш…

Никчёма

Он был никчёмой. Даже шнурки ухитрялся завязывать так, что они через полчаса развязывались. Не умел готовить, не блистал физической формой. Из-за него отряд двигался вдвое медленнее обычного. И ещё была в его движениях какая-то суетливость, как будто он всё время опережал сам себя.

Но за беззлобный характер и постоянную улыбку его всё же терпели. И, конечно, за деньги. Турист в Зоне - явление частое, но даже туристом он был каким-то странным. Не охотился на встречных-поперечных животных, не стрелял в ворон, не хватался за блестящие игрушки стволов - вот уж чего здесь видимо-невидимо. И не пытался их купить - на предложенный по такому случаю «коллекционный» Вальтер даже смотреть не стал. Пояснил, смущаясь, - «у меня вот», показывая дрожащим пальцем мимо кобуры. В кобуре, и правда, что-то было, только, не разглядеть что. Может, бутерброд?

Когда проходили мимо деревни, увидел деревянные дома, оживился. Пояснил - у него в таком бабушка жила. Командир украдкой повертел пальцем у виска - малахольный! - но перечить не стал. Сначала послушали - ничего подозрительного, затем пошли. Следопыт глянул на следы, обнадёжил - ни зомби, ни кровососов не было уже давно, зашли в крайний просторный дом шумною толпой, в железной бочке разожгли огонь, дым выходил в дыру в стене, достали припасы… Никчёма от предложенной рюмки не отказался, с благодарностью принял. Суетливо поправил куртку, собираясь сказать тост…

В окна, в двери, в дыры в стене заглядывали вооружённые люди. Оставленного на всякий пожарный часового не было ни видно, ни слышно. Командир глянул на прислонённый к стене «Винторез», досадливо крякнул - не успевает. Вгляделся в нападавших - и сердце упало, а внутренности наполнились льдом. Горцы - смуглые, горбоносые, у каждого на рукаве шеврон. Знаменитая террористическая организация, известная неуловимостью, и патологической жестокостью. Их жертв никогда не показывали в новостях, даже самые отмороженные журналисты. А здесь, значит, у них база. А следовательно…

Додумать мысль не успел, потому что квёлый до этого момента Никчёма буквально взорвался. В руках вместо не первой свежести стакана внезапно оказался пистолет. Незнакомой системы, и с очень длинным стволом…

Пистолет ожил, и пять, семь, восемь, командир не успевал считать сколько, девятимиллиметровых смертей вломились, впились, опрокинули, пробивая кости и мышцы, вырывая на выходе клочки плоти, и не утрачивая поступательного движения до встречи с толстой стеной.

Мелькнула молния - Никчёма в прыжке выбил спиной раму, на улице снова послышалась частая симфония выстрелов, и хриплые, гортанные, полные ужаса крики. Через минуту смолкли. Бойцы сидели, боясь сделать лишнее движение, и глядя на командира. У некоторых ещё были полные рюмки, следопыт отсутствующим взглядом смотрел на вилку с маринованным груздем в сведённой судорогой руке.

Скрипнули половицы и раскрасневшийся Никчёма (надо бы сменить прозвище) прошёл к столу, выпил и улыбнулся всем своей обаятельной застенчивой улыбкой.

Сеанс

– Веки закрываются!

Зелёная вода хранит свои тайны. Колышется, бежит рябь.

– Руки и ноги тяжелеют!

Выныриваю, хватая воздух. Солнце светит, ласково обдувает ветерок. А автомат такой тяжёлый.

– Тебе хочется спать!

Нет, не хочется. Проваливаюсь в бездну, из которой нет выхода. Темнота. Замечаю искру. Она растёт.

– Хочется!

Удар, кувырок, выстрел, поворот, летят брызги крови и крики, горячая гильза падает на зелёный халат.

Приглушённый свет, тихо работает кондиционер.

– И всё-таки, откуда больной взял автомат? Почему вместо пижамы на нём костюм из компьютерной игры? Как, её там, С.Т.А.Л.К.Е.Р.? И куда, чёрт побери, он мог деться из закрытого охраняемого помещения?

Ровно бьётся сердце, кровь гонит по мышцам кислород. Болото осталось позади и слева, скоро будет Янтарь. Сталкер перехватил автомат, и пошёл медленным осторожным шагом, не забывая поглядывать на детектор.

Ужин

– Ну чё, задохлик? Контролёра тоже, небось, не встречал? Да не боись, присаживайся. Барахлишко вон туда скинь, к моему поближе. Да не сжимай кулаки - против «Вальтера» бесполезны. Вот. И ручки на виду держи, пока я в вещичках твоих покопаюсь. Что за хрень? Трава какая-то, грибы. Ты что, нарик? Вот тебе первый урок Зоны - никому не верь. А за науку ты мне должен… Скажем, пять тысяч. Устроит? Тогда десять. Нет, так нет. Отработаешь. Эх, мелкий! Что ж ты в Зону без оружия полез? Тут тварей - мама не горюй. Кровососы, бюреры, псы адские. А страшней всего - контролёр. Ростом под два метра - не то, что ты, шкет, и глазищи, как два костра. Эй, ты чего так смотришь? Ой, мать…

Разжал правую руку. Выпавший «Вальтер» звякнул. Сделал шаг. Другой. Встал перед костром. И шагнул ещё.

– Ой! Мать! Мама! Ооооооой!!!!!!! Не губи… Аааааа!!!!!!!

Последний крик походил на человеческий весьма слабо. Загорелись кеды, вспыхнули треники. Затрещала, занявшись пламенем, кожанка. Жар ещё не дошёл до важных внутренних органов, а этот Карузо уже взял верхнюю ноту в регистре. Щёлк! - громко щёлкнуло в мошонке. Вопль оборвался.

Я разлепил непослушные губы, и, (отвык всё-таки от общения) нечётко произнёс:

– Контролёры - они разные бывают.

Посмотрел в побелевшие от боли глаза. Принюхался. Пожалуй, уже можно есть.

Хороший день

Иван встал, и закашлялся. День обещал быть солнечным, и, общая бессмысленность бытия растворялась, отступая на другой план. Хотелось жить, и радоваться жизни. Поправил протёртое до дыр пальто, и зашагал к свалке - хотелось есть.

По дороге погладил Шавку - бесхвостую, беспородную, и, такую же бездомную, как и он сам. Шавка вильнула обрубком хвоста, и, высунув язык, уморительно скривила мордочку. Села, и почесала ногой за ухом. Иван умел ладить с животными - любил их. Другие бездомные - он не любил слова «бомж» - собак, и прочую живность если и приветствовали, то только в гастрономическом смысле.

Ещё раз погладил тёплый бок, почесал за ухом. Шавка хитро прищурила оба глаза, и, с размаху шлёпнулась на спинку. Подставила заросшее белёсой шёрсткой пузо, дрыгнула лапкой - чеши.

Рассмеялся, почесал. Подумал, что день начинается хорошо.

Со стороны Зоны донёсся вибрирующий, на грани слышимости, гул. Шавка приподняла голову, и негромко тявкнула. Вопросительно посмотрела на Ивана.

Тот стоял, не шевелясь. Неожиданная волна подхватила, и понесла, не давая слабенькому сознанию вмешаться и перехватить бразды. Стукнуло, и забилось в ровном сильном ритме сердце. Надпочечники выбросили первую порцию адреналина. Заозирались старые, выключенные и позабытые со Второй Афганской нейроимплантанты. Резко обострились зрение и слух.

И, что-то происходило с костями и мышцами. Голова стала горячая, пластичный череп, подготавливаясь к будущему, изменял внутренний объём.

Рядом громко заскулила, изменяясь, Шавка. Иван встал, и сделал первый шаг.

Контролёр и псевдопёс уходили вместе.

Час кота

Стояло хмурое осеннее утро, бессолнечное и безветренное. Ночные холода кое-где уже сковывали ледком мелкие лужицы, но только не здесь - от близкой Зоны шло ровное нездоровое тепло. Был выходной - воскресенье. Когда-то, в этот час, метко кем-то прозванный «час бомжа», уставший от шестидневного изматывающего труда рабочий люд досматривал десятые сны. По пустынным улицам, озираясь и пряча лица, кутаясь в рваную одежду, спешили на просмотр содержимого мусорных баков обитатели теплотрасс.

Давно уже не было ни теплотрасс, ни, собственно, самого города. То, что уцелело после авиаударов, напоминало Берлин сорок пятого. Однако бомжи сохранились. Лежащий на верхушке мусорного бака серый в полосочку кот Василий поморщился - от людей шёл слишком сильный запах. В это время один из них заметил крупного ухоженного кота и облизнулся. В глазах у него появился нехороший голодный блеск.

Пришлось сменить позицию. Спрятавшись за ржавым остовом «копейки», кот, не прекращая наблюдения за Проклятым Местом, задумался. Почему, вот спрашивается, почему? Несмотря на ясные указания Хозяина, до сих пор находились отдельные индивидуумы кошачьей национальности, меняющие неспешную мудрость служения Вечному Блаженству на эфемерно краткий Путь Силы? И ладно бы дуры кошки - что с них взять, но даже солидные неглупые коты иной раз исчезают за колючей проволокой Места, чтобы вернуться Химерами - бездушными и недалёкими машинами смерти. Если бы Василий был человеком, он бы пожал плечами.

Показалось, или что-то промелькнуло? Данные разведки сомнений не вызывали - прорыв будет. Но когда? Мысленно взмолившись Хозяину, кот приподнялся на обутых в белые «носочки» лапах. Ничего. И тут по ушам резанул крик. Кричали люди. Проклиная всё на свете, Василий одним прыжком взлетел на «жигуль». Так и есть! Химера успела перерезать четверых, и сейчас подбиралась к пятому. С совершенно белым лицом и враз поседевшей головой, бомж медленно, не сводя застывшего взгляда с приближающейся Смерти, пытался пятиться, не замечая, что уперся спиной в бак.

Химера красиво изогнула спину, и зашипела. Она играла. Контакт, необходим визуальный контакт! Вложив в прыжок всю злость и досаду, кот мгновенно преодолел разделявшее их расстояние. Встав между химерой и человеком, не сдерживаясь больше, кот аж зашипел от распирающей его Силы. Уставился своими зелеными глазищами в её красные, мгновенно сломал всю защиту, и, с оттяжкой, нанёс ментальный удар. Посмотрел, контролируя, как последние искорки жизни покидают тело, и, в боевом угаре, оцарапал (пришлось подпрыгнуть) своими наиострейшими когтями падающей уже твари левую скулу.

Оглянулся на человека: оценил ли? Некоторое время спустя, уже помывшийся и переодетый в чистое бывший бомж, наливал невесть откуда взявшееся у него молоко в фарфоровую, с отбитой ручкой, чашку.

Деликатно вылакав ровно половину, и, прикрыв от удовольствия глаза, кот решил: операция в целом проведена успешно. И замурлыкал.

АНЕКДОТЫ

Вернувшись из дальнего рейда, Меченый снял с одного плеча автомат, с другого гаусс, поставил в угол РПГ-7, отцепил кобуру с "кольтом" и штык-нож в ножнах, вытащил из карманов фонарик, ПДА, гранаты, патроны 5.45, 5.56, 7.62, 9, 11.43, 2мм гаусс, СП-5, СП-6, и экспериментальные СП-128, достал из одного сапога обрез, а из другого МР-5, выложил из рюкзака аптечки, антирад, бинты, ящик водки, снял с пояса артефакты, отстегнул баллоны с кислородом, повесил на вешалку пси-шлем и экзоскелет, сел за стол и написал статью "Реализм в компьютерных играх".

* * *

Подманил как-то контроллер слепого пса и учит его заднее сальто делать. А рядом стоит зомби и прикалывается.

– Фигней страдаешь, ничего у тебя не получится…

Посмотрел на него контроллёр недобро так:

– Это почему?

– А помнишь, Меченый в Корею на отдых ездил?

Вернулся он, и кучу пьяных корейских сталкеров с собой привез. Собак они пока не нашли, но трех кровососов уже по пьяни освежевали. А теперь тебя ищут.

– Почему?????

– Да спросили они у сталкера RUSЬ как дела, а тот возьми им и ответь:

– Да все нормально, только контроллер местный шалить стал, собака серая!

Ну, у корейцев глаза и заблестели…

* * *

Снится Сидоровичу сон. Принёс ему сталкер "Золотую рыбку", а та возьми, и в настоящую рыбку обратись. И говорит ему нечеловеческим голосом:

– Не отпускай меня в Припять, любые 3 желания исполню!

Подумал Сидорович, покумекал.

– Ну, во-первых, хочу быть знаменитым. Меченого вон все знают, все уважают, а ко мне только за водкой ходят и хабар приносят!

Во-вторых… Хочу быть сильным и опасным. В Зоне без этого не выжить, да и девки больше любить будут.

Ну и в-третьих…бессмертие, конечно же, как я сразу до этого не допёр-то!!! Сделаешь???

– Ну ладно. Ты хочешь быть сильным, опасным, известным каждому сталкеру и с неограниченным респауном? Так стань же КРОВОСОСОМ!

Махнула рыбка хвостом, превратилась в контроллёра, и, подло хихикая, вышла из бункера…

От ужаса Сидорович проснулся и долго не мог уснуть. Ворочался с боку на бок, рычал тревожно, щупальца поправлял…

* * *

…И взорвалась АЭС в очередной раз, и пошли герои великие на борьбу с великим злом.

Пошёл Гордон Фримен. Прошел он Кордон и Свалку и Бар. Дошел до дикой территории и стал завтраком кровососа.

Сплотились герои Симс и вышли в поход. Было их много и дошли они до болота Янтарь. Тут-то и попировали ими зомби. И научились зомби писать и какать.

Пошел, выбрав ночку потемнее, Сэм Фишер. И стал трёхглазым снорком.

Вышел в Зону Дюк Нюкем. Побил он бандитов, собак, кровососов, кабанов, контроллёров, снорков, зомби, монолитовцев, Свободу, Долг, Сэма Фишера и оставшихся в живых Симсов. И дошёл он до цели и загадал желание. И сбылось его желание и вышел Дюк Нюкем Форева.

Пошла в Зону и Лара Крофт. Надела бронешорты и лифчик с защитой от аномалий. Дошла до лагеря новичков у Кордона. Вот тут-то и начали сбываться её желания, включая тайные, неосознанные и подспудные. И через два дня стала она миллионершей и крупным экспортером артефактов.

И пошёл тогда снова Меченый. Перебил всё, что не добил Дюк Нюкем.

Выпил всю оставшуюся водку "Казак". Побывал у Лары Крофт. И дошёл до Монолита. И сказал он:

– О, Монолит! Ничего у тебя не прошу! Пусть только Зона расширится ещё километров на 50-100! И чтобы появился в ней транспорт и побольше подземелий разных и жутких! Да, и чтобы зомби хезать разучились, а то на Янтарь без противогаза не зайти.

* * *

Сидят сталкеры на привале у костра и обсуждают: кровососов, фанатиков Монолита, женщин…

Короче, перед сном себя пугают.

И тут один из них, сталкер RUSЬ возьми да и скажи:

– Ребята, а помните как в Half Life 2 в Рэвенхольме зомби горящие кричали? И атмосфера там такая жуткая, и головокрабы…

И замерли суровые сталкеры. И поёжились сидящие в кустах за их спинами голодные кровососы. И прошиб холодный пот контроллера, протянувшего руку к шее одного из них. И побежали мурашки по щетинистым спинам кабанов, пасшихся неподалёку и приглядывающихся к контроллёру. И снились им всем ночью ужасы, и трясли они во сне головами, отгоняя кошмары. И только сталкер RUSЬ нашёл в наладоннике мобильную версию HL2 и рубился в неё всю ночь со счастливой улыбкой на добром лице.

* * *

Из дневника монолитовца:

1.04 Сегодня ходил в дозор на Радар. Видел этих фанатиков из Долга. Пытались прорваться к Припяти. Да смилостивится Монолит над их душами. Заело затвор винтовки. Смазал.

2.04 Опять ходил на Радар. Фанатики-анархмсты из Свободы шли на прорыв. Не прошли. Гадкие нехорошие люди. Заело гидравлику на сервоприводе шлема. Смазал.

