Кира Филиппова

От принцесс добра не ищут

Автор благодарит Ольгу Алиферову за пространные, но справедливые замечания в адрес героев и готова смириться с ними в очередной раз, как только представится возможность.

Пролог

Изумрудное сияние Сардерова моря. Волны, стремительно подгоняемые порывистым ветром, с разбега разбиваются о скалы, медленно сползая вниз по щербатой ржаво-бурой поверхности, пенясь у самой кромки берега, чтобы впитаться в расплавленное золото песка.

Здесь, на юге, граничат между собой три королевства.

Сразу же за извитой грядой скал, словно развалившаяся на солнцепеке пантера, начинается земля Ванторто. Голова пантеры, покоящаяся на вытянутых лапах, приходится на ту часть королевства, где расположились владения короля Эдварда и королевы Авроры, отсюда они управляют остальными землями Ванторто. Более узкую полосу, напоминающую хвост зверя, составляют смешанные леса с вклинившимися в них проплешинами затянутых тиной болот. Рядом примостился Иллион – относительно молодое королевство, вмиг сыскавшее славу благодаря знаменитой Гильдии – места, где проходят квалификацию маги.

На юго-западе к Ванторто непосредственно примыкает королевство Хорсига, здесь цепочка скал, неумолимо обрываясь, дает место для широкой ленты полесья. Королевство солнечных равнин – так называют его местные жители. Равнины сменяются ущельями Западной Кабарии – едва обжитой людьми территории. Единственной земли, где можно встретить последних представителей расы хетсингов.

Еще ближе к западу горная полоса, вновь смыкаясь, окружает кольцом Тантос – оторванное от остальных суверенное владение, принадлежащее некромантам. Стоит задрать голову повыше, да так, чтобы шапка слетела, и среди горных вершин можно рассмотреть каменные стены Ландеры. И даже неизвестно, чему больше удивляться. Тому, что город был сооружен гномами всего за три дня, или его маленькой хозяйке, едва научившейся разборчиво ставить свою подпись в свитках.

Если идти на север от Ландеры, непременно наткнешься на Лиос, а заодно и на населяющих его эльфов-полукровок. Чистокровные давно покинули Лиос, обжив Запредельные Земли и не захотев разделить соседство с человеческой расой. Зеркально Лиосу, через сотни миль, нежится на солнце и утопает в цветах Флердоранж, к которому на востоке примыкает небольшое королевство Дэйтон с сетью разбросанных хрустальных озер, настолько чистых, что жители могут ловить рыбу голыми руками.

Будто две сестры, неразрывно связаны между собой Елессия и Либия. Благо их правители успели вовремя породниться, тем самым утратив желание к завоеванию друг друга.

И только полночные государства, разделенные между собой Запретной Границей, обозначаются на карте сплошным черным массивом, тучей нависшим над прочими королевствами. Немудрено, что именно здесь делят власть оборотни и вампиры, сюда закрыта дорога простым смертным, ибо люди – не самая подходящая компания для сил нечистых.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Сделка

Глава 1. Принцы. И как с ними бороться

Весна. Пьянящие ароматы жасмина и ландыша, переплетаясь в воздухе, растворяются высоко в небе, подернутом слабой дымкой намечающегося тумана. Замечательное время года, пробуждающее ото сна саму жизнь. Пора, когда природа, сонно потягиваясь под янтарным сиянием приветливого солнышка, придирчиво разглядывает свои владения, готовясь составить список первоочередных дел. Мерзлая, затвердевшая земля уже успела оттаять, пригрев на себе молоденькую травку, крестьяне спешно засеяли поля, взрыхлили грядки, посадили тоненькие черенки. Хорошее время года, но хлопотное. Так как на кладбище начинают разрывать оттаявшую землю на могилах мертвяки, упыри, вурдалаки и прочая оголодавшая после зимней спячки нечисть.

Разве что сейчас, когда вот-вот забрезжит рассвет, обитатели добротных деревянных гробов уже сидят у себя, боясь пропустить пение первых петухов.

Предрассветная истома разошлась вдоль горизонта, накрыв полесье и заставив горожан распахнуть настежь окна. Прохладный ветерок разом прошмыгнул в приоткрывшуюся лазейку и стал методично перебирать разложенные на столе листы бумаги с оттиском королевской печати – посеребренным бутоном еще нераскрывшейся розы.

В темном подвальчике, некогда отведенном под харчевню для не слишком богатых горожан, собрались ведающие в магии жители Хорсиги.

Колдовать открыто, не боясь налогов, взимаемых суровой инквизицией с незарегистрированных магов, было позволено. Получи лицензию у ее высочества на право заниматься колдовством с последующим применением магии во благо народу, пройди курс практической подготовки у придворного мага Тайроса и ворожи сколько хочешь. Да только не всех берут, Тайрос обучает лишь исключительно одаренных. Поговаривают, что на занятиях саму принцессу увидеть можно. Только разве появится принцесса вдруг среди простого народа?

Хотя… все может быть.

Маленькая, полноватая, не в меру энергичная бабулька в черном сарафане, неумело расшитом бисером, закончила подсчитывать монетные столбики, аккуратно разложенные на столешнице в несколько рядов. Торговка незаметно спрятала парочку каролий (валюты, признанной в королевствах за денежный эталон) в карман и продолжила аукцион.

– Лот номер одна тыща шешдесят четвертый. Штатуя Проштиштоша! Первоначальная цена: двешти каролий. – Старательно шепелявя, она сдернула кусок льняного полотна, покрытого засохшими бурыми пятнами.

Народ недоуменно зашептался, разглядывая двухметровую колонну мраморного происхождения, достигающую макушкой прогнившие доски потолка. Однако поднимать руку никто из присутствующих не торопился.

– Не знаете случайно, чего предлагают? – шепнула я на ухо приземистому дядьке, сумевшему за ночь прикупить себе две пары нестаптываемых туфель и бутыль с просроченным зельем молодости.

– А, статую Простистоса продают, – вяло отозвался тот, успев мимоходом приложиться к булькающему снадобью, подозрительному похожему на перестоявшую на солнце медовуху.

– Прости… что? – переспросила я, разгоняя вокруг себя приторное амбре.

– Простистоса, – беззлобно повторил дядька. – Колдун-отшельник в седьмом поколении, специализируется на погоде, в основном на дожде. Всю жизнь провел в горах, скрываясь от любопытных глаз.

Интересно, кто тогда сию глыбу успел обтесать, если этот колдун никого к себе не подпускал? Искусство – вещь особенная. Тут важен полет фантазии, причем чем выше запланирован полет, тем пропорциональнее цифра будет значиться в ценнике.

– Двести пятьдесят! – подняла руку худенькая девица, окруженная забором из здоровенных небритых детин, с видом наемников с тридцатилетним стажем посматривающих по сторонам.

– Триста каролий! – тут же оживился рядом сидящий старичок. Подпрыгнул на скамейке и бодро затряс березовым посохом над головой, будто собираясь одним ударом снести весь частокол из верзил-конкурентов.

Бабка заулыбалась, точно имела к мраморной статуе непосредственное отношение, протерла ее подолом сарафана, набивая цену.

– Тришта каролий раз, тришта каролий два…

– Четыреста! – топнула изящной ножкой девица и, немного подумав, добавила: – По просьбе ее высочества.

При упоминании ее высочества я инстинктивно поправила капюшон, и без того полностью скрывающий мое лицо, и поплотнее закуталась в плащ.

Любопытно, как бы отнеслась вышеназванная принцесса к столь необычному подарку?

Дедок недовольно хмыкнул, но более весомого аргумента придумать не смог, ибо соперничать в покупке предметов интерьера с самой принцессой не отважился.

– Четырешта раз, четырешта два, четырешта три! Продано! – Торговка стукнула по прогнувшемуся медному тазу.

Собравшиеся восхищенно проследили, как два чурбана поволокли статую по лестнице, чуть не грохнув ее об одну из каменных ступенек, и вновь переключились на затянувшуюся торговлю редкими экспонатами, что выставлялись в заброшенной харчевне с четверга на пятницу каждого третьего месяца.

– Лот номер одна тыща шешдешят пятый. Брашлет гранатовый, шаморегулирующийшя. Переношит владельца на дешять миль в любом выбранном направлении, заряжается от обычного шартанского янтаря. Номинальная цена: дявотьшот каролий, – позвякивая миниатюрными червлеными камушками, объявила торговка.

Эх, вот буквально позавчера вечером выбросила подобную вещицу. Кто же знал, что за нее такую сумму выручить можно… Браслет, конечно, исправно работал, согласно инструкции, только вот с разбросом этих миль накладочка вышла. Переместить-то меня переместил… в общем, благо рядом лодка рыбацкая проплывала, иначе почивать мне было на дне. Потому что плавать я не умею, да и мили оказались не сухопутными, а морскими.

– Даю тысячу! – выкрикнул из дальнего угла одутловатый мужик в меховой накидке. – Заворачивать не надо!

Судя по ехидным взглядам в его сторону и отсутствию конкурентов на приобретение браслета, не я одна успела окунуться в прохладные воды Сардерова моря.

Бабка согласно отбила положенный правилами удар в таз и довольно потерла руки. Аукцион приносил ей неплохую прибыль, даже если учитывать королевские налоги.

– А на шегодня прошу меня извинить – товары закончилишь. Приходите в шледующий раз, – откланялась она, собирая монеты в шелковый платок.

Ну и аферистка. Небось оставит себе две трети выручки, а к концу недели в другое королевство за новыми безделушками съездит, по дешевке выкупит.

Меня заставляла появляться здесь исключительно невозможность самой наведаться в эти самые королевства и выбрать понравившийся товар лично. Вот и сегодня я уходила из харчевни, что находилась на окраине города, с одним лишь противоядием от сока чернильного дерева. Само дерево в наших климатических условиях не произрастало, да и завезти яд было некому. Уж больно далеко надо за ним отправляться – на Бродские болота. Прихватила я зелье только с одной целью: порадовать Тайроса, моего наставника, коллекционирующего редкие яды и противоядия к ним.

Народ стал потихоньку расходиться. Первым исчез счастливый обладатель браслета, который не преминул воспользоваться ценным приобретением на практике (надеюсь, плавать он умеет).

За ним потянулась пара-тройка магов-самоучек из окрестных городов, с десяток селян и хозяин оружейной лавки, польстившийся на бывший в употреблении сайдак с проржавевшими стрелами.

Пора и мне честь знать, покуда Маргарита не хватилась. Хорошо хоть до замка короткая дорога есть.

Сквозь пелену утреннего тумана, нависшего над зеркальной гладью озера, пробивались слепящие лучи света. Солнце лениво оглядывало свои владения заспанным взглядом, задумчиво подпекая с одного бока растянувшийся, словно удав на холме, замок.

Охрана дружно посапывала, привалившись к каменной изгороди, кольцом окружающую замок. Под раскидистой яблоней возился садовник, пригребая руками бурую землю и аккуратно расправляя каждый листочек выращенного дерева. На балконе второго этажа, облицованного щербатым гравием, взбивала пуховые подушки горничная. Легкий, невесомый пух, подзадориваемый ветром, проворно опускался на головы дремлющей охране, щекоча носы.

Коридоры пустовали, выставив напоказ многочисленные двери, ведущие в никем не занятые комнаты. Слава Вальмонту – возле опочивальни меня никто не поджидал.

Спрятав купленное зелье под подушку, я скинула плащ и растянулась на перине прямо в платье, устало закрыв глаза.

Жених должен был подъехать к замку с минуты на минуту.

Принцы! Да кому они нужны?! Их только в моем королевстве не хватало! Вернее их как раз хватало. Особенно по пятницам, когда все дела государства отодвигались на второй план, наступал черед истинно королевских развлечений.

Пир горой, скачки на лошадях, охота на вепрей, омолаживающие процедуры в ванне с живой водой им изрядно успели поднадоесть. И считались если не признаком дурного тона, так свидетельством пошатнувшегося материального положения уж точно.

«Каждый уважающий себя правитель обязан колдуна опасного завалить, королевство новое к своему присоединить и наследника толкового родить», – значилось в негласном пособии для будущих королей.

Разумеется, последнюю участь великодушно отводили женскому населению. Да не какой-нибудь простушке из деревни, а принцессе. Ну, на крайний случай, баронессе или графине. Тяжела долюшка девичья, зачем мне было принцессой на свет появляться?..

Массивная дубовая дверь тихонечко приоткрылась, и в образовавшемся проеме показалась голова Марго, кокетливо повязанная чепчиком. Серо-голубые глаза горничной быстро оценили измятость платья и товарный вид его хозяйки.

– Все спишь? Скоро уж жених пожалует! Встала бы, переоделась, – насмешливо произнесла девушка. – Опять из замка ночью выходила, чтобы магических штучек прикупить?! – Последняя фраза значилась уже как утверждение и была озвучена над самым моим ухом.

– Выходила, – созналась я и, не очень-то надеясь на положительный ответ, предложила: – Может, ты вместо меня выйдешь? Правителю ведь все равно, с кем разговаривать. А ты этикету обучена, над кандидатом в супруги смеяться не станешь, когда тот своими подвигами хвастаться начнет. Похвалишь его с пару раз да восвояси отправишь.

Я накрылась с головой одеялом, сейчас Маргарита по традиции начнет меня распекать.

– Лиз, да на въезде в королевство твой портрет висит. Будь правитель очередной державы хоть трижды дур… не слишком обремененным умом, а враз смекнет – дело не чисто, – ухватилась за край стеганого одеяла Марго.

– А ты ему скажи, что на днях с опытами по трансформации внешности перестаралась. Планировала преобразиться до блондинки с наивными голубыми глазами, а получилось куда глобальней, – не хотела делиться одеялом я.

– Лиз, ну что тебе стоит выйти на пару минут? Пошлешь его на бой с некромантом, который вот уже десять лет угрожает королевству. Помнется жених с какое-то время да вернется назад в свое королевство. Никто не хочет стать лишним экспонатом в коллекции чернокнижника. – Маргарита села рядом.

Я вздохнула, потерла глаза и обреченно махнула рукой, мол, что теперь поделаешь. Родилась принцессой, отвечай за свое социальное положение по полной программе. Горничная радостно подскочила и бросилась за платьем. Ей бы в советниках служить, а не платья принцессам подносить.

Через минуту я, затянутая в местное орудие пыток – корсет, тоскливо созерцала свое отражение в зеркале. Курносая пигалица девятнадцати лет с непослушными каштановыми волосами, упорно не желающими поддаваться какой-либо дрессировке и заплетаться в косы, и хитрыми зелеными глазами.

– Красота неописуемая! – гордо возвестила Марго, еще туже затягивая шнуровку.

– Ох… Вот уж точно: описывать меня никто не взялся.

Художники вообще были в королевстве на вес золота. Что поделаешь, не любила я полдня стоять на одном месте, чинно вскинув голову и перебирая в руках полевые цветочки. Через сорок минут мне уже хотелось увидеть результат напряженного пошатывания на каблуках. Я бесцеремонно разворачивала к себе мольберт, на котором оказывался лишь слабо прорисованный анфас, больше похожий на разбуженную посреди дня упыриху с картинки из третьего тома учебника по идентификации нечисти.

– Смотри, будешь дальше характер показывать – одна останешься, – пригрозила Марго.

Я мечтательно закатила глаза.

– Хотелось бы в это верить, – с надеждой сказала я и тут же почувствовала, как одна из булавок кольнула шею. – Эй, ты чего! Ладно, ладно, уж и пошутить нельзя.

– Дошутишься, – застегивая платье, буркнула Марго.

Со двора донесся цокот копыт, звуки горна, и тоненький, но уверенный в свой силе голос величаво объявил, что принц Карнелио Карторис Карл III – правитель Дэйтона, прибыл.

– Уже здесь?! – схватилась за голову горничная. – Лиз, давай быстрее!

Я поспешила к окну, чтобы оценить очередного «супруга». Но по пути неосторожно наступила на шлейф платья. Кружевной подол угрожающе затрещал и остался лежать на полу.

Маргарита тяжело вздохнула. Не впервой.

– И так сойдет. Иди лучше парня встречай!

Я неохотно расправила складки платья, убрала выбившуюся прядь волос за ухо и неспешно вышла из своих покоев, по пути старательно любуясь достопримечательностями в виде раритетных ваз и портретов моих предков.

– Лиз! – легонько подтолкнула меня в спину Маргарита. – Давай живей!

– Не дают искусством насладиться, что за люди, – фыркнула я, но все же ускорила шаг.

В тронном зале меня уже поджидал сегодняшний жених и его свита. Назвать парнем его мог только человек с непоправимо плохим зрением.

Толстенький, лысенький, с выпученными рыбьими глазами и выпирающим животом. Типичный правитель предпенсионного возраста, он вальяжно восседал на предусмотрительно взятом в дорогу высоком кресле, обитом красной бархатной тканью. Свита же была представлена исключительно загорелыми дюжими ребятами, хмуро подпирающими колонны тронного зала.

– Приветствую, – вежливо поздоровалась я, присаживаясь на трон и смиренно складывая руки на коленях. – Рада видеть вас в своем королевстве.

– Элизабет, мое почтение! – Он, едва приподнявшись, тут же плюхнулся обратно в кресло. Жестом фокусника извлек из-за пазухи довольно измятый свиток (видно, не мне одной уже успел огласить его содержание) и с выражением произнес: – Ты еще прекрасней, чем мне казалось!

– Креститься надо, когда кажется, – пробурчала я себе под нос, но все же милостиво тряхнула головой. Пускай продолжает.

– У тебя такие же изумрудные глаза, как и у Хелены. Потрясающее сходство!

– Вы знали ее?! – чуть подалась вперед я.

– Видел несколько раз на приеме у Леонарда, твоего деда.

Я стиснула кулаки. Окружающие знали мою маму лучше меня.

– А я никогда не видела вас в Хорсиге. Да и дед не упоминал, что знаком с вами.

– Да… мы какое-то время не общались… – Карнелио кашлянул. – Но теперь можно все исправить. Не так ли?

Мне захотелось поскорее избавиться от его общества. Если дед не приглашал Карнелио в Хорсигу, на то были свои причины. Неприятный тип.

– Ближе к делу, – официальным тоном попросила я, вспоминая, что ко мне еще сегодня должен приехать друг детства – Алан.

Карнелио запнулся, пробежался глазами по тексту, нашел финальную строчку и гордо провозгласил:

– Свадьба во вторник!

– Чья? – наивно спросила я.

– Наша!

– Чья ваша? – продолжала изображать полное непонимание я.

– Моя и твоя, – начал краснеть женишок.

– Ах эта, – отмахнулась я, будто обсуждала не свою судьбу, а прогноз погоды на завтра. – Свадьба – дело хорошее! Не всякий на него отважится, – совершенно искренне сообщила я.

– В самом деле?! – выпятил грудь Карнелио. Правда, живот все равно продолжал занимать лидирующее положение.

– Конечно! Мало кто решится некроманта за три дня убить. – Поняв, что расстаться полюбовно не получится, пришлось пойти на радикальные меры.

– Какого некроманта? – не понял жених.

Я устало зевнула, наморщила лоб, вспоминая точную формулировку, и заученно затараторила:

– Некромант – колдун, наделенный способностью оживлять умерших. Заключил безвременный контракт со смертью. Некромант может подчинить себе любую нечисть, будь то вурдалаки, упыри, сеначи, абраки…

– А при чем тут чернокнижник? – перебил меня Карнелио.

– При том, что именно он с младенчества моего королевство терроризирует. То мор нашлет, то засуху устроит, вот на этой неделе вообще распоясался: решил налогом обложить. Так что, муж будущий, придется тебе ехать к нему в логово, насмерть драться, – безапелляционно заявила я, закидывая ногу на ногу.

– Нашла дурака! – Карнелио покрутил пальцем у виска.

– Ага, нашла, – тактично согласилась я.

Карнелио подскочил с кресла, как с раскаленной сковородки.

– Ты мне брось! Не боюсь я некромантов. У меня, может, против них тайное оружие есть.

Я отмахнулась, навесив на лицо самое серьезное выражение.

– Что ты! Какие шутки, о тебе же забочусь. Вот представь. Решим мы свадьбу сыграть, а тут как раз этот самый некромант и заявится, права качать начнет. И попробуй его только не пригласи – все королевство сожжет, тебя до владений твоих погонит, – описала я перспективу.

Карнелио на секунду растерялся, поскреб затылок, соображая, что бег с препятствиями до логова некроманта вряд ли осилит, и неожиданно схватил висящий на шее амулет.

– Это еще неизвестно, кто кого погонит! Пусть только сунется, мигом у него охоту по чужим замкам шляться отобью! – И он решительно потряс янтарно-желтым камнем, вставленным в основание амулета.

Очевидно, соискатель на этот раз попался с патологией. Прежние кандидаты, едва заслышав об орудующем поблизости некроманте, тут же вспоминали о забытом, но ужасно важном деле, деликатно откланивались и разъезжались по домам.

– Тогда зачем ждать? Отправляйся прямо сейчас, я тебе даже карту дам, как к некроманту добраться, – сказала я, припоминая, что на чердаке как раз завалялась карта одного заброшенного родового поместья, сплошь заселенного нечистью, как пенек опятами. – Справишься с чернокнижником – свадьбу сыграем.

– Э, нет! Я вон лучше их пошлю, – он кивнул на двухметровых телохранителей, – а сам здесь подожду. Кстати, я слышал, что твой дед магией увлекался, и ему даже удалось создать парочку занятных вещиц. Не покажешь лабораторию? – вкрадчиво спросил Карнелио и лукаво добавил: – Как будущему законному супругу.

Ах вот почему он ко мне решил посвататься! Про деда узнал! Секреты захотел выведать, вещичками волшебными завладеть и моим королевством распоряжаться. Не на ту принцессу напал!

– Вон из замка! – насколько позволяла жизненная емкость легких, закричала я.

Первой (к моему удивлению) дрогнула свита, оторвавшись от колонн и отступив на пару шагов назад. Женишок продолжал сидеть в кресле, поигрывая амулетом.

– Ты не понял?! – ища глазами предмет повесомее, рявкнула я.

В дверях появилась перепуганная Марго вместе с охраной, сжимающей в руках по заточенному (специально для встреч с правителями суверенных держав) клинку. Марвел, начальник стражи, выпустил воздух сквозь зубы и поманил пальцем одного из громил свиты Карнелио.

– Не уеду я, пока в лабораторию не проводишь, – нагло произнес тот, сделав жест своей свите. Дескать, разберитесь.

Один из двухметровых истуканов достал ятаган и выскочил вперед, широкой спиной прикрыв своего правителя. Марвел тоже в долгу не остался, отдал приказ атаковать и, ловко орудуя клинком, невозмутимо вышел на середину тронного зала.

Карнелио, раскинувшись в кресле, внимательно следил за разворачивающимися событиями, умиленно подперев двойной подбородок пухлой ладошкой. Я злобно потерла руки и бросила негодующий взгляд на жениха, умудряющегося преспокойно посылать мне воздушные поцелуи. Не хватало еще, чтобы из тронного зала ристалище устроили! Тот лишь гаденько улыбнулся и поправил камзол на своем рахитичном животе… Как раз в эту секунду его камзол и полыхнул.

– Горю! – взял верхние ноты правитель, испуганно хлопая руками по парчовому камзолу.

Свита в замешательстве замерла, с опаской косясь на него.

– Чего стоите, болваны! Помогите мне! – взвыл принц, плашмя бросаясь на мраморный пол, чтобы загасить пламя.

Я насмешливо щелкнула пальцами. Огонь для порядка еще раз вспыхнул и тут же погас. Наемная рабочая сила правителя Дэйтона уважительно попятилась.

Карнелио пару раз дернулся, ощупал тело, проверяя наличие мелких деталей организма, и подозрительно уставился на меня.

– Ведьма? – наконец пришел он к скептическому выводу.

– Чур меня! Какая из меня ведьма, так, балуюсь понемногу, – делано отмахнулась я.

– Дед научил! – разгоняя едкий дым, констатировал правитель Дэйтона.

– Научил, – подтвердила я. – Так что, если не хочешь и остальные мои способности на себе проверить, забирай свою ораву и уезжай обратно.

Вообще-то, говоря о своих способностях, я немного переборщила. И даже не немного…

Да, я могла взглядом поджечь какой-нибудь предмет вроде занавески, скатерти или колпака нашего повара. Только пользы от этого было мало, разве что в королевстве на свечках сэкономили. Еще могла в будущее заглянуть. Правда, удалось мне это всего два раза, и то в особо экстремальных ситуациях.

Первый раз мне это удалось в возрасте восьми лет. Когда мы с Аланом, играя в разбойников у него в поместье, провалились в подпол к захоронениям. А уж у его семьи этих захоронений будь здоров! Для отца Алана, Адриана, нечисть – что-то среднее между домашними животными и объектами экспериментов по черной магии. Вот от одного такого разбуженного эксперимента мы еле спаслись. Вурдалак попался уж больно озлобленный условиями обитания. Это сейчас от Алана мертвяки да абраки по углам щемятся. А тогда, одиннадцать лет назад, он вперед меня бежать пустился. Если бы мне тогда потайной ход в стене не привиделся, давно бы мы с ним лежали в одном гробу с тем вурдалаком.

Второй раз все произошло на экзамене по приворотным зельям. Выстроенные в один ряд совершенно одинаковые колбочки подкупали своим светло-розовым, сладко пахнущим содержимым. Кто знает, что бы произошло, перепутай я мензурки и отхлебни зелье. Но посетившее предвидение подтолкнуло меня в нужном направлении. Во всяком случае, выползшая из террариума любимая кобра Тайроса по достоинству оценила и предложенное в виде угощения зелье, и его изготовителя. Что не оценил сам изготовитель, больше так и не появившийся в Хорсиге.

– Так что, подобру уйдешь? Или без развеивания пепла по ветру дело не обойдется? – прищурилась я.

Карнелио нехотя убрал амулет под одежду и, поджав губы, подал жест свите, легко подхватившей кресло вместе со своим господином. Я вышла на балкон и, на прощание помахав им платочком, благословила в обратный путь, чуть не ставший последним.

Ну и денек! Еще только утро, а уже приходится устраивать показательные пожарные работы.

– Он уехал? – шепотом спросила Марго, выглядывая из-за трона и поправляя сползший на лоб чепчик.

– Уехал. Стоило ради него утро портить, лучше бы выспалась, – вздохнула я.

– Да кто же знал, что так получится, – виновато пробормотала Марго. – А с виду такой приличный правитель.

– Все они с виду приличные, пока дело до свадьбы не доходит. Ладно, я к себе. Попробую вздремнуть пару часиков. А ты меня разбуди, когда Алан приедет, – попросила я, отправляя Марвела вместе со стражей обратно.

Горничная с трагизмом в глазах посмотрела на меня и, поняв, что по поводу приезда друга я не шучу, неохотно кивнула.

– Опять этот Алан! Ничему хорошему, Лиз, он тебя не научит. Где это видано, чтобы принцесса ночью по лесу шастала, нечисть искала!

Я хмыкнула. Где это видано, чтобы некромант с принцессой водился!

– Поздно спохватилась, раньше надо было наставления давать. И потом еще неизвестно, кто на кого плохо влияет. У Алана, кстати, тоже семья не слишком меня жалует. Терпит только из-за того, что Адриан был знаком с моим дедом.

Марго лишь покачала головой. Семью Алана она знала не понаслышке и откровенно побаивалась. А вы бы как отреагировали, познакомившись с молодым человеком, у которого живы все родственники до пятого колена? Нет, они не владеют неиссякаемым источником живой воды, а в их саду не сыщешь деревца с молодильными яблочками. Зато там можно найти с десяток разбросанных костей, главным образом большеберцовых, парочку свежевыкопанных могилок и несколько смирно сидящих на поводке упырей. Потому что Алан и есть тот самый некромант, который якобы держит в страхе не одно королевство. На самом деле Ал отличный парень, веселый и общительный. Ну не виноват же он, что профессия некроманта передается в его семье из поколения в поколение. Мы познакомились с ним, когда я в юном возрасте приехала вместе с дедом в их поместье. Дедуле понадобилась помощь в изготовлении какого-то запрещенного зелья, рецепт которого прекрасно знал то ли прапрадед, то ли прапрапрадед Ала.

Несмотря на всю скрытность некромантов, приняли нас весьма радушно. Даже пришлось отказываться от заботливо предложенной тушки только что освежеванного кролика. Моего деда Леона не то чтобы боялись, его уважали как справедливого короля и сильного мага. Поэтому в помощи никогда не отказывали. Но его не стало три года назад.

Тело короля Хорсиги нашли в лаборатории при странных обстоятельствах. Все двери и даже окна в помещении были наглухо закрыты опечатывающим заклинанием, а слуги все как один твердили, что в ту ночь не видели в замке никого постороннего.

Но кто тогда мог проникнуть в лабораторию и убить короля?..

Первые два года я тщетно билась над этой загадкой, пытаясь выяснить, кто совершил тот удар в спину, унесший жизнь самого близкого мне человека.

Бесполезно, убийца унес оружие с собой. Ни одной зацепки, ни одного даже слабого намека, ничего… Вдобавок на меня свалились все дела королевства, от которых я благополучно отмахивалась все предыдущие годы. Став наследницей престола, я не знала элементарных вещей, не умела руководить народом, вводить новые законы.

На выручку мне пришел Тайрос, одновременно став для меня наставником и просто хорошим другом. Фактически делами в королевстве распоряжался он, заведомо советуясь и попутно обучая меня тонкостям правления. До достижения мною двадцатилетнего возраста Тайрос являлся моим официальным опекуном, берущим на себя все трудности. Но время шло, я взрослела. В конце последней декады весны мне исполнится двадцать лет, и я единолично возглавлю престол.

Существует и второй вариант, поначалу показавшийся мне абсолютно неприемлемым. Лучше королевы может править только король. Однако я не могу представить рядом с собой чужого человека, в один момент взявшего государство под прицел своего кошелька.

Впрочем, сейчас я все больше над этим задумываюсь. В конце концов, надо руководствоваться благом моего народа, а не своими чувствами. Такова обязанность принцессы, и с этим придется смириться. Вот только ни один из правителей мне не понравился. Все они хотели либо задаром завладеть королевством, либо узнать секреты деда, которые тот тщательно оберегал от посторонних глаз. Я даже иногда сама предлагала Алану руку, сердце и прочие жизненно важные для некромантических потребностей органы, отчаявшись найти достойного претендента на роль будущего короля. Ал отшучивался, ссылаясь на то, что король и королева должны жить счастливо и умереть в один день. И если со счастьем еще как-нибудь можно наверстать, то дожить до столь преклонного возраста, как некроманту, мне не удастся.

Все возвращалось на круги своя. Я скрепя сердце ждала следующего правителя на белом коне… уповая на то, что конь сбросит своего хозяина по пути в мое королевство.

Лишь одна Марго не теряла надежды, что когда-нибудь по главной дороге проскачет тот самый эталон настоящего правителя. Как она меня только не уговаривала повнимательнее присмотреться к очередному жениху, на какие ухищрения не пускалась, чтобы поэффектнее выставить в моих глазах правителя какого-нибудь королевства. Напрасно, в моем сердце с каждым днем все крепче въедалось утверждение «принцев не существует».

Заснуть мне так и не удалось. Промаявшись полчаса и окончательно помяв платье, я села на кровати, свесив ноги. Видно, всю ночь мне сегодня не продержаться. Опять захочу спать под утро, не дождавшись у могилы торопящегося после комплексного ужина вурдалака, и Алу придется собирать его прах одному.

По полу гулял сквозняк, поэтому ступни сразу же замерзли. Выйдя из комнаты и пройдя пару метров до висящей на стене картины, я замерла. Холодом тянуло из приоткрытой двери дедушкиной лаборатории, причем это был даже не обычный сквозняк.

Дверной косяк покрылся корочкой льда, тоненькой, похожей на паутину. Я осторожно толкнула широкую дверь и переступила порог лаборатории. По пальцам ног тут же прошлись тысячи мелких иголок. Мраморный пол, а вместе с ним стены, широкий книжный шкаф из цельного дерева, темно-коричневая столешница и даже люстра, свисающая с потолка переливающимися хрустальными шарами, – все было покрыто льдом. Переступая с ноги на ногу, я в растерянности стояла так пару минут, не зная, как поступить. Со стены на меня с тоской смотрел обледеневший портрет кузины Флоренции.

Почему среди весны в моем собственном замке происходит подобное?! Ответ напрашивался сам собой: здесь не обошлось без магии, причем примененной явно не мной.

Это меня удивило еще больше. Слуги, включая Маргариту, относились к колдовству с большой осторожностью и благоговением, поскольку не понимали в нем ровным счетом ничего. Точно так же крестьяне постоянно путались в нечисти. Скажем, не могли отличить оборотня от вурдалака, хотя оборотень всегда относился к отдельной расе, не имея с нечистью ничего общего. Кроме меня в замке магией пользовался только Тайрос, но неделю назад он уехал на ежегодное собрание магов.

Я озадаченно посмотрела на бумаги, в беспорядке разбросанные на столе, в голову начали закрадываться смутные подозрения. А уж не вернулся ли тот самый правитель, что так настойчиво хотел почтить своим присутствием дедушкину лабораторию?

– Марго! – Я выскочила в коридор и понеслась по пушистому ковру. – Марго, ты где?

Горничная не отзывалась. Должно быть, спустилась вниз или находится в другом крыле замка.

Свернув за угол, я столкнулась с другой моей горничной, Бертой, самозабвенно поливающей герань дождевой водой.

– Где Маргарита? – схватившись за лейку, спросила я.

Берта сделала книксен и пожала плечами.

– Так я ее сегодня не видела, ваше высочество. Может, она в саду? Мне сбегать поискать? Я быстро!

– Нет, сама найду, – отказалась я.

Послушать Берту, так у нее все либо в саду цветочки собирают, либо землю для нового деревца рыхлят. Она будто помешалась на растениях, упорно подсовывая мне каждое утро букет очередных роз, дивно благоухающих тем, что еще вчера было коровьим ужином. Я спустилась по узкой винтовой лестнице и выглянула во двор, где меланхолично подстригал кусты сирени садовник. Плетеная шляпа с широкими полями двигалась поверх ровно обрезанных веток.

– Да куда же она подевалась? – вслух спросила я саму себя.

Сзади предостерегающе хрустнула ветка.

– Вот и я думаю – куда? Знала ведь, что на календаре пятница, тринадцатое! Так вместо того, чтобы встречать друга, она по замку носится, – раздался над ухом знакомый голос. – Ну и где теперь твою совесть искать будем?

Я обернулась и, радостно взвизгнув, бросилась на шею тому самому другу, заодно исполняющему обязанности некроманта. Высокому голубоглазому парню со светло-русыми вьющимися волосами.

Глава 2. А ларчик просто открывался

«Согласно приказу, утвержденному советом Гильдии Магов, постановляю ввести в ознакомительном порядке для жителя каждого из вверенных королевств современную классификацию нечисти.

В соответствии с которой все особи, не подающие признаков жизни в течение одной трети от лунного цикла и похороненные на кладбищах и прилегающих к ним землях, считаются нечистью и подлежат истреблению с последующим материальным вознаграждением.

Учреждаю считать ныне действующим разделение нечисти на нечисть абсолютную и нечисть относительную.

К нечисти абсолютной, именовать как вандеры, отнести любую особь, погибающую под действием прямого солнечного света, освященной воды и/или примененных дипломированным магом заклятий:

Мертвяк – убитый и неотомщенный вандер, утаскивающий под землю любую живую особь вне зависимости от пола, возраста и расы. Кожные покровы землисто-бурого цвета, с преобладанием трупных пятен. Горящие глаза мертвяков крестьяне часто принимают за светящиеся на могилах огоньки.

Упырь – вандер-зомби, питающийся кровью исключительно человеческой расы. Объективные данные: множественно обожженная кожа, в отличие от вампиров клыки трехгранной формы.

Вурдалак – вандер, нападающий на детей и женщин человеческой расы. Полное сходство с собакой, за вычетом редким подвидов, утративших способность придвигаться на четырех лапах.

Оттощак – наименее агрессивный из выявленных вандеров, умерший с существующим при жизни проклятием. Преследует любую расу, которую только способен учуять. Обоняние развито на расстоянии в полторы версты от местонахождения живой особи.

К нечисти относительной, именовать как лейдосы, отнести любую особь, способную пребывать под открытым солнцем не более получаса, а в пасмурную погоду, при затмении, тумане и сумраке – не свыше половины регламентированных суток. Способ умерщвления считать сходным с таковым у вандеров. В качестве исключения вынести уязвимые для солнечного света кланы вампиров как представителей отдельной расы.

Сенач – лейдос, способный принимать обличье убитых им представителей любой расы, за исключением расы гномов. Идентифицировать невозможно.

Абрак – неподверженный преобразованиям лейдос, поднимающийся из могилы раз в три месяца и способный зомбировать земную любую расу, доводя до самоубийства. К абракам невосприимчив ни один из кланов расы вампиров. Внешний вид полностью схож с имеющимся при жизни.

Делокк – наиболее редкий вид лейдоса. Утопленник, являющийся в семье седьмым сыном отца, намеренно загоняет представителей человеческой и эльфийской расы в болота и заросшие водоемы. Делокки никогда не могут согреться, мокрые, словно недавно вышедшие из воды, издают хлюпающие звуки.

Бортас. Верховный маг Гильдии.

Считать действительным со дня оглашения».

Солнечные лучи, скользя между верхушками деревьев, соревновались за право поиграть с его золотыми кудрями, волнами спадающими на лоб. Природе было все равно, как именно должен выглядеть некромант. Она умело наделила его ангельской внешностью, скептически проигнорировав при этом характер.

Алан лукаво улыбнулся и скинул с себя запылившийся дорожный плащ, став окончательно похожим на живое воплощение девичьей мечты. Разве что к живому сам Алан относился двояко, предпочитая общество обитателей могил. Некромант всегда одевался по одной схеме. Свободные черные льняные брюки, точно такая же рубашка со стоячим воротом (попытки хоть как-то походить на некроманта), плащ-дождевик из плотной водонепроницаемой (и для виду светонепроницаемой) ткани, высокие ботинки с заправленными в них брючинами и кожаные перчатки (дабы не оставлять отпечатков на нежных женских шеях).

Неважно, какая погода стояла на улице, будь то удушающая жара, как сейчас, дождь вперемешку с градом или ураган, названный именем какой-нибудь не лишенной намерения завоевать мир ведьмы. Мне иногда казалось, что он вообще не чувствует этой самой погоды, обращая на нее не больше внимания, чем на летающую под потолком муху.

– Не думала, что ты приедешь так рано. Ждала тебя ближе к вечеру.

– Да я и сам не предполагал, что так получится. Вообще-то отец послал меня проверить Южную дорогу на наличие нежити, все-таки тринадцатое число, пятница. Только там и без меня охотников полно. Крестьяне совсем страх потеряли. Начитались где-то, что, если на рассвете начерпать воды из колодца, где давеча утопилась от неразделенной любви девица, – Алан сделал паузу, усомнившись, что крестьяне нашли столь бескорыстного добровольца, – и этой водой мертвяка облить, он сразу в прах превратится. Да еще укажет, где клад спрятан – золото и драгоценности загубленных этим мертвяком душ. Вот оккупировали всю дорогу, еле проехал. Хотя бы прочитали для начала элементарное пособие по нечисти, а то им что упыри, что вампиры, что вурдалаки с мертвяками – все одно, – покачал головой некромант, осуждая предубеждения простых жителей. – А ты-то как? Нашла достойную кандидатуру на роль будущего супруга? – Алан согласно привычке потер кончик носа, показывая всю заинтересованность к моему незамужнему статусу.

– Найдешь тут! – фыркнула я. – Вот опять утром один приезжал, на дедово добро покушался! – Я вздохнула и тут же вспомнила о замороженной лаборатории. – Пошли, покажу тебе кое-что. – Схватив Ала за рукав рубашки, я потянула его за собой.

– Куда ты меня тащишь? – засопротивлялся он, когда мы очутились на лестнице.

Она была слишком узкой для двоих, поэтому пришлось двигаться поодиночке.

– Ты что-то сделала с очередным претендентом? Обратила и решила оставить на память? – поинтересовался Алан, приободренный возможностью увидеть новый экспонат для своей коллекции.

Я его боевого настроя совсем не разделяла.

– В лаборатории деда все покрылось льдом, без магии явно не обошлось. Хорошо, что ты приехал. Поможешь мне выяснить, что за это магия и что ее владелец делал в моем замке.

– Льдом? – удивился некромант, перепрыгивая через ступеньку. – Кому не понравились погодные условия в лаборатории твоего деда?

Я резко остановилась, отчего Алан по инерции на меня налетел, и тихо произнесла:

– Может, тот, кто убил деда, хотел забрать что-то из лаборатории?

По лестнице спускалась Берта с вазой в руках. Увидев нас, она сделала книксен, едва не расплескав воду из вазы, и неловко улыбнулась Алану. Я уже не в первый раз замечала, что в присутствии некроманта женское население начинало странно себя вести, но никак не могла понять, связанно это с профессией Ала или все дело в его внешности.

– Леон не стал бы хранить свои секреты на виду. Чтобы их найти, нужно иметь в запасе время и при этом не бояться быть пойманным. – Алан проводил Берту задумчивым взглядом. – Я бы даже подумал, что это кто-то из слуг. Но тут определенно замешана магия, а в замке, кроме тебя и Тайроса, никто даже в руки не возьмет книги по колдовству. Люди слишком мнительны по отношению к магии. Хотя… чтобы узнать секреты лаборатории, надо просто быть тобой, – намекая на семейные узы, произнес он.

