Ирина Хрусталева

Пальма с мандаринами

1

– Наташенька, привет, – улыбнулась Юля, останавливаясь возле лавочки, на которой сидела ее соседка по дому.

– Привет, – мрачно ответила она.

– Ты почему сидишь тут в одиночестве? Никак к скамейке примерзла? Иди домой, холодно сегодня, не простудилась бы ты. Ой, чуть не забыла: с Новым годом!

– Кому Новый год, а кому... не пойми что, – тяжело вздохнула Наташа. – Домой ноги не несут.

– Что-то случилось? – озабоченно поинтересовалась Юля, глядя на хмурое лицо молодой женщины.

– И не спрашивай, – махнула рукой та.

– А ну говори, кто посмел тебя обидеть? Да я же его в порошок сотру! – запальчиво воскликнула Юля, присаживаясь рядом с соседкой на скамейку. – Рассказывай, что произошло, может, я чем-то смогу помочь?

– Чем ты мне поможешь, свистулька? – невесело улыбнулась Наталья. – Даже милиция ничего сделать не может... а скорее всего, не хочет. Я им говорю: пожалуйста, очень вас прошу, просто умоляю, поедемте ко мне на квартиру, я вам сама все покажу, и вы убедитесь, что я говорю правду, а они...

– А что они? – Юля пропустила «свистульку» мимо ушей.

– А они мне дурацкие советы дают, – раздраженно ответила Наталья. – Говорят, чтобы я к врачу обратилась. А зачем мне врач, ведь я не сумасшедшая, как они считают! Пусть сами к психиатрам обращаются.

– Ничего не понимаю. – Юля мотнула головой. – Наташа, ты можешь рассказать нормально, что у тебя случилось? Милиция-то здесь при чем? Зачем ты к ним ходила? И в чем они должны были убедиться?

– Они и слушать меня не хотят, только улыбаются. Это они надо мной насмехаются, представляешь? – продолжала возмущаться соседка, совершенно не слушая, что ей говорит Юля. – Я, конечно, прекрасно понимаю, что рассказываю им довольно странные вещи, но с головой у меня все в полном порядке! Сижу тут и думаю... Может, мне на телевидение позвонить, а? Прямо в «Останкино»! Как ты полагаешь, они захотят меня выслушать или тоже к доктору пошлют?

– Наташа, я тебе обязательно на это отвечу, но только когда узнаю, в чем дело. Из того, что ты наговорила, я ничегошеньки не поняла. – Юля развела руками.

– А что здесь понимать-то? Наплевать им на людей, а на простых – тем более! Если бы я к ментам с мешком денег пришла, они бы сразу забегали и все проверили, а не записывали меня в сумасшедшие, да ну их. – Наташа махнула рукой. – Это только на словах: «Моя милиция меня бережет», а на деле – ни хрена подобного, вот и весь мой сказ!

– Можно подумать, что ты только что родилась и не знаешь об этом, – фыркнула Юля. – А знаешь что, Натали? Пойдем-ка, я тебя домой провожу, – с улыбкой предложила она, поняв, что приятельницу нужно вначале отвлечь, а уж потом задавать вопросы. – Сядем у тебя в кухне, чайку попьем, ты мне и расскажешь спокойненько, что у тебя случилось. Хочешь, я тортик куплю в честь праздника? Послезавтра Рождество, ты не забыла?

– Да, помню. – Наташа кивнула. – В церковь нужно сходить, давно не была. А что, наверное, ты права! Чаек – дело хорошее, и тортик не помешает, страсть как сладкое люблю! Мне хоть и вредно такие вещи употреблять, при моем-то весе, но не могу отказать себе в удовольствии, – засмеялась она, окинув взглядом свою дородную фигуру. – Все дамы поголовно помешались на разных диетах, а мне неохота себя голодом морить, ем все, на что глаз ляжет.

– Отлично, иди к себе, а я мигом, только торт куплю. – Юля подхватилась со скамейки. – Не сиди больше здесь, а то простудишься, – велела она.

Юлька Смехова, по прозвищу Катастрофа (оно прилипло к ней еще в школе), была до неприличия любопытной особой. Вполне естественно, что непонятный рассказ тридцатипятилетней женщины, ее соседки по дому, страшно заинтриговал девушку. Ко всему прочему, Юлька работала секретаршей в частном детективном агентстве. Его хозяевами были ее близкие друзья, братья Чугункины, и она с наглым постоянством совала свой нос во все их дела. Так что она имела представление о том, как ведется расследование, и даже принимала в некоторых активное участие. Правда, это происходило без согласия самих сыщиков, но остановить Катастрофу было невозможно, поэтому приятели уже давно махнули на нее рукой.

Вот и сейчас каким-то шестым чувством Юлька унюхала запах детективной интриги и решила не упускать шанса и непременно во всем разобраться.

Минут через двадцать Юля вернулась из магазина с тортом. Наталья уже заварила чай и поджидала ее в кухне.

– Ты, Юленька, возможно, тоже сочтешь меня ненормальной, только я нахожусь в здравом уме и твердой памяти, – заговорила соседка. – А началось все как раз перед Новым годом, дня за два или за три примерно, я не помню точно. Легла я спать, а перед этим таблетку снотворного выпила. В последнее время бессонница меня мучает, это очень раздражает, прямо до ужаса! Ну вот, я уже засыпаю и вдруг слышу – на моем балконе кто-то шевелится. Я, конечно, тетка отчаянная, ничего никогда не боялась, а тут – просто оторопела, – откровенно призналась Наташа. – Лежу и думаю: встать посмотреть или не надо? Слышу – кто-то в окошко скребется и еще подвывать начал, жалобно так, у меня аж мороз пошел по коже! Шторы на окне плотные, сквозь них ничего не видно, а раздвинуть и посмотреть – до жути страшно! Лежу, ни жива ни мертва от ужаса, еще немного – и сама бы завыла. Что делать? Куда бежать? У кого просить помощи? Рядом с кроватью тумбочка стоит, на ней – телефон. Ничего не придумав лучшего, я трубку-то телефонную схватила и набрала «02». Кричу дежурному – приезжайте быстрее, на моем балконе кто-то скребется и воет, а этого не может быть, потому что этаж – последний! А он отвечает: «Дамочка, посмотрите в окошко, буря страшная на улице. Это, – говорит, – ветер скребется, и он же подвывает. Или вообще – приснилось вам все. Вы, – говорит, – сами-то видели кого-нибудь на вашем балконе?»

– Я ему откровенно отвечаю: не видела никого, боюсь посмотреть, одна живу, защитить меня некому. А он мне в ответ: «Спокойной ночи, мадам, рановато вы Новый год начали отмечать, он не наступил еще!» Вот так они на тревожные сигналы граждан реагируют! – возмущенно воскликнула Наталья. – Этот дежурный принял меня за пьяную, представляешь? Что было делать? Пришлось встать, тихонько пройти на кухню, вооружиться скалкой и посмотреть, что же на балконе творится. Сердце, как заячий хвост, трясется, думала, оно вот-вот из груди выскочит. Постояла я немного, несколько раз вдохнула для смелости, и раз... резко шторы раздвинула.

– А там? – завороженно прошептала Юлька.

– А там... никого, представляешь? – засмеялась Наталья. – Ну, думаю, дура я ненормальная, и правда, наверное, ветер, а мне бог знает что почудилось. Еще и в милицию позвонила, людей напрасно потревожила. Успокоилась, снова легла, уснула – до утра...

– Наташа, я чего-то не поняла или что-то пропустила? – удивленно спросила Юля.

– В каком смысле?

– Судя по твоему рассказу, все закончилось благополучно? На балконе никого не было, все прекратилось и ты спокойно уснула?

– Ну да, уснула, – закивала соседка. – Потому что перед этим снотворное выпила.

– Но если все благополучно закончилось, зачем ты опять в милицию ходила, Наташ?

