Ангел смерти

На тринадцатом этаже Люцина перебила разговорчивую гидессу и обратила ее внимание на тот загадочный факт, что в лабиринте залов и коридоров, врем я от времени, кто-то отделяется от группы и пропадает.

Руководительницу экскурсии нисколько не волновала судьба отставших. Ведя туристов по руинам колоссального здания Института Кибернетики, каковое здание несомненно было жемчужиной в ансамбле средневековых музейных объектов, она, вместо того, чтобы следить за своим стадом и пичкать его информацией относительно разных достопримечательностей, занималась рекламой ночного представления «Свет и звук» (тут-то вся история и началась!), организованного Туристским Бюро в руинах атомной электростанции, за чертой ископаемого города-музея.

Люцина потерялась на 16-м этаже. Она замешкалась в зале занятом центральным компьютером Института. Глядя на панели, цепи, узлы и шкафы электронного гиганта, она честно пыталась самостоятельно понять — в чем же заключается «волнующая красота этого бесценного сокровища», созданного средневековыми художниками (их называли тогда информатиками) и за что это сокровище было золотыми буквами вписано в историю мировой культуры. Естественно, без чуткой и внимательной помощи профессионального специалиста по художественным ценностям средневековья, эта ее попытка была обречена на провал. В конце концов Люцина решила порасспросить обо всем у руководительницы экскурсии. Но, когда после нескольких минут глубокой задумчивости и размышлений о громадах прошедшего времени, она оставила зал, то с некоторым беспокойством обнаружила, что коридор пуст.

В здании царила абсолютная тишина. Группа туристов сгинула в неизвестном направлении.

Девушка попыталась их нагнать, но после очередного зала, куда входили несколько коридоров, она двинулась в неверном направлении.

Она блуждала по комнатам, стены которых были украшены фресками с изображениями научной аппаратуры минувших эпох. Залы были забиты приборами вековой давности. В мастерских давно умерших экспериментаторов стояли примитивные машины начала ХХI века.

Время не пощадило драгоценные экспонаты:

пластиковые части устройств пожирали короеды второй генерации, а от покоробившихся корпусов отваливались куски ржавчины, которая атаковала открытые металлические поверхности. Краску же с них сняли трудолюбивые колонии никому ранее не ведомых микроорганизмов.

Туристов нигде не было видно. После четверти часа бесплодных поисков, угнетаемая жуткой атмосферой здания, девушка отказалась от самостоятельных поисков. Она решила вернуться к лифту и спуститься на первый этаж, откуда можно было добраться до ожидающего близ Института старинного автокара.

В лифте она столкнулась с первой неожиданностью.

Кабина застряла между этажами. Люцина нажала кнопку аварийного вызова. После минутной паузы из динамика над кнопками раздался мужской голос:

— Хочешь быть королевой?

— Кем?

— Первой дамой в королевстве.

— Женой короля?

— Да.

— Вы шутите.

— Нет. Ты действительно можешь ей стать.

— Каким образом?

— Очень просто. Мы, собственно, ищем подходящую кандидатуру. Предыдущая королева была вынуждена нас покинуть. Туристы уже собрались внизу и ждут тебя.

— Где?

— Нажми кнопку шестого этажа. Мероприятие состоится в зале № 636.

Когда незнакомец произнес слово «мероприятие», Люцина, поначалу растерявшаяся от загадочного предложения. Быстро сообразила, что имеет в виду информатор.

Несомненно речь шла об очередном туристском аттракционе, организованного работниками Бюро в руинах недавно откопанного города. Зрелище обещало быть красочным. Люцина любила такие неожиданности. Почему бы и не принять участие в какой-нибудь инсценировке из средневековой жизни? Она не раз слышала о живописных замках, высящихся на неприступных вершинах атомных электростанций. Их возводили для себя вооруженные трезубцами тираны: которые заставляли своих подданных смотреть телевизионные передачи. И хоть Люцина и не была вполне уверена, насколько хорошо она знает хронологию минувших исторических периодов, она утешилась тем, что развлечение, наверное, будет очень милым, тем более, что любоваться представлением она будет с высоты королевского трона.

Двинувшийся после нажатия кнопки лифт, однако, проехал мимо шестого этажа и, не задерживаясь также и в цокольном (на табло появилась цифра «0»), спустился до шестого уровня подземной части здания. Девушка была этим удивлена — она и не подозревала, что в Институте так много подвалов.

