Энид Блайтон

Тайна серебристого лимузина

ЛЕНИВАЯ ПОРА КАНИКУЛ

– Знаете, братцы, у меня такое чувство, – сонным голосом произнесла Энн, сладко потягиваясь и зарывая ноги в горячий песок, – что мы тут, в Киррин – бухте, уже давным-давно… А ведь и суток еще не прошло…

– Точно. – Дик широко зевнул. – Даже смешно: как быстро мы тут освоились. Мне тоже кажется, будто со вчерашнего дня несколько лет пролетело.

– Главное, чтобы погода не испортилась, пока мы здесь, – пробормотал Джулиан и быстро откатился в сторону, увертываясь от мокрых лап Тимми, которому приспичило с ним поиграть. – Пошел прочь, Тим! Мы же вместе с тобой купались, потом бесились, как дикари. Теперь дай немного отдохнуть! Иди вон играй с крабами!

– Гав! – с обидой ответил Тимми. Когда ему хотелось играть с людьми, он ожидал от них по крайней мере взаимности, а тут… Но вдруг, забыв про свое оскорбленное самолюбие, он поднял морду, навострил уши и разразился неистовым радостным лаем: ветер принес со стороны дороги звук знакомого колокольчика.

– Обратите внимание! – засмеялся Дик. – Держу пари, старина Тимми чует мороженое. Еще есть желающие?

Желающими оказались все, Энн собрала деньги и побежала к тележке. Через несколько минут она вернулась с пятью вафельными стаканчиками. Тимми в полном восторге прыгал вокруг нее.

– Не знаю, есть ли в мире большее счастье, чем лежать на песке под горячим солнцем и лизать мороженое… – Дик блаженно зажмурился. – И чтобы это было не где-нибудь, а на берегу Киррин – бухты!

– Как я тебя понимаю! – вздохнула Энн. – Жалко, Джордж, что у твоего отца сегодня гости… Кстати, что это за люди? Нас, наверно, заставят вымыть шею и изображать из себя примерных мальчиков и девочек?

– Вряд ли, – ответила Джордж. – Эй, Тим, ты опять свою порцию слопал в один момент! Нельзя же быть таким жадным!

– А когда они приезжают? – спросил Дик.

– В половине первого, к обеду. Мама сказала, чтобы мы к этому времени пришли домой и вежливо поздоровались с гостями. А потом можно опять исчезнуть… С корзинкой еды!

– У твоей мамы иногда бывают замечательные идеи! – одобрительно кивнул Дик. – А что это за люди? Опять какие-нибудь ученые?

– Кто же еще? – Джордж махнула рукой. – Коллеги отца. Они втроем работают над какой-то грандиозной штукой. Один, говорят, совершенно гениальный парень. Он ухитрился открыть что-то такое, что простым людям и в голову не придет…

– Ну да?.. – лениво удивился Джулиан. – что же это? – поинтересовался он, давая Тимми облизать свои липкие от мороженого пальцы, – может, какой-нибудь способ, как за три дня долететь до Солнца? Или что-нибудь в таком роде?..

– Думаю, еще похлеще. Кажется, эта штука почти никакого отношения не имеет ни к теплу, ни к свету, ни к силе… Отец говорит, он много всяких изобретений перевидал, но это – самое простое и самое потрясное. Он прямо дрожит, когда про него вспоминает. Говорит, это будет настоящий сюрприз для изумленного человечества. И гордится прямо не знаю как, что его пригласили участвовать в разработке…

– У твоего отца голова здорово варит, правда ведь? – с уважением посмотрела на нее Энн.

Как и Дик с Джулианом, она всегда немного робела перед дядей-ученым. Джордж приходилась им двоюродной сестрой. Собственно, имя у нее было Джорджина, но все звали ее просто Джордж, так как у нее была мальчишеская прическа да и одевалась она, как мальчик.

Отец у нее в самом деле был очень умный. Настолько, что Джордж иногда думала: лучше бы у нее были какие-нибудь обыкновенные родители, которые играли бы с ней в гольф и теннис и не приходили бы в ужас, когда она и ее друзья хохочут, орут и ходят на голове… Каждый раз, когда к ней должны были приехать Энн, Джулиан и Дик, отец терял душевное равновесие и впадал в депрессию.

– Господи, опять не будет ни минуты покоя! – стонал он. – Видно, придется закрыться в кабинете и не выходить, пока они не уедут…

– Да, да, дорогой, – соглашалась жена. – Непременно так и сделай!.. Но ты же знаешь, они целыми днями пропадают на пляже. И потом, Джордж нуждается в компании сверстников хотя бы на две-три недели в году. А эти трое – самые порядочные из всех, кого я знаю. И Джордж так их любит!

Четверо друзей делали все, чтобы не нарушать покой дяди. Они знали: когда его что-нибудь раздражает, он делается невыносимым… «В конце концов, он же не виноват, что у него голова гениальная, – серьезно заявил как-то Дик. – Гении – они всегда ненормальные. У каждого какой-нибудь бзик. – И, рассмеявшись, добавил: – Особенно у тех, кто под горячую руку вполне может взорвать к чертям весь мир».

– Меня бы устроило, если бы он сам не взрывался, когда где-нибудь хлопнет дверь или когда Тимми вдруг залает под окном, – вздохнула Джордж.

– Может, это потому, что он не хочет терять форму, – сострил Дик. – Просто там, где он находится, надо, чтобы обязательно что-нибудь взрывалось.

– Ну-ну, ты смотри все-таки не увлекайся! – неожиданно насупилась Джордж. – Пойдемте еще искупаемся!

– А по-моему, лучше поваляться у самой воды на мокром песке, – ответил Дик. – Знаете, чтобы волны чуть-чуть трогали пальцы ног… Это так освежает: никакой тени не надо.

– Солнце сегодня прямо шпарит, – пожаловалась Энн. – Тут мокрый песок не поможет. И вообще, чем жарче, тем вода кажется прохладней…

– Ну ладно, мне все равно. – Дик вскочил. – Тогда пошли скорей, а то я скоро язык высуну и буду дышать, как Тимми.

Они побежали к воде и с наслаждением плюхнулись в мелкие волны. А Энн даже взвизгнула:

– Ой, вода прямо ледяная! Я же говорила! Даже окунаться страшно, я лучше сяду…

Однако скоро все четверо нежились в ласковой морской воде, позволяя прибою шевелить и приподнимать тело. Это было просто божественно!..

Вдруг вся четверка вздрогнула: Тимми громко залаял. Энн подняла голову.

Что это с ним? Никого не видно поблизости… Дик сел и прислушался.

– Черт возьми, это колокол в Киррин-коттедже. Пора идти есть.

– Разве уже время? – озадаченно спросила Энн.

– Выходит, да. – Джулиан тоже поднялся. – Это потому, что я сунул часы в карман куртки. Мы совсем забыли, что в Киррин-бухте время идет быстрей, чем в любом другом месте.

Он побежал на берег, взял свою куртку и вынул часы.

– Уже час! – крикнул он. – Даже с одной минутой… Шевелитесь, а то мы сильно опоздаем!

– Боже мой! – кисло скривила губы Джордж. – Теперь пойдут упреки. И все из-за каких-то гостей…

Они подхватили свою одежду и помчались вдоль пляжа. Хорошо еще, что до дома было недалеко. У калитки стоял длинный американский автомобиль. Но рассматривать его не было времени. Мать Джордж уже ждала их в передней. – Простите нас, тетя Фанни, – с трудом переводя дыхание, сказал Джулиан. – Это я виноват… Я один был с часами…

– Мы сильно опоздали? – беспокойно спросила Энн. – Вы уже обедаете? Может, нам взять и исчезнуть, чтобы вам не мешать?

Тетя Фанни улыбнулась и покачала головой. – Нет-нет, все в порядке. К счастью, дядя Квентин со своими коллегами еще в кабинете. Они, видимо, так увлеклись, что и про обед забыли. А я решила на всякий случай дать вам сигнал, чтобы дядя Квентин лишний раз не сердился.

– Мамочка, а зачем нам вообще с ними встречаться? – умоляюще посмотрела на нее Джордж. – Папины гости никогда нами не интересовались, да и мы спокойно обойдемся без них…

– На сей раз придется вам потерпеть, – ответила мать. – У одного из папиных коллег есть дочь. Она меньше тебя, Джордж, и, кажется, меньше Энн. Она будет ходить в нашу школу, вот он и хотел с вами познакомиться.

– Тогда, братцы, бегом наверх! – скомандовал Джулиан. – Хоть руки успеем помыть…

Но в этот момент распахнулась дверь кабинета и оттуда вышел дядя Квентин в сопровождении двух незнакомых мужчин.

– Хэлло! Это все ваши дети, коллега?! – воскликнул, остановившись, один из них, высокий и крупный.

– Они только что с пляжа, – смущенно принялась объяснять тетя Фанни. – Выглядят, конечно, как пираты, но они как раз собирались…

– О, что вы! – улыбаясь, прервал ее мужчина. – За них вам, право, нечего извиняться! Я еще никогда не видел столько симпатичных ребятишек сразу. Они же просто чудо!

Говорил гость с американским акцентом, и улыбка у него была широкая, во все лицо. Видно было, что дети ему в самом деле понравились.

– Так это все ваши? – снова обратился он к хозяину дома. – Держу пари, вы ими очень гордитесь… А какие они загорелые! Чистые индейцы! Хотел бы я, чтобы к моей Берте прилипло чуть-чуть такого загара!..

– О нет, слава богу, это не все мои! – вставил наконец дядя Квентин, которого одна мысль о том, что в его доме круглый год могли бы бегать, кричать и хлопать дверьми четверо сорванцов, привела в ужас. – У меня только один ребенок… Вот… – Он положил руку на плечо Джордж. – А те – племянники.

– Ага, значит, так… Мне кажется, у вас растет отличный парень!

И американец погладил жесткие короткие волосы Джордж. Вообще-то она терпеть этого не могла. Но американец принял ее за мальчика… за отличного парня! И она охотно простила ему его жест.

– Моя дочь осенью пойдет в вашу школу, – обратился он теперь к Энн. – Ты за ней там присмотришь немножко, идет?

Энн кивнула: дескать, само собой. Конечно, она с удовольствием поможет этому обаятельному американцу. Он совсем не похож на ученого… в отличие от второго гостя. Тот был маленький, тощий и носил очки с толстенными стеклами. Взгляд у него, точно как у дяди Квентина, был совершенно отсутствующий. Похоже было, он не очень воспринимает, что вокруг него происходит.

Дядя Квентин счел, что светская беседа слишком затянулась, и кинул на детей выразительный взгляд. Они поняли, что пора сматывать удочки.

– Пойдемте обедать! – пригласил дядя коллег.

Очкастый тут же повернулся и двинулся в столовую. Похоже, это сообщение он воспринял моментально. А высокий американец задержался еще на минуту. Он полез в карман пиджака, вынул какую-то купюру и протянул ее Энн. – Это тебе, – сказал он. – Позаботься о моей Берте, ладно?

Войдя в столовую, он закрыл за собой дверь с таким грохотом, что Джордж не удержалась и прыснула:

– Господи, что папочка на это скажет?.. Нет, он мне определенно нравится… А вам? Машина, которая стоит у дома, конечно, его. А этот, в очках, наверняка даже водить не умеет!

– Дети, берите еду – и чтобы больше тут не отсвечивали! – поторопила их тетя Фанни. – А я пойду пригляжу, чтобы там все было как надо…

Она сунула в руки Джулиану корзину, накрытую чистой салфеткой, и ушла в столовую. Джулиан крикнул вдогонку «спасибо» и весело улыбнулся.

– Братцы, а корзинка тяжелая – руку оттягивает, – объявил он. – Все, у кого есть аппетит, за мной, на пляж!

НОЧНОЙ ГОСТЬ

Спустя несколько минут пятеро друзей – включая, разумеется, Тимми – вновь были на берегу. Джулиан открыл корзину. Она была полна до краев: тут были пышные аппетитные булочки, помидоры, красный перец, две бутылки лимонада.

– Смотрите-ка, домашнего приготовления! – обрадовано сказал он, вытаскивая бутылки. – И холодный, как лед… А это что такое? Фруктовый торт! Целый фруктовый торт! Ну, братцы, сегодня у нас будет пир!..

Тимми, подобравшись поближе, возбужденно обнюхивал корзину.

Джордж развернула один из пакетов.

– Это для тебя, Тим, – довольно улыбнулась она. – Смотри, собачьи галеты, как в телерекламе, и телячьи кости. Скажи быстро: «Большое спасибо!»

Пес с таким пылом лизнул ее в нос, что она вскрикнула.

– Брось мне салфетку, Джулиан. У меня весь нос мокрый от такого «спасибо». Тим, слышишь, проваливай! Если будешь таким настырным, вообще ничего не получишь!

Энн покрутила пальцем возле виска.

– Ты что, Джордж, перегрелась немного? Сначала балуешь его, потом сама же гонишь… – Но, бросив взгляд на лицо Джордж, быстро добавила: – Ладно, ладно, согласна, Тимми не так уж и избалован… Тим, бери свою кость и уходи с ней куда-нибудь подальше: от нее пахнет!..

И они принялись уплетать бесчисленные булочки с сардинами, помидорами и яйцами, а под конец бодро управились с фруктовым тортом и залили все это лимонадом.

– Не могу понять, почему взрослые так обожают всякие чопорные трапезы… Куда приятней обедать вот так, на земле, – с философским выражением произнес Дик, откинувшись на песчаный холмик и глядя в небо. – Представляю, как дядя Квентин, тетя Фанни и гости сидят сейчас за столом, едят горячие блюда и ведут умные разговоры… – С минуту подумав, он уточнил: – Вообще-то тот, в очках, вряд ли замечает, что в тарелке у него что-то горячее…

– А американец – определенно человек симпатичный, – вставила Джордж.

– Ха-ха-ха, – иронически откликнулся Дик. – Мы-то знаем, почему он тебе понравился… Потому что принял тебя за мальчишку! Ты что, всю жизнь будешь так одеваться?

– Джордж, смотри: Тим к булочкам подбирается! – вскрикнула Энн.

Так Джордж была избавлена от необходимости давать ответ, которого она сама не знала.

После обеда они опять валялись на песке, и Джулиан пространно рассказывал, как однажды ему удалось разыграть учителя. Дойдя до конца, он был очень удивлен, что не слышит смеха, и сел, глядя на остальных.

– Подумать только: уснули… – пробормотал он, изумленно качая головой. Потом поднял голову и прислушался, Тимми тоже навострил уши. – Американец, видно, решил показать, на что способна его машина! Слышишь, Тим?

Вскочив на ноги, Джулиан увидел, как массивный лимузин на бешеной скорости несется по широкому шоссе…

День был слишком жарким, чтобы заниматься какими-нибудь делами. Сейчас можно было только лежать на пляже, время от времени спасаясь от зноя в воде. Конечно, скоро у них возникнут идеи… и какие идеи! Но первый день, так уж было известно по опыту, целиком уходил на то, чтобы бездельничать, приходя в себя от повседневных забот и занятий и не спеша, незаметно возрождая старую дружбу… И воскрешая неистощимый боевой дух верной пятерки: четверых подростков и собаки Тимми.

Три долгие летние недели предстояло им провести вчетвером на берегах Киррин-бухты с ее роскошными пляжами и одиноким островком, виднеющимся в море. А сколько в окрестностях таинственных уголков, которые можно исследовать пешком или на лодке!..

Однако первый день – это первый день! Он так и должен протекать, в сонном, блаженном безделье… И лишь потом, назавтра, придет момент, когда в головах у друзей начнут зарождаться пока еще неопределенные, но волнующие планы.

– Надо бы сплавать на Киррин-остров, – сказал на следующий день Дик. – Мы там несколько лет уже не были.

– И еще – порыбачить в Хаммер-бухте, – откликнулся Джулиан.

– И обследовать наконец пещеры в тамошних скалах, – согласилась Джордж. – Я давно уже подумывала об этом, да одной – никакого интереса!

На третий день, едва они застелили свои кровати, в холле зазвонил телефон.

– Я возьму, – крикнул Джулиан тёте, сбежав по лестнице и поднимая трубку.

В трубке зазвучал уверенный, громкий мужской голос.

– Кто это? Ага… Джулиан… Ты племянник Квентина, верно? Тогда слушай меня внимательно! Скажи своему дяде, что я приеду сегодня вечером. Сегодня. Понял? Поздним вечером. Скажи ему: пускай меня ждет. Это важно.

– Вы не хотите с ним сами поговорить? Я сейчас его позову, только вы…

Ответа не было. Человек на другом конце провода повесил трубку. Джулиан стоял в замешательстве. Звонивший даже не назвал своего имени… Правда, у Джулиана было ощущение, что голос ему знаком. Кажется, это тот высокий приветливый американец, что два дня назад был здесь… Но что это значит? Почему он даже не представился?..

В задумчивости Джулиан направился в кабинет дяди. Но застал там лишь тетю Фанни: она вытирала пыль.

– Кажется, звонил высокий американец, – сказал он. – Тот самый, с которым мы встретились позавчера, перед самым обедом. Он велел передать дяде Квентину, что прибудет сегодня вечером. Поздним вечером… И дядя его должен ждать, это важно.

– Ах, господи боже мой! – разволновалась тетя Фанни. – Ведь он, значит, останется ночевать!.. А у нас ни одной свободной комнаты… теперь, когда вы все здесь.

– Про ночлег он не говорил. Мне ужасно жаль, но он разговаривал как-то очень странно… отрывисто. А потом бросил трубку…

– Да, он человек не без странностей. И вдобавок очень раздражительный… Но где же я все-таки его устрою, если он захочет остаться? Наверное, он явится среди ночи… Надеюсь, у него не случилось чего-нибудь неприятного с изобретением, над которым они работают с дядей…

– Может, дядя Квентин знает его телефон и позвонит ему? – высказал предположение Джулиан. – А где, собственно, дядя?

– Кажется, пошел на почту. Когда вернется, я все ему передам.

Чуть позже Джулиан во всех подробностях рассказал остальным, какой необычный у него произошел телефонный разговор. Дик, услышав это, неожиданно обрадовался.

– Здорово! – воскликнул он. – Теперь-то я не упущу случая, осмотрю его машину со всех сторон. В прошлый раз он слишком быстро уехал… А сегодня я просто не лягу спать, пока не приедет американец, и потихоньку к ней проберусь. Мне кажется, это самый классный автомобиль из всех, какие существуют на свете…

Дядя Квентин, узнав о звонке, тоже был удивлен.

– Что ему надо? – качал он головой, глядя на Джулиана с таким выражением, словно тот что-то утаил от него. – Мы с ним все обсудили, буквально все! Каждый из троих взял на себя определенную часть работы. Ему досталось самое важное. Поэтому он забрал с собой всю документацию, ничего не оставил. И теперь собирается заявиться среди ночи… Очень странно!..

Ни у кого, кроме Дика, не было охоты ждать бог знает сколько времени – может, всю ночь? – приезда американца.

– Да пускай он хоть на летающей тарелке прилетит – вы меня из постели и десятью лошадьми не вытащите, – зевая, сообщил Джулиан.

Дик же поставил возле своей кровати настольную лампу и взял книжку, собираясь читать до победы.

Читая, он все время прислушивался, готовый вскочить, как только донесется шум подъезжающей машины. Он слышал, как большие часы в прихожей пробили одиннадцать, затем полночь. Дядя Квентин наверняка не в восторге, что гость заставляет себя ждать так долго…

Дик зевал, перелистывая страницу за страницей. Половина первого… Ему показалось, что он что-то слышит. Он вскочил с кровати и приоткрыл дверь… Нет, это дядя Квентин и тетя Фанни разговаривают в кабинете…

«Бедная тетя Фанни, она все еще не спит, – подумал Дик. – А я так устал!.. Не заснуть бы над книгой… Если немного побродить в саду и вдохнуть свежего воздуха, может, удастся проснуться…»

Он надел купальный халат, тихо спустился по лестнице, отодвинул задвижку на двери и выскользнул в сад. Он ждал рокота мотора тяжелого американского автомобиля, но услышал лишь тихий шорох велосипедных покрышек по асфальту. Велосипед?.. Кто же это приехал среди ночи на велосипеде? Какой-нибудь полисмен?..

Дик стоял, прижавшись к стене, и напряженно всматривался в темноту за воротами… На велосипеде сидел мужчина. Большая черная тень в лунном свете… Но так за ним было даже лучше наблюдать. Мужчина слез с велосипеда, и Дик услышал шорох листьев: мужчина прислонил велосипед к живой изгороди.

Потом он тихо прошел по садовой дорожке и приблизился к единственному освещенному окну в доме – окну кабинета. Дик услышал, как мужчина негромко постучал в стекло, и окно осторожно открылось.

– Кто там? – тихо спросил дядя Квентин. – Это вы, Эльбур?

Да, Дик узнал рослого американца, который два дня назад приезжал к дяде Квентину.

– Дверь открыта, входите, – сказал дядя Квентин.

Но Эльбур подтянулся и легко влез в окно.

Не зная, что и подумать. Дик вернулся в дом, на цыпочках поднялся по лестнице и лег в постель. Странно!.. Почему американец приехал так скрытно, под покровом ночи? И почему на велосипеде, а не на своей машине? Почему?.. Почему?.. Но Дик слишком устал, чтобы долго размышлять над этими вещами.

Он так и не узнал, уехал ли американец в ту же ночь или тетя Фанни постелила ему на кушетке в кабинете хозяина. Проснувшись на следующее утро, он был почти уверен, что ему все это просто приснилось… Какой странный, причудливый сон!..

– Ну как, приехал тот человек, что звонил вчера? – спросил Дик тетю Фанни, спустившись к завтраку.

Она кивнула.

– Но, ради бога, об этом помалкивай! Пускай об этом знает как можно меньше людей!.. И он уже снова уехал.

– У него действительно было что-нибудь важное? – с любопытством смотрел на нее Дик. – Джулиан после телефонного разговора именно так сказал.

– Да, очень важное. Но совсем не в том смысле, в каком ты думаешь. Я сейчас не могу тебе ничего сказать… И смотри, старайся не попадаться дяде Квентину под ноги. Он сегодня утром очень сердит.

«Наверно, что-нибудь с изобретением», – подумал Дик и помчался искать друзей, чтобы поделиться с ними новостью.

– Звучит интригующе, – выслушав его, заметил Джулиан. – Ах, если б знать, что тут кроется! На всякий случай, послушавшись совета тети Фанни, они старались держаться подальше от дяди Квентина. Они слышали, как громко и раздраженно тот разговаривает, с каким грохотом задвигает ящики письменного стола. Так было каждый раз, когда на него накатывало дурное настроение.

А потом Энн принесла совершенно ошеломляющую весть. Она примчалась, хватая ртом воздух, и издалека закричала:

– Джордж, Джордж, тетя Фанни поставила в нашей комнате раскладушку, с подушкой, одеялом и всем прочим! Это просто ужасно!.. Три постели в такой маленькой комнатке… Там же нельзя будет пошевелиться!..

– Ха! Значит, у нас пополнение, – ухмыльнулся Дик. – Наверно, какая-нибудь девчонка. А то, может, воспитательница?.. Ну, ясное дело, гувернантка для Энн и Джордж, чтобы они наконец научились прилично себя вести!..

– Заткнись ты!.. – зло фыркнула Джордж. – Я сейчас пойду к матери и спрошу, что происходит. Чтобы еще кто-нибудь жил в нашей комнате?.. Ну уж нет! Ничего не выйдет!..

Когда она собралась идти вниз, дверь кабинета открылась, и до них донесся голос отца:

– Фанни, скажи детям, чтобы они явились ко мне. И немедленно! Слышишь?

– О, он совсем злой, – испуганно пробормотала Энн. – Мы ничего такого не натворили?

НЕВЕРОЯТНАЯ ВЕСТЬ

Четверо друзей с мрачным видом спускались по лестнице. За ними, опустив уши и поджав хвост, плелся Тимми. Он с радостью остался бы наверху, но не в его правилах было бросать Джордж одну, без поддержки… Тетя Фанни встретила их в холле.

– Ах, вы уже здесь?.. Наверное, услышали, что отец хочет с вами поговорить? Я пойду с вами. И, пожалуйста, ведите себя спокойно! У нас и так голова идет кругом…

Все это было весьма подозрительно. Что тетя Фанни имеет в виду?

Дети вошли в кабинет, за ними прошмыгнул Тимми. Дядя Квентин стоял у камина, на лице у него застыло угрюмое, недовольное выражение.

– Квентин, я могла бы сама им сказать… – начала было тетя Фанни.

Но он нетерпеливым жестом прервал ее и откашлялся.

– Хочу вам кое-что сообщить… Вы ведь, наверное, помните двоих ученых, вместе с которыми мы работаем над одним проектом? И помните одного из них, высокого американца?..

– Да, – ответили разом все четверо. – Он подарил мне двадцатку, – улыбаясь, добавила Энн.

Дядя Квентин пропустил ее реплику мимо ушей. – Так вот, у него есть дочь. Как бишь ее зовут? – Он наморщил лоб. – Чудное какое-то имя…

– Берта, – подсказала тетя Фанни.

– Да-да, совершенно верно. Берта… Так вот, мистер Эльбур, ее отец, стал объектом шантажа. Он получил письмо с угрозой, что Берта будет похищена.

– Как?.. Почему?.. – Дети в ужасе смотрели на дядю Квентина.

– Потому что у отца Берты, и только у него одного, имеется вся документация, связанная с нашим проектом. И он ясно дал нам понять, что если дочь… о господи, как же ее зовут?

– Берта, – с готовностью ответили все.

– Ага… Так вот: если Берта будет похищена, он отдаст всю документацию до последней бумажки, чтобы освободить дочь из рук преступников… – Тут дядя Квентин задумался и покачал головой. – Какая дикая мысль: отдать документацию? Какая бредовая мысль!..

– Но, Квентин!.. Она же – его единственный ребенок! – взволнованно перебила его тетя Фанни. – Я поступила бы точно так же!

Дядя Квентин бросил на неё полный сожаления взгляд.

– Хорошо еще, что у тебя нет никаких важных документов… Иначе бы ты, сложись так обстоятельства, отдала бы их даже молочнику.

Детям это показалось смешным, и они невольно заулыбались.

– И нечего тут хихикать! – вскипел дядя Квентин. – Лично я, к вашему сведению, от этой истории в ужасе!.. Я просто вне себя!.. Эльбур, один из крупнейших ученых мира, готов передать свое изобретение врагу, если эта… эта…

– Берта, – подсказал хор.

– … если Берта будет похищена!.. Словом, Эльбур попросил меня взять Берту на три недели к нам. За это время мы завершим работу и поместим документацию в надежное место.

В кабинете стояла тяжелая тишина. Услышанное, понятно, не привело в восторг никого. Что же касается Джордж, она чувствовала, что ее душит ярость. И она не стала сдерживаться; покраснев и сверкая глазами, она высказала все, что у нее накипело на сердце.

– Значит, вот почему в нашей комнате стоит раскладушка! У нас и без того тесно, даже пошевелиться нельзя! И это – на целых три недели! Черт побери!..

– Мы дали согласие, и тебе придется смириться с этим. – Дядя Квентин бросил на дочь осуждающий взгляд. – Мой друг Эльбур в такой панике, что пойдет на все. Как это ни абсурдно, он пригрозил даже, что уничтожит документацию, если я откажусь приютить его дочь. А это означает конец нашей работы.

– Но почему именно у нас? При чем тут мы?.. – не могла успокоиться Джордж. – У мистера Эльбура нет родственников, что ли, у которых он может ее оставить?

– Не будь такой безрассудной, Джордж! – старалась утихомирить ее мать. – У Берты никого нет, кроме отца. Он повсюду возит ее с собой; Здесь, в Англии, у них нет знакомых, которым они полностью доверяли бы. В Америку Берта одна не может вернуться: полиция опасается, что шантажисты последуют за ней и туда. А отец в данный момент не может ее проводить…

– И все равно: почему к нам? Он ведь нас тоже почти не знает! Мало ли что мы за люди…

– Конечно. – Мать улыбнулась. – Но он вас хорошо рассмотрел, и вы все ему очень понравились. А ты, Джордж, особенно. – Ее улыбка стала еще шире. – Почему – этого я, если честно, сама не пойму… Он сказал, ему будет гораздо спокойнее, если Берта будет у нас, а не у кого-то другого.

Она замолчала; в ее взгляде, обращенном к ним, была мольба и надежда. Джулиан первым встал на ее сторону.

– Не переживай ты из-за пустяков, – повернулся он к Джордж. – Я тоже не хочу делать вид, будто очень рад такой перспективе… Кому захочется тратить последние недели каникул, чтобы играть в дочки-матери с чужой девчонкой?.. Но я могу понять отца Берты. Он боится за дочь…

– Ах, какая же дикая, идиотская ситуация! – застонал дядя Квентин. – Целых два года работы – и все может пойти псу под хвост!..

– Полно, Квентин, не надо так нервничать, – успокаивала его жена. – Я даже рада, что ребенок будет у нас. А Берта тебе и на глаза попадаться не будет…

– Очень на это надеюсь! – буркнул дядя Квентин. – Впрочем, что зря говорить: дело сделано…

– А когда ее привезут? – поинтересовался Дик.

– Сегодня вечером. Видимо, она прибудет на лодке. Придется посвятить в нашу тайну кухарку… Но больше – ни единой душе! Вы поняли?

– Поняли, – хором ответили дети.

Дядя Квентин тут же уселся за свой письменный стол; Джордж и остальные заторопились к двери. Тетя Фанни вышла следом за ними. Повеселевший Тимми бежал впереди всех. Он был счастлив: гроза прошла мимо.

– Все это очень печально, и мне вас ужасно жаль… Но я не могла поступить по-иному, – сказала тетя Фанни детям.

– Ничего, Тимми еще ей покажет где раки зимуют! Даже, может, укусит, чтоб знала!.. – ворчала себе под нос Джордж. – Пускай не так чтобы очень сильно, но пару раз цапнуть не повредит…

– Перестань ты наконец злиться! – сказал ей Джулиан. – Этим же все равно ничего не изменишь. Лучше давай постараемся, чтобы и в этих условиях все было как можно лучше…

– «Как можно лучше»!.. – передразнила его Джордж. – А я – терпеть не могу стараться, чтобы было как можно лучше, когда все кругом хуже некуда!..

