Евгений Львович Шварц

Первоклассница

Как Маруся первый раз пришла в школу

Большое, сияющее чистотой, только что отремонтированное школьное здание. У двери табличка:

155-я женская школа

Против школы стоит Маруся, девочка лет семи, и разглядывает её во все глаза. Можно подумать, что она считает, сколько тут окон, сколько водосточных труб, сколько балконов, сколько карнизов. Под мышкой у Маруси – большой свёрток.

Наглядевшись, Маруся храбро подходит к школьной двери, дёргает её за ручку, но дверь не открывается. Маруся дёргает её посильней, а дверь ни с места. Тогда Маруся повисает на дверной ручке, тяжелая пружина подается – наконец школьная дверь распахивается перед упрямой Марусей.

Она входит в школу и останавливается растерянно. Перед ней прихожая., большая, как двор. Стоят пустые вешалки. И так тихо здесь, так пусто! Неужели во всём огромном доме ни одной живой души?

Вдруг Маруся слышит: далеко-далеко кто-то запел.

Девочка бросается к лестнице, бежит наверх, прислушиваясь. Высокий, просторный коридор. По одну его сторону сверкают недавно вымытые окна, по другую темнеют высокие двери. Вот она, та дверь, за которой поют.

Маруся стучится.

– Открывайте, не заперто! – слышит девочка мужской голос.

Она входит и видит… Большая пустая комната. Пол закапан известью и краской.

Высоко на козлах стоит маляр. Напевая что-то, он красит оконную раму.

– Здравствуйте, – говорит девочка.

– Здравствуй, – отвечает маляр.

– Скажите, пожалуйста, что, эта школа ещё не готова?

– А зачем тебе знать, готова или не готова?

– А вдруг она не откроется первого сентября?

– Что ты, что ты! – пугается маляр. – Мы своё дело сделаем. Мы понимаем, что это за день первое сентября.

– Вот хорошо! – говорит девочка радостно. – Скажите, а в какой комнате записывают в первый класс?

– В тридцать восьмой, – отвечает маляр.

– А какая она?

– Кто она?

– Тридцать восьмая комната.

– Как тебе сказать… Ну, тридцать восьмая и есть тридцать восьмая. Ах, понимаю! Ты цифр не знаешь!

– Знаю. Знаю ноль, один. Ещё знаю шесть. Девять помню. А вот тридцать восемь забыла.

– Понятно, – отвечает маляр. – Ну, тогда пойди в коридор и гляди. Из какой комнаты будут выходить маленькие девочки, там и записывают. Поняла?

– Спасибо, – отвечает Маруся и снова выбегает в коридор.

Садится на подоконник. Терпеливо ждёт. Прислушивается. И вот, наконец, одна из дверей открывается, и молодая женщина выходит в коридор. Она ведёт за руку девочку в белой панамке.

– Вот видишь, Верочка! – говорит женщина. – Какая добрая учительница. А ты не хотела идти…

Маруся скорее бежит в ту комнату, из которой вышла Верочка.

У неё разбегаются глаза.

Прежде всего она видит форменное платьице, коричневое, с белым воротничком и чёрным передником.

Платьице это укреплено на фанерной доске, окленной цветной бумагой.

На витрине напротив – учебники для первого класса, ручка, карандаши, тетради – всё, что нужно принести первокласснику с собой в школу в первый день занятий.

А за столом, прямо против двери, сидят две женщины. Наверное, учительницы. Одна, помоложе, записывает что-то на большом листе бумаги. А другая, постарше, глядит на Марусю через круглые очки. Чёрные глаза её за стёклами очков кажутся огромными и сердитыми.

Молодая учительница говорит ласково:

– Не бойся, девочка.

– Здравствуйте, тётя! – говорит ей Маруся.

– Меня зовут Анна Ивановна.

– Здравствуйте, Анна Ивановна, – поправляется Маруся.

– А ты кто? – спрашивает учительница.

– Я Маруся Орлова.

– Зачем пришла?

– В школу записаться.

– А почему ты пришла одна, без мамы или папы?

– Папы нет дома – он лётчик, он сейчас улетел в Заполярье, а мама не может. Вчера обещала пойти, а сегодня говорит: подожди до завтра.

– А ты ждать не любишь? – спрашивает седая учительница.

– Все девочки с нашего двора записались уже, – объясняет Маруся. – А маме всё некогда. Вот я и пришла. Я документы принесла.

– Какие? – спрашивает Анна Ивановна.

– Все! – отвечает Маруся и кладёт на стол большой свёрток в газетной бумаге.

– Что это? – спрашивает учительница.

– Документы.

– А где ты их взяла?

– В комоде. Вы, какие нужно, возьмите. А какие не нужно, я отнесу домой.

Маруся разворачивает свёрток и показывает учительнице документы.

– Вот! это бабушкин паспорт. А это квитанция за телефон. А эта, синенькая, – за квартиру. А это письма от папы. А здесь в конверте мои волосы, когда мне был один годик. Это орденские книжки – мамины. Моя мама – доктор, а во время войны была капитан медицинской службы. А это я, когда мне было два месяца.

– Достаточно, – складывая документы, говорит Анна Ивановна.

– Одну минуточку! – просит вторая учительница. – Дайте мне посмотреть на телефонную квитанцию. Так. Благодарю вас.

Внимательно взглянув на квитанцию, учительница выходит из комнаты.

– Так, Маруся, – говорит Анна Ивановна, – хорошо. Ты, значит, очень хочешь учиться?

– Очень!

– А что ты умеешь делать? Читать умеешь?

– Да, – отвечает Маруся. – Вот. Глядите.

Маруся наклоняется к книжке и читает, водя пальцем, отыскивая только знакомые буквы:

– Вот это «А». Это «У». Вот это «Р». Вот ещё «Я». Я и писать умею.

– А ну-ка, – просит Анна Ивановна, – напиши мне что-нибудь. Вот тебе карандаш. Вот тебе бумага.

Маруся усаживается и пишет старательно, изо всех сил нажимая карандашом.

В это время вторая учительница возвращается.

– Готово, написала! – говорит Маруся.

Учительницы смотрят и видят: девочка написала крупными печатными буквами своё имя: «Маруся».

– Верно я написала? – спрашивает девочка.

– Не очень. Две буквы у тебя смотрят не в ту сторону. Видишь?

И Анна Ивановна подчёркивает карандашом буквы «Р» и «Я».

– Правда, – говорит Маруся. – Читаю я их правильно, а пишу иногда почему-то неправильно.

– А скажи мне, Маруся, ты послушная девочка?

– Очень! – отвечает Маруся.

– Ты, значит, попросила у мамы разрешения прийти сегодня в школу?

Маруся молчит.

– Отвечай, Маруся! – настойчиво спрашивает учительница.

– Спросила…. – бормочет Маруся.

– И мама отпустила тебя?

– Нет! – вздыхает Маруся.

– Значит, ты не послушалась маму?

– Не послушалась, – шепчет Маруся.

– Почему?

– Я не знаю…

– Ну, а всё-таки…

– Очень захотелось.

– Вот видишь, – значит, ты не такая уж послушная!

– Нет, послушная. Кого хотите спросите!

В дверь стучат.

– Ну вот, сейчас мы и спросим, – говорит вторая учительница. – Войдите, пожалуйста!

В комнату быстро входит Марусина мама. Она чуть-чуть запыхалась – видно, что спешила изо всех сил. Маруся бросается к ней.

– Мама! Мама! – просит Маруся. – Скажи учительницам, что я послушная.

– Я бы сказала, – говорит мама, – но боюсь, что они мне не поверят.

– Здравствуйте, Нина Васильевна, садитесь, – говорит Анна Ивановна. – Ваша дочь притащила нам столько документов, что мы знаем и как вас зовут, и номер вашего телефона, и какая Маруся была в два месяца.

– Ох, Маруся, Маруся! – вздыхает мама. – Хорошо ещё, что бабушка тебя не хватилась! Ведь она могла заболеть, узнав, что ты пропала.

Маруся молчит.

– Вот видишь, Маруся, – говорит Анна Ивановна. – Ты об этом не подумала, – значит, ты думаешь только о себе. А ведь в классе у тебя будет сорок товарищей. Как же ты с ними поладишь, если будешь думать только о себе?

– Не буду! – уверяет Маруся. – Я буду обо всех думать! Вот увидите.

– Увидим! – отвечает Анна Ивановна. – Хорошо. Я запишу тебя в школу, но ты не пугай больше бабушку и слушайся маму. Помни – с этой минуты ты уже почти что школьница. Веди себя хорошо.

– Я отлично себя буду вести!

– Увидим! – повторяет Анна Ивановна.

Мама и Маруся прощаются с учительницами.

– Вот видишь, мама, – говорит Маруся. – Ну, вот и записались. А ты всё завтра да завтра…

Как Маруся не послушалась бабушку

На другой день после того, как Маруся записалась в школу, собралась она утром гулять.

– Помни, что ты теперь почти что школьница! – шепчет ей бабушка, провожая её до двери.

– Я это очень хорошо помню, – шепчет Маруся в ответ.

– Не гоняйся за кошками. Среди них могут быть бешеные.

– Не шепчи так громко! – просит Маруся. – Маму разбудишь после дежурства.

– С Серёжей не связывайся. Непременно подерёшься с ним!

– Не свяжусь. Открывай дверь, бабушка!

– А главное – не прыгай под шлангом, когда двор будут поливать. Сегодня ветер. Промокнешь, простудишься и в школу не попадёшь к началу занятий.

Бабушка отпирает дверь.

И вот Маруся уже идёт по двору.

Это чистый, просторный двор с небольшим сквером посредине.

Маруся идёт мимо сквера.

Вдруг белый пушистый котёнок выбежал из кустов и погнался за обрывком бумаги.

Маруся бросилась было к котёнку, но остановилась, махнула рукой – говорит:

– А ну его! Ещё взбешусь – и в школу не пустят. .

С деревянной палкой в руке неожиданно перед ней вырастает Серёжа.

– Чего идёшь, как тётка? – спрашивает он.

– Отойди, Серёжа. Не приставай. Я в школу записалась, – отвечает Маруся.

– Я тоже записался, а не фасоню.

– Отойди, – говорит Маруся. – А то ещё подерусь с тобой – и в школу не пустят.

В это время из подвала поднимается дворник Иван Сергеевич.

Не торопясь он раскатывает длинный шланг с медным наконечником. Сразу же со всех концов двора раздаются вопли:

– Иван Сергеевич вышел!

– Иван Сергеевич поливать будет!

– Ребята, сюда! За мной! – кричит Серёжа и, забыв про Марусю, бросается к дворнику.

Дворника сразу окружают помощники. Одни мальчики помогают на самом деле, другие мешают: наступают на шланг, как будто нечаянно.

– Ребята, – просит дворник серьёзно, – всё лето прожили мы дружно – давайте не ссориться и осенью. Уйдите от крана. Когда жарко было, я, кого можно, окачивал. Сегодня и не просите: ветер, и так прохладно. Так что не вертитесь, не мешайте.

– Вы хоть побрызгайте на меня, Иван Сергеевич, – просит Серёжа.

– Нельзя! – твёрдо отвечает Иван Сергеевич.

Он привинчивает шланг к трубке, откручивает круглый кран. С силой ударяет вода из медного наконечника. Шум, визг, крик. Все ребята наперерыв стараются попасть под струю воды, бьющую из шланга.

Все, кроме Маруси.

Она стоит как зачарованная, с завистью глядит на мальчишек.

Они прыгают под самой струёй.

Но Иван Сергеевич – мастер своего дела. Струя воды то поднимается высоко к небу, то упирается в землю. Разбрасывает во все стороны фонтаны брызг, а на мальчиков не попадает.

Серёжа замечает Марусю и кричит:

– Маруська боится! Маруська боится!

– Сам ты боишься! – сердится девочка.

– Боится! – кричит Серёжа. – Боится! Боится! Боится!

И Маруся не выдерживает.

Она бросается под самый шланг и показывает чудеса ловкости и храбрости.

Вдруг напор воды падает. Иван Сергеевич идёт к крану, чтобы выяснить причину аварии. Наконечник шланга лежит на асфальте. Серёжа берёт его. Направляет на Марусю.

Внезапно шланг наполняется водой, и струя окатывает Марусю с ног до головы.

Серёжа сам испугался того, что натворил. И убежал без оглядки.

Маруся плетётся угрюмо к высокой пожарной лестнице. Забирается высоко наверх. Сидит нахохлившись.

Бабушка замечает её. Кричит, высунувшись из окна:

– Маруся! Что ты там делаешь?

– Сохну! – отвечает.Маруся.

И вот к вечеру стала Маруся чихать, ночью кашлять, а утром измерили ей температуру – тридцать семь и восемь!

День проходит – Маруся болеет. Два проходит – температура всё не падает. И вот что случилось на третий день вечером.

* * *

Лежит Маруся в кровати. Бабушка сидит возле неё.

На одеяле шахматная доска. Бабушка и внучка играют в шашки.

– Бабушка, – спрашивает Маруся, – как ты думаешь, у меня нормальная температура?

– Постой, постой.…Сейчас, сейчас… – бормочет бабушка. – На тебе!

Бабушка делает ход и глядит на внучку,

– Ах, вот как? – удивляется Маруся. – Ты мне две шашки поддаёшь?

– А беру три! – радуется бабушка.

– Постой, постой… – говорит Маруся. – Сейчас, сейчас….

– Горло не болит?

– Нет, не болит. … Как же это так? И в дамки проходит? С ума сойти!

Маруся двигает свою шашку.

– Вот, не послушалась бабушку и лежишь теперь, – ворчит старушка. – Все ребята пойдут учиться в срок, а ты – неизвестно когда.

В комнату входит мама.

– Давай градусник, Маруся, – протягивает она руку.

– Пожалуйста, пожалуйста! Нормальная, нормальная! – поёт Маруся.

Мама смотрит на градусник, потом на Марусю и качает головой.

– Что такое? Мама! Что?

– Сколько у нее? – спрашивает бабушка.

– Ни одного! – строго отвечает мама.

