Нурман Серине Регине

Козёл-Круторог

Серине Регине Нурман

Козёл-Круторог

В некотором королевстве жил король, и был у него сын единственный. Король так любил своё дитя ненаглядное, что ни днём ни ночью с ним не разлучался. Сидит король на троне, и королевич подле него на серебряном стульчике, приляжет король вздремнуть и сына рядом с собой уложит, голову его на своём плече покоит. С ребятами бегать королевичу не давали, друзей-приятелей во дворец не пускали.

А королевич-то был добрый и послушный мальчик, всегда старался отцу угодить, воле родительской ни в чем не перечил. Рос он сиротой без матери: в день, когда крестили королевича, королева вдруг исчезла, точно сквозь землю провалилась, и никто не знал, что с нею сделалось. Король от горя места себе не находил, разослал он гонцов по всему свету, поскакали гонцы во все концы и всюду спрашивали, не видал ли кто-нибудь королеву, да так ни с чем и вернулись.

С тех пор король и дрожал над сыном и глаз с него не спускал; видать, боялся, как бы и с мальчиком чего не случилось. Плохо ведь на старости лет одному остаться: силы у старика слабые, все ему трудно, а пожалеть да утешить некому.

В день, когда королевичу исполнилось пятнадцать лет, король вдруг заболел, напала на него хвороба, да такая, что страшней и быть не может. Позвали на помощь лучших лекарей, но ни один не знал, как тут помочь. С каждым днём королю становилось все хуже.

Однажды утром, просидев всю ночь возле больного отца, королевич вышел подышать свежим воздухом. И вот, когда он прогуливался, ему в дальнем краю сада повстречалась сгорбленная старушка с клюкой.

— Здравствуй, королевич, — говорит ему старушка и кланяется так низко, что подол платья по земле стелется.

— И тебе здорово, бабушка! — сказал королевич и хотел уж было мимо пройти, но старушка поймала его за край плаща.

— Знал бы ты, добрый молодец, что мне ведомо, небось не торопился бы уходить, — а сама держит его за плащ и не отпускает.

— До того ли мне, чтобы с тобой разговаривать, — сказал королевич. — Ведь короля, батюшку моего, злая хворь извела-замучила. Собрались над ним знаменитые лекари, из семи царств-государств созванные, но сколько ни хлопочут, ничего не придумают, никто не знает, как боль унять, а уж вылечить и вовсе речи нет. Да уж ладно! Сказывай, старая, зачем пожаловала. Так и быть, я тебя выслушаю.

— За горами, за долами стоит у моря синего возле гор крутых замок медный. Дорога туда неблизкая, ни много ни мало — семьсот миль пути.

В том замке есть большая горница, а в той горнице кошка чёрная сидит на золотой цепи. На левом ухе у кошки три волоска: первый волос — серебряный, второй — золотой, а третий — белый.

Возьми эти три волоска да приложи отцу к болячке, потом уколи кошке ухо, чтобы три капли крови на язву пролились, и с короля всю хворь как рукой снимет. Но хозяин того замка — злой великан. Берегись его и помни — сперва надо снять с кошки золотую цепь, а потом смело бери её и уноси с собой. Хорошенько запомни мой совет, не то худо будет.

— Скажи, бабушка, куда мне ехать, — попросил королевич, — и я немедля поеду и привезу снадобье, хотя бы пришлось скакать за семь тысяч миль.

— Поезжай на запад и никуда не сворачивай, — молвила старушка и с этими словами исчезла, точно её и не бывало.

Король не больно-то обрадовался, когда услыхал от сына, что ему старушка поведала. Других детей у короля не было, и в душе он испугался, что умрёт, не дождавшись сына. Но королевич так упрашивал, что отец поневоле согласился отпустить его за волшебной кошкой.

И вот королевич собрался, на прощанье наказал отцу, чтобы крепко надеялся, оседлал лучшего коня из королевской конюшни и пустился в дорогу.

Скачет королевич по горам, по долам, никуда не сворачивает, держит путь в западную сторону. Долго ли, коротко ли ехал, видит — впереди широкая река, конь под ним притомился, да и самому дальше ехать мочи нет. Слез королевич с коня и отпустил его пастись на лугу, а сам разложил на берегу костёр и достал дорожную снедь. Только сел королевич у костра, вдруг откуда ни возьмись очутился перед ним серый козёл, подошёл близко и стоит.

Королевич любил животных, он протянул руку и почесал козлу бороду:

— Откуда ты, козёл-козлище, взялся? Как звать тебя, молодца, по имени, и кто твой хозяин? — спрашивает королевич.

— Звать меня Круторог-виторог, бодат-бородат, по зову рога готов на подмогу. А хозяина у меня нету, и коли ты кликнешь меня, да имячко моё скажешь, тут я появлюсь перед тобой и любую службу, какую ни прикажешь, исполню, — сказал козёл.

— Круторог-виторог… — начал было говорить королевич да и запнулся.

— Не беда, коли с первого раза ты не смог назвать моё имячко; а ты его выучи и не забывай. Когда нужда придёт, тогда и позовёшь меня на помощь, — сказал козёл. — А теперь садись ко мне на спину, и я отвезу тебя к медному замку.

