Ник Горькавый

Off-line интервью на Лаборатории Фантастики

ФАНТОМ Здравствуйте! Ответьте пожалуйста на несколько вопросов:

Когда вы начали писать? Ваш первый литературный опыт — каков он?

Н.Г. На первом курсе физфака, увидев почти персональный компьютер («Наири-К»), я стал размышлять о возможности замены сигналов, которые мозг человека получает от реального мира, на сигналы от компьютерно моделируемого мира. И в 18-летнем возрасте я написал рассказ «Жизнь в кинозале» о гениальном математике, живущем в виртуальной реальности и не знающим этого. Получив послание внешнего программиста о фальшивости окружающего мира, герой пытается доказать истинность своего бытия с помощью самоубийства, а когда оно оказывается невозможным — сходит с ума. Этот рассказ — типичный киберпанк, и его идея после «Матрицы» выглядит неоригинальной, но он был написан в 1977 году, когда никаких панков и матриц ещё не было. Рассказ вежливо отклонили в «Технике-молодежи» в январе 1978 года. Несколько лет назад я его переписал, добавив романтическую линию и убрав технические объяснения, ненужные после тридцати лет компьютерного прогресса. Этот рассказ, видимо, станет одной из независимых глав в третьей книге «Полёт за сингулярность».

ФАНТОМ Ваши любимые книги,жанры и авторы?

Н.Г. Я вырос буквально среди книг (моя мать работала заведующей крупной детской библиотекой) и в детстве читал всё вперемешку со скоростью до ста страниц в час, глотая пару сотен книг в год. «Капитан Блад» и «Три мушкетера», «Капитан Сорви-Голова» и античные пьесы, Гоголь и Гюго, Золя, Стивенсон и Новиков-Прибой, Майн Рид и Марк Твен... Моя личная библиотека насчитывает несколько тысяч научных и художественных томов. Хайнлайн, Лем, Кларк, Булгаков, Кафка, Дудинцев, Солженицын, Гранин — я обязан очень многим писателям. Для меня важно, что бы книги давали что-то новое, неожиданное и умное, чтобы они апеллировали не только к инстинктам или эмоциям, но и к мысли.

Стругацкие для меня бесспорный первый номер в мировой фантастике — именно по активизации мыслительной деятельности. Из зарубежной современной фантастики очень понравилась Буджолд с сагой о Майлзе. Самыми интересными современными русскоязычными фантастами считаю Дяченок. «Виту Ностру» прочитал с большим удовольствием. На фантастическом безрыбье читаю Лукьяненко и Перумова — им фантазии не занимать, но они редко рождают умственную искру. Пелевин хорош как сатирик. Жаль, что большинство нынешних писателей растрачивают свой литературный талант на коммерческое мочилово и бесконечно осточертевший стёб.

Самым мощным современным отечественным автором классического жанра безусловно считаю Алексея Иванова («Сердце Пармы»). Читаю философов и популярные книги учёных: Ламетри, Шарден, Томас Кун, Тоффлер, Фукуяма, Пригожин. Иммануил Кант в астрономических размышлениях просто гениален. Устав от тощей умственной руды нынешних художественных книжечек, открываешь Монтеня или Питирима Сорокина — и окунаешься в такую богатую мысленную жилу! И наоборот: после занятий наукой хорошо читаются детективы Рекса Стаута и вестерны Ламура.

Из достойных детских книг, прочитанных в последние года, отмечу «Властелина колец», «Игру Эндера», «Гарри Поттера», «Рыцаря Ордена» Сергея Садова и «Маленького дьявола» Ирины Оловянной.

ФАНТОМ Ваше видение нашего(России) ближайшего будушего: политического,экономического,социального?

Н.Г. Полагаю, политическая ситуация стабилизировалась надолго, а вот социо-экономический вектор тревожит. Учёные и инженеры сейчас просто забыты. Основной доход в развитых странах, как правило, приносят люди, а в России — сырье, поэтому сложилась тормозная ситуация, когда острой государственной и общественной заинтересованности в образованных и трудолюбивых людях нет. И это сказывается на состоянии умов — рейтинг интеллектуалов и трудяг в обществе никакой. Эпоха псевдогероев началась с «Интердевочки», продолжилась через «Бригаду» и никак не вырвется из криминального круга. Это разрушительно для общества, которое живо лишь работающими и думающими. Что будет, когда сырье закончится или упадёт в цене? Кто будет искать и прокладывать дороги из будущих кризисов? Путаны и братки? Нет — те самые ныне униженные инженеры и учёные, учителя и фермеры.

«Астровитянка» — доступный для меня способ напомнить, что главной ценностью в мире являются не бомбы или нефть, а интеллект. Реальная борьба с кризисами и неуправляемостью общественного развития включает эффективное моделирование будущего России и всего человечества. Первые шаги в этом направлении сделаны ещё Форрестером в «Мировой динамике». Теория социопрогнозирования в «Теории катастрофы» пока ещё фантастика, но не такая уж далёкая. Даже «эффект джокера» не придуман, а уже является научным термином. «Теорию катастрофы» некоторые расценивают как подражание Азимовской «Академии», но при описании теории социального моделирования я исходил из научных трудов Форрестера-Медоуза и Капицы-Курдюмова-Малинецкого, а не из фантастических романов.

ФАНТОМ Ваше отношение к сайтам и форумам фантастики?

Н.Г. Интересная субкультура нашего мира. Любители фантастики стремятся вырваться за пределы текущей реальности, заглянуть в будущее. Может, в ДНК читателей фантастики есть особый ген повышенной любознательности?

ФАНТОМ Ваша литературная мечта?

Н.Г. У меня нет литературных желаний за пределами трилогии «Астровитянки». Но я мечтаю о том, чтобы «Астровитянка», написанная в жёстко-научном стиле, стала бы прецедентом и послужила бы толчком для оживления познавательных научно-фантастических книг — в первую очередь для молодёжи. Не нужно боятся интеллектуальности и научности в фантастике — умный читатель доказанно существует и с удовольствием купит такие книги, как показывает пример успешных продаж «Астровитянки».

Умственная измождённость современной фантастики очевидна. Высокий IQ не требуется ни от фантастов, ни от редакторов или критиков. Причем, как водится, никто не жалуется на свой ум: куда ни посмотри, сплошь наполеон на наполеоне. Из тридцати издательств только два оказались готовы опубликовать действительно НАУЧНО-фантастическую «Астровитянку»: смелая «Астрель» и маленький «Самокат», который славится своим вкусом в области умных детских книг. Остальные «суперпрофессионалы» шарахнулись как от чумы и, как показало время, ошиблись. Судя по всему, большинство писателей и редакторов презирает читателя, для которого работают. «Наш читатель глуп!» — непоколебимо уверены они, стряпая ему очередную сексуально-кровавую вампирско-космическую кашу: «Сожрёт, никуда не денется!»

Зато мои читатели умны, и я их уважаю. Очень приятно, что их много. Не ошибётся тот издатель, который начнёт в своих планах учитывать умного читателя  — особенно умного юного читателя. Кстати, я охотно стану научным редактором любой познавательной книги для подростков.

Гришка Здравствуйте, Николай Николаевич!

Хотел бы спросить: какую цель вы ставили перед собой, когда начинали писать книгу? Быть может, вы хотели внедрить в так называемую «среду подросткового чтения», уставшую от Емцов и Веркиных принципиально новое, более глубокое и в то же время увлекательное произведение?

С уважением, Гришка.