3.04 На подходе к Радару встретил стаю собак. Перестрелял. Неразумные фанатичные твари, они не могут понять величия Монолита. Нож туго выходит из ножен. Смазал.

4.04 На выходе из Радара встретил сталкера RUSЬ с мешком хабара и оружия. Он как-то очень быстро объяснил, что и как он сделает со мной, с моими братьями по вере и с самим Монолитом, когда его найдет, а затем отобрал у меня винтовку, сломал об колено нож, снял экзоскелет и комбинезон. Делать было нечего. Смазал…

* * *

Продал сталкер RUSЬ Сидоровичу мешок винтовок и решил купить себе "Харлей". Вот едет он по зоне, а навстречу ему толпа зомби. Увидели красивый мотоцикл, глаза у них загорелись, сразу:

– Стооой! Мачииии!

Снял сталкер с плеча уникальный "АКМ", и с двух очередей всех повалил. Едет дальше. Навстречу бандиты.

– О, кто к нам колёса катит, кандёхаем веселее!

Достал сталкер из кармана пару гранат, бросил, поехал дальше.

И видит - навстречу ему идёт старенький контроллёр и ласково так ему пальчиком машет. Остановился сталкер. А контроллёр ему и говорит:

– Что же это ты делашь? Официального патча на технику ещё не было, а мотоциклов в игре вообще нет!

Что тут скажешь. Вздохнул сталкер, слез с "Харлея", да и пошёл дальше пешком, шевеля губами и делая энергичные жесты рукой.

* * *

Приходит кровосос к Сидоровичу за презервативами, проходит так робко, ноги у входа вытер. А тот его увидел, обрадовался:

– Ба, заходи! Как раз специально для тебя завезли новый сорт колбасы - "Сталкерская". Из лучших сортов сталкеров!

– Да мне бы…

– А, понял. Да, конечно, в ней большое содержание спирта. Но вот есть ещё "Студенческая", в ней спирта чуть поменьше!

– Да не…

– Ну возьми хоть бюргер, из лопаток бюреров. Мыла из хвостов псевдособак, в конце концов возьми, помоешься хоть раз в жизни!!!

– Не, мне эта…презервативов бы…

– Зачем ТЕБЕ?????????????????????

– А ты не слышал? Бладрэйн в Зону приезжает…

* * *

Сериал "Скорая Помощь", 2012 год.

Вечер, полутемный холл в больнице, где-то затихает крик "Доктор, мы его теряем!", на заднем плане стадесятилетний Джордж Клуни дрожащей рукой пытается снять бахилы, в общем всё как обычно.

И тут загорается свет, вбегают люди с носилками:

– Пострадавший сталкер, 29 лет, 43 рваные, 50 огнестрельных и 82 колото-резаные раны, кроме того, сильное поражение радиацией!!!

Все начинают суетиться, кто несёт бинт, кто тушёнку, кто бутылку водки. И только старый седой санитар не спешит. Он профессионал. Он берёт тазик для сбора крови, вилку и нож. И, что-то довольно урча, поправляет щупальца под ватно-марлевой повязкой.

* * *

Приехала дочка Сола Майерса (Если кто не помнит, ГГ в Xenus - Точка Кипения.) на ЧАЭС делать репортаж. Ну, деваха красивая, достоинства шестого размера, ясное дело - пропала. Собирает значит Сол в очередной раз манатки - и в Зону. Дочку, как ни упиралась, освободил, с женой в очередной раз по телефону поругался, ну и в последний вечер перед отъездом решил с Меченым бухнуть (дочку он у него нашёл). Взяли у Сидоровича водки, консервов, костерок у Припяти развели…Ну и обмениваются впечатлениями.

– Не, зомби и снорки всякие, это - круто! Но вот то, что танки не ездят и вертолёты не летают - плохо. Что пирожков нет - плохо, но что водкой можно лечиться - круто! Но что её нельзя на кнопку "8" повесить - плохо.

И вообще, зятёк (Тут Меченый поперхнулся), мне у вас понравилось, вот только девки тут страшные, и целуются хреново.

– ЭТО ТЫ О ЧЁМ????

– Да вчера на болоте одну видели, помнишь?

Так это ж был кровосос!!!!!!

Из спального мешка Сола появляется голова со щупальцами и капризным голосом произносит:

– А ты не ябедничай, прааативный!!!

* * *

Поехал Гоголь как-то на Припять рыбачить (имение у него недалеко было). Взял с собой Пушкина, Толстого, Достоевского и молодых тогда ещё братьев Стругацких. Выпили они, закусили. Захорошело. Толстой оглядел окрестные луга:

– Да, здесь бы по зорьке босиком пройтись. С плугом…

Достоевский мечтательно:

– И старушка какая-нибудь рядом…

Пушкин ещё мечтательнее:

– С полной кружкой…

Гоголь:

– И тихо так, ласково говорит "ПОДНИМИТЕ МНЕ ВЕКИ!!!!!!!!!!!!!!!!!"

И только братья Стругацкие ничего не говорили.

Но всё записывали…

* * *

Приходит как-то Меченый к Сидоровичу. А тот ему и говорит:

– Слушай, Сталкер. Мне тут из киевского секретного НИИ скафандр подогнали, вроде как со стапроцентной защитой от радиации. Но тока никто его пока не проверял. Сходи в нём в Зону, посмотри что и как. А я тебе потом на него скидку сделаю, если выживешь…

Согласился Меченый. Ушёл в Зону, и день его нет, и два, и три…

На четвёртый приходит, злой как снорк и скафандр молча Сидоровичу на стол хрясь!!!

Тот опешил:

– Ты что, сталкер? Не защищает?

– Защищает!

– Не стопроцентно?

– Стопроцентно!!

– Так чем ты недоволен-то?

– Вся зона с утра и до вечера от радиации водкой лечится. ОДИН Я КАК ДУРАК ЧЕТВЁРТЫЙ ДЕНЬ ТРЕЗВЫЙ!!!!!!!!!!!!!!

* * *

Как известно, комфортнее всего Сталкер играется ночью, в пустой тёмной квартире в качественных наушниках и на максимальной громкости. Для идеальных ощущений кто-нибудь в эту квартиру должен нечаянно вернуться, подкрасться сзади и легонько потрогать за плечо. В связи с этим предложение по комплектации коробочной версии:

Смирительная рубашечка с противогазиком, красивая больничная пижамка с весёлыми кровососиками, упаковка нашатырного спиртика "Казачок" и подарочный набор памперсиков "Нон-стоп".

* * *

Результат действия А-Лайфа версии 3.14 бета

Зона. У костра кабаны играют в покер, стая псевдособак лениво отстреливается от бандитов, вороны в пикировании бомбят армейский пост. Посреди этого безобразия стоит одинокий сталкер, ругает сапоги, погоду, хабар, на гитаре сам себе играет, анекдоты травит. Неподалёку стоят два зомби и с интересом на него смотрят:

– Скажите, Василь Сергеич, Вам понятны хаотичные и бессмысленные словоизлияния данного индивидуума?

– Помилуйте, Пал Иваныч, это же типичнейшее действие так называемых скриптов!

– В таком случае, полагаю, перед нами квестовый персонаж???

За их спинами раздвигаются кусты и появляется хмурый кровосос в экзоскелете, с гаусс-винтовкой в одной руке и бутылкой водки в другой:

– Вы чё тут флудите?? Скока раз говорить, ВАМ гулаги отменят только в релизной версии. Всё понятно?

– Так точно!

– Тогда снимите галстук, уберите пенсне и поправьте на бок язык. Ну, три-четыре…

– МАЧИИИИИИИ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

* * *

…Выпуск новостей продолжит фронтовой корреспондент "Игромании", наблюдающий за ходом боевых действий в очередной горячей точке. Роман?

– Аааа, да, Елена! В данный момент как раз заканчивается воздушная и начинается наземная фаза операции.

– Не могли бы Вы объяснить нашим зрителям поподробнее?

– Ну, в данный момент происходящее сильно напоминает Баттлфилд. Потом уцелевших будут выкуривать из бункеров и начнется Квэйк, а может быть и Сэм Фишер. Кто поймает пулю, попадёт в Дум. Позади бункера располагается старое индейское кладбище, так что дальше, я думаю, будет Пэйнкиллер. Потом, я думаю, американцы начнут строить базы и добывать золото, древесину, уголь, нефть, эфир, в общем, всё, что найдут. Далее скорее всего без потерь они дойдут до заброшенной атомной станции. И вот тут-то наших зрителей ожидает кое-что интересное!!! О! Посты наблюдения засекли двух контроллёров и кровососа, показавшего миротворцам средний палец!

– Как Вы думаете, Роман, как будут развиваться события дальше?

– Понятия не имею, я отсюда сваливаю!!!

* * *

Ночь, 3:30. Санекс тестирует А-Лайф 3.14 альфа.

По ходу дела вносит изменения.

– Так, группа военных пошла в деревню к бабам. Поставить скрипт. А лучше убрать оттуда нахрен всех баб и поселить кровососов. Хе-хе-хе.

– Вороны почему-то несут квадратные яйца. Поправить ДНК.

– Группа военных опять пошла в деревню. К кровососам. Плохие, плохие кровососы!!! Вернуть в деревню баб.

– Вороны несут треугольные яйца. Так, на хрен ДНК. Сделать модель яйца. Из чего? Да вот хоть из гранаты. Поправить текстурки… Яйцо получилось больше по размерам. Ничего, злее будут.

– Военные снова взяли цветы и шампанское и пошли в деревню. Минуя баб сразу к кровососам. Плохие, плохие военные!!! На обратном пути были атакованы воронами. Новые вороньи яйца хорошо взрываются! Так, покрасить в хаки ворон и добавить им опознавательные знаки ВВС Украины на хвост. Поправить рейтинг на 18+… Теперь можно и на бету пускать!

* * *

Просыпается Дюк Нюкем в Зоне. И не помнит, как он здесь очутился. Пытается собрать фрагменты памяти воедино:

– 10:30 Кордон. Зашёл к Меченому пива попить. Расстрелял слабовидящих псов, кабанов, плотей, бандиты сами ушли.

– 12:20 Свалка. Меченного не нашёл. Расстрелял всех, кого нашёл. Повалялся в аномалиях. Вспомнил Лару Крофт.

– 12:28 Группа пижонов в аляповатых камуфляжных куртках пыталась не пустить на Агропром. Какое смешное название.

– 14:00 Радиация. По совету опытных сталкеров выпил водки. Понравилось. Попал в радиацию ещё 282 раза.

– Следующее утро. Агропром. Опытные сталкеры подсказали, что пить водку можно и просто так. Какая верная мысль!

– Ночь. Пил с местными. Мужик в джинсах подсказал пару адресов, где сталкеры хранят водку.

– Утро. Лечился. Мужик с щупальцами принёс водку, настоянную на редких артефактах. Выпили за моё здоровье, и мужик сказал, что я форева. Переспрашивать постеснялся.

– Вроде апрель. Вроде Бар. Купил у мужика с бородой ломик, чтобы открывать консервы. Поменял у бармена на водку.

– Водка кончилась. Зачистил Бар, Дикую Территорию, и Янтарь.

– На Янтаре жутко болела голова. Залез в подвал, чтобы отлежаться, но появились военные. У них голова не болит. Завидую.

– На складах все свои ребята! Сказал, что я не вкусный и меня не трогали. Подружился с поваром.

– Зашёл на Радар. Болела голова. Пока искал выпить, снайперы дважды сбивали бандану.

– Припять. Пили водку на крыше.

– ЧАЭС. Много радиации. Ура.

– Выпил с Монолитом. Всё допытывался, чего я хочу. На честно поставленный ответный вопрос Монолит подло хихикал.

– Сказал Монолиту, что хочу, чтобы самая классная из компьютерных игр (Со мной в главной роли, хе-хе…) вышла в 2007ом.

– Проснулся от возгласа "Привет, Меченный!"

* * *

Уважаемые сталкеры!

Просьба водку употреблять вместе с бутылкой, аптечки с упаковкой, антирад со шприцем, патроны с гильзами, и не курить.

Искранне Ваши контролёры.

* * *

Сталкер. Заставка, заставка, заставка, заставка. Меню. Новая игра. Выбор сложности: лёгкий.

Плавно, по ковровой дорожке грузовик подъезжает к бункеру Сидоровича. Сексуальная медсестра достаёт нашатырь.

Первая миссия. Бандиты на автобазе изподтишка стреляют друг в друга.По автобазе, на всякий случай, раскидано 154 флешки с информацией Шустрого.

У первого тайника с курткой стоит рекламный щит с крупной надписью "ЗДЕСЬ!!!!". Псевдособака делает стойку на тайник. В знак благодарности Шустрый дарит экзоскелет.

Поиск пути на север. Под мостом, радостно размахивая руками, стоит министр обороны Украины. Желает доброго пути, предлагает чаю, и даёт на дорогу денег. Возле домика Лиса последняя собака с разбега бьётся головой о дерево.

Свалка. Лицом к БТРу руки на затылках ноги на ширине плеч стоят три бандита.

Автосвалка. Бандиты выкладывают хабар на тропинку, и с криком "Кандёхаем веселее!" бегут в ближайшую аномалию.

Депо. На рельсах перед гудящим электровозом спят пьяные бандюки.

Агропром. Зомби в кокошниках несут хлеб-соль, военные накрывают поляну.

Бар. Весь товар стоит минус пять рублей. РПГ стреляет очередями, гаусс-пушка наводится на крик "МОЧИИИ!!!", гранаты поражают в пределах видимости всё, что не похоже на игрока.

Темная Долина. На входе Боров со слезами радости и с ключами от лаборатории, Долины и своей квартиры.

Янтарь. С криками "Не надо, мы сами всё принесём!" зомби отдают игроку пси-шлем, документы, заштопанный и поглаженный костюм Призрака и лечебный "Берилл". Снорки под управлением контроллера ломами выключают Выжигатель.

Склады. Лукаш лично голыми руками зачищает деревню.

Радар. На ПДА игрока через выжигатель скидываются все чит-коды.

Припять. Монолитовцы в фартуках метут мостовую, зомби красят траву.

ЧАЭС. Всюду стоят указатели "Правильная концовка здесь!!"

Новая игра. Уровень сложности: грандмастер.

Пьяного, голодного, с одним процентом здоровья Меченного сбрасывают с вертолёта у бункера Сидоровича. Внутри уже ждёт засада.

Волк даёт на выполнение задания пять минут и три болта. Отбирает бинокль и заставляет завязать глаза. Автобаза окопана, в окопах снорки с автоматами, на стенах гранатомётчики. На крыше артиллерийский корректировщик, авианаводчик, и снайпер с гаусс-пулемётом. У псевдособаки нож.

Военные под мостом подманивают игрока поближе к линии ДОТов и открывают огонь. Закрепляют успех танки.

Возле разрушенного домика кто-то голосом Лиса кричит "Фасс!". Собаки двигаются в две шеренги, первая стреляет, вторая перезаряжает.

Свалка. С криком "Ой, это бандиты!" сталкеры кидают в игрока гранаты.

Депо. Бандиты генерируются с частотой раз в две секунды.

Агропром. Военные сталкеры кооперируются с военными кровососами про поддержке служебных псевдособак.

Подземелье. Аномалии притаились под потолком и прыгают на игрока сверху. В конце поджидает радиационная хим-трамплин-шок-ожог-псих-хуих супераномалия. На контроллере бронежилет.

Бар. Широкий выбор оружия и патронов. Цены от одного миллиарда.

Тёмная долина. В лаборатории псевдогигант, подло хихикая, держит дверь с обратной стороны и не открывает.

Дикая территория. Круглов потерял флешку где-то в Припяти. Просит проводить.

Янтарь. Сахаров по ошибке дает шлем, УСИЛИВАЮЩИЙ излучение.

Склады. Повар не пьёт водку. В деревне все кровососы в касках и бронежилетах шестого класса защиты.

Радар, Припять, ЧАЭС. Всё в том же духе.

Саркофаг. Для достижения ПРАВИЛЬНОЙ концовки пройдите игру на сложности суперграндмастер шестьсот шестьдесят шесть раз.

