Заур Багиров

Сосед

Душная летняя ночь. Одна из тех ночей, в которою так трудно заснуть. И как в тот самый момент, когда блаженное состояние сна начинает медленно, но верно обволакивать сознание белой пеленой, сквозь которую отчетливо просматривается начало будущего сна, вдруг из глубины темноты доносится телефонный звонок, в клочья разрывающий зачатки сна…

Один звонок, второй, третий…

Да, наверное придется ответить. С этой мыслью она поднимается и идет по направлению телефонного звонка.

— Ало?

— Да? А, это ты. Что так рано звонишь? Ничего спасибо, твои как?

Продолжительное молчание.

— Нет! Сейчас не могу! Нет, у меня все хорошо!

Снова молчание.

— Все пока! Спокойной ночи! Спокойной ночи я сказала!

Последние слова были четко отчеканены. Трубка приняла первоначальное состояние. Тут ее взгляд останавливается на собственном отражении в зеркале.

Н-да… Тебя еще кто-то хочет? Это был риторический вопрос заданный самой себе. И как и все риторические вопросы он имел свой ответ, который известен только задающему ему человеку.

— Так, сколько там времени? — пронеслось у нее в голове.

Ответом из темноты на нее посмотрели два зеленых глаза электронных часов -

03:00

Она включила ночник в спальне, так как спать совсем не хотелось, и села на край кровати. Ее руки машинально потянулись к пачке сигарет. Еще секунда и она уже выпустила густой клубок дыма и следит за теми причудливыми фигурами, в которые он собирается.

— А в принципе, что же я могла потерять если согласилась?

— Терять, то уже нечего…

— Но нет! Нельзя!

— Нельзя, нельзя, нельзя…. Ха, слово то какое. Гм… Да…

— Выпить что ли?

— Нет, не хочу! А чего же ты хочешь? Вот — вот правильно…

С этими словами она поднимает с пола первый попавшийся диск и вставляет его в чрево музыкального центра. Первый трек, второй, третий — ее палец судорожно давил на кнопку переключения между композициями. И тут ее внимание привлекает мелодия, показавшаяся ей очень знакомой, предвещающей что-то зловещее. Так, это что-то новое — подумала она…

Ants are in the sugar

Muscles atrophied…

Гм…

Муравьи находятся в сахаре

Мускулы атрофированы…

И тут она с ужасом начинает понимать, слушая следующие слова композиции, что это жизнь ее описанная словами человека, который даже не знает о ее существовании. Правда она не дослушала ее до конца. Не захотела, а вернее испугалась. Кнопка Open и диск занимает место в своем кейсе «Marilyn Manson».Дисковод поглощает Sepulturu и комната наполняется добротным металлом. Но она его не слышит, потому как воспоминания нахлынули на нее…

Муравьи находятся в сахаре — она с детства панически боялась муравьев. Вроде бы странный страх, вроде бы безобидные существа, кое где даже полезные. Еще одна сигарета и обрывки воспоминания, начинают собираться кадр за кадром в полнометражный фильм.

Она всегда была сладкоежкой — конфеты, шоколад, сахар. Сахар, ей особенно нравился тот, что готовила ее бабушка, знавшая о ее пристрастиях. Вот она видит себя подбегающую к столу. На столе стоит сахарница, она протягивает свои ручонки к ней и вдруг с брезгливостью отбрасывает их, и истерическим плачем падает на пол. В этот момент к ней подбегает бабушка и спрашивает что с ней случилось. А она все время повторяет: Муравьи находятся в сахаре, муравьи находятся в сахаре, муравьи находятся в сахаре, муравьи…. в сахаре… После этого она видит себя прикованной к постели, непонятной болезнью. Она не может пошевелить ни рукой ни ногой — мускулы атрофированы…

Резкая боль между указательным и средним пальцем возвращает ее к действительности — сигарета догорела. Она прикуривает другую. Центр молчит, диск наверное закончился. Опять в ее руках появился Manson, опять она ставит «Man that you are fear»…

Ants are in the sugar

Muscles atrophied…

We're on the other side, the screen is us and we're TV

Spread me open

Sticking to my pointy ribs

Are all your infants in abortion cribs

I was born into this

Everything turns to shit…

Стоп. Звонок телефона.

— Ало?

В трубке молчание.

— Да пошел ты…!

