Иван Вырыпаев

13 текстов, написанных осенью

Текст № 1. «Один мой приятель…»

Один мой приятель был капитаном дальнего плавания. Но он терпеть не мог упоминания о морских принадлежностях. При слове парус его рвало, при разговоре о мачте тошнило, а если речь шла о якоре, вся палуба шхуны покрывалась вчерашним яйцом и сосисками из глубин живота капитана. Словом, это был капитан, не любивший морское дело. Словом, это был капитан, не любивший не только море, но и моряков. Это был капитан внутри себя, капитан, смотревший далеко вперед. Смотревший так далеко, как еще не заглядывал ни один моряк на свете. Это был капитан вне моря. Капитан, плюющий морю в лицо (если, конечно, у моря есть лицо). Это был самый отважный капитан на земле. Это был капитан на земле, потому что настоящие капитаны никогда не станут бороздить водные просторы. Потому что настоящие капитаны это не те, кто носит морскую форму и стоит у штурвала корабля. Настоящие капитаны презирают морской бой, у настоящих капитанов полные карманы цинизма оттого, что они твердо и слишком даже хорошо знают, в чем смысл бытия. Смысл настоящего бытия для настоящего капитана заключается лишь в короткой фразе: «Ничего нет». Таким образом, настоящий капитан это тот капитан, кто понимает, что ничего нет, никогда не было и никогда быть не может. Настоящий капитан это тот, кто понимает, что настоящих капитанов нет. Настоящий капитан это вовсе не капитан.

Текст № 2. «Ешь димедрол…»

– Ешь димедрол, ешь сколько влезет. Сколько хочешь, столько и съешь.

– Да, я точно знаю, что Бог есть. Бог есть, это факт, но лучше бы его не было.

Текст № 3. «А если бы ничего не было…»

– А если бы ничего не было, то что бы было?

Текст № 4. «А если бы ничего не было…»

– А если бы ничего не было, то что бы было?

– На воздушном шаре я бы полетела. Далеко, далеко полетела бы я. И я бы залетела своей матери в то самое место, из которого я появилась на свет. Из которого все дети появляются. А потом я стала бы уменьшаться, уменьшаться и уменьшалась бы до тех пор, пока я не стала бы тем, кем была до того, как стать мной. И воздушный шар тоже стал бы уменьшаться, уменьшаться до тех пор, пока не превратился бы в то, чем он был до того, как стать воздушным шаром.

Текст № 5. «Не понимаю, как это люди умудряются…»

Не понимаю, как это люди умудряются ездить в метро? Спускаются глубоко под землю, стоят на мраморе, смотрят в черную дыру, ждут, когда в темноте загорятся желтые глаза свиньи? Потом три сигнала, потом желтые глаза, потом выезжает длинная, как копченая колбаса, свинья. И все ее вагоны полны рыхлыми свиньями. Свиньи читают книги, газеты, разговаривают, выходят из вагонов на мрамор, заходят в колбасу и снова исчезают в черной дыре. Не понимаю, как можно жить, зная, что под городом черные дыры, забитые свиньями? Я не понимаю, как люди могут спускаться под землю? Как я могу каждый день ездить на метро? Как я могу быть свиньей и ездить на свинье? Вот возьмите кусок сала, засуньте его себе в рот и жуйте. А потом, когда вам уже станет невмоготу, заешьте этот кусок сала другим таким же куском. И тогда вы поймете, что это такое – ездить в метро со свиньями и быть свиньей.

Текст № 6. «Из глины он лепит человека…»

Из глины он лепит человека. Потому что он отец ему. А для вас у нас приготовлены два предмета: цветная бумага и соль. Не из глины. Из муки мы печем печенье, и здесь все в порядке. У нас есть такая длинная проволока, что мы можем натянуть ее между странами. Один конец проволоки прикрепить к колесу обозрения в техасском парке, а другой к «чертову колесу» в Москве. Но из глины он лепит только человеков. Поэтому они умирают один за другим. Для вас у нас приготовлены три предмета: Эйфелева башня из бумаги, серебряные блики и сон. Не из глины. Из льна мы шьем платья, и здесь все продумано. Вес тела, помноженный на вес тела, равен двум предметам: платью и «колесу». Я равна тебе и твоему полному недоумению. Я недоумеваю, ты недоумеваешь, это означает – мы в отчаянии. И все, что здесь написано, годится лишь в том случае, если вам действительно нечего сказать, если вы собираетесь молчать и в молчании давить на клавиши вашего старенького компьютера. Потому что вы по-настоящему ощущаете, что XXI век наступил. В противном случае вся ваша жизнь уйдет на то, чтобы искать логику там, где логика уже найдена.

Текст № 7. «Наступит такое время…»

Наступит такое время, когда люди поймут, что в текстах самое главное – это верно расположенные буквы. Это время придет. Оно вернется, оно уже было. Наступит такое время, когда умрут сюжеты, и затихнут голоса рассказчиков, и одни только буквы будут владеть вниманием читающего. Ведь читающий читает лишь для того, чтобы распознать знакомые знаки. Это время вернется. Это наступит. Вернется. Произойдет. Люди будут в музыке ценить ноты, а в живописи краски. Сюжеты умрут. Сюжеты перестанут рождаться. Вот я стою в метро и вижу мужчину, а мужчина видит меня. Что он видит? Он видит мое льняное платье, мои загорелые ноги, мои тонкие пальцы на руках и сумочку, обшитую стеклом. Но пройдет и это. И какой-нибудь мужчина будет стоять в метро, смотреть на девушку в льняном платье с загорелыми ногами и тонкими пальцами на руках и не будет видеть ее сюжет. Наступит и вернется то время, когда в метро мужчины научатся видеть серые узоры на моем платье, линию изгиба моих ног и прозрачный цвет ногтей на пальцах моих рук. Это время наступит, это время пришло, это время обязательно вернется.

Текст № 8. «Сын – это для главного…»

Сын – это для главного. И дочь для главного. И то, что тебе пожилая женщина в метро улыбается, – тоже для главного. И собаку бьешь, и матери не звонишь по неделям, жене изменяешь только для главного. А на станции я видел пьяную молодую девушку, которая плакала о главном, не просто же так. И богатого банкира убили для главного. И проститутку кинули на бабки только из-за этого. Пацаны для главного разбивают носы друг другу, девчонки глотают бабушкино снотворное, в надежде, что успеют откачать. Для главного стареют старики и младенцы появляются на свет. Для главного составы пускают под откос и произносят нежные слова в адрес любимого человека. Сын моей знакомой семь лет пускал героин по своим венам, а мать его все эти годы все равно была ему матерью – и все это для главного. Как и царапины на руках, как и бессонница, как и матерные слова на гаражах, как и любовь. Любовь всегда для главного. Один раз я целый месяц любил нелюбимую, а любимую не любил. Все в мире для главного: закат на Байкале, священник-гомосексуалист, Юля из Иркутска, ложь, кусты марихуаны, совесть, красная брусника, смерть…

А моя мама один раз спросила меня:

– Что же для тебя самое главное, сын?

– А для тебя? – переспросил я.

– Ты, – не думая, сказала мать.

– И для меня Я, – ответил я.

Текст № 9. «Интересно, есть ли в мире…»

«Интересно, есть ли в мире такие поезда, которые бесконечно ходят по кругу?» – спросил один француз у другого.

Двое мужчин, одному из которых четырнадцать, а другому (доктору) двадцать четыре года, стояли с поднятыми вверх головами, разглядывая надпись:

PATRIAM DILEXIT

VERITATEM COLVIT

Они разглядывали эту надпись, разглядывали изо всех сил. Разглядывали, как только могли. И вдруг, неожиданно для самих себя, побежали вниз. Вниз – по асфальту и ступеням.

Справа мелькнул Alfred Thuillier, и сразу лестница. Узкая аллея, булыжники под ногами. Линия: Avenue Laterale du Nord 57-e division. Потом: 58-e division. Навстречу две молодые девушки-туристки. Голос одной: «Ce n’est pas de ma faute». Мужчины бегут дальше. Слева Famille Ferri, справа Famille Loysel. Вниз и вниз. За Kucharski сразу направо. Туалеты. Двое мужчин мочатся в пластмассовые унитазы. Один из них в это время подумал примерно так: «Для чего здесь этот грязный унитаз, если все равно на него никто не будет садиться? Не проще было бы вырубить дырку в полу?». Справив нужду, они побежали дальше. Миновали ворота. Остановка автобуса. Автобус № 69. Едут до metro. Metro. Спускаются вниз. Едут в вагоне. За спиной одного из них женщина на ломаном французском спрашивает у пожилого человека: «A quelle station faut – il faire la correspondance pour aller a la Gare du Nord?» Тот, который думал об унитазе, подумал о метро: «Вот было бы забавно, если б построили такой метрополитен, где поезда ходили бы по замкнутому кругу». Они вышли из metro, сели в такси. Аэропорт. Таможенный досмотр. «Хорошо, что мы не положили билеты и паспорта в сумки. А может быть, и не очень хорошо, что мы летим без вещей?» – подумал доктор. Летят. Аэропорт. Такси. Двое мужчин, одному из которых четырнадцать, а другому (доктору) двадцать четыре года, стоят с поднятыми вверх головами, разглядывая надпись:

МЕТРОПОЛИТЕН им. В. И. ЛЕНИНА

СТАНЦИЯ «БЕЛОРУССКАЯ»

Смотрят карту. Едут вниз. Едут по кольцу. Едут, едут, едут по кольцу. Едут в поезде, который ходит по замкнутому кругу.

Текст № 10. «Если вы решили писать…»

Если вы решили писать, то пишите буквы, а не слова. И хотя большинство людей на планете не возьмут на себя труд прочитать написанное, но зато на вас не ляжет ответственность за нарушение всемирно нарушаемого правила письма. А правило письма гласит: «Предложение состоит из слов, слова из букв, буквы из звуков, звуки из голоса, голос из человека, человек из глины, глина из бога, бог – ОДИН БОГ ЗНАЕТ, ИЗ ЧЕГО ОН СОСТОИТ». О сюжете же не беспокойтесь. Наступит такое время, когда какой-нибудь человек возьмет в руки вашу рукопись, откроет на любой странице и станет любоваться буквами. Он научится не читать их, а слушать. Открываешь книгу и слышишь, как перешептываются буквы:

ТВОЯРЫБАУМЕРЛАЯВЫТАЩИЛРЫБУИЗАКВАРИУМАЗАВЕРНУЛЕЕВКУСОК ФОЛЬГИПОТОМЯПОШЕЛВЛЕСИТАМВЛЕСУЯЗАКОПАЛРЫБУВСЫРОЙЗЕМЛЕИВОТУЖЕТВОЯРЫБАВРАЮРЫБИЙРАЙВЫГЛЯДИТИНАЧЕЧЕМРАЙЛЮДСКОЙВЛЮДСКОМРАЮРАЗНОЦВЕТНЫЕРЕКИИБЛАГОУХАЮЩИЕАРОМАТАМИДЕРЕВЬЯВЛЮДСКОМРАЮДИКОВИННЫЕПТИЦЫИСВЕТЛЫЕЧЕЛОВЕЧЕСКИЕДУШИБРОДЯТПОДВОЛШЕБНЫЕТРЕЛИЭТИХПТИЦИНЕТВЛЮДСКОМРАЮНИПЕЧАЛИНИРАДОСТИНИГОРЯНИВЕСЕЛИЯАТОЛЬКОЕДИНАЯГАРМОНИЯВЕЧНОЕСПОКОЙСТВИЕИБЛАЖЕННАЯПУСТОТАВРЫБЬЕМРАЮВСЕВТОЧНОСТИДОНАОБОРОТРЕКИТОЛЬКОЧЕРНОГОЦВЕТАДЕРЕВЬЯВОНЯЮТТАКЧТОХОТЬСВЯТЫХВЫНОСИПТИЦЫСОВЕРШЕННООБЫКНОВЕННЫЕИПОЮТХРИПЛЫМИГОЛОСАМИЧЕЛОВЕЧЕСКИЕДУШИТЕМНЫЕНЕ БРОДЯТАСИДЯТВПОЛНОЙПЕЧАЛИИЛИВНЕОБЪЯСНИМОЙРАДОСТИАТО ИВГОРЕНОВЛЮБОМСЛУЧАЕВНЕВСЯКОЙГАРМОНИИВВЕЧНОМБЕСПОКОЙНОМХАОСЕИВНЕВЫНОСИМОЙТЕСНОТЕОДНИМСЛОВОМРЫБИЙРАЙЭТОСАМЫЙ НАСТОЯЩИЙАДИВОТКАКРАЗИМЕННОТУДАИПОПАЛАТВОЯРЫБАПОСЛЕСВОЕЙ НЕЛЕПОЙКОНЧИНЫВОТЧТОЕЕОЖИДАЛОТВОЮРЫБУПОСЛЕЖИЗНИВЕЕ

МУТНОМАКВАРИУМЕПУСКАЙХОТЬИМУТНОМНОВСЕТАКИДОКРАЕВНАПОЛНЕННОМПУСКАЙХОТЬИНЕПРОЗРАЧНОЙНОВСЕТАКИВОДОЙАВРЫБЬЕМРАЮПРОКОТОРЫЙМЫУЖЕЗНАЕМЧТОАДАКВАРИУМАНЕТ

Текст № 11. Кислород

Это АКТ, который нужно производить здесь и сейчас.

Композиция № 1

«Танцы»

1-й куплет:

ОН. Вы слышали, что сказано древним: «не убивай; кто же убьет, подлежит суду»? А я знал одного человека, у которого был очень плохой слух. Он не слышал, когда говорили: «не убей», быть может, потому, что он был в плейере. Он не слышал: «не убей», он взял лопату, пошел в огород и убил. Потом вернулся в дом, включил музыку погромче и стал танцевать. А музыка была такая смешная, такая смешная, что и танцы его сделались смешными в такт музыке. И плечи его сделались смешными, и ноги, и волосы на голове, и глаза. Танцы стали увлекать его, увлекать, и увлекли в какую-то новую страну. В этой стране было только движение, только танцы и танцы. И танцы увлекали его, увлекали, и уже так сильно увлекли, что он решил навсегда остаться в этой стране, и он решил, что больше ни одной минуты не будет жить, не танцуя, а будет только танцевать и танцевать.

Припев:

А в каждом человеке есть два танцора: правое и левое. Один танцор – правое, другой – левое. Два легких танцора. Два легких. Правое легкое и левое. В каждом человеке два танцора – его правое и левое легкое. Легкие танцуют, и человек получает кислород. Если взять лопату, ударить по груди человека в районе легких, то танцы прекратятся. Легкие не танцуют, кислород прекращает поступать.

2-й куплет:

А у этого человека с танцами все было в порядке, а со слухом плохо. Он танцевал, а к нему приехали его друзья на машинах, такие же бандиты, как и он.

Из-за танцев не слышно было, как они вошли в дом. И из-за танцев не слышно было, как один из них стал кричать: «Ты че, Санек, блядь, охуел, ты че сделал-то, блядь?! Ты же, блядь, жену свою изрубил почти на куски. Санек, ты че, не слышишь? Ты че натворил, ты че, свихнулся, тебя че, передернуло?». Но Санек не слышал из-за плейера, как к нему обращался его друг. И тогда его друг ударил его четыре раза по лицу, два раза по животу и один раз по груди. Танцоры в груди остановились, и Санек упал на пол, пытаясь ртом отыскать кислород.