* * *

Информация на флешках (варианты):

– Собрал 100000 рублей, 250 артефактов, 300 аптечек и 10000 патронов.

Чё делать с этой фигнёй не знаю, положил в трубу.

– Когда я ещё не был зомби, положил не помню чё не помню куда. Вроде дерево было, и мужик сидел.

– Пил водку с Меченным. Пустые бутылки на сумму стоимости средней московской квартиры под, над, и вокруг Монолита.

– Потеряли 4 локации, половину монстров и 6 лет времени где-то в районе Киева.

–  Куплю книгу "Лёгкий способ бросить курить". За любые деньги. С предложениями обращаться по адресу: Радар, дорога, блокпост возле бочек с бензином. Спросить монолитовца Васю Горелого.

– Рюкзак засунул на чердак. Чердак уехал. Как же так?

* * *

Информация на доске объявлений в баре:

– В районе свалки потерял модифицированный автомат. Оптика от Гаусс-пушки, глушитель от ВСС, облегченный титановый сплав, переделан под калибр 130 миллиметров, шасси от Т-72, ИИ от ПДА. Отзывается на кличку "Терминатор".

– Поменяю десять собачьих хвостов на один псевдособачий.

– Потерялся собака. Зовут профессор Круглов. Кто встретит, не убивайте. Он мой…

* * *

– Итак, наш специальный корреспондент ведёт репортаж с первого чемпионата по экстремальному паркуру в условиях Зоны. Роман?

– Аааа, да, Елена! Только что на наших глазах спортсмен в противогазе и без одной стопы не смог преодолеть стенку и был застрелен. Ну и фиг с ним. На старт выходит спортсмен в черной куртке и синих трико. Увы, он не смог преодолеть первое препятствие - фейс-контроль на входе. К старту подходит новый участник в зеленом экзоскелете. Вот он разбегается, и буквально взлетает над препятствием, попав правой ногой в аномалию. Его сменяет следующий. От него так разит перегаром, что судьи надевают маски своих ПСЗ. Нетвёрдой походкой он разбегаетя, и с криком "Эх, гробы подорожают!" прыгает на зрительские трибуны, бодро их преодолевает и скрывается из виду.

Следующий участник без лишних слов пытается исполнить рокетджамп. Зря он это сделал! Зрители достали платочки, и вытирают слёзы, пот, кровь и мозги. И вот, наконец-то, под гром аплодисментов к старту выходит Меченый! Достаёт модифицированный гаусс-обрез…

– Ну, и что же проиходит дальше? Роман???

– Понятия не имею. Я СВАЛИВАЮ!!!!!!!

* * *

Александру Сергеевичу Пушкину снился сон. Этот сон был необычен и отличался от всего того, что он видел раньше. В этом сне он отбивался от богопротивных тварей с присосками в какой-то заброшенной Богом и людьми деревеньке. Проснувшись, Александр Сергеевич пожал плечами, оделся, позавтракал и поехал на Черную Речку. Эта дуэль надолго запомнилась всем её участникам. Даже много лет спустя, при одном упоминании о ней седой Жорж Дантес вздрагивал и бледнел, вспоминая, как злой Пушкин заставлял его собирать выбитые зубы переломанными руками. После этого Пушкин прожил ещё очень много лет, а Наталья Гончарова, когда прошли синяки, стала лучшей в мире женой. Самым читаемым произведением того времени стал "Сталкер Дубровский".

* * *

Решили бандюки под себя Припять подмять. Наделали ведер на голову, чтоб Выжигатель не действовал, взяли шмайссеры, по ведру патронов, пошли. Идут, а сами боятся. Мля, нам же через Бар идти, а там Долг, у всех Абаканы, мля, а потом через Склады, там Свобода с Сигами, а если обходить, там нечисть всякая, костей не соберёшь, а чё на Припяти делается, вообще никто, мля, не знает!

Дошли до бара, смотрят - никого живых нет, только кровь и трупы. Идут, удивляются. Дальше - склады. Опять кровища и трупов горы. И ни контроллёров, ни кровососов, ни собак, тишина. Даже вороны не летают. Страшно стало бандюкам. На Припять вышли, идут ваще на цыпочках, шутки-прибаутки забыли, на каждый шорох оборачиваются. Идут-идут, никого. Тихо всё. И тут один глядь - за кустами СВД лежит. Ну он сразу хвать - и хвастаться - "Пацаны, я такую волыну нашел!"

Те его окружили, поздравляют, восхищаются. И вдруг - раз, за их спинами такое деликатное покашливание. Оборачиваются - стоит сталкер, один, без оружия, и ласково так спрашивает:

– Чего шумите?

– Мужик, ты кто???

– Тихий я.

– А вот мы щаз Бар прошли и Склады, там кучи трупов, и в живых никого. Не знаешь, что случилось?

– А ШУМЕЛИ ОНИ СЛИШКОМ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

* * *

Решили фанаты Спектрума (Cancer, Tank72 и остальные 100 млн. человек) перенести Сталкера на Z80. Покумекали: территория игры маленькая, неписей кот (тот самый) наплакал, по сравнению с "Элитой" вообще нефиг делать. Для начала увеличили территорию до восьми галактик, чуть переделали по этому поводу историю, добавили несколько триллионов НПЦ, усилили рандомайзинг, и ещё целый килобайт свободным остался. Прокомпиллировали с Бейсика, запустили, любуются. Игра супер, игра мечта. Жаль, только текстовой получилась))

* * *

– Как сообщает наш спецкор по катастрофам и несчастьям Роман, вчера в Ч. Зоне отчуждения совершил вынужденную посадку самолёт с участниками "Дом-2". Роман?

– Елена!!!! Тут творится что-то невероятное!!!! Сталкеры радуются как дети, особенно счастливы RUSЬ, Танк72, Гекк и андроид Андрон!!!

Сталкер RUSЬ уже наточил штык-нож, саперную лопатку и топорик, сейчас точит нож от бульдозера. Сэлф Дестроер наплёл верёвок и сейчас варит мыло! JAM ходит с консервным ножом и загадочно улыбается! Всюду шутки, смех, веселье! В отношении ещё живых домовцев слышны добрые подколки и недвусмысленные пожелания! Все, абсолютно все хотели бы доставить им много радости и счастья в особо извращенной форме и самым неестественным путём, как говорится, с особым цинизмом! Всем, даром, и чтобы никто не ушел! Никто и не уйдет, ведь на вечер намечены грандиозные торжества!

– Как интересно, а что именно произойдет вечером?

– А хрен его знает… Блин, я же тоже летел на этом самолете…

Я СМАТЫВАЮСЬ!!!!!!!!!!!!!!!!

* * *

Появился в Зоне Черный Сталкер: толстый, в бейсболке, читает рэп, тырит мелочь из карманов и всем говорит "Браза!". Поймали его сталкеры, побили, а его бейсбольную биту вставили ему в… Иди в своё ГТА!

* * *

Сталкер. Заставка, заставка, заставка, заставка. Новая игра. Вау! Какой ролик. Ага, ага, ага. Волк, флешка, автобаза, всё запомнил, F5. Блин, как красиво. И ветер так атмосферно воет, и трава колышется. Как-то странно колышется. Твою же ж мать! F6. Чё это было-то? Так вот ты какая, аномалия. Вау. Вертолёт. Ха-ха, смешно. Атмосферно. Ой, кто это? Аптечку тебе - ну на. Позеленел, хорошо. Привет-привет, не, сам справлюсь. F5. О ты какая, автобаза. Атмосферно… F6. Будем знать. В стелс режиме. F6. Да ёрж твою. С другой стороны зайдём. F6, F6, F6, F6. Не, чёт не то. А вот, получилось, одного завалил. Убегаем, F5. Не, классно. Супер. А почему у меня пистолет не стреляет? Гм, патроны. Поищем. А, вот вижу! Здравствуй, аномалия! F6. С какой же тебя… F6, F6, F6. Обошёл. Вот ты, рюкзачок. А вот ещё трупик, какая прелесть! Теперь у меня…аж семь патронов. И бандитов семь. Совпадение… Мож на помощь позвать? На фиг, я Квейк-2 без оружия со связанными руками… О ещё трупик, далековато. Побегаем. Как я вас люблю, трупики, не поймите неправильно. Схожу сдам лишние вещи, может что куплю? Вот это цены… Да, Семенович, ты не проторгуешься… Или Сидорович, один хрен. У Семенович сиськи побольше. О чём это я? F5. Ой, а кто это так страшно хрюкнул? Атмосферно…F6. Надо же, копыто. Зачем? Потом разберусь. Вот ты, родная автобаза. А чей это такой красивый затылок? Хэдшот!!!!! Атмосферно… Чё эт, обрез???? Аххххринеть! F5. Хэдшот! F5! Хэдшот! Опс, перезарядиться надо…было. F6. Ну вот. Ой, сколько вещей! Вот ты какое, счастье сталкерское. А это кто желтый? Какая флешка? А, эта. Ещё и куртка, где-где? Ну, супер. F5. Завтра ещё поиграю.

* * *

Сидят три студента, на лекции, шепотом переговариваются:

– Мне вчера такой сон снился, как будто я оказался в Зоне Отчуждения ЧАЭС и толпа мутантов разорвала меня на части!

– Фигасе, и мне такой же сон снился!

– И мне!

Через некоторое время первый студент завалил сессию и попал в Вооруженные Силы. Служить его послали на ЧАЭС, и как-то раз, отстреливаясь от толпы мутантов, он чуть-чуть не рассчитал количество патронов…

Второй студент учился только на отлично, закончил вуз с красным дипломом, защитил диссертацию, и по распределению попал в один закрытый институт, занимающийся изучением мутантов. Как молодого специалиста, его направили на Янтарь, и однажды, вечернюю порой, задумавшись о важном, он забыл закрыть внешнюю дверь…

Третий студент учился ни шатко ни валко, закончил кое-как вуз, и, не найдя другой работы, подался в сталкеры. Благополучно миновал Кордон, за ночь прошел свалку и бар, пошёл на склады и там зашел в такую маааленькую деревню. Успел сказать "Ой…"

"-Да ну, совпадение!" подумал старенький профессор, поправил клетчатую рубашку и немного подтянул синие джинсы.

* * *

– Итак, на нашем канале очередной мировой чемпионат по "Сталкеру", на котором присутствует наш пока ещё корреспондент. Роман?

– Елена! Здесь такое!!! Приехали лучшие киберспортсмены со всего мира. Вот выходит первый, надевает кибер очки, берет в правую руку мышь, старт! Что он делает! Кордон-свалка-бар-долина-янтарь-дикая территория-припять-чаэс!!! Он прошел всё за час! Выходит следующий, разминается…Кордон-долина…припять, я за ним не успеваю, полчаса!!! Потрясающий рекорд! Выходит наша надежда, Железный Герман, встречаем!!! Садится, старт!!!! Что он творит!!! За десять минут он прошел всю игру, просмотрел 128 концовок, вступил в О-, Не-, Под- и Над-Сознание, и со словами "Как мало, я хочу ещё " направился в зрительный зал! Ого, это определенно нельзя показывать детям!

– Спасибо, Роман, а сейчас Вы, наверное, хотите смыться?

– Не успеееел…

* * *

Решил как-то контроллер слепого пса разным штукам научить, а рядом стоит группка зомби и посмеивается:

– Фигнёй страдаешь, ничего у тебя не выйдет…

Посмотрел на них контроллер недобро так:

– Знаете что, GSC, у вас тоже "Сталкер" сначала не получался, шесть лет ходили:

– Это я не буду, это я переделаю…

* * *

– Пятый, я седьмой, тут на Кордоне какой-то чудила к автобазе с пистолетом бежит.

– Седьмой, это новичок первый квест выполняет, не трогай его пока.

– Пятый, вас понял.

– Седьмой, там сбита пара радиотехнической разведки, пробей.

– Проверил, они на берегу Припяти водку пьют. По-моему, уже убитые.

– Вот сцуки. Седьмой, это не вам.

– Понял. Пятый, тут контроллер слепого пса нехорошему учит.

– Седьмой, отвернись, ты женатый человек.

– Пятый, там человек лежит бухой, и к нему кровосос подбирается.

– Что за человек?

– Сидорович, торговец местный.

– А, ну улетай потихонечку, не буди…

* * *

– Выйдешь вот так вот утречком в Зону, пока ещё все спят, солнышко поднимается, воздух такой прозрачный, птички свои утренние песни поют…

– Ага, а над жаркой воздух так дрожит, а как ветерок подует, так листья так опавшие - фух! Душа прямо радуется.

– Точно, а как собака какая сослепу в карусель угодит, так жалко её, глупую, а всё ж таки - красиво.

– А сталкеры когда у костра сидят, издалека песни доносятся - аж за душу берет, и звуки эти загадочные из-за горизонта, мудрые и печальные, а ещё…

– ТИХО. ИДУТ. Ну, три-четыре:

– МАЧИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

* * *

Один контроллер жалуется другому:

– Нет, ну невозможно же стало работать! Раньше как было - придут сталкеры, собак-плотей-кабанов расстреляют, кровососу морду набьют, в меня пальнут пару раз и уходят. Пули выковыряешь, аптечку съешь, и порядок. Но появился Железный Герман! Этот, пока весь лес напалмом не сожжет, не успокоится. А если поймает, то кости любит ломать мееедленно, садист металлический.

– А как было хорошо до прихода генерала СэндДэвила! Прибежит маленькая группка сталкеров человек 20-30, напинают быстро и обратно убегут. А теперь? 20-30 вертолетов при поддержке штурмовой авиации и артиллерии залпового огня. Это у них сходить на охоту называется!

– Да, а до появления маленького сталкера в красной курточке у нас совсем не было сексуальных преступлений против монстров. И ведь только его тронь - сразу набегает толпа злых сталкеров с пулемётами: "Они убили Кенни, ах, они убили Кенни!"

– Сволочи…

* * *

Сталкер перезарядил пистолет. За кустами было тихо. Сталкер тщательно прицелился, и, когда прицел покраснел, выпустил ещё одну обойму. Осторожно выглянул - Фанатик лежал в луже крови. Лагерь новичков был зачищен. Сталкер пожал плечами, развернулся и пошёл вдоль дороги. В условленном месте остановился и покашлял. Из-за кустов показался кабан.

– Всё сделал? - спросил он

– Готовы. - ответил сталкер

– Ну, получи, что обещал. Десять, нет восемь копыт, два глаза и четыре хвоста. Есть ещё работа, угнать паровоз. Возьмёшься?

– Возьмусь, вот только… По-моему, как-то это всё странно, не находишь?

– В Зоне странного нет! - авторитетно заявил кабан - так берёшься, или страуса звать?

* * *

Из инструкции по игре в "Сталкер"

Предупреждение! Игра содержит большое количество радиоактивного контента! Держите водку под рукой!

0.0 Выпить профилактическую дозу

1 Включить игру

1.1 Включить заставку THQ

1.2 Включить заставку GSC

1.3 Включить ещё две заставки

2.0 Начать новую игру.

2.1 Посмотреть мультик

2.1.1 Обрадоваться

2.2 Приготовиться к культурному шоку

2.3 Ощутить культурный шок

2.4 Выполнить первый квест. Во время выполнения смотреть во все стороны широко открытыми глазами и ощущать перманентный культурный шок

2.5 Выполнить ещё пару квестов

2.5.1 Не бояться кабанов

2.5.1.1 Вы человек, у вас ружьё и вы выпили водки. Пусть они вас боятся

2.5.2 Попытаться достать куртку из тоннеля

2.5.2.1 Если у вас стоит А-Лайф от Санекса, застрелиться

2.5.2.2 Или просто полюбоваться со стороны, не подходя к жывотным близко

2.6 Добраться до вагонов, попытаться пройти мимо

2.6.1 Перезагрузиться

2.7 Сдать автоматы Сидоровичу и купить уже что-нибудь приличное

2.8 Спасти Лиса от собак

2.9 Пройти на Свалку

Предупреждение! Свалка очень радиоактивна…

* * *

6:45 утра, костёр в лагере новичков на Кордоне

– А я те говорю, что женщин в Зоне нет!