Уж и рад был королевич такой удаче! Погладил он на прощанье своего коня и отослал его домой. Потом королевич загасил костёр, сложил снедь в дорожную сумку и вскочил верхом на козла.

Пустились они вскачь быстрее птицы, и раньше, чем солнце из моря вышло, они были уже у ворот медного замка. Замок стоял на узкой полоске земли у подножия каменных гор, на берегу моря-океана, в окнах замка вспыхивали и сверкали отблески утренней зари.

— Я пойду пастись в березняк, а ты ступай за кошкой; смотри только не задерживайся, чтобы нам вовремя назад поспеть, — сказал козёл.

Ворота были не заперты, и королевич вошёл в замок. Каждый шаг отдавался гулким эхом в его высоких хоромах, всюду было тихо и пустынно, и королевич не встретил ни души.

Наконец он попал в самую большую горницу. Там тоже все было тихо и пусто, а посередине расхаживала на золотой цепи кошка — чёрная, точно вороново крыло.

Королевич так и кинулся к ней, а кошка при виде его пошла навстречу, как человек, протягивая к нему передние лапки. На левом ухе у кошки королевич увидал три волоска: один серебряный, другой золотой и третий — белый волосок; он так обрадовался, что совсем забыл, как учила его старушка, он сразу схватил кошку на руки и не вспомнил, что надо было сперва снять с неё цепь.

В тот же миг одна стена в горнице треснула сверху донизу и в проломе показался страшный великан.

— Кто это вошёл без спросу в мой замок и украл мою кошку? — закричал он.

— Это — я! — не дрогнув, ответил королевич и рассказал все как было: какая страшная хвороба напала на короля и что единственное спасение от этой болезни — три волоска этой чёрной кошки и три капельки её тёплой крови.

— Будет ли твой отец здоров или помрёт, мне до этого дела нет, — проворчал великан. — Все равно я не отдам тебе кошку, пока ты не добудешь для меня царевну из волшебного царства Розовых облаков.

И с этими словами великан потянул к себе золотую цепь. Кошка упиралась что было мочи не давалась ему в руки, и мордочка у неё была такая печальная, что королевич ушёл чуть не плача.

Навстречу королевичу тут же прибежал, дожёвывая пучок травы, козёл, и сразу спросил:

— Ну, где же кошка?

Королевич рассказал ему всю правду: как он сразу взял на руки кошку, а золотую цепь забыл отстегнуть, и как появился перед ним злой великан и сказал, что не отдаст чёрную кошку, пока королевич не добудет ему принцессу из волшебного царства, а туда, небось, и пути-то нет; видать, уж ничего не поделаешь, придётся возвра-щаться домой с пустыми руками.

— Не вешай голову, — говорит козёл королевичу. — Уж коли я взялся тебе помогать, то в беде не брошу, выручу тебя ещё разок. Садись-ка скорей ко мне на спину, да и поскачем дальше; надо спешить, пока волшебное царство не скрылось на дне морском, тогда уж поздно будет.

Королевич послушался, сел на козла, и поскакали они над морем-океаном. Целый день скакали, а под вечер смотрит королевич, показалась над волнами прекрасная страна.

— Видишь, мы уже близко! — сказал козёл. — Спроси-ка у меня, как моё имячко, да и запомни его хорошенько, чтобы не ошибиться, если ты вдруг в беду попадёшь и захочешь меня на помощь позвать.

— Как тебя звать? — спрашивает королевич.

— Зовут меня Круторог-виторог, бодат-бородат, по зову рога готов на подмогу, — сказал козёл королевичу, и тут они как раз доскакали до берега и королевич ступил на землю.

Он очень устал, пока они скакали над морем, его давно мучила жажда, а тут он как раз увидал яблоню, полную спелых яблок; королевич сорвал яблоко. Обернулся — глядь, а козла и след простыл.

Стал он звать козла, да забыл имя сказать, тот и не отозвался, тогда королевич отправился дальше по тропинке, шёл-шёл и вышел на опушку среди чудного леса, где росли плодовые деревья. Видит королевич — стоит дворец, перед дворцом небольшое озеро, а вокруг народ толпится. Одни, видать, пешком пришли, другие в каретах приехали, собрались кругом озера и как заворожённые глядят на середину озера.

Подошёл к ним королевич и видит — показалась из озера верхушка мраморной башни, башня была без окон и без дверей, она поднималась все выше и выше и наконец оказалась так высоко, что отовсюду её видно.

А на вершине башни стояла прекрасная царевна и любовалась на закат. В толпе по берегам всяк из кожи лез, чтобы она его заметила, она же ни на кого не обращала внимания и, не отрывая глаз, глядела туда, где в золотых облаках садилось солнце.

Когда солнце закатилось в море, царевна удалилась внутрь своей башни, башня стала опускаться и скрылась под водой.

Королевич расспросил у людей, что тут происходит, и услыхал, что в башне живёт царевна страны Розовых облаков; царь, её отец, обещал выдать её замуж за того, кто проникнет к ней в башню. Но вход находился наверху, а стены башни отвесные, как на колокольне, и гладкие, как стекло.