– Господь с тобой, Юленька, какое там – закончилось?! – Наташа замахала руками. – С той проклятой ночи все только началось. Я же тебе еще ничего толком не рассказала. Это только присказка была, а сказка впереди!

– Ну-ка, ну-ка, – Юля нетерпеливо заерзала на стуле. – И что именно началось?

– Ой, Юленька, даже не знаю, как о таком рассказывать, – нахмурилась Наталья и, нагнувшись поближе к девушке, прошептала: – Самая настоящая чертовщина в моем доме творится, во как!

– Да ну? – удивилась Юля. – В чем это выражается?

– На следующий день после работы я зашла в магазин. Прихожу домой, продукты из сумки выложила, решила отдохнуть, а уж потом за готовку ужина приниматься. Ночь беспокойной была, плюс работа у меня напряженная. Сама понимаешь, бухгалтерия – дело серьезное. Прилегла на диванчик, телевизор включила, новости хотела послушать, и не заметила, как уснула. Продремала около часа, встала, пошла в кухню ужин готовить, как и планировала, гляжу – а продуктов, что из магазина принесла, и след простыл!

– Как это? А куда же они делись? – растерялась Юлька.

– Вот и я подумала – куда? – нахмурилась Наталья. – Холодильник проверила – пусто. Начала все полки и ящики проверять – нету ничего, все как сквозь землю провалилось! Я бегу к двери, думаю: воры, что ли, голодные ко мне забрались? Закрыта дверь! Прошлась по всей квартире, посмотрела, может, еще что-то пропало? Нет, все на месте.

– А ты точно в магазин заходила? Может, тебе это только приснилось? – осторожно поинтересовалась Юля.

– Ну вот, и ты туда же, – обиженно насупилась Наталья. – Думаешь, я совсем из ума выжила? Я в кошелек специально заглянула, потому что чек туда вместе со сдачей сунула.

– Чек был на месте?

– Вот именно! А продукты как корова языком слизнула. – Наташа развела руками. – И скажи мне теперь, что это не чертовщина!

– Ну и дела! И никаких следов, даже невозможно предположить, кто мог это сделать?

– Какие следы, Юль? Говорю же, дверь была закрыта!

– А балкон?

– Что балкон? Ты случайно не забыла, что я на последнем этаже живу?

– А с соседнего балкона к тебе никак нельзя перелезть?

– Нет, нельзя, расстояние большое, я уже примерялась. Ты и сама прекрасно об этом знаешь, этажом ниже живешь.

– Да, что верно, то верно, – нехотя согласилась Юля. – Это я просто так спросила, мало ли... А балконная дверь тоже была закрыта?

– Дверь у меня просто защелкивается, ее можно и с той, и с другой стороны открыть. Ключ есть, но я им никогда не пользуюсь. Да и какое это имеет значение, Юля, если у меня – последний этаж?

– Так-то оно так, только куда же тогда продукты могли деться? Не сами же они убежали?

– Бог с ними, с продуктами, – отмахнулась Наталья. – Ты лучше дальше послушай, ведь я тебе не все рассказала.

– Как, что-то было кроме этого? – удивилась Юля.

– Это еще очень мягко сказано, – горько усмехнулась Наталья. – Буквально через день после происшествия с продуктами я чуть не окочурилась от страха, причем прямо на пороге собственной комнаты. Новый год же на носу, я елку, естественно, нарядила, все, как положено, с гирляндами и шарами. Приезжаю тридцатого с работы, захожу в комнату, смотрю – и глазам своим не верю.... Елки моей нет, а вместо нее пальма в кадке стоит, и тоже вся в игрушках!

– Да ну-у?! – вытаращилась на нее Юлька. – Не может такого быть!

– Почему это не может? – фыркнула Наталья. – Она до сих пор в углу стоит... в новогодних шариках.

Юлька сорвалась со стула и понеслась в комнату.

– И правда – пальма! – захохотала она, разглядывая экзотическое растение.

– В новогодних игрушках вместо бананов, – проворчала Наталья. – И как прикажете все это понимать?

– Наташа, а ты не могла... ну... сама ее нарядить, а потом забыть? – спросила Юля, еле сдерживая хихиканье.

– Очень смешно! – Наталья рассердилась окончательно. – Нет, не могла, у меня в доме никогда не росли пальмы! И если бы даже она у меня и была, я пока еще с ума не сошла, чтобы вместо елки... А на мандарины у меня вообще страшная аллергия!

– А при чем здесь мандарины? – не поняла Юля, с осторожным подозрением покосившись на соседку.

– Пойдем, увидишь. – Наталья вздохнула и направилась в сторону прихожей. – И не нужно на меня так смотреть, через минуту ты убедишься, что я совершенно нормальная! Смотри, что я нашла вчера утром в кладовке, когда захотела поесть жареной картошки, – раздраженно проговорила Наталья, указывая на какой-то мешок.

Юлька вытаращила глаза и вновь чуть не прыснула. Вместо картофеля мешок был до верха набит ароматными оранжевыми мандаринами.

– Вот ты мне скажи: на кой ляд мне целая прорва этих цитрусов? И кому понадобилось так надо мной подшучивать, а? – уперев руки в округлые бока, патетически спросила Наталья. – Кто притащил сюда эту гадость, пока меня не было дома? И главное, как этот паразит проникает в мою квартиру?

– А как долго тебя не было? – поинтересовалась Юля.

– С тридцать первого декабря до третьего января. Я на встречу Нового года уезжала к своей приятельнице, вернулась только позавчера вечером, а на следующее утро нашла этот мешок.

– А дверной замок проверяла, не сломан?

– Нет, не сломан, ни один, ни второй, у меня их два.

– Наташа, что ты сама об этом думаешь? Откуда это в твоей квартире появилось?

– Понятия не имею! – Наталья раздраженно откинула со лба прядь волос. – И это далеко не все, между прочим!

– Неужели что-то еще произошло? Ой, как интересно! – вовсю развеселилась Юлька, потирая ладони.

– Забавляешься, Смехова? – прищурилась Наталья.

– Ага, – откровенно призналась Юля.

– Погоди, и не так посмеешься... я чуть не обрыдалась от хохота, увидев все это. Пошли. – Наталья махнула рукой в сторону своей спальни. Юля послушно последовала за ней. Они вошли в комнату, и Наташа распахнула шкаф и вытащила оттуда большую коробку из-под шампанского. – Гляди! – кивнула она на тару.

– Что там?

– Иди-иди, взгляни. Супер!

Юля осторожно приблизилась к Наташе и, заглянув в коробку, прыснула:

– Зачем тебе столько комнатных тапочек, Натали?! – заикаясь, спросила она.

– Вот и я думаю – зачем они мне, да еще в эту дебильную клеточку? – недовольно проворчала Наталья. – Ты думаешь, это все? Блажен, кто верует! – хмыкнула она. – Пошли дальше.

– Слушай, какой-то странный барабашка в твоей квартире завелся, – хихикнула Юля. – Ничего не ворует, наоборот, все в дом тащит.

– Как это – не ворует? А о продуктах забыла? – напомнила ей Наталья. – А кто елку спер и вместо нее притащил пальму? А куда делась моя картошка, чье место заняли эти чертовы мандарины? – все больше распалялась она. – А еще мой фартук пропал.

– Фартук? – удивилась Юлька. – Кому это, интересно, понадобился твой фартук?

– Новый, между прочим, в желтых ромашках, я его совсем недавно купила.

– Странный барабашка, – сморщила Юля носик. – А вместо фартука он тебе ничего не притащил?

– В каком смысле?

– Ну, вместо елки у тебя теперь – пальма, вместо картошки – мандарины. А вместо фартука ничего не появилось? – весело поинтересовалась Юлька.

– Тапочки в клетку, забыла, что ли? – буркнула Наташа.

– Ах, ну да, тапочки, – кивнула Юля. – Целая коробка! Вот умора, нарочно не придумаешь! Кому расскажи – ни за что не поверят.

– То-то и оно, не поверят, я это уже испытала – в милиции, – бросила Наталья.

