Калугин Алексей

Тур вокруг Солнца

Алексей Калугин

ТУР ВОКРУГ СОЛНЦА

По-приятельски отсалютовав охраннику, Тони Могрен, прославленный гонщик, победитель трех из пяти последних Гран-при Галактической Лиги, обладатель невероятного числа всевозможных титулов и почетных званий, вошел в огромный, сверкающий полированным деревом и зеркалами вестибюль здания правления компании «Саттон Индастриз».

Скоростной лифт за считанные секунды поднял Могрена на двадцать четвертый этаж.

Проходя мимо стола секретарши, Могрен небрежно кивнул в сторону огромной двустворчатой двери.

– У себя?

– Ждет. – Ярко накрашенные пухлые губки светловолосой куколки расплылись в приторно-сладкой улыбке.

Могрен брезгливо поморщился и без стука, толчком, открыл дверь.

– Господин Саттон. – Могрен шутливо прищелкнул каблуками. – Пилот Могрен по вашему приказанию прибыл.

– Рад тебя видеть, Тони! – не поднимаясь из-за необъятно широкого стола, помахал двумя поднятыми вверх пальцами Керк Саттон, пятидесятипятилетний миллионер, владелец «Саттон Индастриз», компании, простирающей свои владения и власть до самых дальних планет освоенной части Вселенной.

Могрен хлопнулся в большое кожаное кресло, закинул ногу на ногу.

– Как отдохнул, Тони?

– Великолепно. Готов к новым подвигам. Есть какие-нибудь идеи?

Саттон достал из коробки длинную коричневую сигарету и прикурил ее от настольной зажигалки, выполненной в форме дракона, изрыгающего огонь.

– Не тяните, шеф, – дернул носком ботинка Могрен. – Ведь вы же вызвали меня не для того, чтобы еще раз похвалить за гонку «Кольца Сатурна».

– На этот раз будет «Тур вокруг Солнца», – выдохнул облако сизого табачного дыма Саттон.

– Повторяетесь, шеф, – разочарованно изогнул губы Могрен. – Гонку катеров вокруг Солнца проводил два года назад концерн «Королев». Гонка, кстати, была на редкость скучной и неинтересной.

Саттон глубоко затянулся сигаретой и выпустил тонкую струйку дыма в сторону Могрена.

– Я хочу провести гонку вокруг Солнца на катерах с минимальным запасом топлива.

– Что значит «с минимальным запасом»?

– Топлива должно хватить только на то, чтобы пройти от старта до финиша по самому краю гравитационной границы. При этом я хотел бы еще предусмотреть стрельбу по мишеням на полной скорости. Запас топлива должен быть рассчитан так, чтобы торможение перед мишенями также лишало пилота возможности долететь до финиша.

Могрен взмахом ладони отогнал от лица сигаретный дым.

– А вы подумали о том, что если пилот не справится с управлением и пересечет гравитационную границу Солнца, то он неминуемо погибнет, упав на звезду?

– За тем, чтобы подобного не произошло, будет следить служба безопасности гонок.

– Служба безопасности – не господь бог. Спасатели не всесильны и не всеведущи.

На узком, худом лице Саттона едва заметно дернулась щека.

– Что ж, некоторая доля риска придаст гонке дополнительный интерес.

– Некоторая доля? Да если вдруг между лидерами развернется жесткая борьба, то гонка превратится в гладиаторский поединок.

Саттон в последний раз затянулся и бросил окурок в проглотившую его пепельницу.

– Риск гонщиков будет хорошо оплачен.

– И тем не менее вряд ли вы найдете пилотов для такой гонки. Это все равно что предложить человеку за хорошее вознаграждение затянуть у себя на шее петлю и покачаться в ней пару минут.

– Но ты-то, Тони, не откажешься? – Тонкие губы Саттона растянулись в узкую щель, изображающую улыбку.

– Что я? – пожал плечами Могрен. – Я – штатный пилот вашей компании. Я полечу туда, куда вы прикажете.

– На участие в «Туре вокруг Солнца» уже дали свое согласие Охара, Сапронов, Инотти и Кагги.

– Неплохая компания, – удивленно поднял брови Могрен. – Как вам удалось их заманить?