– Перестань, я тебе сотню раз говорила, что понятия не имею, какие тайны были у деда. Он мне ничего не рассказывал о своих экспериментах, – возразила я, сама не замечая, как нахмурилась. – Если бы я знала, что так тщательно скрывал дед, неужели давным-давно не нашла бы?

Лестница закончилась вышитым шелковыми нитями ковром, тянущимся вдоль всего коридора и освещенным расплывчатыми пятнами падающего от канделябров света.

– Может, ты просто боишься найти это что-то? Единственным человеком, которому Леон мог оставить все свои работы, являешься ты, его внучка. Но, Лиз, согласись, ты настолько болезненно восприняла его смерть, что до сих пор не можешь пробыть в лаборатории больше получаса, – заметил Алан, когда мы шли по коридору.

Я смутилась.

– С чего ты взял?! Просто во мне нет его ума и смекалки. Я совсем ничего не могу разобрать в чертежах, странных записях и символах, которыми дед исписал многочисленные свитки.

Алан прищурился.

– Не можешь или не пытаешься? Ты обманываешь сама себя. И пока этого не поймешь, дальше не продвинешься. Тут даже я бессилен что-либо сделать, – развел он руками.

Иногда Алан был чертовски упрям в своих доводах. Так упрям, что я невольно задумывалась, от кого он успел этого понабраться.

Решив промолчать, я благоразумно заменила накопившиеся возражения выразительным сопением. Переспорить Алана – задачка еще та. Настырный, вредный, несговорчивый, упрямый как сотня джиннов, просидевших в лампе всю свою молодость без поправки на амнистию, он был моим лучшим другом. Хотя в чем-то он прав, мне действительно тяжело находиться там, где еще недавно столько времени проводил дед.

Лаборатория уже немного успела подтаять, по-видимому, магия постепенно начинала рассеиваться.

С хрустальных шариков люстры мерно стекала вода, на полу огромной кляксой красовалась лужа, а по краю столешницы образовалась длинная гирлянда из сверкающих капелек. На стене, куда падали лучи полуденного солнца, лед растаял окончательно, и теперь покрывающая ее темно-синяя краска отсырела и местами вздулась пузырями. Такого беспорядка здесь давно не было. Даже когда я, однажды перепутав на занятии Тайроса склянки, смешала два совершенно несовместимых компонента – вытяжку из корней огненного дерева и слезы рожденной в нарастающую луну русалки, обошлось меньшими потерями.

– Ничего себе заморозили! – присвистнул некромант, оглядывая помещение.

Он обошел письменный стол, повертел в руках размокшие от талого снега бумаги, попытался разобрать записи, но ничего не смог понять. Чернила потекли серыми пятнами, от этого все буквы оказались размытыми.

Алан подошел к стеллажу, на котором в ряд выстроились разнокалиберные бутылочки с растворами, настоями, лечебными отварами и зельями. Полки покрывал ровный слой слежавшейся пыли, что могло означать только одно: не убирали здесь давно и основательно. Выходит, искали целенаправленно, раз не стали копаться среди пузырьков и многочисленных склянок с жидкостями, которые применял для своих экспериментов дед.

– А ты уверена, что в лаборатории был кто-то посторонний? – с присущим ему сомнением произнес Алан. – По-моему, здесь ничего не тронули. Может, кто-то из слуг ненароком прочитал заклинание с одного из свитков и, испугавшись полученного результата, просто убежал?

– Сюда никто не заходит, да и кто из слуг знает латынь?! – покачала головой я.

Некромант пожал плечами и вновь обошел комнату по периметру. У него в поместье латынь знал даже конюх, престарелый оборотень-полукровка, ставивший кобылам с помощью магии отпугивающий заговор от слепней. Алан взял со стола небольшую шкатулку из потрескавшегося красного дерева, повертел в руках и провел указательным пальцем по ее шероховатой внутренней поверхности.

– А вот и причина всего этого потопа, – задумчиво произнес он.

– Шкатулка? Да она сто лет как здесь стоит, – отмахнулась я, не поверив, что такой бедлам мог произойти из какого-то ларчика размером с кулак.

– Стоит-то, может, и стоит. Только сдается мне, что еще утром она была закрыта. – Алан со знанием дела сунул мне ее под нос. – Вот смотри, здесь под крышкой выжжена руна охраны, подобную вещицу не так легко открыть. – Он указал на несколько пересекающихся линий, вдавленных в шероховатую поверхность шкатулки. – Помнишь, был такой артефакт, ящик Пандоры?

– Средоточие всех людских пороков, – кивнула я, припомнив старую картинку из учебника.

– А еще бед, несчастий и горя. Между прочим, мало кто знает, что ящик изготовил мой прапрадед для одной не в меру любопытной магички, – вскользь сообщил Ал, присев на краешек стола. – Так вот: по этому принципу и работала шкатулка. Своеобразный портативный носитель магии. Колдун мог поместить в нее все что угодно, начиная от энергетического шара и заканчивая убийственным проклятием. Скажем, остановился он на ночь в деревне, а наутро крестьянам вот такую шкатулку вручил с заключенной в нее миниатюрной копией грозовой тучи. И хозяева рады, что бесплатный дождик для своих посевов получили, и маг за гостеприимство расплатился. В данном случае твой дед поместил в шкатулку что-то вроде замораживающего заклятия. Отец рассказывал, как во время войн короли переправляли свои войска через реку. Доспехи ведь очень тяжелые, сразу на дно тянут, а попади на них вода, чего доброго, и вообще заржавеют. Вот тогда такую шкатулку из запасов достанут, заключенную в ней магию выпустят, чтобы вода в речке замерзла, а сами по ледяному мосту на другой берег переберутся, – пояснил Алан.

– Но какой смысл здесь ее было открывать? Тем более ты говоришь, что на шкатулке выжжена руна охраны?

– В том-то и дело, открыть ее мог только тот, кто прекрасно разбирается в магии. Думаю, искали что-то небольшое по размеру. То, что могло сюда поместиться, ведь маги часто хранят в шкатулках ценные предметы. Какая-нибудь бумага или редкий экспонат, представляющий определенную ценность. – Он с сожалением захлопнул крышку и поставил шкатулку на место.

– А потом понял, что искал вовсе не там, – продолжила я, отмечая, что окна в лаборатории закрыты. – Но было поздно, поскольку он по ошибке выпустил спрятанную магию.

– По крайней мере, это наиболее достоверное объяснение. Но вот кто искал? – Алан наморщил лоб, повозил носком ботинка в луже растаявшего снега и достал из кармана брюк миниатюрную черную книжку в серебряном переплете – передающуюся по наследству семейную реликвию. – У Леонарда было много друзей, но и врагов, боюсь, было не меньше. Ты сама должна разобраться в загадках деда, – заметил Ал и привстал, заслышав быстрые шаги, доносящиеся из коридора.

На пороге появилась взволнованная Маргарита, держащая в руках стопку пыльных фолиантов.

– Лиз, посмотри, что я нашла в библиотеке… – Она подняла глаза, увидела некроманта и осеклась.

В помещении повисла напряженная тишина, которая могла послужить признаком первосортной бури. Алан точно так же недолюбливал Марго, отвечая ей полной взаимностью на косые взгляды в его сторону. Никто из них не хотел здороваться первым, считая, что при их отношениях это было бы лишним.

– Так ты в библиотеке была? – вмешалась я, чтобы разрядить обстановку. – А я тебя везде искала, даже в сад спускалась.

Марго, подбородком придерживая стопку книг, бочком протиснулась между столом и шкафом.

– Я вспомнила, что у нас есть парочка подходящих книг о смежных королевствах. Почитай, может, найдешь подходящую партию. – Она водрузила фолианты на стол и начала сосредоточенно отряхивать передник, искоса поглядывая на некроманта.

От фолиантов несло затхлостью и последствиями от навязанных мне кандидатов в супруги.

– Марго, за какой год книги? – устало спросила я, поняв, что та не желает останавливаться на достигнутом. Теперь вот даже в библиотеке покопалась, лишь бы меня поскорее сплавить.

– Да какая разница! У тех принцев наверняка есть дети или внуки на крайний случай. Ты полистай! – Она придвинула ко мне верхнюю книгу.

«Кабария» – оптимистично гласило потертое название толстенного первого тома в ярко-красной обложке. Я раскрыла его на середине и сделала вид, что полностью поглощена чтением климатогеографических условий быта тамошнего населения, краем глаза наблюдая за Аланом. Некромант тем временем усердно шептал над своей книгой что-то на мертвом языке, игнорируя присутствие Марго.

Белый пар плотным облаком начал подниматься с пола, лужа потихоньку высыхала, испаряясь под действием произнесенного Аланом заклинания. Маргоша с подозрением следила за Аланом, неодобрительно качая головой и наблюдая, как воздух в виде капель оседает на потолке.

– Тоже мне колдун! – буркнула она и развернулась ко мне. – По какому случаю потоп устроили?

– Да так, – отмахнулась я и туманно добавила: – Экспериментировали.

Пугать Маргариту возможным присутствием в замке постороннего человека с магическими наклонностями не хотелось. Горничная была чересчур впечатлительной и запросто могла забить тревогу. А нам сейчас лишняя шумиха совсем не к чему.

Марго старше меня на семь лет. Примерно четыре года назад деда угораздило взять ее в замок в качестве горничной. Думаю, через пару дней он уже раскаялся в содеянном. Исполнительность и усердие Маргариты перешли все границы, зашкалив в первую очередь в заботе о короле и его внучке. Горничной Марго называлась чисто формально, она скорее походила на дальнюю родственницу, наведывающуюся с проверками, как только выдастся свободная минутка. У Маргариты этих свободных минуток было хоть отбавляй.

Ее волновало все. Почему Леонард, будучи королем, проводит уйму времени в лаборатории, гремя склянками и пачкая совсем новый бархатный камзол сажей? Почему принцесса носится с мальчишкой-некромантом во дворе, а не учит с преподавателем музыки нотную грамоту? Почему Элизабет до сих пор ни с кем не помолвлена и даже не собирается в ближайшие лет …дцать?..

Одно сплошное «почему» вместо «слушаюсь, ваше величество». Она настолько увлеклась процессом, что очень скоро отбросила все церемонии и стала называть меня на «ты». Впрочем, из-за последнего я на нее как раз и не сердилась. Девушка стала для меня кем-то вроде старшей сестры, поэтому приходилось мириться с ее наставлениями. На родственников обычно не обижаются.

– Одна ты никогда не экспериментируешь, – подозрительно сказала Марго.

Алан хмыкнул и убрал книжечку обратно в карман, выжидательно посмотрев в мою сторону. Может, у некромантов и стальные нервы, но все же лишний раз проверять это не стоило.

– Ой, ладно тебе. Лучше сходи на кухню, пусть подают обед, – попросила я, уловив некоторую долю раздражения во взгляде друга.

Маргоша обиженно фыркнула и вышла из комнаты с гордо поднятой головой. Все равно надолго ее обиды не хватит.

– Почему ты до сих пор ее держишь? – вздохнул Алан, когда за Маргаритой захлопнулась дверь. – Скоро она начнет командовать в королевстве вместо тебя!

– Я к ней привязалась, и потом Маргоша добрая и преданная… просто излишне усердствует с этим. У самого родственники слишком увлеклись воспитанием, – резонно заметила я.

– Одно дело принцессу воспитывать, а другое – некроманта, – улыбнулся Ал, засовывая в карман один из пузырьков с темно-зеленой мутноватой жидкостью.

– Сравнил! Ты в детстве даже лягушек боялся, когда тебе уже вовсю нужно было их препарировать, – решила подразнить его я. – Не знаю, как тебя там воспитывали, но явно получилось не то, чего ожидали. А еще ты этих своих духов-велиаров по ночам под одеялом вызывал. В шашки ему, видите ли, поиграть было не с кем.

Алан беззаботно дернул плечом. Свои принципы он менять в ближайшие лет сто не собирался.

– Ну и подумаешь, тайком духов вызвал. Узнай о моих развлечениях отец, у него сразу сердце прихватило бы, несмотря на то что он некромант. Кстати об отце. Что-то он мне в последнее время не нравится, – сказал Алан, продолжая рассматривать многочисленные коробочки и бутыльки, которыми были заполнены все полки шкафа.

Отец Алана Адриан вообще мало кому нравился, разве что могильщику, да и то только потому, что способствовал процветанию его бизнеса, систематически поставляя на кладбище новые порции мертвяков.

– Требует от тебя ритуальных убийств? Заставляет спать в заколоченном гробу на кладбище? Подмешивает кровь в вино? Требует, чтобы ты умертвил любимого оттощака?

С последним я, конечно, переборщила, однако, Алан никак не отреагировал. Что было весьма странно.

– Нет. Он какой-то замкнутый стал после того, как из Аргуса вернулся.

– Аргус – это небольшой городок возле Запретной Границы? – уточнила я, вспоминая уроки географии.

– Да. Практически сплошь населен оборотнями. Там им и место. – Некромант повертел в руках жестяную коробочку и отсыпал себе часть хранившихся в ней мелких серых гранул усыпляющего порошка. – Отца как обычно вызвали на эксгумацию. Поначалу все проходило традиционно: парочка проклятий, окропление погоста мертвой водой, отрезание хвостов крысам… ничего нового. – Он поставил коробку, взял колбу и покачал на весу. Налитая в колбу жидкость в одно мгновение поменяла цвет из красного на ядовито-желтый. – Работу он свою выполнил профессионально, но когда пришла пора получить обещанную награду от старосты… – Ал вновь сделал паузу, нечаянно пролив часть жидкости, прожегшей неровную дыру в его рубашке.

– Только не говори, что тот решил ускользнуть от выплаты гонорара. Ни за что не поверю, что старосту не испугал грозный вид твоего отца!

– Представь себе, но он действительно ему не заплатил. – Ал просунул в дырку указательный палец, определяя масштабы потерь. – Потому что старосту нашли мертвым практически на Границе.

– На Границе? – Я машинально сдула лезшую в глаза челку. Давно надо было состричь, но все никак руки не доходили. – Туда даже оборотни боятся лишний раз заглянуть, в лесу начинаются владения вампиров.

– Верно. Один из стражников, охраняющих Запретную Границу, около полуночи наткнулся на тело старосты, висящее на дереве, – равнодушно произнес Алан.

Я поежилась, представив себе меланхолично покачивающегося на ветру убитого оборотня.

– И что? Вампиры всегда были главными врагами оборотней, неудивительно, что на старосту могли напасть. Тем более он недозволенно перешел Границу. – Я отобрала пузатую бутыль с зельем правды у Алана, памятуя о его шуточках.

– Лиз, миф об оборотнях и вампирах как о непримиримых врагах давно устарел. Им обоим это на руку. Дескать, половина жителей Аргуса в страхе перед вампирами сбежала из города, другая же предпочла подстраховаться и заключила с клыкастыми договор о невмешательстве. Сказка, которую можно рассказать на ночь непослушным детям. За поддержанием правдоподобности легенды тщательно следят. – Ал наконец оторвался от увлекательного занятия и посмотрел в мою сторону. – Дело в другом. Староста выглядел как обычный смертный, он стал человеком.

– Но это же невозможно! Как из оборотня можно превратиться обратно в человека? И потом, если не ошибаюсь, ты говорил, что его тело нашли в районе полуночи! Как он справился с магнетизмом луны? – опешила я. – Или он был истинным оборотнем?

Я имела в виду, что только обращенные оборотни – те, на которых лежало проклятие, – находятся в постоянной зависимости. Полная луна превращала их в волка, в то время как истинные оборотни могли в любой момент сменить свою ипостась.

– Таких подробностей я не знаю. Слышал лишь, что кто-то отнял у него всю силу, навсегда вернув человеческий облик. Вот отец и забеспокоился, до этого случая ни один маг не был на такое способен. Да что маг, против своей сущности не пойдешь! Можно убить, забрать душу, изменить внешность, но начать с нуля… увы. Ты же знаешь, наша семья не любит конкуренции, – немного помолчав, добавил Алан.

– А вампиры что на это сказали?

– Будто бы проигнорировали, в принципе весьма на них похоже. Кто станет разрушать миф о вражде? Но Натан всегда заботился о подобных вещах.

– Что еще за Натан? – поинтересовалась я.

– Неужели не знаешь? – вскинул бровь Ал. – Ах ну да, принцессам не положено водиться с плохими парнями. Я лишь исключение, подтверждающее общее правило. – Некромант скрестил руки на груди.

– Я тебя сейчас сама исключу, если не перестанешь ерничать, – пригрозила я другу. – Так кто такой Натан, в первый раз слышу это имя.

– Тебе и негде было его слышать. Тайрос наверняка ничего не рассказывал о сумеречных государствах. Натан – сын прежнего правителя, единственный, кто держит под контролем окружающие земли, не прикладывая при этом никаких стараний со своей стороны. Натана боятся, и, замечу, заслуженно. Жестокий, безжалостный, своевольный тиран, он живет лишь целью, особо не скупясь на средства, – красочно описал Алан.

Я хмыкнула, наглядно представив себе картинку.

– Ты с ним пересекался? Что-то не вижу вдохновения в твоем рассказе, у тебя половина приятелей под такие параметры попадает.

– Я – нет. Другие рассказывали. Те, кто умудрились ему дорогу перейти, – нахмурился Ал.

– Ну, если рассказывали, значит, живы остались. Выходит, не такой уж твой Натан свирепый и беспощадный, вот даже над имиджем поработал, слухи пустил.

– Почему, когда я говорю что-то серьезное, ты обязательно все искажаешь? – обиделся некромант.

– Потому что ты говоришь это серьезное настолько редко, что я даже его не воспринимаю. Вампиры сами разберутся, а твоему отцу, на мой взгляд, волноваться нечего. Одно дело оборотня на ветку прицепить, другое – некроманта в им же вырытую могилу столкнуть. Пошли лучше перекусим, с прошлого вечера ничего не ела.

– Ну не знаю, Лиз, отец так просто бы не заинтересовался, у него и так времени нет. – Алан все-таки спрятал под одежду зелье правды. – Он что-то недоговаривает.

Подозрительность была настолько неразделима с самим Аланом, что я не решилась что-либо оспорить.

– У тебя теперь есть шанс это проверить. – Я мысленно простилась с последней бутылочкой зелья.

– Смеешься?! Отец подобное пойло в жизни не выпьет. Вот другое дело… – Он хитро посмотрел на мою кузину, роковую красавицу Флоренцию, обольстительно улыбающуюся с картины, висящей на стене. – Как думаешь, стоит выяснить, что она ко мне испытывает?

– Тут даже думать нечего, – усмехнулась я, запихивая стопку принесенных Марго книг в верхний ящик стола. – Флор сама кого хочешь вокруг пальца обведет.

– Но попробовать все же можно, – подмигнул мне Алан и вышел из лаборатории.

Я задержалась, рассматривая кокетничающую даже с портрета Флоренцию, умудряющуюся окрутить любую мужскую особь в два счета. Хотя нет, даже в один счет. Стоило ей лишь мило хлопнуть длинными ресницами и изящно выставить руку для поцелуя.

Моя кузина могла и веревки из парней вить, и на их юных нерасшатанных нервах играть, и, как змея, одним только взглядом гипнотизировать. Работала она всегда четко и организованно, методично пополняя свою коллекцию из шелков и бриллиантов чуть ли не каждый день. А ведь Флор моя одногодка и тоже, между прочим, еще не замужем.

Но при ее запросах это и неудивительно.

Алан влюбился во Флоренцию еще мальчишкой, с завидной регулярностью таскал ей найденные в захоронениях золотые браслеты, цепочки, сережки, пока на одной такой цепочке не оказалось проклятье моровой почесухи. Флоренция потом месяцев семь как нервно чесалась при упоминании имени Ала. Но мой друг так легко не сдался, он изменил тактику и вместо украшений стал дарить ей забавных кошечек, птичек и прочую милую женскому сердцу живность. Вот только живностью они были недолго, превращаясь в полнолуние в не менее забавных зомби, со зловещим видом шныряющих по коридорам замка. На этот раз ссылка не угодившего даме некроманта затянулась до двух с половиной лет. Алан возмужал, сделал переоценку ценностей, заменив пение птичек леденящими душу завываниями ведьмаков, нахватался непристойных шуточек у упырей, научился целоваться с русалками и вновь ринулся в бой. Везло ему с переменным успехом. С одной стороны, половину ухажеров Алан от Флоренции отвадил, тактично сообщив о месте постоянной работы, а с другой, еще больше надоел девушке, оставшейся без ежедневного пополнения своего бюджета за счет средств женихов из других королевств.

Вот отсюда и пошла дополнительная текучка кадров в мой замок, что окончательно разгневало Флор. И меня заодно, мне и без того претендентов хватало.

На нос с потолка упала крупная холодная капля, я раздосадованно вытерла ее рукавом платья и, прикрыв за собой дверь в лабораторию, вышла вслед за Аланом.

***

Пока луна еще не успела вступить в свою смену, а Алан просматривал старые записи из дневников деда, я задалась целью разгрести парочку писем, которые с завидной регулярностью приносили в замок жители, сетующие на нескончаемые проблемы. Думаете, отвечать на подобные письма не составляет никакого труда?

Взять хотя бы этот безобидный с виду свиток, сразу же подкупающий каллиграфичностью почерка автора:

«Долгих лет жизни, Ваше Высочество!

Я, девушка высоких моральных устоев и истинной приверженности закону, просто не могу не доложить Вам о безнравственном поведении нашей местной нечисти. Живу я в ветхой избушке, на отшибе, кругом лес да топь болотная. Благодать! Ни одной живой души, никто с советом не лезет, сальным взглядом в окна не заглядывает.

Живу тихо, мирно, никому не мешаю вот уже соточку с небольшим лет. Колдую себе потихоньку, живность не держу, кота, охальника, хватает. Тут давеча постучался ко мне в избушку паренек, юнец совсем. На ночлег оставить попросил, говорит, будто потерялся, дорогу из чащи лесной найти не может. Сжалилась я над парнишкой, пустила погреться, воды вскипятила, настоем на заговоренных травах напоила. А утром глядь, книга моя пропала, сборник самых что ни есть порч необратимых. Вместе с книгой и мальчишка сгинул, как к лешему провалился! И Вы представляете, что оказалось: русалки болотные паршивца своего ко мне подослали, чтоб у них чешуя загноилась! Давно я с ними враждую, в болото тину таскаю, да никак сжить их со свету не могу. А теперь и подавно, оголтелые, распустятся. Без книги мне с ними не совладать. Вы уж помогите, Ваше Высочество. Издайте указ, пусть болото осушат. Я уж Вас отблагодарю, будьте спокойны. Любого правителя приворожу! Ведь негоже Вам, Ваше Высочество, до сих пор не при муже сидеть.

Посему спешу откланяться. Ваша верноподданная».

Я осторожно свернула свиток и отложила в сторону. Это еще хорошо, что у нее книгу украли, неизвестно какое заклятие она наложила бы на меня, не выполни я просьбу.

Эх, если уже среди ведьм пересуды пошли касательно моего внебрачного статуса, то и правда пора мне замуж собираться.

Глава 3. Ночь… кладбище… упырь… принцесса, безжизненный и тусклый свет, претит нам таинство процесса, мы упырю сорвем обед

Луна начертила дорожку холодного матового света, ведущую от замка через озеро на окраину города. Верхушки деревьев поседели, покрывшись серебристым сиянием звезд. Крыши городских построек, возвышавшиеся над вымощенной крупным камнем мостовой, были похожи на карточные домики, кособоко построенные неудачливым игроком. Цветастые занавески, висящие на окнах, подрагивали от легкого порыва ветра. Можно было подумать, что большинство жителей сейчас тихо и мирно спит в своих постелях, видя четвертый сон по счету. Как бы не так, я-то знала, какое развлечение выбрали для себя горожане.

После просмотра доставленной в замок корреспонденции, которую с удручающим постоянством строчили жители Хорсиги, я успела вздремнуть, увидеть во сне грозившую кулаком ведьму с болота и, проснувшись не в самом лучшем расположении духа, запоздало вспомнила о предстоящей охоте.

Провозившись минут двадцать в необъятных дебрях гардероба, я поняла, что мой обычный камуфляж пропал. И я даже догадывалась, благодаря кому. Все, теперь уж точно прислушаюсь к словам Алана. Маргариту я, конечно, очень люблю, но дальше терпеть ее действия по окультуриванию принцессы не в силах. Вот в чем мне теперь идти на кладбище?! Хоть саван надевай – единственный наряд, который, пожалуй, пришелся бы к месту. Если только у Тайроса «вечернее одеяние» не одолжить.

Комната придворного мага была торцевой и располагалась в самом конце коридора. Я оказалась права, здесь было чем поживиться.

Жилет нещадно колол спину, отчего ужасно хотелось ее почесать, а левый сапог вообще оказался больше правого на два размера, поэтому пришлось надеть еще и толстые шерстяные носки. Хороший маг Тайрос, а главное – запасливый, всегда держит для своих учеников пару сменных одеяний. Набросив сверху плащ с глубоким капюшоном, который должен был скрыть мое лицо от посторонних глаз, я быстро сунула в карман оберег и на цыпочках прокралась к выходу из замка.

Алан ходил вокруг яблони, недовольно посматривая на мой балкон, словно пылкий влюбленный, у которого на вечер было назначено еще с десяток свиданий, а очередная дама сердца так и не соблаговолила выглянуть.

– Ты чего так долго?! – возмутился он, увидев меня.

– Старалась выскользнуть незамеченной.

– Как будто никто не знает, чем мы с тобой по ночам занимаемся, – ехидно заключил Ал.

– А ты бы хотел услышать сейчас наставления?! – осведомилась я, представляя себе одетую в ночную рубашку Маргариту, отсчитывающую никудышную принцессу и ее друга.

Алан хмыкнул и размеренным шагом направился в сторону города. Дорожка, петляя между деревьями, уходила вправо, затем ее изгиб терялся, появляясь вновь лишь на холме возле сторожевой башни.

Мы с Аланом шли молча, напряженно всматриваясь в темноту, от которой перед глазами мелькало множество серых точек. Патруля на въезде из города в замок, конечно, не оказалось. Кому оно надо сторожить принцессу, когда не ровен час самих могут утащить в эту проклятую пятницу. Впрочем, сегодня ночью только охрана деликатно отсиживалась у себя в доме, закрыв дверь на все засовы и на всякий случай подперев ее изнутри граблями.

Впереди показалась вывеска сапожника и висящий рядом с ней старый, поношенный башмак с наполовину оторванной подошвой, на котором любил сиживать не менее старый ворон хозяина корчмы. Ворон проводил нас взглядом черных блестящих немигающих глаз. Единственным сторожем в городе сегодня был он.

Пройдя несколько домов, мы нырнули в арку и вышли на рынок. От одной из лавок, заваленной капустными листьями, засохшей зеленью и полусгнившими овощами, доносился звучный храп и периодическое причмокивание. Алан заинтересованно подошел поближе, надеясь увидеть там что-нибудь интересное и неживое, но сразу же разочарованно вернулся, обнаружив спящего на лавке мужика с крепко сжатой в кулаке флягой.

Пройдя вдоль рынка, мы вновь оказались на дороге, поросшей травой и не такой широкой, как главная. Дорожка сбегала вниз, указывая путь к местному кладбищу. Отсюда оно выглядело особенно живописным. Могилы, словно фигуры, разбросанные на шахматной доске, были заброшены. Криво сколоченные из двух досок кресты услужливо намекали, в каком именно месте надо копать. Алан легко перескочил через кованую железную ограду, мягко, как кошка, приземлился на бурую землю и выжидательно посмотрел на меня. Я же перелезала долго и мучительно.

На середине ограды левый сапог все-таки свалился с ноги. Попытавшись схватить его (и чуть не поплатившись за это падением ничком в грязь), я кое-как удержала равновесие и перевалилась через забор. Алан вернул моему телу вертикальное положение и язвительно сообщил, что я успешно разодрала плащ на спине.

– Ну и что, кому ночью есть дело до опрятности моего гардероба! – раздосадованно фыркнула я и пошла, прихрамывая на босую ногу.

От могил тянуло чем-то затхлым, впереди слабо поблескивал огонек, а вдоль дороги крестьяне с косами стоят. И тишина…

– Доброй ночи, – поздоровалась я с одним из них, коренастым и бородатым, подозрительно посматривающим в мою сторону.

– Шла бы ты мимо! Ишь чаво надумала! Небось золота да каменьев решила достать, только уже все занято. Брысь отсюда, девчонка! – выставил вперед косу тот.

Народ встречал свою принцессу по всем правилам!

– Да не надо мне вашего золота! Мне бы упыря собственными глазами увидеть – для доклада, – выкрутилась я.

– Для какого еще доклада? – поинтересовалась пожилая женщина с ржавой лопатой в руках. – Ты одна из учениц мага королевского, что ль? – Она искоса посмотрела на меня.

Лопата была во всех отношениях весомым аргументом, поэтому я поспешила кивнуть и, подбоченившись, подтвердила:

– Ага, она самая. Практику как раз прохожу, пока Тайрос в Иллион уехал.

– Кхм… Тайрос… А, оставайся, что теперь с тобой поделаешь, – сплюнул мужик, решив не связываться со знающей Тайроса пигалицей, как вдруг увидел бледного в свете кладбищенской луны светловолосого парня. Парень, одетый во все черное, с пристрастием оглядывал кресты на могилах. – Упырь!!! – заголосил он, размахивая косой и надвигаясь на Алана.

– Где? – обрадовался Ал и начал озираться.

На шум сбежались остальные крестьяне, дежурившие в кустах.

– Держи гада! – пробасил кто-то из них и, прыгнув сверху на некроманта, повалил на землю. – Вот тебе, душегуб, получай, убийца проклятый!..

– Эй, вы чего?! Осторожней нельзя, печень все-таки! – жалостно попросил Алан.

Но собравшийся народ был настроен категорично и требовал хлеба и зрелищ. Замечу, что хлеб крестьяне планировали купить на вырученные с погребения упыря деньги.

Я мстительно наблюдала, как на Алана вылили целый бочонок студеной колодезной воды и, не зафиксировав при этом никаких изменений в виде слезшей кожи и запаха опаленной плоти, единогласно решили сжечь ирода. Мол, какой-то бракованный попался.

– Я – против! – вновь подал голос Алан. – Лиз, да скажи ты им! – ежась от холода, взмолился он.

Собравшийся народ, прищурившись, уставился на меня.

– Так ты тоже ихняя? – спросила знакомая по недавнему аукциону бабка в платке, съехавшем во время схватки с грозным упырем на лоб.

– Что вы, – отмахнулась я. – В первый раз вижу.

Некромант исподлобья взглянул на меня и, сделав резкое движение, вырвался из навязанных ему объятий.

– Хватай его, убежит!

– Стоять! – Алан вытянул вперед руку, заставив народ недоуменно замереть. – Вы меня не за того приняли!

– Вот брешет! – не поверила ему бабка. – Жнаем мы таких, хех, штоит только отвернутша, вмиг в могилу уташит!

Толпа недовольно загалдела, собираясь предпринять новую попытку по истреблению нечисти.

– Я сам на упыря охочусь! Могу лицензию показать. – Ал похлопал себя по карманам и, вспомнив, что нужный документ остался преспокойно лежать дома, тяжело выдохнул: – Понимаете, накладочка вышла, лицензию забыл.

– Как же! Поджигай! – скомандовал долговязый парень в широких, мешковатых штанах.

– Лиз! Да сделай же что-нибудь, они меня и правда сейчас кремируют! – с мольбой посмотрел на меня некромант, который и сам мог устроить лежбище, незапланированное восстание мертвяков и поминки в одном комплекте.

Я вздохнула, приосанилась и хотела уже снять капюшон, чтобы показать свой королевский облик во всей красе. Даже из кармана золотую монетку достала (для сравнения оригинала с изображением на ней, а заодно и для материальной компенсации в случае чего), как неожиданно увидела мелькнувшее за надгробной плитой серое пятно. Присмотревшись повнимательнее и убедившись, что зрение у меня все же отменное и о галлюцинациях пока волноваться рано, я распознала в пятне долгожданный предмет сегодняшней охоты. Упырь осторожно крался к не заколоченному гробу.

– Вон он! – Я некрасиво, зато выразительно ткнула в того пальцем.

Народ, включая Алана и упыря, замер. Последний даже на всякий случай оглянулся и, поняв, что я имею в виду именно его, пустился бежать, загребая костлявыми ногами грязь.

Бабка в синем платке, потеряв всяческий интерес к несостоявшемуся представителю сил нечистых, встрепенулась и бросилась вдогонку.

– Щаш ты у нас полушишь! Ирод! – пообещала она, задрав повыше юбку и стараясь не свалиться в какую-нибудь из разрытых могил.

Когда гул стих, а вдалеке стало потихоньку попахивать еловыми ветками, собранными в окрестностях для костра, Алан устало помотал головой и осуждающе буркнул:

– Ну спасибо! Если бы не упырь, пришлось бы признаваться, кто я на самом деле. Еще неизвестно, кого бы они больше со свету сжить захотели: упыря или тоже претендующего на него некроманта. Все-таки хорошие они ребята!

– Кто? Жители?! – удивилась я.

– Упыри! – проникновенно сказал он и подошел к одной из раскопанных могил. – Будем ждать следующего упыря тут.

Я оглядела ничем непримечательную могилку с аккуратно сколоченным деревянным крестом, ровно выкрашенным в черный цвет. Может, упыри, как и люди, комфорт любят?

– Почему тут? Рядом еще две точно такие же могилы.

Алан заложил руки за спину, донеся до меня учительским тоном:

– Посмотри, здесь почва еще сырая, совсем недавно разрытая. Скоро явится, голубчик!

Ал начертил над головой руну, огненными линиями взорвавшую темноту, и коснулся ее кончиками пальцев. Раздался тихий хлопок, и ощутимый поток воздуха взметнулся вверх, в мгновение высушив одежду Ала, пострадавшего от чересчур бойких крестьян. Впрочем, на его подмоченную репутацию это мало повлияло.

Некромант поудобнее устроился на бетонной плите, заложил руки за голову и, зевнув, закрыл глаза, предварительно проинструктировав меня на случай внезапной атаки:

– Как появится – толкнешь!

Я презрительно поджала губы. Не надо было беднягу упыря сдавать, пускай бы Ал помучался, доказывая, что никакого отношения к нечисти он не имеет. Вернее имеет, но не такое, как они думают, а думают они изначально неправильно…

Сидеть на холодной земле, поджав ноги, оказалось занятием отнюдь не увлекательным, через некоторое время конечности затекли, а в складку плаща забрался черный усатый жук с избыточной массой тела и недовольно зажужжал, не найдя выхода. Я поднялась, посадила жука, совершающего ночную вылазку, на землю и, отряхнувшись, побрела вдоль забора. Трава была шелковой (особенно это хорошо чувствовалось левой ногой), словно вытканной из тончайших нитей, и немного мокрой. Рядом с одним из надгробий вовсю цвела жимолость, от ее тонкого опьяняющего аромата приятно защекотало в носу. Возле поваленного на землю дерева выводили рулады кузнечики, соревнуясь друг с другом в мастерстве. Я прислонилась спиной к ограде и улыбнулась.

Так хотелось стоять вечно. Наблюдая, как течет мимо река времени, стачивая стволы вековых дубов, сметая и вновь расстилая зеленый травяной ковер, втаптывая следы людей и гоняя пожелтевшие листья вокруг последнего пристанища их тел.

Внезапно треньканье кузнечиков резко оборвалось. Нехорошая, давящая тишина начала сгущаться вокруг меня, становясь с каждой секундой все материальнее.

«Упырь! Еще один!» – пришла к выводу я, покрепче сжимая в руке оберег и готовясь в случае чего задать стрекача. Странный звук, похожий на гулкий раскат грома, прозвучал с севера, и из-за поворота показалась размытая фигура всадника на коне. Поскольку упырь на коне – примерно то же самое, что оседлавший дракона гном, попросту быть не может, – я озадаченно присела на корточки и вцепилась пальцами в холодную железную ограду.

Всадник промчался мимо во весь опор, подгоняя коня. Они оба, словно выплавленные из цельного куска стали, выглядели настолько единым целым, что я еще с минуту зачарованно смотрела им вслед, глотая поднятую копытами коня пыль. Пока до меня медленно не начало доходить, что незнакомец проскакал по направлению к городу. Интересно, кто это разводит таких статных скакунов, которых не увидишь даже в моей конюшне?

Диск луны нырнул за вихрастую полосу леса, отчего на кладбище сделалось еще мрачнее и, разумеется, интереснее. Однако играть с упырем в прятки вдвоем как-то не хотелось. Поэтому я развернулась и пошла к безмятежно дремлющему на могилке некроманту, который, как оказалось, уже успел лечь на бок и даже помянуть меня во сне не совсем подобающими по отношению к моей особе выражениями.

– Ал! А-а-ал! – затеребила я его. – И где твой обещанный упырь? Время позднее, вся неприличная нечисть уже разбежалась!

Алан заерзал, попытавшись укрыться от меня под плащом.

– Тоже мне друг называется! Нашел место! – обвиняюще припечатала я и ткнула некроманта кулаком в бок.

– Еще слишком рано, не нагулялся парень, вот как светать начнет, тогда и явится. А пока, будь добра, отвяжись, дай другу выспаться.

Я обошла могилку с другой стороны.

– Вот, значит, чем занимаются на кладбищах некроманты! Смотри не свались во время сна в могилку, не ровен час закопают по неосторожности! Грязевые ванны еще не кому не мешали, – усмехнулась я.

На самом деле мне очень не хотелось оставаться одной. На Алана, понятное дело, никакая нечисть не посягнет, а вот одной принцессы поутру могут и не досчитаться.

– Некромант спит – служба идет, – проворчал Алан, нехотя поднимаясь с плиты. – Ладно, давай ждать вместе, только больше я тебя с собой не возьму!

– Это еще почему? – обиделась я.

– Лиз, ты сущий ребенок, которому в детстве слишком многое запрещали, и теперь он решил отыграться по полной программе. Иногда ты требуешь недостижимого и лезешь не в свое дело, – Ал вздохнул и обнял меня за плечи, – но на тебя совершенно невозможно обижаться.

Упыря мы прождали до самого утра, пока над лесом не расплескалось алое зарево, не прокричали заунывно первые петухи, а молоденький пастушок не погнал через кладбище коров на водопой. Кстати, этот пастушок и спросил, чего это мы возле чужой собственности околачиваемся, когда у нее законный хозяин – владелец бакалейной лавки – имеется. На что мы с Аланом дружно поинтересовались: когда это он успел заказать хоромы, до или после похорон?! Пастушок перекрестился, сплюнул три раза и постучал по крышке гроба, глядя на нас, как на умалишенных. Оказалось, торговец, человек добрый и сострадательный, всего лишь заранее арендовал последнее пристанище для любимой матушки жены, которая давеча пожаловалась на недомогание и сильную боль в пояснице. Почувствовав, что конец его (вернее ее) страданий близок, он поспешил заранее снять мерки с драгоценного тела тещи и распорядился выкопать с вечера подходящую могилку.

Культурненько посидели! Так весело мне уже давно не было. Даже не хотелось ругать Алана за бесцельно проведенную на кладбище ночь и его познания в области упырей.

Ал радовался куда меньше меня, тоскливо молчал всю дорогу до замка, навестив по пути тещу бакалейщика, чтобы дать ей парочку советов. Точно не знаю, от болей в пояснице или навязчивой мании ее зятя.

– Ал, да перестань ты кукситься, подумаешь, с кем не бывает! – решила подбодрить его я.

– С моим отцом не бывает, а еще со страшим братом, дедом, прадедом и…

– Достаточно, я поняла ход твоих мыслей. – Мне стало жаль его, в конце концов, он хотел как лучше. – Ты ведь не мог знать, что не для упыря хата заготовлена. Зато мы свежим воздухом подышали, всяко лучше, чем сидеть в душном замке. И потом разве ты обязан походить на своих родственников?

– Иными словами ты хочешь сказать, что в семье не без обойденного умственными способностями родственника, – хмыкнул Алан.

– Прекрати, вовсе не это я имела в виду.

Я попыталась взять Ала за руку, но он ускорил шаг, свернул к южному крылу замка, быстро поднялся по щербатым ступеням и исчез за дверью. Ал не умел обижаться по-настоящему.

Просто он любил побыть один. Забраться подальше в глубь леса или спуститься в подвал, чтобы остаться наедине со своими мыслями. При всей его открытости и общительности, при всей бьющей из него энергии, которую он никогда не мог растратить, иногда ему требовалось что-то кардинально другое. То, чего у него никогда не было. В такие моменты Алан действительно походил на некроманта. Нет, в нем не просыпалась жестокость, беспощадность или холодность. Алан чувствовал давление своей семьи. И это осознание того, что он ничего не может изменить, что за него уже давно все решили, что он не имеет права на свою мечту, свою личную жизнь и свое предназначение, погружало его в пустоту. Щемящую, беспросветную и одинокую. Даже я не могла ничего с этим поделать. Алан был в эти дни чернее тучи, отмалчивался, долго приходил в себя. Он боялся потерять близких ему людей, прекрасно зная, что придет день, когда их жизнь оборвется, а он ничего не сможет сделать. Ему придется жить дальше, оставаясь вдвоем с той бессодержательной пустотой. Ал бежал от нее, пытался уклоняться от своих прямых обязанностей, но в глубине души понимал: впереди его все равно ждет тупик, потому что единственный выход из этого лабиринта давно заблокирован его семьей и профессией.

В окне, расположенном на втором этаже южной башни, вспыхнула точка света, которая разрослась, превратившись в пылающий бело-желтый шар. Алан зажег свечу, мельком взглянул в окно и, увидев, что я до сих пор стою в саду, помахал мне рукой.