И вот королевич стал тоже каждый день приходить на берег озера; смешавшись с толпой, он дожидался заката, чтобы хоть издали взглянуть на царевну. Забыл он про больного отца, про козла и про кошку; одним словом, забыл все на свете. Наконец он истратил все деньги и так обеднел, что ему уже нечем было платить за еду и за жильё. Хозяин гостиницы выгнал королевича, и пришлось ему поселиться в убогой лесной хижине.

И вот однажды, голодный и всеми брошенный, проснулся королевич на своей жалкой подстилке. Вдруг через щель в стене проник солнечный луч, и в этом луче королевич отчётливо различил очертания козла.

— Круторог-виторог, бодат-бородат, по зову рога готов на подмогу, — воскликнул королевич, и не успел он произнести эти слова, как перед ним очутился козёл.

— Накорми меня и дай мне меч и доспехи, чтобы не стыдно было показаться перед царевной волшебного царства; а потом отнеси меня наверх башни, — сказал королевич.

— Видишь дверцу в изголовье кровати, отвори её, там ты найдёшь все, что тебе нужно, — сказал ему козёл.

Отворил королевич дверцу, а там уже и стол накрыт, а на стене висят роскошные доспехи из чистого серебра и острый меч.

Наелся королевич досыта, надел доспехи и опоясался мечом. Потом он вскочил верхом на козла и покатался по окрестностям, а там и время пришло ехать за царевной.

Перед заходом солнца появилась на вершине башни царевна. Глядит она на закат, а там какая-то чёрная точка виднеется, вот точка все ближе, растёт и растёт на глазах. Сперва царевне показалось, что по небу летит большая птица, но скоро она разглядела всадника в сверкающих доспехах верхом на сером козле. Вот уже близко всадник, а козёл бежит по воздуху, точно у него под копытами мостовая дорога.

Толпа вокруг озера так и ахнула, ровно стон прошёл, а царь страны Розовых облаков вышел на балкон, смотрит вверх и кулаком грозит. А королевич подхватил царевну, заключил в свои объятия, перенёс через перила, усадил её впереди себя да и умчался, только его и видели.

В тот же миг раздался ужасный грохот и все волшебное царство провалилось на дно океана.

Сначала царевна залилась горючими слезами, но потом поплакала-поплакала и успокоилась, ведь королевич-то был пригожий добрый молодец и доспехи его ярко блестели от звёздного света.

Вот показался медный замок, и, хочешь — не хочешь, пришлось королевичу рассказывать, зачем увозил царевну; тут она ещё пуще расплакалась, осталась ведь бедная бесприютной сиротой, одна-одинёшенька на всем белом свете, а тут ещё её злому троллю хотят отдать!

А уж королевич-то так опечалился, что и слов нет. Да ничего не поделаешь — надо отца от смерти спасать.

Подъехали они к медному замку, а тролль тут как тут, у ворот их встречает, уже и кошку вынес.

— А ну-ка! Подавай сюда мою невесту! — закричал он королевичу.

— Ты сперва кошку отдай, — отвечает ему королевич.

А великан как захохочет, козла схватил, и ещё насмехается.

— Ишь чего захотел! Нашёл дурака! — а сам держит козла за мохнатый загривок.

— Ах ты, подлый обманщик! — воскликнул королевич, выхватил меч и снёс великану башку, так она и покатилась на песок. Кошка одним махом вскочила на колени к королевичу, и козёл помчался прочь, унося королевича с его добычей.

Скоро показался вдали королевский дворец, и у королевича сердце так и заныло. На башнях развевались чёрные флаги, и весь город был увешан чёрными полотнищами.

Подъехал королевич к воротам, соскочил на землю, отвёл козла в конюшню, накормил и напоил, потом взял за руку царевну, подхватил кошку и отправился в королевские покои; входит в горницу, а там король в гробу мёртвый лежит.

Королевич кинулся ему на грудь и, обливаясь слезами, клял себя, что не успел отца от смерти спасти.

Но тут кошка о чем-то пошепталась с царевной, царевна выдернула у неё из уха три волоска — серебряный, золотой да белый, открыла язву на груди покойника и приложила к ней волоски, а потом капнула на его рану три капельки крови из кошачьего уха.

Король сразу, как ни в чем не бывало, открыл глаза, будто от сна очнулся, и увидел плачущего сына с незнакомой царевной.

А позади царевны стояла пропавшая королева, и была она все так же хороша собой и молода, как в день их разлуки, а у ног её осталась лежать кошачья шкурка.

Вот уж было радости! Подумать только — король выздоровел и королева нашлась! Оказывается, великан, хозяин медного замка, заколдовал королеву и держал её в неволе.

А королевич и царевна волшебного царства поженились. В день свадьбы жених с невестой пошли на конюшню сказать козлу спасибо за все добро, которое он им сделал, да только козла и след простыл. А королевич на радостях, что все так счастливо кончилось, перезабыл все слова козлиного имени, да так и не вспомнил.

Content

Нурман Серине Регине Козёл-Круторог

Серине Регине Нурман Козёл-Круторог