– Ох! – пугается бабушка.'

– Совсем не поднялась у неё температура, – говорит мама.

– Почему же это? – спрашивает бабушка.

– А это Марусю надо спросить, – отвечает мама.

Маруся опускает голову.

– Молчишь? – спрашивает мама. – Ну, так я отвечу за тебя. Она совсем не держала градусник. Вынула из-под мышки да спрятала под подушку. Боялась, что температура повышенная.

– Мама, мне в школу хочется! – ноет Маруся.

– Не поблагодарит меня Анна Ивановна за такую Лису Патрикеевну, – сердится мама. – Просто стыдно мне пускать такую девочку в школу. Ставь опять градусник!

В этот день градусник показал ровно тридцать семь, на другой день вечером – тридцать шесть и девять, а на третий день Маруся встала с кровати.

И вот пришла ночь на первое сентября...

* * *

Лежит Маруся, закрыв глаза. Вздыхает, охает, вертится с боку на бок, а уснуть не может. Наконец она вскакивает.

Смотрит на будильник.

Десять минут второго.

Маруся вздыхает. Переворачивает подушку. Расправляет простыню. Укладывается поудобнее. Закрывает глаза. Ждёт. Но сон всё не хочет прийти к ней.

Маруся снова вскакивает, снова смотрит на будильник и охает: часы показывают всего только пятнадцать минут второго.

Маруся в ужасе опускается на подушки.

– Мама! – зовёт она. – А мама! Я жду, жду, а часы с места не двигаются. С ними случилось что-то. .. Я час лежала, глаза не открывала, а они показывают, что только пять минут прошло.. . Мама! Бабушка!

Маруся прислушивается. Ответа нет.

– Бабушка! Мама! … – зовёт Маруся. – Ведь проспим! Уже первое сентября! Давайте чай пить.

Молчание.

Вдруг Маруся слышит отдалённый гул. Комната озаряется вспышкой синеватого света.

– Бабушка! – зовёт Маруся громко. – Уже трамваи пошли! Бабушка!..

Щёлкает выключатель. Зажигается яркая лампочка под потолком. В комнате становится светло.

Мама стоит на пороге.

Увидев, что мама не сердится, Маруся манит её к себе. Хлопает рукой по кровати рядом с собой.

– Мамочка, сядь! – просит она. – Мамочка, часы испортились! Первые трамваи пошли, мама!

– Это не первые трамваи, а последние, – объясняет мама. – Часы идут как следует. Успокойся. И ложись. Всё придёт в своё время. И солнце встанет, и будильник зазвонит, и ты проснёшься и пойдёшь в школу.

Мама садится рядом с Марусей. Гладит её по голове.

Маруся успокаивается и засыпает.

Как Маруся начала учиться

Тикает будильник.

Светает.

На стуле возле Марусиной кровати – форменное школьное платье, коричневое, с чёрным передником.

Маруся спит.

Солнечный луч пробивается через штору, освещает отрывной календарь. На листке календаря – первое сентября.

Щёлкнув, звонит будильник.

Маруся спит. Не слышит.

Входит бабушка. Открывает штору. В комнату врывается солнце. Маруся спит – не видит.

– Маруся! – зовёт бабушка. – Внучка! Пора вставать!

Маруся прячет голову под одеяло.

– В школу опоздаешь!

Только тогда Маруся открывает глаза.

Видит солнце за окном, улыбающуюся бабушку, весёлую маму в дверях и, наконец, форменное платье на спинке стула.

Маруся вскакивает с кровати, умывается и поёт, одевается и пляшет; одевшись, подбегает к зеркалу и вскрикивает:

– Ах!

Первый раз в жизни она видит себя настоящей школьницей.

– Как будто немножко в плечах тянет. .. – сомневается бабушка

– Ой, бабушка, что ты! – пугается Маруся. – Не трогай! Испортишь!

Маруся наскоро завтракает, бежит в прихожую и прыгает на месте от нетерпения, пока мама одевается.

– Пенал взяла? – спрашивает бабушка.

– Вот он.

– Тетрадки не забыла?

– Что ты, бабушка! Вот они, – отвечает Маруся.

Вдруг раздаётся резкий звонок. Бабушка открывает дверь.

Входит пожилой гражданин с большой сумкой через плечо.

– Здесь проживает Маруся Орлова? – спрашивает он строго.

– Вот я, – говорит Маруся растерянно.

– А я телеграмму вам принёс.

– Мне? – Маруся улыбается радостно. – Телеграмму?

– Вам! – отвечает почтальон. – Расписывайтесь.

Маруся мнётся.

– Можно маме расписаться?

: – Ну, уж так и быть, – разрешает почтальон. – На первый раз можно.

Мама расписывается.

Почтальон протягивает Марусе телеграмму:

– Нате, читайте.

– Можно мама прочтёт? – спрашивает Маруся.

– Ну уж ладно, – соглашается почтальон. – Но только в следующий раз сами расписывайтесь и сами читайте. А то не дам телеграмму.

Он кивает, улыбаясь, маме, бабушке и Марусе и исчезает.

– Я телеграмму получила! – удивляется Маруся. – От кого? А, мамочка?

Мама читает:

– «ПОЗДРАВЛЯЮ ДОЧКУ С БОЛЬШИМ ПРАЗДНИКОМ, С НАЧАЛОМ ЗАНЯТИЙ. СКОРО ПРИЛЕЧУ. УЧИСЬ ХОРОШЕНЬКО. ЦЕЛУЮ. ПАПА».

* * *

Ясное осеннее утро.

Маруся и мама шагают по двору.

Семь подъездов выходят во двор. И на какой ни глянет Маруся – на первый ли, на седьмой ли, – отовсюду выбегают мальчики и девочки. За маленькими едва поспевают провожатые. Старшие идут по двое, по трое – успели уже подружиться в школе.

Вот промелькнул знакомый мальчик. Кажется, это Серёжа. Но как он изменился! Он в длинных штанах. Ранец за плечами, волосы подстрижены. Он тоже идёт рядом с мамой.

Маруся и мама идут по улице.

Они проходят мимо репродуктора. Замолкает весёлая музыка. Репродуктор говорит громко:

– Поздравляем советских школьников с началом учебного года.

– Спасибо! – отвечает Маруся репродуктору серьёзно и торжественно.

Маруся и мама входят в школу. Как тут много народу сегодня, как шумно! Над лестницей висит большой плакат:

ПРИВЕТ ПЕРВОКЛАССНИЦАМ

Мама читает Марусе этот плакат вслух.

Учительницы и пионервожатые – девочки шестого и седьмого классов – встречают новеньких. Какая-то девочка забилась в угол и плачет там тихонько. Её успокаивает мама и один из дежурных педагогов:

– В класс маме нельзя! Мама твоя никуда не уйдёт, она здесь будет.

– Сюда, сюда! – говорит дежурная учительница Марусе. – Попрощайся с мамой, девочка. Мама зайдёт за тобой в конце уроков.

– А я не боюсь! – отвечает Маруся гордо. – Мама, ты не заходи за мной. Пожалуйста. Дорогу ведь не надо переходить. Не заходи. Я сама, хорошо?

j – Хорошо, хорошо! Как договорились, так и будет. До свиданья, девочка.

Мама целует Марусю и уходит.

– Мама! – вдруг вскрикивает Маруся.

– Что ты? – удивляется мама. – Что с тобой?

Маруся молчит. Цепляется за маму.

– Что, что? – спрашивает мама ласково. – Народу уж больно много? И всё незнакомые? Жутковато всё-таки?

– Нет, нет! – бормочет Маруся. – Я… я тебя почему позвала… Я хотела сказать: бабушке кланяйся.

Маруся ещё раз целует маму и храбро направляется к двери.

Маруся входит в класс и останавливается как вкопанная.

Это тот самый класс, в котором Маруся беседовала с маляром.

Всё новое. Совсем новое. Доска на стене, парты, картины. .. И как много девочек!

Вот одна озирается, как зверёк, вздрагивает от малейшего стука. Это Вера, та самая девочка, которую видела Маруся, когда приходила записываться.

А другая девочка, с пышными волосами, строит ей гримасы исподтишка.

Две девочки играют в ладошки.

– Я уже окончила детский сад, – хвастает одна из них. – Я ничего не боюсь.

У стены Анна Ивановна разговаривает с маленькой девочкой, объясняет ей что-то.

Усадив девочку за парту, учительница выпрямилась, внимательно оглядела класс, и Маруся вдруг почувствовала, что учительница видит и её и всех остальных девочек. Наблюдает за ними.

Испуганная Вера сразу приободрилась. Пышноволосая девочка перестала строить гримасы.

Маруся храбро подходит к учительнице. Протягивает ей руку. Говорит:

– Здравствуйте!

– Здравствуй, Маруся, – отвечает Анна Ивановна и пожимает Марусе руку.

Звонок. Девочки расселись. Глядят во все глаза на Анну Ивановну.

– Поздравляю вас, девочки! – говорит Анна Ивановна. – Зазвонил звонок, и началась у вас новая жизнь. Вы теперь школьницы. Ученицы первого класса. Сегодня и по радио говорят о школе. И в газетах пишут.

Анна Ивановна идёт по проходу между партами^

– Я давно уже учительница, девочки, – рассказывает она. – Многие мои ученики теперь совсем взрослые, умные люди. Они пишут мне письма. И я всегда вспоминаю, какие они были, когда первый раз пришли в школу. Одна девочка, например… – и тут Анна Ивановна взглядывает на Веру, – …одна девочка так всего боялась, что задрожала вся, когда зазвонил звонок.

Верочка опускает голову. Пышноволосая весёлая девочка, сидящая перед ней, весело хохочет.

– А теперь эта девочка стала Героем Советского Союза.

Вера улыбается, а пышноволосая девочка перестаёт смеяться.

– Да-да, – говорит Анна Ивановна, – все мои бывшие ученицы тоже многого не знали. Даже здороваться не умели.

Маруся весело хохочет.

– Да-да, представь себе, не умели, – говорит Анна Ивановна, глядя на Марусю. – Одна девочка, например, подошла ко мне и протянула руку. «Здравствуйте!» говорит. А так не полагается. Нельзя первой протягивать руку старшим.

Маруся перестала смеяться.

– Видите, какие они были! – продолжает Анна Ивановна. – Но потом они стали учиться. Ведь это очень интересно – учиться. И мы с вами начнём сегодня новую, школьную жизнь. Прежде всего мы научимся вести себя в классе так, как полагается настоящим школьникам: не мешать, а помогать друг другу. И класс свой разглядим как следует… Первый раз в жизни сели вы за парту…

Маруся и сидящая с ней рядом Верочка внимательно разглядывают парту.

– В этот ящик вы будете класть свои книжки и тетради, – рассказывает Анна Ивановна. – Здесь станет чернильница, когда вы начнёте писать чернилами. А вот доска. Эта доска поможет нам учиться писать. Вон она у нас какая. Тройная. В косую линейку, в клетку и просто без линеек. Вот мел, чистая белая тряпочка, которой вытирают с доски.

Анна Ивановна продолжает:

– Вы с нынешнего дня школьницы, и мы познакомимся со школой, в которой вы теперь учитесь. Тихонько-тихонько, чтобы не мешать учиться другим, пройдём мы по школьным коридорам.

Дверь первого класса бесшумно открывается. Тихо выходят девочки из класса. Идут по замолкшему школьному коридору.

– Вот это физический кабинет, – говорит Анна Ивановна. – Здесь занимаются шестиклассницы.

Первоклассницы глядят через стеклянную дверь в комнату, заставленную приборами. На возвышении, у стола, стоит девочка, вертит ручку машины с большим стеклянным колесом. Между металлическими шариками пролетают искры.

Первоклассницы входят в школьную библиотеку. С удивлением разглядывают полки с книгами.

– Когда вы научитесь читать, – говорит Анна Ивановна, – в школьной библиотеке вам будут давать книги. Книг много. И одна интереснее другой…

– А вот здесь учатся десятиклассницы, – объясняет Анна Ивановна. – В школе учатся десять лет. Вы учитесь первый год, а они – последний. Скоро они уже перестанут ходить в школу.

Анна Ивановна и девочки возвращаются в класс.

– Сейчас зазвонит звонок, и первый наш урок кончится, – говорит Анна Ивановна. – Вы отдохнёте и поиграете на перемене. А после перемены будет у нас арифметика. А потом русский язык. И на каждом уроке мы узнаем и запомним что-нибудь новое, интересное. И скоро, скоро вы станете настоящими школьницами.

– Я сегодня! – говорит Маруся.

– Что сегодня? – спрашивает учительница.

– Сделалась настоящей школьницей.

– Посмотрим, посмотрим, – отвечает Анна Ивановна улыбаясь.

В уголке родителей висит объявление:

Занятия в 1-м классе заканчиваются в 1 час 15 минут

На часах – четверть второго.

Школьная няня нажимает кнопку звонка.

Пустой, безмолвный школьный коридор мигом оживает. Разом открываются все двери классов. Из дверей выбегают девочки.

Папы, мамы, бабушки, все ожидающие конца занятий в первом классе встают, глядят на лестницу.

Первоклассницы шагают парами, стараются изо всех сил идти в полном порядке.

Но вот они увидели своих родных – и нарушили сразу весь строгий порядок. Столько случилось за сегодняшний день, так много надо рассказать своим, что девочки забыли, что они в строю. Со всех ног бросились они вниз по лестнице.

– Видела, мама? – кричит пышноволосая девочка. – Видела, как мы красиво шли? Мы и завтракать так ходили.

– Мама, – кричит Верочка, – одна девочка боялась, как я, а теперь Герой Советского Союза!

– Папа, я арифметику учила!

– Бабушка, я рассказывала!

– Мама, так было весело! Как жалко, что тебя не пустили. .. – говорит та самая девочка, которая недавно плакала здесь же в углу.

* * *

После уроков Маруся шагает по улице не спеша, как взрослая, как настоящая первоклассница в форменном платье. И кажется ей, что весь город смотрит на неё.

Капитан лётчик идёт ей навстречу.

