Вэнс Джек

Город Кешей

ПРОЛОГ

В одном из иллюминаторов "Эксппоратора IV" мерцала очень светлая стареющая звезда Карина 4269, в другом виднелась ее единственная планета, окутанная тяжелым атмосферным покрывалом. Достойным внимания у этой звезды был лишь ее необычно ярко-желтый свет, рассеивавшийся вокруг. Планета была немногим больше Земли, но вокруг нее вращались две маленькие луны. Это было типичное небесное тело класса К-2, однако людям, наблюдавшим его с борта "Эксплоратора IV", оно казалось таинственным и загадочным.

В командном отсеке находились капитан Мэрин, его первый помощник Дил и второй помощник Валгрейв. Все трое, одетые в одинаковую белую форму, были почти одного роста, отличались выправкой, способностью быстро и точно реагировать. И хотя зачастую прибегали к шутливому способу общения между собой, мыслили по-разному Сейчас они пытались рассмотреть планету через сканоскопы-фото-бинокли с огромной кратностью увеличения.

— На первый взгляд, планета обитаема, — заметил Валгрейв, — эти облака почти наверняка состоят из водяного конденсата.

— Если какая-то цивилизация посылает сигналы, — сказал Дил, — мы невольно должны согласиться с тем, что планета скорее всего обитаема. А раз это так, то должны объявиться и обитатели.

Капитан Мэрин тихонько засмеялся:

— А вот здесь ваша практически безупречная логика грешит! Мы удалены от Земли на 212 световых лет. Сигналы мы приняли двенадцать пет назад, то есть они были посланы два века тому назад. Обратите внимание еще и на то, что они неожиданно оборвались. Эта пригодная для обитания планета, возможно, действительно обитаема, что вовсе не значит, будто существует лишь два варианта ответа.

Дил согласно кивнул, но затем покачал головой:

— Следуя такой логике, мы не можем утверждать даже того, что и Земля обитаема. Имеющиеся у нас факты — слабые доказательства…

"Бип-бип-бип", — заработало бортовое переговорное устройство.

— Да! — откликнулся капитан Мэрин.

Дент, техник связи, сообщил в командный отсек — Я только что зарегистрировал поле колебаний. Возможно, оно искусственного происхождения, но подключиться к нему я не могу. Может быть, это своеобразный радар. Мэрин нахмурил брови и почесал нос.

— Я вышлю вниз разведчиков, а потом мы отойдем, Он ввел специальный код и отдал приказ разведчикам:

— Как можно скорее. Нас обнаружили. Встретимся в системе оси, точка Д, как Денеб.

— Ясно, сэр. Вверх по системе оси, точка Д, как Денеб. Дайте нам три минуты.

Командир Мэрин подошел к макроскопу и отыскал на длине разных волн поверхность планеты. "Примерно на трех тысячах ангстрем имеется окно. Плохо, очень плохо. Разведчикам предстоит большая работа".

— Я рад. что никогда не учился на разведчика, — заметил Валгрейв, — в противном случае, мне тоже пришлось бы спускаться на поверхность этой неизвестной и, возможно, опасной планеты.

— На разведчиков не учатся, ими рождаются, — сказал Дил-Разведчик это наполовину акробат, наполовину ученый, наполовину взломщик…

— Не слишком ли много половин?

— Тем не менее, эти половины можно перечислять еще долго. Разведчик это человек, любящий приключения.

Разведчиков "Эксплоратора IV" звали Адам Рейт и Пол Вондер. Оба находчивые, сильные и чрезвычайно ловкие. Но на этом сходство заканчивалось.

Рейт был чуть выше среднего роста, темноволосый, с широким лбом и выступающими скулами, на которых иногда играли желваки, В отличие от него Вондер был коренастым, с несколько редковатыми светлыми волосами и невыразительным лицом, трудно поддающимся описанию. Он был старше Рейта на несколько лет, но, несмотря на это. Рейт был рангом выше и являлся командиром корабля-разведчика. Разведывательный корабль длиной в десять метров представлял собой миниатюрную копию основного и висел под корпусом корабля-матки.

Примерно через две минуты разведчики были на борту своего небольшого корабля, Вондер сразу же занялся приборами, тогда как Рейт, расстыковав корабль, нажал на кнопку запуска. Разведывательный корабль отделился от большого черного корпуса. Рейт занял свое место и неожиданно, краем глаза, уловил какое-то движение. Серая тень скользнула со стороны планеты, и глаза тотчас ослепила яркая пурпурно-белая вспышка. Несмотря на ускорение, маленький корабль вздрогнул, и Вондер изо всех сил вцепился в ручку ограничителя. Корабль-разведчик быстро приближался к планете.

Там. где только что находился "Эксплоратор IV", возникла странная картина: между носом и кормой корабля образовалась бездна, в которой плавали какие-то крепления: в этой пустоте сверкала старая ярко-желтая звезда Карина 4269.

Командир Мэрин. первый помощник Дил, второй помощник Валгрейв и остальные члены экипажа плыли в пространстве, превратившись в углеродные, кислородные и водородные атомы. Их индивидуальности, их шутливая манера изложения мыслей превратились теперь лишь в воспоминания.

Глава 1

Ударной волной корабль-разведчик развернуло кормой вперед и понесло навстречу серо-коричневой атмосфере планеты. Адам Рейт и Пол Вондер перекатывались от одной переборки к другой.

Находясь в полубессознательном состоянии, Рейт все же сумел за что-то ухватиться. Дотянувшись до приборной доски, он включил стабилизатор. Вместо привычного тихого жужжания послышалось шипение и стук, но вращение корабля прекратилось. Рейт и Вондер сели на свои места и пристегнулись.

— Ты видел весь этот ужас? — спросил Рейт.

— Торпеда.

Рейт кивнул:

— Планета обитаема, — И я бы не сказал, что ее обитатели отличаются гостеприимством.

Довольно жесткий прием.

— Уж очень мы далеко от дома. — Рейт посмотрел на бездействующие приборы и потухшие сигнальные лампы, — Кажется, ничего не работает. Если не удастся срочно произвести кое-какой ремонт, наверняка разобьемся.

Прихрамывая, он прошел в машинное отделение и обнаружил, что плохо закрепленная запасная энергетическая батарея разбила блок выключателей. Итог — хаос из порванных проводов, разбитых кристаллов и сплавившихся соединений.

— Я смогу это починить, — сказал Рейт заглянувшему следом Вондеру. Если нам повезет, то месяца за два. И при условии, что запчасти в порядке.

— Два месяца — это довольно долго, — ответил Вондер. — Самое позднее через два часа мы войдем в атмосферу.

— Тогда за работу.

Через два часа они без особого энтузиазма разглядывали свое произведение.

— Если повезет, то мы все-таки где-то приземлимся, — угрюмо произнес Рейт, — Иди в рубку и включи эти штуковины. А я посмотрю, что из этого получится.

Прошла минута. Загудели тормозные дюзы, и Рейт почувствовал давление тяжести. Он надеялся, что наспех сцепленные узлы продержатся хоть какое-то время. Возвратившись на свое место, он спросил:

— Ну что?

— Не так уж плохо. Примерно через полчаса мы войдем в атмосферу со скоростью чуть меньше критической. Надеюсь, что нам удастся совершить мягкую посадку. В перспективе дела выглядят не важно… Тот, кто попал торпедой в корабль, может следить за нами при помощи радаров. И что же дальше?

— Ничего хорошего, — согласился Рейт.

Планета быстро увеличивалась. Перед ними вырисовывался мир в цветовом отношении более темный и грустный, чем Земля. Струившийся над планетой приглушенный золотистый свет не делал картину привлекательнее. Уже можно было различить континенты и океаны, облака и штормы — перед ними разворачивалась панорама стареющей планеты.

За бортом раздался свист, температура быстро поднялась до критической отметки. Рейт осторожно прибавил энергии в защитном поле. Корабль замедлил движение, стрелка на приборе задрожала и вернулась, наконец, в нормальное положение. В машинном отделении что-то щелкнуло, и корабль снова стал беспомощно падать на планету.

— Мы возвратились к тому же, с чего начали, — пробормотал Рейт. Сейчас мы выпустим закрылки на несущей поверхности. Будет лучше, если пригнемся к креслам катапульты. — Выдвинув боковые подкрылки, он удлинил горизонтальные и вертикальные стабилизаторы, так что корабль из свободного падения перешел в снижающееся планирование. — Что представляет собой атмосфера? — спросил он.

Вондер посмотрел на показания анализатора: "Пригодна для дыхания.

Похожа на земную".

— Хоть какое-то утешение, — отметил с облегчением Вондер. Они прильнули к сканоскопам и смогли, наконец, различить отдельные детали. Под ними простиралась широкая равнина или степь, кое-где покрытая невысокими холмами и растительностью.

— Никаких следов цивилизации, — определил Вондер- Во всяком случае, под нами ничего не наблюдается. Может быть, там, впереди, на горизонте…

Эти серые пятна… Если нам удастся посадить корабль и никто не помешает пока будем ремонтировать систему контроля, то сможем неплохо подготовиться… Но этих подкрылков совершенно недостаточно для быстрой посадки. Было бы правильнее с максимальной осторожностью спланировать вниз и в последний момент катапультировать.

— Разумно. — согласился с ним Вондер и сообщил. — Это напоминает лес.

Во всяком случае, растительность — идеальное место для аварийной посадки…

— Ну что ж, тогда вниз, — сказал Рейт. Корабль пошел вниз, поверхность неслась прямо на них. Впереди возникло что-то вроде опушки темного леса.

— При счете «три» катапультируемся, — сказал Рейт. Он немного поднял корабль, чтобы замедлить скорость падения. — Раз… два… три… Пошли!

Заслонки катапульты отодвинулись, и кресла выбросило наружу. Рейт скользнул в пустоту: "Где же Вондер? Либо не раскрылся его парашют, либо зацепилось кресло". Он бросил взгляд на корабль. Действительно. Вондер беспомощно повис за его бортом. Парашют Рейта раскрылся, и он раскачивался на нем из стороны в сторону. Снижаясь, он зацепился за сук и застрял на дереве. От боли он чуть не потерял сознание. Рейт видел, как корабль, пролетев сквозь деревья, упал в болото. Пол Вондер по-прежнему неподвижно висел на ремнях. Горячий металл потрескивал, под кораблем что-то шипело А вокруг царила абсолютная тишина.

Рейт пошевелился. Движение вызвало резкую боль в плечах и груди. Рейт завис примерно в пятнадцати метрах от поверхности на дереве с блестящими черными ветками и стройным черным стволом, дрожавшим от каждого его движения. Как он отметил ранее, солнце здесь было более мутным и желтым, чем на Земле, и все предметы отбрасывали коричневые тени. Воздух был пропитан неизвестными ароматами. Через пробитую кораблем просеку ему было видно болото, Вондер, висевший головой вниз в люке катапульты. Его лицо от поверхности болота отделяло расстояние всего в одну ладонь. Если болото и дальше будет засасывать корабль, он несомненно захлебнется Рейт снова лихорадочно попытался избавиться от ремней. Но от боли у него закружилась голова, и он на какое-то мгновение потерял сознание.

Руки стали ватными, и когда он попробовал их поднять, послышался хруст в плечевых суставах. Ему никак не удавалось освободиться от катапультного оборудования, чтобы помочь Вондеру. Был ли он жив? На расстоянии это нельзя было определить. Но ему показалось, что товарищ слегка пошевелился. Рейт продолжал следить за ним.

Вондер медленно погружался в болото.

В кресле катапульты было необходимое оснащение с оружием и инструментами. Чтобы дотянуться до них, Рейту пришлось расстегнуть один ремень. Но из-за сломанных костей дотянуться ему все же не удалось. Если бы он освободился от строп, то свалился бы вниз и, возможно, погиб. Однако сейчас это неважно, как и то, сломана у него ключица или нет. Он должен открыть кресло, чтобы взять оттуда нож и канат.

Невдалеке послышался звук ударов дерева о дерево. Рейт замер. Группа вооруженных людей с непривычно длинными рапирами и тяжелыми ручными катапультами прошла внизу так тихо, будто парила над поверхностью.

Рейт был ошеломлен и подумал, что это галлюцинации. Повсюду в космосе ему приходилось встречать двуногих существ, являющихся в большей или меньшей степени гуманоидами. Эти же были настоящими людьми: с суровыми лицами, светло-желтой кожей, светлыми, коричневыми или сероватыми волосами и пышными длинными усами. Их одежда выглядела довольно необычно: свободные штаны из черно-коричневого полотна, темно-синие или темно-красные рубахи, жилеты из сотканных металлических нитей и короткие черные накидки. Головные уборы из черной кожи с клапанами для ушей выглядели довольно мятыми и складчатыми. На их высокой передней части были закреплены круглые, размером с ладонь, серебряные эмблемы.

"Варварские воины, — удивленно подумал Рейт, — бродячая банда головорезов. Но, тем не менее, настоящие люди. И это на неизвестной планете, удаленной от Земли на двести световых лет".

Тихо и чрезвычайно осторожно двигались воины под ним. Они остановились в тени, чтобы рассмотреть корабль. Затем их предводитель. безусый и очень молодой человек, значительно моложе всех остальных, посмотрел на небо. Три воина постарше подошли к нему. К их головным уборам были прикреплены шары из розового и голубого стекла. Они тоже внимательно посмотрели на небо. Юноша кивнул остальным, и все приблизились к кораблю.

Пол Вондер в слабом приветствии поднял руку, Один из людей со стеклянным шаром на головном уборе вскинул свою катапульту, но молодой человек что-то сердито ему крикнул, и тот мрачно отступил. Тогда другой воин обрезал стропы парашюта, и Вондер упал в болото.

Юноша отдал какой-то приказ, и Вондера перенесли на сухое место.

Затем юноша решил осмотреть корабль. Смело забравшись на корпус, он через люк катапульты заглянул внутрь.

Старшие воины с голубыми и розовыми шарами остались стоять в тени и принялись шептаться друг с другом. Время от времени они бросали на Вондера мрачные взгляды. Один из них, словно протестуя, приложил руку к эмблеме на своем головном уборе. Казалось, что это прикосновение прибавило ему решимости. Он двинулся к Вондеру, вытащил рапиру и с силой опустил ее вниз.

К ужасу Рейта, голова Вондера отскочила от тела. и брызнувшая кровь оросила черную почву.

Юноша, видимо, что-то почувствовав, обернулся, затем с бешеным криком он спрыгнул вниз и помчался к убийце, на ходу вытаскивая свою рапиру.

Приблизившись к нему. он гибким концом рапиры сбил эмблему с его головного убора, после чего поднял ее с земли, со злостью проткнул мягкое серебро ножом, который вытащил из голенища сапога, и с потоком громких слов бросил эмблему под ноги убийце. Тот нагнулся, поднял ее и с угрюмым видом покинул круг своих товарищей.

Издалека послышался крик. Воины в ответ тоже закричали. Это могло быть просто церемониальным ответом, либо выражением страха или предупреждением об опасности, так как все сразу же потянулись назад в лес.

На небольшой высоте появился летательный аппарат. Сначала он ненадолго завис в воздухе, а затем снизился. Аппарат представлял собой воздушный плот длиной около пятнадцати и шириной около шести метров, управляемый из богато украшенной кормовой башни. На корме и носу на витых столбах висели огромные фонари. Края площадки были обнесены высокой балюстрадой. Около двух десятков пассажиров опирались на нее, топкая друг друга и, по всей видимости, рискуя свалиться через заграждение вниз.

С затаенным дыханием Рейт наблюдал, как плот приземлился возле космического корабля. Пассажиры быстро спрыгнули на землю. Они были двух видов: люди и не люди, хотя разница на первый взгляд в глаза не бросалась.

Не люди — позднее Рейт узнал, что это были синие кеши — передвигались, будто деревянные, и на своих коротких ногах казались несколько беспомощными.

Сами существа были массивны, выглядели сильными и были покрыты чешуей, похожей на шишки. Каждая чешуйка заканчивалась заостренной синей конечностью. Торс был клиновидным, а над плечами возвышался хитиновый панцирь, не соединяющийся со скелетом, который переходил в щит, прикрывающий спину. Череп снизу был остроконечным. Тяжелый лоб нависал над глазными впадинами, в которых блестели металлические глаза; он прикрывал также и очень сложное носовое отверстие.

Люди были похожи на синих кешей настолько, насколько это позволяли раса и манеры: они тоже были маленькими, коренастыми с саблевидными ногами. Их лица, почти без подбородков, выглядели сплющенными; сужающиеся книзу и волнистые на лбу черепа казались какими-то неестественными. Их штаны и куртки были покрыты чешуей.

Кеши и кеш-люди подбежали к кораблю, издавая писклявые гортанные звуки.

Некоторые вскарабкивались на корпус, заглядывали внутрь, другие, обследовав голову и туловище Пола Вондера, потащили их к своему плоту.

Из контрольной башни раздались сигналы тревоги. Синие кеши и кеш-люди, взглянув на небо, торопливо перетащили плот под деревья из поля зрения Рейта. Небольшое пространство снова опустело.

Прошло несколько минут. Рейт закрыл глаза в надежде очнуться от этого кошмара и снова оказаться на борту «Эксплоратора».

Из мучительного полусна его вывел гул мотора. С неба спускался еще один летательный аппарат — воздушный корабль, который, как и плот, не отвечал никаким законам аэродинамики. Сооружение имело три палубы, центральную ротонду, несколько балконов из черного дерева и меди, замысловатый нос, наблюдательные башни, бойницы и вертикальные стабилизаторы с черно-золотыми регалиями. Какое-то время корабль висел в воздухе, пока любопытные с палубы пристально рассматривали космический корабль Среди них были существа, явно не люди, высокого роста, безволосые, с кожей пергаментного цвета. Двигались они медленно и элегантно. Остальные, явно их подчиненные, были людьми, но такими же высокими, худыми, безволосыми. с длинными руками и ногами, каким-то овечьими лицами. Движения их были так же элегантны, как и у их хозяев. Обе расы носили искусно отделанные одежды с лентами, каймами, перевязями и оборками. Позднее Рейт узнал, что этих не людей называли дирдирами, а их подчиненных дирдир-людьми. Оглушенный обрушившимися на него неожиданностями, он смотрел на воздушный корабль. дирдиров без особого удивления, хотя его иногда и пронизывала мысль, что, возможно, именно эти длинные бледные существа или те, что были на площадке до них, уничтожили его корабль и стали свидетелями крушения его маленькой ракеты.

Дирдиры и дирдир-люди с явным любопытством обследовали космический корабль. Вдруг один из них заметил следы воздушного плота кешей, и это открытие возымело моментальные последствия. Из леса вылетел заряд пурпурно-белой энергии, и дирдиры с дирдир-людьми, дергаясь, упали на землю.

Кеши и их люди побежали к воздушному кораблю, бросая в него штурмовые топоры.

Дирдиры открыли огонь только из своего ручного оружия, извергавшего клубы оранжевой плазмы и фиолетового пламени. Кеши и кеш-люди растворялись в этом фиолетово-оранжевом сверкании. Корабль дирдиров поднялся в воздух, но его держали канаты, привязанные к штурмовым топорам. Дирдир-люди обрубывали их ножами и расстреливали нападавших из энергетических пистолетов. Наконец корабль освободился, что вызвало бурное разочарование кешей.

В тридцати метрах от поверхности дирдиры направили на лес тяжелые плазменные излучатели и прожгли в нем широкие просеки. Но уничтожить плот им не удалось. Они, в свою очередь, были обстреляны из больших мортир. Первый снаряд пролетел мимо, но второй попал прямо в киль. Корабль задрожал, дернулся вверх, качнулся влево, вправо и неожиданно перевернулся вверх дном.

Дирдиры и дирдир-люди упали вниз, как дохлые мухи, а корабль, сделав крюк, исчез на юго-востоке.

Кеши и кеш-люди, выйдя из укрытия, проводили корабль дирдиров взглядами. Плот взлетел прямо из леса и завис над космическим кораблем.

Сверху спустили захватные крюки и вытащили его из болота. Кеши и кеш-люди вскарабкались на плот. Он поднялся вверх и, неся космический корабль под собой, растворился в северо-восточном направлении.

Прошло некоторое время. Рейт находился по-прежнему в полубессознательном состоянии, продолжая висеть на ремнях. Солнце скрылось за лесом, сгустились сумерки.

Варвары вернулись на поляну. Они обследовали территорию, посмотрели на небо и собрались уходить.

Рейт издал хриплый вопль. Воины подняли свои катапульты, но юноша остановил их резким жестом и отдал какой-то приказ. Два человека, вскарабкавшись на дерево, обрезали парашютные стропы. Кресло катапульты и аварийный комплект остались висеть на ветвях.

Без особой осторожности Рейта уложили на землю, и резкая боль в плечах на миг лишила его сознания. Переговариваясь между собой, над ним склонились несколько человек. Согласные звуки в их речи были очень твердыми, а гласные растянутыми. Его подняли и положили на носилки. Почувствовав движение скользящих шагов, Рейт снова потерял сознание, а, может, просто заснул.

Глава 2

Рейт очнулся от звуков голосов и бликов костра. Он медленно повел глазами вокруг. Над ним висело нечто вроде балдахина, а слева и справа от него сияли звезды и незнакомые созвездия. Значит, все это было наяву и никакой это не сон. Медленно, как бы по частям, вбирал в себя Рейт окружающую действительность. Он лежал на сплетенной из камыша подстилке, источавшей запах растений и человека. Рубашку с него сняли, а сломанные плечи упаковали в панцирь из ивовых прутьев. Попытка поднять голову и осмотреться принесла нестерпимую боль. Балдахин был устроен из металлических столбов и натянутой между ними ткани. "Какой парадокс, думал Рейт, — для изготовления металлических столбов нужны высокие технические знания. Тем не менее, оружие и поведение этих людей, без сомнения, варварские". Он попробовал повернуться к костру, но напряжение оказалось слишком велико, и он откинулся назад.

Судя по звездам, лагерь был разбит на открытой местности. Что же будет с его аварийным комплектом и сидением катапульты? Рейт с сожалением подумал о том, что они, быть может, все еще продолжают висеть на дереве. Сейчас он вооружен лишь своим опытом, на который мог положиться. Теперь он был вдвойне рад, что прошел полную подготовку разведчика, которую считал раньше чересчур сложной. Во время подготовки он накопил массу необходимых знаний по языкам и теории контактов, астронавтике, космической и энергетической технологиям, биометрике, метеорологии, геологии и токсикологии. Он освоил теорию и всевозможные способы выживания. Кроме того, изучал теорию оружия, нападение и оборону, самообеспечение. энергетику и технику воздухоплавания, механику космических полетов, ремонт электронной аппаратуры, а также, что было чрезвычайно важным, импровизацию. Если его не убьют сразу, как Пола Вондера, у него остаются неплохие виды на выживание. Правда, зачем? Шансы снова попасть на Землю были абсолютно ничтожны. Поэтому его интерес к этой планете тоже не был особенно велик.

Какая-то тень упала на лицо. Рейт увидел юношу, спасшего ему жизнь. Тот встал перед ним на колени и подвинул большую миску с овсяной кашей.

— Большое спасибо, — сказал Рейт, — Но я думаю, что не смогу есть. Эти повязки мне мешают.

Юноша что-то сказал, и это прозвучало довольно резко. Лицо молодого человека, которому вряд ли было больше шестнадцати лет, казалось слишком серьезным и строгим.

Рейту стоило огромных усилий приподняться на локтях и взять миску.

Юноша встал рядом, наблюдая, как Рейт пытается есть. Но из этого ничего не получилось. Тогда он повернулся и резким голосом отдал приказ. Быстро приблизившись, маленькая девочка нагнулась, взяла миску и принялась очень заботливо кормить Рейта, Очевидно. Рейт был для юноши такой же загадкой, как и юноша для Рейта.

Мужчины и женщины на планете, удаленной от Земли на двести световых лет.

Невероятно! Одна ложка каши за другой отправлялась ему в рот. Девочке было лет восемь, она была одета в не очень чистую рваную одежду, напоминавшую ночную рубашку. Несколько мужчин племени подошли поближе и наблюдали за ними. Казалось, юноша не слушал, о чем они говорили.

Миска опустела, и девочка поднесла к губам Рейта кружку с кислым напитком. Рейт выпил, хотя это вызвало у него неприятное ощущение, Спасибо, — сказал он девочке, которая улыбнулась и очень быстро исчезла.

Рейт снова упал на подстилку. Юноша резким тоном задал ему какой-то вопрос.

— Очень жаль. — ответил Рейт. — Я не понимаю. Но, пожалуйста, не сердитесь. Мне сейчас очень нужен друг.

Сказав что-то еще, юноша ушел Рейт попробовал заснуть. Костер стал тлеть, лагерь затих Издалека до Рейта донесся слабый звук: то ли вой. то ли свист. В ответ раздался еще такой же звук. затем множество звуков, превратившихся в многоголосое пение. Рейт приподнялся на локтях и увидел две луны почти одного размера. Одна из них была розовой, а вторая бледно-голубой. Они взошли прямо над восточным горизонтом, Чуть позже послышалось жалобное пение где-то совсем рядом. Рейт удивленно прислушался. Что это, голос женщины? Зазвучали и другие голоса, присоединившись к нему.

Через некоторое время пение прекратилось. В лагере воцарилась тишина, и Рейт уснул.

Утром Рейт внимательно стал разглядывать лагерь. Он находился в низине между двумя невысокими горными цепями, протянувшимися далеко на восток.

Каждое утро четыре молодых воина в длинных коричневых плащах садились на маленькие электрические мотоциклы и разъезжались в разных направлениях по пустыне. Вечером они возвращались и представляли свои донесения Трезу Онмале — молодому предводителю племени. Кроме того. каждое утро мальчика лет восьми поднимали вверх в смотровой корзине. Ближе к вечеру, когда стихал ветер, корзину с наблюдателем опускали. Часто мальчишка зарабатывал при приземлении шишки и синяки. Но люди, обслуживавшие корзину, казалось, больше заботились о ней, чем о безопасности маленького наблюдателя. Корзина была из четырехкрылого, натянутого на четыре палки брезента, напоминающего воздушного змея.

По утрам с восточного горного массива доносился ужасный визг, продолжавшийся примерно полчаса. Позже Рейт узнал, что визг этот издавало стадо многоногих животных, снабжавших племя мясом. Каждый день скотобойщица племени, крупная сильная женщина, шла с массивным топором и ножом по стаду и отрезала три или четыре ноги. При случае она отхватывала еще и кусок мяса со спины или. сделав надрез, вынимала потроха. Ноги у животных отрастали снова, но они сопротивлялись, когда им лезли во внутренности.

Тем временем плечи Рейта понемногу заживали. Какое-то время ему приходилось общаться только с женщинами — группой совершенно бездушных существ, и с Трезом Онмале, проводившем около него много времени по утрам, говорившим с ним, следившим за процессом выздоровления и, наконец, обучавшим его языку. Язык синтаксически был очень правильным, но весьма сложным в выражении чувств, взглядов и возражений. Скоро Рейт уже мог сносно на нем объясняться. Трез Онмале с чрезвычайной для его возраста серьезностью исправлял каждую ошибку и всякий раз открывал Рейту новые тонкости языка.

Рейт узнал, что планета, на которой он оказался, называется Чай, а луны — Эз и Брез. Племя называлось Крат, но его представителей называли еще и эмблемными людьми по серебряным, медным, каменным или деревянным значкам, крепящимся на головных уборах. Положение человека определяла его эмблема, которая была якобы полубожественного происхождения. Каждая имела свое название. историю, характерные свойства и ранг. Таким образом, человек не просто носил эмблему: она давала ему имя и определяла его роль в племени.

Самой важной и влиятельной эмблемой была Онмале. Ее носил Трез, который до того, как завоевал эмблему, был простым представителем племени. Онмале воплощала мудрость, силу, ловкость и другие, трудно определяемые добродетели кратов. Если представитель племени убивал мужчину, он забирал его эмблему или делал для себя новую. Новая эмблема еще не обладала качествами или добродетелями племени, пока хозяин ее участием в битвах не завоевывал определенный статус. Если эмблема меняла владельца, он автоматически перенимал ее персональные качества. Некоторые эмблемы противопоставляли другим и, если человек завоевывал ее, он, вместе с этим, становился врагом другой эмблемы. Иные эмблемы имели возраст в несколько тысяч лет и всеобъемлющую историю; за некоторыми закрепилась слава приносящих несчастье и приговаривающих к смерти. Другие вынуждали обладателя к особой жестокости и неописуемой дерзости. Каждый крат очень гордился своей эмблемой, так как без нее ни у кого не было ни лица. ни положения, ни определенной задачи. Он был тем, кем чувствовал себя Рейт презренным или женщиной, что на языке кратов обозначалось одним и тем же словом.

Рейту казалось странным, что эмблемное племя считало его человеком из отдаленной части Чая. К космическому кораблю, у которого его обнаружили, они не испытывали никакого почтения. Они считали Рейта слугой какой-то не известной им нечеловеческой расы, как кеш-люди у кешей или дирдир-люди у дирдиров.

Когда Трез объяснил это Рейту, тот возмутился.

— Я с Земли! — заявил он, задетый за живое. — Это далекая планета. И мы никем не порабощены.

— А кто же тогда построил космический корабль? — с сомнением спросил Трез Онмале — Конечно же земные люди, Трез Онмале недоверчиво покачал головой.

— Как люди могут быть так далеко от Чая? Рейт горько засмеялся:

— Этот вопрос я тоже часто себе задаю: как люди попали на Чай?

— Происхождение людей абсолютно ясно, — ответил ему Трез Онмале. Этому нас учат еще до того, как мы начинаем говорить. Неужели ты не знаешь этого?

— Мы на Земле знаем, что люди развились из более ранних форм жизни, из млекопитающих А еще раньше — из одноклеточных организмов.

Трез Онмале бросил сердитый взгляд на работавших поблизости женщин и сделал резкий жест:

— Исчезните отсюда! У нас мужской разговор! Женщины со своей болтовней исчезли, и Трез Онмале с отвращением посмотрел им вслед.

— Сейчас эта глупость разнесется по всему лагерю, и колдуны будут недовольны. Я объясню тебе настоящее происхождение людей. Ты уже видел луны.

Розовая называется Эз — родина благословенных. Голубая луна Брез место мук и сомнений, куда попадают плохие люди, особенно те, кто обесчестил свою эмблему. Когда-то, очень давно, две луны столкнулись. Тысячи людей упали оттуда на Чай и попытались снова вернуться на Эз — как хорошие, так и плохие. Но судьи, черпающие свою мудрость из шаров, которые они носят, отделяют плохих людей от хороших и отсыпают их в известное им место.

— Как интересно! — воскликнул Рейт. — Но как же обстоит депо с кешами и дирдирами?

— Они не люди. Они пришли на Чай со звезд так же, как и вонки.

Кеш-люди и дирдир-люди — грязные гибриды. Пнумы и фанги — это выброс северных пещер. Всех их мы с удовольствием убиваем — Он искоса посмотрел на Рейта — Если ты происходишь из иного мира, а не с Чая, то ты не можешь быть человеком, и я должен разрешить убить тебя.

— Мне это кажется довольно негостеприимным, — возразил Рейт. — В конце концов, я ничего плохого вам не сделал.

Жест Треза Онмале должен был выразить мысль, что эти возражения не имеют значения.

— Я сообщу тебе о своем решении. — пообещал он. Рейт упражнял обессилевшие члены и ускоренно совершенствовался в языке. Он узнал, что краты не имели постоянного места жительства, а кочевали по огромной степи Эмен, занимающей большую часть юга континента Котан. Кроме Котана, на планете были и другие континенты: Кослован на юге, Хархан, Кахан и Pax на противоположной стороне Чая, Другие племена кочевников бродили по иным степям континента, В маршах и лесах на юге жили людоеды и великаны, которые обладали отчасти нечеловеческими чертами. Синие кеши жили на западе Котана; дирдиры предпочитали холодный климат и жили на полуострове Хаулк на юго-западе Кослована и на северном побережье Хорхана.

На Чае жила и другая чужая раса — вонки. Но эмблемные люди знали о них мало. Была на Чае и призрачная раса пнумов, а также их сумасшедшие родственники фанги. Когда краты говорили о них, то понижали голос и постоянно оглядывались.

Прошло некоторое время — дни странных событий и ночи сомнений и тоски по Земле. Кости Рейта срастались, и он постепенно осваивался в лагере.

За холмом в месте, защищенном от ветра, краты построили около пятидесяти хижин. Крыши плотно прилегали друг к другу, что давало возможность использовать их в качестве защитных сооружений от оползней. За хижинами стояли огромные шестиколесные повозки с моторами, замаскированные брезентом.

Рейта это удивляло, и он не отказался бы рассмотреть их поближе. Но банда мальчишек постоянно ходила за ним по пятам. Казалось. они чувствовали в нем чужого, и это их воодушевляло. Воины, наоборот, его не замечали.

Мужчина без эмблемы был не более, чем призраком.

На другом конце лагеря Рейт обнаружил громадную машину, смонтированную на большой повозке — огромную катапульту с метательным рычагом длиной более пятнадцати метров. Осадная машина? С одной стороны она была раскрашена розовыми кружками, с другой — голубыми. Рейт предположил, что это, должно быть. символические изображения обеих лун — Эза и Бреза.

Из дней и недель сложился месяц. Рейту была непонятна бездеятельность племени. Ведь они кочевники. Почему же так долго оставались в этом лагере?

День за днем разъезжались разведчики в разные стороны, а черная корзина поднималась вверх, и ноги наблюдателя болтались в отверстиях днища. Воины, по всей видимости, устроили себе отдых, который они использовали преимущественно для проверки своего оружия-Оно у них было трех видов: длинные, очень гибкие рапиры с режущей стороной и острым концом; катапульты, приводившиеся в действие эластичным шнуром и запускавшие оперенные стрелы, и, наконец, треугольные щиты длиной примерно до ноги, расширяющиеся книзу, с растянутыми острыми сторонами, которые служили бьющим и режущим оружием и метательным снарядом.

Сначала за Рейтом ухаживала восьмилетняя девочка, затем старуха с высохшим лицом и. наконец, молодая девушка, которую можно было бы назвать миловидной, если бы не безрадостное выражение на ее лице. Малышке было лет восемнадцать, у нее были правильные черты лица и красивые светлые волосы, в которых постоянно висели сухие стебли и ветки. Ходила она босиком и носила бесформенное платье из грубого серого материала.

Однажды, когда Рейт сидел на скамейке, девушка проходила мимо. Он поймал ее и посадил к себе на колени.

— Чего ты от меня хочешь? — испуганно спросила она. Девушка пахла травой, степным мхом и немножко шерстью. Успокаивая, Рейт погладил ее по волосам.

— Сиди спокойно, — сказал он. — Я хочу вычесать у тебя из волос солому, Она сидела спокойно, однако смотрела на него краем глаза, хоть и покорно, но в некотором замешательстве и чувствовала себя довольно неуютно.

Рейт сначала расчесывал ее волосы пальцами, а потом куском разломанной деревяшки.

- Ну видишь, теперь ты красивая, — сделал вывод Рейт. Как во сне малышка продолжала сидеть, потом поднялась.

— Мне надо идти, — испуганно прошептала она. — Нас может кто-нибудь увидеть.

Рейт с удовольствием бы ее не отпускал, но, тем не менее, задерживать не стал.

