ГОЛОВА

Гражданин Карлис Янович Апфельбаум, выйдя в расстроенных чувствах из горисполкома, забыл, переходя улицу, посмотреть сначала налево, а затем направо, и был сбит грузовиком 3ИЛ-131 с государственным номером 28–71 ЛЯП.

Огромная машина, плод труда многотысячного коллектива старейшего автомобильного предприятия страны, с такой силой ударила Апфельбаума К. Я. бампером, что голова вышеупомянутого товарища оторвалась. Ударившись об асфальт, она отскочила от него как мяч и, залетев под капот грузовика, намертво приварилась к раскаленному блоку цилиндров. Недвижимое же тело, принадлежащее гражданину первого в мире социалистического государства, было отброшено в сторону, а затем раздавлено колесами автомобиля. Сидевший за его рулем совершенно пьяный водитель, естественно, не изъявил после всего этого желания остановиться и на всей скорости, какую могло развить уже снятое с производства изделие московского автомобильного завода имени И. А. Лихачева, скрылся в опутавшем город тумане. Мало того, что гражданин Рыжов А. И. бежал с места автотранспортного происшествия, не оказав помощи пострадавшему, но он еще, косвенно, явился виновником тех сплетен, которые с катастрофической скоростью начали расползаться по городу после того, как напротив горисполкома было обнаружено раздавленное колесами грузовика безголовое тело гражданина Апфельбаума. Некоторые безответственные товарищи тут же стали проводить параллель с аналогичным происшествием с председателем МАССОЛИТа Михаилом Александровичем Берлиозом, а кое-кто прямо поговаривал, что это дело рук председательского зама. Он, якобы, не выдержав двухгодичных хождений и последней угрозы покойного написать, куда следует о царящей в городе бесхозяйственности, решил подобным образом избавиться от порядком надоевшего ему жильца с провалившейся крышей. Все эти разговоры были более чем странны и ни на чем не основаны, так как, несмотря на самое тщательное расследование, проведенное городскими властями, никакой связи между замом, провалившейся крышей и этим убийством обнаружено не было. Кстати, почему-то вот это последнее обстоятельство еще выше подняло среди служащих горисполкома и без того высокий авторитет заместителя председателя, как известнейшего прохиндея.

Трудно сейчас предположить, что же там все-таки произошло, возможно, виной всему высокочастотный кабель или туман, поднявший влажность воздуха, а может быть, пары бензина, но только не прошло и получаса после происшествия, как оторванная голова, приварившаяся к блоку цилиндров в том единственном месте, где случайно пересеклись бензопровод, поврежденная трубка маслопровода и шнур электропроводки, приоткрыла глаза. Естественно, она ничего не увидела, кроме забрызганного грязью радиатора и бешено вращающихся перед самым носом лопастей вентилятора. Думаю, не удивительно, что от избытка охвативших ее чувств голова гражданина Апфельбаума тут же лишилась сознания.

Долго ли, коротко ли длился этот обморок, но во второй раз она очнулась от странного свечения. Голова несколько раз открыла и закрыла глаза и поняла, что свет она фиксирует каким-то иным способом, чем через посредство глаз. Велико же было ее изумление, когда путем многочисленных экспериментов удалось выяснить, что свет попадает к ней в головной мозг прямо из расположенных в крыльях автомобиля фар. В общем, не прошло и недели, как она уже спокойно могла различать предметы на расстоянии до ста — ста пятидесяти метров. Для головы гражданина Апфельбаума, который и в свои лучшие годы не отличался хорошим зрением, этого было вполне достаточно, чтобы в толпе выпивох, стоящих в очереди за пивом, узнать хозяина грузовика.

Пролетело еще несколько недель, и вот, однажды, оторванная голова вдруг почувствовала, что может не только самостоятельно, без вмешательства водителя, заводить мотор, но и даже правда, пока с большим трудом, управлять автомобилем. Со временем она овладела этим искусством в совершенстве, потому как совершенно потерявший всякий стыд и срам гражданин Рыжов А. И., превратившись в хронического алкоголика, уже и часа не мог прожить без зеленого дурмана. Можете представить, в какое положение была поставлена голова гражданина Апфельбаума. С одной стороны, она всеми фибрами своей души (наверное, правильнее было сказать, цилиндрами) ненавидела пьяницу, а с другой как никто, была заинтересована в том, чтобы у него не отобрали водительские права и не посадили за руль грузовика другого шофера. Ведь он мог, случайно или намеренно, открыть капот, ну хотя бы для того, чтобы убедиться, не пропит ли двигатель, а там… Ну, в общем, о чем речь, не зря старики говорили: «Post mortem nulla voluptas» — после смерти никакого удовольствия. Хотя, по правде сказать, какое от такой жизни удовольствие…