– Спорим на сто баксов что есть?

7:15 форум Сталкер- Болталогия

– Сталкершиии! Ведь вы есть, я знаю…

7:19 там же

– А я сталкерша! И стрелять умею, уже Кордон прошла!

7:20 Кордон

– Да, прошла Кордон, сейчас на Свалке. Осторожнее, она стрелять умеет.

7:21 Свалка

– Ух ты. Хорошо, встретим. Бес, доставай оптику.

7:30 там же Бабах!!!!

– Ойййй…

7:35 костёр в лагере новичков на Кордоне

– Девяносто восемь баксов, девяносто девять, сто. Кстати, спорим, что негров в Зоне тоже нет?

* * *

Инструкция по выживанию в Сталкере для американского спецназа.

Пункт 1. В Зону Отчуждения не входить.

Пункт 2. Если вошли, немедленно вернитесь, пока у вас не отобрали деньги, костюм, винтовку, еду, медикаменты, туалетную бумагу, косметический крем и гигиеническую помаду. (входит в снаряжение американского спецназа - не шутка)

Пункт 3. Если это всё же случилось, не отчаивайтесь. Запритесь в бункере у Сидоровича и попробуйте заработать денег на проводника.

Пункт 4. Денег нет, вазелин кончился, Сидорович вас выгнал, сталкеры грубят и называют афропиндосом. Не отчаивайтесь. Вы же настоящий американец! Попытайтесь разжалобить их слезами. Расскажите про своё сложное детство, про гетто, про конфликт с отцом, про то, как вам в фисташковое мороженое не докладывали фисташек.

Пункт 5. Эти славянские варвары над вами смеются, а колбасные очистки закончились? Не отчаивайтесь. Америка снимет про вас фильм "Рембо-19".

* * *

– А я те говорю, брешут насчет радиации! Я тут уже пятый год валандаюсь, и хоть бы что.

– Точно, брешут. Хотя, с другой стороны, щупальца-то чешутся всё чаще. И в невидимость стало труднее входить…

* * *

Щелкнул боёк. Дима отбросил бесполезный кольт и сорвал с плеча автомат. Выпущенная в упор, очередь из "Вала" разворотила снорку живот и оторвала правую руку. Снорк поднял голову и в упор посмотрел на Диму, потом шумно вздохнул, из-под противогаза потекла красная пена, глаза под запотевшими стёклами закрылись. Дмитрий, сердясь за недавний испуг, махнул тяжелым, купленным у Сидоровича за редкий артефакт, ножом, почти отделив голову монстра от подергивающегося тела. Оглянулся на шум: сзади стояла девочка в белом платьице и гневно смотрела на него.

– Прищепкин, ты что, дурак? Это же Колька из третьего подъезда! Мы тут играли!

Камера надвигается на изумлённое лицо Димы, фиксируя глупо открутый рот и выпученные глаза.

Пара-пара-пам!!!

– Стоп-стоп-стоп, не верю! Резче нужно рукой, резче! И на попу упасть забыл!

– Итак, ещё раз, киножурнал "Ералаш", выпуск 1024, сцена во дворе, МОТОР!!!!

* * *

Захотелось Меченому выпить, а не с кем. Нашёл какого-то бродяжего зомби.

– Выпьем?

– Ыыыы!

– А закусывать будем?

– Ыыыы!

– Хлеб только чёрствый. Надо размочить.

– Мочи!

– Или покрошить сначала?

– Кроши!

– Готово. Давай тост.

– А ну вперёд!

– Вздрогнули! Ну, как пошло?

– Ой, мама…

* * *

Сталкеры!

Если вам хочется выпить и поговорить, идите в Бар!

Если не хочется, всё равно придёте, куда вы из сюжетной колеи нафиг денетесь!

* * *

– Тут это, Меченый… Кровососы в деревне шалить стали. Контроллёр глюки насылает, собаки на подходе засады устраивают. Помоги, награда будет адекватной.

Через неделю. Мирная деревня, есть свет, газ и горячая вода. По чисто вымытым тротуарам ходят плоти на костылях, одноглазый кровосос в телогрейке на столбе ремонтирует электричество, бригада снорков на крыше пытается перевязанными пальцами подключить интернет, беззубый контроллёр мастерит скворечник, в клубе забинтованная собака играет на балалайке основную тему "Сталкера", на свиноферме кабаны кормят друг друга сеном. На центральной площади, между дыбой и виселицей, в заляпаном кровью фартуке сидит Меченый. В одной руке у него бензопила, в другой паяльная лампа.

– Меченый! Ну ты и садюга!!! Ты где этому учился???

– А у нас, на форуме "Сень Чернобыля" все так умеют.

* * *

Попятившись от плоти, Сталкер сделал ещё один шаг, и упёрся в дерево. Непослушные руки никак не могли справиться с креплением кобуры. Плоть копнула копытом землю, шумно фыркнула, и тут же была сметена вылетевшим из кустов кабаном. Раздался истошный визг, хрюканье, треск раздираемого мяса и ломаемых костей. Сталкер, воспользовавшись неразберихой, бегом ломанулся по тропинке. И, конечно же, сразу влетел в жарку. Задымилась одежда, вспыхнули волосы на голове, ничего не видя, сталкер всё же сумел вывалиться в правильном направлении. Кашляя растресканными губами, вдыхая запах собственной горелой кожи, и отчаянно матерясь сквозь кашель, сталкер прислонился к чему-то мягкому. Мягкому???? Потревоженный псевдогигант оторвался от пережёвывания чьих-то останков, и удивлённо уставился на наглеца. Издав полузадушенный утробный писк, не думая больше ни о каких аномалиях, сталкер одним прыжком преодолел двадцать метров, отделявшие лес от опушки, по прямой пробежал не менее полукилометра, не обращая внимания ни на шумы пламени, ни на периодически меняющуюся гравитацию, ни на синеватые сполохи молний, пронёсся, создав небольшую просеку сквоь кусты, и оказался на небольшой полянке. Горел костёр, сидели люди. Сталкер подошёл, достал из рюкзака четыре полторашки, и поставил перед одним из сидящих. С ненавистью глядя на счастливые лица, он произнёс:

– Завтра ты за пивом пойдёшь!!!

* * *

Из-за пригорка вышли два кабана. Сталкер аккуратно отстрелил им хрюкальца. Из-за пригорка вышли ещё два кабана. Сталкер кинул гранату. Немного погодя вышли ещё два парнокопытных, сталкер срезал их длинной очередью. Тут вышли ещё…

– Точка респауна! - догадался сталкер

– Тормоз! - догадались кабаны.

* * *

Голосом Николая Николаевича Дроздова:

Опасна и многообразна фауна Зоны. Каждый день сотни мутантов ищут себе корм, ссорятся, мирятся, занимаются любовью и боьбой за существование. Вот перед нами карлик. Некоторые недолюбливают карликов, а между тем, это прелюбопытнейшее создание! Они роют норки, видят в полной темноте, и владеют телекинезом и телепатией. Самый забавный случай, над которым по-доброму потешаются вся Зона - это карлик-клаустрофоб. Его кожа не выносит света, а в темноте у него начинаются приступы. Чу! Вот мы слышим, как он, на глубине около двух метров бьётся своей маленькой головкой о железный столб и кричит "Блядь, когда же я сдохну!". Какой он милый!

* * *

Голосом Николая Николаевича Дроздова:

Летом в Зоне обычно жарко. Разные животные спасаются от жары по-разному. Кто-то отлёживается в ледяных аномалиях, кто-то снимает валенки и тулуп, но, лучше всего, конечно, помогает ледяная водка. За рюмочкой этого чудесного напитка мы и обсудим эту проблему с нашим сегодняшним собеседником. Скажите, как вы, зомби, боретесь с жарой?

– Ыы?

– Ну жара, потепление, сезонное увелечение температуры?

– Ыыыыы?

– Ну как же тебе объяснить-то… ЖАРА!!!! ОГОНЬ!!!!!! ВОЛОСЫ ГОРЯТ, КОЖА ПЛАВИТСЯ, ПОДКОЖНЫЙ ЖИР ТРЕЩИТ, НЕВОЗМОЖНО СПАСТИСЬ, СТАЛКЕРЫ ПОЛИВАЮТ ИЗ ОГНЕМЁТОВ, НАПАЛМ ЗАТЕКАЕТ В ГЛАЗА, ЖУТКИЕ МУКИ, УЖАСНАЯ БОЛЬ!!!!!!

– ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

– Как забавно он шевелит ножками и ручками, пытаясь выпрыгнуть из кресла. Ой, да он ещё и обделался? Какой он милый!

* * *

Голосом Николая Николаевича Дроздова:

– А вот ещё одна загадка Зоны - снорк. Они передвигаются гуськом, и никогда не снимают противогазы. Есть мнение, что это прсто некрасивые девушки-сталкерши, пришедшие сюда в поисках Прекрасного Принца, и не надеющиеся на водку. Сапоги сорок пятого размера и утробный рёв прекрасно подтверждают эту теорию. Чтобы не спугнуть, они подкрадываются к объекту своих мечтаний на четвереньках и застенчиво бросаются в ноги. Однако не все согласны с этой теорией. Профессор Сахаров, например, утверждает, цитирую: "что это у них морды такие, но после трёх бутылок водки, в принципе уже и неважно". Мы как раз допиваем по третьей, а вот и первый снорк. Какой он милый!

* * *

Маленькая серая мышка поднялась на задние лапки и понюхала воздух. Пахло, определённо, едой. Она смешно потрусила к выходу из комнаты, быстро-быстро перебирая коротенькими лапками. Снова понюхала. Сухарик. Сухарь. Да что там, сухарище!!! Детки будут довольны. Какие же они милые! Аккуратно прикусив добычу, задним ходом, занося попку то вправо, то влево и используя хвостик в качестве ближнего радара, мышка не спеша, с достоинством принялась сокращать расстояние между собой и норкой. И так увлеклась своими мечтами, что не заметила, как попалась! Сталкер крепко держал её в руке, с интересом разглядывая её гладкую блестящую шёрстку и любопытные бусинки глаз. Мышка мысленно чертыхнулась. Угораздило же её поселиться на Выжигателе! То никого-никого, а то прут толпами. Вот бдительность и притупляется. Впрочем, пора уже было что-то делать.

– Откуда ж ты здесь взялась такая смелая? Молчишь, глупенькая?

– Сам дурак! - подумала мышка, злобно сощурила маленькие глазки, ощерила зубки и отчетливо произнесла, переходя с умильного писка на густой бас:

– Ми. Ми. М. МАЧИИИИИИИИИИИИИИИИ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

– Инфаркт микарда! - констатировала мышка. А здоровый, однако. Килограмм девяносто будет. Значит, на ближайшее время продовольственная проблема решена. Нет, всё-таки хорошо, что поселилась на Радаре!!!

* * *

Сталкер оглянулся. Поверженый контролер из последних сил привалился к дереву. Возле дерева лежал избитый псевдогигант. Пришпиленый к дереву тяжелым ножом,дергался и пускал кровавые пузыри снорк. Сталкер погрозил пальцем.

– И запомните. Если я еще хоть раз услышу слово "читер"…

* * *

Нашёл сталкер капкан. Положил в него арефакт - поймал другого сталкера. Положил сталкера - поймал бандита. Положил бандита - поймал долговца. Положил "должника" - поймал свободовца. Положил свободовца - поймал монолитчика. Положил монолитчика - поймал Меченого. А от Меченого таких 3.14здюлей поймал, что больше никогда ни на кого капкан не ставил!

* * *

На конкурсе авторских фильмов по мотивам игры С.Т.А.Л.К.Е.Р. были представлены следующие работы:

«Долгий Поцелуй Снорка», «Я, зомби», «14 друзей Бармена», «Американский Оборотень на Свалке», и другие.

Лучшей исторической лентой оказались «Атос, Портос, и Кровосос».

Лучшим документальным фильмом был объявлен фильм-расследование «Плоть - этико-философско-культурно-научный феномен, или просто свинья?»

В жанре эротического кино первое место поделили «ХХХ-16» и «ХХХ-18».

В номинации " Фантастика года " с большим отрывом победил "Трезвый Сталкер".

* * *

– Иди, доча! - Сказала мама, подавая корзинку с антирадом, и поправляя красный противогазик, - отнеси бабушке.

И, срывая на ходу псевдоодуванчики, и попивая «Казачок», Красная Противогазочка с весёлой песенкой вприпрыжку понеслась к домику бабушки Сидоровича.

Однако у перекрёстка её ждали. Серый Псевдоволк о чём-то тихо беседовал со здоровенным медведемутантом Пухом, искоса поглядывая на кабана Пятака.

Назревала драка. Противогазочка хладнокровно достала из-за пазухи трофейный «фольмер», но тут из леса вышел Меченый, споткнулся о Дюймовочку, со злостью пнул одного из семерых гномов, выматерился, и задумчиво сказал:

– Ведь предупреждали - не ставь много модов! Конфликт будет…

* * *

Пригласил Меченый Сидоровича новый домашний кинотеатр посмотреть. Удивился Сидор. Заходят в пустую комнату, садятся на пол, Меченый щёлкает пальцами, и громко произносит:

– «Терминатор»!

Комната расплывается, вокруг внезапно оказывается Лос-Анджелес, и начинается действие. Смотрят пару минут, затем Меченому надоедает. Снова щёлкает пальцами:

– «Крепкий орешек»!

Комната уплывает, вокруг Нью-Йорк, Брюс Уиллис бегает…

Через полчаса Сидоровичу уже надоело. Он и спрашивает:

– А чего это у тебя такие фильмы все старые? Поставь чёнить поновей! Щёлкает пальцами и произносит:

– «Хостел-2»!

Ничего. Ещё раз:

– «Симпсоны в кино»!

Никакого эффекта. Меченый хмурится, сжимает кулаки, и идёт в соседнюю комнату. Оттуда доносится шум, крики, удары…

Сидорович не выдержал, заглянул. И видит:

Сидит, привязанный к батарее избитый контролёр, и, сплёвывая выбитые зубы, шепелявит:

– Ижвини, нашальник! Мля буду, не видел я этих фильмов!

* * *

– Меня зовут Джон, и я алкоголик. Я здесь для того, чтобы избавиться от этой скверной привычки!

(Аплодисменты)

–  Меня зову Билл, и я алкоголик. Я хочу снова стать собой, и вернуться к нормальной жизни!

(Хилые аплодисменты)

– Меня зовут Клык, и я, ик, сталкер! Я пришёл сюда, потому, что, ик, думал, что здесь тренинг по радиационной безопасности, и выводу радионуклеидов естественным путём!

– А как это?

Через двадцать минут. Хором:

– Меня зовут, ик, Джон/Бил/Брюс/Пол, и я, ик, сталкер!

(Бурные продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию)

* * *

– Вот взять, к примеру, неевклидову геометрию. Простейшая, кажется, вещь, а попробуй хоть одному сталкеру докажи!

– И не говорите, батенька. Вот, кстати, давеча, попробовал вычислить кривую падения поля в гравиконцентрате с увеличением расстояния.

– И что же?

– Нет нелинейной зависимости!

– Ужос. Да, кстати, у нашей новой лаборантки такие кривые ноги!

– У Люськи-то? Бугага!!!! Слушай, чё мы так сидим, пойдём пива литр выпьем!

– Два!

– И водки!!

– А потом к Люське!!!

– А потом «Вторую няню» смотреть!!!!

– Мачи!

– Краши!

– А ну, вперёд!

– А… а… а… Люська, твою мать, ты опять вместо нагнетателя Выжигатель включила?

* * *

– Слушай, Волк! Вот ты человек бывалый, опытный. Объясни мне такую вещь. Взялся я за работёнку одну - хвост псевдособачий Сидоровичу принести. Отстрелял уже восьмерых - все без хвоста! Это как?

– Э… Кхм… Ты только не обижайся. Шутка у нас такая, розыгрыш для новичков. Кидают мясо со снотворным, ловят псевдопса. Пока спит - пришивают собачий хвост. А как проснётся - отпускают. Ну, а потом новичку задание дают - а весь лагерь смотрит, и смехом давится.