На следующий день они случайно встретились, и на этот раз ее волосы были аккуратно расчесаны. Она остановилась и оглянулась на него. Ее взгляд и осанка напоминали Рейту Землю, и ему стало грустно. Дома он назвал бы девушку красивой. Но здесь, в степи Эмен, таким мелочам, казалось, значения не придавали. Он протянул ей руки, и она подошла, как будто он ее притягивал. Это, конечно, был исключительный случай, так как она знала обычаи своего племени. Рейт положил руку ей на плечо, потом привлек к себе и поцеловал. Девушка смутилась.

— С тобой еще никто так не поступал? — спросил он.

— Нет, но это кажется мне очень милым. Сделай так еще раз. Рейт вздохнул. А почему бы и нет? Внезапно он услышал шаги, и сильный удар сбил его с ног. Однако потока слов, обрушившегося на него вслед за этим, он не понял. Чей-то сапог ударил его по ребрам, и едва зажившие плечи сильно заболели. От смущения и страха девушка прижала кулаки ко рту. Человек начал бить и пинать ее, выкрикивая проклятия и ругательства.

— Интимные отношения с чужестранным рабом, — неожиданно дошло до Рейта. — Так-то ты понимаешь чистоту нашей расы?

— Раб? — удивленно спросил Рейт и с трудом поднялся — Раб? Девушка убежала и спряталась под одной из больших повозок. Подошел Трез Онмале и осведомился о причинах конфликта. Воин, крепкий парень примерно такого же возраста, как Рейт, показал на него:

— Это проклятие, черное предзнаменование! Разве об этом не предупреждали? Это невыносимо, что он цепляется к нашим бабам. Его нужно убить либо оскопить! Трез Онмале с сомнением посмотрел на Рейта.

— Мне кажется, что он не сделал ничего плохого.

— Ничего плохого? Только потому, что я встретился на пути! Если у него столько лишней силы, почему он не работает? Мы должны его кормить, пока он не разжиреет? Оскопи его и отправь к женщинам!

Несколько колеблясь, Трез дал разрешение. Рейт печально подумал о своем аварийном комплекте, который все еще висел на дереве, о медикаментах, сканоскопе, энергетической батарее, аварийном передатчике и, более всего, о своем оружии. Ничего этого использовать сейчас он не мог С таким же успехом все это могло находиться в данный момент на "Эксплораторе IV".

Трез Онмале послал за мясницей:

— Принеси острый нож Нужно, наконец, успокоить этого раба.

— Подожди, — крикнул Рейт, — Это у вас принято так обходиться с гостем?

Вам неизвестно гостеприимство?

— Нет, гостеприимство у нас не принято, — ответил Трез Онмале. — Мы краты, и наши эмблемы подсказывают нам, что мы должны делать.

— Но этот человек меня ударил, — запротестовал Рейт, — Он что, трус?

Или он хочет драться? Что будет, если я отниму у него эмблему? Буду ли я тогда иметь право занять место в племени?

— Сама эмблема и есть место. — ответил Трез Онмале. — Этого человека зовут Озом, и он носит эмблему Вадуз. А без эмблемы он ни на йоту не лучше тебя. Но если Вадуз доволен Озомом, а так оно видимо и есть, ты никогда не сможешь завоевать его эмблему.

— Я мог бы попробовать.

— Возможно. Но теперь уже слишком поздно. Мясница уже пришла. Так что, будь добр, разденься.

Рейт бросил на женщину смущенный взгляд. Ее плечи были пошире, чем у него. К тому же, она была несколько плотнее его и, подходя к нему, широко улыбалась.

— Времени еще достаточно, — пробормотал Рейт и повернулся к Озому Вадузу, который при этом так быстро вытащил свою рапиру, что она засвистела.

Но Рейт подошел к нему настолько близко, что действовать рапирой было невозможно. Озом Вадуз отступил на шаг, но Рейт схватил его за руку, оказавшуюся твердой, как сталь. В своем теперешнем состоянии Рейт был намного слабее Озома Вадуза, который быстрым движением руки бросил его на землю. Но это удалось ему лишь отчасти, так как, падая, Рейт потянул Озома за собой, перевернул его через плечи и бедро и швырнул на землю. Затем он ударил Озома ногой в голову и наступил ему на горло, перекрыв доступ воздуха. Озом Вадуз из последних сил пытался освободиться, но шапка упала с его головы. Рейт схватил ее. но колдун моментально ее забрал.

— Я боролся за эмблему, — заорал Рейт Трезу Онмале. — Она принадлежит мне!

— Нет! — прорычал колдун. — Такого наши законы не предполагают. Ты есть и останешься рабом!

— Может, мне и тебя убить? — спросил Рейт и угрожающе поднялся ему навстречу.

— Достаточно! — жестко приказал Трез Онмале. — Больше никто никого убивать не будет!

— А как же с эмблемой? — спросил Рейт, — Ты тоже считаешь, что она мне не принадлежит?

— Мне нужно подумать, — ответил юноша, — Во время перемирия все должно быть спокойно. Мясница, ты отнесешь труп на дровяную кучу. Где судьи? Они должны прийти и судить этого Озома, который носил Вадуз, Мужчины, возьмите машину.

Рейт отошел в сторону, но через несколько минут подошел к Трезу Онмале, — Если ты хочешь, я уйду из племени и сам пойду дальше, — предложил он.

— Ты узнаешь о моих желаниях, когда я их сформулирую, — ответил юноша с той полнотой независимости, которую ему давала эмблема Онмале, — Не забывай, что ты мой раб. Я отвел от тебя клинки, которые должны были тебя убить. Если же ты попытаешься бежать, тебя будут искать, найдут и высекут. А пока ты будешь заготавливать пищу!

Рейту показалось, что Трез Онмале просто хотел забыть тот дурацкий приказ, который он отдал мяснице и из-за произошедших событий вынужден был отменить.

Целый день труп Озома, который носил эмблему Вадуз, лежал в специальном металлическом корыте, и ветер разносил по лагерю тошнотворный запах. Воины расчехлили огромную катапульту и перетащили эту машину в середину лагеря.

Солнце спряталось за гряду графитно-пурпурных облаков, и его заход стал как бы призывом для людей, облаченных в карминно-красные и коричневые одеяния.

Первый колдун смешал пепел уже сожженного Озома с кровью животных и слепил своеобразный пирог, который поместил в специальный ящик, укрепленный на конце длинного стержня.

Колдуны посмотрели на восток, где уже почти взошла розовая луна Эз, Эз! — звучным голосом воскликнул первый колдун.

— Судьи судили мужчину и нашли его деяния хорошими. Его звали Озом, и он носил Вадуз. Будь готов, Эз, Мы посылаем тебе Озома!

Воины у катапульты направили огромную стрелу в небо. Эластичные шнуры зазвенели от напряжения. Стержень с пеплом Озома поместили в канал катапульты и стрелу направили на Эз. Племя запело жалобную песню, и колдун закричал:

— Вперед на Эз!

Катапульта издала звенящий звук. Стержень вылетел так быстро, что его почти не было видно. Затем в небе появилось яркое белое свечение, и наблюдатели облегченно вздохнули.

Около получаса люди племени стояли на месте и смотрели на Эз. Рейт размышлял, не завидуют ли они Озому, который, наверняка, уже нежился во дворце Вадуз на Эзе. Сам он еще немного побродил, после чего пошел на свое спальное место. С яростным весельем он подумал, что не отказался бы увидеть девушку снова. Но только будет ли это разрешено?

На следующий день Рейта послали на заготовку продовольствия. Он собирал жесткие листья, из которых вытекали капельки темно-красного сока. Рейт был даже доволен, что смог, наконец, вырваться из монотонности лагеря.

Холмы простирались так далеко, насколько мог охватить взгляд. На юге Рейт различил черную линию леса, в котором на дереве все еще висело его кресло. Нужно будет как-нибудь попросить Треза Онмале отвести его туда…

Вдруг он почувствовал на себе чей-то взгляд. Но вокруг никого не было.

Не прекращая работы, он краем глаза поглядывал по сторонам, пока не наполнил две корзины, которые на коромысле носил в низину. Там рос густой кустарник, листья которого светились красными и синими огоньками. Возле кустарника он заметил грубую серую одежду. Это была девушка, сделавшая, однако, вид. что его не видит. Рейт приблизился к ней, и они оказались рядом. Она смущенно улыбнулась и сжала пальцы.

Рейт взял ее за руку.

— Если мы будем встречаться и станем друзьями, у нас будут неприятности, — сказал он.

Девушка кивнула:

— Я знаю… Это правда, что ты с другой планеты?

— Да!

— Как она выглядит?

— Это трудно описать.

— А ведь колдуны все-таки дураки, правда? Мертвые ведь не попадают на Эз?

— Я тоже этому не верю. Она подошла ближе.

— Сделай это еще раз.

Рейт поцеловал ее. Затем он взял ее за плечи и отодвинул на: расстояние руки.

— Нам нельзя любить друг друга. Ты будешь несчастлива, и тебя снова побьют… Она пожала плечами.

— Мне все равно. Если бы я могла, то хотела бы отправиться вместе с тобой на Землю.

— Мне бы тоже этого очень хотелось, — ответил Рейт.

— Сделай так еще раз, только один раз, — попросила девушка.

Внезапно она испуганно посмотрела за спину Рейта. Он мгновенно обернулся и заметил быстрое движение. Шипение, приглушенный удар, душераздирающий крик боли. Девушка опустилась на колени, упала на бок и схватилась за оперенную стрелу, торчащую из ее груди. Издав хриплый вопль, Рейт обвел взглядом кусты.

Никого не было видно. Рейт склонился над девушкой. Ее губы шевелились, но слов разобрать было уже нельзя. Она еще раз вздохнула и затихла.

Рейт смотрел на нее. Безумный гнев вытеснил из его головы все здравые мысли. Он поднял девушку — она была легкой, как перышко — и понес в лагерь к хижине Треза Онмале.

Юноша сидел на скамеечке и держал в руках рапиру, сгибая ее клинок туда-сюда. Рейт как можно осторожнее положил труп на землю перед ним. Трез Онмале посмотрел сначала на тело, потом на Рейта.

— Я встретил девушку, когда собирал корм. Мы разговаривали с ней, и вдруг в нее попала стрела. Это было убийство. Стрела, я думаю, предназначалась мне.

Трез Онмале осмотрел стрелу и потрогал ее оперение. Несколько воинов проходили мимо. Трез Онмале смотрел то на одного из них, то на другого.

— Где Йед Пилуна? — спросил он наконец.

Воины пошептались между собой, потом один из них что-то крикнул.

Появился Йед Пилуна. Этого человека Рейт видел и раньше — быстрый парень с грубым красным лицом. Рот у него был необычней формы. И, очевидно, поэтому казалось, что он постоянно нагло ухмыляется. Значит, это и был убийца. Рейт смотрел на него с отвращением.

Трез Онмале протянул руку:

— Покажи мне свою катапульту.

Йед Пилуна швырнул ее юноше… Это было верхом грубости, и Трез Онмале наградил его гневным взглядом. Он осмотрел катапульту и проверил слой смазки, которую каждый воин наносил на полозья при использовании оружия.

— Ты сегодня стрелял из катапульты. Смазка выдает это. А на оперении стрелы три черные полосы Пилуны, — Он показал на труп, — Ты убил девушку!

Рот Йеда Пилуны презрительно растянулся.

— Я хотел убить этого человека. Он раб и еретик А она тоже была не лучше.

— Кто здесь принимает решения? Ты что — Онмале?

— Нет. Но я утверждаю, что это несчастный случай. Кроме того, убить еретика — не преступление. Первый колдун выступил вперед.

— Еретичество — это плохо. Этот человек — несомненно гибрид. Я предполагаю, дирдир-человека и пнумека По непонятным причинам он примкнул к эмблемным людям и теперь распространяет свою ересь. Неужели он думает, что мы настолько глупы, чтобы этого не заметить!? О, тут он ошибается! Он увел эту женщину с истинного пути и обратил в свою веру. Она стала обесцененной.

Как…

Трез Онмале прервал его с решительностью, удивительной для молодого человека его возраста:

— Хватит! Ты говоришь глупости! Пилуна известна, как эмблема темных дел, Йед. ее обладатель, должен держать ответ, и Пилуну нужно у него забрать.

— Я не виновен, — равнодушно сказал Йед Пилуна. — Я предоставляю себя справедливости лун. Трез Онмале гневно зажмурился:

— Справедливость лун можешь забыть! Справедливость — это я. Йед Пилуна бросил на него спокойный взгляд.

— Онмале не может драться, — сказал он.

Трез Онмале переводил взгляд с одного воина на другого, — Неужели здесь нет благородной эмблемы, которая победит Пилуну-убийцу? Никто из воинов не отозвался. Йед Пилуна удовлетворенно кивнул:

— Эмблемы не хотят слышать. Но ты обидел Пилуну и назвал ее убийцей. Я требую удовлетворения от лун.

— Хорошо, принесите диски, — приказал Трез Онмале. Колдун удалился и вернулся с ларцем, вырезанным из одной огромной кости. Он повернулся к Йеду Пипуне:

— Какую из лун ты призываешь к справедливости?

— Я прошу справедливости у Эза, луны добродетелей и мира. Я желаю подтвердить свою правоту.

— Хорошо. — сказал Трез Онмале. — Я взываю к Брезу, луне ада, которая и должна забрать тебя к себе, Колдун достал из ларца диск, который с одной стороны был розовый, а с другой голубой.

— Расступитесь все! — приказал он и бросил диск вверх. Диск взлетел, перевернулся в воздухе, покружился и упал на землю розовой стороной вверх.

— Эз-луна добродетелей, подтвердил его невиновность, — огласил колдун. — Брез не нашел причин для вмешательства. Рейт вскочил и обратился к Трезу Онмале:

— Сейчас и я обращусь к лунам.

— Зачем? — спросил колдун — Ведь ты еретик. Это очень просто определить.

— Я прошу луну Эз присудить мне эмблему Вадуз, чтобы я мог наказать Йеда-убийцу. Трез Онмале в замешательстве посмотрел на Рейта.

Колдун заорал:

— Это исключено! Как может раб носить эмблему?

Трез Онмале посмотрел на жалкий труп девушки и подал колдуну знак:

— Я освобождаю его из рабства. Теперь бросай диск к лунам.

Колдун колебался.

— Мудро ли это? Ведь эмблема Вадуз…

— … наверняка не самая благородная эмблема. Бросай! Колдун бросил взгляд на Йеда Пилуну.

— Бросай, — сказал тот, — Если луны отдадут ему эмблему, я его порежу на куски. Все равно я всегда презирал банду Вадуз.

Колдун все еще колебался. Он посмотрел на высокого мускулистого Йеда Пилуну, затем на Рейта, который был почти таким же высоким, но не таким широкоплечим. К тому же он еще не совсем выздоровел. Колдун был очень осторожным человеком и хотел выиграть время.

— Диск потерял свою силу, и решения больше приниматься не могут.

— Ерунда — ответил Рейт, — Ты ведь говоришь, что диск подчинен силам лун. Как же Он мог потерять их силу? Бросай!

— Тогда ты должен поставить на Брез. так как ты плохой человек и еретик.

— Я обращаюсь к Эзу, и он сможет меня отвергнуть, если захочет. Колдун пожал плечами.

— Как знаешь. Но я возьму другой диск.

— Нет, возьми тот же самый, — потребовал Рейт. Трез Онмале внимательно посмотрел на колдуна.

— Тот же диск, — приказал он. — Бросай! Колдун сердито подбросил диск вверх. Как и в прошлый раз, он перевернулся, повис в воздухе и упал на землю розовой стороной вверх.

— Эз считает, что чужестранец прав, — объяснил Трез Онмале, Принесите эмблему Вадуз.

Колдун прошел в свою хижину и возвратился с эмблемой. Трез Онмале вручил ее Рейту.

— Ты теперь носишь Вадуз и являешься членом эмблемного племени. Так вызываешь ли ты Йеда Пилуну?

— Да, я его вызываю.

Трез Онмале обратился к Йеду Пилуне:

— Готов ли ты защитить свою эмблему?

— Конечно! — Йед Пилуна вытащил свою рапиру и покрутил ею у себя над головой.

— Меч и щит новому Вадузу! — приказал Трез Онмале. Рейт взял протянутую ему рапиру. Взвесив ее на руке. он согнул лезвие. Еще никогда ему не приходилось держать в руках такого оружия. Он фехтовал некоторыми шпагами, и это входило в программу его подготовки. Странное оружие, совершенно не приспособленное для ближнего боя. Тренируясь, воины всегда держались на значительном расстоянии друг от друга, махали клинками вниз и вверх, вправо и влево, но с максимальной работой ног. К тому же и треугольный щит — оружие для левой руки — был совершенно непривычным. Он махнул для пробы щитом и краем глаза посмотрел на Йеда Пилуну, который с презрительной гримасой стоял перед ним.

Рейт понимал, что драться с этим человеком в таком стиле было явным самоубийством.

— Внимание, — сказал Трез Онмале. — Вадуз вызывает Пилуну, В последнее время состоялся сорок один такой бой, и Пилуна в тридцати четырех одержал верх над Вадузом. Эмблемы, к бою!

Йед Пилуна сразу же сделал резкий выпад, который Рейт легко парировал, после чего сам ударил клинком сверху вниз. Йед Пилуна закрылся боевым щитом.

Рейт сделал шаг вперед и ударил острием щита, целясь в грудь Йеду Пилуне. Он нанес противнику незначительную рану, но ее оказалось достаточно, чтобы пробудить в Йеде Пилуне чувство самосохранения. Глаза его засверкали гневом, а лицо покраснело, будто в лихорадке. Он бросился на Рейта с такой мощью, что тому едва удавалось защищаться. Плечи Рейта опустились, и в них снова возникла адская боль. Он начал задыхаться. Рапира Пилуны зацепила его бедро, а затем и левый бицепс. Пилуна уже думал, что сможет разрубить Рейта на обещанные куски.

Но Рейт не собирался сдаваться. Щитом он отбил клинок врага, попал рапирой Пилуне в голову и сбил с нее черную шапку. Пилуна поймал ее, отступил на шаг и сделал новый выпад. Но Рейт и в этот раз, почти одновременно взмахнув рапирой и щитом, опять сбил с головы Йеда шапку, а вместе с ней и эмблему Пилуна. Резко опустив щит, он схватил упавшую шапку.

Йед, у которого отняли эмблему, ошарашенно на нее посмотрел, и его лицо сморщилось. Он попытался сделать еще один выпад, но Рейт взмахнул шапкой и поймал удар ее клапанами, проткнув при этом рапирой плечо Йеда Пилуна.

Йед выдернул рапиру и отошел на несколько шагов, освобождая пространство для следующего выпада. Но тяжело дышащий и потный Рейт снова бросился на него.

— У меня твоя эмблема, Пилуна, — произнес Рейт. — Она отвратилась от тебя, и ты. Йед, должен теперь умереть, потому что ты — убийца.

Йед хрипло закричал и снова попытался наброситься на Рейта. Тот вновь поймал клинок врага шапкой и всадил Йеду, бывшему владельцу Пилуны, рапиру в грудь. Йед щитом выбил рапиру из рук Рейта и на мгновение остановился, глядя на клинок Рапира все еще торчала в его теле. Он вырвал ее и ринулся с ней на Рейта Но тот ударил Йеда острием щита в лицо. Щит попал прямо в открытый рот и торчал, как огромный высунутый язык Колени Йеда подкосились, и он мешком свалился на землю.

Почти задыхаясь, Рейт бросил шапку с гордой Пилуной в пыль и изнеможенно прислонился к столбу.

Во всем лагере воцарилась растерянная тишина.

Наконец Трез Онмале вымолвил:

— Вадуз победил Пилуну, Эмблема постепенно завоевывает блеск. Где судьи? Они должны прийти и судить Йеда Пилуну.

Пришли три колдуна и мрачно осмотрели новый труп, потом посмотрели на Треза Онмале и, наконец, на Рейта.

— Судите по справедливости, — властно приказал им Трез Онмале. Колдуны посовещались друг с другом, и один из них сказал:

— Нам очень трудно вершить суд. Йед жил героически. Он достойно служил Пилуне.

— Он убил девушку.

— Из хороших побуждений. Она связалась с нечистокровным воином. Мог ли верующий человек поступить иначе?

— Он превысил свои полномочия. Он был преступником, И я говорю вам, что нужно предать его огню. Когда появится Брез, выстрелите злым пеплом Йеда в ад!

— Так и будет, — пробормотал первый колдун.

Трез Онмале отправился в свою хижину. Рейт остался один в центре лагеря. Воины смотрели на него с отвращением. День клонился к вечеру, и тяжелые облака закрыли солнце. То здесь, то там вспыхивали пурпурные молнии и время от времени слышались раскаты грома. Женщины бегали по лагерю, накрывали миски и котлы с едой. а воины занимались тем, что пытались натянуть веревки, удерживавшие брезент над большими повозками.

Рейт посмотрел на труп девушки. Никто не потрудился его убрать. Для него было непостижимым, что труп несчастной должен лежать здесь под бурей и дождем. Для Йеда уже горел погребальный костер. Рейт поднял тело девушки и отнес его к огню. Отрешившись от воплей женщин, поддерживавших костер, Он положил тело в ящик, стараясь сделать это с достоинством.

Когда пошел дождь, Рейт вернулся в выделенную ему хижину. Вскоре полило, как из ведра. Женщины построили над костром примитивный навес и подбросили в него хворост. Кто-то вошел в хижину.

Рейт отодвинулся в тень. Свет огня упал на лицо Треза Онмале, Оно было мрачно и задумчиво.

— Рейт Вадуз, где ты? — крикнул он.

Рейт вышел из тени. Трез Онмале посмотрел на него и покачал головой:

— С тех пор, как ты появился в племени, мы не видим ничего, кроме несчастий, волнений, зла и смерти. Разведчики возвращаются и сообщают, что степь по-прежнему пустынна. Пилуна совершил зло. Колдуны ненавидят Онмале.

Кто же ты такой, если привлекаешь на наши головы такие несчастья?

— Я уже говорил тебе, кто я, — ответил Рейт. — Человек с Земли.

— Ересь, — почти безразлично произнес Трез Онмале, — Колдуны говорят, что эмблемные люди произошли с Эза. Рейт мгновение подумал.

— Если идеи, как в нашем случае, противоречат друг другу, то побеждает сильнейшая. Иногда это плохо, чаще же, наоборот. — хорошо. Мне общественный строй эмблемных людей кажется плохим. Изменения пошли бы на пользу. Вами руководят жрецы, которые…

— Нет, — ответил юноша. — Племенем управляет Онмале. Я ношу эту эмблему. Она говорит моим ртом.

— До определенной степени. Жрецы достаточно хитры, чтобы проводить собственные решения.

— Что же ты хочешь? Хочешь нас всех уничтожить?

— Конечно же, нет, Я не хочу никого уничтожать, кроме тех случаев, когда возникает угроза моей жизни. Юноша тяжело вздохнул.

— Я в большом замешательстве, — признался он. — Либо ты не прав, либо колдуны.

— Не правы колдуны. Человеческая история насчитывает на Земле десять тысяч лет.

Трез Онмале засмеялся.

— Однажды, когда я еще не носил Онмале, племя пришло к руинам старого Карсегуса и поймало там пнумека. Колдун подверг его пыткам, чтобы обогатить наши знания. Но тот вместо ответов лишь ежеминутно проклинал пятьдесят две тысячи лет, которые люди живут на Чае… Пятьдесят две тысячи против десяти тысяч лет… Как странно…

— Да. это очень странно.

Трез Онмале встал и посмотрел на небо, откуда продолжал дуть ветер.

— Я наблюдаю за лунами, — тихо сказал он. — И колдуны делают то же самое. Мне кажется, что скоро будет затмение. Если Эз закроет Брез. все будет хорошо. Если же Брез закроет Эз, Онмале будет носить другой.

— А ты?

— Я должен буду донести мудрость Онмале наверх, чтобы все снова стало справедливо. С этим он ушел.

Ураган гулял по степи ночь, день и еще одну ночь. Утром следующего дня на бледном от ветра небе взошло солнце. Разведчики, как обычно, разъехались и после обеда вернулись обратно. В лагере сразу возникло оживление. Брезент сворачивали, хижины разбирали и шнуровали поклажу. Женщины грузили повозки, воины натирали маслом своих боевых коней, похожих на больших кузнечиков, седлали их и укрепляли уздечки. Рейт подошел к Трезу Онмале и спросил:

— Что здесь происходит?

— Наконец-то на востоке заметили караван. Мы нападем на него на реке Йоба. Как Вадуз ты тоже можешь участвовать в этом предприятии и получить свою долю добычи.

Он велел подвести кузнечикообразную лошадь. Рейт сел на тошнотворно пахнущее животное, полный противоречивых чувств и сомнений. Животное попыталось сбросить неудобный груз и ударило по нему жестким хвостом. Рейт сильно натянул уздечку. Лошадь присела и вдруг помчалась по степи. Рейту стоило больших усилий удержаться в седле. Позади раздался громкий смех. В нем звучала издевка опытных наездников над новичком.

Наконец Рейт справился с животным и возвратился назад Через несколько минут отряд цепью поскакал на северо-восток. У черных длинношеих животных из пасти капала пена, но воины крепко сидели в седлах. Черные шапки развевались на ветру. Даже Рейт почувствовал возбуждение, скача вместе с ними. Более часа эмблемные люди мчались по степи. Холмы здесь были ниже, и перед ними лежала необъятная равнина, наполненная темными тенями и мрачными красками.

На холме люди остановились и провели разведку во всех направлениях. Трез Онмале отдавал приказы. Рейт внимательно прислушивался, — … южная дорога к броду. Мы будем ждать в засаде у колокольных птиц.

Иланты сначала подойдут к броду, а потом разведают садовые леса и белые холмы. Мы вклинимся в их середину и захватим повозки с ценностями. Все ясно?

Тогда вперед, к засаде у колокольных птиц!

Эмблемные люди помчались вниз, к далекой полосе высоких деревьев и кустарников на реке Йоба, Под прикрытием темного леса они стали ждать.

Прошло некоторое время. Издалека послышался скрип, и на горизонте появился караван. В нескольких сотнях метров перед ним скакали три желтокожих, великолепно одетых воина в черных шапках с прикрепленными на них человеческими черепами без челюсти. Их кони были похожи на лошадей кратов, только немного крупнее, У воинов было ручное оружие и короткие мечи, на коленях у них лежали короткоствольные ружья.

Для эмблемных людей все складывалось плохо. Иланты не стали переходить через реку, а остались поджидать караван. Моторизованные повозки на шести огромных колесах, покачиваясь, подъезжали к реке. Они были до верху загружены тюками, ящиками, а также клетками, в которых теснились мужчины и женщины.

Караванщик был очень осторожным человеком. Перед тем, как повозки въехали в брод, он выставил охрану и послал илантов обследовать противоположный берег.

Воины эмбпемного племени в своем укрытии ругались и кипели от злости.

— Такие богатства! Шестьдесят отличных повозок! Но нападение сейчас форменное самоубийство!

— Правильно, их пескоизлучатели разделают нас, как цыплят.

— Неужели мы именно этого прождали три месяца? Ничего, кажется мне, у нас тут не получится.

— Предзнаменования были плохими. Этой ночью я наблюдал за благословенным Эзом. Он был закрыт облаками. Плохой знак!

— Мы под влиянием Бреза, и все идет насмарку.

— Наверное, это все дела этого черноволосого колдуна, который убил Йеда Пилуну.

— Правильно! А теперь он губит нашу добычу там, где нам всегда сопутствовал успех.

Они бросали на Рейта злобные взгляды, но он сдерживал себя. Воины посовещались.

— Мы ничего не добьемся, только покроем поле трупами воинов и утопим наши эмблемы в Йобе.

— Может, нам пойти за ними и напасть на них ночью?

— Нет. У них слишком хорошая охрана. Караванщика зовут Баойиан, он не допускает риска. Да заберет Брез его душу! " — Значит, все три месяца мы прождали напрасно? — Лучше напрасно прождать, чем допустить несчастье.

Назад, в лагерь! Женщины уже асе упаковали. Мы пойдем на восток, в Мараган.

— Там же еще хуже, чем на западе, откуда мы пришли. Какая неудача!

— Назад, в лагерь! Здесь мы уже ничего не добьемся.

Воины развернулись и, ни разу не оглянувшись, помчались на конях по степи.

Ранним вечером недовольное войско возвратилось в лагерь. Мужчины ругали женщин. Почему они к возвращению не приготовили горячего пива? Почему никто не варит пищу? Женщины не остались в долгу и ругали мужчин, даже если и получали за это тумаки. Но все вместе продолжали разгружать повозки.

Трез Онмале стоял в стороне и мрачно наблюдал за всем этим, Рейта не замечали. Воины, ворча, получали свою еду и расстроенно укладывались у костра, Эз только взошел. Но тут же на орбиту, которая должна была перекрыть орбиту Эза, взошла луна Брез. Колдуны сразу это заметили и жалобно показывали пальцами в направлении лун. Обе луны двигались, сближаясь друг с другом, и казалось, что они вот-вот столкнутся. Воины угрожающе зашумели, но Брез надвинулся на розовый круг и полностью его закрыл. Первый колдун закричал, обращаясь к небу:

— Да будет так!

Трез Онмале повернулся и медленно исчез в тени. Случайно там оказался и Рейт.

— Что значит все это волнение!? — спросил он.

— Разве ты не видел? Брез победил Эза. Завтра вечером я должен отправиться на Эз, чтобы отвратить от нас злую судьбу. Конечно, и ты отправишься. Но только на Брез.

— Ты имеешь в виду с огнем и катапультой?

— Да. Мне повезло, что я имел возможность так долго носить Онмале.

Тот, кто носил ее до меня, был почти в два раза меня моложе, когда его отправили на Эз.

— И ты веришь, что этот ритуал имеет какую-нибудь ценность? Трез Онмале задумался.

— Они ждут этого. Они будут требовать, чтобы я в огне перерезал себе глотку, и я должен им подчиниться.

— Давай лучше прямо сейчас уйдем отсюда. Они будут спать, как убитые, — сказал Рейт, — А когда они проснутся, мы будем уже далеко.

— Что? Мы оба? Куда же мы пойдем?

— Этого я не знаю. Но неужели здесь нет страны, в которой можно жить без убийств?

— Возможно, и есть такое место, но не в степи Эмен.

— Если бы нам удалось найти космический корабль и у меня было время для его ремонта, мы могли бы улететь с Чая и возвратиться на Землю.

— Исключено! Корабль забрали кеши. Для тебя он потерян.

— Этого я и боюсь. Но все равно, лучше нам уйти сейчас, чем завтра дать себя убить. Трез Онмале стоял, глядя на луны.

— Онмале приказывает мне остаться. Я не могу предать эмблему Она никогда не выбирала бегства, а всегда исполняла свой долг — до смерти.

— Совершить абсолютно бесполезное самоубийство, это никакой не долг, ответил Рейт Он схватил шапку Треза Онмале и сорвал эмблему. Трез застонал, будто от боли, и уставился на Рейта.

— Что ты делаешь? Если ты дотронулся до Онмале, то должен умереть.

— Ты больше не Трез Онмале. Ты теперь просто Трез. Казалось, что юноша стал меньше.

— Ну хорошо. — тихим и подавленным голосом ответил он. — Я действительно не очень хочу умирать. — Он посмотрел на лагерь, — Нам придется идти пешком. Если мы начнем седлать лошадей, они станут реветь и бодать друг друга рогами. Жди здесь. Я принесу плащи и что-нибудь съестное… Он исчез, оставив Рейта наедине с эмблемой Онмале.

Рейт задумчиво посмотрел на нее, затем вырыл каблуком ямку и бросил эмблему туда. С чувством вины он забросал ее землей. Когда он поднялся, руки его дрожали, а по спине струился пот.

Время приближалось к ночи, и луны скользили вверх по небу. Из степи доносились ночные звуки — резкий вой ночных собак и что-то похожее на приглушенную отрыжку Костры в лагере догорали, и оттуда не было слышно ни звука.

Бесшумно подошел юноша.

— Я готов. Вот твой плащ и пакет с едой.

Рейт про себя отметил, что юноша говорил совсем другим голосом. в котором не было прежней уверенности и который звучал не так резко. Его черная шапка выглядела голой. Но об эмблеме он не спросил ничего.

Они направились на север, взобрались на холм и пошли по его склону.

— Конечно, ночные собаки так видят нас лучше. — сказал Трез. — Но от преследователей мы будем отгорожены холмом.

— Когда мы доберемся до леса, то будем в безопасности. Я надеюсь, что все-таки смогу найти мое аварийное кресло. Однако будущее в тот момент казалось Рейту весьма мрачным. Один раз они сделали короткий привал. Луны отбрасывали на степь призрачный свет. погружая расщелины в черную тьму На севере раздался вой.

— Ложись, — прошептал Трез, — Собаки бегут Какое-то время они пролежали без движения.

— Сейчас они окружили лагерь и рассчитывают поймать какого-нибудь заблудившегося ребенка.

Они пошли дальше на юг, обходя, насколько это было возможно, темные расщелины.

— Скоро наступит утро, — сказал Трез, — и все они бросятся за нами.

Если мы доберемся до реки, то сможем от них отделаться. Если же нас схватят, то нам будет либо совсем плохо, либо еще хуже, чем плохо.

Примерно в течение двух часов они продолжали свой путь. На востоке между черными облаками появился холодный водянистый свет. Перед ними лежал пес. Трез оглянулся:

— Сейчас лагерь оживет. Женщины разожгут костер, и колдуны начнут искать Онмале, Им был я. Так как я исчез, в лагере возникнет волнение. Они будут меня проклинать. И тебя, конечно, тоже. И скоро они пойдут по нашему следу.

Наконец они достигли опушки леса. В нем еще таились ночные тени. Трез колебался и посмотрел обратно на степь.

— Как далеко до болота? — спросил Рейт.

— Недалеко. Миля. может, две. Но я чувствую запах зверя. Где-то здесь бродит берл. Рейт тоже почувствовал резкий запах.

— Может, это только его следы? — прошептал Трез. — Через несколько минут эмблемы будут уже здесь. Нам нужно как можно быстрее переправиться через реку, — Сначала достанем кресло.

Трез пожал плечами и лишь посмотрел на Рейта. На горизонте появились черные точки, которые очень быстро приближались. Рейт поспешил за Трезом, который осторожно вошел в лес и все время прислушивался и принюхивался. Рейт поторапливал его, и скоро они уже бежали по мягкому, покрытому гниющей листвой грунту. Далеко сзади слышались громкие крики.

Трез остановился.

— Вот дерево. Это то, что ты искал- Он показал вверх.

— Да. — облегченно ответил Рейт, — Я боялся, что его уже здесь нет Трез залез на дерево и спустил кресло. Рейт расстегнул замки, вынул свое оружие и от радости поцеловал его. Затем прикрепил его к поясу.

— Поторопись, — предостерегающе произнес Трез, — Я уже хорошо их слышу.

Они почти нас догнали.

Рейт взял аварийный комплект и взвалил себе на спину.

— Пошли, — сказал он.