– Послушай, Наташа, и ты с этими... м-м... сведениями пошла в милицию? – уточнила Юлька. – С тапочками в клеточку и с мандаринами?

– А с какими еще сведениями я бы туда отправилась? С ананасами и модельными туфлями от Гуччи?! Разве этого недостаточно? – Взорвалась соседка.

– Достаточно. – Юля прикусила нижнюю губу, чтобы вновь не рассмеяться. – И теперь я прекрасно понимаю, дорогая моя Натали, почему они послали тебя... к доктору.

– Давай, давай, иронизируй. – Наташа сморщилась, словно откусила кусок от лимона. – Я ведь не дура, прекрасно понимаю, что это похоже на бред больного алкоголика. Но что же я могу поделать, если это правда? Ведь, как ни крути, а факт – вещь упрямая, с ним не поспоришь. Я специально не стала ничего трогать, оставила все, как есть, – и пальму, и мандарины, и тапочки, и еще пылесос на балконе...

– Какой пылесос? – не поняла Юля.

– Обыкновенный!

– Ты хочешь сказать, что он тоже взялся неизвестно откуда? Что он – не твой?

– Впервые его увидела – фыркнула Наташа. – Вышла на балкон белье снять и споткнулась об это чудо техники прошлого века. Ты посмотри на него – раритет, да и только! – усмехнулась она.

– Он работает?

– Понятия не имею.

– А давай попробуем! – оживилась Юлька.

– Даже не мечтай. – Наталья испуганно замахала руками. – Не хватало еще, чтобы он взорвался!

– Скажешь тоже. – Но Юлька все-таки отошла от балконной двери на безопасное расстояние, на всякий пожарный случай. – И что ты собираешься с ним теперь делать? И вообще, со всем остальным?

– Так как милиция не отреагировала на мое заявление и сочла меня городской сумасшедшей, я решила избавиться от всего этого хлама. Пальму, правда, жалко, хорошенькая, живая, но все равно – выброшу!

– Как это выбросишь? Нельзя ничего выбрасывать, это же улики, – возразила Юля.

– Кому они нужны, улики эти? Милиции наплевать, а мне они тоже сто лет в обед не упали.

– А как же....

– Я понимаю, что ты хочешь сказать. Сейчас новогодние выходные, слава богу, до десятого числа тянутся, поэтому я придумала план, как мне поймать этого шутника, – ответила Наташа, опередив вопрос Юли. – Пойду в магазин «Охотник», куплю дюжину капканов... на медведя, и разложу их по всей квартире! Посмотрим тогда, кто посмеется последним! Мне этот черный юмор уже поперек горла стоит. И потом, если честно: страшно мне, Юля! В собственной квартире находиться боюсь! Разве это дело? Поэтому я и решила: будь что будет, а я этого остряка отловлю и сдам куда положено.

– Если ты не против, я тебе помогу, – возбужденно предложила Юля.

– Значит, ты мне веришь?

– Что за глупые вопросы, Натали? Конечно, верю, я ж тебя тысячу лет знаю. И, кажется, у меня тоже есть план!

– Отлично, все продумаем вместе, – согласилась Наташа, облегченно вздохнув. – Я так рада, что ты мне поверила! И первое, что мы сделаем, – выбросим мандарины к чертовой матери, у меня аллергия на цитрусовые. – И она громко чихнула. – Ну вот, что я говорила?! – Наташа всплеснула руками и полезла в карман за носовым платком. – Началось, теперь без таблеток шагу ступить будет невозможно два дня как минимум. Я не знаю, кто ты такой, но попадешься мне в руки – держись, – погрозила она кулаком неизвестному барабашке. – Убью и глазом не моргну, до того ты мне надоел!

2

– Наташа, я согласна, что с капканами ты здорово придумала, только давай с ними повременим, – возразила Юлька. – Хоть этот неизвестный – наглец первостепенный, но... все-таки ничего плохого он пока тебе не сделал.

– Вот именно – пока, – проворчала Наташа. – А я не собираюсь ждать, когда...

– Наташа, погоди, успокойся, – перебила ее Юля. – Ведь если этот человек попадется в капкан, да еще и на медведя, он запросто без ноги может остаться.

– И поделом: нечего по чужим квартирам шастать!

– Я с тобой полностью согласна, только оставим-ка мы эту затею на самый крайний случай.

– А что ты предлагаешь взамен?

– Сейчас расскажу, – возбужденно начала объяснять Юля. – Перво-наперво, Натали, ты должна сделать вид, что куда-нибудь уезжаешь, причем не на один день. Сумку поувесистее с собой прихвати, якобы вещи у тебя в ней. А я тебя на машине прокачу, а потом невзначай бабкам нашим у подъезда брошу – мол, отвезла тебя на вокзал. Ночью незаметно вернешься, чтобы никто тебя не увидел, и мы устроим наблюдение за твоей квартирой.

– Как его устроить, откуда?

– Действительно, откуда? – Юля задумалась. – А может, с чердака? Если там притаиться, у люка, дверь твоей квартиры будет хорошо видна.

– Не, на чердак я не полезу, там небось крыс полно, темно, грязно... – поспешно открестилась Наталья. – Да и бомжи туда часто наведываются. Еще, не дай бог, из соседей кто-нибудь увидит, разговоров потом не оберешься. Нужно что-то другое придумать.

– Какие там могут быть крысы, Наташа? – удивилась Юлька. – Если бы они на чердаке жили, они и по квартирам лазали бы, а я у себя еще ни одной не приметила. Да если бы моя маман увидела хоть один крысиный хвост... ой, что бы тогда было, мне и подумать страшно! Она бы все наше домоуправление на уши поставила.

– Все равно не пойду на чердак, – упрямо ответила Наташа. – Что-то другое выдумай, только не чердак!

– Но почему?

– Боюсь я, неужели непонятно? – огрызнулась Наталья. – У меня с чердаками давняя вражда, еще с детства.

– Это как? – не поняла Юля.

– А вот так. Мы тогда в собственном доме жили, мне было лет пять или шесть, и я здорово набедокурила. Стянула у отца спички и чуть весь дом не спалила. Отец решил меня наказать: на чердаке закрыл, так сказать, для перевоспитания. Сам напился, уснул, а обо мне и думать забыл. Только на следующее утро вспомнил, когда мать с работы пришла. Она сутками в больнице дежурила. Так что с тех пор на чердаки у меня стойкая идиосинкразия.

– Наташа, это когда было-то? Ты же не пятилетняя девочка, а взрослый человек и должна...

– Юля, я свое слово сказала, и закончим на этом, – перебила ее Наташа. – Может, и правда сделать все так, как ты советуешь? Якобы я уехала, а самим просто в квартире спрятаться? – предложила она. – И никаких чердачных ужасов.

– В квартире, говоришь? – задумалась Юлька. – Можно, конечно, только я что-то засомневалась.

– Почему?

– Ведь неизвестно, сколько потребуется просидеть, причем тихо, не дыша. И потом, он может почувствовать, что у тебя кто-то есть, и вообще не прийти.

– А как же тогда?..

– О, кажется, у меня появилась неплохая идея! – радостно воскликнула Юлька. – У тебя видеокамера есть?

– Нету, к сожалению, – разочарованным тоном призналась Наталья. – Давно собираюсь приобрести, да все руки не доходят, и денег, как всегда, не хватает: то одно нужно купить, то другое.

– Ладно, не переживай, камеру я беру на себя. – Юлька махнула рукой. – Попрошу у Чугункиных на пару дней.

– И что дальше?

– Установим камеру в комнате, потом посмотрим запись и сразу узнаем, кто так нагло у тебя хозяйничает. Как видишь, все просто, как три копейки.

– Очень хорошо, мне нравится, – согласилась Наташа. – Только куда бы мне уехать «на пару дней»?

– Это не проблема: поживешь у меня. Предки уехали на Рождество в Чехию, так что с конспирацией все будет в порядке, никто ничего не увидит и не узнает, – улыбнулась Юля.