– Дядя Володя! – кричит Маруся радостно и протягивает капитану руку. Но тут же, вспомнив, что это не полагается, прячет руку за спину.

– Здравствуй, здравствуй, Маруся! – весело отвечает дядя Володя и протягивает ей руку.

Маруся с вежливым поклоном обменивается с капитаном рукопожатием.

– Что это с тобой сегодня? – удивляется капитан. И тут же улыбается во всё лицо: – Ах, вот оно что! Ты в форме! Да как же это я мог забыть! Ты из школы?

– Да, – отвечает Маруся.

– Сразу видно! – говорит капитан. – Тебя просто узнать нельзя. Настоящая школьница.

– Ой, сколько мы сегодня выучили! – рассказывает Маруся. – И как вставать без шума – здороваться с Анной Ивановной. И как руку подымать. И считали, сколько нас в ряду сидит. Это называется арифметика. А на русском Анна Ивановна сказку нам рассказывала… До свиданья! Меня мама и бабушка ждут.

Маруся раскланивается, заложив руки за спину.

Во двор Маруся входит не спеша. И вдруг встречается лицом к лицу с Серёжей.

Увидев своего врага, Маруся делает шаг назад. Но потом вежливо кивает ему и говорит:

– Здравствуй, Серёжа!

Вместо ответа Серёжа высовывает язык.

– Смотри-ка! – удивляется Маруся. – Ты, значит, в школу не ходил сегодня?

Серёжа стоит молча, высунув язык.

– Понимаю! – кивает головой Маруся. – Тебя не приняли!

– Кого, кого не приняли? – спрашивает Серёжа.

– Тебя.

– Ещё как приняли! Ого! На первую парту посадили.

– А чего же ты язык показываешь? Тебе не говорили, что надо вести себя вежливо?

– Вот так не говорили! Целый день говорили.

– А чего ж ты? Не понял, что ли?

– Вот так не понял! У нас поди-ка не пойми. У нас учительница – ого! – получше вашей.

– А ты нашу видел?

– Конечно, видел. Не понравилась.

– О, не понравилась! У нас учительница красавица.

– Красавица… Вот она какая' – И Серёжа делает страшную гримасу.

– Что?! – Маруся кладёт осторожно у стены свою школьную сумку и подходит к Серёже. – Перестань! – говорит она грозно. – А то…

– А то что?

– А то ка-а-ак дам!

– Ты?

– Я!

– Мне?!

– Тебе!

* * *

А дома в столовой суетятся мама и бабушка, готовятся торжественно встретить первоклассницу.

– Ну, сегодня у неё будет настоящий праздник! – радуется бабушка. – Всё, что она любит, – всё на столе.

– Что-то запаздывает дочка! – Мама смотрит на часы. – Уже двадцать минут, как кончились уроки.

Продолжительный звонок.

Бабушка спешит в прихожую, открывает дверь и ахает.

Маруся, очень весёлая, стоит на пороге, но в каком она виде! Взъерошенные волосы. На щеке грязное пятно. Одна из пуговиц висит на ниточке.

– Мамочка! Бабушка! – кричит Маруся. – Как интересно было! Ну прямо сказка. Раз, два – и превратилась я в настоящую первоклассницу. Вы меня теперь не узнаете.

– Постой, постой! – перебивает мама. – А почему ты в таком страшном виде?

– А это я с Серёжей подралась. У него ещё хуже вид! – с торжеством сообщает Маруся.

– Умойся! – ворчит бабушка. – «Не узнаете меня»! Пока что очень хорошо я тебя узнаю…

И вот пошли дни за днями…

Суббота 3 сентября

Только что прозвонил звонок. Первоклассницы сидят за партами, ждут.

Анна Ивановна входит в класс.

Девочки встают с шумом, с грохотом, кто-то роняет книжку, кто-то чуть не падает со скамейки на пол.

– Здравствуйте! – говорит Анна Ивановна. – Садитесь.

Девочки садятся так же шумно.

– Уже третий день вы настоящие школьницы, а не научились вставать и садиться тихо, – говорит Анна Ивановна. – Вот этим делом и займёмся мы с вами сейчас. Это не пустяки. Ведь нас сорок человек. Если не научимся мы с вами вести себя тихо, то и соседним классам не дадим учиться, и друг другу помешаем. Смотрите внимательно, как настоящие школьницы должны вставать.

К величайшему удовольствию девочек, Анна Ивановна усаживается на заднюю парту рядом с Маей Шароновой и показывает девочкам, как даже она, Анна Ивановна, такая большая, может встать с такой маленькой парты совсем неслышно.

Вторник 6 сентября

Девочки одеваются, торопятся – сегодня у них в первый раз урок не в классе, а в парке. Это называется «урок природы».

Вот идут они толпой по парку, окружают Анну Ивановну.

– Вот лист клёна, – говорит Анна Ивановна. – А ну-ка, кто найдёт первый дерево с такими же листьями?

Девочки разбегаются во все стороны, глядя вверх на ветки деревьев.

– Осторожнее! – кричит Анна Ивановна. – Осторожнее, Маруся! Упадёшь!

Маруся падает, вскакивает, перепрыгивает через скамейку и обхватывает обеими руками ствол клёна.

– Сюда! – кричит она. – Сюда! Вот он! Я держу его!

Среда 7 сентября

Большая перемена.

Девочки окружили Анну Ивановну.

Спрашивают:

– Анна Ивановна! Мама велела простокваши купить, а её нет в буфете. Что же я буду делать? Что мне кушать?

– Анна Ивановна! Когда я без калош в школу иду, калошный мешок надо приносить?

– Анна Ивановна! Сегодня мама чашку разбила, – ох, расстроилась!

Маруся летит по коридору.

Незнакомая учительница загораживает ей дорогу:

– Стой, стой, девочка! Нельзя бегать так без оглядки. И сама ушибёшься и других с ног собьёшь.

– Пустите меня! – кричит Маруся. – Мы в пятнашки играем!

– Нет, постой! – строго повторяет незнакомая учительница. – Разве ты не знаешь, что учительниц надо слушаться?

– Так ведь вы не наша! – сердится Маруся.

– Что «не ваша»?

– Учительница! Наша – Анна Ивановна.

Маруся оглядывается, чтобы позвать Анну Ивановну на помощь, и видит вдруг, что та стоит совсем возле и, конечно, слышала весь разговор с незнакомой учительницей. И по лицу её ясно видно, что она вовсе не собирается заступиться за Марусю.

– Стыдно, Маруся! – говорит Анна Ивановна сердито. – Надо слушаться всех учительниц.

Четверг 8 сентября

Урок арифметики.

Анна Ивановна раздала девочкам разноцветные кружки и велела их разложить по два.

Девочки задумались.

Галя подняла руку:

– По два надо разложить? Да, Анна Ивановна?

Вера подняла руку:

– Анна Ивановна, значит, по два надо разложить?

И сейчас же ещё десять девочек подняли руки. И все спрашивают слово в слово одно и то же:

– По два? Анна Ивановна, да?

Анна Ивановна объясняет спокойно и терпеливо, что кружки следует раскладывать именно по два.

Вдруг Оля Полякова достаёт из парты сумку, укладывает в неё букварь, тетрадки, пенал и, кивнув головой Анне Ивановне, направляется к двери.

– Ты куда, Оля? – удивляется Анна Ивановна.

– Я домой, – объясняет Оля спокойно, – мне к маме захотелось. Я по ней соскучилась…

– Придётся тебе потерпеть, – говорит Анна Ивановна. – Ты ходишь в школу учиться, как взрослые ходят на работу. Разве взрослые бросают работу, когда им вздумается? Представь себе: едешь ты в трамвае – и вдруг вагон останавливается. Что такое? Почему? Вожатый домой ушёл, скучно ему стало. Бывает так? Нет, не бывает! Все работают, пока не приходит время отдыхать. И ты иди работай!

– Хорошо, – соглашается Оля и возвращается на своё место.

Пятница 9 сентября

На тех же самых партах, где сидели первоклассницы, сидят сейчас их мамы и папы. Это родительское собрание. Анна Ивановна говорит родителям:

– Сейчас самое трудное время. Девочки только начинают привыкать, приучаться к порядку. И ваша задача – помочь нам. В этом деле мелочей нет, всё важно. Следите, чтобы девочки уходили в школу умытые на совесть, причёсанные, аккуратно одетые, как и подобает настоящим первоклассницам.

Суббота 10 сентября

У двери в класс стоит Вера. На рукаве у неё повязка с красным крестом.

Девочки выстроились в очередь. Вера проверяет, умылись ли девочки на совесть, причесались ли, так ли аккуратно они одеты, как подобает настоящим первоклассницам.

– Что это? – ужасается Вера, разглядывая руки Оли Поляковой. – Ты не умывалась?

– Я дома три раза умывалась! – оправдывается Оля. – Меня мама проверила и похвалила. А по дороге я Пирата встретила…

– Это ещё кто такой?

– Пёс охотничий. Он в доме номер семь живёт. Он палки так красиво носит. Я ему бросала палки, а они мокрые. Вот руки и запачкались.

– Сейчас же иди и умойся! – приказывает санитарка. – А то к занятиям не допущу!

И Оля послушно бежит умываться, разглядывая на бегу свои руки.

Понедельник 12 сентября

Когда кончилась большая перемена, все вдруг увидели, что в классе стоит никому не знакомая девочка.

Не успели первоклассницы спросить девочку, кто она такая, как в класс вошла Анна Ивановна.

Увидев Анну Ивановну, незнакомая девочка горько заплакала.

– Что с тобой? – спрашивает Анна Ивановна.

– Я заблудилась! – отвечает девочка, громко плача. – Где мой класс – первый «Б»? Где мои девочки? Где моя Любовь Викторовна?.

– Ну, ну, не плачь! – говорит Анна Ивановна ласково. – Они совсем близко, здесь, за стеной. Идём, идём, я тебя провожу.

Суббота 17 сентября

Сегодня Анна Ивановна вошла в класс не одна, а с большой девочкой и сказала, что зовут эту девочку Валей и что она будет у них пионервожатой.

– Вы ещё не пионеры, – сказала Анна Ивановна. – Это совсем не просто – стать пионером. Пионер должен быть отличным учеником, отличным товарищем, и вести себя он должен отлично и в школе и дома. Как видите, путь не близкий до пионерской организации. Но общими силами, помогая друг другу, мы с вами пройдём его благополучно. И Валя для того и пришла, чтобы помочь вам стать настоящими пионерами. Сейчас она пойдёт к себе в седьмой класс, она тоже ещё учится, а после уроков вернётся, чтобы познакомиться с вами получше.

После уроков Валя долго разговаривала с девочками. И рассказала она им, что жила летом в огромном пионерском лагере на берегу Чёрного моря. Называется этот лагерь так: Артек. В этом замечательном лагере жили пионеры со всего Советского Союза. Пионеры из Таджикской республики радовались: ой, как тут у вас прохладно! А пионеры из Якутии жаловались: ой, как тут у вас жарко! Пионеры с Урала рассказывали о глубоких подземных шахтах, в которых их братья и отцы добывают уголь, об огромных заводах, а пионеры из Сальских степей рассказывали о больших стадах, о пшенице, в которой можно заблудиться, как в лесу. Каждый пионер рассказывал о том крае, из которого он приехал. И целого лета не хватило на то, чтобы выслушать все их рассказы, – вот в какой огромной стране мы живём!

Маруся после беседы с Валей в тот же вечер всё рассказала бабушке, а та всё ахала и говорила:

– Ах, как мне хочется побывать в Таджикистане! Ах, съездила бы я в Мурманск, поглядела бы, как треску ловят. Ты подумай, что делается! Первый раз в жизни не я тебе рассказываю, а ты мне.

Несчастный и счастливый день Маруси

Анна Ивановна входит в класс. Говорит торжественно:

– Ну, девочки, сегодня у нас большой день. Садитесь. Посмотрела я дома ваши работы. Аня, Вера, Шура, Таня и Нюся, встаньте.

Пять девочек встают бесшумно.

– Все эти девочки, – говорит Анна Ивановна, – держат карандаши правильно.

Маруся быстро смотрит на правую свою руку и прячет её.

– И пишут они, – продолжает Анна Ивановна, – аккуратно, даже красиво. Ну прямо молодцы.

Девочки сияют.

– Все принесли ручки? – спрашивает Анна Ивановна.

– Да' Конечно, принесли! – хором отвечают счастливицы.

– Подойдите ко мне.

Девочки подходят к учительнице. Каждая получает по чернильнице. Возвращаются на свои места. Маруся поднимает руку.

– Что, Маруся? – спрашивает Анна Ивановна.

– А я?

– Что ты?

– А мне когда?

– Что когда?

– Когда мне разрешите писать чернилами? Анна Ивановна! – продолжает Маруся очень, очень вежливо, чувствуя, что учительница не слишком довольна ею. – Пожалуйста! Я очень вас прошу! Я больше не буду.

– Что не будешь?

– Не буду держать карандаш, как сегодня.

– Значит, ты знаешь, почему я тебе не дала чернил?

– Знаю. Только мне очень хочется. Я не буду забывать, как держать этот… второй палец.

– Нет, Маруся, – говорит Анна Ивановна, – это не пустяк – начать писать чернилами. Придётся тебе ещё поработать.

Маруся садится. Мрачно смотрит на свою соседку Верочку. А та установила чернильницу, достала из пенала ручку с новеньким пером и приготовилась писать.

– Не лезь локтем на мою половину! – шипит Маруся.

Верочка покорно отодвигается. Окунает ручку в чернила.

Задерживает на миг ручку над листом – и вдруг клякса падает на чистый лист.

Весь класс вздыхает от ужаса.

– Ха-ха-ха! – ликует Маруся. – Кляксу, кляксу поставила!

Верочка горько плачет.

Анна Ивановна подходит к ней.

– Вера, Верочка, ничего! – говорит она. – Первый раз прощается. Сейчас мы возьмём чистый лист, да и начнём сначала. А тобой, Маруся, я очень недовольна.

Маруся встаёт угрюмо.