Трез старательно стер все следы, обошел болото, перебрался по наклонной ветке через топь, взобрался повыше на дерево и с чрезвычайной осторожностью пополз по горизонтальной ветке, пока не оказался над кучей камыша. Рейт последовал за ним. Голоса воинов уже ясно слышались поблизости.

Трез и Рейт вышли на берег реки. Перед ними расстилалась черно-коричневая медленно текущая вода. Трез нашел плот из толстых бревен, связанных лианами. Он оттолкнул его от берега, и они спрятались в прибрежных зарослях. Прошло минут пять; четыре эмблемных воина шли болотом по их следу.

За ними шел еще десяток воинов с изготовленными для стрельбы катапультами.

Они подбежали к берегу, показывая на следы, оставленные Трезом. когда он отвязывал плот, и осмотрели реку. Ковер из плавучих растений был отнесен метров на двести вдоль по течению и потоком прибит к противоположному берегу. Эмблемные воины закричали от злости и разочарования и через камыши и болото помчались за плотом.

— Скорее, — прошептал Трез. — Долго водить за нос они себя не дадут.

Мы пойдем по их следам назад, Скоро они снова вошли в лес. Трез и Рейт бежали, но по-прежнему до них издалека доносились громкие возгласы и крики. Однажды показалось, что преследователи снова взяли след.

— Сейчас они вернутся на лошадях, — прошептал Трез. — Мы никогда… Он поднял руку и принюхался. — Берл… Сюда и быстро на дерево!

Рейт с аварийным комплектом на спине последовал за ним, карабкаясь по маслянистым зеленым сучьям.

— Нам нужно залезть как можно выше, — подгонял Трез, — Эта скотина прыгает очень высоко.

И тут они увидели берла. Это был большой бледно-коричневый зверь с ужасной пастью. Из его шеи росли несколько длинных рук с большими роговистыми ладонями, которые он держал сложенными вокруг головы. Казалось, что к Трезу и Рейту он не испытывал никакого интереса. Он явно почувствовал большое количество людей, крики которых доносились до него. Рейт еще никогда в своей жизни не видел такого страшного и опасного зверя.

— Забавно, — философски произнес он. — Но это всего лишь зверь.

Наконец берл исчез в лесу. Звуки преследования прекратились.

— Теперь быстро, — торопил Трез. — Они унюхали берла. Нам нужно уходить.

Они сползли с дерева и побежали в северном направлении. Позади раздавались крики ужаса и гортанное рычание.

— Теперь эмбпемные люди нам не страшны, — заметил Трез глухим голосом, — Оставшиеся в живых оставят нас в покое Но когда они вернутся в лагерь, Онмале больше не будет. Что же будет с ними? Племя умрет?

- Я не думаю. — ответил Рейт, — Об этом позаботятся колдуны. Через некоторое время они вышли из леса, и их взору открылась степь. Воздух наполнился ароматами трав, светло-желтый свет заливал все пространство.

— Что находится к западу от нас? — спросил Рейт.

— Западная часть степи Эмен и страна старых кешей. Дальше тянутся горы Йенг. За ними живут синие кеши и находится бухта Эведра.

— А на юге?

— Марши. Там на плотах живут маршевые люди. Они отличаются от нас Это маленькие желтые люди с белыми глазами, жестокие и хитрые, как синие кеши.

— Так там нет городов?

— Нет, — он показал на север. — Города были там. Но теперь остались лишь руины. На краю степи, правда, есть города. Но это города-призраки, потому что там можно встретить даже пнумов, которые живут в руинах.

Рейт задал еще много вопросов, касающихся географии и жизни на Чае, но нашел познания Треза слишком отрывочными. Дирдиры и дирдир-люди жили по ту сторону моря. Но где именно, он точно не знал. Было три разных типа кешей: старые — вырождающиеся потомки некогда очень сильной расы, селившиеся сейчас, в основном, в горах Йенг; зеленые — кочевники Мертвой Степи и синие, Трез не видел большой разницы между ними. Всех их он не любил, хотя никогда в жизни не видел старых кешей, — Зеленые — это страшные демоны. Они не выходят из Мертвой Степи.

Эмблемные люди кочуют южнее, за исключением случаев, когда они преследуют караваны. Караван, который мы не смогли захватить, будет вынужден сделать большой крюк на юг, чтобы избежать встречи с зелеными.

— А куда он направляется?

— Видимо, в Перу или в Ялк на Лесматическом море. Но. вероятнее, в Перу. Караваны Север — Юг курсируют между Ялком и Мазууном. Другие идут с востока на запад, то есть, между Перой и Коудом.

— А есть ли города, в которых живут люди?

Трез пожал плечами.

— Это вряд ли можно назвать городами. Просто обжитые места. Но я знаю слишком мало — лишь то. что говорят колдуны. Ты хочешь есть, да? Давай поедим.

Они расположились на поваленном дереве. В пакетах, украденных Трезом. были большие куски овсяного пирога и пиво в кожаных бутылках Трез показал на высокий сорняк с белыми ягодами:

— Пока нам будет встречаться растение паломников, нам не придется голодать. Видишь там черные копючки? Это ватак. В его корнях собирается большое количество сока. Но если будешь пить только ватак, можно оглохнуть. А за короткое время он не повредит.

Рейт открыл свой аварийный комплект.

— С помощью этой пленки я могу добывать грунтовую воду. А этим фильтром могу делать пригодной для питья воду морскую… Здесь у меня таблетки для питания, их хватает на целый месяц. Это энергетическая батарея, а это комплектный ящик Нож, компас, сканоскоп, передатчик…

В радостном возбуждении Рейт одновременно проводил ревизию, — А вот это что?

— Прибор системы установления контакта. В комплекте Пола Вондера была вторая часть, но она исчезла вместе с кораблем. Этим прибором я могу послать сигнал, на который тут же ответит второй прибор и укажет свое местонахождение.

Рейт нажал на кнопку. Стрелка компаса сразу же качнулась на северо-запад; счетчик выдал белую цифру 6,2 и красную 2.

— Другую часть прибора и. вероятно, космический корабль нужно искать в шестистах двадцати милях северо-западнее от этого места.

— Где-то в стране синих кешей. Это нам и так было известно. Рейт посмотрел на северо-запад.

— На юг в марши или назад в лес нам идти нечего. Что находится за степью на востоке?

— Этого я не знаю. Быть может, океан Драшада. Но он очень далеко.

— А оттуда приходят караваны?

— Коуд находится в одном из заливов Драшады. Между ним и нами лежит степь Эмен, в которой живут разные племена. Кроме эмблемных людей, здесь живут и другие: бойцы-кайт, бешеные аксы, берповые тотемы, желто-черные и другие, которых я не знаю, Рейт подумал. Синие кеши прихватили с собой космический корабль. Так что северо-запад был оптимальной целью.

Трез слегка задремал. Как владелец Онмале он был сильным и выносливым. Сейчас, когда у него нет эмблемы, он стал намного сдержаннее и впал в уныние. Таким Рейт его раньше представить себе не мог.

Рейт тоже устал. Солнце несло свое тепло, и место привала казалось надежным. Но он взбадривал себя и, пока Трез спал, снова перекладывал свои бесценные приборы.

Глава 3

Трез проснулся, смущенно посмотрел на Рейта и вскочил на ноги.

Они отправились в путь и пошли, как и договаривались, на северо-запад.

Было утро, и солнце стояло на сером небе, как полированный медный диск.

Воздух был приятно прохладным, и впервые после прибытия на Чай у Рейта появилось хорошее настроение. Тело его уже окрепло, аварийный комплект снова был при нем, и, к тому же, он знал, где примерно нужно искать космический корабль. По сравнению с его предыдущим положением это был явный прогресс.

После обеда они немного поспали и ближе к вечеру опять отправились в путь Ночью снова слышен был вой собак, но. правда, они не трогали путников.

На следующий день они съели остатки припасов и выпили последнюю воду.

Теперь они были вынуждены питаться растением паломников и пить сок из корней ватака. Белые ягоды были почти безвкусными, а сок кисловатым, Утром третьего дня на западе в небе возникло белое пятно. Трез бросился в укрытие и предложил Рейту последовать его примеру.

— Это дирдиры, — объяснил он, — Они охотятся.

В сканоскоп Рейт рассмотрел длинный корпус, похожий на корабль. беспомощно качавшийся в воздухе. Казалось, что его создателей особенно не беспокоили ни красота, ни польза судна. Четыре бледные фигуры держались за корпус, но определить, дирдиры это или дирдир-люди. было невозможно. Корабль шел курсом, почти параллельным их собственному направлению, но на несколько миль западнее.

— А на кого они охотятся? — спросил Рейт.

— На людей Это у них такой вид спорта. Они с удовольствием едят человеческое мясо, — Этот летательный аппарат мог бы мне пригодиться. Размышлял Рейт вслух. Несмотря на протесты Треза, он встал, однако летательный аппарат исчез в северном направлении. Трез снова успокоился, но все еще внимательно поглядывал на небо.

— Иногда они летают очень высоко, пока не увидят какого-нибудь воина.

Тогда снижаются, нанизывают человека на копье или убивают электрическим током.

Они побрели дальше. Перед заходом солнца Трез снова стал проявлять признаки беспокойства.

— Нас кто-то преследует, — заявил он, — Может быть, это пнумеки, которых мы не видим. Или ночные собаки.

Солнце почти скрылось за стеной тумана, свет стал призрачно мрачным.

Даже собственные тени они различали уже с трудом.

— Кто такие эти пнумеки? Это все-таки люди или..?

— В определенном смысле, это люди. Но прежде всего они шпионы и курьеры пнумов. Говорят, что под степью у них множество туннелей с тайными ходами и ловушками. Может, даже под этим кустом.

Рейт внимательно обследовал куст, на который показал Трез. но ничего не смог обнаружить, — Думаешь, они смогут нам что-нибудь сделать?

— Только если пнумы желают нашей смерти. Но кто знает, что у них на уме? Может быть. это только ночные псы. Сегодня ночью нам лучше разложить костер.

Отбрасывая красноватые, коричневые и пурпурные тени, солнце село за горизонт Трез и Рейт собрали для костра дров. Когда сумерки превратились в ночную тьму, с востока донесся вой ночных псов. Такой же вой ответил им с севера и юга. Трез приготовил свою катапульту.

— Огня они не боятся, — сказал он, — хотя, будучи сообразительными, его избегают. Говорят, что ночные псы — это звериный образ пнумов.

Когда темные тени сомкнулись за светлым кругом костра. Рейт приготовил оружие и энергетическую батарею, представлявшую собой многофункциональный прибор. На одной ее стороне крепился кристалл, излучавший при нажатии кнопки либо тонкий луч, либо рассеянный световой поток. С другой стороны специальной кнопкой включался мощный энергетический луч. Кроме того. ею можно было подзаряжать сканоскоп или трансмиттер. Рейт решил использовать это оружие лишь в чрезвычайных ситуациях и экономить энергию. Ручное оружие стреляло взрывающимися иглами и на расстоянии до пятидесяти метров очень точно поражало цепь.

Трез подстрелил ночного пса, слишком близко подошедшего к костру.

Черная тень высоко подпрыгнула и взвыла от боли.

— Если они сейчас прыгнут, мы погибли. — мрачно сказал Трез, Вшестером люди еще могут как-то защищаться от ночных собак. Но, если людей пятеро, они почти всегда погибают.

Рейт выждал некоторое время, прежде чем применить энергетическую батарею. Прицелившись, он описал лучом полукруг вокруг костра. Оставшиеся в живых псы злобно взвыли и поспешили убраться прочь.

Трез и Рейт спали по очереди, и каждый надеялся, что во время его дежурства ничего не произойдет. Но, когда утром рассвело, они обнаружили, что все трупы ночных псов исчезли.

На завтрак они поели плодов растения паломников и выпили сок ватака.

Затем продолжили свой путь на северо-запад. К вечеру подошли к городу, от которого остались одни руины. Трез считал, что в городе им нечего будет бояться ночных псов. Но приходилось принимать во внимание возможность встречи с бандитами, зелеными кешами или фангами. Фангов Трез описал так:

— Они похожи на пнумов, только выше ростом и обладают немыслимой силой, которую боятся даже зеленые кеши.

Когда они приблизились к самым большим руинам. Трез рассказал мрачные истории о фангах и их гнусных привычках.

— Руины могут быть и необитаемыми, — размышлял он вслух, — Но осторожность нам в любом случае не помешает.

— Кто построил эти древние города? — полюбопытствовал Рейт Трез пожал плечами, — Этого не знает никто. Может, старые, а, может, и синие кеши. А, может быть, серые люди. Только этому никто не верит.

Рейт слишком мало знал о расах на Чае и их человеческих спутниках дирдирах и дирдир-людях, старых, зеленых и синих кешах и соответствующих кеш-пюдях; желтых маршевых людях и различных кочевых племенах; пнумах и их человеческих союзниках пнумеках; легендарных желтых, а теперь еще и серых людях.

— А есть еще вонки и вонк-люди, — добавил Трез, — Они живут на другой стороне Чая.

Он тоже не мог объяснить, каким образом попало на Чай такое количество разных рас и откуда.

Дошли до руин на краю города, и Трез, прислушиваясь, остановился. Рейт осмотрелся, но ничего опасного не заметил. Медленно пошли они среди развалин и руин. Когда-то это были величавые дворцы с огромными залами. Сейчас здесь высились лишь несколько колонн и стен, между которыми находились широкие, продуваемые ветрами пространства, заваленные камнями и бетоном.

На самой большой площади города они обнаружили колодец, питавшийся от подземных источников. Рейт нашел, что вода пригодна для питья, но Трез приблизился к колодцу с большой осторожностью. Он полагал, что где-то здесь обязательно должен находиться фанг, и с тревогой рассматривал прогнившую стену, окружавшую площадь.

— Откуда ты можешь это знать? — спросил Рейт. Трез пожал плечами. Он не мог понять, как Рейт сам не видит того, что заметно невооруженным глазом.

Вдруг он обратил внимание еще на что-то, чего не видел Рейт:

— Корабль дирдиров, смотри же!

Они пробрались в укрытие под нависший кусок бетона, и через мгновение корабль проплыл над их головами. Описав большой круг, он повис над площадью на высоте около двухсот метров.

— Странно, — пробормотал Трез. — Как будто им известно, что мы находимся именно здесь.

— Наверное они используют инфракрасную поисковую установку.

Мы на Земле находим след человека по теплу, оставленному его ногой.

Наконец летательный аппарат исчез в западном направлении. Трез и Рейт возвратились к колодцу. После трех дней сока ватака Рейт смог насладиться прохладой прозрачной воды. Но Трез предпочел наловить больших насекомых, сидевших между камней. Предусмотрительно сняв с них кожу, он с аппетитом их съел. Рейт был еще недостаточно голоден, чтобы последовать его примеру.

Вскоре солнце закатилось за потрескавшиеся колоны и полупрогнившие арки. Туман цвета персика повис над степью, и Трез предсказывал изменение погоды. Рейт предложил найти убежище от возможного дождя под нависшей бетонной глыбой. Но Трез не хотел об этом даже слышать!

— Фанги! Они найдут нас по запаху, — заявил он и выбрал местом ночлега площадку на полуразрушенной лестнице на высоте около десяти метров.

Рейт, несмотря на грозные черные тучи, не протестовал, и они вместе стали собирать ветки для подстилки.

Старый город наполнился сумеречными тенями. На площадь вышел человек.

Казалось он очень устал. Увидев колодец, он жадно припал к нему.

Рейт рассматривал человека в сканоскоп. Тот был высоким и стройным, с длинными руками и ногами, продолговатой узкой и почти лысой головой, крупными глазами, маленьким круглым носом и крошечными ушами. На нем были остатки некогда, видимо, элегантной одежды розово-сине-черного цвета. На голове красовалось сооружение из розовой ткани и черных лент.

— Дирдир-человек, — прошипел Трез и направил свою катапульту на усталого странника.

— Подожди, — возразил Рейт. — Что ты хочешь делать?

— Я хочу его убить.

— Но он не сделал нам ничего плохого. Почему же ты не хочешь оставить несчастного в живых?

— Ему просто не предоставилось случая что-либо нам сделать, пробормотал Трез, но оружие отложил. Дирдир-человек напился и внимательно осмотрелся.

— Кажется, он заблудился. Может быть, он беглец, и это его разыскивает корабль дирдиров?

— Возможно. Откуда мне знать? — Буркнул Трез.

Дирдир-человек пересек площадь, выбрал себе убежище совсем близко от основания лестницы, закутался в свои разорванные одежды и улегся спать. Трез что-то пробормотал и, казалось, сразу заснул. Рейт смотрел на разрушенный город и думал о своей необычной судьбе.

На востоке взошел Эз. Его бледно-розовое сияние мерцало из-за дымки тумана и отбрасывало на городские руины неестественный свет. Вид был захватывающим — как в фантастическом сне. За Эзом последовал Брез, и теперь потрескавшиеся колонны и разрушенные стены отбрасывали двойные тени.

Силуэт в конце некогда живописной улицы напоминал фигуру задумавшегося человека. "Кажется, я его тут раньше не видел", — подумал Рейт. Это была очень худая, похожая на человеческую, фигура, ростом более двух метров, с ходульно поставленными ногами и головой, склоненной будто в раздумьях. Одна рука лежала на подбородке, другая была спрятана за спину. Мягкая шляпа с полями покрывала голову, на плечах висел плащ, а ноги казались обутыми в сапоги. Была ли это статуя? Или фигура шевелилась?

Рейт взял в руки сканоскоп и только тогда смог рассмотреть худое лицо, нечто среднее между человеческим и насекомым, растянутым в гримасу. Челюсти что-то медленно пережевывали. Фигура пошевелилась и снова замерла. Затем огромная рука поднялась в жесте, который Рейту был совершенно непонятен. Тем временем проснулся Трез и проследил за взглядом Рейта.

— Фанг, — прошептал он.

Казалось, что тварь это услышала, повернулась и сделала два танцующих шага в сторону.

— Это сумашедшие демоны, — пояснил Трез.

Дирдир-человек еще не заметил фанга. Он плотнее закутался в свои лохмотья. Казалось, что фанг удивился. Приблизившись двумя длинными прыжками, он остановился над дирдир-человеком. Постояв, поднял камешек и бросил его на спящего.

Дирдир-человек испуганно вздрогнул, но по-прежнему не видел фанга. Рейт крикнул:

— Хе!

Трез испуганно шикнул на него, но действие крика на Фонга выглядело внешне забавно. Он сделал огромный прыжок назад, уставился на лестницу и расставил руки. Только сейчас дирдир-человек увидел фага и, вскочив на колени замер от ужаса.

— Зачем ты кричал? — спросил Трез — Он бы удовлетворился этим дирдир-человеком.

— А ты выстрели из своей катапульты, попросил его Рейт.

— Ни одна стрела в него не попадет, ни один меч не ранит, — хмуро ответил Трез.

— Так выстрели ему в голову.

Трез вздохнул прицелился и выстрелил из катапульты в бледное лицо. В последнюю секунду фанг отвернулся, и стрела попала в камень.

Фанг схватил большой обломок, подбросил его в руке и с огромной силой швырнул. Трез и Рейт бросились на пол, и камень разлетелся за ними на куски.

Рейт больше не терял времени и прицелился в фанга из своего оружия.

Раздался щелчок, что-то зашипело, и игла взорвалась в груди фанга. Тот подскочил, захрипел от гнева и скорчившись, упал.

Трез обнял Рейта за плечи:

— Скорее убей дирдир-человека, пока он не убежал.

Рейт спустился вниз. Дирдир-человек схватился за свой меч и єто казалось было его единственное оружие. Рейт повесил свой пистолет на пояс и поднял руку.

— Убери свой меч, предложил он. — У нас нет причин драться.

Удивленный дирдир-человек на шаг отступил.

— Зачем ты убил фанга? — спросил он.

— Потому, что он хотел убить тебя. Зачем же еще?

— Но мы чужие друг другу. А ты получеловек. Если же ты хочешь меня убить…

— Нет, — ответил Рейт. — Я только хотел тебя кое о чем спросить.

После этого ты можешь свободно идти своей дорогой.

Дирдир-человек скорчил гримасу:

— Ты такой же ненормальный, как и этот фанг. Почему я должен тебе что-то объяснять?

Он подошел поближе, чтобы лучше рассмотреть Рейта и Треза:

— Вы здесь живете?

— Нет мы путешественники.

Значит, вам не известно здесь подходящее место, где бы я мог провести ночь?

Рейт посмотрел на лестницу.

— Залезай туда. Мы тоже спим там.

Дирдир-человек щелкнул пальцами:

— Это не в моем вкусе. Да и дождь может пойти. — Он посмотрел на мертвого фанга. — Но вы приятные люди, гостеприимные и интеллигентные, как я вижу. А я устал, и мне нужен покой. Так что, пока я буду спать, вы можете покараулить.

— Убей этого бессовестного нахала! — крикнул Трез.

Дирдир человек засмеялся, и это прозвучало как потустороннее хихиканье.

Он обратился к Рейту:

— Ты весьма необычный получеловек. К какой расе ты принадлежишь?

Редкий гибрид, не так ли? И где находится твоя родина?

Рейт пришел к выводу, что будет лучше как можно меньше привлекать к себе внимание. Он решил больше не говорить о своем земном происхождении. Но Трез был настолько возмущен наглостью пришельца, что закричал:

— Родина? Он прилетел с Земли — очень далекой планеты! И эта планета родина таких же людей, как мы. Это ты сам урод!

Дирдир-человек укоризненно покачал головой:

— Вы кажетесь мне сумашедшей парой. Конечно, чего же еще можно от вас ожидать?

Рейт решил сменить тему:

— А ты что здесь делаешь? Уж не тебя ли искал летательный корабль дирдиров?

— Да, я этого боюсь. Но мне пока что удается от них скрываться. Им не удается меня найти.

— Какое же преступление ты совершил?

— Это не важно. Вам все равно не дано этого понять.

Рейт весело засмеялся и возвратился на лестницу.

— Я ложусь спать. Если ты хочешь дожить до утра, тебе придется забраться как можно выше, чтобы быть вне досягаемости фангов.

Рейт и Трез снова вскарабкались на свое место, а дирдир-человек устроился на ночлег рядом с ними. Между тем облака сдвинулись, хотя дождь еще не начался. Сумерки сгустились, и их свет стал цвета грязной воды.

Дирдир-человек первым покинул свое место. Рейт и Трез тоже спустились на площадь и, чтобы согреться от утренней прохлады, разложили небольшой костер.

Дирдир-человек появился на другой стороне площади.

Почувствовав, что к нему настроены не враждебно, он медленно подошел поближе. Выглядел он как оборванный арлекин. Трез наморщил лоб и сделал вид, что занимается костром. Но Рейт доброжелательно приветствовал его:

— Иди к нам если хочешь.

Трезу это совсем не понравилось.

— Этот тип нам что-нибудь устроит, — пробурчал он. — Он же принадлежит к расе гладкоязычных людоедов.

Рейт об этом совсем забыл и обстоятельно рассматривал чужака. Некоторое время все молчали. Дирдир-человек первым нарушил молчание:

— Чем дольше я рассматриваю вас, вашу одежду и ваши приборы, тем загадочнее вы становитесь для меня. Откуда же вы?

— Скажи нам кто ты, — попросил Рейт.

— Это не секрет. Меня зовут Анке Анахо, родился в Замбервале, в четырнадцатой провинции. Сейчас меня объявили преступником, и я стал беглецом. Так что мои дела ничуть не лучше ваших, и я ничего не хочу приукрашивать. Вот и сидим мы, трое беспризорных странников, у костра.

Трез что-то пробормотал, но Рейт не обратил на это никакого внимания.

— Какое же преступление ты совершил? — спросил он.

— Ты вряд ли это поймешь. В общем, я оцениваю заслуги некого Энзо Эдо Эздовиррама как слишком незначительные, а тот донес на меня в Совет Первой Расы, Хоть я и верю в их мудрость, но отказал им в удовольствии меня наказать. Я повторил свое обвинение минимум десять раз. Наконец, в порыве раздражения я схватил его кресло и, оттащив на милю, бросил его в степи.

Анахо сделал безразличный жест.

— Во всяком случае, я лишил себя сочувствия даже тех, кто до этого был на моей стороне. Именно поэтому я сейчас здесь, не имея ни планов, ни средств, а только лишь мои…

Тут он употребил слово, которое можно только описать, используя такие слова, как превосходство, изысканная интеллигентность, личная энергия, нерушимая надежда, если извлечь из этих добродетелей преимущественные черты.

Трез задрал нос и приступил к охоте для завтрака. Анахо с интересом за ним наблюдал, а потом и сам стал ловить больших насекомых, заглатывая их с удивительным аппетитом. Рейт же довольствовался пригоршней плодов растения паломников.

Когда дирдир-человек удовлетворил свой аппетит, он вернулся, чтобы рассмотреть одежду и оснащение Рейта.

— Я помню, что юноша сказал слово «Земля» — далекая планета. И я, возможно, поверил бы этому, если бы ты выглядел не как получеловек Именно по этой причине такое утверждение абсурдно.

Трез надменно заметил:

— Земля — это бывшая родина людей. Мы настоящие люди, а ты лишь монстр, — Просвети нас, — сказал Рейт шелковым голосом, — как люди попали на Чай? Анахо подумал.

— История всем известная и довольно ясная. На родной планете праотцов Сибол Большая Рыба отложила икринку. Ее выбросило на берег Ремура. Одна половинка икринки оказалась на солнце, и из нее вышел дирдир. Вторая половина икринки попала в тень и стала дирдир-человеком.

— Как интересно, — воскликнул Рейт, — А как же с кеш-людьми? А с Трезом? А со мной?

— Объяснение совершенно не сложное. Меня удивляет твой вопрос.

Пятьдесят тысяч лет назад дирдиры прилетели с Сибола на Чай. Во время последовавших войн старые кеши взяли в плен несколько дирдир-людей, другие были захвачены пнумами, а позднее и вонками. Все они стали кеш-людьми, пнумеками и вонк-людьми. Беглецы, преступники и бунтовщики скрестились с ними, и появились полулюди. Вот так оно и было!

Трез посмотрел на Рейта:

— Расскажи этому дураку о Земле, чтобы он понял, насколько он туп.

Но Рейт на это лишь засмеялся. Анахо в замешательстве посмотрел на него — Наконец-то ты перестал задавать вопросы. Ответь мне. куда ты держишь путь? Рейт показал на северо-запад:

— Пера.

— А, в Город Потерянных Душ за Мертвой Степью… Ты туда никогда не доберешься. В Мертвой Степи господствуют зеленые кеши.

— А можно ли избежать встречи с ними? Ведь караваны как-то тянутся по степи. Где находится караванный путь?

— Недалеко отсюда, севернее.

— Тогда и мы поедем с караваном.

— В лучшем случае вас продадут в рабство. Караванщики не особенно церемонятся. Зачем вам в Перу?

— У меня для этого имеются веские основания. А какие планы у тебя?

— Никаких. Я, как и вы, бродяга. Если вы не возражаете, я могу отправиться с вами.

— Как хочешь, — ответил Рейт, пропуская мимо ушей протесты Треза.

Они пошли дальше на север. Взойдя на невысокие холмы, сделали привал под деревьями с мягкими синими и голубыми листьями, усыпанными тугими красными плодами. Трез объяснил, что они ядовиты. С холма им была видна Мертвая Степь — широкая серая пустыня, на которой то тут, то там виднелся лишь дрок или торчал куст растения паломников. С юго-востока вокруг холмов тянулась двойная колея и исчезала между скал на северо-западе. Другая колея терялась между холмами, а еще одна шла на северо-восток.

Трез показал пальцем:

— Посмотри своим инструментом вон туда, — сказал он Рейту. — Что ты там видишь?

— Дома… Их немного, даже не деревня, А в скалах я вижу орудийные позиции.

— Это, видимо, караванная станция Казаберд, — сказал Трез. — Там караваны обмениваются грузами. Пушки стоят для защиты от зеленых кешей.

— Наверное, там есть и гостиница! — радостно воскликнул дирдир-человек. — Пойдем! Я мечтаю принять ванну Я еще никогда в жизни не был таким грязным, как теперь.

— Как же мы сможем за это заплатить? — спросил Рейт. — У нас нет ни денег, ни товаров для обмена.

— Не бойтесь, у меня с собой достаточно секвинов, — заявил дирдир-человек, — Их хватит на всех нас. Мы. представители второй расы, не неблагодарные и не жадные, А вы меня очень выручили. И этот юноша сможет получить там цивилизованную пищу. Возможно впервые в своей жизни.

Трез приготовился дать гордый, сокрушительный ответ, но увидев. что Рейт обрадованно улыбается, принудил и себя улыбнуться.

— Для нас будет лучше поскорее убраться отсюда — предложил он. — Это место опасно, просто находка для зеленых кешей. Вы видите следы? Отсюда они наблюдают за караванами. — Он показал на юг, — Посмотрите, там как раз идет караван.

— В таком случае, поспешим в гостиницу, чтобы занять номера, пока не подошел караван. Я не желаю еще одну ночь спать под кустом дрока, — сказал дирдир-человек, Прозрачный воздух Чая и удаленность горизонта весьма затрудняли правильное определение расстояния. Когда они спустились с холма, караван уже находился на дороге. Он состоял из шестидесяти или семидесяти огромных повозок, которые были так тяжело нагружены, что с трудом могли изменять направление движения. Повозки имели по шесть очень высоких колес. Некоторые приводились в движение машинами, в другие были впряжены большие серые животные с маленькими головами, казалось, состоящими лишь из пасти и глаз.

Путники пропустили караван вперед. Три илантских разведчика проехали на конях гордо, как короли; это были высокие широкоплечие люди с резкими чертами лица. Их кожа была ярко-желтого цвета, а волосы, цвета вороньего крыла, блестели, будто лакированные.

На голове они носили остроконечные шапки с человеческими черепами без челюстей, под которыми задорно развевались пряди волос. Каждый из них был вооружен длинным тонким мечом, похожим на рапиру эмблемного племени, за поясом у каждого торчали по два пистолета, в правом сапоге — два кинжала.

Странников они окинули мрачными взглядами, Одни повозки были загружены коробками, ящиками и тюками, на других стояли большие клетки, в которых теснились дети, женщины и молодые мужчины.

Каждая шестая повозка была снабжена пушкой, за которой торчали серокожие люди в черных штанах и черных кожаных шлемах. У пушек были короткие стволы большого калибра, видимо, это были безоткатные орудия. Другие пушки имели длинные малокалиберные стволы, которые показались Рейту огнеметами.

— Это караван из Йобы, — сказал Трез Рейту, — Если бы мы его захватили, я до сих пор мог бы носить Онмале. Но я об этом не жалею. Онмале меня очень угнетала.

Около десяти повозок были нагружены темным пятнистым деревом, другие повозки имели трехэтажные надстройки из старых, истерзанных дождями досок, с куполами, палубами и затененными верандами. Рейт смотрел на них. полный зависти. Оказывается, и по степям Чая можно комфортабельно путешествовать!

Одна особенно большая повозка несла на себе целый дом с зарешеченными окнами и обитыми железом дверьми. Передняя палуба была обнесена проволочной сеткой.

Внутри сидела молодая женщина необычайной красоты, Темные волосы падали на ее плечи, а глаза были такими ясными, как темно-коричневые топазы. Она казалась очень темпераментной. была стройной и имела кожу цвета свежего песка. На ней была маленькая красно-розовая шапочка, темно-красная туника. мятые, несколько грязные штаны из белого полотна. Когда повозка проезжала мимо странников. Рейт поймал ее, полный меланхолии. взгляд. С обратной стороны повозки у открытой двери стояла высокая женщина со строгими чертами лица и блестящими глазами. Ее жесткие серо-коричневые волосы были коротко подстрижены, Три странника последовали за караваном в широкий песчаный двор.

Караванщик — маленький шустрый пожилой человек — поставил повозки в три ряда: повозки с грузом — рядом со складом, затем следовали повозки с рабами и бараками, а к ним пристроили повозки с пушками, стволы которых были направлены на степь.

На другой стороне двора находился караван-сарай — двухэтажная гостиница из спрессованной земли. Таверна, кухня и ресторанчик занимали нижний этаж. Над ними располагался ряд маленьких комнат, двери которых выходили на веранду. Три бродяги нашли хозяина в ресторанчике. Это был набыченный человек в черных сапогах и коричневом переднике. Кожа его была серой, как древесный уголь. Он высоко поднял брови и подозрительно посмотрел на всех троих:

Треза в одежде кочевника, Анахо в некогда элегантном костюме дирдиров и Рейта в земном облачении. Но, тем не менее, пообещал жилье и приобретение новой одежды.

Обстановка крошечных комнат состояла из кровати с матрасом из кожаных полос, натянутых на деревянную раму, на котором лежало немного соломы. На туалетном столе стоял таз для умывания и кружка. После долгого изнурительного путешествия по степи это показалось трем путешественникам почти люксом. Рейт вымылся, побрился аппаратом из аварийного комплекта и надел новую одежду, покрой которой показался ему просто немыслимым: широкие штаны из серо-коричневого полотна, рубашка из грубого белого шерстяного материала и черный жилет с короткими рукавами.

Он вышел на веранду и посмотрел вниз во двор. Какой далекой казалась ему предыдущая жизнь на Земле. По сравнению с расовым многообразием на Чае она казалась монотонной и унылой, Но, все-таки, он по ней тосковал. Сейчас он уже не так остро воспринимал свою изоляцию, как сначала. Его новая жизнь преподносила ему достаточно неожиданностей.

Через двор Рейт посмотрел на повозку с обитым железом домом. Значит, красивая девушка была пленницей. Что же могло ее ожидать?

До того. как Рейт спустился в ресторан, он распихал по карманам кое-что из своего аварийного комплекта. Остальное спрятал в тазу.

Трез сидел внизу на скамейке. Было видно, что он никогда не бывал в таком месте и сейчас ему не хотелось выглядеть дураком. Рейт засмеялся и хлопнул его по плечу, на что тот несколько принужденно улыбнулся.

Появился Анахо. В одежде обитателя степей он уже не так бросался в глаза. Тройка вошла в ресторан, где они заказали себе густой суп с хлебом.

Рейт решил на всякий случай не спрашивать, из че этот суп сварен, После еды Анахо посмотрел на Рейта и осведомился:

— Вы хотите ехать отсюда в Перу?

— Да.

— Пера еще и Город Потерянных Душ. Правда, так говорят скорее для красного словца, — с грустью сказал дирдир-человек. — Теологи дирдиров весьма своеобразны в выражении своих мыслей. «Душа» этом случае значит скорее «вызов». Но я далек сбить тебя с толку. Пера является конечным пунктом этого каравана. Я предпочитаю ехать и поэтому предлагаю выбрать самый удобный способ поездки, который может предложить караван.

— Отличная идея, — согласился Рейт. — Я все-таки…

— Знаю. знаю, — возразил Анахо. — Не надо об этом беспокоиться. Я обещал тебе и юноше, вы вежливые и обходительные, и поэтому… Трез в гневе вскочил.

— Я носил эмблему Онмале! — возмущенно заорал он, — Ты что не понимаешь? Ты думаешь, что уходя из лагеря не захватил с собой секвинов? Он хлопнул на стол мешок, — Дирдир-человек. мы ведь не указываем на твою надменность!