Н.Г. В Емцову Таню заглядывал, но читать не смог. Конечно, современная подростковая литература с трендами «только для девчонок» или в виде разрекламированной «Маруси» производит тягостное впечатление своим скудоумием. Для льстивой массовой культуры интеллектуалы — источник не героев, а злодеев и тюфяков. Удачливые безмозглые парни в роли главных персонажей конкретно достали! Я хотел показать героя, который добивается побед не с помощью волшебной палки или острого меча, а гораздо более реалистичным способом — с помощью мозга, пусть даже при поддержке разумного кибера. Современные компьютеры тоже знают массу ответов — просто их нужно грамотно спрашивать.

Vad Николай Николаевич, у меня скорее технические вопросы:

В Астровитянке короли и принцы обозначают не принадлежность к голубой крови, а к династиям магнатов-богатеев. А какое положения в мире Астровитянки занимают и как их называют те, кто в нашем сегодняшнем мире считаются королями и принцами?

Н.Г. В «Теории катастрофы» Элиза говорит, что «хорошо знакома с несколькими королевскими фамилиями, включая настоящих королей» и упоминает принцессу Монако. Думаю, что обычные короли в 23 веке по-прежнему будут так называться и будут видными, но достаточно декоративными фигурами.

Vad Вам нравится как художник изобразил Никки на обложке первой книги? Вы так себе представляете вашу героиню?

(кстати, нет ли у вас этой картинки в большом виде — повесить на рабочий стол — уж больно хороша? :)

Н.Г. Качественных картинок обложек у меня нет, но я попросил редакцию их прислать. Обложки первых двух «Астровитянок» далеки от моего представления о героине, но они лучше обычных обложек серии ФНиБ. Вижу два плюса: астровитянка изображена в одежде и без пулемета или окровавленного меча. Но у меня есть свои версии обложек — в виде научно-космических коллажей. Может когда-нибудь они тоже пойдут в дело.

Тэр Какие мотивы послужили причиной написания Вами «Астровитянки» (ну, кроме очевидного желания реализовать свой писательский потенциал)?

Н.Г. Я хотел написать книгу, которой мне не хватало в подростковом возрасте и которую смогу с удовольствием читать, будучи взрослым. Совершенно уверен, что подросткам нужны книги типа Жюля Верна, Яна Ларри, Хейли или Гранина с Дудинцевым, где в художественный сюжет вплетена информация о реальном мире, реальной науке и реальных профессиях. Художественные книги с познавательной компонентой — это эффективнейшее средство воздействия на подростка.

Некоторые «эксперты» провозглашают, что в художественных книгах (для молодёжи и вообще) познавательные факты или наука не нужны. Тут даже сердиться трудно, потому что природа уже сказала об этих удивительных людях своё веское и жестокое слово. Может отнять плоды науки в виде Интернета и антибиотиков у таких антинаучных мыслителей, чтобы их мозговая дизентерия сменилась на оздоравливающую обычную?

Популярный миф о том, что утомлённый работой читатель ждет от фантастики только адреналинового отдыха, к подросткам никак не относится: они ещё не устали от этой жизни. Дети обладают могучим инстинктом любопытства, а родители охвачены постоянной заботой о развитии своих чад. Господа писатели и издатели, какого Фаренгейта вы не используете эти мощные потенциалы?!

Добавление «нон-фикшена» в романы — это явный и выгодный тренд в современном книгоиздании. Достаточно вспомнить Умберто Эко с историческим романом «Имя Розы», а также Майкла Крайтона со свежим генетическим «Next». На столе у меня лежит совсем новая художественно-научная астрономическая книга Стивена Хокинга с дочерью Люси: «George’s Secret Key to the Universe» — современная реинкарнация Александра Свирина и Михаила Ляшенко, которые написали пять «Книг знаний» («До Земли еще далеко», «Большая охота» и т.д.), очень популярных в 60-х и незаслуженно забытых сейчас.

Но самый яркий (прибыльный) пример — Дэн Браун с его четырьмя квази-фантастическими книгами. Посадите перед телевизором обезьяну — и она будет активно реагировать на сцены насилия и секса, но стихи Мильтона или криптограмма оставят её равнодушной. Лишь человека разумного могут привлечь такие вещи. Писатели без устали жмут на полустёртые кнопки инстинктов читателя, забывая, что он — не только обезьяна. Дэн Браун сделал ставку на учёт читательского интеллекта — и тем выделился из остальной массовой литературы. Его герои — мужчины-профессора и девушки с IQ 170. При этом герои вполне спортивны и с помощью разума побеждают вульгарных профессиональных убийц с пистолетами. Литературный стиль Брауна вполне средний, рутинный сюжет-квест копируется из книги в книгу, да — динамичен, но сшит грубыми нитками. Зато автор снабжает свои книги провокационными теориями, интересными фактами и деталями. Читатель шокируется вопросом: был ли женат Христос? Читатель узнаёт, кто кастрировал статуи Ватикана, почему пятница 13-е такой зловещий день, и откуда произошло английское «sincerely» — «искренне Ваш», которым подписывают даже современные е-мейлы. Самым впечатляющим в книге «Ангелы и демоны» лично для меня оказался способ, которым маленькую упрямую девочку, не любящую математику, мгновенно превратили в большого её почитателя.

Секрет популярности интеллектуальных на общем книжном фоне бестселлеров Брауна прост: для их написания он годами читает научную литературу («Во время работы над «Кодом да Винчи» я проштудировал около 200 книг») и путешествует по местам действия будущей книги. Браун перелопачивает и выдает читателю массу исторической, криптографической, физической, океанографической и археолого-искусствоведческой информации (судя по физике — как угодно искаженной во имя сюжета, но 99% читателей этого не заметят). 15 сентября выйдет новая книга Брауна «Потерянный символ» — опять с профессором Лэнгдоном, героем «Кода да Винчи» и «Ангелов и Демонов». Общий тираж «Кода да Винчи» — 60 миллионов. Никто не сомневается, что новая книга тоже станет бестселлером и первый тираж «Потерянного символа» запланирован в пять миллионов.

Отечественные же авторы упорно высасывают из своих пальцев безмозглый и безликий экшен и персонажей без проблеска интеллекта. И читателей уже тошнит: вместо пяти миллионов, едва набирается пять тысяч небрезгливых потребителей. Хочется удивиться вслед за космической Маугли: «Какое удовольствие они нашли в этом культе силы? Я ещё могу понять, что они деньги не любят… Но почему они так гордятся своим невежеством?» Ну, действительно, кто мне объяснит — почему издатели Дэна Брауна деньги любят, а наши издатели — нет? Может они слишком прислушиваются к критикам? Видный критик Данилкин, купленный в проект «Маруся», не смог увидеть причины успеха книг Брауна и счёл их читателей «жертвами социальных эпидемий». Я вовсе не отношусь к любителям Дэна Брауна, но причины его популярности мне очевидны без привлечения спорных гипотез о социальном помешательстве. А вот в какое безумие впал вышеозначенный критик, литературно благословив «Марусю»? Нельзя же так презирать читателя. Как говорила Фаина Раневская, деньги-то проешь, а стыд останется.

Vad Скажите, существует ли в англоязычной фантастике аналогичные Астровитянке книги для детей, стимулирующие тягу к науке? Есть что то из них, что Вас вдохновило на создание своего произведения?

И даже более общо — что бы вы посоветовали почитать дальше подросткам, которые понравилась ваша книга?

Н.Г. Я бегло прошелся по полкам и памяти и вот что могу порекомендовать подросткам из научной фантастики (что мне нравилось самому):

1. Братья Стругацкие: «Малыш», «Миллиард лет до конца света», «Пикник на обочине» и остальное.