– Вроде план неплохой, согласна. Юля, а если барабашка вообще не появится?

– Баба с возу, кобыле легче, – засмеялась Юля. – А если серьезно, то куда же он денется? Если появлялся до сих пор, то обязательно придет снова.

– Почему ты так уверена?

– Он у тебя тырит продукты, значит, больше ему негде подкормиться, а раз так... Понятно?

– Мне бы очень хотелось взглянуть в его наглые глазенки, – заметила Наталья.

– Важно узнать: кто это такой и зачем он забирается в твою квартиру, да еще так по-дурацки шутит. Мы должны поймать и наказать преступника, поэтому нужно, чтобы он снова проник в твою квартиру и камера засекла его. Остальное – дело техники. Уж от записи милиция не отвертится, и ты смело напишешь заявление. А если повезет, мы и сами его поймаем.

– Как поймаем? – Наташа округлила глаза. – А если это какой-нибудь мужик здоровенный? Придушит нас, как цыплят, и поминай, как звали. Вот тогда милиция уж точно примчится, только уже из-за наших трупов.

– Типун тебе на язык, Натали, тьфу-тьфу, – вздрогнула Юлька. – Думай, что говоришь.

– Да это я так, к слову, – смутилась Наташа. – Страшно же!

– Не бойся, я рядом, – хитро улыбнулась Юля. – Так... на выходные я попробую стянуть у Чугункиных пистолет для такого вот случая.

– Настоящий? – изумилась Наталья.

– А как же? Конечно, настоящий. – Юлька вздернула носик. – Припрем твоего барабашку к стенке за милую душу, он и пикнуть не посмеет.

– Твоими бы устами да мед пить, – вздохнула Наталья. – До сих пор не укладывается в голове, что в собственной квартире мне приходится переживать подобные приключения!

– Ага, к тому же новогодние, – засмеялась Юлька.

– Нарочно не придумаешь, честное слово! Скажи мне кто-нибудь месяц назад, что на меня такое свалится – никогда бы не поверила! И самое смешное, что никому ведь не расскажешь: сразу же примут за ненормальную, как и было в милиции.

– Но со мной ты поделилась, – напомнила Юля.

– Тебя я знаю с детства. Уж коли ты прилипла со своими вопросами, то вряд ли отстала бы от меня, это во-первых. А во-вторых, хоть ты и настоящая катастрофа, но язык за зубами держать умеешь, когда требуется. И в-третьих, мне просто необходимо было кому-нибудь об этом рассказать, иначе я и правда могла ума лишиться. Я уже от каждого шороха начала вздрагивать, веришь, Юль?

– Верю, конечно, я бы тоже вздрагивала... если бы однажды утром вместо картошки обнаружила апельсины, – расхохоталась Катастрофа.

– Мандарины... бестолочь! – не удержалась от улыбки и Наташа. – А тапочки в клеточку? А пылесос? А пропавшие продукты?

– А про пальму забыла? – продолжила список Юля.

– Во-во, пальма меня поразила больше всего! Можешь представить себе мое состояние в тот момент?

– Наверняка первой мыслью было, что у тебя глюки начались, крыша поехала?

– Откуда ты знаешь? Точно, в первую минуту я так и подумала.

– А что тут знать-то? – Юлька пожала плечами. – Я на минуточку поставила себя на твое место, и знаю точно, что бы я подумала. Хорош трепаться, собирайся, – спохватилась она. – Чем быстрее начнем свою операцию по обезвреживанию барабашки, тем быстрее закончим. Слушай, а может, нам в твоей квартире везде чеснок развесить? – неожиданно предложила Юля.

– Зачем?

– Как – зачем? А если это и правда барабашка? А чеснок отпугивает нечистую силу.

– Ты серьезно?!

– Да шучу, шучу, – хихикнула Юлька, видя растерянность соседки. – Ты же не веришь в нечистую силу, надеюсь?

– Напрасно надеешься, я в нее очень даже верю, – не согласилась Наташа. – Однажды даже видела привидение собственными глазами!

– Да ну? Не может быть! Правда, что ли?

– Вот тебе крест, – размашисто перекрестилась Наталья. – До сих пор как вспомню, так мурашки по телу скачут.

– Ой, как интересно, расскажи!

– Я тогда только школу закончила, в институт готовилась поступать. Ночью неожиданно проснулась от какой-то непонятной тревоги. Открываю глаза, смотрю – возле моей кровати бабушка стоит и на меня сморит! Взгляд у нее добрый, она всегда так на меня смотрела, я была ее любимой внучкой. А я лежу – и пошевелиться не могу, словно холодом все тело сковало. Хочу спросить у нее – когда, мол, ты приехала, и не могу, язык одеревенел. А бабушка улыбнулась мне, повернулась к двери и прямо сквозь нее ушла. Минут через пять холод вроде бы рассеялся, растаял, я вскочила с кровати, к двери подбегаю – а она закрыта на щеколду со стороны моей комнаты! Как сейчас помню: глянула на будильник, стрелки показывали два часа ночи. Утром мы получили телеграмму от маминого брата... Бабушка умерла той ночью, ровно в два часа. Как раз тогда она ко мне и явилась.

– Ничего себе, – прошептала Юля. – Бывает же такое!

– Я бы никогда не поверила, если бы мне кто-то рассказал, но я сама видела, – вздохнула Наташа. – С тех пор я верю и в загробный мир, и в привидения, и в нечистую силу, и вообще... много есть такого, чего мы не знаем, а значит, и не верим в это!

– Натали, похоже, мы отвлеклись от главной темы, – спохватилась Юля. – Загробный мир – это, конечно, весьма интересно, только нам еще рановато туда соваться, там и без нас грешников хватает. Собирайся, а я побежала к Чугункиным за видеокамерой, заодно заскочу к себе, возьму ключи от машины.

– Вскоре Юлька вернулась с камерой и ключами от своей машины. Она обошла всю квартиру, прикидывая, где установить камеру, чтобы и ракурс был хорошим, и неизвестный гость ее не засек. Наконец Юля нашла вполне подходящий вариант. Схватив большого плюшевого медведя, она усадила его на шкаф, а камеру приладила между его лапками, так, чтобы снизу ее не было видно. Сделав несколько пробных записей, Юля осталась довольна. Она включила таймер.

– Если он придет, думаю, это случится ночью, – объяснила она Наташе. – Поэтому установим таймер на период с двенадцати до трех... нет, лучше до пяти утра, думаю, зарядки хватит. А теперь шумно выходим из твоей квартиры, чтобы все знали, что ты уезжаешь. Во дворе стоит машина, я делаю вид, что везу тебя на вокзал.

Все прошло гладко. Поздно вечером Наташа прошмыгнула в подъезд и поднялась в квартиру к Юле. Спать они легли поздно, никак не могли успокоиться и долго вертелись в кроватях. Наконец их организмы категорически возмутились из-за ночного бодрствования, и девушки заснули. На следующий день Юлька тихонько поднялась в квартиру Натальи, чтобы забрать камеру. Она вихрем пролетела через прихожую, быстро забралась на стул и сунула камеру в сумку. Не задерживаясь, проделала обратный путь еще стремительнее и через пару минут была в своей квартире.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросила Наталья. – Ты ничего подозрительного не заметила?

– Я по сторонам не смотрела, – отмахнулась Юлька. – Схватила камеру и быстрее обратно. Все, что нас интересует, мы увидим на экране. Если, конечно, этой ночью неизвестный приходил в твою квартиру. Очень хочется надеяться, что он являлся. Садись в кресло, рядом со мной, я включаю.

Сначала на маленьком экранчике ничего не происходило, но через некоторое время девушки увидели какого-то человека. Он осторожно двигался по комнате с зажженным фонариком в руках. И самое странное, что незнакомец был одет в костюм Санта-Клауса, а на ногах его красовались... комнатные тапочки в клеточку. Это было отчетливо видно, потому что в окно светила яркая луна.

– Ты не узнаёшь, кто это? – шепотом спросила Юля.