Припев:

А в каждом человеке есть два танцора: правое и левое. Один танцор – правое, другой – левое. Два легких танцора. Два легких. Правое легкое и левое. В каждом человеке два танцора – его правое и левое легкое. Легкие танцуют, и человек получает кислород.

Если взять лопату, ударить по груди человека в районе легких, то танцы прекратятся. Легкие не танцуют, кислород прекращает поступать.

3-й куплет:

И вот этот Санек лежал на полу, искал кислород губами и вдруг почувствовал, что танцоры в его груди снова зашевелились. Тогда он спросил у своих друзей, таких же бандитов, как и он: «Что вам нужно»? И его друг, тот, что его избил, повторил свой вопрос насчет изрубленной лопатой жены в огороде. И когда Санек понял вопрос, понял, о чем его спрашивают и что имеют в виду, он ответил так.

Он сказал, что зарубил лопатой свою жену в огороде, потому что полюбил другую женщину. Потому что у жены его волосы были черного цвета, а у той, которую он полюбил – рыжего. Потому что в девушке с черными волосами и короткими толстыми пальцами рук нет и не может быть кислорода, а в девушке с рыжими волосами, с тонкими пальцами и с мужским именем Саша кислород есть. И когда он понял, что его жена не кислород, а Саша кислород, и когда он понял, что без кислорода нельзя жить, тогда он взял лопату и отрубил ноги танцорам, танцующим в груди его жены.

Припев:

А в каждом человеке есть два танцора: правое и левое. Один танцор – правое, другой – левое. Два легких танцора. Два легких. Правое легкое и левое. В каждом человеке два танцора – его правое и левое легкое. Легкие танцуют, и человек получает кислород.

Если взять лопату, ударить по груди человека в районе легких, то танцы прекратятся. Легкие не танцуют, кислород прекращает поступать.

Финал:

И в каждой женщине есть два танцора, и каждая женщина поглощает кислород, но не каждая женщина сама является кислородом. И если человечеству сказали «не убей», а кислорода вдоволь не предоставили, то всегда найдется Санек из маленького провинциального городка, который, для того чтобы дышать, для того чтобы легкие танцевали в груди, возьмет кислородную лопату и убьет не кислородную жену. И будет дышать полными легкими. Потому что, когда говорили «не убей», у него плейер был в ушах, и танцоры в груди увлекали его в другую страну, в страну, где только танцы и кислород. И кто скажет ему: «рака – конченый человек», подлежит синедриону. А кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной.

Композиция № 2

«Саша любит Сашу»

1-й куплет:

ОН. Вы слышали, что сказано: «не прелюбодействуй»? И что «всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем». Представьте, какое огромное сердце должно быть у мужчины, чтобы в нем могли поместиться все женщины, на которых он смотрит с вожделением? Это даже не сердце, а большая двуспальная кровать, простыни которой залиты семяизвержениями. И вот мой знакомый Санек из маленького провинциального городка возжелал в сердце своем девушку Сашу из большого города, увидев ее на парапете памятника одному писателю, в то время как она с друзьями курила траву.

Припев:

И вот, если сказано: «не смотри с вожделением», то это означает – не возжелай в сердце своем. А тот, кто смотрит на женщину с похотью, у того сердце закрыто на амбарный замок. И тот, кто смотрит на женщину с похотью, тот не ее желает наполнить, а лишь себя желает опустошить.

2-й куплет:

А когда мой приятель, тот самый Санек с кислородными танцорами в груди, увидел Сашу с рыжими волосами, то так сильно возжелал ее в сердце своем, что его сердце стало подобно пресловутой белой кровати, с той лишь разницей, что простыни на ней были абсолютно белого цвета. И когда он увидел Сашу, ходившую по парапету босиком, то с ним случилось кислородное отравление, потому что кислородное отравление случается с теми, у кого было кислородное голодание.

Припев:

И если сказано: «не смотри с вожделением», то это означает – не возжелай в сердце своем. А тот, кто смотрит на женщину с похотью, у того сердце закрыто на амбарный замок. И тот, кто смотрит на женщину с похотью, тот не ее желает наполнить, а лишь себя желает опустошить.

3-й куплет:

И кислородное голодание случается с теми, кто много лет дышал воздухом, мало насыщенным кислородом. Кто дышал женщинами, пахнущими потом или дешевыми духами вместо детского мыла, поскольку если нет у тебя денег на дорогие духи, то на детское мыло и на шампунь из крапивы всегда можно насобирать. И если нет у тебя дорогого платья, то сарафан из цветов всегда можно сшить самой. И если ты следуешь моде из журналов и не знаешь, что мода это то, что отражает твой внутренний мир, то ни духи, ни мыло, ни сарафан из цветов не насытят воздух кислородом, и у любого мужчины рядом с тобой обязательно наступит кислородное голодание. А Саша вся была сплошной кислород. У нее было платье из льна, сумка, обшитая стеклом, сандалии на веревочках, а глаза ее были зеленого цвета. Но главное, у Саши были красивые дорогие очки и рыжие волосы. И вот, когда видишь такую девушку, то понимаешь, что это кислород. А когда стоишь с такой девушкой рядом, то чувствуешь запах детского мыла, дорогих духов и шампуня из крапивы.

Припев:

И вот, если сказано: «не смотри с вожделением», то это означает – не возжелай в сердце своем. А тот, кто смотрит на женщину с похотью, у того сердце закрыто на амбарный замок. И тот, кто смотрит на женщину с похотью, тот не ее желает наполнить, а лишь себя желает опустошить.

Финал:

Поэтому, если правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя; ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, тоже именно поэтому. Поэтому, именно поэтому Санек из маленького провинциального городка, поняв, что больше не смотрит на жену свою с вожделением, а только с похотью, схватил лопату и сперва ударил ее по груди, прекратив танцы ее легких, потом краем лопаты рассек ей глаз, а после отрубил ей руку, ибо пусть лучше пострадают члены, чем все ее, впрочем, не очень-то уж красивое, тело ввержено будет в геенну огненную.

Композиция № 3

«Нет и да»

1-й куплет:

ОНА. Еще слышали вы, что сказано: «не клянись вовсе: ни небом, потому что оно Престол Божий; ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого царя»? И вот я не знаю, кто сегодня в Иерусалиме царь, и даже кажется, что там вообще нет такого человека, который мог бы все уладить, но только я знаю, что точно не буду клясться городом, в котором люди, как арбузы, взрываются под палящим солнцем в автобусах и на площадях. Но зато одна моя знакомая, девушка с мужским именем Саша, за свою короткую жизнь уже два раза клялась небом и один раз землей. Первый раз она поклялась, когда какой-то парень прямо на улице поцеловал ее не в щеку, не в губы, не в лоб, не в ухо, не в шею, не в плечо, не в грудь, не в живот, не в спину, не в бедро, не в ягодицы, не в ноги, не во все эти перечисленные места, а поцеловал ее, и прямо на улице, среди белого дня. Тогда она поклялась небом, что даже трава не действовала на ее тело так волшебно, как этот возмутительный поцелуй. Второй раз она поклялась небом, когда ее муж, удивительной красоты брюнет, спросил: «Правда ли, что ты изменяешь мне с каким-то чуханом из провинции?», и она сказала: «Клянусь небом, что нет». А уже землей она поклялась, когда ее рвало от водки с пельменями, которыми ее накормили друзья этого парня, с которым она изменяла мужу, в первый раз в жизни, потому что до этого она ничего подобного не ела. И тогда она поклялась землею, на которую блевала, что больше никогда не будет есть эти смертельные русские продукты, в которых нет ни одной частицы кислорода, а только тошнота и великодержавный пафос.

Припев:

И вот лучше курите траву, ешьте яблоки и пейте сок, чем вы будете валяться пьяными на полу перед телевизором и клясться небом, землей и Иерусалимом, что вас соблазнила реклама, внушившая через телеэкран, какие продукты необходимо покупать, чтобы иметь право жить на этой земле.

И вот, чтобы иметь право жить на этой земле, нужно научиться дышать воздухом, иметь деньги на покупку этого воздуха и ни в коем случае не подсесть на кислород, потому что если ты плотно подсядешь на кислород, то ни деньги, ни медицинские препараты, ни даже смерть не смогут ограничить ту жажду красоты и свободы, которую ты приобретешь.

2-й куплет:

А моя знакомая Саша из большого города только два раза клялась небом и один раз землей, зато в любви она клялась неоднократно. Потому что у нее было очень большое сердце, похожее на двухспальную кровать с цветными европейскими простынями, залитыми соками из разных фруктов. И каждый раз, когда она проводила ночь с мужчиной, кроме мужа, разумеется, потому что замуж она вышла случайно, а все ее связи с другими мужчинами случайными не были, каждый раз она испытывала чувство любви. И каждый раз, когда она оставалась наедине с мужчиной и слушала его слова о любви, в ее голове рождались похожие слова, только эта Саша из большого города никогда не произносила их вслух, а все свои чувства выражала то улыбкой, то поворотом головы, то хитро прищуривая глаза. Потому что эта моя знакомая Саша всегда вела себя как актриса из художественного фильма про любовь. Потому что только в таких отношениях между мужчиной и женщиной есть кислород. А если клясться в любви и не любить, то это уже говно собачье, а не кислородный фильм, а если любить и не клясться, то это уже немецкое порно, а если встречаться с разными мужчинами, а любить только одного человека, то это уже похоже на русский кинематограф про березы и поля.

Припев:

И вот, чтобы иметь право жить на этой земле, нужно научиться дышать воздухом, иметь деньги на покупку этого воздуха и ни в коем случае не подсесть на кислород, потому что, если ты плотно подсядешь на кислород, то ни деньги, ни медицинские препараты, ни даже смерть не смогут ограничить ту жажду красоты и свободы, которую ты приобретешь.

Финал:

И вот лучше курите траву, ешьте яблоки и пейте сок, чем вы будете валяться пьяными на полу перед телевизором и клясться небом, землей и Иерусалимом, что ваше сердце принадлежит одному человеку, потому что если ваше сердце принадлежит одному человеку, а тело другому, то чем вы будете клясться? Не Престолом же Божьим и не подножием ног Его, и уж тем более не Иерусалимом же, в котором люди сходят с ума от глупости, а клясться вы можете только любовью своею. И да будет слово ваше: «да, да» и «нет, нет», а что сверху этого, то от лукавого.

Композиция № 4

«Московский ром»

1-й куплет:

ОНА. Вы слышали, что сказано: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую. И кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду. А девушка, о которой я рассказываю, без всякого суда скидывала с себя всю одежду, если мужчина, который ей нравился, угощал ее «Московским ромом» с кока-колой и предлагал широкую кровать с резными дубовыми спинками. Однако когда один из таких мужчин ударил ее по правой щеке, левую она категорически отказалась подставлять, а вместо этого пошла на его же кухню, на кухню мужчины, ударившего ее по правой щеке, взяла там кухонный нож, вернулась в спальню, где был совершен удар, и попыталась воткнуть этот нож мужчине этому прямо в лицо. Но мужчина этот перехватил ее руку с ножом, замахнулся и ударил девушку, о которой я рассказываю, по другой щеке. И так сильно ударил он ее по другой щеке, что у нее кровь потекла из носа весенним ручьем. Стремительным весенним ручьем, только красным и во время зимы.

ОН. Как раз во время зимы сели они на электричку до Серпухова, тронулся поезд, и зазвучали в вагоне призывные слова продавцов ручек, газет и батареек. И ехали они в Серпухов, в родной город этого Саши, в котором среди бела дня люди на улицах падают от алкоголя, а в квартирах и подворотнях молодежь втыкает шприцы в прозрачные вены на ногах. И ехали они, чтобы танцевать в комнате, где танцевал этот парень после того как лопатой изрубил свою жену в огороде. И ехали они лепить снежную бабу из снега, покрывавшего землю, в которой была зарыта его жена. Ибо не рассказали друзья милиционерам о том, что натворил их друг. И никто не знал об этом, и уж тем более не знала об этом девушка по имени Саша, из-за которой, собственно, и был совершен сей поступок. А жена эта, женщина с черными волосами, спала на двухметровой глубине, в земле серпуховского огорода, и такая вещь, как кислород, ей была уже просто ни к чему.

Припев:

ОНА. И когда ударили тебя по правой щеке, не подставляй левую, а сделай так, чтобы тебя ударили и по левой.

ОН. И когда хотят отсудить у тебя рубашку, сделай так, чтобы дали тебе 18 лет с конфискацией.

ОНА. И если хотите узнать, что такое «Московский ром», то зайдите в любой ларек, торгующий крепким алкоголем, и посмотрите на полку с коньяками.

ОН. И на какой бутылке первым словом будет «Московский», то это и есть местный ром, который мешают с колой.

ОНА. Для того, чтобы ударили тебя и по левой.

ОН. И для того, чтобы дали тебе 18 лет с конфискацией.

2-й куплет:

ОНА. А когда девушка эта Саша сошла на серпуховской перрон, то сразу же поняла, в каком городе оказалась. И потом только делала вид, что ей нравится лепить снежную бабу в огороде и слушать группу «Любэ» в плейере.

ОН. А когда этот парень Саша из Серпухова приезжал в столичную Москву, видел эти снобские лица и слышал эти акающие голоса, то ясно понимал, что лопат не хватит и ваганек не напасешься на всю эту людскую массу, задыхающуюся без кислорода под озоново-аэрозольной дырой.

ОНА. И никакие очки, ни за триста, ни за пятьсот, ни за тысячу долларов, не помогут разглядеть в пьяной девице в черных туфлях и белых носках уважающую себя женщину. А в кучке ребят, присевших на корточки возле магазина, – имеющих хоть какие-нибудь жизненные цели мужчин.

ОН. И когда шла она в своем платье из льна и из Амстердама по улицам городка, в котором до сих пор снимают фильмы про революцию без всяких декораций, то даже собакам было стыдно за свою провинциальную шерсть. Потому что если взять двух собак с помоек Москвы и Серпухова, то окажется, что блохи московского пса ведут род свой от блох, кусавших собаку Гиляровского, а блохи серпуховской псины – прямые потомки блох, евших безродную сучку деда Сереги, который сам в свое время ел этих блох, когда сдирал кожу с собаки своей, для того чтобы и ее съесть, после того как сообщили ему, что только так можно вылечиться от туберкулеза.

ОНА. А если так ставить вопрос, если начать выяснять, «кому на Руси жить хорошо», то необходимо вспомнить о том, что именно под Москвой был остановлен фашистский неприятель…

ОН. Сибирской дивизией, в 1941 году.

ОНА. И если так ставить вопрос, если начать выяснять: кто лучше, те или другие? – то сперва решите вопрос с главным городом мира – Иерусалимом, а потом уже переходите на частности – в какой стране правильней жизнь – в Москве или в России.

ОН. Потому что если возьмет еврей танк, переедет на нем реку, где крестил Креститель, то любой, даже не верующий в приметы человек, может ожидать взрыва в людном месте любого еврейского городка, и это так же верно, как и то, что стрижи летают низко над землей перед дождем.

ОНА. И это так же верно, как и то, что главным признаком провинциальности души человеческой является чувство ущербности, которое он испытывает от того, что московские блохи не дают ему покоя своей родословной, и от того, что какая-то невидимая рука заставляет его заправлять свитер в штаны.

ОН. Да пошла твоя Саша в жопу, вот что я могу ей предложить.

ОНА. Да пошел твой Саша сам в жопу, вот что я могу ему ответить.

Припев:

ОНА. И когда ударили тебя по правой щеке, не подставляй левую, а сделай так, чтобы тебя ударили и по левой.