Что ж, он вновь хочет остаться один. Не буду мешать.

Я проскользнула в черный ход, попутно стягивая с себя плащ и стараясь не привлечь внимание слуг. Скорее всего, в мою комнату из них еще никто не заходил, иначе бы меня уже искали. Потянувшись и сладко зевнув, я практически уже добралась до своей опочивальни, когда за моей спиной возникла бледная, как погулявший на славу вандер, Берта.

– В-ваше выс…тво, к вам г-гость п…ехал, – глотая слоги и вдобавок запинаясь, произнесла она.

– Кто? – не разобрала бессвязную речь я.

– Там… Ва… Ва…! – Она сделала глубокий вздох, пытаясь закончить фразу. Дыхание у нее окончательно перехватило (должно быть, бедняжка Берта навернула не один круг по замку, пока нашла меня), а голос вдруг сошел на визг, тонкий и пронзительный.

– Ты можешь мне объяснить, кто ко мне приехал? – потребовала я.

– Я… мо…у… т-только… – Брови на лице служанки сошлись в одну линию, подтверждая всю трагичность ситуации.

– Пошли. – Я ухватила ее за руку и потащила вниз.

Ладошка девушки была холодная и липкая. Сама же Берта дрожала, словно пойманный в силки заяц, и лишь тихонько всхлипнула, когда мы вошли в один из двух залов для приема гостей.

– Ну и где гость? – поинтересовалась я. – Хватит дрожать! Ты так испугалась, будто мертвяка увидела!

Девушка шмыгнула носом, сдавленно кивнула и указала в сторону тронного зала, а потом, не в состоянии больше сдерживать свои эмоции, завизжала.

От визга Берты должны были полопаться хрустальные бокалы, разлететься вдребезги оконные стекла и треснуть мраморный пол. Как ни странно, все устояло… устояло в отличие от Берты, которая как подкошенная рухнула посреди зала. Отсутствие наигранности в ее движениях меня несколько смутило. Поэтому, позвав охрану и благополучно ее не дождавшись, я решила все выяснить сама. Сняв оставшийся сапог (потому что дефиле в одном сапоге даже перед грабителями и преступниками могло изрядно подпортить репутацию принцессы), я осторожно прокралась к двери, выглянула из-за косяка и прислушалась.

Тихо. Вдобавок еще и темно. Да здесь все окна зашторены! Вот откуда такая темень. Лишь от канделябров косо падает приглушенный свет. Я двинулась в глубь зала с намерением развеять все подозрения.

Тут мне и встретился загадочный гость со странным именем Ва-Ва, облюбовавший мой трон и сложивший ноги на его подлокотнике.

– Простите, вы ко мне? – вежливо осведомилась я, одновременно вспоминая заклятие посильнее. – Время, конечно, не слишком подходящее, но я всегда готова приветствовать в своем королевстве представителя суверенной державы. Только не могли бы вы расположить свое тело в другом районе зала? Ибо сей трон является легальным имуществом моей персоны и не подлежит присвоению согласно действующему в королевстве кодексу за номером тридцать шесть, указ сто сорок пятый, – претенциозно выпалила я.

Гость неторопливо повернул голову, отнюдь не тронутый произнесенной речью.

– Элизабет, принцесса Хорсиги? – жестко спросил он.

– Принцесса, – поколебавшись, подтвердила свое социальное положение я. – А вы, верно, Ва-Ва?!

Он несколько удивился, но тут же высокомерно улыбнулся краем рта и прошелся по мне равнодушным взглядом. Я ответила ему хоть и менее равнодушным, но таким же циничным.

– Отлично. – Незнакомец рывком преодолел расстояние от трона до меня. – Ты-то мне и нужна! – Он словно тисками сжал мои плечи и обнажил верхние зубы.

Специфичность зубной формулы меня несколько поразила, а прикус вообще показался уж больно подозрительным. И имя Ва-Ва быстро трансформировалось в его род деятельности.

– Вампир?! – Я попыталась вырваться, но с таким же успехом могла оттолкнуть от себя нетрезвого тролля, захотевшего выпить со мной на брудершафт.

– Имеешь что-то против?! – осклабился он.

Я была не столько против, сколько поражена его вседозволенностью. Куда только стража смотрела, пропуская его на территорию замка?

– Часы приема назначены совершенно на другое время. Вы можете обратиться к моей… ай! – пискнула я, почувствовав, как его пальцы впились в плечи.

– У меня нет времени на пустые разговоры. Я приехал сюда не за этим.

Он говорил, четко артикулируя каждое слово, но при этом тихо, с легким пренебрежением ко всему.

– В самом деле? – невинно улыбнулась я. – А я уж подумала, что вы очередной претендент на руку и шею… тьфу ты…

Вампир скривился, быстро убрал руки, отчего я, потеряв равновесие, едва не повалилась навзничь.

– Ты поможешь мне в одном деле. Ничего не говори, все равно выбора у тебя нет. Ближе к ночи мы выедем из замка, советую собрать вещи прямо сейчас.

Я ошарашенно смотрела на него снизу вверх и ничего не могла понять.

Что делает вампир в моем замке? Где охрана? И почему никто не спешит мне на помощь? Вопросы словно размножались почкованием, но вот ответ мне никто дать не удосужился.

– С чего ты взял, что я соглашусь куда-то с тобой поехать? – начала раздражаться я.

– Есть такое старое, но безотказно действующее правило силы, по которому преимущество на моей стороне, – равнодушно ответил он, вновь усаживаясь на трон. – И не зови своего друга, если он, конечно, тебе друг.

– Мне он и не понадобится! – От возмущения и наглого тона вампира у меня потемнело в глазах – верный признак отойти от меня подальше метров на шесть-семь.

Занавеска на окне полыхнула в считанные секунды. Трон я ни с кем делить не собиралась. Огонь нещадно жевал бежевую ажурную ткань, слизывая с нее рюшечки и поднимаясь все выше и выше. Вампир с насмешкой наблюдал за пламенем и, похоже, даже хотел поучаствовать в следующем поджоге. Ничего, сейчас проверим его живучесть.

Драпировка выгорела, отчего в зал заглянуло размеренное майское солнце. Полоска света, падающая от окна, по диагонали разделила черно-белый мраморный пол на две половины.

– Ты не посмеешь подойти ко мне! Тебя поджарит, как индюшку, вампир! – довольная своей идеей, сказала я, втайне надеясь, что он поверит мне на слово и не станет проверять.

– В самом деле? – Он снисходительно посмотрел на меня. – Тогда увидимся вечером, принцесса. – Вампир с сарказмом подчеркнул последнее слово и, поднявшись, размеренной походкой пересек зал. И исчез за дверью, словно его никогда не было.

На всякий случай я закрыла глаза, досчитала до десяти и вновь открыла. Нет, не привиделось. Полоска света с кружащей в ней пылью выглядела вполне реалистично, а в воздухе все еще попахивало паленым.

Но это всего лишь наглый вампир, каким-то образом проскользнувший мимо охраны и посчитавший, что может давать мне ценные указания. Посоветовал мне не привлекать Алана. Ха! Он точно так же боится некроманта, как и все.

– Что здесь происходит? – В тронный зал вошла заспанная Маргоша и автоматически стала раздвигать шторы на окнах. – Опять кто-то приехал? А это что? – Она показала на свисающий лоскут одной из шторин.

– Ты никого не видела, когда шла сюда? – вопросом на вопрос ответила я.

– Видела. – Марго зевнула, борясь с остатками сна. – Твоего некроманта, выходящего из лаборатории.

– Алана? Но он же был у себя?! – удивилась я.

Маргарита распахнула окно, чтобы проветрить помещение, и пожала плечами.

– Может, и был. Только минуту назад он преспокойно вынес из лаборатории какую-то книгу. – Она задумчиво собрала волосы на затылке. – Знаешь, Лиз, возможно, я вмешиваюсь не в свое дело. Но ты действительно уверена, что он не один из тех, кто хочет поживиться на изобретениях твоего деда?

– Алану я доверяю, как себе, – твердо сказала я. – Но все же спасибо, что заботишься обо мне.

Маргоша улыбнулась и кивнула.

– Я это обещала кое-кому, – серьезно произнесла она. Глаза ее из серых стали голубыми.

– Я знаю. А сейчас пройдись, пожалуйста, по замку и сними все занавески. Кстати, предупреди охрану – пусть будут начеку, а то никак их не найду. Не могут же они до сих пор дома отсиживаться после вчерашней пятницы, – попросила я.

Марго несколько удивилась, но расспрашивать не стала. Видимо, у нее и без того было много дел. Я обошла трон и в замешательстве облокотилась на высокую спинку.

Странно все это. Зачем Алан пошел в лабораторию, что за книгу он оттуда вынес? Какое дельце задумал этот вампир и при чем здесь я?..

Я помотала головой, отгоняя от себя вопросы, кружащие назойливыми мухами, и собралась уже пойти к Алу, чтобы выяснить ответы хотя бы на половину из них, как вдруг почувствовала щемящую боль в затылке. Перед глазами с феерической скоростью замелькали тысячи картинок, постепенно складываясь между собой, как мозаика. Изможденное лицо мужчины с длинной окладистой бородой поначалу показалось мне незнакомым. Впавшие глаза, заостренный нос, посиневшие обветренные губы говорили о приближающейся агонии. Он бесстрастно дожидался своей смерти, словно заведомо знал, что ждет его там, за чертой. Мужчина стремительно повернул голову, заметив мое присутствие, хотя я по-прежнему находилась в стенах своего замка. И я наконец узнала в нем… отца Алана. Видение оборвалось так же внезапно, как и началось. Я сидела на полу, растирая виски и с ужасом осознавая, свидетелем чего мне только что пришлось стать.

Глава 4. Чем бы принцесса ни тешилась, лишь бы не руководила

Посадив занозу и основательно отбив руку об сколоченную из широких дубовых досок дверь, я со всей силы ударила по ней пяткой и только тогда услышала за стеной шаги. Некромант приоткрыл дверь и хмуро посмотрел на меня, как будто я застукала его с поличным за применением запрещенных заклятий.

– Что случилось? – глухим голос спросил он, преградив мне путь и не давая пройти в комнату.

Я закусила нижнюю губу, наскоро соображая, как же мне начать разговор, касающийся его отца.

Еще пять минут назад я бежала по извитому переходу к южной башне и готова была выплеснуть на Алана весь поток информации, но сейчас… Сейчас это оказалось не так просто. Смерть волнует некромантов больше жизни, поскольку является их профессией. Как бы цинично это ни прозвучало, Адриан сгорал на своей работе.

– Твой отец, – наконец начала я. – Я его видела…

Перед глазами все еще стоял образ Адриана. Не сказать, что я была желанной гостьей в родовом поместье некромантов, но отец Алана относился ко мне вполне приемлемо.

– Он здесь? – изумился Ал и быстро оглянулся, словно был в комнате не один.

Я привстала на цыпочки и попыталась заглянуть ему через плечо, чтобы посмотреть, что же такое прячет Ал, но он вдруг неожиданно резко вытолкнул меня в коридор и захлопнул за собой дверь.

– Так мой отец здесь? – повторил вопрос некромант.

– Не совсем… точнее его здесь нет. Понимаешь, у меня было видение. – Я потупила взгляд, стараясь говорить как можно спокойнее. – Я видела его… как бы тебе объяснить…

К счастью, а может, и к сожалению, Алан хорошо разбирался в нюансах. Особенно связанных со мной.

– Что с ним? – Алан взял меня за подбородок, заглянул в глаза и спросил шепотом: – Лиз, он мертв?!

– Я не знаю. Правда не знаю. Но он был сам на себя не похож, видение продолжалось какие-то секунды… Возможно, все не так плохо. Ведь твой отец некромант, его практически невозможно убить, – постаралась как можно бодрее произнести я, но получилось не слишком жизнеутверждающе.

По лицу Алана промелькнула тень. Погас и вновь загорелся один из факелов над моей головой.

– Так думают остальные. Некроманты такие же люди. Не спорю, они обладают большей силой по сравнению с другими магами, но только и всего. Ты видела его у нас в поместье?

– Вроде. Все произошло слишком быстро, чтобы я успела разобрать детали, прости. – Я развела руками.

– Это ты меня прости, я был слишком резок. Ты ни в чем не виновата. – Алан вздохнул и открыл дверь. – Входи, все равно скрывать от тебя нет никакого смысла. Ты имеешь право знать правду.

– Скрывать что? – не поняла я, оглядывая знакомые апартаменты.

Алан по приезде ко мне всегда останавливался в заброшенной башне, окна которой выходили на юг. Здесь ему ничто не мешало проводить эксперименты по оживлению мертвых зверушек, практиковаться в наложении сглаза и просто комфортно проводить время. Поэтому я привыкла, что комната больше похожа на полуразвалившийся склеп, где время от времени устраивают кутежи тролли. Сейчас она была завалена многочисленными стопками книг, у большинства из которых напрочь отсутствовала обложка (что уже говорило о нестандартном содержании), свернутыми трубочкой свитками и неровно выдранными из учебников по зельям страницами.

– Я кое-что нашел в лаборатории Леона. – Алан подошел к круглому столу, накрытому съехавшей черной бархатной тканью со спадающими на пол золотыми кисточками, и взял в руки измятый лист бумаги. – Ты в курсе, чем занимался твой дед в последние годы жизни?

Чем он только не занимался! Хотя…

– Разрабатывал научный трактат по левитации, – вспомнив многочисленные синяки, полученные от падений, предположила я.

– Так он говорил, – согласно кивнул Ал, – но на самом деле Леонард работал совсем над другим.

Некромант расположился напротив огромного зеркала, вставленного в массивную раму из червленого золота, и сдернул с него кусок изъеденной молью материи.

– И ты знаешь, что это было? – наблюдая за его действиями, поинтересовалась я.

– Догадываюсь. – Алан протянул мне листок, а сам провел ладонью по гладкой поверхности зеркала.

Я внимательно всмотрелась в пожелтевший лист: потрепанный временем, он изначально должен был содержать в себе некую тайну. Наверняка очередная порция текстов на латыни. Длинных и тяжелых для восприятия, как стишки, что ежедневно строчит мой повар в надежде когда-нибудь стать менестрелем. Однако глаза наткнулись на изображение двух камней, зеленого и желтого, обведенных неровно прорисованным чернилами кругом.

– Камни? Ты хочешь сказать, дед изучал какие-то камни?!

– Не какие-то, Лиз. Перед тобой два самых сильных артефакта, какие только известны магическому миру.

Я взглянула еще раз, но не увидела ничего необычного. Зеленый камень, скорее всего, изумруд, а вот желтый… Может, топаз? Какими способностями может наградить подобная бижутерия?! Разве что на ожерелье сгодятся.

– Но я их никогда не видела.

– В этом вся странность, потому что один камень принадлежит тебе.

– Мне?! Один из самых сильных артефактов принадлежит мне?! Извини, Ал, но этого просто не может быть. Посмотри на меня, я обычная среднестатистическая принцесса, у меня даже магия получается от случая к случаю!

– А при чем здесь твои способности? Камень перешел к тебе по наследству, – произнес Алан, напряженно всматриваясь в свое отражение.

По зеркальной поверхности пробежала легкая рябь, скользящие блики отразились от нее и запрыгали на закоптелом, покрытом старой паутиной потолке, напугав мирно покачивающегося паука.

– Mors immortalis,[1] – произнес некромант знакомый мне пароль, открывающий портал в зеркале. – Деймон, где ты?

По ту сторону зеркала появился высокий молодой человек с усталыми глазами и пересекающим правую бровь неглубоким шрамом. Старший брат Алана Деймон чем-то походил на самого Ала, только куда более взрослого и серьезного.

– Отец выживет?

– Не знаю. Может, да, а может, и нет. – Лоб Деймона пересекла борозда. – Но как ты узнал?

Алан обернулся, указывая на меня:

– Лиз. Она видела…

Темно-синие глаза Деймона насквозь просверлили меня, разобрав по клеточкам, взвесив каждую часть по отдельности и сравнив ее с эталоном, а затем снова собрали в единое целое и великодушно отпустили, не найдя огрехов. Странное чувство вызывал у меня старший брат Ала. Отчасти он напоминал самого Алана, отчасти пугал, как настоящий некромант.

– Здравствуй, Элизабет, – после некоторой паузы сказал он. – Ты видела еще кого-нибудь кроме отца?

– Нет. – Я развела руками, извиняясь, что ничем не могу помочь. – Он сильно пострадал?

– Из него выкачали всю силу до последней капли. Жаль, ты бы могла помочь в поисках, но раз так… – Он перевел взгляд на брата. – Когда ты приедешь?

– Я отправлюсь прямо сейчас. – Алан коснулся рамы. – У тебя есть предположения, кто мог это сделать?

Деймон нахмурился еще больше, потер рукой переносицу.

– Думаю, это связано с недавней поездкой в Аргус. У отца точно так же забрали силу, как и у старосты города оборотней. Не будь он некромантом, его бы уже давно не было в живых. И еще… вчера вечером у нас был Натан. – Деймон поморщился. – Они с отцом заперлись в кабинете и о чем-то долго разговаривали. Правитель Сартана уехал взбешенный, а отец так и не выходил больше из комнаты. Там я его и нашел сегодня утром.

– Проклятье! Если вампир замешан в этом!.. Я уничтожу его! – вскипел Алан.

Зеркало дало трещину, пересекшую лицо Деймона с той стороны.

– Остынь, братишка. Даже не думай лесть на рожон к вампиру, не хватало еще, чтобы мы потеряли и тебя. Натан внешне может быть очень спокоен, но, дьявол, неизвестно, что он выкинет в следующую минуту. Я жду тебя, сейчас не самое подходящее время, чтобы наделать глупостей. – Деймон кивнул мне и набросил с той стороны на раму зеркала темную ткань.

Зеркала у некромантов представляют особый вид связи. Изготовленные гномами с выплавкой из особого песка, с их помощью можно не только увидеть, но и услышать друг друга.

Алан повесил в замке два зеркала: одно у себя, другое в моей комнате, чтобы при необходимости быстро со мной связаться. Мы частенько болтали с Алом по ночам, обсуждая какого-нибудь незадачливого правителя и давясь от смеха в предвкушении нового кандидата на роль короля Хорсиги.

Алан засобирался в дорогу, наскоро застегнув плащ и прихватив пару свитков с некрологами. Его движения были точными и выверенными, но я не могла не заметить, как тряслись его руки, когда он закидывал седло на коня.

– Мне поехать с тобой? – Я знала, что он откажется, но все же хотела предложить ему помощь.

Алан рассеянно посмотрел на меня, придерживая коня за удила.

– Не стоит, Лиз. Здесь тебе намного безопаснее, по крайней мере, некоторое время. Мне будет проще, если я знаю, что тебе ничто не угрожает, поскольку на поместье вновь могут напасть. И потом ты не можешь оставить королевство без присмотра. Как бы тебе ни хотелось это сделать. – Он грустно улыбнулся.

– Будь осторожен. И дай о себе знать, как только доберешься. – Я потрепала коня по холке, стараясь не смотреть на друга.

– Обязательно. – Алан легко вскочил на лошадь, потянул поводья на себя и, махнув мне на прощание, поскакал прочь из замка.

Облака, похожие на вызванные из бутылки пещерные духи, беззаботно гнал ветер, выполняя свою обыденную работу. Я стояла, покачиваясь на каблуках, и щурилась, глядя на слепящее солнце так долго, что глаза заслезились. Но в глубине души я понимала: слезы катятся по щекам вовсе не от этого. Я не знаю, как помочь другу, и это самое ужасное…

Кстати о солнце и о его влиянии на жизнь недавно прибывшего в королевство гостя. Вот странное совпадение: стоило Алану упомянуть в разговоре о вампирах, так на тебе! Один из них мертвецки бледным подтверждением разгуливает по окрестностям.

Не верю я в совпадения, особенно в такие высокомерные.

И еще он что-то хочет от меня, только что именно? Я призадумалась. Выходило, что я владею каким-то сильным артефактом, который я почему-то ни разу не видела. Замечательное наследство! А не за этим ли камушком гонялись сватающиеся ко мне принцы? Не за ним ли приехал сюда вампир? И не из-за этого ли необычного наследства чуть не погиб отец Алана?

– Вот жизнь! Что ни день, то во что-нибудь да влипну, – сокрушенно пробормотала я себе под нос и поплелась обратно в замок.

Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Вампир не объявится до вечера, значит, у меня есть время, чтобы подготовиться к его следующему визиту. А пока надо тщательно проинструктировать охрану.

Через полчаса пустого разгуливания по окрестностям, я пришла к неутешительному выводу: вампир загрыз мою охрану. Причем сделал это весьма профессионально. Ни пятен крови, забрызгавшей стены, ни расчлененных трупов с оторванными конечностями и прокушенными шеями я не нашла. Заглянув в комнату прислуги, я обнаружила там уверенно похрапывающую, безмятежно раскинувшуюся на подушках Берту.

– Берта! – Я присела рядом с ней и потормошила.

Горничная с большой неохотой открыла глаза, подпрыгнула на перине от удивления и жалостливо уставилась на меня.

– Ваше высочество! вы что-нибудь хотели?

– Расскажи-ка мне поподробнее, каким образом вампир сумел пройти через охрану Марвела? – непреклонно нависнув над ней каменной скалой, потребовала я.

Берта описала глазами большой круг, символизирующий начало мыслительного процесса, и бесхитростно протянула:

– Ваше высочество, а они его сами пропустили.

– Сами? – вскинула брови я. – Марвел прекрасно знает, что без моего ведома в замок никого пускать нельзя!

Меня непросто было вывести из себя, поэтому, увидев мою неоднозначную реакцию, девушка немного оробела.

– Ваше высочество, вы послушайте. Я сейчас все расскажу, как дело было. – Она быстро придвинула мне кресло, а сама встала рядом. – Значит, встала я как обычно в половине седьмого. У меня ведь, знаете, все точно по графику расписано. С семи до восьми поливка кактусов, ну тех, что вам правитель… как его… Сархат или Расхат из пустыни привез. Затем, пока солнце еще не начало припекать, я иду в сад и про…

Я моргнула, прогоняя неприятные воспоминания о визите этого самого Расхата.

– Берта, пожалуйста, расскажи мне о вампире, – перебила горничную я, видя, что ее уже понесло в дебри ботаники.

– Я и говорю, – пошла на новый виток своего повествования горничная. – Встала я полседьмого, умылась дождевой водой. Эта вода – такая прекрасная вещь, а какая после нее кожа становится, вы не поверите! Всего лишь надо смешать с розовым маслом, подогреть и…

– Берта, пожалуйста! – повысила я голос.

– Так вот. Умылась я и пошла кактусы поливать…

– А там вампир, – чувствуя, что девушку сейчас потянет на третий круг рассказа, надломленным голосом закончила я.

– А откуда вы знаете?

– Давай дальше!

– Стоит садюга этот и с охраной мило так о жизни беседует, как будто мазь от бородавок обсуждает. Я поначалу его за очередного визитера приняла. Ничего такой, симпатичный, только почему-то в мантию все время кутается. Гляжу, охрана оружие побросала, шеренгой выстроилась и на выход из замка пошла, да еще песню запела. Ой, ваше высочество, слышали бы вы, как они пели! У меня дядька точно так же поет, ох и намучалась я, пока в одном доме с ним жила. Встанет спозаранку и начнет…

Об особых талантах родственников моей служанки я не дослушала.

– Вампир заставил охрану покинуть замок? И они даже не сопротивлялись?!

– Что вы! – весело отмахнулась Берта. – Они его за своего приняли! А этот вампир шмыг в тронный зал, спрашивает, где, мол, принцесса. А у самого клыки торчат, как у моего младшего брата. Только братец зубы молочные на коренные разменивает, а у этого зубищи… о-го-го! – Девушка наглядно, насколько позволял размах ее рук, показала длину зубов. – Я ужас как перепугалась, виданое ли дело, Марвел ушел, Тайрос на съезде магов, а этот кровопийца про вас спрашивает. Я бежать бросилась, тут вы меня и встретили. А где сейчас этот упырь? – Берта опасливо покосилась на дверь.

– Понятия не имею. Шастает где-то по замку. Да и не упырь это вовсе, а вампир. И, похоже, не такой простой, как я надеялась.

– А-а-а, ясно, – упавшим голосом протянула девушка. – Так я тогда дверь входную запру?

– Запри, – разрешила я, приняв решение. – Мне нужно будет уехать на пару дней, справитесь без меня?

– А чего сложного? – приосанилась горничная. – Завтра воскресенье, горожане ярмарку устроят, им не до вас, уж извините, будет. Вы только распорядитесь, что сделать нужно, а я мигом все выполню.

– Я оставлю записку Тайросу, он завтра днем вернется. Сам решит, что сделать необходимо. А ты в город сбегаешь, стражников на службу вернешь, хватит с них внепланового отдыха.

– Я-то им устрою, будьте спокойны, – заверила меня Берта. – Только что с вампиром делать? Страшно ведь одной оставаться, пока он тут околачивается. Как бы по балконам лазить ночью не стал!

– Насчет вампира не беспокойся, сегодня вечером его уже здесь не будет, – успокоила я Берту, размышляя над тем, что по этому поводу думает сам вампир.

***

Тем не менее, времени на раздумье оставалось не так много. Под окнами уже поджидала жительница моего славного королевства, настроенная, как оказалось, самым серьезным образом.

– Доброго здоровья, ваше высочество! – Внушительных размеров матрона в широком балахоне с пестрой отделкой запросто могла записаться в рекрутские войска на должность главнокомандующего.

– Мое почтение. Чем могу помочь? – участливо спросила я.

– Нам бы это… вот… – пробасила она и подтолкнула прячущуюся за спиной девчушку, которую я даже сразу и не заметила. На перепуганном личике, густо усеянном веснушками, застыла мольба. – Дочь у меня есть. Одна, без мужа воспитываю, – шмыгнула носом мамаша.

Жители, пропустив судебное звено, часто приходят за помощью сразу ко мне. Одним совет дельный нужен, других на рынке торговцы обобрали, третьи моей властью недовольны или на здоровье жалуются, бывают и такие, кто денег просит, всякое случается… После смерти деда в королевстве материальное благополучие довольно шаткое, не во всех семьях достаток есть, что уж говорить про мать, в одиночку поднимающую на ноги ребенка.

– Ступайте к казначею, немедленно велю выдать необходимую на воспитание сумму, – даже не став спорить, сделала распоряжение я.

Тетка замялась, переступая с ноги на ногу, потеребила край необъятного балахона и с придыханием зачастила:

– Ох, ваше высочество, не в этом дело! Мужика нам в дом надо, чтобы с материальным достатком был! А у вас как раз от правителей иноземных отбою нет. Ваше высочество, вы бы какого-нибудь самого залежавшегося уступили, право, нам много не надо. Ежели государство у него небольшое – ничего… мы непривередливые… оно даже лучше. В том смысле, что управлять маленьким королевством сподручнее.

Я поначалу даже дар речи потеряла. Нет, оно, бесспорно, понятно, правитель – кандидатура завидная как в финансовом отношении, так и в высокопоставленном. Только захочет ли заниматься меценатством сам правитель?..

– А вы, верноподданная, не слишком рано дочь хотите замуж выдать? – полюбопытствовала я, поглядывая с балкона на худенькую девчушку по виду лет двенадцати.

– Что вы! – всплеснула руками родительница. – Моя Арианочка в монастырь собирается!

Девчушка в подтверждение осенила замок знамением и, сняв с шеи бутыль с водой, стала разбрызгивать ее по земле.

– А зачем тогда жених? – не поняла я.

– Тык мне! Я женщина свободная, все достоинства при мне. – Она похлопала себя по крутым бокам. – Ну так чаво? Подсобите?

Я подавила желание дать деру с балкона. Надо срочно завести себе еще одного советника! Стоило уехать Тайросу, как на мою голову посыпались совсем уж странные просьбы.

– Э-э-э, само собой… вы в следующую пятницу приходите. Как раз к приезду новой порции женихов подоспеете, – пробормотала я и скользнула за занавеску. Не ровен час еще кого принесет!

Надо же… какие запросы пошли. Я, мягко говоря, озадачена таким поведением. Впрочем, правителей припугнуть лишний раз тоже полезно. Поползет слух, что принцесса Хорсиги совсем из ума выжила, вместо себя крестьянок под венец выставляет, да и, глядишь, поток женихов раза в два сократится.

Наполнив освященной водой две фляги до краев, я надежно закамуфлировала их в дорожной сумке под видом обычной питьевой воды. На такой воде можно и ароматный супчик приготовить, и в напиток ее подлить, не все же вампиру кровью питаться. Весна на дворе, надо рацион улучшать.

Искренне надеясь, что после отведанного им ужина конец придет не мне, я положила в сумку несколько серебряных безделушек и обвела комнату придирчивым взглядом. Где-то в глубине комода завалялась пара осиновых кольев. Непросвещенные крестьяне постоянно таскают их за пазухой, уповая на мистические свойства этого дерева. Только на вампира подобное не подействует, осина нужна мне для другой цели – она прекрасно восполняет утраченную магию, обладая сильной энергетической подпиткой. Амулеты, обереги необходимо постоянно заряжать, самые простенькие заклинания тоже, между прочим, отнимают часть силы. Не зря Тайрос на ночь оставляет все свои магические вещицы в шкатулке из осины. А если воткнуть осиновый кол в землю, можно без опаски ночевать хоть на погосте. Дерево отбивает нюх даже у пронырливых оттощаков.

После сборов настроение заметно улучшилось. Я чуть приободрилась в предвкушении грядущих перемен, как в зеркале появилось угрюмое лицо Алана.

– Ты как? – подскочив от неожиданности (и поспешно толкнув ногой сумку под кровать), спросила я.

Но Алан даже не заметил моего маневра, будучи полностью погруженным в свои размышления.

– Нормально. Отцу стало немного лучше, если до рассвета продержится – выкарабкается, – хмуро ответил Ал.

Я подошла поближе к зеркалу.

– Не выяснили, кто за этим стоит?

Некромант напрягся, отчего по поверхности зеркала прошла глубокая неровная трещина.

– Натан. Его рук дело, – сухо произнес Алан. – Подонок!

– Все-таки он… Вам отец рассказал? – Я прислонилась к стене. Перспектива того, что в паре десятков квадратных метров от меня преспокойно расхаживает вампир, способный забрать силу даже у некроманта, меня не сильно воодушевила.

– Отец еще не пришел в себя. Но у него с шеи снят амулет, который защищает от нечисти. Одного не пойму: зачем он нужен Натану?

Видимо, этот Натан не настроен долго ждать… Из Тантоса, не откладывая дела в долгий ящик, сразу же отправился в Хорсигу.

– И что вы собираетесь делать? Пригвоздить вампира проклятием?

Алан устало вздохнул:

– Лиз, ты вообще курс защиты от вампиров проходила? Это не нечисть, которая при появлении мага поспешит вернуться на кладбище.

Я пожала плечами – предположим, мимо я проходила уж точно.

– Ты, как крестьяне, путаешь вампиров с упырями и вурдалаками. Натан – потомок двух древних кланов, Вентру и Лязомбра, что удивительно уже само по себе, так как эти кланы на дух друг друга не переносят. Оба клана обменялись кровью, замаскировав тем самым свои недостатки и приобретя преимущества каждого из них. Ты даже не представляешь, на что способен Натан, хотя внешне это понять совсем невозможно. Upir, Vourdalak, Neuntoter, Civatateo, Adze, Langsuir, Empusas – люди называют их по-разному, считая, что они вправе ставить их в иерархии на одну ступень. На самом же деле вурдалаки и упыри – всего лишь нечисть, вот для них в самую пору придутся кресты, световые пульсары и соответствующие проклятия. Как бы то ни было, не думаю, что Натан действует самостоятельно, – не замечая оторопелого выражения моего лица, продолжал друг. – Ему кто-то помогает, возможно, маг. Потому что до этого Натан не был замечен в подобных делах. Хотя… может быть, он наконец захотел власти. Вот и стал избавляться от неугодных, – предположил Алан.

– Послушай, а что за история с камнями? Ты начал мне рассказывать, но я так и не знаю, каким образом связан дед с артефактами.

«А заодно и с вампиром, обосновавшимся неподалеку».

– Сейчас не самое подходящее время для рассказа, – ускользнул от ответа Алан, сам не осознавая, что выдал себя с поличным. От природы болтливый, он никогда бы не стал скрывать от меня что-либо. Значит, темнит. – Извини, мне надо подменить Деймона.

– Я понимаю. С твоим отцом все будет в порядке, я уверена.

Алан склонил набок голову и насмешливо посмотрел на меня:

– У тебя было новое предвидение?

– Считай, что да.

– Тогда я приму его к сведению. Спасибо, Лиз!

Некромант обернулся, подал знак кому-то и исчез, оставив меня лицезреть отражение растрепанной девицы с лихорадочно блестящими глазами.

Что ж, если Алан темнит, я тоже могу себе это позволить.

– И ты меня извини, Ал, – со вздохом произнесла я и, взяв хрустальную вазу, со всей силы запустила ею в зеркало.

Мелкие осколки водопадом брызнули в разные стороны, со звоном осев на полу. Теперь на портал с тоской взглянет даже самый пройдошливый торговец магическими вещами.

Так будет лучше для нас обоих. Алан не сможет со мной связаться, а значит, не узнает, что меня нет в замке. Мне необходимо выяснить все об этих артефактах, а вампир, похоже, единственный, кто может внести ясность. К тому же я нужна вампиру живой, он меня не тронет, во всяком случае пока. В магии я всего лишь дилетант, скрупулезно сверяющийся с листочком, прежде чем прочесть заклинание. Пусть лучше Ал находится рядом с отцом и своей семьей, а уж вампира мы как-нибудь приручим.

Сзади настораживающе скрипнула дверь.

– А ты куда более сообразительна, чем может показаться на первый взгляд, – раздался за спиной голос вышеупомянутого вампира. – Твой друг действительно будет лишним.

Черная до пола мантия, расшитая древними рунами, и накинутый на голову капюшон делали его похожим на жреца одного из языческих храмов восточных королевств. Для полной картины не хватало залитого жертвенной кровью алтаря, который его слуги таскали бы вдогонку. Натан двигался плавно и тихо, как рысь, напавшая на след жертвы, но в то же время с чудовищной скоростью, неудивительно, что я не услышала, как он появился в комнате.

– Как и кое-кто другой, – парировала я, двигаясь в угол комнаты. – Зачем ты напал на некроманта?

Из-под капюшона блеснули белые клыки.

– Может, я хочу подчинить все королевства. Мне надоело постоянно держаться в установленных этими заурядными магами рамках, – внимательно изучая осколки зеркала (в которых он опять же согласно книгам не должен был отражаться), пространно ответил вампир.

– Так все-таки ты – Натан? – уточнила я.

Вампир молчал, как всегда игнорируя глупые вопросы.

– И именно ты напал на отца Алана?!

– Я сказал «может». Остальное все произнесла ты. – Он двинулся ко мне. – Но наверняка ты хочешь узнать подробности. Скажем, что за камни скрывал Леонард и какое они имеют отношение к тебе. А я как раз не вижу смысла и дальше держать тебя в неведении, принцесса. Только поговорить мы сможем лишь в дороге. – Он бросил беглый взгляд в окно.

Солнце нырнуло за ватные облака, набросив легкую вуаль тени на крыши домов.

– До заката еще есть время. Или ты собираешься отправиться в путь в таком виде?

– Нет. Я хочу, чтобы ты мне рассказала… – Он резко оглянулся, словно почувствовав малейшее движение.

Я непонимающе перевела взгляд на дверь. Спустя пару секунд из коридора раздалось мелодичное пение Маргоши, а затем показалась и сама горничная, неся в руках стопку накрахмаленного постельного белья.

– Лиз, все сделано! Я сняла шторы, как ты и просила, – весело сообщила она, выдав весь мой замысел на корню. – Ты и твой… некромант, – Марго косо посмотрела на вампира, по ошибке приняв его черное облачение за наряд Алана, – ужинать будете?

– Непременно! – Натан хмыкнул и перехватил у нее постельные принадлежности.

– Мертвяк меня побери! – Маргарита округлила глаза, прошептав: – Это еще кто такой?

– Вампир, – небрежно ответила я. – Не обращай внимания, он здесь проездом до вечера.

Натан усмехнулся, бросив белье в угол и скрестив руки на груди. Я поспешила добавить:

– Я уеду с ним на несколько дней, нужно решить кое-какие проблемы.

– Тебе с НИМ? Какие еще проблемы?! – Марго с опаской посмотрела на вампира, но, придав голосу уверенности, заявила: – Никуда я тебя не отпущу с этим… этим…

– В самом деле? – Натан сверкнул глазами, в то время как Марго силилась подобрать подходящее сравнение. – А кто мне сможет помешать? Мальчишка-некромант? Придворный маг, которого я так и не встретил, пока осматривал замок? Или, может, пугливая горничная с пульсирующей от возмущения сонной артерией?

Марго отшатнулась.

– Не смей ее пугать! – обозленно выкрикнула я.

– Пугать?! – желчно переспросил вампир. – Я только перечислил очевидные факты, а твоя горничная с ними согласилась. Молчание – знак согласия, не так ли?

– Я поеду с Лиз, – буркнула Маргарита, собрав белье и несокрушимо прошествовав к двери. – Ужин готов, надеюсь, утка в чесночном соусе понравится нашему гостю? – ядовито осведомилась она, перед тем как покинуть комнату.

– Хорошо слуг воспитываешь! – усмехнулся Натан.

– Командуй у себя, а мне не указывай! – рявкнула я.

Вампир как-то странно посмотрел на меня и захохотал во весь голос.

– Я рассчитывал увидеть рыдающую от страха принцессу с повязанным вокруг горла шарфиком, слуг, с ног до головы обвешанных распятиями и находящимися в полуобморочном состоянии. А вместо этого попал на бесплатное цирковое представление, да еще и в первый ряд. Знаешь, а это даже забавно, – надменно сказал он и вышел вслед за Марго.

С ним надо быть начеку. Такой способен играть людьми, как пешками, и без зазрения выкинуть одну из фигур, чтобы продвинуться по шахматной доске на одну клеточку.

Только почему у меня такое чувство, что отца Алана он не трогал и к убийству оборотня на Запретной Границе не имеет никакого отношения, хотя и не спешит это опровергать.

Может, он тоже ищет убийцу? Но тогда зачем?

***

Багровый закат, окаймленный золотым сиянием прячущегося за лесом солнца, длинным шлейфом расстилался над городом. В конюшне неспокойно всхрапывали и били копытами лошади, чувствуя присутствие постороннего, и только одна кобылка миролюбиво выглядывала из стойла.

– Будешь яблоко? – предложила я ей любимое лакомство.

Та благодарно шевельнула ухом и осторожно взяла угощение.

Нису подарил дед, когда мне исполнилось десять лет. До этого, честно признаюсь, отношения с лошадьми у меня были весьма напряженными. Ни одна из них не могла выдержать на себе больше получаса вертлявую девчонку, которая при первом удобном случае сбегала из замка в лес. Ну не понять было лошадкам все прелести общения с русалками из местного болота, когда хвостатые обитательницы водоемов, хохоча, бросались вязкой тиной, намереваясь утащить мое средство передвижения на дно.

Ниса же оказалась кобылкой с крутым характером и не менее крутыми и сильными копытами, которые без разбору использовала в целях самозащиты.

– Придется нам с вампиром путешествовать. Ты как на это смотришь? – спросила я, поглаживая Нису по покатому боку.

Кобыла лишь посматривала, не завалялся ли у меня еще один кусочек сочного яблочка.

Ей было все равно, с кем водится хозяйка. Ниса успела повидать на своем веку пару десятков вурдалаков и даже четырех оборотней, однажды прокравшихся в стойло, чтобы отведать молодой конины – но дегустация как-то не заладилась.

Я тщательно расчесала Нисе хвост и гриву, закинула седло, закрепила ремни и прицепила дорожную сумку. Затем налила лошадке целое ведро колодезной воды и, потрепав по холке мою подругу по несчастью, уселась в стог свежескошенной травы. День, проведенный на ногах, тут же дал о себе знать сладким и громким зевком и долгим потягиванием. До того как солнце полностью скроется за горизонтом, оставалось еще немного времени, поэтому я решила провести его с пользой для организма (если вампир меня и загрызет, то пусть хотя бы оценит вкусовые качества крови).

Кажется, с тех пор как я закрыла глаза и стала гостьей в сонном царстве, прошла всего одна минута. Но недовольное ржание Нисы и хитрый оскал вампира, подпирающего вбитое в землю бревно, настойчиво убеждали меня в обратном.

– Готова? – равнодушно произнес он.

– Смотря для чего. – Я поднялась на ноги. – Где Маргарита?

– Твоя прислуга уже идет, – покосился на выход Натан.

Словно вторя его словам, в конюшне с двумя огромными плетеными корзинами, доверху набитыми едой, показалась Марго, одетая в темно-синий дорожный костюм из парчи.

– Куда нам столько? – удивилась я, рассматривая запасы продовольствия.

Девушка поставила корзины на соломенный пол.

– На всякий случай, – пространственно ответила она и исподлобья посмотрела на вампира.

Тот невозмутимо подошел к Маргарите, наклонился и что-то шепнул ей на ухо. Судя по яркому румянцу, залившему лицо горничной, это что-то было весьма далеким от комплимента.

– Марго, оставь корзины здесь. У нас нет для них места, лучше остановимся где-нибудь, чтобы нормально поесть, – попросила я и повернулась к Натану. – Мы ведь остановимся где-нибудь на ночь?