– Как тут узнаешь-то, с таким освещением? – Наталья пожала плечами, пристально всматриваясь в экран. – Дед Мороз, он и в Африке Дед Мороз.

– Это Санта-Клаус, а не Дед Мороз, у них костюмы разные, – возразила Юля. – Видишь, у твоего барабашки шуба короткая, а у русского Деда Мороза она длинная.

– Один черт, – отмахнулась Наталья. – Какая разница, во что он одет, главное – разглядеть его физиономию, а это пока не удается! Кто же это может быть и почему он прицепился к моей квартире? – бормотала она. – Ты только посмотри, какой осторожный, со своим фонарем притащился, чтобы свет не включать, и тапочки натянул, чтобы следов не оставлять! Ну давай, посвети на свою физиономию, дай тебя разглядеть-то! Юль, ты глянь, он уходит из комнаты. – Она вдруг заволновалась. – Наверняка в кухню пошел, к моему холодильнику! Вот гад, а?! Нет, возвращается... О господи, снова уходит!

Наталья с Юлей таращились в камеру еще минут десять, но незнакомец так больше и не появился.

– Все. Больше ничего не записалось, – разочарованно проговорила Юля, просмотрев отснятое в скоростном режиме.

– И что теперь делать? – испуганно поинтересовалась Наталья. – Как ты думаешь, Юля, этой записи будет достаточно, чтобы в милиции приняли мое заявление?

– Нет, рановато еще, – задумчиво ответила Юля. – Нам нужно точно знать, кто это такой. Наташа, подумай хорошенько: кто это может быть? Ведь получается, что у него ключи от твоей квартиры имеются, раз он так свободно туда входит. У кого могут быть твои ключи? Враги у тебя есть... среди близких друзей?

– Враги среди друзей? – Наташа задумалась. – Какие же могут быть враги среди близких друзей?

– Но ведь кто-то все это вытворяет! Зачем? По какой причине? Подумай!

– Понятия не имею, кому все это понадобилось. – Наталья нахмурилась. – И ключей я никому не давала.

– Знаешь, у меня такое впечатление, что этот «Санта» целенаправленно решил свести тебя с ума, – вдруг предположила Юля. – Иначе для чего он все это устраивает?

– Ты так думаешь?

– Стопудово.

– Ну и дела! – возмущенно выдохнула Наталья. – Вот паразит, вот зараза! Ну погоди, я тебе такого Санту покажу, ты у меня как Снегурочка побелеешь! – Она распалялась все больше. – Костьми лягу, а тебя поймаю и по стенке размажу! Юля, ты, кажется, грозилась стащить у Чугункиных пистолет? Надеюсь, ты это уже сделала?

3

– Как ни крути, а другого выхода у нас нет, нужно поджидать его в твоей квартире, – уверенно проговорила Юлька.

– И сколько его ждать? Мы же не знаем, когда он теперь снова появится, – возразила Наталья. – Праздники скоро заканчиваются, через несколько дней на работу пора выходить...

– Да, ты, наверное, права, – нехотя согласилась Юля. – Нужно еще что-то придумать. Может, организуем посменное дежурство?

– Нет, этот вариант не пройдет, в одиночку нельзя оставаться в квартире, мало ли что может случиться?

– А что ты предлагаешь?

– Мне кажется, что нужно взять видеозапись, уж какая получилась, и топать в милицию. Неужели этого недостаточно?

– Может, и достаточно, только я сомневаюсь, что там этот факт вообще захотят признать.

– Почему?

– Ты думаешь, если нам неохота торчать в твоей квартире, то им это будет в кайф? – усмехнулась Юлька. – Думаешь, менты будут там сидеть и ждать, когда он снова придет? Держи карман шире, у них и без того дел навалом.

– Но они же должны отреагировать хоть как-то!

– Вот именно, хоть как-то, – хмыкнула девушка. – И я примерно могу себе представить, как это будет выглядеть: «Мы не можем принять ваше заявление за неимением состава преступления», – вот какой ответ ты от них услышишь.

– Но почему, Юля?

– Да потому! Кто будет заводить уголовное дело на пустом месте? Ведь у тебя же ценности не пропали из квартиры, значит, об ограблении ты заявить не можешь.

– Как это – не пропали? А продукты, причем дважды? А целый мешок картошки? – возмутилась хозяйка квартиры.

– Я тебя умоляю, Натали, ты еще в милиции о фартуке с ромашками расскажи, – сморщилась Юля. – Ну кто будет заводить уголовное дело из-за каких-то продуктов стоимостью рублей пятьсот и мешка картошки? Да еще и засаду из-за таких мелочей организовывать, людей от поимки настоящих преступников отвлекать? Тем более что вместо картошки этот Санта оставил тебе апельсины.

– Мандарины, – машинально поправила Наташа. – Дело вовсе не в продуктах и картошке, а в том, что у меня в квартире кто-то нагло хозяйничает, когда меня там нет!

– Кстати, Натали, а когда у тебя появилась аллергия на цитрусовые? – неожиданно спросила Юля.

– Как раз год тому назад. Тоже Новый год был, и я, помнится, съела этих мандаринов килограммов пять, наверное. И, представь себе, всего за пару дней! Как же я любила раньше мандарины, ты и вообразить не можешь. Могла килограмм в один присест слопать и даже не заметить. Вот в праздник и оторвалась по полной программе. Кто-то спиртным накачивается, а я – цитрусами, – засмеялась Наталья. – Сначала просто щеки покраснели, чесаться начали, а потом... ой, даже вспоминать неохота. – Она махнула рукой. – Такой сыпью покрылась! Дело чуть до летального исхода не дошло, хорошо, «Скорую» вовремя вызвали. Кстати, ведь это твоя мать врачам позвонила. У меня отек Квинке уже начался, еще бы чуть-чуть – и горло перекрыл. Врачи сказали, что теперь кончилась моя цитрусовая любовь, отныне и навеки. Что-то в моем организме произошло, связанное с переизбытком некоего компонента... Не помню название, слишком мудреное, но именно этот компонент и вызывал такую серьезную аллергию. А тебе разве мать не рассказывала, как «Скорую» мне вызывала?

– Вроде говорила что-то, я уже не помню, – ответила Юля. – Я же в тот Новый год уезжала с друзьями на лыжный курорт, а потом, когда вернулась, мы с Чугункиными занялись открытием детективного агентства. У меня тогда все мимо ушей пролетало, – засмеялась она. – Извини, Натали, не помню я про твой отек и внезапную аллергию.

– Не помнишь – и не надо, – отмахнулась Наташа. – Век бы об этой заразе не помнить! Так я и заработала аллергию, с тех пор мучаюсь. А почему ты вдруг об этом спросила? – спохватилась она.

– Поэтому и спросила, что тебе твой Санта притащил целый мешок этой заразы, – ответила Юля. – И если он знает, что у тебя на мандарины возникла аллергия, причем очень серьезная, и даже с отеками... Как ты думаешь, что это может означать?

– Не знаю. – Наташа пожала плечами, бросив испуганный взгляд на Юлю. – Ты думаешь, он хотел... намекнуть, что собирается меня придушить?! Вместо отека Квинке?!

– Не думаю, что он имел в виду именно это, – неуверенно ответила Юля. – Но... а пальма тогда зачем?

– Пальма? Не представляю, – задумчиво ответила Наталья. – Я всегда мечтала поехать куда-нибудь за границу, полежать у моря, под пальмой, как в кино показывают. Кажется, я поняла – почему появилась пальма! Это он намекает, что похоронит меня под ней, когда... О господи, неужели все так и есть? Меня хотят убить?! – Она испуганно вытаращила глаза.

– Наташа, перестань паниковать! – одернула соседку Юлька. – Вот нафантазировала, прямо рыдать охота. А про тапочки ты забыла? Их-то он зачем тебе притащил, да ещё целую коробку?