– !!!! Это, что ж, в Зоне всего одна собака такая???

– Да не. Шутят часто, ловят не всегда. Прилично их бегает, словом.

– Да, блин. Уж не знаю, смеяться, или идти морды бить. Ну, вы комики! Это ж надо, поймать, операцию сделать… Погоди, а кабаньи копыта - тоже ваших рук дело???

– Эт што. Вот кое-где подальше, говорят, сталкеры смеха ради кровососов модифицируют, так ты бы знал, чем…

* * *

– Пушкин!

– Некрасов!

– Воннегут!

– Тургенев!

– Опять на «в»… А памятью сталкеров пользоваться можно?

– Валяй. Вон, как раз один идёт. О, да это бандит. Он за всю жизнь ни одной книжки не прочитал.

– Да ну, не может быть. Щаз, глянем. «Букварь», «Колобок», «Курочка Ряба»… Ты правь. А ну, пестуй отсюдова… зомби, нах!

* * *

– Мужики! Чё щас видел! За Баром новая локация появилась! Потом исчезла. Потом опять появилась!

– Во, блин, ни фига себе! Пространственная аномалия!

– Да не, временАя.

– А может - вероятностная?

– Тогда уж, антиэнтропийная!

– Не, мужики, всё проще. Модеры это балуются…

* * *

– Значит, так. Ты крутой, но я покруче. Гони бабло, живо, не то бошку прострелю! Вот, давно бы так.

– Теперь - ты. Ты-ты, не отворачивайся! Говорят, ты ловок на пистолетах, что, хочешь проверить, чья рука быстрее? Нет? Вот то-то.

– А ты опять провинилась. Ты снова была плохой девочкой! Что с тобой делать, снова отшлёпать? Хмм…

Прозвучал зуммер. Кто-то спускался по лестнице. Сидорович быстро сгрёб кукол со стола, и сделал умный вид.

* * *

– Короче, Меченый, есть у меня для тебя задание. В 86ом, гхм, ну, или в каком-то другом, неважно, наехала на меня банда рэкетиров. А щас я их в Зоне встретил. Ну, тут-то у меня руки длинные!

– Ты хочешь, чтобы я их замочил?

– Погоди. В общем, через год после того случая, ко мне налоговая повадилась ходить. Ходят, и ходят. Как липку ободрали! А позавчера этих мужиков кто-то на Кордоне видел.

– Понял. Их тоже?

– Да не перебивай! В общем, год я не помню, вроде високосный был, да, не важно, наехал на меня один конкурент. А буквально на этой неделе…

– Короче, бармен, что ты от меня хочешь???

– Возьми этот тактический ядерный заряд, и установи уже куда-нибудь, где народу побольше!

* * *

Совещание у Лукаша.

– Так, Свободе требуется доброволец! Задание трудное, почти невыполнимое. Надо помочь повару натаскать воды…

– Не.

– В лом.

– Сам таскай.

– …а также, помочь перенести ящики с водкой и тушёнкой…

– Я!

– (Хором) Мы! За Свободу!!!

– А ещё надо убрать территорию. Пойдёшь… ты!

– Не, я лучше кровососа в деревне из «Бульдога» постреляю.

– Тогда, ты!

– Неа, я кабанов от заставы отгоню.

– Ты!

– Отстань, противный! Я склад охраняю.

– Блин, хоть Меченому квест давай!!!

* * *

– Не, и в Зоне жить можно, если приспособиться!

– Ага, артефакты там, шмартефакты…

– Да их можно вообще не собирать.

– Части тел монстров? Хвосты там, копыта…

– Тоже не лучший вариант.

– Ну ладно, не томи! Говори, как устроился. Чем промышляешь?

– Гаусс-пушки по 800 рублей продаю…

* * *

Идёт по лесу колобок. Навстречу ему лиса:

– Колобок-колобок, я тебя съем!

– Ты чё, дура? Я ёжик из Чернобыля!

– Кажется, отмазался! - с облегчением подумал Колобок, стирая с правой руки надпись «S.T.A.L.K.E.R.»

* * *

– А колбасу и батоны нынче хреновые стали делать!

Сидорович вздохнул, отставил тарелку с фуа-гра, и задумчиво разбавил "Скотч" содовой.

* * *

– Эх, хоть бы то помог!

– Чем те помочь-то? За неделю за сбыт уникальных обрезов сколько имеешь! И на артефакты хватает, и на бар ещё остаётся! Я не говорю уж, какой гонорар по контракту за отстрел кровососов получаешь! И ведь сам ни фига не делаешь - всё сталкеры за тебя каштаны из огня таскают.

– Да, накоплю я на свой домик… Помогать не надо. От скуки ворчу.

– А ты купи у меня инфу. Про группу Стрелка, про Выжигатель.

– И чё мне с ней делать, книгу писать? Между прочим, не один я тут уникальными стволами фарцую.

– Я не фарцую! Я для Долга вооружение добываю! У меня от Воронина пятнадцать благодарностей!

– Уймитесь нафиг. И так башка трещит. А то киллера на вас найму недорого.

– Тока попробуй!!! У меня на тебя столько информации накоплено! Хочешь, продам?

– Сталкеры, если вам хочется перекусить…

– ЗАТКНИСЬ!!!

– А вот между прочим, ещё когда я кооператором работал, один такой попытался меня заткнуть. А тут у меня руки длинные…

– Водку не пролей, длинными граблями!

– ТИХО! Заткнулись все! Меченый со Свалки идёт.

* * *

– Эх, не накоплю я на свой домик…

Почему-то подумал капитан Кузнецов, глядя, как со стороны лагеря новичков к нему не спеша идёт с "Гауссом" в руке закованный в экзоскелет Меченый.

* * *

По слухам, Борису Моисееву были выплачены крупные деньги за то, что он не стал озвучивать Голос Монолита в компьютерной игре "Сталкер".

– Иди ко мне! Я знаю, что ты хочешь!!!

* * *

Объявление:

Куплю книгу "Лёгкий способ бросить курить". За любые деньги. С предложениями обращаться по адресу: Радар, дорога, блокпост возле бочек с бензином. Спросить монолитовца Васю Горелого.

* * *

Собрались Винни Пух, Чебурашка, Штирлиц и Петька с Василий Иванычем в Зону.

Винни Пух:

– Найду артефактов, продам артефактов, куплю мёду!

Штирлиц:

– Найду артефактов, поставлю на них свои "пальчики", и положу радистке Кэт в лифчик.

Василий Иваныч (задумчиво):

– Искупаюсь в Припяти…

Чебурашка (разглядывая фото мутантов):

– Ба! Да тут все свои!

* * *

Иногда, на стоянках к костра встречаются трупы сталкеров. Что же послужило гибели этих людей? Они рассказывали старые и несмешные анекдоты…

* * *

– Привет, братишка! Это место называет механизаторский двор. Проходи, обживайся. Про нас, мехдворовских всякие байки рассказывают, но ты не верь. То, понимаешь, раззявами кличут, то тормозами. Но это всё неправда. Вот тут у нас проводник дежурит, тут ящик с припасами на всякий, ну, сам разберёшься. А, кстати, раз уж ты здесь - может, поможешь в дельце одном? Грузовик старый тут неподалёку стоит, так ренегаты там обосновались, и бесчинствуют. Надо бы выбить, а? Награда будет адекватной.

Через десять минут.

– Ну вот, спасибо! Выручил, так выручил. Ты заходи на нашу базу, там тебя отблагодарят. Да, кстати, пока не ушёл - может в дельце одном подсобишь? Ренегаты, понимаешь ли, возле старого грузовика как-то подозрительно кучкуются. И что им надо? Ты бы помог нам их пострелять, а мы тебе потом на нашей базе денег чуток дали.

Через десять минут.

– Мужик, с нас причитается! Да, кстати, раз уж ты здесь…

* * *

Читает сталкер книгу.

– В греческой мифологии, Цербер - огнедышаший трёхглавый пёс, охраняющий вход в подземное царство.

Тут пёс, что лежит у костра, поднимает голову, и, тихо так:

– Гав!

Сталкер встревожился:

– Тузик, ты чего?

А пёс ему:

– Гав-гав… Гавно ваша мифология!

Обиделся сталкер, но продолжает читать:

– В той же греческой мифологии была Цирцея - богиня, превращающая мужчин в свиней.

Тут раздаётся шорох, и из камышей показывается морда кабана. И, этот кабан, тихо так:

– Ху! Ху-ху…

Осерчал сталкер, захлопнул книгу, заругался:

– А ты, свинья, вообще молчи! Тоже мне, критик!

И дальше читал молча.

Дополнение от Серого Брата:

… через некоторое время выходит из кустов контролёр и выразительно так молчит.

* * *

– Послушайте, почему в Вашей игре у оружия такие странные названия? "Обокан", "ХПСС", "Ил"? Это связано с нежеланием платить деньги за лицензию?

– Конессьно! А с чём же ишщо?

* * *

– Гюльчатай, открой личико! Ну открой же! - в который раз просил Петруха.

– Хреновы военные! Мало того, что надругались, так ещё издеваются, гады! - подумал про себя грустный снорк.

АНЕКДОТЫ по Фоллауту-3

Смастерил "Ракетку". Реально жалею об отсутствии в игре тапок.

* * *

Любите книгу - источник знаний, денег и отличный боеприпас для "Ракетки"!

* * *

Ох, не лёгкая это работа - из берданы мочить Бегемота!

* * *

Очередной слёт алкоголиков-радиолюбителей состоится тогда же там же.

Пароль - "Шахматы".

* * *

Самой большой моей удачей было - пробраться в тайную библиотеку Мойры из Магазина на Кратере и тихо заменить все труды по членовредительству, убийству и чёрной магии на мирную спокойную Кама-сутру. Теперь её квесты вполне можно выполнять.

* * *

Только сейчас понял, почему в японской версии Ф-3 убрали возможность взрыва Мегатонны. Опасаются!!!)))

* * *

Тридогнайт очень любил собак. До трёх, бывало, за ночь.

* * *

Когда радиослушатели интересовались происхождением имени Тридогнайта, он краснел, смущался, начинал рассказывать всякие небылицы о замерзающих чукчах, после чего быстро переводил разговор на другую тему.

* * *

– Ну, и последнее, самое секретное тебе задание! - радостно блестя глазами, выпалила Мойра. - Принеси мне G.E.C.K.!

– Ну да, щас… - подумал игрок. Знаю я тебя, мододельщица из тебя та ещё выйдет. Как пойдут по пустыне голые хаджитки рассекать… Мда, хаджитки… Эх, бабы вторую неделю не было. Может и вправду принести?

* * *

– Мама, а дай мне пару крышечек на пиво!

– Конечно, сынок, держи.

– Мама, а можно я сегодня с рейнджерами поиграю?

– Да, моя радость, конечно.

– Папа, а…

– Сынок, ещё раз возьмёшь без спросу папин гипнотрон, папа тебе самому ошейничек приделает.

* * *

Встретились как-то на просторах пустошей два мародёра. Развели костерок, завели разговор. Ну, и чтоб беседа плавнее шла, достаёт один из мародёров нехитрую снедь - вискарь там самогонный, да мяса радтараканьего. Второй его останавливает:

– Погодь, сейчас всё будет.

Свистом подзывает собаку, и даёт ей указания по поиску пищи. Собака начинает метаться, быстро куда-то сваливает, через две минуты прибегает вся потная, простреленная, с узелком в зубах. Махом накрывает на стол, режет салатики, наливает, отбегает чуть подальше, садится в позу лотоса, и, не требуя от хозяина никаких стимуляторов, быстро сама себя лечит. Хозяин критически осматривает стол:

– Так, Мадам Клико не того года, да и виноград был не с южного склона, фуагра остывший, а на скатерти вообще пятно. Заменить!

Псина с ещё большей скоростью исчезает, через минуту приносит требуемое, красиво сервирует, лечится вообще уже на ходу. Накрыв, становится у стола на задние лапы, перез левую переднюю перекидывает полотенце, и ждёт. Мародёр, критически:

– Ну ладно, не так уж всё и плохо. Сегодня в Сталкер не отправлю.

* * *

Старый анек на новый лад:

Приземляется как-то на развалинах Вашингтона летающая тарелка. Не грохается, как обычно, а плавненько так, ну, в общем, мягкая посадка. Понятное дело, набегает народ - охотники всякие, мародёры, работорговцев даже несколько пришло. И вот, значит, открывается люк, и, по сходням, шатаясь и тихо матерясь, сползают два увешаных оружия мертвецки пьяных субъекта. Народ к ним, естественно, с вопросами. Ну, тот, что потрезвее, со шрамом таким на пол-лица, отвечает.

– Ух ты! Это что, у вас там все с таким количеством стволов ходят?

– Ик! Ага.

– И пьяные всё всегда летают?

– Есс… Естессно.

– И корабли такие космические у всех есть?

– Неаа… Эт только у меня и Меченого.

* * *

Решил как-то Сидорович народ кинуть. Понабрал в долг денег, оружия, и слинял. Нашёл работу, практически такую же, что и раньше. Сидит, задания выдаёт, барахлишком приторговывает. И всё бы ничего, но один сталкер его однажды по коронной фразе - "Удачной охоты!" - опознал. Вот тут-то Сидору пол и поменяли…

* * *

– Как-то это я не очень удачно кризис завершил! - самокритично подумал Барак Хуссейн Обама, глядя на Вашингтонскую Пустошь.

* * *

– И зачем я только вышел из Убежища? Кто бы только знал, как мне надоели все эти странности! Скорпионы гигантские, коровы трёхголовые, миры виртуальные, профессора в телах маленьких девочек! Папа, ну что ты всё молчишь, скажи хоть что-нибудь!

– Гав-гав!

Истории сталкеров-ветеранов о легендах зоны - Монолит, Выжигатель, Загадка Зоны, разгадки, и.т.д.

Сделано для мода SoC Team.

1. – Ну, как тебе сказать… Ты про Выжигатель-то слышал хоть раз? Так вот, жуткие слухи ходят. Ты и про зомби не знаешь? Да не, какие тебе живые мертвецы! Сталкеры это бывшие. Живые они. Но, только… В общем, мозги им выжгло. Ходить могут, стрелять тоже, а памяти нет. Идут, чего-то бормочут…Страшное зрелище! В общем, вот так, говорят, этот Выжигатель и действует.

2. – Ты тоже эти байки слышал? Да я тоже не верю. Монолит, исполнение желаний… Хотя, если бы… Классно бы было: дошёл, загадал, и всё. Ни тварей всяких, ни сволочей двуногих. Живи в кругу семьи, в тепле, комфорте. Трать деньги. Вот ты бы что купил? А, да что мечтать, сказка, она, поди, сказка и есть.

3. – Во! Тебе ещё не рассказывал! Толян недавно с Барьера вернулся. Как, с какого барьера? Ладно, слушай. Из центра зоны твари всякие постоянно прут. Откуда берутся? Да хрен знает. Рождаются там, наверное. Ну и чуваки из Свободы там Барьер поставили, нечисть отстреливать. Так вот, Толян порассказывал… Молодцы, в общем, свободовцы эти. Рубеж держат. Лидер у них - классный мужик. А комендант - сволочь, гнида. Пока командир воюет, этот гад свои дела устраивает. Какие? Ну, разные слухи ходят.

4. – Привет! Слушай, ты про выброс предыдущий ничё не слышал? А вообще про выбросы? Ну, страшная штука. Земля дрожит, небо трясётся. Не, сам не видел, врать не буду. Кто видел, тот уже не живёт. Откуда тогда информация? Слухами Зона полнится. Кто выжить хочет, тот и слухи во внимание принимает.

5. – Здоров, сталкер! Слыхал, кто-то за Барьер, говорят, пробрался. Живой вышел, и хабара полный мешок приволок. Свободовцы рассказывали, они врать не будут. К себе звали, кстати. А чё! Может, и пойду. Лидер у них, говорят - кремень. Тока комендант…, ну, это неважно. Так вот, про того мужика. Артефактов, он, по слухам, собрал - целый рюкзак. Делай выводы.