2. Роберт Хайнлайн: «Гражданин Галактики», «Звёздный зверь», «Дверь в лето», «Астронавт Джоунс», «Туннель в небе». Первые три книги — это шедевры, а «Дверь в лето» ещё и поразительно прогностична — там даже персональные компьютеры предсказаны.

3. Хол Клемент: «Экспедиция тяготение», «Огненный цикл», «У критической точки». Клемент — один из верных продолжателей Жюль Верна.

4. Джеймс Уайт: «Космический госпиталь», «Звёздный хирург», «Большая операция».

5. Гарри Гаррисон «Выбор по Тьюрингу» — мрачноватая, но полезная книга об искусственном интеллекте.

6. Роберт Янг «У начала времён» — восхитительный рассказ о двух вундеркиндах-марсианах и конечно — о любви. Читал в очень хорошем сборнике «Пасынки вселенной», 1990.

7. Жюль Верн.

Не фантастика, но исключительно сильные и позновательно-стимулирующие книги:

8. В. Дудинцев «Белые одежды» — о работе генетиков.

9. Д. Гранин «Зубр» — художественно-документальная книга о генетике Тимофееве-Ресовском.

Заметно более детские и нередко устаревшие, но тоже очень познавательны фантастические книги:

10. Е. Велтистов «Приключения Электроника»

11. Ян Ларри «Приключения Карика и Вали»

12. Кир Булычев, цикл об Алисе, в первую очередь, — первые книги

Если подросток захочет выйти за пределы художественной литературы, то ему можно порекомендовать популярные энциклопедии, в первую очередь, авантовские. В авантовской «Астрономии» и ещё в одной энциклопедии я был соавтором.

Замечательные книги о науке:

1. Е.А.Гребенников, Ю.А.Рябов «Поиски и открытия планет», Наука, 1984. Читается как увлекательный роман, особенно история открытия  Урана и Нептуна.

2. В.В.Белецкий «Очерки о движении космических тел», Наука, 1972 — уже почти профессиональное изложение, но старшие школьники, даже пропуская выкладки, найдут очень много интересного.

3. И.Д.Новиков «Как взорвалась Вселенная», Наука, 1988 (Библиотечка «Квант», которую всю можно рекомендовать)

4. Б.Б.Кадомцев, В.И.Рыдник «Волны вокруг нас», Знание, 1981.

5. Книга Д. Данина «Неизбежность странного мира», 1962

Книга Данина произвела на меня в детстве сильнейшее впечатление. Вот попробуйте раскусить следующее. В атомном ядре нейтроны все время распадаются на протоны и минус-пи-мезоны (а потом сразу снова соединяются), а протоны, наоборот, распадаются на нейтроны и плюс-пи-мезоны. Какое физическое право нейтроны (и особенно — более легкие протоны) имеют так поступать: распадаться на частицы, которые в сумме заметно массивнее самой первоначальной частицы? (Подсказка — ответ нужно искать в рамках соотношения неопределённостей Гейзенберга). Если школьник поймёт этот парадокс нарушения закона сохранения энергии — молодец; если сумеет вытащить из Гейзенберга обоснование короткодействия ядерных сил — вдвойне молодец. В своё школьное время мне это удалось. Не спрашивайте, почему эта проблема ассоциируется у меня с книгой Данина, а не с учебником физики — может, в семидесятых там не было таких деталей.

Хотелось бы, чтобы писатели активнее творили для детей и подростков. Но эта аудитория сложнее взрослой, поэтому пишут для неё редко. При этом познавательность подростковых книг очень часто на нуле. Свежий «Недотёпа» Лукьяненко лично меня разочаровал, оказался обычным фэнтези с подростковым героем. Логическая задача, конечно, украсила книгу, но сочная сцена фаллического состязания выпала из традиций детской литературы.

Может, Перумову стоит попробовать создать что-нибудь подростково-познавательное, используя свои профессиональные знания по биологии. Семьдесят лет назад энтомолог Ян Ларри написал книгу о путешествии уменьшенных детей в мир насекомых — и эта книга до сих пор классика. А если написать о путешествии по человеческому организму или даже по отдельным клеткам? Там можно столько придумать приключений на фоне реальной физиологии! Собственный организм людям всегда приоритетно интересен.

Vad Собираетесь ли вы издавать Астровитянку на английском?

Н.Г. Да, осталось уговорить англичан.

Vad Где сайт Астровитянки наконец? :)

Н.Г. Пока с третьей книгой не закончу — на сайт времени не хватит. Пока мой ЖЖ выполняет близкие функции: http://don-beaver.livejournal.com/

Vad Как вы относитесь к известным фантастическим сагам StarWars и StarTrek? Считаете ли их полезным для подростков или это просто развлечения?

Н.Г. Любые произведения, в которых космос становится непременным элементом бытия, полезны. Другое дело, что элемент познавательности таким сагам очень не помешал бы. И с точки зрения качества StarWars лучше StarTrek (кинофильм обычно лучше телесериала). Поэтому StarTrek я не смотрел.

Pkkp Очень рад, что такая тема появилась. Почему многие имена собственные написаны на неком транслите английского языка? (Москоу вместо Москвы, например) Или та же династия Шихин-ых? (ненужный дефис)

Н.Г. Чтобы сделать описываемое будущее более интернациональным и отличным от настоящего, я много экспериментировал — с ругательствами, восклицаниями, терминами, латынью, со смешением разных систем измерений, изобретением китайско-ирландских имён и т.д. В англоязычном мире 23 века англоязычные персонажи вполне логично говорят «Бейджин», а не Пекин, «Москоу», а не Москва. Удивительно, что некоторые читатели одобрительно отнеслись к «Бейджину», но сочли «Москоу» оскорблением. Возможно, я поправлю в будущих редакциях эти моменты, вызвавшие такую реакцию.

Активные претензии к англицизмам меня тоже удивили. Откройте любую российскую газету — и в одной статье вы найдёте больше англицизмов, чем в пятисотстраничной «Астровитянке». Учёные вообще спокойнее относятся к английским словам и англицизмам в речи — например, все российские учёные говорят про английский журнал — «Нэйчэ», потому что есть русский журнал «Природа», и любые переводы названий журналов запутывают разговор. Нужно ли так вытравливать англицизмы, если они не заменяют, а удобно дополняют русские слова? Вот «трафик» — есть ли у него единственное и равнозначное русское слово? «Дорожное движение» или «скорость передачи данных» явно проигрывают по смысловой ёмкости. Я заглянул на грамота.ру и обнаружил, что «трафик», «месседж», «драйв» и «экшен» уже фигурируют в последних изданиях «Русского орфографического словаря». Что делать будем? По-моему, проблема мата гораздо актуальнее. Забавно, что в одной из рецензий дама-филолог, борясь за чистоту речи подростков, сурово осудила англицизмы и сленг в «Астровитянке», но при написании своих нескольких абзацев сама не удержалась ни от англицизмов, ни даже от «олбанских» выражений.

Дефис в фамилии Шихин-ых — это не только эксперимент, но и некий протест против англоязычной дискриминации-упрощения русских фамилий, способ подчеркивания существования изменяемого окончания. Иначе при традиционном переводе будут Дзинтара Шихин и Ирина Оловянный.

Безусловная правда, на которой я настаиваю, заключается в том, что смешение языков — продуктивный процесс и что он всегда был присущ эволюции языка. Не бывает чистой расы и добиваться ее — преступно, не бывает чистого языка и добиваться его — абсурд. Привычка к разнообразию делает людей более терпимыми, более любопытными, более открытыми, более подверженными влияниям, но я не воспринимаю это как угрозу собственной идентичности. (Извините, последние три фразы были не мои — это мнение видного лингвиста-европеиста)

Pkkp Сколько времени Вы потратили на написание первой книги и второй, которая, как известно, уже готовится к печати? Когда Вам пришла идея написания и какая идея побудила Вас к написанию?