– Ну хорошо… – вмешался в разговор Дик; голос его звучал подозрительно мирно, даже ласково. – Тогда давай так: мы с Джулианом и Энн уезжаем домой и берем с собой Берту, если уж она тебе так ненавистна… Потому что у меня лично нет никакого желания целых три недели любоваться на твою перекошенную физиономию. Хочешь, чтобы тебе страшный сон сегодня приснился? Погляди скорей в зеркало!..

– Да я уже успокоилась, – смущенно забормотала Джордж. – Ты же сам знаешь: мне нужно сначала разрядиться, а потом все будет в порядке…

Дик скорчил гримасу.

– У тебя не поймешь, что тебе нужно сначала и что потом! Иногда ты такая злючка – прямо убить готова кого-нибудь… Ну все, хватит! Не хочешь же ты испортить последний день, пока мы еще одни!

Дик был прав. Конечно, уж этот-то день надо использовать на всю катушку!.. И они поплыли на лодке в Хаммер-бухту, где вода была зеленая и прозрачная, как стекло. Они прыгали с лодки в море и купались до посинения. Время прошло изумительно! Только Тимми предпочел остаться дома, хотя вообще-то любил купаться. В лодке он чувствовал себя не вполне уютно.

Наплававшись, они с энтузиазмом открыли корзинку с едой. «Сегодня у вас обед особенно вкусный, – сказала, смеясь, тетя Фанни, провожая их к морю, и добавила: – Пусть это будет вам маленьким утешением». Энн бросилась ей на шею. Они ведь в самом деле не облегчали жизнь своей доброй тете… А она, Энн, единственная чувствовала сострадание к маленькой Берте.

Они почти до самого вечера оставались в Хаммер-бухте, где в спокойной, тихой воде отчетливо виден был каждый камешек. Когда они наконец вернулись в Киррин-бухту, небо, все еще чистое и сияющее, обрело глубокий синий оттенок.

– Интересно, Берта уже здесь? – Джордж первая вспомнила, что их сегодня ждет. Джулиан покачал головой.

– Вряд ли. Они подождут темноты, чтобы их никто не увидел.

– Наверно, бедняжке совсем не сладко, – задумчиво произнесла Энн. – Это ужасно, когда тебя отправляют к чужим людям! Представляю, как ей плохо сейчас…

Когда они вошли в дом, тетя Фанни, увидев их, дружелюбно засмеялась.

– Как раз к ужину! Но, мне кажется, вам сейчас в горло ничего не полезет. Я вам столько дала с собой, что вы наверняка до завтра не проголодаетесь…

– Не проголодаемся? Да у меня в животе сколько угодно свободного места! – закричал Дик и, подняв нос, стал принюхиваться, как это делал Тимми. – О, я чую томатный суп, знаменитый томатный суп тети Фанни!..

Она опять засмеялась.

– Скоро у тебя будет нюх, как у Тимми. С томатным супом я хотела устроить сюрприз… Ладно, марш наверх, умываться!

– А Берты что, еще нет? – спросил Джулиан.

– Нет. Кстати, нам, наверно, придется дать ей какое-нибудь другое имя… Так будет лучше.

Дядя Квентин к ужину не пришел.

– Он поел в кабинете, – объяснила тетя Фанни.

Дети вздохнули с облегчением. Никому не хотелось встречаться с ним сегодня еще раз. Дурное настроение у него проходило, как правило, медленно.

Тетя Фанни внимательно посмотрела на них.

– Как же вы загорели! Джордж, у тебя нос уже облезает.

– Я знаю, мамочка. Хорошо же я, наверно, выгляжу… Вон у Энн – ничего подобного… Ох, как же я устала!

– Тогда, думаю, лучше всего, если вы сразу пойдете к себе и ляжете, – предложила тетя Фанни. Джордж зевнула.

– Неплохая мысль!.. А как с Бертой? Когда она приезжает? Я не должна ее ждать?

– Понятия не имею когда. Я-то дождусь, конечно. Но вам это вовсе не обязательно. Скорее всего, она тоже будет усталой. Я дам ей поесть… может, немного томатного супа… если там, разумеется, что-то осталось. И сразу уложу спать.

Пожалуй, лучше, если вы увидитесь с ней завтра утром.

– Тогда я тоже ложусь, – сказал Дик. – Прошлой ночью я дожидался американца. Он ведь совсем поздно приехал, да, тетя Фанни? А сейчас у меня глаза закрываются…

Джулиан встал.

– В общем, мы все, кажется, отправляемся на боковую. Кто не собирается спать, пускай почитает… Спокойной ночи, тетя Фанни. И огромное спасибо за вкусный ужин!

Они побрели по ступенькам наверх. Джордж и Дик так широко и дружно зевали, будто им полагалась за это особая плата, и быстро заразили зевотой остальных. Тимми бежал за ними, довольный, что Джордж ложится так рано. Ему не очень нравилось, когда она засиживалась допоздна. Чаще всего они вчетвером играли по вечерам в карты, и тогда на Тимми никто не обращал внимания. Через десять минут все спали без задних ног. Неизвестно, сколько прошло времени… Джордж вдруг проснулась: Тимми, лежащий у нее в ногах, глухо рычал. Джордж села в кровати. Что-то случилось?..

– О, это же Берта, наверно, приехала, Тим, – сказала она. – Теперь, хочешь не хочешь, придется нам с ней посмотреть друг на друга.

Тимми зарычал снова. Джордж услышала на лестнице осторожные шаги. Дверь спальни тихо открылась. В слабом свете, падающем из передней, стояла мать, а рядом с ней – маленькая закутанная фигурка – Берта…

НОВЕНЬКАЯ

Джордж пристально разглядывала девочку… Та выглядела довольно странно. На ней было пальто и еще что-то – не то покрывало, не то одеяло; никто не смог бы сейчас сказать, толстая она или худая. Она тихо, безутешно плакала. Тимми сразу почувствовал: от этого маленького, жалкого существа опасности не исходит. И перестал рычать.

– Смотри, чтобы собака не принялась лаять: не дай бог, всех перебудит, – мать сказала шепотом.

– На кого тут лаять? На это ходячее недоразумение?.. – ответила, тоже шепотом, Джордж. Но все-таки положила руку на голову Тимми.

Мать, взяв Берту за плечи, ввела ее в комнату.

– Пока доплыли, бедняжка совсем измучилась: она страдает морской болезнью. Да и напугана она до смерти. Ей нужно немедленно лечь.

Берта все еще плакала. Но всхлипывания становились слабее и наконец совсем стихли. Мать Джордж долго шептала ей на ухо что-то ласковое, едва слышное; девочка, успокаиваясь, крепко держала ее за руку, не желая отпускать.

– Давай я сниму с тебя пальто… О, как тебя закутали! Но на море, в открытой лодке, так, наверно, и нужно…

– Вас как зовут? – тихо спросила Берта.

– Говори мне: тетя Фанни. Меня все так называют. Я думаю, тебе известно, почему твой папа послал тебя к нам?

Берта кивнула.

– Но мне сюда совсем не хотелось… Я бы лучше осталась дома. Я не боюсь никаких нехороших людей. Да и Салли за мной присмотрит…

– Салли? Кто это? – спросила тетя Фанни, стягивая с нее толстую вязаную кофту.

– Это моя собака. Вон она, в той корзине. Я ее с собой привезла…

Кровь бросилась в лицо Джордж Час от часу не легче! Они же говорили о маленькой девочке… а тут еще и собака?..

– Не нужно нам здесь никаких собак! – злым шепотом набросилась она на Берту. – Мой пес этого никогда не позволит!.. Правда, Тим?

Тимми, который и так уже тянул шею, принюхиваясь к корзине, издал тихое «гав!». Он с удовольствием спрыгнул бы с кровати, чтобы обнюхать новый предмет основательно, но Джордж его не пустила. Она крепко держала его за ошейник.

– Если я здесь останусь, то и Салли со мной останется. – Берта, по всему судя, собиралась опять зареветь. – И вообще, лодка уже давно ушла. Без Салли я бы никогда сюда не приехала. Папчик мне разрешил ее с собой взять…

– Мама, скажи ей, какой Тимми у нас сердитый! Он ни одной чужой собаке спуску не дает, – настаивала на своем Джордж.

Но мать нисколько не интересовали требования дочери. Она разматывала шерстяной шарф, в который была закутана Берта, стаскивала с нее туфли и чулки. Джордж не могла взять в толк, как это летом – пускай даже ночью – человека можно одеть так тепло!..

Наконец Берта осталась в юбке и свитере. Она оказалась красивой стройненькой девочкой с большими голубыми глазами и белокурыми волосами.

Она улыбнулась тете Фанни и вытерла кулачками щеки.

– Спасибо, – сказала она. – А теперь можно, я выпущу Салли?

– Сейчас, пожалуй, лучше не стоит, – мягко ответила тетя Фанни. – Ты будешь спать на той маленькой раскладушке. А собаку я возьму с собой, а то они с Тимми устроят вам тут переполох. Им ведь сначала надо немного привыкнуть друг к другу, верно? Сегодня уже слишком поздно. Ты есть хочешь? Съешь немного томатного супу?

– Да, с удовольствием. В лодке меня так тошнило… Наверно, у меня в животе совсем пусто!

– Тогда слушай меня! – сказала тетя Фанни. – Сейчас ты распакуешь свой чемоданчик, потом можешь умыться в ванной – это в коридоре, рядом. Потом ляжешь в постель, и я принесу тебе томатного супу…

Тут ее взгляд упал на сердитое лицо дочери, и она подумала, что лучше сегодня вечером не оставлять маленькую Берту с ней наедине.

– Ах, Джордж, – повернулась она к дочери. – Лучше принеси-ка ты суп, хорошо? Кастрюля стоит на плите.

Джордж с недовольным видом вылезла из-под одеяла. И, увидев, как Берта вынимает из своего чемодана ночную рубашку, с презрением произнесла: – Фи!..

«Мы, видите ли, спим в ночной рубашке!.. Не в пижаме! Подумать только, какие мы изысканные! И при этом у нас хватает нахальства тащить к чужим людям свою собаку, не подумав даже спросить у них разрешения!.. Папчик – это что, папа, что ли? Она, видно, сверх всякой меры избалованное существо… И что это, интересно, у нее за собака?.. Сейчас я на нее посмотрю», – думала Джордж.

Однако мать хорошо знала свое дитя и догадывалась, что у той на уме.

– Послушай, Джордж, – сказала она, – я бы не хотела, чтобы ты открывала корзину. Боюсь, что здесь начнется такой лай! Прежде чем лечь, я отнесу Салли в конуру.

Джордж, ничего не ответив, направилась к лестнице. В кухне она налила в тарелку горячего супа, поставила его на поднос, положила рядом несколько кусочков хлеба.

Она поднималась по лестнице медленно, осторожно, чтобы не расплескать суп. Маленькая Берта сидела в постели. Выглядела она уже вполне довольной жизнью. Энн мирно спала. Зато Тимми… Воспользовавшись тем, что его хозяйка вышла, Тимми тут же спрыгнул с кровати и теперь усердно обнюхивал гостью. Грех было бы упустить такой удобный случай и не познакомиться как можно скорее с новым человеком. Берта, смеясь, гладила его по голове.

Джордж, увидев, что Тимми спокойно позволяет новой девочке ласкать себя, остановилась как громом пораженная. Потом поставила тарелку на столик с таким стуком, что суп выплеснулся на поднос.

– Тим, убирайся сейчас же отсюда! – сердито зашипела она.

– Ой, этот суп так аппетитно выглядит! – воскликнула Берта. – Большое спасибо!..

Но Джордж, не говоря ни слова, подошла к своей кровати и легла, отвернувшись к стене. Она прекрасно знала, что ведет себя отвратительно… Но это уже слишком! Эта девчонка пытается переманить ее Тима!..

Пес же устроился на свое постоянное место – в ногах Джордж – и закрыл глаза.

– Завтра Салли тоже будет спать со мной, – радостно сообщила Берта. – Это будет так здорово! Папчик разрешил, чтобы она спала в моей комнате, но только в корзинке.

Джордж быстро повернулась.

– Еще чего! Здесь будет только моя собака и никакой другой собаки не будет!

– Ну все, хватит! – быстро вмешалась тетя Фанни. – Это мы обсудим завтра утром. Насчет Салли я позабочусь, не волнуйся, Берта. А теперь спи! Вон у тебя глаза сами уже закрываются…

Да, Берта очень устала сегодня. Она повернулась на бок и сонным голосом пробормотала:

– Большое спасибо, тетя Фанни… Дайте, пожалуйста, Салли немножечко воды…

Едва договорив эти слова, она заснула. Тетя Фанни взяла тарелку и направилась к двери. Но, не дойдя, остановилась и тихо спросила:

– Джордж, ты не спишь?

Та не ответила. Она знала, что мать очень ею недовольна, и предпочла притвориться спящей.

– Ты же не спишь, я знаю, – снова сказала тетя Фанни. – Надеюсь, тебе стыдно… и завтра ты будешь вести себя по-другому! Такая большая девочка, а ведешь себя безобразно…

Джордж действительно было стыдно, но вести себя завтра по-другому она определенно не собиралась. Ради этой плаксы несчастной?.. И собака у нее наверняка не намного лучше… Тимми ее тоже возненавидит! Наверняка возненавидит! И Берте придется отослать эту противную Салли домой.

– Правда же, Тим, ты ведь со мной согласен? – пробормотала она, когда пес прижался к ее ногам. Тем временем добрая тетя Фанни занималась собачкой Берты. Она дала ей остатки мяса от ужина, налила воды, потом отвела ее в конуру Тимми и закрыла дверь, чтобы Салли не убежала. Потом вернулась в дом, сложила вещи Берты и погасила свет.

Дядя Квентин все проспал, хотя у него было твердое намерение самому встретить Берту.

Тетя Фанни ничего не имела против. Одной ей было куда проще управиться с напуганным, измученным морской болезнью ребенком. Она вздохнула и пошла спать.

О том, что будет завтра, ей не хотелось думать. Только бы Джордж не была такой строптивой!.. Да еще к тому же целых две собаки… Но Берта, кажется, очень милая девочка. Может, все сложится не так уж плохо… В конце концов, Тимми то вполне благоразумный пес.

БЕРТА ВСЕ НАХОДИТ «ПРОСТО ВОСХИЧИТЕЛЬНЫМ»

Первой на следующее утро проснулась Джордж – и тут же бросила взгляд на раскладушку. Берта еще крепко спала. Джордж кинулась к Энн и ткнула ее в бок. Энн испуганно открыла глаза.

– Что случилось? Пора вставать?..

– Погляди-ка туда, – вполголоса сказала Джордж, показав большим пальцем через плечо.

Энн повернула голову и посмотрела в ту сторону, куда показывала Джордж. Там лежала Берта, улыбаясь во сне. Густая прядь светлых волос падала ей на раскрасневшееся личико.

– Слушай, она мне нравится, – прошептала Энн.

– Когда ее привели, она была укутана, как полярник, и ревела, как сирена. По-моему, она круглая дура… И еще она притащила с собой собаку.

– То-то они устроят с Тимми цирк. Где она?

– В конуре. Я ее еще не видела. Она спала в корзине, представляешь? Мне что-то даже не очень хотелось туда заглядывать. Думаю, она совсем маленькая… Наверно, пекинес или какая-нибудь дурацкая болонка.

– Пекинесы – просто прелесть, – возразила Энн. – Они маленькие и очень послушные, и у них такая смешная мордочка… Но что скажет на все это Тимми?

– Вообще Берта вряд ли у нас приживется, – презрительным Тоном продолжала свое Джордж. – Погляди только, какая она бледная… прямо моль! Наверняка она не умеет лазить по деревьям и грести… и вообще…

– Ш-ш-ш… – Энн приложила к губам палец. – Она просыпается.

Берта зевнула и потянулась. Потом открыла глаза и удивленно посмотрела на девочек. Ей понадобилось некоторое время, прежде чем она сообразила, где находится.

– Привет! – улыбнулась ей Энн. – Я спала, когда ты пришла. Я всегда сплю крепко… Или почти всегда.

Берта внимательно посмотрела на Энн. «Эта, кажется, не будет на меня бросаться, – подумала она. – У нее и лицо совсем не злое…»

И она тоже улыбнулась.

– О, я приехала очень поздно. Почти в полночь. В лодке меня укачало, у меня началась настоящая морская болезнь. Даже ноги потом почти не держали.

– Да-а, жаль, – сочувственно сказала Энн. – Тогда это не назовешь приключением. Мне кажется, что настоящее приключение, когда ночью, в темноте, плывешь по морю…

Берта засмеялась.

– Меня приключения не очень интересуют. Я прекрасно без них обхожусь. Тем более что папчик за меня ужасно тревожится. В последнее время он так нервничает!.. Бедный, добрый папчик!

Джордж напряженно прислушивалась к разговору. Берту не очень интересуют приключения! Ну конечно! Иначе и быть не может.

– Я, например, тоже от приключений не в восторге, – сказала Энн. – У нас тут их много было, но мне они больше всего по душе, когда все позади и все хорошо кончилось.

Это было уже слишком! Джордж не выдержала и взорвалась. Ее глаза засверкали.

– Энн! – воскликнула она. – Что за чепуху ты несешь?.. Мы же всегда с таким удовольствием во всякие переделки попадали и потом из них выпутывались!.. Если ты будешь болтать такое, мы тебя больше с собой не возьмем!

Энн засмеялась.

– Успокойся, Джордж! Приключения ведь нельзя запланировать. Просто ты вдруг оказываешься в самой гуще событий. И я всегда была вместе с вами, когда вы из них выпутывались, даже если мне было страшно. Ты сама это знаешь… Но мы что-то заговорились. Разве не пора еще вставать?

Джордж бросила взгляд на часы.

– Конечно, давно пора, – пробурчала она и ехидно добавила: – Может быть, Берта привыкла, чтобы завтрак ей подавали в постель… В их кругах наверняка завтракают прямо в кровати.

– Никогда я так не делала! Мне это тоже кажется некрасивым. Я встаю.

Берта вскочила с постели, подбежала к окну и отодвинула штору. Она увидела бескрайний морской простор, сверкающий в лучах утреннего солнца. Он отражал в себе глубокую голубизну неба.

Света за окном было столько, что он сразу наполнил комнату.

– Фантастика! – воскликнула Берта. – А я-то удивлялась, почему это здесь так светло. Теперь я знаю почему… Какой удивительный вид! Море и в нем маленький островок… Это просто восхичительно!..

– Это там – Киррин-остров! – гордо сообщила Джордж. – И, чтобы ты сразу знала, он – мой!

– Твой? – Берта, рассмеялась. Она подумала, что Джордж ее разыгрывает. – Наверно, тебе очень хочется, чтобы он был твой? – Она опять засмеялась. – Твой… Ты прямо восхичительна!

– «Восхичительна, восхичительна»… – передразнила ее Джордж. – Ты что, говорить по-человечески не умеешь? Это слово пишется с «т»: вос-хи-ти-тель-но. Мы же говорим правильно – а ты почему не можешь?

Берта все еще смотрела в окно.

– Просто мне так всегда слышалось, – неохотно объяснила она. – У меня была одна учительница, так она со мной прямо измучилась из-за этого…

– Причем без всякого результата, – едко заметила Джордж.

– Да, это совсем не так просто. Я сама уже столько сил на это потратила… Но такой остров я тоже хотела иметь. Может, папчик его купит!..

Джордж взорвалась – второй раз за это утро.

– Что-о?.. Купит остров? – фыркнула она. – Ты что, совсем дура? Я же тебе ясно сказала: остров – мой!

Берта удивленно повернулась к ней.

– Но ты же это не всерьез?.. Ты что, посмеяться надо мной хочешь? Остров – твой?

– Да-да, он в самом деле принадлежит Джордж, – вмешалась Энн. – Он всегда принадлежал их семье, а потом дядя Квентин, отец Джордж, взял и подарил его дочери. Это было после одного великолепного приключения, которое мы там пережили.

– Значит, он в самом деле твой? – Берта растерянно смотрела на Джордж. – И ничей больше? Кроме шуток? Ты меня как-нибудь возьмешь туда?

– Видно будет, – буркнула Джордж, немного смягчаясь. Чтоб отец Берты купил ее, Джордж, остров!.. Еще чего не хватало!

Из комнаты напротив послышался шум.

– Эй, мы, кажется, все проспали, – крикнул Джулиан. – Вы там встали уже? Искупаться перед завтраком, видно, сегодня не получится. Будем надеяться, что поесть нам все же дадут что-нибудь…

– А у нас тут Берта! – сообщила Энн. – Мы сейчас быстренько оденемся и спустимся вниз.

– Это твои братья? – спросила Берта. – А у меня, к сожалению, ни братьев, ни сестер. Надеюсь, они приличные ребята?

– Ясное дело! – засмеялась Энн. – Как только ты их узнаешь, ты сразу с ними подружишься! Верно, Джордж?

– Может быть, – коротко ответила та. Она опять рассердилась. Дело в том, что Тимми стоял возле Берты и старательно вилял хвостом. – Ко мне, Тим! – крикнула она. – Не приставай к людям!

– Да он совсем и не пристает… – Берта, улыбаясь, ласково потрепала пса по большой голове. – Да, да, ты очень хорошая собачка. – Она опять засмеялась. – Рядом с Салли он кажется великаном. Тебе Салли тоже понравится, Джордж! Точно-точно! Салли все любят. И я ее очень хорошо воспитала…

Джордж сделала вид, будто ей это вовсе неинтересно. Надев шорты, она пошла в ванную комнату.

Спустя мгновение раздался настоящий индейский вопль: это Джордж пыталась прогнать из ванной Дика и Джулиана. Берта засмеялась.

– Что там случилось? В большой семье всегда так весело? По-моему, это просто восхичительно!.. Слушай, а что мне надеть?

– А, надень что-нибудь попроще, – ответила ей Энн, заглядывая в чемодан Берты. – Я бы надела вот это платье.

Когда раздался звук колокола, все были как раз готовы. Еще на лестнице в нос им ударил аромат жареной ветчины и томатов. Берта с воодушевлением вдыхала аппетитные запахи.

– Я люблю английский завтрак. В Америке ничего подобного нет. Это ведь пахнет ветчиной с томатами? Моя английская воспитательница всегда говорит, что ветчина и яйца – лучший завтрак в мире. Но она ведь еще не завтракала у вас…

Когда дети вошли в столовую, дядя Квентин сидел за столом. Он удивленно посмотрел на Берту: он давно уже забыл, что она должна приехать.

– А это кто такая? – спросил он.

– Ах, Квентин, – улыбнулась его жена. – Ты же знаешь, это дочка Эльбура. Она приехала вчера ночью. Я не хотела тебя будить: ты уже вовсю храпел…

– Что значит: «храпел»? Я вообще не имею привычки храпеть! – Дядя Квентин крепко пожал смущенной Берте руку. – Я рад, что ты здесь… Что бишь я еще хотел сказать? Ах да, как тебя зовут?

– Берта! – ответил хор.

– Верно… Берта. Садись, дитя мое. Я очень хорошо знаю твоего отца. Он как раз занимается одним потрясающим открытием.

– Он все время что-нибудь открывает, – с сияющим лицом сказала Берта. – Иногда он работает до глубокой ночи.

– Как? Разве это возможно? До глубокой ночи? Подумать только!..

– Но, Квентин!.. – Тетя Фанни налила ему кофе. – Ты делаешь точно так же. Неужели ты никогда этого не замечал?

– В самом деле? – Дядя Квентин выглядел крайне удивленным. – До глубокой ночи? И что же, я никогда не ложусь в постель?

– Ложишься, – смеясь, заверила его тетя Фанни. – Только не спрашивай меня, в котором часу!

Все засмеялись; Берта смеялась громче всех.

– Вы точно как мой папчик, – сказала она. – Иногда он понятия не имеет, какой сегодня день недели. И его все равно считают самым умным человеком в мире.

– Вот как? – У дяди Квентина опять был ужасно удивленный вид. – И кто же твой отец по профессии, дитя мое?

На сей раз дети удержались от смеха, хотя и с очень большим трудом.

– Но, Квентин!.. – укоризненно посмотрела на него тетя Фанни.

– Ах да, знаю, знаю, ее отец – Эльбур!.. Вообще-то я всегда это знал, просто сейчас забыл на минуточку…

Пока остальные, отвернувшись, тряслись от сдерживаемого хохота, дядя Квентин как ни в чем не бывало просматривал почту. На одном из писем была пометка «Срочно». Это письмо он распечатал в первую очередь.

– Ну вот, если я не ошибаюсь, это письмо от твоего отца, – обернулся он к Берте. – Ну-ка, посмотрим, что он пишет.

– Речь идет об одном деле, которое касается тебя… э… – Он бросил на жену взгляд, в котором была просьба о помощи. – Как же ее все-таки зовут?

– Ее имя – Берта, – терпеливо повторила тетя Фанни.

– Ага… Значит, речь идет о тебе, Берта. Но, должен сказать, у твоего отца возникают странные идеи… весьма странные!..

– Да? – вопросительно посмотрела на него жена.

– Да. Итак, Эльбур считает, что Берту нужно переодеть, потому что ее и тут будут искать. И ей надо дать другое имя. Представьте, он, кроме того, хочет, чтобы мы купили ей мальчишеское платье и подстригли волосы. Одним словом, она должна выглядеть как мальчик…

Все были ошеломлены. Берта смотрела на него, не говоря ни слова. Потом вдруг закричала:

– Нет, я не хочу! Не хочу изображать мальчика! Не хочу, чтобы мне стригли волосы! Посмейте только меня постричь! Я не хочу!..

ГОРЧИЦА – ЭТО НЕ МАРМЕЛАД!

Она была настолько вне себя, что тетя Фанни сочла необходимым быстро и решительно вмешаться.

– Квентин, давай пока не будем говорить об этом. Потом найдем более подходящий случай. А пока надо спокойно позавтракать.

– Я не хочу, чтобы мне подстригали волосы! – снова заявила Берта.

Дядя Квентин, который не привык, чтобы ему перечили, сморщился и опять посмотрел на жену.

– Не понимаю, как ты такое могла допустить, Фанни? Эта… эта… Как бишь ее имя?

– Берта, Берта, – откликнулся хор.

– Ах да, Берта. Так вот, эта…

– Я уже сказала: давайте обсудим все это позже! – перебила его тетя Фанни таким резким тоном, что все, в том числе и дядя Квентин, поняли: она точно знает, что говорит. Когда требовалось, тетя Фанни, всегда такая мягкая и терпеливая, могла становиться очень решительной.

Дядя Квентин наморщил лоб, сложил письмо и открыл следующее.

Дети переглянулись.

Берта, переодетая мальчиком? Но это же бессмыслица! Кто-кто, а она совсем не похожа на мальчика. Джордж была возмущена. Она посмотрела на Берту, которая, глотая слезы, доедала завтрак. Эта плакса!.. Да никогда в ней не будет ничего от мальчика!

Джулиан бросил на обеих быстрый взгляд и поспешил втянуть тетю Фанни в какой-то разговор насчет сада. Она была очень ему благодарна за то, что он попытался отвлечь внимание от неприятного инцидента. «На него всегда можно положиться», – думала она, обсуждая с ним вопросы о том, не пора ли снимать фрукты, и кто сегодня должен собрать к обеду малину, и еще о скворцах, которые поклевали вишни.

Спустя короткое время все весело болтали друг с другом. Вишни, скворцы и малина заинтересовали даже Берту. Мрачные лица были только у Джордж и ее отца. Оба сидели такие недовольные и были так похожи, что Джулиан тихонько толкнул Дика ногой под столом. Дик усмехнулся и прошептал:

– Прямо одно лицо… – И подчеркнуто ласковым тоном добавил: – Джордж, ты что, уже наелась?

Та как раз собиралась дать подходящий ответ, но тут дядя Квентин разразился жутким приступом кашля. Энн закричала:

– Дядя Квентин намазал свою булочку горчицей! Забери у него, тетя Фанни!

– В самом деле, – прохрипел он, – я уже заметил, что мармелад сегодня немного горчит.

Все покатились со смеху. Тетя Фанни постучала мужа по спине, отобрала у него булочку и положила ее подальше.

– Квентин, – сказала она с упреком в голосе, – ты уже второй раз в этом месяце намазываешь булочку горчицей. Нельзя же быть таким рассеянным!..

Дядя Квентин с побагровевшим лицом перестал наконец кашлять и принялся хохотать. Джордж вдруг забыла про свои обиды и стала обыкновенной жизнерадостной девочкой, Тимми лаял как сумасшедший, а Берта тоненько смеялась. Тетя Фанни была ужасно рада маленькому происшествию с горчицей. По ее ощущениям, в Киррин-коттедже маловато смеялись.

– А вы знаете, папа однажды полил жареную рыбу ванильным соусом и потом уверял, что никогда еще не пробовал такого вкусного майонеза, – давясь от смеха, проговорила Джордж.

За столом стало так весело, что тетя Фанни смотрела на всех и радовалась.

– Кто-нибудь двое помогут Джоанне вытирать посуду, – распорядилась она. – Остальные пойдут со мной в комнаты, мы будем убирать постели…

– Ой, а что с моей Салли? – жалобно спросила вдруг Берта. – Я ее сегодня еще не видела. Где она?

– Можешь привести ее сюда, – улыбнулась девочке тетя Фанни. – Для Салли у нас, конечно, найдется немного времени. Ты не хочешь пойти в кабинет, Квентин?

– Да, хочу. И очень прошу тебя: позаботься, чтобы тут никто не орал и не лаял!

Он встал и вышел из комнаты. Берта была уже в дверях.

– Где тут у вас конура? – спросила она.

– Я покажу, – предложила Энн. – Пойдешь с нами, Джордж?

Хорошее настроение Джордж улетучилось.

– Пожалуйста, можете тащить сюда вашу собаку. Посмотрим, что скажет на это Тимми. Если он ее невзлюбит, то придется ей оставаться во дворе.

– Ну уж нет! – строптиво ответила Берта.

– Ладно, тогда как хочешь. Если тебе понравится, как мой пес проглотит твою Салли с потрохами, то я не возражаю. Да будет тебе известно, Тимми очень ревнивый!

– Нет! – воскликнула Берта в ужасе. – Тимми очень милый и наверняка не злой.

– Ты все время говоришь одно и то же… Ладно, мое дело тебя предупредить. Энн дернула Берту за рукав.

– Пойдем же за Салли! А с Тимми все будет в порядке, я думаю.