– Я-то думала – все девочки обрадуются за своих подруг. А оказывается…

– Я обрадовалась! – говорит одна девочка.

– Я тоже, – говорит другая.

– И мы!

– И я!

– А я как обрадовалась!

– Ну, что ты скажешь на это, Маруся? – спрашивает Анна Ивановна.

– Они врут! – отвечает Маруся угрюмо.

– Маруся!

– Они говорят неправду, – поправляется Маруся.

– Почему ты так думаешь?

Маруся молчит.

– У твоей мамы два ордена? – спрашивает Анна Ивановна.

– Да, – отвечает Маруся.

– Ты обрадовалась, когда маму наградили? Отвечай спокойно. Рассказывай. Обрадовалась?

– Да, я очень обрадовалась, Анна Ивановна.

– А мамины товарищи поздравляли её? Расскажи-ка.

– Очень поздравляли, – рассказывает Маруся. – Они тогда в санитарном поезде работали, и даже машинист прибежал маму поздравить. На остановке. И телеграммы приходили. А повар к обеду сделал пирог. Мама говорит: «Это было прямо как именины».

– Вот видишь, – говорит Анна Ивановна. – В санитарном поезде понимали, что все они – одна дружная военная семья. Что одному радость, то и всем радость. А ты не веришь, что девочки могут радоваться за свою подругу. Ведь все мы – одна дружная, мирная семья. Первый класс. Верно, Маруся?

– Я вот этой не поверила, Нине… – бормочет Маруся.

– Почему?

– Не рада она. Она поссорилась на перемене с Верой. На всю жизнь.

Нина поднимает руку.

– А перед уроком мы помирились, – сообщает она торжествующе.

– Вот видишь! – говорит Анна Ивановна. – Садись, Маруся. Пиши карандашом. Пиши, старайся хорошенько.

* * *

Вечер.

Маруся сидит за столом, чертит что-то карандашом в тетради.

Бабушка расположилась у стола, поближе к лампе. Шьёт.

Маруся начала было потягиваться и вдруг застыла от изумления – глядит, не мигая, на бабушкины руки.

– Бабушка, ты ловкая? – спрашивает Маруся.

– Довольно ловкая, – отвечает бабушка, не отрываясь от работы. – А что?

– Пальцы у тебя какие послушные, – вздыхает Маруся. – Тебе рано дали чернила?

– Не помню… – отвечает бабушка рассеянно.

– Не помнит! – удивляется Маруся. – Смотрите-ка! Не помнит… Знаешь, бабушка, только две девочки в классе теперь пишут карандашом – я и Галя. Беда! Вдруг ей завтра дадут чернила, а мне нет!

– Возьми чернила, да и пиши себе, – предлагает бабушка. – Постели на стол газету, чтобы на скатерть не капнуть, да пиши…

– Ой! – ужасается Маруся. – Анна Ивановна не позволяет ещё мне. Что ты!

– Ну, как знаешь, – говорит бабушка. – Не хочешь, не надо.

– Ох, скорее бы завтра! – вздыхает Маруся. – Завтра, наверное, дадут мне чернила…

* * *

И вот завтрашний день приходит.

Первый класс «А». Девочки сидят пишут. Все пишут чернилами. Только Маруся и Галя пишут карандашами.

Анна Ивановна направляется к своему столу. Останавливается.

Все девочки смотрят на учительницу.

– Сейчас. Сейчас скажет! – бормочет Маруся.

– Галя! – говорит Анна Ивановна. – Подойди ко мне. Я дам тебе чернильницу.

Галя встаёт бесшумно. Идёт к столу. Получает чернильницу. Садится на место.

Маруся глаз не сводит с Анны Ивановны.

А та молчит. Читает что-то в классном журнале.

Нет, не получить сегодня чернильницы Марусе!

Маруся опускает голову. Пишет ожесточённо карандашом, не глядя ни на кого.

Анна Ивановна замечает это и улыбается.

Вдруг Галя падает головой на парту. Отчаянно плачет.

– Галя! – удивляется Анна Ивановна. – Что случилось?

– Be… ве… ве… – никак не может произнести Галя.

– Успокойся. Галя. Ты уже не маленькая. Говори, что случилось! – утешает её Анна Ивановна. – А вдруг мы придумаем, как тебе помочь?

– Ве… ве… вечером заказное письмо принесли… – рассказывает Галя всхлипывая. – Ма… мама… взяла ручку расписаться у меня… из сумки. По… потом стала письмо читать… От брата… Из Суворовского… А ручку забыла обратно положить..

– Да! – вздыхает Анна Ивановна. – Что же делать-то? Ни у кого нет лишней ручки?

Девочки добросовестно заглядывают в свои сумки, в портфели, в пеналы.

Нет! Никто не захватил в класс ручки.

Нина поднимает руку.

– Что ты хочешь сказать? – спрашивает Анна Ивановна.

Нина встаёт.

– У моего папы на столе, – сообщает она, – наверное, ручек пять есть. В таком стеклянном высоком стакане они стоят.

– Так, – кивает головой Анна Ивановна. – Ну и что?

– Я завтра принесу ручку.

– Завтра!.. – бормочет Галя. – Завтра я сама принесу.

– Верно, – говорит Нина печально.

Пока идут все эти переговоры, Маруся то открывает пенал, где лежит её ручка, то снова закрывает, то прячет пенал в парту, то снова достаёт, кладёт перед собой. Сжимает его обеими руками… И вдруг решается. Достаёт ручку. Протягивает Гале.

– На! – говорит она угрюмо.

– Что? – ворчит Галя, не понимая.

– На, – повторяет Маруся решительно. – Я всё равно карандашом пишу. Бери ручку.

– Молодец, Маруся! – говорит Анна Ивановна. – Вот теперь я вижу, что ты настоящая советская школьница. Помогла товарищу в беде.

Маруся стоит, очень довольная.

– Но только я не знаю всё-таки, как быть? – продолжает Анна Ивановна. – Я и тебе хотела дать сегодня чернила. Ты теперь хорошо пишешь…

Маруся делает движение вперёд, чтобы вырвать ручку у Гали. Потом машет рукой.

– Пусть! – говорит она.

– Что пусть?

– Пусть она пишет. Или так лучше: она пусть немного попишет, а потом я немного попишу, потом опять она, потом опять я.

– Ну, Маруся, ты совсем у меня молодец! – радуется Анна Ивановна. – А теперь иди за чернилами.

Маруся идёт к столу. Получает чернильницу и чу́дную новенькую ручку.

– На, – говорит Анна Ивановна. – Возьми мою ручку для такого случая.

Все девочки смотрят на Марусю с завистью. Подумать только, какая счастливая! Она будет писать ручкой Анны Ивановны!

Маруся возвращается на место. Окунает ручку в чернила и, чуть дыша, начинает писать. Осторожно-осторожно…

Как Маруся первый раз дежурила

Утро. Ещё очень рано.

Во дворе пусто. Только дворник подметает двор.

Из подъезда выбегает Маруся. Мчится к воротам.

– Куда в такую рань, Маруся? – окликает её дворник.

– Ох, Иван Сергеевич! Я дежурная сегодня! – сообщает девочка и скрывается в воротах.

В школе няня не спеша отпирает дверь первого класса. Маруся в нетерпении прыгает возле.

– Ох, эта Орлова! – посмеивается няня. – И какая она быстрая, эта Орлова! Прибежала ни свет ни заря…

– Нянечка, ведь я дежурная, – объясняет Маруся.

– Да уж вижу, понимаю, – отвечает няня, широко распахивая дверь. – Беги работай!

Маруся начинает хозяйничать в классе. Она надевает на руку красную повязку, берёт пыльную тряпку, вытирает доску, вытирает стол и поёт, поёт:

Кто дежурная?

Я дежурная,

Самая дежурная!

Главная дежурная!

Ах, какая чистота!

Ах, какая красота!

Замечательный класс

Получился у нас!

Маруся бежит за водой и поливает горшки с зелёными растениями в уголке живой природы.

Взобравшись на подоконник, открывает форточку. Поправляет расставленные и так в образцовом порядке вещи на столе учительницы и поёт, поёт:

Я дежурю в первый раз,

Прибрала я первый класс.

Замечательный класс

Получился у нас!

Кто дежурная?

Я дежурная,

Главная дежурная,

Самая дежурная!

В класс не спеша входит Верочка. На рукаве у неё повязка с красным крестом, на боку сумочка.

Маруся спрашивает строго:

– Что это сегодня так поздно все? Жду, жду, а вы всё не идёте.

– И совсем не поздно. Очень даже рано, – вздыхает Верочка. – Я всегда просыпаюсь раньше будильника. Всё боюсь, что он испортился.

– Погляди-ка мне уши и руки. Чистые? Мне потом некогда будет осматриваться. Я дежурная, – говорит Маруся.

Вера добросовестно разглядывает Марусины пальцы, ногти, шею, уши.

– Очень даже чистые, – говорит Вера.

– Я так и знала, – говорит Маруся.

Вера направляется к своему посту. Становится у дверей. Осматривает вновь приходящих девочек.

В классе поднялся шум. Две девочки в шутку начинают бороться. Маруся бежит к ним.

– Нельзя! – кричит она. – Вы поднимаете пыль! Подругам лёгкие портите.

Две девочки вдруг стали ссориться. Маруся бросается к ним.

– Мая, – кричит Маруся, – не толкай Шуру! Шура, перестань ей язык показывать! Ну что это такое – дерутся! Только теперь я вижу, какие мы непослушные.

Зазвонил звонок.

И вот уже все девочки сидят на своих местах.

Все, кроме Маруси.

Важная, она стоит неподвижно, как часовой, возле стола учительницы.

Входит Анна Ивановна. Здоровается с девочками. Говорит Марусе приветливо:

– Ах, вот кто нынче моя первая помощница!

Анна Ивановна оглядывает класс, кивает головой Марусе:

– Молодец! Всё в полном порядке. И доска чистая, никто не записан. Значит, девочки тебя слушаются. Молодец!

Анна Ивановна открывает портфель, достаёт оттуда тетрадки.

– Вот, – говорит она Марусе, – раздай девочкам. Сейчас мы будем писать.

– Они все уже проверенные? — озабоченно спрашивает Маруся.

– Да, – отвечает Анна Ивановна. – Конечно. Все проверены.

Маруся раздаёт тетрадки,

– Ай-ай-ай! – говорит она совсем как Анна Ивановна, обращаясь к одной из девочек. – Разве можно так горбиться! Как ты сидишь? Сядь прямо.

Девочка выпрямляется. Но очень удивлённо смотрит на Марусю.

Анна Ивановна улыбается и качает головой,

* * *

Прихожая. Раздаётся звонок. Бабушка торопливо открывает дверь. Необычно чинно входит в прихожую Маруся. Тихо говорит:

– Здравствуй, бабушка!

– Что с тобой? – встревоженно спрашивает бабушка. – Ты заболела?

– Нет, бабушка! Просто я дежурная сегодня, – отвечает Маруся. – Дежурные ведут себя очень хорошо. Я так устала…

– Совсем как я после дежурства в клинике, – говорит, улыбаясь, вошедшая мама.

– Знаешь, мама, ведь я теперь вроде Анны Ивановны, – говорит Маруся.

– Как это вроде Анны Ивановны?

– Я дежурная, мама, – объясняет Маруся. – За порядком в нашем классе кто следит? Я. Кто ребят выстраивает на перемене? Я. Они меня слушаются. А почему? А потому, что я дежурная. Понимаешь, мама?

– Очень даже хорошо понимаю.

– Мамочка! – говорит Маруся. – У меня к тебе большая просьба. Проверь, пожалуйста, будильник. Поставь его на шесть, как сегодня, или даже пораньше.

– Зачем это? – удивляется мама. – Ведь ты сегодня уже отдежурила.

– Так надо, мама! Если я завтра опоздаю, – всё пропало.

* * *

Утро. Ещё очень рано.

Идёт дождь.

Школа ещё заперта. Маруся ждёт, когда откроют школьную дверь.

Ждёт долго, долго…

Вот, наконец, пришла няня, и Маруся бежит в класс.

С красной повязкой на рукаве она вытирает классную доску. Вытирает парты.

Поливает цветы в уголке живой природы.

Открывает форточку.

Все это она проделывает быстро и уверенно.

И вот в пустом классе на месте Анны Ивановны снова сидит Маруся и ждёт девочек.

Наконец класс заполнился первоклассницами.

Нина, сев на место, раскрывает свою сумку, достаёт пенал, тетради и куклу.

Девочки окружают Нину:

– Кукла!

– Платьице какое!

– Чистенькое какое!

– Сама сшила, сама стирала! – объясняет Нина.

– Ой-ой! Глаза!

– Ой, туфли!

Суровая Маруся спешит на шум. Раздвигает плечом толпу. Пробирается к парте.

Нина усадила куклу возле чернильницы. Заботливо оправляет ей волосы.

– Это что такое? – спрашивает Маруся.

– Это кукла! – отвечает Нина.

– Зачем?

– Чего «зачем»?

– Не «чего», а «что». Зачем принесла куклу в школу?

– Потому что дома нельзя её оставлять. Вовка у нас уже большой парень, пять лет ему, а всё лезет в куклы играть.

– А тебе жалко маленькому брату дать игрушку? – качает головой Маруся.

– Не жалко, а разобьёт он.

Маруся наклоняется над куклой.

– Правда, бьющаяся… – бормочет она. – Крючок неправильно застёгнут… Ой, чулочки! Чулочки какие…

И Маруся, забыв, что она дежурная, тоже начинает рассматривать куклу. Улыбается во весь рот. Но вот она опомнилась.

– Сейчас же унеси куклу домой! – приказывает Маруся. – Школа – для ученья, не для игры.

– Не понесу! – говорит Нина упрямо.

Девочки заступаются:

– Куда её нести!

– Пусть останется!

– Нина опоздает на урок!

– Тише! Я дежурная! – кричит Маруся. – Ну, не хочешь нести – спрячь её обратно в сумку.

– Пусть она так посидит до звонка! – просит Нина.

