Калугин Алексей

Люся – ластик

Алексей КАЛУГИН

ЛЮСЯ – ЛАСТИК

Рассказ

Получив диплом, Люся устроилась на работу в компанию, производящую ластики.

Само по себе словосочетание «компания, производящая ластики» вызывает естественную усмешку. Ведь за словом «компания» запросто может скрываться действительно компания из трех-четырех человек, лепящих фирменные лейбаки на джинсы, сшитые нелегальными эмигрантами в подпольном пошивочном цехе, расположенном на территории мясокомбината. Но компания, в которую пришла работать Люся, была большой, серьезной фирмой, дорожащей своей репутацией. Если верить статистике, произведенными ею ластиками пользовался каждый 1,7345-й житель планеты, включая стариков, младенцев и представителей инопланетных рас – тех самых нелегальных эмигрантов, временно проживающих на Земле.

Люся легко и непринужденно вписалась в коллектив. Она ясно представляла стоящую перед ней задачу и готова была на все ради ее выполнения.

Компания выпускала ластики, стирающие карандаш, фломастер, маркер, чернила любых цветов, тушь, темперу, сангину, уголь, акварельные и масляные краски. Казалось бы, ничего больше придумать невозможно. Да и зачем? В конце концов, ластик – это ведь не мобильник, в который можно до бесконечности вколачивать новые функции, по большей части совершенно ненужные рядовому потребителю. Ластик – это, увы, только ластик. И не более того. Но, когда Люся задумалась над тем, каким образом можно увеличить продажу ластиков, ей в голову пришла удивительная мысль.

Ластики выпускались разноцветными, главным образом для того, чтобы с первого взгляда было ясно их назначение. Красный стирает чернила, белый – карандаш, синий – фломастер… Ну, и так далее. Люся предложила делать наборы ластиков одного цвета, с тем чтобы продавать их целевой аудитории.

Поначалу старшие товарищи отнеслись к идее Люси со скепсисом – мол, были уже у нас такие умники, все что-то там выдумывали. Но, заслушав Люсин доклад, совет директоров компании решил выпустить пробную партию наборов цветных ластиков.

И дело пошло!

Целевой потребитель приобретал ластик, руководствуясь не только насущной необходимостью, но еще и неким странным чувством, замешенным на маргинальной идеологии и квасном патриотизме. Говоря проще, если человеку нужен был один ластик, стирающий карандаш, он покупал набор из двенадцати ластиков, имеющих расцветку, кажущуюся ему привлекательной на подсознательном уровне. К примеру, ярко-зеленые ластики с энтузиазмом скупали для своих офисов не только представители Партии любителей природы, но и исламисты. Красные пользовались популярностью как среди маоистов, так и среди завсегдатаев районов красных фонарей. Голубые покупали моряки, летчики и многие другие мужчины.

Поначалу вышла накладка с ластиками для полярников и жителей Дальнего Севера. Маркетологи исходили из того, что, постоянно видя белый снег, жители Севера испытывают неосознанное влечение к этому цвету, к его чистоте и блеску. Поэтому они даже настояли на том, чтобы в материал, из которого делали ластики для Дальнего Севера, Арктики и Антарктиды, добавлялись серебристые блестки. Ластик получался чуть дороже обычного, но зато блестел, в точности как снег на солнце. Первая партия ластиков продалась неплохо. Но затем продажи резко упали едва ли не до нулевой отметки. Все недоумевали, в чем дело?

Люся первой нашла правильный ответ. Собственно, для этого и большого ума-то не требовалось. Дело было в очень простой причине – если житель севера ронял ластик на снег, он чаще всего уже не мог его отыскать.

Чтобы решить эту проблему, Люся распорядилась – к тому времени она уже имела такое полномочие – немедленно перебросить белые ластики в Африку. А на Север отправить продукцию, подготовленную для африканского региона, которой потенциальные потребители объявили бойкот, приняв присланную им в качестве гуманитарной помощи партию черных ластиков за утонченное издевательство.

Некоторые Люсины коллеги пытались экспериментировать с формой ластика, но Люся сразу поняла – это дело бесперспективное. Ластики необычной формы разве что только детей привлекали, взрослые же предпочитали классический вариант. Люся решила совершенствовать возможности самого обыкновенного ластика. Новые технологии позволяли найти ластику нетрадиционное применение, сохранив при этом традиционный вид и, естественно, само название, запатентованное компанией как торговая марка.