Едва они вышли, Джордж нагнулась к Тимми и зашептала ему на ухо:

– Ты же терпеть не можешь чужих собак, которые приходят к нам и начинают хозяйничать, правда? Ты будешь страшно рычать и скалить зубы, понял? Лаять ты не станешь, я знаю. Но рычи так, чтобы стены дрожали, слышишь? Рычи так, чтобы им обеим стало страшно!.. И тогда Салли придется оставаться во дворе.

Она бы еще долго инструктировала Тимми, как тот должен себя вести, но тут послышались шаги и громкие восхищенные возгласы.

– О, какая прелесть! Какая красивая собачка! Салли, ты же просто красавица! Джулиан, Дик, тетя Фанни, идите сюда! Посмотрите на собачку Берты!..

Джулиан и Дик помчались к двери, едва не столкнувшись с Бертой, которая держала Салли да руках.

Салли оказалась черным карликовым пуделем с пушистой шерстью, подстриженной по последней моде. В общем, это была элегантная миниатюрная дама-пуделиха. Ее влажный носик находился в постоянном беспокойном движении, от ее блестящих глаз не ускользало ничего. Берта опустила ее на пол. Салли с любопытством переводила взгляд с одного человека на другого, кончик ее хвоста подергивался. Лишь немного позже она позволила себе, в виде пробы, вильнуть им. Кроме Джордж, все были в полном восторге.

– Вот бы мне такую шубку! – всплеснула ручками Энн.

– Салли, Салли, ты дивное маленькое собачье существо! – наклонился к ней Дик. – Пуделей я обожаю, – признался Джулиан. – Они, мне кажется, самые смышленые собаки…

Тимми хотел обнюхать Салли, но Джордж оттащила его назад. От его хвоста по комнате пошел ветер, так усиленно он им махал.

Салли бесстрашно посмотрела на пса, потом подбежала к нему и тоже принялась вилять своим маленьким, веселым хвостиком.

Медленно, осторожно Тимми начал отступать. Салли же танцевала вокруг него на задних лапках и вдруг разразилась звонким, пронзительным тявканьем.

Тут Тимми вдруг вырвался из рук Джордж и довольно неуклюже, неумело подпрыгнул. Он прыгал и прыгал, едва не опрокидывая стулья.

Потом они принялись бешено носиться по комнате. С грохотом упал один стул, за ним другой – но кого это волновало? Все кричали и хохотали до слез, наблюдая, что вытворяют проворный пудель и неуклюжий Тимми. Это был настоящий цирк!

Наконец Салли выдохлась и уселась в углу. Тимми живо обнюхал ее и бросился рядом с ней на пол.

Энн сияла от восторга.

– Джордж! – закричала она. – Он восхитил Салли так же, как и тебя!

А Джордж вся кипела; ей было так горько и обидно, что и словами не выразишь! Тимми понравилась чужая собака!.. И – какая собака! Визгливая, мерзкая шавка!.. И это после того, как ему было велено держаться злобно и неприступно…

– Правда же, они чудесно играют? – подняла счастливый взгляд Берта. – Я знала, что Салли найдет с ним общий язык. У нее ведь тоже прекрасная родословная… По-моему, Тимми считает, что Салли просто восхичительна…

– Восхичительна! Восхичительна!.. – Дик попытался как можно точнее передать небрежное произношение Берты.

Неужели он, глупый, не заметил, что глаза Джордж мечут молнии?.. У того, кто посмел унизить ее Тимми, она отобьет охоту смеяться… а в первую очередь – у Берты!.. Дик наклонился над Тимми и потрепал его мягкую шерсть.

– Ты хороший товарищ, правда ведь? И наверняка такой же ценный, как тысяча чистопородных собак.

– Да, он очень красивый, – похвалила пса Берта. – А таких красивых собачьих глаз я в жизни видела.

Лицо Джордж чуть-чуть посветлело.

– Поди сюда, Тим! – позвала она. – Рядом с этой чистопородной моськой ты выглядишь просто смешным.

– Теперь, когда они стали друзьями, правда же, Салли может спать в моей кровати? – Берта вопросительно посмотрела на тетю Фанни.

– Вот еще! – тут же воскликнула Джордж. – мама, скажи ей, что я этого не допущу!

Тетя Фанни растерялась.

– Ну-ну, там видно будет… Кстати, Салли прекрасно чувствовала себя в конуре, – быстро добавила она.

– Но мне так хочется, чтобы она спала со мной! – не отступала Берта. – Папчик говорит, он отдал бы все свое состояние, только бы я была счастлива. А если Салли не будет спать со мной, разве я буду счастлива? У папчика есть, наверное, целый миллион – разве вы не хотите, чтобы он вам его отдал?..

– Послушай, дитя мое, – серьезно сказала тетя Фанни, – деньги тут совершенно ни при чем! Давай пока не будем об этом говорить… Сейчас каждый отправится по своим делам. А потом мы еще раз спокойно прочтем письмо твоего отца и посмотрим, что он пишет про тебя и чего желает…

– Но я не хочу, чтобы… – закричала Берта. И вдруг замолчала. Кто-то положил руку ей на плечо. Это был Джулиан.

– А теперь, Берта, навостри свои ушки и послушай меня. Ты в конце концов уже не маленький ребенок. Если твой… папчик считает, что ты должна немножко переодеться, значит, ты так и сделаешь. Относись к этому как к игре…

Берта подняла на него взгляд; Джулиан дружески ей улыбнулся. Она улыбнулась в ответ, хотя слезы, выступившие у нее на глазах, еще не высохли до конца. Джулиан обнял ее за плечи.

– Вот увидишь, сестричка, мы в два счета сделаем из тебя братишку, ты и моргнуть не успеешь!

– Понимаю… – тихо сказала она, с тоской думая о своих белокурых локонах.

Тетя Фанни тоже улыбалась про себя. Ах этот Джулиан! Что говорить, иной раз он, со своей стариковской рассудительностью действует на нервы, но зато часто умеет сказать нужное слово в нужный момент. Вот сейчас он взял на себя заботу о Берте, чему тетя Фанни была несказанно рада.

Вести такой дом – дело очень нелегкое. Особенно, если муж у тебя такой рассеянный… Подумать только – второй раз за месяц намазал булочку вместо мармелада горчицей!.. Так что тетя Фанни была благодарна за любую, даже маленькую, помощь.

– Ты сейчас иди и помогай убирать постели, – распорядился Джулиан. – И Салли с собой забери. Она у тебя все-таки замечательная собачка… Тимми тоже замечательный, но по-другому. Не забывай об этом!

БЕРТА ПРЕВРАЩАЕТСЯ В ТОНИ

В доме наконец вновь воцарился мир. Энн и Дик отправились к Джоанне на кухню вытирать посуду. Она, как и тетя Фанни, тоже была постоянно по уши в заботах и потому обрадовалась помощникам. Нынче утром она очень удивилась, обнаружив за столом еще одного, пятого ребенка. А сейчас она ломала голову, зачем это хозяйка велела ей после завтрака зайти к ней для какого-то важного разговора.

Берта меж тем помогала тете Фанни убирать постели. Правда, без большого успеха: ей никогда еще не приходилось этим заниматься. Но она очень старалась, и тетя Фанни была ею довольна. Тимми и Салли в это время носились по комнате и, как могли, всем мешали.

– Я так рада, что Тимми подружился с Салли! – сказала Берта. – Я-то знала, что так и будет. А Джордж говорила, что ничего подобного, они обязательно поссорятся… По-моему, Джордж какая-то странная…

– Хм… Ты знаешь, – стала терпеливо объяснять ей тетя Фанни, – у Джордж ведь такая же проблема, как у тебя. У нее нет ни братьев, ни сестер. Джулиан, Дик и Энн приезжают сюда каждый год, но совсем ненадолго. А так она все время одна. Единственный ребенок в семье часто бывает немного избалованным и капризным. Поэтому с ней порой нелегко ладить. Но я думаю, вы с ней подружитесь.

– Мой папчик всегда заботился, чтобы я как можно больше играла с другими детьми и не была одна. Он у меня вообще восхичительный… Я хочу сказать – восхитительный. Давайте я буду тренироваться, бесперерывно говорить: «восхитительный». Тогда я точно не буду больше никогда ошибаться!

– Тогда уж одновременно тренируйся говорить и «беспрерывно». Это слово произносят с одним «е», – со смехом заметила тетя Фанни.

– Восхитительно, восхитительно, беспрерывно. Восхитительно, беспрерывно… – пела Берта, взбивая подушки.

В комнату заглянул Дик.

– Ты сейчас просто восхитительна, дитя мое! – сказал он и захохотал.

– Полно дурачиться, Дик! – прикрикнула на тетя Фанни. – Ну хорошо, Берта, с этим мы справились. А теперь пойдем вниз и устроим маленькое совещание. Зови остальных, пускай тоже идут!

Берта выбежала из комнаты; за ней веселой неразлучной парой помчались Тимми и Салли. Сначала она позвала Дика и Джулиана. Потом разыскала девочек. Джордж, насупив брови, посмотрела на Тимми.

– Ты что, так все время и будешь хвостом бегать за этой Салли, дурачок? Где ты вообще был?.. Дождешься, скоро она на тебя и смотреть не захочет!..

Через несколько минут пятеро детей, обе собаки, тетя Фанни и кухарка Джоанна собрались в гостиной. Берта беспокойно ерзала на стуле. Тетя Фанни обратилась сначала к Джоанне:

– Вы ведь знаете, мой муж работает над важным проектом. Эта малышка, – тетя Фанни положила руку на плечо девочки, – дочь его коллеги…

– Да, да, понимаю… – Джоанна была ужасно заинтригована.

– Отец Берты, – продолжала тетя Фанни, – Несколько дней назад получил письмо с угрозами. Кто-то его шантажирует: или он отдаст этим людям документацию проекта, или они похитят его дочь. Поэтому отец Берты привез ее к нам. Она пробудет здесь три недели. За это время работа будет закончена, а документы опубликованы…

Джоанна покивала.

– Да, да, я понимаю. А мы эти три недели будем присматривать за Бертой и охранять ее. Проще пареной репы!..

– Конечно, – согласилась тетя Фанни. – Но вот еще что…. Отец Берты хочет, чтобы мы, из соображений безопасности, сделали из нее мальчика.

– Понятно, – снова сказала Джоанна.

– Замечательная идея! – ухмыльнулся Дик.

– И потом, мы должны дать ей другое имя, мальчишеское. И постричь ее.

– О, только не это, пожалуйста! – воскликнула Берта, отбрасывая назад свои красивые белокурые волосы. – Мне кажется, это выглядит ужасно, когда девочка ходит с короткими волосами, как у мальчика…

Энн тихонько ткнула ее локтем в бок и сдвинула брови. Берта испуганно замолчала. Она совсем забыла про Джордж!

– Я думаю, мы должны сделать так, как хочет твой отец, – постаралась успокоить ее тетя Фанни. – К тому же он прав. Подумай сама, Берта! Если кто-нибудь явится сюда, чтобы тебя похитить, он ведь сразу тебя найдет. Потому ты и должна изменить свою внешность… А волосы тебе мы не будем постригать совсем уж коротко.

– Мои красивые волосы!.. – чуть не плакала Берта. – Не понимаю я папчика… Он всегда говорил, что они у меня восхичительные…

На сей раз никто не решился ее поправить. Она в самом деле была убита горем!

– Они скоро опять отрастут! – утешала ее тетя Фанни. А Джулиан вдруг засмеялся:

– Ты увидишь, Берта, короткие волосы пойдут тебе больше, чем всем нам!

Ну, если Джулиан так считает!.. Берта уже наполовину смирилась со своей участью.

– Спорим, ты будешь такой же красивой, как Джордж, – поддержал брата Дик.

– Как Джордж? – Берта наморщила лоб, глядя на девочку. – Мне кажется, одежда вообще-то могла бы сидеть на ней куда лучше…

– А тебе какое до этого дело? – вскочила Джордж. – Уж ты-то в мальчишеском платье будешь выглядеть как огородное пугало!.. И уж не как настоящий мальчик. И вообще дурацкая это идея – превратить ее в мальчика!..

– Ага, наша Джордж хочет остаться единственной и неповторимой, – съязвил Дик. И проворно увернулся от кулака Джордж, нацеленного ему в ребра.

Джулиан встал.

– Я сейчас пойду и куплю для Берты что-нибудь из одежды… А как быть со стрижкой? Ничего, если я займусь ею после этого?

Тетя Фанни смотрела на него все с большим уважением. Что за мальчик! Как решительно он берет дело в свои руки!.. Но еще больше ее удивляла Берта, которая кротко, как овечка, принимала его распоряжения.

– Конечно, пойди! – сказала тетя Фанни приветливо. – А насчет стрижки… Боюсь, если ты ее пострижешь, от нее люди станут шарахаться.

– Почему же?.. Джулиан вполне сможет… меня постричь, – с некоторым усилием произнесла Берта.

Все посмотрели на нее с удивлением.

– И все-таки лучше будет, если ты доверишь это мне, – твердо сказала тетя Фанни. – А как насчет имени? Ты уже придумала что-нибудь?

– Нет, – помотала головой Берта. – А это обязательно, чтобы было другое имя? Я к нему точно никогда не привыкну. Мне вовсе не хочется, чтобы меня звали мужским именем… как Джордж.

– Ах ты… – начала было Джордж презрительным тоном, но смех Дика и Джулиана ее остановил.

– Послушайте, вас обеих просто вынести невозможно, – сказал наконец Джулиан. – Одна должна стать мальчиком, но ее ни за какие коврижки не уговоришь. Другая, наоборот, об этом мечтает, хотя ей это совсем не нужно… Словом, довольно этих разговоров! Мы назовем Берту Робертом.

Нет, – возразил ему Дик, – Роберт не годится. Это слишком напоминает Берту. Что вы скажете, например, насчет Джима? Или Тома?

– Мне не нравится, – надула губы Берта. И вдруг лукаво улыбнулась. – У меня же есть еще имя. Может, его и возьмем?

– Как это? Еще одно девчоночье имя? Зачем до нам? – удивленно сказал Джулиан.

– А затем, что, хоть оно и девчоночье, мальчиков тоже часто так зовут. И к тому же оно красивое. Угадайте, что это за имя!

Джулиан задумался.

– Не так уж много имен, которые одинаково могут быть мужскими и женскими… Мне нравится только одно – Тони.

– Ура! – закричала Берта. – Джулиан сразу угадал!

– Тони, значит? – улыбнулся Джулиан. – Это имя тебе подходит куда больше, чем Берта. Итак, мы будем звать тебя Тони. Ну что ж, теперь все в полном порядке!

– Еще не совсем, – возразила тетя Фанни. – Должна вам сказать еще вот что. Берту… я имею в виду Тони, нельзя ни на минуту выпускать из виду. Если вы заметите что-нибудь необычное или увидите чужого человека, тут же бегите и говорите мне. А я сразу сообщу в полицию.

– Вот здорово! Похоже, у нас опять начинаются приключения! – Глаза у Дика блестели, когда он это произносил.

– Я очень надеюсь, что это не так! – Тетя Фанни очень серьезно посмотрела на детей. – И еще надеюсь, что никто чужой не заподозрит, что ты, Берта… я хочу сказать. Тони… не просто друг Джулиана и Дика, который приехал к нам погостить… Кстати, это совсем не просто – привыкнуть к новому имени и всегда говорить «он» вместо «она», – добавила она с улыбкой.

– Да уж это точно! – поддержал ее Джулиан. – В общем, тетя Фанни, если ты дашь мне денег, я куплю для Тони что-нибудь из одежды. Как ты думаешь, какой размер он носит?

Все засмеялись.

– Размер ботинок у него – тридцать третий, – подала голос Джоанна. – Я утром, когда чистила обувь, посмотрела.

– И еще ему придется срочно привыкнуть, что куртка застегивается направо, а не налево, – хихикнула Энн.

– Привыкнет она… Правда, Тим? – сказала вдруг Джордж. – Куда она денется!..

– Ты, кажется, собираешься нам все испортить, Джордж! – Джулиан уже не смеялся. – Скажешь где-нибудь «она» вместо «он» – и это окажется роковым для Бер… то есть для Тони.

– Знаю я, – пробурчала Джордж. – Но самое роковое – что она никогда не будет похожа на мальчика, и…

– Да я совсем не хочу походить на мальчика, – перебила ее Берта. – А вот ты, мне кажется…

– Опять, опять? Прекратите наконец скандалить! – Джулиан без лишних слов взял Джордж за руку и потянул к выходу. – Пойдем за покупками вместе! И не корчи такую скорбную физиономию: вот стукнет тебе семьдесят или около того, тогда ворчи сколько угодно! А пока ты выглядишь, как невоспитанная девчонка…

И Джордж, как она ни старалась остаться хмурой, не выдержала и рассмеялась. Джулиан опять бился своего!

– Ладно, пойдем, – ответила она. – Пока, Берта! Смотри, чтобы, когда мы вернемся, ты была не Тони с короткими волосами…

Все еще смеясь, она побежала за Джулианом. Энн принесла самые острые ножницы, какие только смогла найти, и накинула Берте на плечи большую салфетку. Лицо у Берты скривилось, она готова была расплакаться.

– Выше голову! – подбадривал ее Дик. – Скоро ты будешь как ангелочек. Начинай, тетя Фанни, а то я уже сгораю от нетерпения…

– Сейчас замри и сиди тихо! – предупредила тетя Фанни девочку.

Зазвякали ножницы, и густые локоны стали падать на пол. Тут Берта не выдержала-таки и горько заплакала.

– Мои волосы… мои чудесные длинные волосы!.. – жалобно всхлипывала она.

– Не надо плакать! – утешала ее Энн. – Ты же теперь просто красавица!.. Тетя Фанни, подрежь еще вот тут, справа. И челку сделай чуть-чуть покороче…

– Ну вот, я думаю, готово, – Тетя Фанни все, что делала, делала основательно – Ну-ка, дай на тебя посмотреть!.

КАК НАСТОЯЩИЙ МАЛЬЧИК

Берта стояла посреди комнаты, судорожно глотая слезы. Энн смотрела на нее, безуспешно пытаясь дождаться от нее хоть словечка.

– Ну просто вылитый мальчик! – сказала она наконец. – Настоящий, симпатичный мальчик!

– Потрясающе! – воскликнул Дик. – Новая прическа тебе здорово идет! Я сразу это сказал!..

А тетя Фанни даже руками всплеснула.

– Кто бы мог подумать: она даже больше похожа на мальчика, чем Джордж. Честное слово!.. Может, это потому, что у Джордж волосы курчавые?

Берта кинулась к зеркалу.

– Ой, это ужасно! – закричала она. – Это не я, а обезьяна какая-то! Меня же в таком виде никто не узнает!..

– Так это же потрясающе! – восторженно заявил Дик. – Ведь ради этого мы все и затеяли! Именно: в таком виде тебя никто-никто не узнает! Твой отец здорово это придумал!.. Хотел бы я посмотреть на того похитителя, который узнает в тебе маленькую хорошенькую девочку по имени Берта!

– Пускай бы меня лучше тысячу раз похитили, чем жить с такой внешностью! – причитала Берта. – Что скажут девочки в школе, когда меня увидят?..

– Чепуха! Про Джордж же они ничего не говорят! Так же будет и с тобой, – успокаивала ее Энн.

– Полно плакать! – наклонилась над ней тетя Фанни. – Волосы у тебя не такие уж и короткие. И ты была такая послушная, что за это тебе полагается какая-нибудь награда…

Берта всхлипнула еще раз.

– Правда полагается? Тетя Фанни, а ты выполнишь одно мое желание? Только одно, одно-единственное… Пускай Салли спит со мной!..

– Ах, дитя мое, Бер… Тони! Это совершенно невозможно! Еще одна собака в такой маленькой комнате! – заволновалась тетя Фанни.

– Но Салли будет таким прекрасным сторожем! – канючила Берта. – Она принимается лаять при малейшем шорохе. Если она будет рядом, я ничего-ничего не буду бояться!..

Тетя Фанни растерянно смотрела то на Берту, то на Дика, то на Энн.

– Я бы охотно тебе это позволила, но…

Тут ее перебила Джоанна, которая слушала разговор, стоя у двери.

– Я извиняюсь, сударыня… У меня такое есть предложение: пускай Берта у меня спит. Мне собака не мешает. Так что пускай девочка спокойно забирает ее с собой. Кто ж против такого прелестного маленького пуделька?.. А в комнате Джордж и вправду для трех кроватей мало места. Так что, если Берта не против, милости просим ко мне.

– О Джоанна, это так мило с твоей стороны! – растроганно произнесла тетя Фанни. – Лучше и придумать нельзя. Комната Джоанны находится на самом верху, под крышей, – объяснила она Берте. – Похитителям вряд ли придет в голову искать тебя там, наверху.

– О, большое спасибо, Джоанна, это просто восхичителъно! – воскликнула Берта, сияя от счастья. – Слышала, Салли? Сегодня ты можешь спать в моей постели!

– Я, например, не уверена, что это правильно. И не знаю, если Салли привыкнет к подобным вещам, не станет ли сердиться твой отец, Бер… Тони, я хотела сказать! Ах, я уже совсем с вами запуталась… Энн, будь добра, смети волосы, хорошо?

Когда Джулиан и Джордж вернулись домой, в гостиной никого не было. Они положили пакеты на стол.

– Мама! – позвала Джордж.

– Тетя Фанни! – крикнул Джулиан.

Не прошло и минуты, как все четверо – тетя Фанни, Берта, Энн и Дик – появились на верху лестницы.

– Черт возьми! – воскликнул Джулиан. – Берта, это ты? Я тебя еле-еле узнал!..

– Ты и вправду сейчас как мальчишка! – поразилась Джордж. – Вот уж никогда бы не подумала…

– Причем мальчишка первый класс, – улыбнулся Джулиан. – Твой отец был прав. Ты совершенно по-другому выглядишь. На твоем месте я бы такую прическу оставил насовсем.

– А где то, что вы купили? – с любопытством спросила Берта.

Мало-помалу она входила во вкус новой игры. Развернув пакеты, она вынула оттуда вещи. Там была самая обыкновенная одежда: джинсовая куртка, две пары шорт, два легких пуловера, две ковбойки и кепка-бейсболка.

Кепку она тут же напялила себе на голову, вызвав у окружающих взрыв одобрительного смеха.

– Как здорово ей идет!

– А как эта кепка на ней смотрится!

– Да уж, это у нее получается на все сто!

– Примерь-ка и ты! – Берта протянула кепку Джордж. Та схватила ее, горячо надеясь, что ей кепка пойдет еще больше.

Но ее курчавые волосы были такими густыми, что кепка казалась не надетой на голову, а лежащей сверху на волосах. Реакцией снова были громкие вопли:

– Снимай сейчас же! Ты в ней выглядишь, как девчонка в кепке!

Джордж со злостью сорвала кепку с головы. Какое унижение! Она выставила себя на всеобщее осмеяние… Лучше бы она совсем эту кепку не покупала! Ведь она надеялась, Берта в ней будет похожа на клоуна…

– Берта, иди наверх и переоденься! – предложила тетя Фанни.

Берта послушно ушла. И вскоре появилась в серых шортах и клетчатой рубашке с короткими рукавами и распахнутым воротом.

Ее встретили бурные крики восторга. Берта рассмеялась и несколько раз гордо продефилировала вокруг стола, глубоко натянув на лоб кепку.

– Вот это да! То, что надо! – Джулиан поднял большой палец. – Одно плохо: слишком чистая, надо бы ее немного испачкать, – предложил он.

– И не подумаю! – закричала Берта. – Я вообще никогда не пачкаюсь, и я думаю…

Что она думала, осталось неизвестным: в этот момент в дверях появился дядя Квентин.

– Хотел бы я знать, что все это значит? Эти вопли и крики?.. – начал он сурово. – Я ведь, кажется, ясно просил, чтобы мне дали возможность работать.

Вдруг он замолчал. Он увидел Берту.

– А это еще кто? – вопросил он, пристально разглядывая ее.

– Папа, ты что, не знаешь?

– Конечно, не знаю. Я его никогда в жизни не видел. Только не рассказывайте мне, что к нам еще кто-то приехал погостить и что здесь устраивают что-то вроде слета бойскаутов!

– Дядя, да это же Берта!.. – Энн поперхнулась, изо всех сил удерживаясь от смеха.

– Кто такая Берта? – Дядя Квентин наморщил лоб. – Кажется, я уже слышал это имя…

Дик оказался единственным, кто был еще в состоянии ответить.

– Это девочка, которую должны похитить!

– Ах да, Берта, дочь Эльбура… Да-да, помню… Но кто этот мальчик? Как его зовут?

– Тони, – сказала Берта сквозь смех. – Но когда мы завтракали вместе, я была еще Бертой.

– Как это так? – удивился дядя Квентин. – Какое невероятное превращение! Твой собственный отец тебя ни за что не узнает… Будем надеяться, я запомню, что это ты. Пожалуйста, напомните, если мне случится запамятовать…

С этими словами он, все еще удивленно качая головой, вернулся в свой кабинет. Дети же долго смеялись и никак не могли остановиться.

– Я бы хотела, чтобы сегодня вы поели дома, – дождавшись наконец, когда все угомонились, попросила тетя Фанни. – Сейчас уже слишком поздно делать бутерброды и готовить вам корзинку с едой. На второй завтрак сегодня у нас только ветчина и салат. Так что смотрите, не очень уставайте, чтобы не слишком проголодаться!

– А мы еще можем сбегать на пляж? – спросил Джулиан, глядя на часы.

– Да, конечно, – ответила тетя Фанни. – Но часа через два будьте здесь, надо собрать малину. У нас с Джоанной очень много другой работы.

– Будет сделано! Итак, братцы, сейчас на пляж, потом собираем все вместе малину. Вместе мы быстро с этим управимся.

– У тебя купальник-то есть, Берта… то есть Тони? – спросила Джордж.

– Да, есть. А купальная шапочка теперь, на короткие волосы, ни к чему. Ура!..

Чемодан Берты был уже в комнате Джоанны. Она побежала наверх, за купальником.

– Смотри не забудь куртку! И захвати полотенце! – крикнула Джордж, направляясь вместе с Энн в их комнату.

– Спорим, что Берта не умеет плавать! – сказала Джордж, когда они остались вдвоем. – Она глупая. Все мальчишки умеют плавать, а ее нам придется учить.

– Но ты, надеюсь, не собираешься ее топить? – Энн бросила на нее предостерегающий взгляд.

Неужели она читает чужие мысли?.. Джордж как раз подумала, что уж она заставит эту зазнайку наглотаться соленой воды!..

Пока Джордж и Энн переоделись и спустились вниз, остальные уже ушли к морю.

Придя на пляж, девочки первым делом увидели Салли: она восседала на куртках Дика, Джулиана и Берты и… рычала на них. Она рычала даже на Тимми. Ее маленькие, но острые белые зубки грозно поблескивали.

Джордж не могла не рассмеяться.

– Не давай себя в обиду, Тим! Разве такой большой пес, как ты, должен позволять, чтобы какая-то малявка на него рычала? А ну, рявкни на нее как следует!

Однако Тимми и не думал рявкать на Салли. Видимо, он не хотел портить с ней отношения.

– А где остальные? – Энн приложила ладонь козырьком к глазам и посмотрела на море. – Смотри, Джордж, как далеко они уплыли! И Берта там?.. Никогда не подумала бы!

– Да, да, она там…. – Джордж увидела ее далеко в море. Она была очень разочарована.

– Черт возьми! – воскликнула Энн. – Она, видимо, прекрасная пловчиха. Тут мы здорово промахнулись! Так далеко я бы не заплыла…

Джордж ничего не сказала. Она бросилась в воду, прыгнула в высокую волну и энергичными саженками поплыла к троим друзьям. «Надо еще посмотреть, действительно ли это Берта, – подумала она. – Если да, то мальчикам придется, поди, брать ее на буксир, чтобы вытащить на берег…»

Это была Берта! Ее светлые волосы блестели на солнце, и она восторженно кричала:

– Это великолепно, о, это просто чудесно! Давай сюда, Джордж! Ты получишь такое удовольствие!.. Вода чудесная, совсем теплая!..

Джулиан и Дик смеялись, глядя, как Джордж хватает ртом воздух.

– Тони – замечательная пловчиха, – крикнул ей Дик. – Я уж думал, она нас обгонит. Тебя-то она наверняка обставит!

– Никогда! – Глаза Джордж засверкали… Однако из осторожности она не стала вызывать Берту на соревнование.

Это было огромное наслаждение – нырять и резвиться в воде, ни о чем не думая. Энн смеялась до слез, глядя, как Берта, оказавшись у Джордж на спине, окунает ее голову в воду…

Ах эта Берта! И самое скверное, что разъяренная Джордж никак не могла ее ухватить!..

НЕОЖИДАННЫЙ ЗВОНОК

Берта быстро освоилась в Киррин-коттедже. Но Джордж все еще на нее злилась, потому что Берта играла роль мальчика лучше, чем она сама. Постепенно ее ревность, однако, отступала. Лишь одно было невозможно вынести: Берта плавала лучше, чем она.

Она прекрасно ныряла, скользила под водой, как рыба, и могла находиться там дольше, чем Джулиан и Дик. В этом смысле она была просто непревзойденной!

– Это потому, – объясняла она, – что у нас дома, в Америке, в саду есть бассейн. Такой восхичительный плавательный бассейн. Вот бы вы видели! Плавать я научилась, когда мне было два года. Папчик всегда называл меня «русалочка». Наверно, от этого я всегда голодная.

Да, насчет еды Берта соображала здорово. Вернее сказать, ела она столько же, сколько другие, – вот только сама была гораздо меньше других.

– Ты немножко поправилась, – как-то, спустя неделю, сказала ей тетя Фанни. – А что еще лучше, совсем почернела от загара.

– Я тоже этому рада, – засмеялась Берта.

– Это очень хорошо, что ты так быстро загораешь. Похитители, которые ищут бледную и худую девочку с длинными волосами, повернут назад, когда увидят тебя. Никто не догадается, что ты и есть маленькая Берта.

– Да… только я с удовольствием опять стала бы Бертой. Мне никакой радости от того, что я изображаю мальчика. Я кажусь себе такой идиоткой!.. Хорошо еще, что волосы чуть-чуть отросли, я не выгляжу совсем уж мальчишкой, мне кажется…

– О, ты права! – испуганно воскликнула тетя Фанни. – Придется тебя еще немного постричь!..