– Неужели непонятно? Покойников всегда в гроб кладут в тапочках... правда, в белых... но иногда надевают и в клеточку, – попыталась объяснять Наталья. – Я помню, когда умерла моя бабушка, ее положили в гроб в комнатных тапочках, и именно в клеточку! Она всегда любила мягкую обувь, ноги у нее болели, а других тапочек в магазине не было. А белые, что в похоронном бюро продают, просто тряпочные, и подошва у них картонная. Вот мама со своим братом и решили, что лучше бабуля будет лежать в своих родных тапках. – Наталья тараторила, путаясь в словах. – Ой, мамочки-и, караул! – тихонько заскулила она, спрятав лицо в ладони. – Кому же я так насолила? За что мне все это?

– Натали, прекрати немедленно! Ты что это? – резко прикрикнула на нее Юля. – Неужели ты и правда думаешь, что... Наташа, перестань, – уже мягче проговорила она, увидев, что еще немного – и с ее соседкой случится истерика. – Ты погоди раньше времени расстраиваться. Может, это просто совпадения такие странные? Подумай хорошенько, кому это может понадобиться? Ведь должен быть какой-то мотив. Ты вроде не богатая наследница, а простой бухгалтер. За что кому-то тебя убивать?

– А может, за квартиру? – предположила Наташа, вытирая со щек слезы. – Сейчас море таких случаев, когда одиноких пенсионеров убивают, а их квартиры того... себе забирают.

– Ну, до пенсии тебе еще слишком далеко, целых двадцать пять лет, – улыбнулась Юля. – Что ты выдумываешь?

– Двадцать, – машинально поправила ее Наталья. – Но ведь я же одинокая! Детей у меня нет, муж три года тому назад к другой бабе сбежал, отец умер, у матери своя квартира...

– Этот вопрос мы, конечно, тоже возьмем на вооружение, но мне кажется, что причина происходящего совершенно иная, – озвучила свои мысли Юля. – Если бы дело было в квартире, тогда зачем, спрашивается, этот человек делает тебе такие явные намеки?

– Какие намеки? – не поняла Наташа.

– Как какие? Ты же сама только что говорила: мандарины, пальма, тапочки – все это взаимосвязано!

– А, ну да, понимаю. – Наталья кивнула. – Значит, ты полагаешь, это явные намеки на мою возможную насильственную смерть?

– Нет, но и категорически отрицать такую вероятность тоже не буду, – откровенно призналась Юля. – А посему...

– А посему нечего либеральничать, едем в магазин за капканами, – сердито рявкнула Наталья, резко перебив девушку. Слезы на ее глазах высохли как по мановению волшебной палочки. – И мне плевать на ноги этого маньяка, если они попадут в один из них! Меня вообще мало волнуют его конечности! Я не собираюсь сидеть и ждать, когда меня прибьют, я сама кого хочешь задушу, если понадобится!

– Ты думаешь, капканы – это выход?

– Уверена! В моем положении другого способа его остановить я не вижу. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих! Вот я и беру это дело в свои руки, как умею. И пусть только попробуют меня за это осудить!

– Надеюсь, до суда дело не дойдет, – нахмурилась Юля. – И потом, за что тебя судить-то, если это самооборона в чистом виде? Так сказать, защита своей частной собственности, и я – тому свидетель.

– Значит, ты согласна? Едем в магазин?

– Едем, – решительно согласилась Юлька. – И будь что будет!

4

– Мы же будем у люка, Наташа, мы дальше не пойдем, – уговаривала Юля соседку. – Наш чердак – самое удобное место для наблюдения.

– Нет! – Наталья категорически не желала соглашаться. – Все, что угодно, только не чердак!

– Блин, вот уперлась, прямо как осел! – в сердцах сплюнула Юлька.

– Осел мужского рода, а я, как-никак, женщина, – заметила Наталья. – И нечего обижаться, я же не виновата, что у меня фобия такая с детства... чердачная.

– У тебя есть альтернатива? – прищурилась Юля. – Откуда еще мы сумеем увидеть, как этот чертов Санта войдет в твою квартиру?

– А с чего ты взяла, что он именно сегодня заявится?

– Я просто надеюсь на это, вот и все. – Юлька пожала плечами.

– И сколько ночей мы будем так сидеть и ждать его визита?

– Откуда же я знаю? В конце концов, это в твоей квартире творится черт-те что, а не в моей, в твоих интересах подождать немного, – рассердилась Юлька. – Это же твоя идея – поохотиться на «медведя», сколько я ни пыталась тебя отговорить, ты все равно настояла на своем. Если уж придумала свои капканы, будь тогда любезна... надеюсь, ты все поняла?

– Ладно, не петушись, – слабо улыбнулась Наталья. – Хорошо, я согласна сидеть на чердаке, только с условием, что дальше люка я ни одного шага не сделаю.

– А дальше и не понадобится, – повеселела Юля. – Ровно в двенадцать мы займем наблюдательный пост, посидим часиков до трех, думаю, твой барабашка обязательно появится. Как только он войдет в квартиру, рвем за ним, а там уж ему некуда будет деваться. – Она с усмешкой показала на пистолет, лежавший на столе.

– Юля, а ты умеешь с ним обращаться?

– Конечно, умею, – не совсем уверенно ответила Юлька. – Не зацикливайся на этом, думаю, будет вполне достаточно просто пригрозить этому гаду оружием.

– А вдруг он тоже вооружен?! – ахнула Наташа. – Может, черт с ним, пусть попадется в капкан, а потом уж и мы придем?

– Не хотелось бы доводить дело до крайности, ведь потом отвечать за это придется, – возразила Юля. – Короче, по ходу сообразим, что к чему, нечего заранее огород городить.

– Нужно учесть все возможные неожиданности, – не сдавалась Наталья. – Господи, как же мне надоела эта канитель! Взрослая, солидная баба, а приходится гоняться за каким-то ненормальным отморозком, да еще в собственной квартире! Свихнуться можно, честное слово! – И за что все это свалилось на мою голову, ума не приложу. Может, он меня перепутал с кем-нибудь?

– Ага, и квартиру твою тоже перепутал, – усмехнулась Юля. – За свою принял, как в «Иронии судьбы». И сам у себя тырит продукты из холодильника!

– Кто же ты такой, чертов Санта? – проворчала Наталья. – Чтоб тебе провалиться и не выбраться.

– Вот сегодня и узнаем, кто он такой.

– Только бы пришел...

– Придет, никуда не денется, я спинным мозгом чувствую, – подмигнула соседке Юлька. – Не дрейфь, Натали, прорвемся, вот увидишь. Если что, включу тревожную сирену, позвоню Чугункиным, они ему быстро ноги поотрывают, без всяких капканов!

– Слушай, Юля, может, надо им все рассказать и попросить помочь?

– Кому?

– Как кому? Чугункиным, конечно.

– Нет, это пока без надобности, – возразила Юля. – Только в самом крайнем случае.

– Почему?

– Потому что они и так уже меня наверняка ищут, и если найдут, то мало мне не покажется. Ноги точно выдернут, только не твоему барабашке, а мне.

– За что?

– А вот за это самое. – Юлька кивнула на пистолет и хихикнула. – Я представляю изумленную физиономию Данилы, когда он обнаружит пропажу! Я ведь из кармана его куртки пистолет стянула.

– Почему ты думаешь, что они на тебя подумают?

– А на кого же еще им думать? Больше ни у кого наглости на такое не хватит, и они прекрасно об этом знают, – фыркнула Юлька. – Короче, не бери в голову. Чугункины – это моя проблема, я с ними как-нибудь позже разберусь, мне не впервой, – отмахнулась она. Давай-ка лучше составим план наших действий, чтобы не допустить никаких ошибок.

– Давай.

– Значит, сегодня ночью мы занимаем пост на чердаке, прямо у лестницы, чтобы видеть дверь твоей квартиры.

– Понятно, что дальше?

– Дальше – ждем. – Юлька пожала плечами. – Как только барабашка проникнет в твою квартиру, мы с тобой...