Не прошло и полугода, как компания выбросила на рынок новый товар под названием «Ластик, стирающий пыль». Домохозяйки были в восторге! За ним последовали ластик, стирающий уличную грязь и ластик, стирающий пятна жира, заставившие взвыть производителей стиральных машин. Теперь для того, чтобы привести в порядок испачканную одежду, достаточно было пройтись по ней соответствующим ластиком.

Фотографии Люси стали регулярно появляться на обложках глянцевых журналов, что, как и следовало ожидать, привело к тому, что она была названа Человеком Года.

Два месяца Люся ездила по миру, собирая щедрый урожай премий и наград. Теперь она могла позволить себе все. Ну, или почти все. Сняться в кино, издать книгу о своем детстве, записать диск с лучшими музыкантами, прописаться на центральном видеоканале, войти в любой из правительственных или общественных комитетов, стать мэром одной из мировых столиц или губернатором области, купить футбольную команду, создать собственную политическую партию, в конце концов. У другого бы на ее месте от славы закружилась голова. Но Люся вернулась к прежней работе. Правда, теперь у нее был отдельный кабинет, служебное авто с госномерами и проблесковым маячком, три секретарши и полтора десятка помощников-референтов. Не обращая внимания на быстро ставшую привычной роскошь, Люся с головой ушла в работу.

Надо сказать, что за истекшее время Люся успела стать почетным членом нескольких очень полезных союзов и движений, поэтому теперь она была уверена, что ластик должен не только стирать то, что ему полагается, но при этом еще и выполнять некую общественную функцию. Вспомнив свое посещение Общества за здоровый образ жизни, Люся создала ластик, напрочь стирающий в любой еде жир, холестерин и избыток калорий без заметной потери вкусовых качеств. Теперь обжоры могли питаться одними гамбургерами и французской картошкой, а гурманы – тарелками поедать фуа-гра, икру и устрицы без вреда для здоровья.

Знакомство с Обществом анонимных алкоголиков навело Люсю на мысль создать ластик, уничтожающий алкоголь в традиционно алкогольных напитках. Увы, появление в открытой продаже ластика, стирающего алкоголь, было встречено неоднозначно. В некоторых странах даже проводились митинги и демонстрации с требованием запретить продажу этого товара, широкое распространение которого, по мнению народных масс, могло привести к волнениям, бунтам, спадам производства и падению курса национальной валюты. Идя навстречу пожеланиям граждан, ряд стран ввели мораторий на ввоз ластика, стирающего алкоголь. В других же его можно было купить только в аптеке, строго по рецепту врача.

Чтобы компенсировать временную неудачу, Люся взялась за создание ластика, стирающего непогоду. Работа эта заняла у нее без малого год. Но цель была достигнута. Ластик, в котором был использован барионный заряд, позволял владельцу корректировать погодные условия в радиусе одного метра вокруг себя. Даже если на улице лил дождь как из ведра, достаточно было несколько раз провести над собой ластиком, стирающим непогоду, чтобы оказаться на пятачке сухого пространства.

Затем последовал ластик, стирающий неудачу. Работая над ним, Люся плотно общалась с колдунами, астрологами, экстрасенсами, народными целителями и специалистами в области комбинаторики и вариативной математики. Любой, кто считал, что его преследуют неудачи, мог купить этот ластик – стоивший, кстати, весьма и весьма недешево, – составить на бумаге полный список своих бед, а затем стереть его. Как утверждала реклама, после этой нехитрой операции в жизни владельца ластика непременно должна начаться светлая полоса.

Все шло хорошо. До тех пор, пока несколько человек не покончили с собой после того, как воспользовались ластиком, стирающим неудачу. Во всяком случае, так утверждали родственники самоубийц. Долгое судебное разбирательство, затеянное родственниками погибших, надеявшимися таким образом поправить свое финансовое положение, ни к чему не привело. Адвокатам истцов так и не удалось доказать, что смерти их близких были как-то связаны с использованием знаменитых ластиков. Но то, что процесс подробно освещался всеми средствами массовой информации, не лучшим образом сказалось на репутации компании. Полярники отказались от использования черных ластиков.