– Скорее на утро и день, – поправил меня он. – Не волнуйся, принцесса, если вы и умрете, то точно не от голода.

– Вот видишь! Без еды мы не останемся, – наплевав на смысл ответа, обнадеживающе произнесла я.

Однако на Марго убеждение вампира не произвело никакого впечатления. Хотя корзины с продуктами она все-таки бросила и, взяв под уздцы двух лошадей, вышла во двор.

– Лучше бы твоя прислуга осталась в замке. Почему ты ей не прикажешь?

– Потому что это бесполезно. Она вбила себе в голову, что непременно должна поехать с нами.

– Прислуге не место там, куда мы собираемся. Она будет только мешать, – недовольно произнес Натан.

– Интересно чем же?

– Своими страхами, – хмуро ответил вампир, расстегивая мантию, как кокон прилегающую к его телу.

Да уж, правитель в нем удался на славу. Широкие плечи, темные, цвета маренго, волосы, собранные в косицу, тяжелый взгляд ореховых глаз, смуглая кожа, перебитый нос, намечающаяся бородка и изогнутые в презрительной усмешке ярко-красные губы.

О такой внешности грезит не только обитающий на погосте мертвяк, но и любой не слишком популярный среди женских особей парень. Меня лишь смущал ровный загар (где это он им обзавелся?) и нос с горбинкой (сломанный нос никак не вязался с отличной регенеративной способностью вампиров).

Когда на небе проклюнулись блеклыми точками первые звезды, мы выехали за пределы замка и свернули на неприметную дорожку, ведущую в лес. Натан ехал впереди, легко ориентируясь в темноте и без труда разбирая практически неразличимую, заросшую мхом тропу. Где-то невдалеке с громким уханьем пронеслась над верхушками деревьев сова, словно часовой, караулящий лесные владения. Марго, вцепившись в лошадь всеми частями тела, упорно пыталась удержаться в седле и даже иногда подавала мне оптимистичные знаки.

– Ты в порядке? Может, повернешь назад, пока мы еще не отъехали слишком далеко? – дождавшись, когда она меня догонит, с надеждой спросила я. Все-таки впутывать девушку в весьма сомнительное дельце очень не хотелось.

– Еще чего! Ты от меня так просто не избавишься, а уж этот вампирюга иподавно, – вцепившись в поводья, сквозь зубы процедила Маргарита.

– Ну как хочешь, только потом не жалуйся, если вампир тобой позавтракать решит.

Я припугнула ее только для виду, хотя не стоило мне этого делать. У Марго и так все мысли были заняты тем, как удержаться в седле и не подпрыгивать на каждой кочке.

Прибавив скорость, я поравнялась с Натаном, оглянулась и, убедившись, что Маргарита находится на достаточном расстоянии от нас, спросила:

– Сейчас я могу услышать правду?

– Смотря какой смысл ты вкладываешь в это слово, – даже не поворачивая головы в мою сторону, сухо сказал вампир. Ему, по-видимому, нравилось владеть ситуацией.

– Я хочу узнать, какое отношение имеют артефакты к моему деду.

Натан бросил быстрый взгляд на луну и изменил направление маршрута, развернув своего коня несколько севернее.

– Прежде определимся вот с чем: что ты знаешь о Вальмонте? – холодно спросил он.

Начинается! Теперь и вампир решил проверить маловесный багаж моих знаний.

– Один из трех магистров, что некогда заточили Бездну. Селяне любят его больше остальных, считается, что его дух защищает от сил зла и всех ночных посланников мрака. В моем королевстве он пользуется большим авторитетом, жители упоминают его имя почем зря. Всех трех магистров уже нет в живых, их убили лет десять назад.

Натан напрягся, по его лицу, до этого не отражавшему ни одной эмоции, скользнула тень сожаления. Впрочем, в такой темноте не исключено, что мне это всего лишь показалось.

– Надо думать, ты не слишком разбираешься в подобных вопросах, принцесса. На твой взгляд, откуда вообще могли взяться артефакты?

– Ну…

– Понятно. Маги часто наделяют обычные предметы магической сущностью, сами, как правило, пользуюсь ими для подстраховки. Вальмонт вместе с одним из магистров отдал часть своей силы, сотворив два артефакта. В книгах упоминается, будто изумруд способен отнимать любые способности, а топаз дарует владельцу неиссякаемый источник силы. Оба артефакта, как разные полюса магнита, представляют собой единое целое, хоть и наделяют их владельца совершенно противоположными возможностями. Топаз принадлежит твоей семье, то есть фактически его хозяйкой являешься ты. Другой артефакт попал к твоему деду Леонарду случайно. Он был подарком, и, получается, его тоже унаследовала ты. Но изумрудом Леонард никогда не пользовался, слишком велик был риск увлечься, забирая чужую силу. И он спрятал камень в замке, никому не сказав, где именно. Даже тебе.

– А топаз? Его дед мне тоже никогда не показывал, – возразила я.

– Он ждал, когда ты вырастешь и сможешь разумно распорядиться той силой, которая откроется его владельцу. Впрочем, сейчас это тебя не должно волновать, потому что все равно пропали оба камня.

– Но откуда ты знаешь? – Я подозрительно посмотрела на вампира.

– Ты хочешь спросить, не я ли взял артефакты? – перескакивая через толстую потрескавшуюся корягу, преградившую путь, уточнил Натан. – Нет, это был, к сожалению, не я. Иначе меня бы здесь вообще не было. Кто-то оказался проворнее.

– Но зачем тебе понадобилась я? Ты же сам сказал, что дед скрывал от всех местонахождение артефактов.

– Ты его внучка. Леон был неплохим провидцем, он знал, что рано или поздно за камнями начнется охота, поэтому и не хотел впутывать тебя. А с другой стороны, кто, как не ты, должна забрать камни. Артефакт – не простая вещь, которую можно украсть и использовать в своих целях, это тоже магия, которая знает своего законного владельца. Вернуть камни можешь только ты, и вернешь ты их мне, – блеснул в темноте глазами вампир.

Глава 5. Рандеву с вампиром

Вот уже около двух часов мы ехали вдоль берега реки, покинув границы моего королевства. Дорога, сплошь усыпанная песком и мелким гравием, постепенно расширяясь, шла под уклон. Сонную тишину ночного воздуха, мягкой пеленой окутывающего движущиеся по дороге фигуры, нарушал лишь цокот копыт и мелодичное журчание спускающейся вниз речушки.

– Этот вампирюга скажет когда-нибудь, куда мы направляемся? – недовольным тоном осведомилась Марго.

– Боюсь, мы это узнаем, лишь прибыв в пункт назначения, – пытаясь не упустить вампира из виду, устало ответила я.

Внезапно конь Натана встал как вкопанный, а его хозяин, спрыгнув на песок, двинулся в глубь леса. Конь послушно, словно привязанный, последовал за ним. Мы с Маргошей удивленно переглянулись, но отставать от вампира не стали.

«Один знакомый мерзкий вампир лучше стаи хоть и такой же мерзкой, но незнакомой нечисти», – читался неподдельный страх на лице Маргариты.

Особенно ее заставил укорениться в своих размышлениях истеричный смех, донесшийся из кустов сирени. Смех имел замогильное происхождение и намекал на скорое близкое знакомство с его источником. Марго не выдержала.

– Лиз! Подожди меня! – таща за поводья упирающуюся лошадь, заныла девушка.

По лесу можно было передвигаться с закрытыми глазами – сплошная мгла заслонила собой весь обзор. Чем дальше мы продвигались, тем больше сгущалась над нами темнота, скользя между еловыми лапами и накрывая путников своим куполом. Противный, скрипучий хохот раздался откуда-то слева, под ногами мерзко захлюпала болотная водичка, а туфли начало засасывать в ил. Ниса, благоразумно довершившись моему приоритету, покорно шла рядом, видимо посчитав, что нечисть удовольствуется заплутавшей в лесу принцессой.

Рядом прошмыгнуло что-то склизкое, остро пахнущее затхлостью и со злорадным улюлюканьем притаилось в паре метров от нас.

– Лиз, мне страшно. Этот кровопийца заманил нас в ловушку, а сам исчез. Нам отсюда не выбраться! – запаниковала горничная, прыгая по кочкам, словно цапля.

– Не отставай от меня, куда-нибудь да выйдем! – как можно беззаботнее произнесла я, стараясь не вдыхать запах отсыревших листьев и сгнивших останков, о чьем происхождении можно было только догадываться.

Вернее всего было позвать Натана, но просить помощи у вампира – гиблое дело. Уж лучше сразу на дно, к болотным кикиморам.

Одной рукой держась за седло Нисы, а другой, вцепившись в рукав Маргариты, упирающейся не хуже своей лошади, я решительно сделала несколько шагов вперед. Потом еще несколько, едва не споткнулась и, на свое удивление, ощутила под ногами вместо болотной топи рыхлую, но внушающую уверенность в ее надежности землю. Нечисть подавала слабые признаки жизни, злобно скалясь и посылая колоритные проклятия в наш адрес, но мы уже были в безопасности.

– Получила, кикимора болотная?! Теперь без ужина останешься! – язвительно заметила Марго, подыскивая, чем бы запустить в своего недавнего болотного провожатого.

– Я бы на твоем месте ее не злила, нам еще возвращаться придется, – иронично предупредила я.

– Все равно на ночь есть вредно, – возразила Маргарита, но все же поумерила свой пыл.

Темнота, окружающая нас, стала практически материальной, деревья сомкнулись, заслонив свет островерхих звезд и желтого диска луны. Мы пробирались дальше, осторожно раздвигая колючие ветки и мысленно понося вампира не самыми ласковыми выражениями. Уткнувшись носом во что-то мягкое и теплое, впоследствии оказавшееся самим вампиром, с задумчивым видом застывшим на месте, я проследила за направлением его взгляда.

Диск луны выкатился из-за кромки леса. Тусклый свет выбелил макушку небольшой поляны с расположенным на ней покосившимся ветхим домиком, огороженным не менее ветхим забором из выгоревшей на солнце соломы и потрескавшихся прутьев.

– Место какое-то подозрительное, здесь даже трава не растет, – недоверчиво сказала горничная, оглядывая поляну.

– Марго, не привередничай. Может, вампир нас к себе во владения привез, – нарочито громко шикнула я, убедившись, что он находится неподалеку и все слышит.

Натан хмуро глянул на нас, но возражать не стал, приказав нам оставаться снаружи и в дом не входить. Зачем приказал?! Не знал разве, с кем дело имеет? Подогретое запретом любопытство готово было закипеть.

– Вот оно, вампирское гостеприимство, – зацокала языком я, старательно пытаясь заглянуть в незанавешенное окошко.

– Не для ваших ушей разговор, дамы, – предупредил Натан и, приоткрыв калитку, скрылся за забором.

– Интересно, с кем это он беседовать собрался? Мы тут мерзни, а вампирюга возьмет и вообще к утру заявится! – растирая руки, фыркнула Маргарита.

– Присмотри за лошадьми, я сейчас. – Я быстро отдала Марго поводья и пошла за Натаном.

Если уж предложил прокатиться вместе – пускай показывает все достопримечательности.

– Лиз, не ходи туда одна, если он тебя заметит… А он тебя заметит, – сокрушенно покачала головой девушка, наблюдая, как я по-хозяйски ногой распахиваю входную дверь.

Деревянные доски недовольно заскрипели, опасливо прогибаясь под ногами. Когда я вошла внутрь, из комнаты доносился незнакомый приглушенный голос:

– Она не станет тебе помогать, Натан. Ты только тратишь зря время, которое мог использовать на поиски артефактов.

– Ерунда. Она отдаст мне камни, как только мы их найдем.

– Но ей грозит опасность. Мне кажется, тот, кто забрал артефакты, уже знает о вашем договоре.

– И что?! Принцессой больше, принцессой меньше, какая разница? Сейчас есть проблемы поважнее жизни этой девчонки. Так ты мне поможешь?

– Ты же знаешь, что я не вправе тебе отказать. Я покажу, где находится один из камней, но тебе придется поторопиться, потому что охота уже началась.

– Это не главное, главное, что камень будет принадлежать только мне. Но тянуть действительно больше нельзя, вот карта ближайших королевств.

Ах вот как он со мной считается! Ему в принципе все равно, будет принцесса мертвой или живой, его интересуют только артефакты. Как же, отдам я тебе их, дождешься!

Я немного потопталась в узеньком коридорчике, но, не услышав ничего нового, бесцеремонно вошла в комнату, освещенную слабым светом догорающей свечки. Низенький старичок, закрыв глаза, нашептывал скороговоркой себе под нос заклинание поиска и самозабвенно водил по карте скрюченным пальцем. Натан стоял ко мне спиной, внимательно наблюдая за каждым его движением.

– Не помешала? – подкравшись сзади, проникновенно спросила я, бойкотируя зашкаливший интерес к моей персоне со стороны длинноволосого.

Вампир замер, раздраженно перебирая край мантии. Как-то не особо удивился… зато старик аж подскочил на стуле. Либо он вдобавок еще и глуховат, либо эту сцену специально разыграли для ее высочества принцессы.

– Я же приказал тебе оставаться снаружи! – строго произнес вампир, будто отчитывал нашкодившего щенка.

– Ты не можешь мне приказывать. Мы заключили сделку: я помогаю тебе найти камни, а ты рассказываешь мне о деде. – Я нагло оттеснила его в сторону. – Так что у нас с тобой равноправие. Или ты отказываешься от своих слов?

Старик хмыкнул, начертил углем на карте треугольник и с любопытством посмотрел в мою сторону.

– Нет, я сдержу слово. Но ты не должна мне мешать, иначе…

– Иначе что? Без меня ты не справишься, даже если и найдешь свои драгоценные камушки. Сам сказал: полную силу они раскроют только в руках владельца, то бишь в моих, так что придется тебе считаться с моим мнением! – скрестив на груди руки, гневно произнесла я.

Вампир вскинул голову.

– Отлично! Хочешь равноправия – ты его получишь! Но если тебя прихлопнет какой-нибудь маг, не надейся на сострадание. Мы – партнеры, однако каждый отвечает сам за себя, – с издевкой произнес он.

– Меня это вполне устраивает. К тому же сдается мне, сострадание тебе вообще незнакомо, правитель!

– Тогда, может, ты поведешь нас к артефактам, принцесса?! – на тот же манер отозвался вампир.

– Непременно! – сердито хмыкнула я.

Я развернулась к старику, умиленно наблюдающему за нашей руганью, и взяла у него карту.

– Вот здесь находится один из камней, – ткнув длинным кривым ногтем в пергамент, сообщил тот. – Дэйтон. Это не так далеко отсюда. Если поехать на восток и свернуть к Лангемоне, небольшой деревеньке, находящейся возле Флердоранжа, дорога займет всего три часа езды.

Я отстраненно слушала объяснения хозяина дома, а сама мысленно прокручивала в памяти вчерашний день. Уж не правитель ли этого королевства приезжал ко мне вчера утром? Неужели кандидат преклонного возраста и есть тот, кого мы ищем? Он даже день свадьбы назначил, хотел побыстрее получить власть над артефактами… Карнелио не удалось попасть в лабораторию, так он решил тайком туда пробраться и выкрасть камни. Стоп… камни!

– А может быть так, что артефакты находятся у двух лиц? И ни один из них не знает, где найти второй? – задумчиво произнесла я, разглядывая карту.

– С чего ты взяла? – насторожился вампир.

– Этот правитель, Карнелио… не помню какой… в общем, он приезжал ко мне, предлагал руку и прочие бракованные органы, – присев на колченогий табурет, стала рассказывать я.

– Он – тебе? Бедный парень. Совсем, видать, выбора в округе не осталось, – со смешком произнес Натан.

– Я, между прочим, принцесса, если не заметил! И потом вовсе он и не парень, ему небось за пятьдесят уже лет двадцать назад перевалило, – обиделась я.

– Тогда понятно, почему на тебя позарился, – колко подметил вампир.

Я бросила в его сторону испепеляющий взгляд.

– Могу и не рассказывать! Сам-то какой век доживаешь, вампирюга?! – огрызнулась я.

Старик встал между нами, стараясь прекратить перебранку.

– Тише, тише. Не обижайся на Натана, он не хотел тебя обидеть.

– Как же! – в один голос выкрикнули мы и презрительно переглянулись.

Старик закашлялся.

– Ладно, продолжай, я не буду комментировать, – великодушно разрешил вампир.

– Спасибо за честь! – Я закинула ногу на ногу. – Так вот, приехал этот правитель ко мне свататься, а я его по старинке пугать некромантом стала.

– Пугать? Кажется, твой приятель-некромант едва совершеннолетие справил. Он наверняка еще даже не знает, как наложить моровое проклятие, – усмехнулся Натан.

– Кажется, ты обещал молчать?! – парировала я. – Алан хоть и молод, но уже в курсе пары-тройки необратимых порч. Жаль, что он уехал так поспешно и не успел научить тебя хорошим манерам! – с досадой выпалила я.

Натан проигнорировал последнюю фразу, решив не тратить время попусту.

– Обычно понаедет этих кандидатов к выходным, будь здоров! Шуму от них, как от майских жуков на картофельном поле. Зато, когда про некроманта узнают, вмиг очередь через одного редеет, а остальные хоть и величаво на битву отправляются, только ни один еще не вернулся. Этот тоже поначалу испугался, только потом будто вспомнил о чем-то. У него на шее амулет висел с точно таким же камнем, который я видела на картинке. Так что артефакт, несомненно, Карнелио выкрал, надо в Дэйтон ехать.

– А от тебя есть определенная польза, кроме пустой болтовни, – ехидно сказал вампир.

– Это комплимент?

– Это намек на то, чтобы ты впредь молчала, вмешиваясь в разговор лишь тогда, когда есть конкретные соображения, – не преминул пояснить он.

– Я вообще могу молчать, разбирайся сам!

– Можешь. Но ты этого не сделаешь, потому что не меньше меня хочешь узнать, где же находятся оба артефакта, – насмешливо произнес Натан, забирая у меня карту и пряча ее под мантией.

– Думаю, чем раньше мы прибудем в Дэйтон, тем меньше тебе придется слушать мою болтовню, – рассердилась я.

Вампир подтолкнул меня к выходу.

– Дельная мысль! Ты совершенствуешься. Нам действительно пора, Бортас. – Последняя фраза была уже обращена к старику.

– До встречи, Натан, – сдержанно улыбнулся тот и тихо добавил: – Будь осторожен. Тем более сейчас, когда ты…

– Не волнуйся, – холодно оборвал его Натан, – я справлюсь. И спасибо за подсказку, учитель.

Старик кивнул и, придерживая одной рукой поясницу, с трудом согнулся в поклоне.

***

Деревья пытались дотянуться друг до друга ветками, образуя узкую длинную арку. Дорога вела к вытянутому в высоту замку, разросшемуся множеством башенок, уступов и возвышений, крытых черепицей. Остроконечные пики башен, протыкая насквозь иссиня-черное ночное небо с разбросанными по нему колючими звездами, уходили ввысь. Замок был окружен каменной стеной, окаймленной диким плющом. На ней возле главных ворот висел четырехугольный герб с изображением укомплектованного по всем правилам воина, держащего в руке колюще-режущее оружие неизвестного происхождения, которое Марго приняла за грабли.

Отсутствие мирно похрапывающей охраны и гнетущая тишина, неумолимо надвигающаяся на нас, заставили поторапливаться, ибо неизвестность – самый сильный страх.

– Неужели камень является настолько сильным артефактом, что его владелец может позволить себе не держать поблизости охрану? – оглядываясь по сторонам, спросила я.

– Смотря какие возможности исходно имеются у его хозяина. Магию нельзя сделать из воздуха, для нее нужен первоначальный источник, – привязывая к столбу коня, пояснил Натан. – Здешний правитель обладает каким-нибудь магическим даром?

– Разве что скверным характером, – заключила я.

Вампир внимательно посмотрел на окна, пытаясь заметить в них хоть какое-то движение. Но так и не уличив за занавеской притаившегося владельца замка, решил провести экскурсию самостоятельно.

Черно-белая плитка, уложенная в шахматном порядке, была начищена до блеска и сверкала, отражая подрагивающее пламя факелов. Встречать дорогих гостей никто не вышел, выпроводить за ворота нас тоже было некому. Просторный холл, сплошь заставленный хрусталем, перетянутой бархатом мебелью и разнокалиберными вазами с какой-то бутафорской позолотой, поражал нелепостью. Несмотря на большие габариты пространства, передвигаться приходилось исключительно бочком, дабы ненароком не задеть коварно покачивающуюся на очередном раритетном столике фарфоровую статуэтку. Замок походил на кубышку толстосума, где по недоразумению оказались совершенно не совместимые друг с другом вещи.

Мы прошли по коридору, заглянули в пару десятков безвкусно обставленных комнат и уткнулись в запертую дверь. Два огромных окна-витража, пестревшие разноцветными стеклами, выходили на южную сторону и занимали практически всю стену. В хорошую солнечную погоду здесь должно быть очень светло.

– Похоже, мы приехали не вовремя, – пришла к выводу я. – Ни одной живой души.

Вампир мои догадки не разделил, изучающе оглядев помещение.

– Да нет, здесь определенно кто-то есть.

– У тебя мания преследования. На входе в замок должна быть охрана, а во дворе нет даже собачьей будки.

Вампир, не проронив ни слова, окинул беглым взглядом шелковые узорчатые гобелены с изображением напыщенного правителя Дэйтона и стал костяшками пальцев выстукивать стену.

Не зря его боятся, с полоумными вообще связываться опасно!

– На других стенах гобелены выцвели от солнца, а здесь, приглядись, рисунок яркий и четкий, будто нанесен совсем недавно… или этой стеной пользовались редко… или пользовались, но абсолютно в других целях, – нащупывая выемку, произнес он.

Раздался тихий щелчок, будто сработал механизм, и в стене образовалась прямоугольная ниша с ведущими вниз ступеньками. Натан юркнул в проем, спускаясь по ступеням тихо, как кот, и ведя рукой по шероховатой, потрескавшейся поверхности стены. Я, падкая на приключения в подвалах, тут же поспешила за ним.

– Лиз, стой! – окликнула меня Марго. – Я туда не пойду! Вдруг там камера пыток или того хуже – крыс полно. Я лучше здесь побуду, ты только не задерживайся, – дрожащим голосом попросила она.

В подвале обнаружились стоящие друг на друге пузатые деревянные бочки с вином, мешков тридцать зерна и крупная, упитанная мышь, которая с преисполненным целомудрия хрустом его поедала.

Правитель Дэйтона нашелся неподалеку, на одной из бочек, закутанным в серое покрывало.

Натан уже хотел схватить его за шиворот и обстоятельно вытрясти всю информацию, когда я поспешно преградила ему путь и вежливо кашлянула.

Карнелио подпрыгнул от неожиданности, стоящая под ним бочка закачалась, опрокинув правителя вверх тормашками.

– Доброй ночи! Не спится? – Я решила первым делом выяснить причину полуночного сидения в подвале.

– Опять ты! – даже не попытался для приличия обрадоваться моему визиту Карнелио.

– Я. Вот решила навестить, как-то нехорошо в прошлый раз получилось, недушевно. Камзол подпалила и вообще для принцессы вела себя хуже некуда. – Я потупила хитрые глаза.

– И что тебе теперь надо? – без воодушевления от моего покаяния поинтересовался правитель.

– Замуж хочу! – не вдаваясь в подробности, заявила я.

Вампир недоуменно взглянул на меня, но промолчал, хотя обескуражен был не меньше самого предполагаемого женишка.

– С чего бы вдруг?

– Королевству нужен правитель, сильный, мудрый, решительный, целеустремленный и энергичный, – вспомнила я надпись на подарочном свитке, врученном придворному магу Тайросу на одном из соревнований по высшей практической магии. – Такой король, который бы умел народом грамотно руководить. Проанализировав все имеющиеся кандидатуры, я пришла к выводу – ты подходишь по всем параметрам.

– Что-то во время последней нашей встречи ты так не считала, – засомневался правитель.

– Я передумала! Да и параметры поменялись. – Я лучезарно улыбнулась и толкнула в бок вампира, чтобы тот тоже изобразил на лице безграничное счастье и непомерную радость.

Но у Натана обнаружилось полное отсутствие природного обаяния.

– Передумала? – несколько смутился Карнелио. – А как же некромант? Учти, я с ним драться не собираюсь, я и в живом состоянии себя неплохо чувствую.

– Видишь ли, некромант сменил место жительства. Теперь он терроризирует другое королевство. Да и вторник у меня по расписанию полностью свободен, чего зря время терять?! – увлеченно произнесла я.

Правитель чертыхнулся и, вскочив на ноги, величаво возложил руки на своем животе.

– Жениться на тебе… Дай-ка подумать… Тебе, конечно, далеко до идеала, да и королевство у тебя не ахти… – (вампир согласно откашлялся), – но моя добродетель не знает границ! – милостиво объявил Карнелио и даже растрогался от своего благородства.

– Сама счастью своему не верю, – совершенно искренне согласилась я. – Теперь дело за малым осталось: приданым и подарком жениха.

Говоря о подарке, я хотела плавно перевести разговор на интересующую нас тему, побольше узнать об артефакте и при возможности рассмотреть его поближе, пока Натан не решил пустить в ход тяжелую артиллерию своего взгляда.

– Подарок, подарок… – поскреб в затылке Карнелио. – Есть у меня один подарочек. Но только после свадьбы! Кстати, надо приглашения начинать рассылать, одних только фей с десяток припрется… это они только с виду мелкие, троглодитки пронырливые, мертвяк их побери. – Он деловито заходил по кругу и только сейчас заметил стоящего рядом Натана. – А это кто?

– Тамада, – хмуро отозвался Натан.

– Какой-то подозрительный. Где-то я его уже видел! – Карнелио задумался.

– Вполне может быть, – заметив презрительный оскал вампира, поспешила вставить я. – Он организовал множество свадеб, просто специалист в своем деле!

Карнелио обошел вампира и, почувствовав явный приоритет весоростового показателя, приходящегося на тамаду, придирчиво спросил:

– И сколько же будут стоить его услуги?

– Для такой парочки, как вы, совершенно бесплатно, – заверил Натан, облизнув губу и слегка обнажая верхние зубы. – Мне всего лишь нужен один камень, что висит у тебя на шее. Отдай его мне, и обещаю, твоя шея меня больше не заинтересует.

Правитель подался назад, выбрав районом дислокации дальний угол подвала, поближе к стоящим вдоль стены граблям и лопатам.

– Камень?.. Но у меня его нет, – растерянно прошептал он.

– Ты лжешь. – Вампир медленно, но верно стал надвигаться на него.

– Клянусь! У меня его больше нет, его забрали!

– И кто же? – скривился Натан, поднимая Карнелио в воздух. – Учти, твоя ложь далеко тебя не заведет. Разве что в деревянный ящик на постоянное место жительства.

Карнелио закивал, словно болванчик.

– Всадники… они нагнали меня по дороге из королевства. Их было так много, что моя свита ничего не могла сделать! – визгливо произнес он. – И… фигура в плаще… Он знал, что камень у меня.

– Но почему ты не воспользовался силой артефакта? Магия висела у тебя под носом! – Натан встряхнул его за ворот.

Карнелио тяжело вздохнул, потер рукавом нос и проникновенно всхлипнул.

– Знать бы еще, как этой штукой пользоваться. Я выкупил его у одного торговца краденым пару месяцев назад, тот обещал, что ко мне придет огромная сила… только не сказал, когда именно, – признался правитель и обиженно засопел.

Вампир разжал пальцы, Карнелио тряпичной куклой шмякнулся на пол.

– Идиот! Теперь нам придется искать того, кто отнял артефакт, – оскалился вампир. – Ты хотя бы можешь его описать?

– Нет. После Хорсиги я заехал по делам в Лангемону и выехал оттуда только вечером. Всадники же напали ночью, когда я практически был на территории своего королевства. Даже если их лица и не были бы скрыты под масками, я не смог бы ничего разглядеть. Все произошло как во сне. Луна скрылась из виду, так что мои люди потеряли дорогу к замку… и тут появились они… Сперва я подумал, что на нас напали от силы четверо. Но когда луна вновь засияла на небе, то не мог поверить глазам: их были сотни. Всадники окружили нас плотным кольцом, впрочем, перевес и так был на их стороне. А потом я увидел фигуру в маске… она тенью скользнула ко мне, сорвала цепочку с камнем… и все…

– Все? – переспросила я.

– Они растворились, – глухо изрек Карнелио.

– Сотни всадников? – еще больше удивилась такому размаху я.

Что, интересно, за войско такое самособирающееся? Да, чувствуется здесь специфический запашок черной магии.

– И они тоже, – тоскливо подтвердил Карнелио. – С ними ушла и моя охрана, а наутро сбежали оставшиеся слуги и ключница.

Вот и мечтай потом правителем стать, куда его теперь, такого беспомощного, денешь?!

Натан развернулся и молча направился к лестнице, от злости кулаком ударив по бочке с вином. Та раскололась, выплеснув содержимое на пол.

Камень мы все-таки потеряли. А вместе с ним и единственную зацепку выяснить, кто похитил артефакт. Не ездить же теперь по всем королевствам в надежде наткнуться на вора!

Я направилась к лестнице.

– Эй, свадьба-то когда? – встрепенулся безутешный жених, поняв, что угроза миновала.

Оставив его без ответа, я отрешенно поднялась наверх. Похоже, наш вояж по дружественным державам подобрался к своему апофеозу.

Марго, когда мы появились, глубокомысленно разглядывала портрет статного бородатого вельможи, запечатленного под тенью раскидистой яблони.

– И куда теперь? – сонно спросила я.

– В Аргус. У меня есть предчувствие, что там мы многое сможем узнать, – бросил вампир.

– В Аргус?! – пискнула Марго. – Там же оборотни одни живут, людей вообще не осталось!

Вампир пожал плечами и вышел во двор, демографическая проблема волновала его сейчас меньше всего. Особенно если учесть, что к человеческой расе его можно было отнести с очень большой натяжкой.

Полоса света, пролегшая за горизонтом, постепенно набирая краски. Словно художник, делая все новые и новые взмахи кистью, придавал картине законченный вид. Золотые лучи тонкими невесомыми лентами оплетали деревья, кольцом смыкающиеся вокруг замка, скатывались по крыше, но так и не касались бурой земли.

– Нам нужно торопиться, чтобы успеть до рассвета. Остановимся в корчме, она расположена в нескольких милях от Аргуса. Там ты сможешь передохнуть. – Натан накинул капюшон и поглубже закутался в мантию.

Его спокойствие меня просто поражало. Минуту назад он готов был вытрясти из правителя Дэйтона всю душу, ну или хотя бы загнать ее чуть пониже голени, но, находясь на грани угрозы от солнечного света, вампир проявлял небывалую выдержку. Возможно, ставки и впрямь столь высоки, что Натан совершенно не боится за свою жизнь.

Дэйтон, называемый в народе Королевством хрустальных озер, стал оправдывать свое название, когда вдалеке заблестела холодным сиянием стальная гладь озера. Вода была настолько прозрачной и отстраненно безмятежной, что на дне можно было разглядеть бугристые камни, оплетенные темно-зеленой сетью водорослей, и беззаботно снующих туда-сюда мальков. Я еле подавила желание броситься в озеро, чтобы освежиться и зачерпнуть ладонями пленительно-прохладную воду, вовремя вспомнив, что сейчас не самое подходящее время для водных процедур. Да и вампир не оценит мое стремление к чистоплотности.

Еще пара-тройка точно таких же озер, разве что меньших по площади, раскинулись вдоль дороги. Натан скакал во весь опор, поднимая клубы пыли, которые посчастливилось глотать нам с Марго. Догнать его было делом неблагодарным и совершенно бесперспективным.

После нескольких часов утомительной, но абсолютно непринужденной, с точки зрения Нисы, тряски я почувствовала настолько сильную боль в пояснице, будто сама была не наездницей, а несчастной старой клячей, на которой нерадивый хозяин с зашкаливающим весом решил выбраться на охоту. Поэтому можно было понять мою радость, когда возле развилки на кривенькой, выгоревшей на солнце дощечке мелькнули ржаво-серые буквы надписи:

Корчма «СЫТЫЙ ВОЛК».

Подобное название, учитывая расположение самой корчмы (до Аргуса оставалось лишь пересечь лес), уже привлекало к себе постояльцев. По крайней мере, в ближайшую ночь никто не будет заливисто выть под окнами и сверкать в кустах малины желтыми изголодавшимися глазами.

Бревенчатая двухъярусная корчма, примостившаяся возле поросшего тиной и окропленного золотистыми кувшинками пруда, выглядела вполне сносно, особенно если принять во внимание вкусы вампира. Ожидание сытного ужина (плавно перетекшего в завтрак) и теплой постели после бессонной напряженной ночи не могли испортить даже покосившийся порожек, о который я благополучно запнулась, и несколько помятый вид хозяина. Заспанный мужичок с крепким пивным пузом и прилизанными набок рыжими сальными волосами вышколенно улыбнулся и машинально вытер руки о повязанный фартук.

– Добро пожаловать! Октавиус, хозяин сей скромной обители. – Он детально прошелся взглядом по каждому из нас. – Вас трое! Отлично, сейчас не сезон, поэтому для каждого найдется комната. Проходите скорее. Вот так, осторожненько! Здесь ступенечка! – Он наметанным глазом оценил поблескивающие в моих ушах серьги и массивный золотой перстень с кроваво-красным камнем на указательном пальце Натана. – Сюда, сюда! Здесь вам будет несказанно удобно и просторно, – не унимался хозяин. – Для почетных гостей только лучшие комнаты – много света, солнца…

Вампир едва взглянул на предложенные апартаменты, снисходительно пропустил вперед меня и Марго и подбросил в воздухе пару золотых монет, сфокусировав на них взгляд близко посаженных глаз Октавиуса.

– Комнаты прибереги для дам. Распорядись, чтобы мои вещи отнесли в подвальное помещение, я расположусь там.

– Но подвал полностью затоплен. – Октавиус прижал к себе дорожную сумку Натана, словно ища в ней спасение.

– Тогда заколоти окна или найди мне подходящую комнату. – По смуглому лицу вампира скользнуло недовольство.

Хозяин корчмы растерянно пригладил рукой выбившийся волос и указал на неприметную дверь в конце коридора.

– Если только в чулане, – надломленным голосом сообщил он. – Но сомневаюсь, что столь дорогому гостю понравится…

– Веди, – оборвал его Натан.

Октавиус, беспокойно поглядывая на вампира, засеменил в конец коридора и осторожно поставил на пол сумку, будто боясь, что в любую минуту из нее может выскочить какая-нибудь тварь. Мы с Марго остались в коридоре одни.

– Лиз, нам надо бежать отсюда, пока этот вампирюга занят. – Маргарита толкнула дверь в комнату и поманила меня за собой.

– Зачем? – изумилась я, переступая порог.

Маргарита закатила глаза к паутине, любовно вытканной пауком под потолком.

– Ты что, хочешь стать бесплатной закуской? – трагическим шепотом произнесла Маргарита.

– Нас он в качестве доноров не рассматривает. Можешь не волноваться, я с ним заключила сделку. – Я положила оберег в изголовье кровати и накрыла его подушкой. Лишняя подстраховка все равно не помешает.

– Какую еще сделку? – изменилась в лице горничная.

– Все предельно просто. В обмен на участие в поиске артефактов он поможет мне найти виновного в смерти деда. К тому же мы сможем остановить череду смертей. Ведь неизвестно, кто станет следующей жертвой, поплатившейся жизнью за имеющиеся магические способности. – Туфли полетели в дальний угол комнаты, я, особо не раздумывая, присоединила к ним и плащ.

– Ты с ума сошла! – всплеснула руками Марго. – Какие могут быть у тебя дела с вампиром?! Он же тебя обманет при первом удобном случае! Получит артефакты и убьет нас обеих!

– Вот найдем камни, тогда и посмотрим, кто кого обманет, – хитро улыбнулась я.

– Лиз, ты доиграешься! Ладно некромант, его ты хотя бы знаешь. Но этот… он же правитель Сартана, ему подчиняются не обычные деревенские упыри, а вампиры. И в отличие от твоего Алана в нем не осталось ни капли человечности.

– Может быть. Только сейчас он действует в одиночку. А там посмотрим, как карта ляжет. – Я зевнула, стягивая рубашку. – Вздремну пару часиков. И тебе советую сделать то же самое, а не паниковать раньше времени.

Маргарита сокрушенно вздохнула и, тихо прикрыв за собой дверь, отправилась к себе в комнату. Надеюсь, хоть один раз в жизни она прислушается к словам особы, по недоразумению являющейся принцессой.

Провалиться в глухую, беспросветную пустоту после долгих скитаний по лесу оказалось секундным делом. Все тело ужасно ныло, будто попало под пресс. Ноги я вообще не чувствовала и уже сомневалась, что когда-нибудь использую конечности по их прямому назначению.

«Зато цела голова… и шея», – мелькнула и даже не успела погаснуть последняя мысль, перед тем как я забыла обо всем на свете.

***

Появление нагло ухмыляющегося вампира, похоже, постепенно приобретало статус привычки. Плохой привычки, а потому – слишком навязчивой.

Я потянулась, тайком изучая его непринужденную позу, и попутно отметила, что он каким-то непостижимым образом сумел задернуть плотные малиновые занавески на окне. Наверное, хозяина корчмы попросил. В любом случае в комнате царил полумрак. Не будь здесь вампира, я бы назвала его вполне уютным. Но вампир в наличии имелся, поэтому пришлось показательно поморщиться, подкрепляя свое недовольство. Тот даже бровью не повел в ответ.

– Ты вообще когда-нибудь спишь? – свесив ноги с кровати, поинтересовалась я режимом дня длинноволосого.

– Высплюсь, когда найду все артефакты.

– Долго же тебе придется ждать. – Меня так и подмывало стереть это самодовольное выражение с его лица.

– Ты же хочешь вернуться побыстрее. Вот и сделай так, чтобы камни оказались у меня как можно раньше, – забросив ногу на ногу и вольготно развалившись в продавленном кресле, предложил вампир.

– А что, если я не отдам тебе камни? – болтая ногами, беззаботно спросила я.

– Этого не будет, уж поверь, – так же беззаботно ответил Натан. Но почему-то в его случае сомневаться не приходилось.

Я помолчала, помяла край простыни, подсчитала количество квадратиков, вырезанных на стене, для порядка зевнула пару раз. Бесполезно. Вампир даже не собирался убираться из моей комнаты, напрашиваясь на продолжение разговора. Пришлось поддержать беседу, как и подобает особе королевских кровей (хотя про кровь в присутствии вампира это я зря).

– А тебя еще не хватился… этот…

Натан вскинул на меня ореховые глаза:

– Кто?

– Твой… народ.

Слово «люди» как-то не вязалось с тем образом жизни (точнее смерти), что вели вампиры. Да в наличие крестьян на его земле тоже не верилось.

– Я делаю это ради него. Они вполне справятся и без меня. Во всяком случае, в Сартане остались те, кому я полностью доверяю.

– И давно ты правишь? – Наводящие вопросы задавать не получалось, а я давно хотела выяснить его возраст.

Но вампир как всегда ушел от ответа:

– Достаточно, чтобы научиться руководить подданными.

– Значит, для тебя они подданные?! И только?

Вампир равнодушно дернул плечом.

– Они и должны быть для меня лишь подручными, прислугой, если угодно. Каждый обязан играть свою роль, а не делиться ею с остальными или переигрывать. – Он вперил в меня взгляд, так что я невольно поежилась.

– Тогда как ты можешь им доверять?! На страхе долго не продержишь.

– А кто тебе сказал, что они меня боятся?! Наоборот, со мной им нечего опасаться, и они это прекрасно знают. Нельзя занять престол, будучи не готовым, власть – не только господство, но и ответственность. Если мне придется переступить через кого-то ради этой власти, я, не раздумывая, сделаю это. И тебе советую сделать то же самое!

– Когда-нибудь найдется тот, кто сумеет перешагнуть и через тебя, – заключила я.

Натан принялся полировать о край мантии свое кольцо.

– Не спорю. Значит, он будет сильнее меня и оправданно займет трон, – наконец с безразличием произнес он.

– У тебя все слишком жестоко, вампир, – грустно сказала я.

Вампир оторвался от своего занятия и посмотрел на меня.

– Это лучше, чем жить иллюзиями, принцесса. По крайней мере, мои представления о мире не пострадают, как твои.

Я не нашлась, что ответить на подобное заявление, поэтому поспешила перевести разговор на другую тему:

– Скажи, зачем ты приезжал к отцу Алана?

Натан на секунду задумался.

– Искал камни. Твой дед безгранично доверял Адриану, Леонард вполне мог оставить один из артефактов у него.

– Камня у него не оказалось, но ты не поверил и попытался забрать артефакт силой.

– Почему же. Я поверил и покинул поместье, только на мое место пришли другие. Они как раз и не поверили, а заодно прибрали к рукам способности чернокнижника. – Вампир улыбнулся краем рта.

– За этим мы направляемся в Аргус? Ты считаешь, что это кто-то из оборотней? – насторожилась я.

– Нет. Оборотни не имеют никакого отношения к происходящему.

– Тогда зачем мы туда едем?! – вспыхнула я.

– За подробностями. На оборотней напали первыми, скорее всего, просто припугнули, чтобы те особо не мешались под ногами. У меня с жителями Аргуса нейтралитет, очень сырой и неустойчивый, но ведь худой мир лучше доброй ссоры. В городе оборотней нас не тронут, вот если бы еще увидеть Лукаса… – поглаживая подбородок, произнес вампир, но тут же вернулся к теме разговора: – Кто-то хочет подчинить себе весь магический мир, а для начала устраняет конкурентов. Теперь оборотни вычеркнуты из списка, некроманты тоже не сунутся, во всяком случае, пока есть угроза их жизни. Остался я, парочка магов и несколько разношерстных колдунов, что живут в основном на отшибе.