— Как знаешь, — ответил Анахо и посмотрел на Рейта, — Так как я не располагаю секвинами. то с благодарностью приму то, что мне предложат… Все равно, кто, — ответил Рейт. Тем временем ресторан наполнился людьми каравана, и все они требовали еду и питье. Когда караванщик поел, Трез и Рейт подошел к нему, чтобы осведомиться о возможности поездки до Перы.

— Если вы не очень торопитесь, то можете ехать с нами. — сказал, тот в ответ, — Мы здесь будем ждать караван Эйг-Хедайя с севера. А потом через Гольссе поедем дальше. Если же вы спешите, то вам придется подыскать себе что-нибудь другое.

Рейт с удовольствием отправился бы в путь немедленно, так как очень беспокоился о судьбе своего космического корабля. Но более удобной возможности не представлялось, и ему приходилось быть терпеливым.

Другие также с нетерпением ожидали продолжения поездки. Две женщины в длинных черных одеяниях сели за стол. Одна из них была тощей и длинной, Баойиан, сколько мы еще будем здесь ждать? — спросила она- Я слышала, пять дней. Но это исключено! Мы слишком поздно прибудем на семинар.

— Мы должны дождаться здесь каравана, идущего с севера, — объяснил старик обеим женщинам, — Нам надо произвести с ними обмен товарами. После этого немедленно отправимся дальше.

— Но нас ждут в Фазме очень срочные и важные дела.

— Матушка, я тебя заверяю, что мы доставим тебя на твой семинар с максимально возможной быстротой, — получила она ответ.

— Но это недостаточно быстро. Я требую, чтобы ты немедленно ехал дальше.

— Так не выйдет, матушка. Может ты еще чего-нибудь хочешь?. Обе женщины резко отошли к дальнему столу у стены. Рейта разобрало любопытство:

— Кто эти двое? — спросил он.

— Это священнослужительницы женских таинств. Известен ли вам этот культ? Он очень распространен. Из какой страны вы приехали?

— Из очень далекого края… Но скажи мне, кто эта молодая женщина, которую держат в клетке? Тоже священница? Баойиан встал.

— Она рабыня из Хархана, кажется мне. Ее везут на ритуал в Фазм. Но меня это совершенно не касается, так как я всего лишь караванщик и курсирую между Коадом на Дауне и Тостханагом на Шаницадовом море. туда и обратно.

Он пожал плечами и сжал губы.

— Если я их беру, то не спрашиваю о целях… Мне все равно, священнослужительница или рабыня, дирдир-человек, кочевник или неклассифицированный гибрид. — Засмеявшись, он отошел прочь.

Вся троица возвратилась за свой стол, и Анахо задумчиво посмотрел на Рейта:

— Странно, действительно очень странно… Я имею в виду твою экипировку. Такая же отличная, как и изделия дирдиров. Покрой твоей одежды на Чае неизвестен. С одной стороны, ты не знаешь совершенно ничего, С другой же, ты очень искусен. Мне кажется, что ты можешь быть и тем, кого из себя изображаешь — человеком с другой планеты… Несмотря на то, что само по себе это абсолютно абсурдно. — Сказал он.

— Я тебе ничего не доказывал. — возразил Рейт.

— Но юноша…

— Тогда вы должны разбираться друг с другом, Рейт повернулся к священнослужительницам, занятым своей едой. Две другие священницы привели прекрасную пленницу. Им сообщили о разговоре с караванщиком. Причем гнев священнослужительниц, вызванный его словами, до сих пор не утих. Красивая девушка выглядела очень мрачной и, когда ей под нос подсунули миску с супом, стана безразлично есть. Рейт не мог отвести от нее глаз. "Если она рабыня, — размышлял он, — то, возможно, священницы собираются ее продать. Хотя. скорее всего, нет, так как девушка такой необыкновенной красоты предназначалась, должно быть, для других целей".

Рейт вздохнул и поискал себе другой объект для наблюдений. Он заметил, что иланты также были очарованы девушкой. Они смеялись, шутили и толкали друг друга. Их движения были весьма непристойны, и Рейта это злило. Неужели они не понимают, что этой девушке уготована печальная участь?

Священницы встали и пошли вместе с пленницей во двор. Там они какое-то время ходили туда-сюда. Иланты тоже вышли во двор и уселись на корточках вдоль стены. Они сменили свои военные шапки с человеческими черепами на четырехугольные береты и мягкие шапочки из коричневого бархата, и каждый прилепил себе на желтую щеку украшение — маленькую фиолетовую наклейку. Они жевали орехи и выплевывали кожуру. Никто не отводил взгляда от девушки. Один вскочил, пошел за священницами с девушкой и попытался с ними заговорить.

Одна из них гневно обратилась к небу и сердито сказала что-то иланту. Но бесстыдно улыбающийся илант не отстал. Тогда к нему подошла коренастая священница и ударила его в голову. Илант зашатался и грубо выругался.

Священница ударила его ногой, вторая сделала то же самое, и илант во весь рост растянулся на земле. В конце концов ему удалось увернуться от разгневанных священниц и отползти в сторону. Друзья встретили его веселыми криками.

Священнослужительницы спокойно продолжили свой путь. Солнце садилось за горизонт и отбрасывало во двор длинные тени. Постепенно в караван-сарае воцарилась тишина. В это время с гор спустилась группа артистов, маленьких белокожих людей с желто-коричневыми волосами и резкими профилями, чьи женщины исполнили старинный подпрыгивающий танец, сигналом к которому послужил удар гонга. Бедно одетые дети, собирая монеты, пошли с тарелками по кругу. Путешественники натянули на повозках крыши, чтобы защититься от сходящего с гор ночного воздуха. Священницы с красивой девушкой ушли к себе в дом-повозку.

Стемнело, и на повозках зажглись огни. На горизонте еще виднелись фиолетовые отблески света.

Рейт съел еще миску пряного мяса с куском грубого хлеба и на десерт получил сушеные фрукты. Некоторое время он смотрел на артистов, затем принялся наблюдать за звездами. Где-то там наверху была далекая, невидимая невооруженным глазом звезда, удаленная от Чая на двести двенадцать световых лет. Его родина…

Он подошел к повозке священнослужительниц, которая притягивала его, как магнит. Священницы сидели на веранде, девушка стояла в клетке.

— Девушка, — тихо позвал он. — Девушка! Она посмотрела на него, но ничего не ответила.

— Подойди сюда. чтобы мы могли поговорить. — предложил он. и она подошла к сеточному заграждению, — Что они хотят с тобой сделать? — спросил он.

— Я этого не знаю. — Ее голос звучал мягко и немного хрипло, — Они украли меня из моего дома в Кате, посадили на корабль и заперли в клетке.

— Почему?

— Потому, что я красива. Так они. по крайней мере, говорят. Tcc… Они нас слышат. Спрячься!

Рейт затаился. Одна из священниц подошла, заглянула в клетку, но, ничего не заметив, снова удалилась.

— Она ушла, — позвала девушка.

Рейт встал. Несколько игриво он подошел ближе, — Ты хочешь выбраться из этой клетки? — спросил он.

— Конечно! — Она сказала это с болью, — Я не хочу иметь дело с их ритуалами! Они меня ненавидят, потому что сами они ужасно уродливы. — Она пристально посмотрела на Рейта:

— А я тебя сегодня уже видела. Ты стоял у дороги.

— Да, я тебя тоже заметил.

— А сейчас иди. Они могут снова вернуться, — попросила она. Рейт шмыгнул прочь и с некоторого отдаления наблюдал, как священницы увели девушку в дом. После этого он снова вернулся в ресторанчик, где шла игра в своеобразные шахматы с сорока девятью полями и семью фигурами с каждой стороны. Другие посетители были заняты игрой в карты. Несколько мужчин из каравана музицировали. Мелодия очаровала Рейта. Трез и дирдир-человек уже давно спали в своих комнатах, вскоре и Рейт последовал их примеру.

Глава 4

Рейт проснулся с чувством неосознанной мрачной угрозы, причину которого не мог понять. Но вскоре ему все стало ясно: это священнослужительницы Женских Таинств, державшие у себя в плену красивую девушку. В конце концов, с его стороны было тупостью думать о таких делах. Чего он мог добиться?

На завтрак он получил миску овсянки, которую принесла неряшливая дочка хозяина. После еды он уселся на скамейку во дворе и принялся наблюдать за девушкой. Священницы постоянно сопровождали ее. однако по сторонам не смотрели. Они скрылись в караван-сарае, Через полчаса вышли оттуда с одним из маленьких горцев; он ухмылялся и заговорщицки кивал им головой. Иланты вышли из ресторанчика, бросая на священниц косые взгляды, и вывели своих лошадей во двор, где принялись счищать с их серо-зеленой кожи роговые наросты. Наконец священницы закончили переговоры с маленьким человечком и исчезли вместе с девушкой.

Появился Трез и сел рядом с Рейтом. Он показал на степь.

— Приближается большой отряд зеленых кешей, — сказал он. — Я чувствую запах их костров.

— Я не чувствую, — сказал Рейт. Трез пожал плечами:

— Их триста или четыреста. Знаешь, маленький отряд не пускает по ветру столько дыма. А здесь дыма минимум на триста зеленых кешей, Но Рейт его больше не слышал.

Иланты оседлали своих коней и отъехали недалеко в степь. Анахо посмотрел им вслед и засмеялся:

— Сейчас они не откажут себе в удовольствии позлить священниц.

Рейт вскочил.

Когда девушку проводили мимо илантов, те напали, перекинули ее через седло и быстро поскакали в горы, Священницы беспомощно смотрели им вслед Очнувшись, они с воплями помчались во двор к караванщику Баойиану, указывая дрожащими пальцами вдаль — Они украли девушку из Ката, — жаловались они.

— Когда они с ней позабавятся, то вернутся обратно, — равнодушно сказал тот.

— Но тогда она уже не будет годиться для нашего дела, — взвыла священница — Какое несчастье! Я являюсь Великой Матерью семинарии в Фазме.

А ты еще сомневаешься, помогать ли мне?

Караванщик плюнул в пыль:

— Для меня главное, чтобы в порядке был караван. И я не помогаю никому. Ни для чего, кроме моих повозок, у меня нет времени.

— Но это же твои подчиненные. Позови их назад! — В степи я не могу им приказывать.

— Что же нам теперь делать? Нас ограбили и никто не хочет нам помочь.

Рейт вскочил в седло одной из лошадей и помчался в степь. Сделал он это совершенно подсознательно. Караванщик завопил ему вслед, но судьба девушки была для Рейта важнее, чем лошадь, которую он одолжил.

Иланты не успели еще далеко отъехать. Они скакали вдоль долины к песчаному подножию холма, Там девушка испуганно съежилась у камня. Когда Рейт подъехал, иланты только успели привязать своих лошадей, — Что тебе надо? — недружелюбно спросили они. — Исчезни! Мы хотим попробовать эту девочку из Ката.

— Ей как раз нужен урок для женских таинств, — сказал один из них и скабрезно засмеялся. Рейт достал свой пистолет:

— Я могу пристрелить вас всех, — Он кивнул девушке, — Идем! Но и его она боялась, так как не знала, что он собирается с ней делать. При этом иланты стояли, шевеля длинными обвислыми усами. Девушка медленно забралась в седло коня, стоявшего перед Рейтом. Тот развернул его и поскакал обратно.

Иланты тоже вскочили в седла и с воплями и проклятиями промчались мимо них.

Когда они подъехали к караван-сараю, священницы стояли во дворе и приветствовали Рейта повелевающими жестами.

— Сколько они тебе заплатили? — резко спросила девушка.

— Совершенно ничего, — ответил Рейт, — Я сам решаю, что мне делать.

— Отвези меня домой, в Кат, — жалобно попросила она. — Мой отец даст тебе все, что ты пожелаешь. Рейт указал на приближающуюся черную линию на горизонте:

— Видишь, это зеленые кеши. Так что пойдем пока лучше в гостиницу.

— Но эти дамы снова запрут меня в клетку, — взмолилась она. — Они меня ненавидят и хотят причинить зло! Смотри, вот они идут* Отпусти меня!

— В степь? Одну? Нет, я этого не допущу. И я не позволю, чтобы они тебя снова заперли.

Священницы встали в проходе между блоков, вырубленных в скале.

— О, святой человек, — воскликнула старшая, — ты поступил благородно. Надеюсь, ее не успели обесчестить?

— Тебя это не касается, Великая Мать. — сказал Рейт.

— Как? Что? Почему же это меня не касается?

— Теперь она принадлежит мне. Я отнял ее у воинов. Идите к себе и требуйте возмещения ущерба. А я оставлю себе то, что для себя добыл.

Священницы язвительно засмеялись:

— Мы — священнослужительницы Женских Таинств. Ты это понимаешь. глупец? Отдай нам нашу собственность или тебе будет плохо!

— Если вы не уберете руки от моей собственности, то станете скоро лишь мертвыми священницами! Это вам ясно?

С этими словами Рейт въехал во двор. Там он слез с лошади и помог сойти на землю девушке. Он уже понял, почему инстинкт погнал его за илантами.

— Как твое имя? — спросил он ее.

Она на мгновение задумалась, будто Рейт загадал ей загадку.

— Мой отец — владыка Голубого Дворца Йаде. Мы принадлежим к аэгисной касте. Иногда меня называют Голубым Цветком Йаде. иногда Прекрасным Цветком или Цветком Ката. Мое цветочное имя — Юлин-Юлан.

— Для начала достаточно, — констатировал Рейт. — Это несколько сложно.

Что же мне теперь с тобой делать?

Он отвел ее к дальнему столу в глубине ресторана караван-сарая.

Во дворе все священницы говорили что-то караванщику, а он их вежливо слушал Рейт сказал девушке:

— Я не знаю законов. И я боюсь, что тебя у меня отнимут.

— Здесь в степи законов не существует, — ответила она, — Здесь правит лишь страх. Подошел Трез и уставился на девушку.

— Что ты собираешься с ней делать? — спросил он у Рейта.

— Если смогу, доставлю ее домой.

— Я дочь знатной семьи, — сказала Юлин-Юлан. — Ни одно твоих желаний не останется неисполненным. Мой отец построит тебе дворец.

Это несколько успокоило Треза.

— Ну ладно, это не так уж безнадежно, — согласился он.

— Для меня уж как сказать, — заявил Рейт, — Я должен найти свой космический корабль. Если ты хочешь отвезти ее в Кат. то давай. Ты сможешь начать совершенно новую жизнь.

Тут к столу подошел караванщик и от имени священниц потребовал возвращения девушки. Конечно же Рейт это требование отклонил, и Баойиан с ним согласился:

— И я такого же мнения. Но священниц, в конце концов, ограбили. Я попытаюсь им объяснить, что ты имеешь право на девушку. И я очень надеюсь, что этот случай не нарушит мира и спокойствия в караване. Безопасность каравана — моя наипервейшая задача.

— Я понимаю, что они потерпели убытки. Но меня это абсолютно не касается, — ответил Рейт. — Ведь они и пальцем не пошевелили, чтобы вырвать девушку из рук илантов.

— Думаю, их настроение от твоих слов лучше не станет, — заметил Баойиан. — Для ритуала им необходим определенный тип девушки. А сейчас придется срочно подыскивать замену. Но в любом случае я передам им твое мнение.

— Надеюсь, что это не касается нашего договора о поездке с караваном?

— спросил Рейт.

— Нет, конечно нет! — убедительно подтвердил караванщик. — Воровства и насилия я не терплю, так как в моем деле очень важна безопасность. Он повернулся и ушел, Во время разговора подошел Анахо и с видом знатока принялся рассматривать Юлин-Юлан, — Она — Золотая Йао. очень старая раса. Гибрид первых тансов и первых белых. Сто пятьдесят лет назад у них неожиданно развилась мания величия и они попытались разрабатывать новую технику. Дирдиры преподнесли им жестокий урок.

— Сто пятьдесят лет назад? А какая продолжительность года на Чае?

— Четыреста восемнадцать дней.

— А какое отношение продолжительность года имеет к этому факту?

Рейт посчитал. Сто пятьдесят лет на Чае равнялись приблизительно двумстам двенадцати земным годам. Совпадение? Или предки Цветка Ката послали радиосигналы, приведшие его экспедицию на Чай?

Цветок Ката с сомнением посмотрела на Анахо и сказала Рейту:

— Это же дирдир-человек! Они обстреляли Сеттру и Билисидру. Из зависти они хотели нас уничтожить.

— Это не совсем верно, — возразил Анахо — Ваш народ начал игру с запрещенными сипами и вещами, которых вы не понимаете.

— А что же произошло потом? — осведомился Рейт.

— Ничего, — ответила Юлин-Юлан, — наши города были разрушены, как и дворцы искусств и золотого ткачества — сокровища тысячелетий. И стоит ли теперь удивляться тому, что мы ненавидим дирдиров больше, чем пнумов, кешей и вонков вместе взятых?

Анахо пожал плечами.

— Меня не было среди тех. кто уничтожал Йао, — сухо произнес он.

— Давайте лучше поговорим о других вещах, — предложил Рейт, — В конце концов, прошло уже двести двенадцать лет.

— Только сто пятьдесят, — поправила Цветок Ката.

— Ну ладно, ты права. Но неужели ты не хочешь сбросить с себя тяжесть воспоминаний?

— Конечно! Я должна всю эту тяжесть носить в себе с тех пор. как эта злые женщины меня похитили. И я с удовольствием приняла бы даже душ. Они давали мне воду только для питья.

Пока девушка отмывалась, Рейт ее охранял. Потом он протянул Юлин-Юлан одежду степных путешественников, которая была одинаковой как для мужчин, так и для женщин. Вскоре она появилась в серых штанах до колен и коричневой тунике Тем временем во дворе и в ресторане стало заметным некоторое волнение из-за того. что зеленые кеши поставили свои повозки лишь в миле от караван-сарая и разбили около сотни больших черных палаток. Но вели они себя пока что спокойно Баойиан озабоченно тер подбородок — Если северо-южный караван увидит, что кочевники так близко, он к нам не сунется, — сказал он, — а нам придется еще ждать.

Великая Мать издала громкий вопль.

— Но ведь тогда ритуал начнется без нас, — голосила она. Кто-то крикнул:

— Баойиан. выставь-ка священниц из лагеря! Пускай потанцуют свои ритуалы с кешами!

Это несколько охладило пыл женщин и они. пыхтя от злости, отошли назад.

Сумерки опустились на степь, и зеленые кеши разложили большой костер.

Время от времени то один, то другой из них бросал взгляд на караван-сарай, — Это раса телепатов, — объяснил Трез Рейту. — Говорят, что они читают мысли людей. Я в это не очень верю, но кто знает?

На ужин подали холодные остатки обеда, чтобы огонь не высвечивал зеленым кешам расставленных часовых. Несколько человек были заняты игрой, и лишь иланты пили много и только крепкие напитки. Вели себя они громко, но хозяин пригрозил, что вышвырнет их в степь. Они развалились за столами и низко надвинули шапки на желтые лбы.

Рейт поселил Цветок Ката в комнатке рядом со своей и посоветовал ей закрыть дверь на засов.

— Выйдешь из комнаты только завтра, — предупредил он. — И если кто-нибудь будет беспокоить тебя, стучи мне в стенку.

Она посмотрела на него с таким выражением, что его пробрало до самого сердца.

- Так ты не собираешься обходиться со мной, как с рабыней? спросила она.

— Нет, — заверил он ее, и, прежде чем скрыться в своей спальне, она подарила ему загадочный взгляд.

Ночь прошла спокойно, но на следующий день зеленые кеши по-прежнему оставались на своем месте. Ничего нельзя было сделать, оставалось лишь ждать.

Рейт взял с собой Цветок Ката и принялся рассматривать пушки каравана.

Особенно его заинтересовали пескоизлучатели. Он выяснил, что песок выстреливался по траектории электронов; песчинки достигали почти световой скорости и, вместе с этим. почти тысячекратной массы. Если такая песчинка попадала в твердое тело. ее энергия преобразовывалась во взрыв. Оружие это было изобретено и изготовлено вонками, но позднее захвачено другими расами.

На нем еще сохранились их письмена, черточки и прямоугольники разных размеров и конфигураций.

Трез и Анахо тем временем спорили о природе фангов. Трез доказывал, что это существа, которых пнумеки создают из трупов пнумов.

— Ты когда-нибудь видел супружескую пару фангов? Или детеныша фанга?

— спрашивал он, — Нет Каждый только для себя. Они слишком уж ненормальны, чтобы размножаться дальше.

Анахо поучающе поднял руку — Но и пнумы остаются каждый за себя и размножаются весьма странным образом. Странным во всяком случае для людей и полулюдей. Но для их системы этот способ, что ни говори, идеален. Они являются расой, которая очень хорошо приспосабливается к окружающим условиям. Знаешь ли ты. что их история насчитывает свыше миллиона лет?

— Я об этом слышал, — вставил Трез.

— Пока не появились кеши, везде господствовали пнумы. Они жили в деревнях и городах, состоявших из куполообразных строений, которые со временем бесследно исчезли. Сейчас же они живут в пещерах и подземных галереях, и жизнь их является для всех тайной. Даже дирдиры считают несчастьем обидеть пнума, — Так значит, кеши были на Чае еще до дирдиров? спросил Рейт, который присоединился к ним обоим.

— Это же знает каждый, — ответил Анахо. — Только человек из очень отдаленной провинции или далекого мира может быть таким неинформированным.

Сначала сюда попали старые кеши. Они прибыли сто тысяч лет назад. Десятью тысячами лет позднее за ними последовали синие кеши. происходившие с планеты, которую ранее колонизировали космопроходцы кешей. Обе расы боролись за Чай и привезли зеленых кешей как ударные войска.

И лишь шестьдесят тысяч лет назад прилетели дирдиры. Кешам они принесли большие потери, так как их было очень много. Позднее было заключено перемирие, но, тем не менее, обе расы до сих пор враждуют и между ними существует лишь минимум торговых отношений.

Десять тысяч лет назад, то есть совсем недавно, началась космическая война между дирдирами и вонками. перекинувшаяся на Чай после того, как вонки построили в Ракхе и Южном Кахане крепости. До сих пор происходят незначительные стычки, а иногда и нападения на тылы-Все три расы опасаются друг друга и предпочитают держаться на расстоянии. Пнумы придерживаются нейтралитета, но наблюдают за всеми с интересом и извлекают из этого уроки для своей собственной истории.

— А когда на Чай попали люди? — полюбопытствовал Рейт Анахо бросил на него ироничный взгляд:

— Ты утверждаешь, что знаешь тот мир, из которого пришли люди. Значит тебе должен быть известен ответ. Но Рейт не дал втянуть себя в спор и замолчал. Анахо продолжил свой доклад:

— Люди возникли на Сибопе и попали на Чай с дирдирами. Они мягкие, как воск. Некоторые из них стали маршевыми людьми, а двадцать тысяч лет спустя произошла мутация, и появились эти люди, — он показал на Треза. — Другие стали рабами и кеш-людьми, пнумеками и вонк-людьми. Имеются десятки человеческих рас и гибридов. Даже дирдир-люди сильно отличаются друг от друга. Беспятнистые — это почти чистые дирдиры, К ним Анахо причислил и себя, с гордостью подчеркнув этот факт.

— Остальные же несколько модернизировались. Это тоже причина моего недовольства существующим положением вещей. Я требовал привилегий, в которых мне отказали. Но я все-таки их…

Долго и обстоятельно описывал он проблемы, с которыми ему пришлось столкнуться, но Рейт его почти не слушал. Теперь он. наконец, понял, каким образом люди попали на Чай, Более семидесяти тысяч лет назад дирдирам уже были известны космические путешествия. За это время они минимум дважды посетили Землю. Во время первого посещения им, видимо, удалось найти племя промонголоидов, а во время второго визита, около двадцати тысяч лет назад, — собрать полный корабль протокавказоидов. Эти две группы изменились под влиянием условий на Чае и приспособились к его среде. Позже, в результате мутационных процессов, появилось непостижимое многообразие человеческих типов, для которых эта планета стала родной.

Несомненно, дирдиры знали о Земле и ее человеческом населении, но до сих пор видели в ней лишь варварскую планету. Достичь чего-либо, сказав им, что Земля тоже практикует космические полеты, наверняка бы не удалось. Рейт подумал, что это могло повлечь за собой даже дополнительные трудности. В его же космическом корабле не было ничего, что могло бы доказать его земное происхождение. Да и находился корабль в руках синих кешей. Кроме того, без ответа оставался еще один вопрос: кто выпустил торпеду, разрушившую "Эксплоратор IV"?

За два часа до захода солнца зеленые кеши свернули лагерь. Повозки с высокими колесами образовали круг. Воины сели на боевых коней и, видимо, по телепатическому сигналу сформировалась длинная колонна, двинувшаяся на восток. За ними на большом расстоянии ехали илантские разведчики. Утром они возвратились обратно и доложили, что банда, по всей видимости, потянулась на север.

Ближе к вечеру прибыл долгожданный караван из Эйг-Хедайи. Он был гружен кожей, ароматическими древесиной и мхом, пряностями и бочками с сопеньями.

Баойиан вывел свои грузовые повозки в степь, где и произошел обмен товарами. Грузчики и возницы изо всех сил старались потерять как можно меньше времени.

За час до захода солнца все было закончено, и пассажирам предложили собраться во дворе. Рейт. Трез, Анахо и Цветок Ката вышли вместе и подошли к каравану, Священниц нигде не было видно. Вдруг возникла толчея. Сильные руки обхватили Рейта. Он почувствовал, что к нему прижался кто-то мягкотелый.

Рейт начал сопротивляться, и оба упали на землю. Великая Мать вцепилась в него крепкими руками. Она так сдавила Рейту горло, что у него глаза полезли из орбит. Наконец ему удалось освободить одну руку и ударить Великую Мать прямыми пальцами в лицо. Она заорала. Он нащупал ее нос и выкрутил его. Она взвыла еще громче и засучила ногами. Наконец Рейт освободился. Тем временем другие священницы схватили Цветок Ката и потащили ее прочь, В вещах Рейта рылся Илант. Трез без признаков жизни лежал на земле, а Анахо ожесточенно отбивался от двух других илантов. Великая Мать попыталась схватить Рейта за ноги, но. увернувшись, он ринулся на роющегося в его багаже иланта. Тот сразу выхватил нож. но Рейт нанес ему сильный удар в подбородок. Илант рухнул на землю. Рейт прыгнул на спину следующему, нападавшему на Анахо, и Анахо обработал его своим ножом. Третьего Иланта Рейт схватил за руку и бросил через плечо. Дирдир-человек выхватил меч и воткнул его в желтую глотку противника.

Трез, покачиваясь, встал и поднял голову. Великая Мать спряталась в своей повозке. Рейт кипел от гнева. Никогда в жизни он не был так зол. Он взял свои вещи и отправился к караванщику.

— На меня напали, — бушевал он. — Ты должен был это видеть! Священницы затащили девушку из Ката в свой дом и держат ее там как пленницу, — Да. именно это я и видел, — ответил Баойиан, — Так как же теперь быть с твоим авторитетом? Я думал, что ты не допускаешь насилия. Караванщик склонил голову.

— Это произошло не непосредственно в караване, а в стелимсказал он. Мне кажется, что священницы лишь вернули себе свою собственность. Так что у тебя нет никаких причин жаловаться.

— Что? — вскипел Рейт, — Значит ты можешь допустить, чтобы невинная личность была принесена в жертву на этом идиотском ритуале?

— А что же мне остается? — спросил Баойиан, — Я же не степная полиция!

Да и не хочу быть ею.

Рейт еще раз бросил на него презрительный взгляд и ринулся к дому священниц. Баойиан крикнул ему вслед.

— Должен тебя предупредить! Если ты нарушишь мир в караване…

Рейт остановился. Эти слова лишили Рейта его дара речи. Лишь по прошествии нескольких минут он смог прорычать:

— Значит гнусные дела тебя не касаются?

— Гнусные? На Чае это слово ничего не значит Что-то либо случается, либо не случается, Если кто-то совершает гнусность, то он недолго проживет.

Могу ли я теперь проводить тебя в твое купе? Я хочу убраться отсюда до того момента, как вернутся зеленые кеши, А у меня остался один единственный разведчик.

Глава 5

Рейту, Трезу и Анахо выделили купе в повозке с бараком, обстановка которого состояла из шкафчика и гамака. За четыре повозки перед ними ехали священницы. Всю ночь напролет у них не зажигался свет, Рейт размышлял о возможностях спасения девушки, но в результате заснул от разочарования, злости и безысходности.

Незадолго до восхода солнца караван остановился. Все путешественники поспешили к повозке-буфету, где каждый получил большой кусок пирога с мясом и кружку пива. Над степью висели лохмотья тумана. Негромкие звуки каравана только подчеркивали неизмеримую ширь и тишину. Здесь не было многоцветия: небо было сланцево-серое, а степь серо-коричневая, как водянистое молоко тумана.

Священниц видно не было, как и Цветка Ката. Рейт отыскал караванщика.

— Сколько нам еще ехать до семинарии? Когда мы туда прибудем? Старик прожевал свой пирог и поразмыслил.

— Сегодня мы разобьем лагерь у Слугакх Кнолля, завтра на станции Задно и на следующее утро мы будем у развилки на Фазм. Священницы все время меня торопят. Они боятся, что прибудут на ритуал слишком поздно.

— А что это за ритуал? Что там происходит? Старик пожал плечами.

— Я могу лишь пересказать тебе слухи, которые до меня доходят.

Священницы — это избранная группа мужененавистниц. Поэтому они ненавидят и женщин, красота которых привлекает мужчин. Кажется, этот ритуал предназначен для того, чтобы убить в девушке все эротические чувства. И еще я слышал, что во время ритуала священницы устраивают оргии.

— Значит, мне остается всего два с половиной дня, — пробормотал Рейт.

Караван шел курсом, параллельным горной цепи. Окружающая растительность была скудной, и Рейту представилась хорошая возможность исследовать в свой сканоскоп местность. Иногда он наблюдал притаившиеся в тени силуэты. Это были или фанги, или пнумы.

Но основное внимание он уделял повозке священниц. Днем в ней не было заметно никаких признаков жизни, а ночью — ни проблеска света. В нетерпении он иногда даже подбегал к повозке, Анахо попытался его образумить.

— Почему тебя так волнует эта девушка? — спросил он, — На других рабов в этом караване ты даже не посмотрел. Везде живут и умирают люди.

Кажется, что ты забыл о жертвах старых кешей и их забавах, о кочевниках-людоедах, которые выпасают в горах Кослована свои людские стада, о дирдирах и дирдир-людях, томящихся в подземельях синих кешей. Тебя привлекает лишь нафталинная пыль, одна единственная девушка, одна единственная судьба.

— Одному человеку не под силу сделать все, — с натянутой улыбкой отразил Рейт его натиск. — Но я начну это дело и, если смогу. спасу девушку от ритуала.

Трез тоже был против.

— А как же с космическим кораблем? Если ты свяжешься со священницами, они тебя убьют либо оскопят.

Рейт терпеливо все это выслушивал, кивал, но переубедить себя не дал.

В конце второго дня холмы стали более крутыми и каменистыми, и к вечеру караван прибыл в Задно. Это был маленький караван-сарай на краю скалы. Там добывали кристаллы и малахит. Баойиан выстроил повозки под скалами. Пушки снова были направлены в степь. Рейт прошелся мимо дома-повозки священниц и услышал слабые всхлипывания — будто кому-то снился страшный сон. Трез взял его за руку.

— Неужели ты не понимаешь, что тебя не выпустят из поля зрения? сказал он, — Да и караванщик приказал тебе не нарушать спокойствия.

Рейт, словно волк, оскалил зубы:

— А если я все-таки нарушу? Я предупреждаю тебя, не вмешивайся! Иди своей дорогой, не обращая внимания на то, что я делаю и что со мной случится.

— Ты же сам не веришь в то. что говоришь. — гневно ответил Трез. — Ты думаешь, что я смоюсь? Но разве мы не друзья?

И он обиженно отступил в сторону.

Рейт вышел из лагеря и отошел недалеко в степь. Оставалось очень мало времени. Он должен был действовать, но когда? Ночью? Может, по дороге до развилки на Фазм, после которой священницы должны отделиться от каравана?

Нет, сейчас любое поспешное действие могло привести лишь к несчастью, А священницы и завтра будут начеку, и будут тщательно охранять свою жертву.

Что сможет он предпринять в Фазме, когда священницы покинут караван? Он этого не знал. Наверняка они и тогда приложат все усилия, чтобы защититься от него.

Сумерки превратились в ночь. Из степи доносились угрожающие звуки. Рейт пошел в свое купе и улегся в гамак. Спать он все равно не мог. да и не хотел. Он вскочил.

Луны стояли на небе. Эз висел довольно низко на западе и вскоре исчез за скалой. Брез посылал с востока на скалы призрачный свет. В лагере не было гостиницы и поэтому было почти темно, В доме-повозке священниц мерцал слабый свет. Казалось, что ее обитательницы вели себя активнее, чем обычно.

Неожиданно и вдруг свет погас. Воцарилась непроглядная тьма.

Рейт подполз к повозке. Вдруг ему показалось, что он услышал шорох. Он остановился и прислушался. Снова этот звук, похожий на скрип колес. Рейт бросился бежать, потом вдруг остановился, услышав приглушенные голоса.

Черная тень вынырнула из ночной тьмы. Он быстро отскочил. Вдруг появился еще кто-то и ударил Рейта по голове. Перед глазами закружились звезды, Мир перевернулся…

Он очнулся от того же скрипа колес, который слышал до этого. Значит, его схватили и избили. Ни руками, ни ногами пошевелить было невозможно — он был крепко связан и лежал на твердой поверхности, которую сильно потряхивало. Как он понял, это был настил в небольшой повозке. Над ним висело ночное небо, возле него громоздились тюки и коробки. Повозка двигалась по плохой дороге. Изо всех сил Рейт попытался пошевелить руками, но ничего, кроме боли. ему это не принесло. Он сжал зубы. Спереди до него донесся тихий разговор. Кто-то посмотрел на него. Рейт замер. Темная тень исчезла. Это наверняка были священницы, Почему же они его связали, а не убили сразу?

Рейту очень хотелось это знать. Он попытался сбросить с себя путы, но попытка осталась безуспешной — его связали со знанием дела но, видимо, в чрезвычайной спешке. Судя по всему, меч у него забрали, но на поясе осталась висеть его сумка.

Повозку сильно тряхнуло. Рейта подбросило, и он скатился в сторону. Это навело его на мысль. Он отполз настолько, насколько позволяли путы. и оказался на краю повозки. От страха, что его может кто-то заметить, он даже вспотел. Повозку снова тряхнуло, и Рейт выпал на дорогу. Повозка покатилась дальше в темноту. Несколько синяков и шишек, набитых при падении Рейт даже не заметил. Он скатился с дороги и достиг каменного склона, где, наконец, оказался в тени. Там он некоторое время оставался лежать, опасаясь, что кто-нибудь мог все-таки заметить его падение с повозки. Наконец скрип повозки затих. Ночь была безмолвной, и лишь ночной ветерок нарушал ее покой.

Рейту удалось встать на колени. Он отыскал острый камень и принялся перетирать связывавшие его веревки. Это было довольно сложно, и из рук стала сочиться кровь. Голова тоже сильно болела. Рейта объял ужас: скалы над ним вдруг показались живыми существами. Чтобы отогнать призрачное видение, он тряхнул головой. Наконец веревка лопнула, и руки освободились.