6. – Выжигатель, говоришь… Ходили про одного паренька слухи - будто бы побывал за Барьером. Принёс мешок хабара, озолотился, все дела. А однажды ночью схватил автомат, и давай по своим стрелять. Глаза безумные, изо рта пена. Двоих перед смертью ранить успел. Вот тебе и Выжигатель.

7. – Чего только люди не придумают, чтобы себе жизнь испакостить. И Выжигатель - человеческих рук дело, зуб даю! Что, хочешь мозги сберечь в целости и сохранности? Тогда обходи Барьер десятой дорогой. И не смотри телевизор, хе-хе…

8. – Ходил слух про паренька, что к Монолиту пробился. Шёл с группой, человек восемь, а дошёл один. И, вроде бы слышал он Зов. Что-то насчёт желаний. А когда дошёл, то чего-то испугался. Не стал желание загадывать, а обратно рванул. Почему? Не знаю я.

9. – То ли Природа-матушка на нас разгневалась, то ли Бог-батюшка… Барьеры эти, Монолиты. Монстры, твари диавольские. Чем-то мы перед Мирозданием провинились. Мне по секрету знаешь, что рассказывали? Что Монолит искушает. Нет, не знаю, чем. А ты делай, выводы, делай, ибо близок миг Апокалипсиса! Покайтесь, ибо сойдут с небес…, ой чего-то меня заносит сегодня, извини. Переел, наверное.

10. – Ты, я вижу, тоже в школу ходил. А то и высшее образование получить успел, вон, глаза какие умные. Ну, так вот, рассказывали тебе в твоей школе про Монолит, к примеру? А про кровососов? Вот! Я так думаю, инопланетяне это к нам в гости пожаловали, больше некому. Не веришь? А знаешь, что я слышал? Парень один утверждал, что Монолит разговаривает! Как? Беззвучно. На уровне мысли. Телепатия это, понял? А на Земле телепатии НЕТУ!

11. – Кто-то рассказывал, не помню уж, кто - историю одну. Про Монолит. Вроде, добрела группа сталкеров до него, и желания загадала. А он им и говорит - да, человеческим голосом, а ты откуда знаешь? Так вот - вы, говорит, мои рабы. И за каждые ваши десять желаний я буду убивать одного из вас по моему выбору. Брешут, наверное. Но, всё равно, страшно…

12. – Один сталкер решил к монолиту сходить. Выбрал ночь потемнее, тринадцатого числа, в пятницу. Прочитал «Отче Наш» наоборот, намазался кровью псевдопса, и пошёл. Долго ли, коротко, но - дошёл. И видит - стоит камень, собою чёрен. И говорит - загадывай желание! Загадал сталкер, и тут у него в голове всё помутилось. Просыпается - в особняке, куча прислуги, брильянты всюду, золото. А на груди - вместо креста - маленький Монолит. Маленький, а тяжёлый. И с каждым желанием всё тяжелее, и тяжелее. И не снимается. Где-где ты эту историю слышал? В детском саду? Кхм… Ладно, другой случай расскажу. Не хочешь? Ну, как хочешь…

13. – Выброс - это нечто чудовищное. Запомни, кто остается в этот момент вне укрытия - гибнет обязательно. Поэтому, ищи место заблаговременно. Как узнать, что начинается? Небо становится красным, как кровь…

14. – Если не можешь найти укрытие во время Выброса, падай. Используй всё, до чего можешь дотянуться. Вкопайся зубами в землю, делай, что хочешь. Правда, скорей всего, всё это не поможет. Но если ничего не делать - верная смерть. А то и чего похуже…

15. – Говоришь, не выживают под Выбросом? А зомби, откуда, по-твоему, берутся? Вот поэтому, если в укрытие не успеваешь, лучше, сам себя убей.

16. – Попал парнишка под Выброс, дошёл на остатках памяти до своей стоянки, и расстрелял своего лучшего друга. Сечёшь? Всё просто: увидел красное небо - лучше сразу пулю в висок.

17. – Небо краснеет, земля трясётся. Сам знаешь? А чего спрашиваешь? Как защититься от Выброса, хочешь узнать? Ну, тут ответ простой. Никак.

18. – Откуда-то весь этот зверинец берётся? Кровососы, бюреры, псевдопсины. Я так думаю, во время Выброса как-то появляются. Как именно? А я откуда знаю? Я тебе Мичурин?

19. – На Барьере страшно. Прёт всякая гадость, одна только Свобода их и сдерживает. Остальные только кричат. Хочешь, сходи, помоги им. Сделай мир чище.

20. – Радиация, это брат, опасная вещь. Мутанты и аномалии ещё опаснее. Но самое плохое здесь - Выброс. Это смерть.

21. – Я вот думаю всё, когда не занят. Мутанты, Выброс, Зона - что это? Откуда? Почему? И чем больше думаю, тем больше вопросов. Ну, может тебе удача улыбнётся, и ты что-нибудь узнаешь?

22. – Удивляет это всё безмерно. Ну, всё, что вокруг происходит. Нет, привыкаешь, конечно. Ко всему человек привыкает - и к хорошему, и к плохому. Но, всё-таки - кто это создал? Я вот думаю - в параллельные миры это проход открывается.

23. – Не можешь объяснить, что вокруг происходит? Да не мне, себе! То ли инопланетяне контакт таким странным образом устанавливают, то ли ещё что. Я вот лично уверен: военный эксперимент всё это.

24. – Сколько уж в Зоне, а всё как мурашки по коже. Этакая громада! И сколько в ней всего, что хочется забыть и не вспоминать. Но и интересного столько же! Есть у меня гипотеза - разрыв пространственно-временного континуума это.

25. – Вся Зона - это один гигантский локальный хроноклазм. Я знаю, что говорю. Пять лет физику в школе преподавал.

26. – И зачем мы здесь? Зачем всё? Зачем Мир, Вселенная? Я придерживаюсь такого мнения, что Зону нам дали, чтобы мы чаще о смысле жизни задумывались.

27. – Всё из-за денег! И Зона тоже. Я уверен. Кто-то с кем-то в потустороннем мире не договорился, и вот, пожалуйста!

28. – Я думаю, на этом месте древнее индейское кладбище стояло. Или пирамида какая закопана была. Отсюда Зона, и всё, что в ней. Да нет, по географии у меня четвёрка.

29. – Глобальное потепление во всём виновато. Высвободило скрытые силы планеты, а здесь, в Зоне, эти силы просто на поверхность вышли.

30. – Откуда Зона пошла? Ну, я как геолог могу сказать - скорее всего, виноват сдвиг геологических пластов. Как причём? Ад зацепило, вот он наружу частично и вышел. А ты как думал, диплом Донецкого Горного Техникума.

31. – Это фауна и флора эволюционировали! Предупреждал нас Дарвин… Там лишняя хромосома, тут две - глядишь, и качественный скачок!

32. – С точки зрения Космического Универсума, в Зоне происходит постпроцесс слияния космической и земной энергий, Инь и Янь. Отсюда и мелкие побочные эффекты в виде Выбросов, и прочего. Куда-куда? Грубый ты…

33. – Как образовалась Зона? Здесь всегда была Зона. Зона геопатогенномагнитных аномалий! От АЭС происходила постоянная подпитка энергией, и, однажды, она просто перешла на качественно новую ступень.

34. – Откуда Зона взялась? Да это тебе любой китаец скажет. Как можно не видеть, что ЧАЭС расположена совершенно не по фэн-шуй? Ну, не знаю, у меня жена верит.

35. – Здесь с 1879 года стояла секретная Императорская Лечебница для душевнобольных. Потом её переименовывали, конечно, но суть-то осталась! Психические эманации, приложенные к конкретному месту на протяжении сотен лет - это воистину страшная вещь! Тут и не такое могло получиться. Оттуда я знаю? Ну… Неважно.

36. – Разбудили мы какую-то древнюю цивилизацию, отсюда и все беды наши! Я так думаю. А ты сам погляди - было такое когда-нибудь на Земле?

37. – Трезвому воспринимать эту жизнь - ну никакой же силушки нет! Зато, в расторможенном состоянии мозг способен на самые смелые гипотезы и предположения. Например - всё это вариация массового коллективного гипноза. А что - гипнотизёров хватает. Про контролёров что-нибудь слышал? Вот то-то.

38. – Скорее всего, американы нам это напакостили. Я так предполагаю. А что? У них-то никакой Зоны и в помине нет!

39. – Я, когда ещё во флоте служил, была у нас на авианосце такая штуковина - вихревый фазовый генератор. Вот зря смеёшься - у меня после Выброса голова болит точь-в-точь, как тогда, когда на вахте около него стоял.

40. – Почему Зона возникла? Наверное, отрицательная энергия человеческого социума нашла локальное место сброса. Ну, как клапан на котле. Чтобы не взорваться.

41. – Откуда Зона пошла? Ну, ты и спросил. Здесь сколько людей, столько и мнений, сколько голов, столько и теорий. Я подозреваю, что это сверхразум родился, и силы пробует. Не обязательно же, чтобы его носителем человек был.

42. – Загадка Зоны конечно же существует. Но, чтобы её понять, наверное надо сходить в самый её центр. Чувствую, разгадка где-то там.

43. – Где-то на Четвёртом Энергоблоке всё это началось. И если можно Зону понять и разгадать, то только там, я так мыслю. А туда человеку добраться сложновато будет…

44. – Если есть князь тьмы и его приспешники, значит, где-то есть и наоборот! Молиться надо, и снизойдёт Озарение. Умом Загадку Зоны, чую, не решить. Хотя, это только моё личное мнение.

45. – Бомбу здесь испытывали, темпоральную. Отсюда и все эти несообразности, потому и Зона образовалась. В каком году испытывали? Ну, это смотря, по какому летоисчислению!

46. – Про Выброс узнать хочешь? Был у меня знакомый, Вадиком звали. Пошёл он в рейд, и, что-то задержался. И попал под выброс. Вот каким я его встретил: Идёт, истекая кровью, кишками землю подметает. А меня как увидел… Показать шрам на шее?

47. – Вот мне интересно, ну, чисто теоретически, кто-нибудь пробовал против всех этих мутантов крест, или там святую воду? Чего смеёшься? Чеснок против кровососа? Смешно. Улыбнул.

48. – У меня есть очень смелое предположение по поводу происходящего здесь. Имею мнение, что Зона, и всё вокруг - это какая-то виртуальная игра, а мы в ней - боты. И ты смеёшься… Почему, ну почему никто не верит?

49. – Думаю, вся Зона - это Ворота в Лучший Мир. И пройти их может лишь Достойный. Не нравится идея? А другие слышал?

50. – Ты здешние деревья рассматривал? Такое ощущение, что мы уже не на Земле. Потихонечку нам планету меняют, сегмент за сегментом.

51. – Что здесь происходит? Матрица забарахлила - вот и всё объяснение. А вы - Зона, мутанты…

52. – Вот о таком кто-нибудь думал? Чуется мне, что мы на этой планете - гости. А сейчас хозяева возвращаются…

53. – Кровососу в глаза глядел когда-нибудь? Разумен, зуб даю. Но разум - нечеловечий. Может, давно уже пора всем нам в монстров эволюционировать? Что ты сразу за оружие хватаешься? Я это так. В качестве гипотезы.

54. – Три раза меня мутанты рвали. Три раза на волосок от смерти был. И денег заработал столько, что не знаю, куда девать. А уходить не хочу. Почему? А вот это и есть Главная Загадка Зоны.

55. – Да я не пью, я лечусь. Знаешь, сколько я уже здесь? И за всё это время только то понял, что ничего не понял… Ни о Зоне, ни о тварях этих. Так вот. (Достаёт бутылку)

56. – Я, сталкер, вообще уже не уверен, где я. На том свете, или на этом? Зона - она очень конкретно крышу сносит. Так что, береги её. Да крышу, не Зону! (улыбается)

57. – Врагу не сдаётся наш гордый Варяг! Ты не обращай внимания, это на меня Выжигатель так подействовал. Да, ходил к Центру. Наверное. Ничего не помню. И клинит иногда. Ты только никому не говори, пожалуйста! Очень не хочу пулю в череп во сне получить. Уходить, вообще, надо отсюда - одному спокойнее. Врагу не сдаётся!

Квесты для модов Перейро и СоЦ Тим

Квест на уничтожение свободовца.

Выдаётся Лукашом.

– Слушай, тут паренёк один молодой на меня кидается. Я ему уже запарился объяснять, что власть - это не только много-много денег, но ещё и много-много ответственности. И уметь ещё кое-что надо. Счас я его в дальний рейд отправил, на всякий случай. Так вот, вразумишь его - буду благодарен.

Ответы:

1.Конечно. Уважение к старшим мой конёк.

2.Ты чё, дед! Молодым надо дорогу давать, а не мочить по сортирам!

Квест на уничтожение свободовца.

Выдаётся любым Долговцем.

– Вот ведь беда какая у меня приключилась. Друг мой, с которым два года уже служим вместе, пропал. И, говорят, зомби стал. А у нас уговор был - кто в зомби превратится, чтоб не мучился зря, другой его пристрелит в этом случае. А я не могу, командир приказал тут стоять. Выручи, друг?

Ответы:

1.Конечно. Я всё понимаю.

2.Всё понимаю, но… Не по-людски это.

Квест на предмет (копыта кабана).

Выдаётся любым бандитом.

– Слышь, брателло. Я те токо по секрету боцану, ты никому токо, ладно? Нам тут тёлок обещали подогнать с воли. С военными договорились, токо одна закавыка есть. От радиации у меня, как те сказать, ну ты понял, да? А один пацан баял, что если его мазью из копыта кабана помазать, лучше нового будет. Помоги, а?

Ответы:

1.Кхм. Ладно. Поспособствую демографии.

2.По помойкам радиоактивным меньше лазить надо. И отойди от меня вообще, не фони.

Квест на предмет (хвост псевдособаки).

Выдаётся любым Долговцем.

- Блин, вот ведь! Ревматизм у меня обострился. А надо в караулах стоять - и ночью, и в дождь. Наши пояса себе шьют - из хвостов псевдособак. Я уж насобирал несколько, одного всего не хватает. Поможешь?

Ответы:

1.Ну, исключительно медицинских целей для.

2.Не могу. Люблю я кошечек, собачек, крокодильчиков разных. Не по мне.

Квест на уничтожение долговца.

Выдаётся Барменом.

– Вишь, какое дело. Недавно одного новенького увидел, и всё понять не мог, на кого он похож. Потом вспомнил! Гад этот в налоговой раньше работал, каждый месяц за деньгами к нам приезжал. Сделай, чтобы ему эти деньги боком встали!

Ответы:

1.Конечно, помогу! Жаль, что только одного!

2.Случай вымогательства недоказанный, судебного решения не было. Я пас.

Квест на уничтожение зомби.

Выдаётся Кругловым.

– Послушай, тут у нас парень молодой работал, так у меня практикантку увёл, сволочь. А я её любил. Вечерами. Хотел, было, лобковых вшей ему в комбинезон насыпать, так он и тут меня перехитрил - зомби стал. Ну и ходит-бродит вокруг теперь. Кричит «Круглов - козёл!», или что-то вроде. Я не вслушивался, с какой стати мне его слушать! Я крупный учёный, а не головорез какой-нибудь. Ты уж сам сгоняй по-быстрому, прикончи его, а я буду благодарен. А практикантку эту я уже в дурдом санитаркой отправил, ты не переживай!

Ответы:

1.Ну, ради любви… Конечно.

2.Знаешь, тут я тебе не помощник. Ты, если что, чаще мазью из копыт кабана пользуйся. Говорят, помогает.

Квест на уничтожение кабана.

Выдаётся любым сталкером из лагеря новичков.

- Брат, как ты кстати! Тут у нас зверь завёлся - кабан, по ночам ходит, и водку, падла, прямо в рюкзаках жрёт. Хрум - и бутылки нет. И ничего ему не делается, гаду! Потом по ночам вокруг лагеря бродит, песни хрюкает! Спать не даёт, достал! Вот только мы его выследить не можем. Пьяный-то он пьяный, но осторожность соблюдает. Выручи, а мы скинемся, отблагодарим!

Ответы:

1.Пьянству - бой! Я токо не понял, это один кабан, или они на троих приходят?