– Но зачем столько жертв? К чему делить магию, когда и так имеешь огромную силу? – натягивая одеяло на плечи, удивилась я.

– Ты никогда не чувствовала власть, принцесса. Твой дед был таким же, за это он и поплатился. Надеюсь, ты не повторишь его ошибок. Разделяй и властвуй – вот настоящий принцип, только в нашем случае уже все поделено, а власть возьмет на себя лишь последний оставшийся в живых. – Глаза вампира помутнели, став из ореховых непроницаемо-черными. Вытянутый зрачок плескался на самом дне.

– Ты?! – с сарказмом уточнила я.

– А почему бы и нет? Чем я хуже? Я стремлюсь к безграничной силе, но разве это плохо? Одно монарх угнетает государство или их будет несколько, какая разница?! От этого ничего не изменится, народ будет жить точно так же. Разве что прекратятся войны, так как завоевывать станет нечего. Да и тебе будет значительно спокойнее, если будешь знать, что миром правит не убийца твоего деда. Так что пусть это буду я.

– Но твоя власть все равно будет неполной, – возразила я. – Ты обречен скрываться всю жизнь под своей мантией. Ночные дежурства не слишком впечатлят народ.

Натан склонил голову набок и покрутил кольцо на указательном пальце.

– Принцесса, ты так ничего и не поняла. Один из камней забирает магическую силу, всю, подчистую. Так почему бы мне не воспользоваться этим и не забрать у какой-нибудь белой ведьмочки ее любовь к светлому, доброму, вечному?! Я уберу все недостатки. Тот, кто убил оборотня, обрел способность менять свой облик, не попадая в зависимость от луны.

– Тогда ты ничем не отличаешься от убийцы моего деда, – резко произнесла я.

– А я этого и не отрицаю. Принцесса, я – вампир, меня не волнуют ваши нравственные устои. И меня слишком поздно перевоспитывать, учти это на будущее.

– Я вовсе не собиралась записываться к тебе в няньки. Можешь не волноваться. Ты пришел в мою комнату, чтобы в этом убедиться?

Натан привстал и, наклонившись в мою сторону, тихо произнес:

– Вообще-то нет. Я зашел, чтобы предупредить тебя о скором нападении. Будь начеку и попридержи свою прислугу, и так слишком много болтает.

– О каком нападении? – расширила глаза я.

– Ближе к ночи сама все узнаешь, – как всегда не стал вдаваться в подробности вампир и, хлопнув дверью, вышел из комнаты, заставив меня вплотную заняться умственной работой.

– И вовсе Марго не болтлива! Она хотя бы никому не мешает в отличие от некоторых! – вслед длинноволосому крикнула я.

Вот упырья морда! Держи клыки шире, не с любительницей связался. Принцесса – это звучит гордо, хотя, не спорю, слегка длинновато.

Глава 6. Волков бояться – в Аргус не ходить

Распахнув настежь окно, я высунулась на улицу и внимательно осмотрела каждую из кувшинок, вклинившихся в мутную водицу пруда. Так и есть. Источник шума обнаружился неподалеку. Огромная жаба оглашала свои владения утробным кваканьем, попутно сокращая численность летающих над водоемом мух и стрекоз. Я подняла с пола туфлю, сощурила один глаз, примерилась, занесла руку и засвидетельствовала, как жаба, размеренно дожевав муху, перепрыгнула на соседнюю кувшинку. Повторив всю последовательность действий, я вновь потерпела неудачу. От противного кваканья разболелась голова, но от очередной попытки по устранению источника шума я отказалась. Не достану. Да и запасной пары туфель у меня с собой нет, а лезть в пруд даже при моем нынешнем положении было бы перебором. Я захлопнула окно, намотала круг по комнате, поправила покосившуюся картину на стене и пришла к выводу, что мне ужасно скучно. Вампир, наговорившись вдоволь и излив душу, предавался уединению в чулане, а Марго, скорее всего, спала с дороги. Незадействованной оставалось только Ниса, всегда готовая составить компанию. Особенно если компания угощала ее чем-нибудь вкусным. Я вышла из комнаты и спустилась во двор в надежде разогнать подступившую хандру.

Раскаленный солнечный шар занял центральное положение на небесном своде, пригрев лучами молодую весеннюю траву и беспечно гуляющих по ней пестрых кур. На сколоченном из березовых досок заборе, расправив разноцветное богатство с намечающимися проплешинами, чинно восседал главный организатор гарема – петух. Завидев меня, пернатое достояние курятника тревожно вытянуло шею, угрожающе направив в мою сторону алый гребень.

– Нам чужого не надо, – примиряющее объявила я, перелезая через забор.

Но вот незадача: край плаща зацепился за расщелину в доске и наотрез отказывался пускать меня дальше. Петух сделал пару пружинистых прыжков по балке, гордо бросив на врага презрительный взгляд, и издал протяжный горловой клич в несколько октав.

Я нервно задергала крепко засевшую ткань в надежде на благоприятный исход дела. Бесполезно. Я повисла на одной из досок, глаза в глаза столкнувшись с хозяином куриного семейства. Душещипательная фраза «сами мы не местные» застряла в горле без перспективы быть озвученной. Не заклюет, так курам на смех поднимет, вон они как выжидательно взгромоздились рядом!

Однако величина клюва птички, оказавшейся на довольно интимном расстоянии от моей дурной головы, и ее решительный настрой вдохновили меня быстро расстегнуть верхние пуговицы на плаще и нескладно рухнуть на землю по ту сторону забора. Проверив сохранность головы и тела, перепачканного результатом куриной жизнедеятельности, я шаткой походкой направилась в конюшню.

Низенькая кособокая дверь была снята с петель и корректно приставлена рядом возле стены. Ремонтировать ее, по-видимому, никто не собирался.

– Ну, где ты, моя старушка? – позвала я Нису.

В конюшне пахло мокрой псиной. И что, как не шерсть, скатавшаяся в серые пыльные комья, валялась на застланном соломой полу? А ведь в округе я не видела ни одной собаки. Ниса нашлась в самом дальнем стойле, жалостливо обмахивающаяся хвостом и дожевывающая сочную ботву от морковки.

– Страдаешь? – Я провела рукой по ее загривку.

Лошадь понимающе кивнула и положила голову мне на плечо, симулируя предсмертные муки, при этом продолжая усердно работать челюстями.

– Но-но! Только не переигрывай, разве тебя плохо накормили? – Я похлопала лошадь по переносице.

Ниса категорично заржала, объясняя, что в конюшнях подобного уровня она еще не останавливалась и искренне считает, что и впредь этого делать не придется.

У меня же на ее счет были несколько другие планы.

– Есть для тебя одно задание, справишься? – забрасывая попону, спросила я. – Придется тебе без меня домой вернуться, Тайросу послание передать.

Кобылка удивленно моргнула и нерешительно попятилась.

– Знаю, что опасно, только выбора у нас с тобой нет. Не вампир убьет, так еще похуже нечисть найдется. Вон сколько ее в окрестностях рыщет.

Ниса оглянулась, но, не узрев ничего, кроме своего вычесанного хвоста, повела ухом.

– Слишком поспешно я Хорсигу покинула, дельце не в пару дней встанет. Надо Тайроса проинструктировать на случай чего. Да и перед народом я ответственность несу, ежели убьют – кто станет королевством править?!

Ниса натужно всхрапнула, комментируя, что думать надо было раньше.

– Довезешь до замка, там разберутся! – Я прикрепила к ремню небольшой аксамитовый мешочек с запиской и собиралась уже вывести Нису из стойла, как вдруг услышала приближающиеся к конюшне шаги.

Вошедший, по-видимому, стукнулся головой о низкий косяк дверного проема. Такую непотребную ругань я слышала, лишь когда опрокинула зелье правды в колодец, от которого шло водоснабжение ко всему городу. Минутой позже к вошедшему присоединился еще один незнакомец, расположившийся в тени, падающей от сваленных один на другой стожков сена. Меня они видеть не могли, впрочем, я их тоже разглядеть особо не успела, решив послушать… вернее подслушать чужой разговор.

– Лукас пропал, – сиплым голосом начал первый. – Его нет уже около недели.

– А что остальные?

– Они еще не знают. Мы не стали их пугать раньше времени, только, боюсь, придется все-таки рассказать правду.

– Если правителя убили, нам нужно как можно быстрее усадить на престол нового. Иначе начнется паника, а мы сейчас слишком слабы, чтобы их усмирить.

– Ты прав. Но насчет нового правителя можешь не беспокоиться, у меня есть подходящая кандидатура, – глумливо произнес первый. – А пока подумай, что делать с вампиром.

– Он не будет нам мешать, обещаю. Через час подойдут мои ребята, – сообщил второй. – Только вампир не один, с ним девчонка и какая-то тетеха чуть постарше.

Хруст соломы под ногами сменился смешком.

– Я тебя не узнаю. Неужели на тебя так повлияло затянувшееся общение с людишками?! Избавься от них, в чем проблема?

– Дело не в этом: не нравятся они мне. Девчонка странно поглядывает, да и вампир ее как овечку пасет. Зачем они остановились именно здесь?

– Да брось ты. Даже если они о чем-то догадываются, им все равно жить недолго осталось. Не хватало нам сейчас появление в Аргусе вампира, – убеждал гнусавый.

Я выглянула из-за угла и тяжело вздохнула. Обещанной компанией должен был стать владелец корчмы, который совсем недавно рьяно описывал нам все плюсы своего заведения. А Натан оказался прав. От нас действительно хотят избавиться. Только произойдет все гораздо раньше полуночи.

Фигуру второго я, как ни старалась, рассмотреть не могла. Слишком велик риск позорного разоблачения силами самой жертвы. Ниса неожиданно встрепенулась и бойко забила копытами, проигнорировав прижатый к губам палец и подсунутый под нос кулак. Худшей участи я и представить себе не могла. Если только сейчас не выбежать вперед и радостно провозгласить, что я пришла с повинной, потому что не смогла дождаться моих предполагаемых убийц в комнате. Но, на мое счастье, или, возможно, из-за не слишком хорошего слуха двух заговорщиков, они подходить к стойлу чересчур нервной лошади не стали. Я села на корточки и перевела дух, вслушиваясь в удаляющиеся шаги.

– Эх, ну ты и струхнула! – укорила я Нису.

Кобыла обиженно отвернулась, мол, сама хороша. Нашлась хозяйка.

Я задумчиво закусила нижнюю губу, обдумывая план по спасению нашей троицы. Особо умными мыслями этот план не сквозил, так как было непонятно, кто, собственно, нападать будет и какую рабочую силу он с собой притащит. За обещанных хозяином харчевни ребят могли сойти и наемники с заточенными лезвиями топоров, и дружная бригада гномов-головорезов, прихвативших с собой из шахт добротные каменные молотки, и стая жаждущих мщения эринний. Последнее предположение было обиднее всех, поскольку я и согрешить толком в жизни не успела. Пришлют экземплярчик позаковыристее, а ты потом разбирайся, на кого какое средство действует.

Хотя, в конце концов, кто из нас вампир, да еще и правитель? Заперся, значит, в чуланчике и в ус не дует. Принцип «моя хата с краю – ничего не знаю» оправдан только в случае пожара. А поскольку мы с ним в паре работаем, то вампир просто обязан помочь. Пусть уж наемников приветливой улыбкой уважит, глядишь – сами разбегутся.

Я опрометью вывела Нису во двор, чмокнула в переносицу и хорошенько поддала сзади, на что кобылка лишь скептически повернула голову и фыркнула.

– Ну пожалуйста.

Ниса даже не шелохнулась.

Третья попытка, тщательно закрепленная попеременным обещанием кнута и пряника, наконец возымела действие. Причем решающую роль сыграл вовсе не кнут. Ниса сиротливо затрусила по тропинке, все время оглядываясь на меня, словно оценивая вменяемость хозяйки, только что отказавшейся от транспортных услуг любимой лошади.

Если повезет – доберется до замка к завтрашнему утру. А если повезет еще больше – приехавшему завтра Тайросу перепадет что-нибудь из моих сегодняшних останков.

Обескуражив знакомого петуха полным отсутствием должного внимания к его персоне, я понеслась к Натану, на удивление легко отцепив висящий на заборе плащ.

– Открой немедленно! – громко забарабанив кулаками по двери, потребовала я. – Вампирюга! Ишь притаился! Гурмана из себя строит, гномы ему не по вкусу. Съешь как миленький. Открой, кому говорят! Вампир ты или не вампир, в конце-то концов! – От досады я даже переняла часть лексикона Марго, забыв, что имею дело с правителем.

– Если ты посторонишься, я открою дверь значительно быстрее, чем ты ее снесешь, – раздался полный сарказма голос у меня над ухом.

Я затравленно обернулась, упершись спиной в дверь и стараясь не замечать язвительной ухмылки Натана.

– Так что ты там говорила о гномах? – уточнил он, открывая чулан и впуская меня внутрь.

– Они нападут меньше чем через час. Их нанял тот рыжий таракан, так тепло принявший нас здесь, – оскорбленно выдавила из себя я.

– Чтобы напасть на меня, он выбрал каких-то карликов? – Вампира, похоже, больше волновал его статус.

– Между прочим, на меня тоже собираются напасть… Гномы или не гномы, какая разница? Тролли, вурдалаки… не все ли равно, кем пообедать?

Чулан был узкий, взамен убранных полок тут едва разместилась кровать, сундук и небольшой столик. Так что я чуть ли не ткнулась носом в грудь вампира.

– Разница есть. У троллей кровь не слишком чистая, гномы малокровием страдают, а вурдалаки вообще нечисть! – с видом знатока возразил вампир.

На его щеках образовались две ямочки. Шутит он! Нашел время!

– Твои гастрономические пристрастия меня сейчас мало волнуют. Кому, как не тебе, нужны оба артефакта?!

Вампир хищно улыбнулся, соглашаясь с последним утверждением.

– Хозяин сего милого заведения – оборотень, и нападут на нас, по всей видимости, тоже оборотни. Из тебя и твоей служанки выйдет неплохая приманка. – Натан достал из стоящего в углу сундука арбалет и положил его на хозяйственный стол, заваленный тряпьем и просыпавшейся отсыревшей мукой. – А я в это время буду наблюдать за наемником.

Оборотень! Вот почему Ниса в конюшне так занервничала, уж ее-то копыта успели вдоволь попрактиковаться на бирюках. Вампир тоже хорош, не мог рассказать мне о небольшом нюансе в личности Октавиуса раньше?

– Свести счеты собираются с тобой, – напомнила я. – Нас с Марго прибьют за компанию ради общей цели. И вообще, почему приманкой должна быть именно я? Главная их цель ведь ты!

– Ты – наиболее слабое звено в нашем тандеме. Твою прислугу я во внимание не беру. На тебя напасть легче всего.

Я чуть не поперхнулась от подобного заявления.

– Минуточку! Откуда тебе знать о моих способностях?!

– В них течет волчья кровь, даже не меняя свою сущность, они сильнее тебя в два раза. – Вампир проверил остроту наконечников стрел. – Меня удивляет лишь то, что они рассчитывают так же легко справиться и со мной.

Я как раз придерживалась другого мнения. За все время вампир вел себя хоть и по-хамски, но вполне сносно. По крайней мере, домыслы, ходящие на его счет, не успели подтвердиться.

– У тебя еще и мания величия, вампир! Не много ли пороков для одного правителя? Пара десятков дюжих ребят в масках вполне способны выбросить тебя из окна погреться на солнышке.

Натан протянул арбалет и устало посмотрел на меня сверху вниз.

– Если ты обещаешь развеять мой прах высоко в горах и устроить запоминающиеся поминки, все не так плохо. Стреляй в случае чего, – выталкивая меня за дверь, бросил он. – Надеюсь, с двух шагов тебе удастся поразить цель, принцесса.

Дверь захлопнулась прямо перед носом, обстоятельно подтверждая, что аудиенция на сегодня окончена. Для убедительности громко топая (что должно было показать вампиру всю решительность моего настроя), я прошла по коридору и постучалась к Маргарите. Вдруг тоже поучаствовать захочет.

– Марго, это я! – подумав, что девушка боится кому-либо открывать, удостоверила я свою личность.

Молчание. Я подергала ручку, но дверь оказалась запертой. Должно быть, Маргарита спустилась пообедать.

Усевшись на деревянную ступеньку лестницы, я положила арбалет на колени и призадумалась. Собирать мысли пришлось по кускам, хаотично разбросанным в голове.

Знаний об оборотнях у меня, конечно, было чуть больше по сравнению с теми же у среднестатистической крестьянки. Однако все они сводились к тому, что похожие на волка существа боятся серебра и начинают задыхаться от запаха роз. Далее шел глубокий провал в памяти, который соответствовал тому моменту, когда я благополучно заснула на занятиях. Да и Тайрос, надо признать, не очень-то распространялся на тему оборотней и вампиров, всегда вскользь упоминая о жителях северных королевств. Существовало еще зелье, способное на время пригасить силу оборотня, но приготовить его сейчас, не имея при себе ни одного ингредиента, не представлялось возможным.

Выбирать не приходилось. Все-таки не дарить же каждому оборотню гербарий из роз?! В лучшем случае аллергию заработают. А серебро? Ткнуть в них вилкой из столового набора? Впрочем, возможно, я обойдусь и без сервиза…

***

В дверь предупредительно постучали и попросили разрешения войти:

– Я тут вам поесть принес. Куриный супчик, сам только что сварил, – заботливо произнес хозяин корчмы.

– Входите, любезнейший, – дала добро я, сочувствуя горю петуха, потерявшего одну из своих наложниц.

Половицы скрипнули, и в комнату бочком, держа в руках поднос, вошел будущий душегуб.

– Хорошая погодка, не правда ли? – поэтично сказал он, доставая из кармана рубашки чуть увядший цветок и ставя его в вазу.

Я нахмурила лоб, бутон розы на криво срезанном стебельке меня озадачил. Вот и верь после этого книгам. Подождите-ка. Он меня убивать пришел или приударить собрался?! Хотя нет, скорее уж «приударить» – вон как на вазу хитро посматривает. Тяжеленная, должно быть.

– Да, ничего денек. Только вы, наверное, ночь и полнолуние больше предпочитаете? – простодушно спросила я.

Оборотень вздрогнул, едва не опрокинув тарелку с супом на пол, но вовремя сумел овладеть эмоциями и сахарно улыбнулся.

– Ночь?! Ночью все спят. Я больше люблю понежиться под солнцем, да и озерцо рядом находится. – (Ага, заодно и от назойливых гостей просто избавиться, утопленники не болтливы). – Кстати, что это ваш спутник все время у себя сидит и на улицу не выходит? У нас, конечно, не самый живописный край, но парочку интересных местечек здесь отыскать можно. – Октавиус вдохнул полной грудью аромат цветка.

– Например, конюшня! – тут же согласилась с ним я. – Чудное место для свиданий.

– Конюшня? – Хозяин заведения на мгновение ощетинился.

– Запах сена, скошенной травы… Для деревенской девчонки нет ничего лучше. – Я повозила ложкой в супе. – Разве не так?

– А, ну да, ну да, – пробормотал он.

– Вот только одного не пойму: где остальные постояльцы? Сколько ни прислушиваюсь – тихо так, будто и нет, кроме нас, никого.

– Так прямо перед вами молодая пара съехала, – отозвался Октавиус и тут же спохватился: – Да что я вас, милая барышня, разговорами достаю! Вы ешьте, ешьте. Вон какая худенькая!

Переживает, что наваристого супчика из меня не получится.

– Надеюсь, с концентрацией яда вы не ошиблись, – придирчиво изрекла я, наводя арбалет до этого лежащий под покрывалом. – Люблю организованность.

Близко посаженные глазки Октавиуса сошлись на наконечнике стрелы, поблескивающем на солнце.

– Ох шутница! Совсем не жалко пожилого человека, а у меня ведь сердце пошаливает, – залебезил он. – Убери арбалетик, доченька, еще, чего доброго, выстрелит ненароком.

– Да вы не переживайте так. Если я сама не захочу, не выстрелит. Вам бы, батенька, себя поберечь не мешало, а вы другим пакостить спешите. Так сердце когда-нибудь и впрямь откажет, – наводя арбалет чуть левее грудины, посетовала я. – Кстати, а где же ваши пособники, что-то их не видно?

Я пощупала указательным пальцем кончик стрелы, который давеча заменила серебряной шпилькой для волос, что в корне изменило радиус поражения. Оборотень дернулся было ко мне, но я предупредительно выставила вперед руку, придерживая пальцем стрелу, готовую сорваться в любую секунду.

– Убери немедленно! – прошипел он, не сводя глаз с арбалета. – И обещаю: твоя смерть будет быстрой.

– Вот, значит, как мы заговорили! Плохо вы, уважаемый, клиентов заманиваете. Ну кто клюнет на такое предложение! – Я покачала головой. – Лучше так: вы рассказываете мне, зачем хотите убить вампира, а я, так и быть, вас отпускаю.

– Ты настолько глупа, чтобы пугать меня этим? – кивнул на арбалет оборотень.

– А разве вы не боитесь? – делано удивилась я. – Раз так, тогда я все же выстрелю. Столько времени потратила, пока наконечник меняла.

Незадачливый наемник отступил назад.

– Куда же вы?! – забеспокоилась я.

Но, оказалось, оборотень вовсе не собирается оставлять меня одну. Октавиус, сделав резкий выпад на одну ногу, ловко достал из голенища сапога тонкий стилет. Единственное, что я успела заметить в последнюю секунду, – порывисто блеснувшая сталь трехгранного лезвия.

Чувство самосохранения сработало автоматически, натренированное в процессе получения личного опыта. Я машинально разжала пальцы и присела, накрыв голову руками. Стрела со свистом рассекла воздух, пролетев в паре сантиметров от намеченной цели, то же самое можно было сказать о застрявшем в стене стилете.

Владелец «Сытого волка» замешкался, сверля меня ненавидящим взглядом из-под хмуро сведенных к переносице кустистых бровей. Именно так поглядывал на меня придворный маг, когда принцесса в глубокой задумчивости переводила пятый по счету реквизит стертой в порошок чешуи дракона. Честное слово, легче дождаться, когда у дракона линька начнется, чем выдержать подобный взгляд.

Небритая щетина на лице сменилась клочками жесткой шерсти, из-под губы сверкнули клыки. Оборотень приготовился к прыжку, но вдруг внезапно медленно опустился на колени и повалился на дощатый пол. Неужели и правда сердце прихватило? Ну, Лиз, ты великая провидица!

Я удивленно подошла поближе, определяя масштабы вражеских потерь. Оборотень тяжело дышал, исподлобья наблюдая за моими движениями. Должно быть, посчитал, что подобный трюк с ним проделала я. Не стану его разочаровывать.

– Кто тебя послал? – присев рядом, потребовала я.

– Никто меня не посылал. Это вы захотели напасть на нас первыми!

– Как же! Я слышала твой разговор в конюшне, собирался напасть на правителя со спины?

Натан, конечно, мне не нравится, но смерти ему я вовсе не желаю.

– Правителя?! – захрипел тот, грузно переворачиваясь на спину. – Проклятье! Ты хочешь сказать, что этот вампир – правитель?!

– А ты будто не знал? – усомнилась я, хотя по огорошенному виду оборотня и так было все ясно.

– Если бы знал… хех… давно бы все к кабиру послал, корчму продал и куда подальше уехал. Мне еще внуков учить охотиться надо!

– Это уважение к титулу так серьезно повлияло? – не ожидая столь быстрого покаяния, поинтересовалась я.

Октавиус был поражен настолько, что забыл, в каком положении находится.

– Хватит издеваться! Сама, что ли не знаешь, насколько опасен Натан?!

– Я?.. Почему, знаю, – закивала я, обобщая представления о вампирах. – Просто жутко опасен! Только неужели ты его не узнал? Живете на полпути к Аргусу, а там и до Сартана рукой подать. Натан, между прочим, сразу определил, что ты оборотень. – (Жаль только молчал!)

– Правитель в курсе? – Оборотень по-пластунски стал отползать к двери. – О, это многое объясняет!

– Что, например? – Я попыталась наконец выяснить, по какой причине все старательно избегают Натана.

– Что не стоит ждать своих дружков, – ответил за оборотня Натан, бесшумно появившись на пороге комнаты.

Оборотень затравленно приподнял голову и осклабился, одновременно пытаясь подняться с пола. Вот и будь после этого приманкой, всю работу сама сделала, а вампир под развязочку соизволил прийти.

Натан ногой захлопнул дверь и, скрестив руки на груди, увлеченно осмотрел комнату, оценивая марафет, наведенный оборотнем и мной в ходе потасовки.

– Лукас мертв, ведь так? – после непродолжительной паузы задал он вопрос.

Октавиус, поразмыслив, решил все же поучаствовать в разговоре:

– Не знаю. Он пропал дней семь назад и до сих пор не объявился. Но ведь вам лучше знать, именно вас видели рядом с ним в последний раз.

– И не только с ним, – видимо вспомнив историю с некромантом, уточнил Натан. – Я давно убеждал его не покидать Аргус, пока мы не узнаем, кто причастен к гибели старосты. Но он меня как всегда не послушал!

Вампир наклонился, чтобы поднять с пола арбалет. Этого оборотню вполне хватило, чтобы сгруппироваться и из последних сил броситься на Натана.

Тот даже не попытался увернуться. Лишь сжал кулак так, что костяшки пальцев побелели, и направил перстень на Октавиуса.

Оборотень замер в прыжке, каменной глыбой застыв посредине комнаты. Попытался пошевелиться, но не смог сделать ни одного движения – тело будто не слушалось его.

– Ты лжешь! – выкрикнул он, подвешенный словно марионетка к гвоздю.

– Я говорю лишь то, что есть на самом деле. Лукас никогда не отличался особой выдержкой, он сначала говорил, а затем думал. Плохое качество для правителя!

– Это ты заманил его в ловушку!

Натан качнул головой, темные волосы змеями распылись по плечам.

– Зачем мне это?! Я направлялся прямиком в Аргус, чтобы застать Лукаса на месте. Его смерть мне абсолютно не нужна. – Вампир разжал кулак. – Так вы собирались напасть на меня только поэтому? – Он сверкнул глазами.

Октавиус кулем рухнул вниз, неудачно подвернув правую ногу, и обозленно заскулил.

– Ладно на тебя напасть собирались, я-то при чем?! – на правах жертвы вмешалась в допрос я.

Но эти двое, похоже, меня не замечали. Первым не выдержал и отвел взгляд Октавиус.

Натан же сам говорил, оборотни обладают чудовищной силой. Не понимаю, как вампиру удалось с ним справиться?

– Все кругом твердят, что правитель Сартана стремится захватить власть над королевствами, – между тем продолжил Октавиус. – Слишком правдивое заявление. Остальные просто проиграют в неравной схватке! – Оборотень сплюнул.

– Я рад, что обо мне гуляет такое подходящее суждение. С единственной поправкой: будь это правдой, я не стал бы мелочиться. Зачем мне убивать старосту Аргуса, когда я мог сделать то же самое с Лукасом? – Натан широко распахнул дверь. – Иди разберись со своими наемниками, они понадобятся мне – проводят до Аргуса.

Оборотень ругнулся, но подчинился и, спотыкаясь, вышел из комнаты. Похоже, что речь вампира в целом убедила его не меньше продемонстрированных им же способностей.

– Я и не знала, что ты неплохо убеждаешь.

– А я не знал, что ты в курсе слабостей оборотней. – Натан вытащил глубоко вонзившуюся в стену стрелу.

– Как ты сумел с ним справиться?

– У меня есть свои козыри на руках. Магический мир никогда не вторгался в пределы Сартана. Нейтралитет вполне всех устраивал. Вампиры и оборотни не нападают на человеческую расу, колдуны не наведываются с дозорами к нам – все честно. Пока не возникла эта неразбериха с камнями. До этого времени они находились у твоего деда, сунуться к Леону был способен только самоубийца, уж слишком хорошо король Хорсиги знал слабые стороны каждого из нас.

– И твои тоже?

– И мои, – подтвердил вампир, – но он унес их с собой в могилу, а желающих поэкспериментировать в догадках, как убить вампира, было не так уж и много. А ныне и вообще не осталось.

– Тогда можно еще один вопрос? – Я искоса посмотрела на Натана.

– Если я скажу «нет», ты ведь все равно не отстанешь. Так что задавай.

– Солнце. Я вижу, ты не слишком его боишься. У тебя иммунитет?

– Не совсем. Скажем так: это мой небольшой секрет, но тебе я его все же открою, – скрывая лицо под капюшоном, пообещал Натан. – Только не здесь и не сейчас. Сначала нам нужно найти артефакты.

***

Иссиня-черное небо покрывалом легло над островерхими крышами, поглотив слабые проблески и заглушив доносившееся со стороны леса пение птиц. Солнце никогда не заглядывало в северные владения, отчего те выглядели словно черно-белая картинка, мрачно и серо.

Аргус оказался небольшим, но довольно компактным городом. Дома, чаще трехэтажные, прилегали друг к другу практически вплотную, оставляя между собой небольшой зазор метра в полтора, отчего меня не покидало чувство, что стоит ненароком задеть одну из стен, как тут же сработает «принцип домино».

Мы ехали по узким улочкам, никуда не сворачивая и ориентируясь на возвышающиеся впереди каменные башни, соединенные между собой переходом. Внешне город выглядел спокойным, я бы даже сказала патологически спокойным. Поэтому ощущение того, что за нами наблюдают, успешно пустило корни в моем сознании. Еще бы… две измотанного вида особы, одна из которых все время норовит сигануть с лошади, наглухо замотанный в мантию, будто на улице лютая стужа, вампир и семеро громил, замыкающие наше дружное шествие в облике волков. Такая братия просто не могла не обратить на себя внимание. К тому же доставшаяся мне кобылка, чуть ли не засыпая на ходу, понуро переставляла копыта, не особо понимая, что от нее хотят. Эх, Ниса была не самой плохой лошадью, как оказалось.

К слову о громилах: не имею понятия, каким образом Натан сумел найти с ними общие темы для разговора (не исключено, провернул тот же трюк, что и с моей охраной), но те не раздумывая согласились скоротать с нами пару часов езды до Аргуса. Впрочем, в последнее время я уже ничему не удивляюсь.

Огромный взлохмаченный волк неотрывно следил за нами, сидя на дощатом помосте и раздраженно водя куцым хвостом, отпугивая тем самым обнаглевших ворон, без зазрения совести норовивших клюнуть его в этот самый хвост. На случай неурожая жители Аргуса голодными уж точно не останутся, воронья здесь, как в избушке профессиональной ведьмы.

– Разве оборотни разгуливают не по ночам? – обратилась я к вампиру.

– Мы в Аргусе, в котором не действуют обычные законы. Здесь не светит солнце, поэтому трудно определить, день сейчас или вечер. К тому же за нами наблюдает истинный оборотень, а не обращенный. Такой может превратиться в волка в любое время суток.

От его слов мне еще больше стало не по себе. Там, где не светит солнце, есть где разгуляться нечисти.

– Если ваш Лукас пропал, зачем мы сюда приехали? – сонно спросила Маргарита.

– Расспросим слуг, может, видели или слышали что-то подозрительное, – ответила я, сильно сомневаясь, что с нами вообще будет кто-то разговаривать.

Башни, к которым мы подъехали, были обнесены рвом, через него на массивных железных цепях перекидывался добротный мост.

Встретил нас жилистый мужчина в укороченной мантии и узеньком длинном шарфе, обмотанным раз восемь вокруг шеи, что уже наталкивало на мысль – к прибытию вампира тщательно готовились.

– Правитель! Наше почтение! – чересчур благодушно, чтобы сойти за правду, возвестил тот и протянул Натану белую жилистую руку.

Вампир категорично хмыкнул и, проигнорировав рукопожатие, направился в одну из башен, по пути как бы невзначай задев плечом встречающего нас оборотня.

– Издержки воспитания, – прокомментировала я. – А вы, простите…

– Варлак, уполномоченный по финансовым вопросам и правая рука правителя Аргуса – сиплым голосом представился он.

– При… кхм… приятно познакомиться! – чуть было не ляпнула о своем королевском статусе я. – Элизабет!

– Что же делает столь милая девушка в компании правителя Сартана? – просиял Варлак, галантно клюнув губами мою кисть.

Милая девушка лишь застенчиво улыбнулась, подсовывая в карман министру серебряное колечко. «Серебра мало не бывает, особенно в общении с оборотнями!» – любил поговаривать на занятиях Тайрос. Варлак несколько стушевался, побледнел и недоуменно замер, пытаясь вспомнить, о чем шла речь. Затем рассеянно помотал головой, отгоняя наваждение, и, спотыкаясь, ускоренно зашагал по брусчатой дороге.

Если в городе еще не вывесили траурные знамена, то внутри самой башни постарались на славу. Задрапированные черной материей зеркала, льняные скатерти той же цветовой гаммы, портреты, повязанные шелковыми лентами, и куча рыдающей прислуги, выстроившейся по росту одной шеренгой. Да уж, без хорошей порции успокоительной настойки здесь не разберешься.

– Правителю недавно только сто двадцать один год исполнился. Совсем молодым погиб! – привычно завела памятную речь тощая камеристка, размахивая неоднократно использованным носовым платком.

– Тише, тише, Доминика, у нас гости! – Материализовавшийся рядом Варлак похлопал ее по плечу.

Девица всхлипнула для порядка еще раз и во все глаза уставилась на нас. Надеюсь, в Хорсиге по случаю моей пропажи подобное зрелище устроить не догадались.

– А если Лукас все же жив? Может, вы его зря хороните? – спросила я.

– Правитель никогда не пропадал на столь долгое время, – покачал головой советник. – От него нет никаких вестей уже неделю. Да и слухи ходят не самые оптимистичные.

– Надо же когда-нибудь начинать ночевать вне дома, – пожала я плечами, вспомнив, как частенько вместе с Аланом совершала вылазки из опротивевшего замка.

Марго сиротливо примостилась на софе подальше от всех и, нервно растирая руки, подозрительно оглядывала любую приближающуюся к ней фигуру на предмет наличия двух пар мохнатых лап и капающей с окровавленной челюсти слюны.

– Может, наверх поднимемся? Варлак предоставил нам пару комнат на выбор, – предложила я, заметив настрой девушки.

– Да, п-пожалуй, – кивнула она.

Башня оказалась внутри гораздо больше и просторнее, чем выглядела снаружи. Убранство же комнат отличалось ненавязчивой простотой, вместе с тем здесь было весьма комфортно. Но для принцессы с недремлющим энтузиазмом этого было слишком мало, чтобы засиживаться в четырех стенах.

– Чем будешь заниматься? – как бы невзначай спросила я, обдумывая, под каким бы благовидным предлогом покинуть башню, не вызвав интерес Марго.

– Не знаю, – уныло отозвалась та. – В королевстве у меня хоть какие-то обязанности были, а сейчас даже нечем заняться.

– Может, тебе стоит помочь Доминике с подготовкой к церемонии? – в надежде отделаться малыми потерями спросила я.

– Я?! Ей?! – Было видно, что Марго как-то не особо впечатлилась моим предложением.

– Ну да. – Я оптимистично похлопала горничную по плечу. – А что такого? Не съедят они тебя.

– Вот в этом как раз я и сомневаюсь.

Похоже, улизнуть мне не особо светило. Но тут мне пришла на помощь сама Марго, непредусмотрительно вспомнив, что во время недавней поездки разодрала одну из штанин дорожного костюма.

– Как думаешь, у них есть иголка с ниткой? – крутясь перед зеркалом, поинтересовалась Маргарита.

– Конечно, есть. – Обрадованная столь легким решением, я тут же выскочила за дверь и уже через несколько минут притащила девушке жестяной коробок, наполненный разноцветными катушками ниток.

– Спасибо! – Поблагодарив, Марго сразу же принялась заштопывать брючину.

Я, недолго терзаясь муками совести, пристроила рядом свой плащ с зияющей дырой и быстренько выбежала из комнаты, сославшись на то, что мне надо кое-что обсудить с Натаном. Марго мой интерес к вампиру совсем не понравился. Зато хоть какой-то предлог нашелся. Да и Натан вряд ли заявится в ближайшее время, надо же и вампирам когда-то отдыхать…

Культпоход по городу предстояло начать с лавки, которую я заприметила еще на въезде в город. Там я надеялась найти все необходимое. Ингредиенты для зелья, порошки, снадобья и прочие милые безделушки, дорогие сердцу девицы, захотевшей поближе познакомиться с нечистью.

Разумеется, взять с собой вампира я не могла, его ехидная улыбка и насмешливо-покровительственный тон меня, честно говоря, раздражали. А уж просить меня сопровождать кого-то из оборотней… ну уж нет. В конце концов, не могу же я брать с собой тех, против кого собираюсь покупать ингредиенты для зелья.

Перед сооруженной буквой «П» хибаркой выстроилась длинная очередь из поражающей своей разношерстностью публики. Вернее, шерсть присутствовала не у всех, больше половины горожан пришли на своих двоих.

– Извините, кто крайний? – поинтересовалась я у смешливого паренька чуть помладше меня, позвякивающего парой новеньких блестящих монеток.

– За мной еще волков десять, – весело отозвался тот. – Тебе купить что надо? Приходи лучше завтра. Сегодня уже без толку здесь стоять, ничего тебе не продадут.

– Это еще почему? – изумилась я столь бесцеремонной дискриминации человеческой расы.

Паренек недоверчиво оглядел меня, поспешно убрав деньги в карман.

– Ты не местная, вижу.

Я согласно кивнула.

– Тогда понятно. У Париса, богатея нашего, дочь заболела. Уж сколько ее ни лечили – да все без толку, видать, скоро совсем силы потеряет. Вот и пообещал Парис мешок золота тому, кто дочь на ноги поставит. Так что здесь лекарей собралось будь здоров, все попробовать хотят. Ты только время потеряешь, пока в очереди простоишь.

Я еще раз оглядела собравшихся. А он прав, сушеных летучих мышей мне, пожалуй, здесь не светит приобрести, а вот кое-какую информацию – можно попробовать.

– А Парис при всем его богатстве был знаком с правителем?

– Почему был? – удивился ничего неподозревающий о пропаже Лукаса юноша. – Он и сейчас его знает.

– Вот и отличненько! – обрадованно потерла я руки. – Так, говоришь, после тебя еще волки занимали. М-да, долговато ждать придется. Так и на поминки не успею.

– А кого хоронят? – неожиданно проявил участие паренек.

Вальмонт знает, окажись я в другой ситуации, ни за что бы не воспользовалась сердобольностью молодого оборотня. Ну… по крайней мере, постаралась бы этого не делать.

– Ох, прабабка-травница на днях померла, на ночь поминки организовали, как раз сальвиния цвести начнет. Да только на похороны изрядно поистратились, на что нам теперь жить с сестрами придется, ума не приложу.

– А сестры-то хоть симпатичные? – подмигнул новый знакомый.

– Не то слово, – заверила его я, умильно хлопая ресницами.

Паренек вздохнул, почесал кудрявый затылок и махнул рукой.

– Ладно уж. Авось если бабка в травах разбиралась, то и тебе какие-нибудь знания передала. Эй, Лори! – окликнул он сутулого дядьку, дремлющего на входе в лавку. – Пусти девчонку, пусть счастья попытает.

Мужик нехотя открыл глаза, лениво прошелся по мне мутным взглядом и кивнул на дверь, мол, проходи.

– Спасибо! – чуть было не повисла я на шее у паренька.

– Ладно уж, для себя бы не стал просить, – покраснел тот. – Если сестренки на тебя похожи, то пускай забегают. Я во-о-он в том доме живу, – указал юноша.

– Всенепременно, – пообещала я, расталкивая очередь и пробиваясь к двери.

Внутри лавки во всех мыслимых и немыслимых позах мыслили лекари, знахари, целители и чародеи. А в дальнем углу за цветастой ширмой прорисовывался облик пациентки и одного из ее врачевателей.

– Дариночка, деточка, расскажи дяденьке, что у тебя болит! – крутился рядом здоровенный папаша, время от времени обмахивающийся веером – в помещении стояла ужасная духота.

– Отстаньте от меня, дайте умереть спокойно, – томно ворчало дитятко, колошматя кулаком по столу.

– Негоже так себя вести, – заломил руки родитель. – Что же ты такое говоришь?! Одна ты у меня, кровиночка!

Новый претендент на роль лекаря бегло пытался прощупать у дочери Париса пульс, но получил лишь со звоном осевшую, увесистую оплеуху.

– Так-с… разберемся! Подсказывает мне провидение, что лежит на вашей дочери тяжелый сглаз. Вот и загибается потихоньку страдалица, – вещал ободренный оплеухой лекарь.

– Сглаз?! Волчьи светы, где ж она его подцепить умудрилась?! – охнул папаша.

– Вы лучше спросите от кого! – важно поднял палец целитель. – Ведьма сглаз наложила. Да такой, что сразу и не снимешь. Потребуется не один день и… – Он пошоркал в воздухе пальцами, намекая, что мешок золота тоже не в единичном варианте отдавать придется.

– Мы согласные! – заверил его родитель.

– Вот и славно! – улыбнулся лекарь. – Посмотрите, есть ли на крыше воронье гнездо. Ведьма, бесовка, постаралась, сразу видно. Принесите мне гнездо, да смотрите, яйца не разбейте, иначе смерть вашей дочери неминуемая настанет! – зловеще прошептал он и благоговейно откинулся на стуле.