Люцина прошла широким чистым коридором до двери, отмеченной номером 636. На двери она прочла надпись КИБЕРНЕТИЧЕСКАЯ ЛАБОРАТОРИЯ. Дверь была приоткрыта. Девушка толкнула ее и вошла в ярко освещенное помещение.

Прежде всего она увидела голые женские ноги, обладательница которых стояла за серебристой занавеской.

— Простите, — сказала Люцина. — Мне сказали, что тут состоится какое-то мероприятие.

Скрытая за сверкающей шторой женщина беспокойно зашевелилась и подбежала к ее краю. Штора закрывала верхнюю часть прохода в другую комнату и Люцина все никак не могла увидеть женщину целиком, ей были видны лишь ее длинные ноги.

— Не могли бы вы показать мне, где собрались туристы?

Ноги были очень красивой формы. Однако, когда они вышли из-за занавески и ударом босой ступни захлопнули дверь, через которую вошла Люцина, последняя перестала восхищаться их идеальными пропорциями. Она глядела в остолбенении и не могла поверить своим глазам.

Движущиеся ноги загородили ей путь к отступлению. С испуганным криком потрясенная девушка забежала за штору и там увидела множество других движущихся пар ног. Она стояла на пороге большого зала. Не видно было ни одного человека, но в разгороженном перегородками помещении царило оживленное движение.

Над левым крылом автоматизированных мастерских горела надпись ПРОТЕЗНАЯ. Секция нижних конечностей занимала место вокруг медленно вращающегося транспортера, подающего исходный материал. Каждому аппарату была придана одна пара искусственных рук. Синтетические протезы совершенно точно имитировали настоящие человеческие предплечья. Кисти рук, управляемые скрытыми искусственными мышцами и сухожилиями, исправно оперировали деталями монтируемых на столе квазичеловеческих ног. У конца производственного цикла готовые протезы сами соскакивали с ленты конвейера. Контрольный автомат соединял их скобами в хорошо подобранные пары и направлял на испытательный круг, откуда — после преодоления целого ряда препятствий — искусственные ноги послушно маршировали в смежное отделение, где механический монтажник присоединял к ним пару собранных в другом секторе рук.

Скобы, соединяющие ноги в пары, имели вид перевернутых букв «U»; концы их входили в бедра.

Искусственные руки автомат прикреплял на их верхушках. Несколько таких готовых уже руконогов работали у конвейера и на обработке пластиков; группы других ремонтировали старые машины, либо занимались сборкой новых.

Люцина успела заметить еще одного руконога, стоявшего у пульта распределителя энергии, когда она вдруг почувствовала, что мышцы ее рук и ног внезапно напряглись, как у спортсмена, поднимающего большой вес. Только тогда она обратила внимание на подвижные камеры и системы, расставленные в разных концах зала, и поняла, что за сила заставляет напрягаться все мышцы ее тела.

Она знала, что ученые ХХI века, убегая из здания во время землетрясения, оставили включенными все машины, которые питались от автономного источник энергии. Среди всякой прочей аппаратуры в здании остались также и примитивные прототипы искусственных конечностей, разрабатываемых для инвалидов. Все энергетические и информационные каналы уцелели во время землетрясения и остались в распоряжении большого компьютера, В течение множества столетий отрезанный от внешнего мира электронный мозг поддерживал свои функции с помощью все более и более совершенных руконогих созданий. Первичную программу лаборатории протезирования, незадолго до катастрофы реорганизованной в производственный участок, хитроумный компьютер реализовал на совесть. Все его цепи функционировали в замкнутом кругу обратной связи: он на расстоянии управлял искусственными нервными системами руконогов, всячески совершенствуя их, а они — заменяя руки и ноги живых людей — поддерживали его призрачное существование.

Войдя в поле зрения телекамер компьютера, девушка заинтересовала его своим видом. Она была живым организмом; возможно он, после стольких лет господства над протезами, познал тайну функционирования естественных организмов и теперь ему нужен был настоящий человек для кибернетических экспериментов.

Эта мысль с быстротой молнии пронеслась в мозгу Люцины. Она и рада была бы тут же убежать куда глаза глядят, но, как только компьютер обратил на нее внимание, она тут же почувствовала, что все ее мышцы одеревенели, как будто пораженные электрическим током. Через несколько минут ее тело стали сотрясать сильные судороги и под конец, после непродолжительной борьбы между двумя центрами управления, ее телом стали управлять сигналы, поступающие извне — они оказались сильнее.