Он сел и пошевелил затекшими пальцами. Потом развязал ноги.

Покачиваясь, встал и оперся о скалу. Над самой высокой вершиной горной цепи стоял Брез, погружая долину в бледный призрачный свет. Рейт с трудом поднялся по склону и снова вышел на дорогу. Позади него находилась станция Задно. Где-то перед ним на неопределенном расстоянии катилась повозка.

Вероятно, священницы уже обнаружили его исчезновение. И наверняка в этой же повозке находилась Юлин-Юлан. Рейт торопливо захромал в направлении, в котором уехала повозка. От Баойиана он знал, что для каравана развилка на Фазм была в полудне пути, А о расстоянии до места проведения семинара он не имел ни малейшего представления. Во всяком случае, эта дорога по горам казалась короче.

Дорога поднималась все выше и привела к перевалу. Рейт брел дальше. Он и не надеялся обогнать повозку, которую с постоянной скоростью тащили большие восьминогие животные. Он дошел до перевала и немного передохнул.

Оттуда дорога спускалась на поросшую лесом равнину, освещенную рассеянным светом Бреза. Там стояли удивительные и странные деревья. Белые их стволы были закручены в спирали, которые переплетались со спиралями соседних деревьев. Черные листья блестели, как лакированные, а на верхушке каждого дерева слабо мерцали светящиеся шары. Из леса доносились странные звуки. На всякий случай Рейт нащупал свое энергетическое оружие и облегченно вздохнул.

Брез закатился за лес. оттуда виднелось лишь его слабое свечение.

Хромая, Рейт поплелся дальше. Гигантская тварь проплыла в воздухе над ним; у нее были слабые крылья и маленькая детская головка. Как-то Рейту показалось, что неподалеку раздавались голоса. Но прислушавшись, он понял, что ошибся.

Как во сне двигался он по сказочной местности, и мысли его тоже текли, как во сне.

Далее дорога круто шла вниз. Рейт спустился в узкое ущелье. Раньше это ущелье перегораживала стена. Теперь же от нее остались одни руины.

Сохранился лишь портал, через который и проходила дорога. Возникло подсознательное чувство опасности, и Рейт остановился. Слишком уж невинно выглядела эта загадочная развалина.

Рейт бросил сквозь портал камень и сошел с дороги. Прижимаясь к стене на краю ущелья, он обошел портал и через тридцать метров снова вышел на дорогу. Рейт посмотрел назад. Даже если портал и представлял какую-то опасность, в полной темноте невозможно было ничего рассмотреть.

Он осторожно двинулся дальше, затем остановился и несколько минут прислушивался. Ущелье стало шире. Звезды над Чаем освещали серые скалы, и казалось, что небо стало ближе.

Но небо ли светилось перед ним? Не слышит ли он шум человеческих голосов? Рейт бросился бежать. Дорога спускалась дальше и огибала скалу. На повороте Рейт резко остановился. Ему открылась картина такая же странная и дикая, как вся планета Чай.

Семинария Женских Таинств находилась на не правильном, окруженном скалами и горными вершинами плато. В промежутке между двумя вершинами стоял высокий четырехэтажный каменный дом. Повсюду виднелись сараи и штабеля дров, загородки, загоны, сеновалы и корыта для корма. Прямо под Рейтом из холма выступал вперед широкая каменная площадка, окруженная двухэтажными зданиями.

Был большой праздник Десятки светильников освещали красным, фиолетовым и оранжевым светом группу минимум в двести женщин, корчившихся в танце и достигших высшей степени экстаза. Они были одеты в черные брюки и черные сапоги. Больше никакой одежды на них не было. Даже головы их были обстрижены, а у многих вместо грудей виднелись ярко-красные шрамы. Эти женщины двигались в едином порыве танцевально-марширующего ритма. Тела их масляно блестели. Некоторые сидели на скамейке и отходили от этой истерики.

Под площадкой Рейт увидел ряд невысоких клеток, в которых сидели мужчины. Они были абсолютно голыми, С их стороны доносилось пение, мелодию которого Рейт уже однажды слышал. Как только кто-нибудь из них прекращал петь, возле него из земли вырывалось пламя, и он сразу же начинал орать так громко, как только мог. Огонь регулировался с пульта, за которым сидела одетая в черное женщина. Она руководила всем этим демоническим процессом.

"Как сильно эти женщины должны ненавидеть мужчин", — подумал Рейт. В одной из клеток певец упал и скатился в жар огня. Его оттащили в сторону На голову ему надели мешок из мягкой фольги и завязали на шее. После этого его швырнули в корыто, а другого певца — в клетку. Это был крепкий молодой парень, видимо, кипевший от гнева. Он не торопился начинать пение и предпочел молча переносить огонь. Одна из священниц пустила ему в лицо облако дыма, и он запел вместе с остальными.

На сцене появилась группа пестро и гротескно одетых клоунов. Все они были необычайно худыми, с выбеленной кожей и нарисованными черными бровями.

Причудливыми прыжками они двинулись мимо млевших от удовольствия священниц.

После них появился мим с длинной косой из светлых волос в маске с огромными глазами и смеющимся красным ртом. Он должен был изображать красивую женщину.

И Рейт подумал: "Они ненавидят не только мужчин, но и любовь, молодость и красоту".

В глубине сцены раздвинулся занавес, и голый, полностью обросший волосами кретин попытался вломиться в клетку из тонких стеклянных прутьев, но не нашел входа. В клетке на корточках сидела девушка в прозрачной одежде — Цветок Ката.

Мим закончил свое комическое выступление, певцы затянули новую тихую мелодию, а священницы сгрудились вокруг сцены, подбадривая кретина к более активным действиям.

Рейт уже покинул свой наблюдательный пункт и, стараясь держаться в тени, добрался до тыльной стороны площадки. В будке отдыхал клоун. В загоне теснились двенадцать молодых парней, охраняемые светловолосой старухой с ружьем, которое было больше, чем она сама.

Со сцены доносились торжествующие вопли. Кретину, наконец удалось открыть клетку. Рейт, забыв всю врожденную и приобретенную вежливость по отношению к женщинам, нанес старухе сильный удар, подбежал к загону и открыл дверь.

— Возьмите ружье и освободите певцов, — крикнул он молодым людям, и они ринулись наружу, В два прыжка он достиг сцены, прицепился и выстрелил взрывающейся иглой в широкую спину кретина как раз в тот момент, когда он разрывал на девушке одежду. Идиот приподнялся на носках, повернулся вокруг своей оси и рухнул замертво. Юлин-Юлан, Цветок Ката, беспомощно оглянулась и увидела Рейта. Он кивнул ей, и она, выбравшись из клетки, через сцену побежала к нему.

Священницы зашипели от злости, а потом и от страха, увидев, что молодые люди выбежали с ружьем на сцену и стали стрелять по толпе. Остальные освобождали певцов. Молодой певец, запертый в клетку последним, подскочил к женщине за пультом, схватил ее, затолкал в одну из пустых клеток и запер. Затем он вернулся к пульту. нажал на кнопку «огонь», и священница не запела, а завизжала на самых высоких тонах. Другой схватил факел и швырнул его в сарай. Остальные с кольями и дубинами набросились на участниц праздника.

Рейт подвел всхлипывающую девушку к краю плато, сорвал с кого-то накидку и прикрыл ею Цветок Ката, Одна из священниц попыталась его заколоть, но Рейт сбил сначала ее, а затем и нескольких других с ног. Из сарая вылетела повозка с четырьмя священницами. Одна из них оказалась Великой Матерью, Какой-то мужчина вскочил на повозку и попытался задушить ее. Но та схватила его толстыми руками и зашвырнула на крышу повозки, размозжив ему голову. Рейт прыгнул и ударил ее так сильно, что она свалилась с повозки и в страхе стала звать трех других женщин.

Четверо рычащих, словно медведи, молодых мужчин окружили Великую Мать.

Рейт сбросил с повозки и остальных священниц, подсадил на нее девушку и помчался вдоль по восточной дороге к развилке на Фазм. Юлин-Юлан обессиленно приникла к нему. Рейт тоже чувствовал себя полностью выжатым и опустился на сидение. Небо позади них светилось, и огни мерцали в ночном небе.

Глава 6

Через час после восхода солнца они достигли развилки. Здесь, на краю степи, стоял довольно небольшой караван-сарай, состоящий всего из трех приземистых кирпичных строений с крошечными окнами в деревянных рамах. Дверь была заперта. Рейт остановил повозку, постучал в дверь и крикнул никакого ответа. Разочарованные, они устроились в повозке, чтобы провести в ней остаток ночи.

До этого Рейт, исследовав содержимое повозки, нашел в ней две большие кожаные сумки, полные секвинов. Их было так много, что Рейт даже не смог сразу определи их количество.

— Оказывается, нам досталось состояние священниц, — сказал Рейт Цветку Ката. — Я думаю, этого с лихвой хватит, чтобы заплатить за твой проезд домой.

— Так ты собираешься дать мне деньги, чтобы я смогла вернуться. домой?

И не хочешь получить за это никакого вознаграждения? — недоверчиво спросила она.

— Я и не буду ничего просить, — ответил Рейт и ухмыльнулся, — Кажется, дирдир-человек оказался прав, говоря, что ты прилетел с другой звезды, сказала девушка, отпрянув от него.

Рейт грустно улыбнулся и посмотрел на степь. Конечно, будь у него возможность вернуться на Землю, он бы с радостью там остался, чтобы до конца прожить жизнь на родине. Но разве смог бы он никогда больше не возвращаться на Чай? Нет, наверное нет, размышлял он. Понятно, что официальную позицию Земли в этом вопросе предсказать было невозможно. Однако его самого это касалось в значительно меньшей степени. Мог ли он допустить, чтобы и дальше кеши, дирдиры и вонки порабощали и угнетали людей? Эта мысль воспринималась им болезненно.

— Что думает твой народ о дирдир-людях, кеш-людях и других? несколько отрешенно спросил он Юлин-Юлан. Казалось, что вопрос ее удивил, и она подняла брови:

— А что, собственно, нужно о них думать? Они просто существуют. Если они нас не трогают, мы их не замечаем. И почему ты спрашиваешь о дирдир-людях? Ведь мы говорим о тебе и обо мне!

Рейт испытывзюще посмотрел на нее, глубоко вздохнул и придвинулся к ней поближе. Но в этот момент открылась дверь караван-сарая и какой-то человек выглянул наружу. Он был более, чем коренастым, ноги его были очень толстыми, а руки длинными. На лице красовался длинный кривой нос, кожа и волосы его были светло-серыми. По всей видимости, он был представителем серых людей.

— Кто вы? Ведь это повозка семинарии. Этой ночью я видел на небе зарево. Это был ритуал? Священницы на ритуале — это настоящие привидения.

Рейт дал уклончивый ответ и завел повозку во двор.

Позавтракав кушаньем из вареных трав с черствым хлебом, запив все это чаем, они возвратились к повозке, чтобы дождаться в ней прихода каравана.

Приподнятое настроение раннего утра улетучилось, оба чувствовали себя страшно усталыми и молчали. Рейт соорудил в повозке для Юлин-Юлан импровизированную кровать, а сам с максимально возможными в этих условиях удобствами устроился на сиденье. Оба заснули.

Караван показался лишь после полудня. Единственный, оставшийся илантский разведчик, въехал во двор вместе с круглолицым юношей угрюмого вида, переведенным из пушкарей в разведчики незадолго до этого.

Осмотревшись, они сразу же повернули своих коней и помчались обратно к каравану.

Через некоторое время, покачиваясь, подъехали высокогруженные повозки.

Возницы кутались в громадные плащи, пряча в воротники худые лица. Многие пассажиры уже проснулись и сидели перед своими купе на верандах и балконах.

Трез радостно приветствовал Рейта, а дирдир-человек Анахо высокомерно помахал ему кончиками пальцев, что можно было истолковать как угодно.

— Мы думали, что тебя похитили или вообще убили, — сказал Трез Рейту. — Мы облазили холмы и близлежащую степь, но не нашли никаких следов.

Сегодня мы намеревались перерыть всю семинарию.

— Мы? — удивленно спросил Рейт.

— Да. Дирдир-человек и я. Он оказался не таким уж плохим.

— Семинарии больше не существует, — сказал Рейт.

Появился Баойиан и ошеломленно уставился на Рейта и Юлин-Юлан, но ничего не спросил. Рейт уже давно подозревал, что караванщик помогал священницам, и не стал ему ничего рассказывать. Баойиан выделил им одно купе и в оплату за поездку до Перы забрал повозку священнослужительниц.

В лагере часть товаров выгрузили, а другие загрузили на освободившееся место, и караван отправился дальше на северо-восток. Как-то они долго ехали вдоль берега большого неглубокого озера с солоноватой водой, затем осторожно пересекли марши — болотистый участок, местами густо поросший камышом и белым тростником. Разведчик обнаружил устроенную карликовыми маршевыми людьми засаду и те, не дожидаясь, пока пушки начнут сеять смерть, скрылись в густых камышовых зарослях Трижды воздушные корабли дирдиров подлетали к каравану и долго кружились над ним. В это время Анахо прятался в своем купе. Один раз над ними проплыл воздушный плот синих кешей.

Рейт сполна наслаждался бы этой поездкой, если бы не постоянные мысли о космическом корабле. Да и Юлин-Юлан, Цветок Ката, была проблемой. Из Перы караван должен был возвращаться в Коад на Дван Жере, где девушка могла попасть на корабль, плывущий в Кат. Рейт понял, что этого ей очень хотелось, несмотря на то, что они не эту тему не говорили. Да и вела она себя по отношению к нему весьма прохладно.

Так и полз караван под серым небом дальше на север. Дважды днем на него обрушивалась сильная гроза. За исключением этих случаев, погода оставалась постоянной. Однажды караван проехал через огромный темный лес, а на следующий день переехал по древней дамбе через топь, густо поросшую растениями с тугими плодами. Удивительно, что среди этих растений почти не было видно насекомых. Попадались, однако, достойные внимания существа: бескрылые животные величиной с жабу, которые при помощи быстро вращающегося хвоста могли летать по воздуху: или животные, похожие на что-то среднее между летучей мышью и пауком, которые скользили при помощи перепончатых крыльев по прикрепленной к ветвям паутине.

На караванной станции у Ветряных Гор их караван натолкнулся на встречный караван, шедший в Малагаш, находившийся южнее за горами на заливе Хедайя. Дважды появились небольшие банды зеленых кешей, которые, правда, на караван не нападали. Караванщик объяснил, что это были группы спаривания, которые как раз двигались к месту своего совокупления. Однажды им встретился отряд кочевников, состоявший из высоких мужчин и женщин с лицами, раскрашенными в синий цвет и они уступили ему дорогу. Трез предположил, что это были людоеды, женщины которых в битвах сражались плечом к плечу с мужчинами. Дважды на пути каравана повстречались разрушенные города.

Однажды караван свернул на юг, чтобы доставить ароматические вещества, эссенции и амфирное дерево в город старых кешей, к которому Рейт проявил большой интерес. Несчетное количество белых куполов сверкало сквозь листву, и повсюду виднелись прекрасные сады. Большие желто-зеленые деревья распространяли освежающий запах; они напоминали тополя и назывались адарак.

Рейт узнал, что они были культивированы старыми и синими кешами для очистки воздуха и придания ему особой прозрачности.

Караван остановился на покрытой травой овальной площадке, и Баойиан сразу собрал всех путешественников.

— Мы находимся в Гольссе, городе старых кешей. Оставайтесь все время в непосредственной близости от этой площадки. В противном случае вы станете жертвами происков кеш-людей. Вы попадете либо в сад сумасшедших, либо вас обрызгают эссенциями, которые будут лежать на вас проклятием, издавая неделями ужасный запах. Если же они в ударе и хотят особенно весело пошутить, их шуточки могут стать до крайности жестокими или даже смертельными. Однажды они при помощи эссенции усыпили одного из моих возниц и приклеили ему новое лицо с длинной серой бородой.

Так что ни при каких условиях не покидайте овальной площадки, даже если кеши станут вас уговаривать. Они совершенно лишены сочувствия и думают лишь о своих ароматах, эссенциях и скверных шутках. То есть я предупреждаю, если вас, конечно, не затруднит: не заходите ни в один из садов и, если вам дорога ваша жизнь, ни в коем случае не заходите ни в один из этих куполов.

Несколько кеш-людей перегружали товары на низкие автомобильчики; эти люди были ниже и, видимо, не так развиты, как синие кеш-люди. которых Рейт видел раньше. Ходили они ссутулившись, имели круглые сморщенные лица. тяжелый лоб и маленький рот над едва обозначенным подбородком. Как и синие кеш-люди. они носили свисавшие на глаза и расчесанные на пробор на острых макушках накладные волосы. Казалось, они всегда куда-то торопятся: глаза их никогда не смотрели по сторонам, и они не разговаривали ни с кем из персонала каравана.

Как-то появились и двое старых кешей. Когда Рейт их увидел, они показались ему похожими на огромных серебристых рыб, из которых забавно торчали получеловеческие руки и ноги. Их кожа казалась чешуйчатой и напоминала шелк цвета слоновой кости. Они изящно двигались, а их живые глаза, похожие на серебристые пластинки, постоянно бегали. Рейт нашел их даже привлекательными. Кеши почувствовали его взгляд на себе и посмотрели туда, где он сидел.

Они кивнули и помахали ему руками, и Рейт радостно ответил им тем же жестом. Кеши пошли дальше.

Баойиан задержался в Гольссе ровно настолько, насколько было необходимо. Как только он загрузил свои повозки лекарствами и красителями, кружевами и сушеными фруктами, караван двинулся дальше на север. Он предпочитал провести ночь в степи под открытым небом, чем подвергаться опасности шуток со стороны старых кешей.

Степь выглядела травянистой пустыней и была плоской, как тарелка. В свой сканоскоп Рейт рассмотрел большую банду зеленых кешей еще до того, как ее заметили разведчики. Он сразу сообщил об этом Баойиану, и тот быстро выстроил караван в оборонительную круговую позицию. Зеленые кеши надвигались, сидя на своих быстроногих скакунах, и на их пиках развевались черно-желтые боевые флажки.

— Они движутся с севера, — сказал Трез. — Там они питаются рыбой-лисой и ангбутом. Из-за этого кровь их густеет и они становятся злыми. Если же на их пиках развеваются черно-желтые флажки, то лучше обойти их стороной.

Но зеленые кеши караван не тронули, и Рейт смог их хорошо рассмотреть.

Они выглядели не так, как старые кеши, были около двух метров ростом, массивные и с толстыми руками и ногами. Их чешуйки блестели зеленым металлом, а лица были маленькими, мрачными и чрезвычайно уродливыми. На них были большие кожаные передники и плечевые защитные щитки, на которых висели мечи, боевые топоры и катапульты. У Рейта не возникло никакого желания померяться силами с ними в бою.

Когда зеленые кеши проскакали мимо, караван продолжил свой путь, Трез удивлялся миролюбию зеленых и думал, что они, видимо, предпочитают подготовить им где-нибудь ловушку. Так же думал и Баойиан. Поэтому в последующие дни они были особенно осторожны.

Наконец Пера, цель путешествия, лежала перед ними. Радиоприемник Рейта показывал местонахождение второго прибора на расстоянии около шестидесяти миль западнее. От караванщика он узнал, что там находится город синих кешей Дадих.

— Но лучше держись от него подальше, — посоветовал он, — Это сумасшедшая банда, изобретательная, как старые кеши, и дикая, как зеленые.

— А они что, не ведут торговли с людьми?

— Наоборот, очень оживленно. Пера — перевалочный пункт в торговле с синими кешами. Но только каста перевозчиков имеет право проезжать в Дадих.

Из всех кешей синие мне особенно неприятны. Но и старые кеши тоже злой и неприветливый народ — Ты задержишься в Пере или сразу отправишься назад в Коаст?

— В течение трех дней.

— Тогда, наверное, принцесса Юлин-Юлан тоже поедет с тобой, чтобы сесть там на корабль, следующий в Кат.

— А она сможет оплатить это путешествие?

— Конечно.

— Тогда все в порядке, А ты? Ты разве не собираешься вместе с ней в Кат?

— Нет. Видимо, я на какое-то время задержусь в Пере. Баойиан с сомнением покачал головой:

— Золотые Йао из Ката очень благодарный народ. Но на Чае ничего заранее предугадать нельзя, кроме зла. Удивительно, что зеленые кеши на нас не напали. Я уже начинаю надеяться, что до Перы мы доберемся без происшествий.

Но его мечтам не суждено было сбыться, так как в это время с востока появились зеленые кеши. Одновременно разыгралась буря. Молнии освещали степь призрачным светом, и с юга на степь надвигалась стена дождя.

Баойиан сразу же начал выстраивать повозки в круговую оборонительную позицию, а Пера не была настолько близко, чтобы чувствовать себя в полной безопасности. И сделано это было совершенно своевременно, так как кеши сразу же ринулись на штурм кольца повозок, восседая на своих огромных скакунах.

Пушки каравана забулькали и закашляли, перекрывая шум дождя и дополняя его грохотом. Несколько нападавших были убиты залпами пескоизпучатепей.

Другие упали с коней и были затоптаны, и вскоре возникла неразбериха.

Пушкари делали все от них зависящее, чтобы эту неразбериху еще больше усугубить.

Зеленые кеши падали быстрее, чем могли отступить, и поэтому сменили тактику. Те, чьи скакуны были убиты, прятались за их трупами и обстреливали караван из катапульт. Дождем из стрел были убиты три канонира. Оставшиеся на конях воины снова бросились в атаку в надежде прорвать оборонительное кольцо, но были отброшены назад, так как к осиротевшим пушкам встали возницы. Но во время следующего штурма и среди них появились убитые.

Во время третьего штурма погибло много зеленых кешей и по земле катались не только тяжело раненые воины, но и раненые животные, давя своими тепами поверженных кешей. Тем не менее, у них оставалось численное превосходство.

Несмотря на весь героизм обороняющихся, в исходе битвы сомневаться не приходилось. Рейт взял за руку Цветок Ката и кивнул Трезу. Втроем они присоединились к группе испуганных беглецов и на нескольких повозках с оставшимися возницами и пушкарями бросились в Перу. Караван был сдан.

Зеленые кеши с оглушительными криками стали преследовать беглецов. Воин с горящими глазами кинулся на них. Рейт всегда держал наготове пистолет, но не хотел тратить драгоценные боеприпасы и размахнулся, готовясь нанести сильный удар мечом. Но конь нападавшего поскользнулся на мокрой траве и упал, так что всадник по высокой траектории вылетел из седла. Рейт подбежал к нему и, подняв свой эмблемный щит, ударил по толстой шее поверженного противника. Воин дернулся и испустил дух. Трое беглецов стали сквозь дождь пробираться в Перу.

Наконец, промокнув до последней нитки, они добрались до первых развалин на окраине города. Укрывшись под бетонной крышей, они почувствовали, что замерзли. Но, тем не менее, ощущали себя здесь в безопасности от зеленых кешей.

— Как минимум, мы в Пере, — философски заметил Трез, — И именно сюда мы стремились.

— Если и не в ореоле славы, то хоть живыми. — добавил Рейт. Достав из кармана радиопередатчик, проверил показания индикатора.

— Он показывает на Дадих, — объявил он. — Двадцать миль отсюда.

Придется туда ехать. Трез хмыкнул:

— Там тебе до тошноты придется забавлять синих кешей. Девушка из Ката оперлась о стену, закрыла лицо руками и горько заплакала. Для Рейта это было совершенно неожиданно, и он, утешая. погладил ее по спине.

— Что случилось кроме того, что тебе холодно, что ты промокла, хочешь есть и испугалась? — спросил он.

— Я никогда не вернусь в Кат. Я знаю это, я знаю, — заплакала она.

— Ну конечно же ты вернешься. Ведь существуют еще и другие караваны.

Было видно, что Рейт ее не убедил, но. тем не менее, всхлипывать она перестала. Дождь немного утих, гроза переместилась на восток, и раскаты грома не казались уже такими страшными. Вскоре тучи рассеялись и в лужах сквозь дождь заиграло солнце. Все трое, еще абсолютно мокрые, вышли из-под навеса и почти столкнулись с маленьким человеком в длинном кожаном плаще, несшим вязанку хвороста и от испуга выронившим ее. Быстро подняв свой хворост, он уже собирался сбежать, но Рейт крепко схватил его за плащ.

— Подожди! Куда ты так торопишься? Ответь нам только на один вопрос: где мы можем найти приют и что-нибудь поесть?

Было заметно, что человек с облегчением вздохнул, посмотрел сначала на Рейта, потом на остальных и с чувством собственного достоинства выдернул плащ из рук Рейта.

— Приют и еду? Это не так просто и можно получить только по рекомендации. А у вас есть чем заплатить?

— Да, заплатить мы можем. Человек поразмыслил:

— У меня есть уютная квартира с тремя комнатами. Потом покачал головой:

— Нет, идите лучше в гостиницу "Мертвая Степь". Если я возьму вас к себе. разбойники все равно заберут себе весь доход, и я от этого ничего не выиграю.

— Это лучшая гостиница в Пере?

— Да, хорошая гостиница. А разбойники проверят, насколько вы богаты.

Мы это допускаем ради нашей собственной безопасности. В Пере никто не имеет права грабить, кроме Нага Гохо и его разбойников. Это что-то вроде закона. А что могло бы случиться, если бы каждый мог приобрести лицензию?

— Так значит Нага Гохо правитель Перы?

— Можно сказать и так, — он показал на несколько зданий в центре города. — Там его дворец, в цитадели. Там он живет со своими разбойниками.

Больше ни о чем я с вами говорить не собираюсь. В конце концов, они выгнали фангов в Северную Перу. А с Дадихом мы ведем торговлю, и поэтому бандиты избегают города, иначе могло бы быть хуже.

— Да, я понимаю, — сказал Рейт. — А где же находится гостиница?

— Там дальше, у подножия холма. Там, кстати, оканчивается и караванный путь.

Глава 7

Гостиница "Мертвая Степь" была самым грандиозным сооружением. увиденным Рейтом в разрушенном городе: длинное строение с богато украшенной остроконечной крышей, прислонившееся к главному холму Перы. Как и во всех гостиницах Чая, в ней был огромный ресторан. Но вместо обычных грубых столов и скамеек здесь стояли мягкие кресла из черного дерева с богатой резьбой.

Три светильника из черного металла и разноцветного стекла освещали помещение. На стенах висели древние терракотовые маски, изображавшие лица получеловеческого народа.

В ресторане витал пряный запах пищи, и многие беглецы с каравана уже толпились у столов. Постепенно к Рейту возвращалась любовь к жизни. Во всяком случае, здесь было тепло, удобно и тихо.

Хозяином оказался маленький толстый человек с аккуратной рыжей бородой и лучистыми красно-коричневыми глазами. Его руки постоянно двигались в поисках работы, а ноги, казалось, все время куда-то спешили. Когда Рейт спросил о возможности получить номера, тот с сомнением скрестил руки:

— Разве вы не слышали, что зеленые демоны уничтожили караван Баойиана?

Здесь собрались все, оставшиеся в живых, и мне надо для всех найти место. И не все могут за это заплатить. А ты? Нага Тохо распорядился, чтобы я разместил всех.

— Мы тоже ехали с этим караваном, — ответил Рейт. — Но заплатить мы в состоянии. Услышав это, хозяин повеселел.

— Я думаю, что могу и вам выделить комнату, но обо всем остальном вы должны позаботиться сами. И еще один совет. — он быстро оглянулся. — В последнее время в Пере кое-что изменилось. Так что, будьте осторожны.

Им выделили чистую комнату, а чуть попозже принесли три мешка, набитых соломой. Сухой одеждой гостиница их обеспечить не могла, и поэтому в ресторан пришлось идти в еще невысохших вещах. Туда часом раньше уже пришел и дирдир-человек Анахо. Баойиан тоже был здесь и задумчиво смотрел на огонь в камине.

На ужин им подали миску густого супа и грубый хлеб. Пока они это ели, в зал вошли семеро высоких мужчин и окинули ресторан взглядом, По ним было видно, что жизнью они довольны: от голода, судя по красным лицам, не страдали. На них была темно-красная одежда, элегантные черные сандалии из кожи и яркие вышитые плащи. У последнего человека плащ был расшит особенно богато, и это был, видимо, сам Нага Гохо. Другие же были его разбойниками.

Нага Гохо был высоким и подтянутым человеком и имел странную большую голову, напоминавшую волчью. В ресторане стало тихо.

— Добро пожаловать в Перу, — крикнул он. — К счастью, у нас порядочный город и вы сами сможете в этом убедиться. Здесь принято неукоснительно соблюдать закон. Поэтому мы взимаем со всех налог за пребывание. Если кто-либо не может его оплатить, он должен для общественности выполнить какую-нибудь работу. Есть ли у вас вопросы или жалобы?

Он обвел зал взглядом, но все молчали. Разбойники принялись обходить ресторан и собирать монеты. Терзаемый противоречивыми чувствами. Рейт заплатил за себя. Треза и Цветок Ката девять секвинов. Никому из присутствующих этот грабеж не показался чем-то из ряда вон выходящим. Здесь, очевидно, было совершенно естественным, что кто-то использует свое преимущество.

И вдруг Нага Гохо увидел красивую девушку. Распрямив плечи и подкрутив усы, он подозвал хозяина. Оба пошептались, причем Нага Гохо не выпускал девушку из поля зрения.

Хозяин подошел к Рейту и прошептал ему на ухо:

— Нага Гохо заметил женщину. Он хочет знать ее положение. Кто она: рабыня, дочь или жена?

Рейт бросил на Юлин-Юлан быстрый взгляд и, будучи готовым к отпору, ответил:

— Я ее сопровождаю, и она находится под моей защитой. Хозяин пожал плечами и вернулся к Нага Гохо, который ответил коротким жестом. После этого он исчез вместе со своими людьми.

Они сидели в своей маленькой комнате, и Цветок Ката выглядела очень расстроенной. Она сидела на своем соломенном матрасе.

— Ну что ты, будь повеселее, — говорил ей Рейт. — Дела не так уж плохи. Она грустно покачала головой:

— Я затерялась в этой варварской стране. Жемчужина, упавшая в пучину, и забытая.

— Чушь, — прервал ее Рейт, — Следующим караваном, уходящим из Перы, ты отправишься домой. Юлин-Юлан оставалась безутешной:

— Дома другая девушка станет Цветком Ката. На банкете ей вручат мои цветы и она, а не я, будет требовать у других девушек, чтобы они называли ей свои имена. А меня там не будет. Никто меня больше ни о чем не спросит, никто не будет знать моих имен.

— Так скажи мне свои имена, — предложил Рейт, — Я с удовольствием их послушаю. Цветок посмотрела на него:

— Ты действительно этого хочешь?

— Конечно, — подтвердил Рейт.

Тогда она посмотрела на Треза, который как раз занимался выделенным ему мешком с соломой.

— Давай выйдем, — прошептала она Рейту на ухо. Вслед за ней Рейт вышел на балкон. Некоторое время она смотрела на городские руины, и их локти касались друг друга. Эз висел высоко на небе между тонкими облаками. Внизу кое-где горел свет, откуда-то доносилось дребезжащее пение, сопровождающееся глухими ударами деревянного барабана. Девушка заговорила тихо и торопливо:

— Мой цветок — Юлин-Юлан. и ты уже знаешь, что это и мое цветочное имя. Но это имя используется только в официальных случаях и во время больших праздников, Она так близко наклонилась к нему, что он почувствовал ее чистый сладкий запах.

— Так у тебя есть и другие имена? — тихо спросил Рейт.

— Да, — она вздохнула, — Почему же ты не спрашивал меня об этом раньше? Ты же знал, что я тебе их все равно бы назвала.

— Так какие же имена у тебя есть еще? — спросил он.

— Мое придворное имя Шар Зарин.

Она положила голову на его плечо и прижалась к его руке.

— Детское мое имя было Зози, но так называл меня только отец.

— Цветочное имя, придворное имя и детское имя… Какие же имена существуют кроме этих?

— Мое дружеское имя, мое тайное имя — и еще одно. Хочешь, я скажу тебе мое дружеское имя? Если ты хочешь его знать, ты должен назвать мне свое. И тогда мы станем друзьями.

— Конечно.

— Дерль., - А меня зовут Адам, — сказал Рейт и поцеловал ее.

— Это твое дружеское имя?

— Можно сказать, да.

— А твое тайное имя?

— А я и не предполагал, что оно у меня может быть. Она нервно рассмеялась:

— Может оно и не так уж важно. Но если ты мне его назовешь, я буду знать твою тайну, лежащую в глубине твоей души; а потом… Затаив дыхание, она взглянула на него:

— Ты должен иметь тайное имя. которое будет известно только тебе. У меня такое есть. От ее близости Рейт будто опьянел и забыл всякую осторожность:

— А как твое тайное имя? Она приложила губы к его уху:

— Л'лае. Это такая нимфа, которая живет на облаках над горой Дарамтисса и любит бога звезд Ктана.

Она обворожительно улыбнулась, и Рейт страстно ее поцеловал. Она снова улыбнулась:

— Если мы одни, ты можешь называть меня Л'лае, а я буду звать тебя Ктан. Это будут наши тайные имена.

— Если тебе этого хочется, — смеясь, отвечал Рейт.

— Мы подождем здесь следующего каравана, идущего на Коад, а потом на корабле поплывем через Драшаду в Верводу, что в Кате. Рейт закрыл ей ладонью рот.

— Мне нужно попасть в Дадих.

— В город синих кешей? Но зачем это тебе?

Рейт посмотрел на звезды, будто хотел получить оттуда поддержку. Что он мог сказать? Расскажи он ей правду, она подумает, что он сошел с ума. несмотря на то, что именно ее предки, судя по всему. послали на Землю сигналы.

Он колебался, но она положила руки ему на плечи и посмотрела на него:

— Я знаю тебя как Ктана. а ты знаешь меня как Л'лае, твой дух в моем духе, и твое благо является и моим. Что влечет тебя в Дадих? Рейт глубоко вздохнул:

— Я прилетел на Чай на космическом корабле. Синие кеши чуть не убили меня и перетащили мой космический корабль в Дадих. Поэтому я должен его оттуда забрать.

— А где ты выучился водить космический корабль? Ты ведь не дирдир-человек и не вонк-человек? Или все-таки, да?

— Нет. конечно нет! Меня научили.

— Какая тайна… А что ты будешь делать после того, как сможешь найти свой космический корабль?

— Сначала я отвез бы тебя в Кат. А потом… Да, потом я, наверное, вернусь к себе на родину.

— У тебя там есть жена?

— Нет, конечно же нет.

— А кто-нибудь знает там твое тайное имя?

— У меня его не было до того, как ты мне его дала. Она облокотилась на перила и смотрела в ночную тьму.

— Если ты пойдешь в Дадих, они определят тебя по запаху и убьют.

— Определят меня по запаху? Что ты имеешь в виду?

— Ты просто загадка! С одной стороны, ты знаешь так много, а с другой, так мало. Синие кеши определяют все по запаху точно так же, как мы видим.

— Но все-таки я должен попытаться сделать это.

— Я тебя не понимаю. Я сообщила тебе мое тайное имя и этим самым отдала тебе то, что является для меня самым драгоценным. Но ты не хочешь изменить свои планы даже ради меня.

