Стефани Джеймс

Встреча в горах

Глава 1

Голос — вот что сразу привлекло ее внимание и смутно встревожило. Низкий, бархатный, он будил воображение и вызывал странное желание увидеть его обладателя.

Калинда Брейди нерешительно переступила порог небольшого магазинчика. Внутри никого не было. Взгляд ее серых глаз рассеянно скользнул по акварелям с видами Скалистых гор, деревянным фигуркам и домотканым коврикам. Магазин назывался «Горная галерея». Калинда заприметила его еще утром и уже трижды подходила сюда, всякий раз убеждаясь, что дверь заперта.

Сейчас было около двенадцати. Не зная, чем себя занять в маленьком курортном городке, затерянном в горах Колорадо, Калинда решила снова наведаться на эту узкую улочку, по обе стороны которой располагались лавки местных торговцев и сувенирные магазинчики, где продавались изделия народных ремесел. На сей раз ей повезло: двери «Горной галереи» были гостеприимно распахнуты. Видимо, владелец соизволил наконец явиться и принять возможных покупателей.

Убедившись, что внутри никого нет, Калинда дернула за дверной колокольчик. В этот момент откуда-то раздался мужской голос:

— Я во дворе! Если вы что-то присмотрели, позовите меня!

Голос доносился из приоткрытой двери, видневшейся в глубине помещения, и Калинда, поддавшись охватившему ее любопытству, решительной походкой направилась к ней.

В свои двадцать девять лет, добившись немалых успехов в управлении фирмой в Денвере, которую она возглавила после смерти отца, Калинда Брейди не страдала от недостатка уверенности в себе. Иначе и быть не могло: она просто не сумела бы руководить крупной компанией. В данный момент, правда, Калинда испытывала некоторую растерянность: собственные намерения, приведшие ее в это живописное местечко на берегу горного озера, смущали и обескураживали ее.

Однако, если ее и мучили сомнения, внешне это было совершенно незаметно. В элегантной кремовой блузке, в вырезе которой поблескивала тонкая золотая цепочка, и легких брюках цвета хаки, сшитых на заказ, Калинда казалась воплощением спокойствия и уверенности в себе. Подчеркнутая простота одежды свидетельствовала о безукоризненном вкусе молодой женщины. Под блузкой угадывались очертания небольшой упругой груди прекрасной формы, узкие брюки облегали округлые женственные бедра. Итальянские босоножки на плоской деревянной подошве дополняли изящный наряд..

Солнечные лучи, проникающие сквозь кружево листвы, зажгли золотистые искорки в роскошных белокурых волосах Калинды, собранных на затылке тяжелым узлом. В больших серых глазах, опушенных длинными ресницами, светился незаурядный ум. Тонкий прямой нос, чувственные губы притягивали взгляд. Во всем ее облике не было ничего вызывающего, бьющего в глаза. Классическая красота этого строгого лица осталась бы незамеченной в толпе, но неизменно поражала воображение тонких ценителей прекрасного.

Гордая осанка, свободная непринужденность движений свидетельствовали об успехе, которого добилась в жизни эта молодая женщина. Она трудилась без устали и с предубеждением относилась к людям, работавшим спустя рукава. Взять хотя бы владельца «Горной галереи»! Этот тип явно не считал обязательным вовремя открывать свою лавку и, очевидно, появлялся здесь когда вздумается. Слегка нахмурившись, Калинда прошла во двор. Ее взору представилось весьма необычное зрелище.

— Я сейчас приду. Вы хотите что-нибудь купить?

Обладатель низкого, бархатного голоса поднял на посетительницу глаза. Перед ним на широком деревянном столе переливалась на солнце всеми цветами радуги груда форели, которую он ловко разделывал окровавленным ножом. Покончив с очередной жертвой, он обмыл ее водой из шланга и бросил на весы. Калинда поморщилась от охватившего ее отвращения.

— Вы могли бы поздравить меня с богатым уловом, — вежливо заметил владелец лавки. В его карих глазах заплясали веселые искорки. — Не смотрите на меня так, словно я Джек Потрошитель!

Калинда невольно рассмеялась.

— Вероятно, эти несчастные создания явились причиной того, что вы открыли свой магазин на три часа позже, чем положено?

— Если бы я знал, что меня ждет столь очаровательная покупательница, я бы поторопился, — невозмутимо заверил ее мужчина, продолжая орудовать ножом. Калинда отвела глаза.

Видя, что он не собирается прерывать свое занятие, Калинда принялась разглядывать его с любопытством, удивившим ее самое. Его обнаженный до пояса мускулистый торс был покрыт ровным загаром бронзового оттенка. Густые каштановые волосы, небрежно зачесанные назад и слишком длинные на ее вкус, торчали во все стороны. Задержав взгляд на кудрявых рыжеватых завитках, покрывавших мощную грудь и убегавших вниз, под пояс выгоревших джинсов, обтягивавших узкие бедра, Калинда смутилась и поспешно перевела глаза на его склоненное лицо, изучая его с тем же острым интересом, который пробудил в ней чуть раньше его глубокий, волнующий голос.

Это было мужественное лицо с резкими не правильными чертами, загорелое до черноты. Глубоко посаженные карие глаза под широкими дугами бровей щурились на солнце. Крупный нос хорошо сочетался с высокими скулами и жесткой линией рта.

Почувствовав на себе ее взгляд, хозяин лавки поднял голову и усмехнулся. Лучики морщинок разбежались от уголков его глаз, поразивших ее неожиданной проницательностью.

Обветренные губы смягчились в дружеской улыбке. Две глубокие складки по бокам рта свидетельствовали о немалом жизненном опыте. Интересно, подумала Калинда, в чем заключается этот опыт? В облике незнакомца не было ничего утонченного. Вероятно, он не получил никакого образования и ему не приходилось жить в больших городах. Он мало походил на владельца художественной галереи, пусть даже находящейся в уединенном горном селении. Любопытство Калинды росло с каждой минутой.

На вид ему лет тридцать семь — тридцать восемь, определила она. В нем чувствуется скрытая мужская сила, воля и твердость характера. Странно, что он предпочитает прозябать в деревенской глуши, содержит сувенирную лавку и развлекается ловлей форели в горной речке… Интуиция подсказывала ей, что в мире бизнеса, к которому принадлежала она сама, такой человек, получив соответствующее образование, мог бы, пожалуй, создать собственную империю.

Ладно, не мое это дело, я не вправе осуждать его, решила Калинда, почувствовав, что именно этим и занимается. Может, он считает, что деньги в жизни не главное, то есть придерживается взглядов, модных в обществе несколько лет назад. Или ему просто не хватает силы воли и целеустремленности, чтобы сделать достойную карьеру.

— Я хотела спросить вас насчет акварели с изображением озера, которая выставлена в витрине, — вежливо произнесла она.

— Она вам понравилась? — оживился мужчина, откладывая нож и пристально глядя на нее.

— Я знаю людей, которым она придется по душе, — уклонилась Калинда от прямого ответа.

— Значит, вам она не нравится, — заключил ее собеседник и снова взялся за нож.

— Я хочу купить ее не для себя.

— А для кого? Для друга? Что он за человек?

— Какое это имеет значение? — сухо осведомилась Калинда. — Вы боитесь, что акварель попадет в плохие руки?

— Нет, мне все равно, но это огорчило бы Мэри Бэт, — объяснил он.

— Вероятно, Мэри Бэт — художница, автор акварели, так? — предположила Калинда.

— Угадали. Она очень разборчива, когда речь заходит о ее работах. Ей не все равно, кто их покупает.

— Вот как? Не думала, что художники могут себе позволить такую роскошь. Скажите Мэри Бэт, что я хочу подарить ее произведение симпатичным пожилым супругам. Они выросли в Колорадо, и этот пейзаж напомнит им родные места.

— Что ж, ваше объяснение меня вполне устраивает. Можете забирать рисунок.

— Не нахожу слов, чтобы выразить вам свою признательность. Очень рада, что вы готовы расстаться с этим шедевром, — сквозь зубы процедила Калинда, добавив мысленно, что не стала бы с утра караулить его из-за этого рисунка, будь у нее занятие поинтереснее.

Хозяин лавки добродушно рассмеялся.

— Позвольте мне смыть с рук следы преступления, и я пройду с вами в магазин. Готовьте деньги. Между прочим, меня зовут Рэнд Аластер. А вас?

Калинда растерянно заморгала, не ожидая такого вопроса от человека, которого видела первый и последний раз в жизни. Зачем ей с ним знакомиться?

— Калинда… Калинда Брейди, — пробормотала она.

— Очень приятно, — кивнул Аластер, подставляя руки под шланг, из которого била сильная струя воды. Калинда невольно залюбовалась стремительной грацией его движений. — Вы в отпуске?

— Не совсем, — машинально ответила она и тут же прикусила язык. Не хватало еще обсуждать с кем попало причины, заставившие ее приехать в эту глушь!

— Значит, по делам? — продолжал допытываться Аластер как ни в чем не бывало.

— Да, я здесь по личному делу, — кратко бросила она, не стараясь скрыть свое раздражение.

Ее холодный тон ничуть не обескуражил его.

— Понятно. Вы приехали одна?

— Не думаю, что это вас касается, — надменно отчеканила Калинда. Такой тон заставил бы замолчать любого из ее подчиненных.

К ее удивлению, Рэнд тут же извинился.

— Простите мою бестактность. Вероятно, сказываются старые привычки.

— В каком смысле? — спросила Калинда, следуя за ним в магазин.

— Да так, не обращайте внимания… Хотите холодного пива? Сегодня очень жарко.

Калинда хотела отказаться, но Рэнд, не дожидаясь ответа, уже рылся в небольшом холодильнике, стоявшем в углу. Выпрямившись, он повернулся к гостье, держа в руках две запотевшие жестяные банки. Прежде чем она успела придумать вежливый предлог для отказа, Рэнд уже протягивал ей открытую банку.

— Угощайтесь.

С сомнением взглянув на нее, Калинда отпила глоток. Не Бог весть что, конечно, с охлажденным сухим вином «шенен бланк» не сравнить, но… весьма подходящий напиток для жаркого летнего дня в горах. Она сделала еще один глоток и, подняв глаза на гостеприимного хозяина, увидела, что тот довольно улыбается.

— Смотрите на жизнь проще, — посоветовал он и, запрокинув голову, выпил чуть ли не полбанки. — Отлично! Так, а теперь попробую вспомнить, куда я задевал список цен…

Не выпуская из рук банку, Рэнд начал шарить под прилавком и через несколько минут с торжествующим видом извлек откуда-то помятый листок бумаги.

— Я знал, что он где-то здесь! — радостно заявил он.

— От души поздравляю, — съязвила Калинда. Разве можно так относиться к делу? — возмутилась она про себя. У него тут просто бардак!

Рэнд пропустил ее насмешливое замечание мимо ушей (вероятно, привык к грубости покупателей) и сообщил, сколько стоит понравившаяся ей акварель.

Цена несколько превышала сумму, на которую рассчитывала Калинда. Она машинально обернулась к витрине, чтобы рассмотреть пейзаж получше и убедиться, что он стоит таких денег, и заметила очаровательную глиняную вазу с широким горлом.

— Какая прелесть! — воскликнула она с искренним восхищением, подходя к столику, на котором стояла ваза, и взяла ее в руки. Ощутив приятную тяжесть округлого сосуда, Калинда прикинула, как его использовать. — В этой вазе будет прекрасно смотреться рис в соусе карри или листья зеленого салата!

Рэнд внимательно смотрел на нее.

— Я ее покупаю, — оживленно сказала Калинда, возвращаясь к прилавку. — И не беспокойтесь, она попадет в хороший дом.

— Ваш? — улыбнулся Рэнд.

— Мой, — подтвердила Калинда, доставая из сумочки чековую книжку.

Рэнд взял у нее чек, даже не попросив удостоверение личности. Удивительная беспечность, поморщилась она. Но в конце концов, это его дело. Если он предпочитает рисковать, кто она такая, чтобы учить его уму-разуму?

— Я заверну в бумагу ваши покупки, когда вы будете уходить, — весело заявил Рэнд, выходя из-за прилавка.

— Вообще-то я уже ухожу, — заметила Калинда. — Так что можете этим заняться прямо сейчас.

— Допейте сначала пиво… Или вас кто-то ждет? — спросил он с невинным видом.

— Да нет, но… — осеклась она, слишком поздно сообразив, что невольно выдала себя. Он все-таки заставил ее ответить на вопрос, который задал раньше: одна ли она приехала сюда. Сердясь на него, да и на себя, за то, что так легко угодила в ловушку, расставленную этим хитрецом, она взглянула в его смеющиеся глаза.

— Поверьте мне, — примирительно сказал он, — в нашем городке нечем особенно заняться, если вы уже обошли все магазины. Если только вы увлекаетесь рыбалкой?..

— Не особенно, — вздохнула она.

— Я так и думал. Пойдемте во двор. Посидите под деревом, пока я разделаю рыбу. Отдохнете немного, пиво допьете…

— Мистер Аластер, — твердо начала Калинда, так и не решив, как ей следует себя вести: рассмеяться или напустить на себя строгий вид. Его безмятежная настойчивость начинала забавлять ее. А ей так нужно было сейчас отвлечься от тревожных мыслей!

— Ну пожалуйста, — умоляюще сказал Рэнд, с обезоруживающей улыбкой заглядывая ей в глаза. Ее решимость немедленно уйти несколько поколебалась. — Каждому рыбаку хочется похвастаться своим уловом. И потом, я же вижу, что вам скучно и душа у вас не на месте.

— О Господи, неужели это так заметно? — с комическим отчаянием простонала Калинда, сдаваясь и следуя за ним во двор.

— Скажем так: вы чувствуете себя не в своей тарелке, — мягко сказал он, усаживая ее в кресло из красного дерева, стоявшее под сосной. — Не бойтесь, я очень безобидное существо. Кого хотите спросите, меня тут все знают. — Он подмигнул ей, берясь за нож.

Калинда отпила глоток пива. Лицо ее приняло задумчивое выражение, тонкие брови слегка приподнялись. Рэнд принялся потрошить очередную рыбину, болтая о том о сем. Нож так и мелькал в воздухе, сверкая в ярком солнечном свете.

Позднее Калинда признавалась себе, что все получилось неожиданно и довольно странно. Она и сама не могла понять, как это она оказалась под деревом с банкой пива в руке, наедине с незнакомым мужчиной, занятым разделкой форели. Скажи она об этом своим знакомым в Денвере, никто бы ей не поверил. Правда, никто из них и понятия не имел, как трудно было ей пережить этот день. Да и следующий тоже.

Легкая, ни к чему не обязывающая болтовня взбодрила Калинду, словно глоток тонизирующего напитка, помогла отвлечься от неотступно преследующих ее тревожных мыслей и буквально спасла ее от нервного срыва, на грани которого она находилась.

— Чем вы занимаетесь в Денвере? — как бы невзначай спросил Рэнд после того, как с юмором описал свое существование в маленьком курортном городке в качестве владельца сувенирного магазинчика.

— Я руковожу фирмой под названием «Брейди дейта процессинг», — негромко ответила она. В ее тоне прозвучала уверенность в себе и едва уловимая гордость. А почему бы и нет? Ей есть чем гордиться: она неплохо справляется со своими обязанностями.

— Я слышал о вашей компании, — неожиданно для Калинды заявил Рэнд. — Значит, вы там самая главная? — спросил он, окидывая ее пытливым взглядом.

— Меня избрали главным исполнительным директором два года назад, после гибели моего отца в авиакатастрофе. Бразды правления как бы перешли ко мне по наследству. Совет директоров привык видеть во главе фирмы кого-нибудь из семьи Брейди. — Калинда пожала плечами. — Странно, что вы слышали о нас.

— Мы тут все-таки не в дремучем лесу живем, — слегка обиделся Рэнд. — Не совсем оторвались от цивилизации.

— Надо же, а у меня сложилось именно такое впечатление, — рассмеялась Калинда. Рэнд стремительно повернулся к ней.

— Вам в самом деле скучно, правда? Что вы делаете в нашем захолустье, Калинда Брейди?

— По-моему, вы меня уже спрашивали об этом, мистер Аластер, — любезно отозвалась она. С ним надо быть начеку, он чуть было не застал ее врасплох.

— А вы не ответили. Разве по мне не видно, что я просто сгораю от любопытства?

— Ну что ж, любопытство внесет приятное разнообразие в вашу небогатую событиями жизнь.

Рэнд рассмеялся. Он явно наслаждался хорошей погодой и обществом красивой женщины. Калинда почувствовала, как напряжение отпускает ее, и решила пока не думать о своих проблемах. Прошло еще некоторое время, прежде чем она неохотно поднялась на ноги и бросила пустую банку в бак для мусора.

— Спасибо за пиво, Рэнд. Теперь мне уж точно пора идти. Заверните, пожалуйста, картину и вазу, и я…

— Я все приготовлю к вечеру, — невозмутимо перебил ее Рэнд, вытирая стол.

— Вечером?

— Ну да. Я вручу вам ваши покупки после того, как вы поможете мне уничтожить вещественные доказательства моего преступления против природы.

— Рэнд, но я…

— Свежая форель! Жареная кукуруза! Неужели вы откажетесь от такого угощения? К тому же вы подтвердили, что вам здесь скучно, — уговаривал Рэнд, неотрывно глядя на свою гостью.

Калинда мысленно перебрала причины, по которым ей не следовало принимать приглашение. Список оказался на удивление коротким. Так почему бы не согласиться? Если она откажется, ей предстоит нескончаемый вечер в мотеле наедине со своими мыслями и тревогами… Да, такая перспектива ее совсем не привлекала.

Их взгляды встретились. Рэнд улыбнулся. Калинда слегка вздрогнула, поняв, что он прочел ее мысли. Ей снова пришло в голову, что этот человек мог бы многого достичь в мире бизнеса, если бы только захотел. При его-то умении подчинять людей своей воле… А может, ей просто хочется подчиниться сегодня чужой воле?

— Хорошо, — мягко сказала она. — Спасибо за приглашение.

— Я заеду за вами в шесть часов. Я живу недалеко отсюда, на берегу озера.

По дороге в мотель Калинду поразила неожиданная мысль: еще неизвестно, кого из них двоих больше страшила перспектива провести в одиночестве долгие вечерние часы. Может, Рэнду Аластеру тоже скучно? Хотя вряд ли…

Совершенно очевидно, что он поселился в этом тихом городке по собственной воле. К тому же ему так нравится рыбалка… Ладно, хватит с нее своих проблем. Какое ей дело до чужих?

Собираясь в гости, Калинда надела изящное летнее платье без рукавов из набивного крепдешина. В нем будет не так жарко. К платью она подобрала легкие босоножки со множеством кожаных ремешков, обхватывающих лодыжки. Тщательно расчесав волосы, она собрала их в гладкий тугой узел на затылке и дополнила свой туалет тонким золотым браслетом. Не хватало еще наряжаться для Рэнда Аластера. Просто ей нравится красивая одежда, и она одевается для себя.

Рэнд, вероятно, явится в отглаженных джинсах и чистой рубашке, думала Калинда. Но, открыв ему дверь ровно в шесть часов вечера, она не смогла скрыть свое изумление. На нем были дорогие, прекрасно сшитые темные брюки и элегантная рубашка в тонкую полоску. Густые каштановые волосы аккуратно зачесаны назад. От него исходил свежий аромат французского одеколона. Но больше всего Калинду поразил белый автомобиль, который Рэнд оставил на стоянке возле ее номера, — «лотос» последнего выпуска.

— Это ваша машина? — растерянно спросила она, чувствуя на спине руку Рэнда, мягко подталкивающую ее к выходу.

— У меня был выбор — «лотос» или мотоцикл, — усмехнулся Рэнд, — но мне почему-то показалось, что мотоцикл вряд ли придется вам по вкусу… — Его глаза одобрительно скользнули по ее кокетливому платью с широкой юбкой. — Хотя было бы интересно посмотреть…

— «Лотос» меня вполне устраивает, — поспешно заявила Калинда, усаживаясь на переднее сиденье. Глядя на Рэнда, огибающего машину спереди, она сузила глаза: видимо, дела в магазине идут лучше, чем кажется на первый взгляд. Нет, это невозможно. Значит, здесь что-то не так…

— Интересно, почему я изо всех сил стараюсь вам угодить? — спросил Рэнд через полчаса, поджаривая свежую форель на решетке гриля над открытым огнем. Рядом с рыбой, издавая восхитительный запах, жарились кукурузные початки.

— Потому что вам хочется доставить мне удовольствие, — ответила Калинда, откидываясь на спинку шезлонга и скрещивая стройные лодыжки. С террасы, где они расположились, открывался прекрасный вид на озеро, окаймленное высокими деревьями. Калинда еще не вполне оправилась от изумления, которое испытала, увидев дом Рэнда — изящное двухэтажное здание с окнами во всю стену, удачно вписавшееся в окружающий пейзаж.

Сначала дорогостоящий «лотос», теперь этот дом, построенный по специальному проекту, предусматривающему особенности гористой местности… Откуда у Рэнда Аластера такие деньги? Проходя через холл в гостиную по пушистому кремовому ковру и разглядывая модную обстановку, выдержанную в золотисто-коричневой гамме, Калинда обратила внимание на множество изделий из глины, расставленных тут и там. Когда она выразила свое восхищение, Рэнд польщенно улыбнулся, но ничего не сказал.

— Не поймите меня не правильно, — продолжал Рэнд. — Я рад, что вам нравится у меня. Но мне кажется, вы не принимаете меня всерьез.

Калинда улыбнулась медленной дразнящей улыбкой, потягивая через соломинку превосходный коктейль, приготовленный Рэндом из абрикосового коньяка, лимонного и апельсинового сока.

— Вы, артистические натуры, всегда так чувствительны?

— А вы, деловые люди, находясь в отпуске, всегда так высокомерны по отношению к бедным аборигенам?

В его низком, рокочущем голосе послышалась нотка обиды. Неужели он догадался, что ничего не значит для нее и это свидание — всего лишь средство скоротать вечер в чужом городе?

— Для бедного аборигена вы совсем неплохо устроились, — заметила Калинда. — И питаетесь хорошо. Пользуетесь дарами природы, — кивнула она на жарящуюся форель.

Рэнд усмехнулся, бросив на Калинду пронзительный, обжигающий взгляд, в котором мелькнуло что-то хищное. Ей стало не по себе. Усилием воли она отогнала неприятное чувство. Рэнд Аластер не опасен, ей нечего бояться.

— Форель мне действительно досталась даром, но откуда вы знаете, что я не потратил последний грош на вино в отчаянной попытке произвести на вас благоприятное впечатление?

— Так и было?

— Ну, не совсем, — признал он, поглаживая бутылку «шардоннэ», которую заблаговременно поставил в ведерко со льдом.

— Я так и думала. Ваша скромная галерея, видимо, приносит неплохой доход, так что с голоду вы не умираете.

— Улавливаю в ваших словах сомнение. Не верите, что это возможно? — Рэнд встряхнул сковородку, пытаясь определить степень готовности форели.

— Мне показалось, вы себя не слишком утруждаете — открываете магазин когда хотите, а то и вовсе там не появляетесь, ведь так? И даже если бы вы работали как вол, вряд ли что-нибудь изменилось бы. Здесь не так-то много потенциальных покупателей.

— Почему же? Зимой у нас тут полно богатых клиентов.

— А-а, понимаю. Сезонный бизнес?

— Вы говорите о моей галерее? Пожалуй, да. Хотя я и зимой не особенно напрягаюсь. Люблю походить на лыжах, знаете ли.

Калинда покачала головой.

— Да-а… каждому свое. Похоже, вы предпочитаете наслаждаться жизнью и ни о чем не думать.

— Именно так. Как и те, кто приезжает сюда отдохнуть. Хотя о вас этого не скажешь. Вы напряжены, как струна.

— С чего вы это взяли? В данный момент я себя прекрасно чувствую благодаря вашему гостеприимству, — твердо заявила Калинда, берясь за соломинку. Ему не удастся вызвать ее на откровенность.

— Надо отдать вам должное, вы прекрасно играете роль элегантной, уверенной в себе деловой женщины, у которой все в порядке. Но интуиция подсказывает мне, что на самом деле вас что-то мучит. Вы никак не можете расслабиться… Вы случайно не из-за меня так нервничаете? — поинтересовался он.

— Ну разумеется, нет! — рассмеялась Калинда совершенно искренне. — Что за нелепая мысль!

— А почему бы и нет? — обиделся Рэнд. — Разве я не могу взволновать женское сердце?

— Ах, простите, — насмешливо извинилась Калинда. — Я и забыла, как вы, мужчины, обидчивы, когда задевают ваше мужское самолюбие.

Рэнд бросил на нее изучающий взгляд и потянулся за перечницей.

— Скажите мне правду, — добродушно пробормотал он, — вы приняли мое приглашение потому, что устали от своих поклонников? Для разнообразия, так сказать?

— А разве отпуск не для этого предназначен? — лукаво улыбнулась она. — Смена обстановки, новые знакомства и все такое… — Ей нравилась эта легкая словесная дуэль.

— Я так и знал! — театрально простонал Рэнд. — Мой удел — курортные интрижки!

— Не беспокойтесь, — отпарировала Калинда. — Я не собираюсь заводить с вами интрижку, как вы выражаетесь. Что вы себе вообразили? Пригласили меня на ужин — и решили, что в благодарность я брошусь вам на шею? Ну уж нет!

— Вот и прекрасно, — мирно согласился Рэнд. — Мы, артистические натуры, предпочитаем серьезные романы, а не легкомысленные интрижки.

Серые глаза Калинды сузились.

— Боюсь, совместная трапеза не является прелюдией к серьезному роману, — холодно отрезала она. — Так что не питайте напрасных иллюзий.

Рэнд взглянул на нее с нескрываемым любопытством и поднял свой стакан с золотистым коктейлем.

— Вас не привлекает перспектива стать любовницей художника, который к тому же еще и рыбак?

— Не слишком! — надменно произнесла Калинда.

— Но у всех художников есть любовницы. Это неотъемлемая часть нашего имиджа, — спокойно пояснил Рэнд, берясь за сковородку.

— Вот как? — вспыхнула Калинда. — Выходит, это вы, а не я, ищете разнообразия! Но имейте в виду, у вас ничего не выйдет!

— Да, мэм, я понял, — неожиданно согласился Рэнд. Калинда снова почувствовала себя неуютно. Ей казалось, что она его уже раскусила, но разные мелочи постоянно настораживали ее. Рэнд не переставал удивлять ее, и это обстоятельство внушало ей смутное беспокойство.

— Мы с вами как два корабля, ненадолго встретившиеся в ночи. Устраивает вас такое сравнение? — любезно спросила Калинда.

— Какая жалость… — усмехнулся Рэнд вместо ответа. — А я-то строю воздушные замки с той самой минуты, когда впервые увидел вас на пороге своего магазина… — Он начал выкладывать рыбу на тарелки.

— Так вы художник? — светским тоном спросила Калинда, решив, что пора сменить тему разговора. — Или только продаете чужие картины?

— Я любитель, — признался Рэнд, ставя на деревянный стол тарелки с едой и вынимая бутылку вина из ведерка. — Так, балуюсь немного.

— Чем? — Калинда встала с шезлонга и присела у стола. Жареная форель с гарниром, состоящим из початков кукурузы и зеленого салата, выглядела очень аппетитно. Куда лучше, чем в любом ресторане.

— Гончарным делом, — кратко пояснил Рэнд, усаживаясь за стол. — Вазу, которую вы купили, я сделал сам.

— Правда? А почему вы мне не сказали? Она просто прелесть! Я вообще предпочитаю утилитарное искусство. Может быть, это и не правильный подход, но такая уж я уродилась, с практической жилкой. Люблю вещи красивые и функциональные. Ваша ваза не будет у меня стоять без дела.

— Вот и хорошо, — обрадовался Рэнд. — Наши взгляды на искусство полностью совпадают. Наверно, я скорее ремесленник, чем художник.

— Бессмысленное деление, — авторитетно заявила Калинда, принимаясь за форель. — Почему надо сводить утилитарное искусство к ремеслу?

— Совершенно с вами согласен, — кивнул Рэнд с довольным видом. — После обеда я покажу вам свои поделки, если, конечно, вам интересно.

Калинда подняла на него глаза и улыбнулась.

— Даже очень.

С минуту они молча смотрели друг на друга. Калинду вновь охватило смутное беспокойство. Что с ней происходит? Этот человек ее совершенно не интересует, просто случайный знакомый. Откуда же эта тревога, сменившая напряжение, которое она испытывала по вполне понятным причинам? Новые ощущения не имели никакого отношения к ее планам на предстоящий уик-энд. Неизбежная встреча с Дэвидом Хаттоном — вот что должно занимать все ее мысли. И тем не менее ею постепенно овладевало совсем иное настроение.

Досадуя на себя, она постаралась стряхнуть странное оцепенение, в которое повергал ее пристальный взгляд хозяина дома. Несколько минут назад она сказала чистую правду: они чужие друг другу люди, которых ничто не связывает ни в настоящем, ни в будущем. Встретились и разошлись — как в море корабли… Подумаешь, пообедали вместе, большое дело.

— Бьюсь об заклад, вы сейчас думаете о том, что я вам не пара, — пробормотал Рэнд с непринужденной усмешкой, вонзая зубы в кукурузный початок. Казалось, он нисколько не расстроится, окажись его догадка верна.

— А если и так? — не смутилась Калинда. — Будьте честны перед собой, и вы со мной согласитесь. Мы с вами разные люди, Рэнд, разве не так? — Ее удивила горячность, с которой она пыталась внушить ему эту непреложную, по ее мнению, истину.

— Как сказать… Мы только что познакомились и почти не знаем друг друга. И даже если вы правы, разве это так важно?

— Разумеется, важно! — подтвердила она.

— Вы хотите сказать, что врожденная практичность не позволяет вам тратить время на мужчину, который не принадлежит к вашему кругу?

Калинда решила, что настало время взять инициативу в свои руки. Это она умела делать, и неплохо.

— Как давно вы занимаетесь гончарным делом, Рэнд?

Он секунду помолчал, словно раздумывая, позволить ли ей переменить тему разговора, потом слегка пожал плечами, наверно решив уступить.

— Около двух лет. У меня в мастерской печь для обжига, — махнул он рукой в сторону небольшого строения за домом. — Вы уверены, что не хотите поговорить о наших отношениях?

— Абсолютно уверена, — холодно улыбнулась Калинда.

— Желание гостя — закон для хозяина, — галантно поклонился Рэнд.

— Благодарю вас, — отозвалась Калинда. Обычное самообладание вернулось к ней. Она привыкла к беспрекословному подчинению окружающих. — Форель просто восхитительна.

Они долго сидели за столом. Жаркое летнее солнце склонилось к горизонту, стало прохладнее, и легкие сумерки начали окутывать горное озеро. В верхушках сосен и елей, окружающих дом, зашелестел ветер. Бутылка «шардоннэ» незаметно опустела. В конечном счете я очень неплохо провела вечер, подумала Калинда. Это просто удивительно, учитывая груз навалившихся на нее проблем. Рэнд Аластер все-таки сумел отвлечь ее на некоторое время от неприятных мыслей. Что ж, и на том спасибо.

Калинда помогла ему убрать со стола и отнести посуду в просторную кухню, оборудованную по последнему слову техники. Потом Рэнд показал ей свои работы. Она внимательно рассматривала каждый предмет, искренне восхищаясь богатством красок и совершенством формы.

— У вас настоящий талант, — заметила она, осторожно ставя на место маленький глиняный кувшинчик и недоумевая про себя, как это ему удается зарабатывать на жизнь гончарным ремеслом и продажей чужих картин. Она неплохо разбиралась в бизнесе, но на эту область ее знания не распространялись.

— Это всего лишь хобби, — пробормотал Рэнд у нее за спиной. Калинда повернулась и чуть не сбила его с ног. Они оказались лицом к лицу. Не успела она извиниться, как его руки обхватили ее талию. Серые глаза Калинды широко раскрылись.

— Простите, — смущенно сказала она, каждым нервом ощущая тепло, исходившее от сильного, мускулистого тела. — Я не ожидала, что вы стоите так близко…

— Это я виноват, — отозвался Рэнд, привлекая ее к себе с властной уверенностью, которая, казалось бы, была ему несвойственна. — Я весь вечер ищу предлог, чтобы вас поцеловать.

В ясных карих глазах, устремленных на нее, разгоралось опасное пламя. Не в силах отвести от них взгляд, Калинда лихорадочно пыталась понять, что заставляет ее не противиться его объятиям. Любопытство, решила она, все то же любопытство, которое пробудил в ней утром его голос. Все-таки он какой-то необычный, этот Рэнд Аластер, что-то отличает его от других мужчин…

Прежде чем она сумела определить, что именно, губы Рэнда коснулись ее рта.

Калинда ощутила необыкновенную силу его рук, крепко обнимающих ее, и вдруг поняла, в чем дело. Даже если бы любопытство не разбирало ее так сильно, она все равно покорно ждала бы его поцелуя. У нее не хватило бы сил вырваться из его объятий.

Глава 2

Калинда и сама не знала, чего ожидала от поцелуя Рэнда, но, уж во всяком случае, не того, что получила. Нежность и агрессивность — так, наверно, можно было бы описать его, подумала она, упираясь кончиками пальцев в его широкую грудь. В самом сочетании этих двух слов таилось противоречие. Или нет? Может, мужчинам свойственно проявлять одновременно и то, и другое?

Легкие, ласкающие прикосновения горячих пальцев вытеснили из ее сознания все мысли. Она теряет над собой контроль! Все равно что погружается в теплую, манящую реку и вдруг обнаруживает под ногами зыбучие пески…

— Какой прохладный, гладкий шелк, — прошептал Рэнд у самых ее губ. — Мне не терпится узнать, что под ним…

— Рэнд, прошу вас, я… — робкая попытка Калинды предотвратить новую атаку потерпела крах: Рэнд снова приник к ее губам.