2.Жалко мне его, он, с похмелюги, поди, и так мучается.

История-наводка к квесту про кабана. (Рассказывает любой сталкер не из Лагеря Новичков)

- Короче, завёлся на Кордоне кабан-алкоголик, по ночам ходит к Лагерю Новичков, и водку у них прямо в рюкзаках жрёт. Хрум - и бутылки нет. И ничего ему не делается, представь! Потом ходит вокруг лагеря весёлый, песни хрюкает, а они заснуть не могут - бесятся. Как они его не изводили! Взяли раз, пару бутылок отравили. Ну, и в темноте перепутали, потом различить не могли. Пришлось ДВА ЯЩИКА выкидывать! Ну, тут они этого зверя вообще возненавидели, даже сумму за его голову, говорят, немалую назначили! Хочешь заработать - сходи. Если он ещё не помер от цирроза…

Квест на уничтожение сталкера.

Выдаётся другим сталкером.

– Слышь, браток, помоги, а! Тёща совсем озверела, смерти моей хочет. Киллера наняла на мою голову. Я вот сюда сбежал, думал отсидеться, так он за мной рванул. Типа сталкерует, а сам на привале мне уже два раза бутылку с водкой заменить пытался. Что делать - не знаю.

Ответы:

1.От тёщи, говоришь? (Передёрнуть затвор)

2.Не, это ваше дело, семейное. Ты цветы ей купи, или там, конфет!

Квест на предмет (шоколадка).

Выдаётся кем угодно.

- Эй, сталкер! Дело есть. Тут неподалёку колбасный цех остановился. Как, какой? Ты колбасу «Практическую» ел? Так вот, мы её из свинины высшей категории делаем. Из плотей, то есть. А они, сцуки, очень хорошо на шоколадные батончики подманиваются. И, представь себе, к нам паренёк устроился, грузчиком, так вместо того, чтоб водку пить и колбасой заедать, он сникерсы давай жрать. И пол-ящика сожрал, гад! Куда в него только влезло? Пока спохватились, пока к Бармену гонцов заслали… А производство стоит! Будь другом, принеси хоть шоколадку, мы тебе этой колбасы вагон отвалим!

Ответы:

– Я лично, сервелат предпочитаю. Дорогой.

– Да? А может, вам ещё за пивком сгонять?

Квест на уничтожение сталкера.

Выдаётся кем угодно.

- Эй, сталкер! Ты, я смотрю, в здешних местах малость пообтёрся. Помоги за справедливость порадеть! Тут, это, мужик один объявился. Убить его надо. Сволочь он! Подобрал ключ к моему аккаунту в «Варкрафте», и козырный меч стырил!!! Ты бы знал, какой это был меч! Я этого мужика нашёл, но он сюда успел убежать, гад! Помоги, а? Отблагодарю. Деньги есть.

Ответы:

– (Дослать патрон в патронник) Он гном или эльф?

– Ты чё? (Покрутить пальцем у виска) А вдруг он до сих пор с этим мечом ходит?

Квест на уничтожение сталкера.

Выдаётся кем угодно.

- Эй, мужик! Денег заработать хочешь? Дело простое. Я тут с одним мужиком поругался. Ну, артефакт у него увёл. Он чёта бочку стал на меня катить. Ну, я ему колбасу стеклом битым начинил. Так он на меня обиделся! Тада я ему таблеток слабительных в водку подмешал. Так он теперь хмурый какой-то ходит, смотрит недобро, боюсь, худое замыслил. Помоги, брат! Кстати, ты благодарность водкой, или продуктами принимаешь?

Ответы:

– Артефактами! И смотри, сперва на тебе проверю!

– Знаешь что? (Воровато оглянуться) Вот там, за Баром, ложбинка есть. Ты в неё спустись, и пройди тридцать метров вниз. Только в аномалию не вляпайся! Так вот, там будет стая плотей. Ты одну осторожненько так поймай - И КРУТИ ЕЙ МОЗГИ!

Квест на уничтожение сталкера.

Выдаётся кем угодно.

- Эх, если б кто помог! Тут, мужик, история такая произошла. Ты анекдот про жену, тёщу, и три предупреждения помнишь? Ну вот, у моих их в сумме уже семь. Тёщу я уконтрапупил сам, а жена сюда сбежала. Деньги все потратила на пластическую операцию по перемене пола. Мужиком, в общем, стала. Сменила имя, паспорт, думала - не найду. А я нашёл. А убить не могу - знает она меня, не подпускает близко. Сделаешь?

Ответы:

– Вот так и давай им деньги! Бутылка с тебя.

– Откуда я знаю, что ты это не он… не она…не оно… Иди, в общем, отсюда!

Квест на предмет.

Выдаётся кем угодно.

- А колбасу и батоны хреновые стали делать! Вчера, прикинь, в одном пуговицу нашёл. Не могу я так, изжога, блин, уже палит! Шоколадку бы где надыбать. От «Хьюманс Тим», любимую. Принеси, будь другом! А я тебе денег дам, и колбасу эту долбанную с батонами!

Ответы:

– Это, тебе, мужик, сахара не хватает! Сахарина там, или сахарозы. Ладно, помогу.

– Да? А цветов и шампанского?

Квест на уничтожение сталкера.

Выдаётся кем угодно.

- Простите, с кем имею честь? Видите ли, я - литератор. Я написал большое количество замечательных произведений. Нет, скорее всего, Вы с ними не знакомы - я пишу исключительно в элитарном стиле. И, в одной из публикаций, мой оппонент позволил себе назвать мои стихи «не совсем хорошими»! Ах, Вам этого не понять. Далее, этот мужлан позволил себе искать и найти в них ошибки! Я уважаемый литератор, моё доброе имя не должно страдать. Пожалуйста, возьмите эту грязную работу на себя! Награда будет адекватной.

Ответы:

– Вам Круглов, случайно, не брат? Ладно, возьмусь.

– Не, высокая литература - это не моё!

Квест на предмет: снайперская винтовка.

Выдаётся кем угодно.

Эй, сталкер! Не поможешь? Я тут в одном деле завяз. Ну, в разборку влез. Короче, взял задание на отстрел одного бандита. И прикинь! Винтовку в болоте утопил. Вот же ж блин! А там снорки. Будь другом, сходи, а? Буду благодарен!

Ответы:

–  Ладно. Но благодарность принимаю исключительно в крупных купюрах.

– Фигасе, на Янтарь переться! Не, мужик, ты бандита этого как-нибудь, не знаю, кирпичом уделай, что ли?

Реакция на выполнение/невыполнение

– О! Винтовочка. Моя прелесссть… Вот, как и договаривались.

– Не нашёл? Наверное, снорки утащили!

Квест на предмет: снайперская винтовка.

Выдаётся «грешником».

– Привет! Я это, грешник. Ой, как голова болит…

– Приветствую. Меченый, безгрешен.

– Грех смеяться над больными людьми! (Держится за голову)

– Это тебя Бог за грехи наказывает?

– Не Бог. Дзот. Ой, каюсь, грешен!

– Ну, кто не без греха. Что случилось?

– Да вот, согрешил. Уснул на посту, а какая-то гнида винтовочку раз - и унесла.

– И спрятала, небось, от греха подальше…

– Во-во. А я за его грех наказание принял. У Дзота рука тяжёлая!

– Не согрешишь - не покаешься, как говорится…

– Не говори. И смех, и грех. Примерно я этого гада вычислил, и где винтовку спрятал - тоже. Но взять не могу - Дзот сказал здесь быть. Да и далеко это. Чё теперь делать? О - спрос не грех - может, ты поможешь?

Ответы:

– Эх, грехи наши тяжкие! Помогу.

– Вот как на грех, времени сейчас нет. Да и вообще, с грешниками связываться - греха не оберёшься.

Квест на уничтожение сталкера.

Выдаётся кем угодно.

– Эй, сталкер! Про тебя земля слухом полнится. Говорят, ты крут неимоверно, а мне, вот прям сейчас, такой и нужен.

– В смысле?!

– Дело надо сделать, кента одного грохнуть. Бабок задолжал - немеряно! Да ты не боись, в накладе не будешь! Возьмёшься?

Ответы:

(Пристально глядя в глаза) - Возьмусь. Но смотри, надумаешь с оплатой кинуть - к тебе следующему приду.

(Подумав, философски) -Не! Жестоко это, человека за какие-то бумажки с водяными знаками убивать.

Квест на предмет: бутылка водки

– Мужик! Водички, водички!

– А пулю в бок?

– Да не, я не Чёрный Сталкер. С похмелья, блин, болею.

– Так это тебе не водичка нужна.

– Ага. Винца бы, красного.

– Божоле, 1879 год, выращен на северо-западном склоне подойдёт?

– Ага! (улыбается) Шутку понял.

– Так у тебя что, водовка кончилась?

– Ну, блин. Башка трещит, руки дрожат. Какой из меня щас стрелок?

– Да, ситуёвина.

– Слушай, а может, ты выручишь? Мне всего-то бутылка нужна, здоровье поправить?

Ответы:

– Ладно. Поищу.

– Не. Зря ты от божоле отказался.

Квест на уничтожение сталкера.

Выдаётся кем угодно.

– Эй, сталкер! (нервно оглядывается)

– Чё тебе?

– Дело есть.

– Какое ещё дело?

– Денежное, не сомневайся!

– Ну. Не тяни бюрера за… лапку.

– В общем, вряд ли ты поймёшь… Но есть у меня мечта. Не удивляйся - Я ХОЧУ ВСЕХ УБИТЬ!

– Я тоже, бывает. И чё, с меня начать хочешь?

– Да не, ты сильный, я с тобой не справлюсь! Потом может, когда сил наберусь. Кормят плохо в дур…, в лечебных учреждениях, в общем. Я решил начать с одного сталкера, вряд ли ты его знаешь. Он, гад, мне на ногу наступил. И не извинился.

– Экий ты… интересный собеседник.

– Да-да, я часто с собой беседую!

– Да я не про это. А деньги у тебя есть. Покажь. Фигасе! Тока мне не говори, откуда они у тебя.

– Так возьмёшься?

Ответы:

– Ну, если по таким расценкам… Скока тебе завалить: пять, десять, двадцать?

– Не. Чё-то мне мой противогаз не рекомендует. Пойду ещё посоветуюсь с винтовкой и гранатами.

Фразы по поводу ВСЕХ заданий:

– Готово, сделал!

– Спасибо.

Или

– Не хочу я этим заниматься.

– Ладно.

Или

– Я над этим как раз сейчас работаю!

– Ну, работай!

МИНИАТЮРЫ

Выбор читателя

Думаете, это Вы выбираете, кого Вам читать?

Это мы выбираем, кому писать. Вставлю в название рассказа «Бог» - один круг читателей, вставлю Его противоположность, да ещё три шестёрки - другой. А добавлю «Хакер» или «Компьютер» - совсем другой. «Любовь», «Страсть», или «Поцелуй» - третий. Поэкспериментируйте на досуге.

В Средние Века, и даже чуть позже, люди знали толк в названиях. Оное из десяти-двенадцати компонентов считалось нормой, из двадцати-тридцати - шиком.

Слава Создателю, что подобное больше не практикуется. А то бы - и нам каждый раз головы ломать, и Вам - как выбрать?

Сомневаюсь

Все, кого мы любим

Всё, что мы знаем

Всё, что имеем

Велосипед, подаренный на день рождения

Первый поцелуй неловкий в щёчку

Машины и кареты

Самолёты и ракеты

Выпускной и армия

Свадьбы, крестины и похороны

Москва, Кремль и Путин

Планеты, спутники и астероиды

Земля и Солнце

Вся Вселенная

Всё это лишь сигналы-импульсы-состояния

В клетках-микросхемах нашего мозга???

Не верю.

Трудная работа

Работать маньяком нелегко. Во-первых, к лекарствам быстро привыкаешь. А без них - никак. Вот Вы попробуйте с живого человека кожу снять! Что, представили? А я не больший псих, чем многие из Вас.

А так, накачаешься секретным составом, и - море крови по колено. Каким составом? Не знаю. Лаборатория специальная есть где-то, нас обслуживающая. Да и меняется он всё время - к одному компоненту привыкнешь, другой вводят.

Потом - артистом надо быть. Творческая это работа, а, под наркозом какое творчество? Да, режиссёры специальные есть. Тоже где-то зарплату получает. Кто за всё это платит? Ну Вы даёте - масс медиа, конечно. Газеты, телевиденье. Нет, я не знаю, как договариваются и распределяют. Без меня это происходит.

Как такую работу получил? Нашли меня. Видать, по предыдущей работе впечатление оставил. Где работал? Литературным критиком.

Читать в состоянии аффекта

Некоторые произведения пишутся в состоянии сильного душевного подъёма. Вот так с вечера чего-нибудь наваяешь, а утром глянешь - ёлочки мои! Лучше б не писал. Потом опять ввечеру в нужной степени эйфористичности состояние войдёшь, перечитаешь - нормально! Потом снова с утра - ёлы…

А бывает, наоборот - в петельном настроении накатаешь вещицу, а на следующий день ужаснёшься, выкинешь и сотрёшь со всех носителей. Потом в следующем нуаре вспомнишь - а ведь классный был рассказец…

Вывод - текст нужно предварять предупреждением:

Читать в состоянии стресса

Читать в состоянии покоя

Читать в состоянии эйфории

Читать в состоянии алкогольного опьянения

И.т.д. Вот увидите - воспринимаемость текста возрастёт в разы! Да мы ведь подсознательно и сами это знаем: есть у нас книжки, что читаем, когда грустно, есть - когда устали…

Вот это и предлагаю узаконить. Организовать. Ввести систему рейтингов.

Правда, бывают ещё вещи, которые неинтересно читать ни в каком настроении. Но это - уже не к нам.

Я тебя люблю

Пуля останавливает мне сердце, но я не умираю. Мне ведь так много нужно сделать. Я отщёлкиваю магазин, и бью прикладом. Ещё. Ещё. Ломая руки, плечи и головы. Я пройду. Прошёл. Спрыгиваю с бетонных конструкций на асфальт, разбиваюсь. Плевать. Мне надо пройти ещё немного. В меня снова стреляют. Огнемёт - очень неприятная штука. Сгораю, возрождаюсь из пепла. Я не феникс, просто я не всё успел. Убиваю взглядом. Дальше. Ещё. Испуганные лица, забор. Колючая проволока. Разрываю. Дома, люди. Сколько я иду? Дошёл. Дверь. Прохожу сквозь сталь. Подхожу к тебе, и негромко говорю:

– Я люблю тебя.

В ответ слышу:

– А я тебя ненавижу!!!

И умираю.

Please, reboot

00000000011(005)

5 лет. Стою у речки, гляжу в тёмную воду. Жара-то какая! Делаю шаг, прыгаю. Неожиданная острая боль - на что-то напоролся. Барахтаюсь в краснеющей воде, вижу себя со стороны, правая нога насажена на длинную арматурину, уходящую вглубь. Замираю.

Correction: Brevity - 1, Water_Love -2

Return to last check point

5 лет. Стою у речки, гляжу в тёмную воду. Купаться неохота, да и нога чего-то заболела. А дома по телевизору мультики. Забыл какие…

0000001100(012)

Да он первый начал. Стою напротив Дениса. Он старше меня на год, выше, и шире в плечах. Не решаюсь ударить, пропускаю момент. Получаю плюху, лечу на землю, плачу. Бегу домой. Мамочка, почему мне так плохо???

Correction: Brevity + 1, Strength +2

Return to last check point

Да он первый начал! Бью правой в лицо, попадаю в нос. У Дениса течёт кровь. Добавляю с ноги. Что, хватит? Денис хнычет. Ощущаю резкий подъём сил. Хорошо-то как!!! Иду, широко расправив плечи, и подняв голову.

0000100011(019)

Здоровый какой! Бью под дых, получаю ответный. Падаю, собираюсь с силами, перекат, подножка, встал. Захват, коленом в бок, и ещё, и ещё, и ещё!!! Падает. Инга подбегает к нему, целует, обнимает за шею. Обжигает меня ненавистью. Уходят вместе.