Подгоняемая ритмичными импульсами, против своей собственной воли, она прошла мимо склада исходных материалов, повернулась и приблизилась к широким дверям у противоположной стены. Двери открылись автоматически и перед ней предстала неожиданная картина.

Посреди огромного зала стояло множество людей.

Все они были знакомы Люцине — это были именно те туристы, что во время экскурсии отставали от группы и пропадали. Некоторые из них при виде перепуганной девушки рассмеялись. После секундного замешательства, Люцина улыбнулась им в ответ. Она уже не была так уверена, что пришла сюда, повинуясь воле компьютера, поскольку вновь обрела способность управлять своим телом. И по крайней мере вновь обрела друзей. Ей хотелось обнять и расцеловать их.

Но, проделав несколько шагов, она бросила взгляд в глубину зала и окаменела от ужаса.

В то самое мгновение, когда она уже собралась с облегчением вздохнуть по поводу того, что ее фантастическое приключение благополучно завершилось, один из мужчин сильным ударом боевого топора, который он держал обеими руками, разрубил надвое голову своего соседа. Его жертва рухнула на пол, а из темного угла зала высунулся твердый кабель с острым крюком на конце и оттащил тело к стене, где уже лежал штабель изуродованных трупов. За влекомым по блестящему мрамору телу оставалась страшная красная полоса.

Из уст обезумевшей от ужас девушки вырвался короткий крик, тут же подавленный болезненной судорогой горла. Чужая сил вновь овладела её телом. Какие-то пластиковые руки сорвали с нее одежду. Пошатываясь, она двинулась к выходу. Она упала бы если бы ее не поддерживали мышцы, напрягаемые механической волей.

Она стояла обнаженная, спиной к молчащим людям, ожидая смертельного удара. В глазах ее была только что увиденная кошмарная сцена. Как и тогда, когда она увидела на пороге лаборатории движущиеся ноги, она не могла поверить, что все это происходит в действительности.

Тут она почувствовала, что ее головы — вместо ожидаемого топора коснулся протез руконогой твари. Руконог принялся одевать ее в длинное платье, богато расшитое золотыми коронами, а она ему помогала с ужасом в сердце, но, в то же время, с таким внешним спокойствием, с каким могла бы наряжаться на рождественскую ёлку.

Компьютер оставил Люцине свободу вертеть головой и глядеть по сторонам. Внезапно ей показалось, что она начинает что-то понимать. Перед ее мысленным взором замаячил какой-то туманный образ. Она подавила страх и внимательно присмотрелась к туристам.

На этот раз она увидела гораздо больше. Люди стояли неподвижно, как гранитные статуи. Они молчали и продолжали все так же бессмысленно улыбаться. Кроме того, ее поразил их внешний вид.

Все были одеты, как одевались люди в седой древности и держали в руках оружие, принадлежащее к тем же мрачным эпохам. Вооружены они были по разному: одни сжимали в руках боевые секиры, другие держали трезубцы, у третьих сбоку висели мечи. Она видела также дубинки, с набитыми на них железными кольцами, и тяжелые копья.

Через несколько секунд новый инцидент заледенил кровь в ее жилах. Не успела она окинуть взглядом весь зал целиком, как женщина, вооруженная копьем, с невероятной силой метнула его в грудь молодого мужчины. Копье прошло насквозь и мужчина рухнул на пол. Женщина подошла к нему пружинистым шагом и вытащила копье из его груди.

Улыбка не оставляла лица умирающего даже тогда, когда выстреленный из угла гарпун, которым тела оттаскивались к стене, разорвал ему бок.

То, что в течение последующих минут в полной тишине происходило на мраморных плитах, посреди огромного пустого зала, было не менее загадочным, чем способность компьютера управлять живыми нервными системами, способность, заставляющая людей напрягать те или иные мышцы и убивать друг друга.

Временами это напоминало танец солиста с балете, когда солист совершает проход на сцене между экзотически разряженными статуями. Временами было похоже на торжественную смену караула под стенами королевского дворца или на муштру рекрутов в старину или же на парадный проход офицера перед строем почетного караула. С одной стороны все это выглядело нелепым гротеском, а с другой — казалось жутким кошмаром.