Н.Г. Будучи одновременно учёным и страстным любителем фантастики, я давно задумал написать научно-фантастическую книгу, где герой будет интеллектуальнее обычного меченосца и где космос будет описан предельно научно (полые Меркурии, наполненные кислородом, или цветущие Венеры меня как-то настораживают). Я предполагал широко использовать описание реальных космических пейзажей, о которых много знал, так как работал со снимками межпланетных «Вояджеров», а широкая публика их не видела, так как интернета тогда не было. И в начале девяностых на моём компьютере появились первые файлы про космического умного маугли. За несколько лет было написано несколько глав, часть из которых вошла в «Астровитянку» (лунная регата, оберонские обсерватории). Но начинать книгу, не зная, чем она закончится — опрометчиво. Я не понимал также, что будет делать на Земле спасённый Маугли (тогда мальчик). Книга застопорилась, я не справился с сюжетом.

Потом в моей жизни настал довольно бурный период — как и у всей страны — и книга надолго отложилась и стала зреть. Собирались идеи эпизодов и уместные мысли. За эти годы я накопил значительный опыт и как популяризатор науки. Весной 2004 года при чтении очередного Гарри Поттера меня осенило: мой Маугли должен попасть в школу-интернат для одарённых подростков! Это открывало широкие перспективы и для сюжета, и для рассказов о науке (правда стало понятно, что космические картинки сегодня не очень интересны — все их уже видели). Заодно можно было отлично противопоставить научную школу волшебной.

В июне 2004 года я составил синопсис будущей книги, и она полетела вперёд, вобрав в себя некоторые уже написанные эпизоды. В одну книгу сюжет не уместился: часть текста перешла во второй том, а первый был закончен в октябре-ноябре 2005 года. Фотография на вашем сайте сделана как раз в октябре 2005 года: на моих коленях лежит и правится финальная рукопись «Астровитянки». В ноябре 2005 я послал свой труд под названием «Девочка с хрустальными волосами» на Национальный конкурс детской литературы «Заветная мечта», где рукопись была выдвинута Литсоветом на премию «Лучшее произведение в жанре научной фантастики и фэнтези». За последующие два года было сделано бесконечное количество редакций книги — вплоть до сентября 2007 года, пока не закончилась работа, очень внимательная и серьёзная, с замечательным литературным редактором Леонидом Филипповым.

Вторая книга была дописана на год позже первой — осенью 2006 года — и тоже прошла больше двух лет редакций и переделок, вплоть до января 2009 и завершения работы с Леонидом. Часть эпизодов не уместились и во вторую книгу — особенно те, которые относились к далёкому будущему героев. Стала неизбежной завершающая третья книга, с гибким форматом, в который можно было бы уместить самые разнообразные оставшиеся идеи. Сейчас третья книга готова полностью концептуально и наполовину по тексту. Я надеюсь завершить её осенью 2009 года. Таким образом, не считая долгого подготовительного периода, написание всей трилогии заняло практически шесть лет непрерывной работы в 2004-2009 годах (параллельно с наукой, конечно).

Это были интересные годы.

Pkkp Не кажется ли Вам, что Никки может слишком много? Ей удается стать первой во всех ее начинаниях. Это слегка изменяет восприятие романа, поскольку результат зачастую можно предугадать, да и многие победы кажутся слишком нереальными.

Н.Г. Когда редактировалась вторая книга, то я активно обсуждал текст с бета-ридерами. Поддавшись на многочисленные голоса об излишней удачливости героини, я стал (вопреки внутреннему голосу) экспериментировать и выяснил два факта:

— на нереальную удачливость героини пеняют только взрослые, дети совершенно не возражают;

— большинство взрослых читателей взбунтовались, столкнувшись с провалами главной героини.

И я отбросил эти пессимистические эксперименты и сделал героиню такой, какой мне нравится её видеть. Никки символизирует для меня молодое и умное поколение, она может испытывать боль и промахи, но проигрывать, в конечном счете, не должна. Да и мало предугадать победу, важно узнать способ её достижения.

В конце концов, если нравится читать про нелепых героев, которые мало что могут и привычно глупы, то выбор таких книг широк до отвращения.

Pkkp Не кажется ли Вам, что первая книга чересчур насыщена различной профессиональной лексикой и всяческими научными объяснения, которые не совсем понятны широкой публике?

Н.Г. Если бы мне так казалось, то я непременно убавил бы, не пожалел бы. И убавлял — часть избыточного — с моей точки зрения — научного материала перекочевала из первой во вторую (она научно насыщена не меньше, но и не больше), а из второй — в третью. Остался самый оптимум! Главное — не разъяснить, главное — заинтересовать. Художественная познавательная книга — не энциклопедия, а интеллектуальный провокатор. Хейли писал про разные профессии — чем и был примечателен. Можно расценивать «Астровитянку» как рассказ о жизни интеллектуалов и учёных: вот именно такие проблемы они обсуждают, именно в таких терминах и именно так эмоционально. Я ничего не выдумывал: дискуссии профессоров и девочки с компьютером (не надо забывать, что в создании разных теорий Робби играл значительную роль — как, например, в моделировании теплового баланса аморфного льда) взяты из научной литературы и научной жизни. В каком-то смысле «Астровитянка» — это окно в мою личную лабораторию физика-теоретика, потому что над многими обсуждаемыми в книге научными проблемами я работал или работаю: кольца Сатурна, образование Луны и Большой Взрыв — в первой книге; роботы, эффект Пионера, арки Нептуна, землетрясения и лидарная география — во второй; в третьей «моими» будут кольца Урана, образование пояса астероидов и экзопланеты. Конечно, я максимально смягчил и популяризовал обсуждаемые темы. Всё равно многое непонятно? Именно с такой ситуацией постоянно имеет дело человек, выбравший науку в качестве профессии. Занятия наукой — это сплошная борьба с непонятностью: своей собственной, чужих расчетов и идей, а главное — с непонятностью природных решений. Природа — самая хитрющая бестия. После человека.

Pkkp О чем пойдет речь в третьей книге? Станет ли она продолжением сюжета двух первых романов?

Н.Г. Третья книга «Полёт за сингулярность» расскажет о взрослой жизни героев первых двух книг. Сюжет охватит полвека, станет многослойным и даже мультижанровым: в нём появятся достаточно независимые главы, которые дадут широкую панораму описываемого мира 23 века и даже написаны будут в разных жанрах: вестерн, детектив, мелодрама, киберпанк, романтическая история и космическая опера. Третья книга имеет иной формат и представляет собой набор эпизодов, связанных общими героями или общим миром. Будут и новые персонажи, и знакомые, как например, Элиза, которая выйдет на первый план в двух главах. Действие третьей книги будет происходить в самых разных участках солнечной системы: от солнечного французского побережья Кап-де-Ферра до полярной шапки Тритона с гейзерами из жидкого азота.

Pkkp Почему название романа стало «Астровитянка»?

Н.Г. Понравилось. Придумал не я, а первый читатель книги. Сначала название показалось мне странноватым и шершавым, но потом оно прочно приросло к книге. Космический робинзон, астероидная островитянка = астровитянка. Названия всех трёх книг: «Астровитянка», «Теория катастрофы», «Полёт за сингулярность» полагаю очень удачными. В каждой есть научность, оригинальность и обещание приключений. Даже редакция не пыталась их изменить.