ОН. И когда хотят отсудить у тебя рубашку, сделай так, чтобы дали тебе 18 лет с конфискацией.

ОНА. И если хотите узнать, что такое «Московский ром», то зайдите в любой ларек, торгующий крепким алкоголем, и посмотрите на полку с коньяками.

ОН. И на какой бутылке первым словом будет «Московский», то это и есть местный ром, который мешают с колой.

ОНА. Для того, чтобы ударили тебя и по левой.

ОН. И для того, чтобы дали тебе 18 лет с конфискацией.

Финал:

ОНА. А когда шла она по парапету памятника Грибоедову босыми ногами и в платье из льна, и когда увидела она парня в свитере, заправленном в штаны, то подумала: между нами пропасть. А потом ее догадка подтвердилась, потому что пропасть между ними была такой же огромной, как разница между небоскребом и самолетом, пронзающим его насквозь.

ОН. А когда увидел он ее, курившую марихуану с фольги, то подумал, что хотя жизнь у них и разная, но цель одна. Как одна цель у летчика, направляющего самолет в здание Торгового центра, и у пожарного, задыхающегося в дыму от гигантского взрыва. Потому что и тот, и другой ищут своими легкими кислород, один – чтобы не задохнуться от дыма, а другой – чтобы не задохнуться от несправедливости, правящей миром.

ОНА. И да будут все сынами Отца Небесного, ибо Он повелевает солнцу своему восходить над злыми и добрыми.

ОН. И посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо, если вы будете любить любящих вас, какая вам награда?

ОНА. Да в том-то и дело, что никакой.

ОН. Просто останетесь без награды, и все.

Композиция № 5

«Арабский мир»

ОН. Следующая композиция была написана таким образом. Однажды я с приятелем находился в Арабских Эмиратах, и мы с ним там нанюхались героина. Я нанюхался героина и порвал свой паспорт. Я порвал свой паспорт и пошел по арабскому рынку. А поскольку я не знал арабского языка, то я понимал, что обратно мне уже не вернуться. Композиция номер пять «Арабский мир».

1-й куплет:

ОНА. Вы слышали, что сказано: «Смотрите, не творите милостыни вашей перед людьми с тем, чтобы они видели вас»?

«И когда творишь милостыню, не труби пред собой, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди».

ОН. И когда Саша из столицы творила милость свою Саше из города Серпухова, то происходило это не на улице и уж тем более не в синагоге, а происходило это под пуховым одеялом, в комнате с выключенным светом, при закрытых на засов дверях.

ОНА. А когда, в свою очередь, Саша из Серпухова творил милость свою Саше из Москвы, то это были лучшие минуты в ее жизни, потому что когда творил с ней подобные милости ее муж, жгучий брюнет с театральным образованием, то делал он это с таким выражением на лице, будто дело происходило не под цветным одеялом в их кровати, а на самой людной улице или в синагоге во время еврейской пасхи.

ОН. И когда в первый раз сотворил свою милость Александр Александре, то по глазам ее понял, что только ради подобных милостей и согласилась она посетить его дом, потому что получение подобных милостей от мужчин давно уже стало любимым занятием всей ее жизни.

ОНА. Ложь! Потому что подобные милости любимое занятие всех людей на земле, и даже в синагоге еврей заглядывается на еврейку, а про встречные взгляды на улицах и говорить не приходится.

ОН. Приходится. Потому что нельзя всех людей равнять по себе, и уж тем более нельзя причислять ко всем людям Сашу из маленького провинциального городка, который, как известно, жену разрубил на две части из-за безумной любви.

ОНА. Ложь! Потому что из-за любви никто не станет бить лопатой по голове, а если бьет один человек другого, то уж, конечно, только потому, что ненавидит его самой лютой ненавистью, и такое чувство, как любовь, здесь абсолютно ни при чем.

ОН. Ни при чем, если речь идет о простой любви, а если о безумной, то не только лопату, но и бензопилу пускают в ход для того, чтобы доказать, какое сильное чувство испытывает безумно влюбленный человек к предмету своей безумной любви.

ОНА. Ложь! Потому что «любовь» и «безумие» такие же разные вещи, как религиозное сознание иракского мусульманина и американского еврея. И как мусульманину неприятен вид толстой женщины в брюках, набивающей свой желудок гамбургерами из свинины, так и Дэвиду Гоферману из Нью-Йорка неприятно находить женские волосы на своем подоконнике после взрыва 11 сентября, после того как хозяйка этих волос, белокурая полная женщина в брюках, отправилась в мусульманский ад, потому что внутри нее были непереваренные куски свиньи.

ОН. А если следовать этой логике, если «безумие» сравнивать со свиньей, а джихад с любовью, то выходит, что лопата, рассекающая голову некрасивой женщины, есть не что иное, как меч Аллаха, карающий «неверную» за поедание свиных котлет, а вовсе не сельхозорудие, с помощью которого копают картофель и избавляются от ненавистных жен. Хотя на самом деле все на свете происходит от двух вещей: от безумной любви, то есть от любви такой силы, что она делает человека безумным; и от жажды воздуха, ибо если окажется человек на стометровой глубине Баренцева моря, и скажут ему, что для того, чтобы дышать и выжить, надо разрубить лопатой свою жену в огороде, то так он и сделает, а кто осудит его за этот поступок, тот либо никогда не любил, либо никогда не задыхался, впрочем, любовь и удушье суть одно и то же, а если ты не знаешь об этом, то тогда вообще не произноси таких слов, как Ислам и Нью-Йорк, потому что только безумной любовью можно оправдать безумную ненависть, и наоборот.

ОНА. Интересно, а чем же тогда можно оправдать совращение малолетних девочек отцами католической церкви, уж не безумием ли, или, может быть, тем, что дело происходило не в Америке, а на стометровой глубине Баренцева моря?

ОН. Смотря что считать совращением. Если обман, то это дело суда, а не твое собачье дело, а если взаимность, то я бы говном забросал государство, запрещающее мне любить тринадцатилетнюю девушку, желающую моей любви.

ОНА. Ложь! Потому что она не знает, чего хочет, а делает это из желания казаться взрослее, чем она есть.

ОН. Ложь! Потому что когда Нина Чавчавадзе выходила замуж за Грибоедова, на парапете памятника которому сидят ее сверстницы в ожидании любви, ей было тринадцать, а если ты сейчас скажешь, что нынешнее поколение отличается от поколения дворян 19-го века, то я навсегда прекращу любые диалоги с тобой, потому что когда я слышу подобную чушь, то мне кажется, что такие мысли может высказывать лишь тот, кто по ночам дрочит на фото Анны Курниковой или трахает в жопу знаменитого телеведущего, а днем принимает законы о «борьбе с порнографией».

ОНА. Я не смогу так сказать, потому что ты специально не написал мне этого текста. Потому что, хоть ты и говоришь о всемирном добре и справедливости, однако же текст этого представления составил так, чтобы звучала только твоя мысль, а другие мысли казались бы банальными в сравнении с твоим псевдоразумным мышлением.

ОН. Ложь! Потому что ты думаешь точно так же, и хотя у тебя есть московская прописка, ты все равно считаешь всех ментов козлами за то, что они проверяют паспорта на улицах и избивают ни в чем не повинных людей, между тем как некоторые выходцы с Кавказа, имеющие московскую регистрацию, посещают любимые мюзиклы и собираются в другие полюбившиеся места в Москве. А если ты сейчас скажешь, что думаешь иначе, то я больше руки тебе не подам, так как меня уже тошнит от всего этого говна, которое принято считать демократией, и я убежден, что так считают миллионы людей, живущих на этой планете, но когда приходит время высказаться, то оказывается, что у одних рот набит свиной колбасой, а у других сегодня суббота, а в этот день даже бог отдыхал от трудов своих, из чего следует, что нужно нажраться мацы, включить телевизор и смотреть репортаж о наводнении в Сибири, повторяя про себя «нам бы ваши проблемы». Представляю, что было бы, если б бог внял этим словам и помимо взрывов на рынках и площадях жители Иерусалима ходили бы еще по пояс в воде.

ОНА. И вот, чтобы как-нибудь ответить тебе, чтобы сказать тебе, что-нибудь такое, что тебя бы по-настоящему задело, я скажу правду. Проблема ведь не в том, что несчастные арабы загнаны в безвыходную ситуацию и что еврейские дети в этом не виноваты. И не в том, что у нас за горстку травы, растущей даже на огородах, могут посадить на пять лет в тюрьму, а за водку, от которой вся страна потеряла голову и от которой мужчины бьют женщин по беременным животам, тебя максимум продержат ночь в кутузке и выпустят героем. А проблема в том. Настоящая твоя проблема в том, что ты не можешь любить людей. Что ты тринадцатилетним девочкам рассказываешь о том, как хорошо побыстрей расстаться с девственностью, объясняя это тем, что они хотят повзрослеть, а они даже не успевают понять, что произошло. Ложь в том, что ты в жизни не общался с Саньками из Серпухова, и наплевать тебе, как они там живут и кого они там убивают, но ты будешь со слезами на глазах рассказывать историю чужой для тебя жизни. Будешь страдать над проблемой, которой для тебя просто нет. Потому что после таких выступлений ты идешь в «Пропаганду», а Санек, о котором ты рассказывал, наверное, идет в жопу или куда подальше. В этом проблема. И эта проблема по-настоящему твоя. А только о своей проблеме и может говорить творческий человек, и я вряд ли тебе поверю, что ты ночи не спишь оттого, что каким-то там московским бомжам негде ночевать. Ложь! И про то, что ты, нанюхавшись героина, бродил по рынку в Арабских Эмиратах, ложь. Ты никогда не был в этой стране, и нюхать героин ты в жизни не станешь, потому что все твои друзья и знакомые знают, какой ты рациональный человек. Ты только и можешь, что лежать в своей комнате с выключенным светом, слушать в тысячный раз Стинга, теребить ручонками свой орган и представлять, как ты идешь в белом мусульманском платке по арабскому миру.

Здесь по желанию возможен рэп, исполняет мужчина.

Моя девчонка всю неделю хорошо себя вела.

Моя девчонка отвечала за серьезные дела.

И вот теперь награда —

грибы из Ленинграда.

Любимая, ты рада?

Грибы из Ленинграда.

А в воскресенье рано утром прибывает «Стрела».

На ней приедет мой приятель, он не привезет бухла.

Ведь он не пьет, и он не курит, он с компьютером на ты,

Он привезет тебе грибов, и ты узнаешь, кто ты.

А ты во вторник не пошла со мной в хорошее кино,

Хотя кино было плохое, кино было – говно.

Но я увидел в этой фильме – параллельные миры,

И я еще раз убедился, как прекрасно есть грибы.

2-й куплет:

ОНА. И тебе плевать на всех детей на свете, потому что у тебя самого их нет. И тебе плевать на всех сибиряков, дома которых затонули в разливе рек, и наплевать тебе на этих, блядь, несчастных наркоманов, которые подыхают в сраном, блядь, забытом богом Мухопиздийске. И срать ты хотел на город Серпухов с большой колокольни. Тебе и на себя наплевать, тебе главное, чтобы денег хватило на гашиш и на коньяк с колой. И на меня тебе наплевать, ты даже не знаешь смысла слов, которые произносишь по ночам.

ОН. Да что ты от меня хочешь-то, что? Ты сама-то, блядь, как живешь? Ты себе-то задай этот вопрос!

Один-единственный вопрос. Каждый человек должен задать себе один-единственный вопрос: «Как я живу? Как я, блядь, проживаю свою жизнь?»

Финал:

ОНА. И когда решишь поучить других, подумай сперва, обладаешь ли ты таким талантом, каким обладал один русский писатель, который умел так описывать горе других людей, что полученного за это описание гонорара хватало ему и на рулетку, и на карточный долг.

ОН. А если все-таки не хватало на карточный долг, то он всегда мог снять с жены последние украшения или, в крайнем случае, сочинить что-нибудь про зарубленную топором старуху.

Композиция № 6

«Как без чувств»

ОН. А вот ты слышала, что сказано: «Не сотвори себе кумира»? Слышала?

ОНА. Да, конечно, слышала. А у тебя что, есть кумиры?

ОН. Ну, я так конкретно об этом не задумывался, но вот точно знаю, что один кумир у меня есть.

ОНА. Всего один?

ОН. Нет, ну их, наверное, больше, просто я как-то не думал об этом, но вот один кумир у меня точно имеется.

ОНА. И кто он, если не секрет?

ОН. Да нет, ну абсолютно не секрет. Правда, это не «кто», а «что» – это секс.

ОНА. Секс?

ОН. Ну да, секс.

ОНА. Хочешь поговорить об этом?

ОН. Если ты не против.

ОНА. Я не против.

ОН. Тогда я начну. Вот ты знаешь, у меня такая проблема, мне очень трудно «завестись» с нелюбимой девушкой.

ОНА. С нелюбимой?

ОН. Да, только с нелюбимой, потому что с любимой я завожусь с пол-оборота.

ОНА. А зачем тебе это нужно?

ОН. Ну как? Ну а без того чтобы завестись, я же не могу заниматься любовью.

ОНА. А зачем заниматься любовью с нелюбимой?

ОН. Подожди, подожди, сейчас мы уходим в сторону от главной проблемы.

ОНА. Наоборот, мы как раз говорим о главном.

ОН. Тогда объясни.

ОНА. Все очень просто. Главная проблема в том, что ты спишь с женщинами, которых не любишь. Это главная проблема, поверь.

ОН. Подожди, но ведь все мужчины так поступают. Даже самые верные мужья, если у них нет проблем со здоровьем, спят с нелюбимыми женщинами. Поверь! Но моя проблема в том, что с нелюбимыми я не завожусь.

ОНА. А другие заводятся?

ОН. Заводятся. Мой друг, например. Постоянно спит с кем попало и всегда заводится.

ОНА. Ты это точно знаешь?

ОН. Это даже глупо обсуждать.

ОНА. Ну тогда тут что-нибудь одно. Либо все мужчины, в том числе и твой друг, очень влюбчивые люди и способны влюбляться в нелюбимых женщин, либо у тебя проблемы со здоровьем.

ОН. Но с любимой-то у меня нет проблем со здоровьем.

ОНА. Тогда это действует «комплекс совести». Значит, у тебя есть совесть, поздравляю.

ОН. Да в том-то и дело, что у меня нет совести. Ты же знаешь.

ОНА. Да знаю, нет. То есть теперь не знаю, выходит, что есть. Потому что у меня, например, все по-другому.

ОН. А как у тебя? Вот интересно, расскажи.

ОНА. Я сплю с разными мужчинами, но к каждому из них испытываю чувство некоторой любви.

ОН. Это всего-навсего означает, что ты не спишь с нелюбимыми, в отличие от меня.

ОНА. Ну да, получается, что так. Слушай, а вот ты говоришь, что спишь с нелюбимыми. А как ты это делаешь?

ОН. Ну как? Сначала пытаюсь завестись, а потом закрываю глаза и сплю.

ОНА. И что, ты просто засыпаешь и просто спишь?

ОН. Да, просто сплю.

ОНА. А она?

ОН. А что она? Она, наверное, тоже спит.

ОНА. Нет, она не спит. Она лежит в темноте и думает, что ты импотент.

ОН. Кошмар какой.

ОНА. Ужас! Думать про человека то, чего нет на самом деле.

ОН. Представляешь?

ОНА. Да. Очень хорошо представляю. Лежишь в темноте и думаешь: он импотент.