– Нельзя, – отказывает дежурная. – Спрячь.

Нина сидит не двигаясь, прижимает куклу к себе.

– Спрячь. А то запишу!

Нина сидит, не двигается.

Маруся направляется к доске.

– Записываю! – говорит она.

Нина всхлипывает.

Весь класс притих.

– Маруся, не записывай' – умоляет Вера. – Я боюсь!

«Н-и-н-а», – записывает непреклонная Маруся.

Нина с таким вниманием глядит на нелёгкую Марусину работу, что даже всхлипывать перестаёт. «С-о-к-л ..»

– Ошибка! – кричит Нина.

– Где?

– Пропустила «о»! «Соколова» надо, а ты «Соклова»!

Нина бежит к доске:

– Вот сюда «о» надо. И «С» у тебя за линейку зашло.

Вдруг в класс вихрем врывается пышноволосая Галя. Видит девочек у доски.

– Это что такое? – кричит она строго.

– Маруся Нину записывает, – сообщает Вера печально.

– Зачем?

– Запишет, а потом Анне Ивановне скажет.

Маруся дежурная.

– Кто дежурная? – вскрикивает Галя возмущённо.

– Я дежурная! – отвечает Маруся.

– А вот нет!

– А вот да!

– Дежурная сегодня я! – сердится Галя. – Не смей доску пачкать! Скоро звонок, а доска не вытерта. Пусти, я вытру.

– Я сама вытру, – отвечает Маруся.

– Снимай нарукавную повязку! – приказывает Галя.

– Не сниму!

– Посмотри расписание! Анна Ивановна говорила, что сегодня мне дежурить.

Маруся только головой трясёт упрямо.

Галя бежит к цветам.

– И цветы полила! Не дежурная, а доску вытирает, за порядком следит… Я скажу Анне Ивановне.

Звонит звонок.

– Девочки, по местам! Звонок! – кричит Галя.

– Не слушайте её, а слушайте меня! – кричит Маруся. – По местам, девочки!

– Анна Ивановна идёт! – сообщает Верочка, стоящая у дверей.

Все разбегаются по местам.

Входит Анна Ивановна.

Девочки встают бесшумно.

– Здравствуйте, девочки! Садитесь, – говорит учительница и сама садится за свой стол

– Ну-с, кто сегодня у нас дежурит?

Встают Галя и Маруся. Говорят хором:

– Я!

Анна Ивановна глядит на обоих внимательно. И догадывается сразу, в чем дело.

– Так-так-так! Понимаю! – говорит учительница. – Кому-то из этих двух девочек ужасно жалко расстаться с нарукавной повязкой. Маруся, верно я говорю?

Маруся молчит.

– Не хочется тебе сдавать дежурство?

– Очень! – вздыхает Маруся.

– А почему?

Маруся молчит.

– Потому что дежурную все должны слушаться?

Маруся молчит.

– Ну, отвечай же, Маруся!

– Я не знаю, – отвечает Маруся. – Но только мне очень понравилось дежурить. Я думала, вы мне позволите ещё подежурить. Пожалуйста!

– Нет, Маруся, – говорит Анна Ивановна. – Галя будет дежурить не хуже тебя. А ты сумей себя так вести, чтоб тебя уважали и слушались и без нарукавной повязки. Садись. Сегодня дежурить будет Галя.

Маруся угрюмо садится и отдаёт Гале нарукавную повязку.

Пока Анна Ивановна достаёт из шкафа какие-то школьные принадлежности, Маруся рисует на листе бумаги невероятное страшилище. Ставит под ним подпись: «Галька».

* * *

Вечер.

Мама читает у стола. Бабушка шьёт.

Маруся сидит за уроками. Пишет так старательно, что даже язык высунула. Но вот она откидывается на спинку стула. Глядит на свет и щурится.

– Мама, – спрашивает она, – тебя подруги слушаются?

– Иногда слушаются, – отвечает мама.

– А когда?

– Когда я бываю права.

– А почему, когда смотришь, на свет, лучики бегут от лампы к глазам?

– Не знаю, – рассеянно отвечает мама, продолжая читать.

– А вот Анна Ивановна всё знает, – говорит Маруся. – Вот сегодня пришла, только взглянула и сразу узнала, что Галка у меня хочет отобрать дежурство.

– Ну, и что она сделала? – спрашивает бабушка.

– Ну, и велела мне дежурство сдать.

– Почему же?

– Не хотела, чтоб я всё дежурила да дежурила. Говорит: «Хочешь, чтоб тебя слушались, – пожалуйста, веди себя хорошо. А дежурить нечего там. А то привыкнешь, потом и не отвыкнешь».

Мама опускает книжку:

– Значит, Галя правильно отобрала у тебя дежурство?

– Ничего не правильно! – сердится Маруся. – Терпеть её не могу. Анна Ивановна правильно сказала, а Галя неправильно. Фу! Галька… Волосы у неё дыбом стоят. Прямо как дым вокруг головы.

– А ведь вы с ней дружили недавно?

– Дружили, когда я ей ручку отдала. А потом она Шуре сказала, будто я сказала, что Нина сказала, что она с Шурой не дружит.

– Да, – говорит мама, – запутанная история.

– Вот мальчики не ссорятся из-за таких пустяков, – говорит бабушка.

– Они не ссорятся – они дерутся, – отвечает Маруся.

– Я знаю одну девочку, которая совсем недавно тоже подралась с мальчиком, – говорит мама.

– Мама! – удивилась Маруся. – Как это «недавно»? Это было совсем давно.

– А по-моему, всего с месяц назад.

– Ну да!

– Уверяю тебя.

– Нет-нет, это было очень давно, – отвечает Маруся твёрдо. – Я была тогда совсем не такая.

Мама заглядывает в Марусину тетрадь.

– Красиво? – спрашивает Маруся.

– Ничего себе, – отвечает мама.

– Вот ещё строчку напишу – и готово!

Маруся пишет. Мама глядит.

– Дай мне одну букву написать, – просит мама.

– Ой! – пугается Маруся. – Ты не умеешь.

– Как «не умею»!

– Нет, нет, – кричит Маруся, – ты «В» неправильно пишешь заглавное! И «р» маленькое. Я на конверте видела. Анна Ивановна не так велит писать.

– Ну хорошо! – соглашается мама. – Не буду.

– А ты, мамочка, возьми листок и садись возле, – предлагает Маруся, – Я тебе буду показывать.

– Да ладно уж, потерплю, – отвечает мама.

– Я бы тебе позволила, но Анна Ивановна сказала, что за эту домашнюю работу она завтра отметки будет ставить.

Первая отметка Маруси

Маруся весело бежит домой. Она сегодня получила первую отметку, четвёрку. По улице ей навстречу бежит Серёжа.

Чтобы не встретиться со своим врагом в воротах, Маруся останавливается у витрины магазина.

Делает вид, что разглядывает выставленные там совсем неинтересные для неё электроприборы и радиолампы.

Серёжа вошёл уже было в ворота, но вдруг заметил возле урны с мусором папиросную коробку.

Подлетел лихо к урне. Поддел коробку носком, как футбольный мяч.

Делает несколько неудачных ударов по воротам, наконец забивает гол и бежит во двор.

Переждав, Маруся осторожно заглядывает в ворота, входит во двор и видит, что Серёжа старается загнать папиросную коробку в подъезд.

Сумка его расстегнулась, болтается на руке. А посреди двора лежат букварь и растрёпанная тетрадь.

Серёжа продолжает играть, ничего не замечает: Маруся останавливается. Поглядывает то на тетрадь с букварем, то на Серёжу. То отойдёт, то вернется. Никак не может решить, как ей поступить.

А Серёжа уже загнал коробку на ступеньки.

В это время порыв ветра распахнул тетрадь. И Маруся видит: Сережа тоже получил сегодня отметку. Тоже четвёрку.

– Эй, ты! – зовёт Маруся.

Это не помогает, Серёжа не оборачивается.

– Сережа! – кричит тогда Маруся.

Серёжа оглядывается.

Маруся молча показывает ему на тетрадь. И направляется к своему подъезду.

Серёжа хватает тетрадь и букварь, Кладёт их в сумку.

– Фасоня! – кричит он вслед Марусе. – Фасоня!

Маруся не оглядывается.

– То-то, посмирнела! – радуется Серёжа.

– Кто посмирнел? – не выдерживает Маруся.

– Ты!

– Это я посмирнела? – спрашивает она угрожающе.

– А то кто?

– И не стыдно! – качает головой Маруся. – Я твою тетрадку нашла с четвёркой, а ты ругаешься.

– Разве это с четверкой тетрадь выпала? – пугается Серёжа.

Лезет в сумку. Достаёт мокрую тетрадь, заглядывает в неё.

– И я четвёрку получила, – сообщает Маруся.

Достаёт свою тетрадь. Показывает Серёже.

– Хм… – говорит Серёжа неопределённо. – Я бы пятёрку получил, да пятно учительница нашла. Вот, видишь? – И Серёжа показывает отпечаток своего пальца на уголке страницы. – Я говорю ей, что у меня руки не отмываются. Не верит!

– Строгая? – спрашивает Маруся.

– Ого! – отвечает Серёжа. – А у вас?

– Не знаю, – говорит Маруся. – Мы её любим.

– И мы тоже, – сознаётся Серёжа. – В классе «Б» не такая. Они свою хвалят, но это глупости.

– А кружки́ у вас есть? – спрашивает Маруся.

– Ого! Сколько хочешь!.. А уголок живой природы есть у вас?

– Ого! – отвечает Маруся. – Самый красивый в школе. .. Ну, до свиданья, а то бабушка там, наверное, измучилась, не знает, сколько мне поставили.

– До свиданья.

– А гимнастика есть у вас есть? – кричит Маруся уже из дверей своего подъезда.

– Есть! – отвечает Серёжа. – А на экскурсии вас водят?

– Во-о-одят! – откликается Маруся издали.

* * *

Маруся вбегает в прихожую.

– Бабушка, – радостно кричит она, – я с Серёжей не подралась! Поговорила и не подралась. Честное слово!

– Чудеса! – удивляется бабушка. – А ещё какие новости?

– Хорошие! Очень! – ликует Маруся. – Я отметку получила.

– А какую? – спрашивает бабушка.

– Четвёрку! Гляди!.. Бабушка, что ж ты не радуешься? Ведь четвёрка – это очень близко к пятёрке.

Как Маруся с подругами готовилась к празднику

Сегодня класс совсем другой, совсем не тот, что в будни: он как будто надел выходное платье, приоделся к празднику. Это первоклассницы так его разукрасили. Через всю комнату протянуты ленты с флажками. Над классной доской – плакат:

ДА ЗДРАВСТВУЕТ ГОДОВЩИНА ОКТЯБРЯ!

Первоклассницы только что окончили свою работу. Ещё не убраны обрезки бумаги, банка с клеем, акварельные краски, стаканчики с водой, кисти. А сами работницы окружили пионервожатую Валю, Они отдыхают, слушают, как Валя читает им вслух:

– «Ленину было ясно – победа близка. Владимир Ильич каждый день посылал письма в Петроград… В письмах он давал указания о том, как начинать вооружённое восстание. Из ленинского шалаша шли в Петроград приказы. Шалаш стал штабом революции».

Первоклассницы заслушались, а Маруся – больше всех. Она так и впилась глазами в Валино лицо. Шевелит губами вслед за ней.

И вот чтение уже окончено. Маруся шагает домой, но брови её нахмурены, она шевелит губами, как будто повторяет вслед за Валей слова из интересной книжки.

И вдруг Маруся останавливается.

Кто-то загородил ей дорогу. Кто-то спрашивает её:

– Гражданка! Отчего вы такая сердитая?

Маруся вздрагивает, как будто её разбудили, поднимает глаза и вскрикивает радостно:

– Здравствуйте!

Дядя Володя стоит перед нею и улыбается.

– Я не сердитая, дядя Володя, я просто задумалась.

– О чём, разрешите узнать?

– Нам книжку читала Валя. Про Ленина.

– Об этой книжке ты и задумалась?

– Да. Ох, книжка, что за книжка! И про шалаш и про то, как в нём жил Ленин, как он работал, – про всё. Ох, счастливая Валя, так читать умеет хорошо!

– А кто такая Валя?

– Не знаете? Пионервожатая наша!

– Ты, значит, пионерка?

– Ой, что вы! Нам нельзя ещё. Пионеры знаете какие должны быть? Ещё придётся поучиться… Вы не к нам идёте?

– Нет, от вас, – отвечает дядя Володя. – Я за тобой. Дома беспокоятся, почему ты так долго.

– Ох, дядя Володя! – говорит Маруся. – Сегодня такой день… и читали нам. И мы готовились к годовщине Октября. И нам дали отметки за первую четверть.

– Очень хорошо, – говорит капитан, доставая записную книжку. – Ведь я сегодня улетаю в Заполярье. Поэтому и у вас был. Мама посылает твоему папе письмо. Бабушка – варенье. А ты чем отца порадуешь к празднику? Пятёрок сколько?

– Три! – отвечает Маруся. – Русский устный. Поведение. Пение.

– Так, – капитан записывает. – Четвёрок много?

– Немного. Одна: русский письменный.

– Так. Троек?

– Остальные тройки. Потому что я спешу очень… Всё тороплюсь куда-то. Но Анна Ивановна обещает, что я исправлюсь.

– Понятно, – говорит капитан. – Так папе и доложим.

Идут дни за днями, недели за неделями…

В классе тихо, очень тихо. Так тихо, как бывает только во время контрольной работы.

Первоклассницы переписывают что-то с доски и стараются, А Маруся старается больше всех. Она первой кончает работу, несёт тетрадку Анне Ивановне.

– Опять ты первая! – качает головой Анна Ивановна. – Всё проверила?

– Всё, всё, Анна Ивановна!

– Хорошо проверила?

– Очень, очень хорошо!

– А то проверь ещё, у тебя есть время.

– Нет, нет, Анна Ивановна! – убеждает Маруся учительницу. – Я не торопилась ничуточки.