– Деньги и реклама сделали свое дело. К тому же если в гонке принимает участие «Гепард» Тони Могрена, то, значит, она стоит того. Участие в такой гонке – честь для любого пилота. – Саттон достал новую сигарету. – Но я привык, что на гонках, организованных «Саттон Индастриз», побеждает мой пилот.

– Естественно: выигрываю я – выигрывает ваша компания, – усмехнулся Могрен. – Надеюсь и в этот раз оправдать ваше доверие, господин Саттон.

– Тебе предстоит разметить трассу и рассчитать объем топливных баков.

– Мой «Гепард»?

– Ждет тебя в боксе.

* * *

В течение двух недель Тони Могрен на своем гоночном «Гепарде» вместе с кораблями технического обслуживания занимался подготовкой трассы к предстоящей гонке.

Старт был назначен с орбитальной станции «Меркурий-5». До гравитационной границы Солнца гоночным катерам предстояло идти каждому по своей дорожке, стреляя последовательно по трем мишеням, установленным на заякоренных бакенах. Пилот, не попавший в мишень, не имел права продолжать участие в гонке и должен был выполнить сложный маневр, чтобы повторно выйти на огневую позицию. Даже один такой повторный заход практически лишал гонщика шансов на победу, поскольку сжигал топливо, необходимое для того, чтобы добраться до финиша. После третьей мишени все дорожки сходились в одну – узкую, идущую по самой кромке гравитационной границы. Дальше трасса шла по очень крутой дуге, и здесь все зависело от мастерства пилота и мощности мотора его катера. На центральном отрезке дуги находился еще один ряд мишеней. В наиболее выгодной позиции при стрельбе по этим целям оказывался лидер, потому что мишени располагались так, что каждому последующему участнику гонки приходилось бы все дальше отклоняться от основной трассы для того, чтобы выйти на огневой рубеж. Почти замкнув петлю вокруг светила, гонщики вновь выходили на прямой отрезок трассы и финишировали там же, где и стартовали, – у станции «Меркурий-5».

Предстоящий «Тур вокруг Солнца» пользовался ошеломляющей популярностью. Трассу не покидали корреспонденты различных информационных агентств, аккредитованные на предстоящей гонке, ведущие нескончаемые репортажи о подготовке трассы. Они мешали работать техническому персоналу и вконец замучили Могрена назойливыми просьбами об интервью и настоятельными требованиями дать прогноз, кто же станет победителем гонки.

Пару раз готовящуюся трассу посетил сам Керк Саттон. Каждый раз он требовал, чтобы контрольные буйки были передвинуты еще ближе к гравитационной границе – меньше всего его интересовала безопасность участников гонки.

Сам Могрен наибольшее внимание уделил именно размещению кораблей службы безопасности, но, как почти всегда при организации подобных соревнований, потенциально опасных мест на трассе оказалось больше, чем предоставленных в его распоряжение групп спасателей.

Наконец все, или почти все, было готово. Старт гонки «Тур вокруг Солнца» был назначен на ближайшее воскресенье. За сутки до старта все места, подготовленные для зрителей на станции «Меркурий-5», несмотря на баснословную стоимость билетов, были заполнены. И это при том, что вживую зрители смогут увидеть только старт и финиш гонки. Все основные перипетии борьбы на трассе они, как и миллионы других болельщиков во всех концах Галактики, будут наблюдать с помощью видеокамер, установленных на всех участках трассы и на катерах гонщиков. Изображение проецировалось на огромный объемный экран, развернутый в зрительном зале.

На старт гонки вышли десять пилотов: Тони Могрен, Синити Охара, Мартин Бремер, Андрей Сапронов, Ори Кагги, Гюнтер Шварцкопф, Павел Инотти, Хайно Дет, Дик Хаммер и Фрэнк Лунни.

* * *

Я занял свое место в кабине «Гепарда» за десять минут до старта. Странно, но каждый раз перед началом гонки, стоит мне только сесть в кресло пилота и застегнуть страховочные ремни, меня сразу же отпускает предстартовое волнение, исчезает мандраж, дергающий меня изнутри, когда я иду к своему катеру по эстакаде, прикрыв ладонью глаза от бликов фотовспышек и яркого света софитов.

