Лоуренс Блок

Мужское дело

Летом, в воскресенье, за несколько минут до полуночи, у дверей клуба «Клио» на Бродерик-авеню девушка подала черную шляпу Томасу Кэрроллу, он же Счастливчик Том. Счастливчик сунул девушке в руку хрустящую долларовую купюру, подмигнул и в вышел теплую, лунную ночь. В пятьдесят два года он выглядел на сорок пять, а считал, что ему не больше тридцати девяти. Отбросив недокуренную сигару, он направился к автостоянке клуба, где его дожидался очень дорогой, очень большой автомобиль.

Сев за руль, Счастливчик вставил ключ в замок зажигания и только тут почувствовал, что он не один.

Когда за его спиной щелкнул затвор, Кэрролл замер, а потом невысокий мужчина, что сидел за заднем сидении, шесть раз выстрелил ему в голову. Еще не утихло эхо выстрелов, когда невысокий мужчина уже выскользнул из автомобиля, засовывая револьвер в карман пиджака, и засеменил ножками вдоль улицы, на ходу снимая белые перчатки с миниатюрных рук. С перчатками в руке он выглядел совсем как Белый кролик, спешащий на встречу с Герцогиней.

Первичный осмотр места преступления провели Финни и Маттера. Вокруг уже толпились зеваки, но ни Финни, ни Маттера не разделяли их интереса к происходящему. Они приехали, посмотрели, убедились, что свидетелей нет, то есть допрашивать некого, и отправились в «Белый замок» выпить по чашке кофе. Пусть эксперты попотеют в поисках черной кошки в темной комнате. Отпечатки пальцев? Улики? Мотивы? Потеря времени.

– Полагаю, киллер уже в самолете, – заметил Финни. – Прилетит на западное побережье еще до того, как остынет тело.

– Не стану спорить.

– Все-таки Счастливчик Том схлопотал свое. Хорошо хоть выбрал такую удачную ночь. Не хотелось бы вылезать из участка в дождь. А с такой луной можно и полюбоваться его трупом.

– Да уж, на улице сейчас благодать.

– Ты прав, – Финни отпил кофе. – Слушай, а у кого могло возникнуть желание замочить его?

– Хороший вопрос, – усмехнулся Маттера. – В конце концов, ну что он такого сделал? Вооруженное ограбление, разбой, похищение, три убийства, в которых мы не смогли его уличить, хотя и знаем, что убивал он…

– Действительно, ничего выдающегося.

– Истинный владелец клуба «Клио», трех подпольных казино…

– Четырех, – поправил напарника Финни.

– Четырех? Я знаю только о трех, – Маттера допил кофе. – Ростовщик, номер два в банде Барри Бейера, вот, пожалуй и все. Лет восемь тому назад его еще обвинили в изнасиловании.

– Добропорядочный гражданин.

– Образцовый.

– Признанный лидер.

– Иначе и не скажешь.

– Работал, несомненно, профессионал. Шесть пуль в голову. Как думаешь, месть?

– Похоже на то, – кивнул Маттера.

– Между Бейером и Арчи Москоу черная кошка не пробегала?

– Вроде бы нет. Они давно живут в мире и согласии. Две банды потрошат город, вместо того, чтобы сводить счеты друг с другом.

– Разумный подход. У нас правят закон и порядок. И нам остается лишь гордиться тем, что мы служим этому закону и поддерживаем этот самый порядок.

– Заткнись, – бросил Маттера.

Примерно через два дня и три часа трое мужчин вышли из дома 815 по Камерон-стрит. На доме не был никакой вывески, однако каждый таксист города знал, как к нему проехать. Чтобы не травмировать добропорядочных читателей, не стану упоминать, чем занимались за его стенами. Скажу лишь, что жили в нем семь миловидных женщин, но не медицинские сестры или студентки.

Трое мужчин направились к их автомобилю. Стоял он у пожарного гидранта: похоже, мужчины не сомневались, что любой патрульный, взглянув на номерной знак, не станет их штрафовать за парковку в неположенном месте. Все трое работали у мистера Арчера Москоу. В дом 815 они заезжали, чтобы забрать недельную выручку и проверить качество обслуживания клиентов.

Едва они достигли бордюрного камня, как рядом возник видавший виды автомобиль с откиднутым верхом. Водитель перегнулся через сидение пассажира и из ружья-обреза выстрелил в грудь мужчине, что шел посередине. Затем схватил с сидения автоматический пистолет и застрелил его компаньонов, всадив в каждого по три пули. Проделал все это он очень быстро, и мужчины упали на тротуар уже мертвыми.