– Мы с тобой... – повторила Наталья и уставилась на девушку ожидающим взглядом. – Что дальше-то, Юль? – нетерпеливо спросила она, когда пауза слишком затянулась.

– Оружие к бою – и за ним! – наконец выдохнула Смехова.

– И это все?!

– А что тебе еще нужно? А в квартире будем действовать по ситуации.

– Я-то думала, что у тебя действительно какой-то план есть, – разочарованно проговорила Наталья. – А ты – будем действовать по ситуации! Ситуации тоже разные бывают, и мне до жути страшно!

– Чего тебе бояться, когда у нас в руках – такой аргумент? – показала Юлька на пистолет. – С ним нам никто не страшен, ни Санта, ни барабашка, и вообще сам черт не брат.

– Ладно, будь что будет, – обреченно вздохнула Наташа. – Лишь бы поскорее вся эта катавасия закончилась! Хочу наконец-то спокойно спать в своей квартире, не вздрагивая от каждого шороха.

Как и планировалось, девушки установили в квартире Натальи пару капканов и примерно в двенадцать ночи заняли свой пост на чердаке.

– Наташа, не стучи зубами, – шикнула на соседку Юлька. – Что ты как маленькая, в самом деле?

– Зубами я не стучу, это у меня коленка на нервной почве трясется, а в кармане камешки лежат, они и стучат, – огрызнулась Наташа.

– Так выброси эти чертовы камешки, раздражает!

– Не могу, это мои талисманы.

– Камни – талисманы?

– Да, представь себе, камни, а что здесь такого? Я их в Сызрани нашла, у горы Светелка. Они – необычные, даже, можно сказать, волшебные.

– И что же в них волшебного?

– Желания исполняют.

– Прикольно! – хихикнула Юлька. – Отчего же ты свои камешки не попросила, чтобы они избавили твою квартиру от барабашки?

– Просила, да что-то не хотят они мне помогать, – вздохнула Наталья. – А вообще-то, кто их знает, может, и помогают...

– Что-то не заметно, – с сарказмом ответила Юля.

– Не скажи, – возразила Наталья. – Ведь случилось же так, что ты пристала ко мне и заставила рассказать, что у меня произошло? Случилось?

– Ну да...

– Ты вызвалась мне помочь?

– Вызвалась, верно.

– Ну вот, может, как раз мои камешки и заставили тебя это сделать?

– Скажешь тоже! – хмыкнула Юлька. – Меня никто не заставлял, я сама так решила. Не бросать же тебя на произвол судьбы в одиночестве?

– Кто знает? Кто знает? – прошептала Наталья. – Я своим камешкам доверяю, они меня никогда не подводили.

– И они любое желание могут выполнить? – с недоверием спросила Юля.

– В пределах разумного, – ответила Наташа. – Я никогда не наглела и не просила луну с неба.

– А что просила?

– Повышения зарплаты.

– И получила?

– Очень быстро, через месяц всего.

– А еще что?

– Смеяться не будешь?

– Нет, конечно.

– Просила, чтобы мой непутевый муж ко мне вернулся, – вздохнула Наталья. – Он хоть и не подарок, нагло предал меня, а все же одной... ох, и горько, Юля, ты даже не представляешь как.

– Он за эти три года даже и не появился ни разу?

– Нет. Как укатил со своей рыжей шалавой в Крым, так и сгинул. Ни звонка, ни открыточки, ни весточки... Я все ждала, что он приедет, ведь развод-то ему понадобится, а он так и не появился – как сквозь землю провалился.

– Так ты до сих пор с ним не разведена?

– Состою в законном браке, а на поверку – и не вдова, и не жена, – невесело усмехнулась Наталья.

– Он прописан в твоей квартире?

– Нет, он у своей матери был прописан, в Подмосковье. Только выписался, наверное, когда уезжал. Ведь в Крыму без прописки его и на работу не взяли бы, а молодую жену надо обеспечивать. Наверняка выписался.

– Какая она ему жена, если он с тобой не разведен?

– Какая разница – жена, сожительница, работать-то все равно нужно.

– Хорошо, что вы детей с ним не нажили, а то бы ты сейчас матерью-одиночкой была.

– Это как на этот факт посмотреть, – возразила Наташа. – Был бы у меня сейчас ребеночек, глядишь, и тосковать по мужику времени бы не было, а так... хоть спать не ложись! Я ж баба еще молодая, здоровая, потребности у меня нормальные, как и положено в таком возрасте. А с кем мне их удовлетворять?

– У тебя что же, совсем никого нет?

– А кому я нужна, корова такая? – буркнула Наталья. – Во мне весу сто пять кило, мужики от таких баб шарахаются. Вот моему бывшему как раз полные нравятся, он всегда мне говорил, чтобы я не вздумала худеть. Сам-то – соплей перешибешь, а бабу ему подавай большую, – засмеялась она. – Эта его рыжая – тоже гренадер, дай бог, только она моложе меня на восемь лет, ей всего двадцать семь.

– Тихо, кажется, кто-то по лестнице идет, – шикнула Юлька, приложив палец к губам. – Ты слышишь?

– Крадется кто-то, – дрожащим голосом прошептала Наташа, в испуге вытаращив глаза. – О господи, неужели тот самый человек?!

– Точно, он, приготовься!

– К чему?

– Смотреть в оба, вот к чему! Тихо, молчим и не дышим.

Девушки напряглись до предела, ожидая появления неизвестного, кравшегося по лестнице. Им показалось, что прошла целая вечность, прежде чем они увидели, как между решеткой перил мелькнул красный колпак Санты. Наташа с силой зажала себе рот обеими руками, чтобы не закричать, до того ей стало страшно. А незнакомец тем временем вытащил из кармана ключи и, несколько раз опасливо оглянувшись на соседние двери, осторожно вставил ключ в замочную скважину. Так же осторожно он повернул его и, открыв дверь квартиры, ужом юркнул внутрь.

– Ну, ты не узнала, кто это? – спросила Юля у перепуганной Наташи.

– Как тут узнаешь, когда у него борода на половину морды?! Вот сволочь, а! – чуть не плача произнесла Наташа. – Юля, может, нам позвонить в милицию и сказать, что в мою квартиру забрался вор? Пусть лучше они его поймают, чем мы сами примемся с ним воевать.

– Ну уж нет, раз решили сами его поймать, значит, так и сделаем, – возразила Юлька. – И потом, пока в этой милиции раскачаются и приедут, он может запросто смыться, и нам тогда предъявят обвинение за ложный вызов. Да еще и штраф пришлют – в размере десяти минимальных окладов.

– А мы о его приметах расскажем: мол, вор был в костюме Санта-Клауса, пусть объявят операцию «Перехват»! У них и рации есть, и машины патрульные, и еще...

– Наташа, по-моему, мы попусту тратим драгоценное время, тебе не кажется? – перебила ее Юля. – Хватит трепаться, за мной!

– Куда? – глупо спросила Наталья.

– Тащить верблюда, блин, пока лежит, а то убежит! – рявкнула Юлька. – Проснись, подруга, твой барабашка в западне, бери – не хочу, а ты спрашиваешь куда! Пошли, нечего на меня таращиться, будто я и есть этот барабашка. – И, схватив соседку за руку, Юля потащила ее с чердачной лестницы вниз.

5

– Карау-ул, помогите, убива-ают! – что было сил надрывался Санта, сидя на полу и с ужасом таращась на пистолет, который Юлька направила ему прямо в лицо. – Ой, Наташа, спаси меня от этой ненормальной, она меня застрелить хочет! – еще громче взвизгнул он, когда увидел в проеме двери хозяйку квартиры. – Убери палец с курка, дура!

– Сам дурак, – огрызнулась Юлька, но палец с курка все же сняла, от греха подальше.

– Ты кто такой? – рявкнула Наталья, бросившись на незнакомца, как ястреб на добычу. Она схватила его за воротник шубы и резко дернула вверх. Тот послушно клацнул зубами и, болтая ногами в воздухе, прохрипел: – Наташенька, ты что, не узнала меня? Это же я, твой Толик... отпусти, задушишь!