Я закрепил на левом ухе клипсу с наушником, вывел к углу рта скобку с микрофоном и вышел на связь со своим ведущим Гюло Деланти.

– Тони, как слышишь меня?

– Отлично, Гюло. Связь в порядке.

– Приборы?

Я пробежал глазами по приборной панели – все показатели в норме.

– В порядке.

– Пушка?

Я включил прицел лазерной пушки, поводил им из стороны в сторону.

– В порядке.

– Уровень горючего?

– Не шути, Гюло, его проверяли судьи.

– Проверь и ты.

– В норме.

– Рабочий монитор?

Слева от меня монитор, на котором десять разноцветных крестиков показывают положение катеров во время гонки. Сейчас все они стоят внизу экрана, вытянувшись в одну линию. Черный крестик, третий в ряду, – это мой «Гепард».

– Монитор работает.

Весь этот разговор – обычная рутинная процедура перед стартом.

– Господин Саттон хочет сказать тебе пару слов.

– Тони, – гнусавый, скрипучий голос Саттона выдавил из наушника ровный, успокаивающий басок Гюло. Он сделал паузу, и я представил, как Саттон затягивается своей длинной вонючей сигаретой. – Я уверен, что ты не подведешь меня и в этот раз. Желаю победы.

– Спасибо, господин Саттон, – ответил я бодрым голосом самоуверенного ковбоя.

Интересно, влезают ли главы компаний, финансирующих других пилотов, в их предстартовые разговоры с ведущими?

– Даю минутную готовность, – раздался из динамика на потолке бесстрастный, обезличенный звуковыми фильтрами голос главного судьи. Хотя, наверное, таким он и должен быть.

Вслед за его голосом из динамика посыпались мерные щелчки-горошины, отмеряющие секунды.

Я включил зажигание и дал продувку всех сопел. Затем отключил маневровочные двигатели и вывел кормовые стабилизаторы в нейтральное положение.

Прямо передо мной, закрывая две трети широкого лобового иллюминатора, висит разбухший ком кипящей плазмы, коричнево-красный из-за опущенных светофильтров. Обогнуть его и вернуться к месту старта – на все это должно уйти чуть больше двух часов. Задача заключается в том, чтобы прийти к финишу первым и не свалиться в этот бурлящий котел – всего-то дел.

На приборной панели загорелся ряд из десяти красных огоньков – десять секунд до старта, – гаснущих один за другим.

Я включил форсаж ведущего двигателя. Он взревел мощно, ровно, без надсада. Теперь катер удерживали на месте только причальные стропы.

– Удачи, Тони, – услышал я голос Гюло. – Давай.

– Ага, – ответил я ему.

Погас последний красный огонек.

Старт.

Стропы отвалились в стороны, и катер рванулся вперед. Тело вдавило в амортизационное покрытие кресла.

– Как двигатель? – спросил Гюло.

– В порядке, – ответил я, взглянув на показания приборов.

– У Дета возникли какие-то проблемы на старте, но сейчас он уже подключился к гонке.

Я взглянул на монитор. Красный крестик заметно отставал от других.

Мой катер шел бойко и ровно, как на автопилоте. Похоже, что до выхода на дугу никакой серьезной борьбы на трассе не намечалось.

Первую мишень я поймал в перекрестье прицела еще до выхода на линию огня. Выстрелил я с самой дальней возможной для поражения мишени точки, чтобы в случае неудачи попытаться повторить выстрел, не делая виража и не выходя на огневой рубеж повторно. Мишень разлетелась вдребезги.

– Отлично, Тони, – похвалил меня Гюло.

– Стараюсь, – ответил я. – Как отстрелялись остальные?

– Неплохо. Никто не промахнулся. Но Бремер и Шварцкопф потеряли скорость при изготовке к стрельбе.

Уже три крестика на экране монитора отставали от основной группы.

Реальными соперниками для меня в этой гонке могли стать только Охара, Инотти и Сапронов. Ну, может быть, еще и Лунни, если он не станет, как это с ним случается в последнее время, мазать по мишеням. Дет, Шварцкопф и Бремер неплохие пилоты, но все-таки пока еще не дотягивают до того, чтобы претендовать на победу в серьезной гонке. Для каждого из них сегодня и третье место – предел мечтаний. Кагги вообще впервые выступает в классе сверхскоростных катеров, хотя пока идет неплохо.