До слуха Калинды донесся тихий хриплый стон, руки Рэнда скользнули по ее спине и добрались до талии. По телу Калинды пробежала невольная дрожь, которую она не сумела скрыть.

Ее губы непроизвольно раскрылись, вбирая в себя его ищущий язык, который, словно живое существо, проник в глубины ее рта. Их губы слились. Будто электрический ток пронзил тело Калинды, обессиливая ее и лишая воли.

Калинду удивила собственная реакция. Любой из ее поклонников подтвердил бы, что это на нее совсем не похоже. Даже с Дэвидом она не испытывала ничего подобного, сближение с ним не было таким внезапным, таким захватывающим…

Руки Рэнда спустились ниже, следуя изящному изгибу бедер, и с каждой секундой делались все смелее и настойчивее. Внезапно Рэнд резким движением прижал ее бедра к своим, и Калинда от неожиданности вскрикнула.

— Не бойся меня, я не причиню тебе боли, — хрипло прошептал он, продолжая ласкать ее спину, вызывая в ней незнакомую доселе сладкую истому. — Мы шли к этому с первой минуты нашей встречи, — продолжал он, легко касаясь губами ее щек и уголков глаз. — Весь день я мечтал о том, как обниму тебя.

— Я… я надеюсь, что ты не закрыл из-за меня свой магазин, чтобы никто не помешал тебе предаваться мечтам? — пошутила она, приходя в себя. Его признание не удивило ее. Она достаточно хорошо изучила мужчин и знала, что многие из них с самого начала желают поцеловать понравившуюся женщину. Смущало другое: ее собственный мгновенный отклик. Едва он коснулся ее, она почувствовала странное томление. Для нее это необычно!

— Пришлось закрыть, — ответил он с хриплым смешком. — Как я мог работать, когда все мои помыслы были о тебе? Стал думать, чем бы мне тебя угостить, каким вином напоить, чтобы…

— Перестань, Рэнд, это смешно!

— Вовсе нет, — возразил он, касаясь кончиком языка мочки ее розового ушка. — Это очень серьезно. Меня неудержимо влечет к тебе. Я же говорил, что мне нужна любовница.

— Тогда ты обратился не по адресу! — вспылила Калинда. — Лучше продолжай развлекать скучающих туристок… Форель была очень вкусная, но в благодарность ты можешь рассчитывать только на прощальный поцелуй, а вовсе не на ночь любви!

— Увы, — вздохнул Рэнд с философским видом, — придется удовольствоваться тем, что предлагают.

Он поднял руку и вынул из левого уха Калинды маленькую золотую сережку. Опустив ее в карман брюк, он слегка прикусил зубами мочку в том месте, где была сережка. Затем, не торопясь, снял и вторую сережку. Казалось, он не делал ничего особенного, но в его движениях было столько дразнящей чувственности, что у Калинды перехватило дыхание. Он словно раздевал ее…

Пытаясь противостоять искушению, она запрокинула голову и уперлась ладонями в широкие плечи Рэнда. Он тут же воспользовался моментом и поцеловал ее в обнаженную шею. Калинду окатила жаркая волна.

Руки Рэнда легли на ее талию, потом двинулись выше и, дойдя до груди, замерли. Догадываясь, что последует дальше, и желая избежать этого, Калинда слегка откинулась назад, и ее соски тут же оказались в плену горячих ладоней и мгновенно напряглись под кружевом лифчика и шелком платья.

Вопреки твердому намерению Калинды прервать опасное объятие, ее руки будто сами по себе обвили его спину, ногти вонзились в ткань его рубашки, словно ища соприкосновения с живой плотью.

— Нежность и пламя, — прошептал он в ответ на ее невольное движение. — Где ты была до сих пор, дорогая? Подумать только, сколько ночей мы провели врозь! Но сегодня ты от меня не уйдешь…

— Не надейся, — охладила его пыл Калинда. — Я не собираюсь с тобой спать, Рэнд.

— Посмотрим, что ты скажешь через несколько минут, — усмехнулся Рэнд и подхватил ее на руки, прежде чем она успела что-либо сообразить.

Чтобы сохранить равновесие и не упасть, Калинда инстинктивно обхватила его за шею, хотя в этом не было необходимости: Рэнд крепко держал свою драгоценную ношу.

— Немедленно отпусти меня! — вскрикнула Калинда, не привыкшая к такому бесцеремонному обращению. Ее поклонники никогда не поступали наперекор ее желаниям. — Я не позволю тебе уложить меня в постель! — Она все еще не верила, что попала в безвыходное положение, но ситуация легко могла выйти из-под ее контроля.

— Тогда на диван? — с надеждой в голосе предложил Рэнд. Его темные глаза смеялись.

Широкими шагами он направился к кремовому дивану и бережно опустил на него Калинду. Она провела рукой по лицу, борясь с головокружением, а открыв глаза, протестующе вскрикнула, увидев, что тело Рэнда нависло над ней и вот-вот придавит ее своей тяжестью.

— Черт тебя возьми, я не позволю…

— Только один поцелуй, — умоляюще прошептал он, касаясь губами ее глаз, лба и щек. Припав наконец к ее губам, он одновременно нащупал рукой ее грудь. Ошеломленная этой двойной атакой, она забилась в его руках. Ее тело, не подчиняясь голосу рассудка, выгнулось, и Рэнд тут же вдавил ее в мягкие подушки. Из груди Калинды вырвался тихий стон.

— Поделись со мной своим пламенем, леди Нежность, — хриплым от страсти голосом прошептал Рэнд, слегка покусывая ее обнаженное плечо. — Дай мне сгореть в огне твой страсти.

Скользкий шелк платья с легким шуршанием пополз вниз, и Калинда поняла, что Рэнд сумел найти и расстегнуть молнию. Надо остановить его, это безумие, пронеслось у нее в голове, но резкие слова почему-то не шли с языка. Вся во власти непреодолимого порыва, она позволила ему расстегнуть застежку лифчика, находившуюся спереди, и, прерывисто вздохнув, погрузила пальцы в его густые каштановые волосы.

— О-о, прошу тебя, Рэнд…

— Все, что захочешь, — пообещал он, — я весь твой.

Словно желая утолить жажду, он припал губами к ее груди, обводя языком отвердевшие соски, в то время как его рука ласкала ее обнажившийся живот.

Платье скользило все ниже, и наконец рука Рэнда коснулась кружевной резинки ее шелковых трусиков.

Калинда судорожно вздохнула и обвила руками его шею, которая словно загорелась под ее пальцами, и, возбужденная его мгновенной реакцией, начала расстегивать пуговицы его рубашки.

Через минуту рубашка полетела на пол, кудрявые завитки жестких волос на груди Рэнда соприкоснулись с гладкой кожей Калинды. Сердце у нее бешено колотилось, голос рассудка умолк. Она устремилась ему навстречу, а он, словно желая помучить ее, крепко прижал к себе ее выгнувшееся тело, не давая ему свободы движений. Вынужденная неподвижность возбудила ее еще больше, все ее существо пронзило острое желание.

Комната закружилась у нее перед глазами. Однако, когда Рэнд попытался раздвинуть ее ноги и Калинда ощутила, как напряглось его тело, способность мыслить вернулась к ней. Она наконец осознала, что происходит.

— Рэнд… Рэнд, не надо… хватит… Я не думала, что…

— Все хорошо, — ласково произнес он, удерживая ее трепещущее тело в своих сильных руках. — Не противься мне, я не причиню тебе боли. Я так хочу тебя…

Калинда заметалась под его тяжестью, шпильки выпали из волос, и они пушистой волной рассыпались по подушке. Услышав неизбежное «я хочу тебя», она удвоила усилия, пытаясь овладеть собой и ситуацией.

— Прости меня, — прошептала она, сознавая, что действительно виновата. — Я не собиралась заходить так далеко. — Она осторожно отстранилась и уперлась руками в его плечи, отодвигая его от себя.

— Калинда! — В его хриплом от страсти голосе послышалось удивление. — Что-то не так? Не сопротивляйся, умоляю тебя. Ты же жаждешь этого не меньше меня!

Она отрицательно покачала головой, понимая, что теперь его будет трудно остановить. Надо действовать осторожно. Он так возбужден, его реакция на ее непреклонный отказ непредсказуема, ведь она его совсем не знает. Одному Богу известно, как он поведет себя, когда наконец поймет, что она настроена решительно. Может, впадет в дикую ярость? О Господи, как же ее угораздило попасть в столь двусмысленное положение?

— Рэнд, ну пожалуйста, — мягко попросила она, пытаясь освободиться. — Я не шучу. Я правда не ожидала, что дело зайдет так далеко. Прошу тебя, отпусти меня…

На мгновение в карих глазах Рэнда блеснул опасный огонек, и Калинда испуганно сжалась. Но через секунду гневное выражение его лица сменилось холодным презрением, а затем сдержанным безразличием. Слава Богу, опасность миновала, с облегчением вздохнула Калинда.

— Похоже, ты в самом деле говоришь серьезно, — сухо заметил Рэнд.

— Да, я… не готова к этому, Рэнд. Поверь мне!

— Верю. Но я-то ожидал…

— Это, наконец, смешно, — начала сердиться Калинда, остро ощущая свою наготу и тяжесть его тела, придавившего ее к дивану. — Мы едва знакомы.

— Я хотел тебя с той самой минуты, когда впервые увидел, — коротко бросил он, взяв ее лицо в большие загрубевшие ладони. — И очень рад, что ты не осталась ко мне равнодушной. Готов стать твоим курортным увлечением, Калинда Брейди, — пробормотал он, словно поддразнивая ее.

— Вот спасибо! Очень великодушно с твоей стороны. К твоему сведению, подобные отношения меня совершенно не интересуют.

— Ладно, курортные интрижки тебя не привлекают. А как насчет серьезного романа? — предложил он с лукавой улыбкой, трогая большими пальцами рук уголки ее губ.

— Исключено! — отрезала Калинда, всерьез разозлившись. — Отпусти меня сию же минуту, Рэнд! Мне пора возвращаться в мотель.

— Успокойся, я отвезу тебя, если ты действительно этого хочешь, но…

— Хочу!

— ..при одном условии, — закончил он с обманчивой мягкостью в голосе. Калинда сверкнула глазами.

— Каком еще условии?

— Обещай, что мы завтра увидимся. Калинда перевела дух.

— Не знаю, зачем тебе это надо. Имей в виду, я не изменю своего решения к завтрашнему дню.

— Откуда такая уверенность? У меня в запасе целый день, чтобы тебя уговорить. Кто знает, в каком настроении ты будешь завтра вечером…

— Я всегда знаю, чего хочу, а чего нет! Помолчав, Рэнд с неожиданной холодностью произнес:

— Это я уже понял. Интересно получается…

— О чем ты? — насторожилась Калинда.

— Ты в самом деле производишь впечатление женщины, которая привыкла принимать решения и делать только то, что считает нужным.

Глаза Калинды сузились. К чему он клонит?

— Так оно и есть.

— Тогда что ты здесь делаешь? — быстро спросил он.

— Здесь? Я тебе уже объясняла. У меня не было никаких определенных планов на сегодняшний вечер, а твое приглашение полакомиться форелью прозвучало так заманчиво…

— Я говорю не об этом, и тебе это прекрасно известно. Мне очень любопытно, что ты делаешь в нашем Богом забытом городишке. Во-первых, ты явно скучаешь и не знаешь, чем себя занять, а во-вторых, ты не из тех, кто стремится в сельскую глушь, когда на душе кошки скребут.

— С чего ты это взял? — встревожилась Калинда. — Повторяю, ты меня едва знаешь!

— К твоему сведению, я неплохо разбираюсь в людях, — усмехнулся Рэнд. — И потом, хотя в данный момент ты выглядишь восхитительно, вчера ты казалась пришельцем из иного мира, бродя по нашим улочкам в стодолларовой блузке и фирменных брюках!

Под его насмешливым взглядом Калинда покраснела и попыталась высвободить руки, чтобы прикрыть обнаженную грудь. Рэнд и внимания не обратил на ее робкие попытки. Он ждал ответа.

— У меня есть на то свои причины. Личного характера, — пробормотала она с независимым видом, насколько это было возможно в подобных обстоятельствах.

Рэнд усмехнулся. В его глазах снова появился опасный блеск.

— Об этом я уже догадался. Какие именно?

— Я не желаю обсуждать с тобой свои планы. Это мое дело!

— Ты привыкла приказывать, не так ли? — спокойно заметил он.

— Не буду отрицать. А вот ты, кажется, не привык подчиняться кому бы то ни было! — выпалила Калинда. — Отпусти меня, я хочу встать!

С минуту Рэнд не двигался, пристально вглядываясь в ее лицо. Калинда затаила дыхание.

— Если ты согласна на мое условие, я тебя отпущу, — наконец заявил он. Калинда вздохнула.

— Хорошо. Я встречусь с тобой завтра, раз ты так уверен, что захочешь меня увидеть. — Она готова была пообещать все что угодно, лишь бы он прекратил свои расспросы!

Рэнд немедленно отпустил ее, и в ту же секунду Калинда сообразила, что он все-таки добился своего! И как ловко! Она села, глядя, как он неторопливо застегивает рубашку, и покачала головой, недовольная собой.

— Ты все рассчитал, правда? — В ее тоне прозвучало невольное восхищение. Калинда не была новичком в деловом мире и умела разглядеть талант манипулирования людьми, если ей доводилось с «ним встречаться. Этот человек определенно загубил свое призвание!

— Что именно? — спросил он с невинным видом, поправляя воротничок рубашки.

Калинда сделала неопределенный жест рукой.

— Не притворяйся. Сначала ты заговорил о свидании, что было твоей главной целью. Когда я отказалась, ты завел разговор на другую тему, которая меня очень волнует.

— То есть о причинах твоего приезда? — уточнил Рэнд. Она кивнула.

— А когда я занервничала, не желая отвечать, ты снова напомнил мне о свидании. Я поспешно согласилась, чтобы ты прекратил свой допрос.

— Тебя не проведешь, — одобрительно заметил Рэнд. — Ты очень умна.

— А ты умеешь заставить людей плясать под свою дудку, — буркнула Калинда. — Теперь мой черед задавать вопросы.

— Спрашивай, ради Бога, — с готовностью согласился он, удобно раскинувшись на диване.

— Почему ты так настаиваешь на этом свидании? Я же понимаю, на что ты надеешься. Так вот, имей в виду, у тебя ничего не выйдет!

— Уверена?

— Абсолютно! Я не собираюсь заводить роман ни с тобой, ни с кем бы то ни было, Рэнд, — твердо заявила она.

— Понятно, — тихо отозвался он.

— Тогда зачем тебе это свидание? — удивилась она.

— Я все равно хочу тебя видеть, Калинда. Меня влечет к тебе. С первой минуты. Иногда так бывает.

— Да, у мужчин!

Рэнд ничего не ответил, видимо признавая ее правоту. Некоторое время оба молчали, потом Калинда сказала, тщательно подбирая слова:

— Ты не думаешь, что заинтересовался мной просто от скуки?

Рэнд бросил на нее изумленный взгляд. Темные ресницы взметнулись над карими глазами.

— С чего это мне скучать? У меня есть моя галерея, глиняные горшки, рыбалка. Я живу в благословенном уголке, среди прекрасной природы. И женщины здесь, между прочим, тоже встречаются, — лукаво добавил он. — То есть кроме тебя.

Калинда вспыхнула и отвела глаза.

— Не сомневаюсь.

— Тогда с чего ты взяла, что я увлекся тобой от скуки?

— Ладно, оставим это. — Калинда встала. — Просто предположила. Очевидно, ты всем доволен, иначе не жил бы здесь, верно?

— Верно.

Калинда натянуто улыбнулась.

— Значит, я ошиблась. Но и ты заблуждаешься, если думаешь, что тебе удастся соблазнить меня… Мне пора в мотель. Отвези меня, пожалуйста. Спасибо за угощение. Все было очень вкусно.

Рэнд легко вскочил на ноги, не спуская пристального взгляда с ее порозовевшего лица.

— Возвращаясь к вопросу о том, почему ты здесь…

Калинда ослепительно улыбнулась.

— Поехали, Рэнд. Я готова.

Он шутливо поклонился.

— К вашим услугам, мадам.» Лотос» ждет вас.

На следующий день, сидя рядом с Рэндом на одеяле, разостланном на берегу озера, Калинда поняла, что он не из тех, кто легко сдается. Это она знала теперь совершенно точно, хотя во многом он оставался для нее загадкой.

По мере приближения свидания с Дэвидом Хаттоном ее волнение и тревога все больше усиливались, а тут еще Рэнд с его настойчивым любопытством… Пожалуй, она так долго не выдержит.

— Сколько ты здесь пробудешь, Калинда?

— Еще дня два, — неопределенно ответила она, беря бутерброд с сыром «чеддер»и острой приправой.

Рэнд, в джинсах и спортивной рубашке с короткими рукавами, распахнутой на груди, сидел рядом с ней, подставив лицо солнцу и сощурив глаза. Свежий ветер с озера шевелил его волнистые волосы. Калинда поймала себя на том, что невольно залюбовалась им. Все-таки он очень привлекательный мужчина…

Почувствовав, что он наблюдает за ней из-под прищуренных век, она перевела взгляд на противоположный берег. Сегодня она надела легкую тунику поверх белых брюк. Босоножки она сняла и с наслаждением ощущала ступнями прохладу сочной зеленой травы. Красота окружающей природы, тишина и покой, разлитые вокруг, благотворно действовали на нее, но внутренний голос шептал ей, что расслабляться не следует. Во время ленча, отлично приготовленного Рэндом, они почти не разговаривали, но Калинда чувствовала, что Рэнд, подобно хорошей гончей, взял след и будет продолжать преследование. Калинда разожгла его любопытство, и он постарается обязательно удовлетворить его.

— Ты точно не знаешь?

— Скорее всего, я уеду послезавтра.

— Почему бы тебе не остаться подольше? — не отставал он.

— Не забывай, меня ждут дела.

— Ну да, ты у нас большой начальник, но и начальники иногда отдыхают.

— Разумеется, но я не отдыхать приехала. — О чем он уже давно догадался. К чему делать вид, что она проводит здесь свой ежегодный отпуск? Черт бы побрал его настойчивость! Хотя надо признать, она сама виновата. Знала ведь, что ее ждет, и все равно согласилась с ним встретиться. Потому что хотела его еще раз увидеть…

— А-а, ну да, ты приехала в наши края по личному делу. Тебе хватит двух дней, чтобы покончить с ним?

— Вполне. Если ты не против, давай поговорим о чем-нибудь другом.

— О рыбалке? Калинда рассмеялась.

— Ну уж нет!

— Тогда о наших планах на завтра? — с надеждой предложил Рэнд.

Смех замер на губах Калинды.

— Боюсь, это невозможно, Рэнд. Завтра вечером мы не увидимся. Я буду занята.

Рэнд обиженно промолчал, и Калинда пожалела о своих словах. Но ведь это правда, думала она, какой смысл обманывать его? Пусть не тешит себя напрасными иллюзиями. Завтра ей будет не до него.

— Выходит, сегодня у нас последнее свидание? — тихо спросил Рэнд.

— Да.

— Но завтра вечером ты еще будешь в городе?

Калинда не ответила. Почему она позволяет ему допрашивать ее? Почему не оборвет? А может, подсознательно она хочет сказать ему правду? Поделиться с кем-то? Она всегда была так уверена в себе, так прекрасно владела собой. Что с ней случилось? Впервые в жизни ее мучили сомнения в правильности принятого решения. Предстоящее свидание с Дэвидом выбивало ее из колеи, лишало душевного равновесия. Что произойдет, когда они окажутся лицом к лицу?

— Ясно, — пробурчал Рэнд себе под нос.

— Что тебе ясно? — Калинда повернула голову, увидела холодный блеск его глаз и пожалела, что отвела взгляд от спокойной глади озера. Незаурядная внутренняя сила этого человека вновь начала гипнотически действовать на нее.

— У тебя свидание с мужчиной, — медленно произнес Рэнд.

Калинда не пошевелилась.

— Деловое свидание, — уточнила она, изо всех сил пытаясь стряхнуть оцепенение, в которое повергал ее его завораживающий взгляд. — По личному делу.

— Ты отвергаешь меня, потому что у тебя роман с другим и ты приехала сюда, чтобы встретиться с ним.

— Рэнд, прекрати! Ты же ничего не знаешь! — О Господи, да что с ней такое? Как это она позволила ему обо всем догадаться? Наверно, я сошла с ума, угрюмо подумала Калинда, или мне просто необходимо выговориться?

— А тебе случайно не приходит в голову, что, развлекаясь со мной в ожидании своего Прекрасного Принца, ты подвергаешь себя большой опасности? А вдруг он приедет раньше назначенного срока и узнает, что ты неплохо проводила время, флиртуя с местным торговцем?

— Какая глупость! Я и не думала с тобой флиртовать!

— Если бы я приехал на свидание к своей возлюбленной и узнал, что, ожидая меня, она два вечера провела с другим мужчиной, я бы не пришел в восторг, — иронически заметил Рэнд. — А уж то, что происходило вчера на моем диване, вряд ли бывает между случайными знакомыми.

Калинда поняла, что он рассердился по-настоящему, просто весь кипит от злости.

— А по-моему, это самое подходящее определение для наших с тобой отношений, — с чувством заявила она. — Случайное знакомство, и ничего больше!

— Если ты так себя ведешь с человеком, которого знаешь всего два дня, хотел бы я посмотреть, что ты вытворяешь после двухнедельного знакомства!

Калинда сжалась как от удара под его гневным взглядом и отвела глаза.

Рэнд полулежал все в той же непринужденной позе, согнув ногу в колене и опираясь на локоть. Однако Калинде показалось, что он вот-вот прыгнет на нее и начнет душить. И его можно понять…

— Я приехала не для того, чтобы заводить романы с кем бы то ни было, — пробормотала она, откладывая в сторону недоеденный бутерброд: аппетит у нее пропал. Посмотреть на Рэнда она не решалась.

— Но у тебя же завтра свидание, не так ли? — резко бросил он.

Калинда не ответила, но ее молчание было красноречивее слов.

— Не хочешь рассказать мне всю правду? Она с удивлением вскинула голову. Последний вопрос прозвучал как-то по-иному. Она была готова к иронии, даже сарказму уязвленного мужского самолюбия, но никак не ожидала участия и даже сочувствия, которое уловила в его тоне. Куда девался гнев, который он с трудом сдерживал минуту назад?

— Мне можно сказать все, — продолжал Рэнд. — Я знаю, что тебе надо с кем-то поделиться.

— А с чего ты взял, что мне есть что рассказывать? — осторожно спросила она, чувствуя, что ее прежняя решимость слабеет.

— Интуиция. Наверно, это прозвучит несколько самонадеянно, но я действительно неплохо разбираюсь в людях и их побуждениях.

— Это верно, — прошептала Калинда. — Мало того, ты умеешь еще и пользоваться этим умением, чтобы манипулировать людьми.

Рэнд сжал зубы.

— Положим, ты это тоже умеешь.

— За годы работы в бизнесе я кое-чему научилась, не буду отрицать, — усмехнулась Калинда, — но у меня это приобретенное умение, а у тебя врожденное, природный инстинкт, так сказать.

— Ну так как, расскажешь мне о своем завтрашнем рандеву?

— Даже не знаю… Я уже позволила тебе припереть меня к стенке, так что теперь мне, наверно, ничего другого не остается, — честно призналась Калинда. — Но если я это сделаю, вряд ли ты сегодня угостишь меня форелью, — грустно пошутила она.

— Сегодня на ужин бифштексы, а не форель, — заявил Рэнд. — Так и быть, обещаю: приглашение останется в силе.

— Даже если я сознаюсь, что приехала, чтобы встретиться с мужчиной? — неуверенно спросила она.

— Об этом я уже и сам догадался. После минутной паузы Калинда холодно сказала:

— Тебе не удастся отговорить меня. Не для того я ехала в такую даль, чтобы спасовать в последнюю минуту. Глупо останавливаться на полпути. Я привыкла любое дело доводить до конца!

— Это мы еще посмотрим. Калинда сложила руки на коленях и покачала головой с мрачной решимостью:

— Нет, сейчас меня никто не переубедит. Женщинам редко представляется такая возможность. Было бы непростительной глупостью не воспользоваться случаем.

— О какой возможности идет речь, Калинда? — ровным голосом спросил Рэнд.

— Отомстить, — просто сказала она.

— Отомстить?

Рэнд привстал и, взяв ее за подбородок, заставил поднять глаза.

— О Господи, ты говоришь серьезно, да? — спросил он, с тревогой вглядываясь в ее нахмуренное лицо. — И кому же ты собираешься мстить, Калинда Брейди?

— Моему бывшему жениху. Он бросил меня два года назад, после того как погиб мой отец и оказалось, что дела фирмы в расстроенном состоянии. Как выяснилось, Дэвида Хаттона больше интересовала фирма, чем я.

— А теперь он хочет тебя вернуть? Калинда криво усмехнулась.

— Я дала ему понять, что не против. Согласилась встретиться в память о былом, как говорится.

— А почему здесь, а не в Денвере?

— О, это исключено, — объяснила она с язвительной усмешкой. — Дело в том, что Дэвид женат.

— Какая же ты глупышка! — не выдержал Рэнд. — Бедная маленькая глупышка! И что ты собираешься делать, когда он объявится и будет ждать, что ты бросишься ему на шею?

— Естественно, отвергну его! Но не сразу. Сначала я выслушаю его, он признается мне в любви, пообещает развестись с женой, и тут я рассмеюсь ему в лицо и скажу все, что я о нем думаю. Это будет для него худшим наказанием. Дэвид не выносит, когда над ним смеются.

Глава 3

Наступило напряженное молчание. Рэнд не отрываясь смотрел на Калинду. Выражение его лица было непроницаемым.

— Ты не должна это делать, — наконец произнес он ровным голосом. — Слишком опасно, черт побери.

— Опасно! — фыркнула Калинда. — Ты не знаешь Дэвида. Он человек не агрессивный. И не станет пытаться…

— Изнасиловать тебя? Не говори глупостей, Калинда. От любого мужчины в подобной ситуации можно ожидать чего угодно. Один раз ты уже обманулась в нем, не так ли?

Калинда поморщилась. Напоминание о прошлом болезненно отозвалось в ее сердце.

— Это было два года назад. С тех пор я многому научилась и теперь уже не та, что раньше. Я знаю, что представляет собой Дэвид, — горячо возразила она. Рэнд покачал головой.

— Откуда такая уверенность?

— Я поняла, что он за человек, когда сразу после похорон моего отца он пришел ко мне и заявил, что разрывает нашу помолвку.

— В тот момент ты поняла только одно: он хотел жениться на тебе из корыстных побуждений. Намеревался завладеть компанией, которая, как ему казалось, приносит большой доход. Выяснив истинное положение дел, он отказался и от фирмы, и от тебя. Только и всего! Но откуда ты знаешь, как он себя поведет на этот раз? Посмотри правде в глаза! Его реакция непредсказуема. От ярости он вполне может потерять голову; и что тогда? И это не единственный риск, которому ты себя подвергаешь.

Калинда нахмурилась. Ее терзали противоречивые чувства. С одной стороны, она сожалела, что раскрыла Рэнду причину своего приезда, а с другой — понимала, что подсознательно хотела поделиться с кем-нибудь своими сомнениями, облегчить душу. Почему ей подвернулся такой безжалостный человек?

— Что ты имеешь в виду? — резко бросила она, раздосадованная его неодобрительным отношением к ее намерениям.

— Ты уверена, что тобою движет только желание отомстить? Два года назад ты любила Хаттона. Быть может, ты надеешься склеить то, что разбилось?

— Нет! — Какая нелепая мысль… — После того, что он сделал?

— Да, он обидел тебя. Люди обижают друг друга на каждом шагу, но это не всегда убивает любовь, связывающую их.

— Уверяю тебя, суровый урок, который преподнесла мне жизнь, убил мои чувства к Дэвиду Хаттону. — Глаза Калинды гневно сверкнули.

— Тем не менее он тебе не совсем безразличен, раз ты горишь таким желанием отомстить ему, — холодно напомнил ей Рэнд. — А от любви до ненависти, как известно, один шаг.

— Все это глупости, — с решительным видом отрезала Калинда. Какие бы чувства она ни питала сейчас к Дэвиду, с любовью они не имели ничего общего.

— А что произошло после того, как Дэвид расторг вашу помолвку? — Рэнд испытующе всматривался в лицо Калинды, словно желая до конца проникнуть в тайну ее души.

Калинда небрежно передернула плечами.

— Я занималась спасением фирмы. У меня не было времени предаваться скорби, если ты на это намекаешь.

— «Брейди дейта процессинг», насколько я понимаю, вновь на плаву? — сухо пробормотал Рэнд.

— Да. — В тоне Калинды прозвучали невольная гордость и удовлетворение. — Наши дела идут неплохо. За последние три квартала мы получили хорошую прибыль.

Рэнд одобрительно кивнул.

— Должно быть, тебе пришлось нелегко. Ты много трудилась два последних года?

— Да, — просто сказала Калинда. Это была чистая правда. Она работала буквально на износ, и теперь наконец напряженные усилия начали приносить плоды. Калинда могла позволить себе немного расслабиться и насладиться успехом.

— Можно узнать — почему? — последовал вопрос.

Калинда чуть помедлила.

— У меня не было другого выхода.

— Ты с головой ушла в работу, чтобы забыть Хаттона? — требовательно спросил Рэнд. Чувствовалось, что это предположение было ему неприятно.

Калинда отрицательно покачала головой.

— Дэвид здесь ни при чем. Мне надо было спасать компанию, ведь от этого зависело благополучие многих людей. Тебе трудно понять, что это значит.

— Старая уважаемая фирма со множеством служащих, которые начинали вместе с твоим отцом много лет назад? — предположил Рэнд. — Люди, проработавшие всю жизнь на одном месте?

Калинда удивленно вскинула на него глаза.

— Верно… Откуда ты знаешь?

— Я же говорил, что мы здесь не совсем оторваны от мира, — объяснил он с загадочным видом. — Я слышал о подобных компаниях, в которых все вдет по раз и навсегда заведенному порядку. В них так силен дух традиций, что они не могут приспособиться к новым веяниям, и волны прогресса начинают постепенно захлестывать их. Не это ли произошло, когда умер твой отец?

— Что-то в этом роде. Окончив факультет менеджмента, я поступила на службу в одну компанию в Хьюстоне. Я понимала, что стиль работы отцовской фирмы устарел. Когда папа погиб, совет директоров попросил меня занять его место. В конечном счете я унаследовала не только дело отца, но и всех его служащих в придачу. Просто феодализм какой-то!

— И у тебя не хватило духу ликвидировать или продать отцовское предприятие?

— Я не могла так поступить, обмануть доверие людей, которых знала с детства… Однако спустя несколько месяцев поняла, что мною движет не только чувство долга…

— Это был своеобразный вызов, не так ли? — спросил Рэнд.

— Ты обладаешь незаурядной проницательностью, — улыбнулась Калинда. — Впрочем, я тебе уже говорила об этом.

— И теперь, два года спустя, ваша компания снова встала на ноги, а Дэвид Хаттон пытается завоевать твое расположение. Тебе не кажется подозрительным это совпадение?

Калинда бросила на него изумленный взгляд. Видно было, что для нее такой ход рассуждений явился полной неожиданностью. Подумав, она твердо покачала головой.

— У Дэвида собственное дело. Он президент крупной фирмы. Зачем ему «Брейди дейта процессинг»?

Рэнд погрузился в молчание.

— Может, его обуяла жадность? — наконец сказал он.

Калинда вздрогнула. Мысль о том, что интерес к ней Дэвида имеет корыстную подоплеку, неприятно поразила ее. Какой удар по ее самолюбию!

— Дэвид удачно женился. Очень удачно, — подчеркнула она. — У его жены огромное состояние. Да И у него дела идут прекрасно — фирма процветает.

— Что ж, это только подтверждает мое предположение. Вероятно, он хочет стать еще богаче. Аппетит приходит во время еды.

— Откуда у тебя такое глубокое знание человеческой психологии? — неприятно удивилась Калинда. — Наверно, ты тут общаешься со множеством туристов.

— Так оно и есть.

— Как бы то ни было, твое предположение только укрепляет меня в мысли осуществить мой план. Теперь уж я точно не отступлю. Если права я, мне будет приятно отвергнуть Дэвида, если же прав ты, я с особым удовольствием разрушу его мечты завладеть моей фирмой.

— Ни то, ни другое не стоит той опасности, которой ты себя подвергаешь, черт подери! Он может обидеть, унизить тебя, разве не понятно? В чем дело, Калинда? Неужели за два года тебе не встретился мужчина, который отвлек бы тебя от Хаттона, заставил бы забыть его?

Калинда вздрогнула и в упор посмотрела на Рэнда. Видимо, он прочел ответ в ее глазах.

— Понятно. Значит, после разрыва с Хаттоном никто не заинтересовал тебя по-настоящему. Ты с головой ушла в работу и просто не имела времени влюбиться в кого-нибудь так сильно, чтобы вытеснить из памяти бывшего жениха.

— Интересная у тебя логика! Подумать только, а я решила, что ты чрезвычайно проницателен! — процедила Калинда сквозь зубы, внезапно разозлившись.

— Пойми, тебе необходимо увлечься кем-то, чтобы заменить воспоминания реальными чувствами. — Рэнд потянулся к ней, и Калинда, слишком поздно сообразив, чего он хочет, не успела отодвинуться.