Pkkp Зачем были использованы некоторые детали из «Гарри Поттера»? После прочтения романа мне показалось ненужным подобное заимствование.

Н.Г. Один из читателей очень точно отметил, что использование антуража Гарри Поттера в «Астровитянке»  — это способ показать не сходство, а различие двух миров. И я с ним полностью согласен. Изначально книга адресовалась именно подросткам — фанатам Гарри Поттера: посмотрите, берём похожую школу, вытряхиваем из неё всё придуманное волшебство и наполняем реальной наукой. Нравится?

С юридической точки зрения плагиат предполагает сокрытие имени настоящего автора. Моя совесть спокойна, потому что я прямо указал в «Астровитянке» на реальную книгу Роулинг как на источник некоторых деталей (сослался, как сказали бы в науке). Конечно, школу-интернат придумала не Роулинг, но я решил использовать такую школу именно после чтения «Гарри Поттера». Конечно, никаких сюжетных совпадений или совпадений по облику героев нет.

Ivanov Собираетесь ли Вы продолжать заниматься созданием художественных произведений после «Астровитянки» и продолжения (или продолжений)?

Н.Г. Нет. Эта трилогия — моё первое и последнее художественное произведение. Потом я планирую написать научно-популярную книгу «Учебник для астровитянки» с более детальным рассмотрением научных вопросов, затронутых в трилогии, с приложением DVD с космическими цветными иллюстрациями, динамической анимацией робота «Сёрфера» и даже сейсмической базой данных. Её можно рассматривать как Астровитянку-4, но достаточно условно — там не будет художественного сюжета, хотя Никки, полагаю, будет помогать мне в обсуждении разных вопросов.

Должен пояснить, что фантастическая «Астровитянка» насыщена реальной жизнью в гораздо большей степени, чем можно подумать. Вот на странице 255 описание — как слышит звуком слепой. Это невозможно выдумать. Когда я работал в космическом центре НАСА, в том же коридоре был кабинет слепого человека (потому что государство поддерживает прием инвалидов на работу). Он был бухгалтером или ведал каким-то учетом — словом, делал что-то посильное. В его всегда затемненном кабинете часто трещал принтер Брайля. Я нередко видел этого слепого человека, идущего по длинному коридору с бумажным стаканчиком кофе в руке. Он шёл без палки вдоль стены, но не касаясь её и постоянно щёлкая языком. И как-то раз я осмелился и поговорил с ним — зачем он это делает? Он охотно пояснил, рассказав мне попутно массу поразительных вещей — насчет стука палки, нежелательности длинных козырьков и о том, что как сложно жить слепым старикам, у которых способность анализировать внешние звуки падает. Во второй книге будет рассказ о слепом альпинисте, покорившем Эверест — и это тоже реальная история.

Я собрал в трилогии «Астровитянка» самые интересные наблюдения, факты, мысли и воспоминания, накопленные в течение целой жизни. У меня было что сказать и я это сделал, не жмотничая и ничего не оставляя на потом. Поэтому у меня больше нет никаких дальнейших писательских планов. Зато ещё есть вещи в науке, которые хотелось бы успеть сделать — или хотя бы начать. Вот на систему лазерной локации для слепых я бы охотно потратил часть оставшихся у меня лет — но для такого проекта нужен серьёзный спонсор.

WiNchiK У меня такой вопрос: Вы недавно сравнивали в своем ЖЖ Никки с Марусей — другой книгой, которая так же выступила на поле подростковой фантастики. И судя по выводам, Вы в первую очередь недовольны тем, что в «Марусе» не показана любовь к учебе, а скорее наоборот — показано полное неуважение главной героини к книгам, ученикам-зубрилам и вообще к тяге к знаниям.

А Вы не пробовали проводить такие же параллели с другой известной девочкой — Алисой Селезневой?

Алиса скорее похожа на Марусю — двоечницу и хулиганку, больше рассчитывающая на экзамене не на свои знания, а на шапку-невидимку, чтобы подглядывать в записи к отличникам. Так неужели Алиса Кира Булычева тоже плохой подростковый проект? Заранее спасибо за ответ.

Н.Г. Вы меня удивляете. Может, вы булычёвскую Алису спутали с одноименным рок-ансамблем или ещё какой-то неведомой мне Алисой?

Раз и авторы «Маруси» тоже объявляют себя наследниками булычовской «Алисы», я решил потратить некоторое время на развенчание этого мифа и специально перечитал пару основных книг про Алису. Вот первая строчка из детской «Девочки, с которой ничего не случится»: «Завтра Алиса идет в школу. Это будет очень интересный день.» В книге масса профессоров, но среди них нет ни одного урода вроде профессора из «Маруси». Ещё бы — Кир Булычёв сам доктор наук, востоковед.

Подростковая книга «Сто лет тому вперед» (по которой снята «Девочка из будущего») — полный антипод анти-интеллектуальной «Маруси». Дети у Булычёва реально одарены все. Аркаша из 21 века, «будущий гений генетики» и создатель бубличного дерева, очень убедителен: «Я от альдебаранских растений только скорость роста использовал. К остальному шёл через пшеницу и хлебное дерево.» А это мальчик из школы настоящего: «...Коля Сулима. Он ничего, лучше многих. Очень серьёзно математикой занимается, и в планетарии в научном обществе состоит. Он знаешь кем хочет стать? Конструктором космических кораблей… и в шахматы хорошо играет, лучше всех в классе.»

И другой Коля в «Алисе» мечтает о космосе: «Это он будет строить те корабли, на которых полетит Алиса. Это он, когда вырастет, первым сойдёт на землю далёкой планеты.» «Интересно, на скольких планетах побывал этот профессор? — подумал Коля. — Может быть, на сотне или ещё больше. Счастливый человек! Не исключено, что я стану не просто космонавтом, а космическим зоологом. Такие люди тоже будут нужны».

Когда же Маруся совершала суборбитальный полёт на «Клипере» (слова «суборбитальный» в словаре авторов книги нет, но разговаривать на их языке я не могу), то эти «гениальные» подростки беседовали в основном о том, сблеванёт или нет придурошный Нос. (Тошнота — это серьёзная проблема в «Марусе», я сам с трудом удерживался...)

Маруся не читает книг. Алиса же говорит отцу: «Если там маму увидишь, скажи, что я прочитала все книжки, которые она мне оставила. Приедет — поспорим.»

Маруся не любит учиться, зато Алиса утирает нос даже математичке: «Она не стала стирать с доски решение Милы, а на свободной стороне начала быстро и мелко писать своё решение. И случилось то, чего боялась Юлька: Алиса писала совершенно невероятные значки и символы, которые, наверно, даже в десятом классе не проходят. Все в классе затаили дыхание...»

Алиса знает восемь иностранных языков, выигрывает в шахматы даже у гроссмейстера. «Я же вам говорил, что она супергерла!» Тут я чуть не прослезился: Булычёв позволял себе такие махровые англицизмы, и никто его за них не попрекал! Интересно — обзывал ли кто Алису, которая гораздо положительнее скандалистки-Никки, «Мери-Сью»? А какое отношение к «ботанам» в «Алисе»: «Сулима ей нравился, потому что был серьёзный, играл в шахматы и носил очки».

Алиса в свои 12 лет «уже более-менее известный космобиолог» и занимается реальной научной работой, например, «дельфиньим словарём». Она твердо знает, кем будет: «по прикладной генетике стажируюсь. ...Я буду космобиологом, как отец. А без прикладной генетики в биологии делать нечего». Всем очевидно, что она умница: «...Я был бы рад, если бы у тебя голова работала хотя бы в пять раз слабее, чем у Алисы». Алиса ещё и трудяга: «А я хочу как следует заняться разумом животных. Я считаю, что до сих пор ещё мало сделано. ...Ты что думаешь, через сто лет будут молочные речки в кисельных берегах течь и все будут лежать под деревьями и рот раскрывать, чтобы вишни падали? Мы же все страшно занятые люди — столько работы, ты не представляешь.»