Во время этого представления крюк оттащил к стене еще два трупа. Руконогие создания оставили зал и закрыли за собой двери. Перед этим они повесили на шею Люцине какой-то загадочный груз.

Неся его, она в полубессознательном от страха состоянии обогнула группу туристов и с места, где управляющая ею сила заставила ее остановиться и развернуться, она увидела спрятанный в нише разноцветный пульт третьего компьютера.

Второй электроный мозг она заметила до этого — он занимал нишу в противоположной стене и был окрашен в черный цвет. Тот же компьютер, на который она глядела теперь, был белым.

Отгадка уже забрезжила в ее сознании, когда из-под кожуха «белого убийцы» появилась тонкая струйка дыма. Послышался треск короткого замыкания. Тотчас же погасли все светильники под потолком. Запахло горелой изоляцией. В темноте продолжали светиться только индикаторы и экраны обоих компьютеров, а также квадратные белые поля огромной шахматной доски, на которой стояли объятые ужасом туристы. Да, шахматной доски — таково было решение этой чудовищной кибернетической загадки.

В зал вбежал руконог с горящим факелом в высоко поднятой руке. Двое других вскрыли перегоревшую ячейку и приступили к ликвидации аварии. Туристы не шевелясь стояли на своих клетка. Одна из фигур сделала очередной ход. Это был мужчина, одетый в белое. Видимо белый компьютер решил игнорировать повреждения осветительной сети и, вызвав ремонтную бригаду, продолжил прерванную партию.

Сторона шахматной доски равнялась восьми метрам.

При свете факела белые опля несколько притухли, но продолжали быть явственно различимыми. Видимо короткое замыкание наступило из-за того, что, при обдумывании очередной трудной ситуации на доске, резко возросло потребление энергии и какой-нибудь кабель не выдержал напряжения.

Люцина поняла, почему механические слуги одели одних туристов в белые, а других в черные одежды. Она также обратила внимание, что ее платье белого цвета и что стоит она за пределами доски, но недалеко от ее края, со стороны черного компьютера. Поначалу этот факт внушил ей некоторый оптимизм — она находилась вне поля битвы и не принимала участие в игре, длившейся уже долго время.

Значило ли это, что ей и дальше ничего не угрожает?

На доске стояли двадцать человек. У стены валялись трупы двенадцати остальных — тех, кто ранее вышел из игры. Различной формы шлемы и шляпы на головах туристов позволяли распознать шахматные фигуры, в роли которых они выступали.

Бедняги крутили головами, осматриваясь по сторонам. До этого они только и ожидали смертельного удара или приказа самому нанести удар. Теперь же все сообразили, что судьба их прежде всего зависит от сложившейся на доске ситуации. Согласие на ничью, либо мат одному из королей спасли бы жизнь уцелевших от бойни людей, поскольку в этой игре смерть не угрожала лишь обоим королям.

Белый компьютер предвидел развитие партии на много ходов вперед. Поэтому он смог заранее пригласить Люцину принять участие в «красочном представлении». Только она об этом подумала, как стоящий перед ней мужчина сошел с доски, а она — послушная механической воле — тотчас же заняла его место.

Человек этот играл роль белой пешки, дошедшей до 8-й горизонтали, где белые получили право заменить его любой другой фигурой. Все это выглядело так невинно — словно смена караула.

После выполнения поворота налево Люцина подняла руки к загадочному грузу, висевшему на шее.

Одной рукой она сняла с подвески золотую корону и надела ее на голову, другой нащупала арбалет и колчан со стрелами. Тетива арбалета была натянута девушка вложила в паз стрелу и нацелила арбалет на черного короля.

На «шах» белых черные ответили ходом коня, заслонившего своего короля. Тогда Люцина повернулась к центру доски и, повинуясь внезапному импульсу, нажала на спусковой крючок.

Она услышала звон тетивы, но куда попала стрела не видела, потому что закрыла глаза. Открыла она их, когда услышала звук падающего тела. Шлем черного слона покатился ей под ноги. Стрела торчала из груди лежащей фигуры. Люцина узнала в ней женщину, которая незадолго до этого копьем пронзила молодого парня. После выстрела девушка, повинуясь приказу, оставил занимаемое ей поле.

Решительным шагом она перешла на место последней жертвы.