После этой истории Люсю пригласил к себе Первый президент компании.

– Люся, дорогая, – ласково обратился он к девушке. – А не кажется ли тебе, что мы начали играть со слишком уж высокими материями?

– В каком смысле? – Люся поправила очки в модной пластиковой оправе, достала из сумочки электронный блокнот и приготовилась записывать все замечания шефа.

– Мы пытаемся манипулировать тем, чего сами до конца не понимаем.

– Ну, так это же замечательно! – улыбнулась Люся.

– Нет, – покачал тяжелой головой Первый президент. – На самом деле все далеко не так замечательно, как тебе кажется.

– В чем проблема? – Люся взялась за световое перо.

– Проблемы могут возникнуть, если мы будем работать, не отвечая за результаты своих действий.

– У меня все под контролем, – заверила Первого президента Люся.

– Серьезно? – недоверчиво прищурился тот.

– Абсолютно.

– В таком случае я поручаю тебе важное правительственное задание, – шеф понизил голос до полушепота. – Секретное. Понятно?

Люся молча кивнула.

– Нужен ластик, стирающий избирательные бюллетени. – Пауза. – Справишься?

Люся снова кивнула.

– Ну, тогда за дело! Выборы на носу!

Люся справилась с правительственным заданием, и выборы прошли без сучка и задоринки.

Пошатнувшийся было авторитет компании по производству ластиков стал прочным, как бетонная стена.

А Люся вдруг взяла да ушла из взрастившей ее компании. Она по-прежнему много работала, но теперь занималась только частными заказами. Ластики, выходившие из-под ее рук, были уникальными, выполненными если не в единственном, то в очень ограниченном числе. За изготовление больше пятнадцати штук Люся не бралась.

Для начала Люся сделала для Организации защиты дикой природы несколько ластиков, стирающих вредные отходы, загрязняющие реки и леса. Затем для Союза правдивых журналистов она изготовила ластик, стирающий в любом печатном издании все лживые слова.

Скандал едва не разгорелся, когда для Международного союза пацифистов Люся сделала десять ластиков, каждым из которых можно было легко стереть танк, самолет или боевой корабль. Спецслужбы тут же заявили, что, если эти ластики попадут в руки террористов, они воспользуются ими для своих отвратительных целей. В результате операции, проведенной Интерполом, все ластики оказались в руках спецслужб, которые стали использовать их для своих благородных целей.

Широкий резонанс получила история с ластиками, придуманными и изготовленными Люсей для Лиги защиты прав коренных граждан. Эти ластики стирали нелегальных эмигрантов. На Люсю обрушилась лавина критики. Одни обвиняли ее в ущемлении прав инопланетных рас. Другие ругали ее за безответственность, поскольку после исчезновения нелегальных эмигрантов из фирменных магазинов исчезли практически все товары, считавшиеся прежде фирменными, в результате чего резко упал товарооборот. Третьи заявляли, что Люся виновна в первую очередь в том, что ограничилась полумерами. По их мнению, покончив с нелегальными эмигрантами, нужно было сразу же браться за всех, кто был мало-мальски на них похож. Так, на всякий случай.

Устав от всей этой шумихи, Люся на время отошла от дел. Несмотря на многочисленные просьбы и обещания щедрой, очень щедрой платы, за год она не сделала ни одного нового ластика. Зато за это время она познакомилась со многими интересными людьми. А один очень известный астрофизик, пару лет назад выдвигавшийся на Нобелевскую премию, но исключительно в силу стечения крайне неблагоприятных обстоятельств так и не получивший ее, рассказал Люсе о природе темной материи. И Люся сразу поняла – вот оно! Вот оно, то, чего так не хватало ее ластикам!

На одном из светских раутов в Австралийском посольстве Люся встретилась с обворожительным молодым человеком по имени Сергей. Сережа был начинающим автором бестселлеров и с первой же встречи очаровал Люсю. Судя по всему, сам Сергей также не остался равнодушен к девушке, пусть не отличавшейся яркой внешностью, зато знаменитой, как Карл Маркс и Билл Гейтс вместе взятые.

Спустя месяц Люся и Сергей стали жить вместе.