Рейт взял ее за руку:

— Я должен попасть в Дадих. Ради тебя и ради меня…

— Почему же ради меня? Чтобы возвратить меня в Кат?

— И это тоже. Разве ты чувствуешь себя счастливой, когда тебя угнетают дирдиры, кеши и вонки? Я уже не говорю о пнумах.

— Я не знаю… Я никогда не думала об этом… Они утверждают, что все мы только уроды. Но король Хопсин объяснил, что люди будто бы прилетали с далекой планеты. Он попросил их о помощи, но они не прилетели. Это было сто пятьдесят лет назад — Вам действительно пришлось долго ждать, — сказал Рейт и поцеловал ее. Но страсть уже прошла.

— Я сама не знаю, что чувствую, — пожаловалась она. — Я думаю, что мне нужно идти спать. Рейт удержал ее:

— Дерль… Если я вернусь из Дадиха…

— Ты никогда не вернешься из Дадиха, так как синие кеши поймают тебя для своих игр… Сейчас я хочу спать и забыть, что я живу…

Еще некоторое время Рейт постоял на балконе. Итак. завтра Дадих. Там он должен наконец узнать, что же ждет его в будущем.

Глава 8

Утро известило о своем приходе светло-серым светом, и вскоре после этого взошло солнце Карина 4269. Из кухни доносился запах дыма. Рейт спустился в ресторан, где застал Анахо. сидящего за кружкой чая. Девушка, работавшая на кухне, принесла чай и ему.

— Что ты знаешь о Дадихе? — спросил он Анахо.

— Город довольно старый, ему около двадцати тысяч лет. Здесь находится самый большой космопорт кешей. Но несмотря на это, со своим родным миром Годагом они поддерживают очень слабую связь. Южнее Дадиха находятся фабрики и технические мастерские. Дирдиры и кеши ведут друг с другом незначительную торговлю и особенно это не афишируют. Но что ты собираешься искать в Дадихе?

| Рейт подумал. Он ничего не выигрывал, доверяя Анахо. Он до сих| пор не определил, что тот из себя представляет.

— Кеши, — сказал он, — отняли у меня кое-что очень ценное, и я хочу вернуть свое имущество себе.

— Интересно, — заметил Анахо, — что же могли кеши забрать у получеловека? И как ты собираешься найти эту вещь и вернуть себе?

— Найти я ее могу. А как ее забрать, это уже проблема.

— Я тебе удивляюсь. Что же ты собираешься предпринять сначала?

— Мне нужна информация, и я прежде всего хочу знать, могут ли такие люди, как ты или я, беспрепятственно въезжать и выезжать из Дадиха?

— Я — нет, — ответил Анахо. — Меня, как дирдир-человека, они определят по запаху. У них очень чувствительные носы. А пища, которую ты употребляешь, придает коже определенный запах. Таким образом, они не только различают отдельные расы, но и бедных и богатых, больных и здоровых, чистых и грязных. Они по запаху чувствуют даже соль в легких, если кто-то приехал с моря. Они чувствуют запах озона, спускающийся с гор. Они знают, когда ты голодный, злой или испытываешь чувство страха. Они по запаху чувствуют возраст. пол, цвет твоей кожи. Они видят тебя посредством носа.

Анахо встал и подошел к соседнему столу, за которым сидели три человека. Он немного с ними поговорил, но они давали на его вопросы только сдержанные ответы, Анахо вернулся к Рейту:

— Эти люди работают перевозчиками. Они часто посещают Дадих. Западнее Перы, говорят они, территория надежная. Нас никто не тронет, если дорога…

— Нас? Ты тоже собираешься ехать со мной?

- А почему бы и нет? Я еще никогда не был в Дадихе и не видел его великолепных садов. Мы можем нанять скакунов и приблизиться к городу на расстояние мили.

— Хорошо, — ответил Рейт. — Но сначала мне нужно поговорить с Трезом.

Ему, видимо, придется охранять девушку.

В конюшне с тыльной стороны гостиницы они смогли нанять скакунов и на следующее утро отправились в путь. Они беспрепятственно проехали через центральную часть Перы, где люди прямо в руинах построили себе жилища.

Город, по всей видимости, имел четыре или пять тысяч жителей. А наверху, в цитадели, жил Нага Гохо со своими разбойниками.

На центральной площади их взорам открылась ужасная картина: несколько посаженных на колья людей. На стреле стоявшего рядом крана висела клетка, в которой сидело голое загоревшее существо. В нем почти нельзя было узнать человека. Неподалеку бесцельно шатался один из разбойников — молодой человек в коричневом жилете и черной юбке до колен — униформе разбойников. Рейт осведомился у него о преступлении, которое совершил этот несчастный.

— Он слишком долго колебался, когда Нага Гохо приказал его дочери явиться к нему на службу. Теперь ему осталось провисеть еще три дня. Дождь немного освежил его. А вот эти — он показал на нанизанных на колья людей это те, кто пожадничал. Почему-то всегда находятся плохие люди, которые сомневаются, отдавать ли часть своего богатства Нага Гохо.

Этого Рейту хватило, и они с Анахо отправились дальше. Никогда не сможет он понять что на этой ужасной планете хорошо, а что плохо. И ничего против этого он предпринять не может. Если ему удастся заполучить свой космический корабль и вернуться на Землю, то он должен будет со временем как-то помочь людям Чая.

За пределами Перы на полях работали женщины и дети; высокогруженные повозки с продовольствием и продуктами животноводства ехали в Дадих. То, что торговля была такой оживленной, поразило Рейта.

Десятью милями дальше, прямо под цепью холмов, находилась застава, на которой разбойники требовали у перевозчиков оброк, Рейту и Анахо пришлось заплатить по одному секвину.

Немного позже они увидели живописный ландшафт с многочисленными ручьями, соединявшими множество прудов и озер. Здесь росло более ста различных видов деревьев; растения, похожие на сосны; другие же были с черными стволами и сучьями, на которых висели белые шарики; третьи были с листьями, выглядевшими словно красноватые перышки. Но больше всего там было адорака. Вся местность выглядела единым, аккуратно ухоженным садом.

Дальше лежал Дадих. Город состоял из невысоких плоских куполообразных строений, и далеко простиравшиеся крыши прятались густой листвой. Было невозможно определить величину города, количество его жителей. И Рейт подумал, что синие кеши живут очень приятных условиях.

У дирдир-человека же были другие критерии оценки.

— Ты хоть когда-нибудь видел город дирдиров? Нет? Знаешь. здесь ведь все бесформенное, хаотичное и лишенное всякого стиля. А город дирдиров это всегда благородный, трогающий до глубины души вид! Конечно, синие кеши не так сильно дегенерировали и деградировали, как старые кеши. Вспомни-ка Гольссе. Но старые кеши вымирают уже в течение двадцати тысяч лет… Что ж тут поделаешь? А что это у тебя за инструмент?

Рейт достал свой радиоприбор и объяснил Анахо его назначение.

— Он показывает направление и расстояние в три с половиной мили. Линия проходит прямо сквозь здание с высоким куполом, а расстояние до него соответствует показаниям прибора.

Анахо с интересом рассматривал прибор.

— Скажи-ка, откуда он у тебя? Такого технического совершенства я еще никогда не видел! А эти значки не похожи ни на письмена дирдиров, ни на надписи кешей или вонков. Из какой части Чая ты это привез? Как могут полулюди разрабатывать такие приборы?

— Анахо. друг мой, тебе нужно еще многому учиться, — смеясь сказал Рейт. — Время от времени тебе придется переживать довольно резкий шок.

Анахо погладил свой несколько выдающийся подбородок и натянул мягкую черную шапку на лоб:

— Ты таинственный, как пнум.

Рейт в сканоскоп обследовал местность и определил, в каком направлении шла дорога, тянувшаяся с холмов сквозь лес с деревьями огненного цвета и дальше через стену, которую он сначала не заметил. Видимо, это была городская стена, защищающая Дадих от зеленых кешей. На дороге стояли многочисленные высоко груженные повозки, которые, казалось, ждали, пока им разрешат проехать в город.

— Я думаю, что ехать дальше по этой дороге нет смысла, — произнес Рейт, — Если мы немного пройдем по холмам, то сможем посмотреть на это большое здание.

Анахо не имел ничего против, и Рейт снова достал свой прибор. Он кивнул:

— В этом большом здании и находятся те вещи, которые принадлежат мне, и которые я хочу себе вернуть.

— Как ты себе это представляешь? — с улыбкой спросил Анахо. — Ты же не сможешь просто так подъехать к Дадиху на коне, постучать в ворота и крикнуть: "Вынесите мне мою собственность!" Тебе придется разочароваться. Да и как вор ты не настолько искусен, чтобы объегорить кешей. Так что скажи, что же ты собираешься делать?

— Прежде всего, я хочу посмотреть на это здание. Может случиться, что то, в чем я срочно нуждаюсь, находится не там, — Теперь я тебя просто не понимаю. Сначала ты говоришь, что оно там, А теперь получается, что его может там и не быть?

Рейт несколько смущенно засмеялся. Он стоял перед Дадихом и, возможно, в непосредственной близости от своего космического корабля. Но как его себе вернуть? Это была действительно чрезвычайно сложная задача.

— На сегодня хватит, — сказал он. — Мы возвращаемся в Перу. По пути они остановились, — Все эти повозки въезжают в Дадих, — сказал Рейт. Наверное и я поеду с ними. Это мне не кажется очень уж сложным. Дирдир-человек задумчиво покачал головой:

— Синие кеши непредсказуемы. Никогда нельзя предугадать, какую игру с кем они сыграют. Тебе так хочется побегать по раскаленным прутьям, перекинутым над ямами, полными скорпионов? А кеши пропускают через эти прутья еще и разряды тока. Их изобретательность не имеет границ.

— И всем этим рискуют перевозчики? — спросил Рейт.

— У них имеются лицензии, и их не трогают, пока они не нарушают законов.

— Тогда я тоже поеду как возница, Анахо кивнул:

— Но я предлагаю, чтобы ты сегодня снял всю свою одежду и натерся сырой землей. Потом встанешь в дым от горящих костей, оботрешься испражнениями животных и вотрешь себе в кожу жир с тошнотворным запахом.

После этого тебе придется есть только острую пищу, передающую свой запах в кожу. И, конечно, тебе нужно будет еще переодеться в одежду перевозчика. И если поблизости появится какой-нибудь синий кеш, тебе ни в коем случае нельзя будет выдыхать воздух. И никогда не подходи к ним с подветренной стороны.

Рейт скорчил гримасу:

— Это действительно тяжело! Но я не собираюсь умирать. На мне лежит большая ответственность. А именно: девушка из Ката.

— Ба, да ты, оказывается, жертва сентиментальности, — удивился Анахо. — Она уж очень тщеславна и у нее слишком круглая голова. Предоставь ее судьбе.

— Если бы она не была тщеславной, я бы считал ее глупой. Анахо поцеловал кончики своих пальцев:

— Если ты хочешь увидеть настоящую красоту, то тебе нужно посмотреть на женщин моей расы. Ах, какие они элегантные! Бледные, как снег. и так похожи на дирдиров. что очаровывают даже их. Ну, конечно, вкусы у всех разные. Однако девушка из Ката доставляет тебе одни неприятности. Так что подумай о времени, которое у тебя пока еще есть.

Рейт пожал плечами, ударил пятками своего скакуна и поехал с Анахо обратно в Перу, старый разрушенный город, Ближе к вечеру они возвратились назад и вернули лошадей обратно в стойло. Ресторан был наполовину пуст, и находившиеся там с удовольствием поглощали ужин. Треза и Цветка Ката нигде не было видно. Не было их и в комнатах Рейт спросил у хозяина, куда могли подеваться его друзья. Хозяин скорчил кислое лицо и бросил взгляд на Рейта:

— Тебе следовало бы знать, где они. Парень был слишком упрям, когда они ее забирали. Разбойники собирались его повесить. Рейт пытался сохранить спокойствие.

— Когда все это произошло? — спросил он.

— Это было недавно. Парень оказался дураком. Такая красивая девушка действительно большой соблазн. И у него не было никакого права ее защищать.

— Они доставили девушку в башню?

— Возможно, Какое мне до этого дело? Нага Гохо делает то, что ему хочется. Ему принадлежит власть в Пере.

Рейт обернулся к Анахо, отдал ему свою сумку и взял себе только оружие.

— Присмотри за моими вещами, — попросил он. — Если со мной что-нибудь случится и я вдруг не вернусь, ты можешь оставить их себе.

— Ты снова хочешь подвергнуть себя опасности? — неодобрительно спросил Анахо. — Я что же будет с той твоей вещью?

— Она может подождать. И Рейт помчался к цитадели.

Глава 9

Свет заходящего солнца освещал площадку вокруг виселицы во всем многообразии хмурых красок Чая: это были серые, зеленые, коричневые и, более всего, земляные оттенки. Общество, пришедшее на экзекуцию, представляло собой такую же пеструю картину. Здесь были и шестеро разбойников в темно-красных куртках; двое стояли возле веревки, которую должен был дергать палач, двое возле Треза с кровоточащим лбом, едва державшегося на слабых ногах, один стоял, небрежно облокотясь на столб и держа руку на катапульте, а шестой обращался к безучастно стоявшей перед виселицей толпой.

— По приказу Нага Гохо этот нарушитель спокойствия, посмевший перечить, приговаривается к наказанию. Он будет повешен!

На шею Трезу накинули петлю. Он поднял голову, и его остекленевший взгляд пробежал по толпе. И хотя его взгляд скользнул по Рейту, казалось, что он его не узнал.

Рейт протолкался к виселице. Теперь у него уже не оставалось времени для дипломатии, если такое понятие вообще существовало на Чае. Разбойники видели его приближение, но поведение Рейта не вызвало у них никакого беспокойства, и они подали знак тянуть веревку. В этот момент Рейт воткнул нож в грудь первому разбойнику, и пока второй удивленно на него смотрел.

Рейт молниеносным ударом перерезал ему глотку. После этого он швырнул нож в лицо третьему, стоявшему у столба, где он и застрял. Оставалось еще трое разбойников. Рейт выхватил свой меч. Он ударил им того, который разговаривал с толпой. Последние двое отпустили Треза, но атакуя Рейта, помешали друг другу. Рейт, воспользовавшись этим, подскочил к Трезу и снял с него петлю.

Затем он прыгнул обратно и выстрелил из своей катапульты в одного из нападавших. Из шести разбойников остался один, но и его Рейт сшиб ударом кулака в голову. После этого он взял петлю и кинул ее на шею сбитого с ног разбойника. Двоим зрителям, из первых рядов он приказал отвести обессилевшего юношу в гостиницу и передать, чтобы о нем позаботились.

Наконец он крикнул людям:

— Тяните веревку, повесьте разбойника! Вздерните его на виселице! Люди все еще колебались, но Рейт обратился к ним:

— Делайте то, что я вам говорю. Мы должны показать Нага Гохо, кто правит в Пере! Казните разбойника!

И вскоре парень уже раскачивался высоко в воздухе, дрыгая из последних сил ногами. Рейт подскочил к веревке, державшей клетку на стреле крана, схватил ее и опустил клетку вниз. Человек, сидевший внутри, смотрел на него с испугом. Но постепенно в его глазах появилась надежда. От недостатка сил он не смог сам встать. Рейт помог ему подняться на ноги и приказал окружающим:

— Этого человека также отведите в гостиницу и проследите, чтобы о нем позаботились. Теперь вам никого не надо бояться. Возьмите оружие у убитых, бейте разбойников, если они здесь появятся. Больше никто не сможет вас обидеть. Вы меня поняли? В Пере больше не будет разбойников, не будет налогов, не будет виселиц и не будет Нага Гохо!

Убедившись, что Треза и человека из клетки повели в гостиницу, он помчался ко дворцу Нага Гохо. Около цитадели повсюду громоздились камни из руин, окружавших двор. Около десятка разбойников развалились за длинными столами. Все они были изрядно пьяны. Рейт внимательно осмотрелся и, прижимаясь к стене, двинулся вдоль нее. Потом он начал карабкаться вверх, цепляясь пальцами за трещины и небольшие выбоины, пика, наконец, не дополз до зарешеченного окошка. Он заглянул внутрь, но в темноте ничего не увидел.

Наверху он обнаружил окошко побольше, но оно находилось примерно двадцати метрах от земли. Рискуя жизнью, Рейт пополз по стене, удачным для него было лишь то обстоятельство, что в сгущавшихся сумерках он выглядел на стене, как расплывчатое пятно.

Наконец Рейт добрался до окна. которое загораживала решети сплетенная из ивовых прутьев. Она легко поддалась, и Рейт смог заглянуть в комнату, оказавшуюся спальней. На тахте он увидел спящую женщину. Но спала ли она на самом деле? Она лежала слишком тихо. Может, она мертва?

Он проник внутрь и внимательно осмотрел женщину. Видимо, ее сначала ударили по голове, после чего задушили. Рот ее был открыт и застыл в оскале.

В жизни она была очень миловидной. Мертвой же выглядела страшно.

В несколько шагов Рейт приблизился к двери и выглянул во двор, обсаженный деревьями. Из сводчатого коридора напротив доносились голоса.

Рейт перебежал через сад и заглянул сквозь окошко в большой зал со столами, стены которого были украшены пестрыми коврами. Пол его тоже был устелен коврами. Массивная мебель была изготовлена из дерева, затемненного под старину. Под огромным канделябром, излучавшим желтый свет, сидел Нага Гохо и ужинал. На его плечи был накинут дорогой роскошный плащ, отделанный мехом. Напротив него, возле стены зала сидела Цветок Ката. Она склонила голову, и волосы падали на ее лицо. Руки ее были связаны.

Нага Гохо ел с большим аппетитом, грациозно отправляя в рот кончиками пальцев кусок за куском. Во время еды он что-то говорил, поигрывая коротким хлыстом.

Цветок Ката сохраняла еще остатки гордой осанки. Некоторое время Рейт прислушивался, С одной стороны, он пришел в ужас от увиденной картины. Но, с другой стороны, его утешало и даже забавляло, что Нага Гохо не имел ни малейшего представления о том, что его сейчас ожидало.

Рейт тихо вошел в помещение. Юлин-Юлан заметила его, но на ее лице ничего не отразилось. Рейт дал ей знак, чтобы она молчала, но Нага Гохо заметил, что ее глаза вздрогнули, и повернулся на своем ступе. Он вскочил, и его плащ упал на пол, — Ха, крыса во дворце! — крикнул он и бросился к своему мечу. лежавшему на стуле. Но Рейт первым оказался возле него. Он нашел более практичным нанести Нага Гохо удар кулаком, поспавшим того через стол в нокдаун. Но этот человек оказался сильным и подвижным: он быстро пришел в себя и вскочил на ноги. Очень скоро Рейт смог убедиться, что Нага Гохо в боевой технике Чая был так же искусен, как и сам Рейт в земной технике борьбы. Это была настоящая драка, настоящая смесь бокса и борьбы с элементами нападения и защиты, пока Рейт не одержал наконец победу в своем справедливом гневе. Ему удалось схватить своего противника за ногу и сильно дернуть на себя, так что Нага Гохо упал на спину, после чего получил удар ногой и кляп в рот. Лишь после этого он затих.

Рейт освободил бледную и испуганную Юлин-Юлан, которая, рыдая, упала ему на грудь. Он крепко обнял ее и гладил по спутавшимся волосам. Потом сказал:

— Нам пока что везло. Но так не может продолжаться бесконечно. Нужно уходить отсюда. Внизу сидит еще примерно десяток его людей.

Для надежности он привязал веревку к шее Нага Гохо и приказал ему встать. Тот даже не пошевелился. Тогда Рейт взял хлыст и ударил его по лицу.

— Встать! — приказал он снова, и тот подчинился. Нага Гохо неохотно плелся за ними. Так они вышли во двор, где все еще сидели разбойники со своими пивными кружками. Рейт передал веревку Цветку Ката:

— Ты иди с ним дальше, но торопиться не нужно. Не обращай внимания на этих людей. Веди Гохо на улицу.

И она со своим пленником пошла дальше.

Разбойникам, недоуменно взиравшим на своего главаря, Рейт сказал:

— Считайте, что Нага Гохо уже мертв, да и вы тоже. Если хотите остаться в живых, бросьте свое оружие!

И Рейт поспешил за Юлин-Юлан. внимание которой было сосредоточено на Нага Гохо.

Эз и Брез висели на востоке, и белые руины Перы сверкали в призрачном свете.

На площади собралась большая толпа людей, так как вокруг разнеслась весть, что происходит что-то непонятное. Люди боялись, что разбойники вернутся сюда в большом количестве, и были готовы моментально скрыться в руинах. Но увидев только шедших со стороны дворца Рейта и девушку да плетущегося за ними на веревке Нага Гохо, они медленно приблизились к толпе.

Peйт остановился, переводя взгляд с одного бледного лица на другое.

Дернув за веревку, он усмехнулся:

— Ну вот он. ваш Нага Гохо. Теперь он больше не главарь, так как просчитался и совершил ровно на одно преступление больше, чем было нужно.

Что же нам теперь с ним делать?

Люди еще недоверчиво оглядывались. Нага Гохо, у которого вынули кляп, обещал стоявшим вокруг адскую месть. Но никто уже ж воспринимал его угроз всерьез. Гневный женский голос закричал:

— Повесить его!

Пожилой человек предложил:

— Посадить его на кол! Он посадил на кол моего сына и поэтому он не заслуживает ничего лучшего!

— Сжечь его на медленном огне, поджарить его! — закричал другой голос, — И никто не предложит его пощадить? — спросил Рейт и повернулся к Нага Гохо, — Что ж, пришло твое время. Хочешь ли ты что-нибудь еще сказать?

Но Нага Гохо потерял от страха дар речи.

Рейт снова повернулся к толпе:

— Любая мера наказания будет для него слишком мягкой. Мы не будем затягивать с расплатой. Ты. ты и ты, снимите разбойника виселицы. Эта веревка как раз хороша для Нага Гохо.

Через пять минут тело преступника болталось высоко над землей. В лунном свете оно выглядело зловеще.

Рейт обратился к толпе:

— Я прибыл в Перу недавно. Но так же, как и вы, я знаю, что городу необходимо справедливое и ответственное руководство. Ведь вы же люди! Почему же вы допускаете, чтобы такие мерзавцы насиловали вас"? Завтра вы должны собраться и выбрать из вашей среды пять порядочных людей, которые образуют совет старейшин. Один из них по решению совета должен руководить им в течение года, вершить справедливость и устанавливать налоги. Вам нужно создать вооруженные отряды против зеленых кешей, которые смогут им противостоять и, уничтожая их, защищать вас. Не забывайте, что вы люди!

Он посмотрел вверх на цитадель:

— Десять или одиннадцать этих мерзавцев все еще там. Завтра вы должны будете решить, как следует с ними поступить. Возможно. они попытаются бежать. Поэтому необходимо выставить охрану. Двадцати человек должно хватить.

Рейт показал на высокого сильного человека с черной бородой:

— Ты выглядишь справедливым и заслуживающим доверия. Возьми это дело в свои руки. Я назначаю тебя комендантом. Возьми столько людей, сколько тебе необходимо и распредели их по постам. А мне теперь нужно позаботиться о моих друзьях.

Вместе с Цветком Ката Рейт возвратился в гостиницу. Он уже не слышал, как чернобородый человек призвал мужчин, которые должны были нести караул, — Нага Гохо отделался слишком легко, так как был всего лишь повешен, сказал он. — Но разбойников мы все-таки поджарим!

Цветок Ката взяла руку Рейта и поцеловала ее.

— Я благодарю тебя, Адам Рейт, — сказала она и от пережитого страха разрыдалась. Рейт поцеловал ее в губы и забыл обо всех своих хороших намерениях.

Трез уже спал в своей комнатке возле ресторана. Около него сидел Анахо, дирдир-человек.

— Как его дела? — спросил Рейт.

— Довольно хорошо, — пробурчал Анахо. — Я промыл ему голову. У него большая шишка и небольшой ушиб головы. Завтра он снова будет на ногах.

Когда Рейт вернулся в ресторан. Цветка Ката там не оказалось. Он в задумчивости съел полную миску густого супа и пошел наверх в свою комнату.

Юлин-Юлан ждала его там.

Она сказала:

— У меня есть еще и последнее, самое тайное имя. И его я назову только тому, кого я полюблю, моему любимому. Подойди ко мне ближе…

Рейт наклонился, и она прямо в ухо прошептала ему свое имя.

Глава 10

На следующее утро Рейт отправился на грузовую станцию. Она находилась на южной окраине города и являлась перевалочной станцией для всего восточного региона. Повозки подкатывались к погрузочным платформам. Потные возницы ругались. Казалось, что они совершенно не обращали внимания на жару, пыль, вонь, рычание зверей, жалобы охотников и поставщиков овощей, повозки которых всегда оставались обделенными, и возниц, ищущих хорошие места для своих повозок и старающихся всегда проскочить без очереди.

На некоторых повозках было по два возницы или возница с помощником.

Остальные же управлялись одним человеком. К такому вознице, стоящему в самом конце, и приблизился Рейт.

— Ты сегодня собираешься в Дадих? — спросил он. Возница был маленьким тощим человеком с темными глазами, на лице которого значительно выделялись нос и лоб.

— Обязательно, — ответил он.

— А что ты будешь делать, когда попадешь в Дадих?

— Если я буду тратить время на пустую болтовню, то никогда туда не попаду.

— Не бойся, Я думаю, что ведь ты не сразу отправишься в обратный путь. а проведешь там некоторое время. Что ты там будешь делать?

— Я поеду к месту разгрузки. Носильщики заберут товар, и писарь выдаст мне квитанцию. Затем в кассе мне выплатят секвины или вручат чек. Все зависит от того, получу ли я заказ на загрузку обратно в Перу. Если да, то повезу этот чек на фабрику или склад, где получу товар, с которым вернусь обратно в Перу.

— Значит у тебя нет каких-то определенных предписаний относительно маршрута и мест остановки в Дадихе?

— Естественно, кое-какие ограничения имеются. Они совершенно не выносят, когда повозки ездят вдоль реки между их садами. Они так же не желают видеть людей в южной части города, где располагаются их скоростные дороги. Говорят, что туда приезжают торговать дирдиры.

— А в остальном никаких инструкций нет? Возница внимательно посмотрел на Рейта.

— А почему ты обо всем этом спрашиваешь?

— Я хочу вместе с тобой поехать в Дадих, а затем вернуться обратно в Перу.

— Исключено. У тебя нет лицензии.

— Так ты мне ее и достанешь. Я готов заплатить за это соответствующую сумму. Сколько ты хочешь за все получить?

— Десять секвинов. И еще пять за лицензию.

— Слишком дорого! Десять секвинов за все вместе или двенадцать, если ты довезешь меня туда, куда я скажу.

— Ба! Да ты считаешь меня абсолютным дураком? Боги желают знать, куда же ты хочешь доехать.

— Не бойся. В Дадихе это совершенно незначительное расстояние. Я лишь хочу взглянуть на кое-что, что меня интересует.

— За пятнадцать секвинов и не меньше!

— Тогда ты должен достать мне подходящую одежду.

— Ну ладно. Тогда я тебе скажу еще кое-что: не бери с собой ничего металлического, так как они сразу определят металл по запаху. Эту одежду ты должен снять. Натри себя глиной и оботрись листьями аннеля. Кроме того, тебе надо пожевать листья аннеля, чтобы забить запах твоего дыхания. Это необходимо сделать прямо сейчас, так как через полчаса я отправляюсь.

Рейт сделал все, что ему было велено несмотря на то, что кожа начала зудеть и чесаться, особенно после того. как он надел на себя старую одежду возницы. Эмминк — так звали человека — обыскал Рейта на предмет оружия, которое в Дадихе было запрещено, и прикрепил на его плече белый стеклянный кружок.

— Это лицензия. Когда тебя спросят, скажешь "восемьдесят шесть" и ни слова больше. Только не вздумай слезать с повозки. Если они по запаху определят, что ты чужой, я ничем не смогу тебе помочь. Так что на меня можешь не надеяться.

Вскоре повозка уже грохотала навстречу серым холмам. Эмминк был хмурым и неразговорчивым. Он не проявлял никакого интереса к причинам, побудившим Рейта отправиться в Дадих. Рейт тоже молчал.

Они переехали через перевал, который Эмминк назвал перевалом Бель-Бал, и у их ног раскинулся Дадих — город странной и какой-то пугающей красоты.

Рейт чувствовал себя довольно неуютно, так как побаивался, что несмотря на одежду, он не был похож на обычного возницу. А особенно тревожило его то, что у него был не такой запах. Можно ли считать Эмминка надежным? В конце концов, разве не был он таким же человеком, как он, Трез или Анахо? Ведь и его предки наверняка тоже много лет назад прилетели с Земли. Но все-таки Эмминк был человеком Чая. и его душа отчеканена жесткими пейзажами, мутным солнцем, серым небом и мягкими землистыми красками. Поэтому Рейт не собирался доверять вознице больше, чем на расстоянии вытянутой руки.

— Где ты собираешься разгружаться? — спросил Рейт.

— Там, где мне лучше заплатят. Это может быть либо на Северном рынке, либо на Речном. Но я не исключаю, что разгружусь и на базаре Бонте.

— Понятно. А что находится там? — показал Рейт на большое белое здание, обнаруженное им накануне. Эмминк равнодушно пожал плечами.

— Меня это не касается. Я покупаю, транспортирую и продаю. Только и всего.

— Хм! А я хочу проехать мимо этого здания.

— Но оно находится в стороне от нашего маршрута.

— Меня это не касается. Я тебе заплатил. Через некоторое время возница ответил:

— Сначала мы поедем на Северный рынок, чтобы узнать цену на товар.

Потом мы поедем на базар Бонте. По дороге мы проедем мимо этого здания.

Они съехали с холма вниз и подъехали к саду с зелеными, похожими на перья кустами, в которых скрипели пятнистые черно-серые цикады. Теперь перед ними возвышалась городская стена Дадиха. В высоту она поднималась примерно на десять метров и была построена из сверкающего коричневого синтетического материала. На воротах все подвергались контролю группой кеш-людей в пурпурно-красных штанах, серых рубашках и высоких конусообразных фетровых шапках. Все они имели при себе оружие и в руках у них были тонкие длинные палки. Этими палками они протыкали груз. Эмминк объяснил, что это делалось для того. чтобы помешать проникновению в город зеленых кешей, так как синие и зеленые кеши были извечными врагами и предпочитали видеть друг друга мертвыми.

— Что я должен говорить, если мне вдруг начнут задавать вопросы? поинтересовался Рейт.

Эмминк пожал плечами, — Это твое дело. Если они спросят меня. я скажу, что ты заплатил мне за поездку в Дадих, и это будет правдой. Тебе нужно будет только громко назвать свой номер, когда я выкрикну свой.

Вскоре повозки перед ними были уже осмотрены, и они подъехали к воротам. Эмминк выкрикнул свой номер, а Рейт свой. Кеш-люди проверили груз и один из них, маленький кривоногий парень с пере кошенным лицом и крошечной кнопкой носа, обошел повозку и наконец дал знак, чтобы они проезжали.

— Тебе повезло, что здесь не было никого из офицеров кешей, кисло заметил Эмминк. — Они наверняка определили бы по запаху, как ты от страха вспотел. Если тебе хочется ехать в качестве возницы, то ты должен обладать большим хладнокровием, — Ты требуешь от меня слишком многого, — ответил Рейт, — делаю лишь то, что в моих силах.

Дадих поражал не только своей красотой, но и разнообразием запахов.

Повсюду в садах можно было видеть синих Кешей. Они обрезали деревья, переливали что-то в каменные корыта и спокойно двигались в тени своих куполообразных домов. Пахло анисом и мускатом. горелым янтарем и цветами, которые распространяли запах похожий на мускусный. Рейт так до конца и не уяснил для себя, нравился ли ему такой букет крепких ароматов или наоборот.

Вокруг каждого здания было ровно столько свободного места, чтобы оно совершенно не мешало соседнему. Рейту особенно бросилось в глаза то обстоятельство, что кешей нигде не было видно вместе с кеш-людьми; они постоянно работали отдельно друг от друга. Если же вдруг пути их где-то пересекались, то каждый делал вид, что до другого ему нет никакого дела.

Эмминк не давал никаких пояснений и не делал никаких замечаний. Но Рейт выразил свое удивление по поводу того, что синие кеши, казалось, совсем не замечали повозки.

— Ты не обольщайся. — сказал Эмминк, — Попробуй-ка сначала сойти с повозки и приблизиться к одному из их домов. Тогда ты увидишь, что с тобой произойдет? Может ты слышал, что они устроили несчастному Посферу Айяну, вознице? Он слез со своей повозки, чтобы справить естественную нужду.

Конечно же, с его стороны это было неумно, но что уж тут поделаешь. Они его поймали, связали и бросили в цистерну с какой-то жижей, от которой исходил тошнотворный запах, она доходила ему до подбородка. На дне цистерны был вентиль. Когда слизистая жижа становилась слишком горячей, ему приходилось нырять и закручивать вентиль. После этого жижа остывала и становилась ледяной, пока он снова не откручивал вентиль. Так продолжалось довольно долго. Но он выжил, стоически выдержав весь этот кошмар, постоянно ныряя к вентилю. На четвертый день они его отпустили, чтобы он смог рассказать о своих приключениях в Пере. Как только им представляется возможность, они изобретают совершенно изощренные пытки и мучения и считают их очень веселыми… Если ты скажешь мне, что ты собираешься делать, я смогу тебе довольно точно описать, как они будут на это реагировать.

— Пока что я ничего не собираюсь делать, а хочу удовлетворить свою любознательность и посмотреть, как живут синие кеши, — Они живут, как сумасшедшие, и это говорят все, кто их знает.

Особенное же удовольствие им доставляет, когда друг с другом дерутся быкообразный зеленый кеш и сухой фанг. Если же им удается поймать дирдира и пнума, то они не могут остановиться от хохота. Синие кеши ни при каких условиях не желают скучать.

— Почему же они тогда не начинают большой войны со своими врагами? И разве дирдиры не сильнее, чем синие кеши?

— Да. это так, и, как я слышал, города их великолепны. Но у кешей есть торпеды и мины, способные уничтожить все города дирдиров. Обе стороны достаточно сильны, чтобы победить и уничтожить противника. Но никто из них не решается начать войну против своих врагов. Однако, пока они меня не трогают, я не хочу об этом и думать… А вот и Северный базар. Как ты видишь, здесь повсюду синие кеши. Они любят торговлю и с удовольствием торгуются. Веди себя спокойно и, самое главное, не открывай рта. И когда я буду торговаться, ни в коем случае не кивай головой и не болтай ею.

Эмминк направил свою повозку на свободное место, и сразу же началась самая живая торговля, которую Рейт когда-либо видел. Синий кеш подошел к нему и проверил груз: он попытался попробовать на вкус камышового кузнечика, деликатес. Но Эмминк начал громко кричать. Несколько минут они орали, покрывая друг друга изысканными ругательствами и размахивая руками, пока синему кешу этого не показалось достаточно и он не отправился к следующей повозке.

— Иногда я специально завышаю цену, чтобы выяснить цены на рынке или просто чтобы их позлить, — объяснил Эмминк, — А сейчас мы поедем дальше, на другой базар.