В ответ на ход белых черный компьютер не колебался ни секунды: черная пешка мечом снесла голову белому коню. Роль коня исполнял бывший спортивный тренер, невысокий старик, вооруженный трезубцем, а роль пешки его воспитанник, атлетически сложенный мужчина. Удар был нанесен с такой силой, что оружие старика, попавшее под траекторию движения меча, вылетело из его рук и ударило в пульт белого компьютера. На пульте что-то треснуло.

На экране дисплея белого игрока изображения кривых линий задрожали и раздвоились, стали туманными и нечеткими. Люцина тут же перешла на соседнее поле, но после секундного колебания вернулась назад.

Она понимала, что изображает белого ферзя (называемого в некоторых странах королевой), которого в предшествующей фазе игры ее компьютер потерял, а может быть — скорее всего — добровольно принес в жертву, чтобы получить позиционное преимущество. Теперь — после давно рассчитанного прохода пешки и после размена фигур ни одна из сторон не имела материального перевеса, то есть не располагала большим количеством фигур положение, типичное в партиях, разыгрываемых мастерами. Получили ли белые позиционное преимущество, выставив нового ферзя, трудно было понять в кошмарной ситуации, когда в блеске факелов крюк оттащил к стене еще два трупа.

На пульте черного компьютера зажглась красная лампа. Одновременно его телевизионная камера направила объектив на Люцину. Белый игрок перемотал назад последний отрывок видеоленты, указал стрелкой на экране дисплея дефектное место и заставил девушку топнуть ногой в занимаемое ею поле. Черный электронный мозг — как бы не принимая во внимание причины сбоя — повторил серию предупредительных сигналов.

Было ясно, что черный шахматист требует придерживаться твердо установленных правил игры, в частности «тронул — ходи», и протестует против позорного поведения своего белого коллеги. Тот, сделав необдуманный ход ферзем, тут же взял его назад и объяснил это временным помрачнением.

К шкафу занимаемому белым компьютером подбежал руконог, управляемый сигналами арбитра из соседнего зала. Угрожая высоко занесенным тяжелым молотом, он вынудил белого игрока подчиниться установленным правилам игры. Люцина получила приказ перейти на спорное поле и выполнила его. При этом она обратила внимание на знакомого композитора, который во время экскурсии по руинам города все время отставал от других туристов, впадал в задумчивость и пропадал, а какой-то шутник тайком повесил ему на спину табличку с надписью «конец маршрута».

Она вчера разговаривала с ним и нашла его очень милым человеком.

Теперь этот мужчина в шлеме черной ладьи прошел мимо Люцины и остановился на расстоянии трех полей от нее, заслоняя черного ферзя, в роли которого выступала лучшая подруга Люцины.

Черная королева еще не сняла с плеч свое оружие.

Она ждала хода белых. Люцина перехватила ее умоляющий взгляд. Она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Тем не менее, она опустила арбалет и повернула рычаг натягивая тетиву. И хотя она опиралась на приклад арбалета, она знала, что без помощи чужой силы, она тут же свалилась бы на пол — такой чудовищной и бесконечно абсурдной была внезапно открывшаяся ей истина, что белый компьютер решил произвести размен ферзей, чтобы после этого черная ладья была вынуждена встать на худшую позицию.

Ей показалось. Что она выстрелила в зеркало и попала себе в живот.

Она не видела уже лица музыканта, когда крюк оттаскивал к стене тело ее подруги. Наверное, компьютер придал ему соответствующее выражение.

Топор черной ладьи, пройдя мимо ее головы, задел плечо, а потом блеснул еще раз в пламени гаснущего факела — и опустился.

Она услышала тихий плеск волн. На плече, в том месте, которое задел топор, она ощутила приятный холодок. Боли не было. Только золотая корона все еще неприятно давила на голову и она подняла руку ко лбу. Уняла дрожь в пальцах. Открыла глаза и ей показалось, что она видит сон.

Сначала она увидела небо. У горизонта оно было затянуто облаками, но большая его часть сияла голубизной. Она лежала на песке под красным зонтом. На ней был одет купальник. Над головой проплывали пушистые облака. Легкий ветерок рябил воду. По пляжу там и сям были разбросаны группы загорающих.