— Рэнд, не надо…

— Подари мне эту ночь, Калинда, — горячо прошептал он, схватив ее за плечи. — Всего одну ночь…

— Самовлюбленный глупец! Почему ты уверен, что ночь, проведенная с курортным волокитой, заставит меня забыть о другом мужчине? Как ты смеешь предлагать мне такое?

Она не договорила — Рэнд бросил ее на одеяло и завел ей руки за спину. Эта железная хватка кое-что напомнила ей, но не события двухгодичной давности, а вчерашний вечер.

— Вчера ты не думала о Дэвиде Хаттоне, так ведь? — спросил он, крепко держа ее руки.

В его потемневших глазах разгорался огонь желания. — И почему-то мне кажется, что сейчас ты тоже не вспоминаешь о его поцелуях.

— Рэнд, послушай, — умоляюще сказала Калинда, понимая, как опасно раздражать его. Придется призвать на помощь логику и здравый смысл, если она хочет его успокоить. — Я не страдаю от тоски по Дэвиду Хаттону. Да, я сержусь на него, потому что не забыла о его предательстве, но я не люблю его! Поверь мне… Я просто хочу с ним рассчитаться. Это называется справедливостью!

— Это называется глупостью! — отпарировал Рэнд, прижимаясь к ее груди, прикрытой легкой тканью туники. Свободной рукой он погладил ее шею. Тело Калинды пронзила невольная дрожь, что не ускользнуло от внимания Рэнда.

— Уверяю тебя, насилие не лучший способ совращения.

Его пальцы добрались до раскрытого ворота туники.

— Кто знает? — хищно усмехнулся он. — Может быть, деловые женщины требуют необычного подхода?

— Отпусти меня, Рэнд! — решительно потребовала Калинда. Собственная беспомощность приводила ее в ярость.

Его лицо смягчилось, а в голосе послышались новые, ласковые нотки.

— Дорогая, разве ты не видишь, что собираешься совершить ужасную ошибку? Ты сама сказала, что я обладаю незаурядной проницательностью. У меня действительно очень развита интуиция. Так послушай моего совета. Каковы бы ни были твои мотивы, риск слишком велик. Кроме того, я, между прочим, мужчина и, поверь мне на слово, могу представить себе реакцию другого мужчины в той ситуации, которую ты задумала.

— Ну и как бы ты поступил на месте Дэвида? — прошептала Калинда. В ожидании ответа ее глаза широко раскрылись. Она и сама толком не знала, почему задала этот вопрос. Где-то в вышине шумели сосны, солнечные лучи пробивались сквозь их густые кроны. Калинда остро ощущала необычайную силу и тепло, исходящие от Рэнда, он казался частью окружающей их дикой и величественной природы. Чистый терпкий запах его кожи щекотал ей ноздри, кружа голову и вызывая дрожь в теле.

— Мне нелегко ответить, — признался он, — потому что я ни за что не расстался бы с тобой.

— Так я тебе и поверила, — возразила Калинда. — Убеждена, что ты мастер расставаться с женщинами!

— Если бы я все же оказался на месте Хаттона по какой-то причине, — невозмутимо продолжал Рэнд, игнорируя ее язвительное замечание, — я не стал бы сидеть как пай-мальчик и выслушивать твою отповедь. Если бы я приехал в курортный городок, затерянный в горах, в надежде возродить старую любовь, я бы добился своего, черт побери, хотя бы частично. Ты оказалась бы в моей постели, Калинда, вольно или невольно.

— Но ты не Дэвид!

— Да, я на него не похож, слава Богу, — согласился он и приник к ее губам с такой страстью, что у Калинды дух захватило. Ей пришлось признаться себе: она ждала этой минуты с самого утра.

Не отрываясь от ее губ, Рэнд расстегнул одну за другой все пуговицы на ее тунике. Когда его пальцы коснулись ее груди, не скованной лифчиком, Калинда задрожала. Ее пальцы скользнули в распахнутый ворот его рубашки, впиваясь в кожу, и тело Рэнда тут же откликнулось на ласку.

— Калинда… Калинда… — простонал Рэнд, прижимая к себе ее бедра. — Подари мне только одну ночь, большего я не прошу. Клянусь, к утру ты забудешь Хаттона.

Он гладил ее колени, обтянутые белыми брюками, пытаясь осторожно раздвинуть их. Его рука поднималась все выше, и Калинда судорожно вздохнула. Губы Рэнда припали к ее шее, потом спустились ниже, к набухающим соскам.

— О-о, Рэнд! — тихо вскрикнула она. — Я не должна позволять тебе… не должна… Это безумие…

— Расслабься и ни о чем не беспокойся, — пробормотал он, на секунду отрываясь от ее атласной кожи. — Что плохого в том, что двое вдруг нашли друг друга?

Прежде чем Калинда успела призвать на помощь остатки здравого смысла, зубы Рэнда легонько тронули ее сосок, и все ее тело пронзили электрические волны. Рука, скользившая вверх по ее ноге, добралась до низа ее живота и замерла. Калинда закрыла глаза, чувствуя, что вся горит как в огне.

— Ты таешь в моих руках, словно воск! — с радостным удивлением воскликнул Рэнд, не убирая руку. — Ты нужна мне — вся, целиком. Я хочу утонуть, раствориться в тебе. Никогда в жизни я не испытывал ничего подобного, ни одну женщину не желал так страстно…

Не помня себя, Калинда выгнула спину, бессознательно усиливая сладкую тяжесть его горячего прикосновения. Ее руки, будто сами по себе скользившие по спине Рэнда, задержались, наткнувшись на пояс джинсов. Потом осторожно проникли внутрь. Рэнд издал хриплый стон.

— Дотронься до меня, — умоляюще шепнул он, расстегивая молнию на ее брюках. — Какое наслаждение чувствовать прикосновение твоих рук, таких нежных, таких горячих.

Словно отвечая на его мольбу, Калинда медленно расстегнула пряжку на его поясе. Дрожь пронзила его сильное тело, и Калинда впервые ощутила свою женскую власть. Сознание того, что она вызывает в нем такое страстное желание, доставило ей огромную радость. Внутренний голос подсказал ей, что Рэнд — единственный мужчина, над которым она хотела бы властвовать безраздельно.

Нежными, ласкающими движениями она гладила его напрягшееся тело, чувствуя его возбуждение. Рэнд заметался под ее легкими, как крылья бабочки, прикосновениями, словно его пронзали лазерные лучи, и выкрикнул ее имя с такой страстью, что она вздрогнула.

Стараясь усилить его наслаждение, Калинда сама все больше отдавалась магии любовных ласк. Когда он дотронулся до ее обнажившегося живота, она уткнулась лицом в его плечо, заглушая рвущийся из груди крик.

— Не может быть, чтобы ты сейчас думала о другом мужчине, — охрипшим голосом прошептал Рэнд, прижимаясь губами к ее груди. — Это невозможно! Ты моя!

— Да, — тихо подтвердила она, — я думаю только о тебе, Не понимаю, что со мной происходит…

— Так и должно быть. Растворись во мне, дорогая, забудь обо всем…

Волны желания накатывали на нее, где-то глубоко внутри разгоралась непреодолимая, неведомая ей прежде жажда, заглушавшая голос рассудка.

Прерывисто вздохнув от удовольствия и радостного предвкушения, Рэнд перевернулся на спину и потянул Калинду за собой. Она покачнулась, теряя равновесие, и упала ему на грудь, не в силах противостоять страстному призыву, горящему в его глазах.

Покрывая поцелуями его плечи, Калинда распахнула на его груди спортивную рубашку и погрузила пальцы в завитки жестких волос.

— Шалунья, — шепнул Рэнд и ущипнул ее за бедро.

Калинда вскрикнула от наслаждения, смешанного с болью.

— Тебе известно, что ты представляешь большую опасность для мужской половины рода человеческого? — шутливо осведомился он.

— Ничего подобного! — горячо запротестовала она, трогая языком его живот. — Я вовсе не такая. Сама себя не узнаю, — с искренним недоумением добавила она. — Ума не приложу, что со мной делается… — Она встряхнула головой, светлые волосы рассыпались по плечам. — Никогда в жизни я не испытывала таких чувств. Это ты свел меня с ума, Рэнд Аластер.

Рэнд сжалился над ней и разжал пальцы.

— Я чувствую то же самое. Боже мой, Калинда! Подумать только, ведь мы могли прожить всю жизнь и не узнать, что бывает такая радость. Я почти благодарен Хаттону. Ведь это из-за него ты оказалась здесь.

Калинда застыла в оцепенении. Ее словно окатили ледяной водой. Медленно, с трудом приходя в себя и испытывая растущее замешательство, она подняла голову. Что с ней? Это же настоящее сумасшествие! Они едва знакомы, а она ведет себя с этим человеком так, словно они уже давно любовники.

Встретившись глазами с Рэндом, она поняла, что не сумела скрыть внезапно возникшего отвращения к себе.

— Калинда! — встревоженно шепнул он. — Что-то не так? — Его руки обвили ее талию, не давая отстраниться. — Не смотри на меня так. Я не сделаю тебе больно.

— Я… я знаю, — выдавила она из себя, пытаясь разобраться в своих ощущениях. — Но я не хотела… я не собиралась заходить так далеко… Не понимаю, что ты со мной делаешь, но это нехорошо! Мы… мы не подходим друг другу…

Она вырвалась из его объятий, отвела назад упавшие на лицо волосы и села, мучительно стараясь овладеть собой. Каждое движение давалось ей с большим трудом. Рэнд не сводил с нее пристального взгляда, и постепенно страсть, горевшая в его карих глазах, уступила место холодному отчуждению.

— Проклятье, — пробормотал он. — Все из-за того, что я упомянул имя Хаттона, да? Какой же я дурак! Сам все испортил! Вроде бы мне полагается знать, когда рот лучше держать на замке.

Несмотря на возникшее напряжение, Калинда чуть не рассмеялась, слыша, как он осыпает себя проклятьями.

— Извини, Рэнд, это моя вина. Я слишком увлеклась. Я и правда не знаю, какой бес в меня вселился.

Он пристально смотрел на нее из-под прищуренных век.

— Ты привыкла брать на себя ответственность за все, что происходит с тобой или рядом с тобой, не так ли? Так вот, хочу тебя разочаровать: я виноват не меньше. В конце концов, я первый начал. — Рэнд принял вертикальное положение и запустил руку в свои густые спутанные волосы. — И это я виноват в том, что все так внезапно оборвалось.

— За что я тебе очень благодарна, — вспыхнула Калинда, обиженная его ироническим тоном. — Я не желаю быть твоей подружкой на одну ночь, черт возьми!

— А я не желаю, чтобы ты стала подружкой своего бывшего жениха.

— Сколько раз тебе повторять, что этому не бывать! Я знаю, что делаю, и завтра все будет так, как я хочу!

— Черта с два! Воспоминания об этом мерзавце ослепляют тебя до такой степени, что ты не видишь собственной глупости. Если ты так же управляешь своей компанией, не понимаю, почему она до сих пор не обанкротилась.

— А ты-то что в этом понимаешь? — вспылила Калинда. — Не указывай, как мне жить и работать! Мы принадлежим к разным мирам, и ты не вправе давать мне советы! — Она вскочила на ноги, поправляя одежду и изо всех сил сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Почему ее душат слезы? Откуда у этого человека такая власть над ней? Невероятно!

Рэнд легко поднялся с одеяла и схватил ее за руку.

— Калинда, прости меня! Прошу тебя, поверь мне. Я не хотел тебя обидеть. Но меня в бешенство приводит мысль о том, что…

— Мужчина в твоем возрасте должен уметь держать в узде свои эмоции!

— Пойми, я расстроился не из-за того, что у нас с тобой ничего не вышло. — Он потряс ее за плечи. — Меня сводит с ума твое упорное нежелание понять, что ты подвергаешь себя ненужной опасности. Откажись от своих планов. Позволь мне попытаться переубедить тебя. Я не зря просил тебя провести со мной ночь. Я сумею заставить тебя забыть о Хатгоне!

— Ты так же самонадеян, как и Дэвид! Едва проговорив эти слова, Калинда осеклась, но было поздно: краска гнева залила загорелое лицо Рэнда. Его пальцы сжали ее запястье, причиняя ей боль.

Подчиняясь внезапному порыву, Калинда робко коснулась его лица и виновато заглянула ему в глаза.

— Прости меня за это дурацкое сравнение, — тихо сказала она. — Я не думаю, что вы с ним хоть в чем-то похожи. Не сомневаюсь, что ты совсем другой.

Она с тревогой Всматривалась в его нахмуренное лицо. Прошло несколько мучительных минут, в течение которых в его глазах поочередно отражались противоречивые чувства. Калинда не хотела обидеть его, ей и в голову не приходило, что он может обидеться. Тем более на нее, ведь они едва знакомы!

— Это удар ниже пояса, — наконец произнес Рэнд ровным голосом.

Под его осуждающим взглядом Калинда вся сжалась и закусила губу.

— Ты прав. Извини меня. — Она не знала, что еще добавить.

Рэнд впился в нее испытующим взглядом, желая убедиться, что она искренне раскаивается, и, казалось, слегка смягчился.

— Справедливости ради надо признать, что ты была не так уж далека от истины, — вздохнул он. — С моей стороны было весьма самонадеянно утверждать, что ты забудешь Дэвида Хаттона, проведя со мной ночь.

Калинда ничего не ответила, и Рэнд принял ее молчание за согласие. С грустной усмешкой он дотронулся ладонью до ее шеи под густыми золотистыми волосами и начал гладить кожу легкими движениями. Против воли Калинда почувствовала слабость в коленях. Ну почему он так действует на нее? Это опасно! Гораздо опаснее, чем свидание с Дэвидом, которое она задумала с единственной целью: отомстить своему бывшему возлюбленному.

— Поверь мне, дорогая, сейчас во мне говорит не мужская самоуверенность, а та самая интуиция, которую ты во мне подметила, — улыбнулся он. — Не хочешь прислушаться?

— Рэнд, мы с тобой не пара и не должны быть вместе, даже временно, — печально произнесла Калинда. — Можешь ты это понять? Мы совершенно разные люди. Тебе нужна женщина другого склада: мягкая, покладистая, не слишком требовательная, любящая природу… Может быть, художница, как и ты…

— А ты у нас энергичная, деловая женщина, сделавшая карьеру в жестоком мужском мире, которой нужно все самое лучшее, так? — закончил за нее Рэнд. — Ты знаешь, чего хочешь от жизни, и уверена, что не найдешь во мне требуемых качеств. Я не соответствую твоему представлению об идеальном спутнике жизни. Кто я такой? Ленивый, никчемный бездельник, сидящий с удочкой на озере и сбывающий по сходной цене ремесленные поделки, чтобы не подохнуть с голоду.

Калинда вспомнила о белом «лотосе»и изысканно обставленном доме, но сочла за лучшее промолчать и не спрашивать, на какие деньги все это приобретено. Возможно, ответ не пришелся бы ей по вкусу. Мысль о том, что судьба, вероятно, свела ее с профессиональным альфонсом, неприятно кольнула ее. Подумать только, она чуть было не стала его любовницей! Ей расхотелось уточнять, какая из богатых дамочек, изнывающих от безделья, заплатила за его роскошный автомобиль.

И все же, даже предположив самое худшее, Калинда признала, что доказательств у нее нет. Она же ничего о нем не знает! Следует воздержаться от скоропалительных выводов. В конце концов, он, как и всякий другой, имеет право жить так, как ему хочется.

— Рэнд, прошу тебя, не говори за меня. Давай прекратим этот спор. Согласись только, что мы принадлежим к разным мирам, и все, ладно? Нельзя строить серьезные планы только на основе физического влечения.

— Хотя бы это ты признаешь, — запальчиво вставил Рэнд. — И на том спасибо!

Калинда смущенно улыбнулась и покачала головой.

— Как я могу отрицать очевидное? Нас влечет друг к другу. Но этого недостаточно. Я не гожусь для легких курортных приключений, и точка. И вообще мне пора в мотель.

— Как насчет обеда? — вежливо осведомился Рэнд. — Между прочим, я уже купил бифштексы и вино.

Калинда лукаво взглянула на него.

— И, вероятно, постелил свежие простыни, не так ли?

Легкая улыбка, в которой мелькнуло что-то хищное, осветила его мужественное лицо.

— Как ты догадалась?

— Мне кажется, у тебя всегда один и тот же отработанный ритуал.

— Ничего подобного, — живо возразил он. — На этот раз все по-другому. Никаких стереотипов. Прошу тебя, Калинда, не отказывайся.

— И мы проведем весь вечер в бесплодных спорах? Ты станешь отговаривать меня от свидания с Дэвидом? — вздохнула Калинда.

— Обязательно.

— Веселенькая перспектива. Нет уж, спасибо.

— Клянусь, что не потащу тебя в постель. — Рэнд сделал многозначительную паузу. — Если, конечно, ты сама не пожелаешь. Мы просто пообедаем вместе. Никакого насилия, клянусь.

— Мы же опять поссоримся, если ты начнешь читать мне нотации, — слабо запротестовала Калинда, чувствуя, что ее воля слабеет.

— А у тебя есть на примете более интересное занятие, чем споры со мной? — пробормотал он, лаская ее шею. — Воспользуйся этой возможностью, чтобы доказать мне свою правоту. Убеди меня, что поступаешь правильно.

— Ну как можно отказаться от столь заманчивого предложения! — рассмеялась Калинда, понимая, что хочет встретиться с ним несмотря ни на что.

— Вы, энергичные, деловые женщины, все такие, — усмехнулся он, касаясь ее губ, — не можете не принять брошенный вам вызов!

Глава 4

Рэнд оказался человеком слова, мрачно думала Калинда поздним вечером того же дня, закрывая дверь своего номера в мотеле и подходя к окну, чтобы проводить взглядом белый «лотос», исчезающий в ночной темноте. Рэнд сдержал свое обещание. Никогда в жизни ей не приходилось проводить вечер подобным образом.

Она отвернулась от окна, задернула занавески и криво усмехнулась. Рэнд не дал ей расслабиться ни на минуту, приводил один довод за другим, предпринимал все новые атаки. Она перебирала в памяти его аргументы, несокрушимую уверенность и легкость, с которой он разрушал ее логические построения. Она чувствовала себя совершенно измученной.

Рэнд ошеломил ее своей тактикой. Он все продумал заранее и обрушил на нее стройную систему доводов, и все ради того, чтобы убедить ее в том, что она совершает роковую ошибку, намереваясь свести счеты с Дэвидом Хатгоном.

Несмотря на многозначительные намеки, он даже не попытался поцеловать ее. Калинда покачала головой. Вместо этого он угостил ее вкусным обедом, а потом они битых два часа обсуждали «животрепещущую» проблему: стоит ли ей встречаться с Дэвидом. После чего Рэнд проводил ее до дверей номера, заявив на прощанье: «Спроси себя, почему ты вообще позволила мне вмешаться в свои дела. Признайся, Калинда, подсознательно ты хочешь, чтобы тебя отговорили от неминуемого поражения. Вот почему ты сказала мне правду сегодня утром, посвятила меня в свои планы, разве не так? Не для того ли, чтобы я выполнил роль адвоката дьявола?»

Не дожидаясь ответа, он легко сбежал вниз по ступенькам, сел в свой «лотос»и укатил, оставив ее наедине со своими невеселыми мыслями.

Калинда надела атласную ночную рубашку, отороченную кружевом, и скользнула под прохладную простыню. Самое неприятное заключалось в том, что в рассуждениях Рэнда содержалась большая доля истины. Ее продуманный до тонкостей план стал казаться глупым и опасным. Но даже Рэнд при всей своей проницательности не догадался об одном обстоятельстве, которое тревожило ее больше всего.

По мере того как Рэнд умело разбивал в пух и прах ее аргументы, это обстоятельство, о котором она старалась не думать, все чаще напоминало о себе. Калинду беспокоила жена Дэвида.

Чем ближе было свидание с Дэвидом, тем больше эта незнакомая женщина занимала мысли Калинды, она даже специально приехала сюда на несколько дней раньше, чтобы хорошенько обо всем поразмыслить, не отвлекаясь на повседневные заботы. Останься она в Денвере, ей пришлось бы готовиться к приему, который она собиралась устроить на будущей неделе для своих служащих и партнеров по бизнесу. К тому же ей хотелось хотя бы на время избежать общества своих друзей и поклонников.

Калинда приехала в этот маленький курортный городок в горах, чтобы убедить себя в том, что поступает правильно, и именно здесь встретила человека, которому больше подошла бы роль прокурора, а не торговца глиняными горшками.

Калинда никогда не видела Арлин Хаттон, но много слышала о ней: С тех пор как Дэвид разорвал их помолвку, у нее не было недостатка в «доброжелателях», которые взахлеб рассказывали ей о женщине, занявшей ее место.

Арлин была дочерью богатого скотопромышленника из Колорадо. По словам знакомых Калинды, отец выделил Арлин в приданое огромную сумму. Кроме того, по общему мнению, она отличалась необыкновенной красотой. И в довершение всего была на несколько лет моложе Калинды.

Сначала Калинда совсем не думала о жене Дэвида, так как не собиралась отнимать у нее мужа. Но за последнюю неделю ее все чаще тревожила мысль об этой женщине, пребывающей в счастливом неведении и не сделавшей ей, Калинде, ничего плохого. Что с ней будет, когда она узнает, что ее муж втайне от нее встречается с другой женщиной в небольшом городке в горах Колорадо, словно специально созданном для романтических свиданий?

Совестливая от природы, Калинда спрашивала себя: что бы она почувствовала, окажись она на месте этой несчастной? Способность сопереживать другому, войти в его положение частенько мешала ей в делах, но Калинда не могла и не хотела переделывать свою натуру. И теперь, после того как Рэнд не оставил камня на камне от ее доводов и доказал бессмысленность и опасность мести, смутный образ незнакомой женщины неотступно преследовал ее.

Черт бы побрал этого типа! Калинда перевернулась на бок и ударила кулаком ни в чем не повинную подушку. Рэнд Аластер просто зарыл свои многочисленные таланты в землю! При такой целеустремленности и упорстве он мог бы добиться чего угодно! Хотя, может быть, именно это он и сделал, философски заключила Калинда. Судя по всему, его вполне устраивает такой образ жизни и ему хватает рыбалки, керамики и лыжных прогулок, чтобы чувствовать себя совершенно счастливым. Кроме того, к его услугам неограниченный выбор богатых туристок!

Калинда долго лежала без сна, уставившись в потолок. Ей снова вспомнились обида и унижение, которые она испытала два года назад. Дэвид нанес ей тогда сокрушительный удар, тем более ужасный, что это произошло сразу после смерти ее отца, которого она очень любила. Ее родители развелись несколькими годами раньше, и мать уехала в Европу со своим новым мужем как раз в тот год, когда Калинда поступила в колледж. Так что боль от потери отца, а потом и жениха ей пришлось переживать в одиночестве.

Но сейчас ей было нелегко воскрешать в сердце прежние чувства. Она привыкла лелеять мысль о мести, но острота эмоций притупилась. По правде говоря, это произошло не сегодня. Видимо, напряженный труд и достигнутый успех — весьма эффективное средство против сердечных мук.

Очевидно, она ухватилась за представившуюся возможность унизить Дэвида Хаттона просто по привычке мечтать о возмездии. Теперь же угрызения совести и беспощадная логика человека, которого она знала всего два дня, убили даже эту привычку, освободили от нее Калинду. Она опять вспомнила о жене Хаттона и впервые подивилась собственной глупости, заставлявшей ее страстно желать зла такому ничтожеству, как Дэвид. Калинда приняла окончательное решение и провалилась в глубокий сон.

На следующий день ровно в восемь часов утра она набрала служебный номер телефона Дэвида Хатгона. Он уже был на месте, как она и предполагала. При всех своих недостатках Дэвид умел и любил работать. Это было одно из качеств, которыми она так восхищалась в самом начале их знакомства.

— Дэвид, это Калинда, — холодно и деловито начала она.

— Рад тебя слышать. Что, не терпится, дорогая? — самодовольно хмыкнул Дэвид. — Потерпи немного. Я выезжаю около двенадцати и буду у тебя во второй половине дня. Как ты проводишь время? Не скучаешь? В твоей конторе мне сказали, что ты выехала пару дней назад.

— Я предупредила их на тот случай, если ты позвонишь, — подтвердила Калинда. — Но, Дэвид…

— Как я хочу тебя видеть, Кали! Боже мой, сколько воды утекло! До сих пор не могу понять, почему мы расстались, что с нами тогда случилось. Все складывалось так хорошо, — бормотал он в трубку.

Калинда стиснула зубы. Ему прекрасно известно, что случилось два года назад. Он сам был тому причиной! И еще имеет наглость напоминать ей об этом! Жгучая ярость на секунду захлестнула ее, но тут же угасла, уступив место холодной решимости.

— Дэвид, — начала она спокойно, — ничего не получится. Я раздумала и не собираюсь с тобой встречаться. Звоню, чтобы отменить наше свидание. Хотела предупредить пораньше, чтобы ты не тратил зря времени на дорогу.

С минуту Дэвид ошеломленно молчал, потом вкрадчиво произнес:

— Поздновато ты спохватилась, Кали. Струсила в последнюю минуту? Мы же обо всем договорились. Не суетись, дорогая. Подожди несколько часов, я приеду, и мы все спокойно обсудим. Вот увидишь!

Калинда мысленно представила себе, как он сидит сейчас за письменным столом в своей конторе, расположенной на одном из верхних этажей небоскреба в центре Денвера, где находилось главное управление их компании. Что ж, зрелище впечатляющее во многих отношениях. Дэвид Хатгон был привлекательным мужчиной с темно-русыми волосами и черными глазами. Сейчас ему тридцать шесть лет, и, если годы не изменили его, он по-прежнему подтянутый и энергичный. Он всегда хорошо одевался, окружал себя дорогими вещами и восхищался теми, кто поступал точно так же. Когда-то Калинда считала, что они прекрасная пара. Только сейчас она в полной мере осознала, как глубоко заблуждалась. Выйди она за него замуж, он сейчас обманывал бы ее, а не Арлин.

— Я не струсила, Дэвид, я просто передумала. — Калинда заранее решила, как будет вести себя с бывшим возлюбленным. Лучше умолчать о том, что она собиралась посмеяться над ним. Он страшно разозлится и устроит сцену, а у нее нет сейчас сил спорить с ним.

— Почему? — насторожился Дэвид.

— Потому что это нехорошо, и мы оба это прекрасно понимаем. Во-первых, подумай о своей жене, а во-вторых, о нашей репутации. Что, если кто-нибудь обо всем узнает?

— Вряд ли, — с нажимом сказал Дэвид. — Насчет моей жены можешь не беспокоиться. Ты же ничего не знаешь о моей женитьбе, дорогая. Я как раз собирался все тебе рассказать. Наш брак с Арлин — что-то вроде делового соглашения, — намекнул он, словно забрасывая наживку.

Калинда иронически приподняла брови.

— Не посвящай меня в свои проблемы, Дэвид, — спокойно сказала она в трубку. — Я не хочу быть третьей стороной треугольника…

— Кали, милая, перестань, мне не нравится твой тон, — перебил ее Дэвид с некоторым раздражением. — Наши с тобой отношения никого не касаются. Не дергайся и жди меня. Я скоро приеду. Постараюсь выбраться пораньше. Нам надо все обсудить при встрече, а не по телефону.

— Приезжай, если хочешь, Дэвид. Но меня ты уже не застанешь. Я говорю серьезно, наше свидание не состоится. — Калинда чувствовала, что ее терпению приходит конец. Упорство Хаттона начинало действовать ей на нервы. — Давай признаем, что мы чуть было не совершили ошибку, о которой потом пожалели бы, и на том расстанемся.

— Нет! Кали, послушай меня. Ты бы не согласилась встретиться со мной, если бы не испытывала ко мне интерес. Это же ясно! Давай попробуем возродить нашу любовь, не лишай меня надежды…

— Иди к черту, Дэвид! — закричала Калинда с внезапно прорвавшейся злостью. Ее охватило непреодолимое отвращение и к нему, и к себе. Как это ее угораздило попасть в такое гадкое положение? — Хочешь знать, почему я согласилась встретиться с тобой? Я намеревалась выслушать твои признания и намекнуть, что я не прочь возобновить прежние отношения. Пошла бы с тобой в ресторан, приняла бы твои ухаживания, а когда ты уже торжествовал бы победу — рассмеялась бы тебе в лицо! У меня нет ни малейшего желания крутить с тобой любовь! Если ты этого до сих пор не понял, ты просто идиот! Неужели ты думаешь, что я могу снова влюбиться в тебя после всего, что ты мне сделал два года назад? Ты собственными руками разрушил наши отношения. Не хочу ворошить старое. Разбитую чашку не склеишь. Прощай, Дэвид… И не звони мне больше.

Калинда бросила трубку на рычаг и вскочила на ноги. Проклятье! Она вовсе не собиралась выкладывать ему всю правду, но он сам напросился. Ей хотелось выпутаться из липкой паутины, которую он плел вокруг нее, и она предложила ему разумный выход: расстаться спокойно и достойно. Он сам виноват в том, что она вспылила. Это он довел ее до того, что она в припадке гнева сказала ему все как есть. У нее просто не выдержали нервы.

Калинда оглядела небольшую комнату мотеля, сгорая от нетерпения поскорее покинуть ее. Больше ей здесь делать нечего. Решение принято и выполнено. Она немедленно уедет отсюда, оставив позади неприятные воспоминания об окончательном разрыве с Дэвидом.

Подойдя к стенному шкафу, Калинда начала торопливо укладывать вещи в кожаный чемодан. В кремовой блузке, которая была на ней в день приезда, и в брюках цвета хаки, с гладко зачесанными назад волосами она снова казалась воплощением спокойствия и уверенности в себе. Да, она приняла правильное решение.

Вернее, Рэнд Аластер заставил ее принять решение, усмехнулась она, забрасывая чемодан в свой серебристый «мерседес».

Было уже около девяти часов, когда Калинда рассчиталась с администрацией мотеля. Интересно, что сейчас делает Рэнд, думала она, усаживаясь за руль. Наверно, ему все же любопытно узнать, что она в конце концов решила.

Положив руки на руль, Калинда уставилась прямо перед собой. Рэнд не выходил у нее из головы. Как странно, что они никогда больше не увидятся: он так стремительно вошел в ее жизнь и за два дня сумел растревожить ее душу, смешать все привычные представления…

Но ведь разлука неизбежна. Между ними не может быть ничего серьезного, прочного. Рэнд доволен своим безмятежным, беззаботным существованием на лоне природы, а Калинда рождена для бурной, напряженной жизни в большом городе. Наверняка вскоре найдутся женщины, которые утешат его, а с наступлением зимы он, вероятно, совсем забросит свой магазин, откроет лыжный сезон и по вечерам будет развлекаться с очередной подружкой.

Решительным жестом Калинда включила зажигание и вывела машину со стоянки. Нет, Рэнд — не герой ее романа, это точно. Ей нужен другой человек, близкий по духу и жизненным устремлениям. В общем, похожий на нее. — Случайная связь, редкие встречи по выходным, когда она сумеет выбраться в горы из Денвера, — все это не для нее…

Однако Калинда нисколько не удивилась, когда ее серебристый автомобиль словно сам по себе свернул на узкую дорогу, ведущую к дому Рэнда. Ну и что такого? — оправдывалась она перед собой. Заедет на минутку, чтобы попрощаться. Рэнд вправе узнать, что его уговоры возымели действие. Похоже, он искренне озабочен ее судьбой.

Через несколько минут Калинда въехала на стоянку возле дома Рэнда и поставила свой «мерседес» радом с «лотосом». Элегантный белый автомобиль снова напомнил ей о том, что Рэнд вполне может оказаться профессиональным альфонсом, живущим за счет богатых женщин. Калинда нахмурилась и твердо сказала себе, что он недостоин ее внимания. Сейчас она простится с ним, и они расстанутся навсегда. Как корабли, случайно встретившиеся в ночи…

Она осторожно постучала в дверь. Лучи нежаркого утреннего солнца пробивались сквозь мохнатые лапы сосен, окружавших дом. Вокруг царила умиротворяющая тишина. Где же хозяин? Вообще-то она понятия не имеет о его привычках. Может, он сидит с удочкой на озере или еще спит. Или почувствовал неожиданный прилив энергии и решил заглянуть в свою галерею?

Она все еще мысленно перебирала причины, объясняющие его отсутствие, когда дверь внезапно распахнулась.

При виде Рэнда, стоявшего на пороге, заготовленные слова мгновенно вылетели у Калинды из головы. Он выглядел просто ужасно. Всклокоченные волосы торчали во все стороны, в потемневших карих глазах притаилась такая отчаянная боль, что у Калинды невольно сжалось сердце. На нем были застиранные старые джинсы и расстегнутая на груди белая рубашка с закатанными рукавами. В руке он держал чашку с дымящимся кофе.

С минуту они молча смотрели друг на друга. Уловив невероятное напряжение, в котором находился Рэнд, Калинда попыталась разрядить атмосферу.

— Рэнд, я… я заехала сказать тебе. Что… — запинаясь, начала она.

Рэнд отпустил ручку двери и поставил чашку на столик. Безжизненное выражение его глаз исчезло, они заблестели от радости. Он шагнул вперед и взял лицо Калинды в руки, чтобы она не могла отвернуться.

— Ты хочешь сообщить мне, что не встретишься сегодня с Хаттоном, — уверенно заявил он.

— Да, — просто сказала она, чувствуя, как знакомый жар начинает разливаться по телу. Рэнд выглядел таким измученным, что ей захотелось обнять его и утешить.