Он не забыл, что Рейт просил проехать мимо большого белого здания и выбрал путь так, что они проехали через отдаленный от реки городской район, где располагались маленькие купольные дома и большие сады. Здесь жили кеш-люди, и в садах играли голые дети.

— Говорят, будто это и есть предки синих кешей, — язвительно объяснил Эмминк, — Кеш-люди твердо верят, что в каждом из них будто бы растет хомункул. который после смерти носителя становится настоящим кешем. По крайней мере, так утверждают сами синие кеши. Разве это не абсурд?

— Мне тоже так кажется, — ответил Peйт, — Но разве кеш-люди никогда не видели трупов себе подобных или детей синих кешей?

— Конечно видели. Но у них на каждое противоречие есть свое объяснение. К тому же, кеш-люди очень хотят в это верить. Как же иначе можно объяснить их подчиненность кешам?

Складывалось впечатление, что Эмминк больше задумывался об определенных вещах, чем это могло показаться на первый взгляд. Поэтому Рейт спросил:

— Может, они думают, что и дирдиры развиваются из дирдир-людей? Или вонк-людей? Эмминк пожал плечами.

— Может быть… Но смотри, вон там стоит твое здание.

Они проехали мимо купольных зданий кеш-людей, отгороженных от улицы рядом светло-зеленых деревьев с коричневыми цветами. На самой улице, ближе к мостовой стояли общественные здания с низкими арками и богато украшенными крышами разнообразнейших форм. Напротив этих зданий стояло еще одно, в котором по расчетам Рейта и должен был находиться космический корабль. По размерам оно было примерно таким же длинным и широким, как футбольное поле, и имело невысокие стены и почти овальную крышу, — На Рейта оно произвело почему-то гнетущее впечатление, Снаружи нельзя было определить, для каких целей служило это сооружение.

В нем не было видно транспортных ворот для больших грузов. Рейт подумал, что было бы неплохо посмотреть на это строение и с другой стороны.

На базаре Эмминк выгодно продал свои товары. Он был очень доволен удачной торговлей, но показывать этого не хотел.

— За мои отличные товары я рассчитывал получить минимум на двадцать секвинов больше. — жаловался он. — Но как можно договориться с этими синими?

А ты не правильно себя вел, и он почти почувствовал запах твоего дыхания.

Каждой старой самке кешей твое поведение должно было показаться странным. В общем, ты в ответе за то, что я не мог торговаться с ними дальше, и должен возместить мне убытки.

— Я не думаю, что ты мог получить больший доход, — ответил Рейт, Твои убытки являются лишь плодом твоего воображения. Поехали! Синие уже начали на нас коситься, Эмминк торопливо залез на место возницы и поехал. Из обыкновенной вредности он поехал было снова по той же самой улице, но Рейт не позволил ему этого сделать.

— Ты поедешь по восточной улице, — властно приказал он. — И прошу тебя, больше никаких фокусов. Иначе…

— Что? Ты решил угрожать мне здесь, в центре Дадиха? Да стоит мне лишь кивнуть одному из синих, как…

— Тогда это станет последним, что ты сделаешь в своей жизни.

— А что будет с моими двадцатью секвинами?

— Ты получил от меня пятнадцать и, кроме того, неплохой доход. И больше никаких жалоб! Либо ты поедешь так, как сказал я, либо я сверну тебе шею.

Эмминку пришлось подчиниться, но он все время ворчал что-то себе под нос и бросал на Рейта сердитые взгляды.

Улица, по которой они ехали теперь, шла параллельно улице, на которую выходила обратная сторона белого сооружения. Проезжую часть отделяла от него полоса насаждений шириной около двадцати метров. От улицы отходил небольшой проезд, ведущий прямо к воротам здания. Было бы, слишком подозрительным использовать этот подъезд, так как движение на улице было довольно оживленным и много синих кешей двигались по ней среди громоздких повозок на своих небольших автомобильчиках. Рейт внимательно рассматривал фасад. На нем было трое ворот; правые ворота были открыты, а двое других закрыты. Рейт, насколько это было возможным, пытался заглянуть внутрь и ему удалось различить огромные механизмы, сверкание горячего металла и какую-то площадку, похожую на ту, что вытащила из болота и унесла его космический корабль.

— Это здание является фабрикой, на которой строятся воздушные корабли и космические транспортные средства.

— Конечно, — пробурчал в ответ Эмминк.

— Я же тебя об этом спрашивал. Почему же ты ничего мне не сказал?

— За информацию ты мне совершенно ничего не заплатил.

— Давай еще раз объедем вокруг этого здания.

— Это будет дополнительно стоить пять секвинов.

— Два! И ни слова больше или я тебе повыбиваю все зубы. С проклятиями Эмминк развернул свою повозку и еще раз проехал вокруг фабрики. Рейт спросил его:

— Тебе когда-нибудь удавалось заглянуть внутрь этого здания?

— Конечно. Но если тебе хочется что-нибудь узнать, тебе придется кое-что заплатить. Один секвин. Рейт кивнул и возница сказал:

— Иногда ворота широко раскрыты, В середине изготовляют части космических кораблей, которые потом забирают и увозят для последующей сборки. Слева они строят маленькие космические корабли, когда они в них нуждаются. В последнее время больших работ там не велось, так как синие кеши не очень любят космические путешествия.

— Может быть, ты видел, привозили ли они пару месяцев назад космические корабли или ракеты для ремонта?

— Зачем тебе это знать?

— Эта информация будет кое-чего стоить. Эмминк мстительно ухмыльнулся, обнажив большие желтые зубы, но больше ничего не сказал.

— Помедленнее, — приказал Рейт, когда они во второй раз проезжали мимо фасада здания — Сейчас ты съедешь с проезжей части и остановишься на пару минут у обочины.

И он сам потянул за рычаг повозки так, что она остановилась. Эмминк в гневе вскочил.

— Выходи. — приказал ему Рейт. — Проверь аккумуляторы или займись колесами. Делай же что-то, в конце концов.

Он выпрыгнул из повозки и посмотрел на фабрику. Правые ворота по-прежнему были открыты. Как было обидно Рейту, что он не мог решиться заглянуть туда хотя бы одним глазом! Если бы он хоть одет был, как кеш-люди… Но с другой стороны, и одежда бы тут не очень помогла, поскольку лицо его тоже не было похоже на лица кеш-людей настолько, чтобы они приняли его за своего.

Казалось, что Эмминк успокоился, и Рейт решил попросить у него совета, — Представь себе, — сказал он, — что хочешь посмотреть, есть ли на этой фабрике определенный объект, например, маленький космический корабль.

Что бы ты предпринял?

— До такой дурости я никогда бы не додумался. Я бы сел на повозку и поспешил бы как можно скорее убраться отсюда, пока еще в состоянии это сделать.

— Неужели нельзя придумать ничего такого, что могло бы помочь попасть внутрь этого здания?

— Нет. это исключено.

— А можно ли попробовать проехать мимо открытых ворот? Но так, чтобы совсем близко от них?

— Нет. Никогда. Это тоже невозможно.

Теперь Рейт окончательно разозлился на Эмминка, на неблагоприятную ситуацию, на синих кешей, на планету Чай. Лишь двадцать дурацких метров, которые бы по времени не заняли больше, чем полминуты…

— Подожди здесь, — приказал он Эмминку и большими шагами пошел через сквер.

— Немедленно возвращайся назад! Ты что. спятил? Но Рейт бежал дальше.

На дорожке, ведущей к зданию, он увидел нескольких кеш-людей, которые его как будто не замечали. Только десять шагов до открытых дверей… Трое синих кешей подошли к выходу. От страха руки Рейта стали влажными. Синие кеши должны были почувствовать его страх. Но может они его не заметили? Он низко натянул на лоб свою широкополую шляпу и попытался проскочить мимо них. Один из них странным голосом крикнул ему:

— Человек! Куда ты идешь?

— Я прибыл за металлоломом, — быстро сказал Рейт. Он был рад, что ему в голову пришла такая отговорка. — Сказали, что здесь, за воротами. Мне сказали, что он должен лежать в ящике.

— А! Здесь нет металлолома.

Интонацию этого голоса Рейт определить не смог, Кеши о чем-то поговорили друг с другом, после чего заскрипели — в понятии кешей это должно было изображать смех.

— Металлолом? Его на фабрике нет. Тебе надо проехать немного дальше.

Ты видишь то здание?

— Спасибо! — крикнул Рейт, — Я только хочу быстренько взглянуть…

Он сделал два последних шага и посмотрел сквозь ворота в большое помещение; там работало много механизмов и пахло маслом и металлом. Шла сборка платформы. Синие кеши и кеш-люди работали рядом друг с другом.

Казалось, что здесь не было разделения по расам. Возле стен рядами, как и на земных предприятиях, стояли верстаки, полки и мусорные ящики. Посередине стояло большое металлическое сооружение, видимо, корпус небольшого космического корабля. И за ним Рейт увидел знакомые очертания космический корабль, на котором он прибыл на Чай.

Корпус казался неповрежденным. Но в деталях рассмотреть было невозможно, так, как навесное оборудование с него было снято. К тому же. здесь нельзя было долго задерживаться. За его спиной стояли три синих кеша с наклоненными головами, будто прислушиваясь. Казалось, что они его обнюхивают. Один из них подошел к нему.

— Человек, внимание! Быстро назад! Здесь нет металлолома!

— Ты пахнешь человеческим страхом и странными субстанциями. — сказал второй.

— Это всего лишь болезнь, — ответил Рейт.

— Ты пахнешь точно так же, как и странно одетый человек, которого мы обнаружили в чужом космическом корабле. И ты пахнешь неестественно. На кого ты шпионишь?

— Ни на кого. Я возница и должен вернуться в Перу.

— Где же твоя повозка? Или ты пришел сюда пешком"?

— Моя повозка стоит на улице.

И Рейт двинулся в обратном направлении. Но к своему удивлению он обнаружил, что ни Эмминка, ни повозки на месте не оказалось. Он крикнул трем синим кешам:

— Мою повозку украли! Кто ее украл?

И махнув рукой, что должно было означать прощание, он бросился вперед, чтобы скрыться за изгородью из белоснежных и серо-зеленых перистых кустов.

Один из синих кешей тоже двинулся в его сторону, другой стал что-то говорить в микрофон, а третий посмотрел внутрь фабрики, чтобы убедиться, на месте ли космический корабль.

"Теперь я сам все испортил". - сказал Рейт сам себе. но на какое-то мгновение задержался, чтобы увидеть, как отряд кеш-людей в пурпурно-красных и серых униформах подкатил на мотоциклах к фабрике. Один из синих кешей отдал им распоряжения и показал на полосу зеленых насаждений, где прятался Рейт. Больше Рейт ни секунды не раздумывал. Он выбежал на улицу и прыгнул в какую-то повозку, загруженную пустыми коробками. Возница ничего не заметил.

Позади повозки, приближаясь, жужжало несколько электрических мотоциклов. Направлялись ли они на контрольный пункт? А может они собирались усилить охрану главных ворот? Наверное, и то. и другое, подумал Рейт.

Видимо, его приключения закончатся полным фиаско, что и предсказывал ему Эмминк.

Рейт знал, что у него не было ни одного шанса проехать через ворота.

Недалеко от Северного рынка Рейт выскочил из повозки и бросился в укрытие за невысоким строением из пористого бетона, служившим, по всей видимости, складом. Чтобы иметь лучший обзор, он вскарабкался на крышу и оттуда смог просматривать всю улицу, ведущую к воротам.

Его опасения были более, чем обоснованными. У ворот стояла группа полицейских и наблюдала за движением. Как же он сможет выбраться из города?

Может быть, через реку? Тогда надо ждать — до ночи. Но Дадих раскинулся вдоль берега на несколько миль. А на самом берегу стояли преимущественно виллы синих кешей. Кроме того, Рейт совершенно ничего не знал о водных обитателях Чая и ему совсем не хотелось с ними знакомиться. Слабое жужжание заставило его поднять голову. Небольшой летательный аппарат с синими кешами парил в воздухе. На кешах были странные головные шлемы с длинными антеннами, похожими на усики насекомых. К счастью, летательный аппарат пролетел мимо, Рейт облегченно вздохнул. Он посмотрел, есть ли в воздухе другие летательные аппараты, но больше ничего не увидел. Встав на колени, он огляделся. За высокими деревьями адорака находился Северный рынок, где по-прежнему шла оживленная торговля. Слабый ветерок приносил оттуда многообразие запахов.

Чуть дальше, справа, он обнаружил район, застроенный домами кеш-людей, утопающими в садах. За ними у городской стены стояло деревянное здание, окруженное высокими черными деревьями. Если ему удастся добраться до этого здания и вскарабкаться на его крышу, он сумеет перелезть через стену.

Сумерки были бы для этого самым подходящим временем, но до них оставалось еще несколько часов.

Рейт слез с крыши и какое-то время раздумывал. Синие кеши могли распознавать запахи с невероятной легкостью. И не исключено, что они, как собаки-ищейки, смогут по запаху найти его след. Если это так, то ему нельзя терять времени.

Он нашел продолговатые дощечки и привязал их к подошвам своей обуви, после чего осторожно двинулся через сад. Не успел он пройти и пятидесяти метров, как услышал позади себя какой-то шорох. Рейт быстро спрятался в укрытие, что оказалось как нельзя более кстати. Возле сарая стояли три кеш-человека и два синих кеша. Один из них держал в руке детекторный прибор, провод от которого тянулся к носу. Специальной рамкой он водил над землей, определяя таким образом следы Рейта. Следы повели их на крышу и они были видимо немало удивлены, когда его там не обнаружили. Он же потихоньку засмеялся и поспешил удалиться.

Приблизившись к какому-то зданию. Рейт спрятался за большим толстым деревом. Здание выглядело очень мрачным и казалось необитаемым. Крыша его находилась в непосредственной близости от стены и была почти на одной с ней высоте. Вдруг он увидел несколько воздушных кораблей, летящих над городом: некоторые из них парили как раз над тем местом, где до этого он стоял. За собой корабли тянули черные цилиндры, и Рейт решил, что это какие-то поисковые приборы. При этом он подумал, что было бы хорошо спрятаться в здании.

Он снял с обуви деревяшки и некоторое время прислушивался. Вдруг он услышал звук гонга. На улице появилась процессия, состоявшая из кеш-людей, облаченных в серые и белые одеяния. Четверо из них несли на носилках мертвеца. За ними шли кеш-люди. среди которых было много поющих женщин.

Значит, это здание было мавзолеем или моргом. Именно поэтому оно и выглядело так мрачно.

Процессия остановилась у портала, и снова раздались удары гонга.

Воцарилось глубокое молчание. Носилки установили на площадке перед зданием, скорбящие отошли на несколько шагов назад и стали ждать. Гонг ударил еще раз.

Медленно открылась дверь в портале, и луч ярко-золотистого света упал на покойника. Слева и справа подошли несколько синих кешей в пышных церемониальных одеждах. Они приблизились к покойнику, прикрыли его лицо куском материи и отошли назад. Опустился полог и скрыл покойника. Луч золотистого света стал огненно-раскаленным. Раздался звук, будто бы лопнула струна арфы. Полог поднялся. Покойник лежал так же, как и раньше, но накладной череп мертвеца, который кеш-люди носили поверх головы, был расколот. В раскрытом черепе торчал маленький синий кеш и таращился на скорбящих.

Прозвучало одиннадцать торжествующих ударов гонга, и синие кеши запели:

— Возвращение состоялось! Человек вступил в новую жизнь! Человек по имени Цугеп Эдгц передал свою душу этому прелестному ребенку! Что было бы для него большим счастьем? Такое же перевоплощение может произойти и со всеми остальными. Теперь уходите и радуйтесь! Нового Цугела Эдгца обмазали живительной мазью, а пустое тело предается земле. Через две недели вы снова сможете увидеть своего любимого Цугела Эдгца!

Скорбящая процессия развернулась и сразу исчезла из поля зрения Рейта.

Носилки с покойником и карапузом занесли в здание. Синие кеши последовали за ними, и дверь закрылась.

Рейт приподнялся, но на него снова надвинулась какая-то тень. Через густые кусты он пробрался ближе к моргу. Никого не было видно — ни кешей, ни кеш-людей. Он прокрался к задней стороне здания, возле которой находилась стена. Там он обнаружил маленькую сводчатую дверь, которая вела в небольшое складское помещение. На полках стояли сосуды разнообразной формы и величины.

Повсюду лежали кучи старой одежды. Было слышно тихое жужжание машин.

Помещение выглядело так. будто мм пользовались очень редко. Невысокая дверь вела в соседнее помещение. Рассеянный свет с потолка создавал призрачную атмосферу, Рейт спрятался за какими-то стеллажами и стал ждать.

Прошло два часа, и к нему постепенно вернулось беспокойство. Он принял решение обследовать помещение и неподалеку наткнулся на большую кучу накладных конусообразных париков. Примерив один из них, он решил, что парик ему подходит. Из кучи одежды он выбрал старый плащ и завернулся в него. Если внимательно не присматриваться. то можно было принять его за кеш-человека.

Становилось темнее; солнце исчезло за грядой облаков, и деревья адорака потихоньку качались от ветра на фоне водянистой зари. Теперь с воздушного корабля Рейта заметить уже было нельзя. Он выбрал подходящее дерево, чтобы на него залезть. Кора его оказалась слишком гладкой и мягкой, но после нескольких попыток ему удалось наконец забраться на крышу. Под противно пахнущей одеждой он очень вспотел. Рейт подполз к заднему краю крыши и посмотрел через стену. Верх стены находился на расстоянии не более двух метров от крыши и был плоским. На расстоянии пятнадцати метров друг от друга располагались невысокие зубцы, которые, по всей видимости, были частью защитной системы. С другой стороны стена была высотой около восьми метров и абсолютно отвесной; значит ему предстоял еще один весьма непростой прыжок.

Имея веревку, он мог бы без особого риска спуститься вниз. Связать ее можно было из старой одежды, лежащей внутри здания.

А что произойдет, когда он окажется на верхушке стены? Это надо было тут же выяснить. Он пополз по крыше, пока не оказался напротив одного из зубцов, и бросил на него свой плащ. Моментально включился белый свет и плащ охватило пламя. Рейт быстро выхватил его обратно и погасил огонь. Наверное, это одновременно включило и сигнал тревоги. Можно ли было ему теперь прыгать со стены? Если бы его обнаружили, шансы на побег были бы весьма ограничены Над городом снова появились воздушные корабли Рейт услышал высокий пронзительный свист, от которого даже заболели уши. Он слез с крыши и поспешил в укрытие под деревьями И тут его внимание привлек слабый блеск на земле Это был пруд. густо заросший бледно-белыми водяными растениями. Он сбросил плащ и накладной парик, прыгнул в воду и погрузился в нее почти по самый нос.

Прошло несколько минут. Мимо промчалась группа полицейских на электрических мотоциклах. Два воздушных плота с детекторами запаха проплыли над ним и исчезли на востоке. Казалось, что синие кеши поверили в то, что он перелез через стену и находился уже вне пределов города. Если они пришли к выводу, что он хотел найти убежище в горах, шансы его значительно улучшались. Вдруг под его ногами что-то зашевелилось Водяная змея? Угорь? Он пулей выскочил из пруда, и сразу же за ним на поверхность что-то вынырнуло, хрюкая и фыркая Рейт схватил плащ и накладной парик и. промокший до нитки, снова отправился к моргу. Вскоре он обнаружил маленькую тропу, которая вела к жилищам кеш-людей. Ночью эти дома показались ему очень маленькими и низкими, а окна в них совсем крошечными. Только в некоторых из них горел свет.

От намокшей одежды исходил мерзкий запах, который, правда, мог замаскировать его след. Небо было темным. Ни одна из лун не появлялась между облаков, и боковые переулки не были освещены Навстречу ему двигались двое кеш-людей. Он еще плотнее закутался в плащ и втянул голову в плечи.

Казалось, что кеш-люди совершенно ничем не интересовались и даже не посмотрели в его сторону. По всей вероятности, синие кеши действительно поверили в то, что ему удалось выскользнуть из города.

Ворота были от него еще на расстоянии около двухсот метров, но он не мог решиться подойти к ним ближе. Неподалеку от них, в подвальном помещении большого дома, Рейт увидел таверну, из которой доносились громкие голоса. К дому подошли три кеш-человека: он осторожно повернулся к ним спиной и заглянул в помещение буфета, освещенное желтыми лампами. Десять или двенадцать кеш-мужчин с язвительными лицами сидели с большими пивными кружками и, смеясь, разговаривали с несколькими кеш-женщинами. Те были одеты в черно-зеленые платья, украшенные лентами и рюшами. Их кнопкообразные носы были выкрашены в ярко-красный цвет. Это выглядело весьма гротескно и странным образом подчеркивало человеческое происхождение кеш-людей. Здесь были горячительные напитки, женщины легкого поведения и дружеские отношения — все, что кешам было неизвестно До этого момента одежда Рейта действовала безупречно. Но у него не было ни малейшего желания узнать, какой эффект она произведет при ближайшем рассмотрении. Рейт медленно двинулся по направлению к воротам и подошел к ним на расстояние приблизительно пятнадцати метров. Там он втиснулся в нишу между двумя зданиями, чтобы с этой удобной позиции понаблюдать за воротами.

Постепенно стало прохладно, и запах садов Дадиха усилился. Рейт немного подремал. Когда он проснулся, над деревьями адорака показался Эз. Рейт пошевелил затекшими ногами и почесал затылок. Его одежда мерзко воняла. Из трех охранников на воротах двое куда-то исчезли, а третий подремывал. Рейт снова спрятался в свою нишу. Постепенно опустились предрассветные сумерки, и город начал просыпаться. Пришла новая смена караула, и первые повозки из Перы въехали в город. Самую первую повозку тянули сильные животные. Она была загружена бочками с солеными овощами и консервированным мясом, которое воняло еще хуже, чем его одежда. На месте возницы сидели два человека: мрачный и кислый Эмминк и Трез.

— Сорок три! — крикнул Эмминк. Трез выкрикнул:

— Сто один!

Стража подошла, посчитала бочки и проверила повозку. Они могли ехать дальше. Когда повозка проезжала мимо. Рейт вышел из своей ниши.

— Трез! — тихо позвал он.

Трез глянул на него и облегченно кивнул.

— Я был уверен, что ты еще живой.

— Почти живой. Как я, похож на кеш-человека?

— Не очень. Крепче закутайся в плащ. Когда мы будем возвращаться с базара, подойти к правому переднему колесу у правого животного.

Через час повозка вернулась обратно и медленно подъехала к Рейту. Трез спрыгнул, будто бы собираясь лучше закрепить бочки и встал так, что сзади ничего заметить было нельзя. Рейт подскочил и спрятался под правым животным.

Под передними ногами животного была большая складка кожи, словно гамак. В этот гамак и залез Рейт и повозка поехала дальше. При этом ему ничего, кроме брюха животного. видно не было.

Судя по звуку, повозка остановилась. Он услышал голоса, и перед ним появились остроносые сандалии постовых. Наконец повозка поехала дальше и погромыхала через двор в сторону гор. По подсчетам Рейта прошло слишком много времени, пока Трез соизволил остановиться.

— Можешь вылезать, нас никто не видит, — сказал Трез. С облегчением Рейт выпрыгнул наружу, сорвал с себя накладной парик, швырнул дурно пахнущий плащ, куртку и рубашку в яму и оперся на одну из бочек.

— Ты ранен? — озабоченно спросил Трез.

— Нет, только очень устал. Но главное — я живой. — ответил Рейт, — За это я должен быть благодарен тебе и. надо отметить, Эмминку. Трез бросил на возницу мрачный взгляд.

— Этому? С ним вообще надо как следует разобраться и поговорить.

— А, я понимаю, — сказал Рейт и посмотрел на явно перепуганного возницу, — В отношении его у меня тоже возникают некоторые недобрые мысли.

Эмминк повернулся к Рейту и улыбнулся.

— Уважаемый господин! Я вспомнил о вас и дал вам хороший совет еще до того, как узнал ваш высокий ранг.

— Высокий ранг!? — удивленно спросил Рейт.

— Совет Перы назвал тебя старейшиной и главой, — сообщил Трез. — А это, кажется мне, уже довольно высокий ранг.

Глава 11

Надо признаться, что у Рейта не было ни малейшего желания править в Пере. так как для этого ему в первую очередь потребовалась бы масса терпения и энергии. А кроме того. должность эта ограничивала свободу его действий, не давая при этом каких-либо значительных привилегий. К тому же. он все равно смог бы править, основываясь лишь на земных принципах человеческих отношений. А население Перы было куда более пестрым, чем где бы то ни было на Земле. Оно состояло из преступников, бандитов, монстров, гибридов всевозможнейших видов и типов, которые даже не поддаются никакому описанию.

Да и как удалось бы ему растолковать всем им понятия свободы и равенства, человеческого достоинства и прогресса?

Это была непреодолимо сложная задача…

И что же будет с его космическим кораблем? С его надеждой возвратиться на Землю? Ладно, он знал, что корабль находится в Дадихе. Но синие кеши. в лучшем случае, весело пошипят, если он потребует возвратить свое имущество.

На помощь с чьей бы то ни было стороны рассчитывать совершенно не приходилось. К тому же, синие кеши знали о его существовании и могли подготовиться к встрече и, естественно, они уже сделали соответствующие выводы касательно его происхождения. Наконец усталость взяла свое, и Рейт заснул. Повозка, поскрипывая, продолжала ползти через перевал Солнце согревало ему кожу, и ветер ласково обдувал его, унося прочь отвратительный запах.

Когда повозка загрохотала по корявому булыжнику Перы, Рейт проснулся.

Они проехали по центральной площади со стоящими на ней виселицами, на которых раскачивались восемь разбойников во все еще пышных, но грязных и покрытых пятнами униформах. Абсолютно без всяких эмоций Трез рассказал ему их историю. Разбойники пришли из цитадели на площадь, весело кивая и улыбаясь, будто все было только шуткой. Для них явилось неприятной неожиданностью то. что новообразованная милиция схватила их и потащила к виселицам. И лишь смерть положила конец выражаемому ими неудовольствию.

— Значит цитадель сейчас пуста, — сделал вывод Рейт, — Да. насколько нам известно. Ты собираешься устроить там свою резиденцию?

Трез задал этот вопрос так, будто осуждал намерения Рейта. Рейту же не оставалось больше ничего, как рассмеяться, потому что его товарищ все еще находился под влиянием Онмале.

— Нет. — ответил Рейт. — Ведь там жил Нага Гохо. Если мы тоже там поселимся, люди будут уверены, что мы ничто иное, как новые Нага Гохо.

— Но ведь это же прекрасный дворец с огромными богатствами — размышлял Трез. — Я понимаю, что ты, очевидно, уже принял решение стать правителем Перы.

— Да. очевидно, — неопределенно ответил Рейт.

В гостинице Рейт основательно оттерся мелким песком, натерся маслами и просеянной золой и вымылся холодной водой. Он повторял этот процесс до тех пор, пока не убедился, что его тело не распространяет более отвратительный запах. Он дал себе слово, что одним из первых нововведений на Чае. которое он внедрит, будет мыло. Он не понимал, как можно было объяснить факт отсутствия на Чае такого. элементарного продукта, как мыло. Нужно было спросить Цветок Ката, было ли известно мыло у нее на родине.

Вычищенный, выбритый, в свежей одежде и новых сандалиях из мягкой кожи.

Рейт съел в ресторане для начала миску овсяной каши, затем мясо, перемешанное с овощами. Было заметно, что атмосфера значительно изменилась.

Персонал гостиницы обходился с ним очень внимательно. другие же люди. находившиеся в это время в ресторане, разговаривали друг с другом очень тихо и незаметно за ним наблюдали.

Во дворе стояли еще несколько человек и все время заглядывали в окна.

Когда он покончил с обедом, они вошли и выстроились перед ним. Это были члены нового Городского Совета Перы, и Рейт увидел среди них несколько знакомых лиц. Один из них был худым и желтокожим с черными сверкающими глазами — предположительно маршевый человек. Здесь были и пара мулатов потомки кеш-людей и серых, а также кочевник и еще один обитатель степей.

Кочевник, пожилой человек с изможденным лицом и длинными руками, достававшими ему почти до копен, особенно понравился Рейту. Он был избран спикером Городского Совета.

— Мы — Совет Пяти, — доложил он, — И мы сделали все то, что вы велели. У нас состоялось очень длительное совещание. Так как вы помогли нам устранить Нага Гохо и разбойников, мы выбрали вас бургомистром Перы.

Рейт откинулся назад и обвел взглядом новый Совет.

— Все не так просто, — наконец ответил он, — Возможно, вам совсем не захочется работать вместе со мной. Если я должен занять этот пост, то хочу быть уверенным, что вы тоже готовы содействовать большим преобразованиям.

— Мы люди консервативные, — осторожно сказал серый, — Жизнь — сложная вещь, и мы не можем решиться на проведение экспериментов, Однако старый кочевник на это только рассмеялся.

- Эксперименты! Да мы должны только радоваться! Любое изменение может принести нам пользу. Давайте лучше послушаем, что нам скажет этот человек!

— Конечно, если мы его выслушаем, это нам не повредит, — согласился с ним серый.

— И я придерживаюсь такого же мнения, — миролюбиво сказал Рейт, — Пера — город руин. Люди живут здесь, как беженцы. У них нет абсолютно никакой гордости и чувства собственного достоинства, они живут в норах, грязные и неграмотные, ходят в каких-то лохмотьях. И что самое печальное: они считают, что так и должно быть.

Кочевник понимающе засмеялся, остальные же с сомнением смотрели на него. Один из них спросил:

— Можем ли мы подробнее услышать, что вы хотите нам предложить? Рейт покачал головой:

— Об этом я еще совершенно не думал. Вам необходимо только уяснить для себя, что я цивилизованный человек и был таковым воспитан. Я знаю, чего могут достичь люди. А достичь они могут намного больше того, что вы можете себе представить. Обитатели Перы — люди. И поэтому я буду настаивать на том, чтобы они и жили достойно людей.

— Да, да, — заговорили они. — Но как все это будет выглядеть?

— Прежде всего, для поддержания порядка, а также для защиты города и караванов от зеленых кешей нам нужна хорошо подготовленная и дисциплинированная милиция. Дальше нам необходимы школы и госпиталь, а также магазины и рынок. Я также буду поддерживать тех людей, которые будут строить дома и разбирать руины.

Члены Совета переминались с ноги на ногу. Старый кочевник недовольно пробурчал:

— Мы люди и хотим таковыми остаться. Но какая нам необходимость жить подобно дирдирам? Достаточно и того, что мы просто живем.

Серый предположил:

— Синие кеши никогда ничего подобного не допустят. Они терпят нас в Пере только потому, что мы миролюбивы.

— И еще потому, что мы по мизерным ценам продаем им наши товары, добавил другой. Рейт поднял руку.

— Вы выслушали мою программу. Если же вы не хотите принимать участие в ее реализации, вам придется подыскать себе другого регента.

Старый кочевник отозвал остальных в сторону, совещание было очень оживленным. Наконец они возвратились к столу.

— Мы принимаем ваши условия. Вы будете нашим регентом — сказал старый кочевник.

В глубине души Рейт надеялся, что Совет отклонит его условия; он тяжело вздохнул.

— Хорошо, пусть будет так. Но хочу вас предупредить, что буду требовать от вас слишком многого. Вам придется работать напряженнее, чем кому бы то ни было, но это будет вам же на благо. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Еще целый час Рейт разговаривал с членами Совета, и в конце беседы они уже не только проявляли неподдельный интерес, но и, в определенной мере, выражали восторг.

Ближе к вечеру Рейт вместе с Трезом и Анахо собрался посетить цитадель.

Когда же они обнаружили, какие ценности были там собраны, удивлению их не было предела: огромное количество тканей, кожи, редкие породы деревьев, приспособления и приборы, изысканные кушанья и другие роскошные вещи. В одной из ниш Рейт обнаружил сундук, до половины наполненный секвинами. Еще два сундука поменьше были наполнены драгоценными камнями и другими ценностями. Они чувствовали себя, будто в пещере сокровищ. Каждый нашел для себя хороший меч, а Трез, кроме того, смог выбрать себе еще и новую одежду.

Помимо этого Рейт обнаружил десяток энергетических пистолетов с отработанными энергетическими батареями. Анахо объяснил, что эти батареи могут быть подзаряжены от аккумуляторов, установленных на повозках. По всей видимости, Нага Гохо этого не знал, но так оно было и лучше.

Поздним вечером, когда они выходили из цитадели и шли через внутренний двор. Рейт заметил широкую, обитую железом дверь, закрывавшую целую нишу. Он потянул дверь на себя и обнаружил ведущую вниз каменную лестницу. В нос им ударил ужасный запах затхлости, нечистот и разложения.

— Это подземелье, — сделал вывод Анахо. — Послушайте! Снизу донеслись слабые стоны. У двери Рейт нашел лампу, которую Анахо надел на голову, и она автоматически зажглась. Это было очень практичное изобретение дирдиров.

Спускаясь под своды подземелья, они были готовы ко всему. Трез показал на черную тень. беззвучно скользнувшую вдоль стены.

— Пнум, — прошептал Анахо — Они живут на Чае во всех руинах, как черви в гнилом дереве.

Вдоль стен огромного помещения стояли клетки. В некоторых из них лежали кости, в других разлагающиеся трупы и лишь в немногих еще живые существа, умолявшие дать им напиться.

— Дайте нам воды! — молили они. — Воды! Воды!

— Кеш-люди. — определил Рейт.

Бочка с водой находилась прямо в этом же помещении. Он набрал воды и принес ее к клеткам, Кеш-люди жадно выпили всю и попросили еще. Наконец-то они могли напиться и утолить жгучую жажду.

В одной из клеток находились два зеленых кеша. которые неподвижно замерли и смотрели, не отрываясь, в одном направлении. Анахо объяснил, что они вроде бы телепаты и смотрят в ту сторону, где находится их племя. Они тоже получили воду и с жадностью опорожнили поднесенные им сосуды.

Кеш-люди уже давно были заперты в подземелье, и поэтому полностью потеряли ориентировку во времени. Члены Городского Совета об этих подземельях не имели ни малейшего понятия и были шокированы увиденным. Рейт сразу открыл клетки.

— Выходите, — сказал он, — Вы свободны. Те, которые вас здесь заперли, уже мертвы.

Люди поползли из клеток и снова бросились к воде С зелеными кешами никто из присутствующих объясниться не смог, так как те все время молчали.

Серый, которого звали Брунтего, предложил их тут же убить. А вместе с ними и кеш-людей. чтобы с ними не возникало никаких проблем. Но Рейт бросил на него сердитый взгляд.

— Мы не разбойники. Если мы кого-то убиваем, то лишь в том случае, если этого нельзя избежать. Кеш-люди могут вернуться туда, откуда они пришли, или остаться жить здесь, в зависимости от их желания.

Пнумы больше не появлялись. Кеш-люди жаловались, что те издевались над ними и не давали им воды. По их мнению, это были самые странные обитатели Чая и их всех надо бы было просто уничтожить.

— А также дирдиров, вонков и кешей, — со смехом добавил Рейт.

— Нет. кешей не надо. Ведь мы тоже кеши. Разве ты этого не знаешь?

— Вы люди, а никакие не кеши.