Со второй мишенью я немного замешкался, не сразу поймал ее в прицел, но выстрелил без промаха.

Промазал по второй мишени Лунни – не везет ему со стрельбой, – и ему пришлось через вираж выходить на линию огня повторно. В результате он оказался в самом хвосте. Но Лунни – парень упорный, будет продолжать борьбу и, кто его знает, может быть, еще и выйдет на одно из призовых мест.

Мне всегда бывает жалко Сапронова, когда я участвую с ним в одной гонке. Одаренный пилот, но почти всегда оказывается за пределами первой тройки. И все из-за паршивого двигателя, который стоит на его «Буране». Вот и сейчас он идет на одном уровне с Хаммером, едва дотягивая до группы лидеров, в которой собрались Охара, Инотти, Кагги и я.

Упорным, однако, парнем оказался этот Кагги. Он вышел из борьбы у самого огневого рубежа третьей линии мишеней. У его катера задымился двигатель, его швырнуло в сторону, прямо на мою дорожку. Чтобы избежать столкновения, мне пришлось резко бросить «Гепарда» вниз. Я едва успел вернуться на трассу, не пропустив мишень. Стрелял я уже почти наугад, едва не протаранив мишень носом катера.

– Ну, Тони! – услышал я вздох облегчения Гюло. – У меня из-за тебя чуть было сердце не остановилось.

– У меня самого оно в горле застряло.

– Кагги столкнулся с Охарой. Оба вышли из гонки.

На мониторе два крестика, оранжевый и желтый, слились в один.

– Цель? – спросил я.

– Да не волнуйся, попал.

– И то хорошо.

К этому времени Лунни уже обошел плохо отстрелявшихся и ушедших на вираж Дета и Бремера, обогнал Шварцкопфа и вплотную подобрался к паре Сапронов – Хаммер. Мне же предстояло бороться только с Инотти.

У самого выхода на дугу мне удалось-таки, подрезав Инотти, выскочить на трассу первым. Не снижая скорости, я шел по самому краю гравитационной границы, обозначенной контрольными буйками. Какое-то время Инотти держался у меня в хвосте, спустившись чуть ниже, но понемногу начал отставать.

– У Инотти, похоже, неприятности с двигателем, – прокомментировал Гюло. – Очень уж резво ты от него уходишь.

– Тони, – раздался вдруг голос Саттона. – Ты уже почти победил.

– Не сглазьте, господин Саттон.

– Тебя не сглазишь, – усмехнулся он. – Тони, попридержи немного своего «Гепарда», дай Инотти догнать тебя. Иначе гонка станет неинтересной. Изобрази что-нибудь, похожее на напряженную борьбу перед финишем.

– Хорошо, – ответил я.

А что еще я мог ответить человеку, которому принадлежит мой катер и который оплачивает мое участие в гонках? Он мог бы попросить меня проиграть гонку, и я все равно ответил бы: «Хорошо».

Инотти снова сидел у меня на хвосте, когда я вышел к мишеням, установленным в середине дугообразного отрезка трассы. От злости на Саттона, выходя на огневой рубеж, я выкинул коленце: резко бросил катер в сторону, направив его не к первой, ближайшей к кромке и поэтому наиболее удобной для лидера мишени, а к третьей. Инотти, уже нацелившийся на вторую от кромки мишень, заметил мой финт и, решив выйти вперед, круто заложил влево, выводя катер на оставленную мною первую мишень.

Позиция для стрельбы у меня была неудобной, и я полностью сосредоточился на прицеле. В прицел попадал только самый край выбранной мишени, но я все же решился выстрелить. И не промахнулся.

– Что это за кренделя ты выделываешь, – зашипел мне в ухо Гюло.

– Борюсь с Инотти, – буркнул я в ответ и посмотрел на монитор, чтобы выяснить, где же сейчас находится мой соперник.

Голубого креста, обозначающего катер Инотти, на экране не было.

– Где Инотти? – недоуменно спросил я у Гюло.

– Инотти сошел с трассы, – каким-то странным, сдавленным голосом ответил он.

– Я не вижу его на экране.