— Наконец-то ты пришла, — хрипло прошептал он, нежно привлекая ее к себе. — Я не спал всю ночь, ходил из угла в угол, как зверь в клетке, и все из-за тебя, Калинда Брейди. Слава Богу, ты явилась и прекратила мои мучения.

Прежде чем она успела собраться с мыслями, Рэнд жадно приник к ее губам. Отвечая на поцелуй, Калинда поняла, что привело ее сюда. Вовсе не желание попрощаться…

— Я был уверен, что убедил тебя, — прошептал он, отрываясь от ее губ. — Почти уверен. Но все же допускал, что могу и ошибиться.

— Ты часто ошибаешься в людях? — тихо спросила Калинда, кладя руки ему на грудь.

— Очень редко, — так же тихо ответил он. — Раньше это было неважно, но на этот раз мне хотелось оказаться правым.

Он снова поцеловал ее, раздвигая языком ее губы и проникая в горячую сладость ее рта.

Калинда задрожала, здравый смысл покинул ее. Когда его руки заскользили по ее спине, она поняла, что уступает непреодолимой страсти, которой никогда не ощущала раньше.

Услышав тихий стон, слетевший с ее губ, стон наслаждения, подтверждавший неизбежность происходящего, Рэнд еще крепче прижал ее к себе, отвечая ей хриплым вздохом, идущим из глубины его существа.

Его пальцы нащупали ее позвоночник и двинулись вверх, посылая по всему телу чувственные волны. Мускулистые бедра прижались к ее бедрам. Она застонала в ответ.

— Я хотел обладать тобой с первой минуты, — пробормотал он, покрывая поцелуями ее шею. Она уткнулась лицом в его плечо и таяла от удовольствия, чувствуя прикосновение его зубов к своей коже.

Блузка и кружевной лифчик полетели на землю. Утреннее солнце осветило ее обнаженную до пояса фигуру, и до слуха Калинды донесся восхищенный возглас Рэнда. Он, не торопясь, вынул шпильки из ее скрученных в узел волос.

— После бессонной ночи я еле держусь на ногах. Выпил столько кофе… Просто чудо, что я вообще способен соображать. Никогда я так не сомневался в своей правоте… А сейчас чувствую себя превосходно! — воскликнул Рэнд. Калинда погладила его по спине, запуская руки под белую рубашку.

— О Рэнд, — пробормотала она беспомощно, касаясь губами его загорелой шеи. — Я не должна быть здесь…

— Но ты здесь, и это главное. Все остальное не имеет значения, — прервал он ее хриплым от страсти голосом. Он весь дрожал от прикосновения ее горячих губ, и Калинду пронзило острое наслаждение, оттого что она способна подарить мужчине такую радость. Чистое безумие, думала она, которое, несомненно, скоро пройдет, но ей уже двадцать девять лет, а она еще ни разу не испытывала ничего подобного. Внезапно она преисполнилась решимости изведать глубины настоящего желания, пройти этот путь до конца. Когда она вернется в Денвер, у нее будет сколько угодно времени, чтобы корить себя за мимолетную связь со случайным знакомым. Судьба дарит ей возможность почувствовать себя настоящей женщиной, ощутить блаженство разделенной страсти, которое может никогда больше не повториться. Миг счастья, а там будь что будет. — Калинда, я так хочу тебя… Я очень боялся, что ты не придешь…

Она молча покачала головой и опустила глаза, не в силах выдержать обжигающее пламя его взгляда. Длинные ресницы затрепетали, отбрасывая тени на нежные щеки. Она и сама не знала, что придет к нему вот так… И в эту минуту не хотела думать, правильно ли поступает. Она прижалась к нему так порывисто, что сама удивилась, и, запустив пальцы под пояс его джинсов, почувствовала, как напряглись его мускулистые бедра.

— Почему мы здесь стоим? Я знаю место, где нам будет гораздо удобнее, — сказал он, подхватывая ее на руки. Калинда прижалась губами к его обнаженному плечу и закрыла глаза. Рэнд направился через холл, покрытый кремовым ковром, в спальню, отделанную в бежевых и коричневых тонах.

В спальне он осторожно положил ее на широкую кровать, залитую солнечным светом. Ее густые волосы рассыпались по золотистому покрывалу. С минуту он стоял у кровати, любуясь Калиндой, потом присел рядом и погрузил руки в ее волосы.

— Они почти такого же цвета, как мое покрывало, — улыбнулся он, перебирая волнистые пряди. — А твоя кожа светится на солнце, как драгоценный фарфор. — Не сводя с нее горящих глаз, он медленно расстегнул пояс ее брюк и потянул их вниз.

Он раздевал ее ласкающими, подчеркнуто неторопливыми движениями, гладя каждый дюйм атласной кожи, открывавшейся его взгляду. Сняв с нее брюки, он начал гладить ее ноги от щиколоток до колен, словно рисуя невидимые затейливые узоры. Когда он добрался до бедер, Калинда вся дрожала от желания.

Довольный произведенным эффектом, Рэнд на секунду оставил ее, торопливо сбросил джинсы и лег рядом.

— Утром я позвонила Дэвиду и хотела сразу же ехать в Денвер, — шепнула Калинда, обнимая его. — Но поняла, что не могу уехать, не повидавшись с тобой…

— Я бы с ума сошел, если бы ты исчезла из моей жизни.

Он прильнул губами к нежному изгибу ее плеча, щекоча кожу языком, а рукой властно коснулся ее груди. Отвердевший под ладонью сосок возбудил его еще больше, и Калинда ощутила, как напряглось его тело.

— Ты действительно не спал всю ночь? — задыхаясь, спросила она.

— А что, не похоже? — усмехнулся Рэнд. — Стоило помучиться, чтобы утром открыть дверь и увидеть тебя. Я с первого взгляда понял, что мне больше не о чем беспокоиться.

Он обвел пальцем ее сосок и коснулся нежного живота, следуя за рукой губами. Когда он припал к жаркой плоти между ее ног, Калинда задержала дыхание и судорожно обхватила его шею.

— О-о, Рэнд! Ты сводишь меня с ума. Какая сладкая мука…

Он погладил ее бедро, и Калинда непроизвольно согнула ногу в колене.

— Я знаю, что ты чувствуешь, — хрипло бормотал он. — Расставшись с тобой вчера, я обругал себя дураком. Я должен был настоять на своем, невзирая на твои протесты. Но я хотел, чтобы ты сама пришла ко мне, как сейчас…

— Похоже, ты знаешь меня лучше, чем я сама, — прошептала Калинда. Ее дыхание участилось, волны желания захлестнули ее.

— А теперь я собираюсь узнать тебя еще лучше, — пообещал Рэнд. — Я хочу сделать тебя своей, Калинда Брейди, сейчас, немедленно!

Неукротимое пламя, горящее в его взоре, обожгло ее. Голова у нее закружилась, она больше не владела собой.

Рэнд приподнялся, и через секунду его сильное тело нависло над ней, обдавая жаром. Калинда потянулась к нему и поняла, что он не спешит слиться с нею, желая оттянуть миг блаженства.

— Рэнд, умоляю, — пробормотала она, дрожа как в лихорадке. — Прошу тебя, Рэнд, возьми меня…

В ответ он немного приблизился, сводя ее с ума своей сладострастной медлительностью.

— Скажи мне, — потребовал он властно и в то же время умоляюще, — скажи, что хочешь меня, что я тебе нужен…

— Больше всего на свете, — призналась она, запрокинув голову и выгибаясь всем телом. — Со мной это впервые… Я хочу тебя, хочу быть с тобой! — Это была правда. Никогда она не испытывала такой «всепоглощающей жажды, никогда не желала мужчину с таким самозабвением.

— И я тоже, — хрипло отозвался он. — Я хотел услышать это от тебя. Я должен был знать наверняка.

Он сжал ее плечи и накрыл ее трепещущее тело своим. У Калинды перехватило дыхание, она прильнула к нему, инстинктивно стремясь вобрать его в себя, стать его частичкой.

Рэнд держал ее так крепко, что они, казалось, стали единым существом.

— Господи, дорогая моя, — прошептал он. — Ты горишь как в огне…

Калинда стонала от наслаждения, с восторгом откликаясь на древний, неподвластный рассудку зов плоти, из века в век соединяющий мужчину и женщину.

Потрясенная ощущением, которого так жаждала, она вскрикнула, судорога сжала горло. Нарастающее с каждой секундой напряжение наконец разрешилось с оглушающей силой.

С приглушенным стоном удовлетворенного мужского желания и триумфа Рэнд благодарно прижал к себе ее содрогающееся тело.

— Калинда, моя дорогая Калинда, — повторял он снова и снова.

Солнце освещало их блестящие от пота нагие тела. Свежий ветер с гор проникал в открытое окно, смешиваясь с терпким ароматом страсти, и Калинда жадно вдохнула его.

— Скажи мне правду, Калинда, — начал Рэнд. — Ты не жалеешь, что не встретилась с тем, другим? Совсем не жалеешь?

Она шевельнулась, открыла глаза и с удивлением увидела в его взгляде тревожное ожидание.

— Конечно, нет, — мягко улыбнулась она. Рэнд опустил ресницы, и она почувствовала, что он признателен ей за такой ответ.

— Вчера ты меня очень напугала, — признался он, откидываясь на подушки и глядя в потолок.

— Почему-то мне трудно представить тебя испуганным, — лукаво сказала Калинда.

— Посмотрела бы ты на меня в четыре часа утра!

— Ты так сильно за меня беспокоился?

— Если бы ты не появилась сегодня до полудня, я взял бы инициативу в свои руки. Я не допустил бы этого свидания, Калинда. Ты не понимала, чем рискуешь. — Он покачал головой, словно представив себе опасность, подстерегавшую ее.

— Приятно, что ты так обо мне заботишься, — пробормотала она, — но риск был не так уж велик. Дэвид не склонен к насилию.

— Ты слишком наивна, дорогая моя, — усмехнулся он, ласково ероша ее волосы, и без того достаточно спутанные, и заглянул ей в глаза. — Но дело не только в этом. Даже если опасность насилия с его стороны была маловероятна, я боялся и еще кое-чего!

— Что я поддамся его обаянию? Этого бы не случилось, Рэнд, поверь мне!

— Но ты испытывала к нему такие сильные чувства, — настаивал он.

— Ничего подобного. Ты вовремя раскрыл мне глаза. Я привыкла ненавидеть его и хотела наказать за предательство. Благодаря тебе я поняла, что ненависть разрушает меня, это была дорога в никуда… Слава Богу, теперь все позади. Кроме того, мне не давала покоя мысль о его бедной жене. В конце концов я поздравила себя с тем, что не оказалась на ее месте. А ведь была близка к этому!

— Как он среагировал, когда ты ему позвонила?

Калинда пренебрежительно приподняла плечо.

— Естественно, разозлился. Я объяснила, почему мы не должны встречаться. Из-за его жены, моей репутации. Сказала, что мы взрослые, разумные люди и должны все правильно оценить и не совершать ошибку.

— И он согласился? — Карие глаза Рэнда сузились.

— Уговаривал меня остаться здесь и подождать его приезда. Предложил обсудить все спокойно и не по телефону. В конце концов мне это надоело, и я выложила ему всю правду, ну… что согласилась с ним встретиться, потому что хотела отомстить. Потом велела не звонить мне больше никогда и повесила трубку.

— М-м…

— Что это должно означать? — встревожилась Калинда, удивленная его ироническим тоном.

— Да так, ничего, дорогая. Потом поговорим. — Он зевнул и потянулся. — Черт, у меня совсем нет сил! Что ты со мной сделала? — шутливо спросил он, с любовью глядя на Калинду.

— Я тут ни при чем. Ты устал оттого, что всю ночь не спал, и, между прочим, без всякой причины.

— Вовсе нет, у меня была причина, — сонно пробормотал он, — но она здесь со мной в постели, слава Богу. Ты не обидишься, дорогая, если я немного посплю? — Он просительно взглянул на нее.

У него был такой измученный вид, что Калинда невольно улыбнулась и почувствовала к нему нежность, какой не испытывала ни к кому, никогда. Погладив его по небритой щеке, она покачала головой:

— Нет, конечно.

— Нам надо столько всего обсудить, — пробормотал он, засыпая. Глаза Калинды наполнились слезами. Она зажмурилась, чтобы не расплакаться, и замерла в ожидании. Через некоторое время рука, обнимавшая ее за плечи, расслабилась, Рэнд крепко спал, утомленный бессонной ночью.

Прекрасно понимая, что конец этого романтического приключения может быть только один, Калинда медленно поднялась, стараясь не разбудить Рэнда, прикрыла его золотистым покрывалом и начала одеваться.

Глава 5

Калинда стояла у окна своего кабинета и рассеянно смотрела на расстилавшийся далеко внизу город. За последние годы Денвер, расположенный на равнине, окаймленной на западе горной грядой, стал центром деловой жизни штата Колорадо.

Энергетический бум, в недавнем прошлом потрясший страну, вызвал приток капитала, стимулировавшего развитие других отраслей промышленности. Сверкающие небоскребы, построенные в центре города, служили лучшим тому доказательством.

В прошлом веке главной приманкой этих мест были золотые прииски. Позже обнаруженные здесь большие запасы нефти, угля и урана привлекли сюда предприимчивых авантюристов и спекулянтов. С течением времени они становились добропорядочными гражданами и горячими патриотами Денвера.

Не в последнюю очередь это превращение объяснялось близостью Скалистых гор с их прекрасными возможностями для отдыха. Зимой здесь выпадал обильный снег, привлекающий в Денвер любителей горнолыжного спорта со всего света. Многие утверждали, что горы в Колорадо ничуть не хуже европейских Альп. Летом же у туристов просто дух захватывало от живописных каменистых утесов, громоздящихся посреди зеленых долин.

О чем я только думаю, одернула себя Калинда, с отвращением отвернувшись от окна. Неужели я обречена вспоминать случайную встречу в горах, стоит мне только подойти к окну?

Сколько потребуется времени, чтобы забыть о мимолетном курортном приключении? — в сотый раз спрашивала она себя, наливая чашку чая и хмуро оглядывая кабинет. Пол был устлан мягким ковром цвета беж, в углу стоял массивный письменный стол из красного дерева, перешедший ей по наследству от отца, когда она заняла его место. Ей не особенно нравилась строгая обстановка комнаты, но средства компании были ограниченны, и их приходилось тратить на более насущные нужды, чем ремонт кабинета президента фирмы.

Калинда пила чай, пытаясь сосредоточиться на аудиторском отчете, разложенном на столе. Необходимо немедленно выбросить из головы Рэнда Аластера, забыть о нем навсегда! Лучшее средство для этого — работа. О чем она только думает? Ей следует беспокоиться о приеме, который она устраивает сегодня вечером, а не о человеке, которого она оставила спящим в доме у озера. Усилием воли Калинда заставила себя вникнуть в отчет. Через неделю ей предстоит встреча с советом директоров, и к этому времени она должна иметь полное представление о финансовом состоянии» Брейди дейта процессинг «.

Калинда углубилась в работу. Внезапно раздался телефонный звонок.

— Да, Джордж, — рассеянно произнесла она, нажимая клавишу селектора и не отрывая взгляда от столбиков цифр.

— Мисс Брейди, с вами хочет поговорить Дэвид Хаттон. Соединить?

В бесстрастном тоне Джорджа Барретта слышалось едва уловимое неодобрение. К удивлению многих, Джордж оказался прекрасным секретарем. Сам он считал, что, заняв должность, традиционно считавшуюся» женской «, он выступил против дискриминации по признаку пола. Упорно стремясь стать настоящим профессионалом, он многого добился. Обычно Джордж держался нейтрально, однако порой позволял себе выразить личное отношение к происходящему, но только в тех случаях, когда затрагивались жизненно важные интересы компании.

За последние несколько месяцев, в течение которых Джордж работал секретарем Калинды, она привыкла полагаться на его интуицию. Ему было известно, что обычно она отказывалась разговаривать с Дэвидом Хаттоном. Раз он решился побеспокоить ее, значит, у него имеются на то веские основания.

— В чем дело, Джордж? — спокойно спросила Калинда, откладывая отчет. Ситуация требовала ее безраздельного внимания. — Ты же знаешь, что у меня нет ни малейшего желания общаться с этим человеком.

Барретт молчал. Калинда уловила его нерешительность и представила себе, как он сидит в приемной в элегантном костюме-тройке и бдительно охраняет вход в святая святых компании. Этот привлекательный молодой человек лет двадцати пяти отличался редким присутствием духа и безупречной выдержкой. Сослуживцы поначалу отнеслись к нему с изрядной долей иронии, но очень скоро зауважали и приняли в свой круг как равного. Калинда знала, что ему даже пришлось установить довольно жесткие правила для любителей поболтать в рабочее время, причем вовсе не по требованию Калинды, а по собственной инициативе: необычный секретарь пользовался слишком большим успехом у сотрудниц фирмы.

— У меня такое впечатление, мисс Брейди, что это необычный звонок, — наконец сказал Джордж официальным тоном. — Он отказался объяснить, чего хочет, но я думаю, вам следует с ним поговорить.

Калинда стиснула зубы и недовольно вздохнула.

— Ладно, Джордж, соедини меня с ним. Но если ты ошибся…

— Я все понял, — прервал ее секретарь, — если вы повесите трубку, объясняться с ним придется мне.

Калинда усмехнулась и нажала другую клавишу.

— В чем дело, Дэвид? — холодно спросила она без вступительных церемоний.

— Наконец-то ты соблаговолила ответить, — послышался в трубке знакомый голос. — Твой секретарь, черт бы его побрал, второй день морочит мне голову.

— Он выполняет мои указания. Прошу тебя, Дэвид, переходи к делу, я очень занята. Хотя нам, по-моему, не о чем говорить. — Калинда не ощущала ничего, кроме досады и нетерпения. Все ее чувства к Дэвиду умерли. Жажда мести, заставившая ее согласиться на свидание с бывшим женихом, исчезла. От нее не осталось и следа. Еще и поэтому ей будет трудно забыть Рэнда Аластера.

— Именно это я и собираюсь сделать, дорогая: поговорить о деле, — нараспев произнес Дэвид, и что-то в его тоне заставило Калинду насторожиться. — Зря ты не встретилась со мной, Калинда. Нам было бы сейчас гораздо легче договориться.

— Что ты имеешь в виду?

— Слияние наших фирм. Ты просто чудо совершила. Два года назад все в один голос твердили, что» Брейди» пойдет ко дну. Ты же все перевернула вверх дном и превратила отцовскую фирму в лакомый кусочек. Я намереваюсь отобрать ее у тебя.

От изумления, смешанного с гневом, Калинда потеряла дар речи. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Исключено, — заявила она ледяным тоном. — Мы не заинтересованы в слиянии с кем бы то ни было, и уж менее всего с твоей компанией, Дэвид.

— У тебя нет выбора. На днях я подаю заявку в комиссию по регистрации. Собираюсь заполнить все необходимые документы.

— Что?! — Калинда растерянно смотрела на телефонную трубку. Он подает заявку в комиссию по регистрации? Зачем? Есть только одно объяснение…

— Вот именно, детка, — самодовольно хмыкнул Дэвид, догадавшись, о чем она думает. — Я собираюсь навязать тебе слияние, раз уж ты не захотела обсудить ситуацию при более благоприятных обстоятельствах.

— То есть не переспала с тобой, после чего ты заставил бы меня отдать компанию без боя?

— Совершенно верно, — подтвердил Дэвид. — Я бы предпочел договориться полюбовно, но, поскольку ты заупрямилась, имей в виду: я готов к открытой борьбе. Конечно, мне это обойдется дороже, придется предложить более высокую цену за твои акции, но в конечном счете все расходы окупятся.

— Сколько акций ты уже скупил? — запинаясь, спросила Калинда.

— Около пяти процентов, — гордо заявил Дэвид.

Калинда вздрогнула. Согласно существующим правилам, каждый, кто приобретает более пяти процентов акций какого-либо предприятия, должен подать заявку в комиссию по регистрации. Именно это и собирается сделать Дэвид. Потом он начнет охотиться за остальными акциями «Брейди дейта процессинг», находящимися в свободной продаже на рынке, и в результате приобретет контрольный пакет. Калинду охватил страх. Два года она трудилась без устали, чтобы поставить фирму на ноги! Если Дэвид отберет у нее дело ее жизни, она этого не переживет. А что будет с ее служащими? Как только до них дойдут слухи о грозящей опасности, все полетит к черту. Ничто так не пугает персонал любого предприятия, как слухи о предстоящем насильственном слиянии. Хватит ли у них сил и знаний, чтобы противостоять Дэвиду?

— Зачем ты это затеял? — холодно спросила Калинда, лихорадочно пытаясь выработать тактику защиты. К сожалению, она знала о подобных ситуациях лишь понаслышке и никогда не думала, что такое может случиться с ней.

— О, причины самые обычные, — любезно ответил Дэвид. — У меня имеется излишек наличности, и я хочу пустить свободные деньги в оборот. Я видел твой балансовый отчет, дорогая, и убедился, что «Брейди» как раз то, что нужно.

— И ты смеешь утверждать, что руководствуешься исключительно деловыми соображениями? — зло спросила Калинда.

— О нет, я бы этого не сказал, — усмехнулся Хаттон. — Эта сделка доставит мне огромное удовольствие. Я должен был завладеть «Брейди дейта процессинг» еще два года назад.

— Но тогда ты этого не захотел!

— Я передумал. Благодаря тебе, Калинда. Никто не ожидал, что тебе удастся совершить невозможное. Более того, все были уверены, что «Брейди» вот-вот обанкротится. А теперь, когда ты сделала всю грязную работу…

— Ты решил, что можешь воспользоваться плодами чужого труда? Так вот, Дэвид, имей в виду: без боя мы не сдадимся.

— Сначала все так говорят. Давай, детка, действуй. Так даже интереснее. Побарахтаешься немного и поймешь, что напрасно отменила наше рандеву в горах. Может, ты даже сама предложишь мне встретиться? Вот будет забавно, правда? Интересно, сколько президентов фирм, которым грозило насильственное поглощение, пытались откупиться от «захватчиков» собственным телом? Любопытная мысль, не так ли?

Калинда в сердцах швырнула трубку на рычаг, но уверенный, оскорбительный смех Дэвида еще долго звенел у нее в ушах.

Несколько минут она сидела неподвижно, невидящими глазами уставившись в зеркало, висевшее напротив. В нем отражалась красивая молодая женщина в белом строгом костюме безупречного покроя с узкой юбкой и облегающим фигуру жакетом. Светлые волосы, как всегда, собраны в тяжелый узел на затылке. Воротник желтой шелковой блузки, распахнутый с небрежной элегантностью, открывает стройную шею.

О Господи, в отчаянии думала Калинда, что же делать? В колледже они ничего подобного не проходили. Таким вещам учишься «на улице», в жестокой «партизанской» войне. Калинда знала, как наладить работу компании, как приобрести необходимый капитал, организовать научные исследования, заинтересовать посредников, с тем чтобы они предлагали акции инвесторам. Все это было ей известно. Кое о чем рассказывали преподаватели, многому она научилась на собственном нелегком опыте.

Но игра, которую навязывает ей Дэвид, — совсем другое дело. Подобные несчастья случались с другими компаниями, но она и представить себе не могла, что ее постигнет та же участь! Калинда на секунду прикрыла глаза, упрекая себя в том, что не предусмотрела такого поворота событий. Она допустила серьезную ошибку, не подготовившись заранее. Два года назад главным было спасение «Брейди» от банкротства. Она так увлеклась этой задачей… Ей и в голову не приходило, что, когда дело пойдет на лад, объявится вот такой мерзавец, который захочет вырвать у нее из рук плоды победы.

Особенно тяжело придется руководящему составу «Брейди дейта процессию — „. Как сообщить им эту ужасную новость? Именно директора попадут под удар в первую очередь. Рядовым сотрудникам, скорее всего, ничего не грозит. Новые владельцы оставят их на местах: кому-то ведь надо выполнять обычную работу. Но высшему руководству придется туго. Этих людей, долгие годы проработавших в фирме, уволят обязательно, их должности займут молодые, энергичные ребята из «вражеской“ компании.

Все, чего она достигла за два года, пойдет прахом. Сама она, естественно, вылетит первой.

Так нельзя! Типичное негативное мышление, одернула себя Калинда. Она встала и подошла к окну. Надо бороться. Другого выхода нет. Ее долг — помочь компании сохранить независимость. Завтра утром она пригласит ведущих сотрудников на экстренное совещание, и они вместе подумают, что можно предпринять, разработают стратегию защиты. Калинда печально покачала головой: какой страшный удар их ожидает!

Однако, несмотря на отчаянное положение и необходимость принимать срочные меры, сегодня вечером она практически ничего не сможет сделать. Не отменять же прием! Это повредит ее репутации. Нахмурившись, Калинда уселась за стол и взялась за работу.

Спустя несколько часов прием был в самом разгаре. Калинда на секунду отвлеклась от обязанностей хозяйки дома и критическим взглядом обвела гостиную. Пришли все, кого она пригласила. Здесь были несколько ее партнеров по бизнесу, в основном мужчины. Значит, она должна проявить особое внимание к их женам. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы они ревновали к ней своих мужей. Только этого не хватало! В течение двух лет ей удавалось «держать дистанцию», и сейчас она поздравила себя с тем, что сумела сохранить дружеские отношения с влиятельными бизнесменами, не возбудив при этом подозрений у их жен.

Калинда задумчиво разглядывала хорошо одетых гостей. Мужчины — в дорогих костюмах, женщины — в элегантных вечерних платьях. К кому из них обратиться за советом и профессиональной консультацией? Непременно нужно с кем-нибудь поделиться. С человеком, который знает, как поступать в таких ситуациях, как противостоять грязным методам, применяемым в игре без правил. К сослуживцам обращаться бесполезно. Вряд ли она получит от них дельный совет, ведь никто из них не сталкивался ни с чем подобным.

Ее размышления прервало появление симпатичной пожилой дамы в шифоновом платье, благоухающей французскими духами.

— Калинда, дорогая моя! Спасибо тебе огромное за прелестную акварель, которую ты подарила нам с Гарольдом. Как мило, что ты вспомнила о нас на отдыхе! Впрочем, неудивительно: твой папа был чутким и отзывчивым человеком, а ты вся в него!

— Рада, что вам понравилось, — улыбнулась Калинда, вспоминая, какую цену заплатила за акварель, купленную в галерее Рэнда. Курортное приключение…

— Картина прекрасно смотрится в берлоге Гарольда. А ты сегодня выглядишь просто потрясающе! — прибавила миссис Себастьян, с искренним восхищением оглядывая ее шелковое платье винно-красного цвета с ярко-синими разводами. Воротник и манжеты были отделаны золотой тесьмой. Платье придавало облику Калинды что-то восточное и чрезвычайно шло ей. Легкая ткань мягко облегала небольшую грудь и округлые бедра.

— Благодарю вас, — сказала Калинда и сделала гостье ответный комплимент. Потом побеседовала с супругой одного из своих директоров и, извинившись, отправилась проверить, накрыт ли стол с закусками.

Ее окружал веселый гомон и смех гостей, заполнивших изысканно обставленную квартиру. Сочный зеленый цвет пушистого ковра отлично сочетался с персиковой узорчатой обивкой мебели.

Насыщенные зеленые и желтоватые тона подчеркивались яркими вкраплениями белого — расставленными кое-где настольными лампами и низким квадратным журнальным столиком со стеклянной поверхностью. Длинный обеденный стол, тоже белый, стоял у стены, сплошь покрытой зеркалами, в которых отражались блюда с закусками.

Принимая гостей, Калинда обычно не считалась с расходами, полагая, что это только на пользу бизнесу. Нет, не правда, улыбнулась она, дело совсем не в этом. Просто ей нравилось устраивать приемы. Но сегодня все удовольствие отравляла мысль о неожиданной опасности, дамокловым мечом нависшей над ее головой. Да и кто бы на ее месте радовался жизни в такую минуту?

Немногие из присутствующих знали, что хозяйка дома сама приготовила маленькие бутерброды и оригинальные салаты. Большинство же считало, что она наняла для этого поваров из ресторана. Калинда никого не разубеждала. Зачем гостям знать, что кулинария помогала ей отвлечься и расслабиться? Она и сама совсем недавно поняла, что, проведя несколько часов на кухне, полностью забывает о служебных заботах.

Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, Калинда обернулась и увидела приближающегося к ней Колина Уэйна. За последнее время она встречалась с ним после работы раза два или три и убедилась, что ей приятно находиться в обществе этого остроумного, обаятельного человека. Колину было чуть больше тридцати, его голубые глаза постоянно искрились сдерживаемым смехом, светлые волосы всегда тщательно уложены. Недавно Калинде стало известно, что он с успехом играет на фондовой бирже Денвера.

— Прекрасный вечер, Калинда, — приветствовал ее Колин, широко улыбаясь, и потянулся за крекером с черной икрой. — Ума не приложу, как тебе удается столь напряженно работать и при том устраивать такие замечательные приемы! Знаешь, из тебя вышла бы отличная домохозяйка!

— Вот тебе раз! Поглощаешь приготовленную мной еду — и говоришь гадости. Тебе не стыдно? — с притворным возмущением заявила Калинда.

— Знаю-знаю, карьера тебе дороже всего. Но это только потому, что ты еще не встретила мужчину своей жизни. Когда-нибудь…

— Съешь лучше еще один крекер с икрой, — перебила его Калинда. — Мы оба знаем, что это не для меня. Я бы со скуки умерла, если бы мне пришлось сидеть дома.

— Не буду спорить. Я бы и сам этого не вынес.

— Что-то мне трудно представить тебя в роли заботливой хозяюшки, — засмеялась Калинда.

— И все же, — весело продолжал Колин, — если бы нашлась женщина, которая создала бы мне подобный уют и окружила заботой… — Он обвел многозначительным взглядом изысканную обстановку и в упор посмотрел на Калинду. Та лукаво улыбнулась и отрицательно покачала головой.

— Не надо на меня смотреть, — поспешно сказала она.

— Как насчет брака по расчету? — жизнерадостно предложил Колин, отправляя в рот очередной крекер с икрой. — Я бы следил за передвижением твоих акций, а ты осуществляла бы общее руководство. Между прочим, спрос на твои акции заметно возрос, — добавил он с хитрой усмешкой.

Калинда бросила на него быстрый взгляд и натянуто улыбнулась.

— Ты это заметил?

— А как же! И цена, кстати, тоже растет. Не хочешь открыть мне свой секрет, дорогая? Всегда рад распространить хорошую новость, если это на пользу делу. Собираешься выбросить на рынок что-то новенькое?

— Приятно сознавать, что ты любишь меня бескорыстной любовью и бизнес тут ни при чем, — отшутилась Калинда, не желая посвящать Колина в свои проблемы. Спрос на акции «Брейди» возрос потому, что Дэвид начал скупать их! Калинда похолодела.

— Одно другому не мешает, — заявил Колин.

— Что ж, жаль тебя разочаровывать, но ничего новенького у нас нет. Видимо, знающие люди чувствуют, куда выгоднее вкладывать деньги, — пожала плечами Калинда. Она не хотела пока обсуждать угрозы Хаттона ни с Колином, ни с кем-то еще. Сначала надо обдумать создавшееся положение, принять какое-то решение. Проклятье! Ей необходим совет профессионала! Существуют же юридические фирмы и инвестиционные банки, специализирующиеся на подобных вещах! Как жаль, что среди ее знакомых нет никого, кто мог бы подсказать ей, в каком направлении действовать. Но панике поддаваться нельзя никак, надо сохранять спокойствие.

— Значит, не скажешь? — погрустнел Колин.

— Не сегодня, — твердо сказала Калинда. Интересно, почему она ни разу не вспомнила о Колине с тех пор, как вернулась в Денвер? В глубине души она знала ответ. Вряд ли Уэйн заинтересует ее теперь хотя бы на минутку… Как долго воспоминания о Рэнде Аластере будут преследовать ее? Она опять будет думать о нем, прежде чем заснуть. Так было и вчера, и позавчера…

— Тогда как насчет свидания? В порядке компенсации, — подмигнул Колин. — В городе открылся новый французский ресторан. Говорят, хороший.

Калинда вздохнула.

— Послушай, Колин, я буду очень занята всю неделю, так что пока не могу обещать. — Больше она ничего не успела придумать.

Красивое лицо Колина разочарованно вытянулось.

— Что ж, очень жаль. Может, тогда через неделю?

— Я посмотрю, какие дела у меня намечены, и сообщу тебе, — виновато пообещала Калинда.

— Вот что значит ухаживать за деловой женщиной, — простонал Колин. В этот момент раздался стук в дверь, и он машинально обернулся. — Похоже, явился запоздавший гость.

Калинда нахмурилась. Кто бы это мог быть? Все приглашенные в сборе.

— Извини. Пойду посмотрю, кто там.

Она прошла между гостями и потянулась к дверной ручке. Открывая дверь, она изобразила на лице любезную улыбку.

Когда вновь прибывший шагнул в холл из темноты коридора и яркий свет упал на его лицо, заготовленные слова приветствия замерли на губах Калинды.

Его каштановые волосы, слегка влажные после душа, были аккуратно подстрижены и зачесаны назад. Светлый костюм, сшитый на заказ, сидел безукоризненно и дополнялся ослепительно белой элегантной рубашкой и атласным галстуком-бабочкой.

— Рэнд… — растерянно прошептала Калинда. — Что ты здесь делаешь?

— Это же очевидно, не так ли? — отозвался Рэнд, не сводя с нее пристального взгляда карих глаз. — Я пришел спасти тебя.

— Спасти? — повторила она слабым голосом, тщетно пытаясь оправиться от потрясения, вызванного его неожиданным появлением. Она смотрела на него расширенными глазами, не в силах понять, о чем он говорит. Зачем он приехал? Да еще вот так, без приглашения? Ей и без того трудно забыть его, но, если он попытается продолжить их отношения, задача станет совершенно невыполнимой.