И финальный аккорд книги. Кем будут дети 20-го века в 21-м веке:

«— ...Боря Мессерер станет знаменитым художником. Он будет работать в Большом театре и делать декорации. ...А вот Коля Садовский станет знаменитым писателем, сказочником. Он будет писать удивительные фантастические сказки. ...Фима Королев станет инженером. Он стал бы великим инженером, если бы поменьше хвастался. Лариса будет знаменитой киноактрисой. Её портреты будут висеть во всех кинотеатрах. ...Коля Наумов станет строителем домов. ...Юлька будет детским врачом. К ней приедут лечиться со всех концов света. Катя Михайлова выиграет Уимблдонский турнир в Англии. Мила Руткевич станет учительницей, директором школы. И очень строгим…

— Странно, — перебил Алису Коля Сулима. — Все, по-твоему, должны стать знаменитыми и великими. А кому же быть обыкновенными?

— Нет, вы не правы, — сказала Алиса, — мне лучше знать. Я из будущего. В будущем не станет обыкновенных людей. На Земле будет жить пять миллиардов исключительных, знаменитых, одарённых людей. И среди них, — тут Алиса коварно улыбнулась, — будет только один обыкновенный человек — Коля Сулима. К нему специально будут приезжать на экскурсии из других стран. Он будет самым обыкновенным в истории человечества чемпионом мира по шахматам и изобретателем машины времени.»

Создатели «Маруси» пытаются объявить себя продолжателями «Алисы». Но Алиса принадлежит миру исключительных, одарённых и трудолюбивых людей. А многочисленные авторы нового проекта в качестве героя нашего времени предлагают исключительно неодарённую Марусю, не любящую читать и учиться, зато обладающую богатым папой и гоночной машиной. Образование не стоит на повестке дня у этой девочки, потому что вокруг неё все умственные ростки вытоптаны: ботаны-вундеркинды слабоумны; учителя непорядочны; студентки безмозглы, как резиновые куклы, а студенты-мужчины — забитые животные. Описание летнего лагеря для одарённых детей и его руководителя, профессора Бунина, вызывает одно желание — немедленно эвакуировать детей из этого бедлама. Жизнь вокруг бедной Маруси напоминает мамонтову навозную кучу, вонючую и опасную, но которую нужно разгрести, чтобы найти там жемчужные зерна, — то есть могущественные предметы-артефакты, потому что без них умственно анемичные герои «Маруси» буквально ни на что не способны. Мозг у них — не ценность, в качестве оружия его можно использовать, только взрывая. Очевидно, что создателей этой тошнотворной книги объединяет глубокая психологическая травма, полученная во время обучения.

Kroshka Po Здравствуйте, Николай Николаевич! Хочу поблагодарить Вас за «Астровитянку», сейчас такого рода чтения очень не хватает на нашем рынке, ну и конечно, задать пару вопросов. Вы действительно верите, что ребенок, воспитанный компьютером в среде, жестко стимулирующей развитие навыков выживания, может в полной мере обладать человеческими качествами? Добротой, самопожертвованием?

Н.Г. Космический умный Маугли — это необходимое сюжетное предположение, которое вполне может считаться не научным, а научно-фантастическим. Но почему бы и нет? Никки росла в эмоциональной среде художественных романтических книг, подражала благородному поведению их героев. Она боролась с природными трудностями, но с человеческой подлостью не встречалась и даже мечтала о встрече с людьми. Неплохие условия для формирования любви к людям, доброты и самопожертвования.

Kroshka Po Есть ли в Вашем окружении гениальные дети? Быть может, кто-то из героев списан с реальных мальчиков и девочек? Спасибо за ответ!

Н.Г. Моя юность прошла в среде очень талантливых подростков. В третьей книге будет глава «Межпланетное общество вундеркиндов», которое скопировано с Челябинского научного общества учащихся, где я был записан в секцию химии и теоретической физики, а также в городской совет НОУ.

(Отрывки из третьей книги «Полёт за сингулярность», действие происходит в России)

Они с Тайкой сели в стороне — осмотреться, послушать разговоры.

Невысокий мальчик с белобрысым чубом рассказывал:

— Пришёл к нам новый учитель математики. А наш класс — математический и весь записан в общество вундеркиндов. Учитель этого не знал. Говорит: «Откройте учебники на десятом параграфе. Сегодня изучаем векторное произведение...» Вася поднимает руку и лениво говорит: «Это детство мы миновали два года назад. Сегодня у нас по плану группы Ли!» Учитель покраснел, проверил по компьютеру и говорит: «Извините, я сегодня не готов к уроку.»

— Ха-ха-ха! Учитель — и не готов?!

— Ага! Но он быстро нашелся — вызвал того же Васю на учительское место и тот целый час про групповую алгебру рассказывал. Получил сразу две пятёрки.

— Уравнения Киллинга — очень красивая вещь!

...

Андрей слушал в три уха и смотрел в четыре глаза. Тайка тоже не упускала ни слова. Перед ними открылся совершенно другой мир. Их школа была вовсе неплохой и ребята там были неглупые, но было немыслимо подойти на перемене к какому-нибудь однокласснику и сказать: «Уравнения Киллинга — очень красивая вещь!» или спросить «В каких спектральных линиях ты предпочитаешь искать кометы?»

Одноклассники могут тебя неправильно понять!

А эти ботаники вели себя так, как будто они-то и были гордой солью земли. Они в полный голос — не боясь и не стесняясь! — говорили о алгебраических группах, радиохронологии, о каком-то гексафторплатинате ксенона и о какой-то вакуумной пропитке древесины.

Рослый белокурый атлет и красавчик не принимал участия в общем гаме, а увлечённо читал книгу. Тайка заглянула через его плечо и увидела какие-то сложные диаграммы и схемы ядерных реакций. «Этого в школе не проходят!» — ошарашенно подумала она. Куда они с Андреем попали?!

(текст неотредактирован)

Многие упомянутые в этой главе научные темы — реальные, из Челябинского НОУ. Белокурый спортсмен, читающий книгу по ядерной физике, списан с реального Ильи, который потом поступил в МИФИ. Книга, которую он увлечённо читал, будучи школьником, называлась «Экспериментальная ядерная физика» Мухина — это университетский учебник (увидев у Ильи эту книгу, я и сам её купил и с удовольствием читал — и она до сих пор стоит у меня на книжной полке). Что же касается четвёрки главных героев «Астровитянки» — то наиболее цельно списан со своего прототипа Хао Шон. Мой коллега, китайский учёный Хао, который вдохновил меня на этот персонаж, безусловно был очень умён и в детстве — ведь он сумел поступить на физфак Пекинского (Бейджинского) университета при конкурсе 100 человек на место. А потом закончил ещё и второй университет (Флоридский) и защитил диссертацию по математике и компьютерному моделированию аэродинамических потоков.

Гениальность определить сложно, но я уверен, что в каждом классе есть, как минимум, 2-3 школьника, которых можно считать очень талантливыми.

iwan-san Кроме Астровитянки вы еще что-то написали художественное? Судя по библиографии на фантлабе — нет, но может быть она не совсем точна?

Н.Г. Вполне точна.

iwan-san Вы пишете только в «космическом жанре» или возможно появление чего-нибудь фентезийного или мистического?