Одновременно с прикуриванием сигареты, в голове у нее происходит синхронный перевод услышанного:

Мы находимся по ту сторону экрана — мы телевидение

Взглянув внутрь меня

Вы обнаружите младенцев в хлевах аборта

Прилипших к моим ребрам

А был рожден для того чтобы

Все превратилось в дерьмо…

Опять на нее навалились воспоминания… Он. Дикая, необузданная любовь к нему. Первый поцелуй, первый контакт — причем в том самом хлеву. Первая ссора, первая пощечина, скандал и наконец беременность. Врачебный кабинет, радостное заявление врача: У вас двойня! Мальчик и мальчик. Глупое выражение радости и одновременно страха в глазах ее возлюбленного. Одновременно с этими воспоминаниями к ней возвращается чувство несмываемого позора. Как же так она из хорошей семьи, восточное воспитание, и тут такое — потеря невинности перед свадьбой. Как следствие после всего этого постоянные ссоры и упреки. Любовь безвозвратно уходила от них. Он оказался неспособным нести груз отцовства, итог всему разрыв и в голове постоянный вопрос «что делать?». Ответ на этот вопрос она видит по телевизору — передача посвящена абортам, вернее моральной стороне абортов… Интервью с молодыми матерями, решившимися на такой шаг, резкое осуждение других, утверждающих что дети не в ответе за ошибки родителей, что необходимо дать им жизнь, далее следовали возражения со стороны защищающихся, мол безотцовщина, осуждение окружающего общества в итоге поломанные судьбы детей и их матерей…

Ее палец надавил на кнопку Play.

The boy that you loved is the man that you fear

Pray until your number,

Asleep from all your pain,

Your apple has been rotting

Tomorrow's turned up dead

I have it all and I have no choice but to

I'll make everyone pay and you will see

You can kill yourself now

Because you're dead in my mind

The boy that you loved is the monster you fear

Peel off all those eyes and crawl into the dark,

You've poisoned all of your children to camouflage your scars

Pray unto the splinters, pray unto your fear

Pray your life was just a dream

The cut that never heals

Звонок телефона:

— Опять Ты! Я не хочу с тобой разговаривать! Отстань! Отвали! А где ты был тогда? А? Молчишь! Нет! Не надо сюда приходить! Все пока!

Щелчок зажигалки и дым наполняет комнату. Она видит его лицо. Он появился позже, после окончательного разрыва. Извиняется, соглашается со всеми ее упреками, говорит что любит и согласен жениться. Она не соглашается — если ты однажды предал, ты и в последствии обманешь. Опять ссора, опять крики, опять угрозы — Если ты сделаешь аборт, то Я ТЕБЯ УБЬЮ.

Теперь мальчик, которого она любила, превратился в человека, которого она боится. Она тайком убегает из дома и уезжает в город. Слова об аборте, оброненные ей во время последней ссоры, были просто пустым звуком. В первое время она даже об аборте и не помышляла, но в последствии находясь в большом незнакомом городе, она почувствовала что не сможет здесь выжить одна, а тем более с грудными детьми на руках. Мысли об аборте стали ее посещать все чаще и чаще, но всякий раз она их отбрасывала. В тоже время надо было как-то жить, те деньги, которые она забрала с собой из дома закончились.

Безуспешные поиски работы, довели ее до отчаяния. И тогда она соглашается на так называемое непристойное предложение и становиться содержанкой. В тот момент она даже думала, что ей крупно повезло — дорогие наряды, дорогие рестораны, деньги в конце концов. Но вскоре и это закончилось, потом ее прибирает к рукам то один, то другой — другими словами она пошла по рукам. В один прекрасный, но не для нее день она почувствовала что в ней что-то оборвалось. Слова гинеколога прозвучали для нее как приговор — У вас выкидыш. Тогда ей почему — то послышалось: Ваше яблоко прогнило (Your apple has been rotting).

Алкоголь, наркотики, сигареты сделали свое дело. Младенцы умерли в утробе матери — для них больше нет завтра. Тут она впервые произнесла фразу, которая постоянно крутилась на корке ее подсознания — я отравила своих детей, чтобы скрыть свои шрамы. Эти же слова она услышала в песне (You've poisoned all of your children to camouflage your scars). Но тогда она смогла выстоять, хотя в ней прочно укоренился — она все время вспоминала его слова.