Анна Ивановна заглядывает в Марусину тетрадку, укоризненно кивает головой. Маруся испуганно смотрит на неё.

– Прочти-ка это слово, – говорит Анна Ивановна, указывая на доску.

– «Собака», – читает Маруся.

– Правильно! А теперь прочти это… – И Анна Ивановна указывает на последнюю строчку в Марусиной тетради. – Что ты написала?

Маруся заглядывает в тетрадь. Ахает. Хватается за голову:

– Ах! Я написала… «босака»! Опять поторопилась!

* * *

Первоклассницы толпятся у окон.

Когда они утром шли в школу, был порядочный мороз, но всё-таки казалось, что это ещё не настоящая зима, что осень ещё тянется.

И вот, только что начался первый урок, как Галя закричала:

– Смотрите!

Все поглядели на окна и увидели, что идёт первый снег – настоящий, густой, крупный, зимний.

– Снег, снег, зима! – закричали девочки.

– Тише, тише! Урок уже начался! – сказала Анна Ивановна строго. – На перемене посмотрите на первый снег, поздороваетесь с ним.

Урок кончился, и первоклассницы толпятся у окон. Любуются.

Снег падает с неба хлопьями и вьётся на ветру. Иногда кажется, что он идёт не только с неба, а взлетает с земли или вылетает из-за угла. Снег успел покрыть крыши домов, а деревья в парке сделались белыми и пышными.

Перед третьим уроком Анна Ивановна сказала:

– Одевайтесь, девочки. Мы пойдём в парк, на урок природы.

Девочки завизжали от радости и побежали вниз.

В парке к этому времени всё стало совсем бело от снега, а на скамейках выросли белые снеговые горбы. И там стало так тихо, что девочки тоже притихли. Они молча шли за Анной Ивановной, а она рассказывала:

– В глубине, под снегом, прячутся от мороза корни трав. Прикрытые сверху снежным одеялом, они не замёрзнут. И почки деревьев плотно закрыты, как дверь в комнату. Туда, вовнутрь, не заберётся мороз. Так они и будут теперь дремать до весны.

И вот пришли новогодние каникулы

Дворник Иван Сергеевич сидит в кухне на полу. Он занят очень трудным делом: вставляет большую ёлку в деревянную крестовину. Колючие ветки лезут прямо в лицо Ивану Сергеевичу, но Маруся, надев варежки, чтобы не наколоться, раздвигает ветки, помогает Ивану Сергеевичу. Мама и бабушка возятся у стола, ставят тесто.

Вдруг Иван Сергеевич спрашивает строго:

– А скажите, товарищи, не напрасно ли я стараюсь?

– Как напрасно? – удивляется Маруся. – Почему напрасно, Иван Сергеевич?

– А вдруг ты не заслужила ёлку. Какие у тебя отметки?

Маруся улыбается со скромной гордостью.

– У неё всего одна четвёрка, – сообщает бабушка: – русский письменный. Остальные – пятёрки.

– Ого! – говорит Иван Сергеевич с уважением. – Ну, с такими отметками и погулять не стыдно.

– Ой, скорее бы завтра! – ноет Маруся. – Сейчас украсим ёлку. Потом ещё чай попьём… Умываться надо… Да раздеваться… Да пока усну… Да пока проснусь… Нет, не дождаться мне этого дня!

– Дождёмся, – говорит мама. – Давай-ка лучше сообразим, кого же мы в гости позовём. Сколько нам с бабушкой пирожков печь.

– Давайте! – говорит Маруся. – Ну… значит, прежде всего Галю позовём.

– Постой, постой! Ведь ты же с ней в ссоре! – говорит бабушка.

– Я? С Галей? – удивляется Маруся. – Ну, что ты, бабушка! Галя очень хорошая девочка… Потом Веру. Она очень славная. Нину ещё непременно. Шуру, Асю, Олю, Катю, Маю, Зину, Наташ – всех трёх. У нас в классе три Наташи.

– Порядочно! – говорит Иван Сергеевич.

– Ни в каком классе столько нет!.. Потом Светлану, Клару…

– Маруся, у нас тарелок не хватит столько! – ужасается бабушка.

– Они из блюдечек поедят, – говорит Маруся. – Ой! Ещё Женю. Ещё Симу…

– Погибли, – говорит мама. – Погибли, погибли!

– Кто? – удивляется Маруся.

– Мы с бабушкой, – объясняет мама. – Ну куда мы денем столько народу?

– Сейчас, сейчас! – говорит Маруся. – Ещё Олю, Надю, Лиду, Тамару, Люсю, Лену…

– Батюшки, весь класс! – хохочет бабушка.

– Ну, чем же я виновата, что у нас все девочки такие хорошие!

– Нет уж, зови только самых лучших знакомых. Иначе нам не разместиться, – говорит мама решительно.

– Мама, они все теперь мои лучшие знакомые.

– Придётся выбирать, – говорит мама.

– Ой! – вздыхает Маруся. – Люсю одну позвать – Лена обидится. Они на одной площадке живут. Тамару не звать жалко. Она и так вчера двойку получила.

– Ну и пусть дома сидит, учится, – говорит Иван Сергеевич.

– Нет, жалко, – возражает Маруся.

– Вот Серёжу бы я позвала! – говорит мама. – Раньше он бывал у тебя.

– Ну, вот ещё! – говорит Маруся. – Ни за что не позову.

– Вы же теперь в дружбе?

– Нет, в ссоре. Вчера чуть не подрались. Он Лизиного котёнка хотел со двора к себе домой унести.

– Было такое, – говорит Иван Сергеевич.

– Ну, думай, Маруся, думай! – торопит мама.

– Ладно уж. Я только свою колонку в гости позову, – решает Маруся.

– Сколько же это будет – колонка? – спрашивает Иван Сергеевич.

– Только четырнадцать девочек.

– Можно звать. Ёлка готова, – говорит Иван Сергеевич.

* * *

И вот Маруся дождалась, наконец, праздника.

Прихожая завалена пальто, рейтузами, шапочками вязаными, шапочками меховыми, ботами. Сразу видно, что все Марусины гости пришли, никто не отказался.

Вокруг ёлки топот, хохот, пение, крик. Сразу слышно, что всем Марусиным гостям весело.

К обеденному столу приставлен ещё круглый бабушкин столик и мамин письменный. Мама позвала всех пить чай, и в квартире стало немного потише.

Девочки едят, а Маруся их угощает:

– Пожалуйста, девочки, кушайте! Пробуйте конфеты с витаминами. Папа прислал мне за пятёрки. Они из Заполярья летели. Возьмите пирожки, у нас их целая гора.

Звонок.

– Ой, – кричит Маруся радостно, – ещё кто-то пришёл!

Она открывает дверь.

Серёжа стоит, угрюмый, на площадке. В руках у него свёрток.

– Здравствуй, – говорит он.

– Здравствуй, – отвечает Маруся.

– Мама велела, чтобы я тебе передал… – говорит Серёжа и протягивает свёрток Марусе.

– А что это? – не понимает Маруся.

– Яблоки.

– Какие?

– «Какие, какие»! Дедушка привёз из Крыма. Целый ящик. Мама велела, чтобы я тебе подарил к Новому году.

Марусина мама тоже выходит в переднюю.

– Что же ты, Серёжа? – говорит она. – Войди.

– Здравствуйте, Нина Васильевна! – отвечает Серёжа басом.

– Раздевайся, заходи.

– Не хочу.

– Почему?

– Не хочу. Там девчонки одни.

– Не девчонки, а девочки, – поправляет Маруся.

– Ну и пусть, – соглашается Серёжа. – Не пойду всё равно.

– Полно, полно тебе басом разговаривать! – смеётся мама. – Девочки тебя не обидят. Идём!

После чая столы убраны.

Гости играют в фанты.

Все шумят, все шалят, а Серёжа – больше всех. Он и забыл совсем, что кругом одни девочки, и ему очень весело.

* * *

Гости ушли. Мама и бабушка занимаются уборкой.

– Тише, тише! – говорит бабушка. – Марусю разбудим.

– Ничего, – отвечает мама. – Она набегалась. Её теперь и пушками не разбудишь.

Мама заглядывает в спальню и охает тихонько.

– Иди-ка, полюбуйся? – зовёт она бабушку.

Бабушка подходит и видит: Маруся и не думает спать. Она сидит на кровати, закутавшись в одеяло, поджав ноги. В руках у неё книжка. Она обо всём забыла, ничего не слышит, не видит.

Мама тихо подходит к Марусе.

– А спать кто будет, дочка? – спрашивает она ласково.

– Мама, – говорит Маруся, поднимая глаза от книги, – это та самая книжка! Ты подарила мне ту самую книжку! Помнишь, я тебе рассказывала?

– Какую? – спрашивает мама.

– Что нам Валя читала: «Рассказы о Ленине». Я думала, что их только вслух можно читать. Открыла… ой, знакомое! Попробовала прочесть одну строчку, потом другую. И вдруг ка-ак зачиталась! Мамочка, как интересно! Я, значит, все книжки могу теперь читать.

– Теперь ты только спать можешь, – улыбается мама.

– Ой, мамочка, сейчас усну! Ещё немного подумаю и усну, – обещает Маруся. – Я вот о чём думаю… Как хорошо было бы, если бы Ленин, когда был маленький, жил бы в нашем доме. А, мамочка? Во дворе играл бы. И я с ним… Мамочка, я знаю, что это так, выдумка… но только это очень интересно.

Маруся задумывается.

– Ну, девочка, что? – спрашивает мама.

– Только я не знаю, как его называть… Если бы он был маленький, я всё равно называла бы его… Владимир Ильич… Верно?

– Спи, девочка, спи, родная!

– Сейчас, сейчас, мама!

– Спи. Уже поздно. Завтра обо всём поговорим.

– Ну, хорошо. Раз, два, три! Засыпаю! – отвечает Маруся и с головой покрывается одеялом.

Каникулы кончились

Маруся входит в класс. Вид у нее очень важный и солидный.

Под мышкой книга – драгоценный мамин подарок.

Девочки радостно бросаются ей навстречу. Верочка первая торопится рассказать важную новость.

– Маруся, – кричит она, – смотри! У нас новенькая' Она всё болела, болела, а теперь к нам пришла.

И Маруся видит: на парте сидит незнакомая худенькая стриженая девочка.

Озирается и молчит.

– Боится, – сочувственно говорит Верочка.

– Как тебя зовут, девочка? – спрашивает Маруся

– Ася, – отвечает новенькая робко.

– Бояться не надо, – говорит Маруся наставительно. – Здесь твои подруги. Никто тебя не обидит. Ты читать умеешь?

– Да, – отвечает девочка

– А писать?

– Умею. Я вас догнала. Вот…

И Ася показывает девочкам свои тетради.

– Смотри-ка! – говорит Маруся. – Правда! Кто тебя научил?

– Мама.

– Погоди-ка, погоди… – говорит Маруся. – А доска у вас дома была?

– Нет…

– Значит, к доске ты не умеешь выходить?

– Нет.

– Ага! – радуется Маруся. – Дома разве так научишься! Ну, ничего. Сейчас мы тебе всё покажем. А как здороваться с учительницей, знаешь? Нет? Вот смотри. Девочки, сядьте. Я буду Анна Ивановна.

Маруся вихрем выбегает из класса.

Затем входит не спеша, приветливо улыбаясь.

Девочки встают. Новенькая тоже.

– Здравствуйте, девочки! Садитесь, – говорит Маруся. – Ася, вставать надо тихо. Грохот мешает заниматься другим. Иди к доске, Ася. Без шума. Ровненько. Это не пустяк. Первоклассницы должны ровненько ходить. Поняла?

– Ага! – говорит Ася.

– Не «ага», а «да», – поправляет её Маруся. – Первоклассницы должны правильно разговаривать… Это у тебя что такое? – спрашивает Маруся, указывая на подбородок.

– Борода, – говорит девочка.

– Вот и не знаешь! Подбородок. Надо знать. А это переносица. Правильно разговаривать надо.

– А это лоб? – спрашивает ошеломлённая Ася.

– Да, Ася, это лоб, – отвечает Маруся. – Но если ты хочешь спросить что-нибудь, поднимай руку.

– Только пальцами не щёлкай! – кричит Галя.

– Тише, тише! Я объясняю, – говорит Маруся. – Да, пальцами не щёлкай. Анна Ивановна и так всё увидит. Она всё видит. Ой, сколько ей ещё объяснять надо! А сейчас звонок.

– Про вежливость ей скажи! – кричат девочки наперебой. – Про то, что она теперь не одна. Что от наших двоек всей школе обидно. Чтоб домой не уходила, пока звонок не зазвонит. Про уголок живой природы. Про экскурсии. Про кружки скажи. Что ссориться нельзя…

Ася оглядывается во всё стороны растерянно.

– Не подсказывайте, – останавливает девочек Маруся. – Я сама знаю. Вот что… Мы научились, что такое мы… Понимаешь?

– Нет, – честно признаётся Ася.

– Мы – знаешь что такое? Первоклассницы. Мы друг за друга. А вся школа за нас. Вот так и веди себя. Понятно? Писать-то можно и дома научиться. А это…

Звонит звонок.

Ася вздрагивает.

– Не вздрагивай! – повторяет строго Маруся. – Это звонок. Бояться нечего.

– Одна девочка тоже вздрагивала, а потом стала Героем Советского Союза, – успокаивает Верочка.

– Анна Ивановна идёт! – сообщает дежурная.

Асе шепчут со всех сторон:

– Встать не забудь! Без шума.

– Руку подымай, когда захочешь спросить.

Входит Анна Ивановна. Девочки бесшумно встают.

А бедная Ася, заметавшись, встаёт с грохотом. Делает шаг к доске, поднимает одну руку, потом другую.

С шумом вываливается круглый пенал из её парты и катится по полу.

Анна Ивановна улыбается.

– Успокойся, Ася, – говорит она. – Я уже вижу. Девочки хотели научить тебя всему сразу. Ничего. Это они любя. Они забыли, что сами росли да умнели понемножку. Садитесь, девочки.

Девочки усаживаются.