А между тем время летело, и голова Карла Яновича уже и не могла себя представить как-нибудь иначе, чем приваренной к блоку цилиндров и с вращающимися перед носом лопастями вентилятора. Блуждая темными ночами по пустым улочкам со спящим, свернувшимся калачиком на сиденье, пьяным водителем, она подмигивала работающим в режиме желтого света безмозглым светофорам и мечтала о подруге (хорошо, если бы это была какая-нибудь новая заграничная модель), представляя, как они вдвоем весело бы носились по пустынным ночным проспектам и площадям…

Но тщетны были поиски…

Проезжая как-то под самое утро охраняемый железнодорожный переезд, голова гражданина Апфельбаума вдруг заметила за лобовым стеклом встречной «Волги» ненавистное лицо заместителя председателя горисполкома. Пока тут же, на рельсах, удалось развернуть тяжелый 3ИЛ-131, след зама уже простыл. С тех пор голова потеряла покой. Днями и ночами она гонялась по улицам за серыми, похожими на акул, «Волгами», оглядываясь сквозь затемненные стекла в лица развалившихся на задних сиденьях людей, подкарауливала у горисполкомовских дач и колхозных саун. На какие только ухищрения не приходилось ей идти, даже часами стоять в засаде у квартиры любовницы зама, но все было бесполезно, в последний момент тому все равно удавалось ускользнуть. Невольно складывалось впечатление, что он заранее знал о готовящемся на него покушении, хотя, вполне возможно, это была всего лишь его обычная манера поведения, выработавшаяся за годы неработы в городском исполнительном комитете. Много времени потратила башка на поиски своего врага, но вот однажды судьба смилостивилась над ней и послала навстречу зампредседательскую «Волгу». Недолго думая, голова гражданина Апфельбаума, воспитанного на соцреализмовском кинематографе, издала победный клич, даже заглушивший рев мотора, и направила свой 3ИЛ-131 на таран.

Свидетели этой сцены в ужасе зажмурили глаза, но зря. Они не увидели, а возможно, это было бы им уроком на будущее, как огромный грузовик со страшным грохотом буквально вдребезги разбился об этакую незаметную серенькую «Волгу».

Прибывший к месту аварии наряд милиции во главе со старшим сержантом Круминьшем И. К., первым делом вытащил за ноги из-под обломков ЗИЛ-131 гражданина Рыжова А. И. Он даже не соблаговолил проснуться. Затем из «Волги» аккуратно вынули зама. Он тоже нисколечко не пострадал. Последним, про него, по правде говоря, в этой суматохе и забыли, выбрался шофер «Волги». Он обеими руками прижимал к груди раскрывшийся толстый замовский портфель, в котором лежала порядком отощавшая голова гражданина Апфельбаума и, нагло таращась на обступившую место происшествия публику, жрала финский сервелат.

Дело, естественно, постарались побыстрей замять. Водителя Рыжова А. И. чисто символически оштрафовали на десять рублей и отправили на принудительное лечение от алкоголизма. Голову засунули в большой стеклянный сосуд со спиртом и отвезли в музей истории медицины. Кстати, она так и не выпустила из зубов замовской колбасы, на что местный лаборант, вытерев скатившуюся по небритой щеке слезу, сказал: «Ну, вот, будет теперь кому-то и выпивка, и закуска». Зам по-прежнему из своего кресла один правит городом, так как для председателей горисполком — всего лишь последняя ступенька для прыжка в столицу республики, поэтому они не очень затрудняют себя мыслительными процессами по поводу тяжелого положения в городе с жилым фондом, продовольствием и телефонизацией и, вероятно, полностью отдаются только лишь мечтам, подсчитывая, смогут ли с таким темпом продвижения по службе к семидесяти годам добраться до Москвы. Вот, в принципе, и вся история. А, нет, подождите, чуть не забыли о замовском шофере. Он получил новую, но уже черную «Волгу» (говорят, они по прочности намного превосходят серые) и опять часами сидит без дела в машине в ожидании зама.

1985 г.

Content

ГОЛОВА