ОН. А ведь на самом деле это не так.

ОНА. На самом деле он просто тебя не любит. Но, ты знаешь, для женщины лучше думать, что мужчина импотент, чем о том, что он тебя не любит.

ОН. Правда?

ОНА. Это я тебе говорю как женщина.

ОН. И часто с тобой такое случается?

ОНА. Что именно?

ОН. Ну вот что ты лежишь с мужчиной в темноте и думаешь, что он импотент?

ОНА. У меня было много мужчин, и со всеми все было в порядке, и, пожалуй, ты из них был единственным, кто так же, как и другие, говорил про любовь, но секс у нас с тобой не получился.

ОН. А знаешь, почему?

ОНА. Почему?

ОН. Потому что я импотент.

ОНА. Я так и подумала.

Композиция № 7

«Амнезия»

1-й куплет:

ОН. Сказано: «Не судите, да не судимы будете». Сказано: «не судите, да не судимы будете», и сказано это в оправдание отсутствия памяти. Иными словами, если у кого-нибудь застрелят из охотничьего ружья любимого человека, то не осудить стрелявшего можно только одним способом – забыть об убийце. Навсегда забыть о существовании ружей, убийц и любимых людей. Но не делать вид, что забыл, а забыть по-настоящему, устроить в своем мозгу клиническую амнезию. И вот когда мать жены Александра из Серпухова наконец-то узнала о том, что зять зарубил лопатой ее родную дочь в огороде, то на следующий же день после суда над ним забыла о его существовании, тем самым перестала осуждать убийцу своей дочери и тем самым не судила его более строгим материнским судом.

ОНА. «Не судите, да не судимы будете», иными словами, забудьте о суде своем, как забыла о суде своем Александра из Москвы, когда получила за сокрытие преступления два года лишения свободы. И если вы сейчас спросите ее, что она делала и где находилась с такого-то по такое-то, то она, не моргнув глазом, ответит: «Не помню».

ОН. Потому что «не судить» с древне-какого-то там языка и означает «забыть», а с какого языка конкретно, я уже не помню.

ОНА. А еще «не судить» означает «не смотреть». Но в каком переводе и с какого языка, я тоже забыла.

ОН. И если спросят меня: «О чем ты тут так долго говорил, и что хотел сказать?», я отвечу: «Не знаю, потому что у меня амнезия».

ОНА. А если меня спросят: «В чем суть твоего выступления и что ты хотела сказать?», то я скажу: «Не понимаю, о чем вы спрашиваете».

ОН. Или если скажут мне: «Ответь нам, кто эта девушка с рыжими волосами и тонкими пальцами рук? Не про нее ли говорил ты, что это “Кислород”?», я отвечу: «Не знаю, кто она и чего хочет, а та девушка, про которую я рассказывал, умерла два года назад от катания на самом маленьком в мире “чертовом колесе”. А если вас интересует мое мнение по поводу этой Саши из Москвы, то я скажу словами одного бога: “Пусть мертвые сами хоронят своих мертвецов”».

ОНА. А если скажут мне: «Ответь нам, кто этот парень, зарубивший свою жену в огороде, и что с ним теперь?», то я вообще не буду отвечать, потому что меня это совершенно не интересует, а тот, про кого я рассказывала, умер два года назад оттого, что наступил август месяц, самый смертельный месяц на земле.

Припев:

ОН. И если ты пришел на балет и ждешь, когда запоют, то напрасно тратишь время, ибо лишены голоса эти женщины и мужчины в белых трико.

ОНА. И если ты пришел в оперу и ждешь, когда эти поющие толстые фигурки заговорят человеческим языком, то напрасно тратишь время, ибо не приучены они выражать свои чувства в простоте.

ОН. И если ты думаешь, что все, о чем здесь говорилось, имеет хоть какой-нибудь логический смысл, то лучше сходи на балет. Так как существуют в мире несколько балетов, в которых люди в белых трико поют.

ОНА. И если ты считаешь, что за профессией стоят подлинные переживания, то ищи эти переживания в опере, где полные женщины изображают принцесс, а пожилые старики молодых влюбленных.

2-й куплет:

ОН. А когда я спросил у своей знакомой: «Как ты думаешь, где находится самое большое “чертово колесо” в мире?», то она ответила: «Не знаю», а я сказал, что в Лондоне, и это так же верно, как и то, что я сам кружился на нем в компании друзей.

ОНА. А когда я спросила у своего знакомого: «Где находится “Долина смерти” в нашей стране?», то он ответил: «Не знаю», а я сказала, что на Камчатке, и это так же верно, как и то, что я сама летала туда на вертолете.

ОН. А когда моя знакомая, в свою очередь, спросила у меня: «Где находится самое маленькое “чертово колесо” на земле?», то я ответил: «Не знаю», а она сказала, что у нее в руке, и, показав белую таблетку на ладони, отправила ее себе вовнутрь.

ОНА. А когда мой знакомый, в свою очередь, спросил у меня: «Где находится еще одна “Долина смерти” в нашей стране?», то я ответила: «Не знаю», а он сказал, что здесь – на поле из полыни, и побежал по полю. А так как у него была аллергия на полынь, и так как у него была последняя стадия аллергической астмы, то, не добежав до середины поля, он упал на землю, танцоры в его груди остановились, и он уснул вечным аллергическим сном.

ОН. А так как таблетка была с большим содержанием психотропных веществ, и так как моей знакомой категорически были запрещены эти вещества, то она упала на землю, танцоры в ее груди остановились, и она уснула вечным психотропным сном, словно разбившись вдребезги при падении с самого маленького «чертова колеса».

Припев:

ОНА. И если ты пришел в оперу и думаешь, что все, о чем здесь говорилось, имеет хоть какой-нибудь логический смысл, то лучше сходи на балет. Так как существуют в мире несколько балетов, в которых люди в белых трико поют.

ОН. И если ты пришел на балет и считаешь, что за профессией стоят подлинные переживания, то ищи эти переживания в опере, где полные женщины изображают принцесс, а пожилые старики молодых влюбленных.

Финал:

ОНА. И когда хотят рассказать о приятеле, погибшем посреди полынного поля, то говорят о любви к Саньку из маленького провинциального городка.

ОН. А когда хотят рассказать о девушке, отравившейся таблетками, то говорят о Саше из большого города.

ОНА. И когда спрашивают окружающие: «А кем он тебе приходился?», то отвечаешь: «Не помню», чтобы не осудить.

ОН. И когда спрашивают: «Почему ты все забыл?», то впервые говоришь правду: «Потому что у меня амнезия».

Композиция № 8

«Жемчуг»

1-й куплет:

ОН. «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями». И не подавайте при встрече со свиньей руки этой свинье, потому что сегодня вы пожмете копыто свиноматки, а завтра поверите в то, что каждый человек обязан защищать только свою родину. Ложь! Потому что «своя родина» – это жирная свинья, одетая в ожерелье из жемчуга, купленного на деньги твоих родителей, которые сдохли при попытке протащить с собой на тот свет сервант с посудой из чешского хрусталя.

ОНА. Не согласна, потому что моя родина – это верблюд, которому, как известно, все-таки легче пройти сквозь игольное ушко, чем чьим-нибудь родителям протащить на тот свет сервант.

ОН. Согласен, что верблюд лучше свиньи, но, однако же, свинья, какой бы отвратительной она ни была, не виновата в том, что уродилась свиньей, в то время как верблюд полностью отвечает за то, что он верблюд.

ОНА. И это полный бред, то, что ты сейчас произнес.

ОН. И это такой же бред, как и твой рассказ о человеке, задохнувшемся в полыни, которого ты знать никогда не знала, а говорила о нем только для того, чтобы лишний раз показать, что и тебе не чужды человеческие переживания.

ОНА. И это точь-в-точь похоже на твой рассказ о девице, наевшейся психотропных таблеток и романтически погибшей на несуществующем «чертовом колесе».

ОН. Согласен про девушку, но не согласен про то, что «чертова колеса» не существует. «Чертово колесо» в парке. В парке, где культура и отдых повелевают людьми. А парк в городе, город в стране, страна на земле, земля – это жирная свинья, вокруг головы которой обмотано жемчужное ожерелье. А жемчужное ожерелье и есть «чертово колесо» – кружишься, кружишься вокруг свиньи в кабинке из чистого жемчуга.

ОНА. А жемчуг – это и есть кислород, кружишься, кружишься и дышишь.

ОН. Кружишься на жемчужном «чертовом колесе» и кричишь что есть мочи, кричишь с одной лишь целью – чтобы как можно шире открывать рот.

ОНА. И врешь, и выдумываешь, и обманываешь сам себя, и делаешь это с одной лишь целью – чтобы как можно сильнее работали легкие.

ОН. И только в жемчуге есть смысл, а вне жемчуга смысла нет.

ОНА. В жемчуге в сочетании со свиньей, а без этого сочетания всякий смысл теряет смысл.

Припев:

ОН. Смысл теряет смысл, если произносить вслух то, что по-настоящему хочешь рассказать.

ОНА. Смысл теряет смысл, если пишешь буквами то, о чем по-настоящему хотел написать.

ОН. Смысл бессмысленен, если давать хоть какую-то оценку происходящему.

ОНА. А искать смысл в смысле попросту невежественно и некультурно.

ОН. Любая культура бессмысленна.

ОНА. Как и любое творчество.

ОН. И кто не понимает этого, тот пошляк.

ОНА. Или бизнесмен.

ОН. Или и тот и другой вместе взятые.

2-й куплет:

ОН. А верблюд отличается от свиньи прежде всего тем, что у него в горбу святая вода, а у свиньи в желудке только помои.

ОНА. Почему же тогда, когда тебе в зоопарке верблюд плюнул в лицо, ты скривился от омерзения, а когда с друзьями жарил шашлыки на Клязьме, то сиял от вкуса приготовленной свинины?

ОН. Потому что когда я ел свинину на шампуре, то думал о величии «корабля пустыни», а когда этот «корабль пустыни» плюнул мне в лицо, я первым делом произнес слово «свинья»!

ОНА. Так какая разница между ожерельем на шее верблюда и ожерельем на шее свиньи?

ОН. У тебя есть любимый человек?

ОНА. Да, но какая разница?

ОН. Ты его любишь?

ОНА. Да.

ОН. А меня ты любишь такой же любовью, как своего любимого человека?

ОНА. Нет. И зная, что сейчас ты спросишь: «Смогла бы я с тобой переспать?», отвечаю: нет, не смогла бы, и не потому что не смогла бы, а потому что это и в голову мне бы не пришло, ты живешь своей жизнью, а я своей. И наши пути за пределами этой площадки не пересекаются.

ОН. Я и не собирался спрашивать тебя о сексе, меня эта сторона твоей жизни абсолютно не интересует, я только хотел сказать, что меня ты не любишь, но готова со мной откровенничать. А с любимым ты вряд ли будешь обсуждать подобные темы. То же самое и я – есть буду свинину, потому что люблю, а возвеличивать буду верблюда, потому что он символ благородства.

Припев:

ОН. И только в жемчуге есть смысл, а вне жемчуга смысла нет.

ОНА. В жемчуге в сочетании со свиньей.

ОН. И только в жемчуге есть смысл, а вне жемчуга смысла нет. И я.

ОНА. В жемчуге в сочетании со свиньей. Пойду.

ОН. И только в жемчуге есть смысл, а вне жемчуга смысла нет. К себе.

ОНА. В жемчуге в сочетании со свиньей. Во двор.

ОН. И только в жемчуге есть смысл, а вне жемчуга смысла нет. И там.

ОНА. В жемчуге в сочетании со свиньей. Возьму.

ОН. И только в жемчуге есть смысл, а вне жемчуга смысла нет. Я свой.

ОНА. В жемчуге в сочетании со свиньей. Топор.

ОН. И я…

ОНА. Пойду…

ОН. К себе…

ОНА. Во двор…

ОН. И там…

ОНА. Возьму…

ОН. Я свой…

ОНА. Топор.

ОН. И я пойду к себе во двор И там возьму я свой топор.

Композиция № 9

«Для главного»

1-й куплет:

ОН. «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут».

ОНА. «Но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляет и где воры не подкапывают и не крадут».

ОН. Небо – это для главного, потому что по нему люди летают на самолетах из страны в страну. И самолеты – для главного, потому что они падениями своими исполняют предначертание судьбы. И люди – для главного, потому что они поступками своими приближают конец земли.

ОНА. И земля – для главного, так как в нее зарывают тела убитых на войне.

ОН. И война – для главного, без войны мужчины не занимались бы физкультурой, а женщины не прихорашивались бы для того, чтобы из-за них мужчины разбивали друг другу головы оружейными прикладами.

ОНА. И ружья – для главного, потому что с помощью ружей ведется отсчет погибших. А погибшие тем более только для главного и погибают, так как без погибших не было бы прекрасных памятников и других произведений искусства, созданных в их честь.

ОН. Честь тоже для главного, из-за чести мужчины бросаются на ножи, и женщины истребляют в своих животах неродившихся сыновей.

ОНА. Сын – это для главного. И дочь для главного, не просто же так. Дети только для главного появляются на свет божий. И в садик ходят для главного, и уроки прогуливают, и деньги крадут у родителей, и курят первые в своей жизни сигареты, и обворовывают первую в своей жизни квартиру – все это для главного.

ОН. Для главного ученые совершают открытия и бандиты расстреливают из автомата табачный ларек.

ОНА. Для главного скрипачи играют музыку Моцарта и филателисты собирают ценные марки.

ОН. Для главного картины Микеланджело и матерные слова на заборах.

ОНА. Для главного торгуют кокаином, а я для главного утопила щенка в эмалированном тазу.

ОН. Из-за главного священники становятся гомосексуалистами, а я из-за главного дважды переспал с родной сестрой.

ОНА. Ради главного артисты снимаются в кино, писатели пишут романы и учителя соблазняют учениц. Ради главного я целую неделю пила спирт в компании мужчин и делала все, о чем они просили.

ОН. Для главного предаешь коллег по работе и спишь с женой лучшего друга.

ОНА. Для главного презираешь своих родителей и бьешь по лицу своего ребенка.

ОН. Для главного бросаешь окурки в клумбу и пропиваешь деньги, предназначенные на покупку велосипеда твоему ребенку.

ОНА. И детей не заводишь для главного.

ОН. И в кошку стреляешь из ружья.

ОНА. И любишь, и ненавидишь, и убиваешь только ради главного на земле.

ОН. И обвиняешь, и клевещешь, и мучаешь ради главного, из-за чего же еще?

ОНА. И героин пускаешь по венам, и посещаешь концерты Баха, и слепого переводишь через дорогу – все для главного.

ОН. И нищим отдаешь последние гроши, и политикой интересуешься, и вены вскрываешь – все потому же.

ОНА. Для главного – говоришь и не можешь остановиться.

ОН. Для главного – останавливаешься и задаешь главный вопрос.

Пауза.

ОНА. Ну и что же для тебя главное?

ОН. То же, что и для тебя.

ОНА. Если ты сейчас скажешь, что кислород, я уйду со сцены.

ОН. Не надо думать, что я глупее тебя.

ОНА. Тогда что?

ОН. Сперва скажи ты.

ОНА. Если я произнесу это слово вслух, то получится пошло и всем станет стыдно за меня. Давай ты первый.

ОН. У меня то же самое. Ты начни, а я продолжу.

ОНА. Ты, наверное, в садике с какой-нибудь девочкой так играл: кто первый снимет трусы?