– Ой, я дура! – спохватилась Берта. – Не надо было мне ничего говорить – тогда бы вы ничего не заметили… Пожалуйста, пускай они растут, ладно?.. Я здесь уже неделю, а ни один похититель так ни разу и не показался. Их наверняка и не будет ни одного… и вообще, столько мальчишек ходит с длинными волосами…

Но тетя Фанни была непреклонна, и Берте пришлось подчиниться. Волосы ее были еще немного пострижены, и она снова выглядела точь-в-точь как настоящий мальчик.

– Ни рыба ни мясо, – буркнула неприязненно Джордж, и всем было понятно почему.

Салли нашла себе в Киррин-коттедже много друзей. Даже Джордж не могла противиться ее обаянию. Эта маленькая очаровательная собачка легко брала штурмом любое сердце. И самым большим ее поклонником, конечно, был Тимми.

– У нее такой вид, будто она все время довольна жизнью, – сказала как-то Энн.

Салли подружилась даже с мальчиком-почтальоном, хотя тот далеко обходил всех собак, а особенно маленьких.

Один лишь дядя Квентин никак не мог привыкнуть ни к Берте, ни к Салли. Когда они попадались ему на глаза – Берта в своей мальчишеской одежде и Салли, танцующая возле нее, он прикладывал палец к носу и стоял, задумчиво разглядывая их.

– Постой, постой, дай я угадаю, кто ты… Ну да, Берта! – Тони! – хором поправляли его дети.

– Не называй ее Бертой, – терпеливо внушала ему тетя Фанни. – Странная вещь: раньше ты никак не мог вспомнить ее имя. А с тех пор как она стала Тони, ты упорно зовешь ее Бертой.

– Да, должен сказать, вы из нее сделали настоящего мальчика, – признал дядя Квентин, к большому неудовольствию Джордж. – Что ж, надеюсь, ты хорошо ладишь с остальными, детка… как бишь ее зовут?

– Тони, – улыбалась тетя Фанни. – Попытайся запомнить, Квентин!..

Следующий день прошел без происшествий. Все пятеро детей с утра до вечера пропадали у моря. Они купались, плавали на лодке, обследовали окрестности. Самым большим желанием Берты было как-нибудь отправиться на Киррин-остров. Но Джордж находила все новые отговорки.

– Нам всем хочется туда сплавать, – не выдержал однажды Дик. – Это ты из-за Берты все время отказываешься?

– Ерунда!.. – буркнула Джордж. – Ну хорошо, завтра.

Но на следующий день произошло нечто такое, что перечеркнуло их планы. Дяде Квентину кто-то позвонил по телефону, и он пришел в сильное волнение.

– Фанни, Фанни, где ты? – кричал он. – Сейчас же приготовь мой чемодан! Сейчас же, слышишь?

Тетя Фанни торопливо спустилась по лестнице.

– Почему? Что случилось?

– Эльбур нашел в наших расчетах ошибку! – кричал дядя Квентин вне себя. – Это чистый бред! Этого просто не может быть!..

– Но почему он не приехал сюда, чтобы поговорить с тобой об этом? Почему ты должен ехать? Пожалуйста, пусть сам приедет!.. Я уж как-нибудь найду ему место у нас.

– Он сказал, что не хотел бы этого делать, потому что его дочь… его дочь… как бишь ее зовут?

– Тони, – подсказала тетя Фанни и поспешно продолжила: – Я знаю, что думает Эльбур. Он боится, это слишком опасно, если Тони станет звать его «папчик» и…

– Папчик? – непонимающе перебил ее дядя Квентин. – Папчик? А это еще что такое?

– Ах, милый, она так зовет своего отца, – терпеливо объяснила тетя Фанни. – Кстати, Эльбур, в общем, прав. Тони в самом деле все может испортить, и наши труды пропадут впустую…

– Да, да, как раз это я и хотел тебе объяснить, – нетерпеливо перебил ее дядя Квентин. – Я должен как можно скорее отправиться к Эльбуру. Собери мой чемодан! Через два дня я вернусь.

– Тогда я поеду с тобой. Мне два спокойных дня совсем не повредят, а для тебя тоже лучше, если ты будешь не один. Ты же забудешь надевать носки, оставишь где-нибудь свои очки или…

– Ты в самом деле хочешь поехать со мной? – Дядя Квентин обрадовано посмотрел на жену. – Я думал, ты не хочешь оставлять детей.

– Но это же ненадолго, – рассуждала тетя Фанни. – А о детях пока с удовольствием похлопочет Джоанна. Кроме того, Джулиан – вполне ответственный мальчик, на него я спокойно могу положиться. А что касается Тони, то я твердо уверена, что Эльбуру что-то померещилось. Он слишком всерьез принял письмо с угрозой…

О неожиданном их отъезде дети узнали, только придя обедать. Дядя Квентин решил ехать ближайшим поездом, и их с тетей Фанни уже не было дома.

– Вот тебе на! – удивленно воскликнул Джулиан. – Надеюсь, ничего не случилось?..

– А чего с ними случится! – успокоила его Джоанна. – Просто был телефонный звонок от отца Тони. – Она улыбнулась Берте. – Твоему отцу понадобилось срочно поговорить с дядей Квентином про какие-то планы…

– Ах вот как… – разочарованно сказала Берта. – Папчик мог бы сюда сам приехать…

– Конечно. Но тогда выяснилось бы, кто ты такая. Ведь ты бы тут же все выболтала, – улыбнулся Дик. – Ты гарантируешь, что не бросилась бы своему папчику на шею? И что это не увидел бы кто-нибудь, кому не следует этого видеть? Ведь неизвестно, не околачивается ли кто-нибудь в окрестностях…

– О, в самом деле.. Я совсем про это забыла! Здесь, в Киррин-коттедже, так здорово, что я перестала про это думать!

– Тетя Фанни сказала, вы можете хоть целый день быть у моря, – снова заговорила Джоанна. – Мне так даже очень удобно. Но если хотите, то можно, конечно, приходить обедать домой.

– Я тебя просто обожаю, Джоанна! – воскликнула Берта. – Ты такая милая и так хорошо к нам относишься!

– В самом деле, Джоанна, ты восхичительная женщина! – согласился Дик. – Ну ладно, с этим в порядке… Пока дядя Квентин и тетя Фанни не вернутся, мы не будем приходить на обед. Бутерброды мы сами сделаем и корзинку сложим сами…

– Тогда мне останется целый день плевать в потолок, – засмеялась Джоанна. – А вы не хотите как-нибудь сплавать на остров? Тони вон давно туда просится.

Берта благодарно улыбнулась ей.

– Если лодка в порядке, можно сплавать, – нерешительно ответила Джордж. – Вы же знаете, Джеймс должен починить уключину. Может, пойдем посмотрим, как там дела?

Они двинулись к Джеймсу всей компанией. Но от его жены они узнали, что Джеймс сейчас рыбачит и что лодка еще не починена. Он как раз собирался вернуться домой и взяться за работу.

– Большое спасибо, – сказал Джулиан. Но Берта была очень разочарована. Она успела уже настроиться на увлекательное путешествие.

– Брось переживать из-за пустяка! – утешал ее Джулиан. – Не поплыли сегодня – поплывем завтра.

– Что-то не верится мне… Что-нибудь обязательно случится, – вздохнула Берта. – Если бы у меня был такой восхичи… восхитительный остров, я бы вообще никогда оттуда не возвращалась…

Они побежали домой и приготовили себе корзинку с едой. Отец Берты три дня тому назад прислал большой пакет с разными консервами.

– Наверняка тут что-то очень вкусное, – предположил Дик, беря одну банку и читая надпись на ей. – Ого! Креветки, омары, крабы, еще куча всяких вещей – и все это вместе. Роскошно!..

Они открыли еще полдюжины банок и сделали много таких удивительных бутербродов, что у всех заранее слюнки текли. Джоанна только руками вплеснула, увидев это.

– Ах ты боже мой!.. Да это же настоящая гора! Этим можно накормить целую деревню. Сколько же у вас придется на каждого?

– На каждого? Двадцать бутербродов, – гордо ответила Берта. – Но мы же ни к обеду, ни к полднику не придем, так что будем ужасно голодные… Особенно я.

Это был чудесный день! Они ушли очень далеко от дома и устроили пикник в лесу, под высокими деревьями, на берегу торопливо журчащего ручья. Поглощая бутерброды, они сидели на мягком мху, болтая ногами в прозрачной воде.

Вернувшись вечером в Киррин-коттедж, они были такие усталые, что уже ничего не могли есть. Поднявшись по лестнице, они через несколько минут были в постелях.

– Завтра я раньше половины двенадцатого наверняка не проснусь, – зевая, сказал Дик. – О, бедные мои ноги!.. Я даже зубы на ночь не буду чистить: боюсь, засну со щеткой во рту…

– Какая сегодня чудесная ночь! – сказала Энн, подходя к окну, прежде чем лечь в постель. – Думаю, мы сегодня все будем спать как сурки. Во всяком случае я – это точно.

Она ошиблась. Среди ночи она внезапно проснулась.

СЛЕЖКА

В Киррин-коттедже царили тишина и покой. Крепко спали мальчики, ничто не шевелилось в комнате Джордж и Энн. Наверху, в мансарде Джоанны, тихо посапывала в глубоком сне Берта.

Тимми, как всегда, лежал в ногах Джордж; Салли свернулась возле коленей Берты, похожая на клубок шерсти.

Большая черная туча медленно закрывала небо, проглатывая одну звезду за другой. Издали доносились глухие раскаты грома. Порыв ветра зловеще прошумел над морскими просторами и взъерошил листву на деревьях около дома. Где-то с громким стуком захлопнулось окно. Стук разбудил только Тимми и Энн.

Девочка испуганно подняла голову с подушки. Что это было?.. Она услышала отдаленный гром. «Неужели погода портится?» – подумала она, прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам. Потом повернулась к окну: ночь была непроглядной, на небе не светилось ни одной звезды.

«Если начинается гроза, стоит подойти к окну», – решила Энн. Ночная гроза над Киррин-бухтой – это должно выглядеть фантастически… Ей было жарко, хотелось чуть-чуть прохлады.

Она выскользнула из-под одеяла и на ощупь подошла к окну. Ночь была совершенно черной. Энн глубоко вдыхала свежий воздух. Гроза не приближалась, гром все еще погромыхивал где-то вдали. Тимми спрыгнул с постели Джордж и подошел к Энн. Положив свою лобастую голову на подоконник, он жадно втягивал носом ночной воздух… Но вот уши его настороженно приподнялись, он недовольно заворчал. Тут и Энн услышала какой-то звук… Это было постукивание лодочного двигателя!

– Поздновато кто-то едет, а, Тим? – прошептала Энн. – А где же бортовые огни?

Тарахтение мотора вдруг оборвалось. Кроме тихого гула прибоя, ничего больше не было слышно во тьме. Энн напряженно всматривалась в черное пространство. Как же так, а разве лодка может плыть совсем без света?.. Но, как она ни обшаривала взглядом море, нигде не было видно даже слабого проблеска… Почему лодка держится где-то на середине бухты? Во всяком случае, шум мотора шел не от берега… Почему она остановилась не у мола?..

И тут Энн увидела огонек, совсем слабый, мерцающий на довольно большом расстоянии от берега. Огонек, вздрагивая, перемещался то туда, то сюда. Потом он исчез. У Энн побежали по коже мурашки.

– Ведь это не иначе как на острове, – прошептала она на ухо Тимми. – Неужели лодка причалила к острову? Как ты думаешь? Давай еще немного подождем, посмотрим. Может, она так же возьмет и уйдет?

Однако ни новых подозрительных звуков, ни света она так и не дождалась. «Наверно, лодка ушла за остров», – подумала Энн. Но тогда что это был за мелькающий свет? Может, кто-то все-таки высадился на острове?.. О, ей слишком хотелось спать, чтобы стоять у окна и ломать над этим голову. Глаза у нее так и слипались… Отдаленных раскатов грома больше не было слышно. Видимо, гроза отбушевала где-то в другом месте. Черную тучу мало-помалу уносило дальше, в небе блеснула одна звезда, за ней другая… Энн зевнула и забралась под одеяло; Тимми прыгнул на свое место в постели Джордж, шумно вздохнул и свернулся в клубок…

Утром Энн напрочь забыла о своих ночных переживаниях. Только когда Джоанна рассказала о том, что в окрестностях ночью была гроза, Энн вспомнилось ночное происшествие.

– Да-да, я слышала гром! – воскликнула она. – Я даже встала и подошла к окну. Но гроза прошла мимо… А потом я услышала в бухте моторную лодку, она шла без огней. Потом, правда, мелькнул какой-то слабенький огонек. Мне кажется, лодка зачем-то подходила к острову…

Услышав это, Джордж подскочила, словно ее укусил тарантул.

– Что… что ты сказала? Подходила к острову? Там никого нет! Там чужим нечего делать! Это мой остров!..

– Я могла ошибиться, – попыталась успокоить ее Энн. – Я была такая усталая! А мотора я больше не слышала и потому снова легла в постель.

– И нервы же у тебя, однако! Тебе нужно было разбудить меня! Если ты видела там огонек, ты должна была в ту же минуту меня растолкать! Где вообще твоя голова? Мы тут все время опасаемся похищения, а ты видишь такие вещи – и хоть бы что! Спишь и ни о чем не беспокоишься! Нет, это невозможно постичь! – Джордж была просто вне себя.

– О Джордж, а если это были вовсе не похитители? – вмешалась вдруг в разговор Джоанна.

– Да и что им делать на острове? – засмеялся Джулиан. – Его ведь едва видно с берега. А по берегу бухты сколько угодно домов.

– Мне кажется Энн, тебе все это просто приснилось, – заговорила Берта. – А гром ты приняла за шум двигателя. Спросонок всегда так бывает. Я один раз не закрыла как следует кран умывальника в своей комнате – и мне всю ночь снилось, что я спускаюсь по Ниагарскому водопаду.

Все долго смеялись.

– Если лодка готова, мы сегодня же отправимся на остров, – твердо сказала Джордж. – И если там кто-нибудь окажется, я натравлю на него собаку.

– Там окажутся разве что кролики, – усмехнулся Дик. – В прошлый раз эти зверьки были такими доверчивыми – то и дело перебегали нам дорогу! Их там все еще так же много?

– Да… Но тогда с нами не было Тимми, – вспомнила Энн. – Здорово, что мы сегодня туда поплывем! Джордж, мы же еще не рассказывали Берте, какие приключения у нас были на острове.

После завтрака они помыли посуду, застелили постели и прибрались в комнатах.

– Опять бутерброды возьмете с собой? – спросила Джоанна. – А то я бы вам приготовила на обед хороший кусок запеченного мяса. Как раз звонил мясник.

– Если лодка в порядке, лучше отправиться сразу, – оглядев остальных, сказал Джулиан. – Тогда, конечно, придется брать бутерброды. Но мясо на всякий случай стоит приготовить: вдруг нам придется задержаться здесь еще надолго и мы успеем проголодаться.

– Ладно, – кивнула Джоанна и вышла.

– А я пойду спрошу Джеймса, готова ли лодка. И тут же вернусь… – Джордж побежала вниз по лестнице.

– Все еще не готова, – хмуро сообщила она, увернувшись. – Говорит, после обеда, в два часа, можно забрать. Так что обед у нас будет здесь. А полдник возьмем с собой на остров.

– Отлично. Тогда побежали купаться, – предложил Джулиан. – Прибой сегодня сильный, плавать одно удовольствие.

– Только не забывайте про Джеймса и лодку!.. – Дик начинал опасаться, как бы Джеймс опять не оставил их дома.

Закончив домашние дела, они спустились на пляж. После грозы стало немного прохладнее. Но не настолько, чтобы они зябли в плавках и купальниках.

– Все-таки нет ничего лучше купания! – воскликнула Берта. – Какая теплая сегодня вода! Куда теплее, чем вчера…

– Ерунда! – не смогла удержаться от возражения Джордж. – Это тебе просто кажется, потому что была гроза и уже не так жарко, как было.

– Не все ли равно? – ответила Берта. – Купаться все равно – восхичительно!

– Ты все одно и то же твердишь, как граммофонная пластинка, которую заело, – проворчала Джордж. – Но вообще-то ты права. Пошли поплаваем немного!

Высокие волны у берега отбрасывали их назад, и детям пришлось потрудиться, чтобы преодолеть их и попасть на глубину. Когда же борьба с волнами наскучила им, они легли на спину, позволяя воде то поднимать, то опускать их. Большой красный мяч, которым они обычно играли, на сей раз остался дома. Они жалели об этом, но бежать за ним всем было лень.

Собаки тем временем носились по берегу. Тимми был прекрасный пловец, но Салли не любила мочить себе даже лапы, и Тимми из солидарности остался с ней.

Когда дети вышли наконец из воды и легли на теплый песок, обе собаки бросились к ним, бурно выражая свой восторг. Потом Тимми устроился, как всегда, рядом с Джордж, но та презрительно отвернулась от него.

– Пошел к черту! От тебя водорослями несет.

Через некоторое время Дик сел и набросил на плечи куртку. Он задумчиво смотрел на бухту, на остров, мирно лежащий под солнцем… Вдруг он толкнул Джулиана.

– Этого не может быть! – взволнованно воскликнул он.

Все повернули к нему головы.

– На острове в самом деле кто-то есть! Кто-то с биноклем... и наблюдает оттуда за нами! Вот, видите, стекла опять блеснули!.. Кто это может быть? И что ему нужно?

Джулиан сощурил глаза, глядя в сторону острова.

– Ты прав! – тоже забеспокоился он. – Там в самом деле есть кто-то, и у него бинокль… и он смотрит на нас. Черт побери, какая наглость!

– Наглость?! – вскипела Джордж, вся красная от возмущения. – Это больше чем наглость!.. Кто– то посмел забраться на мой остров, чтобы оттуда наблюдать за другими!.. Я должна знать, кто это! Надо принести наш бинокль, тогда мы их выведем на чистую воду!

Дик вскочил и помчался в Киррин-коттедж. Он был очень встревожен. Вряд ли это какая-то безобидная вещь!… Что за этим кроется?..

Едва переводя дух, он вернулся на пляж и протянул бинокль Джулиану.

– Я думаю, их там уже нет, – пробормотал тот. – Во всяком случае, на берегу. Бликов от бинокля уже не видно.

– Может, ты все же увидишь там что-нибудь, – не отступала Джордж.

Джулиан тщательно обследовал берег Киррин-острова. Сильный бинокль позволял отчетливо видеть каждый камень, каждую выемку. Остальные нетерпеливо ждали, что он скажет.

– Видно что-нибудь? – не выдержал Дик.

– Ничего. Ни живой души. – Он отдал бинокль Джордж, которая уже готова была вырвать его у него из рук.

– Черт!.. И правда никого. Наверняка спрятались куда-то… А может, это какие-нибудь случайные любители природы, которым захотелось устроить пикник?.. Они, пожалуй, еще костер там разожгут… О, это будет уже слишком!

Но над островом не было видно дыма. Теперь за биноклем протянул руку Дик. Через некоторое время, отняв его от глаз, он произнес задумчиво:

– Уж кроликов-то мы должны были бы заметить… Я не видел ни одного. А вы?

Джордж и Джулиан покачали головами.

– Все куда-то забились… Значит, кто-то там есть, кого они боятся. Ясное дело!.. Скажите-ка, братцы: а правильно ли, что мы собираемся взять Тони с собой на остров? Мне кажется… если за нами шпионят, это должно очень настораживать.

– Да, да, я с тобой согласен! – возбужденно сказал Джулиан. – Ты считаешь, это могут быть похитители, которые ищут здесь, у нас, Берту? Тогда, конечно, им могла прийти в голову мысль понаблюдать за пляжем. Ведь чтобы установить, что мы в хорошую погоду каждый день на море, большого ума не надо.

– Конечно, – подхватил Дик. – И уж совсем нетрудно заметить, что раньше мы были вчетвером, а теперь нас пятеро. Так что им остается лишь выяснить, кто этот пятый! Держу пари, что у них есть фотография Тони! И они ищут маленькую бледную девочку с длинными волосами…

– И такой девочки они у нас не найдут, – засмеялась Энн. – Я совсем не похожа на Берту, да к тому же я старше. То-то они будут злиться!

– Но мы кое о чем забыли… Есть одна вещь, которая подскажет им, что Берта находится у нас, – сказал вдруг Джулиан, показывая на Салли.

– Черт возьми!.. Конечно! – воскликнул Дик. – Салли нам все испортит!

СЛЕДЫ НА ОСТРОВЕ

Джордж ужасно хотелось сейчас же забрать лодку и плыть на остров. Сама мысль о том, что кто-то без разрешения находится на острове Киррин, приводила ее в бешенство. Она намерена была немедленно выгнать оттуда наглецов.

У Джулиана, однако, были на этот счет сомнения.

– Во-первых, до двух часов мы все равно никуда не поплывем. А во-вторых, нельзя забывать, что это – опасное предприятие.

– Мы ведь можем оставить Тони здесь, – возражала Джордж. – Пускай она побудет с Джоанной…

– Это с нашей стороны будет совсем уж глупо, – вставил Дик. – Если мы не возьмем Тони, у людей на острове только прибавится подозрений.

Они сразу поймут, что Тони – это Берта. Нужно плыть всем вместе!

– Нам в любом случае нужно туда сплавать, – подвел итог разговору Джулиан. – Всегда лучше застать врасплох других, чем самим быть застигнутыми врасплох? Кстати, вообще не мешает получше рассмотреть этих людей: если полиция будет составлять словесные портреты, мы можем здорово помочь.

– Ну вот и хорошо! – сказал Дик. – С нами ведь будет Тимми, до сих пор он со всеми мошенниками прекрасно справлялся.

– Зато, братцы, и посмеемся же мы, если это окажутся обыкновенные туристы! – заметил Джулиан. – Нам уж и так за каждым кустом чудятся призраки!

– Вспомни лучше про огонек на острове минувшей ночью! – воскликнула Энн.

– Верно… Я и вправду об этом забыл! – Джулиан посмотрел на часы. – Самое время идти домой. И лучше поторопиться! После еды пойдем за лодкой. Джеймс уже несколько часов с ней возится. Давайте спросим его еще раз, закончит ли он работу к сроку!

Они покричали Джеймсу и услышали его хриплый ответ:

– Так точно, в два часа приходите за вашим кораблем! К тому времени уключина будет в полном порядке!

– Большое спасибо! – прокричал Дик, и они ушли.

Джордж всю дорогу мрачно хмурила лоб.

– Ну, скоро мы узнаем, кто посмел забраться на мой остров. И если они тут же не исчезнут, Тимми придется поработать над их пятками. В этом деле ты у нас мастер, верно, Тим?

– Салли тоже насчет этого не промах, – гордо заявила Берта. – Посмотрите, какие острые у нее зубы! Один раз меня нечаянно толкнул какой-то человек, я упала… Так Салли так на него набросилась что, хотите верьте, хотите нет, ему пришлось обращаться к врачу.

– Да, – согласился с ней Дик, – Салли – очень серьезная собака…

Одна лишь Джордж подумала: «Эта паршивая собачонка!.. Эта несчастная шавка!.. Мой пес в тысячу раз умнее и серьезнее».

Джоанна приготовила великолепный обед. Жареное мясо, салат и полное блюдо молодого картофеля. Салат был фирменным блюдом Джоанны: в нем были помидоры, огурцы, фасоль, морковь и крутые яйца.

– Какой чудесный салат! – Дик, зажмурив от удовольствия глаза, положил в рот первую порцию. – Сама королева пальчики облизала бы после такого салата!

– Только королева? – засмеялась Энн. – Не одна королева, а еще и вся ее королевская родня!

– А пудинг тоже будет? – поинтересовалась Берта. – Мне надо знать, иначе я объемся этим восхичительным салатом и не оставлю места для пудинга.

– Нет, пудинга не будет. Будет малина и мороженое. Я подумала, вам это больше понравится, чем пудинг. Ко мне сегодня утром приходила сестра, она мне и помогла собирать.

– Нигде так вкусно не кормят, как здесь! – Берта набрала себе еще целую тарелку салата. – Видите, сколько я ем, а ведь почти уже не могу. Мне кажется, здесь готовят лучше, чем у нас в Америке!

– Мы еще сделаем из тебя настоящего англичанина, – засмеялся Дик. – Восхичительного маленького англичанина!

За этой королевской трапезой они совсем забыли рассказать Джоанне о том, что с ними произошло перед обедом. Они сделали это, только когда насытились. Кухарка испуганно посмотрела на них.

– Джулиан, ты знаешь, что сказала тетя Фанни? Если заметите что-нибудь подозрительное, немедленно известите полицию. Ты должен сейчас же им позвонить!

– Я так и сделаю, Джоанна, но только после того, как мы побываем на острове. Зачем без необходимости выставлять себя на посмешище? Если это какие-нибудь безобидные любители природы, то оповещать полицию совсем ни к чему. Но я обещаю: если на острове что-то не так, я в ту минуту бегу звонить…

– Все-таки… позвони лучше сразу!.. И еще вот о… Вам ни в коем случае нельзя плыть туда сегодня: вдруг там в самом деле кто-то прячется…

– У нас же есть Тимми! – спокойно посмотрел на нее Дик, явно считая, что это решающий довод.

– И Салли! – тут же добавила Берта.

Джоанна, ничего не ответив, вышла за десертом. Вскоре она вернулась, держа в одной руке блюдо со свежей, сочной малиной, в другой – сливочное мороженое; но лицо у нее было все еще озабоченным.

Вся компания разразилась восторженными воплями.

– Ух, здорово! И как ты только делаешь это, Джоанна? – Дик, округлив от восхищения глаза, набрал себе полную тарелку сладкого. – Мороженое – как раз такое, как я люблю: не слишком мягкое и не слишком замерзшее… Мы горячо надеемся, Джоанна, что уж тебя-то никакие американские похитители никогда не украдут. Ты у нас просто золото! Честное слово!

Джоанна сконфуженно засмеялась.

– Да полно тебе!.. Ничего тут нет особенного… Подумаешь, мороженое! Есть о чем говорить!.. Тони у себя в Америке, наверно, и получше ела…

– Нет-нет, – запротестовала Берта. – Дик правильно говорит: вы просто восхичительная женщина!

Но Джоанна, зажав себе уши ладонями и все еще смеясь, выбежала из столовой. Да, для этих детей она готова была на что угодно!..

После еды все пятеро отправились к морю. Джеймс еще издали закричал:

– Готова ваша лодка, готова! Если сразу хотите кататься, я помогу спустить ее на воду!

– Наконец-то! – пробормотал с невозмутимой физиономией Дик. – А то уж я перестал верить, что это когда-нибудь свершится…

Они с Джулианом сели на весла и, гребя сильно и слаженно, поплыли к острову Киррин. Тимми всю дорогу неподвижно стоял на носу, упираясь передними лапами в борт и глядя вперед. Почему это, собственно, до него сегодня не доносится запах таких аппетитных, таких жирных кроликов? Ведь их было так много на острове?..

– Точно как резная скульптура, которыми украшали нос испанских галионов, – засмеялся Дик.

– А вот и Салли встала с ним рядом, теперь на нашем галионе две скульптуры… Смотри, Салли, не намочи свои нежные лапки!

Обе собаки внимательно смотрели на берег. Тимми был весь в ожидании желанного запаха кроликов. Салли тоже чего-то ждала, и с не меньшим нетерпением…

Нетерпеливое возбуждение охватило и Берту. Ей уже столько рассказывали о развалинах старинного замка, о приключениях, пережитых там! Какая счастливая эта Джордж, что владеет таким восхичительным островом.. Берта, как истинная американка, обожала все старинное, а особенно – развалины. Да уж, такого у них в Америке нет!

Скалистый берег вздымался сплошной неприступной стеной, о которую разбивались волны, обдавая ее пеной и брызгами.

– А где же тут вообще выходят на берег? – недоуменно спросила Берта.

– Насчет этого не беспокойся, – засмеялась Джордж. – У нас тут есть маленькая гавань.

Она села за руль и умело, уверенно повела лодку через каменный лабиринт.

Обогнув громадный утес, они неожиданно оказались в маленькой, защищенной от ветра бухточке.

– Это же в самом деле настоящая гавань! Настоящая, восхичительная гавань? – закричала Берта.

Лодка быстро скользила по мелкой ряби к пологому песчаному пляжу.

Дик спрыгнул на песок и вытащил лодку на берег.

– С благополучным прибытием на остров Киррин. Тони! – весело крикнул он. – Здешние кролики все как один приветствуют тебя троекратным гип-гип-ура!

Берта засмеялась. Она была счастлива. Она уже почти перестала верить, что когда-нибудь попадет на этот удивительный остров.

Джордж зашагала вперед по узкой тропе, что бежала вдоль скал, круто поднимаясь в гору. Остальные гуськом карабкались следом за ней. Когда они добрались до края скалистого обрыва и выбрались на плато, Берта тихо вскрикнула от восторга:

– Смотрите, кролики! Целая тысяча! Наверняка их здесь тысяча, а то и больше!.. И все ручные… Я еще в жизни не видела столько кроликов разом… Можно я возьму одного на руки?

Джордж покачала головой.

– Не такие уж они ручные. Правда, от нас они никогда не прячутся, но, если захочешь подойти к ним, они убегают.

Салли была удивлена еще больше, чем Берта. Она растерянно смотрела на невиданное скопление смешных зверьков. И никак не могла понять, почему это Тимми медлит и не бросается на них.

А Тимми стоял возле Джордж, уныло повесив уши. Неужели ему никогда не разрешат наконец поохотиться на кроликов?.. Увы, Джордж ему это строго-настрого запретила. И он никак не мог взять в толк, почему. Ведь если тебе не велят охотиться, когда есть за кем погоняться, то экскурсия – не экскурсия, а черт знает что!

– Бедный старина Тимми! – засмеялся Джулиан. – Посмотрите на него: просто живая статуя скорби… Да и Салли вся дрожит от охотничьего азарта. Но она, видимо, слишком хорошо воспитана, чтобы выскакивать вперед друга…

Однако Джулиан ошибался. Маленькая Салли не смогла-таки себя пересилить. Внезапно она, словно стрела из лука, кинулась на кролика, который неосторожно приблизился к ней. Тот от испуга подпрыгнул, словно резиновый мяч, и удрал, как ошпаренный.

– Салли! – сердито закричала Джордж. – Не смей!.. Тим, пойди образумь эту невоспитанную собаку!

Тимми повиновался. Подбежав к Салли, он тихо зарычал. Та с удивлением оглянулась на него. Что это с ним?.. Она просто не в силах была постичь, как это он сам не воспользовался такой роскошной возможностью и не схватил доверчивую дичь?.. Совершенно сбитая с толку, она подчинилась Тимми, и тот привел ее к Берте.