После чего резко вдавил в пол педаль газа, и автомобиль буквально сорвался с места. Поворот он прошел на двух колесах и тут же сбросил скорость до двадцати пяти миль в час. Невысокий мужчина проехал четыре квартала, остановил автомобиль у тротуара, поднял верх. Разобрал ружье, положил вместе с пистолетом в черный «дипломат». Выдернул проволоку из замка зажигания и вылез из кабины. После чего снял белые перчатки и сунул в тот же «дипломат». Его автомобиль стоял за углом. «Дипломат» он бросил в багажник, сел за руль и поехал домой.

С этим преступлением также разбирались Финни и Маттера. И в этот раз они не могли пожаловаться на погоду, а вот хлопот им заметно прибавилось. Потому что троицу убили при свидетелях. А где свидетели, там головная боль. Один свидетель показал, что киллер подошел к убитым, но его версия не получила поддержки. Остальные утверждали, что стреляли из автомобиля. То ли с откидывающимся верхом, то ли из седана, то ли из грузовичка. Кто что увидел. С числом киллеров также не было ясности. Один утверждал, что стреляли трое, другой – один. Большинство полагало, что убийц было двое. Финни и Маттера склонялись к тому, что в преступлении участвовали трое: один стрелял из ружья, второй – из пистолета, третий вел машину. Они спросили свидетелей, сможет ли кто опознать убийцу или убийц, и свидетели разом вспомнили, что убийство гангстерское. А так как все хорошо знали, какая судьба ждет свидетелей, запомнивших приметы киллера, то скоро выяснилось, что разглядеть убийц не удалось никому.

Финни пришлось задавать глупые вопросы, Маттере – записать глупые ответы, так что прошел час, прежде чем они смогли выпить кофе в «Белом замке».

– Свидетели так ненадежны, – вздохнул Финни.

– Толку от них – ноль, – согласился Маттера.

– Истинная правда. Еще три достопочтенных гражданина…

– На этот раз – три достопочтенных гражданина Арчи Москоу – Джо Дэнт, Чарли Вейсс и Большой Нос Марчисон. Ну и имечко у него, Большой Нос.

– Сейчас ему ничего не унюхать даже большим носом, – заметил Финни. – Похоже на войну, не так ли, сэр?

– М-м-м-м-м, – протянул Маттера. – Странно все это. Уж какие-то слухи должны были до нас дойти. В этом преимущество копов. Мы слышим такое, о чем обычный горожанин не имеет ни малейшего понятия. Не всегда реагируем, но уж слышим-то обязательно. Собственно, мы и носим эту форму, потому что она дает нам ощущение сопричастности к происходящему.

– А я думал, что все дело в бесплатном кофе, – вставил бармен.

Финни и Маттера поднесли чашки ко рту, притворившись, будто не расслышали его слов.

– Перспектива у нас безрадостная, – покачал головой Финни. – Если Москоу и Бейер начнут склоку, кровь польется рекой, а о шансах раскрыть хоть одно такое убийство говорить не приходится, – он улыбнулся. – Наемные убийцы зачастят в наш город, число нераскрытых преступлений будет расти как на дрожжах, газеты, пожалуй, отметят, что наш полицейский участок не лучший в мире.

– Всем известно, что мы работаем на совесть, – пробурчал Маттера.

– Ты абсолютно прав, – покивал Финни.

– Меня тревожит другое, – продолжил Маттера. – В этой войне будут гибнуть невинные люди. Такие, как Большой Нос.

– Столпы общества.

– Нам будет их недоставать.

На следующий день мистер Арчи Москоу позвонил по личному номеру мистера Барри Бейер, предварительно получив заверения специалистов, что линия не прослушивается.

– В этом не было никакой необходимости.

– Необходимости в чем?

– Я о Дэнте, Вейссе и Большом Носе. Ты же знаешь, со Счастливчиком Томом разобрались без меня. Напрасно ты начал мстить.

– Кто прикончил Счастливчика Тома?

– Откуда мне знать?

– Тогда откуда мне знать, кто прикончил Дэнта, Вейсса и Большого Носа?

Последовала долгая, долгая пауза. Первым заговорил Москоу.

– Мы много лет были друзьями. Держали ситуацию под контролем, прекрасно обходились без стрельбы. И не устраивали групповых побоищ из-за того, кто-то рассчитался со Счастливчиком Томом.