С минуту она глядела вдаль. Что-то заслоняло ей вид, она скосила глаза и обнаружила провода, идущие от ее головы к аппарату, стоящему рядом с туристской сумкой. Тогда только она обрела себя в пространстве-времени. Она сняла с головы тяжелый обруч, обмотала его проводом и положила на одеяло. Она уже вспомнила, кто она такая и где находится. Но как и раньше, хоть она уже и была знакома с другими гипнозаписями, она снова никак не могла поверить, что все это было всего лишь кошмарной иллюзией — такой высшей степенью реализма обладал фильмосон, поставленный и записанный на ленту местной студией.

Она вышла из под зонта на солнце. Она все еще находилась под впечатлением пережитого кошмара, когда услышала голос мужа:

— Перед обедом можно еще разик окунуться.

— Где ты был?

— У инженера пляжа. В обмен на ухо марсианина, которое я ему подарил, он пересказал мне содержание секретного донесения. Тревожные известия.

— Что случилось?

— Седьмая эскадра шлепающих тарелок с огромной скоростью надвигается на нас и кажется сможет прорваться. На нашем берегу вторжения ожидают уже завтра. Ловцы готовят сети и палки, консервирующие средства и яркие лаки для раскраски щупалец. Здесь, на Борнео, где в каждом доме уже есть летающее блюдце, лавина шлепающих чудиков может быть поразит наконец воображение людей. В любом случае, это поможет преодолеть застой в развлекательной промышленности. Понравился тебе «Ангел смерти»?

— Кто?

Он наклонился над аппаратом, вынул кассету и показал ей цветную наклейку с надписью АНГЕЛ СМЕРТИ на фоне белого компьютера.

— Это кошмар! — выкрикнула она. — Как ты мог купить такую гадость?

— Но ты ж сама сказал, что хочешь посмотреть ужастик.

— Мог бы хотя бы предупредить:

— А что толку? Как только аппарат включается, память о реальности тут же исчезает и ее заменяет история иллюзорной жизни, соответствующая сюжету ленты.

— И что — каждый фильмосон обязательно кончается иллюзорной смертью человека, который его рецептирует?

— Да, каждый, без исключения. Если здесь, в реальности проекция будет внезапно прервана, то там герой переживаемого сюжета гибнет в результате какого-нибудь несчастного случая.

Время там течет с огромной скоростью: в течение дня можно прожить целую жизнь.

Ребенок, оставленный без присмотра под соседним зонтом внезапно расплакался и запрыгал на одной ноге. Из пораненной пятки торчала транзисторная канцелярская кнопка. Из нее доносился спокойный голос диктора, читающего последние известия:

— Из Сингапура сообщают, что человекообразные обезьяны, проживающие в заповеднике на одном из островов у побережья Борнео, достигли в последнее время очень высокого уровня развития интеллекта. Чтобы подтвердить этот факт, вожак тамошних горилл устроил около своей клетки пресс-конференцию для журналистов, осматривавших заповедник, и надменно заявил им, что ученые из его стада вскорости сконструируют свою первую атомную бомбу. Само собой разумеется, гориллы не собираются использовать это средневековое оружие против шимпанзе из соседней резервации, хотя взрыв такой бомбы и мог бы в одно мгновение решить все спорные вопросы. Разумные приматы утверждают, что речь идет лишь о том, чтобы атомным акцентом усилить на острове идею коллективной безопасности.

Люцина вытащила из пятки ребенка говорящую кнопку. Она продолжала размышлять о пережитом фильмосне. Она никак не могла освоиться с внезапной сменой обстановки, тем более, что там она была на 20 лет моложе.

— Где находится этот остров? — рассеянно спросила она у мужа.

— Там, — он указал рукой на водный горизонт.

Несколько минут оба в молчании глядели на далекую полоску земли. — Пора на обед. Но сначала можно и окунуться. Идем?

Вода была чистая и теплая. Искупавшись, они вернулись на берег. К своему зонту они шли мимо группы людей, игравших в мяч. Люцина решила пройти между ними. Внезапно она испуганно вскрикнула и заслонила лицо руками. Ее напугал резкий, неожиданный жест одного из мужчин, отбивавшего мяч. Незнакомцы перестали играть.

Они неподвижно застыли вокруг женщины. Ждали, когда она выйдет из круга.

Они доброжелательно улыбались, но ей от этого стало еще хуже: она вообразила, что снова стоит на шахматной доске и что сейчас на нее обрушится смертельный удар.

— Почему эти машины заставляли людей убивать своих друзей? — спросила она мужа, когда он подошли к своей подстилке.

— Это ты об «Ангеле смерти»?

— Да.