Correction: Personality+ 1, Strength -1

Return to last check point

Здоровый, гад… Бью под дых, получаю такой, что захватывает дыхание. Корчусь, ухитряюсь встать, бью, не видя куда, отвечает, падаю. Прихожу в себя - Инга рядом, целует, вытирает платочком кровь со лба. Пошатываясь, встаю. Идём к ней.

0000100101(037)

Она лежит у меня на руках, лицо землисто-серое. Какого %%% я отправился в этот поход? Аппендицит в полевых условиях не лечится. Значит… Подношу руку к голове, захватываю горсть волос. Вырываю. Мне не больно…

Correction: DAYS -5, Conditions Changed, History Changed

Return to last check point

Она лежит под одеялом, вопросительно смотрит на меня. Врач качает головой:

– Нет-нет, ещё пару дней никаких фруктов!

Улыбается:

– Через недельку выпишем, тогда и поедите!

С недоумением разжимаю руки: на них земля.

0001000110(070)

Что-то я стал часто простывать. Надо встать. Закрыть окно. Рукой цепляюсь за шкаф. Больно!!!! Серд-це…

System error. Launch main program failed.

Please, reboot

Баллистика любви

Любовь попала прямо в сердце. По инерции я ещё сделал пару шагов, затем упал. Заваливаясь на бок, я чувствовал, как жизнь, бывшая только что безраздельно моей, скоропостижно меня покидает. Становится чьей-то ещё.

Приступы жара и холода, попеременно охватывающие всё тело, постепенно прекратились, сменившись ощущением покоя и… Неужели, счастья?

Смысл смерти

Когда не будет другого выхода.

И шевельнётся палец на спусковом крючке.

Сильное пробьет слабое.

И стрелки часов остановятся.

Вот только тогда ты поймёшь.

Что смысл смерти - ЖИЗНЬ.

ПУБЛИЦИСТИЗМЫ

На деревню дедушке

Дорогой Дедушка!

Пишет тебе Иван, а для тебя вечно внучок твой - Ванечка. Жизнь у меня нынче плохая, тяжёлая. В семье у нас теперь разброд, и нет порядку.

Всё чаще беспокоит дядя Сэм. Ладно, что чернеть начал, так и нам теперь так велит! Это говорит, политкультурно, что ль. Эх, забыл мудрёное слово.

А ещё грозится побить. Я его, конечно, не боюсь, дядю Фрица давеча ещё как отметелил, вот только здоровьишко уже не то. Ноги с руками отказывают - то они есть, а то и не чую их уже! А Том и Жак надсмехаются, говорят - твои ноги самостоятельными людьми стали! Побойтесь Бога, ироды окаянные, да как такое может быть! Да, прямо так я им и сказал.

А тётя Сука у меня рыбу ворует. Я ей уж и замечание боюсь сделать - щипается зело больно. Как ущипнёт - почитай, клока плоти лишился.

И дядя Сунь какой-то смурной, молчит, всё себе на уме. О чём думает, не знаю, но тревожно.

Дорогой Дедушка, ты уж не оставь заботой родного внука. Забери их всех отсюдова!!!

Куда: На Деревню

Кому: Дедушке

Отправитель: Иван

Копия: Проза.ру

Возможно всё

Итак, музыка - это наркотик. Когда-то (лучше поздно, чем рано) это дойдёт до власть предержащих. И тогда:

Будут закрыты роскошные притоны (Ла Скала, Большой Театр), запрещены произведения таких известных наркоделов, как Шуберт, Бах, Бетховен, а из учебников истории исчезнут их изображения. Также будут закрыты тысячи музыкальных школ и училищ.

Будет свёрнуто производство плееров и музыкальных центров, а уже имеющиеся станут изыматься или ставиться на учёт.

Меломаны побогаче станут ездить в Голландию, победнее - в Цыганию.

Заголовки газет будут выдержаны в духе:

«Несовершеннолетний меломан, наслушавшись Шуберта и Стравинского, вооружившись гитарой, разгромил детский сад. Малыши в шоке». Или «Меломан со стажем вынес из квартиры родителей всю мебель, чтобы купить диск Та-Ту». Или «В квартире опустившегося композитора обнаружен рояль».

На заборах отмороженные подростки будут рисовать ноты.

Прогрессивная молодежь будет ходить со значками «Скажи «нет» рэпу».

Будут проведены научные исследования, доказывающие, что под музыку Брамса хуже растут растения и доятся коровы.

Будут запрещёны фильм «Забытая мелодия для флейты» и книга «Соло для контрабаса с собакой». Слова «Скрипка», «Гармошка» и «Виолончель» станут матерными. Сами инструменты, захваченные в ходе облав, будут с предосторожностями сжигаться.

Скажете - невозможно? А политкорректность? А мультикультуральность? А феминизм и однополые свадьбы? В нашем мире - возможно всё!

Лучшие люди

По наблюдениям специалистов, на сегодняшний день лучшими в мире людьми являются ксеногомолесбиафроамериканоюдофеминомультикультурфилы.

Европейские ценности

– Понимаете,вам нужно приобщиться к европейским ценностям. Ваш путь развития неприемлем для цивилизованной Европы! А как обстоят у вас дела с демократией? Никак! У вас кровавая и жестокая диктатура! Пока не поздно, одумайтесь, и позвольте более цивилизованным народам вам помочь. Не сопротивляйтесь, мы ведь хотим для вас только добра! Вы поймите…

– Хватит болтать! Вернитесь в колонну!

Втянув голову в плечи, пленный фриц, хлюпая сапогами по осенней грязи, потрусил догонять своих.

СЛОВАРЬ МАЛОПОНЯТНЫХ И НЕПОНЯТНЫХ СЛОВ И ВЫРАЖЕНИЙ

А

АГБ (Агентство Государственной Безопасности) -В каждом уважающем себя киберромане должна быть организация, угнетающая свободу слова. Так вот, АГБ в «Охотнике» - это не такая организация.

АЖ (Ассоциация Жителей) - туземное название государства в ФКР «Истребитель».

Админ - администратор. Лицо, обладающее максимальным объёмом власти на данном ресурсе (сайте или форуме). Часто - владелец этого ресурса.

Б

Бан -запрещение пользователю появляться на сайте или форуме. Выдаётся администраторам или модератором ресурса за различные прегрешения, такие, как флуд, оверквот, и.т.д.

Бандиццкое Щастье - название газеты, выпускаемой кланом Бандиты в МПИ «Сталкер» в фантастическом киберромане «Охотник».

Баян(также байан или бойан) - уже упоминавшаяся, несвежая шутка или сообщение (произошло от старого анекдота («хоронили тещу, порвали два баяна») и небывалого всплеска остроумия на эту тему на сайте anekdot.ru, и не только на нём).

Бондор (Bondor) - литератор сообщества «Свободные Люди», автор многих произведений.

БФГ (BFG - Big Fucking Gun) - Самое мощное оружие в игре «Дум». Иносказательно: Сильная вещь, убойная штука.

В

ВР (Вирт, Виртуальная/Искусственная Реальность) -понятие противоположное Реалу/Реальному миру. Обычное место действия в киберроманах.

Г

Герцог Е…шев- Неофициальное название игры «Дюк Нюкем».

Главный герой/ГГ - персонаж, которому в данном произведении, как правило, достаётся наибольшее количество шишек, и/или пряников (иносказательно).

Д

ДОС - операционная система. По неподтверждённым слухам, для чего-то применяется продвинутыми хакерами

Дум (Doom) - Легендарная игра, одна из первых и лучших трёхмерных компьютерных «стрелялок». Фактически, прародительница жанра.

Е/Ё

Ёлы! -возглас выражения сильных эмоций -удивления, восхищения, испуга.

Ж

Жанры компьютерных игр -Вследствие того, что критерии принадлежности игры к тому или иному жанру не определены однозначно, классификация компьютерных игр недостаточно систематизирована, и в разных источниках данные о жанре конкретного проекта могут различаться. Тем не менее, существует консенсус, к которому пришли разработчики игр, и принадлежность игры к одному из основных жанров почти всегда можно определить однозначно. Наиболее популярные жанры (которые объединяют в себе множество поджанров): Шутер (Экшн), Симулятор, Стратегия, Ролевая игра, итд

И

Иванов-12 -космический истребитель далёкого будущего из киберромана «Истребитель».

Иджи (iji) -автор замечательных рассказов, литератор на форумах «Тень», Хьюманс/ТС.

Истребитель - 1.Фантастический роман 2.Главный герой одноимённого фантастического романа.

К

Киберпа?нк(англ. cyberpunk, от слов cybernetics - кибернетика и punk - отребье, панк) - поджанр научной фантастики, описывающий мир недалёкого будущего, в котором высокое технологическое развитие соседствует с глубоким социальным расслоением, нищетой, бесправием, уличной анархией в городских трущобах.

Киберроман - жанр. Исторически сложилось, что этим термином те обозначают произведения, значительная часть действия в которых происходит в Виртуальной Реальности. Имеет отличия от жанра Киберпанк.

Криатифф - искажённое от «креатив». Текст, который комментируют.

Л

Лут/Дроп - выпадающее из убитых игроков/монстров снаряжение

М

Мачиииии!!!! - любимый крик зомби в компьютерной игре С.Т.А.Л.К.Е.Р.

Модер - модератор

МПИ - мультиплеерная (многопользовательская) игра

Н

Ноо - фантастический роман, находится в стадии написания.

О

Оффтопик -сообщение, направленное не в тему.

Охотник - 1.Фантастический киберроман. 2. Главный герой одноимённого фантастического киберромана 3.Вымышленная компьютерная игра в ФКР «Охотник»

П

Плазмоган, плазмаган, «плазма»- традиционное оружие многих шутеров

Приват, прайвит - место для личной переписки на сайте/форуме

Р

Реал/Реальный Мир - странное, загадочное и редкопосещаемое место для действующих лиц киберроманов. Обычно заходят туда, чтобы поесть и поспать.

Рилм - вымышленная реальность, игровая, литературная или кинематографическая.

С

Свободное Творчество -см. ТС

Сержант (Сержант ВВС)- 1. Администратор форумов Хьюманс/ТС, автор многих произведений. Авторская страничка http://proza.ru/author.html?serjant 2. Один из главных героев романа «Истребитель» 3. Один из главных героев киберромана «Охотник»

Серый Брат (Grey Brother,GB) - литератор сообщества «Свободные Люди», автор произведения «Мир «Охотника».

С.Т.А.Л.К.Е.Р. (Сталкер) - Культовая, а теперь, пожалуй, уже и легендарная компьютерная игра, возможно, лучшая в своём жанре.

Т

«Творчество Сталкеров»- серия книг, выпускаемая сообществом «Свободные Люди». Данная книга является второй в этой серии.

ТС (Свободное Творчество) замечательный околоигровой литературный форум. Адрес: http://stalker-library.ucoz.ru/forum/ Братский форум Хьюманс: (Адрес: http://stalkerhuman.clan.su/forum/)

«Тень» - 1. (Тени, Тень Чернобыля) (http://www.shadow-of-chernobyl.ru/) самый популярный околоигровой ресурс по игре С.Т.А.Л.К.Е.Р.2. Тайная организация в киберромане «Охотник».

У

Убийца- модель боевого робота в ФКР «Охотник».

Уничтожитель- профессия, заключающаяся в истреблении инопланетных роботов за деньги. (КР «Истребитель»)

Учи албанский! - намёк на то, что писать по-русски или понимать русскую речь автор текста (либо другой комментатор) так и не научился. Первоначально выражение возникло в ЖЖ, где один американец (юзернейм в ЖЖ - scottishtiger), увидев текст на русском языке, имел неосторожность спросить, почему в международной системе livejournal.com кто-то пишет на непонятном ему языке и вообще что это за язык. В ответ русскоязычная часть ЖЖ устроила ему флеш-моб, в результате которого он получил за два дня десятки тысяч комментариев с предложением выучить албанский язык и извиниться, написав в своем журнале пост на русском языке о том, что он уже выучил албанский язык. Надо заметить, что это явилось первоклассным примером разводки или флейма, когда один человек смог своими редкими комментариями завести толпу, а другой - пропиарить акцию «Учи албанский» среди русских пользователей ЖЖ. В конце концов, американец вынужден был сдаться и выполнить требование толпы. Впрочем, сдался он не из-за того, что его ящик был переполнен, а журнал заполнен кучей фанатиков, а лишь из-за того, что он начал получать кучу SMS-ок и телефонных звонков, за которые вынужден был платить реальные деньги. Оригинал этой переписки до сих пор можно найти в интернете.

Ф

Флуд - недержание речи в Интернет

ФКР - фантастический киберроман (см.)

Х

Хакер- человек, использующий Интернет для незаконного личного обогащения и/или развлечения путём изготовления/применения специализированных компьютерных программ - вирусов, троянов, и.т.д.

Хуманс (Хьюманс) - замечательный околоигровой литературный форум. Адрес: http://stalkerhuman.clan.su/forum/ Братский форум ТС (Адрес: http://stalker-library.ucoz.ru/forum/)

Хэдшот (комп.игр.) - выстрел в голову.

Ц

Цивилизатор - вымышленная компьютерная игра в ФКР «Охотник»

Ш

Шотган - дробовик. Любимое оружие думера.

Шутер - компьютерная игра, смысл которой заключается в отстреливании врагов. Хорошее средство для снятия стресса после работы.

Щ

Щастье, Бандиццкое - название газеты в ФКР «Охотник», см. Бандиццкое Щастье

Э

Эйрон - 1. Персонаж киберромана «Охотник». 2. Пользователь форумов «Тень», Хьюманс/ТС. Писатель, автор рассказа «Цербер» и других.

Ю

Юзер - пользователь

Content

Густов Вячеслав Охотник

ПРЕДИСЛОВИЕ

…от Игоря Сержанта

…от Валерия Беляева

…от Алексея Патрушева и Олега Орлова.

ФАНТАСТИКА

Истребитель

Глава 1

Первая зачистка

Технология любви

Зачистка №2

День третий

Объект класса 7

Бар

О роботах, медицине, и семейном счастье

Наезд

Контакт

Большой шаг для человека

Возвращение к корням

Вперёд, рахиты!

Зов Космоса

Битва

Во имя мира

Л - значит люди

Синтетическое счастье

Некоторые аспекты психофизиологии

Боевая дипломатия

Экскурс в культуру

Битва гигантов

Передышка перед боем

Ностальгия

Маленькие разборки больших роботов

Государство - это мы

Пираты!

Охота

День защиты детей

Климатический рай

Не дышите на шедевр!

Окультуриваться надо!

Культуртрегер

Бремя славы

Химия тела

О разном

Любовь

Служба

Расследование

Охотник

Глава 1

Глава 2

Глава 3.

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Охотник - Отдельная глава

Начало локации «Наша Гаша»

Переход на локацию «Невероятно, но фак»

Локация «Тхэк-В-Ондо».

Н О О

СМЫСЛ ЖИЗНИ

Вечернее настроение

Диалог с жизнью

Доказательство от противного

Доказательство от противного-2

Правильный вопрос

Не от мира сего

Смысл Жизни

Начнём?

Нас двое

СТАЛКЕРСКИЕ РАССКАЗЫ

Водопой для…

Киса

Военный сталкер. Прогулка

Военный сталкер. Умное лицо

Военный сталкер. Охота

Завтрак туриста

Колыбельная для кровососа

Никчёма

Сеанс

Ужин

Хороший день

Час кота

АНЕКДОТЫ

АНЕКДОТЫ по Фоллауту-3

Истории сталкеров-ветеранов о легендах зоны - Монолит, Выжигатель, Загадка Зоны, разгадки, и.т.д.

Квесты для модов Перейро и СоЦ Тим

МИНИАТЮРЫ

Выбор читателя

Сомневаюсь

Трудная работа

Читать в состоянии аффекта

Я тебя люблю

Please, reboot

Баллистика любви

Смысл смерти

ПУБЛИЦИСТИЗМЫ

На деревню дедушке

Возможно всё

Лучшие люди

Европейские ценности

СЛОВАРЬ МАЛОПОНЯТНЫХ И НЕПОНЯТНЫХ СЛОВ И ВЫРАЖЕНИЙ