– Ну, девочки, поздравляю вас с Новым годом и новым учебным полугодием' – говорит Анна Ивановна. – Теперь мы пойдём вперёд ещё быстрее, чем шли до сих пор.

Как пропали Маруся, Галя и Вера

Двор Марусиного дома.

Маруся, Галя и Верочка работают – строят снеговую бабу.

– Знаете что, девочки, – говорит Маруся, – я теперь удивляюсь даже, какая я была глупая!

– Когда? – спрашивает Галя.

– До каникул. Я всё торопилась, торопилась, торопилась, а теперь буду всё проверять, проверять…

– А я тоже сказала папе, – сообщает Галя, – что после каникул буду всё по арифметике понимать. А он смеётся.

– Почему?

– Говорит «посмотрим».

– Чего тут смотреть! – удивляется Маруся. – Мы теперь умные и послушные девочки. Даже бабушка говорит: «Что это ты послушная такая?» И мама моя удивляется.

– Смотрите – Серёжа! – сообщает Верочка.

Девочки перестают работать. Глядят на Серёжу. А он стоит посреди двора, смотрит на солнце в кулак, как в подзорную трубу.

– Серёжа, – зовёт Маруся, – ты что там увидал?

Серёжа взглядывает на девочек, сильно мигает – видно, солнце ослепило его, – подходит к ним.

– Бабу строите? – спрашивает он.

– Бабу, – отвечает Маруся.

– А ты что на небе смотрел?

– Как солнце к весне повернуло!

Девочки разом взглядывают на небо.

– А кто тебе про это сказал?

– Папа. С конца декабря день начал прибавляться на одну минуту. Теперь скоро весна.

– А мороз почему? – спрашивает Галя.

– Не сразу же! – объясняет Серёжа. – Ну, до свиданья!

– А строить с нами не будешь?

– Некогда. Сказать вам, куда я еду?

– Куда?

– За город. Я хочу весну в классе на окошке устроить.

– Какую весну? – удивляется Маруся.

– Такую, – хвастается Серёжа. – Знаешь небось дерево есть – верба?

– Ну и что?

– А вот что. Сейчас я сяду в трамвай и поеду за город. А там я найду вербу и наломаю веток.

– Зачем? – спрашивает Галя.

– Если поставить их в бутылочку на окошко – чудо будет. Распустятся на ветке барашки пушистые, а потом листочки. .. Вхожу в свой класс: «Вот вам в уголок живой природы подарок». Видали? За окном зима, а на окне уже весна будет. До свиданья!

И Серёжа бежит вприпрыжку к воротам.

– Ой, что делать! – чуть не плачет Маруся. – А мы? И я хочу вербу!

– Может, продаётся верба? – спрашивает Верочка. – Я шла мимо цветочного киоска, там что-то продают. Здесь, за углом, на скверике.

– Спросим, девочки! – радуется Маруся. – Подождите тут. Я у бабушки денег возьму.

* * *

Маруся вихрем врывается в дверь.

– Бабушка, – кричит она, – дай скорей денег! Вербу надо купить для школы. Её у сквера продают, за углом.

– Хорошо, – говорит бабушка. – Только не пропадайте.

– Не пропадём, бабушка! – говорит Маруся. – Как найдём вербу, так и вернёмся.

Вот и цветочный киоск. Киоск полон пышными бумажными цветами.

– У вас есть верба? – спрашивают все вместе – Маруся, Галя и Верочка.

– Ну что вы, девочки, – отвечает продавщица, – откуда сейчас верба! Приходите месяца через три, когда снег растает. Тогда и купите.

– И веточек никаких у вас нет?

– Веточками не торгуем. Да зачем вам веточки? Купите цветочек.

– Пойдёмте, девочки, домой, – говорит Вера. – Вербы нет, веточек тоже.

В это время мимо со звоном проезжает трамвай.

– Смотрите, – говорит Галя, – вон Серёжа!

С площадки трамвая машет им Серёжа.

– Когда вернёшься? – кричит ему Маруся.

– Через час! Тут близко! – отвечает Серёжа и уезжает.

– Вот… У них будет в уголке верба, а у нас нет…

– Девочки, – говорит вдруг Маруся, – давайте и мы поедем!

– Зачем? – спрашивает Вера.

– «Зачем, зачем»! За вербой. Анна Ивановна обрадуется. Приходим в наш класс: «Здравствуйте! Вот вам в уголок живой природы подарок». – «Вот молодцы, – скажет Анна Ивановна, – вербу принесли!»

– А дома? – говорит Галя. – Сама говорила: «Я теперь такая послушная!» А хочешь без спросу ехать…

– Без спросу! – возмущается Маруся. – Вот так без спросу! Я бабушке сказала – как найдём вербу, так и вернёмся. Едем!

Солнце светит так весело, Маруся уговаривает так горячо, что девочки решают:

– Ладно, поедем!

Тут ещё номер трамвая, нужный для поездки за город, подкатывает к остановке, звеня и громыхая.

Скорей, скорей!

И вот девочки забираются в вагон с передней площадки, протискиваются к окнам. Кондукторша дёргает за верёвку, вожатый звонит – поехали!

Знакомые улицы пробежали мимо трамвайных окон скоро, зато незнакомым и конца не было. Но вот за окнами потянулись огороды, поля, покрытые сугробами…

Вагон опустел. Только на скамейке, как раз против девочек, остался какой-то высокий бородатый человек. Он всё прислушивался к разговорам девочек. И вдруг окликнул их:

– Первоклассницы, а первоклассницы, это вы куда же едете?

– Вербу искать, – отвечает Вера.

– А зачем вам нужна верба?

– В уголок живой природы, – объясняет Маруся. – Мы её поставим в воду, она распустится. Анна Ивановна нам про неё расскажет. А мы это очень любим.

– Вот это радует моё сердце! Мы с вами товарищи, – говорит бородатый пассажир. – Я учёный, ботаник, всю жизнь занимаюсь растениями и знаю о травах, о цветах много интересного.

– Ой, приезжайте к нам в школу' Расскажите! – просят девочки.

– Приеду. С удовольствием. Вы из какой школы?

– Сто пятьдесят шестой, – отвечает Галя.

– Запомню… Ну так вот, у меня сейчас лекция, а то бы и я поехал с вами за вербой. А вы сойдите через две остановки. Оглядитесь внимательно. И увидите вербу, если её уже всю не обломали… Кстати, дома знают, что вы отправились за вербой?

– Бабушка знает, – отвечает Маруся.

– Ну, то-то! – говорит учёный. – До свиданья! – Он пожимает руки девочкам и сходит с трамвая.

Девочки вылезают из вагона.

Лес совсем близко. Пройдёшь через поле – и ты в лесу.

Вот девочки уже шагают по дорожке среди высоких деревьев. Они оглядываются, ищут – нет в этом лесу ни одной вербы! Здесь ещё очень много снега, куда больше, чем в городе. Зима и не собирается уходить из лесу. Дорожка делается у́же да у́же, потом совсем исчезает. Но упрямая Маруся всё идёт да идёт вперёд. Подруги молча шагают за ней.

Верочка, идущая сзади, всё время оглядывается.

– Маруся! – зовёт она наконец дрожащим голосом. – А Маруся!

Маруся не отвечает. Шагает вперёд без оглядки.

– Маруся, – умоляет Верочка, – давай повернём обратно! Здесь очень уж тихо… Маруся, а Маруся! Кто-то прячется в кустах и глядит на нас…Ой!

Глыба снега срывается с ветвей, тяжело шлёпается на землю. Какая-то птица проносится между стволами, исчезает в чаще.

– Вот видишь! – вскрикивает Верочка.

– Ну что, что? Чего ты, глупенькая, испугалась? – говорит Маруся. – Это пролетела птица. Пти-ца! Понимаешь? Кажется, дятел. На юг не улетает. Питается насекомыми. Смешно птиц пугаться. Не маленькие. Правда, Галя?

– Правда! – соглашается Галя. И тотчас же добавляет: – Но только всё-таки идём домой. Мне тоже что-то в город захотелось. Верно Вера говорит – очень уж тут тихо…

Маруся качает головой:

– Ладно, упрямые вы девочки! Хорошо. Идём!

Девочки поворачивают обратно, и вдруг лёгкий зверёк с пушистым хвостом перелетает прямо над ними с ёлки на сосну.

– Белочка! – вскрикивают девочки радостно.

А белка замерла на качающейся сосновой ветке. Глядит на девочек, не убегает.

– Она ручная, честное слово, ручная! – шепчет Маруся. – Вот поймать бы её да принести в уголок живой природы – это лучше всякой вербы… Белочка, белочка! Кис-кис-кис!

Маруся крадётся к сосне на цыпочках, но белка, распушив хвост, прыгает в чащу.

– Ой! – вскрикивает Галя.

– Белочка, где ты? На-на-на! – зовёт Маруся.

– Смотрите! – шепчет Вера.

На верхушке берёзы сидит белка, разглядывает девочек, вертит головой. Но, едва девочки успевают подбежать к берёзе, зверёк, будто играя, прыгает на соседнее дерево. А девочки бегут за ним следом, всё дальше и дальше в лес.

* * *

За окном уже вечер. Бабушка стоит у окна, глядит на улицу.

На улице поднялся ветер. Снег начинает падать крупными хлопьями.

– Куда же это они девались? – ворчит бабушка.

Она одевается и выходит во двор. Навстречу ей идёт Серёжа.

– Серёжа, ты Марусю не видел тут с её подругами? – спрашивает бабушка.

– Видал, – отвечает Серёжа. – Только давно. Я уехал за город. А они возле скверика стояли. За углом.

Бабушка идёт по улице. Заглядывает в скверик. Там пусто.

* * *

Темнеет. Девочки бредут между деревьями. Вера плачет. Галя ворчит:

– Это ты виновата! «Поедем! Поедем!» Вот и заблудились.

– Замолчи! – говорит Маруся. – Анна Ивановна говорит, что в беде дружно держаться надо. Будешь ссориться, я тебя за косу дёрну.

– Такой дикий лес! – плачет Вера. – Совсем дикий лес. Как на картинке.

– Мы сюда на трамвае приехали! – сердится Маруся. – А до диких лесов сколько недель надо добираться? Забыла?

Некоторое время девочки идут молча.

– Тише! – вдруг говорит Маруся.

Девочки прислушиваются.

Где-то, трудно понять где, как будто в верхушках деревьев, что-то поёт, гудит протяжно и жалобно. Девочки жмутся друг к другу в страхе.

– Я говорила! – шепчет Вера. – Это лес какой-то не такой… Белка завела нас, да и бросила.

– Это вот что гудит! – кричит радостно Маруся. – Это телеграф. Проволоки на ветру гудят. Вот они! .. Идёмте. Пойдём под проволоками и придём на какой-нибудь телеграф. И дадим домой телеграмму: «Простите, мы заблудились. Маруся, Галя, Вера».

Радостные, поглядывая всё время наверх, чтобы не потерять провод, бегут девочки по темнеющему лесу. Теперь они повеселели – бегут вприскочку и поют хором:

– «Ты гуди, гуди, гуди! Ты гуди, гуди, гуди!»

Марусе приходит в голову продолжение:

– «Нас до дому доведи!»

– «Ты гуди, гуди, гуди и нас до дому доведи!» – поют все вместе.

Бегут туда, куда ведёт их телеграфный провод. И вдруг Верочка, которая только что пела и приплясывала, исчезает. Как будто её и не было.

– Верочка! – вскрикивает Галя – и тоже исчезает.

Маруся стоит неподвижно, глядит в страхе на то место, где только что так весело прыгали её подруги.

– Галя! Вера! Где вы? – кричит Маруся.

– Провалились в яму! – слышатся голоса, как будто из-под земли.

– Сейчас я подсажу Веру… Ты дай ей руку, – слышен Галин голос.

Маруся ложится на край ямы. Протягивает руку. Галя подсаживает Веру.

Скользя, падая, срываясь, выбирается Верочка из снежной ямы.

– А ты? – спрашивает Маруся.

– Я сама, – отвечает Галя.

– Давай руку! Давай руку! – кричит Маруся.

Галя подпрыгивает, встаёт на цыпочки, но всё напрасно – она не может достать до Марусиной руки.

– Ой, она там останется!.. – хнычет Верочка.

– Тише! – останавливает её Маруся. – Тише! Я вспомнила. Про альпинистов Анна Ивановна читала… – Маруся снимает с себя шарф и бросает его конец в яму. – Вот, вместо верёвки… Галя, держись крепче!

Маруся и Вера тащат за другой конец шарфа, и вот, наконец, Галя выползает из ямы.

– Молодец! – говорит она Марусе. – Молодец. Придумала.

Девочки взглядывают вверх, ищут свою путеводную нить.

А снежная буря усилилась. Стемнело.

Исчезли телефонные провода. Не разглядеть их во мгле.

– Они потерялись! – плачет Верочка. – Кто нас теперь выведет?

– Идём, – приказывает Маруся. – Всё равно идём! Идём! Я помню, куда они нас вели.

* * *

А в городе тревога.

В Марусиной квартире – Марусина мама, Марусина бабушка, Верина мама и Галина мама. И Анна Ивановна здесь же. Она уже позвонила по телефону на радио, теперь звонит в милицию.

– Всё понятно, товарищ учительница, – отвечает начальник милиции. – Сейчас передам телефонограмму по всем отделениям. Срочно прикажу искать.

И во всех отделениях милиции дежурные принимают телефонограмму; «Три девочки, ученицы первого класса 156-й школы, ушли из дому и не вернулись. Принять срочные меры».

И репродуктор на улице говорит громко:

– Три девочки, ученицы первого класса сто пятьдесят шестой школы…

Знакомый нам учёный ботаник останавливается как вкопанный у репродуктора.

– …Маруся Орлова, – продолжает репродуктор, – Галя Боромыкова и Вера Петрова ушли сегодня утром и не вернулись. Просьба ко всем видевшим их сообщить по телефону: центр пять – тридцать два – тридцать шесть.

Учёный достаёт из кошелька гривенник. Бежит в дверь, возле которой висит табличка: «Телефон-автомат», и набирает номер 5-32-36.