— Все просто: они были запрограммированы двумя разными шахматистами и проверяли преимущества своих стратегий.

— На людях?

Он посмотрел ей в глаза.

— Что это тебя так задело? — лицо его было серьезно. — В конце концов, это всего лишь фикция, одна из тех идиотских выдумок, которые сотнями плодят авторы фильмоснов ужаса.

— Подожди, — она на секунду замолчала. — Скажи, в средневековых войнах многомиллионные армии агрессоров убивали своих противников добровольно? Ведь они же не состояли из преступников?!

Он добродушно рассмеялся.

— Ну конечно! Глупышка — ты что не знала?

Солдаты убивали охотно и сами охотно погибали, если наталкивались на сопротивление, часто испытывая при этом эйфорию, но они не были преступниками. Дело в том, что злодеев во всех странах изолировали в тюрьмах. Рассуди логично!

Если бы хорошие, нормальные люди не убивали друг друга добровольно, то нам, для объяснения механизма военных преступлений, пришлось бы уверовать в фантастическую версию истории человечества, воплощенную в художественном виде в «Ангеле смерти». Образ невидимых игроков, склоненных над всемирной шахматной доской слишком сказочен. Следовательно, пришлось бы принять совершенно невероятное допущение, что владыки уже в те времена располагали фантастическими устройствами для дистанционного управления мышцами миллионов людей и с помощью этих аппаратов посылали на смерть людей мирного нрава.

— Однако, это тоже звучит фантастически — злодеи сидели в тюрьмах, а добрые:

Она не закончила фразы. Когда она произносила «в тюрьмах» пляж мгновенно перечеркнули длинные полосы черных теней, отбрасываемых стоящими людьми. Как будто во мраке ночи засветило вдруг яркое солнце. Небо за ее спиной разорвало зарево самого ужасного из всех рассветов.

В мгновение ока страшный свет залил всю землю огненным жаром. Ярче, ярче десяти солнц лилово-бледное сияние болезненно хлестнуло по зрачкам людей, сделало плоть людей нежно-розовой и прозрачной. На пляже стояли скелеты, а буйные заросли кустарника объяло пламя.

За долю секунды она повернулась лицом к источнику света. Над островом обезьян вырастала гигантская ножка атомного гриба. Шляпка его уже уперлась в стратосферу. Она знала, что через несколько секунд на остров обрушится с грохотом ударная волна и ураганный вихрь собьет пламя радиоактивного пожара. Но этого она уже не дождалась.

Она обнаружила, что лежит внутри кубического помещения со стеклянными стенами. Ее нагое тело было залито прозрачной жидкостью. Во внезапной тишине, наступившей после серии ядовитых, шипящих звуков, над ее ухом зазвучал приятный женский голос:

— Прошу прощения, но мы должны были прервать просмотр твоего фильмосна. Твой номер — девятьсот сорок миллиардов шесть миллионов тысяча семьдесят один, не так ли?

На табличке у входа в стеклянную каморку вслед за серебряными буквами Т-Р шли цифры: 940 006 001 071.

— Да, — ответила она.

— Сколько тебе лет?

На счетчике лет цифры были золотые.

— Девятнадцать.

— Все верно, — сообщил приятный голос. — После 120 лет ожидания в очереди ты получила право на одни сутки настоящей жизни. Через час для тебя освободится место и поэтому мы тебя разбудили.

Приготовься! Через 15 минут быстроходный лифт поднимет твою кабину на высоту четырех километров — на самую крышу Европы. Там ты увидишь настоящее солнце, найдешь воду и деревья. Еще раз просим прощения за прерванный фильмосон. Поздравляю и желаем набраться приятных впечатлений.

Во всех направлениях за прозрачными стенами тесных как гробы параллелепипедов лежали погруженные в сон люди. Только Люцина лежала с открытыми глазами. Несколько минут она глядела вдаль на миллионы нагих тел симметрично размещенных в стеклянных коридорах, стены которых испускали свет и убегали в бесконечность.

Счетчики были упрятаны под стекло. Она разбила его сильным ударом локтя. Прежде всего она вырвала из гнезда все провода, потом закрыла глаза и замерла. Открыла глаза. Повертела головой. Мир не менялся, все оставалось как и было. Тогда ладонь ее сомкнулась на остром осколке стекла. Она была счастлива — наконец-то она нашла надежный выключатель.

Content

Ангел смерти