Н.Г. Читать фэнтези или мистику я способен, но писать такое не могу по гносеологическим причинам. *Сплёвывая три раза, стуча по дереву и делая разные охранительные знаки*

iwan-san Для Вас больше важна научная достоверность мира, событий, механизмов или красота фантазии? Также Вам интересна техническая сторона произведения или взаимоотношение между людьми, их чувства, поступки, переживания?

Н.Г. Всё важно и всё интересно. Научные вставки являются оригинальной особенностью «Астровитянки» и готовились очень тщательно, но они занимают в каждом томе меньше пятой части объема. Если пренебречь остальными 80 процентами — то книга не получится. Важно было не только показать красоту науки, но и то, что в реальности умные дети вовсе не похожи на забитых и робких ботанов из массовых популярных фильмов. Наоборот — умные подростки гораздо способнее и к поступкам, и к любви. И каждая компонента книги оказалась значима для читателей: кто-то расценивает «Астровитянку» как научно-популярные эпизоды, нанизанные на несущественный сюжет, а кто-то пропускает научные куски и следит лишь за эмоциональными приключениями. Обе трактовки имеют право на существование.

StasKr Читая «Теорию катастрофы» наткнулся на такие слова:

Но в общественном мнении, учёные — поголовно бессердечные злодеи, или, невзирая на высокий интеллект, бытовые идиоты, которые варят в кастрюлях исключительно собственные часы. Главные герои массовых фильмов и книг безмозглы или умственно ординарны, даже при волшебной одарённости. Киношные «учёные» всегда проигрывают жизненное соперничество «простым парням». Зритель всё время видит, как интеллектуалы — убогие «ботаники» в очках — робко ездят на инвалидных колясках за мускулистыми суперменами и расшифровывают им пароли вражеских компьютеров. Насаждается убеждение, что интеллект и житейская адекватность, равно как интеллект и мужество — несовместимы.

Скажите, если я ничего не путаю, книга была сдана до того момента, когда была опубликованна «Маруся» и вы писали данный абзац не имея в виду конкретную книгу? Уж больно точна характеристика данного опуса.

Н.Г. Эти строки написаны довольно давно. Последнюю правку в «Теории катастроф» я сделал в январе 2009 года, а «Марусю» прочитал в мае. «Маруся» вовсе не оригинальна и эксплуатирует давно заезженную лошадку: нелюбовь среднего человека к тому, кто умнее его. Эта анти-интеллектуальная тенденция в фильмах проявляется ещё чаще, чем в книгах, потому что средний читатель умнее среднего зрителя. Авторы «Маруси» печально отличились только тем, что этот льстивый для взрослой публики приём они применили к подростковой аудитории. Тем самым они неявно предполагают, что подростку-читателю «Маруси» умным уже не стать, так что пора ему присоединяться к взрослому клубу анти-интеллектуалов и начинать презирать «яйцеголовых» для поддержания чувства собственного достоинства.

Я должен предупредить: ноосфера очень реагенна. После сенсационной «Интердевочки» чуть не половина старшеклассниц стали мечтать о карьере валютной проститутки. (Уверен, Волошина тоже видела в детстве эту картину). И сейчас в каждом европейском городе в полутёмных барах можно найти уже увядших «дочек Интердевочки». И «Бригада» громко аукнулась на подростковой преступности. Даже сын режиссера «Бригады» так поверил в папино творение, что пошёл по пути его героев и сейчас отбывает срок за убийство. И таких «сынков Бригады» по тюрьмам огромное количество.

Стотысячная антимозговая инфлюэнца, распространяющая пренебрежение к ботанам, учителям и студентам, очевидно найдёт ослабленные организмы и даст свой процент пустоголовых «детей Маруси». К пострадавшим от менингита добавятся жертвы «марусита». Выход «Астровитянки» год назад я сопроводил в своём ЖЖ следующим: «Родители, заинтересованные в интеллектуальном развитии своих детей, помните — в жестокой войне за умы подростков каждый снаряд на счету. И я на вашей стороне.» Время подтверждает — да, война, где «маруся» бьёт как «катюша» — только не по врагам, а по детям. Бьёт враньем по ботаникам и студентам, дезориентирует юного читателя в жизни. А жизнь устроена просто — именно интеллект является универсальным преимуществом в жизни: среди полутора тысяч самых богатых и успешных россиян более 95% имеют высшее образование, 40% — два высших образования, а 20% — учёные степени. То есть нынешние богачи — это практически все бывшие «ботаники».

Kon28 Если судить по многочисленным отзывам и рецензиям  в сети, абсолютное большинство приняло книгу именно как  удачный научно-популяризаторский, просветительский текст. В то же время многие рецензенты  отмечают недостатки чисто литературного плана — сюжетные построения, описания,  диалоги и тд. Собственно, в этом нет ничего необычного для «молодого автора» и первой публикации художественного текста. Скажите, Николай Николаевич, а не возникало ли у Вас в процессе написания желания например попробовать  сделать что-то в соавторстве с  кем-то из профессиональных литераторов, который взял бы на себя именно литературную часть? Насколько  для Вас критичной являлась при написании «Астровитянки» именно литературная сторона?

Н.Г. В те времена, когда первые две книги были уже написаны, но еще не опубликованы, мне было трудно набрать даже бета-ридеров, не говоря уж о литераторах-соавторах. Кто из профессиональных писателей решится на работу над книгой, перспективы продаж которой неясны? Вот критик Березин прошлой весной был уверен, что жюльверновские проекты обречены на провал на современном рынке. Кажется, он до сих пор так думает. Если сейчас, после сравнительно успешного распространения «Астровитянки», найдутся профессиональные писатели, готовые взяться за познавательную книгу, пригодную для чтения подростками, то я готов рассмотреть предложение о соавторстве в научно-популярной части. Это единственный вариант будущей литературной деятельности, который возможен.

Совсем было бы хорошо, если было бы заранее известно издательство, готовое выпустить книгу такого толка. А может какой-нибудь издатель решится на серию новых развивающих детских книг про умных Алис Селезневых и Сергеев Сыроежкиных? С упором не на шумную рекламу, а на тщательную работу над книгами. Моего образования конечно недостаточно для целой серии, но к работе можно привлечь профессиональных биологов, геологов, химиков, языковедов и программистов. Можно создать линейку книг, каждая из которых имеет свой научный уклон: о приключениях внутри человеческого тела (медицинский); внутри клетки (биохимический); в горах или пещере — (геологический и минералогический); в джунглях или пустыне (био- и зоологический; вот недавно мой приятель, путешествующий по пустынным районам Австралии, написал, что с ошеломлением видел, как дикие коровы пожирали мёртвых кенгуру! Я бы с интересом выслушал комментарии зоологов на эту тему).

Мой е-мейл: astrovit(значок)yandex.ru. Пишите — обсудим!

Kon28 В советские времена печаталось немало интересной и качественной научно-популярной литературы, в доходчивой, занимательной форме рассказывающей о науках, научных гипотезах, инженерных достижениях…  Вспомним хотя бы прекрасные альманахи серии «Эврика» и многие другие, журналы «Знание-Сила», «Наука и жизнь», «Техника-Молодежи» и тд. В 90-е годы все это кануло в лету, однако в последние годы положение очень потихоньку, но начинает поправляться. Вернулась хотя бы отчасти популярность «Техники-Молодежи»,  хорошо раскупается «Популярная Механика»…  Чего по Вашему мнению не хватает в этом плане?  Способно ли телевидение заполнить этот пробел? Все ж таки уже у многих есть возможность смотреть такие прекрасные международные каналы как “National Geographic”, “Discovery”, “Discovery science”  и другие подобные научно-популярные и познавательные каналы.  Каким Вам видится оптимальное состояние дел в этой области, что необходимо?