Люся была на седьмом небе от счастья. Сергей едва взбирался на первое. Главная причина его удрученного состояния заключалась в том, что первый Сережин роман, выпущенный в свет исключительно за счет Люсиных связей и денег, получил совсем не те отзывы, на какие рассчитывал автор. Более того – он даже не стал бестселлером. А коллеги по перу, регулярно приходившие на приемы, устраиваемые Люсей и Сергеем, едва ли не в открытую смеялись над Сережиными творческими потугами.

Какое-то время Люся мирилась с подобным положением дел. Но в конце концов не выдержав, она сделала ластик, которым стерла всех Сережиных недоброжелателей. Сначала – критиков. Затем – писателей-конкурентов. Ну а под конец и издателей – до кучи. Теория существования темной материи оказала ей в этом неоценимую услугу.

Таинственным исчезновением большой группы известных людей занялись спецслужбы. Вскоре они вышли на Люсю и ее дружка. Тогда Люся сделала ластик, стирающий спецслужбы.

Президенту, ясное дело, не понравилось то, что он остался без своей тайной полиции. Но он не хотел оказаться стертым из своего кабинета до истечения срока президентских полномочий, да, честно говоря, и мыслишки о следующем сроке в голову все чаще лезли, особенно лунными ночами. Так что, взвесив на самых точных в мире весах все «за» и «против», президент решил дело с исчезновением спецслужб замять. Взамен он обратился к Люсе с просьбой стереть весь ныне действующий кабинет министров, от которого все равно не было никакого толку, Парламент, который вообще непонятно для чего был нужен, двенадцать оппозиционных партий, два десятка – в соответствии с заранее составленным и утвержденным Парламентом и кабинетом министров списком – межпланетных террористических организаций, а заодно и пару сопредельных планет, недружественно по отношению к нам настроенных.

Люся превосходно справилась с поставленной задачей. Но в то время, пока она работала над заказом президента, возникла иная проблема.

Вообще-то проблема возникла давно. А может быть, стояла с самого начала.

Одним словом, пока Люся работала над ластиками для президента, Сережик нашел себе новую пассию.

Узнав об этом, Люся не впала в задумчивую меланхолию. Она просто сделала новый ластик, с помощью которого стерла новую Сережину подружку, самого Сережу, а заодно и всех Сережиных друзей.

Все. Точка.

Казалось бы.

Однако все оказалось не так просто. Какая-то бессмысленная внутренняя тоска продолжала жевать Люсину душу, не давая сосредоточиться на работе. Ей постоянно чего-то не хватало. А может быть наоборот, раздражало что-то лишнее.

И тогда Люся решила сделать универсальный ластик. Ластик, который стирал бы все. Абсолютно все.

И она его сделала.

Для начала она стерла все, что напоминало ей о Сереже. Затем все, что мешало ей думать о будущем. Чуть позже – все, что напоминало о прошлом. Когда же попытался вмешаться президент, она и его стерла. Так же, как стерла армию, которая попыталась встать на защиту президента.

Но и этого оказалось мало.

Мир, в котором жила Люся, был несовершенен. В нем было слишком много несчастных людей, которым ничем нельзя было помочь. Мир нельзя было изменить, поэтому Люся принялась стирать его.

Постепенно исчезали города. Горы. Моря. Континенты. Океаны. Разломы земной коры.

Не стало планеты.

Люся продолжала стирать.

Галактика Медузы – кому она нужна!

Магелланово облако – одно лишь красивое название!

Млечный Путь – как часто она смотрела на эту россыпь звезд вместе с Сережей!

Люся осталась одна в полной пустоте.

С ластиком в руке.

Ничто больше не имело смысла.

И Люся принялась стирать себя.

Одна нога. Другая. Туловище. Голова. Руки.

В последний момент, исхитрившись, пальцы, сжимавшие ластик, стерли сами себя.

И не осталось ничего.

Только ластик.

Кто бы мог подумать, что все так закончится?

А кто знает, с чего все началось?

Начало скрыто от нас так же, как и конец.

Мы не помним момент своего рождения, так же как не запомним свою смерть.

Поэтому, если когда-нибудь вы вдруг услышите, что в начале было Слово, не верьте этому. В начале был Ластик! Ластик, который является началом и концом всего сущего в двухмерном мире.

Content

Калугин Алексей Люся – ластик

Алексей КАЛУГИН ЛЮСЯ – ЛАСТИК Рассказ