Вот шельмец! Я и сама подметила, что в округе много воронья развелось, а кровля лавки имеет довольно длинные выступы. Неудивительно, что птицы выбрали именно эту хибару среди прочих остроконечных крыш, чтобы свить себе подходящее гнездышко.

Но Парис, видимо, этого не учел, стремглав кинувшись за лестницей и оставив дочку наедине с ее эскулапами.

– Здрасьте, – на деревенский манер пробормотала я и по-хозяйски уселась на стол, свесив ноги. – Теперь я ее исцелять буду.

Девушка недоуменно кашлянула, отодвигаясь от меня подальше. К слову, выглядела она и вправду не очень. Бледное личико, намечающиеся тени под глазами, исхудалость форм и потухший взгляд. Но при такой погодке на улице и немудрено на заспавшегося мертвяка походить. Где ж она солнце в Аргусе видела, чтобы загаром обзавестись.

– Тут делов-то! Ха! – обнадеживающе произнесла я, доставая из кармана горсть пересушенных фиников – излюбленное лакомство моей Нисы (не к месту будь помянута). – Хорошая доза сладкого перед сном – и забудешь, что недужила. – Да и фигуре не повредит обзавестись округлостями.

Лекарь крякнул в кулак, чуть не подавившись от смеха, и снисходительно глянул на меня.

– Тут тебе, девка, не постоялый двор! Такими снадобьями будешь селян лечить, а не к барской дочке соваться.

– А вы малость обождите, вдруг подействует, – загадочным шепотком говорю я, а сама в поисках причины столь кислого поведения девицы глазами шарю.

Смотрю, на безымянном пальце левой руки колечко надето, до того простенькое, медное, что в душу сразу же полезли подозрения. Откуда у дочери Париса такая незатейливая бижутерия имеется? Не спорю, колечко внешне изящное, аккуратно выкованное, знать бы еще, кто ковал…

Тут мои размышления прервал сам Парис, осторожно несший в руках аж три гнезда: одно воронье и два грачиных.

– Вот, как и просили. – Он положил их на стол.

– Замечательно, – благосклонно произнес лекарь, поднося к свету бугристое яйцо. – Я их с собой заберу – буду дома сглаз снимать.

Лекарь сгреб яйца в карман и завозился с травами, попеременно выкладывая те на стол.

– Яичницу он из них дома будет делать, а не сглаз снимать, – со смешком проронила я. – Нет на вашей дочери ни сглаза, ни проклятия, даже элементарной порчи нет. Судьба ее испытывает.

Три пары пораженных столь диким заявлением глаз немигающе уставились на меня. Первым отошел целитель.

– Да вы эту оборванку больше слушайте, еще не таких небылиц расскажет!

Я приосанилась, это же надо было так в роль войти, чтобы меня, принцессу, за нищенку приняли!

– Действительно, шла бы ты мимо! Еще подхватим от тебя чего, – побрезговал родитель.

– Вы меня сперва выслушайте, а потом и думайте, стоит ли гнать. – Я поудобнее устроилась на столе.

Проснулась ли в Дарине женская солидарность, или она действительно словам поверила, только девушка вдруг встала на мою защиту.

– Пусть говорит, папа.

Родитель с неохотой махнул рукой, поняв, что все равно так просто от меня не отделается.

– Твоя взяла, – вздохнул Парис. – Чего ты там говорила о судьбе?

– Так вот, всякий челов… то есть оборотень – кузнец своего счастья, – зачастила я, исподтишка поглядывая на больную.

Девица разом вспыхнула, да виду не подала. Только мне уже и без того ясно, какого происхождения с ней недуг приключился.

– И что?! – непонимающе помотал головой богач.

– Да вот как раз к кузнецу это счастье и должно в скором времени прийти. Имеется у вас неподалеку такой в наличии?

– Ну… предположим, – согласился Парис.

– Вот! Надо вам дочь замуж выдать, и заразу как рукой снимет.

Девушка от неожиданности на стуле подскочила, руки к груди прижала, на отца с надеждой посматривает.

– Чтобы я Дариночку за бедняка этого выдал?! Только через мой труп! – категорично заявил Парис.

– Это вы зря так. Предположим, труп будет вовсе и не ваш, а дочери родной, если завтра же о помолвке не объявите.

– Да ты в своем уме, девчонка?! – рявкнул родитель.

Но дочурка, враз смекнувшая что к чему, живо ухватила его за рукав.

– Ой, папенька! Правду она говорит, как про кузнеца нашего речь зашла – легче мне стало.

А у самой глаза блестят, да щеки сильнее румянцем наливаются, вот что с оборотнем любовь делает.

– Но… как же так… – присмирел Парис, облокотившись на спинку стула. – Единственную дочь неизвестно за кого выдать. Что другие скажут?

– А вы других не слушайте, они вам еще завидовать будут. Сами скоро убедитесь. Разбогатеет ваш зять, как есть разбогатеет, – уверила я, подмигивая Дарине.

– Ну, если так, – приободрился отец, – то быть свадьбе, что поделаешь!

Уж не знаю, кто больше радовался. Дочь будущему мужу или отец выздоровлению дочери, а на радостях мне повысили положенный гонорар, отвесив вместо одного сразу два мешка золота.

– За подарок, конечно, спасибо, – шепнула я на ухо Дарине, – но золото кузнецу своему отдай, пусть дальше счастье кует – теперь есть на что. Вот и сбудется мое предсказание.

Девушка в порыве радости повисла у меня на шее.

– Спасибо! Не вмешайся ты вовремя, отец бы меня за соседа замуж выдал! – с отвращением произнесла она. – Проси, чего хочешь. Отец ради меня на все готов.

– Деньги мне не нужны. Лучше расскажи о правителе вашем, Лукасе. Я слышала, твой отец с ним дружит.

– Ой, да какой Лукас правитель! – отмахнулась Дарина. – Так, мальчишка еще, постоянно приключения на свой хвост ищет.

– А на днях он куда-нибудь уезжал?

– Было дело, – подтвердила девушка. – В прошлую среду, прямо во время Распуса – второй день празднования Хедерлеза вместе с Варлаком куда-то умчался. Отца с собой звали, только я не пустила. Вернее притворилась, что заболела. Не знаю, сердце мне подсказывало – не стоит ему с Лукасом ехать. А почему ты спрашиваешь? – спохватилась она. – Что-нибудь с правителем?!

– Вот это мне и предстоит выяснить, – выходя из лавки, себе под нос пробормотала я.

Глава 7. Предатель

Небо прохудилось ближе к восьми вечера, обрушив на город сплошной поток дождя. В считанные секунды он насквозь пропитал одежду и заставил меня укрыться в харчевне «Волчья пасть», расположенной за углом.

Дрожа от холода, я села за дальний столик и убрала за ухо лезшую в глаза мокрую челку. В помещении царил легкий полумрак, достаточный, чтобы скрыть лицо от чересчур любопытных глаз. Заведение не спешило порадовать меня широким ассортиментом блюд. Самым слабоалкогольным напитком в меню значилось только пиво, а из горячего наиболее безобидными мне показались свиные ушки в маринаде, к которым я впоследствии так и не притронулась.

Отбивая зубами уверенную трель по узорчатому стеклу стакана с покачивающейся в нем кружевной шапкой пены, я глотнула золотисто-коричневую жидкость, поморщилась и, вытянув ноги под столом, наметила первую жертву.

Простоватый мужичок с отполированной как драконье яйцо лысиной со смаком допил четвертую кружку пива и, со звоном поставив ее на стол, потянулся к перемолотой белой массе, гадать о происхождении которой я не стала из этических соображений.

– Извините, рядом с вами свободно? – заискивающе поинтересовалась я.

– Свободно, – вполне доброжелательно ответил он. – А ты чего хотела?

Я быстро пересела за соседний столик и, подперев руками подбородок, трагически произнесла:

– Страшновато одной сидеть. Еще приставать кто начнет, а вы оборотень видный…

Оборотень сосредоточенно прожевал и недоуменно хмыкнул.

– В смысле, по вам сразу видно, что сможете за себя постоять, – воодушевленно неслась я дальше. – Может, вы и за меня постоите?

– Зря боишься, у нас в городе тихо. Бывает, конечно, что драка завяжется или ограбят в подворотне кого. Только по пьяной лавочке все происходит, а так никто не полезет. Можешь быть спокойна, – пожал плечами сосед.

– Так-то оно так. Только говорят, что в Аргус сам правитель Сартана прибыл.

– И чего? – не проявил энтузиазма оборотень, отодвигая тарелку на край стола.

– Как? Разве вы не знаете, что именно вампира обвиняют в убийстве старосты? – заговорщическим тоном продолжила я.

– Да ну ты брось! Вранье все это, – скривился собеседник и стукнул кулаком по столу, так что кружки тоненько забренчали. – Хозяин, еще пива!

Из-за стойки тут же выскользнул долговязый тип в фартуке, покрытом старыми въевшимися пятнами, водрузил на стол новую порцию пойла и, забрав пустые стаканы, хитро подмигнул мне.

– То есть как вранье? Во всем городе только и говорят, что правитель вампиров к убийству причастен. Вдобавок Лукаса в последний раз видели именно с ним.

– В последний раз? – Оборотень поперхнулся, ошалело глядя на меня. – Как это в последний раз?!

Еще дед любил поговаривать, что язык меня до плахи доведет. Пришлось выкручиваться:

– Я хотела сказать, Натан неделю назад сюда заезжал, от Лукаса ему что-то понадобилось. Вот и поползли слухи, мол, вампир задумал Лукаса в ловушку заманить. К тому же всем известно, что вампиры и оборотни терпеть друг друга не могут.

– Слухами Бездна топится. Видать, плохие у тебя знакомые, раз такие сплетни выдумывают. Лукас с правителем Сартана сотню лет знаком. Волчонком еще совсем был, когда с вампиром подружился. Разница в возрасте у них небольшая, всего каких-то лет тридцать, да и полномочия, сама понимаешь, сближают. Ни за что не поверю, что Натан против Лукаса способен пойти. А все эти разговоры про вражду – давнишние дела, нет больше никакого соперничества, а уж вражды и подавно!

Не понимаю: одни уверены, что Натан является величайшим злом, другие, наоборот, твердят о его дружбе в Лукасом. Кому он вообще успел так насолить?

– Постой-ка, а чего это ты нашим правителем интересуешься?! Ты вообще как в городе очутилась? Крови оборотня в тебе нет, на ведьму непохожа, – нахмурил брови оборотень.

– Ну… так это… проездом я. Тур по полночным королевствам, изучение памятников культуры, политической жизни и менталитета северных народов – обычная программа. Кстати, мне уже пора. – Я стала вылезать из-за стола.

Но у оборотня на этот счет было другое мнение.

– Никуда ты не пойдешь. – Он грубо дернул меня за руку. – Никак шпионить решила! Живо отвечай, кто послал.

Хватка у оборотня была что надо, руку зажало словно в тиски, не оставив мне возможности вернуть себе конечность и вырваться.

– Да никто меня не посылал. Сама кого угодно пошлю, – от досады выпалила я. – Честное слово! Да я вампиров ужасно боюсь! Шастает поблизости, того и гляди, выкинет что-нибудь.

– Врешь! – припечатал тот, впившись когтями мне в запястье…

Когтями?..

Лучше теории может быть только практика. Увидеть вживую, как именно происходит смена ипостаси у оборотня, мне довелось в первый раз. И, похоже, лицезреть подобное во второй раз особо не светило… по крайней мере, в этой жизни.

«Дяденька, дяденька, а почему у вас такие большие зубы?» – неожиданно вспомнилась мне фраза из самоучителя по нечисти. По всему выходило, менталитет жителей города мне предстояло познать на конкретном примере.

Недавний собеседник отпустил мою руку и, сделав пару шагов назад, прогнулся, издав низкий, хрипящий вой. Я непроизвольно схватилась за кисть, охваченную кровоточащей сетью из тонких, но довольно глубоких порезов. Хозяин харчевни ужом скользнул под стойку, не забыв прихватить пузатый деревянный бочонок с пивом – зрелище обещало быть увлекательным.

Холщовая рубашка разодралась в клочья и теперь тряпьем валялась на полу. Оборотень встал на четвереньки, инстинктивно повел головой и сделал стремительный кувырок вперед. Длинная серая шерсть с серебристым отливом заструилась, коснувшись пола, желтые, пронизывающие насквозь глаза метнулись вверх. Волк тихонько завыл, обнажив белые острые зубы, но в ту же секунду встрепенулся, видимо вспомнив о поджидающей жертве. Взлохмаченная шерсть разлетелась каскадом, оборотень слегка присел на задние лапы и резко спружинил в мою сторону.

Первое, что я почувствовала, был удар о каменный пол харчевни. Острая, пронизывающая боль взорвалась в голове и эхом разнеслась от затылка до самой макушки, пытаясь вырваться наружу. Волк навалился всей массой, сильные широкие лапы коснулись горла, а затем уперлись в грудную клетку, не давая мне возможности глотнуть воздуха. Жаркое дыхание пламенем охватило шею, зазмеилось вниз. У виска предательски застучало, посылая неосознанный сигнал об опасности. Еще секунда и…

– Отпусти ее. – Голос прозвучал холодно и глухо, как из-под могильной плиты.

Я приоткрыла один глаз, заинтригованная столь неожиданным визитом собственного спасителя. Знаете, амбициозность и независимость это, несомненно, хорошо, но иногда полезно побыть просто принцессой, поджидающей своего избавителя.

Ох… не таким я его себе представляла, но, как говорится, дареному упырю в зубы не смотрят. Перевернутая с ног на голову картинка убедительно показывала застывшего в дверях вампира, хмуро поглядывающего на обнимающуюся парочку, лежащую на полу.

– Ты не понял, Хэйрек?! – В голосе зазвучали стальные нотки.

Оборотень с досадой отступил в сторону и, поджав хвост, прорысил под стол. Спустя мгновение старая, застиранная скатерть была стянута со столешницы и тщательно обмотана вокруг тела.

– Простите, правитель! Я не хотел трогать Вашего друга, – поспешно выполз из-под стола Хэйрек. – Но она вела себя очень подозрительно, вот я и решил припугнуть.

– Она мне не друг, – подчеркнуто официально произнес Натан. – Раздерешь ее в клочья в другой раз, когда я закончу одно дело.

– Извините, – виновато повторил Хэйрек и юркнул за дверь.

Я продолжала лежать на полу, мысль о спасителе выветрилась из головы сама собой, сменившись тихой злобой.

– Вставай! – раздраженно сказал вампир.

– А мне и здесь хорошо. Между прочим, тебя вмешиваться никто не просил.

– Пока мы не нашли артефакты, ты нужна мне живой. – Натан присел рядом со мной, недовольно поджав губы.

– Как трогательно! Но, как видишь, я живая, так что тебя больше здесь не задерживаю. Можешь идти. – Я манерно махнула рукой, копируя кузину Флоренцию, выпроваживающую очередного претендента, залезшего в спальню по приставной лестнице.

– У тебя вся шея расцарапана, – скептически заключил Натан, осмотрев меня. – Ты на ногах стоять можешь?

Боль в затылке все еще давала о себе знать, сковывая голову давящим обручем, а в ушах глухо гудело, словно там поселился целый улей невостребованных работой пчел. Но жаловаться вампиру на жизнь не хотелось.

– Заинтересовался моей шеей? Ну уж нет. Сама разберусь. Кстати, как ты меня нашел? Я даже Марго не сказала, что буду здесь.

– Я не общаюсь с твоей прислугой, я нашел тебя сам, – мрачно сказал Натан.

– Следил? – скользнула вялая догадка.

Вампир не ответил, подхватил меня под мышки и привел в рабочее положение, для надежности придерживая за плечи.

– Пошли, скоро начнется церемония. Тело Лукаса так и не нашли, но его волчий дух должен быть успокоен, – безапелляционным тоном произнес он.

Я нехотя повиновалась, засеменив к выходу и опираясь при этом на вампира. Вообще смотрелись мы вдвоем весьма оригинально: пошатывающаяся девица, появившаяся из пивной харчевни, и ведущий ее вампир, наставляющий на путь истинный.

– Тот оборотень тебя знал, – между делом заметила я, стараясь не смотреть на вампира.

– Раньше он был советником у Лукаса. Пока его не сместили.

– Странно.

– Почему странно? Его место занял Варлак, более организованный и искушенный во власти. Хотя, должен признаться, Хэйрек мне нравился больше.

– Тебе нравился слуга? – Я едва держалась, чтобы не упасть на мокрой от дождя мостовой.

– Хэйрек был советником, – уточнил Натан, крепче сжимая мою руку.

– Все равно. Ты с таким пренебрежением отзываешься о Марго, а сам, оказывается, способен испытывать симпатию. К примеру, я и подумать не могла, что вы с Лукасом старые друзья.

– Мы с Лукасом – бывшие друзья, – поправил вампир, мрачно глядя перед собой.

– Но это не мешает тебе его искать? Ведь так?

– Мне нужно найти камни, – холодно произнес Натан.

– Да? А мне кажется, что ты приехал в Аргус именно из-за пропажи Лукаса. Только не хочешь показывать… как бы это сказать, свою слабость.

До башни оставалась пара метров, когда вампир резко выдернул руку.

– Тебя это не касается, принцесса! – процедил он сквозь зубы, остановившись на деревянном мосту.

– Отчего же?! Ты считаешь, что без зазрения совести, которой, к слову, у тебя нет, можешь лезть в мою жизнь, а я, значит, этого сделать не могу?! Зачем ты вообще пришел в харчевню, тебя никто не звал на помощь!

– Не приди я тебе на выручку, ты бы окончательно села мне на шею, потому что от калеки, как понимаешь, так просто не избавиться, – язвительно заметил Натан.

– Что?! Я села тебе на шею?! Упырь болотный! Да ты сам меня попросил…

– Я никогда не прошу, я приказываю. – Глаза вампира вдруг стали ярко-желтыми, янтарными, а зрачок вытянулся, как у кошки.

– Тогда ты забыл, кто перед тобой! Я не крестьянка, чтобы ты так со мной разговаривал! Командуй вампирами, если того желаешь, а я сегодня же уезжаю домой!

Черты лица Натана заострились, придав ему сходство с теми вампирами, чьими изображениями на картинках любил пугать особо впечатлительных учеников Тайрос. Теперь он был похож на искусно изготовленную мраморную статую. Превосходно выполненную, но лишенную каких-либо чувств и эмоций.

– Ты не посмеешь, – очень тихо произнес он.

– Спорим! – От досады я топнула ногой и… поскользнулась.

Ноги в дорожных туфлях на плоской подошве начали разъезжаться в стороны. Не удержав равновесия, я отчаянно вцепилась в мантию вампира и потащила его за собой, в выкопанный под мостом ров. Два падения за один день – это слишком, но все произошло настолько быстро, что я даже не успела сгруппироваться.

Меня мог порадовать лишь барахтающийся рядом вампир, однако Натан быстро преодолел расстояние до суши, недобро взирая на меня… не умеющую плавать.

Я попыталась крикнуть, но застоялая вода с примесью тины сомкнулась у меня над головой, проникнув в рот и ноздри. В носу ужасно защипало, горло готово было разорваться, лишь бы освободиться от застрявшего в нем и раздирающего изнутри кома. Я, словно закоренелый утопленник, уверенно шла ко дну, хватая руками ускользающую сквозь пальцы воду. Неожиданно меня с силой потащило наверх, над головой появились проблески света, и я, насмерть перепуганная, вынырнула на поверхность, тяжело дыша и отплевываясь затхлой водой. Глаза резало невероятно, я попыталась проморгаться, но лишь крепче их зажмурила.

– Выбирайся на берег! – Властный тон вампира заставил меня подчиниться, тем более я не совсем понимала, что произошло.

Сильнее руки обхватили меня поперек талии и потащили… мертвяк знает куда, но лишь бы не обратно на дно.

– Вечно с вами, людьми, проблемы, – сердито произнес вампир. – Как ты вообще умудрилась утянуть меня в ров с водой?!

Я красноречиво прохрипела. Вся злость на вампира испарилась сама собой.

– Проклятье! – Натан, похоже, тоже не был в восторге от водных процедур.

Он сгреб меня в охапку и потащил к башне, как мешок со сгнившей картошкой.

– Э нет! – От возмущения голос у меня прорезался сам собой. – Я пойду сама, не хватало еще, чтобы вампир… ай!..

– Вижу, тебе лучше, – Натан резко бросил брыкающуюся ношу. – Отлично, дальше пойдешь сама.

– Не очень-то и хотелось! – потирая ушибленные места, выпалила я.

***

За длинным столом, сплошь уставленным разнообразными закусками, собрались все приближенные правителя Аргуса. Слуги сновали между приглашенными, как мотыльки вокруг ярко светящего ночника, предлагая на выбор все более изысканные угощения.

Варлак сидел во главе, сложив ладони домиком и благосклонно кивая присутствующим.

– А вот и наши гости! – Его губы вытянулись, пытаясь изобразить подобие улыбки, которая тут же погасла. – Что случилось? Не думал, что на улице такой сильный дождь.

Вампир, преодолевший половину лестницы, ведущей на второй этаж, рассерженно обернулся.

– Закалялись. Решили искупаться в освященной воде, – как ни в чем не бывало ответила за него я, снимая с уха нависшую тину. – Знаете, поспорили с Натаном, утонет ли вампир в бочке с водой, благословленной в местной церкви.

– И как? – тупо спросил Варлак.

– Увы мне, увы, но он выиграл. В смысле не утонул. Для первого раза холодновато, но все же сойдет, – заверила его я, увлеченно рассматривая образовавшуюся на паркете лужу из стекающей воды. – Пойду переоденусь.

– Да-да, – в замешательстве кивнул оборотень. – Только поторопитесь, главная часть церемонии начнется ближе к полуночи.

В коридоре я столкнулась с Маргаритой, держащей в руках небольшой сверток.

– Ну наконец-то! Лиз, я чуть с ума не сошла, когда из окна увидела, что ты с вампиром идешь под ручку.

– Ерунда. Ты мне лучше скажи, какое впечатление на тебя произвел Варлак?

– Варлак? Он же оборотень, какое еще впечатление он может на меня произвести, – пожала плечами Марго. – Люди давно отволокли бы его на виселицу! А почему ты спрашиваешь?

– Да так, есть тут у меня одно подозрение на его счет. Но не бери в голову, – улыбнулась я. – Как отдохнула?

– Ужасно! Так и не смогла глаз сомкнуть, всё волки по углам мерещились, – со вздохом призналась девушка и, протянув мне сверток, добавила: – Вот, держи. Не хотела показывать раньше времени, но не могу спокойно смотреть, как ты с этим упырем общаешься.

– Что это? – Я потянула за тесемку, которой был перевязан сверток, и, развернув лощеную пожелтевшую бумагу, перевела удивленный взгляд на Маргошу. – Зелье?

Пузырек из черного стекла примерно десяти сантиметров в длину был наполнен пенящейся жидкостью.

– В некотором роде, – подтвердила Марго. – Позаимствовала из личных запасов Тайроса до отъезда из Хорсиги.

– В самом деле? – Я поболтала пузырек в руках. – Может, против оборотня еще и потянет, а вот Натану придется долго объяснять назначение сего зелья.

– Натану?! Ты его уже по имени называешь?

– От этого мое отношение к нему не изменилось, – обидчиво произнесла я.

Горничная многозначительно хмыкнула.

– На тебя уже его гипноз действовать начал. Подстрахуйся, подложи упырю зелье, поверь мне, так будет безопаснее. А еще лучше – дай выпить, – посоветовала Маргарита и, развернувшись на каблуках, пошла к лестнице.

Я с минуту растерянно смотрела ей вслед, а потом, все-таки прихватив пузырек, направилась к себе – переодеваться в сухую одежду. Не вампира подпою, так у мертвяка на могилке цветочки полью.

***

– За Лукаса! – Бокал, наполненный вином благородного гранатового оттенка, взметнулся вверх.

– За правителя! – хором отозвались другие.

Все шло по плану. К ночи гости должны были напиться и окончательно забыть о цели своего визита. Прощальная церемония с разумной долей хвалебных слов и подкрепленных рыданиями образных тостов подходила к своему апогею.

Вампир к еде притронуться не спешил, внимательно наблюдая за собравшимися оборотнями. В меня тоже ничего не лезло, после недавно принятой «ванны» это было неудивительно. Зато Маргарита налегла на вино основательно. Себе она наливала сама, пряча бутылку под стулом и каждый раз украдкой отвинчивая тугую пробку. Должно быть, боялась, что нас попытаются отравить. Я ее в таком лихорадочном состоянии не видела давно, но была уверена, что всему виной страх по отношению к собравшейся публике. Может, она и не рада, что за мной увязалась, только поменять решение уже не могла, а потому искореняла свой страх самым доступным (только руку под стул протяни) способом.

– Думаю, настало время проводить нашего правителя в соответствии с законами Аргуса. Волчий дух должен быть выпущен на свободу, освободившись от тела. Где бы оно ни находилось, – громогласно объявил Варлак, выходя в центр зала. – Сегодня же будет выбран новый правитель.

Собравшиеся одобрительно зашептались.

– Ты только посмотри, Лиз, выбирают себе нового главаря шайки! – криво улыбнулась Марго. – От одного бес миловал, так они другого решили к власти поставить.

Тем временем министру поднесли свернутый трубочкой свиток и узкий короткий кинжал, покоящийся на бархатной подушке.

– И дойдут наши слова до Бездны! – Варлак нетерпеливо развернул свиток и, откашлявшись, стал медленно читать содержащиеся в нем строки, делая ударение на первый слог. Текст был несколько необычным, он не содержал патетичных взываний к высшим силам и вполне мог сойти за траурный тост. Но с магии спроса нет, тут главное, чтобы подействовало.

Голос Варлака сорвался, отчего ему пришлось повторить предложение еще раз.

Я часто присутствовала во время чтения Тайросом заклинаний, необходимых для того или иного магического ритуала, поэтому прекрасно знала, насколько важно здесь придерживаться правил. Прочитанное наспех заклинание могло с легкостью отрикошетить, и тогда его последствия стали бы непредсказуемыми для мага, каким бы сильным он ни являлся. Оборотень прекрасно понимал это и не хотел рисковать. Чего доброго, вместо того чтобы успокоить дух правителя и отделить его от тела, можно навеки поселить оный в качестве привидения на чердаке.

– Чего это… он? – икая, спросила Маргарита. – Кого… призывать собрался?

– Он говорит о том, что умение повелевать собою – великая власть. Не каждому дано родиться предводителем и объединить под своим началом народы.

– А… правиль… но говорит, – дала добро Марго, на глаз определяя количество оставшегося в бутылке вина.

Пока советник Аргуса нараспев, выдерживая положенную паузу, произносил речь, я исподтишка взглянула на вампира. В ореховых глазах Натана плясали злые огоньки, он был готов сорваться в любую секунду.

– А чего все ждут? – Маргарита оприходовала бутылку и теперь тоскливо водила пальцем по горлышку.

– Явления духа Лукаса, – в шутку сказала я.

– Зачем? Им живых оборотней в городе мало?

Ответить Марго я так и не успела, потому как Варлак быстро перехватил принесенный кинжал и поднял его на вытянутых руках.

– А теперь мы должны выбрать одного из нас, кто утром предстанет перед народом. – Варлак окинул аудиторию проникновенным взглядом и невозмутимо произнес: – Думаю, Лукас назначил бы наиболее приближенного к себе оборотня.

К этому все и шло. Маска притворного горя наконец спала с его лица, обнажив всю сущность. Только еще неизвестно, какой правитель опаснее для народа: легкомысленный и беззаботный, как Лукас, или готовый пойти на все ради собственной выгоды, как Варлак.

– За нового правителя! За Варлака! – С тем же вдохновением, с которым поднимали свои бокалы за Лукаса час назад, присутствующие приняли очередного правителя.

Два оборотня с седыми длинными волосами неприязненно переглянулись. Похоже, кроме нашей компании они были единственными, кто не разделял радость сего мероприятия. Варлак поднес кинжал к запястью и, не раздумывая, полоснул. Вдоль руки заструилась вязкая темно-вишневая кровь.

Все, как только кровь коснется печати на свитке – церемонию можно считать законченной.

– Да пребудет с нами сила Бездны…

Но поминки не были бы столь запоминающимися, не посети их сам виновник сего мероприятия, появившийся из потайного хода, едва часы пробили двенадцать раз. Невысокий, но подтянутый парень с огненно-рыжими коротко стриженными волосами тенью скользнул из отъехавшего стеллажа, прямиком попав на финальную сцену.

– Не ожидал, что меня будут так тепло встречать. – По его тону было ясно, что в ближайшее время в городе грядет глобальная смена руководства.

Воцарилась гнетущая тишина. На стол с одиноким звоном упала вилка, кто-то от напряжения раздавил в руках бокал.

– Что-то мне дурно, Лиз! – нарушил молчание возглас Маргариты. – Не надо было столько вина пить, вот и галлюцинации пошли. – Она пошатнулась на стуле.

Варлак и Натан подскочили одновременно и, словно по сигналу, бросились к безвременно усопшему правителю Аргуса.

– Лукас, друг! Как мы за тебя волновались! Ты жив! – подскочил к тому Варлак.

– Лукас, будь ты проклят! Совсем рехнулся, зачем ты поехал без меня?! Волк полоумный! – остановился напротив оборотня Натан.

– Сам хорош, вампир! Ты обещал вернуться тем же вечером, но обманул! – огрызнулся Лукас и в эту же секунду крепко его обнял.

Что бы мне потом вампир ни говорил насчет кровной неприязни к оборотням, по добротной дружеской ругани сразу все видно.

Что тут началось! Полупьяные гости наперебой принялись восхвалять «воскресшего» правителя. Благодарить всех мало-мальски известных святых, обещая построить им в ближайшее время по храму, и уповать на грязные сплетни, которым они конечно же ни на секунду не поверили. Я с задумчивым видом околачивалась рядом, прислушиваясь к разговору двух правителей.

– Безрассудный оборотень!

– Жалкий вампир!

Чувствовалось, что друзья успели друг по другу соскучиться, заранее заготовив пламенную речь.

– Я тебя прождал на Границе до самого утра!

– А я тебе говорил, что не стоит выезжать из Аргуса одному! Так нет, мы же самые умные! – не унимался вампир.

– Я не знал, что за ловушку готовит мне Варлак, – возразил оборотень и, тут же вспомнив о самом советнике, стал искать его глазами.

Варлак, как и следовало ожидать, не нашелся.

– А он… пару минут назад, – Марго откинулась на стуле и кивком указала на приоткрытый стеллаж, – в потайном ходе… скрылся.

– Поздравляю, мы его упустили! – хмыкнул Натан.

– Далеко не уйдет. Кейлиб, Орст. – К Лукасу подскочили два оборотня. – Перекройте все выходы из города. Этот предатель не должен уйти.

– Как прикажете, правитель! – Они склонили свои поседевшие головы и тут же опрометью выбежали из зала.

– Я предупреждал тебя, что Варлаку не стоит доверять. Зачем ты отправился с ним? – Натан брезгливо поднял с пола окровавленный кинжал. – Вот подлец! Забрал свиток с собой.

– Бес с ним, с этим свитком. Я жив, а значит, заклинание не имеет силы. В тот день, когда я выехал из Аргуса, мне действительно была нужна любая помощь. Пришлось взять с собой Варлака, ведь дело касалось не только меня одного, а судьбы всех оборотней. Этот предатель напал на меня на окраине леса, как только мы пересекли Границу. Варлак всегда метил на мое место, но я понятия не имел, что он каким-то образом связан с артефактами.

– Варлак что-то знал о камнях? – не выдержав, вмешалась в разговор я.

Однако ни вампир, ни оборотень даже не соизволили повернуться в мою сторону, сочтя меня за фоновый шум.

– Он на кого-то работает. – Натан вытер кровь и внимательно осмотрел кинжал. По рукояти полукругом шла гравировка. – Руны смерти. Отличительный знак некромантов.

– Что?!! – От неожиданности я встала между ними, выхватив у вампира кинжал.

Руны смерти я видела не раз. На каждой книге по черной магии из библиотеки отца Алана стояли именно они – пять расположенных по кругу переплетающихся колец, два из которых, в начале и конце круга, были совершенно одинаковыми и обозначали неразрывность цепи.

Натан не врал. Но поверить в то, что к пропаже камней, а следовательно, и к смерти деда причастен кто-то из семьи Алана, я не могла.

– Возможно, кинжал лишь принадлежал когда-то Адриану. Сомневаюсь, что он бы стал нанимать Варлака. К тому же некромант сам пострадал из охоты на артефакты. – Я повертела кинжал в руках и отдала Натану.

Вампир вскинул брови.

– Ты слишком привязана к другу. Покушение мог инсценировать сам некромант.

– У меня было видение, и потом я доверяю отцу Алана.

– Конечно, – развел руками Натан. – Свои и предадут в первую очередь!

– Судишь по собственному опыту?!

– Сужу по опыту твоего деда! – жестко усмехнулся вампир.

Я вложила все презрение во взгляд, которым наградила длинноволосого. По траурным лентам, развешанным вдоль зала, побежал легкий тлен.

Лукас заинтересованно присвистнул и, похлопав друга по плечу, дескать, остынь, а то город, вновь обретя правителя, лишится его главной резиденции, обратился ко мне:

– Неплохая магия. Давно практикуешься?

– Как только познакомилась с твоим другом. Уж больно часто он на это напрашивается, – вполне искренне призналась я.

– Согласен, – со смешком кивнул Лукас. – И как же звать столь отважную особу?

– Элизабет, но в компании руководителей государств просто Лиз. – Я протянула руку для пожатия.

Однако Лукас галантно поцеловал протянутую длань и, покосившись на вампира, хитро произнес:

– А ты не говорил, что знаком с такими очаровательными девушками.

– Она не девушка, она – принцесса, – недовольно поправил его Натан.

– В самом деле? И можно полюбопытствовать, какого королевства?

– Она внучка Леона, – представил меня вампир.

– Да ладно?! – Лукас уважительно взглянул на меня. – Хотя… ты чем-то его напоминаешь.

– Своими опрометчивыми поступками, – подсказал Натан.

– А ты знал моего деда?

– Да. И очень хорошо. В свое время он мне здорово помог. Я в долгу перед ним и, получается, перед тобой тоже. Но постой, – Лукас изменился в лице, – если ты здесь, значит, знаешь об артефактах.

– Да, твой друг вампир успел ввести меня в курс дела. Весьма поверхностно, конечно.

– Ничего другого от Натана я и не ожидал. Скрытен, как свежепохороненный мертвяк, – улыбнулся оборотень. – Что ж, тогда ты просто обязана знать, что около недели назад, перед тем как я пропал, поступили сведения о том, где может находиться один из камней.

– Не трать силы, тот артефакт мы уже не найдем. Его продали одному весьма сомнительному типу, – имея в виду Карнелио, объяснил Натан. – А у того недотепы камень благополучно похитили.

– Вижу, мое отсутствие не прошло даром. Но все же у нас есть хоть какая-то зацепка. Зная, кому раньше принадлежал камень, мы можем выяснить, кто же причастен ко всей этой неразберихе с убийствами. Как только сюда приведут Варлака, мы сразу же отправимся во Флердоранж.

– Куда?! – Я вцепилась в рукав рубашки Лукаса.

– Во Флердоранж. Неужели не знаешь? Это королевство находится практически рядом с твоим, – удивился моей реакции правитель.

– Нет-нет, – помотала я головой, – дело не в этом. Наоборот, я слишком хорошо знаю данное королевство, потому что там живет моя кузина.

Вот только еще бы знать, откуда у Флоренции взялся артефакт.

– Значит, твоя кузина… – Вампир склонил голову набок. – Вот о таких своих, которые предадут вопреки всему, я и говорил.

– Но Флор не могла…

Или могла? Сказать, что мы с Флоренцией закадычные подруги, было бы не совсем верно. Мы знакомы с пеленок, раз в пару месяцев выбираемся друг к другу в гости, смеемся на женские темы, но разговора по душам у нас никогда не выходило. Отчасти я ей до конца не доверяла, отчасти – она мне. Могла ли она что-то скрывать от меня? Могла. Но насколько серьезными были ее тайны, я не знаю.

– Как только Орст с Кейлибом вернутся, мы отправимся к твоей двоюродной сестричке. – Лукас подхватил меня под руку. – А пока, если мои дорогие гости не забыли, в Аргусе праздник по случаю счастливого возращения моего величества на родину.

– Минуточку! – Шаткой походкой к нам направлялась Марго. – На улице полночь, а вы думаете, что я отпущу Лиз с вами неизвестно куда?

Натан возвел глаза к лепнине на потолке. Несгибаемая настойчивость моей горничной могла свести с ума кого угодно.

– А вы, простите, кем ей приходитесь? – осведомился Лукас, исподтишка подмигнув мне.

– Горничной! – с вызовом ответила Марго.

– Ах… ну… если так, – со значением протянул оборотень. – Надо было сказать раньше. Принцессы и их горничные – это как раз то, на чем я специализируюсь. – Он подхватил под другую руку Маргариту и уверенно зашагал к выходу.

Глава 8. Лучшие друзья девушек это… некроманты

Гонца, принесшего плохие вести, убивают. В нашем случае новость оказалась спорной, да и нравы оборотней были не столь жестокими, какими представлялись поначалу.

Под утро Кейлиб и Орст вернулись, сообщив Лукасу, что они нашли Варлака. Только состояние, в котором пребывал теперь уже бывший советник Лукаса, было несколько неожиданным. Оборотня обнаружили на одной из узеньких улочек города лежащим возле каменной ограды. Надо ли говорить, что Варлак потерял способность к обращению и полностью лишился силы?! А еще он был бесповоротно мертв.

Поэтому нам пришлось задержаться в Аргусе до следующего дня, да и состояние Маргариты, выпившей на прощальной церемонии слишком много вина, оставляло желать лучшего.

– Ну как ты? – Я примостилась рядом с Марго, приложив к ее голове холодное полотенце.

– Получше, – не слишком уверенно отозвалась девушка, садясь на кровати. – Они нашли убийцу?

– Нет. Абсолютно никаких следов. Варлак знал его, раз подпустил к себе так близко… и дал себя убить. Только вот свиток пропал, хотя кому он нужен? Без крови Варлака он все равно что обычная бумажка – никакой пользы не принесет, – пожала я плечами.

Горничная тяжело вздохнула.

– Знаешь, Лиз, вся эта история… Ты не находишь, что все слишком запутано?

– Ты имеешь в виду причастность Флор? Но мы не можем утверждать, что Флоренция знала истинную силу камня, – возразила я.

– И все же, – Марго убрала со лба полотенце, – она твоя кузина. Вдруг Флоренция каким-то образом узнала об артефактах, которые дед завещал тебе? А ведь она и его внучка тоже! Не забывай об этом! Флоренция вполне могла посчитать, что имеет те же права, что и ты.

– Флор – дочь моего дяди… он и отец… они… – На меня вновь нахлынули воспоминания о той ужасной ночи. Я старалась отогнать их от себя на протяжении двенадцати лет. Мой отец и его брат погибли давно, но воспоминания – как осевший осадок – неумолимо всплывали в сознании вновь и вновь.

– Извини, я не хотела, тебя расстраивать, – смутилась Марго.

– Все в порядке, – как можно беспечнее отозвалась я. – Мы все узнаем от самой Флор. И если она что-то скрывает, я это непременно выясню.

Я встала, подошла к окну, с трудом открыв тяжелую раму, и выглянула во двор, где уже вовсю шла подготовка к кремации.

– Его провожают в последний путь, – задумчиво произнесла я.

– Ты иди, я, пожалуй, еще полежу. – Маргарита вновь повалилась на подушки. – Ты и так обо мне слишком много заботишься. Я даже начинаю сомневаться, кто из нас принцесса!

– Почувствовала весь груз опеки на себе?! – Я задернула шторы и подоткнула одеяло, поплотнее укутав Маргариту.

– Не то слово! – невесело отозвалась девушка, закрывая глаза.

На площадке по ту сторону моста, неподалеку от башни, потрескивая березовыми ветками, полыхал костер. Стремительные языки пламени взмывали высоко в небо, переходя в едкий темно-серый дым, практически неразличимый на сизом фоне. Тело Варлака, несмотря на то что тот оказался предателем, нужно было предать огню – так гласили обычаи оборотней.

Я завороженно наблюдала за процессом. Крупные капли дождя поначалу неуверенно коснулись земли, словно пробуя ее на ощупь, а затем, осмелев, слились в один поток, мощный и беспощадный. Над крышами домов расчертил небо островерхий зигзаг молнии. Как я узнала от Лукаса, в Аргусе часто шел дождь, иногда мелкий, навязчивый, занудно стучащий по крышам домов, а порой – сильный, сплошной стеной захватывающий весь город.

Это было странно: тело Варлака еще не успели поднести к костру, как огонь неумолимо начал гаснуть. Считанные секунды, и последний рывок оранжево-красного пламени замер во вспышке молнии и, навсегда оставшись в памяти, угас, поднимаясь вверх жалким миражом, что еще недавно разгорелся от небольшой искры.

– Даже духи отказываются принимать его, – шепотом произнес Лукас, неотрывно смотря на размокшие от дождя ветки.

– Он был предателем, а ложь рано или поздно всегда всплывает на поверхность. Особенно такая изощренная. – К нам неслышно подошел Натан. – Его ведь убил тот, кого мы ищем, – владелец одного из артефактов.

– Но зачем убивать тех, кто служит ему? – Я отвела глаза.