– Молодец, Тим! – с гордостью посмотрела Джордж на своего пса. Пусть, пусть Берта посмотрит, какой Тимми послушный и умный! Она наклонилась к Салли. – На кроликов тут нельзя охотиться, слышишь? Мы никогда их не трогали, и они понятия не имеют, что от нас надо держаться на безопасном расстоянии.

– Люди, которые были здесь утром, видно, здорово напугали бедных зверей, – заметил Джулиан. – Их ни одного не было видно, когда мы смотрели в бинокль… Минутку! – сказал он вдруг. – А что, если эти ребята все еще здесь?..

Об этом никто из них почему-то до сих пор не подумал!.. Осторожно, озираясь по сторонам двигались они к старому замку. Внезапно Джулиан остановился и показал на землю.

– Смотрите!.. – тихо сказал он. – Окурки. Совсем свежие… Это они их бросили, те, кто был на острове… Вперед, Тимми!

В этот момент до них долетел звук… Тот же самый звук, который Энн слышала минувшей ночью.

Это было тарахтение лодочного мотора.

– Они удирают! – крикнул Дик. – Быстрей к тому берегу! Там мы их наконец-то увидим хотя бы!..

ВСЕ ОЧЕНЬ ПОДОЗРИТЕЛЬНО!

Дети бросились бежать изо всех сил, чтобы успеть на другую сторону острова. Впереди, бешено лая, неслись Тимми и Салли.

– Вон они! – закричал Дик. – Смотрите, вон там!..

Дети остановились, тяжело дыша. В открытое море на большой скорости уходила моторная лодка.

– Бинокль! – крикнул Джулиан. – Где бинокль? Прочтем хотя бы название лодки. А может, узнаем и этих людей!..

– Черт возьми, бинокль-то мы не взяли, – растерянно ответил ему Дик.

– Они, видимо, стояли на якоре где-то в море, – смирившись с отсутствием бинокля, стала рассуждать Джордж. И выбрались на остров прямо по скалам. Но это довольно опасно, если не знаешь дороги…

– Да еще в такой темноте! – добавила Энн. – Так что я теперь точно знаю: мне это вовсе не снилось. Я в самом деле слышала шум мотора и видела свет…

– Наверно, это был фонарь… или карманный фонарик, – согласился Джулиан. – Они не хотели, чтобы их обнаружили, потому и приплыли на лодке сначала сюда, к скалам, а потом вышли на берег…

Все подавленно молчали. Потом Энн вспомнила:

– Мы же хотели показать Берте замок! Она так ждала этого! Неизвестные сбежали, и у нас теперь других дел все равно нет.

Они не спеша пошли обратно. И вот Берта увидела руины. Вокруг единственной башни с криком летали галки.

– Когда-то, – торжественно начала Джордж, – здесь был замок. У него были неприступные стены и две высокие башни. Но потом все пришло в упадок, и от замка остались эти руины… Заходите, будьте гостями, – со смехом пригласила она друзей.

Берта, испытывая священный трепет, нерешительно двинулась следом за остальными. Боже, все это принадлежит Джордж!.. Понятно, почему она так о себе воображает…

Они вошли в широкую арку и попали в сумрачный зал, стены которого были сложены из огромных каменных блоков. Два высоких, узких окна неохотно пропускали внутрь лучи полуденного солнца.

«Какое тут все чужое и таинственное… – думала Берта. – Все спит – и видит во сне давно ушедшие времена…»

– Эй, проснись! – со смехом крикнул ей Дик. – У тебя такой вид, будто тебя пыльным мешком по голове стукнули…

Они проходили по каким-то разрушенным залам, где сохранилось всего две или три стены.

– Это восхичительно… – повторяла время от времени Берта. – Это просто восхичи… восхитительно!

Они осмотрели весь замок, не пропустив ни одной стены, ни одной двери, ни одного камня.

– О, мы же забыли самое главное! Мы ей не показали темницу! – воскликнула Джордж, гордясь тем, что ее владение произвело такое впечатление на Берту.

Когда они шли через внутренний дворик, Тимми вдруг замер. Шерсть у него на загривке встала дыбом, он глухо зарычал.

– Что такое?.. – испуганно прошептала Джордж. Тимми, повернув голову в сторону маленькой гавани, возбужденно нюхал воздух.

– Там кто-то есть! – вырвалось у Дика. – Не уведут они нашу лодку?

– Лодка!.. – воскликнула Джордж. И вместе с Тимми бросилась бежать.

– Стойте! – крикнул вдогонку им Джулиан. – Не ходите туда!

Но Джордж, ничего не слыша, бежала, перепрыгивая через камни, по тропе, ведущей к берегу. Потом вдруг остановилась.

К ним, проваливаясь в песок, шагали два полисмена. Их лодка лежала на берегу рядом с лодкой ребят. Полисмены отсалютовали девочке.

– Добрый день, мисс Джорджина!

– Что случилось? – настороженно спросила Джордж. – Почему вы здесь?

– О, ничего особенного. Нам сообщили, что на острове появились чужие люди, – ответил один из полисменов.

– Как так? Кроме нас, об этом никто не знает!

– Джоанна знает, – догадался Дик. – Она, должно быть, и подняла тревогу. Она беспокоилась, что мы тут одни.

– Все так и есть, – подтвердил полисмен. – И мы отправились посмотреть, все ли тут в порядке.

Джулиан рассказал про моторную лодку, которая с подозрительной торопливостью ушла в море.

– Ага! – сказали полисмены в один голос. – Ага…

– Что значит «ага»? – поинтересовался Дик.

– Да вот Фред, – полисмен ткнул пальцем через плечо, показав на своего напарника, – слышал ночью шум лодочного мотора. Вот мы и решили взглянуть, что и как.

– Моя сестра тоже слышала. И даже видела на острове свет, – вмешался в разговор Джулиан. – Кроме того, сегодня утром мы заметили, как кто-то на острове осматривает в бинокль берег.

– Ага, – еще раз произнесли оба полисмена и многозначительно переглянулись.

– Это хорошо, что у вас две собаки, – спустя некоторое время сказал Фред. – Мы тут сейчас оглядимся немного и вернемся к себе. А вы, если в ближайшее время заметите что-нибудь необычное, немедленно дайте нам знать. Мы поняли друг друга, мисс Джорджина?

Полисмены двинулись по тропе, внимательно глядя под ноги. Увидев окурки, они собрали их в мешочек, потом пошли дальше.

– Давайте отсюда сматываться! – проворчала Джордж. – У меня никакого желания устраивать здесь полдник, когда мы не одни. Поищем какую-нибудь бухту, где можно расположиться со всеми удобствами.

Они столкнули лодку на воду и попрыгали в нее. Салли, счастливая, бегала с носа на корму и обратно, неустанно виляя коротким хвостиком. Тимми носился за ней, путаясь у всех под ногами.

– Тимми, Как прикажешь мне грести, если ты все время через меня перепрыгиваешь? – не выдержал Дик. – А ты, Салли, невоспитанная собака!.. Эй, а что с Тони? Ее тошнит, кажется… Она же совсем зеленая!

Берта судорожно сглотнула слюну.

– Да нет, это от волнения… и от лазания по скалам. Но вообще-то было бы лучше, если бы мы плыли по спокойной воде…

«Не хватает мне только морской болезни!..» – подумала она. И тут ей стало так плохо, что пришлось срочно повернуть лодку к дому… Прошло немало времени, прежде чем они наконец смогли сесть на берегу и перекусить. Берта успела прийти в себя и тоже что-то поела.

– А вы оставили место для мороженого? – сказала Энн. – Если да, то я сейчас принесу. Мне все равно надо купить шнурки для туфель: мои как раз порвались.

Предложение было встречено восторженным индейским воплем. А Салли так запросилась пойти с Энн, что та не устояла и взяла ее с собой. Сначала она купила шнурки, потом зашла в кондитерскую.

– Семь порций мороженого, пожалуйста!

– Семь порций? – улыбнулась продавщица, – раньше ты всегда покупала пять.

– Верно, – засмеялась Энн. – Но у нас сейчас гость, а у него с собой собака. Собаки тоже соображают, что повкуснее.

– Ах вот как! – Девушка наклонилась к холодильнику. – Да, вот что я вспомнила. Вчера тут был один господин, он хорошо знает твоего дядю. Он спрашивал, сколько сейчас детей в Киррин-коттедже. Я сказала: четверо. И про Тимми рассказала. Этот человек очень удивился. Он думал, что у вас должна быть еще одна девочка.

Энн замерла.

– И что вы ему ответили?

– Что у вас двое мальчиков и две девочки. Но одна одевается как мальчик.

У Энн отлегло от сердца. Хорошо все-таки, что никому не известно про Берту!

– А как выглядел этот человек? – спросила она быстро.

– А… – Девушка задумалась, морща лоб. – Ничего такого особенного я не заметила. Солнечные очки, какие многие носят летом… Постой!.. Когда он рассчитывался, мне бросилось в глаза широкое золотое кольцо на пальце. Больше ничего не могу сказать.

– Большое спасибо! – улыбнулась ей Энн. – Если еще кто-нибудь будет про нас спрашивать, скажите, что к нам приехал погостить наш друг Тони. Хорошо? До свидания…

Энн выскочила из лавки и помчалась на пляж. Конечно же, этот человек – один из похитителей… или как-то связан с ними. Это точно! Наверняка это он сидел в моторной лодке, а затем наблюдал за ними с острова… Чем больше Энн думала об этом, тем сильнее ее охватывало дурное предчувствие.

Совсем запыхавшись, она раздала друзьям мороженое и, не откладывая, поделилась с ними новостью. Тимми, как всегда, сглотнул свою порцию в один присест; теперь он неподвижно сидел рядом с Салли и внимательно смотрел, как она не спеша лижет свое мороженое. Видимо, он надеялся, что она оставит ему хоть немножечко.

Выслушав Энн, все ужасно разволновались.

– Все сходится к одному! – воскликнул Дик. – Эти типы идут за нами по пятам!

– Видимо, так и есть, черт возьми! Они на нас наседают, и мне это начинает действовать на нервы!.. – Лицо у Джулиана было очень озабоченное.

– Завтра дядя Квентин и тетя Фанни вернутся, и мы им тут же все расскажем. Они нас защитят. – Это был голос Берты. Она опять побледнела.

– Будем надеяться, эти бандиты не знают, что мы сейчас в доме одни, – пробормотал Дик. – Во всяком случае, пока мы должны защитить себя сами. Не знаю, правильно ли, что Берта остается у нас…

– Завтра приедет отец и скажет, как быть, – твердо сказала Джордж.

Все согласились, что, пока не вернутся родители Джордж, никаких действий предпринимать не стоит; надо быть лишь очень внимательными и осторожными. Они тут же со всех ног побежали домой и рассказали Джоанне, что произошло на острове.

– Кстати, Джоанна! – Дик погрозил кухарке пальцем. – Это ведь ты позвонила в полицию!

– Само собой, я! И считаю, что правильно сделала. И еще хочу сказать вам, что кровать Берты не будет стоять у окна. Окно я закрою очень тщательно, дверь тоже – на ключ и на засов. А если они вздумают ко мне ломиться, еще шкаф придвину к двери.

Никто не смеялся, слушая ее. А Джордж сказала:

– Тони, я дам тебе на ночь Тимми. Они с Салли будут тебя охранять. Так что не беспокойся.

– Хорошо придумано! – согласилась Джоанна. – Нам нужно сделать все, что в наших силах. В конце концов, я ведь за вас головой отвечаю… – Она настороженно огляделась и добавила: – Мне уже прямо кажется, эти бандиты прячутся за каждой дверью…

Тут Джулиан все-таки рассмеялся.

– Полно, Джоанна! – сказал он весело. – Нам всего-то одну ночь надо выдержать. А завтра дядя Квентин и тетя Фанни приедут и скажут, что делать…

– Ах ты, боже мой! – вскрикнула кухарка и сунула руку в карман фартука. – Тут ведь телеграмма от них пришла… Я ее открыла… потому-то я так и беспокоюсь. Они вернутся только через неделю…

Да, за неделю много чего может произойти…

НАПАДЕНИЕ

Услышав, что дяди и тети не будет еще неделю, дети испугались. Джулиан взял телеграмму. Она была адресована Джордж. «Вернемся только через неделю тчк возникли трудности тчк надеюсь зпт дома все порядке тчк привет зпт мама».

Странно, но в телеграмме не было обратного адреса. Что это могло значить?.. После всего того, что они пережили, обстоятельство это всем показалось зловещим… Во всяком случае, всем четверым теперь нельзя было ни на минуту оставлять Берту без присмотра. Хорошо еще, что с ней будет Тимми. Никому не удастся похитить Берту, пока Тимми ее охраняет.

Кстати, это была действительно прекрасная мысль – на ночь устроить Тимми в комнате Берты. Оставалось надеяться, что Джордж не передумает. Ведь это все-таки разные вещи: лишиться Тимми на одну ночь или на целую неделю.

В этот вечер у Джулиана дел было по горло. После ужина, перед тем как сесть играть в карты, он опустил жалюзи на всех окнах. Потом, увидев, что Берта собирается вывести своего пуделя на прогулку, забрал у нее собаку и сам ее вывел. В саду он держался осторожно, пристально вглядываясь в темноту. Не прячется ли кто-нибудь вон там, в кустах? Что это за тень шевельнулась возле ограды?.. Ах, все это ему, наверно, мерещится! У страха, как известно, глаза велики…

– Честное слово, Джулиан, мы тут из-за тебя задохнемся, – простонала Энн, когда он вернулся в дом. – Подними, пожалуйста, жалюзи! Ну хоть на пару минуток! Здесь дышать нечем… Тимми зарычит, если что-то будет не так.

– Ну ладно, – согласился после некоторого раздумья Джулиан и открыл окно.

Все увидели теперь, какая за окном стоит тьма. Свет лампы падал из окна широким ярким снопом.

– Наконец-то свежий воздух! – Энн сделала глубокий вдох. – Твой ход, Джордж!

Они сидели вокруг стола: Джулиан и Дик – друг напротив друга, Энн – спиной к окну, Джордж – лицом к нему. Берта присела возле Джордж, та как раз объясняла ей правила новой игры; Берта в этот момент очень напоминала маленького серьезного мальчика с коротко постриженными светлыми волосами.

– Теперь ты, Дик – сказала Джордж. – И хоть сегодня вечером не будь таким смертельно скучным!.. – В ожидании, пока Дик выберет карты, она задумчиво смотрела в окно.

Вдруг она издала пронзительный крик… Глаза ее расширились от ужаса. Она вскочила, рассыпав карты. Все тоже встали.

– Джордж! – закричал Джулиан. – Что случилось?

– Там кто-то был!.. Я видела чье-то лицо! Он смотрел на меня… Тим! – крикнула она. – Взять его, Тим!

Но Тимми в комнате не было. Не было и Салли. Громко лая, пес примчался из холла. За ним весело скакала Салли.

– Идиот!.. – кричала Джордж, голос ее срывался от ярости: – Прыгай в окно! Ищи! Взять его!

Одним прыжком Тимми выскочил в окно. Салли попыталась сделать то же самое, но сорвалась с подоконника и свалилась назад. То тявкая, то визжа, она вновь и вновь пыталась вспрыгнуть на подоконник, но – без всякого результата! В комнату вбежала Джоанна, переполошенная, с красным лицом.

– Тихо! – рявкнул Джулиан. – Салли, умолкни!

Внезапно наступила полная тишина. И в этой тишине все услышали, как где-то невдалеке заработал двигатель автомобиля. Мотор взревел – и звук его стал стремительно удаляться.

– Черт побери! – простонал Дик. – Удрали… Теперь ищи ветра в поле. – Он в полном отчаянии упал на стул. – Нет, я больше так не могу, – пробормотал он. – Эти дикие вопли совсем меня доконали… Ни рукой, ни ногой не могу двинуть, будто после марафонского забега…

В этот момент в комнате появился Тимми; он вернулся тем же путем – в окно. Дик и три трясущиеся от страха девочки с белыми как мел лицами вздрогнули. Салли молнией кинулась под софу.

– Что здесь происходит? – воскликнула Джоанна. – Скажите же мне наконец: что здесь происходит?

Никто не ответил ей. А Джордж принялась раздраженно выговаривать псу, который стоял перед ней, сконфуженно опустив уши и поджав хвост.

– Ты где был? Почему ты убежал в кухню? Почему тебя не было здесь, когда нужно? Ты должен быть на своем месте, под столом!.. Нет, я не понимаю тебя, Тим! Ты бы вполне мог схватить этого типа!

– Перестань, Джордж! – Берта почти плакала, говоря это. – Бедный Тимми! Он же тут совсем ни при чем… Пожалуйста, перестань! ~

Джордж стремительно обернулась к ней.

– Ах так? – прошипела она со злостью. – К твоему сведению, я могу кричать на свою собаку, сколько хочу! А тебе тоже есть что сказать своей Салли. Держу пари, что это он за ней побежал в кухню! Так что это она во всем виновата…

– Прекратите! – вдруг закричал Джулиан. – Вы что здесь, все с ума посходили? Прекратите, я говорю! Прекра-ти-те!..

Джордж замолчала, глядя на него как на привидение. Тимми принялся жалобно скулить: всем своим видом он показывал, что совесть у него нечиста. Чтобы смягчить сердце хозяйки, он несколько раз пытался дать ей лапу.

Может быть, именно жалобный взгляд Тимми помог Джордж наконец опомниться.

– О Тим!.. О Тим! – Она положила руку на шею псу. – Я погорячилась… Я просто очень разозлилась из-за того, что мы упустили этого негодяя! Честное слово, я уже не сержусь на тебя…

Тимми понял, что его прощают. Он подобострастно лизнул руку Джордж и лег у ее ног. Ему непонятна была только причина всей этой суматохи…

Вдруг Джоанна с силой грохнула кулаком по столу. Все вздрогнули и недоуменно уставились на нее. Господи боже!.. Ведь никто из них и не подумал рассказать ей о том, что произошло несколько минут назад!.. Все заговорили разом. Узнав, в чем дело, Джоанна с ужасом повернулась к окну, словно ожидая, что сию минуту там опять появится какое-нибудь лицо. Потом одним рывком опустила жалюзи.

– Вы сейчас же пойдете спать! – не терпящим возражения тоном приказала она. – Все до единого. Я сыта этим по горло… А потом я позвоню в полицию. Берта, идем наверх!

– Да-да, идите, – сказал Джулиан, принимая важный вид. – Я тут еще проверю, все ли закрыто. А в полицию можно позвонить и утром.

Второй раз за этот вечер Тимми испытал глубокое огорчение. Ему почему-то не позволено было спать на кровати Джордж, и он воспринял это как наказание. Подавленный, брел он по лестнице наверх.

Джоанна тут же уложила Берту в постель. Затем заперла окна и двери, положила подстилку для Тимми и выключила свет.

– Теперь ничего больше не случится… Никто сюда теперь не войдет… – пробормотала она и укрылась с головой одеялом.

Тихо было и в комнате у Джулиана и Дика. Они тоже тщательно заперли все, что только можно было. Так же поступили и девочки. Ночь была жаркая, и все со страхом думали о том, как они будут спать в такой духоте. Если бы хоть чуть-чуть приоткрыть окно!.. Джордж лежала не шевелясь и переживала все, что произошло этим вечером. Совесть у нее была неспокойна. Ведь сегодня она без причины накричала на своего умного, замечательного пса… Кроме того, она до сих пор не пришла в себя от испуга: кажется, в жизни еще она не испытывала такого ужаса, как в тот момент, когда увидела это лицо, возникшее в темноте за окном…

– Как ты думаешь, Тимми очень обиделся? – шепотом обратилась она к Энн.

– Кажется, не очень… Да и собаки вообще не злопамятны, – тихо ответила Энн. – Конечно, было бы лучше, если бы ты на него не кричала. Должна сказать, ты совершенно потеряла контроль над собой… Понятно, это еще и от страха…

– Мне кажется, это был настоящий шок, – подумав, сказала Джордж. – Мне хочется пойти к нему и еще раз объяснить, что я на него не сержусь…

– Опять ты ерунду говоришь! – сердито накинулась на нее Энн. – Подумай сама: ты сейчас полезешь туда, станешь стучаться. Представляешь, как они испугаются?..

Немного погодя Энн заснула. А Джордж лежала без сна и прислушивалась. Вдруг она вздрогнула и села в кровати. Кажется, где-то скрежещет ключ?.. Должно быть, это внизу, в замке входной двери… Она затаила дыхание.

Спустя минуту кто-то тихо постучал в дверь.

– Это я, – послышался голос Джоанны. – Я привела Салли. Тимми просился к ней, на постель Берты. Но там для двоих слишком мало места. Ты не возьмешь ее к себе?

– Ладно. Если надо… – Джордж открыла дверь: – А Тимми что делает?

– С ним все в порядке. Только немного огорчился, что я забрала у него подружку. А вообще это хорошо, что он у нас.

– Он не очень расстроен? – спросила еще раз Джордж.

Но Джоанна ее не слышала. Она уже исчезла во тьме, направляясь к лестнице. Джордж тяжело вздохнула. И зачем только она отдала Тимми?.. И почему была с ним так несправедлива? Особенно сегодня… Ах, Салли – это для нее слабое утешение. К тому же собачке, судя по всему, совсем не хотелось с ней оставаться. Она спрыгнула с кровати Джордж, подбежала к двери и принялась скулить.

Проснулась Энн.

– Ну, что опять? Почему Салли здесь оказалась? Надеюсь, она не всю ночь будет скулить?.. Ну, можно тут уснуть?

Но Салли этот вопрос не беспокоил. Она беспрестанно бегала по комнате туда-сюда. Она скулила все громче и громче и наконец вспрыгнула на постель к Джордж.

– Ах ты, глупышка! Может, тебе надо выйти?

– Хорошая мысль… – пробормотала Энн и тут же уснула.

Джордж взяла Салли на руки, на цыпочках подошла к двери и осторожно открыла ее.

Спустившись по лестнице на первый этаж, она отперла входную дверь и тихо прикрыла ее за собой. На ней была лишь пижама и поверх нее – купальный халат. Кудрявые волосы падали ей на лицо. Салли все еще была у нее на руках.

Вдруг Салли мелко задрожала и принялась рычать. Джордж оцепенела… Что такое?..

Дальше все произошло очень быстро. Кто-то посветил фонариком ей в глаза… Что-то упало на голову, закрыло лицо… Она не могла даже вскрикнуть…

– Ну наконец-то она у нас в руках! – услышала она хриплый мужской голос. – Кудряшки на месте, все как надо. И шавку с собой притащила… Запри ее в конуре, пока она не растявкалась!

Салли, которая так испугалась, что не могла даже рычать, была заперта в конуре. Джордж отчаянно дергалась и вырывалась, но тщетно… Ее подняли и куда-то понесли…

Ночной ветер раскачивал незапертую садовую калитку, она со скрипом билась о столб. В конуре жалобно скулила Салли. Но все в доме крепко спали; не проснулся даже мудрый Джулиан. На него Джордж была особенно зла. Опять он, со своим самомнением, попал пальцем в небо – когда заявил, что «в полицию можно позвонить и утром».

ГДЕ ДЖОРДЖ?

Утром Джоанна, как всегда в половине седьмого, спустилась в кухню. Вскоре проснулась Берта – и сразу вспомнила, что рядом с ней нет Салли. Она надела купальный халат и побежала вниз, к комнате Джордж. Там она тихо постучала в дверь.

– Да, – сонным голосом отозвалась Энн. – А, это ты, Тони?

– Хэлло! Я за Салли пришла. А где Джордж?

Энн удивленно посмотрела на пустую кровать.

– Не знаю… Может, Салли прогуливает?.. Ночью она тоже ее выводила: та очень беспокоилась… Я их не дождалась, уснула.

– Я сейчас оденусь. Или, может, мы перед завтраком побежим купаться? Тогда я за купальником. Погода такая великолепная!

– Конечно! – Энн вылезла из-под одеяла. – Ступай… и по дороге разбуди мальчиков. А ты, Тимми, не знаешь, где Джордж?

Джулиан и Дик тоже проснулись и готовились к купанию.

Берта побежала вниз. Она услышала жалобное тявканье Салли и удивилась, почему та заперта в конуре. На такое способна только Джордж… Берта очень на нее рассердилась.

Подбежал Тимми, совершенно сбитый с толку: он не нашел Джордж.

– Гав! – недоуменно гавкнул он, обнюхивая все углы. Вид у него был взволнованный и растерянный:

– Не нашел? – удивленно спросила Энн. – Джоанна! – крикнула она. – Где Джордж? Ушла на пляж?

– Наверно, – откликнулась из кухни Джоанна. – Во всяком случае, калитка была открыта, когда я выходила.

– Вот как? Тогда все в порядке… – Но на самом деле Энн была очень удивлена: почему Джордж не разбудила ее? Раньше такого с ней не случалось.

Они вчетвером побежали на берег. Салли была счастлива, что опять видит свою хозяйку, и весело носилась вокруг. Тимми же был совсем понурым. Он то и дело останавливался и принимался озираться вокруг, словно чего-то ища.

– Я нигде не вижу Джордж, – сказал Дик. – В воде ее, во всяком случае, нет…

Они долго оглядывали берег и море. Купаться уже никому не хотелось. Энн посмотрела на Джулиана. Ею овладел какой-то необъяснимый страх… совсем не похожий на все испытанное раньше.

– Джулиан, ты можешь предположить, где она?

– Я, например, понятия не имею, – ответил за Джулиана Дик. – Здесь ее точно нет. И на лодке она не могла уплыть.. Что ж, пойдемте домой!

– Я сразу подумала, что без нас она не пойдет купаться… Да и я бы проснулась, если бы она вернулась ночью… Джулиан, что-то случилось!.. Что-то наверняка случилось, раз она не вернулась вместе с Салли в комнату.

Джулиан остановился, с ужасом глядя на Энн.

– Так она выходила из дому? Ночью?.. Но ведь… вчера вечером кто-то был в саду!.. Как могла она так поступить?

– А как ты мог сказать вчера вечером, что «в полицию можно позвонить и завтра»?..

Они бросились бегом и, вернувшись в Киррин-коттедж, обыскали весь сад, с одного конца до другого. Вдруг Энн вскрикнула. Она что-то увидела. Не говоря ни слова, она показала на землю.

Это был пояс от купального халата Джордж. Все с широко раскрытыми глазами смотрели на него.

– Черт возьми! – прошептал Дик. – Черт возьми, это все объясняет. Джордж похищена!

Берта заплакала.

– Они нас перепутали, – всхлипывала она. – У Джордж на руках была Салли. А они знали, что Салли – моя собака. И они, наверно, слышали о том, что я переоделась…

– Ты, кажется, права… – Голос у Джулиана вдруг охрип. – И она все-таки не настолько походила на мальчика, как ты. Поэтому они и решили, что она – это ты!..

– И теперь сообщат ее отцу, что его дочь у них и что они с ней ничего не сделают, если он отдаст им документацию… – продолжила Энн, с упреком глядя на Джулиана.

– Наверняка, – тихо подтвердил тот.

– А что они будут делать, когда поймут, что это Джордж? – Вопрос этот возник у Дика чуть раньше, чем у других.

– Не знаю, – смущенно ответил Джулиан. – Может, попытаются таким же образом шантажировать дядю Квентина?.. Но ведь документация не у него…

– А как тогда быть с Бертой, – снова спросил Дик. – Ведь они снова примутся охотиться за ней.

– Джордж будет молчать, – убежденно сказала Энн. – Будет молчать, пока может. Она наверняка надеется, что мы что-нибудь придумаем, чтобы ее спасти.

– Ты уверена? – удивилась Берта. – Ведь они ее отпустили бы, если бы узнали, что она – совсем не то, что им надо… О, это так мужественно с ее стороны! По-моему, это восхичительно!

– Да, я тоже согласен, они из нее ничего не вытянут, – подтвердил Дик, – она смелая девочка. Смелее многих ребят, которых я знаю… Но теперь нужно рассказать все Джоанне и посоветоваться, что нам делать и как поступить с Тони. Здесь ей больше нельзя оставаться. Нам нужно как можно скорее спрятать ее где-нибудь в другом месте…

Только теперь, после того как злоумышленники похитили Джордж, Берте стало по-настоящему страшно. Ей и раньше приходилось бывать в опасности, но это как-то проходило мимо ее сознания… Она невольно огляделась вокруг. У нее появилось вдруг ощущение, что в любой момент на нее откуда-нибудь готовы броситься какие-то страшные люди…

– Ты только не бойся, – успокаивал ее Дик. – Сейчас тут точно никого нет. Но лучше все-таки, если мы вернемся домой. Я не думаю, что Джордж что-нибудь выболтает. Но они могут узнать, кто она такая, от кого-то другого. И тогда сразу вернутся сюда.

Берта посмотрела на него и припустила домой, будто за ней гнались по пятам. Джулиан запер дверь. Потом они позвали из кухни Джоанну.

Узнав, что произошло, она чуть не упала в обморок. Она плакала и сморкалась в передник.

– Я ведь вам сказала!.. Я сказала, что все надо закрыть. Я сказала, что надо позвать полицию!.. И после этого Джордж среди ночи выбежала наружу, совсем одна!.. Этим все и должно было кончиться!..

– Перестань плакать! – попытался успокоить ее Дик. – Нам еще много всего надо сделать. Сначала сообщить в полицию, потом попробовать разыскать адрес дяди Квентина. И еще надо Берту на всякий случай укрыть в каком-нибудь другом месте.

– Да, да… – всхлипывала Джоанна, вытирая слезы краешком фартука. Потом вдруг сказала: – Я знаю, где мы спрячем Берту. У Джо.

– Ну конечно! – закричал Джулиан. – У Джо! Она ведь живет у твоей двоюродной сестры в небольшой деревне.

Джоанна кивнула.

– Сестра сразу взяла к себе Джо, как только я ей рассказала ее историю. И никому не бросится в глаза, что к Джо кто-то приехал. У нее гости часто бывают.

– Великолепная мысль! – согласился Дик. – А уж мы постараемся внушить Джо, чтобы она следила за Бертой в оба глаза. Если Джо за кем-то возьмется присматривать, то у неё это получится не хуже, чем у нашего Тимми!

– И остается еще полиция… Джоанна, бери Берту и отправляйся с ней прямо сейчас. Лучше всего, если вы поедете на такси.

Джоанна встала и сняла фартук.