Ее не отпускали ночные кошмары — улыбающиеся младенцы с сигаретами в зубах и стаканами в руках. Они улыбались ей и все время повторяли: Завтра смерть (Tomorrow's turned up dead). Она видела ЕГО глаза в темноте. Теперь из человека, которого она любила он превратился в монстра, которого она боится. Хотя на самом деле этого монстра она породила сама. Ее жизнь превратилась в кровоточащую рану, которая никогда не заживет.

Звонок телефона…

— На этот раз тебе придется меня выслушать! Я знаю, где ты живешь! Я знаю с кем ты живешь! А самое главное я знаю, что ты сделала с нашими МОИМИ детьми! А ведь я тебя предупреждал! Теперь молись сука, что все то, что было — это все лишь плохой сон! Молись потому, как ты уже умерла в моей душе! Правда, ты знаешь, ты еще можешь себя убить! Если успеешь! — сказал голос в трубке.

Pray now baby, pray your life was just a dream

You can kill yourself now

Как отзвуки от выстрелов в ее голове стали звучать строки из песни:

I am so tangled in my sins that I cannot escape

I am so tangled in my sins that I cannot escape

Я так погрязла в своих грехах, что не могу от них убежать — повторила она вслед за Менсоном.

Опять звонок телефона…

— Я уже иду! Не беспокойся все уже спят, и никто не прибежит на твой крик! Молись до того момента пока я не появлюсь! Молись, чтобы младенцы тебя простили!

В трубке послышались отбойные гудки.

You've poisoned all of your children to camouflage your scars

Pray unto the splinters, pray unto your fear

Pray your life was just a dream

The cut that never heals

Pray now baby, pray your life was just a dream

Just a dream

The world in my hands, there's no one left to hear you scream

There's no one left for you…

Продолжал напевать центр, как бы вторя телефонному звонку.

The world in my hands, there's no one left to hear you scream

There's no one left for you…

Сейчас она уже не слышала музыку. Единственное что она слышала — это, то как внизу открылась дверь…

Pray now baby, pray your life was just a dream

Воспаленное воображение уже нарисовало человека, который медленным движение руки открывает входную дверь и тяжелой походкой направляется по направлению к ее двери.

The world in my hands, there's no one left to hear you scream

There's no one left for you…

Она прислушалась, и действительно на лестничной площадке послышались чьи-то шаги.

Pray now baby, pray your life was just a dream

Она вскочила со своего места и бросилась к шкафу. Открыв, его она начала судорожно разбрасывать вещи со всех внутренних полок. В конце концов ее рука обнаружила потайную дверцу. Надавив пальцем она открыла ее.

Pray now baby, pray your life was just a dream

Где же он!? Ах, вот ты где… — радостно воскликнула она, когда ее рука нащупала холодный ствол пистолета.

Pray now baby, pray your life was just a dream

Вот она уже стоит посередине комнаты с пистолетом в руках и бессмысленно улыбается.

The world in my hands, there's no one left to hear you scream

There's no one left for you…

Рука медленно поднимается — ствол пистолета упирается в ее висок.

Pray now baby, pray your life was just a dream

Указательный палец надавливает спусковой крючок.

Pray now baby, pray your life was just a dream

You can kill yourself now

Шаги приближаются к двери.

You can kill yourself now

Звонок в дверь…

You can kill yourself now

Ещё один звонок и вся ее прошлая жизнь проносится у неё перед глазами…

You can kill yourself now

Кто-то уже ломиться в дверь…

You can kill yourself now

Палец все сильнее надавливает на спусковой крючок.

You can kill yourself now

Выстрел…

…

Через полчаса комната была наполнена людьми. Здесь были все: полиция, спасатели, врачи и журналисты, которые брали интервью у соседа с нижнего этажа.

Я услышал выстрел, когда я уже пару раз постучался в ее дверь говорил он. А что мне оставалось делать — 4 часа ночи, а она на полную мощность включила музыкальный центр и крутит одну и ту же музыку.

В комнате царил полный беспорядок. Запах сигарет, полоска героина на столе, мозги разбросанные по стене выстрелом в упор и музыкальный центр повторяющий:

Then all of your wishes are granted

Many of your dreams will be destroyed

Когда все ваши мечты исполняются

Многие из ваших снов будут разрушены.

Content

Заур Багиров
Сосед