– Если бы я думал, что ты рассчитался со Счастливчиком Томом…

– Этот трутень не стоит пули.

– Если бы я думал, что рассчитался с ним ты, я бы не стал возиться с такой шелупонью, как Дэнт, Вейсс и Большой Нос. Знаешь, что бы я сделал?

– Что?

– Я бы начал с головы! Убил бы тебя, трутень ты этакий.

– Негоже так говорить со мной, Барри.

– Как хочу, так и говорю!

– Да? – в голосе Москоу послышалась угроза.

– Да.

В тот же вечер некий господин Розуэлл Спун повернул ключ в замке зажигания, после чего сильнейший взрыв переправил его из этого мира в мир иной. Невысокий мужчина с миниатюрными ручками и белыми перчатками наблюдал за этим процессом из таверны на другой стороне улицы. Мистер Спун работал казначеем в организации Барри Бейера. Через два часа после безвременной и быстрой кончины мистера Спуна парни Бейера угнали машину «скорой помощи» из гаража больницы. Пятеро сели в салон, шестой, в белом халате – за руль. Он-то, включив сирену, и погнал машину по улицам города. «Как в прежние времена, – вспоминал потом один из парней, – когда главным аргументом был револьвер».

«Скорая помощь» остановилась перед рестораном в Вест-Сайде, где кучковалась команда Москоу. Задние дверцы распахнулись, пятеро смелых выскочили на мостовую с автоматами в руках и залили ресторан свинцовым дождем. Восемь верных соратников Арчи Москоу остались на полу, из пятерки автоматчиков погиб лишь один.

Москоу вернул долг на следующий день, разгромив два карточных притона Бейера, избив до полусмерти двух торговцев наркотиками да пристрелив заместителя Бейера, когда тот вышел из банка в половине третьего. Киллер, совершивший последний подвиг, забежал в переулок, где и угодил на новичка патрульного, который тут же и пристрелил его. Парень служил в полиции только три месяца и едва не наложил в штаны при мысли, что его упекут за решетку: он напрочь забыл о двух предупредительных выстрелах в воздух. Вместо этого его сразу повысили, переведя в младшие детективы.

На второй неделе войны боевые действия поутихли. Главари обоих банд начали понимать, что состояние войны требует адекватных мер безопасности. Какие уж тут посещения ночного клуба или казино. К любовнице, и то не пойдешь без телохранителей.

Кое-кто, конечно, оказался недостаточно бдительным. Магзи Лопеса нашли в багажнике автомобиля, с галстуком из рояльной струны. А Крошку Логана выловили из собственного бассейна, со связанными руками и ногами и несколькими квартами хлорированной воды в легких. Бенни Бенедетто заглянул под капот своего новенького автомобиля, обнаружил бомбу, проводки от которой тянулись к замку зажигания, снял ее и, посмеиваясь над подрывниками-любителями, уселся за руль. Не заметив второй бомбы, сработавшей от прикосновения к педали газа. Потом Бенни оттирали от пола по всему гаражу.

Газеты бесновались. Отцы города рвали и метали.

Комиссар полиции вопил, как резаный. Финни и Маттера работали по две смены и пытались объяснить женам, что идет война. Жены не желали их понимать.

Война длилась три месяца. Переходя из горячей в холодную, когда ползли слухи о личных встречах Арчи Москоу и Барри Бейера, которые вроде бы нашли компромисс. С неделю город жил без убийств, затем кого-то резали или пристреливали, и боевые действия разгорались вновь.

К концу третьего месяца вновь пошли слухи о перемирии, правда, никто не воспринимал очередное перемирие всерьез. Но пять дней в городе не убивали. К этому времени число погибших достигло восьмидесяти трех. Нескольких ранило, пятеро угодили в тюрьму, двое пропали без вести. Обе банды понесли одинаковые потери. Бейер потерял сорок штыков, Москоу – сорок три, пропало по одному с каждой стороны.

В ту ночь, как обычно, Финни и Маттера выехали на замершие в тревожном ожидании улицы города на патрульном автомобиле без опознавательных знаков. Но их ждал сюрприз: они поймали невысокого мужчину в белых перчатках.

Маттера заметил его первым. В автомобиле на Пикеринг-роуд, стоящем с потушенными огнями и работающим мотором. Поначалу он решил, что в кабине обнимаются школьники, но приглядевшись, увидел, что там только один человек, увлеченный каким-то, только ему ведомым делом. Маттера остановил патрульный автомобиль и тоже выключил свет.