ОН. Играл. А ты?

ОНА. Совесть.

ОН. И для меня то же самое.

Композиция № 10

«В плейере»

«Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые».

И всякий мыслящий человек всегда мыслит в свою пользу. И всякий любящий любит в свою пользу, и верующий верит в свою пользу, и всякий живущий на земле живет в свою пользу, а всякий слушающий плейер слушает его только для себя.

1 куплет:

ОН. А странно, где бы я был, если б не ударила меня по заднице тяжелая рука акушера, и от боли и неожиданности я не сделал бы свой первый в жизни глоток кислорода? Где бы я был? А странно, где бы я был, если б не вытащили меня из разрезанного скальпелем материнского живота? Где бы я был? А странно, где бы я был, если б моя мать не легла под моего отца на его больничной койке, в той самой больнице, где он лежал с воспалением легких, а она работала медсестрой? Где бы я был? А странно, где бы я был, если б моя мать не работала медсестрой, а отец не ходил бы весной без шарфа? Где бы я был? А странно, если бы моей матери и моего отца не было, то где бы я был? А странно, если б меня не было, то где бы я был? Странно, очень странно, где бы я был, если б меня не было? Я не знаю, этого я не знаю, не знаю! Но я точно знаю, что если бы моих отца и матери не было, то к своим тридцати годам я был бы уже в тюрьме, это я точно знаю, в этом я не сомневаюсь, да!

ОНА. А странно, вот если бы меня не было на свете, то где бы я была? В каком месте? Может быть, в том самом? Может быть, там же, где и все, кого не было на свете? Может быть, среди тех, кто еще не появился? Среди тех, кто еще не дышал кислородом, кто еще не оскорблял родителей, не делал аборты, не участвовал в акциях протеста и не богохульствовал? Может быть, я была бы там счастлива, там – где нет кислородного голодания, там – где воду, простую пресную воду еще не продают в пластмассовых баллонах? Там, где в небе не висит серое аэрозольное облако? Где не тают вечные льды, и где не горят торфяные болота, пропитывая дымом легкие городских жителей, легкие – богом созданные для того, чтобы потреблять кислород.

2 куплет:

ОН. И если написано: «По плодам познавайте дерево», то что я могу сказать о дереве под названием «Бог»?..

ОНА. И если написано: «Худое дерево приносит и плоды худые», то это означает?..

ОН. Я плод этого дерева, по мне будут судить о том, худое это дерево или нет?

ОНА. Это означает, что по дереву будут судить и о его плодах.

ОН. Посмотрите на меня, посмотрите на меня, я плод небесного дерева.

ОНА. Прекрасное дерево приносит и плоды прекрасные.

ОН. Я вчера, вот только вчера, был в одних гостях и делал с одной девушкой сказать что?

ОНА. А дерево под названием «Бог» прекрасно.

ОН. Я плод, по мне познают дерево. «А у плохого дерева и плоды плохие».

ОНА. Значит, и плоды, которое это дерево приносит, прекрасны сами по себе.

ОН. Значит, у такого плода, как я, точно такое же дерево – «по плодам судите».

ОНА. А плоды эти заключают в себе «Кислород», но не тот кислород – О_2 , которым наполняют баллоны аквалангистов, а тот кислород, о котором сегодня весь вечер шла речь.

ОН. Значит, у меня плохой, очень плохой Бог. Если я плод дерева и по мне будут судить о нем.

ОНА. Кислород, без которого ни один ангел небесный, ни один святой из окружения Господа и шагу не сделает.

ОН. Поэтому все, что я могу сказать ему, – это: «Ради бога, прости меня и не лишай возможности дышать, а то, что у меня уже астма, так это и бог с ней».

ОНА. Но только этим кислородом и дышит все сущее в мироздании…

ОН. Лишь бы до конца не перекрыли кислород, вот о чем я прошу, вот в чем смысл…

ОНА. …только ради этого кислорода и придумана вся эта сложная и противоречивая земная жизнь.

ОН. …смысл в том, чтобы даже после смерти дышать кислородом, а не тем говном, которым я недавно надышался в паспортном столе моего района.

ОНА. По дереву судите о плодах его. Аминь.

Жила-была девушка Саша. Она родилась в семидесятых годах двадцатого века в большом городе. Училась в школе, потом в институте, потом вышла замуж за любимого человека. И наступил двадцать первый век. Жил-был молодой человек Александр. Он родился в семидесятых годах двадцатого века в большом городе. Учился в школе, потом в институте, семью не завел. И вот наступил двадцать первый век. Это Саша и Саша, люди третьего тысячелетия. Запомните их такими, какие они есть. Это целое поколение. Запомните их, как старую фотографию. Это поколение, на головы которого где-то в холодном космосе со стремительной скоростью летит огромный метеорит.

Текст № 12. Мамамылараму

p – 3,141 592 654

е – 2,718 281 828

с – 299 792 456 м/с

А

Женщина – 60 лет (Ж 60)

Мужчина – 80 лет (М 80)

Ж 60. Антонине двенадцать лет. Она ест арбуз.

М 80. Аркадию тридцать два. Он угостил арбузом Антонину.

Ж 60. Антонина ест арбуз Аркадия.

М 80. Аркадий купил арбуз у азербайджанцев.

Ж 60. Астраханский арбуз.

М 80. Азербайджанцы торгуют астраханскими арбузами.

Ж 60. Антонина ест астраханский арбуз Аркадия, но не понимает, почему он купил этот арбуз у азербайджанцев.

М 80. Аркадий не понимает, какая разница, у кого он купил арбуз?

Ж 60. Антонина объясняет Аркадию, что разница не в том, у кого он купил арбуз, а в том, что – почему азербайджанцы торгуют астраханскими арбузами, если у них есть свои, азербайджанские. Тут бы свои-то продать.

М 80. Аркадий объясняет Антонине, что азербайджанцы торгуют не только тем, что растет или изготовляется на их родине. Азербайджанцы торгуют и мандаринами из Марокко, и игрушками из Китая, и арбузами из Астрахани. Аркадий пытается объяснить Антонине, что национальность и товар не одно и то же.

Ж 60. Антонине двенадцать лет, а Аркадию тридцать два.

М 80. Аркадий старше Антонины на двадцать лет.

Ж 60. Антонина не понимает, почему национальность и товар не одно и то же.

М 80. А потому что товар это то, ЧТО продают, а национальность это тот, КТО продает.

Ж 60. А почему КТО и ЧТО не одно и то же?

М 80. Аркадий говорит Антонине, что она поймет это, когда вырастет.

Ж 60. Прошло сорок восемь лет, Антонина выросла, но так и не поняла.

М 80. Аркадий больше не приносит Антонине арбуз, он не может его поднять.

Ж 60. Антонина ела арбуз пятнадцать лет назад.

М 80. Аркадий вот уже пятнадцать лет не может поднять даже самый маленький арбуз.

Текст № 13. Бытие № 2

«При рассказе о своих переживаниях во время психоза больная использовала литературную форму изложения с целью привлечь внимание слушателей».

Даниель Хелл и Магрет Фишер-Фельтен «Шизофрения. Основы понимания и помощь в ориентировке».

1-е примечание

Дорогие друзья! Перед вами окончательный вариант пьесы Антонины Великановой «Бытие № 2». Все права на этот материал принадлежат мне и моему продюсеру. Прошу вас учитывать этот факт при постановке пьесы в вашем театре. Обещаю, что все средства, полученные за право постановки пьесы, я перечислю ее автору.

Иван Вырыпаев

2-е примечание

Дорогие друзья! Поскольку все права на данную пьесу принадлежат мне, я хотел бы, чтобы при постановке этой пьесы на сцене в обязательном порядке соблюдалось одно-единственное правило – нельзя ставить пьесу Великановой без моих комментариев и текстовых добавлений. Текст моего обращения к зрителям читать обязательно, в крайнем случае, его можно пересказывать своими словами. Надеюсь на понимание.

С уважением, Иван Вырыпаев

Главный герой пьесы – текст.

Персонажи:

Исполнитель роли пророка Иоанна.

Исполнитель роли Бога (Аркадия Ильича).

Исполнительница роли Жены Лота (Антонины Великановой).

Действие происходит как на сцене, так и перед ней. Текст Антонины Великановой исполняется со сцены, а тексты Ивана Вырыпаева и письма читаются актерами перед сценой или сбоку, в зависимости от художественного решения.

I сцена

текст И. Вырыпаева

Исполняется перед сценой.

«Здравствуйте. Меня зовут Иван Вырыпаев, и перед тем, как вы начнете смотреть спектакль, я хотел бы сказать несколько слов о том, что за пьесу мы собираемся сегодня показать. Вашему вниманию будет представлена пьеса Антонины Великановой “Бытие № 2” . И здесь я должен рассказать вам об авторе этой пьесы, так как это имеет огромное значение. Дело в том, что Антонина Великанова является пациенткой психиатрической больницы, ее диагноз – острая шизофрения. Эту пьесу она передала лично мне через своего лечащего врача. Вот письмо, которое я получил вместе с пьесой: «Здравствуйте, Иван! Меня зовут Антонина, как вы, наверное, уже знаете от Аркадия Ильича. Я знаю, что у вас нет времени и что вы все время заняты, но я все-таки решилась. Я читала ваши пьесы, мне понравилось, как вы пишете. Но есть с чем и поспорить, но зачем нам спорить? И когда нам спорить, есть ли время? Я передаю вам свою пьесу. Не для суда. Я не драматург, я учитель математики в прошлом (теперь у меня все в прошлом), но я решила написать почему-то именно для театра. Наверное, потому что, как сказал Шекспир: «Весь мир театр, а люди в нем актеры». Я поняла, что это значит, надеюсь, что мое понимание передастся и зрителям. Короче говоря, я написала пьесу. Передаю ее вам. Прошу, если возможно, поставьте ее у себя в театре. Аркадий Ильич сказал, что у вас там ставятся даже пьесы людей, которые сидят в тюрьмах за убийство. Я никого не убивала, никому, кроме себя и своих близких, зла не сделала. Если удастся поставить, я буду считать свое дело сделанным. Если нельзя, то дайте ответ. Если посчитаете нужным, то сократите или дополните этот текст на ваше усмотрение. Берегите себя. Я не верю в бога и не благословляю вас, но желаю удачи.

С уважением, Антонина Великанова».

Я решил оставить текст пьесы Великановой без изменений, позволив себе всего две вещи. Первое, это ввести в пьесу короткие комические куплеты, так называемые «Песни пророка Иоанна». Эти куплеты нужно исполнять между сценами, для того чтобы развлекать зрителя, как это делалось во времена высоких трагедий, иначе слишком трагический материал может показаться утомительным. Часть этих куплетов состоит из прозаических текстов Великановой, которые я переложил на особый манер исполнения, а часть текстов мне пришлось дописать самому. В данном случае я руководствовался тем, что в пьесе Великановой не раз упоминалось имя некоего пророка Иоанна, судя по всему, выдуманного самой Антониной. Второе изменение, сделанное мною в пьесе, – это письма. С согласия автора я вставил в пьесу несколько личных писем, написанных Антониной Великановой мне. Для чего я это сделал, вы поймете, познакомившись с материалом. Все остальное осталось без единого изменения. Вот, собственно, и все, что я хотел вам сообщить. Итак, мы начинаем.

Антонина Великанова

БЫТИЕ № 2

Трагедия смысла

Посвящается драматургу

Ивану Вырыпаеву.

Действующие лица:

БОГ

ЖЕНА ЛОТА

Сцена представляет собой белый квадрат 3 х 3 м .

II сцена

текст библейский, ремарки А. Великановой

ПРОЛОГ

Черные тучи закрыли небо. Черная ночь. Гром и молния. Адский ливень.

ТАИНСТВЕННЫЙ ГОЛОС. «Когда взошла заря, Ангелы начали торопить Лота, говоря: встань, возьми жену твою и двух дочерей твоих, которые у тебя, чтобы не погибнуть тебе за беззакония города.

И как он медлил, то мужи те [Ангелы], по милости к нему Господней, взяли за руку его и жену его, и двух дочерей его, и вывели его и поставили его вне города.

Когда же вывели их вон, то один из них сказал: спасай душу свою; не оглядывайся назад и нигде не останавливайся в окрестности сей; спасайся на гору, чтобы тебе не погибнуть.

И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба, и ниспроверг города сии, и всю окрестность сию, и всех жителей городов сих, и [все] произрастания земли.

Жена же Лотова оглянулась позади его, и стала соляным столпом».

И вот уже ветер разогнал тучи, и на ночном небе появилась огромная серебряная луна.

III сцена

текст А. Великановой

На сцене: Жена Лота.

ЖЕНА ЛОТА

Я говорю. Не ищите красного понедельника во вчерашнем дне. Иными словами, не уподобляйтесь созвездиям и планетам, не блуждайте по беспричинному желтому. Истина в том, что желтый цвет таит в себе неукротимую опасность, в то время как в красном понедельнике нет страха и злых намерений. Красный понедельник открыт для общения, но красный понедельник прошел, остался во вчерашнем дне. Как и рыба, сонливая рыба из съеденного тобой супа, осталась во вчерашнем океане. Еще и еще раз повторяю, и готова повторить: прошлое уже коснулось своей черты, а будущее еще не перешагнуло через нее. И тут уже, как говорится, – клей, да и только! Клей, да и только, если ничего другого не остается, если ничего другого, кроме как стоять с опущенными руками и смотреть понапрасну в далекую даль, если кроме этого ничего нет. Вот вам и пример серой бесплодной рыбы, выловленной в начале прошлой недели, а к концу следующей уже прогнившей с хвоста до самой головы. Здесь, в этом во всем, как и повсюду, как и в мельчайших подробностях мироздания, уже кроется крест. Во всем, буквально во всем кроется крест, куда бы ни обратили вы свой взор, повсюду нас будет преследовать тень этого странного креста. Находимся ли мы под водой, или парим высоко в небе, или наше тело уже гниет в сырой земле, на зависть живым, везде и всюду, преследует нас одинокий крест, величиной в кровь. Ибо кровь и есть та великая величина, которой сегодня удобнее всего измерять длину, ширину и высоту. А высота, кстати, это и есть верхняя планка этой ужасной звезды. Ужасной звезды, называемой в старом времени серебряным крестом, а в новом времени переименованным в бронзу.

И именно поэтому я и призываю вас не искать красный понедельник в сегодняшнем дне, ибо сегодня уже четверг, а понедельник, который вы ищете, уже прошел.

И вот, вы спросите: с чего же начинать нам наши земные подвиги, если рыба, которую мы надеялись поймать сегодня, была поймана уже вчера? На это я отвечу вам словами пророка Иоанна, но не того Иоанна, который был учеником Христа, а совсем другого Иоанна, пророка Иоанна, живущего в тот самый понедельник, что уже прошел. Подвиг этого Иоанна состоит в том, что он решился взять всю свою вину на себя. Взять свою вину на себя. Того самого Иоанна, которому принадлежит это высказывание: «Если ты веришь в бога, то это еще не означает, что бог верит в тебя».

Жена Лота уходит со сцены.

IV сцена

текст И. Вырыпаева

Комические куплеты пророка Иоанна

Перед вами исполняет свои песни под гармошку пророк Иоанн.

Мужская – русская

Вот слова пророка Иоанна:

«Каждый мужчина хоть раз в жизни пробовал».

Эх, беру я мужчину под руку да иду с ним в спальню.

Ох, в спальню русскую, с периной да одеялом из лоскутов.