– Варлак уже предал свой народ, значит, способен предать и во второй раз. Я бы на месте его хозяина поступил точно так же. Однако сейчас меня волнует кое-что другое: находится ли убийца здесь, в Аргусе? А если так, то кто он? – Вампир потер ладони, будто пытаясь согреться.

– В городе повсюду дежурят оборотни, но мне не поступило ни одного сообщения, что замечен чужак. К тому же я не могу понапрасну вселять страх в свой народ, они верят мне. – Лукас с силой захлопнул крышку гроба, в котором лежало тело Варлака, и оперся на нее руками.

– Подожди. – Я подошла поближе к вампиру. – Ты говоришь, что у убийцы находится один из артефактов. А где тогда второй? Неужели ты согласен со мной, что убийц, как и камней, тоже двое? – предположила я.

– Да, я так думаю, – согласно кивнул Натан. – Артефакты находятся у разных людей, если они, конечно, люди. Но помимо камней им нужно что-то еще. За нами следят, знают о каждом нашем шаге, подсылают наемников, но при этом не нападают в открытую.

– Может, второй артефакт был у Варлака? Я узнала его голос, вчера в конюшне именно он разговаривал с Октавиусом.

– Вполне возможно. Варлак как раз знал, кем я являюсь на самом деле, но решил все-таки подстраховаться. Он подослал наемников, чтобы потянуть время, пока не станет законным правителем Аргуса. Однако мы приехали в город гораздо раньше, чем он рассчитывал. – Натан криво усмехнулся.

Лукас как-то странно посмотрел на друга, долго и изучающе. Хотел что-то добавить, но предпочел промолчать.

– Думаю, нам стоит собираться, – наконец сказал оборотень, бросив беглый взгляд на руку вампира.

– А как же твой народ? Без тебя они окажутся под угрозой! – возразила я и тут же вспомнила, что совсем недавно точно так же оставила свое королевство. Почему от Тайроса до сих пор нет никаких вестей? Неужели Ниса так и не довезла записку?

– Сейчас Аргус вне угрозы. Убийце нужен я, Натан, еще парочка неординарных в своих способностях магов. А нападать на город, есть ли в этом смысл?! – развел руками оборотень и, развернувшись к вампиру, сказал: – Кстати, Натан, ты будешь рад, узнав, что я вернул Хэйрека на должность своего советника.

Вампир лишь поморщился и, так и не ответив, направился по мосту к башне.

Я решила воспользоваться ситуацией и расспросить о вампире:

– Он всегда такой?

– Смотря с кем, – неопределенно произнес Лукас.

– В смысле?

– Со мной он обычно себя так не ведет. Зато с другими… – Оборотень многозначительно вздохнул.

– Ясно, отсюда можно сделать вывод: меня он на дух не переносит. Хотя… это взаимно.

Лукас рассмеялся.

– Спорное утверждение, потому что с другими он ведет себя гораздо хуже. Ты ведь даже его толком не знаешь. Он на такое способен!

Я бросила взгляд на удаляющуюся фигуру Натана.

– Ты не первый, кто мне это говорит. Ну и в чем заключается секрет Натана? Чем он так опасен? Пока я слышала только разговоры о его феноменальных способностях.

– У него не один секрет, Лиз, – мягко произнес оборотень. – Пожалуй, часть завесы я тебе могу приоткрыть. Но остальное, – Лукас коснулся моих волос, словно заслоняя меня от дождя, – остальное я тебе сказать не могу, это не моя тайна. Натан, как ни крути, мой друг.

– Договорились. – Я была рада любой информации.

Лукас устало посмотрел на небо и тихо произнес:

– Натан – весьма своеобразный вампир. Ты наверняка слышала многочисленные легенды о вампирах. Будто они словно мухи мрут от солнечного света. На практике же все расходится. Мифы на то и существуют, чтобы хоть как-то разнообразить скучную жизнь простых смертных. Люди не любят неопределенности, вот и напридумывали себе баек про нас. Вампиры хоть и живут вечно, но, как и любой силе, им нужно подкрепление, свежая кровь, говоря другими словами. Я не имею в виду кровь как пищу, высший вампир может очень долго сдерживать свой голод, я говорю о братстве, в которое вступают кланы.

– Да, кажется, я что-то читала об этом, – вспомнила я записи из старых альбомов деда. – Они должны обменяться кровью, породниться.

– Верно. Так вот представь, насколько велико было удивление всего магического мира, когда два совершенно разрозненных клана, враждующих друг с другом на протяжении сотен лет, объединились. Лязомбра – клан вампиров, способных манипулировать тенями, они обладают огромной силой, но, к сожалению, уязвимы для солнечных лучей больше остальных. Вентру – наоборот, весьма устойчивый к свету клан. Конечно, полностью адаптироваться к солнечным лучам они не смогли, поэтому и выбрали для своего проживания сумеречные земли. Соединив свою кровь, они обменялись силой и скрыли недостатки каждого, – вполголоса сообщил Лукас.

Выходит, это самодовольное пренебрежение к солнечным лучам имеет подоплеку. Тогда зачем Натан скрывается под мантией? И откуда у длинноволосого способность подчинять себе других? Моя охрана, Октавиус, оборотни – все это не просто совпадение.

– Знаешь, Лиз, Натан скрытен. Чтобы понять тот или иной совершенный им поступок, порой недостаточно знать психологию вампира. Даже я зачастую не могу предугадать действия Натана. – Оборотень нахмурился. – Вот как сейчас.

– А что сейчас? – не поняла я и тут же услышала, как Лукаса окликнул один из оборотней.

– Уже иду, – так и не договорив, ответил тот.

Лукас грустно улыбнулся, предупредив, чтобы мы были готовы через час отправиться во Флердоранж, и, отдав распоряжения насчет тела Варлака, ушел по делам.

***

Солнце спешило скрыться за кромкой леса. После двухдневного пребывания в темном сумрачном Аргусе оно казалось чем-то нереальным, будто сотворенным магией.

Здесь, в восточном королевстве, оно даже светило по-особенному, теплым мягким светом. Четыре фигуры двигались по песчаной дороге, отбрасывая неправдоподобно длинные тени.

Чтобы добраться до Флердоранжа, пришлось проехать мимо Лангемоны – деревни, соединяющей два королевства, принадлежащие Флор и Карнелио. Здесь дорога была куда более широкой и расчищенной, чем та, на которую мы могли бы рассчитывать, если бы передвигались в том же направлении по лесу. Главным образом деревня принадлежала моей кузине, правителю Дейтона отошла лишь окраина Лангемоны. Но тот по этому поводу особо не возражал – жить по соседству с Флоренцией не отказался бы любой нормальный представитель мужского пола. Хотя о разумности Карнелио во время нашей последней встречи я бы промолчала. Да и не мое это дело.

Лангемона славилась бесподобно прекрасными цветами, дородными коровами и вкуснейшим молоком в такой зависимости, что второе постоянно поедало первое и производило третье. Только вот жители как-то не спешили порадовать нас своими знаменитыми сливками и парным молочком. Жаль, я уже успела проголодаться, да и Марго неоднозначно поглядывала на кувшины, стоящие на подоконниках маленьких домиков, выкрашенных желтой краской. Из-за жары к тому же очень сильно хотелось пить, а тут еще прямое искушение в паре метров…

– Я сейчас. – Марго неуклюже спрыгнула с лошади. – Принесу нам попить, – направляясь к одному из домов, сказала она.

Ко мне тут же поближе подъехал улыбающийся Лукас.

– Может, твою горничную здесь оставим? – заговорщическим тоном зашептал он. – А на обратном пути заберем?

– Заманчиво. Но, боюсь, Марго нас найдет. Только хуже себе сделаем. – Я провела пальцем поперек шеи.

– И все слуги у тебя такие болтливые и назойливые? – шутливо спросил оборотень.

– Маргарита превзошла всех. Тайрос в принципе тоже частенько навязывается, но не до такой степени, – признала я. – Но я не считаю Маргариту служанкой.

– Она себя тоже, – согласился Лукас. – Складывается впечатление, что из вас двоих принцесса именно Маргарита, а не ты.

– Я не люблю командовать.

– И зря! – Оборотень обернулся, услышав какую-то возню.

Возле выбеленного дома, окруженного частоколом из несколько увядшего под солнцем чертополоха, отчаянно жестикулировала Маргарита. Женщина, отворившая калитку, пыталась ее вытолкать едва ли не силой. Мы подъехали поближе.

– С чего бы это принцессе здесь делать? – прищурилась крестьянка.

– Во-первых, не принцессе, а ее высочеству. А во-вторых, ее высочество направляется к своей кузине – вашей правительнице, между прочим! – упорно доказывала Марго.

– Ага, как же! А после таких гостей коров не досчитаешься!

– При чем тут коровы? – не поняла Марго. – Мы попросили всего лишь кувшин с молоком, оставьте производителя себе!

– А откуда мне знать, что вы не они? – напирала женщина.

Разговор все больше походил на фарс.

– Кто «они»? Коровы?!

– Сеначи! – Крестьянка оттолкнула Маргариту и захлопнула калитку.

Замок лязгнул, из чего выходило, что угоститься свежим молоком нам не придется.

Сеначи?! Что делают в деревни эти твари? Довольно необычный подвид нечисти, способный принимать облик убитых ими людей. Только вот любопытно: на что им коровы, когда нечисть питается исключительно человечиной?! Что-то здесь определенно не сходится.

Заинтригованный Лукас слез с коня и постучал в деревянную ограду другого дома.

– Чего надо? – не слишком доброжелательно пробасил хозяин дома, просовывая растрепанную голову в узкую щель между калиткой и оградой.

– Скажите, давно у вас сеначи орудуют? – с серьезным выражением лица задал вопрос оборотень.

– А вам какое дело?! – нахмурился тот. – Я вам отвечать не обязан. Кто вы такие?

– Проводим опрос, на какую нечисть жалуются больше всего жители окрестных земель. У нас даже памятные подарки есть – участникам опроса, – выкрутился Лукас.

– Подарки? – Лицо мужика просветлело. – А чего даете?

Лукас с напускной важностью ощупал карманы.

– Зелье против облысения, одноразовый заговор на сведение бородавок, ароматический эликсир – все на гарантии. Потом… парочка целебных настоек от перхоти, осветлитель волос и так, по мелочи, – загибал пальцы предприимчивый оборотень.

Крестьянин заметно приободрился, провел рукой по волосам, ощутил недельную щетину на подбородке, потрогал языком сколотый зуб и бодро отрапортовал:

– С месяц где-то шастают. Никак поймать не можем. Вот недавно даже мой облик приняли! – гордо произнес он и потер спину – видимо, селяне долго не раздумывали, настоящий сенач им попался или нет.

Я недоуменно хмыкнула. Сеначи улик не оставляют. Они всегда убивают своих жертв, перед тем как принять их облик.

– А к вам в деревню недавно никто не заезжал? Может, новый кто поселился? – осведомилась я.

– Ролл… лет пять назад из города переехал. Больше никого. – Мужик поскреб затылок. – Вот еще вы сейчас приехали…

– Мы – другое дело! – деловито сказал Лукас и, продолжая допрос, поинтересовался: – Никто из деревни истинный образ сенача не видел?

– Да кто ж его увидит? Загрызет ведь сразу, как есть загрызет! Оборотень проклятый! – негодующе потряс кулаком крестьянин.

– Минуточку! – От удивления Лукас рывком толкнул калитку так, что та с жалобным скрипом соскочила с петель и чуть не сбила с ног нашего информатора. – А оборотни здесь с какого боку?

– Так известно с какого! Что оборотни, что сеначи – один бес. Им облик чужой принять – раз плюнуть, – охотно пояснил крестьянин.

Каша из нечисти в его голове изрядно позлила оборотня.

– Ну не скажите! – возмутился Лукас. – Вот вы, опишите мне оборотня!

– Хэ… оборотень. Наглый, жуткий, свирепый…

Под такое описание подходила любая картинка из каждой новой главы учебника по нечисти. Похоже, у крестьян представление об оборотнях было таким же несуразным, как и о вампирах.

– Похож! – настаивал крестьянин и дальше красочно расписал внешний вид оборотня. – Морда во! Глазищи красные, кровью налиты! Зубы гнилые, из пасти криво торчат.

Вот уж уточнил! Теперь под обрисовочку подходила каждая цветная картинка.

– Похож! – косясь на Лукаса, подтвердила Марго.

– Похож! – ехидно произнес Натан.

– Похож! – в шутку сказала я.

– Не похож! – обиделся Лукас.

– И ведь, тварюга ненасытная, повадился коров таскать, – не обращая внимания на нас, рассказывал дальше мужик.

Лукас насупился еще больше, коровами правитель точно не питался.

– А можем мы хотя бы одну корову посмотреть? Так сказать, лично убедиться в достоверности информации, – попросила я.

– Можно, – кивнул тот. – У меня как раз Касатка, корова моя любимая, последней жертвой проклятого перевертыша стала. Заходите. – Крестьянин отставил калитку в сторону, пропуская нас во двор.

Позади покосившегося набок сарая, забросанного сверху соломой, лежала пятнистая любимица хозяина дома. Я осторожно склонилась над жертвой, стараясь не дышать – жара сделала свое дело: под палящими лучами солнца туша начала быстро разлагаться. Осмотрев шею, я не нашла следов укуса. Выходит, сеначи, если и жили в этой деревне, то к смерти главного достояния Лангемоны не имели никакого отношения.

– Ну что там? – Лукас присел рядом.

– Это не сеначи, – поделилась своим открытием я.

– Тогда кто?

– Мавки! – твердо произнес Натан, скрестив руки на груди.

– Вредоносные духи? – Я приподнялась. – Это еще невероятнее, чем новость о поселившихся в Лангемоне сеначах. Мавки не появляются сами по себе, для начала их надо вызвать! Кто в деревне способен на такое?

– Возможно, тот, кто выращивает перед домом притягивающую духов траву. Чертополох – сорное растение, зачем сажать его возле дома в королевстве, где повсюду растут цветы? – произнес вампир.

Я и Лукас одновременно перевели взгляд на соседний дом, благо забор был невысоким, поэтому детально представил нашему взору правоту слов Натана.

Маргарита непонимающе крутила головой по сторонам.

– Да о чем вы, в конце концов, говорите? – поинтересовалась она.

– О том доме, в который ты постучалась десять минут назад. Мне кажется, нам стоит посетить его владелицу еще раз, – объяснила я.

Дверь нам открыли не сразу, пришлось подкрепить всю неотлагательность нашего дела громким стуком, на который в панике выбежали из домов жители деревни, выкорчевыванием калитки грубым мощным пинком и пробным поджогом разросшегося чертополоха.

– Опять вы! Чего надо?! – неприветливо сказала крестьянка.

– В наших отношениях сложилась определенная недоговоренность, – издалека начал Лукас и, убедившись, что его слышат собравшиеся за оградой селяне, нарочито громким голосом продолжил: – Вы ведь знаете, где живет сенач!

– Я?! – Женщина отпрянула от оборотня. – Я точно так же потеряла корову, как и остальные. С какой стати мне скрывать нечисть?

Крестьяне согласно зашептались.

– Бартер! Вам знакомо это слово? – облизнул губы Лукас.

– Нет, – хмыкнула крестьянка. – Я уже вам сказала, что не имею никакого отношения к сеначам. А вот вы еще неизвестно по какой причине интересуетесь ими!

Марго хотела что-то ответить на столь несправедливое обвинение и даже подалась вперед от возмущения, но я вовремя ее остановила. Лукас прекрасно справится сам.

– В самом деле? Знаете, а у коров на шее нет следов от укуса! Кто же высказал такое нелепое предположение о сеначах? А ваш сосед? Кто пустил слухи, что сенач принял его обличье? – заведомо зная ответ, простодушно спросил оборотень.

Женщина затравленно посмотрела на стихших крестьян.

– Их видела не только я! – зло произнесла она.

– Да?! А кто же еще? Убитые коровы? – насмешливо спросил оборотень. – Сеначи не питаются животными, зато какие-нибудь вредоносные духи в обмен, скажем, на молодость и красоту вполне могут полакомиться жизненными силами коров.

Женщина изменилась в лице. Одна из крестьянок, гневно выкрикнула:

– А ведь верно! То-то я смотрю, будто помолодела наша Марта лет на десять, да и похудела значительно!

– Недавно сама весила, как корова, а тут вдруг вес сбрасывать начала! – не без зависти подхватила другая. – Как только ее духи слушаются?!

На этот вопрос мы решили не отвечать. Разоблачение – это, конечно, хорошо, но неизвестно, не используют ли чертополох для вызывания мавок другие жительницы, желающие привести себя в форму?!

– Не виновата я! – всхлипнула Марта.

– Они сами пришли, – понимающе кивнул оборотень.

– Духи потребовали что-то взамен, а у нас в деревне одни крестьяне да коровы. Людей жалко, пришлось их на коров наслать, – покаялась Марта.

Провожали нас куда радушнее, чем встретили, на прощание от души напоив молоком. Лукас сделал пару глотков, сдержанно поблагодарив, к вампиру подходить с подобным угощением крестьяне побоялись. Он вообще чем-нибудь питается?!

***

Я бывала здесь неоднократно, и каждый раз у меня складывалось впечатление, что жители королевства, забросив насущные дела, вместо своей обычной работы весь день занимаются разведением цветов. Флердоранж буквально утопал в обилии красок, цветы сплошным ковром застилали леса, поля, спускались вдоль тропинок, окружали долины, охватывали маленькие озерца, исключением не стал и сам замок, попавший в объятия ярко-красных роз, раскачивающихся на своих тоненьких стебельках при каждом порыве ветра.

Городские поселения располагались вдали от замка, отделенные от него растущим под пологом леса можжевельником. Флоренция любила поспать до обеда, а город просыпался гораздо раньше, мешая моей кузине досмотреть до конца очередной сон про неправдоподобно богатого претендента на ее сердце.

На въезде нас остановила охрана, хотя привлекательная внешность подобранных Флор ребят вряд ли могла покрыть их полную неподготовленность к защите принцессы. А вдруг на королевство действительно нападут? Но кузина явно придерживалась другого мнения. Нанятая ею стража скорее подошла бы для картинки на гобелене, радовавшей глаз придворных дам и нагонявшей недовольство на мужской пол.

– Добрый вечер! – Блондин привычным движением взъерошил волосы и лучезарно улыбнулся.

– Рады приветствовать вас во Флердоранже! – подхватил зеленоглазый брюнет, напоказ играя мышцами, хорошо различимыми под тонкой тканью рубашки.

Мы с Марго переглянулись. О таком атрибуте, как доспехи, Флор явно не слышала.

– С какой целью вы приехали? – Почувствовав, что все внимание переключилось на другого, блондин сделал шаг вперед.

Я откинула капюшон и заправила выбившуюся прядь волос за ухо.

Брюнет среагировал первым:

– Ваше высочество! Извините, не узнали!

– Наше почтение! – низко поклонился блондин, не забыв эффектно выставить вперед ногу.

– Добро пожаловать, ваше вы-со-чес-тво! – наконец хором отчеканили оба и как можно обворожительнее улыбнулись.

– Все ясно: у вас это наследственное. Берете на работу кого попало! – Натан окинул презрительным взглядом охрану и, не дожидаясь, пока они перестанут рисоваться перед публикой, вместе с Лукасом поскакал по дороге, ведущей к замку.

– Стойте! – Брюнет испуганно замахал руками. – Мы еще не выписали пропуск!

– Ничего, они со мной, – успокоила я парней. – Кстати, как чувствует себя моя любимая сестренка?

– А вы разве не знаете? – Блондин как-то таинственно скосил глаза.

– Поругалась с очередным женихом? – насмешливо спросила я.

– Ну… практически, – не особо весело ответил второй.

– Думаю, Флор все-таки оправится от такого удара, – успокоила его я и, натянув поводья, поскакала к замку.

– Только вы ее высочеству не говорите, что мы вас не узнали! – напоследок бросил брюнет.

Дорога шла под уклон, отчего создавалось впечатление, что ты буквально окунаешься в радужное море цветов.

Натан и Лукас торчали у входа в замок.

– Что такое? – недоуменно спросила я, увидев их замешательство.

– Мы не можем войти в замок.

– В смысле?

– Тебе нужно повторить еще раз? – желчно спросил вампир.

– Можно было сказать и повежливее, – заметила я, но почему-то на его тон уже перестала обижаться.

Я слезла с лошади и поднялась по каменной лестнице, пытаясь понять, что именно смутило моих спутников. И нашла… Вампир и оборотень раздосадованно следили за мной, переминаясь с ноги на ногу.

Было забавно наблюдать за двумя правителями, уныло топчущимися перед огромной двустворчатой дверью, у порога которой была насыпана обычная… поваренная соль.

– Ах вот в чем проблема! – сказала я ехидно.

– Убери ЭТО! – сквозь зубы процедил Натан.

– Убрать что? А… эту приправу, по досадному недоразумению не пускающую вас внутрь замка?! – невинно спросила я. – А где же волшебное слово?

– Но я не владею магией, – удрученно выдохнул Лукас. – И потом: соль все равно заблокирует любое заклинание.

– Вообще-то я имела в виду слово «пожалуйста», – еще сильнее развеселилась я.

Лукас помялся, посмотрел на полоску соли и проникновенно произнес:

– Пожалуйста.

– А теперь клыкастый! – Отказать себе в таком зрелище я не могла.

Натан недовольно поморщился.

– Я не обязан перед тобой унижаться, принцесса!

– Как хочешь! – равнодушно пожала плечами я. – Тогда мы с Маргаритой пошли, а вы, мальчики, ждите здесь. Лукас, ты ведь не бросишь друга одного. Думаю, имеет смысл остаться у Флор на ночь.

Марго слезла с лошади и с довольным видом стала подниматься по каменным ступеням.

Оборотень подтолкнул плечом вампира.

– Натан!

Вампир даже с места не сдвинулся, глядя чуть поверх моей головы.

– Ну нет так нет. – Я остановилась у порога. – Я же не настаиваю.

– Лиз, может, все-таки пропустишь? – Лукас трогательно посмотрел на меня.

– Может быть, – неопределенно сказала я. – А вот мне интересно, раз вы не переносите соль, ваш рацион сильно страдает из-за этого? Еду не посолишь, неужели пресную едите?

– Дело не в самой соли. Она лишь образует барьер, переступить который мы не можем. Да тут и не одна соль насыпана, а вперемешку с землей с погоста, – объяснил оборотень.

Странно, никогда не замечала подобных познаний в магии у Флор. Кто-то ее определенно надоумил.

– Когда это кладбища стали на вас так действовать? – прищурилась я.

Лукас лишь уклончиво развел руками.

– Крестьяне искренне считают, что вы в церковь зайти не можете, а тут на тебе… погост!

– На крестьян этот вымысел и рассчитан, – пояснил оборотень. – Так как? Мы проходим?

– Ты – да. А вот твой клыкастый друг… – Я не успела окончить фразу, как ко мне резко шагнул Натан.

– Эй… ты чего делаешь?! – вскрикнула я, почувствовав его железную хватку.

Похоже, что вампир решил ненадолго слезть со своей диеты и хорошенько перекусить.

Мною, разумеется.

– Натан, не надо! – попытался встать между нами Лукас.

Вампир грубо оттолкнул его.

– Может, лучше просто поговорим? – жалобно спросила я.

– Заодно и поговорим, – хищно пообещал Натан.

Цвет его глаз неожиданно поменялся из орехового на янтарный, как в тот раз, когда мы упали в ров с водой. Два узких длинных зрачка просверлили меня, казалось, насквозь, но, тем не менее, клыки он показывать не спешил.

Я растерянно помотала головой, перед глазами встала темная, окутывающая пелена, в висках застучало и разом стихло. Теперь я стояла в полной тишине, до меня больше не доносились ни пение птиц, ни неразборчивые просьбы Лукаса оставить меня в покое. Все стихло, чтобы через секунду взорваться властным, подчиняющим себе голосом.

«Ты хотела поговорить? Наедине это будет в самый раз, – прозвучало в голове. – С этого момента ты будешь делать то, что тебе скажу я! Ты не посмеешь ослушаться. Поняла?!»

Я молчала, не в силах даже шевельнуться.

Это было как падение в глубокий, беспросветный омут, чем глубже – тем безнадежнее и мрачнее… Я летела в бездну. Бездна… Неожиданно в сознании всплыл образ мамы… Не многие знали правду, но после рассказа все встало на свои места.

Мама… Она бы наверняка не поддалась на это внушение, она бы точно никого не впустила к себе в подсознание. Она была сильной, гораздо сильнее отца и деда. Почему я сразу не поняла, что она…

Внезапно перед глазами просветлело, я в замешательстве уставилась на вампира, раздраженно вперившего в меня взгляд.

– Ты поняла? – повторил он.

Я вырвалась.

– Нет, можешь не стараться. Твои фокусы с подчинением сознания уже устарели.

Натан пристально смотрел на меня.

– Ты ведь не магичка?! – с сомнением произнес он.

– Похоже, с пониманием как раз плохо у тебя! Очередной эксперимент не удался, – едко бросила я. – Ты можешь и дальше тренироваться на ком-то другом, но не смей указывать мне!

Между нами словно стена выросла.

Мы с ненавистью смотрели друг на друга, стараясь хоть и не испепелить взглядом, но порядочную дыру прожечь так уж точно. Не знаю, сколько мы еще так простояли бы, не вмешайся в наш немой диалог Лукас.

– Поговорили, и хватит, – деликатно кашлянул он. – Мы сюда по делу приехали, если кто-то из вас не помнит.

Уголок рта вампира пополз вверх.

– Ладно, ты прав. – Натан склонил голову набок, его глаза приобрели прежний ореховый оттенок. – Извини… принцесса.

Я не поверила своим ушам.

– Что ты сказал?

– Извини, – холодно повторил он. – И впусти нас… пожалуйста, – чуть ли не по слогам произнес Натан.

С мгновение я молчала, пытаясь осмыслить столь резкие перемены, произошедшие с вампиром ни с того ни с сего. Затем присела на корточки и стерла полосу соли, нарушив при этом барьер.

– Вот и славно! – повеселел Лукас.

– Куда уж лучше, – хмыкнула я, входя в замок.

Мягкий, приглушенный свет лился из вытянутых закругленных вверху окон, в воздухе витали цветочные ароматы, а по надраенному до ослепительного блеска полу проворно сновала туда-сюда прислуга.

– Ваше высочество! – Худощавый высокий камердинер услужливо поклонился. – Принцесса Флоренция ничего не сообщила о вашем приезде, – забеспокоился он.

– Не надо церемоний, Мариан! – отмахнулась я. – Где Флор? Мне надо срочно с ней поговорить.

– В музыкальном зале. Мне распорядиться насчет ужина?

– Нет, не стоит. Мы недавно перекусили, сейчас такая жара стоит, что есть совсем не хочется. Впрочем, если мои друзья хотят… – Я посмотрела на троицу.

Натан при слове «друзья» лишь пренебрежительно ухмыльнулся, а Лукас и Марго покачали головами.

– Дайна, – Мариан выловил одну из служанок, – проводи ее высочество к принцессе.

– Слушаюсь, – присела та.

Флор сидела за пианино спиной к входу, быстро перебирая тонкими изящными пальчиками по клавишам.

– К вам гости, ваше высочество, – доложила служанка и сделала книксен.

Пианино недовольно взвизгнуло.

– Я же просила тебя никого не пускать без моего на то согласия! Не дай Вальмонт, узнаю, что это Кейл… – Флор негодующе ударила по клавишам и развернулась.

– Привет, сестренка! – Я отдала плащ служанке.

Девушка, обрадованная, что у нее появилось неотложное дело, тут же выскочила из помещения.

– Лиз?! Тебя же вся Хорсига ищет! – Флор широко раскрыла глаза и удивленно обратилась к кому-то: – Ты же говорил, что она попала в беду!

Я недоуменно проследила за направлением ее взгляда и глаза в глаза столкнулась с… Аланом, стоящим возле одной из колонн.

– Ал?! Что ты тут делаешь?

– Я тоже рад тебя видеть. – Алан улыбнулся, но тут же, нахмурившись, спросил: – Почему ты меня обманула? Разбила зеркало, не рассказала о приезде вампира?

– Сам хорош, ты вроде бы должен быть у себя в поместье! – возмущенно возразила я.

– Когда ты пропала, я решил, что ты у Флор. Подумал, может, ты скрываешься от вампира, поэтому и спряталась на время у своей кузины, но, как вижу, – Ал кисло улыбнулся, – ты надумала посетить Флоренцию как раз вместе с этим самым вампиром.

Флор испуганно посмотрела на Натана и Лукаса.

– И кто из них вампир? – обеспокоенно спросила она.

– У меня были на это свои причины! – не удостоив ее ответом, отбила обвинения я.

– Надо же! И какие именно?

– Ал, прекрати!

– Я еще даже не начинал, – парировал некромант.

– Я не хотела тебя впутывать. Адриан чуть не погиб, ты должен был находиться рядом с отцом. И потом: я жива.

Натан и Алан обменялись косыми взглядами.

– Да кто из них вампир? – не унималась Флор. – Этот? – Она указала на Лукаса.

– Нет, я оборотень. Вампир он, – подмигнул ей Лукас.

Флоренция опрометью вскочила из-за пианино и спряталась за некроманта.

– Какого… хм… зачем ты их сюда притащила, Лиз?! – высунувшись, гневно спросила она.

– Об этом я и хотела с тобой поговорить. Не волнуйся, они не сделают ничего плохого. Я надеюсь.

Лукас галантно поклонился Флоренции, доказывая, что на его счет я надеюсь правильно. Натан промолчал, хмуро поглядывая в мою сторону.

– Ал, давай не будем ссориться! – Я подошла к другу поближе. – Я действительно волновалась за тебя! Как отец?

Некромант положил руки мне на плечи.

– Все так же, так и не приходил в себя. Сейчас с ним Деймон, он справится. Я за тебя тоже волнуюсь, вот и отчитываю. Давай рассказывай, что ты хотела выяснить, да еще в таком обществе? – Алан убрал руки и вывел вперед прячущуюся за его спиной Флоренцию.

– Флор, каким образом ты связана с артефактом?! – в лоб задала вопрос я.

– С каким артефактом? – удивилась она.

– Амулет с вставленным в него камнем, похожим на топаз.

– Амулет… Ну да, – признала Флор, откидывая назад прядь черных волос.

– У тебя был артефакт?! – Алан потер переносицу. – Но каким образом он попал к тебе?

– Как и другие, – равнодушно сказала Флоренция. – Мне его подарил один из ухажеров – Виктор. Но в нем не было ничего особенного, обычная безделушка не самого лучшего качества, почему вы ею интересуетесь? В камне не было никакой магической силы, вряд ли он был сильным артефактом.

– Не было силы? – Теперь пришла моя очередь удивляться.

– Не было, – подтвердила Флоренция. – Мне так сказал один заезжий торговец. У него я и обменяла амулет на парочку более занятных вещиц.

– Таким образом артефакт оказался у Карнелио, – восстановил цепочку Натан.

– А ты не спрашивала, откуда у Виктора вдруг оказался артефакт?

– Нет. Лиз, с какой стати я буду интересоваться, где эти принцы приобретают подарки? – резонно заметила моя сестра. – Дарят, и ладно.

– Отлично, – вздохнула я. – Теперь нам придется ехать в Иллион разбираться с тамошним правителем на предмет приобретения артефакта. Ал, ты с нами?

– Да, – понуро кинул некромант, бросив тоскливый взгляд на Флор. Покидать мою сестру он, бесспорно, не хотел.

Флор ухватилась за руку некроманта:

– Подождите-ка! Вы прямо сейчас ехать собрались? Ал пообещал мне снять порчу!

А моя сестренка ни капельки не изменилась: все так же полна сюрпризов. Что еще за порча, опять ее очередная выдумка, чтобы привлечь к себе внимание?!

– Флор, что творится у тебя в королевстве?! В Лангемоне беспрепятственно вызывают мавок, в замке безоглядно накладывают порчу. Куда смотрит Брут?

– А он еще не вернулся. Они же вместе с Тайросом на собрание магов ухали, неужели забыла?

Я задумалась. Странно, что Брут еще не вернулся, хотя это многое объясняет. Если съезд магов в Иллионе затянулся, то Тайрос не мог получить моего послания через Нису. Вот и не приехал. Получается, все в порядке… И тут меня осенило.

– Лиз, ты чего? – коснулся моей руки Алан. – Тебе плохо?

– Тайрос, – тихо сказала я. – Он на съезде магов!

– Верно, – успокаивающим тоном согласился Лукас. – Лиз, если ты хотела тоже поучаствовать, то придется подождать еще годик. Собрания магов проходят раз в год.

– Вы не понимаете! – Я с надеждой посмотрела на вампира. – Натан, вы с Лукасом стоите в списке жертв не первыми. Вы ведь сами говорили, что кроме вас, отца Алана и моего деда там стоят еще и маги! Только зачем им маги, когда они сами ежегодно съезжаются в одно и то же время в Иллион?!

– Она права! – Вампир поправил капюшон. – Овцы сами пришли в логово волка.

Глава 9. Призраки: инструкция по применению

От ужасной жары даже воздух в зале казался густым и вязким, как кисель. Цветы понуро склонили свои разноцветные головы, припав темно-зелеными стебельками к сухой земле. Несчастный садовник поливал их уже в третий раз, но, видимо, безрезультатно.

Флор упрямо поджала губы.

– Вы не можете уехать просто так! Вы должны помочь мне снять порчу, – своенравно сказала она, прогоняя с колен черную кошку с белым пятном на шее.

– Ты совсем не волнуешься за Брута?! – Я быстро пересекла зал, развешивая обереги.

– Брут – первоклассный маг, не понимаю, как тебе могло прийти в голову, что с ним и Тайросом что-то случилось, – следя за моими движениями, с досадой ответила Флоренция.

– Долгая история. Но, поверь, если ты не хочешь потерять Брута, лучше забудь на время об этой порче.

– Я всегда знала, что ты бесчувственная, Лиз, – всхлипнула сестренка, обмахиваясь веером.

Я устало покосилась на нее и вдруг заметила, как один из оберегов начал маятникообразно раскачиваться на тонком кожаном шнурке, прикрепленном к люстре. Флор не преувеличивала. Оберег наглядно демонстрировал наличие магии.

– Хорошо, – сдалась я. – Что такое происходит в замке?

– Проще сказать, чего не происходит, – вздохнула Флор. – Постоянно хлопают двери, будто кто-то ходит за мной по пятам, на пол падают предметы, и такое чувство, что за тобой постоянно наблюдают. – Флоренция поежилась.

– Двери, говоришь, хлопают… Может, сквозняк? – предположила я.

Флор посмотрела на меня тем же взглядом, каким обычно награждают свое неразумное чадо измотанные родители.

– Лиз, если ты мне помогать не хочешь, так и скажи! Во всяком случае, это будет честно. Какой сквозняк? Вот уже неделю, как в королевстве не дует мало-мальски слабый ветерок.

Я наморщила лоб. Странные существа люди, я бы даже сказала, капризные. В Аргусе мне не нравилось, что в городе постоянно идет дождь и свинцовое небо не пропускает ни единого лучика солнца. А во Флердоранже все наоборот, солнца здесь в избытке, но я снова недовольна.

– С чего ты взяла, что я шучу? Наоборот, я тебя внимательно слушаю, – продолжая наблюдать за раскачивающимся оберегом, с серьезным видом заявила я.

– Утром я услышала, как кто-то играет на пианино, но, когда вошла в зал, здесь никого не было. У меня аж мурашки по спине побежали. Брута в королевстве нет, слуги в магии не разбираются, хорошо Алан рядом оказался.

– Да, Ал тоже этому рад, – вскользь заметила я.

– Что? – не поняла кузина.

– Да так, не бери в голову, – отмахнулась я. – С замком все ясно, но с чего ты взяла, что наложили именно порчу?

– Алан. Он так сказал, – сложив веер, сообщила кузина.

– Ал?! – удивилась я.

– Да, а что в этом такого? Алан – некромант и разбирается в порче получше нас с тобой, – улыбнулась Флор и тут же настороженно спросила: – Лиз, ты ему не доверяешь?!

– Доверяю, – хмыкнула я. – Еще как доверяю. И давно у тебя предметы сами по себе падают?

– Недавно. Как этот проходимец Кейл сбежал, так и началось, – прикинула Флор, поправляя бант на платье.

– Кейл? Что-то не припомню этого имени. Неужели ты стала присматриваться к кому-то другому помимо принцев?

– Кейл раньше служил у Карнелио. Но сама понимаешь, как только от моего соседа сбежала половина прислуги, Кейл решил поискать работу в другом месте. Кстати, не знаешь, почему Карнелио вдруг забросил все дела в королевстве? Вроде у него все неплохо складывалось.

Я усмехнулась, вспомнив рассказ правителя Дэйтона.

– Скажем так, он оказался не в то время не в том месте, – не стала вдаваться в подробности я. – Но подожди, Флор, ты назвала Кейла проходимцем. Что он такого сделал?

– Наобещал с три короба, а потом неожиданно пропал, – нахмурилась кузина. Было видно, что тот ее сильно задел.

– Он украл что-нибудь?

– Да нет. Все на месте, – пожала плечами Флор.

– Тогда не понимаю, в чем дело?! Ты же никогда не обращала внимания на прислугу?

– Я и сейчас не обращаю, – задрала свой хорошенький носик Флоренция. – Кейл был министром при Карнелио. Он сделал мне предложение. – Она кокетливо тряхнула волосами.

– Что? Ты согласилась? – Я не могла поверить, что моя кузина поступила так опрометчиво. Слишком придирчиво она относилась к выбору женихов. Прямо как я. С той лишь разницей, что Флоренция все же сама хотела выйти замуж, без чьих-либо уговоров, а мне это нужно было сделать скорее ради судьбы королевства.

– Практически. Кейл не такой напыщенный, как остальные, Лиз, если бы ты знала, как он ухаживал! – Флоренция вздохнула. – А потом раз – и пропал. Подлец!

– От тебя так просто никто не отказывался. Может, с ним что-то случилось? – предположила я, отвязывая оберег и убирая его обратно в карман.

– Да что с ним могло случиться, здесь, в моем замке? Не удивлюсь, что именно Кейл наслал порчу. Так ты поможешь?

– А куда я денусь. Помогу, – согласилась я.

– О, Лиз! – Сестренка вскочила с кресла и повисла у меня на шее.

– Ладно, все-таки магией кто-то пользовался, это не твои выдумки. Только сначала мне надо поговорить с вампиром. Его будет гораздо сложнее убедить задержаться в замке на пару часов. Да и история с Тайросом и Брутом… Если все именно так, как я думаю, то мы не можем долго находиться в королевстве, пойми.

– За это можешь не волноваться. Хоть Брут и зануда, каких поискать, но он мне дорог. Я тоже за него переживаю, поэтому покажу тебе короткий путь до Иллиона. Брут всегда пользуется им, когда отправляется на ежегодное собрание магов. Позади замка есть маленькое озерцо – это портал, его еще наш дедушка создал.

– Короткий путь? Вот почему Тайрос все время жаловался, что Брут приезжает в город гораздо раньше него.

– Да, Брут всегда смеялся, что Тайрос никак не догадается о его секрете. Только Бруту не говори, что ты в курсе, – попросила кузина.

Я кивнула, в душе надеясь, что оба мага все-таки живы.

– Сделай мне одолжение. Зайди к Маргарите, она сейчас находится на кухне. Скажи, что мы отправимся в Иллион, как только закончим дела в замке.

Флоренция пренебрежительно фыркнула.

– Знаю, ты не обязана общаться с моей горничной, но мне бы не хотелось, чтобы остальные служанки узнали о цели нашего к тебе визита. Поэтому и прошу поговорить с ней лично. А я пока со своими провожатыми побеседую. Хотя не думаю, что вампира приведет в восторг просьба задержаться в Флердоранже на какое-то время. Как говорит Маргарита, упырям закон не писан.

– Лиз! – Флор пораженно уставилась на меня. – Где ты нахваталась таких фразочек? Ты же скоро станешь королевой!

– Считай, что у меня временный отпуск, – бросила я, выходя из зала.

***

Натана я нашла в библиотеке о чем-то вполголоса спорящим с Лукасом. При моем появлении оба разом замолчали, Лукас отвел глаза, а вампир ехидно уперся в меня взглядом.

– Все? Ты готова?! – потягиваясь, спросил он.

Кошка Флор, увязавшаяся за мной, при виде зевающего вампира шарахнулась в сторону, выгнув дугой спину и шипя так, что позавидовала бы даже любимая кобра Тайроса.

– Вообще-то нет. Надо помочь Флор, у нее проблемы. – Под прицелом его ореховых глаз я почувствовала себя мышью, загнанной в угол. Мышеловка захлопнулась, а я так и не поняла: был ли сыр?

– Какие еще проблемы?! Тебе что, совсем наплевать на своего мага, которого, может быть, уже нет в живых? – повысил тон вампир.

– Нет, конечно. Мы найдем Тайроса, но сначала надо помочь Флор. Ты же сам сказал, что без меня тебе не на что рассчитывать. Мы задержимся в королевстве на пару часов, возможно, справимся гораздо раньше. Флор обещала показать короткую дорогу в Иллион, – немного схитрила я, решив скрыть, что это за «дорога».

Натан несколько секунд молчал, сверля меня взглядом. Он мне не верит, что ли?!

– Мне все равно. Хочешь – оставайся, я подожду. В конце концов, если у магов забрали всю силу, это уже необратимо. А их жизни меня не волнуют. – Натан развернулся и прогулочной походкой двинулся прочь из библиотеки.