Услышав это неожиданное признание, Наталья резко разжала пальцы, и бывший супруг свалился к ее ногам, как куль с мукой.

– Ой, Наташенька, прости меня, дурака непутевого, с Новым годом тебя, любимая! – заскулил он, ползая вокруг жены на четвереньках. – С Рождеством тебя Христовым, родная! Прости, я больше так не могу, я к тебе хочу... обратно! У-у!

Юлька рухнула на диван и скорчилась от хохота. Наталья крутилась вокруг своей оси, глядя вытаращенными глазами на коленопреклоненного Анатолия.

– Прекрати ползать вокруг меня, у меня голова сейчас отвалится, – не выдержав, гаркнула она на мужа, и тот резко замер. – Вставай!

– Не встану, пока не скажешь, что простила, – пискнул он.

– Хочешь, чтобы я тебя сама подняла? – прищурилась Наталья.

– Нет, – испугался Анатолий и резво вскочил на ноги.

Он принялся деликатно стряхивать с шубы Санты пылинки, боясь поднять глаза на супругу.

– Ну-ка, выкладывай, что все это значит? – приказала Наташа. – Что ты делаешь в моей квартире?

– Я хочу вернуться к тебе! Прости меня! – вновь взмолился Толя.

– Откуда у тебя ключи? Ты же их на столе оставил, когда сбегал от меня со своей рыжей.

– Я дубликат сделал...

– А теперь объясни-ка мне, Анатолий, что это за кренделя ты здесь выделывал – с пальмой, мандаринами и тапочками?

– Так, Наташенька, я же сюрприз хотел тебе устроить, – начал оправдываться муж. – Новогодний подарок, так сказать. Я знаю, что ты очень любишь мандарины, вот и...

– Уже не люблю, – перебила Наталья непутевого супруга. – А елка моя где?!

– На чердаке, и у бомжей праздник должен быть, они тоже люди, хоть и бездомные.

– Куда картошку дел?

– Съел...

– Целый мешок?!

– Нет, только четверть, остальное продал.

– Зачем? – изумилась Наталья.

– Так продукты же кончились, что я у тебя взял, а есть-то охота. Не могу я одной печеной картошкой питаться, у меня от нее изжога.

– Ничего не понимаю: на мешок мандаринов у тебя, значит, деньги нашлись, а купить себе поесть...

– Я их не покупал, я их на рынке своровал, пока хозяин ушами хлопал, – глупо хихикнул Анатолий.

– Своровал?! Зачем?!

– Чтобы тебя порадовать Наташенька...

– Да уж! Порадовал, ничего не скажешь. – Наташа развела руками. – Как же ты мог своровать, это же преступление?

– А что было делать? – смутился Анатолий. – Я ведь теперь человек без определенного места жительства, вот и прихватываю где что плохо лежит...

– И тапочки ты тоже... того? – ошарашенно спросила Наташа.

– Тебе понравились? – расцвел в улыбке Анатолий. – А пальму я на помойке нашел. Правда, красивая? Ты же давно хотела настоящую пальму увидеть, вот я и решил тебе сюрприз преподнести.

– Сюрприз получился на славу, до сих пор очухаться не могу. – Наталья покачала головой.

– И пылесос я тоже на помойке нашел, – радостно сообщил Анатолий. – Зачем же хорошим вещам пропадать?

– Толь, ты что, больной? – Наталья с жалостью взглянула на мужа. – Ты больше ничего не мог придумать, как притащить в мой дом барахло с помойки? Отнес бы к своей матери, ей все в хозяйстве пригодится.

– Мама умерла полтора года тому назад, – грустно сообщил Толя. – А в квартире уже другие люди живут.

– Как это – другие? – нахмурилась Наташа. – А как же ты?

– Я тебе только что сказал, что стал человеком без определенного места жительства.

– Бомжом, что ли?

– Угу...

– Час от часу не легче! – Наталья всплеснула руками. – А куда подевалась твоя рыжая пассия? Ты же с ней в Крым укатил, к морю, за большим рублем и теплым местом под солнцем подался...

– Я через два года от нее сбежал, вернулся, а мамы уже нет, и квартиры – тоже.

– Ты что, даже на похоронах не был? – удивленно спросила Наталья.

– Нет, не был, мне никто не сообщил. – Анатолий пожал плечами. – Да и куда было сообщать, когда мы чуть ли не каждые три месяца квартиры меняли?

– Почему?

– Вера не хотела жить со своими родителями, вот нам и приходилось снимать жилье. А потом она... короче, не смог я больше с ней жить, уехал. В поезде меня обокрали, деньги, документы – все вытащили. Вот такие дела, – тяжело вздохнул бывший Санта.

– И после всего этого ты решил ко мне вернуться, раз деваться больше некуда? – прищурилась Наталья.

– Нет, я целый год добросовестно терпел, не хотел тебя беспокоить, да и стыдно мне было в глаза тебе посмотреть, – откровенно признался Анатолий. – Но вот настало такое время, что уж и жить мне расхотелось, руки решил на себя наложить. И понял я тогда, что от этого шага только ты меня сможешь удержать. Прости меня, любовь моя! Я клянусь, что стану самым примерным мужем, о котором любая женщина сможет только мечтать. – Он размазывал слезы по щекам. – Ты только поверь мне в последний раз, Наташенька! Я столько натерпелся, ночевал по чердакам и подвалам... Последнее время так и спал с твоим фартуком в обнимку, он тобой и домом пахнет. Ведь в тот раз, перед Новым годом, это я на твоем балконе был – с крыши спустился. Думал, приду к тебе в костюме Деда Мороза, ты меня сразу и простишь за все... А как услышал, что ты в милицию звонишь, испугался и удрал. Чуть не погиб, веревка скользкая, едва удержался.

– Бедный ты мой, – всхлипнула растроганная Наталья. – По чердакам ночевал, с крысами... голодный, холодный! Почему же ты крадучись приходил? Почему тайком в квартиру лазил?

– Не решался я, боялся. Все думал, чем тебя еще удивить, чтобы ты простила меня, вот и таскал тебе подарки, я ж сюрприз хотел сде...

– Сюрприз он хотел сделать, надо же! Где ж ты костюм раздобыл новогодний, горюшко мое?

– С пьяного актера снял, – прорыдал Анатолий. – Гляжу, он спит в машине, ну я и... не растерялся. Ты не подумай, я на парня куртку накинул, чтобы он не замерз, она на заднем сиденье лежала. И дверку машины плотно прикрыл, чтобы ему ветер не задувал. Мне очень хотелось тебя с Новым годом поздравить, как полагается, а ты вдруг уехала куда-то...

– Я у приятельницы гостила... гм... одной-то в праздник так тоскливо, – снова всхлипнула Наташа. – Ты, наверное, голодный, есть хочешь? У меня борщ хороший, котлетки с макаронами, бутылочка винца припасена...

– Как часто мне снился твой борщ, Наташенька! – возопил муж. – Как же я люблю тебя, пышечка моя сладкая!..

– Ну ладно, разбирайтесь между собой, а я пошла. – Юля наконец встала с дивана. – Может, еще успею обратно пистолет положить и Данила ничего не заметит?.. Хотя вряд ли!

Она тихонько вышла из комнаты. Супруги рыдали в объятиях друг друга и даже не заметили, что остались в квартире одни. Юля осторожно прикрыла входную дверь и уже начала спускаться с лестницы на свой этаж, как вдруг услышала дикий вопль Анатолия.

– О, похоже, капкан сработал, – сообразила Смехова. – Бог шельму метит! Поделом тебе: будешь знать, как от законной супруги сбегать, Санта-Клаус в комнатных тапочках!

Пройдя вниз еще пару шагов, Юлька вдруг остановилась и ошеломленно прошептала:

– А камешки-то... сработали! Фантастика...

Content

Ирина Хрусталева
Пальма с мандаринами

1

2

3

4

5