Рэнд поднял руку, и Калинда только сейчас заметила, что он принес орхидею, золотистую орхидею необыкновенной красоты. Она инстинктивно взяла цветок. По лицу Рэнда промелькнула улыбка.

— Дорогая моя, — тихо сказал он, кладя руки ей на плечи, притянул к себе и поцеловал в раскрывшиеся губы. — Если ты даже не подозреваешь, что тебе нужна помощь, тогда твое положение еще хуже, чем я предполагал.

— О Рэнд, зачем ты приехал? — упавшим голосом прошептала она. — Это безумие ни к чему хорошему не приведет… — Она подняла на него встревоженные серые глаза.

— Может, ты все же позволишь мне пройти? — шутливо осведомился Рэнд. — А то твои гости подумают, что я бродячий торговец, которого ты никак не можешь выпроводить.

Калинда невольно улыбнулась.

— Что-то я не встречала таких элегантных торговцев! — И это чистая правда, добавила она мысленно. Рэнд выглядел нисколько не хуже присутствующих. Интересно, зачем ему в горах такая дорогая одежда? Впрочем, она вполне сочетается с белым «лотосом». Калинда в замешательстве покачала головой. — Ума не приложу, что тебя привело, — начала она, чувствуя, как ею овладевает страх. — Знаю только, что это ни к чему. Неужели ты не понимаешь? Тебе не следовало приезжать. Я… между нами все кончено, Рэнд. Мы не подходим друг другу. Забудь все, что произошло в то последнее утро… Я не должна была приходить к тебе… — Она смущенно умолкла, заметив, как заблестели его глаза при этом напоминании.

— Я придерживаюсь иного мнения и считаю, что это был твой единственный разумный поступок за весь уик-энд! Дорогая, отойди, пожалуйста, от двери и впусти своего спасителя.

Не зная, что ответить, Калинда послушно отступила.

— Угостишь меня чем-нибудь? — непринужденно продолжал Рэнд, окидывая небрежным взглядом гостиную. — Я просто умираю с голоду.

— Проходи вон туда. — Калинда указала на длинный белый стол с закусками у зеркальной стены. — Угощайся, — прибавила она сухо, сжимая в руках золотистую орхидею.

Рэнд по-хозяйски взял ее за талию и легонько подтолкнул вперед.

— Приди в себя, ты похожа на испуганного котенка. Я твой друг и собираюсь помочь тебе. Не пойму, зачем я это делаю после того, как ты сбежала от меня, воспользовавшись случаем.

— Давай не будем это обсуждать, — холодно перебила она.

— Предпочитаешь поговорить о спасении утопающих? — предположил Рэнд, подводя ее к столу, и принялся с интересом разглядывать выставленное угощение.

— О чем ты говоришь? Кого ты собираешься спасать? — запинаясь, спросила Калинда. Этот человек преподносил ей один сюрприз за другим.

— «Брейди дейта процессинг», разумеется. От железных тисков любителей чужой собственности. — Рэнд потянулся к блюду и набрал себе в тарелку сразу несколько бутербродов с семгой и огурцом.

От изумления Калинда приоткрыла рот и уставилась на Рэнда.

— Откуда ты знаешь? — с трудом выговорила она.

— Мне показалось подозрительным, что Хаттон вознамерился подкатиться к тебе по прошествии двух лет. Наверняка у него должны быть веские причины, подумал я тогда. Когда ты рассказала мне о своей фирме и о неожиданном интересе Хаттона к твоей особе, я понял, что дело нечисто. Если помнишь, я говорил тебе об этом и советовал хорошенько подумать.

— Да… помню, но мне и в голову не могло прийти… — Калинда тяжело вздохнула. — Ты не представляешь, как я была потрясена, когда он позвонил сегодня утром!

— Почему же? Отлично представляю, — спокойно возразил Рэнд, искоса глядя на нее. — Подобная новость способна сбить с ног кого угодно.

— Но… как ты узнал об этом?

— Навел справки по своим каналам в понедельник. В любой компании найдутся люди, у которых язык за зубами не держится. Поговорил с одним из заместителей Хаттона.

— Вот так запросто? — удивилась Калинда.

— А что тут особенного?

— Ты меня извини, пожалуйста. Я что-то сегодня плохо соображаю, — буркнула Калинда. Его самоуверенность начала ее раздражать. Изумление, которое она испытала, увидев Рэнда Аластера на пороге своего дома, постепенно сменялось смутным беспокойством. Ей казалось, что она достаточно хорошо изучила этого человека. Однако он не переставал удивлять ее. Что он понимает в законах, по которым действует деловой мир? Откуда у него такие связи? Здесь что-то не так…

— О'кей, я тебя не тороплю, — нахально заявил Рэнд, потянувшись к другому блюду.

— Вот спасибо, — насмешливо пробормотала она, кипя от возмущения. Однако, подумав немного, решила подавить раздражение. Необходимо выяснить, что кроется за его невозмутимой самоуверенностью. — Рэнд, что тебе известно? Что ты имел в виду, когда заявил, что явился меня «спасать»?

— Все очень просто. Если я смогу тебе как-то помочь, можешь на меня рассчитывать, — пообещал он, жуя бутерброд.

— Но откуда ты знаешь, что именно нужно делать? — воскликнула она.

Рэнд перестал жевать и задумчиво уставился на нее. Медленная загадочная улыбка осветила его лицо.

— Для этого требуются определенные качества: хитрость, изворотливость и способность не останавливаться ни перед чем для достижения своих целей, — сказал он.

Глаза Калинды расширились. В его словах таилась угроза, о которой она и не подозревала. Неужели он именно такой? Она встряхнула головой, отгоняя внезапно нахлынувший страх. Нет-нет, он притворяется, хочет произвести впечатление, на самом деле он совсем другой…

— Я уверена, что ты не обладаешь этими сомнительными достоинствами, Рэнд, — снисходительно улыбнулась она, вспоминая о сонной, ленивой жизни, которую он ведет в своей деревне. Будь он действительно хитрым и жестоким, он бы жил совершенно иначе.

— Спорим? — Его карие глаза потемнели, в них появился холодный блеск. Калинда оторопела. В одно мгновение Рэнд превратился в опасного хищника, готовящегося к прыжку. — Что подумали бы директора «Брейди дейта процессинг», если бы узнали, что их президент тайно встречается в уединенном мотеле с главой фирмы, которая собирается навязать им насильственное слияние? Наверняка решили бы, что за их спинами плетется настоящий заговор, не так ли? Пожалуй, даже отвернулись бы от своей очаровательной начальницы, перестали бы ей доверять. В результате она не смогла бы повести их за собой в предстоящей борьбе, и компания свалилась бы в руки Хаттону, как падает с дерева созревший плод.

— Рэнд! — Калинда не верила собственным ушам. Нет, он говорил очень убедительно, и события могли бы развиваться именно так. Ее потрясло другое: она ясно увидела, что Рэнд действительно способен на все. — Ты… ты не смог бы так поступить со мной… Ты бы меня не выдал, правда?

— А почему бы и нет? — лениво возразил Рэнд. — Если ты откажешься со мной встречаться, все возможно.

Глава 6

Внезапно оживленные голоса и смех словно куда-то исчезли. Забыв обо всем, Калинда смотрела на непрошеного гостя расширенными от ужаса глазами.

— Ты хочешь сказать, что способен шантажом добиться от меня благосклонности? — наконец прошептала она.

Рэнд продолжал смотреть на нее в упор. В его облике вдруг проступила невероятная жестокость. Он молчал. Да ему и незачем было отвечать. Все было предельно ясно.

Калинда ухватилась за край стола, пытаясь унять дрожь в руках.

— Я… я никогда бы не подумала, что ты способен на такое…

— Мы слишком недолго знакомы. У тебя просто не было возможности узнать меня лучше, — холодно заметил он.

— Да, — еле слышно отозвалась она, лихорадочно соображая, что же делать, как справиться с этой новой опасностью. — Наверно, ты прав.

— Что ж, теперь ты узнала меня с другой стороны. Убедилась, что я могу быть жестоким?

— Да. — Она сказала правду, и Рэнд прочел это в ее глазах.

— Вот и прекрасно, — кивнул он. В ту же секунду холодное выражение исчезло с его лица. Он потянулся к блюду с закусками. — Рад, что сохранил прежние таланты.

В его тоне послышались удовлетворение и едва заметная ирония. Калинда моргнула, чувствуя все большее замешательство. Он преподнес ей новый сюрприз.

— Я не понимаю, Рэнд… Ты что, пошутил надо мной? Ты не собирался всерьез угрожать мне?

Она тронула его за рукав. Рэнд повернулся и одарил ее ослепительной улыбкой, от которой Калинде захотелось его как следует треснуть.

— А ты мне поверила, правда? — усмехнулся он, довольный собой. — На какое-то мгновение ты решила, что я способен на такую пакость.

— Похоже, ты этим очень гордишься! — рассердилась Калинда, чувствуя, как щеки заливает краска стыда и досады. Ну почему она оказалась такой легковерной?

Добродушная улыбка Рэнда сменилась кислой гримасой.

— Ничего подобного, гордиться тут нечем. Но, к сожалению, это весьма полезное качество в мире бизнеса.

— Что именно? Умение шантажировать? — вспыхнула Калинда, с трудом удерживаясь, чтобы не закричать.

— Способность внушить людям, что я не остановлюсь ни перед чем для достижения своей цели, — мягко объяснил он. — Я устроил эту маленькую демонстрацию, чтобы тебе было легче представить меня своим коллегам…

— В каком качестве? — перебила она.

— В качестве внешнего консультанта, которого ты наняла для защиты «Брейди дейта процессинг», — ничуть не смутившись, заявил Рэнд и хотел продолжить, но в этот момент его внимание привлек какой-то предмет за спиной Калинды. Его карие глаза заблестели от удовольствия. — Что я вижу! Тебе в самом деле понравился мой горшок?

— Как с тобой трудно разговаривать, — вздохнула Калинда и проследила направление его взгляда. Круглая глиняная ваза с широким горлом, которую она купила в магазине Рэнда в первый день своего пребывания в горах, стояла на самом видном месте — в центре стола с закусками. Из нее торчали длинные, тонко нарезанные ломти французского хлеба, из которых гости могли делать разнообразные бутерброды.

Рэнд взглянул на Калинду с сияющей улыбкой..

— Рад, что ты не забыла обо мне. У меня тоже осталось кое-что на память о твоем недолгом визите.

— Что ты имеешь в виду?

— Сережки, которые я снял с тебя в наш первый вечер.

— Ах вот что… — Калинда о них совершенно забыла.

— Напрасно ты сбежала от меня в то утро, дорогая, — продолжал он слегка охрипшим голосом, заглядывая ей в глаза. — Хотя я понимаю, почему ты так поступила.

Калинда искоса взглянула на него из-под длинных ресниц.

— В самом деле?

— Конечно. Ты подумала, что у нас нет будущего, не правда ли? Что я не тот человек, которому следовало отдаваться с такой страстью. А ведь в тебе вспыхнула безумная страсть, дорогая. Ты без колебаний разделила со мной ложе, ведь так? Лишь на минуту вспомнила, что я ленивый бездельник, напрочь лишенный честолюбия, не имеющий никаких целей в жизни, кроме рыбалки и мимолетных интрижек со скучающими туристками.

Калинда покраснела до корней волос и смущенно потупилась. Она слишком хорошо помнила свое безрассудное поведение. Но гораздо больше ее пугала та радость, которую она испытала, увидев Рэнда в своей квартире несколько минут назад.

— Ты должен признать, Рэнд, что мы действительно принадлежим к разным мирам, — неуверенно пробормотала она.

— Другими словами, ты не одобряешь мой образ жизни, — сухо уточнил он. — Я приехал, чтобы изменить твое мнение обо мне. Собираюсь тебе кое-что доказать, дорогая. А твой бывший жених весьма кстати вложил мне в руки оружие, которым я и воспользуюсь. Ты восхищаешься удачливыми, динамичными, агрессивными бизнесменами? О'кей, я покажу тебе, что могу состязаться на равных с лучшими из них. Не беспокойся, Калинда, тебе не придется стыдиться меня и сожалеть, что ты увлеклась человеком, недостойным тебя. Я готов помериться силами с любым хищником каменных джунглей. И еще неизвестно, кто кого одолеет.

— Рэнд! Что за вздор ты несешь! Не знаю, о чем ты говоришь, но я не намерена продолжать… то, что так неосмотрительно начала… Терпеть не могу случайных связей. Упаси Боже! С тех пор как Дэвид расторг нашу помолвку, у меня ни с одним мужчиной не было ничего серьезного.

— Кроме меня, — с улыбкой уточнил Рэнд. — Или ты будешь утверждать, что между нами не было ничего серьезного?

Калинда бросила на него гневный взгляд, понимая, что он намеренно провоцирует ее, но не находила в себе сил поставить его на место: слишком много всего свалилось на нее сегодня.

Пока она лихорадочно подыскивала нужные слова, к ним, радостно улыбаясь, подошли Гарольд Себастьян и его жена.

— Калинда, дорогая, представь нам, пожалуйста, своего гостя. — Высокий, представительный, с пышной гривой серебристо-седых волос, Гарольд смотрел на нее с отеческой улыбкой. Хотя он и был теперь ее подчиненным, Калинда всегда помнила о его многолетней дружбе с ее покойным отцом и знала, что он любит ее как родную дочь. Многие сотрудники фирмы, проработавшие под началом ее отца долгие годы, относились к ней точно так же. Они безоговорочно доверяли ей и восхищались ее деловыми качествами, но постоянно давали ей понять, что считают себя ее добрыми тетушками и дядюшками.

— Боюсь, что мое появление оказалось для Калинды весьма неожиданным, — светским тоном заявил Рэнд, протягивая руку. — Я Рэнд Аластер.

— Гарольд Себастьян. Моя жена, Эдна, — сердечно сказал старик. — Аластер… — повторил он задумчиво. — Ваше имя кажется мне знакомым. Мы не встречались раньше?

— Нет, не думаю. Но смею вас уверить, отныне вы будете часто слышать мое имя. Я буду работать у Калинды.

Калинда оторопела. Гарольд бросил на нее любопытный взгляд.

— Понятно. Можно узнать, в каком качестве?

— Я… я все объясню завтра утром на совещании, — слабым голосом произнесла Калинда, чувствуя, что ее загнали в ловушку. — Мистер Аластер пробудет с нами очень недолго. Его роль весьма ограниченна, — злорадно добавила она. Рэнд добродушно усмехнулся.

— Ну что ж, я рад, что вы будете у нас работать, Рэнд. Лучшего начальника не найти во всем городе! — заверил его Гарольд.

— Калинда вся в отца, — подхватила Эдна. — Мы просто счастливы, что она взяла бразды правления в свои руки. Спросите любого из присутствующих! — Эдна обвела рукой гостиную.

— Не сомневаюсь, что общение с мисс Брейди доставит мне истинное удовольствие, — согласился Рэнд, лукаво глядя на Калинду. Та поджала губы и с нарочитым равнодушием уставилась в стену.

Пожилые супруги неторопливо удалились. Рэнд покосился на Калинду.

— Похоже, тебя здесь все любят, — одобрительно заметил он.

— Иногда эта любовь принимает прямо-таки феодальные формы, — вздохнула Калинда. — Мы стали компанией открытого типа, но мои коллеги до сих пор почему-то считают «Брейди» семейным бизнесом.

— Когда вы пустили акции в свободную продажу? — спросил Рэнд. Теперь он был совершенно серьезен.

— Почти сразу после того, как я стала президентом компании. Нам срочно понадобились деньги, и немалые. Я должна была убедить весь мир, что наши дела идут прекрасно, внушить инвесторам, что они вкладывают деньги в стабильное предприятие, которое не только крепко стоит на ногах, но и имеет хорошие перспективы. Никогда в жизни я столько не работала!

— Могу себе представить, — сочувственно кивнул Рэнд. — И теперь рынок наводнен вашими акциями?

— Боюсь, что да. — Калинда вздрогнула. — Совсем недавно я так радовалась этому!

— А теперь поняла, что такое положение дел облегчает Дэвиду Хаттону его задачу. Никто из вас не владеет крупным пакетом акций.

— Тебе легко говорить! В то время у меня не было другого выхода. Я не смогла получить ссуду. Банки, в которые я обращалась, отказали мне. Единственное, что мне оставалось, — это продажа акций. Так я сумела получить необходимый капитал.

— Не оправдывайся, дорогая, — мягко сказал Рэнд. — Я все понимаю. Калинда сузила глаза.

— Что ты понимаешь? Кто ты такой, Рэнд? Почему Гарольду кажется, что твое имя ему знакомо? Как тебе удалось раньше меня узнать о замыслах Дэвида? У тебя есть связи в деловом мире?

— Это длинная история, дорогая. Напомни мне попозже, я тебе расскажу. А сейчас нам пора пообщаться с гостями. А то люди уже замечают, что я безраздельно завладел твоим вниманием.

Рэнд уверенно взял ее под локоть и увлек за собой. Калинда безропотно последовала за ним. В голове у нее все перепуталось, сердце учащенно билось, во рту пересохло, нервы были напряжены до предела. Что с ней творится? В глубине души она догадывалась, почему так волнуется, но боялась признаться в этом самой себе.

Однако, оказавшись в центре внимания своих коллег, она мгновенно овладела собой. Прощаясь с гостями, она могла бы поклясться, что за весь вечер никто не заметил ее смятения и растерянности, хотя не раз ловила на себе любопытные взгляды. Многие, несомненно, отметили, что Рэнд не отходил от нее ни на шаг. Колин Уэйн, например, которому она представила Рэнда, был чрезвычайно любезен, но в его голубых глазах Калинда прочла жгучее любопытство. Рэнд не обратил на него особенного внимания и, похоже, вообще не заметил повышенного интереса к своей персоне.

Некоторые с жаром перешептывались, бросая многозначительные взгляды в их сторону, другие откровенно рассматривали Рэнда. Кроме того, Калинде показалось, что кое-кто пытался вспомнить, где мог видеть его раньше или слышать это имя.

Прошла целая вечность, прежде чем Калинда с облегчением закрыла дверь за последним гостем и вернулась в гостиную. Рэнд наливал себе коньяк. В течение вечера он пил очень мало и теперь, похоже, решил наверстать упущенное.

Калинда недовольно смотрела, как он непринужденно садится в кресло и кладет ногу на ногу. Приподняв стакан, он весело заявил:

— Позволь поблагодарить тебя, дорогая, за прекрасный вечер. Надеюсь, тебя не слишком смутили мои манеры неотесанного деревенского жителя?

Калинда шагнула вперед, раздумывая, что с ним делать. Она должна взять себя в руки и проявить твердость.

— Ты отлично знаешь, что вел себя так, словно всю жизнь вращался в деловых кругах.

Рэнд поднес стакан к губам, искоса наблюдая за ней. В его карих глазах мелькнули лукавые искорки.

— Что ж, так оно и было, — с расстановкой произнес он. — За исключением последних полутора лет.

Калинда обхватила себя руками, чувствуя под пальцами мягкую, шелковистую ткань платья.

— Изволь объясниться, Рэнд. Надеюсь, я не прошу невозможного?

— А я хочу тебя поцеловать. Надеюсь, я тоже не прошу невозможного?

Уловив в его голосе едва сдерживаемое желание, Калинда вздрогнула. Первоначальное намерение: заставить его сказать правду — отошло на второй план. Всем существом она ощутила напряжение, возникшее между ними.

Она набрала в грудь побольше воздуха и решительно заявила:

— Ты здесь сегодня не останешься. Я говорю серьезно. То, что случилось в прошлый уик-энд, было ошибкой, которую я не собираюсь повторять.

Рэнд устремил на нее испытующий взгляд.

— Ошибкой? Ты действительно так думаешь?

— Да, черт возьми! Именно так! — Она сказала это слишком поспешно, слишком запальчиво и тут же поняла, что выдала себя.

— Подойди поближе и позволь попытаться разубедить тебя, — с дразнящей улыбкой проговорил он, протягивая руку с явным намерением усадить Калинду к себе на колени.

Она отступила, тщетно стараясь скрыть свое волнение. Схватив со стола несколько стаканов, она почти побежала в кухню, слыша, что Рэнд встал и двинулся за ней. Толстый пушистый ковер заглушал его шаги.

Подойдя к мойке, Калинда опустила стаканы на дно. Дальше бежать было некуда. Стаканы тихо звякнули — и в ту же секунду руки Рэнда легли на ее талию.

— Я хочу тебя, — шепнул он, прижимаясь губами к ее волосам. — Больше, чем в то утро, а ведь тогда я думал, что мое желание достигло предела.

— Рэнд, не надо, прошу тебя! Я не хочу так… не хочу быть одной из многих…

— Ты единственная женщина в моей жизни, Калинда, и так будет всегда, — горячо проговорил он, прикасаясь к ее груди. — Я хочу только тебя одну. Как ты думаешь, почему я нашел тебя в Денвере? Потому что ты особенная, не такая, как все. Никогда, ни с кем мне не было так хорошо, как с тобой… И тебе тоже. Скажи, что я прав.

От прикосновения его настойчивых губ Калинда задрожала. Легкими поцелуями Рэнд стал покрывать ее плечи, одновременно сжимая горячими пальцами напрягшиеся соски. Его желание действовало на нее как наркотик, затуманивая сознание и лишая воли. Нет, нельзя поддаваться сладкому яду, который источают его руки, уговаривала она себя, это плохо кончится.

— Мы были вместе так недолго… — с усилием сказала она. — Все было так бессмысленно…

— Бессмысленно? — Рэнд резким движением повернул Калинду лицом к себе, с тревогой заглянул ей в глаза. — Согласен, мы недолго были вместе, — произнес он сквозь зубы, — но бессмысленно?! Нет, черт побери, это не так! Во всяком случае, не для меня, — добавил он, глядя на нее с осуждением. — Уж не хочешь ли ты сказать, что использовала меня, Калинда? И зашла ко мне, прежде чем уехать из города, просто чтобы закончить легкий курортный роман с мужчиной, который позабавил тебя? Поставить точку, так сказать.

— Не говори за меня! Ты прекрасно знаешь, что это не правда!

Калинда нахмурилась, упираясь ладонями в жесткую ткань его пиджака.

— Я… я почувствовала, что мне надо еще раз тебя увидеть, чтобы сказать… ты был прав насчет Дэвида. Я хотела тебя успокоить, ведь ты тревожился за меня.

— И не без оснований, как выяснилось. Хаттон намерен погубить тебя!

— Но я не собиралась спать с тобой!

— Тогда почему же ты это сделала? — резко бросил он. Калинде почудилось, что в его глазах мелькнула насмешка.

— Потому что… потому что… — Она умолкла, не зная, как объяснить то, что не поддавалось разумному объяснению.

— ..потому что тебя влекло ко мне так же сильно, как и меня к тебе, — закончил он за нее. В эту минуту он казался воплощением мужской гордости, уверенности в своей власти над ней. — А теперь я хочу проверить, удастся ли мне пробудить в тебе еще более страстное желание, чем в тот раз. И начну прямо сейчас.

— Нет! Тебя интересует только секс! И ничего другого от меня не нужно! Я больше не попадусь на эту удочку! — закричала она, уворачиваясь от его жадных губ.

— Ты ошибаешься, дорогая, — прошептал он у самого ее рта. — Мне нужно от тебя кое-что еще…

Калинда забилась в его руках, пытаясь вырваться из стальных объятий. Что он имеет в виду? Все усилия оказались тщетны: Рэнд закрыл ей рот поцелуем.

Как и тем утром в доме у озера, требовательное, жадное желание Рэнда поглотило все ее чувства и подавило волю, вызывая в ней ответное чувство, вспыхнувшее с такой силой, что Калинда едва не потеряла сознание.

Казалось, Рэнд не замечал ее слабых попыток освободиться. Жаркое кольцо его рук словно заключило ее в невидимую, но прочную оболочку, надежно удерживающую ее на месте. Эти руки излучали нежность, сводили с ума, сулили необыкновенное счастье… Тело Калинды оказалось слабее духа, оно предало ее, поверив обещаниям…

Ее губы слегка раскрылись, и Рэнд со стоном припал к ним, чувствуя, как они смягчаются и уступают его нажиму.

Калинда порывисто прильнула к Рэнду. Его страстный призыв пробудил в ней неутолимое желание. Такого желания она не знала раньше, до встречи с этим странным, загадочным человеком, который теперь занимал все ее мысли. Она ничего вокруг не видела, не слышала, не ощущала, только его присутствие. Он здесь, так близко, они снова вместе… Тоскливая опустошенность, которую она испытывала с тех самых пор, когда вышла из дома у озера ясным солнечным утром, наконец-то исчезла.

Рэнд медленно, словно нехотя, оторвался от ее губ.

— Я хочу быть с тобой, Калинда. Клянусь, я буду служить тебе верой и правдой, охранять Твой дом от любого хищника, который осмелится нарушить твой покой.

Калинда слегка повернула голову, остро ощущая влажные щекочущие поцелуи на шее под волосами.

— Насколько я помню, ты и себя причислил к хищникам, — напомнила она, пьянея от его ласк и осознавая всю тщетность попыток вернуть ясность мысли.

— А как же иначе, дорогая? Чтобы бороться с сильным противником, нужно самому быть сильным. — По его телу пробегала дрожь, вызывая у Калинды головокружительное ощущение своей женской власти, уже знакомое ей. Власти, смешанной со странным желанием подчиниться, подарить наслаждение. Умом Калинда не понимала этого, но ее тело уже не подчинялось рассудку.

— Ты в самом деле хищник? — шепнула она, откидывая назад голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

Рэнд глубоко вздохнул. Его пальцы крепче сжали ее талию.

— Да, я настоящая акула, — сказал он совершенно серьезно. — Но тебе под силу укротить меня, дорогая. Я всегда буду работать для тебя и никогда — против. Верь мне, прошу тебя!

Калинда покачала головой.

— Но я не понимаю, Рэнд. Ты так хорошо знаешь изнанку делового мира, обладаешь качествами, необходимыми, чтобы выжить в нем. Что ты делаешь в горах вот уже полтора года?

Рэнд помолчал, подыскивая нужные слова.

— Я бежал от самого себя, вернее, от того человека, которым стал благодаря этим качествам. Бежал от акулы, в которую постепенно превратился. Полтора года назад я заглянул себе в душу, дорогая, и ужаснулся. Мне совсем не понравилось то, что я там увидел. Я понял, что мне нужно время, чтобы открыть для себя другие стороны жизни, обрести новые идеалы. Потому я и уехал в горы.

Калинда как зачарованная смотрела в его глаза, такие искренние, полные боли, и сердце подсказало ей, что никогда ни одной живой душе он не говорил этих слов. Движимая внезапным состраданием, она приложила ладони к его посуровевшему лицу, словно высеченному из камня.

— А теперь тебе захотелось вернуться к прежней жизни? Почему ты решил, что на этот раз все пойдет по-другому?

— На этот раз у меня, есть ты. Я нашел нечто более важное, чем создание империй.

Несмотря на напряженность момента, губы Калинды тронула невольная улыбка.

— Значит, я призвана оказать облагораживающее действие на акулу делового мира?

— А мое призвание, кажется, заключается в том, чтобы служить для тебя источником постоянного развлечения! — обиженно сказал он, легко подхватывая ее на руки.

— Рэнд, я и не думала насмехаться над тобой! — запротестовала Калинда, инстинктивно прижимаясь к нему, чтобы не упасть. Рэнд, не выпуская ее из рук, направился к двери.

— Нет, ты смеялась надо мной, — упрямо заявил он. — Но я знаю, как с тобой бороться.

В коридоре он безошибочно определил, где находится спальня, и свернул туда. Голова Калинды откинулась назад, длинные ресницы затрепетали, отбрасывая тени на нежные щеки.

Рэнд расценил ее молчание как согласие. Вдохновленный победой, он еще крепче прижал к груди свою драгоценную ношу и в два прыжка преодолел расстояние, отделявшее его от спальни. Толкнув ногой дверь, он огляделся и, подойдя к кровати, осторожно опустил Калинду на покрывало.

Здесь господствовала та же теплая, насыщенная гамма, что и в гостиной, только все было наоборот, пол устилал персиковый ковер, а покрывало и обивка стульев были сочного зеленого цвета. В своем темно-красном с синими разводами платье, отделанном золотой тесьмой, Калинда, раскинувшаяся на зеленом покрывале, казалась яркой птичкой из райского сада.

— Ты похожа на одалиску из гарема, ожидающую своего повелителя, то есть меня, — восхищенно произнес Рэнд, торопливо развязывая галстук-бабочку и бросая его на ковер.

— Значит, у тебя целый гарем? — лукаво спросила она, не сводя с него глаз.

— А как же, — улыбнулся он, расстегивая рубашку. — Только мой гарем состоит из одной невольницы.

Калинда таяла под его пристальным, жгучим взглядом, и, когда он разделся и потянулся к ней, ее тело пронзила чувственная дрожь.

— Калинда, моя нежная, страстная Калинда… — прошептал Рэнд, обнимая ее и нащупывая застежку платья подрагивающими пальцами. — Я поверить не мог, что ты покинула меня, когда проснулся в то утро в полном одиночестве. Неужели ты не нашла в моих объятиях того счастья, которое испытал я? Вот что мучило меня больше всего… Ты назвала меня проницательным человеком, но, похоже, ты ошиблась. Я и предположить не мог, что ты вот так уедешь…

— Я решила, что у нас с тобой нет будущего, — тихо сказала Калинда.

В комнате было прохладно. Нежными, ласкающими движениями Рэнд начал раздевать Калинду. Она подняла на него умоляющие глаза.

— Я и сейчас не уверена, что мы поступаем правильно… Почему ты разыскал меня, Рэнд?

— Тише, дорогая, не надо слов, — шепнул он, касаясь губами ее отвердевшего соска. — Ни о чем не тревожься. Эта ночь принадлежит нам. Я тебе все объясню завтра…

Калинда закрыла глаза и отдалась прикосновениям его горячих рук. Сомнения и страхи унеслись прочь. Важно только то, что происходит сейчас, сию минуту. Это так чудесно… Рэнд отлично понимает, что она чувствует, и пользуется ее состоянием, вдруг подумала Калинда, но тут же отогнала непрошеную мысль, уступая пьянящим ласкам его чутких губ и рук, откликаясь на молчаливый призыв его сильного, мускулистого тела.

Опершись на локоть, Рэнд вытянулся рядом с ней, гладя свободной рукой ее обнаженные бедра. Его пальцы почувствовали отклик и усилили давление, двигаясь все быстрее. Калинда застонала и уткнулась лицом в грудь Рэнда.

Найдя бугорки его сосков, она дотронулась до них кончиком языка и, ощутив мгновенную реакцию, прерывисто вздохнула. Его трепещущие пальцы скользнули в жаркое тепло между ее ног.

У Калинды вырвался еле слышный стон, похожий на рыдание, но Рэнд расслышал его и прошептал ее имя.

— Господи, Калинда, как я жил без тебя? Она провела пальцами по его спине, царапая ногтями кожу и причиняя ему сладкую боль, от которой он весь напрягся и давление его пальцев усилилось.

Возбуждение Калинды достигло предела. Рэнд… Как она могла жить, не зная этих сводящих с ума ощущений? Где-то в дальнем уголке сознания мелькнула мысль: она непременно вернулась бы к нему.

— Я бы вернулась, Рэнд, — прошептала она. — Я пыталась забыть тебя, говорила себе, что у нас нет будущего… Но теперь я уверена, что не смогла бы жить без тебя…

Рэнд перевернул ее на спину.

— Я не мог ждать, дорогая. Потому и приехал. Хотел убедиться, что ты меня не забыла…

Его губы проложили дорожку из поцелуев, легких, как прикосновение крыльев бабочки, от ее шеи до груди и ниже, к округлому животу. Она вздрагивала, не в силах скрыть страстное желание.

— Ты так легко вспыхиваешь в моих объятиях и вся горишь как в огне… Я с ума схожу. Мне была невыносима мысль, что, приехав в Денвер, ты увлечешься кем-нибудь другим. Ты моя, Калинда! Я сделал тебя своей в ту нашу встречу в горах. И клянусь, ты не пожалеешь, что отдалась мне так доверчиво, так безоглядно.

Глаза Калинды были крепко зажмурены, томление, охватившее ее, все нарастало.

— Это опасно, опасно… — шептала она.

— Нет, — возразил Рэнд. — Не беспокойся, я позабочусь о тебе. Ты не забеременеешь.

Калинда, захваченная неизведанными ощущениями, даже не подумала о том, что может забеременеть. Она имела в виду совсем другую опасность, но на объяснение у нее не было сил.

Руки и губы Рэнда не отрывались от ее тела, смягчая и утоляя ее неистовую жажду. Они проникали в самые потайные уголки, которые он уже познал однажды и теперь восстанавливал нерасторжимую чувственную связь, объединившую их когда-то. Он словно настраивал ее тело, как чудесный музыкальный инструмент, и Калинда поняла, как крепка невидимая нить любви, связавшая их в то утро в горах…

Как хорошо он успел узнать меня! — мелькнуло у нее в голове. Едва познакомившись с ним, она интуитивно почувствовала в нем незаурядную проницательность, знание человеческой психологии, но только теперь осознала всю глубину этого знания. Рэнд предвидел, что она примет его без колебаний, стоит ему снова появиться в ее жизни, знал, что чудо, которое они создали вместе, повторится.

Увидев его сегодня на пороге своего дома, Калинда испытала противоречивые чувства, в которых разобралась не сразу, и только сейчас ей открылась истина.