– То-то сестра удивится, когда мы к ней заявимся в такое время. Берта, собери поскорей самое необходимое. Только не нужно ничего такого, что бросается в глаза… Вроде твоей серебряной щетки для волос. Ее лучше оставь здесь!..

Но Берта даже не пошевелилась. Она вся была поглощена растущим у нее в душе липким страхом… Нет, нет, она никуда больше не хочет ехать!.. Джулиан положил руку ей на плечо.

– Послушай-ка, – сказал он. – Джордж наверняка будет молчать какое-то время. Так что мы успеем спрятать тебя в безопасное место, пока бандиты не обнаружат ошибку. Будь спокойна и слушайся Джоанну!

– Да… – Берта опять заревела. – Да, я тоже хочу, чтобы меня спрятали. Но я же совсем не знаю Джо. Джоанна говорила, что она цыганка. Я не хочу к ней!..

– Это что еще такое? – строго прикрикнул на нее Дик. – Ты что, из прошлого века, что ли? У Джо доброе сердце, только это и имеет значение! Я прав, – Джоанна?

Джоанна кивнула. Она всегда хорошо относилась к Джо. И это она позаботилась о том, чтобы Джо нашла новый дом, когда ее отца посадили в тюрьму.

– Пойдем, пойдем! – торопила она Берту. – Нам надо спешить. Только как я тебя повезу: как мальчика или как девочку? Вы как считаете?

– Как девочку! – взмолилась Берта. – Ну пожалуйста!.. Ну пожалуйста, как девочку!

Джулиан задумался.

– Может, в самом деле будет правильнее, если она опять станет девочкой… Но Бертой называться пока, пожалуй, не стоит. Это слишком опасно.

– Давайте звать ее Ута. Имя красивое, и многие девочки его носят, – предложила Джоанна. – Ну, пошли, Берта, я хочу проследить, чтобы ты оделась как-нибудь попроще.

– А я позвоню в полицию и вызову такси, – сказал Джулиан.

Джоанна покачала головой.

– Лучше мы поедем на автобусе. Вроде бы отправились за покупками. А такси очень бросается в глаза.

Джулиан не стал возражать. Подойдя к телефону, он попросил связать его с полицейским участком и торопливо рассказал, что у них произошло. «Буду у вас через десять минут, – ответил дежурный. – Ждите меня».

Джулиан положил трубку. Дик и Энн с бледными, испуганными лицами стояли рядом. Мысли их были целиком заняты Джордж. Едва ли гангстеры особенно обрадуются своей добыче, это-то ясно как божий день! Когда Джордж в ярости, от нее лучше держаться подальше. Оставалось надеяться, что она не станет доводить похитителей до крайности, до того, что они вынуждены будут ее «отключить»… У Джулиана было неприятное ощущение, что он уже сейчас слышит все то, что Джордж ему выскажет, когда снова окажется дома. А тут еще Тимми неотрывно смотрел на него, словно тоже знал, что Джулиан сильно сглупил.

В это время в саду на дорожке послышались тяжелые шаги.

– Полиция! – воскликнул Джулиан. – Быстро же они пришли!..

НАХОДКА В ЛЕСУ

В дверях показались два полисмена. У Энн сразу стало легче на сердце: полисмены были те же самые, что приезжали на остров. Джулиан провел их в гостиную и еще раз рассказал о последних событиях.

На какой-то момент его перебила Джоанна, которая вошла и сказала:

– Мы сейчас уезжаем. До свидания! Нам надо поторопиться, а то упустим автобус.

Они с Бертой побежали к садовой калитке. В руках у Джоанны был маленький чемоданчик с несколькими платьишками для Берты, которые она сумела в спешке найти. Но было еще много всего, о чем она не успевала позаботиться. Ничего, она попросит сестру, чтобы та дала Берте что-нибудь из одежды Джо.

А Берта опять стала девочкой: на ней была плиссированная юбочка, короткие волосы были спрятаны под пестрым платком. Она едва поспевала за Джоанной. В калитке она обернулась к друзьям, помахала им и даже попыталась улыбнуться.

– Бедняжка Берта, – сказал Дик. – Наконец-то она опять стала девочкой…

– Будь у нас сейчас карнавал, я, может, весело посмеялся бы над этим, – задумчиво посмотрел им вслед Джулиан.

– Что это значит? – спросил сержант, тоже глядя вслед Джоанне и Берте.

Джулиан коротко объяснил ему ситуацию. Сержант наморщил лоб.

– Да, вам лучше было бы подождать и не принимать решений без нас…

Джулиан помолчал смущенно, потом сказал:

– Но ведь все же лучше, если Берта уедет отсюда, прежде чем похитители обнаружат; свою ошибку! Она, кстати, опять стала девочкой.

– А вот это правильно. – Сержант, размышляя, покачал головой. – И все равно нельзя было так поступать… Это, правда, неплохая мысль – увезти ее к Джо в деревню. С Джо шутки плохи, и я бы никому не советовал пытаться обвести ее вокруг пальца. Но это слишком серьезные вещи, чтобы в них могли принимать решение дети. В таких делах должна решать полиция.

– Скажите… вы ведь правда скоро освободите Джордж? – Энн смотрела на полисменов, широко раскрыв глаза. Для нее сейчас не было ничего важнее ответа на этот вопрос.

– Разумеется, мы сделаем все, что в наших силах. В первую очередь я должен связаться с твоим дядей и мистером Эльбуром Райтом, чтобы…

В этот момент пронзительно зазвонил телефон.

Энн подбежала к аппарату.

– Это вас, мистер сержант, – сказала она, передавая трубку полисмену.

– Да… гм… понимаю. Да, да… совершенно верно! Да, лучше это сделаем мы… – Сержант положил трубку и обернулся к детям. – Я получил известие, что похитители вступили в контакте мистером Эльбуром Райтом. Они сообщили ему, что его дочь Берта находится в их руках.

– Они требуют документацию? – опросил Дик.

– Да… Мистер Райт совершенно вне себя… и намерен выдать бумаги преступникам… Просто непостижимо!

– Черт побери!.. Надо как можно быстрее ему сообщить, что похищена вовсе не Берта, а Джордж! Тогда он передумает…

Сержант снова наморщил лоб.

– Все дальнейшее предоставьте нам! Вы нам будете только мешать, если вздумаете сами предпринимать какие-то действия. Это действительно не для детей…

– Что? Чтобы мы сидели здесь и ничего не делали? – вскипел Дик. – Джордж похищена гангстерами!.. Что вы намерены предпринять, чтобы освободить ее?

– Ну хорошо, хорошо… – попробовал успокоить его степенный полисмен. – Горячиться тут совсем ни к чему. На наш взгляд, непосредственной опасности для девочки пока нет. Если преступники обнаружат свою ошибку, они, может быть, отпустят Джорджину…

– И не подумают! Они просто будут шантажировать дядю Квентина!

– Что ж, это тоже не так плохо. Тогда в нашем распоряжении окажутся какие-нибудь новые данные. – Он встал; в своей красивой синей униформе он выглядел очень импозантно. Прежде чем удалиться, сержант похлопал Джулиана по плечу и произнес доброжелательно: – Итак, если вы что-то заметите, немедленно дайте нам знать! А уж мы сделаем все, что требуется. Всем понятно? Немедленно!..

Джулиан смотрел ему вслед. Легко этому полисмену говорить! Он понятия не имеет, как скверно обстоят дела. Не та девочка похищена, не тот отец подвергается шантажу… Дядя Квентин никогда не выдаст свои документы… Но самое главное, что Джордж находится в плену у преступников и ждет, что друзья ее освободят!..

– Одно хорошо: что Берты уже нет здесь, – пробормотал Дик. – У нее бы нервы не выдержали… Да и ты выглядишь совсем измученной, Энн.

Энн прижала ладонь к животу.

– Да, мне тоже так кажется… Кроме того, я ужасно хочу есть.

Дик посмотрел на часы.

– Ничего удивительного: сейчас уже десять. А мы на ногах с половины седьмого. Пошли, поищем какой-нибудь еды! Может, после этого будем чувствовать себя лучше…

Все втроем они двинулись на кухню; Тимми и Салли бежали за ними.

– Мне ужасно жаль, – Энн погладила Тимми по мягкому загривку, – но я тоже не знаю, где твоя хозяйка. Не смотри на меня так укоризненно! И тебе я тоже не могу помочь, Салли. Правда, я знаю, где Берта, но туда тебе нельзя. Ни в коем случае!..

Чуть позже все трое сидели за большим круглым столом и ели ветчину, яйца и тостики, густо намазанные маслом. Тимми положил голову на ноги Энн, а Салли встала на задние лапки, подняв передние девочке на колени. Вид у обоих был такой грустный и сиротливый, что Энн после каждого куска, отправленного в рот, говорила им что-нибудь утешительное. Без Джордж и Берты за столом было непривычно тихо.

Дик попытался немного поднять друзьям настроение, но без успеха.

– Эх, была бы здесь Берта, – начал он, – она бы, по крайней мере, для нас поревела…

Никто даже не улыбнулся.

После завтрака они помыли посуду и застелили постели. Потом мальчики пошли в сад и отыскали место, где найден был пояс Джордж.

Тимми возбужденно обнюхивал землю. Потом вдруг кинулся к садовой калитке, толкнул ее лапами и, выскочив, побежал дальше. Приблизив нос к самой земле, он, свернул на узенькую, боковую тропинку.

– Дик! – закричал Джулиан. – Тимми взял след!.. Если Джордж была похищена здесь, то это ее след!

– Пойдем за ним! – взволнованно ответил Дик. – Сейчас главное – не отстать от него…

Они бросились следом за псом. А тот вдруг припустил во всю прыть.

– Эй, не так быстро, Тим! У нас же нет крыльев…

Но Тимми их не слышал. Видимо, он обнаружил что-то чрезвычайно важное. Мальчики, хватая ртом воздух, едва за ним поспевали.

Наконец на маленькой лесной поляне он остановился. Дик и Джулиан перевели дух, а Тимми в это время усердно обследовал поляну. Потом посмотрел на мальчиков – в глазах его было ожидание и просьба о помощи.

Дик, наклонившись, разглядывал примятую траву под большим дубом.

– Следы шин! – воскликнул он радостно. – Здесь похитители спрятали свою машину, а сами пошли лесом к Киррин-коттеджу, дождались темноты и стали подкарауливать Берту. Если бы Джордж не была такой легкомысленной, они так ничего бы и не дождались. Мы ведь так старательно все закрывали, так старались все предусмотреть!..

Джулиан тоже склонился к следам.

– Смотри, какие широкие протекторы! Это какой-то тяжелый автомобиль… наверно, американский. Я думаю, марку легко определить, если спросить Джима на бензоколонке. Надо только скопировать рисунок протектора и показать ему. Джим все типы шин знает и может сказать, каким маркам они принадлежат.

Джулиан вынул карандаш и блокнот и стал быстро набрасывать чертежик. Про полицию он опять забыл.

Дик снова нагнулся.

– Да тут этих следов вон сколько… вдоль и поперек. Мошенники, видно, разворачивались на этой поляне. Смотри, здесь кусок коры с дерева сорван: задели, наверно, при развороте. Может, опасались включать фары… или Джордж набросилась на шофера и расцарапала ему лицо…

Джулиан убрал блокнот в карман.

– Дай-ка и мне посмотреть. – И тут же закричал: – Поврежденное место на стволе – голубого цвета! То есть это был голубой автомобиль! Понимаешь, Дик: большой голубой лимузин! Очевидно, американского производства. Это ведь очень важный факт для полиции!..

– Ясное дело… А Тимми все что-то вынюхивает. Он, видимо, тоже уже сообразил, что Джордж куда-то делась. И по-настоящему ее жалеет, бедняга… Посмотри, он что-то разгребает. Взгляни, что там, Джулиан!

И оба побежали к Тимми, который пытался извлечь из глубокого следа от машины какой-то предмет.

Дик присел рядом с псом на корточки и увидел маленький зеленый гребень, сломанный пополам. Он поднял обе части и спросил:

– Это не гребешок ли Джордж?

– Да. – Джулиан выхватил гребень у него из рук. – Да, это ее. Я несколько раз его видел. Джордж наверняка выбросила его из машины, чтобы дать нам знак.

Они неподвижно стояли, глядя на маленький зеленый предмет. Легкий ветер пошевелил Джулиану волосы, они упали ему на лицо. Он поднял голову, чтобы откинуть их назад. И тут его взгляд упал на куст дрока… На одной из веток, прямо над землей, висело что-то белое, покачиваясь под ветром. Джулиан бросился туда и снял с ветки кусочек белой ткани.

– Платок! Носовой платок!.. И на нем – буква «Д»!..

– Это ее платок! – закричал Дик. – Я его помню. У нее таких шесть штук. И на каждом – этот вензель, только другого цвета… Надо искать дальше, Джулиан! Может, она еще что-нибудь смогла выбросить из машины. Она это сделала, видимо, в тот момент, когда гангстеры разворачивались и не следили за ней…

Они искали долго и в конце концов нашли еще кое-что. И опять в колее. На сей раз это был фантик от конфеты.

– Эти конфеты мы ели вчера вечером. Если бы у нее были бумага и карандаш, мы бы, наверно, знали уже, куда они ее увезли.

Джулиан посмотрел на Дика и быстро сказал:

– Вот что… Нужно еще раз внимательно все тут осмотреть!

Они исползали всю поляну, искала на дороге, в траве, в кустах. Но так ничего и не нашли. Разочарованные, они наконец сдались.

– Давай пойдем по следу и посмотрим, куда он ведет, – предложил Джулиан.

Мальчики медленно двинулись вдоль лесной дороги.

И вдруг вблизи того места, где лесная дорога вливалась в шоссе, на самой обочине, они увидели клочок бумаги, бросаемый легким ветром то туда, то сюда. Дик бросился и торопливо схватил его.

– Джулиан, Джулиан! У нее все же нашлось, чем писать! Это записка?.. Правда, тут стоит одно-единственное слово. Что же это такое?..

Она долго рассматривали маленький скомканный листок. Да, это был почерк Джордж. Они сразу его узнали.

– Гринго… – прочел Джулиан. Что это может значить?

МАЛЕНЬКАЯ ЦЫГАНКА ДЖО

Увидев, что нашли Дик и Джулиан, Энн совсем разволновалась. Но она тоже не могла объяснить, что значит слово «Гринго».

– Полиция… Нужно сейчас же позвонить в полицию! – восклицала она, дрожа от возбуждения. – Может, они найдут эту машину… и догадаются, что значит «Гринго»?

– Я сейчас позвоню им. Дик, а ты скорее беги к Джиму и покажи ему рисунок протектора! Джим наверняка скажет, на каких автомобилях бывают такие покрышки.

Сержант внимательно выслушал Джулиана и пообещал сейчас же послать на поляну полисмена. Что же касается записки, то он не придал ей никакого значения.

– У твоей сестры наверняка не было никакой возможности что-либо выбросить на ходу. Будь уверен, за ней следили очень тщательно. Единственный шанс подать вам сигнал мог представиться, когда второй похититель, а второй наверняка был, помогал водителю при развороте. Тогда никто из них не мог за ней следить.

– Ветер ведь мог далеко отнести бумажку, – возразил Джулиан. – Я, во всяком случае, все вам сказал.

Это был грустный день. Хотя небо сияло ослепительной голубизной, а вода в море была теплой и ласковой, трое друзей говорили только и исключительно о Джордж. Узнать бы, где она сейчас и как ей приходится, не мучают ли ее!.. Интересно, что купаться ни у одного из них не было ни малейшего желания.

Джоанна вернулась в полдень; увидев ее, все ужасно обрадовались. Она тоже была рада несказанно, особенно когда увидела, что они начистили картошки, приготовили салат и собрали малины к обеду.

– В общем, Ута у нас теперь в надежном месте, – доложила она. – Конечно, она сначала было затосковала, но я ей заговорила зубы… Я ей все толковала, чтобы она не особенно показывалась, потому что люди будут удивляться, откуда она взялась. Я ее заставила надеть одно из платьев Джо. Конечно, королевой красоты ее в этом платье не выберут, но это не страшно. Ее-то одежда выглядит слишком уж дорогой. Платья у нее – как из модного салона, в деревне они людям будут колоть глаза.

Дети показали Джоанне записку и поведали обо всем, что они нашли на поляне.

– Гринго… – бормотала Джоанна, задумчиво глядя на клочок бумаги. – Гринго… Смешное какое-то слово. Вроде как из цирка. Где-то я его встречала… Жалко, что Джо здесь нет. Она, может, догадалась бы, что оно значит.

– А ты видела Джо? – спросил Дик.

– Нет, ее не было дома, они куда-то ушли за покупками. – Джоанна сняла крышку с кастрюли, чтобы посмотреть, сварилась ли картошка. – Надеюсь, она подружится с Тони… я хочу сказать, с Утой… Опять бедняге приходится привыкать к новому имени!..

Единственным событием в этот день был телефонный звонок тети Фанни. Она была так убита горем, что едва могла говорить.

– Когда нам из полиции сообщили о том, что произошло, у Квентина началась депрессия. Он в последнее время и так слишком много работал. А тут еще эта ужасная новость… Он все это принял очень близко к сердцу. Я пока не могу оставить его одного. Да мы и так ничего не смогли бы сделать сами. Только полиция может нам помочь! Я просто думать не могу, как Джордж, должно быть, сейчас тяжело…

– Не волнуйся так, тетя Фанни! – попытался успокоить ее Джулиан. – Они должны обязательно отпустить Джордж, если она скажет, что она вовсе не Берта. А Берту мы отправили к Джо, там она спрятана надежно.

– Джордж наверняка ничего не скажет, – пробормотал себе под нос Дик. – Во-первых, у нее крепкие нервы, а во-вторых, она знает, что поставит под удар Берту…

Спать все трое ложились в плохом настроении. Собак Энн взяла на ночь к себе. Весь день обе были такие понурые, что на них смотреть было жалко. Тимми совсем ничего не ел, и Энн это очень удручало.

Джулиан от переживаний никак не мог заснуть. Ему не давали покоя мысли о Джордж. Только бы она не сделала какой-нибудь глупости! Ведь она так неосмотрительна и порывиста! Если бы он мог ее освободить!..

Вдруг оконное стекло коротко звякнуло: в него стукнулся маленький камешек. Джулиан вскочил с кровати. В одно мгновение он был у окна и высунулся наружу, вглядываясь во тьму.

– Дик! – тихо позвал чей-то голос. – Дик! Это ты?

– Джо! – испуганно прошептал Джулиан. – Случилось что-нибудь? Это я, Джулиан. Дик спит. Я сейчас разбужу его, и мы тебя впустим.

Однако в этом, как оказалось, не было никакой необходимости. Джо взобралась на дерево, что стояло напротив окна. И прежде чем Джулиан успел разбудить Дика, она уже сидела на подоконнике.

Потом она соскочила на пол; Джулиан зажег свет. Когда он повернулся, Джо, присев на край постели около Дика, ласково улыбалась ему. Лицо ее покрывал загар, но даже сквозь загар видны были веснушки. Короткие курчавые волосы ее, как всегда, спадали на лоб.

– Мне обязательно надо было попасть к вам. Сегодня возвращаюсь с покупками, а там эта Ута. Она мне рассказала историю с похищением во всех подробностях. Я ей говорю: «Ты сейчас же вернешься домой и объяснишь тем парням, что ты и есть настоящая Берта». И что она сделала, как вы думаете? Разревелась!

– Но послушай, Джо! – улыбаясь, стал терпеливо объяснять ей Дик. – Как ты это себе представляешь? Может, ей дать объявление в газете: дескать, дорогие похитители, вы допустили промашку, настоящая Берта – это я…

– Да ну тебя! – отмахнулась Джо. – Я этого просто не понимаю! Как может человек быть таким трусливым? Если бы они меня похитили, я бы с ними расправилась в два счета. И за этой плаксивой, ни на что не способной растяпой я должна присматривать? Да никогда!

Джулиан посмотрел на Джо. Она была немного нетерпелива и взбалмошна, но зато хорошим товарищем. И она не раз это доказывала. С тех пор как ее отца посадили в тюрьму и она поселилась у двоюродной сестры Джоанны, она впервые в жизни регулярно посещает школу…

– Послушай меня, Джо! – начал Джулиан. – Сегодня утром, когда Джоанна и Берта… то есть Тони… нет, Ута…

– Что-что? – широко открыла глаза Джо.

– Ута, – повторил Джулиан. – Значит, когда Джоанна и Ута уехали, мы тут нашли кое-что…

– Как? Вы узнали, где находится Джордж? Тогда я сейчас же побегу и приведу ее.

– Гм-гм… – промычал Дик. – Если бы это было так просто!

– Смотри! – Джулиан показал ей скомканный кусочек бумаги. – Джордж, наверно, выбросила это из машины, когда ее увозили. Может, ты знаешь, что значит это слово?

– Грин-го… – прочитала она по слогам. – Гринго… Постой, постой!.. – Она наморщила лоб. Потом кивнула. – Знаю! – вдруг воскликнула она. – Недавно в городе была ярмарка… Там был балаган с вывеской «Большое шоу Гринго».

– И что, они куда-то уехали? Ты знаешь куда? – нетерпеливо спросил Дик.

– Да, сначала в Фейленуик, потом в Грэнтон. Я это знаю от одного парнишки, это мой друг. У его отца есть карусель, я на ней по крайней мере раз сто каталась бесплатно…

– Выгодная дружба! – засмеялся Дик.

– Ты считаешь, у хозяина «Большого шоу» есть что-то общее с Гринго, который значится в записке Джордж? – спросил Джулиан.

– Я не знаю. Но могу выяснить. Надо спросить у Мекки. Это тот мальчик с карусели. Он мне рассказывал, что работать на Гринго – просто жуткое дело. Он такой угрюмый, и у него мания величия. То есть он ужасно о себе воображает, считает себя вроде как графом…

– А у мистера графа есть большой автомобиль? – взволнованно перебил ее Дик.

– Не знаю. Но я это выясню. Джулиан, ты дашь мне свой велосипед? Тогда бы я съездила сейчас в Грэнтон!

– Как?.. – переспросил Джулиан, которому показалось, что он ослышался. – Ты в своем уме, девочка? Как ты поедешь ночью? Никакого велосипеда я тебе не дам! – добавил он твердо. – Ни в коем случае!

Джо скривила губы.

– Ничего себе два братца! Перепугались из-за какого-то паршивого велосипеда! Ну, тогда извините!.. Я-то думала, вам нужна помощь… Ладно, пускай тогда этот Гринго делает с вашей сестрой что хочет…

– Что ты имеешь в виду?. – спросил Джулиан.

– Мекки мне рассказывал, Гринго не пропускает ни одного грязного дела. Главное, чтобы денежки капали в кассу…

– Вот как, – посмотрел на нее Джулиан, – Тогда похищение детей – это как раз для него.

Джо засмеялась.

– Для него это – так, пустячок… Пошли, Джулиан, вытаскивай свой велосипед, дело не терпит!

– Нет, никакого велосипеда ты не получишь. Спасибо, что ты нам хочешь помочь. Но мы не допустим, чтобы ты среди ночи ехала на какую-то ярмарку к какому-то темному типу, про которого ты сама говоришь, что он по горло увяз в грязных делах. Похищение людей – это очень грязное дело. Так что ничего у тебя не получится! Я просто не могу тебя сейчас никуда отпустить!

– Ладно. – Джо пожала плечами. – В конце концов, ведь это ты меня спросил, не могу ли я прояснить дело с именем Гринго! Кроме этого Гринго, есть еще тысяча. Это ведь наверняка кличка. И этот Гринго – совсем не обязательно тот, кто похитил Джордж. Вам ведь, наверно, все равно, сколько пробудет Джордж у этих мошенников… Плохо только, что они уж очень ее избалуют…

– И тем не менее, Джо, ты сейчас же поедешь домой! – Джулиан посмотрел на часы. – Ты должна быть дома и охранять Берту… я имею в виду Уту. А утром приезжай, хорошо? Как ты вообще сюда добралась?

– А, просто пришла, вернее, прибежала. Не по дороге, конечно, а напрямик. Это куда практичнее и не так долго.

Дик представил, как Джо бежит по лугам, полям, через лес… Как она нашла дорогу в такой тьме? Он бы никогда так не смог.

Джо влезла на подоконник и легко, как кошка, перепрыгнула на дерево.

– До свидания! – сказала она.

– Передай от нас привет Уте! – крикнул вдогонку Дик.

– Пока… – отозвалась Джо.

Джулиан выключил свет.

– Что за девчонка эта Джо! С ней не соскучишься. Но что ей приходит в голову!.. Среди ночи ехать в Грэнтон, и это после того, как она пешком прибежала сюда…

– Я рад, что ты запретил ей брать велосипед, – пробормотал Дик. – Тебя она слушает… во всяком случае, мне так кажется.

Он улегся в постель. А в следующий момент вдруг сел и вытянул шею. Он услышал звук велосипедного звонка.

– Я сейчас с ума сойду!.. Это не девочка, а чудовище!..

– Что такое? – зевая, спросил Джулиан. Но тут и до него донеслись продолжительные звонки, звучащие все тише и тише и удаляющиеся в сторону Грэнтона.

– Это Джо! – рассмеялся Дик, – Она уехала на моем велосипеде. Я узнаю звонок. Ну и получит же она, когда вернется!

Джулиан фыркнул, как морж.

– Ты прав: настоящее чудовище! Раз я запретил ей взять свой велосипед, она просто стащила твой… Хотел бы я видеть лицо того мальчишки с карусели, когда она разбудит его среди ночи!

– А он, наверно, привык… А теперь давай спать! – Дик укрылся одеялом. Но не прошло и минуты, как он произнес вполголоса: – Что-то сейчас делает Джордж? Как вспомнишь, что ее держат где-то взаперти дурные люди, весь сон улетучивается.

Из комнаты напротив донесся протяжный, жалобный звук.

– Тимми скулит, – сказал Джулиан. – Бедный пес…

Прежде чем заснуть, они еще раз вспомнили про Джо. Они мысленно видели, как она, изо всех сил крутя педалями, несется сквозь тьму… И еще хорошо, что на сей раз по дороге, а не напрямик через поля… Несется в Грэнтон, чтобы разыскать мальчишку по имени Мекки.

НА ЯРМАРКЕ

На следующее утро, в половине седьмого, Джоанна торопливо поднялась наверх и забарабанила в дверь спальни.

– Джулиан! – закричала она. – Джулиан, я тут нашла кое-что, у нас под дверью! Вот маленькая сложенная записка, на одной стороне – твое имя!

Джулиан тут же вскочил с постели и выхватил записку у Джоанны из рук. Увы, это было не то, что он надеялся увидеть.

Записка была от Джо. Почерк был таким корявым, буквы так валились друг на друга, словно под ударами урагана, что Джулиан едва сумел разобрать, что там написано.

«Джулиан! Я на шла Мекки. Он прийдет в ади-наццать часов на берег. Я взела виласипет Дика и на нем при ехала обратно. Ни сердись. Джо».

– Гм… – пробурчал Дик. – В одиннадцать часов. Надеюсь, я узнаю свой велосипед. Боюсь, придется отдавать его в ремонт.

Но в этом, как оказалось, не было никакой нужды. Джо уже вымыла и протерла велосипед так, что он весь блестел. Дик только головой помотал в изумлении; о том, чтобы ругать Джо, не могло быть и речи. Она пришла раньше, чем значилось в записке, и сразу направилась в Киррин-коттедж. Когда она вошла в калитку и зашагала по дорожке, Тимми бросился ей навстречу, восторженно виляя хвостом и радостно лая. Даже Салли сочла своим долгом потанцевать вокруг нее.

– Хэлло, похитительница велосипедов! – приветствовал ее Дик. – Кто это так отскреб моего стального коня? Или ты мне купила новый велосипед?

Джо ухмыльнулась.

– Дело было такое срочное, что мне пришлось его одолжить. Я правда очень сожалею!

– Ничего ты не сожалеешь, не ври! – отозвался Дик. – Ладно, на сей раз я буду великодушен. Как ты добралась до ярмарки? Без неприятностей?

– Само собой. Я разбудила Мекки, и он был слегка удивлен. Долго мы с ним не разговаривали… Дело в том, что его отец спал в том же вагончике. Мы с ним только договорились, что в одиннадцать он будет в бухте Киррин. Потом я поехала обратно. Собственно, я хотела вернуть тебе велосипед сразу же, но уж очень устала…

– Еще бы! – вмешался Джулиан. – Ты в эту ночь почти совсем не спала… Эй! – воскликнул он. – А это еще кто?

В садовую калитку вбежал мальчишка. Его жесткие черные волосы стояли на голове, как щетка.

– А, это же Мекки! Правда ведь, он очень точный? Не обращайте внимания, что у него волосы торчком торчат. Он каждый день втирает в них целую бутылку масла – и все без толку. Волосы все равно торчат. Из-за этого он ужасно переживает… Мекки! – позвала она. – Привет, Мекки!

Он быстро повернулся. О его лице нельзя было сказать, что оно отличается правильными чертами и красотой. Зато, когда он смеялся, на лице у него смеялось решительно все. Рот разъезжался до ушей, нос морщился и приподымался, черные глаза искрились. Он посмотрел на Дика и Джулиана снизу вверх.

– Так я пойду тогда прямо на берег, – заявил он, сияя.

– Погоди, мы с тобой, – сказала Джо. По дороге они встретили мороженщика, и Джулиан тоже получил возможность показать свое великодушие. Он заказал для каждого большую порцию с высоким конусом взбитых сливок сверху.

– Большое спасибо! – сказал Мекки, косясь на Дика и Джулиана своими черными глазами. Он все время размышлял о том, чего же они от него хотят.

Они уселись на теплый песок. Мекки самозабвенно лизал свое мороженое.

– Слушай, ты меня ночью, однако, напугала, – сказал он наконец, обращаясь к Джо. – Я уж думал, меня удар хватит. А что, собственно, случилось-то?

– Дело в том, – начала Джо, – что мы хотели бы узнать кое-что насчет одного человека. Его зовут Гринго.

– Гринго.. Насчет него многие хотели бы кое-что узнать. Знаешь, как мы всегда отвечаем на это?.. – Ему понадобилось ослабить ремень на брюках, и он для этого встал. – Здесь, говорим мы, все темные делишки обделываются аккуратно – без сучка без задоринки. Нам, бывает, приходится на него вкалывать, но зато и платит он хорошо.

– Ему принадлежат карусели и балаганы, так? – спросил Джулиан.

Мекки кивнул.