Невысокий мужчина сделал все, что хотел, заглушил мотор, открыл дверцу, вылез на мостовую и только тут заметил Финни и Маттеру с револьверами наизготовку.

– О, – выдохнул невысокий мужчина.

Финни прошел мимо него, заглянул в кабину.

– Ловко придумано, – прокомментировал он увиденное. – Маленький пистолет привязан к рулевой колонке, проволока от спускового крючка тянется к педали газа. Ты нажимаешь на педаль, пистолет стреляет и ты получаешь пулю в грудь. Именно таким способом кого-то убили в Техасе. Профессиональный подход.

Маттера посмотрел на невысокого мужчину и покачал головой.

– Хорош профессионал. Очкастый старикан. Чья это машина, дружище?

– Ушастого Кэррадайна.

– Человек Москоу. Ты работаешь на Барри Бейера?

У невысокого мужчины отвисла челюсть.

– Разумеется, нет.

– А где же ты работаешь?

– В «Абердин Фармацетикэл». Я химик.

– КТО?

Невысокий мужчина снял белые перчатки.

– Наверное, мне лучше все вам рассказать. С самого начала.

Финни признал, что идея недурна. Невысокий мужчина предложил поговорить в патрульном автомобиле.

– Меня зовут Эдуард Фич, – начал невысокий мужчина. – Обо мне вы, естественно, не слышали, но, возможно, вспомните моего сына, Ричарда Фича. Я звал его Дик. Рич Фич как-то не звучит. Надеюсь, вы со мной согласитесь.

– Ближе к делу, – вставил Маттера.

– Так вы его вспомнили?

Не вспомнили.

– Он покончил с собой в прошлом августе. Повесился на шнуре от электрической бритвы. Бритву подарил ему я. Несколько лет тому назад, на день рождения.

– Что-то такое припоминаю, – признал Финни.

– Тогда я не знал, почему он покончил с собой. Странный, знаете ли, поступок. Но потом я выяснил, что он проиграл непомерную сумму…

– Непомерную, – Финни сочувственно покивал.

– Да, если я не ошибаюсь, пять тысяч долларов. Он пытался занять эти деньги, но сумма росла с каждым днем. Набегали проценты.

– Набегали, – вздохнул Финни.

– Он решил, что выхода нет, это характерная ошибка молодых, и свел счеты с жизнью, – мистер Фич выдержал паузу. – Дик задолжал деньги Томасу Кэрроллу. Он же назначил эти немыслимые проценты, он же обыграл Дика.

Теперь челюсть отвисла у Финни.

– Вы про Счастливчика Тома… – подал голос Маттера.

– Да, – мистер Фич помолчал, потом печально улыбнулся. – Наведя справки, я понял, что привлечь его к ответственности по закону невозможно, а потому мне не остается ничего другого, как убить этого человека. Вот я…

– Вы убили Счастливчика Тома!

– Да, я…

– Шестью выстрелами. В затылок.

– Я хотел, чтобы полиция решила, что работал профессионал. Не хотелось попадаться к вам в руки.

– А на следующий вечер Бейер нанес ответный удар, и началась война, – понимающе кивнул Финни.

– Не совсем так. Есть дела, которые мужчина должен брать на себя. Понимаете, не укладываются они в рамки закона. Убив мистера Кэрролла, я понял, что убийство это всеми расценено как месть. Газеты назвали его гангстерской разборкой. Вот я и подумал, что неплохо стравить обе банды. Всех их я убить, естественно, не мог, но стоило положить начало…

– И вы продолжили убивать, – прервал его Маттера.

– И один в поле воин, – добавил Финни.

– Я расстрелял ту троицу на Камерон-стрит и подложил бомбу в автомобиль мистера Спуна, но в дальнейшем вмешивался лишь в те моменты, когда война начинала утихать. Так что убил я не так уж многих.

– Скольких же?

Мистер Фич вздохнул.

– Скольких вы убили, мистер Фич?

– Пятнадцать человек. Я не люблю убивать, знаете ли.

– Если б любили, вы бы стали опасным для общества, мистер Фич. Значит, пятнадцать?

– После этой ночи их стало бы шестнадцать.

В кабине повисла тишина. Финни закурил, дал сигарету Маттере, протянул пачку мистеру Фичу. Тот объяснил, что не курит. Финни хотел что-то сказать, но в последний момент передумал.