Я больше не выдержу, думала она, изнемогая от сладкой муки ожидания, я сойду с ума, что он со мной делает, это невозможно вынести… Словно в ответ на ее невысказанную мольбу, Рэнд наконец проник в нее с такой яростной нежностью, что она едва не лишилась чувств.

Раскрываясь ему навстречу, Калинда с силой прижала к себе его содрогающееся тело. Всепоглощающая радость затопила ее. Он принадлежит ей, весь целиком, как тогда в доме у озера, только на этот раз она никуда не убежит и его не отпустит.

Последний яростный порыв страсти увлек их в безбрежный океан любви, и они растворились в нем, забыв обо всем.

Глава 7

Проснувшись утром, Калинда ощутила странное чувство ожидания. Ей не хватало тяжести горячего тела Рэнда, и она сонно повернула голову на подушке, отводя со лба спутанные светлые волосы. Рэнда не было рядом с ней. В то же мгновение до ее слуха донесся шум льющейся в ванной воды.

Некоторое время она нежилась в постели, с наслаждением перебирая в памяти впечатления прошедшей ночи, снова видела его горящие страстью глаза, ощущала прикосновение властных рук…

Забыв обо всем, она устремилась ему навстречу, не думая о будущем, уступила извечной женской потребности отдать любимому все без остатка, утолила его жажду и свою собственную…

Рассеянно глядя на просачивающиеся сквозь жалюзи солнечные лучи, Калинда наконец задала себе вопрос, который так беспокоил ее вчера.

Почему Рэнд последовал за ней в Денвер? Неужели так сильно увлекся ею, что решил «доказать» ей свою любовь? Показать, что достоин ее внимания… Нет, не верится. Рэнд не производит впечатления человека, который считает нужным кому-то что-то доказывать.

Сомнения вновь нахлынули на нее. По всей видимости, он соблазнил не одну женщину из тех, что приезжали в горы в поисках развлечений. Неужели он вот так же разыскивал каждую из своих случайных подружек, чтобы подольше пользоваться плодами победы? Расстроившись от этой мысли, Калинда откинула одеяло.

Если для Рэнда Аластера это обычное дело, пусть не обольщается: с ней этот номер не пройдет. С тех пор как Дэвид Хаттон бросил ее, Калинда никем всерьез не заинтересовалась. Мужчины не раз предлагали ей свою любовь, но она предпочитала держать всех на расстоянии. По двум причинам. Во-первых, дела компании поглощали все ее время и внимание. Калинда всегда отличалась добросовестностью, но спасение «Брейди дейта процессинг» потребовало от нее максимальной отдачи и напряжения всех сил. Во-вторых, она долго не могла оправиться от удара, нанесенного ей Дэвидом. Вспоминая о его хладнокровном предательстве, она всякий раз внутренне содрогалась от жгучего стыда. Как могла она довериться этому подлецу! Не желая вновь пережить жестокое разочарование, она стала более осторожной в своих отношениях с мужчинами.

И все же, едва познакомившись с Рэндом Аластером, она тут же сошлась с ним! Вчера, встретившись с ним снова, она предвидела, чем все это закончится, и тем не менее не сумела противостоять искушению.

Калинда встала с постели и поморщилась, ощутив слабую боль во всех мышцах. Дня два эта боль будет напоминать ей о страстной ночи, проведенной с Рэндом Аластером, грустно усмехнулась она, надевая мягкий бархатный халат и затягивая на талии пояс с кистями.

Глубоко вздохнув, она направилась в ванную комнату. Похоже, Рэнд собирается истратить запас горячей воды в рекордно короткие сроки. Когда она осторожно приоткрыла дверь, лицо обдала волна горячего пара. Калинда вдруг поняла: она не знает, что хочет сказать Рэнду!

Но ведь объясниться необходимо! Для него прошедшая ночь явилась лишь продолжением легкого увлечения, ей же она принесла неожиданное открытие, потрясшее ее до глубины души: она любит этого человека!

А это уж совсем ни к чему. Калинда не испытывала желания влюбляться в кого бы то ни было. Однажды она уже сделала глупость: позволила себе увлечься Дэвидом — и была за это жестоко наказана. Теперь же, спустя два года, она по воле судьбы оказалась в куда более опасном положении, влюбившись в мужчину, которого почти не знала.

Стоя на пороге ванной комнаты и глядя на Рэнд а, безмятежно плещущегося под ее душем, Калинда ясно поняла всю глубину своих чувств. Вчера вечером она впустила его в свой дом, потому что, едва взглянув на него, признала его право находиться рядом с ней, поняла, какие крепкие нити связали их в то памятное утро в горах. Проведя с ним ночь, она позволила ему укрепить эти узы, и теперь ей оставалось только смириться.

— Заходи сюда и закрой за собой дверь! — крикнул Рэнд из-за пластиковой занавески. — Ты все тепло выпустишь! Проснулась наконец? Я уже собирался тебя будить! — Он высунулся из-за занавески. Крупные капли воды стекали по его загорелому лицу, мокрые волосы прилипли к голове, карие глаза заблестели от удовольствия при виде Калинды, очаровательной в длинном бархатном халате.

Рэнд явно пребывал в прекрасном расположении духа. Его хорошее настроение передалось Калинде, и ее решимость завести серьезный разговор ослабла.

— Но сначала извел бы всю горячую воду, да?

— Я бы и тебе оставил немножко, — заверил ее Рэнд. — Залезай!

— Мне не к спеху, — твердо сказала она. — Рэнд, я хочу с тобой поговорить.

— Подойди поближе, я ничего не слышу, вода шумит, — продолжил он с невинным видом, исчезая за занавеской.

Калинда неуверенно шагнула к ванне.

— Ладно, я, пожалуй, подожду, пока ты закончишь, — сказала она и уже хотела отойти, но не успела: длинная мокрая рука схватила ее запястье. Рэнд высунулся из-за занавески. Его загорелое лицо осветилось широкой улыбкой.

— Ну давай же, Калинда, залезай. Вода замечательная.

— Рэнд, мне не до шуток, — начала она и запнулась: Рэнд успел развязать пояс ее халата. — Мне нужно с тобой поговорить.

— Слушаю, дорогая. — Он притянул ее к себе, снял с нее халат и, продолжая крепко держать за руку, надел ей на голову зеленую пластиковую шапочку. — Ты просто прелесть, — сказал он, с удовольствием оглядывая ее с головы до ног. — Похожа на недовольного кота, которого слишком рано разбудили.

— Ты всегда в таком замечательном настроении в семь часов утра? — съязвила она. Не обращая никакого внимания на ее слабое сопротивление, Рэнд затянул ее под душ. Горячая вода окатила ее, и Калинда почувствовала себя бодрее, настроение ее слегка улучшилось.

— У тебя еще будет время провести статистический анализ, дорогая. — Рэнд взял мыло и, прижимая Калинду к своему скользкому телу, начал намыливать ей спину.

— Именно об этом я и собиралась поговорить, — пробормотала она, переводя дыхание. От близости его напрягшегося тела у нее закружилась голова. Разве можно вести серьезный разговор в такой обстановке? — мысленно возмутилась она. Ну что за человек! Оккупировал ее ванную, распоряжается тут как у себя дома. Поработитель! Надо защищаться!

— Сначала подари мне утренний поцелуй, — промурлыкал Рэнд, наклоняясь к ее губам и продолжая гладить ее спину.

— Рэнд, перестань, прошу тебя… Это очень серьезно…

— Ммм, — простонал он в ответ, касаясь губами ее рта и блаженно жмурясь. — Вот что нужно мужчине, чтобы начать трудовой день в хорошем настроении.

Рэнд припал к ее губам в долгом поцелуе, который с каждой секундой становился все более страстным. Стоя под теплыми, расслабляющими струями, Калинда почувствовала, как все ее тело откликается, устремляется к нему. Она ухватилась за его мокрые плечи, вонзая ногти в гладкую кожу. Поцелуй собственника, мелькнуло у нее в голове. Рэнд Аластер хочет показать, кто здесь хозяин. Уверен, что теперь. Калинда Брейди принадлежит ему. Что противопоставить этой нахальной уверенности? Собственное тело предало ее.

Властная рука, поглаживающая ее бедро, неторопливо двинулась выше и добралась до груди. Его ласки дышали такой чувственностью, что Калинда вся задрожала и поняла, что проиграла.

Однако, когда она со страстным стоном начала гладить его спину, Рэнд вдруг поднял голову и мягко отстранился.

— Хватит развратничать, мисс Брейди, — сурово заявил он, но глаза его смеялись. — У нас с вами сегодня много работы. Нас ждет трудный день. Вряд ли мы сумеем хоть что-нибудь сделать, если я позволю вам соблазнить меня прямо в душе!

— Я тебя соблазняю?! — возмутилась Калинда. — Я несчастная жертва! Это ты начал!

— Как посмотреть, — философски заметил он. — Все зависит от точки зрения. Так что ты хотела мне сказать? — Он начал смывать с нее остатки мыла.

— Я… я скажу тебе за завтраком, — вздохнула она. И вдруг вспомнила, что, целуя его, удивилась гладкости его кожи. — Ты побрился? Но…

— Я привез с собой бритву, но оставил ее в машине. Утром натянул брюки, спустился вниз и забрал. Для тебя старался.

— Ты хорошо подготовился, — процедила Калинда. — Все предусмотрел.

— В первый день работы на новом месте человек должен выглядеть наилучшим образом.

— Значит, вчера вечером ты говорил серьезно? Ты действительно хочешь нам помочь? — неуверенно спросила она.

— Не беспокойся, дорогая. Я позабочусь о том, чтобы Хатгон остался с носом.

За завтраком, состоящим из яичницы и поджаренного хлеба, Калинда наконец собралась с духом и заговорила о том, что ее тревожило с самого утра.

— Рэнд, где ты предполагал остановиться, собираясь в Денвер? — спросила она, расставляя на столе тарелки и тщательно избегая его взгляда.

Ответа не последовало. Выждав паузу, Калинда неловко повернулась. Рэнд сидел в непринужденной позе и, прищурившись, задумчиво смотрел на нее.

— Забрасываешь пробный шар, чтобы выяснить, не собираюсь ли я жить у тебя?

Калинда поняла, что настал решающий момент. Отступать некуда.

— По-моему, пока ты будешь работать в «Брейди дейта процессинг», нам лучше находиться в официальных отношениях.

— Предполагается, что я должен сначала доказать, что достоин твоего внимания, прежде чем ты решишь продолжать наш… роман? — осведомился Рэнд с мягкой усмешкой.

— Я не требую от тебя никаких доказательств, Рэнд! — вспыхнула Калинда. — И вообще я тебя не приглашала. Ты сам свалился мне на голову и заявил, что хочешь у нас работать!

— Я приехал в Денвер не только для этого.

Под его пристальным ласкающим взглядом Калинда покраснела.

— Ты всегда преследуешь свою очередную жертву, чтобы продлить удовольствие? — прошептала она.

— Я прожил в горах восемнадцать месяцев, никуда не выезжая, — ровным голосом сказал он.

— Тогда почему ты последовал за мной? — с трудом выговорила она.

Черты его лица смягчились.

— По-моему, это совершенно очевидно. Я думал, ты вчера все поняла. Калинда покачала головой.

— Рэнд, мы были знакомы всего два дня… Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Ты скоро убедишься, что я превосходный стратег и умею быстро принимать решения. Я всегда знаю, чего хочу, Калинда.

— И теперь думаешь, что тебе нужна я?

— Я в этом уверен. Кроме того, я намерен продемонстрировать тебе, что в полной мере обладаю теми качествами, которые ты так ценишь в людях. Еще тогда, в горах, ты с неодобрением отозвалась о моем «ленивом» образе жизни. Ты восхищаешься мужчинами своего круга, энергичными бизнесменами, делающими успешную карьеру. Так вот, я докажу, что прекрасно ориентируюсь в твоем мире.

— Зачем? Совершенно необязательно…

— Очень даже обязательно. Но чтобы ты не дергалась, могу тебя успокоить: мне есть где остановиться. Так что не бойся: я не собираюсь злоупотреблять твоим гостеприимством. — Он с аппетитом принялся за яичницу.

— Так где же ты будешь жить? — спросила Калинда, пытаясь отделаться от ощущения, что Рэнд кажется ей вполне на месте в ее кухне, словно это самое обычное дело — завтракать вместе… Но ведь ей действительно надо узнать его получше, выяснить его истинные мотивы! Просто невозможно поверить, что он приехал только для того, чтобы провести с ней еще одну ночь.

— Здесь, в городе, — улыбнулся он. — Ешь яичницу, дорогая, у нас сегодня масса дел.

Открывая через два часа совещание руководящего состава фирмы, Калинда неожиданно для себя поняла, что не только ее тревожат истинные намерения Рэнда Аластера.

Войдя вместе с ним в конференц-зал, Калинда сразу почувствовала неладное. Ее встретила настороженная тишина. За последние два года она привыкла к тому, что сотрудники фирмы, в большинстве своем пожилые люди, относятся к ней с покровительственным уважением. Ей нравилась дружеская, непринужденная атмосфера, сложившаяся в компании. Теперь же, наткнувшись на холодный взгляд Гарольда Себастьяна, в котором угадывалось тщательно скрываемое волнение, Калинда на секунду растерялась.

Рэнд, казалось, ничего не заметил. Небрежно кивнув собравшимся, он уселся в свободное кресло, словно не видя, что глаза всех присутствующих прикованы к нему. Устроившись поудобнее, он с вежливой улыбкой взглянул на Калинду, как бы напоминая ей, что пора начинать. Калинда опомнилась и решительно приступила к делу.

— Я собрала вас для того, чтобы сообщить неприятную новость, — начала она, обводя глазами хмурые лица. — Всю вину я беру на себя. Мне следовало предусмотреть такой оборот, учитывая проявившуюся в последнее время тенденцию к поглощению крупными компаниями более мелких. Короче говоря, «Брейди дейта процессинг» грозит насильственное слияние.

Возмущенный ропот не дал ей договорить. Призывая коллег к порядку, Калинда с удивлением обнаружила, что центром гневных взглядов и сердитых перешептываний является Рэнд. Сам он сидел совершенно спокойно, не сводя глаз с Калинды.

— Прошу внимания, — сухо сказала она, слегка повысив голос. Что происходит? Откуда такая реакция? Почему они с таким негодование» смотрят на Рэнда?

— Вы должны нас понять, мисс Брейди, — раздался голос Палмера Грейсона. Его широкое лицо покраснело от натуги. — Мы просто в шоке. Когда Гарольд сказал нам сегодня утром, что вас видели в обществе Рэнда Аластера… Признаюсь вам, мы просто не поверили своим ушам. Как вы могли?! Ваш отец никогда в жизни не поступил бы подобным образом. Убежден, что он тоже был бы шокирован, как и все мы, если бы узнал…

— Уверяю вас, Палмер, — растерялась Калинда, — я тут ни при чем. По-моему, я ясно дала понять, что эта идея исходит не от меня…

— Но Гарольд сообщил, что вы вели с Аластером дружескую беседу, если не сказать больше… И другие тоже это видели…

Вот что значит строить отношения на демократических началах, подумала Калинда. Поджав губы, она окинула присутствующих холодным взглядом.

— К моему великому сожалению, должна сознаться, что не обладаю знаниями и опытом, необходимыми в данном случае. Так же как и никто из вас, если уж на то пошло. Мы всегда шли своим путем, создавали фирму изнутри и несколько утратили связь с окружающим миром. И вот результат: нас застигли врасплох…

— Но вы не можете сдаться на милость победителя без борьбы! Нельзя же просто отдать ему компанию, вот так! — Гарольд Себастьян выразительно щелкнул пальцами. Он весь кипел от возмущения. Резко повернувшись, он вперил в Рэнда испепеляющий взгляд. Тот вежливо улыбнулся в ответ. — Вчера вечером у меня было ощущение, что ваше имя мне знакомо, но только сегодня утром я вспомнил, кто вы! Как вам удалось уговорить Калинду? Она всегда была чрезвычайно предана фирме, как и ее отец!

— Хватит, Гарольд, — вмешалась Калинда. Холодная решимость в ее голосе произвела должное впечатление. Все взгляды обратились на нее. — По-моему, здесь какое-то недоразумение. Если вам известно что-то такое, чего я не знаю, прошу ввести меня в курс дела. А пока выслушайте меня до конца. Затем мы устроим обсуждение, и каждый сможет высказаться.

Согласны?

Недовольно ворча и бросая на Рэнда косые взгляды, сотрудники расселись по местам, явно не ожидая услышать ничего утешительного.

— Нам нужен специалист. Мистер Аластер утверждает, что обладает необходимыми знаниями. Если вы не будете возражать, я намереваюсь пригласить его к нам на работу в качестве консультанта по финансовым вопросам на несколько недель.

— Пригласить на работу?! — в один голос воскликнули несколько человек с неподдельным изумлением. Сотрудники начали переглядываться и перешептываться. Калинда наблюдала за ними с искренним недоумением. Только Рэнд по-прежнему сохранял полную невозмутимость и с интересом наблюдал за происходящим.

— Да, именно так, если у вас нет серьезных возражений или у кого-то имеется лучшее предложение, — закончила Калинда.

— Мисс Брейди, — неуверенно произнесла Маргарет Вэннен, симпатичная пожилая дама с седеющими пепельными волосами. — Скажите, пожалуйста, от кого исходит угроза нашей компании?

Калинда назвала фирму, принадлежавшую Дэвиду Хаттону, чем вызвала новый приступ всеобщего изумления.

— Так это Хаттон посягает на нашу независимость? — растерянно переспросил Гарольд, глядя на Рэнда. — Не Аластер?

Теперь растерялась Калинда.

— Да… — подтвердила она, — Дэвид Хаттон…

— И вы собираетесь нанять Рэнда Аластера? То есть он будет на нашей стороне? — изумился Палмер Грейсон.

— Да… Теперь перейдем к обсуждению, хотя, по-моему, прения уже идут полным ходом, — сухо заметила Калинда. — Прошу вас высказаться по данному вопросу, так как он касается всех. Между прочим, Хаттон уже подал заявку в комиссию по регистрации. Время работает против нас… Кто начнет? Может быть, у вас есть вопросы к мистеру Аластеру относительно его квалификации?

— Его квалификации? — эхом отозвалась Маргарет Вэннен. — Да лучшего специалиста не найти во всем штате, о чем, я уверена, вы знаете не хуже меня! — Она взглянула на Рэнда.»— Вы действительно согласились помочь мисс Брейди в этом деле, мистер Аластер?

Рэнд молча поклонился.

— Так вы будете работать с нами?

— Да, — вежливо улыбнулся он. Наступило молчание. Присутствующие переваривали полученную информацию. Калинда терялась в догадках. Что им известно о Рэнде? Наконец тишину нарушил звучный голос вице-президента по маркетингу.

— Мистер Аластер, что вы чувствуете, оказавшись по другую сторону баррикад? — спросил он, дружелюбно улыбаясь.

— Любопытство, — отозвался Рэнд. Его лицо осветила ослепительная улыбка.

Единственное слово, произнесенное Рэндом, словно прорвало плотину. Со всех сторон посыпались вопросы и восклицания. Но теперь общее настроение резко изменилось. Люди держались непринужденно и свободно, от первоначальной настороженности не осталось и следа. Самое трудное позади, с облегчением подумала Калинда.

В мгновение ока Рэнд превратился из нежеланного чужака в настоящего героя. Калинда по-прежнему ничего не понимала, но чутье подсказывало ей, что не время задавать вопросы и подвергать сомнению неожиданную удачу. Безоговорочная вера ее сотрудников в Рэнда и его способность оказать компании реальную помощь только укрепила ее собственное решение довериться ему. Устроившись в кресле поудобнее, она с любопытством наблюдала за тем, как легко и четко он отвечает на многочисленные вопросы, проявляя при этом недюжинную эрудицию. Он действительно знает, что делает, с невольным уважением подумала Калинда. И, похоже, привык находиться в центре внимания. Посмотрим, что он ответит на мои вопросы, усмехнулась она про себя.

Однако случилось так, что ее любопытство частично удовлетворил Гарольд Себастьян. После совещания он подошел к ней, смущенно улыбаясь.

— От души поздравляю, Калинда. Ума не приложу, как тебе удалось привлечь Рэнда Аластера на нашу сторону? Твой отец мог бы тобой гордиться. В последнее время Аластер, правда, отошел от дел, но, как видишь, не утратил своих способностей. Должен признаться, дорогая, когда я наконец вспомнил, кто он, и понял, что ты с ним очень подружилась, я пережил несколько неприятных минут. Как и все мы. У этого человека такая репутация, что Дэвид Хаттон умрет от страха, узнав, что он за нас. Каким образом ты убедила его вернуться? Я слышал, он все бросил пару лет назад и куда-то уехал.

— А что у него за репутация, Гарольд? — не выдержала Калинда. — Он, конечно, показал, что кое в чем разбирается, но…

— Кое в чем разбирается?! Господи, да он был настоящей грозой штата Колорадо! Сущий пират, разбойник, по сравнению с которым Чингисхан показался бы невинной овечкой! Он всюду совал свой нос и добивался всего, чего хотел. Иногда перекупал акции приглянувшейся компании или довольствовался должностью в совете директоров. Ловко манипулировал акциями, присоединял независимые фирмы к своей империи. Никто не мог его остановить. Дело дошло до того, что одно упоминание его имени наводило ужас на самых благополучных бизнесменов.

— Странно, что я никогда не слышала о нем…

— Вы с ним разминулись, если можно так выразиться. Месяца за три до гибели твоего отца ты все еще работала в Хьюстоне. К тому времени, как ты переехала сюда из Техаса, Аластер уже отошел от дел. Когда вы с ним появились утром в конференц-зале, меня чуть удар не хватил. Я понял, что нам грозит катастрофа. А уж когда ты сказала, что хочешь сообщить нам неприятную новость…

— Понятно. Вы решили, что я уже передала бразды правления этому пожирателю чужой собственности, — обиженно усмехнулась Калинда.

— Извини, дорогая… На минуту я забыл, что ты неспособна на предательство. Наверно, я просто сильно испугался, как те несчастные, у которых душа уходила в пятки при появлении Аластера. — Гарольд улыбнулся. — Но я и представить себе не мог, что он будет помогать нам!

— Вы ничего не имеете против опасного хищника, если он на вашей стороне?

— Бизнес есть бизнес, — хмыкнул Гарольд, разводя руками. Попрощавшись с Калиндой, он направился в свой кабинет. Рэнд тем временем раздавал поручения, прося сотрудников принести необходимые ему документы.

Кабинеты директоров» Брейди дейта процессинг» стали похожи на штаб действующей армии, готовящейся к бою. Новость о грозящей опасности разнеслась с быстротой молнии, но так же быстро люди узнали о появлении Рэнда. Калинду удивило, что никто не впал в панику. Более того, всех охватило необыкновенное воодушевление. Сотрудники, от директора до курьера, сплотились вокруг своего «главнокомандующего», готовые идти за ним в огонь и в воду, не задавая лишних вопросов. Да-а, думала Калинда, сидя у себя в кабинете, нет ничего лучше для поднятия духа, чем заполучить в союзники «акулу» такого масштаба. В дверь постучали. На пороге появился Джордж Барретт с кофе и бутербродами.

— Спасибо, Джордж, — благодарно улыбнулась Калинда, поднимая голову от бумаг, разложенных на столе. Рэнд, сидевший напротив, бросил на секретаря любопытный взгляд и с удовольствием взял с тарелки бутерброд с копченой колбасой.

— Я не знал, что ты заказала ленч, — усмехнулся он.

Джордж поднял брови.

— Мисс Брейди никогда не посылает меня за бутербродами, — сказал он. — Она слишком высоко ценит мой профессионализм, чтобы загружать подобными поручениями даже во времена кризисов. Но у меня есть глаза, и я понял, что вы забыли поесть.

Забрав черновики для перепечатки, Джордж с достоинством удалился. Рэнд проводил его смеющимися глазами.

— Похоже, за время моего отсутствия в деловом мире кое-что изменилось, — заметил он.

— Джордж — идеальный секретарь, — осторожно сказала Калинда, ожидая дальнейших комментариев.

— Начальники частенько влюбляются в своих секретарей, — нараспев произнес Рэнд.

— Джордж ни за что не допустил бы такого развития событий, — любезно возразила Калинда. — Вот справка по кредиту, которую ты просил.

В этот день все руководящие сотрудники фирмы работали допоздна, но Калинда и Рэнд пересидели всех. Главная ответственность лежала на их плечах, и Рэнд принял это как должное. Калинда просто любовалась им. «Акула» вернулась в родную стихию!

Настало время обеда, но они продолжали работать не поднимая головы, только выпили по чашке кофе и съели по бутерброду, после чего Рэнд задал Калинде несколько вопросов по материалам, которые успел просмотреть с утра, и они снова погрузились в изучение сводок и отчетов, сосредоточив все внимание на одной цели — разработке стратегии защиты. Для этого Рэнду нужно было составить ясное представление о возможностях «Брейди дейта процессинг», ее сильных и слабых сторонах.

В начале одиннадцатого он захлопнул папку, лежавшую перед ним на столе, и встал.

— На сегодня хватит, дорогая, пора домой. Надо немного поспать, иначе завтра от нас будет мало толку.

— А где находится твоя квартира, Рэнд? — отважилась спросить Калинда, поднимаясь на ноги и потягиваясь, чтобы размять затекшие мышцы. Необходимо проявить твердость, напомнила она себе, не то он обведет ее вокруг пальца.

— Я тебе покажу, — улыбнулся он.

— Послушай, — решительно начала она, — утром я говорила совершенно серьезно. Нам лучше находиться в чисто деловых отношениях, пока мы… не узнаем друг друга получше.

— Я всего лишь хочу показать тебе квартиру, а вовсе не соблазнять тебя. — Рэнд собрал документы и убрал их в кожаный портфель. — Да я сейчас и неспособен на такие подвиги, — вздохнул он с сожалением. — Давненько я не работал так напряженно, как сегодня. Утратил форму.

Калинда невольно улыбнулась.

— Ну, по твоему виду этого не скажешь. Ты, можно сказать, бьешь копытом, как боевой конь, которого наконец вывели из стойла!

Рэнд взял ее под локоть и повел к двери.

— И тем не менее… энергетические затраты совсем не те, что на рыбалке или в гончарной мастерской.

Белый «лотос» домчал их до солидного жилого дома в центре за несколько минут. Совсем недалеко от меня, с удивлением отметила Калинда. Опасное соседство! . — Зайди на минутку, дорогая. Выпьем по рюмочке на ночь, а? — предложил Рэнд. — Мы оба это заслужили. — Не дожидаясь ответа, он взял ее за руку и помог выйти из машины.

— Откуда у тебя эта квартира, Рэнд? — пробормотала Калинда, стараясь не думать о том, что ей придется принять какое-то решение, причем прямо сейчас. Сумеет ли она устоять, если он применит обычную тактику? Его прикосновение действует на нее как наркотик. Стоит ему поцеловать ее, и она забывает обо всем на свете… К чему обманывать себя? Она любит Рэнда Аластера. Но он до сих пор остается для нее загадкой. Пусть сначала ответит на все ее вопросы, а там видно будет. Что привело его в Денвер? Неужели желание позабавиться? Сердце подсказывало ей, что это не так. Тогда что же? Любовь? Но он ни словом не обмолвился о любви!

— Вообще-то мне принадлежит весь дом, — признался Рэнд.

— Что?!

— Я купил его полтора года назад, прежде чем выйти из игры. — Он нажал кнопку вызова лифта, не сводя глаз с лица Калинды. — Весьма выгодное помещение капитала: личное присутствие не требуется, а доход очень приличный.

Калинда покачала головой.

— Вот это сюрприз, причем не первый.

— Надеюсь, приятный?

— Неужели тебя интересует мое мнение? — осведомилась Калинда, входя в лифт.

— Предпочитаю видеть в твоих глазах уважение, а не недовольство. Разве тебя это удивляет?

Калинда не нашлась что ответить. Ей по-прежнему казалось, что Рэнд Аластер не из тех, кто прислушивается к чужому мнению.

Через минуту лифт остановился, и они вышли в холл, устланный пушистым ковром. Рэнд достал из кармана ключ и остановился перед единственной дверью на этаже.

— Я звонил управляющему, просил привести квартиру в порядок, — сказал он, открывая дверь. — Надеюсь, он выполнил мою просьбу.

Переступив порог, Рэнд щелкнул выключателем, и Калинда увидела просторную комнату, обставленную в чисто мужском стиле, в которой царил безукоризненный порядок. Все здесь напоминало о доме Рэнда в горах. В убранстве комнаты доминировала та же желто-коричневая гамма. Мебель, элегантная и удобная, поражала изяществом линий. Из многочисленных окон, выходящих на разные стороны, открывался прекрасный вид на залитый огнями Денвер.

Калинда шагнула к окну, чувствуя на себе внимательный взгляд Рэнда.

— Просто дух захватывает! — воскликнула она, глядя на ночной город. — На каком мы этаже?

— На двадцатом.

— Мне здесь очень нравится, Рэнд.

— Я предпочитаю твою квартиру, — отозвался он.

Калинда обернулась. Рэнд стоял у бара, заполненного разнообразными бутылками.

Усадив Калинду в кресло, он подал ей стакан с золотистым вином. Их взгляды встретились. Увидев в его карих глазах знакомые искорки, Калинда мгновенно забыла о данном себе обещании. А когда Рэнд взял ее за руку и подвел к широкому низкому дивану, вся ее твердость улетучилась.

Рэнд опустился на диван, увлекая за собой Калинду. Обняв ее за плечи правой рукой, в которой держал стакан, он потянулся за портфелем, который принес с собой. Калинда сбросила туфли и уютно устроилась рядом с Рэндом.

Положив ноги на кожаный пуфик, Рэнд порылся в портфеле.

— Вот, нашел. У меня к тебе несколько вопросов насчет ваших отношений с банками, — деловито заявил он.

Калинда заглянула ему в глаза и поняла, что он не шутит. Похоже, он и вправду не собирается ее обольщать. Честно говоря, она не знала, радоваться этому или огорчаться.

Подавив улыбку, она начала отвечать на вопросы Рэнда.

Полчаса спустя она все еще говорила. Рэнд кивал, делая в блокноте пометки. Испытывая странное чувство умиротворения и покоя, она положила голову ему на плечо и еще теснее прижалась к нему. Его интерес к работе показался ей почти трогательным. Он так увлечен, сонно подумала она, закрывая глаза.

От этой мысли она вдруг встрепенулась.

Рэнд в самом деле чрезвычайно увлечен! Радуется возможности поучаствовать в опасной игре, в которой ему когда-то не было равных. Еще там, в горах, Калинде порой казалось, что он изнывает от скуки. Может быть, поэтому его и потянуло к ней?

Четкий и ясный ответ на мучившие ее вопросы окончательно сложился у нее в голове.

Рэнд приехал к ней в Денвер, бросив свое жилище в горах, потому что ему до смерти надоела тихая, спокойная жизнь на берегу озера. А она, Калинда, сама того не желая, помогла ему осознать это. Видимо, он решил использовать ее, чтобы вернуться в мир бизнеса, в котором когда-то занимал отнюдь не последнее место.

Выходит, встреча с ней послужила всего лишь своеобразным катализатором для человека, намеревающегося круто изменить свою жизнь? Эта мысль неприятно кольнула ее. Что будет с ней, после того как она выполнит отведенную ей роль?

Глава 8

Калинда проснулась через несколько часов, оттого что в огромных окнах начал заниматься жемчужно-серый рассвет. Она моргнула и, открыв глаза, обнаружила, что крепко спящий Рэнд прижал ее к спинке дивана.

Оба они были в строгих костюмах, только без пиджаков. Ее бежевая шерстяная юбка и кремовая блузка с бантом смялись и потеряли всякую форму. Видимо, Рэнд ночью достал одеяло и укрыл им Калинду, после чего и сам заснул. Калинда осторожно пошевелилась и поняла, что не в состоянии двинуться: рука Рэнда крепко обнимала ее за плечи.

Все тело у нее затекло. Ей удалось немного приподняться и опереться на локоть. Спутанные волосы упали ей на глаза. Калинде отчаянно захотелось принять душ, переодеться и вообще привести себя в порядок. Но как ей выбраться из постели, не потревожив сон Рэнда?

В бледном утреннем свете резкие черты его лица смягчились, складки у рта и морщинки вокруг глаз разгладились. Воротник рубашки был расстегнут, галстук валялся на полу.

Калинда с нежностью смотрела на него, стараясь запечатлеть в памяти каждую черточку. Да, она любит этого человека… Каким умиротворением дышит его мужественное лицо! Но не потому, что он провел ночь рядом с ней, с грустью подумала Калинда, а оттого, что оказался в родной стихии. После небольшого перерыва он вернулся к насыщенной, полной опасностей и борьбы жизни, которую вел много лет.

Как долго он будет нуждаться в ней? Ведь он видит в их отношениях всего лишь средство вновь проникнуть в мир большого бизнеса, в котором когда-то безраздельно властвовал. Помощь фирме «Брейди дейта процессинг»— только трамплин для этого энергичного человека, прирожденного бизнесмена, чтобы достичь прежних высот. Калинда, возможно, помогла ему понять, в чем его истинное призвание, но какое место она займет в его жизни, после того как он снова прочно утвердится в деловом мире?

Если им суждено вскоре расстаться, почему она так яростно сопротивляется охватившей ее страсти, отчего старается держать в узде свои чувства? Почему бы не насладиться недолгими минутами счастья? Если судьба будет к ней благосклонна, их роман продлится еще несколько недель или даже месяцев, прежде чем Рэнд займет подобающее ему положение. Но ведь уже сейчас ей невыносима мысль о разлуке. Насколько труднее будет расставание через полгода? А вдруг она надоест Рэнду гораздо раньше? Он заскучает, охладеет к ней… Нет, она этого не выдержит!