– Могу держать пари, что все это – только прикрытие для подозрительных махинаций, – шепнул Джулиан Дику.

Он испытующе посмотрел на маленького карусельщика. Можно ли ему вообще доверять?.. Джо заметила это и догадалась, о чем он думает.

– С ним все в порядке, – быстро сказала она. – Правда ведь, Мекки: ты будешь молчать как рыба?

Мекки усмехнулся, и его лицо стало еще забавней. Джо ободряюще кивнула Джулиану, и тот, отбросив бесплодные колебания, рассказал всю историю с похищением Джордж. Мекки слушал его, вытаращив глаза.

– Черт побери, похоже, в этой истории чувствуется грязная рука Гринго. На прошлой неделе он зачем-то катался в Лондон. А потом рассказал отцу, что у него наклевывается великолепная сделка. Она, говорит, принесет много-много долларов, потому что связана с Америкой…

– Ага! – воскликнул Дик. – И в самом деле, очень похоже, что это он! – подхватил он. – Джордж была похищена позавчера. Ты не заметил чего-нибудь такого, что было не так, как раньше? Ничего, что бросалось бы в глаза? Особенно где-то после полуночи.

Мекки некоторое время размышлял. Потом покачал годовой.

– Ничего не могу припомнить. Фургон Гринго стоит на месте. Сматываться он, видно, не собирается. Вчера утром он, правда, отъехал немного подальше от лагеря: говорит, у нас очень шумно. Его старуха мать не выносит крика и суеты. Она у него ведет хозяйство. Сами понимаете, мы только рады, что она не маячит у нас на глазах!..

– Я думаю… – начал было Джулиан, но тут Дик перебил его:

– Понял! – закричал он. – Фургон увезли подальше совсем по другой причине. Просто в нем кто-то есть, кто шумел, плакал, даже, может быть, звал на помощь. Вот Гринго и испугался: ведь люди-то кругом не глухие. Джордж, я думаю, задала ему жару!..

Джулиан согласно кивнул. Энн злорадно улыбалась, слушая это. Мекки наконец пробормотал:

– Знаете, в этом что-то такое есть… Во-первых, фургон стоит в другом месте. Может, мне стоит немного покрутиться вокруг него? Кажется, дело начинает меня интересовать…

– Да-да… – Джулиан вдруг ужасно разволновался. – Представьте, вдруг Джордж в самом деле недалеко!.. Представьте, что мы сможем ее освободить… Ярмарочная суета – лучшее укрытие, какое только можно себе вообразить. Хорошо все-таки, что мы нашли эту записку!

– Нам нужно сегодня же после обеда отправиться на ярмарку и обязательно взять с собой Тима. Он сразу найдет Джордж… – Дик весь раскраснелся от воодушевления.

– А почему бы ни сообщить обо всем этом в полицию? – удивленно спросил Джулиан.

Мекки и Джо переглянулись. Мекки сделал такое движение, словно хотел немедленно исчезнуть.

– Полиция… – фыркнула Джо. – Полиция! Если вы это сделаете, Мекки больше и пальцем не пошевелит, можете в этом не сомневаться!

– Я, пожалуй, лучше пойду… – Мекки бросил на Дика и Джулиана быстрый испуганный взгляд. Дик едва успел схватить его за штанину.

– Стоп! Стоп! Послушай, мы точно не пойдем в полицию. Это в самом деле совсем ни к чему. Они ведь будут действовать так грубо, что Гринго учует опасность и куда-нибудь увезет Джордж. Он и так ведь наверняка держит ухо востро. Мы никому ничего не скажем, честное слово! Так что оставайся!

Джо ободряюще похлопала Мекки по плечу.

– Ему ты можешь верить. Он выполнит, что обещает.

Мекки неохотно сел. Вид у него все еще был испуганный и недоверчивый. Через некоторое время он сказал:

– Если вы собираетесь на ярмарку, приезжайте после обеда, в четыре часа. В это время там народу больше всего, чуть не весь город. И если вам нужно что-то разузнать, то в таком столпотворении никому это не бросится в глаза.

– Хорошо, – сказал Джулиан, – мы так и сделаем. А если ты услышишь что-нибудь новое, то дождешься нас, ладно?

Мекки кивнул и ушел. Мальчики посмотрели ему вслед и рассмеялись. Со своими торчащими волосами он походил на ежика.

– Пообедаешь с нами, Джо? – спросил Дик. Джо кивнула с сияющим лицом.

– А сестра Джоанны не будет тебя искать? – поинтересовался Джулиан. Джо покачала головой.

– Я ей сказала, что сегодня домой не приду. У нас ведь каникулы. Да еще там Ута ревет целый день. А кроме того, она носит мои платья…

Она выглядела такой сердитой, что мальчики расхохотались. Все вместе они пошли домой. Джоанну они нашли в кухне.

– А, это ты, мартышка? – смеясь, обернулась Джоанна к Джо. – Что это опять про тебя говорят? Опять глупости делаешь? Среди ночи швыряешь камни людям в окно? Ну погоди, попробуй только такое со мной выкинуть, я покажу тебе, где раки зимуют!

Когда Джоанна услышала о том, что успели узнать мальчики, глаза у нее стали большими от страха.

– Только не вздумай звонить в полицию! – строго наказал ей Джулиан. – Тут только мы можем справиться. И без полиции мы скорей добьемся результата.

– Мы с Салли тоже пойдем с вами! – заявила Энн.

– Ни в коем случае! Мы берем с собой Тимми, а вы остаетесь дома, – твердо сказал Дик. – Тимми наверняка быстро найдет Джордж. Гринго, видимо, держит ее в своем фургоне.

Услышав имя Джордж, Тимми навострил уши, потом бросился к калитке. С тех пор как его хозяйка пропала, с ним невозможно было сладить. Он то и дело выбегал из дому и стоял возле калитки; если же его долго не было видно, значит, он лежал на кровати Джордж. Тогда и Салли укладывалась рядом с ним, будто это было в порядке вещей.

В половине четвертого мальчики и Джо отправились на ярмарку. Джо взяла у Энн велосипед. Время от времени она поглядывала на Дика, гордая тем, что его велосипед так сверкает на солнце. Ведь, в конце концов, это она его так отчистила!

Тимми бежал рядом с ними.

Когда они добрались, Джо сказала:

– Поставьте велосипеды к вагончику Мекки. Там с ними ничего не случится. А я проберусь через живую изгородь, потом встретимся…

И она исчезла. Когда Джулиан и Дик проехали в ворота, она уже была там и радостно замахала им.

Вдруг возле них возник Мекки.

– Привет, – приветствовал он мальчиков. – У меня мало времени. Я должен вернуться к карусели. Кое-что я узнал, но немного. Потом расскажу. Фургон Гринго стоит вон там… Видите, большой, а рядом с ним маленький…

Повернувшись в том направлении, они увидели выкрашенный светлой краской, сверкающий на солнце жилой вагончик; он стоял на самом краю ярмарочного городка, в отдалении от других машин и павильонов. Возле него было тихо и пусто, в то время как у других фургонов царило веселое оживление.

Тут и там стояли, болтая, кучки женщин в пестрых платочках, другие снимали белье с веревки, третьи таскали ведрами воду из колодца под старым дубом. Вокруг одного вагончика носилась и весело орала детвора. Немного в стороне несколько мужчин в пестрых клетчатых рубашках стояли, прислонясь к трактору, и курили, сунув руки в карманы.

– Давайте купим мяч, – предложил Дик, – и вроде бы будем играть им. Но бросать станем, как бы нечаянно, в направлении фургона Гринго. Так мы что-нибудь проясним постепенно. А Тимми тем временем будет бегать и принюхиваться. Если он обнаружит след Джордж, то сразу даст знать об этом!..

МЕККИ НАХОДИТ ВЫХОД

В киоске с игрушками они купили маленький красный мяч.

Это была большая ярмарка. Сотни людей, толкаясь, сновали туда и сюда. Высоко в голубое небо взлетали качели. Музыка, гремящая возле каруселей, смешивалась с сигналами и трещотками машин, сталкивающихся на автодроме, со смехом и выкриками людей, с воплями торговцев, расхваливающих свой товар.

– Воздушные шарики! Дюжинами – со скидкой! Годятся для полета в космос! Воздушные шарики!

– Мороженое! Самое вкусное мороженое!

– Кто желает заглянуть в будущее?

Джо чувствовала себя совершенно в своей стихии, здесь она была дома. Это был ее мир! Только Тимми ощущал себя в этой толпе несчастным; низко опустив голову, он настороженно косился на множество чужих людей и жался к мальчикам. Даже соблазнительный аромат, доносящийся от прилавков с жареной колбасой, не интересовал его.

– Ну, как насчет того, чтобы немного поиграть? – пытался развеселить его Джулиан. – Пошли, Тимми! И если что-нибудь не так, сразу показывай зубы…

Мальчики вместе с Джо как бы невзначай оказались возле голубого фургона. Сейчас же какой-то человек в комбинезоне закричал на них:

– Эй, проваливайте отсюда, а не то плохо будет!

Мальчики сделали вид, будто не слышат его. Человек пожал плечами и ушел.

Потом события стали разворачиваться невероятно быстро. Джулиан бросил мяч, тот ударился об одно из колес фургона. Дик и Джо бросились за ним. Джо вспрыгнула на колесо и бросила взгляд в большое окно. А Дик побежал дальше, к маленькому вагону, что стоял позади большого.

Джо быстро оглядела через стекло помещение. Оно было пустым. Обстановка внутри была почти элегантной: это была то ли жилая комната, то ли спальня.

Между тем Дик заглянул в маленький вагон. Сначала ему показалось, там никого нет. Но затем он увидал пару глаз… маленьких, злобно сверкающих глаз, принадлежащих высохшей старушонке со спутанными волосами. Она сидела на краю кровати, стоящей в углублении. Заметив Дика, она угрожающе потрясла кулаком и что-то крикнула, – что именно, он не понял. Во всяком случае это не было приглашением войти.

Он спрыгнул на землю и побежал к остальным.

– В большом фургоне – никого! – тихо, взволнованным голосом сообщила ему Джо.

– А в другом – только одна старуха. Если Джордж тоже там, то они должны были спрятать ее в каком-нибудь шкафу или под кроватью, – шепотом сказал Дик.

– Тимми, кажется, этим вагоном не интересуется, – заметил Джулиан. – Если бы Джордж была здесь, он бы сразу залаял.

– Видимо, да, – согласился Дик и тут же испуганно прошептал: – Идет! Старуха!.. И, кажется, здорово злая!..

Она действительно была злая. Ковыляя по ступенькам, она трясла кулаком и пронзительно вопила.

– Тим! – шепотом скомандовал Джулиан. – Беги!.. Ищи!

Они все еще стояли на том же самом месте, когда старуха, громко вереща, двинулась к ним. Ее голос срывался и булькал, отдельные слова трудно было разобрать. Но одно дети поняли: они должны немедленно убираться отсюда.

А Тимми словно сошел с ума. Он прыгнул в вагончик… И не прошло минуты, как он залился отчаянным, с завыванием, лаем. Мальчики насторожились. Дик уже собрался бежать в вагон следом за Тимми.

Но тут пес выскочил наружу. Он что-то тащил в зубах, что-то, похожее на длинное, тяжелое платье. Когда он поравнялся со старухой, она испустила пронзительный вопль, подбежала к нему и вырвала странную вещь у него из зубов. Затем вбежала по лестнице в вагончик и захлопнула за собой дверь.

– Что это он тащил? – недоуменно спросил Дик.

– Отойди же ты наконец от вагончика! – шепотом позвал его Джулиан. – Ты что, все еще не сообразил? Это же халат Джордж!

– Что?.. – Дик ошеломленно смотрел на него. – Слушай, ты прав! А я – круглый дурак! Но Джордж ведь нет в вагоне!.. – тихо добавил он. – Тимми нашел бы ее сразу…

– Я его и послал туда, потому что думал, что Джордж где-нибудь там спрятана. Может, под какой-нибудь кроватью…

– Умница, Тимми! – Дик потрепал пса по мягкому загривку. – Ну, что хвост опустил?..

Да, Тимми был сбит с толку. Найти халат Джордж – это ему казалось хорошим достижением. Но где же тогда похвала? А главное, где же Джордж?..

– В общем, ясно, что ее утащили куда-то в другое место, – сказал Джулиан. – Но почему, господи боже, они оставили здесь ее халат? Нет сомнений, она была здесь. Но где она теперь?..

– Видно, они одели ее во что-то другое. А потом увезли… – Дик был совсем бледен.

Джо слушала их смущенная и растерянная. Вдруг она прошептала:

– Мекки нам машет…

Они побежали к нему. Его отец занят был осмотром карусели.

Мекки отвел их к маленькому жилому вагончику, тесному и неприбранному. Это было его жилище.

– Я вижу, старуха Гринго встретила вас, как почетных гостей. Не хватало только ковровой дорожки, – ухмылялся он. – А что это ваша собака вытащила оттуда?

Они все рассказали ему. Мекки кивнул.

– Я тут немного порасспрашивал людей. Один слышал ночью крик… но выяснять, кто кричит, не стал. Наверно, боялся Гринго. Ясное дело…

– Это была Джордж, – сказал Дик серьезно. Мекки снова кивнул.

– Да, наверно… И вот еще что: сегодня после обеда, незадолго до того, как вы сюда приехали, Гринго прицепил маленький вагончик к своей машине и куда-то уехал. Он сказал, то ли в ремонт, то ли что-то в таком роде… Мы еще удивлялись.

– Там была Джордж, – еще раз сказал Дик. – Но где она теперь?..

– А когда он вернулся? – спросил Джулиан.

– Примерно через час.

– Через час, – пробормотал Дик. – За час можно проехать километров двадцать пять… если ты что-нибудь везешь на буксире. Значит, он ездил в какое-то место, которое отсюда находится в двенадцати-пятнадцати километрах…

– Да, но на таком расстоянии вокруг нас много чего есть, – заметил Джулиан. – А ведь он мог ехать и быстрее…

– Где, собственно, стоит машина Гринго? – вдруг спросил Дик.

– Вон там, на той стороне, под брезентом. Видите серебристо-серый американский лимузин? Шикарная тачка!

Не говоря ни слова, Джулиан бросился к машине. Неужели серебристо-серая? Разве не голубая?.. Он быстро приподнял брезент, который свешивался до самой земли.. В ту же самую минуту откуда-то взявшийся человек в комбинезоне опять закричал на него:

– Эй ты, болван! Если ты сейчас же оттуда не…

Но тут Тимми, бежавший позади Дика, оскалил зубы и зарычал так грозно и злобно, что мужчина испуганно замолчал. У Джулиана оказалось достаточно времени, чтобы заглянуть под брезент.

Это в самом деле был серебристо-серый американский автомобиль… И тут сердце у Джулиана бешено забилось. Крылья у него были голубые! Светло-голубые!.. И на одном красовалась широкая царапина! Рисунок на покрышках тоже был точно таким, какой они видели на поляне.

Джулиан стоял перед машиной, в которой увезли Джордж!

Дрожащими руками он отпустил брезент и бегом вернулся к остальным, делая вид, будто не слышит ругательств, которые выкрикивает ему в спину человек в комбинезоне.

– Тот самый… – с трудом переводя дыхание, сказал он.

– Тогда мы ее найдем! – воскликнул Дик. – Машина очень заметная, особенно если она с прицепом, так что каждый, кто ее видел, должен ее запомнить.

– Что же, мы будем ходить и спрашивать всех людей в округе, не видели ли они серебристо-серый автомобиль с голубыми крыльями? – с сомнением посмотрел на него Джулиан.

– Ну ладно… – пробормотал Дик. – Тогда поедем домой, возьмем карту местности и прочертим на ней круг… Ты случайно не знаешь, Мекки, в каком направлении он уехал?

– Знаю. На восток. В сторону Большого Твайлингема, – последовал быстрый и четкий ответ.

– Это уже кое-что, – весело сказал Дик. – Ребята, по коням. Большое спасибо тебе, Мекки! Ты нам очень помог. Если будет что-нибудь новенькое, мы сразу дадим тебе знать.

Мекки смущенно улыбнулся, и лицо у него стало уморительно смешным.

– Если что надо будет, не бойтесь, обращайтесь ко мне! – Он энергично кивнул головой, отчего его волосы встопорщились еще сильнее.

Приехав домой, мальчики, еще не отдышавшись и перебивая друг друга, рассказали Джоанне и Энн обо всем, что увидели и узнали. Джоанна, как всегда, кинулась было к телефону, чтобы звонить в полицию. Но Джулиан перехватил ее.

– Мы теперь сами сделаем все, что нужно. Нам предстоит выяснить, куда Гринго ездил на своем автомобиле. Где у нас карта?

Они склонились над картой. Одна лишь Джо стояла возле них в полном недоумении. Она никак не могла понять, зачем им эта большая раскрашенная бумага? Что касается лично ее, она находила дорогу и так, неважно, день был или ночь…

– Так… Здесь – Большой Твайлингем, здесь – Малый Твайлингем… Теперь мы должны тщательно обыскать все дороги, по которым мог проехать лимузин Гринго. Да-а, ничего себе работенка!

ОПАСНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ

Работа оказалась не такой большой, как показалось сначала. За какие-нибудь четверть часа ребята составили список, куда входили пять деревень и один город. Это были места, куда от ярмарки можно было доехать за полчаса.

– И что теперь? – обескуражено смотрел Дик на список. – Будем ездить на велосипеде и везде спрашивать, не видел ли кто серебристый лимузин?..

– Нет, такой способ, конечно, мало что даст, – покачал головой Джулиан. – Схожу-ка я к Джиму: думаю, он нам поможет. Попрошу его обзвонить окрестные бензоколонки: не проезжал ли мимо них серебристо-серый американский автомобиль с голубыми крыльями? У Джима везде есть друзья.

– А он не слишком удивится? – забеспокоилась Энн. Джулиан сложил карту, потом пожал плечами.

– Чего ему удивляться? Наоборот, думаю, обрадуется… особенно если я ему немного денег дам. И наверняка подумает, что мы опять затеяли какую-нибудь дурацкую игру… Но расспрашивать ни о чем не станет.

Джулиан оказался прав. Джим усмехнулся, хитро посмотрел на Джулиана и Дика и с заговорщицким видом подмигнул им.

– Порядок! – только и сказал он.

Мальчики показали ему свой список. В четырех из перечисленных пунктов у Джима были друзья, все они работали на бензоколонках. В пятом – это был маленький город – жил двоюродный брат, он служил лифтером в местной гостинице. Только – в шестом месте у Джима не было никого.

– Но это пустяк; – засмеялся он. – Я просто позвоню в гараж на автостраде и поговорю с первым, кто подойдет к телефону.

Сначала Джим связался с бензоколонкой в Хайлингфорде. Поговорив минуту – другую, он положил трубку.

– Нет, там такого автомобиля не видели. Ни вчера, ни сегодня. Попробую потолковать с Джейком, он работает в Ловингтоне… Тоже ничего, – сказал он, закончив разговор. – Ладно, теперь попытаем счастья у брата.

Разговор с братом получился долгим. Мальчики, затаив дыхание, слушали, как Джим время от времени произносит:

– Да, это точно был он… Да-да… Ты сам это слышал? Блеск! Большущее тебе спасибо!

Когда Джим наконец попрощался с двоюродным братом, Джулиан и Дик набросились на него с расспросами:

– Ну что?.. Что он сказал?

– В общем, так… Сегодня после обеда брат был свободен от работы. Ему понадобилось купить сигарет для портье, и он отправился на главную улицу. Идет он – и вдруг видит: перед лавкой остановился огромный американский лимузин. Серебристо-серый, с голубыми крыльями…

– И что? Что дальше?..

– Что дальше? Из лимузина вылез мужчина и купил сигарет. На носу у него были солнечные очки, а на пальце левой руки – широкое золотое кольцо. Вот что брат успел заметить…

– Это же тот человек, который расспрашивал про нас в кондитерской, – шепнул Джулиан Дику.

– Тут он даже вышел на улицу, чтобы рассмотреть автомобиль. Дело в том, что лимузины – это его слабость. Занавески в машине были задернуты. Человек в темных очках вышел из лавки и сел за руль. Потом повернулся и спросил кого-то, кто, должно быть, сидел на заднем сиденье: «Ну что, далеко еще?»

– А ответ… ответ он слышал?

– Да. Чей-то голос ответил: «Не очень далеко. Перед Твайлингемом свернешь налево, а там увидишь дом на холме».

– Черт возьми! – воскликнул Дик. – Значит, в этом доме они и держат…

Он не договорил: Джулиан ткнул его локтем в бок. Они не имеют права никому ничего говорить. Даже Джиму.

Джулиан дал парню два фунта. Пряча их в карман, тот улыбнулся и сказал:

– Если еще что-нибудь понадобится узнать про американские автомобили, обращайтесь прямо ко мне. – И опять подмигнул. – Если потребуется, я даже в Китай позвоню…

Джулиан и Дик, изо всех сил крутя педали, примчались к Киррин-коттеджу, бросили велосипеды на траву и вбежали в дом. Тимми и Салли сразу почуяли, что произошло что-то из ряда вон выходящее, и принялись носиться и лаять как сумасшедшие.

– Мы знаем, где Джордж! – закричал Дик срывающимся голосом. – Мы знаем! Мы знаем!..

Джоанна и Энн были вне себя от радости. Джоанна упала на ближайший стул, захлопала в ладоши и воскликнула:

– Нет, это такое счастье!.. Ах, какое это счастье!.. – Потом кинулась к телефону, чтобы позвонить в полицию.

– Стой! – закричал Джулиан. – Стой! Ни слова полиции! Они, чего доброго, испортят весь наш замечательный план!.. Сегодня ночью… – Он приглушил голос. – Сегодня ночью мы – Дик и я – освободим Джордж. Это обычный дом, без особой охраны. А Гринго понятия не имеет, что нам что-то известно, так что вряд ли будет таким же бдительным.

– Чудесно! – воскликнул Дик. – Чудесно! Чудесно! Чудесно!

– Я пойду с вами, – быстро сказала Джо.

– Еще чего! – твердо ответил Джулиан. – Этого не будет ни в коем случае, понятно? Мы возьмем с собой Тимми – и больше никого!

Джо ничего не ответила, но лицо у нее стало таким сердитым, что Энн не выдержала и рассмеялась.

– Брось, Джо, все равно ничего у тебя не выйдет! Лучше радуйся, что мы знаем, где находится Джордж. Можешь составить компанию мне и Салли… Ах, если бы вы в самом деле освободили Джордж! Это было бы так восхи… так восхичительно!

Они снова склонились над картой, чтобы выбрать самый короткий путь.

– Надо взять с собой фонарик посильнее, – сказал Дик, красный от возбуждения. – А как мы привезем Джордж домой?

– Я посажу ее к себе на багажник.

– Может, лучше все-таки позвонить в полицию? – Джоанне вдруг стало страшно, и она, широко открыв глаза, смотрела то на одного, то на другого. Слишком уж рискованным, слишком невыполнимым казался ей этот план.

– Ты прямо как попугай, Джоанна! Все время твердишь одно и то же, – засмеялся Джулиан. – Если мы до утра не вернемся, пожалуйста, беги в полицию и объявляй всемирный розыск!

– Ох эти дети! – запричитала Джоанна. – Ох эти мне дети!.. – Тут она вдруг хлопнула себя по лбу и воскликнула: – Я же совсем забыла! Недавно звонила ваша тетя. Дяде уже лучше, и они собираются, как только смогут, приехать домой…

– Будем надеяться, не сегодня вечером, – пробормотал Джулиан. – Она говорила что-нибудь про отца Берты?

– Да. Он уже не хочет отдавать документы. Он очень рад, что Берта в безопасности. Но твоя бедная тетя просто убита из-за Джордж!

Джулиан кивнул.

– Я ее понимаю! Для нее и для дяди Квентина это, наверно, страшный, удар. У нас тут по горло всяких дел, нам некогда задумываться над тем, что произошло. У нас просто-напросто нет времени, чтобы переживать. А они…

– Только смотрите, не натворите каких-нибудь глупостей! – умоляюще сказала Джоанна, глядя на Дика и Джулиана полными страха глазами. – Будьте очень-очень осторожны!

– Будем осторожны, Джоанна. Не слишком тревожься за нас! – Джулиан моргнул Дику. – Слушай, Дик, ты тоже с голоду помираешь? Наверно, до ужина не так много времени, а?

– Да, – вздохнул Дик, возводя глаза к небу. – Я ужасно проголодался. Мой бедный живот уже часа три урчит и требует пищи.

– Ах ты боже мой! – принялась сокрушаться Джоанна. – Может, сделать вам яичницу с ветчиной?

Она тут же забыла свои тревоги.

Дети радостно завопили. А когда Джоанна спросила Тимми и Салли, не возражают ли они против небольшого ужина, оба с воодушевлением завиляли хвостами. «Бедняга Тимми после всех треволнений наконец почувствовал голод, и голод этот был настоящий, зверский.»

Когда Джоанна ушла в кухню, Джулиан тихо сказал:

– Выходим после ужина, как только стемнеет. А Джо идет домой, понятно?

– Само собой, – ухмыльнулась Джо. После ужина Джо попрощалась со всеми. Дети проводили ее до калитки и передали много-много приветов маленькой Берте.

– Спорим, что она ни одного не передаст!. – засмеялся Дик. – Слушай, Джулиан, давай, прежде чем ехать, сыграем разок в карты! Немножко отвлечься сейчас очень даже не помешает.

В десять часов Джоанна легла спать, хотя она была твердо намерена дождаться, пока мальчики уедут. Но она так устала сегодня!.. Зато Энн осталась с ними – наверное, для того, чтобы бесконечно повторять одну и ту же фразу: «Будьте очень осторожны, слышите? Будьте очень осторожны!..» Иногда она добавляла: «Ах, я не должна думать о том, что всю ночь просижу без сна и буду переживать за вас!»

– Полно, ты скоро заснешь, – буркнул Дик.

В одиннадцать часов они поднялись из-за стола. На дворе стояла темная ночь. В небе проносились мрачные, грозные тучи, лишь иногда меж ними виден был узкий серп месяца.

– Пошли, Тим! – позвал Дик собаку. – Мы едем за Джордж.

– Гав, гав! – радостно отозвался Тимми. Салли тоже тявкнула, но, поняв, что ее оставляют дома, заскулила. Мальчики вывели велосипеды за калитку.

– Ну, до скорого, Энн! – тихо сказал Дик. – Иди ложись и, пока не заснешь, ругай нас изо всех сил, чтобы все у нас получилось.

Они катили по тихим, безлюдным улицам. Тимми бежал рядом с велосипедами. Скоро они подъехали к ярмарочному городку. Огромная площадь, такая шумная днем, теперь казалась вымершей. В жилых вагончиках не было видно ни огонька. Черным призрачным остовом возвышалась, уходя чуть ли не в небо, большая карусель. Под ночным ветром трепетали флажки на аттракционах. Залаяла собака. Мальчики повернули на восток, на дорогу, по которой недавно проехал серебристо-серый автомобиль.

Дорогу они знали так хорошо, словно ездили по ней каждый день: не зря же столько изучали ее по карте.

– Скоро приедем, – тихо сказал Дик. – Эй, Тим, ты там не устал?

Они пересекли небольшой городок – тот самый, где Гринго останавливался купить сигарет. Вокруг стояла мертвая тишина; ни огонька не светилось в окнах. Из-за угла вышел полисмен, но он не обратил на мальчиков никакого внимания.

– Мы уже недалеко от Твайлингема, – обернулся Дик к Джулиану. – Теперь надо будет свернуть налево. Следи, чтобы мы не проскочили дом!..

Они свернули и поехали дальше. Дорога стала такой крутой, что пришлось слезть с велосипедов и, толкая их, идти пешком.

Вдруг Джулиан прошептал:

– Смотри, дом… За деревьями. Это он! В нем совсем темно и тихо, словно он необитаемый.

Они прислонили велосипеды к дереву и двинулись к дому. Вскоре они подошли к чугунным воротам. Дик осторожно нажал на ручку… Ворота оказались закрытыми. Весь участок был окружен высокой стеной. Они убедились, что перелезть через стену нет никакой возможности.

– Черт возьми! – ругнулся шепотом Дик. – Черт возьми!..

– Значит, ворота… – пробормотал Дик. И вдруг резко обернулся. – Что это? Ветка, кажется, хрустнула?.. Ты слышал? – шепнул он, с трудом успокаивая дыхание. – Тут, кто-то есть! За нами следят!..

– Не валяй дурака! – прошипел Джулиан. – Что ты сказал только что?

– Я про ворота, – повторил Дик. – Как ты думаешь, мы сумеем через них перелезть?

– Попытаться все равно стоит. Пошли!

В ЛОВУШКЕ

Когда они опять оказались у ворот, Дик огляделся вокруг и поежился.

– Не знаю, что это со мной, но мне почему-то кажется, что за нами все время наблюдают…

– Заткнись-ка лучше! – грозно посмотрел на него Джулиан. – Помоги мне!

Он встал Дику на плечи и вскарабкался на ворота, потом спрыгнул на другой стороне. Ворота были закрыты только на засов. Джулиан осторожно отодвинул его и приоткрыл одну створку.

– Хорошо, что нам удалось их отворить, – сказал он. – Иначе как бы мы перетащили Тимми?

Под защитой кустов и деревьев, росших вдоль дороги, мальчики двинулись к дому. Из-за туч ненадолго показалась луна. В ее молочном свете они увидели уродливое здание с множеством дымовых труб и высокими узкими окнами.

Дик снова принялся озираться вокруг.

– Ты опять за свое? – прикрикнул на него Джулиан. – Возьми себя в руки! Ты ведь сам знаешь прекрасно, что за нами никто не следит! Иначе Тимми заметил бы!

– Знаю, – пробормотал Дик. – И знаю, что это глупо… Но меня не покидает чувство, что кто-то крадется за нами…

Пригнувшись, они медленно двигались дальше.

– А как мы попадем внутрь? – недоуменно спросил Джулиан. – Все двери наверняка закрыты. Может, попробовать влезть в окно?

Они на цыпочках, прижимаясь к стенам, обошли дом, осторожно нажимая на ручки дверей и створки оконных рам. Но – без всякого результата.

– Если этот огромный сарай принадлежит Гринго, – прошептал Дик, – то у него прекрасное убежище. Высокие стены, ворота на засове, закрытые окна и двери. Сюда вряд ли кто сможет проникнуть!..

– Мы, кажется, тоже, – хмуро сказал Джулиан. – Хоть бы балкон какой был… Может, на верхнем этаже какое-нибудь окно открыто?