— Мы кеши. но на предварительной стадии. И это истинная правда! Рейт неожиданно разозлился, — Снимите наконец ваши накладные головы. — крикнул он и сорвал у одного из них дурацкий парик, — Вы — никто иные, как люди…

Как вы можете так себя унижать и давать это делать другим… Выходите, мы уходим!

Нерешительно и с опаской кеш-люди вышли, оставляя в подземелье свои накладные парики.

Прошла неделя. Рейт полностью погрузился в работу. Он отобрал несколько способных и интеллигентных мужчин и женщин, которых подчинил непосредственно себе: полученные знания они должны были впоследствии передать всем остальным. Он организовал милицию и назначил ее главнокомандующим старого караванщика Баойиана. Вместе с Анахо и Тостигом, старым кочевником, разработал ряд новых законов. Очень скоро он понял, что отдавать приказы не такое уж простое дело. Ему приходилось одновременно находиться повсюду, и при этом следовало постоянно помнить о возможности попытки нападения синих кешей и уделять большое внимание проблеме обороны. Наверняка в Пере у них были свои шпионы. Любой другой уже давно сбежал бы из города, но Рейт об этом даже не думал.

Кеш-люди. освобожденные из подземелья, не имели ни малейшего желания возвращаться в Дадих. Проблемой оставались воины зеленых кешей. Рейт не стал брать на себя грех и не дал их убить. Однако против их освобождения возражало практически все население Перы. В конце концов он выставил клетки с ними на центральной площади, где жители Перы в свое удовольствие могли их обругать. кто как мог. Но зеленые продолжали молчать и таращиться в направлении, где находилась их орда.

Однако наибольшей заботой Рейта по-прежнему оставалась Цветок Ката. Как и прежде, она была для него абсолютной загадкой. Во время продолжительного путешествия она была воплощением меланхолии и вместе с тем несколько высокомерной. Сейчас же она казалась кроткой, любящей и рассеянной. По мере того, как она готовила для Рейта все новые очаровательные неожиданности, она становилась для него все более привлекательной. Но при всем этом, она оставалась меланхоличной. Рейт предполагал, что она сильно страдала от ностальгии "Надо будет как-нибудь поговорить с ней и узнать, что же ее все-таки беспокоит", — решил он.

Через некоторое время выяснилось, что трое из освобожденных кеш-людей были родом не из Дадиха, а из Саабы, города на юге. Как-то Рейту в гостинице сказали, что ему не стоит уделять людям столько внимания, так как они, вроде бы, только полулюди, не способные понять цивилизацию.

— Вы совершенно не представляете себе, что говорите, — сделал вывод Рейт Он прекрасно понимал, что и его они считали получеловеком или даже недочеловеком, который просто завидовал более прогрессивным расам.

— В Дадихе я видел морг, — объяснил Рейт, — Я там наблюдал, как синие кеши, расколов череп умершего кеш-человека, посадили туда крошечного синего кеша. Такими трюками они хотят поработить вас еще больше. Без сомнения, дирдиры устраивают такие же фокусы по отношению к дирдир-людям. хотя я. честно говоря, сомневаюсь, что дирдир-люди надеются превратиться в дирдиров… Ну, Анахо, что скажешь ты по этому поводу?

— Дирдир-люди совершенно не рассчитывают превратиться в дирдиров. Это было бы просто суеверием. Они — солнце, мы — тень. Но все мы произошли от яйца-прародителя. Дирдиры — это наивысшая форма космической жизни. Мы же, дирдир-люди, гордимся тем, что следуем прямо за ними. Какая другая раса смогла достичь такого блеска?

— Раса людей, — назидательно произнес Рейт. Анахо с сомнением скорчил гримасу.

— Может в Кате? Пожиратели лотосов! Мерибцы? Вырождающиеся и хрупкие художники! Дирдиры на Чае — это абсолютный идеал.

Кеш-люди активно возражали, но Анахо безапелляционно отклонил их точку зрения. Рейт объявил, что обе стороны были в корне не правы.

— Я скажу вам, почему; но только не сейчас. Факты вам известны так же хорошо, как и мне. Вам нужно лишь сделать из них правильные выводы.

— Какие факты? Какие выводы? — хотели знать кеш-люди.

— Это же очень просто. Кеш-люди и дирдир-люди — всего лишь слуги. С биологической точки зрения люди совершенно несопоставимы с этими двумя расами, как. впрочем, и с вонками или пнумами. Кроме того, люди не являются коренными обитателями Чая. Их родина совершенно в другом месте. И нужно исходить из того, что их очень давно привезли на Чай с планеты людей как рабов.

Кеш-люди протестовали. Анахо хладнокровно рассматривал потолок, а люди из Перы ухмылялись и удивлялись. Полночи продолжалась оживленная дискуссия.

На следующее утро три кеш-человека все-таки отправились в Дадих. По чистой случайности они поехали на повозке Эмминка. Рейту этот факт был не особенно приятен, так как он знал, что они повсюду будут рассказывать и о нем. и о его деятельности, и о его радикальных взглядах и мерах. Это, скорее всего, настроит синих кешей еще более недоверчиво, и будущее представлялось гораздо сложнее, чем до сих пор. Но, тем не менее, он не мог себе позволить бросить все и отправиться дальше в путь.

После обеда он наблюдал, как проходит обучение новой милиции. Это была довольно пестрая и разношерстная толпа, которую трудно было назвать одним подразделением. Офицеры в занятиях проявляли так же мало заинтересованности, как и простые милиционеры, и в конце концов энергия Баойиана тоже исчерпалась.

Рейту пришлось снять с должности сразу двух лейтенантов, так как те совершенно ничего не воспринимали. Назначив двух новых, он забрался в повозку и обратился к стоявшим перед ним:

— Неужели вы не понимаете, для чего все это делается? Вам нужно учиться самим себя защищать! Эй ты, внизу, ты хочешь что-то сказать? Ну, скажи же!

— Я сказал, что марширование и тренировки — это пустая трата времени и абсурд Зачем нам может это понадобиться?

— Вы учитесь подчиняться и выполнять приказания, а также действовать единой группой. Группа может достичь намного большего, чем отдельно взятый человек. В бою командир разрабатывает планы, а дисциплинированные воины выполняют поставленные перед ними задачи. Без дисциплины война будет проиграна. Понимаете вы это или нет?

— Как могут люди победить в войне? Синие кеши обладают энергетическим оружием, боевыми плотами, а у нас есть всего лишь пескоизлучатели, да и то несколько штук. Ну а зеленые кеши вообще непобедимы. Так что, лучше всего будет просто спрятаться в руинах. Так люди жили в Пере всегда.

— Хорошо, если вам не нравится мужская работа, отправляйтесь к юбкам и делайте бабью работу. У меня есть возможность выбирать. Он немного подождал, но никто не произнес ни слова, Рейт слез с повозки и отдал приказания.

Немногим позже несколько милиционеров принесли из цитадели тюки тканей и кипы кожи, другие подошли с ножницами и ножами для бритья. Несмотря на активные протесты, милиционеры были побриты наголо. После этого привели нескольких женщин, которые принялись шить униформы. На следующий день милиционеры уже щеголяли в новых нарядах, удивляя себя и окружающих. Это были длинные белые накидки без рукавов с черными, вшитыми впереди молниями.

Капралы и сержанты были отмечены черными погонами, а у лейтенантов униформы были с короткими красными рукавами.

Когда они снова приступили к упражнениям и тренировкам, сразу стало заметно, что все у них стало получаться намного лучше, и казалось, что кроме всего прочего, занятия стали доставлять им удовольствие.

На третий день после отъезда кеш-людей опасения Рейта подтвердились.

Огромный воздушный плот проскользил над степью, описал круг над Перой и опустился на землю прямо перед зданием гостиницы. Из него вышли двенадцать кеш-людей — сотрудников полиции безопасности, одетых в серые штаны и пурпурные куртки. Шесть синих кешей остались на борту, внимательно наблюдая за происходящим. Эти синие кеши производили впечатление высокопоставленных особ, так как, в отличие от других, носили плотно сидящие костюмы из серебряной филиграни и имели на локтях и коленях большие защитные щитки из дымчатого кварца и серебра.

Синие кеши коротко посовещались с кеш-людьми; двое тут же отправились к двери гостиницы и заговорили с хозяином.

— Человек, называющий себя Рейтом, объявил себя вашим предводителем.

Немедленно приведите его. Лорд Кеш желает с ним говорить.

Хозяин не горел желанием выполнять это требование.

— Я не знаю, где он, и вам придется подождать, пока он вернется.

— Тогда сообщите ему. Только быстро!

У Рейта не было абсолютно никакого желания встречаться с кешами. но, тем не менее, он принял приглашение, так как заранее был к этому готов. Он знал, что его решение могло изменить жизнь всех людей в Пере, а может даже и на всей планете Чай. Но к лучшему. или к худшему — должно было показать время. Он отдал Трезу несколько приказаний и сообщил хозяину, что готов провести переговоры с кешами в гостинице.

Когда эта информация была передана синим кешам, они сошли со своего воздушного плота, но остановились перед дверью гостиницы. Один из кеш-людей завопил:

— Кто из вас является предводителем? Он должен поднять вверх руку!

Рейт прошел мимо кеш-людей и остановился перед синими кешами. которые с удивлением уставились на него. Рейт пристально рассматривал их непривычные лица. Глаза их были похожи на маленькие металлические шарики, сверкавшие в тени низко нависавших лбов. В тот момент они показались ему не столько деловыми или капризными, даже не свирепыми, а угрожающими.

Рейт стоял перед ними, скрестив руки на груди. Он ждал.

У одного из синих кешей на груди был большой драгоценный камень, больший, чем подобные камни у остальных. Специфическим гортанным голосом, присущим его расе, он спросил:

— Что делаешь ты здесь, в Пере?

— Я избран регентом.

— Ты — тот человек, который без соответствующего разрешения пробрался в Дадих и осмотрел Технический Центр Района. Рейт промолчал.

— Хорошо. Значит ты не хочешь говорить. Но этого факта ты не отрицаешь. Твой запах не такой, как у остальных. Зачем ты пробрался в Дадих?

— Потому, что я никогда раньше не бывал в Дадихе. Ведь вы же приезжаете без разрешения в Перу. И мы, скажу я вам. рады вам. пока вы соблюдаете наши законы. И я думаю, что исходя из таких принципов, люди из Перы тоже могут спокойно посещать Дадих.

Кеш-люди засмеялись, а синие кеши были, казалось, весьма озадачены услышанным. Их спикер сказал:

— Ты распространяешь ложную информацию и не правильную доктрину, призывая жителей Перы к глупостям. Откуда у тебя такие идеи?

— Это не ложная доктрина и не глупости. Все это само собой разумеется.

— Тебе придется отправиться вместе с нами в Дадих. — сказал синий кеш, — и выяснить там некоторые обстоятельства. Быстро садись на плот.

Рейт со смехом покачал головой.

— Если вам хочется о чем-нибудь поспрашивать меня, пожалуйста, но только сейчас. К тому же, мне тоже хочется задать вам несколько вопросов.

Синие кеши дали какой-то знак кеш-людям. и те попытались схватить Рейта. Но он увернулся, отошел на шаг и бросил взгляд на верхние окна гостиницы; В тот же момент оттуда вылетели стрелы катапульт и впились в головы кеш-людей. Синие кеши были окружены каким-то силовым полем, которое отклонило стрелы и синие кеши ничуть не пострадали. Но Рейт уже успел приготовить свое энергетическое оружие. Он очертил рукой с оружием полукруг и все шесть кешей упали на землю.

Все замолчали. Зрители затаили дыхание. Рейт кивнул Трезу. Они взяли у убитых оружие, после чего трупы были убраны.

— Что же нам теперь делать? — прошептал член Совета Брунтего, — Мы пропали. Они удобрят нашими трупами свои красивые цветочки.

— Правильно, — ответил Рейт. — Но только в том случае, если мы им в этом не помешаем.

Он дал знак Трезу и взошел на воздушный плот. В органах управления наборе педалей, кнопок и рычагов — он совершенно ничего не понял. Анахо, дирдир-человек, осмотрел пульт, и Рейт спросил, сможет ли он с ним разобраться.

— Конечно, — ответил Анахо и презрительно хмыкнул. — Это же устаревшая система Дайдна.

— А что это здесь за трубки? Энерговоды?

— Да. Очень старые, такие уже не применяются Дирдиры ушли далеко вперед.

— И какая у него дальность полета?

— Очень небольшая Ему не хватает энергии.

— Если мы смонтируем на плоту пять или шесть пескоизлучателей, они обретут весьма значительную огневую мощь.

На следующий день после обеда над Перой снова появились несколько воздушных плотов, которые, не приземляясь, возвратились обратно в Дадих. А еще на следующее утро со стороны перевала Бельбал подошла колонна повозок примерно с двумястами кеш-людьми и сотней офицеров синих кешей. Над ними парили четыре воздушных плота со снайперами синих кешей.

Повозки остановились примерно в полумиле от Перы. Войско разделилось на четыре роты, которые окружили Перу и начали наступление на нее с четырех сторон. Плоты продолжали висеть в воздухе.

Рейт разделил свою милицию на две группы и послал их через руины на окраины, куда в первую очередь наступали войска кешей.

Милиция ожидала неприятеля в удачно выбранных укрытиях, пока войско кешей не приблизилось к городу на расстояние около ста метров. По команде люди выскочили из засады и открыли огонь изо всех видов оружия, которое было у них: из катапульт, пескоизлучателей, оружия, найденного в арсеналах Нага Гохо и отобранного у убитых кешей.

Огонь концентрировали на синих кешах, две трети которых были убиты в первые пять минут. За это же время погибло более половины кеш-людей.

Оставшиеся в живых отступили и спаслись бегством в открытой степи. Плоты подлетели ближе и направили на руины смертоносные лучи.

Милиционеры снова спрятались в укрытиях.

Вдруг в небе появился еще один воздушный плот — тот, который Рейт оснастил пескоизпучателями. Он спрятал его в кустах в степи, на расстоянии пяти миль от города. Плот быстро снижался, приближаясь к воздушным плотам кешей. Люди, стоявшие за песко и энергоиз-лучатепями, открыли огонь. Четыре плота камнем свалились на землю. Затем плот пролетел над городом и стал обстреливать сверху две роты, прорывавшиеся в город с севера и востока, в то время, как милиция обстреливала их с флангов. С огромными потерями войскам кешей пришлось отступить. Нападение с воздуха полностью деморализовало их. и неуправляемая толпа, преследуемая милицией Перы, беспорядочно отошла в степь.

Глава 12

Рейт провел совещание со своими раздувшимися от гордости и важности лейтенантами.

— Сегодня мы победили потому, что они не принимали нас всерьез. Но они могут вернуться, собрав более мощный кулак. Я полагаю, что они еще сегодня соберут все свои воздушные плоты и войска и завтра попытаются нам жестоко отомстить. Кажется ли вам это правдоподобным?

Другого мнения не возникло ни у кого.

— Это значит, что нам придется вести войну, — продолжал дальше Рейт, И будет намного лучше, если мы возьмем инициативу в свои руки, чтобы успеть подготовить для кешей несколько неприятных неожиданностей. От людей они ожидают не слишком многого, и такое мнение должно у них скоро измениться.

Все сказанное мной значит, что мы должны применить имеющееся у нас оружие там, где оно может нанести неприятелю наибольший ущерб.

Брунтего. член Городского Совета, закрыл лицо руками и трясся от ужаса.

— У них имеется самое малое тысяча солдат-кеш-людей, а, может, и того больше. У них есть воздушные плоты и энергетическое оружие. А у нас только небольшое количество людей, вооруженных всего-навсего катапультами.

— Катапульты могут убивать так же надежно, как и энергетические лучи, — возразил Рейт.

— Но плоты, снаряды, интеллектуальная власть синих кешей! Они нас полностью уничтожат и превратят Перу в кратер действующего вулкана.

Тостиг, старый кочевник, возразил:

— До недавнего времени мы слишком верно им служили, ничего не получая взамен. Почему же они должны нам устроить в благодарность за верную службу такой драматический эффект?

— Такова сущность синих кешей, и так они действуют. Тостиг покачал головой.

— Старые кеши, возможно. Но не синие кеши. Они нас сначала возьмут в осаду и будут выжидать, пока мы обессилеем от голода. А потом они уведут наших предводителей в Дадих, чтобы там их наказать.

— Это звучит правдоподобно, — сказал Анахо, — Но нам ни в коем случае нельзя сидеть и ждать, пока синие кеши начнут правдоподобно действовать.

Все-таки все кеши наполовину сумасшедшие.

— Именно поэтому мы должны их разбить их же собственным оружием, сказал Рейт.

Дискуссия продолжалась еще довольно долго. Выдвигались предложения и контрпредложения, и, в конце концов, все пришли к соглашению. Разослали курьеров, которые должны были предупредить людей. Конечно, было много протестов, когда женщин, детей. стариков и всех тех, кто не очень стремился помочь, погрузили на повозки и отвезли среди ночи в хорошо укрытый овраг на расстояние примерно двадцати миль южнее города. Там разбили временный лагерь. Милиционеры собрали все оружие и в ту же ночь отправились на перевал Бельбал.

Рейт. Трез и Анахо остались в Пере. Несколько воинов зеленых кешей все еще оставались с времен Нага Гохо в крепости, и Рейт никак не мог решиться выпустить их на волю. Наконец он распорядился накрыть клетки с зелеными кешами покрывалами и поставить их на борт воздушного плота. На рассвете Анахо поднял плот в воздух и полетел в том направлении, куда пленные зеленые кеши постоянно смотрели — на северо-восток. Сначала они пролетели двадцать миль, потом еще двадцать. Тут Трез, наблюдавший за зелеными через дырку в материи, крикнул:

— Они повернулись на запад.

Анахо повернул плот на запад, и через несколько минут они обнаружили военный лагерь зеленых кешей, расположившийся в зеленом травянистом лесу, стоявшем на краю болота.

— Не будем пролетать слишком близко, — предостерег Рейт и принялся рассматривать лагерь в свой сканоскоп. — Нам достаточно знать, что они здесь. А теперь — обратно, к перевалу Бепьбал.

Плот развернулся в обратном направлении и полетел над степями, простиравшимися до океана Шанизада, на юг. Над перевалом Бель-бал плот повис так, чтобы одновременно можно было наблюдать и за Дадихом, и за Перой.

Прошло два часа. Постепенно Рейт стал нервничать. Его планы основывались только на гипотезах и предположениях, однако кеши повсюду славились своей абсолютной непредсказуемостью. Наконец, к большому облегчению Рейта, со стороны Дадиха показалась длинная темная колонна. С помощью сканоскопа Рейт насчитал около сотни повозок, в которых ехали синие кеши и кеш-люди. Другие же повозки везли оружие и военное снаряжение.

— На этот раз, — сделал вывод Рейт, — они восприняли нас со всей возможной серьезностью. — Он посмотрел на небо. — Плотов пока еще не видно.

Наверняка а последний момент они вышлют разведчиков… Время, которое будет работать на нас. Через полчаса они подойдут к перевалу Бепьбал, Они направили плот над степью и посадили его в нескольких милях южнее от дороги. Там они выкатили клетки с плота и сняли покрывавшие их накидки.

Гигантские зеленые кеши моментально вскочили на ноги и уставились на горизонт.

Рейт открыл дверцу и поспешил залезть обратно на плот, а Анахо тут же поднял его в воздух. Зеленые кеши издали торжествующий вопль, подняли руки и с презрением затрясли ими. Затем они покружились, повернулись на север и помчались по степи на несгибаемых ногах, что было присуще походке зеленых кешей.

Повозки из Дадиха переехали через перевал. Зеленые кеши удивленно остановились, затем, переваливаясь, поспешили в чащу густых кустов, где застыли без движения, став почти незаметными.

Все больше повозок спускалось с перевала и, в конце концов, длина колонны превысила милю.

Анахо направил полет плота к глубокому каньону и посадил его в непосредственной близости от его края Рейт внимательно вглядывался в небо, ища воздушные плоты кешей, после чего сконцентрировал все свое внимание на востоке. Зеленых кешей в чаще зеленых кустов абсолютно не было видно. А войсковая колонна, тянувшаяся со стороны Дадиха, выглядела темной и грозной гигантской гусеницей, ползущей к руинам Перы.

В сорока милях севернее находился лагерь зеленых.

Рейт возвратился к плоту.

— Мы сделали все, что было в наших силах. Теперь нам остается только ждать. — сказал он.

Армия синих кешей приблизилась к Пере и, как и прежде, разделилась на четыре части. Таким образом, они окружили покинутые руины, Энерго излучатели были направлены на предположительно укрепленные места, а разведчики при огневом прикрытии принялись обследовать руины. Они осмотрели несколько руин, но никто оттуда не стрелял и там никого не оказалось. Руины молчали. Тогда они переставили излучатели и избрали другие цели.

Через полчаса разведчики вернулись и привели с собой несколько человек, которые либо из-за лени, либо из-за присущего им духа противоречия предпочли никуда не уезжать и остаться в городе, Еще пятнадцать минут ушло на допрос доставленных жителей Перы. Потом был период некоторой неопределенности, пока синие кеши держали совет. Они совершенно не рассчитывали найти покинутый город и этот факт был серьезнейшей проблемой в их неожиданно двойственном положении.

Отряды, окружавшие город, возвратились к основным войскам. Этот сбор продолжался недолго, и все они. испытав досадное разочарование, потянулись обратно в Дадих.

Рейт осматривал пустыню на севере, надеясь увидеть там хоть какое-нибудь движение. Если телепатические способности зеленых кешей были не фантазией и они могли общаться друг с другом на расстоянии, и если то, что они больше всего на свете ненавидели синих кешей. было правдой, они должны были сейчас появиться на поле действий. Но в степи не было заметно никакого движения.

Войска синих кешей продолжали медленно двигаться к перевалу Бельбал.

Тем временем из темно-зеленых кустов гарта, из зарослей кустов лагарда, из невысокой поросли соляной травы, а также просто из ничего и из ниоткуда появлялись целые орды зеленых кешей. Рейт никак не мог понять, как такое большое количество воинов, да еще на гигантских скакунах, могло приблизиться столь незаметно. Они напали на колонну и перерезали ее. Тяжелые орудия стоявшие на повозках, использовать было уже нельзя, так как зеленые кеши уже захватили колонну и скакали вдоль нее взад и вперед, уничтожая на своем пути всех. Рейт отвернулся. Его стало тошнить. Он вскарабкался на борт плота.

— А теперь давай через горы к нашим ребятам, — приказал он.

В условленном месте плот встретили милиционеры: это был овраг примерно в миле южнее от перевала Бельбал, Милиционеры спустились с гор и использовали деревья и высокий мох для естественной маскировки укрытия. Рейт остался на плоту и постоянно осматривал в сканоскоп небо, Так, как предполагал, что синие кеши могут выслать несколько разведывательных плотов.

И. пока он водил взглядом по небу. множество воздушных плотов вылетело из Дадиха и с максимальной скоростью помчалось на восток: по всей видимости это было подкрепление для попавших в беду войск. Они исчезли за перевалом, и Рейт проводил их взглядом. Он снова направил свой сканоскоп на Дадих, где под городской стеной различил белые униформы.

— Теперь самое время, — сказал он Анахо.

Плот поплыл в направлении главных ворот Дадиха, подлетая к ним все ближе и ближе. Охранники думали, что это их собственный плот, и ошеломленно задрали головы. Рейт нажал на пусковую кнопку носовых песко- и энергоизлучателей. Путь в Дадих был свободен. Милиция Перы ворвалась в город.

Рейт спрыгнул с плота и выслал вперед две группы, задачей которых было занять посадочную площадку воздушных плотов. Другая группа осталась возле ворот, и ей были оставлены несколько излучателей. Четвертая и пятая группы были посланы, чтобы захватить и охранять город.

Обе последние группы были дикими и беспощадными, как и большинство обитателей Чая. Они носились по почти пустынным улицам, убивали синих кешей и кеш-людей. Пощады не было даже для кеш-женщин, если они оказывали сопротивление. Дисциплина нескольких дней была моментально забыта, так как ненависть и презрение тысяч поколений вылились в жажду мести и беспощадную резню.

Рейт вместе с Трезом, Анахо и шестью воинами летел на плоту к Техническому Центру Района. Ворота были запертыми и здание казалось покинутым. Плот посадили перед порталом и залпом из пескоизпучателей снесли ворота. Рейт нетерпеливо бросился внутрь.

Он все еще стоял там. его космический корабль, знакомый да последнего винтика.

Сердце от волнения выпрыгивало из груди, когда он медленно подходил к своему аппарату. Корпус корабля был разрезан, двигатели, аккумуляторы и конвертер были сняты. Корабль представлял собой лишь пустую оболочку.

Да, это была несбыточная мечта, которую он лелеял, надеясь найти свой корабль практически готовым к полету. Рейт понимал, что должно было случиться с кораблем, но он все время настраивал себя на оптимистический лад.

Что ж, теперь ему следовало распрощаться с последней надеждой когда-либо возвратиться на Землю. Корабль был полностью раскомплектован, приборы были разобраны, топливный контейнер — разгерметизирован. Нетронутым не осталось ничего.

Анахо стоял рядом, и Рейт неожиданно остро осознал, где он находится и что с ним происходит.

— Этот корабль построили не синие кеши, — задумчиво констатировал дирдир-человек, — Его строили также и не дирдиры, и не вонки. Обессилено и равнодушно Рейт облокотился на один из верстаков.

— Правильно, — наконец произнес он.

— Это очень совершенная конструкция, и она является великолепным образцом космического корабля, — размышлял Анахо вслух. — Где же мог быть построен такой корабль?

— На Земле, — ответил Рейт.

— Земля?

— Это планета людей, — объяснил ему Рейт. Анахо отвел глаза. На его голом лице арлекина застыла печальная усмешка, основы его миропонимания пошатнулись.

— Интересное заявление — пробормотал он.

Мрачно обойдя весь космический корабль. Рейт не нашел практически ничего, что могло бы его заинтересовать. Когда он закончил осмотр, ему доложили, что в горах были замечены уцелевшие остатки войск синих Кешей. Они в небольшом количестве спускались с гор вниз, и можно было предположить, что им, наконец, удалось либо отбиться от зеленых кешей, либо их уничтожить.

Группы воинов, посланных защищать город, были рассредоточены, и их невозможно было быстро собрать. Две группы заняли посадочную площадку воздушных плотов, одна защищала главные городские ворота. И всего у Рейта было немногим более сотни человек.

Оставалось готовить западню. Городские ворота подправили, чтобы они выглядели, как обычно. Трое замаскированных под кеш-людей воинов заняли в воротах место охранников.

Остатки войск синих кешей приближались к воротам. Не заметив ничего, что могло бы представлять для них опасность, они вошли в город. И сразу же по ним был открыт огонь из пескоизлучателей и энергетического оружия.

Воинская колонна моментально расплавилась под смертоносными лучами, а оставшиеся в живых быстро рассеялись. Те немногие из некогда могущественного войска были настолько деморализованы, что практически не могли оказывать ни какого сопротивления. Некоторые из них выскочили через ворота и попытались найти убежище в зеленой зоне перед городом. Но их стали преследовать злые люди в белых униформах. Другие же, оглушенные происходящим, остались стоять на месте, будто только и ждали того, чтобы их уничтожили.

Боевым плотам повезло больше. Посмотрев сверху на полный крах своих войск, они поспешили убраться за пределы города. Милиционеры не имели ни малейшего понятия, каким оружием можно было бороться с плотами синих Кешей, поэтому палили по ним наугад. Фортуна улыбнулась им, и они сумели сбить четыре плота. Остальные, в течение пяти минут сделав несколько кругов над городом, скрылись в южном направлении, в сторону Саабы, Дкекмы и Аудша.

До самого вечера то здесь, то там продолжались небольшие стычки. когда милиция Перы натыкалась на синих кешей и те, естественно, пытались защищаться. Оставшиеся в живых — старики, женщины и маленькие дети — были убиты. Когда Рейт об этом узнал, он поспешил отдать приказ сохранять жизнь взятым в плен кеш-мужчинам и кеш-женщинам, кроме одетых в пурпурную или зеленую форму сотрудников службы безопасности, которые должны были разделить судьбу своих господ.

Оставшиеся в живых кеш-люди сбрасывали с себя накладные парики и хмуро и недовольно выходили на главную улицу.

Перед заходом солнца все милиционеры собрались возле главных городских ворот. Они удовлетворили свою жажду мести и взяли достаточно трофеев. Ходить же по этому городу ночью им совершенно не хотелось. Поэтому прямо возле ворот был разложен большой костер, на котором для всех приготовили еду и тут же ее съели.

Рейт сочувствовал кеш-людям, мир которых перевернулся так неожиданно и основательно. Он подошел к ним: они сидели небольшими группами, и женщины тихо оплакивали погибших.

Один из них, сохранивший больше смелости и самообладания, чем остальные, спросил Рейта:

— Что вы теперь с нами сделаете?

— Ничего, — ответил Рейт — Мы уничтожили синих кешей. так как. они напали на нас. не имея на это никаких оснований. А вы — люди. Пока вы будете соблюдать порядок, мы вам ничего плохого делать не собираемся.

Кеш-человек пробормотал:

— Но вы уничтожили очень многих из нас.

— Потому, что они сражались против нас на стороне синих кешей. А это было противоестественно.

— А что же в этом противоестественного? — удивился кеш-человек. — Мы ведь кеш-люди — первая фаза великого цикла.

— Какая глупость! — спокойно сказал Рейт, — Вы так же мало похожи на кешей, как дирдир-люди на дирдиров. Вы — люди. и ты. и он, Кеши и дирдиры просто-напросто поработили вас и отняли у вас ваши собственные жизни. И никто никогда не говорил вам правды.

Кеш-женщины перестали плакать, а кеш-мужчины обратили к Рейту удивленные взгляды.

— Что касается меня. то вы можете жить так, как вам захочется. Город Дадих принадлежит вам, пока синие кеши не вернутся сюда снова.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросили его.

— Именно то, что сказал. Завтра мы возвратимся обратно в Перу, и Дадих будет принадлежать вам.

— Все это, конечно, прекрасно, но что будет, если синие кеши вернутся из Саабы, Дкекмы и Лзизаудры? А они возвратятся наверняка.

— А вы попробуйте их выловить, уничтожить Дадих — это город людей. А если вы не можете поверить, что синие кеши вас угнетали и закрепощали, загляните в морг, который возле городской стены. Вам всегда говорили, что вы не что иное, как оболочка для инкубации маленьких детей кешей, которые вроде бы развиваются в вашем мозгу. Пойдите-ка и обследуйте там человеческие мозги! Вы в них не найдете никаких зародышей кешей! Только человеческие мозги и ничего больше!

Теперь вы можете расходиться по домам. Я требую от вас только одного, сбросьте свои накладные парики! Пока вы их будете носить. мы будем рассматривать вас не как людей, а как синих кешей. И поступать с вами будем соответственно.

После этого Рейт вернулся в свой лагерь. Казалось, что кеш-люди все еще не могли поверить в то, что сказал им Рейт. и в нерешительности начали расходиться по своим домам, — Я все слышал и знаю, что ты им сказал, заговорил Анахо, Но ты ничего не знаешь о дирдирах и дирдир-людях. Твоя теория правильна, и мы навсегда останемся только дирдир-людьми! Мы признаем убеждения и умозаключения, если видим в этом смысл, в конце концов, мы тоже верим в невозможный идеал! Так, как тень никогда не сможет осветить своими лучами солнце, так и человек никогда не сможет превзойти дирдиров!

— Для интеллигентного человека, каковым ты на самом деле являешься, ты кажешься довольно несообразительным и твердолобым, — фыркнул Рейт ему в ответ. — Но однажды и тебе придется признать, что ты заблуждаешься. А до тех пор мне абсолютно безразлично, что ты будешь думать.

Глава 13

Лагерь ожил еще до рассвета. Добычу грузили на повозки, после чего они отправлялись в путь на запад. На фоне бледно-желтого неба повозки выделялись темными пятнами.

В Дадихе кеш-люди собрали тела убитых, отнесли к большой вырытой яме и похоронили в братской могиле. Без накладных париков они выглядели совершенно неестественно и напоминали лысых гномов. Утром были обнаружены и несколько спасшихся синих кешей. Кеши были пойманы и посажены в клетки. Жажда крови жителей Перы была удовлетворена, и они приговорили синих кешей к наказанию палками. С испуганными физиономиями и замешательством в отсвечивающих металлом глазах те наблюдали за действиями людей.

Рейт постоянно думал о возможности того, что синие кеши могут предпринять нападение со стороны городов, находившихся южнее Дадиха. Анахо уверял его в обратном.

— Ведь это же не воины, — утверждал он. — Они угрожают городам дирдиров торпедами, но лишь потому, что хотят предотвратить войну. Они никогда и никому первыми не объявляют войн, так как довольны тем, что живут в своих садах. Они могут только подослать кеш-людей, чтобы те на нас напали.

Но сами они, пока мы их не тронем, ничего предпринимать не будут.

— Возможно, ты и прав, — согласился с ним Рейт и выпустил синих кешей, — Идите в ваши города к югу от Дадиха, — посоветовал он им, — и расскажите всем синим кешам в Саабе и Дкекме, что если они нас тронут, мы их уничтожим.

— Но это очень дальняя дорога, — закряхтели синие кеши. — Неужели нам придется идти туда пешком? Дай нам несколько воздушных плотов!

— Ничего с вами не случится, если вы пройдетесь пешком. Мы вам ничего не должны, — ответил им Рейт.

И синим кешам не оставалось ничего другого, как пешком отправиться в путь.

Еще долго Рейт не бiл уверен, что синие кеши не собираются отомстить.

Поэтому он приказал установить на девяти исправных трофейных плотах вооружение и спрятать их в горных укрытиях.

На следующий день он вместе с Трезом, Анахо и Юлин-Юлан посетил Дадих и провел в нем некоторое время. В Техническом Центре он еще раз осмотрел корпус корабля, чтобы определить возможность его ремонта.

— Если бы в моем распоряжении была вся єта мастерская, — думал он, — и если мне помогали двадцать квалифицированных техников мне, может быть, удалось построить новую двигательную систему. Может быть, было бы даже легче переделать для моего корабля двигатели с кораблей кешей… Но тогда не будет соответствия во всей контрольной системе… И не проще ли. в таком случае построить совершенно новый корабль?

Цветок Ката рассматривала космический корабль и морщила лоб.

— Тебе действительно так необходимо улететь с Чая? Ведь ты еще не был в Кате. И если ты его увидишь, то у тебя наверняка отпадет всякое желание из него уезжать.

— Возможно, — ответил Рейт. — Но и ведь ты никогда не бывала на Земле. Если ты ее посетишь, то могу гарантировать, что тебе никогда больше не захочется возвращаться на Чай.

— Наверное это очень странный мир, — размышляла Юлин-Юлан, — А женщины на Земле красивые?

— Некоторые — очень, — ответил Рейт. Он взял ее за руку. Но на Чае тоже есть очень красивые женщины. И одну из них зовут… — и он шепнул ей на ухо одно из ее имен.

Она покраснела и ладонью закрыла рот.

— Тс-с. Кто-нибудь может услышать, — прошептала она.

Content

Вэнс Джек
Город Кешей

ПРОЛОГ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13