Ох, спальня русская, с подушками пуховыми, а пух гусиный.

Ох, гуся ощипали да в подушку забили весь его пух.

Ох, веду я мужчину своего под руку, спать да горя не знать.

То он сверху, то я. Куражатся на русской перине два русских мужика.

Эх, вот счастье-то привалило, померяться силами, кто кого уморит.

Ох, уж он меня потрепал! Ох, уж он вогнал мне по самые помидоры,

Век не забуду его услуги.

В русской избе, на русских простынях, ох, мы порезвились,

Ох, намяли друг другу бока!

Ох, завтра будем мы, как два медведя, ох, ходить враскоряку.

Ох, русская изба, лавки да полати, да холодный квас,

Ох уж и задал мне русский мой мужик, да и уж я в долгу не остался.

Ох, беру я своего мужчину под руку, да веду в русскую избу.

Каждый мужчина раз в жизни пробовал, а русская любовь слаще пряника.

Ох, у мужчины моего слаще пряника, слаще сахарного петушка.

Ох, русский мужик Пал Иваныч, ох, с густой бородой,

Ох, квас да капуста на усах,

Ох, уж и потрепал он меня, ох, забодал.

Всего раздел, а лапти оставил, ох, говорит, в лаптях я ему милее.

Ох, в русских лаптях я милее милой, милее бабы.

Ох. Возьми меня, Пал Иваныч, я знаю, кто ты есть.

Ох, да, возьми меня, Пал Иваныч,

да я знаю, кто ты есть.

Ох, возьми меня, Пал Иваныч,

ведь я знаю, что ты —

русский бог.

Ох, да русский Пал Иваныч

с густой бородой

и есть русский бог.

Ох, возьми меня, русский бог, да всего себя тебе отдаю.

Возьми меня русский бог,

я весь твой!

Ох, да первый час я был в лаптях, а теперь твоя очередь.

Ох, ну держись Пал Иваныч,

ох, уж теперь я тебе намну,

Ох, не по помидоры, а по яблоки тебя протараню.

Ох, будешь ты медведем ходить по улице.

Ох, возьму я тебя за бороду,

да как конь покрывает кобылу,

так и я тебя уважу.

Ох, Пал Иваныч, ты мне – я тебе. В русской избе, да на лоскутных простынях.

Ты бог, Пал Иваныч, а я пророк Иоанн.

Вот бог, а вот пророк. Вот русский пророк русского сознания.

Делай не только то, что тебе нравится, а делай все!

Каждый мужчина раз в жизни пробовал.

Каждый мужчина хоть раз в жизни пробовал…

Хоть что-нибудь.

V сцена

текст А. Великановой

На сцену поднимается Бог.

БОГ

Обращается к зрителям.

Добрый день. Я ваш Аркадий Ильич, узнали меня?

Как вы себя чувствуете?

Приступает к разговору с самим собой.

На, возьми цветы, все цветы, которые растут на мне,

И внутри меня, и на голове,

и в моих глазах, и в моей душе,

И в моей почте, и все цветы, которые у меня есть, возьми.

На, возьми их себе, все мои цветы, пусть будут твоими.

А это ты почему так поступаешь, почему?

Отдаешь мне все свои цветы,

и даже цветы тебя самого.

Почему ты мне отдаешь, почему ты так поступаешь, почему? А?

А потому что я люблю тебя больше всего на свете.

А почему ты любишь меня больше всего на свете,

Хотелось бы мне узнать, почему?

А потому, что в этом весь и смысл моей любви.

Ты бог, и я люблю тебя больше всего на свете,

Потому что в этом-то и есть весь смысл моей любви.

Ты бог, в этом-то и есть смысл моей любви.

Ты бог, ты и есть смысл

Моей любви.

Ты смысл моей любви, в этом-то

и есть смысл.

Ага. Интересно, очень интересно.

А откуда,

Откуда ты знаешь, что я есть?

Что, у тебя есть доказательства

или факты,

Какие-нибудь радиосигналы, или там специальные шифры?

У тебя что, есть радиограммы?

У тебя есть такие радиограммы,

На которых доказано, что я есть, или фотографии космонавтов,

Или фотографии любителей космонавтов, есть у тебя данные? Такие специальные данные, что я есть?

Есть у тебя какие-нибудь данные, что я есть?

Какие у тебя есть данные, а?

Нет, специальных данных нет,

Специальных каких-нибудь фактов нет, конечно, у меня.

И в помине такого ничего нет. Но и у других тоже

Ничего такого нет, а все равно церкви же построили.

Зачем-то же их построили,

На каких-то данных же они основывались, когда строили.

Без кардиограмм и фотографий, они бы не стали строить,

Или там когда еще не было фотографий, то

Какая-то замена же была, чтобы вместо фотографий

На чем-то еще основывались, иначе просто же так не стали бы, Не стали бы строить столько по всему миру.

А денег-то сколько вложено, просто так никто бы не стал. Значит, у них что-то было,

ради чего-то же

Столько церквей понастроили, и столько чудес понатворили? Столько людей по всему миру верит себе и верит

Без единого научного факта, без единого факта,

Без единой кардиограммы, без ничего, за просто так.

Ну, может быть, у них и есть смысл.

Для них, может быть, есть какой-нибудь смысл верить,

Может быть, для чего-то всем им необходимо

И строить, и чудеса творить,

и все такое прочее,

Может, им, каждому в отдельности и всем вместе, все это

И нужно, может быть, для чего-то и нужно,

А тебе-то зачем все это?

У тебя-то какие причины верить в меня, и любить меня,

Не имея никаких ни фактов, ни кардиограмм, ни фотографий, Ни даже путевой кардиограммы, какой тебе смысл меня любить Больше всего на свете и верить в то, что я есть?

А я тебе так отвечу, такими словами о любви,

Я тебе скажу, что любовь есть непознанность,

Вот это я тебе скажу сперва

И потом еще добавлю, что любовь есть смысл всего сущего,

А смысл всего сущего познать

нельзя.

Нет такой кардиограммы или эфирной волны,

Чтобы зафиксировать смысл всего сущего, ничего этого

Нет, такой техники нет.

Это все на уровне, что прячется

где-то глубоко внутри,

Это все прячется где-то там, где сердце,

Но не внешнее сердце, которое внутри,

А внутреннее сердце,

Которое невидимое живет внутри невидимой души,

Которая живет внутри нас.

Да какая чушь, господи, какая чушь, господи, боже мой,

Какая чушь!

Да слышать об этом смешно,

Не только все это наблюдать со стороны, а слышать

смешно.

Да нет у всего сущего никакого смысла,

Ну, господи, ну да неужели это не ясно, ну ей-богу,

Не смешите меня.

Нет никакого смысла ни в чем, ни в сущем, ни в вездесущем,

Ни в водоплавающем, ни в земноводном,

Ни в чем нет никакого смысла, ни в чем.

И во мне, в боге твоем, нет никакого смысла, потому что

Меня и самого нет.

А если меня и самого нет,

то и смысла во мне,

Конечно, тоже нет,

Это же чистая арифметика,

как дважды два,

Нет никакого бога, поверь, это же я сам тебе говорю, бог твой.

Бог уходит со сцены.

VI сцена

реальное письмо

Исполняется перед сценой.

Письмо Антонины Великановой

Ивану Вырыпаеву.

«Здравствуйте, Иван!

В моей пьесе два персонажа – Бог и жена Лота. Но, как вы поняли, я дала им конкретные имена. Богу я дала имя моего врача и вашего знакомого Аркадия Ильича. Сходства между ними никакого. Тем более Аркадий Ильич читал пьесу и очень смеялся, ему эта идея понравилась. А еще в библии, как вы, наверное, знаете, у жены Лота нет имени. Просто жена Лота и все. Я решила дать ей свое имя. Поэтому в моей пьесе жену Лота и зовут Антонина Великанова.

С уважением, Антонина Великанова. Жена Лота, – шутка».

VII сцена

текст А. Великановой

На сцену поднимаются Бог и жена Лота.

ЖЕНА ЛОТА

А если ничего нет, то что есть?

Тогда что есть, если нет никакого смысла, и вообще ничего нет, Тогда что есть?

БОГ

Ничего нет.

В том-то все и дело, что ничего нет. Ни бумаги, ни серебра,

Ни гусиного пуха, ни голубей, ничего нет.

В этом-то все и дело.

В этом и есть вся соль, что ничего нет.

Вся соль в том, что даже соли и то нет.

ЖЕНА ЛОТА

Нет, неправда.

Неправда, я же знаю, что что-то есть,

Я же знаю, что есть что-то еще.

Во всем, во всем, что нас окружает, есть что-то еще,

Кроме того, что мы видим.

Хлорка уничтожает инфекцию и что-то еще.

Луна – это что-то еще. В беременном животе женщины

Кроме ребенка есть что-то еще.

Жена знает что-то еще.

Муж знает что-то еще.

Ребенок знает что-то еще.

Каждый человек хоть раз в жизни пробовал.

Каждый человек хоть раз в жизни пробовал что-то еще.

Мой муж хочет от меня чего-то еще.

Мой муж хочет от своих дочерей чего-то еще.

Мои дочери мечтают о чем-то еще.

Мои дочери мечтают о мужчинах и о чем-то еще.

Я знаю что-то еще, кроме любви.

Я люблю что-то еще.

Кроме любви я знаю о чем-то еще.

Каждый человек знает что-то еще.

Мы все знаем, что есть что-то еще.

Мы точно знаем, что есть что-то еще.

Есть что-то еще.

БОГ

А я смотрю на тебя и думаю, ты не дура, да? Не дура, совсем

Не законченная дура? Не дура, правильно я угадал?

В самую точку попал, верно? Не дура, ты не дура,

Верно или нет?

ЖЕНА ЛОТА

Да,

Я не дура, я знаю, что я не дура.

Я не знаю, кто я,

Но то, что я не дура, это я знаю,

Это правильно, вы меня разгадали, в самую точку, да.

БОГ

А если мы у рыбы спросим, дура она или нет, что

Нам рыба ответит, а? А?!

Да наверняка, да я больше чем уверен, что рыба скажет,

Что она тоже не дура, так же, как и ты.

Да-с.

У любой рыбы спроси, дура она

или нет. И любая рыба,

Даже самая последняя рыба-дура, скажет тебе, что она умная. Даже рыба-проститутка скажет тебе,

Что она самая умная

рыба-проститутка на земле.

Но рыба – дура!

И в этом ты можешь

не сомневаться,

И рыба – проститутка,

В этом ты тоже можешь не сомневаться.

Рыба – это Содом и Гоморра!

А Содом и Гоморра – это глупость и проституция в одном лице.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да, поверь мне, да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет!

БОГ

Да!

ЖЕНА ЛОТА

Я не дура, я не знаю, кто я, но я точно знаю, что я не как рыба,

Которая думает про себя, что она не дура, а на самом деле

Дура и есть. Я не как рыба. Я не дура, я это точно знаю, Наверняка!

БОГ

Вот и рыба так же рассуждает, как и ты.

Рыба тоже не знает, кто она, но то, что она не дура,

Она в этом уверена.

А между тем она самая последняя дура-проститутка

Из Содома и Гоморры.

ЖЕНА ЛОТА

Нет!

БОГ

Да!

Жена Лота уходит со сцены. Бог остается один, он свистит и пританцовывает.

VIII сцена

текст А. Великановой

Бог заканчивает свистеть и пританцовывать. На сцену поднимается жена Лота.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

Да.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

Бог и жена Лота уходят со сцены.

IX сцена

текст А. Великановой

Бог и жена Лота поднимаются на сцену.

ЖЕНА ЛОТА

Нет.

БОГ

У тебя есть мечта?

ЖЕНА ЛОТА

Да.

Секс с тремя мужчинами – моя мечта.

БОГ

А кроме секса с тремя мужчинами,

Ты мечтаешь еще о чем-то?

ЖЕНА ЛОТА

Да. Я мечтаю о вселенском добре и справедливости.

БОГ

Хорошо, другой вопрос.

У тебя уже умер кто-нибудь из близких?

ЖЕНА ЛОТА

Да,

Полгода назад у меня умер отец.

БОГ

Звучит пошловато.

Ну, надеюсь, он был хорошим человеком?

ЖЕНА ЛОТА

Да,

Он был золотым человеком.

БОГ

А теперь пойдем раскопаем его могилу

И посмотрим, что там внутри. Посмотрим,

Будет ли блестеть это золото на солнце?

Я тебе больше скажу: только на двухметровой глубине Собственной могилы человек обретает свой истинный облик. Вскройте могилу полугодовой давности,

И вы увидите, что по-настоящему представляет из себя человек. Ты умрешь и сгниешь.

И твои мысли о сексе втроем Превратятся в жижу из мяса и червей.

ЖЕНА ЛОТА

Зато мой дух, дух сольется с вечностью,

В этом есть смысл жизни.

БОГ

Дух, какой дух?

Не могли бы вы мне описать, как он выглядит, этот ваш дух?

ЖЕНА ЛОТА

Его нельзя описать, его можно только почувствовать,

Его можно только испытать.

БОГ

Испытать можно самолет

или ракету,

А дух – это слабое утешение для слабых людей.

Еще раз повторяю тебе,

Вскрой могилу твоего отца и принюхайся,

И тогда ты действительно почувствуешь дух.

Это и будет истинный дух твоего отца.

ЖЕНА ЛОТА

Не нужно так говорить.

Мой вопрос очень простой: что мне делать?

Пауза.

Бог и жена Лота уходят со сцены.

X сцена

текст А. Великановой

Соль. Соленая рыба не портится.

Засолите себя, станьте куском соли.

Посмотрите правде в глаза. Признайте правоту моих слов, Оглянитесь на всю свою жизнь и признайтесь в том,

Что вы рыба и червяк.

Обернитесь и превратитесь в соляной столп. Соль не гниет. Соляные столпы способны простоять миллионы лет.

Все вокруг рухнет и сгниет, а соль останется.

Соль – это и есть вечная жизнь.

А все остальное – бесконечный день проституции.

XI. сцена

(текст И. Вырыпаева)

Комические куплеты пророка Иоанна

Перед вами исполняет свои песни под гармошку пророк Иоанн.

День проституции

Ну-ка откройте шторы. Эх, ну-ка распахните окна, ну-ка посмотрите, что!

Что же происходит, ну-ка посмотрите!

В квартирах, на диванах, на тюфяках, на полу, на коврах проституция,

Прекрасная проституция, танцует и поет!

День проституции, как день победы света над тьмой.

День проституции, танцуем и поем, в каждом доме зажгли по огромной свече!

Многослойный секс – как многослойная жизнь. Как чистый снег.

По вызову и в апартаментах, анальный и групповой,

Всем есть занятие и во всем есть смысл.

Эх, возьму любовь мою Марину, за длинные ноги размотаю да выброшу.

Эх, Марина моя, как бита для игры в городки.

Колени Марины – звезды!

Марина – проститутка, лауреат с медалью, днем спит, а ночью сосет.

Марина – солнце и луна, серп и молот.

Днем отсыпается, а ночью творит волшебство!

Эх, да в каждом доме по Марине и по Наташе.

В праздник все равны, лев пьет с антилопой из одного ручья.

Эх, да в бане генералов нет.

День проституции, праздник духа и живота!

Сегодня день проституции,

в домах зажгли лампы и красные огоньки.

Эх, Марина с чертом пьет желтый сок. Апельсиновый сок из пакета,

Черт наливает, а Марина мажет щеки его хвостом.

У Марины белые трусы – ночной шатер.