Погрузившись в невеселые мысли, Калинда не сразу заметила, что Рэнд проснулся. Его темные ресницы затрепетали и взметнулись вверх, карие глаза смотрели на Калинду с лукавым любопытством.

— Доброе утро, мисс Брейди, — хрипловатым со сна голосом сказал он, ласково перебирая ее волосы. — У вас интересная манера проводить деловые совещания. Вы всегда засыпаете в разгаре дискуссии?

— По-моему, не только я заснула во время вчерашнего совещания, — отозвалась она, чувствуя, что ее тревога тает, как снег на солнце. — Видимо, вам следовало вчера угостить меня кофе, а не коньяком, мистер Аластер.

— Как жаль, — улыбнулся он, — что мы не довели дело до конца. Кое-какие вопросы остались невыясненными.

Под его пристальным взглядом Калинда покраснела. Прежде чем она успела придумать шутливый ответ, рука Рэнда, поглаживающая ее волосы, дрогнула и его губы потянулись к ее рту.

Прерывисто вздохнув, Калинда склонилась над ним — ее мягкие густые волосы упали ему на лицо, — и их губы слились в жарком поцелуе.

— По-моему, у нас есть время подвести некоторые итоги, — шепнул он, отрываясь от ее рта.

Калинда вспомнила о данном себе обещании.

— Пожалуй, — легко согласилась она и увидела, что Рэнд вспыхнул от удовольствия. — Нет ничего лучше утренней прогулки.

— Прогулки?!

— Ну да. Полезно немного размяться перед началом трудового дня.

— Если тебе требуется разминка, у меня есть другое предложение, куда более приятное, — решительно начал он, обнимая ее за шею.

Собрав все силы, Калинда решила не поддаваться искушению. Надо положить этому конец, пока не поздно. Если она хочет сохранить рассудок и душевное равновесие, избежать очередного жестокого разочарования, необходимо взять себя в руки и сказать Рэнду правду.

— Считай мое предложение приказом своего нового начальника, — сказала она, садясь и отводя его руки.

Рэнд задумчиво смотрел на нее.

— Я не привык подчиняться приказам, — заметил он.

— Ты сам вчера сказал, что за время твоего отсутствия в деловом мире кое-что изменилось.

— Есть вещи, которые не меняются. — Он снова потянулся к ней.

— Я не шучу, Рэнд, — твердо сказала она, уклоняясь от его объятий. — Я действительно хочу пройтись. Мы… нам надо поговорить.

Рэнд заколебался, пытаясь определить степень ее серьезности. Потом выразительно развел руками.

— О'кей, босс, как скажете.

Мы, наверно, представляем собой довольно странное зрелище, думала Калинда через некоторое время, шагая рядом с Рэндом по дорожкам ближайшего парка. В Денвере было много подобных зеленых островков, около ста пятидесяти. Вряд ли хоть где-нибудь в этот ранний час прогуливалась столь же странная пара в изрядно помятых строгих костюмах.

Оказавшись на свежем воздухе, Калинда почувствовала себя лучше. Ясность мысли вернулась к ней. Начинался новый летний день, на западе высились горы, окутанные утренней дымкой. Дышалось легко, и казалось, что все еще впереди, сбудутся все желания, осуществятся мечты… Сколько предыдущих поколений чувствовало то же самое, глядя на эту величественную панораму?

— Ты часто здесь гуляешь? — осведомился Рэнд с кислой усмешкой.

— Разумеется, нет. Я боюсь хулиганов.

— Думаешь, я смогу защитить тебя в случае чего? — заинтересовался он, искоса взглянув на нее.

— Если к нам кто-нибудь пристанет, мы ему сообщим, кто ты, и любой злоумышленник тут же сбежит куда подальше.

Рэнд вздрогнул.

— То, что произошло вчера на совещании, явилось для тебя полной неожиданностью, да?

— Честно говоря, да, — просто сказала Калинда, вдыхая бодрящий воздух. — Я вдруг узнала, что ты вовсе не шутил, называя себя опасным хищником.

— Тебя это беспокоит? — тихо спросил он, не глядя на нее.

— А что, у меня есть основания для беспокойства?

— Нет. То, что у меня такая репутация, должно убедить тебя…

— В чем?

— В том, что я достоин твоего восхищения.

— Именно об этом я и хотела с тобой поговорить, — заявила Калинда, удивляясь собственному спокойствию.

— Я уже догадался, — вздохнул Рэнд. — В чем дело, Калинда? Что тебя тревожит? — Он поймал ее руку, словно готовясь к схватке.

— Ничего особенного, Рэнд. Просто я хочу поставить точки над «i». Я не шутила вчера, когда говорила, что мы должны некоторое время находиться в официальных отношениях. Нам необходимо лучше узнать друг друга…

— Ты расстроилась, узнав, кто я, не так ли? — перебил ее Рэнд. — Но, дорогая, неужели ты не понимаешь, что именно благодаря своему прошлому я могу помочь твоей компании?

— Понимаю. И признательна тебе. Дело не в этом. — Она старалась говорить спокойно, держать себя в руках. Но, Боже, как трудно сохранять холодную невозмутимость, когда он так на нее смотрит… Словно она для него гораздо важнее, чем любой бизнес.

Внезапно Рэнд остановился и загородил ей дорогу.

— Тогда в чем дело? — спросил он, напряженно всматриваясь в ее лицо. — Что ты пытаешься мне сказать?

Калинда отважно взглянула ему прямо в глаза.

— Рэнд, я действительно благодарна тебе за стремление помочь нашей компании. Но отдаешь ли ты себе отчет в своих побуждениях? Не принимаешь ли желание вернуться в мир бизнеса за… интерес ко мне?

— О чем ты говоришь, черт побери? — почти закричал он, хватая ее за руки. Глаза его гневно запылали.

— Прошу тебя, — умоляюще сказала она, не на шутку встревожившись, — не сердись. Это же очевидно. Ты увлечен идеей возвращения в мир, где однажды добился такого успеха. Вчера я заметила, что ты просто на седьмом небе от счастья. Я рада, что послужила своеобразным катализатором, помогла тебе принять правильное решение. Честное слово, рада…

— Каким еще катализатором?!

— Не волнуйся так… Помнишь, я тебя спросила в первый день нашего знакомства, не скучно ли тебе в горах? Не надоела ли тебе рыбалка и работа в магазине? Ты ответил отрицательно, но мне показалось, что в глубине души ты со мной согласился. Проведя в горах полтора года, ты устал от безделья, начал внутренне метаться, не осознавая этого… Ты же по натуре игрок, Рэнд. Я принесла с собой дыхание того мира, который ты покинул, мое появление стало последней каплей, переполнившей чашу… Внезапно все встало на свои места, правда? Ну а потом ты убедил себя, что тебе нужна я, потому и приехал в Денвер, на самом же деле ты хочешь вновь стать тем, кем был. Рэнд изумленно смотрел на нее.

— Да у тебя целая теория готова! Прямо психоанализ какой-то.

— Разве я не права? — печально прошептала Калинда, не глядя на него. — Неужели ты будешь отрицать, что испытал ни с чем не сравнимое удовольствие, окунувшись в родную стихию?

— Ловко ты меня поймала, Калинда Брейди… — ледяным тоном процедил Рэнд сквозь зубы. Его карие глаза метали громы и молнии. — Я и в самом деле не могу отрицать, что бизнес меня очень привлекает. Ты видела меня вчера в работе. В гончарной мастерской я никогда не засиживался за полночь.

Калинда грустно кивнула, словно он подтвердил ее худшие опасения.

— Не буду отрицать и то, что мне стала надоедать жизнь в горах, — продолжал Рэнд. — За полтора года, проведенные в магазине, в который я заглядывал куда реже, чем надо бы, и на берегу озера в обществе форели, я порядком расслабился и почувствовал, что мне чего-то не хватает.

— Вот видишь… — пробормотала Калинда, опуская глаза.

— Но в эту ловушку мы попались вместе, — продолжал Рэнд, беря ее за подбородок. — Своим поведением ты ясно дала мне понять, что не хочешь связываться с ленивым бездельником, у которого на уме только рыба и глиняные горшки. Тебе нужен человек твоего круга. Что ж, ты убедилась, что я не только прекрасно понимаю законы твоего мира, но и способен управлять им, если захочу. Калинда, во мне есть все, что ты ищешь в мужчине. Не пытайся нарушить наш договор!

Пораженная его резким, холодным тоном, Калинда застыла на месте.

— Но между нами нет никакого договора, Рэнд!

— Теперь есть! — возразил он и припал к ее губам, словно печатью скрепляя свои слова.

Это был яростный, требовательный поцелуй, лишенный былой нежности. Рэнд словно хотел показать, что может управлять не только миром, в котором жила Калинда, но и ею самой.

Его губы прижимались к ее рту все сильнее, и она поддалась, ответила на поцелуй. Сердясь на себя, Калинда попыталась отстраниться, но Рэнд только крепче прижал ее к себе. Горячая волна окатила ее с головы до ног, сердце бешено стучало.

Почувствовав ее сопротивление, Рэнд начал слегка покусывать ее губы, словно предупреждая, что может сделать ей больно, если она не подчинится. Невысказанная угроза подействовала, и Калинда покорно обмякла в его руках. Он принял ее покорность как должное и не отрывался от ее губ, пока в ней не пробудилась прежняя страстность.

Наконец он поднял голову и заглянул ей в глаза с видом победителя. Калинда смущенно спрятала лицо у него на груди.

Они долго стояли обнявшись и не говоря ни слова. Калинда все еще дрожала от пережитого возбуждения. Ее поразил не столько сам поцелуй, сколько стремление Рэнда утвердить над ней свою власть. Он в самом деле хочет меня, думала Калинда. Каковы бы ни были мотивы его приезда в Денвер, он действительно сильно увлечен мною. Но удовлетворится ли этим она сама?

— Не сопротивляйся мне, Калинда, — хрипло прошептал он. — Прошу тебя! — Его губы коснулись ее волос. Яростный порыв угас, теперь он целовал ее нежно, словно просил прощенья. Его руки слегка дрожали, и Калинда поняла, что он потрясен не меньше, чем она сама.

— Ты мне угрожаешь, Рэнд? — с трудом сказала она, не поднимая глаз. — Хочешь сказать, что мне не поздоровится, если я не подчинюсь тебе?

Рэнд вздрогнул.

— Я не причиню тебе боли, никогда. Но и не отпущу. Ты мне слишком дорога.

— Рэнд…

Она и сама не знала, что собирается сказать, от напряжения ее мысли путались, голова кружилась. Рэнд не дал ей закончить, мягко отстранил от себя и с трудом улыбнулся.

— Не говори больше ничего, ради нас обоих. Нам пора вернуться к действительности и заняться делами. Пойдем позавтракаем где-нибудь.

Не дожидаясь ответа, он увлек ее за собой. День прошел так же, как и предыдущий. Рэнд беспрерывно говорил по телефону: звонил в банки, старым знакомым, которые были ему чем-то обязаны, и людям, знавшим всю подноготную недавно возникшей империи Дэвида Хаттона. Положив трубку после очередного разговора, он углублялся в изучение документов, которые предоставили в его распоряжение сотрудники «Брейди дейта процессинг».

— Знаешь, для меня это хорошая школа, — задумчиво сказала Калинда в конце дня, когда они решили немного отдохнуть и подкрепиться кофе и бутербродами. — Когда все это кончится, я буду гораздо лучше разбираться в бизнесе.

Рэнд довольно улыбнулся.

— В борьбе есть свои преимущества. Руководство компании, которой приходится сопротивляться насильственному слиянию, никогда не остается прежним.

— Наверно, начинает лучше ориентироваться и готово смотреть в лицо опасности, — кивнула Калинда с серьезным видом.

Около десяти часов вечера Рэнд отвез ее домой и чмокнул в щечку на прощанье, не ожидая приглашения зайти. Вид у него при этом был довольно озабоченный. Калинду немного удивила такая сдержанность, но спорить она не стала. Ей тоже хотелось побыть одной.

Однако, лежа в постели, она поймала себя на том, что скучает по Рэнду. Попыталась отвлечься и обдумать, как ей быть дальше, но мысли разбегались, она ни на чем не могла сосредоточиться и наконец незаметно для себя уснула. Придя наутро в контору и увидев его улыбающееся лицо, она не могла скрыть свою радость.

Рэнд пришел на час раньше и допивал вторую чашку кофе, когда Калинда появилась в дверях.

— Привет! — весело сказал он и, заметив, что она вдруг нахмурилась, добавил:

— Что-нибудь не так?

— Ты пьешь слишком много кофе, — озабоченно сказала она, проходя в кабинет и усаживаясь за свой стол.

Он с удивлением взглянул на недопитую чашку и пожал плечами.

— Старая привычка.

— Кофеин очень вреден для здоровья. Тебе следовало бы перейти на чай.

Рэнд задумчиво взглянул на Калинду и решительным жестом отодвинул чашку.

— Как скажете, босс.

Калинде стало смешно.

— Нет ничего лучше исполнительного подчиненного!

— Давай договоримся. На работе я буду исполнительным и послушным, а после работы — ты!

— Легкомыслие и нахальство в нашей компании не поощряются.

— Постараюсь это учесть. Не соблаговолите ли вы налить мне чашечку чая? — насмешливо спросил он.

Калинда сделала вид, что раздумывает.

— Если я налью вам чая, вы можете вообразить, что вертите своим начальником как хотите.

— Я предпочел бы заниматься этим в постели, — промурлыкал он, наклоняясь к ней.

Калинда отпрянула и откинулась на спинку стула.

— Ты и в самом деле засиделся в своих горах! — воскликнула она, вскакивая и подходя к столику, на котором стояли термос с горячей водой и кофейник. — Что за манеры? Ты забываешься!

— Надеюсь, ты займешься моим воспитанием, — хмыкнул Рэнд. Калинда подала ему чашку. Он с шутливым поклоном взял ее, но выражение его лица подсказало Калинде, что он говорил вполне серьезно. Неужели он в самом деле собирается ее слушаться? Что-то не похоже…

— Какие у нас планы на сегодня? — деловито спросила она, давая понять, что пора приступать к работе.

— Пообедать, — объявил он, прихлебывая горячий чай и с интересом наблюдая за ней поверх чашки.

— Пообедать?

— Ну да. В ресторане, где сегодня вечером будет Дэвид Хаттон, — уточнил он небрежным тоном.

Калинда непонимающе уставилась на него.

— Но зачем?

— Финансовое маневрирование — только половина дела, — терпеливо объяснил Рэнд. — Второй, не менее важный аспект — психологическая атака.

— Ты хочешь, чтобы он увидел нас вместе? — предположила Калинда, начиная понимать, что он задумал.

— К настоящему моменту Дэвид уже знает, что я имею отношение к «Брейди дейта процессинг». Сегодня вечером он узнает, какое именно.

— Зачем?

— Затем, чтобы он понял, что ему не удастся привлечь меня на свою сторону, — небрежно сообщил Рэнд.

— Привлечь тебя… О Господи, Рэнд, ты хочешь сказать, что он может попытаться подкупить тебя?

— Уже попытался. Вчера, после того как я отвез тебя домой, мне позвонили. — Казалось, Рэнда нисколько не заботит такой оборот событий. — Этого следовало ожидать. С самим Хаттоном я, естественно, не говорил, звонил один из его заместителей. Хотел меня прощупать.

— Боже всемогущий! Невероятно! И что… что ты сказал тому, кто звонил? — Она никак не ожидала от Дэвида такой подлости. Конечно, ей было известно, что грязные приемы не редкость в деловом мире, но сама она никогда не сталкивалась ни с чем подобным. В первый раз она задумалась: можно ли подкупить Рэнда?

— А ты как думаешь? — буркнул Рэнд. Калинда взглянула на него, вспоминая все, что знала о нем, и наконец ответила с полной убежденностью:

— Конечно, ты сказал «нет».

— Почему «нет»? «Конечно»? Откуда такая уверенность? — заинтересовался он, не сводя с нее пристального взгляда.

— Ты неспособен на такую подлость. Ты же дал нам слово, — твердо заявила она, ничуть не сомневаясь, что так оно и есть.

Наступило напряженное молчание. Они не отрываясь смотрели друг на друга, читая в душе другого как в открытой книге. Рэнд мягко улыбнулся.

— Спасибо, Калинда.

Она пожала плечами. За что? Она верит ему. И больше не о чем говорить.

— Так почему мы должны пойти в этот ресторан?

— Потому что Дэвид не успокоится, он будет предпринимать одну попытку за другой, думая, что следует просто увеличить цену. Я же хочу покончить с этим раз и навсегда, захлопнуть двери перед самым его носом, так сказать, чтобы он по-настоящему струсил. — Рэнд отчеканивал каждое слово, его гладкий лоб прорезала гневная складка. — Если нам удастся запугать его до полусмерти, он, возможно, вообще откажется от своей затеи. Этот негодяй должен знать, что у нас есть против него оружие и мы не преминем им воспользоваться, чтобы победить.

— А у нас действительно есть против него оружие?

— Да. Правда, борьба с ним влетит нам в копеечку. Хорошо бы отбить у него охоту связываться с нами еще до начала военных действий.

— Что нас ожидает в худшем случае?

— Добровольное слияние с другой компанией, — буркнул Рэнд, не желая скрывать от нее правду.

— Этого я и боялась, — простонала Калинда.

Рэнд положил на стол бумаги, которые держал в руках.

— Так обычно поступает проигравшая сторона, если у нее нет сил бороться. Ищет подходящего партнера. Но не надо отчаиваться, Калинда. Еще не все потеряно. У меня есть кое-какие связи. Мы можем найти подходящую компанию для «Брейди дейта процессинг», которая согласится объединиться с нами на наших условиях. Это лучше, чем уступить Хаттону.

— Понимаю… Но даже при самом благоприятном исходе «Брейди» частично утратит свою независимость.

— Если дело дойдет до этого, мы выторгуем наилучшие условия. Но есть и другой выход. Вы почти совершенно не пользовались кредитом, насколько мне удалось выяснить. Надо хорошенько подумать, все просчитать и действовать быстро и решительно.

— С какой целью?

— Для того чтобы резко увеличить цену акций «Брейди»и выкупить их у Хаттона.

— Это будет дорого, — задумчиво протянула Калинда. — Кредит обойдется нам в целое состояние. Процентные ставки очень высоки.

— Ты недооцениваешь преимущества, которые дает использование банковских ссуд.

— Не люблю быть в долгу, — признала она. — Это у меня отцовская черта.

— Крупные предприятия не могут существовать без кредитов. «Брейди» придется признать это, если вы хотите устоять и сохранить свою независимость.

Калинда слушала Рэнда как зачарованная. Он еще раз доказал ей свою эрудицию. Каких высот он мог бы добиться, если бы не вышел из игры полтора года назад! Неожиданная мысль поразила ее: если бы он покусился на их компанию, они потерпели бы сокрушительное поражение!

Прекрасно осознавая важность борьбы с Дэвидом Хаттоном всеми возможными способами, Калинда оделась к вечеру с особой тщательностью. Она выбрала нарядный костюм из набивного бархата. Облегающий фигуру жакет и узкая юбка дополнялись тонкой шелковой блузкой, создавая изысканный ансамбль. На плечи Калинда накинула яркую шаль с золотыми кистями. Тяжелый узел волос на затылке украшал сверкающий гребень. Калинда выглядела элегантной и уверенной в себе. Последнее было особенно важно: пусть Дэвид увидит, что ему не удалось ее запугать.

Одеваясь, она вспомнила, как близка была к тому, чтобы встретиться с ним в маленьком курортном городке в горах. Даже если Рэнду Аластеру не удастся спасти «Брейди дейта процессинг», она всегда будет благодарна ему за то, что он отговорил ее от этого свидания, удержал от неверного шага. Теперь она ясно видела, что ее неуклюжая попытка отомстить бывшему возлюбленному окончилась бы неудачей. Более того, последствия этой встречи могли быть просто катастрофическими. Дэвид не преминул бы воспользоваться случаем и скомпрометировать ее перед коллегами. Да-а, она чудом избежала опасности… Что, если Дэвид сообщил бы директорам «Брейди дейта процессинг», что президент фирмы тайно встречается с их заклятым врагом? Страшно подумать…

Раздался тихий стук в дверь. Калинда распахнула ее с сияющими от радостного возбуждения глазами и, увидев Рэнда, очень элегантного в сшитом на заказ пиджаке и темных брюках, поняла, что ее приподнятое настроение объясняется не только азартом борьбы с Хаттоном.

— Мы оба сногсшибательно выглядим, не правда ли? — засмеялась Калинда, любуясь Рэндом.

— Это очень кстати, — весело заметил он, беря ее под руку. — Потому что именно это мы и собираемся сделать: сбить Хаттона с ног.

— А как ты узнал, где он сегодня обедает? — спросила Калинда минут через пятнадцать, выходя из машины и направляясь к ярко освещенному входу в один из лучших ресторанов города.

— Должен сознаться, что воспользовался услугами твоего секретаря.

— Джорджа?

— Теперь мне понятно, почему ты наняла его. Джордж прекрасно знает свое дело. Он умудрился вытянуть нужную информацию из секретарши Хаттона, причем так искусно, что бедняжка ничего не заподозрила.

Калинда рассмеялась, представив себе Джорджа в роли лазутчика во вражеском лагере. Она все еще улыбалась, когда метрдотель почтительно проводил их к столику на двоих.

Заметив, с каким удовольствием Калинда рассматривает изысканный интерьер, белоснежные скатерти, сверкающие серебряные приборы и свежие цветы на столике, освещенные уютным огоньком свечи, Рэнд слегка поморщился.

— Только не говори мне, что Хаттон часто приглашал тебя сюда, — буркнул он, рассматривая карточку вин.

— А он и не мог меня пригласить сюда, — улыбнулась Калинда. — Два года назад этого ресторана просто не было. — Слова Рэнда воскресили в памяти недолгий роман с Дэвидом, и она внезапно поняла, что эти воспоминания больше не имеют над ней никакой власти. Собственное равнодушие удивило ее: ни гнева, ни обиды, ни растерянности — ни одного из тех чувств, которые так долго мучили ее.

— Вот и прекрасно, — небрежно отозвался Рэнд. — Я боялся, что твои сентиментальные воспоминания могут нам помешать.

— Их нет, — улыбнулась Калинда, глядя на него в мерцающем свете свечи. Убедившись, что она говорит искренне, Рэнд удовлетворенно кивнул. — Ты бы просветил меня насчет роли, которую я должна сыграть, — деловито продолжала Калинда. — Будем делать вид, что у нас деловая встреча президента фирмы и консультанта по финансовым вопросам? Или предполагается, что ты старый друг семьи, пришедший мне на помощь в память о дружбе с моим отцом? Или…

— Я не был знаком с твоим отцом, — напомнил ей Рэнд с загадочной улыбкой.

— Но это был бы неплохой штрих к твоему имиджу, не так ли? — оживилась Калинда. Эта идея ей самой понравилась.

— Предоставь все мне, хорошо?

— Можно узнать, что ты задумал?

— Увидишь… А вот и наш противник! Выглядит точно так же, как на фотографии.

Калинда замерла. Ощущение увлекательного приключения куда-то исчезло, ее вдруг охватил страх. Она посмотрела на Рэнда, ожидая какого-нибудь сигнала, намека… Как ей вести себя с Дэвидом?

Хаттон заметил ее и направился прямо к их столику. Рэнд встал.

— Добрый вечер, Калинда, — непринужденно произнес хорошо знакомый голос. — Не ожидал увидеть тебя здесь. Какой приятный сюрприз! Ты ведь незнакома с моей супругой? Дорогая, позволь представить тебе Калинду Брейди. В настоящее время мы ведем с мисс Брейди деловые переговоры.

Калинда вся закипела. «Деловые переговоры»! Каков подлец! Она подняла глаза и увидела рядом с Дэвидом очаровательную молодую женщину, о которой столько думала, готовясь к свиданию со своим бывшим женихом.

Да, она действительно очень красива, подумала Калинда, и, судя по безмятежному выражению лица, ничего не знает о темных делишках мужа, да и не хочет знать.

— Добрый вечер, миссис Хаттон, рада с вами познакомиться, — вежливо сказала Калинда. Жена Дэвида улыбнулась, пожала протянутую ей руку и произнесла несколько любезных слов. Калинда перевела взгляд на Рэнда, собираясь представить и его.

Но Рэнд опередил ее. В упор глядя на Дэвида, он светским тоном проговорил:

— Боюсь, мы с вами раньше не встречались. Я Рэнд Аластер, жених Калинды.

Глава 9

Только Арлин Хаттон приняла его нарочито небрежные слова как должное. Ошеломленная Калинда подумала, что эта красивая женщина, сама того не зная, дала им с Дэвидом время прийти в себя. Мы должны бы поблагодарить ее!

Супруга Хаттона с очаровательной непринужденностью поздравила Рэнда и его «невесту»и сказала все, что полагается в таких случаях. Рэнд отвечал ей в той же светской манере. Их приятную беседу прервал Дэвид, который наконец оправился от шока и начал соображать, что к чему.

— Я не знал, что ты обручена, Калинда, — холодно сказал он, не сводя с нее пронзительного взгляда темных глаз, которые Калинда находила когда-то такими красивыми.

— О-о, это произошло совсем недавно, — объяснила она, удивляясь собственной выдержке. Рэнд поспешил ей на помощь.

— В прошлое воскресенье, — уточнил он, ласково улыбаясь Калинде. Та слегка покраснела и опустила глаза. — Я даже не успел подарить ей кольцо. Мы отдыхали в горах, знаете ли, — продолжал он, обращаясь к жене Дэвида. — А вернувшись в Денвер, обнаружили, что за время нашего отсутствия возникла небольшая проблема, требующая нашего внимания.

При этих словах Дэвид вздрогнул и перевел взгляд на Рэнда.

— К концу недели мы покончим с делами, а уж потом предадимся радостям помолвки. — Смеющиеся карие глаза Рэнда обратились на Дэвида, наблюдавшего за счастливым «женихом»с явной неприязнью. — Проблема пустяковая, много времени не займет.

— Я слышал, вы начали работать в «Брейди дейта процессинг», — холодно заметил Дэвид. — Вероятно, вам обещано немалое вознаграждение, иначе вы не вернулись бы к активной жизни.

— Деньги тут ни при чем. Это все из-за Калинды, — жизнерадостно заявил Рэнд. — Если бы не она, я бы и пальцем не шевельнул.

Калинда вспыхнула от удовольствия. Рэнд недвусмысленно дал понять Дэвиду, что решился на борьбу с ним из личных побуждений, а вовсе не из-за денег. А значит, его нельзя купить!

— Вот как… — ледяным тоном отозвался Дэвид. — Значит, вы не думаете, что «пустяковая» проблема, о которой вы упомянули, займет много времени?

— Уверен, — ответил Рэнд с хищной улыбкой. — Обычные финансовые игры. У меня немалый опыт в таких делах, как вам, вероятно, известно. В данном случае все абсолютно ясно. Фирма Калинды крепко стоит на ногах. Возможности кредитного маневрирования поразительны. Я бы даже посоветовал своей невесте расширить сферу деятельности после того, как мы покончим с временными затруднениями, и подыскать подходящую компанию. «Брейди» вполне может выступить в роли покупателя.

Истинное значение его слов было совершенно ясно. «Брейди дейта процессинг» может в скором будущем обратить самое серьезное внимание на компанию Дэвида Хаттона как на потенциальную жертву. Калинда с трудом удержалась от смеха, видя растерянность своего противника. Она улыбнулась Дэвиду торжествующей, насмешливой улыбкой.

— Хватит говорить о делах, — вступила в разговор Арлин Хаттон, трогая мужа за рукав. — Дай возможность влюбленным насладиться обществом друг друга. Они, наверно, пришли сюда, чтобы отпраздновать помолвку.

— Как вы догадались? — любезно осведомился Рэнд.

— Да-да, конечно, дорогая, — рассеянно отозвался Дэвид, метнув на Калинду злобный взгляд.

Калинда попрощалась с супругами кивком головы, наслаждаясь замешательством Дэвида. Она отлично видела, что он вне себя от ярости. Его выразительные темные глаза метали громы и молнии. Наверно, кроет ее про себя последними словами, но что он может сказать? Разумеется, он прекрасно понял намек Рэнда, полный скрытой угрозы. Забавно, что они поменялись ролями. Пусть этот мерзавец почувствует, каково это — оказаться в роли преследуемого.

Не говоря ни слова, Дэвид повернулся и, взяв жену под локоть, с достоинством удалился. Рэнд медленно опустился на стул, провожая его задумчивым взглядом.

Не в силах более сдерживаться, Калинда наклонилась к своему спутнику и прошептала:

— Ты мог бы меня предупредить!

— Я придумал это на ходу, — извиняющимся тоном пробормотал Рэнд, поднимая глаза на рассерженную Калинду. — Сам от себя не ожидал.

— Черта с два! Ты все продумал заранее! Почему ты не сказал мне, что мы будем изображать жениха и невесту?

— Побоялся, что ты испортишь игру, — признался он, беря в руки карточку вин.

К их столику приближался официант, и Калинда прикусила язык, раздраженно постукивая по ковру туфелькой на высоком каблуке. Когда они остались одни, она возобновила атаку.

— Ты не боишься загнать себя в угол этой ложью? — процедила она, всем сердцем желая только одного: чтобы он подтвердил свои слова, сказал, что действительно хочет жениться на ней.

— Мне это не грозит. Я найду выход из любого положения и не стану делать того, что мне не по душе, — уверенно заявил Рэнд, изучая первую страницу меню, на которой перечислялись изысканные закуски.

— Что ж, рада за тебя, но как насчет меня? — возмутилась Калинда. — Обо мне ты подумал? Слух о нашей так называемой помолвке разнесется с быстротой молнии. Не испытываю ни малейшего желания вновь оказаться в роли отвергнутой невесты! Это… унизительно!

Она ясно представила себе последствия неожиданного поступка Рэнда. Он привык пользоваться любыми средствами в борьбе со своими врагами. По его мнению, цель оправдывает средства. Но именно ей придется расхлебывать кашу, которую он заварил! Перспектива личного унижения волновала ее сейчас куда больше, чем возможное поражение компании.

Рэнд не торопясь отложил меню и взглянул в глаза Калинды, полные боли и отчаяния.

— Ты действительно думаешь, что я способен намеренно унизить тебя? — спросил он тихо.

Калинда опомнилась. Вся ее злость мгновенно испарилась. Второй раз за сегодняшний день Рэнд спрашивал, верит ли она ему. Утром она на секунду усомнилась в его неподкупности, а теперь… Она задумчиво смотрела на него. Деваться некуда, он требует от нее прямого и честного ответа. Заглянув себе в душу и подавив минутное раздражение, она поняла, что ответ может быть только один.

— Нет, — вздохнула она, откидываясь на спинку стула и принимая недоступный вид. — Я не считаю, что ты способен намеренно унизить меня.

Наступило долгое напряженное молчание.

Оба обдумывали значение признания Калинды. Глаза Рэнда не отрывались от ее лица. Калинда могла бы поклясться, что, несмотря на серьезность, в них пряталась еле заметная улыбка.

— Скажи мне, Рэнд, — упрямо продолжала Калинда, желая во что бы то ни стало добиться объяснения, — почему ты сказал Дэвиду, что мы помолвлены?

— Во-первых, мой замысел сработал… Калинда молчала, ожидая продолжения.

— А во-вторых, — продолжал Рэнд, — эта идея не кажется мне такой уж нелепой.

— Что ты хочешь этим сказать? — отважилась спросить она.

— Мы с тобой хорошая пара, Калинда, — убежденно сказал Рэнд. — Нам хорошо работается вместе, нас влечет друг к другу, мы…

— Это что, предложение руки и сердца? — Калинда не верила своим ушам.

— Если хочешь, да…

— Если хочу? В жизни не слышала более хладнокровного предложения! Можно подумать, речь идет о слиянии наших компаний! — Калинда чувствовала, что вот-вот расплачется, и ощутила сильное желание запустить в Рэнда хрустальным бокалом. Да как он смеет сидеть тут с таким самодовольным видом и предлагать ей сделку?

— Дружественном слиянии, — подчеркнул он, настороженно глядя на нее.

— Не так давно тебя интересовал только секс! — процедила она сквозь зубы.

— Теперь все по-другому, появились новые обстоятельства, не так ли?

— Бизнес! Вот что у тебя на уме!

— Если я тебя правильно понял, ты отвергаешь мое предложение? — вежливо спросил Рэнд с непроницаемым видом.

— Считай, что я швырнула его тебе в лицо!

— Значит, я свободен? Ты не будешь обвинять меня в том, что я нарочно унизил тебя? — спросил он, четко выговаривая каждое слово.

Калинда побледнела, потрясенная неожиданным поворотом. Собрав все силы, она попыталась сохранить остатки достоинства.

— Ты… ты можешь считать себя совершенно свободным, — сказала она. — Твоя совесть чиста. Ты же предоставил мне возможность выбора, не так ли?

Рэнд пожал плечами.

— Жаль. Это была бы неплохая сделка.

— Неудивительно, что ты считаешь себя акулой во всем, что касается бизнеса. Тебя, как видно, ничем не проймешь. Ты сохраняешь хладнокровие в любых обстоятельствах, не правда ли? — выпалила она, давая волю гневу. А ведь она чуть было не приняла его предложение, причем на любых условиях.

Рэнд нахмурился.

— Мне кажется, ты не можешь обвинять меня в хладнокровии. Именно ты! Я когда-нибудь проявлял холодность по отношению к тебе, Калинда?

Она стиснула зубы.

— При чем тут это?

Взгляд его карих глаз смягчился, уголки крепко сжатых губ дрогнули в улыбке.