* * *

Анна Ивановна успокаивает бабушку и маму.

– Найдём, найдём, – говорит Анна Ивановна. – И милиция ищет их. И ученицы мои бывшие, теперь семиклассницы, обходят всех Марусиных подруг. И шефам я позвонила. Директор послал свою машину – на случай, если понадобится.

Под окном громко гудит гудок автомобиля.

– Да вот машина и приехала уже, – говорит Анна Ивановна. – Не волнуйтесь.

…По шоссе мчится большой автомобиль. В автомобиле Анна Ивановна, учёный ботаник и офицер милиции.

* * *

Девочки бегут по лесу. Выходят на большую поляну. Идут очень медленно.

– Бежит кто-то, – шепчет Галя. – Ой! Волк! Волк!

И действительно, большая тёмная тень приближается к девочкам огромными прыжками.

Девочки бросаются бежать. Вера оглядывается и проваливается в снег.

А волк всё ближе и ближе…

Верочка закрывает руками голову. Кричит:

– Спасите меня! Пожалуйста, спасите, дорогие, милые!

Маруся хватает торчащую из снега палку. И, не помня себя, отчаянно размахивая ею, бросается обратно, навстречу волку.

– Пошёл вон! Пошёл вон! Немедленно! – кричит Маруся волку.

И волк вдруг останавливается.

– Ага! – кричит Маруся. – Испугался? Не бойся, Вера. Нас трое, а волк один. Ага! Сел?

Волк на самом деле сел. Поднял голову. Залаял отрывисто, громко.

– Собака! Волки не лают, Анна Ивановна говорила. Правда, волки не лают! – кричит Маруся. – Ой, глядите!

И девочки видят…

Далеко-далеко в чёрной мгле, за поляной, загораются огоньки. Они блуждают между деревьями, как бы переглядываются, перемигиваются. И наконец, выстроившись полукругом, двигаются вперёд, к девочкам.

– Разбойники! – шепчет Вера.

– Нет-нет-нет! – кричит Маруся. – Собаки разбойникам не помогают. Это милиция.

Маруся бросается к собаке. Пёс виляет хвостом, но, когда Маруся хочет погладить его, увёртывается. А когда Маруся хочет побежать вперёд, он загораживает ей дорогу и рычит.

– Пусти! – просит Маруся. – Мне надо сказать милиционерам, чтобы они нам показали дорогу.

Пёс не слушается.

– Пусти! Мы ведь не бандиты. Мы просто нечаянно убежали. Они бандитов ищут.

– Они всё равно сюда идут! – говорит Галя.

И действительно, цепь чёрных фигур двигается вперёд. Теперь видно, что огоньки – это электрические фонари в руках идущих.

Вот луч света падает на тесно прижавшихся друг к другу девочек. И они слышат знакомый голос:

– Маруся! Галя! Вера!

Девочки ахают тихонько.

– Девочки, почему вы не откликаетесь? – встревоженно спрашивает знакомый голос.

– Анна Ивановна! – вскрикивает Маруся.

Девочек окружает целая толпа. Здесь знакомый ботаник, и пионервожатая, и милиционеры. И вот сама Анна Ивановна подходит к девочкам.

– Ну, девочки, – говорит Анна Ивановна, – вы меня очень обидели. Что же это выходит? Учились мы, разговаривали, дружили – и всё напрасно!

– Так ведь мы за вербой для уголка живой природы… – бормочет Маруся чуть слышно.

– Да, – говорит учёный ботаник, – обидели учительницу. Да ещё какую учительницу! Часу не прошло, как она полгорода на ноги поставила… И всё – чтобы вам помочь. Нехорошо!

* * *

Мчится автомобиль. Девочки сидят возле Анны Ивановны. Не спускают с неё глаз. Маруся поднимает руку.

– Ну, говори, – разрешает Анна Ивановна.

Маруся встаёт. Но машину качает. Девочка чуть не падает.

– Да уж ладно, говори сидя, – разрешает учительница.

– Вы, Анна Ивановна, не думайте… – говорит Маруся робко. – Мы чему-то научились.

– Например? – спрашивает Анна Ивановна.

– Например, не ссорились. Потом, не боялись, не плакали, пока не стемнело.

– Так, – говорит Анна Ивановна. – А потом?

– А потом… потом все старались это… как это… не падать духом. И дружно вели себя…

– Она меня от волка спасала! – сообщает Вера.

– От какого волка? – удивляется Анна Ивановна.

– От собаки, которая нас нашла. Но только мы не знали тогда, что это собака. Думали, волк. Я упала. Кричу. А Маруся прямо на него! Ругает его!

– Вот это уже меня утешает немного, – говорит Анна Ивановна.

* * *

Девочки сидят в классе, И вдруг в дверь входит незнакомая учительница.

– Садитесь, девочки, – говорит незнакомая учительница. – Эти дни заниматься с вами буду я. Анна Ивановна, бродя в лесу по снегу в поисках наших беглянок, простудилась и заболела.

Маруся мрачно опускает голову.

* * *

На площадке лестницы, перед дверью в квартиру Анны Ивановны, топчутся Маруся, Верочка, Галя.

– Звоните! Что же вы? – сердится Маруся.

– Ты звони! – отвечает Галя.

– А ты что – боишься, что ли?

– А ты не боишься?

– У меня руки замёрзли…

– А у нас не замёрзли?

Маруся качает головой укоризненно, храбро шагает к двери и останавливается.

– Осмотрите меня, – просит она. – Волосы не растрепались? Воротник не измялся? Хорошенько смотрите! Больную нельзя огорчать.

Девочки старательно оглядывают друг друга, поправляют косички, одёргивают платья, подтягивают чулки, и, наконец, Маруся подходит к двери, звонит и отскакивает.

Дверь открывается.

На пороге – старушка с волосами белыми-белыми, белее снега.

– А, здравствуйте! – говорит старушка приветливо. – Заходите, не бойтесь.

Девочки входят в прихожую.

– Вы к моей дочке пришли? – спрашивает старушка.

– Нет, мы к нашей учительнице… К Анне Ивановне…

– А вдруг это и есть моя дочка? – улыбается старушка.

И девочки слышат знакомый голос:

– Мама, кто пришёл?

– Сейчас увидишь! – отвечает старушка. – Сейчас гости разденутся и войдут.

Анна Ивановна, похудевшая и побледневшая, лежит в постели.

– Здравствуйте, девочки! – говорит она приветливо.

– Здравствуйте, – отвечают девочки шёпотом.

А старушка смеётся:

– Вот они у тебя какие робкие! Даже голос потеряли… Садитесь, садитесь, маленькие, а я пока больной лекарство дам.

Со вздохом Анна Ивановна выпивает ложку, видимо, очень невкусной микстуры.

Девочки не сводят глаз с учительницы.

– Ну, девочки, как идёт у вас ученье?

Девочки переглядываются и не отвечают.

– Отметки были?

– Ну, Галя, вспомни-ка, что ты получила по арифметике?

– Че-че-тыре, – отвечает Галя.

– А у тебя, Вера?

– Пять, – шепчет Верочка чуть слышно.

– А у тебя, Маруся, сколько?

– А меня не спрашивали.

– Что с вами, девочки? – удивляется Анна Ивановна. – Почему это вы сегодня на себя не похожи?

– Они удивляются, – говорит старушка. – Удивляются, что учительница живёт не только в школе, но и дома, что у неё есть мама, которая беспокоится за неё, что учительница болеет, что она похудела и побледнела.

– Анна Ивановна! – вскрикивает Маруся и бросается к учительнице. – Анна Ивановна, выздоравливайте! Мы больше не будем! Выздоравливайте!

– Ну хорошо, я постараюсь, – говорит учительница.

* * *

Девочки сидят за партами. Класс залит солнцем. За окнами весна.

– Идёт! – кричит от дверей Галя и бежит на своё место.

– На меня смотрите! – шепчет Маруся.

Анна Ивановна входит в класс. Девочки встают так легко и бесшумно, что просто удивительно.

– Здравствуйте, девочки! Садитесь, – говорит Анна Ивановна.

Девочки садятся. И вдруг все подымают руки:

– Что такое? Что вы хотите сказать? – удивляется Анна Ивановна.

Девочки встают, взглядывают на Марусю. Она взмахивает руками, и весь класс говорит хором, негромко:

– Мы очень рады, что вы поправились!

– И я очень рада видеть вас, – говорит Анна Ивановна. – Честно скажу, без вас я соскучилась. И ещё вам признаюсь вот в чём: мне понравилось, как вы меня дружно встретили, – все как один. Так мы и будем работать всё время: дружно. И вот, наконец, когда расцветут цветы и листья распустятся на деревьях, мы окончим первый класс.

Как пришла весна и что она принесла первоклассницам

Скверик во дворе Марусиного дома.

Листья на деревьях распустились Цветы цветут на клумбах Маруся, бабушка и мама в кухне занимаются хозяйством.

– Ой, бабушка! Ой, мама! Сегодня последний день! Сегодня скажут, во втором я классе или нет, – волнуется Маруся.

Звонок.

Входит знакомый почтальон. Держит в руках телеграмму.

– Здесь проживает Маруся Орлова? – спрашивает он строго.

– Вот я! – отвечает девочка.

– Вам телеграмма, – говорит почтальон. – Распишитесь.

– Пожалуйста, – отвечает Маруся.

– Карандашик возьмите, – предлагает почтальон.

– Что вы, что вы, я не маленькая! – говорит Маруся. – Я давно уже чернилами пишу!

Она убегает в комнату и возвращается с чернильницей.

Почтальон протягивает ей квитанцию.

– Без линеек! – пугается Маруся. – И места очень мало.

– А вы сколько поместится, столько и напишите, – разрешает почтальон.

И Маруся пишет старательно:

М. Орло…

– Ничего. Достаточно, – говорит почтальон. Он подаёт Марусе телеграмму: – Читайте!

– Пожалуйста, – отвечает Маруся. Читает: – «Поздравляю дочку переходом второй класс…» – И вдруг Маруся останавливается. Краснеет. – Одно слово не могу прочесть! – сознаётся она упавшим голосом.

– Какое?

– «Тчк». – пробует произнести Маруся.

– А… Это значит – точка Это сокращение такое, – объясняет почтальон.

– Неправильное сокращение! – говорит Маруся твёрдо.

– А вы не обращайте внимания. Читайте, – предлагает почтальон.

– Маруся читает:

– «… Завтра днём прилечу. Целую. Папа».

Маруся оглядывает всех и бросается обнимать и целовать бабушку, почтальона, маму.

* * *

Маруся получила свой табель.

На этот раз у неё в табеле одни пятёрки.

И внизу стоит определение педагогического совета: Перевести во второй класс.

– Маруся, – удивляется Анна Ивановна, – неужели ты не рада?

– Я не рада? – удивляется Маруся в свою очередь. – Что вы! Ой, не рада!.. Я только думала… что табель на этот раз будет не такой, Как всегда.

– А какой же?

– Я не знаю… Я думала – с золотыми полями. С цветочками. .. Ведь второй класс! Это с ума сойти можно!

* * *

Маруся, мама и папа идут на вечер в школу. Когда они проходят мимо репродуктора, музыка обрывается.

Торжественный голос произносит:

– Поздравляем школьников и школьниц, перешедших сегодня во второй класс!

– Нас поздравляют! – говорит, гордо улыбаясь, Маруся.

… Зал школы. Праздничный, нарядный.

Выстроились рядами все первые классы – виновники сегодняшнего торжества.

Учительницы, как командиры, стоят возле своих учениц.

Во главе с Анной Ивановной в первом ряду – первый класс «А».

– Поздравляю вас! – говорит директор школы. – От всей души поздравляю вас, девочки. Закончился ваш первый учебный год. Потрудились вы честно, во всю свою силу, – и вот у вас праздник сегодня. Вы поднялись на целую ступеньку выше. Теперь все вы – ученицы второго класса сто пятьдесят шестой советской школы. Набирайте побольше сил за лето и поскорее возвращайтесь в школу. До нового учебного года. До первого сентября!

Все громко хлопают в ладоши.

В зале много гостей.

Вот мальчики из соседней школы со своей учительницей, приглашённые специально по такому торжественному поводу. Среди них Серёжа.

В зале – родители, шефы с завода, знакомый нам бородатый учёный ботаник.

Открывается занавес. На сцену выходит Маруся.

Она объявляет:

– Сейчас мы, ученицы первого класса…

За кулисами шум.

Девочки высовываются из-за кулис, подсказывают Марусе, перебивая друг друга:

– Второго! Второго!

Маруся смущается, но сразу соображает, в чём дело. Поправляется:

– Я нечаянно ошиблась. Сейчас мы, ученицы второго класса, будем выступать.

В полном составе выходит на сцену второй класс «А».

Девочки поют:

Первый класс!

В первый раз

Год назад ты принял нас.

Перешли мы во второй

И прощаемся с тобой

Мел, доска, картины, карты

Вместе с нами перейдут.

Чуть повыше станут парты,

Вместе с нами подрастут.

Полюбили мы друг друга,

За подруг стоим горой,

И со мной моя подруга

Переходит во второй.

А учительница что же?

Бросит разве нас с тобой?

Нет, учительница тоже

Переходит во второй.

Так, дорогою весёлой,

Мы шагаем, вставши в строй,

Вместе с классом, и со школой,

И со всей родной страной.

Первый класс!

В первый раз

Год назад ты принял нас.

Перешли мы во второй

И прощаемся с тобой.

Content

Евгений Львович Шварц
Первоклассница

Как Маруся первый раз пришла в школу

Как Маруся не послушалась бабушку

Как Маруся начала учиться

И вот пошли дни за днями…

Несчастный и счастливый день Маруси

Как Маруся первый раз дежурила

Первая отметка Маруси

Как Маруся с подругами готовилась к празднику

Идут дни за днями, недели за неделями…

И вот пришли новогодние каникулы

Каникулы кончились

Как пропали Маруся, Галя и Вера

Как пришла весна и что она принесла первоклассницам