Эх. В каждом доме да на каждом кресле по Марине, да по Наташе,

Да по Зине, да по Эллочке.

Эх, в каждом доме по аналу, да по групповой, да лесби, да инцест!

День проституции, когда все пляшут так, что святых – вон.

А если любишь мед, люби и смолу.

А если ешь сахар, то ешь и бумагу.

Кто куда собрался?

Кто на войну, кто в рай, кто в ад, а кто к Марине в теплую постель.

Ох, да что же это за счастье – обладать женщиной своей мечты.

А у кого нет мечты, у того и женщины нет.

Нет женщины – нет мечты, нет мечты – нет праздника.

– Что делаете, люди, что вы делаете, ответьте мне на мой вопрос?

– А ничего не делаем, купили проституток по паре на брата и потешаемся. Жарим их на вертеле да пьем их небесную кровь.

Ковры из Азербайджана засовываем им в щели.

Мой брат из Азербайджана, а я еврей, для нас все проститутки мира равны.

Ой, да все проститутки мира равны.

Долой расовые предрассудки, все проститутки мира равны.

Черные проститутки не хуже белых, а еврейки пусть сосут наравне с азиатками.

День проституции – день всемирного примирения.

День, когда бурятка с мусульманином мечутся на одном ковре.

Ох, да на два года вперед раскуплены все билеты на бал,

Где проститутки исполняют все наши мечты.

Эх, да, проститутки исполняют все наши мечты.

Мечтал о хлебе – возьми.

Мечтал о вине – пей.

Проститутка Марина – хлеб и вино.

А кто ищет хлеб и вино – найдет проститутку,

А кто ничего не ищет, тот умрет от жажды и от голода.

А кто ищет, да, тот найдет.

А кто ничего ищет, тот найдет пустоту и дрянь.

– А что ты нашел, что?

– А дрянь и больше ничего.

А больше и искать нечего, кроме дряни ничего не осталось.

Дрянь, и больше ничего. Что искал, да то и нашел.

Дрянь искал, искал, да дрянь и нашел!

XII сцена

текст А. Великановой

Бог и жена Лота поднимаются на сцену.

ЖЕНА ЛОТА

А если ничего нет, то и рыбы тоже нет. И СодомЫ нет,

И ГоморрА, и проституции, и дуры, ничего нет,

Если, как вы сами говорите, что ничего нет?

БОГ

А потому что я взял мокрую тряпку

И стер все цифры и образы внутри головы.

Не всегда так было, что ничего не было. В начале было все,

И все было внутри головы,

А потом я взял мокрую тряпку и стер все до последнего,

До единого понятия, до последнего предмета.

Взял мокрую тряпку и все стер.

Всех жителей Содома и Гоморры,

Всю эту рыбную проституцию взял и стер.

И если в начале что-то и было,

То теперь уже ничего, совсем ничего нет!

Посмотри внутрь моей головы – там ничего нет.

Абсолютно ничего нет!

ЖЕНА ЛОТА

Это неправда,

Совсем, ни единого слова правды

нет в том,

Что можно мокрой тряпкой стереть все, что у тебя внутри.

У меня внутри, внутри моей головы, столько всего,

Столько всяких цифр и образов,

И рыбьего жира и мозгов, и музыки,

Что все это вот так вот, за один раз, не сотрешь,

Тем более я не такая дура,

как вы считаете.

Я не рыба, как вы про меня ошибочно считаете.

Может быть, многого из того,

что мы видим, и нет,

Но кое-что все-таки осталось,

кое-что все-таки существует,

Я в этом убеждена, не хуже, чем я.

БОГ

Да?!

Очень даже интересно, что же это у тебя такое есть, внутри

Твоей головы, что же это за пример ты сейчас приведешь?

Ну, например?

ЖЕНА ЛОТА

Военный курсант.

Я его увидела мельком,

Он шел с ружьем вдоль кремлевской стены,

В фуражке и с ружьем.

Я его запомнила,

Он точно есть, я на все сто процентов знаю, что он есть.

БОГ

Может быть, он и есть, может быть, и есть.

А вот сейчас я беру мокрую тряпку

И стираю твоего курсанта.

Раз – и нет, ни кремлевской стены, ни фуражки, ни ружья.

ЖЕНА ЛОТА

Но это не единственное, что у меня есть.

Пускай стерли курсанта, но у меня есть

Доказательства многих математических теорем

И теория Неравенства.

Это я каждый день вижу эту картинку перед сном.

БОГ

А теперь уже не будешь больше видеть,

Потому что я все это мокрой тряпочкой, как и курсанта, раз —

И нету всего этого рыбьего жира в твоей голове.

ЖЕНА ЛОТА

Желто-зеленые пятна.

Такие акварельные размывы.

Желтое, разбавленное зеленым. Это мое самое любимое,

Это пусть лучше моего родного отца сотрут,

Но эти пятна мне дороже всего. Их нельзя стирать,

Пускай лучше сотрут моего отца и всю его родню, все равно Они рано или поздно уничтожат сами себя, но

Пятна нельзя мочить водой,

Это самые дорогие мои пятна,

Самое дорогое, что у меня есть!

БОГ

Сотру

И отца, и пятна, дурацкие пятна.

Только у рыб и проституток могут быть такие пятна в голове!

ЖЕНА ЛОТА

Нет, пожалуйста, нет!

Мне больно будет расставаться с пятнами, зачем? Зачем?!

Я не понимаю, зачем?!

Я прошу, мне больно было расставаться с пятнами, зачем?!

Это самое любимое, что

у меня есть.

БОГ

Нельзя любить какие-то акварельные пятна в голове больше,

Чем своего родного отца.

Нельзя.

ЖЕНА ЛОТА

Нельзя.

Нельзя любить отца только за то, что он твой отец!

Это несправедливо, это неправда. Отца и мать не выбирают,

Если мать тебя предала, хотя бы раз в жизни предала, или

Если она глупая и плохой человек, я не стану ее любить.

Я буду хорошо к ней относиться и помогать до конца жизни, но

Нельзя заставить любить мать только за то, что она твоя мать!

Но я мать свою любила, правда,

Она уехала на машине очень далеко,

А отца своего я не люблю, мне не жалко, что ты его стер.

А пятна мои стирать нельзя,

Потому что это пятна моего смысла!

БОГ

Это всего лишь Содом и Гоморра в твоей голове,

И я раз мокрой тряпкой – и нет этого разврата,

Этой «педерастии духа» в твоей рыбьей голове.

Раз! И ничего нет.

Бог уходит со сцены, жена Лота остается одна.

Пауза.

Бог возвращается на сцену.

БОГ

Обращается к зрителям.

А сейчас я хочу рассказать вам одну богом забытую историю о том, как Господь Бог

создал первого в мире человека. А создал он его, как известно, не из воздуха или космической пыли, не из огня или воды…

ЖЕНА ЛОТА

Больно!

БОГ

…а создал он этого человека из глины…

ЖЕНА ЛОТА

Мне больно, что ты стер мои любимые пятна, это были пятна моего смысла, а ты его стер.

У меня был хоть какой-то смысл,

а ты его стер.

БОГ

Это был не смысл, это были очертания и контуры дурацкого смысла. Это день проституции и день дурацкой рыбы. А теперь в твоей голове уже ничего нет.

Бог уходит со сцены. Жена Лота остается одна.

ЖЕНА ЛОТА

Есть! Есть кроме всего прочего

и что-то еще.

Есть что-то еще!

Я бы тогда не стала бы жить,

если бы не знала, что есть

Кроме всего прочего и что-то еще.

Не бог, не дьявол, не дух, не наука, не философия, не мистика

И даже не чувства. Есть,

Я точно знаю, я чувствую,

И многие об этом знают, не все, но многие.

Мне больно, очень больно,

что ты стер своей рыбьей тряпкой Мои любимые пятна, но даже кроме пятен

У меня есть что-то еще.

Есть такие люди, не все, но многие,

Которые знают о том, что в мире есть что-то еще.

Это невозможно стереть. Нельзя!

На это нельзя смотреть.

Бог, которого нет, сказал жене Лота, которой не было:

Не оглядывайся назад, а то превратишься в соляной столп.

Не оглядывайся назад, там, позади тебя,

Кроме стертых с лица земли городов больше ничего нет.

А я хочу посмотреть!

Хочу оглянуться и посмотреть.

Я знаю, что там, кроме стертых с лица земли городов,

Есть что-то еще.

Я только потому еще и живу среди всей этой глупости,

Что знаю,

Как и многие, не все, но многие, знают,

Что есть в мире кроме всего прочего и что-то еще.

Разве с вами такого не случалось,

Когда ни с того ни с сего

Слезы и боль

Бегут по внутреннему сердцу и внутренней голове.

Разве есть причина у настоящих внутренних слез?

Нет.

А если и говорить о том, кто рыба и дурак, так это тот,

Кто боится признать, что кроме любви к родине, к матери,

К богу и к детям есть в мире

и что-то еще.

Жена Лота садится на пол и сидит на сцене одна.

XIII сцена

ремарка А. Великановой

Жена Лота сидит на сцене одна. Она плачет.

XIV сцена

текст А. Великановой

Бог возвращается на сцену к жене Лота.

БОГ

Может быть, ты еще скажешь, что и в изнасиловании ребенка, кроме боли и ужаса, есть что-то еще?

ЖЕНА ЛОТА

Да, есть что-то еще.

БОГ

Может быть, и в пустой бутылке, кроме стекла и формы, есть что-то еще?

ЖЕНА ЛОТА

Да, есть что-то еще.

БОГ

Может быть, и в истине, кроме истины, есть что-то еще?

ЖЕНА ЛОТА

В истине, кроме истины, всегда есть что-то еще.

БОГ

Может быть, и в людях, кроме смерти и глупости, найдется и что-нибудь еще?

Пауза.

ЖЕНА ЛОТА

Нет. В людях, кроме смерти и глупости, ничего нет. Но в самой смерти, и в самой глупости отдельно есть что-то еще, кроме смерти и глупости.

БОГ

А во мне, как ты думаешь, во мне есть что-нибудь еще, кроме меня?

ЖЕНА ЛОТА

А как бы ты сам ответил самому себе на этот вопрос?

БОГ

Я хочу услышать этот ответ от тебя.

ЖЕНА ЛОТА

Ответ на вопрос о себе самом можно услышать только от себя самого.

БОГ

Я не могу услышать ответ от себя самого, потому что меня самого не существует.

ЖЕНА ЛОТА

Ты в этом уверен?

БОГ

Да, я собственными руками стер самого себя внутри себя

самого.

ЖЕНА ЛОТА

Значит, тебе можно позавидовать?

БОГ

Нельзя, потому что завидовать некому.

ЖЕНА ЛОТА

Да, к сожалению, сойти с ума окончательно не так уж и просто.

БОГ

Практически невозможно.

ЖЕНА ЛОТА

А очень хотелось бы.

БОГ

Мечта всей моей жизни.

ЖЕНА ЛОТА

Говорят, что мечты сбываются.

БОГ

Сбываются у тех, кто есть, а у тех, кого нет, – нечему и сбываться. Меня нет, и все мои самые заветные мечты давно перестали существовать.

ЖЕНА ЛОТА

А вот я есть, и все мои заветные мечты давно сбылись.

БОГ

И что ты при этом чувствуешь?

ЖЕНА ЛОТА

Странную пустоту. А ты?

БОГ

Абсолютно то же самое.

Пауза.

Бог и жена Лота уходят со сцены. Весь пол на сцене засыпается солью.

XV сцена

текст И. Вырыпаева

Комические куплеты пророка Иоанна

Перед вами исполняет свои песни под гармошку пророк Иоанн.

Радиоколыбельная

Спит мертвая баба мертвым сном, а мертвый мужик не спит,

А плачет в грязной избе.

Плачет, потому что не смеется,

а не смеется, потому что слезы бегут по щекам.

Жена умерла и спит, а муж умер,

но не сомкнет глаз, не может уснуть,

Сдали нервы у мертвеца, одолела бессонница, и слезы

Стекают прозрачными каплями по густой бороде.

Не спит мертвец, слушает радио, а радио говорит на заморском языке.

Чудесное радио, радио для мертвецов, трещит на стене,

Наполняет могилу заморской кутерьмой.

От радиосигналов растут волосы.

Плачет мертвый мужик в могиле, где спит мертвая жена и где заморское радио

Влияет на рост человеческих волос.

Радиоволны, радио для волос.

Мертвая жена спит, а мертвый муж страдает от одиночества и пустоты.

Ничего не происходит.

Жил, ничего не случилось. А умер, и подавно ничего не произошло.

Ой, да жена в могиле, ой, да спит вечным сном.

Ой, да муж в могиле, ой, да плачет вечными слезами.

Радио играет без конца и начала. Радио без конца и начала.

Играет и не дает умереть в полной тишине.

Вся могила наполнилась радиосигналом.

У мертвого мужика

Волосы растут в ушах и на бороде от заморских радиоволн.

А там, где слезы и сны, там нет причин для снов и слез.

Слезы и сны схватили за бороду и душат.

Слезы и сны поют в ушах, и негде спастись от слез и снов.

Плачешь и спишь, вот и вся твоя жизнь.

А говорят, где слезы, там

и крепкий сон.

Я сплю и сплю, плачу и плачу.

Отчего я плачу, отчего?

Ой, да знаю отчего, знаю.

А слезы и сны текут по щекам оттого, что нет причин для слез и снов.

Вчера в избе мужик умер, а ребенок появился на свет, в этом и есть трагедия.

Баба-сука, для чего рождаешь? Сука, для чего рождаешь?

Сука!

Для чего, сука, производишь

на свет мертвых стариков?

Баба-сука рождает и рождает, а младенцы растут и старятся,

И мертвыми стариками ложатся в сосновые гробы.

Зачем мы страдаем, почему, если даже бога – и того нет?

Если даже и то, что есть, и того нет, то зачем мы страдаем и до смерти, и после

В сосновом гробу гнием, как черви, зачем и почему?

Мертвец спит в могиле, а служба его идет.

День за два, неделя за полгода, кожа и мясо съедены червями,

А душу съел невидимый бог.

Бог невидим, и поэтому делает что хочет.

Бог ест мертвецов, а кости оставляет времени.

А времени кости не по зубам. Спи, баба, не трону я твои кости.

Спи, мужик, не трону я твою костлявую душу, пускай гниет.

Ой, да гниют человеческие души на двухметровой глубине, ой, да гниют.

Ой, да душа моей матери сгнила, а моя душа только собирается сгнить.

Ой, да скорей бы и моя душа превратилась в червей.

Радио играет без конца и начала. Радио без конца и начала.

Играет и не дает умереть в полной тишине.

Вся могила наполнилась радиосигналом.

У мертвого мужика волосы растут в ушах и на бороде, от заморских радиоволн.

Ой, да скорей бы и моя душа превратилась в червей.

Ой, да только подумал, как уже случилось!

Ой, да только загадал, как моя душа уже сплошные черви, сгнила и вся в червях!

Даже в гробу – и в том нет покоя. Даже черви – и те современники нашему богу.

Сгнил, и съели, а не сгнил, и все равно все не так, как мне бы хотелось.

А как бы мне хотелось, кто знает?

А никто не знает, даже я сам.

Я пророк Иоанн. Пророк

в своем отечестве, не знаю,

чего хочу.

Я пророк Иоанн, я ничего не хочу, я умер и сплю.

XVI сцена

реальные письма

На сцену поднимается жена Лота.