– Пытаясь выйти к первой мишени, Инотти сбил контрольный буй.

– Он вылетел за гравитационную границу?

– Да.

Еще сам не понимая, что собираюсь сделать, я включил усиленный форсаж правого маршевого двигателя и почти на одном месте развернул катер. Теперь я видел катер Инотти в иллюминатор. Казалось, что он стоит неподвижно, но я знал, что из сопел всех его двигателей сейчас вырываются струи пламени, невидимые на раскаленном фоне пылающей звезды. Только столб этого невидимого пламени пока еще удерживает катер невдалеке от контрольных буйков, борясь с чудовищной силой, неумолимо затягивающей в кипящую глубину.

– Что ты собираешься делать? – взволнованно почти прокричал Гюло.

И тут же голос Саттона:

– Тони, продолжай гонку! Инотти займутся спасатели!

Кто-кто, а уж я-то прекрасно знал, что спасателей поблизости нет, и вообще, сумеют ли они подоспеть вовремя и вытянуть Инотти прежде, чем он сожжет все свое топливо?

Я повел свой катер назад, к Инотти.

– Черт возьми, Тони! – заорал в наушнике Саттон. – Немедленно развернись и продолжай гонку! Я приказываю тебе! Слышишь, ты!..

Я сорвал микрофон с уха и бросил на пол.

– Пропади ты… господин Саттон, – выругался я, но Саттон, к сожалению, услышать этого уже не мог.

Разогнав катер до максимальной скорости, я направил его по крутой дуге так, чтобы едва коснуться линии контрольных буйков в том месте, где завяз Инотти. Маневр удался. Ударившись бортом о бакен, я выбросил магнитный захват и зацепил им катер Инотти. Мой «Гепард» конвульсивно дернулся, развернулся носом от Солнца и, протяжно ревя, замер на месте.

«Гепард» хорош в свободном беге, а на то, чтобы вытащить катер Инотти, силенок у него, конечно же, не хватило. Лучшее, на что мы вместе с ним могли надеяться, – это удержаться на месте до подхода спасателей. Запас топлива был израсходован только наполовину, но сейчас все двигатели работали на предельной тяге и топливо сгорало раз в пять быстрее, чем на трассе. Значит, времени у нас в запасе было около десяти минут.

Я посмотрел на экран монитора – как там положение на трассе?

Первым шел Лунни!

Наконец-то этому парню повезет и он займет призовое место.

На хвосте у него сидел Шварцкопф. Сапронов же безнадежно отстал. Когда он наконец пересядет со своей клячи на приличный катер?

Я поднял с пола наушник и приложил его к уху.

– Гюло, ты меня слышишь?

– Слышу. Что ты наделал, Тони. Саттон зол, как бешеный слон.

– Бог с ним, с Саттоном. Спасательные корабли далеко от нас?

– Не очень. – Гюло замялся. – Но… Тони, бросай катер Инотти! – выпалил он вдруг. – Ты его все равно не вытянешь, а тебя самого понемногу стаскивает к гравитационной границе!

– Передай от меня привет победителю. Похоже, это будет Лунни, – сказал я и отложил микрофон с наушником в сторону.

Мне не хотелось ни говорить, ни слушать кого бы то ни было. Я сделал то, что должен был сделать в сложившейся ситуации, и сейчас уже не время что-либо менять. В конце концов, очень может быть, что Инотти сорвался с трассы именно из-за моего дурацкого виража возле мишеней.

Двигатель «Гепарда» заревел на более высоких тонах. Мой черный крестик начал заметно сползать к краю экрана. Это означало, что у Инотти кончилось топливо и мой «Гепард» ведет борьбу с проклятым светилом за двоих. И вряд ли его хватит надолго.

В этот момент что-то лязгнуло о корпус катера, и в иллюминаторе прямо передо мной, выдувая мне в лицо струи огня, завис, зацепив «Гепарда» магнитным захватом, катер Лунни.

Не знаю, кто придет к финишу первым, но, если спасатели успеют нас вытянуть, я всегда буду считать победителем этой гонки именно Лунни.

Content

Калугин Алексей Тур вокруг Солнца

Алексей Калугин ТУР ВОКРУГ СОЛНЦА