— Тебе не кажется, что ты несколько запуталась в своих доводах? Тебе не изменяет логика? Вообще-то это добрый знак. Значит, я могу надеяться.

Пальцы Калинды нервно комкали салфетку, лежавшую на коленях.

— Хороший бизнесмен не полагается на надежду, — ответила она с вызовом. — Только на факты и цифры.

— Ошибаешься, дорогая. Бизнесмены всегда по натуре оптимисты. Только оптимист способен швырять направо и налево огромные деньги в надежде достичь успеха в изменчивом и коварном мире.

— Мы что, так и будем все время спорить?

— Нет, дорогая, конечно, нет. Я настроен хорошо провести этот вечер и позабочусь, чтобы и ты получила удовольствие.

— Ну разумеется. Нам же нужно продолжать игру, не так ли? Пока Дэвид и его жена здесь…

— ..мы будем делать вид, что влюблены друг в друга, и изображать счастливую парочку, которая только что обручилась, — твердо закончил Рэнд.

К удивлению Калинды, он повел себя в полном соответствии со своими словами. Он был внимателен и любезен. Принявшись за закуски, начал развлекать ее занимательным, остроумным разговором, и она почувствовала, что успокаивается.

К тому времени, когда принесли горячее, она окончательно успокоилась и заставила себя забыть о его предложении. Рэнд просто хотел помочь ей защитить «Брейди дейта процессинг» от Дэвида Хаттона, потому и придумал такой хитрый ход. Не его вина, что она так разволновалась, наговорила глупостей и вообще повела себя как неуравновешенная истеричка.

За десертом, представлявшим собой свежий торт с малиной и взбитыми сливками, Калинда подняла глаза и увидела, что Хаттоны направляются к выходу. С Рэндом и его «невестой» они не попрощались.

— Успокоилась? — спросил Рэнд. — Вижу, что теперь ты находишь ситуацию забавной.

— Что ты имеешь в виду? Реакцию Дэвида на твою выдумку? Пожалуй. Когда он понял, что ты на нашей стороне, я прямо-таки услышала, как у него мозги заскрипели от натуги, — с улыбкой признала Калинда.

— Значит, ты простила меня за то, что я представился твоим женихом?

— Прости мою несдержанность, — смутилась Калинда. — Это было так неожиданно… Тебе следовало предупредить меня, Рэнд.

— Я боялся, что ты будешь возражать.

— И поэтому предпочел застать меня врасплох? Как и Дэвида? — Она покачала головой. — Еще тогда, в горах, я говорила себе, что ты зарыл в землю свои таланты, и теперь вижу, что была права.

— Сомнительный комплимент, — кисло усмехнулся Рэнд. — Ладно, не будем об этом… Ты закончила?

— Осталась одна ягодка.

— Не торопись. Мы прекрасно проводим время, домой совсем не хочется. Предлагаю пойти потанцевать. Я знаю одно замечательное место.

Калинда не стала возражать. Ей хотелось, чтобы этот вечер никогда не кончался. Она была готова на все, чтобы продлить свои хрупкие и такие опасные отношения с Рэндом Аластером.

Спустя несколько минут она села в белоснежный «лотос», поправляя на плечах золотистую шаль. Рэнд устроился рядом и, повернувшись к ней, улыбнулся. Она остро почувствовала его близость в интимном полумраке салона. И опять вспомнила его предложение, которое так решительно отвергла.

Рэнд направил машину к известному ночному клубу. По дороге они обменялись всего несколькими словами, почти физически ощущая напряжение, усиливавшееся с каждой минутой.

Вечер, проведенный в ресторане, помог ей осознать всю непрочность их отношений. Рэнд, видимо, избавит ее от притязаний Дэвида Хаттона, но, когда все будет кончено, ничто не сможет удержать его. Она чувствовала, что он все еще желает ее, но не могла отделаться от ощущения, что его влечение каким-то образом связано с тем, что именно она помогла ему вернуться в мир бизнеса. По словам Рэнда, он приехал в Денвер лишь для того, чтобы доказать, что достоин ее, но Калинду настораживало то удовольствие, с каким он окунулся в привычную среду. Ему просто понадобился предлог, чтобы вновь взяться за дело, которое он знал лучше всего, и она помогла ему в этом.

Мысль о том, что она с радостью согласилась бы стать его женой, прояви он хоть чуточку любви, приводила Калинду в отчаяние. Когда он пригласил ее на танец, она порывисто прижалась к нему и тут же устыдилась этого. Если ей не суждено выйти замуж за Рэнда, почему она так льнет к нему? Будущее не сулит ей ничего хорошего. Зачем же продлевать агонию неизбежного расставания?

Руки Рэнда обвили ее талию. Тихая, медленная мелодия тревожила душу, будила в сердце несбыточные мечты… Рядом в такт музыке двигались другие пары, погруженные в свой собственный мир. Калинда положила голову на плечо Рэнда и обняла его за шею.

Пальцы Рэнда коснулись ее спины, он притянул ее ближе.

— По-моему, мы очень убедительно играем роль обрученных, — шепнул он, прижимаясь губами к ее волосам. — Ну-ну, не напрягайся. Я просто констатирую факт. Ты забыла, как нам хорошо вместе, когда отвергла мое предложение руки и сердца?

— Физического влечения недостаточно для брака, — прошептала она, уткнувшись лицом в жесткую ткань его пиджака.

— Но вполне достаточно, чтобы оправдать легкую интрижку, не так ли? — усмехнулся Рэнд, покусывая мочку ее уха, и обнял ее еще крепче, словно хотел слиться с ней воедино. Калинда почувствовала жар и нарастающее возбуждение его сильного тела.

— Рэнд, мне кажется, нам не следует…

Не дав ей закончить, Рэнд наклонился и припал к ее губам. Оказывается, очень приятно, когда тебя целуют во время танца, пронеслось в голове у Калинды. Затаенную страстность поцелуя усиливали томная мелодия и романтический полумрак зала. Калинду охватило сладкое забытье, уже знакомая истома наполнила все ее существо.

Ласки Рэнда становились все более откровенными, напряжение, возникшее между ними, усилилось. Они продолжали танцевать, двигаясь слаженно и синхронно, не отрываясь друг от друга ни на мгновение.

Искра желания, тлевшая в груди Калинды, начала разгораться в жаркое пламя. Слава Богу, мы не одни, мы в ночном клубе, смятенно думала она, здесь мне ничто не грозит. Я не могу дать волю своим чувствам, а на обратном пути сумею взять себя в руки.

Рэнд наконец оторвался от ее губ и начал целовать в шею, подбородок, глаза. Калинда задрожала, почти теряя сознание от его нежности.

— Почему ты отказала мне, дорогая? — тихо спросил он.

— Один раз я чуть было не вышла замуж за бизнесмена, — слабым голосом ответила она, пряча глаза. Зачем он задает вопросы? К чему слова? Так хорошо находиться в его объятиях и ни о чем не думать. — Слава Богу, этого не произошло. Нельзя смешивать брак и бизнес. Получается что-то вроде сделки.

— И ты боишься, что у нас с тобой может быть то же самое?

— Я думаю, что работа в «Брейди дейта процессинг» для тебя лишь первый шаг к вершинам карьеры. Я не хочу, чтобы ты меня использовал…

— Использовал?!

— Не нарочно, конечно. Я знаю, что ты неспособен на такую подлость, — заверила его Калинда, легко касаясь кончиками пальцев его сильной шеи. — Ты в самом деле уверен, что предлагаешь честную сделку.

— Разве это не так? — нахмурился Рэнд.

— Так… Но этого мало… — Калинда умолкла, не решаясь продолжать.

— Выходит, единственное, что нам остается, — это ни к чему не обязывающая связь, да? — холодно спросил он.

Калинда набрала в грудь побольше воздуха. Очарование минуты исчезло. Настала пора сказать все до конца, закончить объяснение, которое она начала во время утренней прогулки по парку, — Я думаю, это было бы неразумно, Рэнд, — начала она ровным голосом. — Тебе необходимо время, чтобы приспособиться к новой жизни. Когда это произойдет, твой интерес ко мне исчезнет.

— Ты боишься, что я хочу на тебе жениться только для того, чтобы облегчить себе этот процесс?

— А разве это не так? — робко спросила она, поднимая глаза.

— Да что же это такое? — взорвался он. — Ты вбила себе в голову, что нужна мне для каких-то практических целей. Но имей в виду, я не отступлю. Сейчас мы поедем к тебе, и там я заставлю тебя поверить, что ты нужна мне ради тебя самой. Посмотрим, какие еще препятствия ты выдумаешь!

— Рэнд! — воскликнула Калинда. Она поняла, что он настроен серьезно. В его глазах горела угрюмая решимость, теперь его не остановишь.

— Пойдем, Калинда, — сказал он уже мягче, но все так же решительно. — Пора домой.

Они вышли из клуба, сели в «лотос»и поехали на квартиру Калинды. По дороге никто из них не произнес ни слова. Напряжение сгустилось до предела. Калинда не знала, о чем он думает, но сама мысленно продолжала бесконечный спор, придумывая все новые доводы. Он собирается провести с ней ночь, и ничто его не остановит. Но ведь и она об этом мечтает, к чему обманывать себя?

Заглушив мотор, Рэнд вышел из машины, помог Калинде и, крепко взяв ее за руку, повел в дом. Войдя в квартиру, он запер дверь. Калинда, воспользовавшись тем, что он на секунду выпустил ее руку, торопливо шагнула вперед.

Но Рэнд тут же схватил ее за локоть и привлек к себе. Шаль с кистями соскользнула с ее плеч и упала на зеленый ковер золотистым дождем.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Протесты, готовые сорваться с ее губ, замерли, когда Рэнд начал покрывать ее шею жгучими поцелуями.

Мне давно пора понять, в смятении думала Калинда, что он единственный мужчина в моей жизни. Желание, обуревавшее его, — подлинное, хотя к нему сейчас примешивается стремление подчинить ее своей воле. Ответное желание, вспыхнувшее в ней, — тоже настоящее, хотя она и убеждала себя, что поступает неблагоразумно. Она не в состоянии бороться с любовью к этому человеку.

— Калинда, ты не можешь отрицать, что нас тянет друг к другу. И бизнес тут ни при чем! — простонал он, расстегивая ее бархатный жакет.

— Да, Рэнд… — согласилась она тихо. Жакет полетел на пол.

— Скажи, что хочешь меня, — потребовал он, снимая с нее шелковую блузку. — Ты же знаешь, как сильно мое желание. Признайся, что чувствуешь то же самое. Нам никуда не деться друг от друга!

Рэнд был прав. Не сопротивляясь больше, Калинда со стоном обняла Рэнда за шею, отвечая на его поцелуи со страстью, не уступавшей его собственной. Оставалось признаться самой себе, что он сводит ее с ума… Она не в силах отказаться от него. Ею движет любовь, о чем Рэнд, возможно, и не подозревает, но себе она должна сказать правду.

— Я хочу тебя, Рэнд, — прошептала она. Его руки нашли ее грудь и начали нежно поглаживать ее. Калинда хотела сказать, что любит его, но боялась отпугнуть этим. Зачем ему ее любовь? Ему нужна легкая, необременительная связь и, может быть, брак, основанный на расчете.

— Я знаю, дорогая, — хрипло отозвался он. — Ты не в силах это скрыть. Об этом говорят твои глаза, тело, загорающееся под моими пальцами. Невыносимо думать, что ты собираешься бросить меня!

— Я больше не буду, — виновато пообещала она, дрожащими руками помогая ему снять пиджак и расстегивая его рубашку. — Мне давно пора понять, что я бессильна в схватке с таким опытным спорщиком, как ты, — добавила она лукаво. Уголки ее губ приподнялись в нежной улыбке.

— Естественно, ведь в твоих рассуждениях нет никакой логики!

— Ты уверен, Рэнд? — шепнула она.

— Да, — заявил он, продолжая раздевать ее. — Совершенно уверен.

Он любовно погладил ее обнаженную спину, следуя изгибам стройного тела, и она остро ощутила его возбуждение.

Проведя рукой по его груди, она с наслаждением погрузила пальцы в жесткие завитки волос.

Рэнд подхватил ее на руки, и Калинда закрыла глаза, ожидая, что он отнесет ее в спальню. Но вместо этого он опустил ее на пушистый мягкий ковер, на котором в беспорядке валялась их одежда. Потом опустился возле нее на колени и начал гладить напрягшуюся грудь, обводя пальцами отвердевшие соски. Она открыла глаза, сияющие как звезды.

— Неужели ты думала, что я позволю тебе уйти, бросить меня? — спросил он хриплым голосом, прижимая ее к ковру.

— Да… нет… не знаю. Все так запуталось… — Она привстала и с силой притянула его к себе.

Все мосты были сожжены. Калинда поцеловала его с такой страстью, что он застонал. Ведомая извечным инстинктом любящей женщины, она вложила в поцелуй всю свою любовь. Тревожные мысли о будущем унеслись прочь, стоило ей очутиться в объятиях этого человека. Все потеряло смысл, кроме этого мгновения абсолютного растворения, самозабвения. Пусть он почувствует, как сильно она любит его, и неважно, что она никогда не выскажет свои чувства словами.

Ощутив его пальцы на своих бедрах, Калинда оторвалась от его губ. Он со стоном припал к ее груди. Запустив руку в его каштановые волосы, она прижала его голову к себе, трепеща от наслаждения.

— Ты само совершенство, — с трудом выговорил Рэнд. — Как я жил без тебя? Ты сводишь меня с ума… Как же я могу отказаться от тебя?

Калинда выгнулась ему навстречу, ощутила жгучее прикосновение его пальцев в низу живота и чуть не потеряла сознание. Ее тело пронзили токи мучительного желания, требующего немедленного разрешения.

Рэнд прижимал ее к ковру, удерживая в сладком плену ее трепещущее тело, жаждущее полного слияния, доводя Калинду до еще большего экстаза. Она забилась в его руках, каждым нервом ощущая прикосновение горячих пальцев.

— Прошу тебя, Рэнд, прошу тебя… — умоляюще прошептала она, вонзая ногти в его спину и пытаясь привлечь к себе.

Он продолжал осыпать ее поцелуями, наслаждаясь ее мукой, но не спешил ответить на призыв.

— Скажи мне еще раз, что хочешь меня, — потребовал он.

— Да, да! Я хочу тебя! О Боже, я этого не вынесу! — Потрясенная до глубины души силой собственного желания, Калинда открыла бы ему правду, если бы он захотел, сказала бы ему о своей любви. Но он не задал вопроса, которого она ждала. Вместо этого он заговорил о другом. И застал ее врасплох.

— Если ты действительно так хочешь меня, — хрипло произнес он, — ничто не мешает нам пожениться, не так ли? Я ни за что не позволю тебе уйти к другому после того, что было между нами. Скажи, что выйдешь за меня замуж, Калинда, что никогда не покинешь меня.

Вне себя от изумления, Калинда призвала на помощь логику, попыталась припомнить страхи, терзавшие ее. Но все усилия были тщетны. Она любит его, он просит ее выйти за него замуж…

Изнемогая от желания, не в силах больше бороться с собой, Калинда прошептала:

— Да, Рэнд, да. Я согласна. Я выйду за тебя, сделаю все, что ты хочешь.

Все останется по-прежнему. Рэнд ни слова не сказал о любви. Отдает ли он себе отчет в своих чувствах? Может, его желание быть с ней продиктовано благодарностью за то, что она возродила его к жизни, наполнила его существование новым смыслом?

Как бы то ни было, у нее не осталось сил отвергать то, чего так страстно желало ее сердце. Может, со временем он полюбит ее. Если же нет, если когда-нибудь наступит горький час разлуки и Рэнд поймет, что она ему больше не нужна, — что ж, она все равно будет благодарна судьбе за свое недолгое счастье. И не пожалеет ни о чем. Любовь, возможно, принесет ей печаль, но не сожаления.

Глава 10

Через два дня Рэнд появился на пороге кабинета Калинды. Вид у него был усталый и озабоченный. После той незабываемой ночи, когда он овладел ею на ковре в гостиной ее квартиры и заставил чуть ли не силой принять его предложение руки и сердца, она видела его только на работе. Воспоминания нахлынули на нее… Когда все кончилось, Рэнд отнес ее в спальню, нежно поцеловал на прощанье и исчез…

На следующий день он появился в конторе с деловитым видом и ни словом не обмолвился о событиях прошедшего вечера. Теперь все его внимание сосредоточилось на делах «Брейди дейта процессинг». Калинда узнала, что он встретился с представителями руководства фирмы Дэвида Хаттона и подробно объяснил им, что собирается предпринять в случае, если они не откажутся от своих притязаний. Упомянул он и о том, что «Брейди»в состоянии найти подходящего партнера и объединиться с ним на выгодных для себя условиях. Вечером он отвез Калинду домой и попрощался у дверей.

Она только что положила телефонную трубку и с улыбкой размышляла о разговоре с Дэвидом, когда пришел Рэнд. Несмотря на то что он старался держаться как обычно, Калинда уловила в его глазах искорки возбуждения и удовлетворения.

— Все позади, дорогая, — коротко бросил он. — Скоро ты получишь приятное известие. Я только что говорил кое с кем из команды Хаттона. Они в панике. А мы… мы выйдем из этой переделки почти без потерь. Считай, что ты отделалась легким испугом.

— Благодаря тебе. — Калинда заметила, что ее похвала обрадовала Рэнда, хотя он и старался не показывать этого. — Мне только что позвонил Дэвид, собственной персоной. — Она кивнула в сторону телефона.

Рэнд удивленно поднял брови.

— Как, уже?

— Он отказался от своего намерения. — Калинда решила не упоминать о том, что Дэвид сказал вначале, прежде чем перешел к делу. — Он не выразил особой радости, но, похоже, ты не оставил ему другого выхода. Теперь, когда мы располагаем такими кредитами, ему с нами не справиться.

— Хаттон рассчитывал на нежелание «Брейди» пользоваться банковскими ссудами, — задумчиво кивнул Рэнд. — Кроме того, он надеялся вас запугать.

— Чего не произошло, так как лучший игрок оказался в нашей команде, — горячо подхватила Калинда. Выражение лица Рэнда вдруг встревожило ее. Его явно что-то беспокоило. Калинда не понимала, в чем дело. Может, ему требуется одобрение, признание его заслуг? Что ж, справедливо, он заслуживает наивысших похвал. — Только благодаря тебе «Брейди» сохранит свою независимость. — Калинда наклонилась вперед и нажала клавишу селектора. — Джордж, собери, пожалуйста, всех в конференц-зале. Как можно скорее.

— Всех, мисс Брейди, или только руководство? — осторожно спросил секретарь. Он знал, что Калинда только что поговорила с Дэвидом Хаттоном.

— Всех, Джордж. Ты тоже приходи. Джордж секунду помолчал и все же не выдержал. Любопытство одержало верх.

— Хорошие новости, мисс Брейди? Или плохие?

— Лучше быть не может! После того как ты известишь всех о собрании, найди, пожалуйста, достаточно вместительное кафе или ресторан, где мы могли бы устроить сегодня небольшой праздник.

— Кафе, в котором могли бы разместиться все сотрудники? — уточнил Джордж.

— Именно так. Весь персонал фирмы.

— Хорошо, мисс Брейди. Калинда встала и взглянула на Рэнда. Тот с интересом наблюдал за ней.

— Что с тобой? — улыбнулась она. — Не привык находиться в лагере неудачников? Рэнд вздрогнул, словно она ударила его.

— Честно говоря, я об этом не думал.

— Мы нечасто собираемся все вместе в неофициальной обстановке. Но сегодня прекрасный повод для радости. Отпразднуем победу! — весело сказала Калинда, стараясь отвлечь Рэнда от неизвестных ей мыслей.

— Кто возьмет на себя расходы?

— Я. Наши представительские фонды очень невелики. Но я сделаю это с радостью.

Через два часа сотрудники фирмы в приподнятом настроении покидали свои кабинеты, отправляясь на ленч, который наверняка продлится дольше обычного, думала Калинда, с удовольствием наблюдая за ними.

Джордж нашел живописную таверну в центре города, где подавали пиццу и пиво. Владелец охотно согласился обслужить такое большое количество гостей. Калинда решила не тревожиться о размере счета. Все равно ленч обойдется ей дешевле, чем слияние с империей Дэвида!

Она обвела глазами зал. Все уже были в сборе. Официанты разносили кружки с пенящимся пивом и тарелки с пиццей. За угловым столиком сидел Джордж в окружении молоденьких секретарш. Рядом разместилась компьютерная группа. Директора фирмы заняли длинный стол в середине зала, причем Калинде и Рэнду отвели почетные места.

Только что произнесли очередной тост, на этот раз за Рэнда Аластера. Кружки с пивом поднялись вверх, раздались приветственные возгласы. Калинда подавила усмешку: она готова была поклясться, что Рэнд покраснел от смущения. Наклонившись к нему, она тихо сказала:

— Совсем неплохо быть на стороне «хороших». Мы умеем ценить своих героев!

Несмотря на уютный полумрак, Калинда заметила, что Рэнд покраснел еще гуще и бросил на нее косой взгляд.

— Я не привык играть подобную роль.

— Героя? Да ты просто создан для нее! Рэнд сверкнул глазами.

— Ты думаешь?

— Уверена! — рассмеялась она.

Не сводя с нее пристального взгляда, Рэнд пробормотал:

— Калинда, мне нужно с тобой поговорить.

— Сейчас?

— Как можно скорее.

Она похолодела, припомнив озабоченность, которую уловила в его взгляде еще утром. Что случилось? Он передумал? Понял, что больше в ней не нуждается? Она сжала под столом повлажневшие руки.

— Хорошо, Рэнд. Думаю, наше отсутствие не испортит людям праздник, — сказала она, глядя в сторону.

Увидев, что они собираются уходить, некоторые запротестовали, но не слишком настойчиво. Более того, Калинда поймала несколько понимающих взглядов. Кажется, все довольны, подумала она, и не возражают против нашей дружбы. Похоже, коллеги решили, что Рэнд Аластер достоин сопровождать президента фирмы! Ох уж эти их феодальные замашки!

Рэнд вел машину, не говоря ни слова, так крепко сжимая руль, что побелели суставы пальцев. О чем он так напряженно размышляет, забеспокоилась Калинда. Может… может, он раздумал жениться? Решил, что легкая интрижка его больше устраивает? Что ж, без обручального кольца она обойдется, лишь бы Рэнд остался с ней. Она уже не представляла себе жизни без него. Их связывают такие прочные узы, Рэнд сумел сделать ее частью самого себя. Она никогда больше не будет свободна.

Видимо, ее ждет неприятный разговор. Что ж, ничего не поделаешь. Необходимо узнать, что с ним происходит. Как только он отпер дверь квартиры, Калинда прошла внутрь и повернулась к нему лицом.

— В чем дело, Рэнд? Что случилось? Рэнд захлопнул дверь и прислонился к стене, словно ему требовалось время, чтобы собраться с духом. Весь его облик дышал решимостью.

— Калинда, после той ночи, когда ты согласилась стать моей женой, я много думал.

— Вот как? — Что еще она могла сказать? Как остановить его?

— Я должен был закончить дело, за которое взялся, предотвратить катастрофу, грозящую твоей фирме…

Калинда молча ждала, не понимая, к чему он клонит.

Линия его подбородка стала тверже.

— Помогая «Брейди дейта процессинг», я доказал тебе, что неплохо разбираюсь в тонкостях финансового маневрирования, и тем самым невольно усложнил наши с тобой отношения.

— Каким образом? — почти умоляюще спросила она.

— Это же очевидно, — угрюмо отозвался он. — Я внушил тебе страх.

Рэнд отошел от двери и, заметив, что Каливда хочет что-то сказать, предостерегающе поднял руку.

— Не возражай. Это правда. Я хотел, чтобы ты гордилась и восхищалась мною. И вместо этого добился прямо противоположного эффекта: ты стала меня бояться, и не без оснований. Поэтому и попыталась прекратить наши отношения, не так ли? В ответ я почти насильно вынудил тебя дать согласие на брак. Мой хитроумный план сработал, но по зрелом размышлении я понял, что прибегнул к недостойным средствам для достижения своей цели… Наблюдая за тобой последние два дня, я заметил в твоих глазах страх и настороженность.

— Но, Рэнд…

Он покачал головой, как бы заранее отметая ее возражения, и подошел к окну.

— Честно говоря, не знаю, как вернуть твое доверие. Может, нужно, чтобы прошло какое-то время. Я уже думал, не отложить ли нашу свадьбу, но понял, что не смогу пойти на такую жертву! Наверно, я рассуждаю как эгоист, но спроси любого: эгоизм — определяющая черта моего характера.

— Рэнд, — не выдержала наконец Калинда, чувствуя, как сильно бьется ее сердце. Надежда и отчаяние попеременно охватывали ее. — Чего я, по-твоему, боюсь?

— Что я отберу у тебя фирму. Использую ее как основу для создания новой империи. Короче говоря, сделаю то же, что Хаттон пытался сделать два года назад и только что, — ровным голосом сказал Рэнд, стоя к ней спиной.

Калинда смотрела на его напряженную фигуру, гордо поднятую голову, и сердце ее наполнилось нежностью.

— Дурачок, — ласково произнесла она. — Мне это и в голову не приходило.

Широкие плечи Рэнда слегка дрогнули.

— Но ты же говорила, что я использую тебя…

— Я имела в виду совсем другое… Боялась, что послужила для тебя лишь поводом, чтобы вернуться в Денвер и начать прежнюю жизнь. Мне казалось, что главным твоим желанием было вновь взяться за работу, а вовсе не чувства ко мне. Но уверяю тебя, мне ни на минуту не пришла в голову мысль, что ты попытаешься отнять у меня мою фирму! Спроси Дэвида Хаттона, — заключила она лукаво.

Рэнд резко повернулся к ней.

— Хаттона?!

— Ну да, — улыбнулась Калинда, вспоминая утренний телефонный разговор с Дэвидом. — Он пустил последнюю отравленную стрелу. Пытался внушить мне, что ты приберешь «Брейди»к рукам, после того как расправишься с ним. Убеждал, что гораздо разумнее отдать «Брейди» ему!

— И что ты ответила? — спросил Рэнд охрипшим от волнения голосом.

— То же самое, что сейчас скажу тебе. Я верю тебе беспредельно, Рэнд. — Она стояла неподвижно, не делая попыток приблизиться к нему, но глаза ее сияли верой и любовью.

Рэнд испытующе всматривался в ее лицо.

— Ты отдаешь себе отчет в том, что во всей финансовой империи Скалистых гор ты первая и единственная сказала мне такое? — медленно произнес он, подчеркивая каждое слово, бросился к ней и заключил в объятия, крепко прижимая к себе, словно боясь, что она вырвется. — О моя дорогая Калинда, именно поэтому ты так нужна мне. Хочу, чтобы рядом был человек, безгранично верящий в меня. Знаю, что у тебя не было времени полюбить меня всем сердцем, но тебя влечет ко мне, ты не можешь этого отрицать, и ты доверяешь мне. Для начала совсем неплохо. Когда-нибудь ты полюбишь меня так же сильно и глубоко, как я люблю тебя, Калинда! Клянусь!

Положив голову ему на плечо, Калинда почувствовала, что он весь дрожит.

— Подумать только, — вздохнула она, переводя дыхание, — а я считала тебя исключительно проницательным человеком!

— Не понял? — насторожился Рэнд..

— Я люблю тебя, Рэнд. С той самой минуты, когда впервые увидела. Расставшись с тобой, я поняла, что не сумею тебя забыть, никогда не буду прежней. Когда ты так неожиданно появился в моем доме, я испытала самую большую радость в жизни. В тот вечер я окончательно убедилась, что люблю тебя.

— Калинда, любовь моя… — прошептал он с таким облегчением, словно огромная тяжесть свалилась с его плеч.

— Значит, ты тоже любишь меня? — Калинда отстранилась и коснулась его лица. Рэнд улыбнулся и ответил ей взглядом, полным такой нежности, что у нее замерло сердце. — Это правда? — спросила она, не веря своим глазам.

— Люблю всем сердцем, — торжественно произнес Рэнд. — Неужели ты не поняла этого еще тогда, когда я выдумал помолвку? Я сделал это больше для себя, чем для того, чтобы испугать Хаттона и прекратить его попытки подкупа. Хотел огорошить тебя в надежде, что со временем ты привыкнешь к этой мысли и я смогу уговорить тебя. Вместо этого я почти силой вырвал у тебя согласие, — заключил он с покаянным видом. — Мне не следовало так поступать. Нехорошо получилось. Но я так хотел тебя… это было сильнее меня…

— Твой маневр удался, потому что я больше всего на свете хотела стать твоей женой! — призналась она, смеясь от счастья.

— Ты понимаешь, как много значишь для меня? Ты боялась, что я вернулся в Денвер потому, что ты заставила меня понять, как я хочу вернуться к прежней жизни. И я не спорил, потому что это правда в самом полном смысле слова. Но ты не понимала самого главного, Калинда. Не будь тебя, я бы остался в горах. Я бы не вернулся, потому что жизнь бизнесмена показалась бы мне пустой и бессмысленной, какой она и была когда-то.

— О Рэнд…

— Это правда, дорогая. Я далеко не ангел и порой не гнушался недостойными средствами для достижения своей цели. Я многое понял, поселившись в горах, заглянул себе в душу и попробовал разобраться в себе. Оказалось, что мне нужна и активная предпринимательская деятельность, и время для созерцания и размышления. Но только встретив тебя, я понял, что можно соединить то, что казалось несовместимым.

— Что-то я тебя не совсем поняла, — сказала Калинда, заглядывая ему в глаза.

— Да? Наверно, я слишком сумбурно выражаю свои мысли, чересчур волнуюсь. Ты для меня важнее всего остального. Когда я это понял, все стало на свои места. Я понял, что могу иметь все. Если ты будешь принадлежать мне.

— Всякий раз, глядя на прекрасную вазу, сделанную твоими руками, я думаю о том, что полюбила человека, обладающего многими талантами: с одной стороны — настоящего художника, с другой — предприимчивого бизнесмена, способного спасти от гибели «Брейди дейта процессинг». Ты не один такой жадный, Рэнд, — улыбнулась Калинда. — Я тоже хочу иметь все сразу. Я хочу тебя. Я люблю тебя.

Его руки еще крепче сжали ее. Он смотрит на меня так, словно не верит своему счастью, подумала Калинда, и не понимает, глупенький, что все наоборот: повезло мне, а не ему. Как я могла убежать от него в то далекое утро? Теперь это казалось невероятным.

— Я позабочусь о тебе, Калинда, — пообещал Рэнд. — Я так люблю тебя. Ты мне нужна… Чтобы удерживать от ошибок, не разрешать пить слишком много кофе, уберечь от превращения в жестокого хищника, каким я был когда-то. А главное — ты не позволишь мне вести пустую, никчемную жизнь.

— А мне нужен человек, которому я могла бы доверять, у которого можно попросить разумного совета. Мне нужен ты… Надеюсь, ты будешь любить меня больше, чем рыбалку и создание империй. — Ее губы дрогнули. — Люби меня, Рэнд, прошу тебя.

Он сжал ее в объятиях, словно давая клятву. В его глазах Калинда прочла благоговение и страстное желание — то, что и составляет истинную любовь. Глубокая чистая радость до краев наполнила ее сердце.

— Мне кажется, — прошептал Рэнд, вынимая гребень из ее волос, — президент «Брейди дейта процессинг» может позволить себе немного расслабиться, ведь кризис миновал, не так ли?

Тело Калинды пронзила сладостная дрожь. Светлые волосы волной упали на плечи.

— Ты мне предлагаешь взять отпуск?

— Вообще-то я имел в виду медовый месяц, — ответил Рэнд, снимая с нее жакет. — Я знаю один прелестный тихий городок, расположенный в живописном месте, в горах, на берегу озера… Мы могли бы пожить в скромной хижине…

— Надеюсь, удобства не во дворе?

— Ну что ты, место вполне цивилизованное, — горячо заверил Рэнд, расстегивая ее блузку. — Свежая форель на завтрак, экскурсии в гончарную мастерскую после обеда, пикники на берегу озера.

— Очень заманчиво…

Кружевной лифчик Калинды полетел на ковер. Рэнд прижал ее к своей обнаженной груди.

— Так оно и есть. Но, честно говоря, моему жилищу всегда кое-чего не хватало.

— Женской руки? — Калинда коснулась губами его шеи.

— Верно, но есть некоторые ограничения, — пробормотал он. — В моем доме не хватает тебя, Калинда. Ты поедешь со мной в горы? Давай проведем там наш медовый месяц, согласна? — спросил он, продолжая раздевать ее. — Обещаю, скучать ты не будешь.

— В прошлый раз я совсем не скучала, во всяком случае после того, как познакомилась с тобой, — призналась она, прижимаясь к нему всем телом, и провела рукой по его спине, чувствуя мгновенный отклик. — Но не кажется ли тебе, что твое предложение несколько подозрительно? Приглашаешь президента компании провести уик-энд в горах… Уж не преследуешь ли ты далеко идущие цели?

— Выходит, ты меня совсем не знаешь, — прошептал он хрипло, подхватил ее на руки и понес к дивану, освещенному солнечными лучами. — Спроси кого хочешь — любой скажет, что я не остановлюсь ни перед чем ради достижения своих целей. Я всегда добиваюсь того, чего хочу.

— Если ты хочешь меня, я ничего не имею против. — Ее глаза блеснули из-под длинных ресниц.

— Ты мое главное желание. Единственное, чего я хочу, — это быть с тобой всегда, всю жизнь.

Он припал к ее губам, и они уплыли на волнах разделенной страсти в бескрайний океан, имя которому — любовь.

Content

Стефани Джеймс
Встреча в горах

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10