Письмо Антонины Великановой к Ивану Вырыпаеву

ЖЕНА ЛОТА

Здравствуйте, Иван! Я работала два дня и устала. Мне казалось, что снег, и это как-то может скрасить мою жизнь. Но я не смогла найти тот тайный смысл, который все ищут. Я искала два дня и устала. Я смотрю вверх и вижу, что я маленькая фигурка на клочке красной материи. Я стою на клочке красной материи. Я вся из красного цвета. Моя жизнь проходит капля за каплей, я стою на клочке ткани и жду. Мне сказали – стой здесь, и пусть на тебя посмотрят. И вот я стою, и вот все смотрят на меня, ждут от меня смысла, а я просто стою и все. Просто стою, это так важно. Иногда так важно просто стоять и все. Стоять, чтобы все смотрели, как ты это делаешь. Как я это делаю? Пусть все посмотрят и увидят, как я это делаю. Вот как я это делаю. Стою и все. Все знают, о чем идет речь, и хватит говорить об этом. Разве нужно называть причины, от которых слезы бегут по щекам и внутри бегут внутренние слезы? Все знают причины, от которых жизнь превращается в морскую звезду. У каждого есть свои причины для слез. Вы написали мне, что в моей пьесе не хватает сюжета. Что сюжет нужен для того, чтобы зритель понимал, что происходит. Но разве зритель не понимает, что происходит с ним каждый день? Зачем сопереживать тому, кто стоит на сцене, пускай лучше каждый сидящий в зале сопереживает сам себе. Иван, сюжет – это иллюзия смысла, а смысл трагичен сам по себе. Разве для того, чтобы ощутить трагедию, необходимо, чтобы что-то произошло? Разве мы не чувствуем, что происходит? Мы все знаем, что происходит. Мы все знаем, что происходит с нами каждый день. Нет причин называть причину. Мой конфликт в том, что нет причин для страданий, а я страдаю. Наступает минута молчания, и пускай каждый решит сам для себя, чему эта минута посвящена.

Минута молчания.

Письмо Ивана Вырыпаева к Антонине Великановой

Здравствуйте, Антонина! Получил последнюю часть вашей пьесы, мне все понравилось.

Но у меня есть вопрос. Антонина, ради бога, не обижайтесь,

но мне Аркадий Ильич кое-что рассказывал про тот случай с кетчупом. Пожалуйста, разрешите мне вставить этот эпизод в спектакль. Я сам напишу эту сцену со слов Аркадия Ильича так, как все было на самом деле. Таким образом, содержание будет мое, а форма объективная.

Письмо Антонины Великановой к Ивану Вырыпаеву

ЖЕНА ЛОТА

Здравствуйте, Иван! Иван, содержание и есть объективная форма, я думала, вы знаете об этом. Я понимаю, чего вы хотите. Хорошо, делайте так. Иван, я очень хитрая, очень.

Из рассказа мужа Антонины Великановой

(записано со слов доктора психиатрической больницы № 2 Аркадия Ильича).

Два года назад. Ее нет и нет.

Почти уже ночью звонок в дверь.

Муж открывает. Она стоит на лестничной площадке, вся в крови. С головы до ног. Потом он смотрит – а это кетчуп. Вся с головы до ног в кетчупе. Она сделала это для того, чтобы ее не изнасиловали. Ей казалось, что ее хотят изнасиловать. Вот она и полила себя кетчупом, чтобы отпугнуть насильников. Потом она зашла в квартиру и закрылась в ванной. Не хотела открывать. Муж совсем потерялся. В итоге вызвал бригаду. Бригада приехала. Она сама вышла, вроде бы как опять нормальная. Начала с ними разговаривать. А потом ей показалось, что они хотят ее изнасиловать, и она опять хотела закрыться в ванной, но ее скрутили. Она отбивалась, кричала. Ей казалось, что ее насилуют. Ужас.

Письмо Антонины Великановой к Ивану Вырыпаеву

ЖЕНА ЛОТА

Это такое странное бывает ощущение. Вроде бы ты идешь по улице, но улица уже не та. Или вроде бы ты любишь человека, но эта любовь уже не та.

Или ты смотришь на себя со стороны и понимаешь, что это уже не ты. И со всем остальным точно так же. Улица перекрыта, написано «идет ремонт», а ремонта нет, улица в порядке. Или видишь грузина, он видит тебя, и видишь, что он хочет от тебя чего-то другого, чем просто взгляд. Нам везде и повсюду угрожает насилие, везде и повсюду. В машине и за углом. При определенных условиях дерево в лесу превращается в великана, а тень на стене превращается в покойника. Что это? Я говорю одно, а думаю другое. Все, что я только что сказала, я прочла в книжке, Иван. Я прочла в книжке о шизофрении. И про улицу, и про грузина, и про великана, и про дерево – все это я прочла в книжке, где описывают мою болезнь. Я хитрая, очень хитрая, Иван. Мы хитрые, очень хитрые, хитрее, чем вы думаете. Мы вам для книжек готовы рассказать то, о чем вы хотите услышать. Вы что хотели получить? Хотели получить кетчуп вместо крови – получайте. Вы что думаете, я вылила кетчуп, потому что спасалась от насилия на улице? Смешно. Я всегда, в любую секунду своей жизни, всегда знаю, что кетчуп – это не кровь, всегда знаю, что насилие кетчупом не остановишь. Иначе весь мир был бы залит кетчупом, а не кровью. Все, что я говорю и пишу здесь, я все это делаю для вас, для тех, кто читает и слушает. Вы знайте, что я это пишу тоже из хитрости. Надеюсь, что вы все это озвучите. Я пишу, зная, что это письмо будут слушать. Когда я пишу, мне кажется, что я иду. Я иду, иду. И последнее, я хочу, чтобы вы всем там передали. Я ведь ушла уже очень далеко.

P.S. Не дай вам Господь, чтобы вас хотя бы однажды посетил Аркадий Ильич. Аркадий Ильич – это самая страшная болезнь, которой только может заболеть человек.

Бог и жена Лота уходят со сцены.

XVII сцена

текст И. Вырыпаева

Комические куплеты пророка Иоанна

Перед вами исполняет свои песни

под гармошку пророк Иоанн.

Аркадий Ильич

Ох, уж этот Аркадий Ильич, ох, растлитель, ох, кощей,

Крепкое словцо всегда в кармане.

Ну, Аркадий Ильич, приходит,

когда не ждут,

А собирается уходить, так не хотят отпускать.

Ух, Аркадий Ильич, душа компании и задорный заводила!

Кого угодно заставит плясать,

Даже безногий – и тот не удержится да станцует краковяк.

Год живешь – ничего, два – ничего, а на третий год придет Аркадий Ильич

И развеселит так, что мозги набекрень.

Эх, Аркадий Ильич, ну и мастер ты на веселье.

Ну, Аркадий Ильич, ну и мастак ты на придумки.

Ну, Аркадий Ильич, ну ты и мудак, Аркадий Ильич.

Летим, говорит, на Луну, а сам все на солнце норовит.

Ну и пидорас ты, Ильич, если уже

на то пошло.

Лучше с «белкой» в голове

разгонять чертей,

Чем с тобой совершать

полеты с одной планеты

на другую.

Эх, Аркадий Ильич, все равно я тебя люблю, мил мне твой задор да разврат.

А без таких, как ты, скучно, а с тобой столько веселья, что даже доктора – и те

Пляшут вокруг нас с вилами да котлами.

Эх, Аркадий Ильич, полюбил я тебя, хоть и боюсь.

Гандон ты, Аркадий Ильич, каких свет не видывал, как я тебя люблю,

Больше всех других!

Ну ты и гандон, спасибо тебе за все, ей-богу удружил.

Вот тварь, молокоотсос, низкий тебе поклон, люблю ей-богу.

Ах, да приходи еще, снова

будем исполнять козлов

и отморозков, благо, что

Хорошо удается.

Эх, Аркадий Ильич, да то ли еще будет.

Эх, Аркадий Ильич… стоп! А ну-ка, Аркадий Ильич, выйди вон.

XVIII сцена

текст А. Великановой

Бог и жена Лота поднимаются на сцену.

БОГ

Это я – Аркадий Ильич.

Как вы себя чувствуете?

ЖЕНА ЛОТА

Никто себя не чувствует.

БОГ

Не важно, потому что я хочу рассказать вам миф о глиняном человечке.

ЖЕНА ЛОТА

Аркадий Ильич, уходите.

БОГ

Это стоит послушать. Очень поучительная история. Однажды Господь Бог вылепил себе из глины маленького человечка и вдохнул в него жизнь.

ЖЕНА ЛОТА

Уйдите, Аркадий Ильич. Я прошу вас.

БОГ

Я не могу уйти, я только что пришел. Тем более что идти мне, как говорится, абсолютно некуда.

ЖЕНА ЛОТА

Аркадий Ильич, идите на хуй.

БОГ

Нет-с, не дождетесь. Так вот. Этого глиняного человечка Господь Бог поселил в удивительном по красоте месте, он поселил его в белом эмалированном тазу.

ЖЕНА ЛОТА

Я вас не слушаю.

БОГ

Меня есть кому слушать. Этот белый таз располагался как раз между двух ягодиц великана по имени Трещотка. Простите, но откуда же он взялся, этот великан? Откуда, ответьте мне? Откуда же он взялся, спросите вы? Если кроме Бога и глиняного человечка еще никого не было. Отвечаю. Этого огромного великана по имени Трещотка на самом деле не было. Он существовал только в воображении Господа. Только в его воображении. Он был у Бога в голове, внутри его головы, в мозгу. И вот там, где-то глубоко у Бога в мозгу, между ягодиц великана Трещотки, и поселился наш маленький глиняный человек.

«А где же тогда поселился сам Господь Бог?» – резонно спросите вы.

ЖЕНА ЛОТА

Все, началось.

БОГ

А сам Господь Бог поселился не где-нибудь, не на помойке, не на дне Лохнесского озера, а поселился на солнце. Да-да, на солнце. Глиняный человек живет в тазу, таз – между ягодиц великана Трещотки, великан Трещотка у бога в голове, а Бог на солнце. Вот так вот…

…а есть ли среди вас верующие люди думаю что есть а

Не правда ли что вы стремитесь соединиться с богом а бог это

Солнце так вот и надо лететь туда ну так а что же вы сидите на

Месте быстро по ракетам и три два один пуск а пять минут

Полет нормальный а и десять ничего да и двадцать минут летит

В ус не дуем а вот уже и девять дней прошло а там глядишь и

Сорок а там глядишь и год а скорость все больше и больше а

Солнце все ближе и ближе а теперь оно уже совсем рядом печет

Так что хоть всех святых выноси волосы горят глаза плавятся

Яркий свет ослепил ничего не видно что это происходит я весь в

Огне что это за пламя я весь горю а мне не больно что это за

Огонь который горит но не обжигает да это же солнечный огонь

В моей голове яркое солнце в голове жжет всю голову стянуло От огня солнечная болезнь ничего не вижу не нужно было

Лететь ошибка не нужно было лететь нет нужно потому что

Здесь не останешься заклюют здесь нельзя оставаться заберут

Нужно было лететь очень нужно поехали раз два три поехали!

ЖЕНА ЛОТА

А посмотрите-ка, кто к нам пришел?!

Да это же Аркадий Ильич, собственной персоной!

Раз, два, три – поехали!

Бог и жена Лота садятся в ракету и улетают на солнце.

Пьеса Антонины Великановой закончилась.

XIX сцена

текст И. Вырыпаева

Комические куплеты пророка Иоанна

Перед вами исполняет свои песни

под гармошку пророк Иоанн.

Я

Я

Русская женщина Антонина. Я

Первая русская женщина Антонина – Космонавт.

До меня

Русских женщин-космонавтов звали Валентина и Светлана.

Да и то

Они не улетали в космос так далеко. Однако,

Мне не просто удалось добиться разрешения на полет. А точнее,

Я

До сих пор

Не имею такого разрешения от официальных властей,

Потому что

Я

Не профессиональный космонавт, а космонавт-любитель,

А значит,

Лети себе куда хочешь.

Но только

Со своего космодрома,

На своей ракете

И за свой счет.

Лети как хочешь и куда хочешь,

Но только на своей ракете

и за свой счет.

Я

Обратилась к российской космонавтике: сколько

Необходимо денег,

чтобы полететь в космос за свой счет?

Потому что

Другого выхода у меня нет, а лететь

Мне

Крайне необходимо.

Российская космонавтика назвала мне сумму, от которой

У меня

Кровь полилась из носа, и все мое лечение насмарку.

Я

Теперь понимаю, космический туризм мне не по карману,

Я

Впадаю в депрессию, а это

Повышает мое давление до самых высоких пределов.

В итоге

Со мной случается что-то такое…

Со мной случается что-то!..

Что-то такое, что я…

Я лечу!

Что-то такое, что я начинаю лететь!

Что-то такое, что я – Антонина,

Становлюсь первой русской женщиной Антониной – космонавтом.

Но!

Но не просто первой русской женщиной Антониной космонавтом становлюсь я,

Потому что

Не просто космонавтом мечтала я стать, а еще

Я мечтала о том, чтобы полететь на солнце. Потому что,

Если уж лететь, то лететь до конца.

А солнце – это и значит лететь до конца, так как солнце —

Это и есть конец и начало всего.

И теперь

Эта моя мечта сбывается, потому что

Со мной случилось что-то такое…

Со мной случилось что-то такое…

Что позволило сбыться

Этой моей настоящей мечте.

А эта мечта, полететь на солнце, была самой настоящей.

А эта мечта была самой заветной,

А эта моя мечта

Теперь сбылась!

Пророк Иоанн садится в ракету и тоже улетает.

Content

Иван Вырыпаев
13 текстов, написанных осенью

Текст № 1. «Один мой приятель…»

Текст № 2. «Ешь димедрол…»

Текст № 3. «А если бы ничего не было…»

Текст № 4. «А если бы ничего не было…»

Текст № 5. «Не понимаю, как это люди умудряются…»

Текст № 6. «Из глины он лепит человека…»

Текст № 7. «Наступит такое время…»

Текст № 8. «Сын – это для главного…»

Текст № 9. «Интересно, есть ли в мире…»

Текст № 10. «Если вы решили писать…»

Текст № 11. Кислород

Композиция № 1 «Танцы»

Композиция № 2 «Саша любит Сашу»

Композиция № 3 «Нет и да»

Композиция № 4 «Московский ром»

Композиция № 5 «Арабский мир»

Композиция № 6 «Как без чувств»

Композиция № 7 «Амнезия»

Композиция № 8 «Жемчуг»

Композиция № 9 «Для главного»

Композиция № 10 «В плейере»

Текст № 12. Мамамылараму

Текст № 13. Бытие № 2

I сцена текст И. Вырыпаева

Антонина Великанова БЫТИЕ № 2 Трагедия смысла

II сцена текст библейский, ремарки А. Великановой

III сцена текст А. Великановой

IV сцена текст И. Вырыпаева

V сцена текст А. Великановой

VI сцена реальное письмо

VII сцена текст А. Великановой

VIII сцена текст А. Великановой

IX сцена текст А. Великановой

X сцена текст А. Великановой

XI. сцена (текст И. Вырыпаева)

XII сцена текст А. Великановой

XIII сцена ремарка А. Великановой

XIV сцена текст А. Великановой

XV сцена текст И. Вырыпаева

XVI сцена реальные письма

XVII сцена текст И. Вырыпаева

XVIII сцена текст А. Великановой

XIX сцена текст И. Вырыпаева