– Мистер Фич, а чего вы, собственно добивались? – спросил Маттера.

– По-моему, это очевидно, – мягко ответил мистер Фич. – Я хотел стереть с лица земли эти банды, этих гангстеров.

– Стереть, значит, – покивал Финни.

– Вы понимаете, вынудить их перебить друг друга.

– Перебить друг друга, – эхом отозвался Финни.

– Совершенно верно.

– И вы полагали, что ваш замысел удастся?

На лице мистера Фича отразилось изумление.

– Но все ведь к тому идет, не так ли?

– Пожалуй…

– Мне вспомнились анархисты начала века, – продолжил мистер Фич. – Разумеется, малоприятные личности, но логика у них была интересная. Они верили, что надо убивать побольше королей, чтобы в конце концов не нашлось желающих надеть корону.

– Действительно, интересная логика, – согласился Финни.

– Вот они и убивали королей. И сейчас их не так уж и много. Можно сказать, буквально единицы. О, я понимаю, тому есть и другие объяснения, но все-таки…

– Да, тут есть о чем подумать, – вставил Маттера.

– Ты прав, – кивнул Финни. – Мистер Фич, а что произойдет после того, как вы покончите с гангстерами в нашем городе?

– Полагаю, что мне придется переехать в другой.

– Другой город?

– Вроде бы, у меня призвание к этой работе, – ответил мистер Фич. – Но теперь ничего не получится, так? Вы же меня арестовали. Я пойду под суд. Сколько они мне дадут?

– Они должны дать вам медаль, – ответил Маттера.

– И поставить вам памятник перед зданием Городского совета, – добавил Финни.

– Я серьезно…

– И мы не шутим, мистер Фич.

Вновь наступила тишина. Маттера думал о том, что городу куда лучше без тех преступников, которые три месяца назад чувствовали себя в полной безопасности, а теперь лежали в могилах. Финни пытался подсчитать, сколько осталось королей. Не много, решил он, да и те лишь числятся королями.

– Полагаю, вы сейчас отвезете меня в тюрьму, – подал голос мистер Фич.

Маттера откашлялся.

– Я хочу вам кое-что объяснить, мистер Фич. Полицейские – люди очень занятые. Мы не можем тратить время на фантастические истории, которые нам время от времени рассказывают. Нам с Финни надо ловить преступников.

– Маттера хочет сказать, мистер Фич, что такому милому старичку, как вы, пора бай-бай. Побеседовать с вами одно удовольствие, но мы с Маттерой очень заняты. Преступники по ночам не спят. За ними нужен глаз да глаз… Так-то! А вы идите домой и отдыхайте.

– Благослови вас Бог! – только и ответил мистер Фич.

Они проводили его взглядом, покурили, долго молчали.

– Все-таки он чокнутый, – вздохнул Маттера.

– Несомненно.

– С таким я сталкиваюсь впервые. А ты?

– Я тоже.

– Ну и старичок. Так долго выходить сухим из воды!

– Пятнадцать-ноль в его пользу.

– Вот-вот. И еще семьдесят, которых они уложили сами.

На другой стороне улицы на крыльце дома вспыхнула лампочка. Открылась дверь, мужчина направился к своей машине. Мужчина с ушами, как у слона.

– Ушастый Кэррадайн, – сразу опознал его Маттера. – Надо бы остановить его, пока он не сел за руль.

– Вот и останови.

– Слушай, ты ближе.

Кэррадайн остановился, чтобы закурить, отбросил спичку.

– Несколько лет назад я прижал его к стенке, – пробурчал Финни. – Вооруженное ограбление. Три свидетеля дали показания против него.

– От этих свидетелей только головная боль.

– На суде двое изменили показания, а третий исчез. Его не нашли до сих пор.

– Все-таки скажи ему.

– Забавный способ придумал этот старичок. Читать я об этом читал, но наяву не видел. Изящно, знаешь ли.

– Он садится за руль.

– Как ты думаешь, сработает?

– Сейчас посмотрим. Тебе следовало предупредить его, да ночь сегодня безумная, не так ли?

– Может, он заметит пистолет.

– Может и заметит.

Не заметил. Они услышали, как заурчал мотор, потом хлопнул выстрел и Ушастый Кэррадайн упал на руль.

Маттера повернул ключ зажигания, патрульный автомобиль отвалил от тротуара.

– Как тебе это понравилось? Сработало, как часы.

– Шестнадцать, – подвел итог Финни.

Content

Лоуренс Блок

Мужское дело