– Давай искать, – ответил Дик. – Нельзя пренебрегать ни одной возможностью.

Они еще раз обошли вокруг дома… Из-за облака опять выглянула луна. И вдруг в ее бледном свете они увидели… Сначала они сами не поняли, что это за круглое черное отверстие в земле. Задержав дыхание, они посветили фонариком вниз.

– Я думаю, это люк, куда ссыпают уголь для печей, – высказал предположение Дик. – Как это мы его до сих пор не заметили? Вон и крышка рядом лежит. Мы должны были его увидеть, даже если бы луна не светила так ярко.

– Раньше он наверняка не был открыт, – тихо сказал Джулиан. – Может, это ловушка?

Дик со страхом поднял на Джулиана глаза.

– Ты думаешь?.. Но все равно нам нужно ее обследовать, потому что это единственный способ попасть в дом… Тимми, давай! Ты пойдешь первым!

Пес спрыгнул вниз; они слышали, как под его лапами осыпается, сползает вниз уголь.

– С ним, кажется, все в порядке, – прислушался Джулиан. – Теперь иду я.

За ним прыгнул и Дик. На сей раз шум осыпающегося угля под ногами был таким сильным, что ребята испугались. Джулиан решился включить фонарик.

Груда угля, на которой они стояли, возвышалась в середине большого подвала. Обшарив лучом фонарика его стены, мальчики увидели дверь.

– Будем надеяться, она не закрыта… Вперед, Тимми! Только тихо! Слышишь?..

Медленно, осторожно приближались они к двери. Иногда под ногами скрипела угольная крошка, и они каждый раз вздрагивали от испуга. Наконец Джулиан нажал чумазую ручку – и они вздохнули с облегчением: дверь подалась! Мальчики попали в другой подвал. Здесь вдоль стен тянулись высокие стеллажи, сплошь уставленные какими-то ящиками, банками и коробками.

– Смотри-ка: будто к осаде готовились, – прошептал Дик. – Но где лестница из подвала? Нам ведь нужно как-то отсюда выйти.

– Вон там! – тихо сказал Джулиан. И вдруг выключил фонарик. До него донесся подозрительный звук…

– Кто-то спрыгнул на уголь в том помещении. Если за нами следят, мы пропали…

Они замерли, прислушиваясь. Но все было тихо. Постояв, они двинулись дальше, поднялись по лестнице, открыли какую-то дверь и оказались, в большой кухне, освещенной бледным светом луны. Вдруг из-под ног у них метнулась юркая тень. Тимми зарычал. Сердце у Дика на мгновение перестало биться, и он с такой силой уцепился за Джулиана, что тот охнул.

– Ты что, с ума сдвинулся? – обернулся он к Дику. – Это же всего-навсего кошка! Черт побери, как ты меня напугал!.. Хорошо еще, что Тимми за этой тварью не бросился. Представляешь, какой тарарам тут поднялся бы?..

– Как ты думаешь, где они спрятали Джордж? Где-нибудь наверху? – немного придя в себя, заговорил Дик.

– Понятия не имею. Будем искать везде…

Ощупью пробираясь вдоль стен, они осторожно открывали каждую дверь и заглядывали в комнаты, постоянно ожидая грозного окрика или тяжелых шагов… Джордж нигде не было! Большие залы были до отказа забиты какой-то безвкусной, громоздкой мебелью.

– Пойдем на второй этаж! – сказал Дик. Они поднялись по лестнице и оказались в широкой галерее. Высокие окна были закрыты плотными шторами. Вдруг Тимми глухо зарычал. Джулиан схватил его за ошейник, и в следующую минуту они все трое спрятались в оконной нише за шторой. Но вокруг было тихо. Немного погодя Дик чуть отодвинул тяжелый занавес.

– Опять, видно, кошка! Это на нее Тимми рычит. Шляется за нами по всему дому!.. Сейчас она, кажется, на комод вспрыгнула в соседней комнате.

– Если эта тварь опять нас напугает, я, кажется, заикаться начну, – сокрушенно вздохнул Джулиан. – А ты уверен, что это кошка?

Дик через силу улыбнулся.

– По крайней мере, у Тимми именно такое мнение… Ну, пошли дальше! Там должны быть спальни.

Они на цыпочках вошли в узкий коридор и принялись открывать одну за другой двери комнат. Но там оказались вовсе не спальни. Комнаты были пусты. Так они добрались до двух последних дверей. Первая из них была заперта. Дик приложил к ней ухо.

– Там кто-то храпит. И дверь закрыта изнутри!

Вторая тоже не подалась. В комнате тоже, видимо, кто-то спал. Мальчики слышали доносившееся из-за двери тяжелое сопение.

– Здесь Джордж явно нет, – прошептал Дик. Они увидели еще одну лестницу, ведущую наверх, в мансарду, и стали по ней подниматься. Под ногой скрипнула расшатанная ступенька… Мальчики замерли как вкопанные, прислушиваясь к окружающей тишине; потом двинулись дальше. Наверху было всего четыре комнаты. Две из них оказались пустыми, в них даже было мебели.

Из двух других доносилась чье-то тяжелое дыхание.

– Больше комнат, кажется, нет. – Дик растерянно посмотрел на Джулиана, а что если Джордж вовсе и не здесь, а где-нибудь в другом месте?..

Прикрыв фонарик ладонью, он осветил стены.

– Смотри! – прошептал Джулиан, нагнувшись к самому его уху. – Еще какая-то маленькая дверь!..

– Наверно, Джордж как раз здесь… – В следующий момент луч фонарика выхватил из тьмы тяжелый засов на двери. – Видите: засов! Дверь заперта снаружи!.. – Голос Дика сорвался от волнения. – Она должна быть в этой комнате!

– Только, ради бога, спокойно, – одернул его Джулиан. – Сейчас главное – не натворить глупостей… Мы должны ее открыть, но не разбудить при этом тех, кто спит в соседних комнатах. Что если засов заскрипит?..

– А я возьму и запру этих парней – сказал Дик. Он подкрался к первой двери. Что если она закрыта изнутри?.. Фонарик в его руке дрожал. Поколебавшись несколько секунд, он медленно потянул дверную ручку. Дверь бесшумно открылась. Дик нашарил ключ, торчащий с внутренней стороны, и снова закрыл дверь. Когда он вставлял ключ в замок, послышался легкий скрежет… Дик замер, но в комнате никто не пошевелился. Еще немного – и вторая дверь тоже была заперта. Дрожа от изнеможения, он прислонился к стене.

Потом он вернулся к Джулиану, и они осторожно отодвинули засов на маленькой двери. Они напрасно боялись, что он заскрипит: засов открылся бесшумно. Дверь чуть-чуть скрипнула, открываясь наружу. Они подождали с минуту, но все было спокойно. В каморке было темно, хоть глаз выколи.

Дик быстро обшарил каморку лучом фонарика… И вдруг луч высветил какую-то темную массу. Сердце у мальчиков подпрыгнуло.

На матрасе, брошенном прямо на пол, кто-то лежал. Но человек был так закутан в одеяло, что у него даже головы не было видно. Джулиан предостерегающе тронул Дика за руку. Он подумал: вдруг это не Джордж, а какой-то другой пленник, который, если его разбудить, испугается и громко закричит…

Зато Тимми сразу учуял, кто именно лежит на матрасе. С тихим радостным повизгиванием он бросился к спящему.

Дик быстро прикрыл за собой дверь. Он опасался, что Тимми от счастья залает…

Человек, лежащий под одеялом, зашевелился и сел. Дик и Джулиан увидели испуганное лицо Джордж.

– Ш-ш-ш!.. – Дик приложил палец к губам. – Только спокойно!..

Тимми от радости был вне себя. Яростно виляя хвостом, он лизал руки Джордж. Но, слава богу, не залаял: видимо, понимал, что сейчас надо соблюдать тишину.

– О Тим! – всхлипнула Джордж, обнимая пса. – Ах, это ты, Дик!.. Тимми, старина!..

Дик постоял у двери, напряженно вслушиваясь в тишину коридора. Джулиан подбежал к Джордж.

– Как ты? Они не обижали тебя?

– Сначала нет. А потом я стала сопротивляться… Орала, отбивалась руками и ногами, кусалась. Тогда они и заперли меня здесь.

– Бедняжка Джордж… – прошептал Джулиан. – Ну, вставай, нам нельзя терять времени. Сматываемся скорее!

– Да-да, конечно!.. – Джордж вскочила с матраса. На ней была клетчатая юбка, кофта в горошек, а поверх нее – полосатая куртка. Выглядела она в этом наряде довольно убого.

– Они меня сплошь в какое-то старье одели, – объяснила она, заметив удивленные взгляды мальчиков.

– Тихо! – приказал Дик. – Теперь – никакого шума!

Он осторожно приоткрыл дверь. В доме стояла полная тишина.

Они вышли из каморки, спустились с мансарды и попали на широкую галерею второго этажа. Дик начал спускаться по лестнице вниз… и вдруг что-то дернулось у него под ногами. Какая-то тень взвилась, взвыла гнусаво, и в ногу ему впились острые когти. Это была та самая кошка!

От неожиданности Дик споткнулся и упал. Тимми бросился за кошкой, помчался за ней по галерее, по лестнице – до той каморки, где была заперта Джордж. И при этом лаял так, что весь дом звенел…

Откуда-то послышались громкие голоса. Вдруг ослепительный свет залил все вокруг. Мальчики подняли голову: на лестнице стояли двое мужчин. Один из них включил свет. Дик вскочил – и со стоном схватился за перила. Он не мог сделать ни шагу: видимо, сильно подвернул щиколотку.

– Беги, Джордж! – пронзительно закричал Джулиан. – Беги!…

Тут все завертелось с такой скоростью, что позже они даже не могли точно вспомнить, что было вначале и что потом. Двое мужчин кинулись к Джулиану и Дику, схватили их и втолкнули в первую попавшуюся комнату.

– Тим! – вне себя от страха закричала Джордж. – Тим, на помощь! Ко мне!.

Но прежде чем Тимми успел к ней подбежать, ее втолкнули в то же помещение.

– Собака! – заорал один из мужчин. – Берегитесь! Она злая как черт!..

Да, Тимми сейчас был зол и опасен. Он уже несся к ним по лестнице, показывая клыки. Он свирепо рычал и явно собирался попробовать, каково на вкус мясо у хозяев этого гостеприимного дома.

Мужчины сломя голову бросились в комнату, которая находилась у них за спиной, ввалились в нее, отталкивая друг друга, и захлопнули дверь перед самым носом пса. Тимми раз за разом бросался на нее, скреб когтями доски, лаял и хрипел, обезумев от ярости. Вряд ли нашелся бы на свете смельчак, который рискнул бы сейчас оказаться перед его оскаленной мордой…

НЕЖДАННАЯ ПОМОЩЬ

Весь дом наполнился адским шумом. Люди на верхнем этаже, обнаружив, что они заперты, кричали и колотили кулаками в дверь. Джулиан, Джордж и Дик делали то же самое. Тимми выл от злости, как целая стая рассвирепевших волков. Лишь двое в соседней комнате вели себя тихо. Они бы с удовольствием закрылись на ключ, так как боялись остервеневшего пса. Но ключ торчал в замке с наружной стороны.

Наконец притихли и дети. Они просто слишком устали, чтобы еще что-то предпринимать.

Дик без сил опустился на стул.

– О, эта кошка! – бормотал он. – Эта проклятая кошка!..

– А ведь дело почти удалось… – вздохнул Джулиан.

– Что теперь будем делать? – спросила Джордж. – Тимми не может попасть к нам, а мы не можем выйти отсюда. Эти бандиты тоже не рискнут вылезти из своей комнаты: они знают, что Тимми только этого и ждет…

– А те, наверху, закрыты на ключ, – добавил Джулиан. – Так что сидеть нам здесь до второго пришествия…

Ситуация в самом деле была безвыходной. Тимми носился по коридору то туда, то сюда. Подбежав к двери, за которой находились дети, он принимался царапаться и скулить; на другую дверь он бросался с грозным рычанием.

Дик слабо улыбнулся.

– Как вы думаете, они уже наложили в штаны?

– Вполне возможно, – сказала Джордж. – Ах, как же я рада, что вы меня нашли! Мне кажется, я просто была не в своем уме, когда среди ночи вышла с Салли на улицу…

– Да уж это точно, – проворчал Джулиан. – Эти типы как раз такого момента и поджидали. И надо же, чтобы ты вышла именно с Салли!.. Они ведь знали, что это собака Берты.

– Они мне чем-то закутали голову, – рассказывала Джордж. – Вы нашли пояс от моего халата?

– Да, – ответил Дик. – И в конце концов нашли даже записку.

– Здорово, что ты изловчились ее написать и выбросить! Если бы не слово «Гринго», нас бы сейчас здесь не было.

– Один из похитителей звал другого Гринго. Имя это редкое, вот я и улучила момент, чтобы написать его и выбросить бумажку в окно. Я надеялась, что вы ее найдете.

– Правильно, – сказал Дик. – На твоем месте я сделал бы то же самое… Нам, разумеется, повезло, исключительно повезло… И притом с нами был Тимми!

– А в жилом вагончике я швыряла о стену чашки и тарелки. Я, наверно, очень шумела, а потом вдруг почувствовала толчок и поняла, что мы куда-то едем. Мне стало так страшно!.. Но я не могла даже подобраться к окну и закричать, чтобы кто-нибудь обратил на меня внимание… Потом они отвезли меня сюда и заперли в каморку, потому что я опять стала бушевать…

– Ты им сказала, что ты не Берта? – спросил Дик.

Джордж покачала головой.

– Зачем? Тогда бы они похитили Берту, и она еще, чего доброго, заболела бы от всего этого. А отец ее наверняка отдал бы преступникам документы…

– Ты молодец! – похвалил ее Джулиан. – Ты просто молодчина! Верно, Дик? Ты самая лучшая из девчонок!..

Джордж залилась краской.

– Да бросьте!.. Зачем преувеличивать? – буркнула она. – В общем, больше нечего рассказывать. Разве что о том, что наверху, в каморке, ужасно сквозило и я все время куталась в одеяло… Но я знала, что вы меня освободите! И потому ни чуточки не боялась.

– Да уж, освободили… – Джулиан досадливо поморщился. – Теперь сидим тут все трое… Вот и все, чего мы добились…

– Ну и что! Главное, что вы здесь, со мной. А как вы догадались, где меня прячут?

– Это было так… – И Дик с Джулианом рассказали все перипетии своих поисков.

– Значит, Берта сейчас у Джо? – Джордж хмыкнула. – Думаю, Джо не очень-то в восторге.

– Конечно, не в восторге, – ответил Джулиан. – Но она очень нам помогла. Хотел бы я, чтобы она сейчас оказалась с нами…

В этот момент Джордж прошептала:

– А почему Тимми замолчал? Я его больше не слышу…

Они замерли. В самом деле, Тимми больше не лаял, не бегал по коридору и не скреб когтями их дверь. Что-то случилось?.. Джордж прижала руки к сердцу. Неужели эти бандиты что-то с ним сотворили?..

Но они тут же услышали его снова. Пес лаял и повизгивал, теперь уже от восторга. А затем прозвучал такой знакомый голос:

– Дик, Джулиан! Где вы?

– Джо! – ликующе воскликнул Дик. – Это же Джо!.. – Он, хромая, поспешил к двери. – Мы здесь! Здесь! Выпусти нас!

Дверь открылась, и они увидели улыбающуюся физиономию Джо. Тимми как ураган бросился к Джордж, едва не свалив ее на пол. Дик вышел из комнаты последним… Джо металась от одного к другому, восторженно обнимая их… Тут Дик подошел к остальным; он выглядел ужасно довольным.

– Теперь пора уходить, – сказал он.

– Да, но… – спохватился вдруг Джулиан, в его глазах мелькнул страх, – Ведь они же…

– Не бойся, ничего они нам не сделают! – сиял Дик. – С ними все в порядке. Я закрыл их на ключ. Вы, конечно, радовались встрече, а я, мудрый, как всегда… В общем, эта компания теперь может спокойно ждать полицию.

– Браво! То-то будет им радость! То-то будет сюрприз!.. А нам действительно пора в дорогу…

– До свидания! – кричали они злорадно, проходя мимо двери, за которой сидели похитители.

– К сожалению, мы уезжаем домой, у нас не так много времени! – изысканно попрощался с бандитами Дик. – Но нам не хотелось бы оставлять вас совсем одних. Собачка будет тут вас развлекать! И – тысяча благодарностей за радушный прием!

Они пробежали через вестибюль; Дик, прихрамывая, торопливо шагал позади всех.

– Это ты здорово придумал сказать, что мы оставляем им Тимми, – засмеялся Джулиан. – Они какое-то время не рискнут выбираться наружу…

Он открыл тяжелую входную дверь, широко распахнул створки, сделал глубокий поклон и торжественно произнес:

– Прошу вас, любезные господа, всемилостивейше покинуть этот дом у дороги. Двери его остаются открытыми для полиции, – добавил он. – Чтобы толстому сержанту не пришлось протискиваться в люк для угля: еще застрянет…

Джордж огляделась вокруг.

– Вот и еще приключение пережили, – пробормотала она. – Но мы с ними хорошо расквитались, верно, Тимми? А теперь – вперед, в темную, темную ночь!..

Они сбежали по ступенькам подъезда.

– Джо, – вдруг вспомнил Дик, – я ведь запретил тебе ехать с нами!

– Ясное дело! – В темноте никто не заметил усмешки Джо. – Я взяла велосипед Энн и приехала следом за вами, а потом…

– Видишь, Джулиан? – перебил ее Дик. – Я же недаром чувствовал, что за нами кто-то следит!

– Да, я все время кралась за вами, вплоть до самого дома. А когда увидела, что вы ни за что не хотите замечать ту дыру для угля, просто сняла с нее крышку. Я думала, вы наверняка об нее споткнетесь. %

– Ах вот как! – проворчал Дик. – Так это ты была? А Джулиан что-то нес про ловушку!.. Я всегда знал, что ты продувная бестия!

Джо засмеялась.

– А что мне оставалось делать?.. Но правда все-таки здорово, что я и в этот раз вас не послушалась? Я сидела в подвале и ждала. И дождалась…

Они вышли в ворота и сели на велосипеды. Джулиан посадил Джордж к себе на багажник.

– Ворота тоже пусть будут открыты, – сказал он, – чтобы толстяку сержанту не надо было через них перелезать..

Зажужжали моторчики на велосипедах, и снопы света прорезали тьму. Множество ночных мотыльков вилось в них. Тимми бежал рядом с Джордж. Она слышала его дыхание. У него снова была его Джордж, а у нее – ее милый Тимми! В жизни у них снова было все в порядке…

ЭТИ ДЕТИ ПРОСТО «ВОСХИЧИТЕЛЬНЫ»!

Было три часа ночи, когда они прибыли в Киррин-коттедж. Джоанна выбежала навстречу, всплескивая руками и едва не подпрыгивая от радости. Она проснулась среди ночи и от волнения так и не смогла больше заснуть. Сейчас она смеялась и плакала одновременно. Дети орали, перебивая друг друга. Тимми бешено лаял. Потом по лестнице сбежали Салли и Энн. Девочка подбегала то к одному, то к другому, обнимала их и кричала:

– Вот вы и снова тут!.. А главное – ты, Джордж!..

Безмерно счастливые, сбиваясь и забегая вперед, они рассказывали друг другу, что им пришлось пережить. Сначала говорили Дик и Джулиан, потом Джордж и, наконец, Джоанна.

Вдруг Дик вскочил и поднял жалюзи.

– Смотрите, на улице уже день! – закричал он. – Солнце встало! А я все время думал, что еще ночь!

– Значит, нам уже не нужно ложиться спать! – тут же заявила Джо.

– Еще чего! Только сначала вы позавтракаете, – твердо сказала Джоанна. – По такому случаю я приготовлю вам что-нибудь особенно вкусное, а уж после этого все ляжете. Вон вы все какие бледные, и под глазами круги…

– Да, да! – закричала Джордж. – Давайте скорее есть! Ветчину, и яйца, и помидоры, и много чаю, и мармелад, и мед… Я зверски голодная!

Опять поднялся радостный гвалт; через несколько минут все сидели за столом. Они не просто ели, а уплетали за обе щеки и никак не могли остановиться.

– Больше не могу, – простонал наконец Дик. – Что такое с моими глазами? Они горят и ужасно слезятся.

– И у меня тоже, – сказала Джордж, широко зевая. – Только не говори нам, Джоанна, что мы еще должны вытирать посуду!

– Избави бог! – воскликнула Джоанна. – Ступайте скорее спать!

Поднимаясь следом за остальными по лестнице, протирая слипающиеся глаза, Джулиан бормотал:

– Я же что-то еще собирался сделать… Что же я такое хотел? А ведь что-то важное было… Не могу вспомнить…

Потом он упал на постель и в мгновение ока заснул глубоко и беспробудно, точно так же, как Дик, Джо и Энн. Лишь Джоанна легла не сразу. Она дала Тимми несколько кусочков прекрасного мяса и воды, потом отвела его наверх. Счастливый, он свернулся калачиком на своем обычном месте, в ногах у Джордж.

Потом улеглась и Джоанна. Она собиралась лишь прилечь на минутку, но сама не заметила, как крепко заснула…

Солнце поднялось еще выше. Молочник оставил перед дверью четыре бутылки с молоком. Над бухтой с криком кружили чайки. Но в доме никто не шевелился…

К Киррин-коттеджу подъехала машина, за ней – вторая. Из первой вышли тетя Фанни, дядя Квентин, Берта и ее отец, из второй – два полисмена.

Берта вбежала в калитку и бросилась к дому. Но дверь оказалась закрытой. Она обошла дом, но задняя дверь, в кухню, тоже была на замке.

– Папчик! – закричала она. – Тут все закрыто. Придется звонить!

Потом все услышали звонкий лай, и в окне одной из спален на втором этаже показалась мордочка Салли. Увидев Берту, она сбежала вниз по ступенькам и принялась неистово царапать входную дверь.

– Господи боже! – жалобно воскликнула тетя Фанни. – Здесь что-то случилось!.. Где они все? Ведь уже восемь часов!.. Где дети?..

– Мой ключ – Дядя Квентин шарил в своих карманах. – Фанни, ты не знаешь, где у меня был ключ?

Наконец он нашел его и дрожащей рукой открыл дверь. Салли подобно черной молнии вылетела на крыльцо и прыгнула прямо на руки Берте. Тетя Фанни вбежала в переднюю и остановилась.

– Эй, дети! Есть тут кто-нибудь?

Никакого ответа! В доме стояла мертвая тишина. Единственный, кто слышал что-то, был Тимми. Но он и не подумал вставать. Пускай они там внизу кричат сколько влезет! Он больше ни на минуту не оставит Джордж одну…

Тетя Фанни бегала из комнаты в комнату. Она увидела обеденный стол с испачканной посудой, и ее вдруг охватил ужас. Что же тут произошло?.. Она побежали наверх, за ней спешили дядя Квентин, Берта и ее отец. Первым делом они заглянули в комнату к мальчикам. Джулиан и Дик лежали одетые на своих постелях и спали как убитые. Тетя Фанни, покачав головой, заторопилась дальше. Одним рывком она распахнула дверь спальни девочек… Могла ли она мечтать о таком?.. В это невозможно было поверить! Перед ней спала Джордж!

Тетя Фанни упала перед ней на колени, обняла ее и принялась целовать.

Джордж зашевелилась, что-то сказала спросонок – и вдруг быстро села в постели. Она смотрела на мать, словно на привидение.

– Как? Что?.. – пробормотала она. Потом крикнула: – Мама!

– Ты опять дома! Ты опять дома! – повторяла, всхлипывая, тетя Фанни. – Как же ты здесь оказалась?.. И почему все кругом спят?

– Ах… – Джордж широко зевнула. – Это долгая история… – Она вдруг перебила себя: – Хэлло! Да это же Берта! И мистер Эльбур! И папочка!..

Она все воспринимала как сон. Но тут проснулась Энн и закричала от удивления и от радости, увидев столько родных лиц. Джулиан и Дик, разбуженные шумом, тоже показались в дверях своей комнаты. И, наконец, по лестнице спустились Джоанна и Джо. Вокруг была такая суета, раздавалось столько счастливого смеха и радостных возгласов, что Джордж пришла в себя окончательно.

Джоанна, бормоча извинения, помчалась в кухню варить кофе. И в передней столкнулась с полисменами, которые все еще ждали там своей очереди.

– Прошу прощения, мисс, – обратился к ней один из них. – Скажите, господа скоро сюда спустятся? Дело в том, что мы должны охранять маленькую девочку Берту…

– Как? Что вы должны делать? – изумилась Джоанна. – Разве Джулиан не звонил вам ночью? То есть, я хочу сказать, утром?.. Значит, вы еще не в курсе дела?

– Что вы хотите сказать? – Теперь пришла очередь удивляться сержанту.

– Я хочу сказать, что Джордж уже дома. И во обще все в порядке. А похитители заперты и ждут вас.

Полисмены многозначительно переглянулись.

– Послушайте, мисс, – как можно более терпеливо начал сержант. – Не следует так волноваться, иначе вы совсем все перепутаете. Что вы такое сказали? Я вас правильно понял? Похитители ждут нас?..

– Джулиан! – крикнула Джоанна. – Джулиан, здесь полиция!.. Спустись-ка и объясни им! Правда ведь, они должны сейчас же лететь туда и задержать преступников?

– Господи, я же чувствовал, что забыл что-то сделать! – бормотал Джулиан, прыгая через три ступеньки. – Я собирался вам позвонить, честное слово!..

Спустя какое-то время все собрались в гостиной. Джо, совсем оробев, сидела в углу, подальше от полисменов, которые с подозрением поглядывали на нее.

– Итак, – начал сержант, – мне только что было доложено, что нам уже нет необходимости охранять вашу дочь, мистер Райт. Как все это следует понимать?

– Очень просто, – вмешался Джулиан. – Мы выяснили, что один тип по имени Гринго… у него еще балаган на ярмарке в Грэнтоне… В общем, он хотел похитить Берту. А вместо этого украл Джордж. Мы узнали, где он ее спрятал, и этой ночью освободили ее… – Он повернулся к Дику. – Давай дальше!

Дик откашлялся.

– Значит, так… В общем, Гринго и еще одного бандита мы закрыли на втором этаже, а остальных двоих – в мансарде. Двери дома и ворота открыты. Вы можете туда поехать и задержать их.

Сержант долго смотрел то на одного, то на другого, потом полез в карман кителя, вытащил большой носовой платок и стал вытирать пот со лба. Дядя Квентин засмеялся и доброжелательно похлопал его по плечу.

– Что, не верится, да? Мне кажется, вам стоит поторопиться.

– Э-хе-хе, – смущенно закряхтел сержант. – Только ведь нужен еще и адрес.

– Адреса я не знаю, – быстро ответил Джулиан. – Вам нужно почти перед самым Твайлингемом повернуть налево. И там, на холме, вы увидите этот дом…

Сержант, кажется, вновь обрел способность соображать.

– А как вы, собственно, все это узнали? – спросил он.

– А, – усмехнулся Дик, – это длинная история, слишком долго рассказывать… Знаете, мы проста все это запишем и издадим в виде книги. И подарим вам экземпляр… – Он наморщил лоб. – Только как мы ее назовем? Надо дать какое-нибудь такое название… даже не знаю… Это ужасно запутанная история, которая кончается тем, что все крепко спят…

– Немножко кофе! – сказал дядя Квентин. – Немножко кофе мне бы не помешало.

Полисмены попрощались и ушли. Отец Берты тоже встал.

– Хорошо, когда приключения хорошо кончаются! – сказал он. – Значит, я могу снова взять Берту с собой?

– О нет! – жалобно посмотрела на него Берта. – Папчик, ну пожалуйста…

– Что такое? Почему? – поразился он.

– Пожалуйста, папчик, оставь меня здесь! Ну будь добр! Здесь так восхичительно.

– Восхичительно, восхичительно, восхичительно! – закричали все хором.

Отец Берты громогласно захохотал.

– Вы правы. Эти дети просто восхичительны!

– Конечно, пускай Берточка остается, если хочет, – сказала тетя Фанни. – Но теперь уже как девочка. Слава богу, ей не нужно больше притворяться мальчиком.

Джордж с облегчением вздохнула. Да, теперь действительно все в порядке. Если Берта не станет больше составлять ей конкуренцию, пускай живет здесь хоть всю жизнь…

Гав! – радостно подал голос Тимми.

– Он тоже рад, что Берта остается, – засмеялся Дик. – Но рад он, конечно, не из-за нее, а из-за Салли. Верно, Тим?

– Ты в самом деле хочешь описать всю эту историю в книге? – спросила Дика Энн. – Или ты просто валял дурака?

– А почему бы и нет? Это приключение получилось довольно захватывающим, разве не так? Неизвестно еще, удастся ли нам пережить что-нибудь подобное… Я уж не говорю – еще более увлекательное… Но как мы эту историю назовем?

– Я знаю! – воскликнула Джордж. – Я знаю!.. Назовем ее – «Тайна серебристого лимузина».

Content

Энид Блайтон
Тайна серебристого лимузина

ЛЕНИВАЯ ПОРА КАНИКУЛ

НОЧНОЙ ГОСТЬ

НЕВЕРОЯТНАЯ ВЕСТЬ

НОВЕНЬКАЯ

БЕРТА ВСЕ НАХОДИТ «ПРОСТО ВОСХИЧИТЕЛЬНЫМ»

ГОРЧИЦА – ЭТО НЕ МАРМЕЛАД!

БЕРТА ПРЕВРАЩАЕТСЯ В ТОНИ

КАК НАСТОЯЩИЙ МАЛЬЧИК

НЕОЖИДАННЫЙ ЗВОНОК

СЛЕЖКА

СЛЕДЫ НА ОСТРОВЕ

ВСЕ ОЧЕНЬ ПОДОЗРИТЕЛЬНО!

НАПАДЕНИЕ

ГДЕ ДЖОРДЖ?

НАХОДКА В ЛЕСУ

МАЛЕНЬКАЯ ЦЫГАНКА ДЖО

НА ЯРМАРКЕ

МЕККИ НАХОДИТ ВЫХОД

ОПАСНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ

В ЛОВУШКЕ

НЕЖДАННАЯ ПОМОЩЬ

ЭТИ ДЕТИ ПРОСТО «ВОСХИЧИТЕЛЬНЫ»!