Н.Г. Будем рассуждать экономически-трезво. Рынок научно-популярной литературы прямо зависит от востребованности интеллектуальных профессий в обществе. В настоящее время профессия ученый, инженер или преподаватель вуза не являются самоокупаемыми в России. Они держатся на квартирах советских времен и на энтузиазме интеллигентов. Отсюда и низкий общественный спрос на развивающую литературу и телепередачи.

Конечно, сдаваться нельзя, а в надежде на лучшее будущее надо держать оборону, пробивать познавательные передачи на новом детско-юношеском TV-канале, проталкивать сквозь редакции умные детские книги, поднимать уровень популярных журналов — тут логично выглядит перевод западных журналов («Популярная механика» — это ведь переводной журнал? А есть еще “Astronomy”, “Discovery”, “Sky@Telescope”, “National Geographic” и т.д.). И в каждый встречный государственный череп надо вбивать поглубже мысль, что в стране скоро не будет молодых физиков, биологов, лингвистов, если их зарплата будет недостаточна для достойного содержания семьи, включая удобную квартиру (полученную от государства или снятую внаём) и хотя бы недорогую машину.

Насколько я понимаю, на такой уровень зарплат вышли в России пока только молодые банковские служащие, менеджеры и юристы. Вот они будут, а молодые учёные уже вымирают. Мне рассказывают тяжелые истории, как приходят в обсерваторию выпускники вузов, энтузиасты, желающие наблюдать звезды и работать с аппаратурой радиотелескопов, но когда узнают — какую зарплату им может предложить научное сообщество, то энтузиазм быстро исчезает. Семью ведь надо кормить, а на подсобных работах на каком-нибудь рынке парень получит в несколько раз больше. Вот и становятся наши институты все больше похожи на дома престарелых. Нового поколения учёных почти нет, а прогресс общества невозможен без науки.

Kon28 Как сравнить состояние дел с этим на Западе и в России? В чем различие в подходах?

Н.Г. Огромный минус Запада — дорогое образование, которое способствует социальному расслоению. Огромный плюс Запада — уважение к человеку с образованием: если ты закончил лишь среднюю школу, то твоей зарплаты строителя или продавца подержанных авто хватит на скромную жизнь. Если у тебя за плечами университет — твоя зарплата примерно в два раза больше, если ученая степень — то в три. Отсюда и спрос на развивающие научно-популярные передачи, журналы и книги.

На Западе средний молодой физик или биолог получает зарплату, сравнимую с окладом среднего молодого менеджера или банковского служащего. И её хватает (особенно вместе с зарплатой жены) на нормальную квартиру и две машины. И у молодых ученых есть чёткая перспектива профессионального роста, которая сопровождается ростом зарплаты. Опытный ученый со степенью получает около ста тысяч в год — это не сумасшедшие деньги крупных менеджеров, но американские ученые вообще довольно скромные люди. Но и не бедные — вот один из моих соавторов, женщина-астроном, имеет свой самолёт «Цессну» и летает на нём к старенькой маме во Флориду. А другой соавтор предпочитает каждый год путешествовать по миру — то в Африке побывает, то в Индии, а то и в Армению приедет.

У меня сложилось ощущение, что Россия пытается перенять у Запада не плюсовое отношение к интеллектуалам, а минусовую дороговизну обучения.

Kon28 Как Вы полагаете, возможно ли совместить  строго научные гипотезы с жанром «фэнтези»? Если да, то о чем может идти речь?  Этот вопрос задаю просто потому, что «фэнтези» как направление, на сегодняшний день является наиболее популярным и коммерчески успешным.

Н.Г. Очень талантливые писатели могут удивительно сочетать в своих книгах магию и науку («Понедельник начинается в субботу»), волшебство и реалистически-трудное образование («Вита Ностра»). Но это крайняя редкость, причем тут передается дух науки и образования, но не буква. Если речь идет о буквальной передаче научных гипотез, то научная фанастика всего логичнее. Ну разве что ввести в книге два слоя (мира) — строго научный и параллельно-волшебный.

Kon28 Следите ли Вы за выходом книг подобного «Астровитянке» плана на Западе? Есть ли что-либо, что Вы могли бы порекомендовать читателям?

Н.Г. Очень близка к «Астровитянке» книга Люси и Стивена Хокингов «Джордж и тайны вселенной», 2008. Я с удовольствием вставил бы и в «Астровитянку» цветные космические фото, но редакция на такое не пойдёт. Вообще западный рынок познавательных книг (про космос, динозавров, бактерий) и игрушек (вроде разборной модели человеческого тела), и даже обучающих и обучающихся говорящих роботов (типа головы Эйнштейна) — очень впечатляет. Ещё и ещё раз повторяю абсолютно непререкаемую истину в последней инстанции: родители, заботящиеся о развитии интеллекта своих детей — это могучая мировая сила, превосходящая ядерную и гравитационную силы, вместе взятые. Российским издателям нужно присмотреться к разнообразию западной литературы, ориентированной на подростков (teens). Например, в крупнейшей сети магазинов «Барнс и Нобл» www.bn.com я насчитал 12,5 тысяч наименований художественных книг для подростков, из них около тысячи — научная фантастика. Даже самые умные американские подростки смогут прочитать только малую часть этого богатства, и у них есть широкий выбор. Опрос российских же подростков показал, что примерно каждому четвертому из них книг не хватает. Книг не хватает 36% московских подростков и большинству (58%) активно читающих детей. Перевод западных детских энциклопедий с картинками — это конечно хорошо, но незанятых ниш на рынке «родительской заботы» ещё масса — особенно в подростковом секторе. Вот «Аванта» сумела стать первой в современной энциклопедической теме, а научно-художественная область ещё почти пуста.

Kon28 Как Ваше мнение, насколько интересной показалась книга издательству? Я имею в виду не столько коммерческие перспективы, а именно готовность и интерес издательства к поиску авторов и изданию именно книг с существенной научной базой, ориентированных не только на развлечение, но и на познание?

Н.Г. Издательству первые две книги «Астровитянки» понравились, они рассматриваются как «лонгселлеры». Но создание специальной серии таких познавательных книг «Астрель» не планирует, насколько мне известно. Возможно, со временем такие идеи и возникнут — всё зависит от реакции читателей.

Kon28 «Астровитянка» задумана как трилогия. А каковы дальнейшие планы? Если не секрет конечно.

Н.Г. О литературных планах было сказано выше. Хорошо бы мне после «Астровитянки» сосредоточиться на общей физической модели для «эффекта Пионера» и галактических кривых вращения.

Спасибо за интересные вопросы!

Ник. Горькавый

***

Kon28 (Послесловие к интервью)

Я подозревал (смайл), что это интервью окажется интересным уже хотя бы потому, что наш собеседник — прежде всего ученый и, в отличие от других писателей, которые только писатели, «имеет за душой» существенно более весомый багаж сформированных, хорошо структурированных и малознакомых (а потому и интересных) читателю знаний.

Но, думаю, прочитав это интервью, посетители нашего сайта согласятся со мной, — общение получилось гораздо более интересным и многоплановым, чем этого мог ожидать любой, задавший Николаю Николаевичу свои вопросы.

Что же, большое спасибо автору. Будем находиться в ожидании новой книги и в надежде, что литературная деятельность Николая Горькавого не закончится (несмотря на его уверения) на трех томах «Астровитянки».

источник: Лаборатория Фантастики

Notes

Content

Ник Горькавый
Off-line интервью на Лаборатории Фантастики

Notes