В тишине были слышны удаляющиеся шаги. От его слов мне стало не по себе. Что и говорить, умеет он подбодрить!

– Не обращай на него внимания. Натан прямолинеен, зато всегда говорит правду, ну… практически всегда. Это уже немало, – обратился ко мне Лукас.

– Он несдержан. – Я взяла с дубовой полки одного из стеллажей первую попавшуюся на глаза книгу.

– Его некому было учить хорошим манерам.

– В самом деле?! – Я, побрезговав, поставила книгу на место. Выращивание ландышей, расписанное на пятистах с лишним страницах, меня не привлекло.

– Воспитанием Натана занимался только Бортас, и то лишь в плане магии. Отец Натана, Хартар, вечно был занят, сколько я его помню. С самого детства Натана готовили стать достойным правителем. – Оборотень остановился у окна. – Что там с твоей кузиной? Все настолько серьезно?

– В замке определенно пользовались магией. Только вот, по-моему, не в тех целях, о которых думает Флор. Ты не видел Алана?

– Твой друг в саду. Его из окна видно, – сообщил Лукас. – Он вообще адекватен?

– Почему ты спрашиваешь? – улыбнулась я. – Ал, конечно, иногда бывает странным, но он вполне нормальный.

– Просто сейчас он о чем-то оживленно беседует сам с собой, – пояснил оборотень. – Сама посмотри.

Я подошла к окну и действительно увидела размахивающего руками и что-то торопливо объясняющего Алана, стоящего в засаженном сиренью скверике.

– Пойду спрошу, что случилось.

– Смотри, зови на помощь, если что, – подмигнул Лукас, усевшись прямо на подоконник.

Боюсь, помощь понадобится не мне, а Алу, поскольку я начинала понимать, что именно произошло и на какую порчу жалуется Флор.

Выйдя во двор, я обнаружила, что на пороге насыпан новый слой соли. А что, может, и к лучшему. Оставлю вампира здесь, покинуть замок он не сможет, пусть поживет с моей сестренкой, хорошая месть получится.

Стараясь не шуметь, я тихонько прошла по извитой дорожке и выглянула из-за угла. В спасительной тени деревьев было немного прохладнее, чем на солнцепеке, к тому же я надеялась подслушать разговор.

– Тебе не стоило приезжать к ней! Сам виноват! – язвительно сказал Алан. – Ничего, в другой раз будешь умнее… если другой раз будет.

Как я ни старалась, услышать голос его собеседника мне не удалось. Впрочем, в том, кто им был, я практически не сомневалась.

– Алан! – Я резко вывернула из-за угла. – Ты поможешь мне снять порчу с замка Флоренции?!

Некромант вздрогнул и несколько стушевался, с опаской озираясь по сторонам.

– Конечно, Лиз, о чем речь, – натянуто выдавил он.

– Вот и отлично. Тогда можно тебя спросить, с кем это ты сейчас разговаривал? – как бы невзначай поинтересовалась я.

– Я?! – Алан явно решил потянуть время, обдумывая ответ.

– Ну не я же.

– А… так… сам с собой, – дернул плечом некромант. – Пойдем внутрь, осмотрим замок, поищем источник порчи.

– Ты разве еще не смотрел? – напирала на друга я.

– Бегло. Когда рядом твоя сестра… – Алан покосился на соседний куст сирени. Хотя ветра не было, складывалось впечатление, что кто-то прошел мимо, задев ветки. – Когда рядом твоя сестра, я забываю обо всем.

– Флор умеет привлечь внимание, – согласно кивнула я. – Скажи, насыпанная на пороге соль твоих рук дело?

– Да, я насыпал ее на всякий случай. – Ал отчего-то смутился.

– Ага, я так и поняла. – Я закусила губу, чтобы не засмеяться, но, тем не менее, Алан заметил выражение моего лица.

– Лиз, ты что-то узнала… в смысле, я хотел спросить, ты знаешь, как снять порчу?

– Нет. Как снять порчу, я не знаю, но тот, кто ее наложил, мне хорошо известен.

– Да-а? – упавшим голосом протянул друг. – И кто это?

– А ты не догадываешься? – продолжала мучить некроманта я.

– Нет, – помотал головой он.

– Хм… а вот Кейл, видимо, думает по-другому, – щурясь от солнца, сказала я.

– Кейл?! – Алан заметно напрягся. – При чем тут Кейл?

– Ал, ты хоть мне не ври. Ты всегда отваживал от Флор ухажеров, Кейл – не первый и не последний кандидат. Соль мешает пройти не только нечисти, она отпугивает призраков. Ты насыпал ее утром, когда Кейл попытался подать знак, опрокидывая вещи и играя на пианино, чтобы услышала Флор. Ты ведь его не убил, просто наложил какое-то заклятие.

– Не убил, – понуро кивнул некромант. – Только Кейл сам виноват, я просил его по-хорошему, но он лишь рассмеялся в ответ.

Что ж, Кейла вполне можно понять. Внешне Алан выглядит вполне мирно, этаким несерьезным мальчишкой, но если некромант что-то вобьет себе в голову, то непременно осуществит. Кому еще по силам сделать из человека призрака, невидимкой мечущегося по замку?!

– Сними заклятие, нам надо торопиться.

– Не могу, – развел руками некромант. – Я наложил его на неделю вперед, настолько был зол на этого Кейла. Не волнуйся, с ним ничего не случится, – обнадеживающе произнес парень.

– Думаешь, ему приятно ночевать в саду? Он ведь не может попасть внутрь замка.

– Своими невидимыми штучками он пугает Флор. Да и свежий воздух еще никому не мешал, – убежденно сказал Алан.

– Но мы же не вправе оставить его в таком виде… в таком невидимом виде. – Я настороженно оглянулась, Кейл мог быть где угодно.

– А кому он мешает?! На крайний случай доберется до города, там поест и переночует, – беспечно заявил Ал.

– Ты в этом уверен? Судя по твоему недавнему разговору, Кейла такое предложение не устраивает.

– Он все равно об этом никому не скажет, потому что его никто не слышит, кроме меня. Вот и приходится бедолаге ронять предметы, чтобы хоть как-то заявить о своем присутствии. – Алан расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. – Душно как сегодня, наверное, дождь будет. Нам лучше поторопиться в Иллион, пока погода не испортилась, переночуем где-нибудь по дороге.

– У нас есть кое-что получше тряски в такую жару на лошадях. – Я указала на вытянутое неглубокое озерцо, поросшее камышом. – Флор говорит, что Брут использовал его в качестве портала, созданного дедом.

– Портала? Интересно, никогда не знал, что до твоей кузины можно добраться коротким путем! – заинтересованно произнес некромант.

– Алан!

– А что такого я сказал? – невинно проронил тот. – Если портал создал Леон, почему он не сделал его и в Хорсиге?

– Не знаю. – Я задумалась. – Ты прав, дед должен был создать аналогичный возле моего замка. Но я ничего такого не видела. Тайрос мне непременно рассказал бы.

– Это не означает, что портала нет. Как вернемся, я помогу тебе отыскать его. Возможно, три года назад убийца Леонарда использовал портал, чтобы незамеченным проникнуть в замок.

Я растерянно посмотрела на друга, он вполне мог оказаться прав.

– Пошли. Я скажу твоей кузине, что ей больше нечего опасаться, ты сняла «порчу», – уныло произнес Ал.

– Можешь оставить лавры победителя себе, достаточно будет того, что через неделю Кейл вновь станет видимым.

***

Лукас по колено зашел в воду, отчего по поверхности озера побежала рябь, спугнув мирно дремавшую на плавающем листе стрекозу.

– Ты уверена, что это портал? – Оборотень был уже по пояс в воде, но ничего сверхъестественного так и не произошло.

– Да. Чтобы преодолеть магический барьер, надо нырнуть под воду, – уверенно произнесла Флор.

– М-да, всегда не любил магию… и воду, – как волк ощетинился Лукас и с головой погрузился в озеро.

Мы, переминаясь с ноги на ногу, внимательно смотрели на образовавшиеся круги, пока поверхность водоема вновь не стала зеркально гладкой.

– Надеюсь, он умел плавать. – Алан беззаботно зевнул. – Я буду последним, давай, Лиз, ты следующая, за тобой пойдет твоя горничная.

Марго обидчиво уперла руки в бока и отвернулась, будто разглядывая что-то в камышах.

– Я…

– Давай-давай, – подбодрил меня некромант. – Мы тебя подстрахуем в случае чего.

– Лучше бы обошлось без этого случая. Ты не забыл, что я камнем пойду на дно, если портал не откроется?

– Не забыл. У меня большой опыт общения с утопленниками, не волнуйся. – Алан весело посмотрел на меня. – Все будет хорошо. Ты не утонешь, я ручаюсь. – Он перевел взгляд на вампира. – Помоги ей.

– Я ей уже однажды помог, – напомнил мне Натан недавнюю историю в Аргусе. – Пусть справляется сама! – сухо произнес он, но все же задержался на берегу, пропуская меня вперед.

– Лиз! – окликнула меня Флор. – Я отправила ваших лошадей с конюхом в Иллион и уже отослала письмо Виктору. Доставят лошадей не сразу, но все же у вас будут средства передвижения, ты только Брута с Тайросом найди.

– И еще…

– Не волнуйся. Я завтра же лично поеду в Хорсигу, посмотрю, что там творится, и дам распоряжения от твоего имени.

– Спасибо! – Я обняла кузину.

– Все. Хватит, – нетерпеливо прервал прощание Натан. – Мы не можем больше терять время, лезь в воду, принцесса. Я подстрахую. – Последнюю фразу он произнес с большой неохотой.

Сняв туфли, я взяла их в руки и вошла в воду. Несмотря на жару, вода оказалась довольно холодной, отчего я долго не могла привыкнуть к ней, дрожа от холода и страха одновременно.

Я затравленно оглянулась на компанию, оставшуюся на берегу: расстроенную Флор, держащего ее за руку Алана, уставшую Маргариту и как всегда беспристрастного вампира. Вдохнула побольше воздуха и, набравшись мужества, нырнула.

Странное ощущение. Я уже хотела по старинке начать тонуть, как вдруг почувствовала под ногами вполне внушающее доверие своей устойчивостью дно. В следующую секунду я вынырнула на поверхность, все еще прижимая к груди размокшие туфли.

– Что-то ты долго, – раздался над ухом голос Лукаса. – Я уже начал подозревать, что вы передумали. – Оборотень сидел на каменном бортике фонтана, возле которого в тени остролистного клена играли дети.

Фонтан был облицован мелкой галькой, а у его основания стояла мраморная фигура девушки, держащей на плече кувшин с водой. Вода в фонтане была мутная, зеленоватая, но не затхлая, скорее окрашенная чем-то. Наверное, Брут так скрывал «двойное дно» портала. Хотя сейчас оно куда-то пропало.

Я осмотрелась. Высокие каменные дома, обрамленные зелеными насаждениями, шли под откос, блестя на солнце крышами из красной черепицы. На юге площадь спускалась к вытянутому трехэтажному зданию, поросшему плющом. Улица выглядела оживленно, вдоль нее то и дело сновали торговки с деревянными лотками, набитыми «уникальными, совершенно незаменимыми» глиняными фигурками драконов, наборами складных перочинных ножей с затупленными лезвиями, ароматическими маслами странного болотно-бурого цвета и прочими редкими вещицами. Королевство объединяло в себе три города: Иллион, Оскас и Шелен. Сейчас мы находились в его столице.

– Мы в Иллионе, – узнала главную площадь города я. – Именно такой ее описывал Тайрос.

– Неплохое местечко… для ритуальных убийств, – одобрил Лукас. – Куда там Натан запропастился?

На этих словах меня окатило водой, как оказалось, к нам присоединились вышеупомянутый вампир и Маргарита.

Натан с секунду осматривался, а затем перемахнул через бортик фонтана.

– Здесь ничего не изменилось, – сделал вывод он, пройдя по мостовой пару метров.

– Ты уже бывал в Иллионе? – заинтересовалась я.

– Да. При основании Гильдии Магов. Вдобавок лет шесть назад я присутствовал на коронации Виктора.

– Отлично, тогда он от нас не будет ничего скрывать, – обрадовалась я.

– Возможно, и не будет, – не слишком оптимистично отозвался Натан. – Где некромант?

Я невинно пожала плечами. Алан задерживался по известной вот уже лет десять причине, которая носила имя Флоренция.

– Прощается с Флор.

– Влюбленный некромант! Звучит устрашающе. – Лукас помог мне выбраться из фонтана. – Давно зомбировал бы девицу, и дело с концом.

– Это не в правилах Алана.

Натан поморщился.

– С его-то профессией?! – удивился оборотень.

– А что в этом такого? – Я сняла плащ, выжала из него воду и распустила волосы, до этого собранные в хвост.

– Ничего, абсолютно нормальное явление, – закивал Лукас.

Ребятня при виде появившейся неизвестно откуда братии пугливо разбежалась. В Иллионе маги не были редкостью, но все равно жители не очень-то стремились попасться им на глаза.

В королевстве неспроста стали проводить ежегодное собрание магов, в конце улицы находилась единственная среди остальных королевств Гильдия – объединение магов, где разрабатывали новые заклинания, изготовляли необычные зелья и применяли их на практике. В свое время там работал Тайрос. Отсюда и пошла его любовь к редким ядам, он даже свою научную работу построил на этой теме.

Похожие Гильдии пытались соорудить в каждом королевстве, но ничего из этого не вышло. Маги соперничали друг с другом и потому не были заинтересованы в обмене навыками в пределах своих земель. Все знания уходили в пустоту.

Но Гильдия Магов в Иллионе была организована Священной Тройкой магистров, а потому имела особое значение.

Ал появился спустя пять минут, мокрый и довольный.

– Ну наконец-то! – Лукас прищурился. – А почему один, где тело околдованной возлюбленной?

Алан, не обращая внимания на подкол оборотня, выбрался из фонтана.

– Ну что? Куда отправимся в первую очередь?

– Лучше будет разделиться. Мы с Аланом поговорим с магами, а вы отправляйтесь к правителю. Поскольку Натан лично знаком с Виктором, то ему проще будет договориться, – предложила я.

– Как прикажешь, принцесса, – усмехнулся вампир.

Когда Натан с Лукасом исчезли из виду, я достала из потайного кармана бархатный мешочек с каролиями и протянула его Марго.

– Обменяй монеты с моей чеканкой на каролии с изображением Виктора и подыщи для нас подходящее местечко. Не особо дорогое – богатеи могут меня узнать.

Маргарита уже было протянула руку, чтобы взять у меня деньги, как неожиданно кошель упал на землю, тесемка развязалась, и монеты со звоном раскатились под ногами.

– Лиз, тебе надо отдохнуть, целый день на ногах, – сочувственно произнесла горничная по-своему истолковав мое неловкое движение. – Не задерживайся долго.

– Д-да. Не волнуйся, через два часа жди нас здесь же, у фонтана. Так мы не потеряем друг друга.

Марго кивнула и, припрятав деньги, скрылась за поворотом. Я потерла правую кисть. Можете назвать меня сумасшедшей, но только что у меня из рук неведомая сила выбила кошель с монетами. Знать бы, чего эта сила от меня хочет. Я, не подав виду, надела успевшие немного подсохнуть туфли и вместе с Аланом направилась по вымощенной крупным кирпичом дороге к Гильдии.

Возле здания маячила группа из десяти человек, лихорадочно всматривающаяся в окна второго этажа. Три девушки старше меня лет на пять беспокойно расхаживали взад-вперед, сжимая в руках измятые свитки, долговязый парень нервно теребил жидкую, едва проклюнувшуюся на подбородке бороденку. Остальные же просто тряслись, нервно покусывая губы.

Я знала, что, прежде чем устроиться сюда на работу, нужно пройти конкурс. На входе в нас встретила пожилая женщина в синей, расшитой серебряными нитями мантии. Ведунья, скорее всего.

– Вы к нам? – строго спросила она, оглядев нас с Аланом.

– К вам, – подтвердила я, обдумывая, под каким предлогом приникнуть в Гильдию, вход в которую для обычных людей был закрыт.

Конечно, принцессу туда обязательно пустили бы, но только в сопровождении придворного мага, которого я как раз и искала. О том, чтобы рассказать незнакомке об артефактах, не могло идти и речи, мы ей попросту не доверяли.

Женщина еще раз смерила нас оценивающим взглядом. Для поступления на работу мы, по меньшей мере, должны были выглядеть куда солиднее, чем двое мокрых и уставших искателей приключений.

– Устраиваться на работу? – неприязненно уточнила она.

– Нет, – покачал головой Алан и тут же получил от меня ощутимый толчок в бок.

– Да! – заулыбалась я. – Мы с другом – начинающие маги, хотелось бы подыскать подходящее место. Иллион – город магов, возможно, и нам найдется здесь работа.

– Тогда мне придется вас огорчить: все вакансии заняты, вы можете оставить свои координаты. Но боюсь, что в ближайшие лет пять вам ничего не светит здесь. – Она развернулась, намереваясь избавиться от докучливых гостей.

– Подождите! – Я преградила ей дорогу.

– Что-то еще? – Ведунья удивленно подняла бровь.

– Но вы нас даже не проверили! – возмутилась я.

– А зачем? – Она усмехнулась. – Я и так все прекрасно вижу.

– Видите? – На этот раз заинтересовался Алан: еще бы, похоже, ведунья задела его, как говорится, «за мертвое». – Вы хотите сказать, что мы настолько плохи?!

– Юноша, какая разница? То, что вы приехали в город одни, без сопровождения, уже о многом говорит. Пропустите, мне надо идти.

Ведунья оттолкнула меня… и со всего размаху налетела на магический купол, который только что сотворил Ал.

– Такое сопровождение вас устроит? – осведомился некромант. – Вызвал бы мертвяков, да кладбище слишком далеко от города, боюсь, не успеют вернуться к рассвету.

Ведунья прижала руку ко лбу, ощупывая вскочившую шишку.

– И кто вы такие? – выдавила она.

– Алан. – Он вполне дружелюбно протянул руку, демонстрируя надетый на запястье массивный, шириной с ладонь, кожаный браслет с выжженной на нем руной смерти. Отличительный знак некроманта, помнить о котором должен каждый маг, если он не хочет досрочно разорвать контракт с жизнью.

– Чернокнижник! – как могла прокомментировала бижутерию Ала ведунья. – Я так понимаю, это ваш пропуск? – Меня она о происхождении спрашивать не решилась, видимо, семейного герба некромантов с лихвой хватило на нас двоих. – Идите за мной! – позвала ведунья.

Мы с Аланом переглянулись, все получилось как нельзя лучше.

Широкие ступени привели нас на второй этаж здания. Длинный коридор, обитый деревянными панелями, тянулся, судя по всему, в бесконечность. Факелы, держащиеся на проржавевших кольцах, неприветливо потрескивали, скупыми пятнами освещая темные стены и обрисовывая нечеткие прямоугольники дверей.

– Сюда. – Ведунья предупредительно постучалась в одну из дверей и, не дожидаясь ответа, толкнула ее от себя.

В комнате оказалось очень светло. Яркий свет резанул глаза, которые не сразу различили массивный письменный стол с резьбой, приставленный к нему стул с длинной и узкой спинкой, огромное панно с немного диковатым орнаментом, показывающим все семь способов умертвления вурдалаков, и низко висящую хрустальную люстру с вековым слоем пыли.

За столом, подписывая какие-то бумаги, сидел… Бортас?! Старик неспешно оторвался от своего занятия и поднял на нас выцветшие голубые глаза.

– Бортас, к нам прибыли новички. – Ведунья встала позади нас, чтобы мы не видели кислого выражения ее лица.

– Да-да. – Он сложил бумаги стопкой и убрал в ящик стола. – Одну я уже припоминаю. Элизабет, если не ошибаюсь.

– Не ошибаетесь, – растерянно кивнула я.

– А этот юноша, он тоже…

– Я некромант, – поспешил ответить Алан.

Бортас ничуть не удивился, словно общение с некромантами входило в его повседневную обязанность. Как бы то ни было, если он так хорошо знаком с Натаном, поступающий на работу некромант его нисколько не смутил.

– Спасибо, Афелия, молодых сотрудников я оформлю сам.

Ведунья быстро ретировалась, предварительно проверив рукой ближайшее пространство на предмет наличия магического купола. Боюсь, опасаться нас она будет даже после того, как с ее лба исчезнет шишка.

– Ну и что делает в Иллионе принцесса Хорсиги? – поинтересовался Бортас.

– Все то же, что она делала во время нашей последней встречи в домике на опушке леса.

Алан непонимающе перевел взгляд со старика на меня.

– Так Натан с тобой?! – привстал Бортас. – А почему тогда не зашел?

– Он направился к Виктору вместе с правителем Аргуса Лукасом. Мы не ожидали увидеть вас здесь, – призналась я.

– Барышня, говорите за себя. Натан знал, где меня найти. Я ведь только из-за него той ночью отлучился из города.

– Но вампир мне ничего не сказал.

– Очень на него похоже. Ну да ладно! Думаю, он еще заскочит к старику. – Бортас подмигнул мне. – Так чем могу быть полезен?

– В Иллионе проходят ежегодные собрания магов, – начала я.

– Да, именно я устраиваю их, – подтвердил тот.

– Вы?! – Я засомневалась, стоит ли рассказывать дальше.

Старик, завидев мое замешательство, встал со стула и подошел поближе.

– Милая Элизабет, уверяю, вы оба можете доверять мне полностью. Неужели я похож на преступника?

Я несколько смутилась:

– Извините, я не хотела вас обидеть. Пропали двое магов, Тайрос и Брут. Вы их наверняка знаете.

– Тайрос – один из лучших моих учеников, а впоследствии и коллег. Жаль, что он так быстро уехал, но, с другой стороны, он ведь стал работать у вашего деда. Я видел Тайроса и его друга, они действительно останавливались здесь. – Бортас задумчиво потер руки. – Только вот подтвердить их пропажу я не могу.

– Почему? Они до сих пор не вернулись в королевства.

– Видите ли, Элизабет… Каждый год маги придумывают испытания, чтобы проверить свою силу и выбрать лидера, лучшего из лучших. В этом году они превзошли сами себя. Испытание затянулось, и судить о том, пропали маги или нет, мы не можем.

– Не понимаю. Где они сейчас находятся?

– В этом и заключается суть испытания. На любом соревновании есть жюри, которое наблюдает за честностью магов. В этом году оно решило проверить их находчивость и мастерство, предложив поиграть в прятки. Маги узнали о сути испытания лишь накануне, все были поставлены в равные условия. Тот, кто продержится дольше всех, скрыв с помощью магии свое местонахождение, выиграет соревнование. Больше половины участников мы уже нашли, остальные спрятались очень искусно. Зная, кто на что способен, могу сказать – остались сильнейшие. А уж пропали ли они на самом деле или просто скрываются до сих пор, никто из членов жюри точно не скажет.

– И что же нам делать?! Мы не можем ждать, когда закончится соревнование.

– Увы, но другого выхода нет, разве что маги найдут вас сами.

– Или мы их, – загадочно протянул Алан.

– Мы?

– Да. У нас есть поговорка: «Если мертвяк не идет к некроманту, некромант сам придет к мертвяку». Мы сами найдем пропавших магов.

– Что ж, похвальное решение, молодой человек, – кивнул Бортас. – Я же в свою очередь предоставлю вам все необходимое. Зайдите в соседнюю комнату, Афелия выдаст пропуск, с ним вас как членов жюри пропустят в архив, он находится в подвале. Тайрос был там перед началом соревнования. Возможно, вы найдете хоть какую-нибудь зацепку, которая поможет в поисках.

– Спасибо. – Поблагодарив Бортаса, мы вышли в коридор.

– Ну, что думаешь? – Ал прислонился к стене.

– Запутанно. Кто-то играет с нами.

– Лиз, убийца не всегда будет на первых ролях, придет и наша очередь.

– Хотелось, чтобы ты оказался прав. – Я зевнула. – Получим пропуск, наберем побольше книг и поспим пару часиков. Я начинаю себя чувствовать как трехсотлетний джинн, без конца выполняющий просьбы хозяина.

– Договорились. – Ал без стука вошел в соседнюю комнату.

Я, замешкавшись на пороге, краем глаза заметила открывающуюся в кабинет Бортаса дверь.

– Кто там? – раздался хриплый голос старика.

Я вернулась и заглянула в образовавшийся дверной проем.

– Это опять я. Забыла рассказать, чем же закончилась та наша поездка с Натаном к Карнелио.

– Элизабет, это ни к чему. Я уже в курсе. – Он провел рукой по лысине. – Натан передал мне послание.

– Ясно. – Я, глупо улыбнувшись, выскочила за дверь.

Стыдно обманывать Бортаса, но у меня не было выбора. Я потерла ладони, расправила плечи, внутренне собралась и… простодушно поинтересовалась:

– И давно ты за нами следишь, Кейл?!

Глава 10. Игра вслепую

Алан убрал выписанный пропуск в карман и привычным движением взъерошил волосы.

– Ты же сам сказал, что Кейла слышишь только ты! – Я недоверчиво поглядывала на зависший в воздухе, примерно на голову выше меня, горящий факел.

– Да, так и есть, – согласился некромант. – Но я же не говорил, что я его вижу!

– Ты издеваешься, Ал! Как ты тогда с ним общался? Ты не мог выбрать заклятие понадежнее?

– Так и общался. Подумаешь, с заклятием накладочка вышла. – Алан щелкнул пальцами, и факел погас. – А тебя вообще не спрашивают.

– Это ты мне?

– Кейлу! – Алан прищурился. – Зачем ты за нами увязался? Заклятие бы спало само по себе. У нас и без тебя забот хватает. – Некромант встал напротив одной из стен.

Видимо, Кейлу нашлось что ответить Алану, поскольку некромант, нахмурившись, скрестил руки на груди и отвернулся к лестнице.

– Послушай, а ты не можешь сделать так, чтобы и я слышала Кейла? Флоренции все равно рядом нет, так хоть какой-то диалог будет, а не пустые реплики к стене, – попросила я и тут же почувствовала, как мне на плечо легла рука.

Алан повздыхал, поразмыслил и, сняв с шеи цепочку, протянул мне.

– Надень.

Я послушно застегнула тоненькую серебряную цепочку с висящим на ней кулоном в виде двух пересекающих друг друга колец.

– Слава Вальмонту! – услышала я приятный баритон. – Хоть на что-то сгодился этот мальчишка! Рад приветствовать ее высочество. – Зависший в воздухе факел был брошен на пол, и моей рукой нагло завладели.

– Я тоже рада вас слышать, – проявила остатки воспитания я.

– Но все же я не понимаю, зачем вы…

– Можно на «ты», – поправил меня Кейл. – Если ее высочеству так будет угодно.

– Хорошо, зачем ты последовал за нами через портал?

– А что мне делать во Флердоранже? В замок я не попаду, к тому же вдруг заклятие не исчезнет через неделю? Что мне тогда делать, где искать этого некромантишку?!

– Поосторожней в выражениях, иначе я действительно начну подумывать над твоим предложением о продлении срока заклятия.

– Не угрожай мне, мальчишка.

– Я всего лишь предупредил, – с невозмутимым видом ответил Алан.

– Хватит вам, Кейл, Алан был не прав, когда применил к тебе заклятие, но сейчас нам необходимо попасть в архив.

– Да, я слышал ваш разговор со стариком. Для меня будет честью помочь ее высочеству.

– Лучше просто Лиз, – отмахнулась от всех церемоний я.

– Если сама принцесса Хорсиги просит об этом, я польщен.

– Вот! Этот ловелас уже начинает приставать и к тебе! – недовольно воскликнул Алан.

– Ал, прекрати. Вы оба хороши. Ты же знаешь, что сейчас главное найти Тайроса с Брутом, так в чем проблема? Выясните отношения позже, когда все закончится. – Я сняла с одного из металлических колец факел и стала спускаться в подвал.

– А закончится ли?.. – философски протянул некромант, следуя за мной.

В подвале перед огромной дубовой дверью не обнаружилось не то что охранника атлетического телосложения, организовавшего себе гору мышц путем ежедневного перетаскивания толстенных книг, но даже пресловутой бабульки, несущей вахту.

– Зачем тогда нужен пропуск? – удивленно спросила я, дергая проржавевшую дверную ручку, которая упорно не поддавалась на провокации.

Некромант деловито оттеснил меня в угол и вставил узкую полоску бумаги, по недоразумению ставшую пропуском, в поначалу неприметный проем в двери. Через мгновение натужно загрохотали железные цепи, дверь поднялась примерно на метр от бетонного пола и остановилась.

– Механизация! – фыркнул Алан. – Сколько можно говорить: там, где есть место магии, совершенно ни к чему переходить на современные разработки. Дверь заклинило. – Он наклонился и нырнул в проем.

– Хотя бы приоткрылась, – патетично заметил Кейл.

В подвале оказалось на редкость чисто и прибрано. Книги, отсортированные по заголовкам, ровными рядами стояли на полках, пестря корешками. Сбоку стеллажи были похожи на гигантский лабиринт, изнутри освещаемый ровным желтоватым свечением.

– С чего начнем? – Алан прошел в другой угол подвала. – Да здесь тысячи книг!

– Ты же некромант, вот и придумай, – с ехидцей произнес Кейл.

– И придумаю. – Алан задумчиво потер подбородок.

– Попробуем найти книгу, которой пользовался Тайрос, – предложила я. – В ней должно быть что-то о блокировке поисковиков, заклинание, благодаря которому Тайрос собирался прятаться до конца испытания.

– Или еще прячется. – Ал взял в руки одну из книг и, особо не вдаваясь в содержание, просто подбросил ее в воздух.

Книга возмущенно зашелестела страницами, обложкой повиснув под самым потолком, но ничего, кроме выпавшей засушенной лилии, используемой в качестве закладки, мы не обнаружили. – Пособие по сглазу, – прокомментировал некромант. – Вполне приличное издание, но ни слова об интересующей нас теме.

– Ты собираешься каждую книгу там проверять? Какой в этом смысл, проще посмотреть название, – недовольно сказал Кейл.

– А ты посмотри, – усмехнулся Алан.

Книга захлопнулась и, пролетев пару метров, остановилась на уровне чуть ниже моих плеч, видимо попав в руки к Кейлу.

– Как приручить русалку?! Ты же сказал, что это пособие по наложению сглаза!

– Здесь каждая книга зашифрована, рассчитано на высокий уровень магической подготовки, – пояснил Ал. – Ну что? Еще есть возражения?

– Постой, с книгами ты, конечно, хорошо придумал, но с такими темпами мы отсюда и к утру не уйдем, будь нас даже в пять раз больше. Зачем Бортас дал нам надежду? Глупо искать иголку в стоге сена.

– А как тогда архивом пользовался Тайрос?

– Ал, Тайрос проработал здесь десять лет, он знал каждый метр в подвале.

– Послушайте, ваш Тайрос мог забрать книгу с собой. Вполне вероятно, что сейчас мы ищем вещь, которой в архиве вовсе нет. Давайте возьмем пару книжек, весь архив поднять нам не по силам, – предложил Кейл.

– Вот тут вы меня недооценили. Я, может быть, и не самый лучший некромант в семье, но кое-что могу. Однажды мы с братом сильно повздорили: пропала саламандра – моя любимица, маленькая ящерица, живущая в камине. Деймон искренне считал, что некроманты не должны заниматься подобными глупостями вроде приручения духов, я же считал наоборот, поэтому всегда сердился на брата, когда тот прогонял саламандр, туша огонь в камине. Поэтому неудивительно, что я, не обнаружив ящерицу, обычно мирно спящую на раскаленных углях, заподозрил Деймона. В тот вечер от камина остались одни крошки, так сильно мы с братом никогда не ссорились. Я, неимоверно злой, просто набросился на Деймона. Перевес сил был на стороне брата, но и ему тогда здорово досталось от меня. Помню, Деймон сказал, что я наконец доказал, что могу стать настоящим некромантом, но саламандру он и вправду не трогал. Он научил меня искать по магическому следу, саламандры – духи огня, они оставляют за собой огненный шлейф, по нему я с легкостью нашел свою любимицу. Магии брата в этом следе действительно не было.

– Ты мне никогда этого не рассказывал.

– У каждого должны быть свои секреты, если жизнь похожа на чистый белый лист, она становится пустой и неинтересной.

Я улыбнулась.

– Тогда давай искать.

– Мне нужна вещь, к которой когда-нибудь прикасался Тайрос.

– Держи. – Я вытащила из кармана талисман. – Тайрос подарил мне его после смерти деда.

Алан повертел в руках металлическую пластинку с выгравированной на ней руной защиты и быстро зашептал над ней на своем родном языке. Спустя буквально секунду пластинка накалилась до предела, став ярко-красной. Я поежилась, Ал держал ее голыми руками, совершенно не чувствуя боли.

– Отлично. – Некромант сжал в ладони талисман. – Вон тот крайний ряд справа. – Алан быстро пересек подвал и исчез за стеллажами. – Далеко запрятал, но книга все-таки находится здесь, – несколько приглушенно донесся до нас с Кейлом его голос. – Есть, я нашел!

Черная обложка толстенного тома пахла сыростью, местами на ней проступали потертости, а страницы пожелтели от времени. Алан наугад раскрыл книгу и начал водить пальцем вдоль строк.

– Здесь столько всего! – Он округлил глаза.

– Дай-ка мне книгу! – попросила я. Мое внимание привлекли пометки на полях, в спешке сделанные карандашом. – Это латынь. Почерк Тайроса, он всегда точно так же сокращал слова, и буквы, смотри, вытянутые, с наклоном влево. Молодец, Ал! – похвалила я друга.

– Возьмем книгу с собой, думаю, Бортас не станет возражать.

Алан поступился своими принципами, сняв куртку и завернув в нее долгожданную находку. Мы вышли на улицу. Количество желающих поступить на работу перед входом в Гильдию резко возросло за последний час. Маги толпились, словно голодные муравьи, прознавшие о пикнике, запуская в воздух пульсары. Серебристые шары должны были привлечь внимание будущих работодателей, но лишь заставили последних поплотнее зашторить окна, а то и вылить на головы собравшихся чан с холодной водой.

Спешно покинув территорию Гильдии, мы обнаружили, что дорогу к главной площади Иллиона перекрыли. Видимо, намечалась дневная прогулка правителя, либо просто ограничили поток страждущих знаний магов, прибывающих к стенам Гильдии.

Пришлось делать крюк и подниматься к базару. Вечером здесь стало куда более людно. Продавцы, доселе прятавшиеся под разноцветными навесами и козырьками домов от нещадно палящего солнца, вылезли из укрытий. Гости Иллиона, в основном молодые маги, наперебой скупали сувениры, пополняли запас провианта, подбирали подходящие клинки, женщины с азартом примеряли узорчатые платки, яркие бусы, позолоченные серьги. Алан шел впереди, не обращая внимания на зазывные крики торговок. Я же усиленно старалась не показывать своего интереса, но все равно то и дело с любопытством поглядывала на лотки. Моя мечта выбраться в другое королевство и самой прикупить парочку редких вещиц нещадно корила не к месту проснувшуюся ответственность. Но я, вздыхая, шла дальше.

Передвигаться по базару было даже труднее, чем по кладбищу, кишащему нечистью. Во всяком случае, упыри и вурдалаки вели себя более культурно и нападали обычно поодиночке. Здесь же торговцы нападали на простой народ массово.

– Молодой человек! А молодой челов-е-к! Позолоти ручку! – пристала к Алану смуглая рослая девица в цветастом платке, расшитом розами. – Всю правду о тебе расскажу! Удачу, славу, богатство наворожу! Печали-горести отгоню! – нараспев продолжала она, хвостом таскаясь по всему базару за некромантом. – Смерть вас ждет, если меня не послушаетесь, – кося хитрым черным глазом на загадочный сверток, который крепко прижимал к груди некромант, зловеще предрекла она.

– Чего? – От негодования Алан выпустил из рук книгу, завернутую в куртку, чем наглая торговка тут же воспользовалась.

– Что у тебя там, молодой человек? Ох, вижу, беду принесет эта вещь тебе и твоей возлюбленной! – Она ловко вцепилась в сверток.

Роль возлюбленной, не тратя времени на долгие размышления, благосклонно отвели мне.

– Отдай ее мне, – не унималась «прорицательница».

– Возлюбленную? – оживилась я, выхватывая книгу.

– Зачем возлюбленную?! Вещь эту! – Торговка сделала страшные глаза и провела длинным черным ногтем поперек шеи, показывая, что наша участь предрешена.

Рядом в такт ее словам протяжно и хрипло завыл Кейл, копируя помесь вурдалака и оборотня, простывшего на поприще охоты на людей холодной зимней ночью. Торговка огляделась, не обнаружив поблизости источник звука, икнула и размашисто перекрестилась.

– Смерть пришла, а вы мне не верили!

Кейл, который теперь полностью вошел в роль, устрашающе засмеялся прямо над ухом несчастной провидицы и, приноровившись, ущипнул ее за бок.

– Алан, она его слышит, – шокированно обратилась я к другу. – Она и правда его слышит!

– Хм, наверное, у нее на самом деле есть скрытые способности провидицы. Дурит людям голову, сама не зная, насколько близко находится к истине, – объяснил Алан и взглянул на торговку. – Слушайте, женщина, не мешали бы, сдалась вам эта смерть. Сам разберусь со своей профессией, – обиделся некромант и, покрепче прижав книгу, с удвоенной прытью двинулся сквозь толпу.

Торговка опешила, помотала головой, отгоняя наваждение, и, недолго размышляя над проблемой появления призраков на базаре, наметила себе новую жертву – зазевавшегося возле лотка с овощами толстосума.

Мы практически вышли на площадь, когда Кейл внезапно схватил меня за руку.

Я притормозила:

– Что случилось?

– Лиз, за нами следят.

– Опять торговка увязалась?

– Нет. Фигура в черной мантии. Оглянись, только осторожно. Сзади тебя продают зеркала, посмотри лучше в них, чтобы не привлекать внимания.

Я послушалась Кейла и впрямь заметила маячащего несколько поодаль человека. Сказать, кто это, мужчина или женщина, было невозможно. На секунду мне даже показалось, что это Натан. Вампир точно так же кутался в мантию, скрываясь от солнечного света и людских глаз. Но человек (если это действительно человек) при ближайшем рассмотрении оказался на две головы ниже вампира. Я сделала вид, что занята выбором зеркала, сама тем временем вовсю наблюдая за фигурой, которая в свою очередь не спускала глаз с Алана.

– Лиз! – окликнул меня некромант. – Лиз, ты чего там копаешься? Пошли скорее.

– Да иду я, иду! – ворчливо сказала я, понимая, что теперь остаться незамеченной мне не удастся.

Незнакомец медленно приближался к Алу, петляя между торговцами и их покупателями. Я, навесив на лицо невинное выражение, но не выпуская из виду нашего преследователя, подошла к Алу.

– Хотела купить вон то зеркальце. – Я ткнула пальцем в первую вещь, попавшуюся на глаза.

– Давай потом, – попросил некромант, не замечая, что к нему практически вплотную приблизилась фигура в черном.

– Хватай его! Убежит! – крикнул Кейл, силой разворачивая Алана лицом к лицу (вернее к зияющей вместо лица черной дыре) с преследователем.

– Кого хватать? – непонимающе моргнул Ал.

– Да вот же! – не унимался Кейл. – Он следил за тобой!

Зато незнакомец все прекрасно понял с первого раза, метнувшись в сторону выхода с базара.

Мы рванули за ним, расталкивая людей, налетая на тележки с овощами, привезенными для продажи, и роняя глиняные горшки, выставленные под солнце гончаром. На одном из таких виражей я неловко подвернула ногу, тихо взвыв, как засидевшийся в кустах оборотень, попыталась сделать пару шагов, но тут же схватилась рукой за лодыжку. Вот растяпа!

Хоть бы Кейл его догнал. Но Кейл, со всего размаху налетев на мясника, повалил его на землю и спас тем самым розового молоденького поросенка, с радостным визгом умчавшегося прочь с базара.

– Чур меня! – пугливо подскочил на ноги мясник. – А говорили еще, что город тихий, спокойный, что маги всю нечисть в округе истребили. Как после этого людям верить! – От досады он глубоко загнал свой топор в колоду.

Алан обходил препятствия куда проворнее нас с Кейлом (хотя, собственно, и не знал, за кем гонится). Все-таки сказывались годы спортивной подготовки на разрытых во время полнолуния могилах. Однако человек в мантии мчался со скоростью заправской ведьмы, недавно сменившей метлу на более новую модель. На какой-то момент мне даже показалось, что Ал упустил из виду нашего преследователя, но некромант неожиданно вывернул из-за поворота, совершил стремительный рывок и ухватился за мантию незнакомца. Раздался хлопок, короткая вспышка света на миг ослепила глаза. Секунда, и в руке Алана осталась лишь черная ткань. Таинственный незнакомец исчез, не успев представиться. Я кое-как доковыляла до места происшествия, где недоуменно вертел в руках кусок материи Алан.

– Кто это был? Ты успел разглядеть? – опираясь на его плечо, спросила я.

– Нет. Мне кажется, что под мантией вообще никого не было, – покачал головой некромант.

– За кем тогда мы гнались? Не фантом же за нами следил, в конце концов! – разглядывая мантию, выпалила я, но тотчас вспомнила, что рядом стоит Кейл. – Извини, не хотела тебя обидеть.

– Ничего страшного, я же не планирую провести остаток жизни в образе призрака, – не очень уверенно произнес Кейл.

– Здесь был вовсе не призрак. Скорее кто-то воспользовался астральной проекцией, чтобы следить за нами. – Алан нахмурился. – Похоже, мы подобрались слишком близко. Только чего он хотел добиться? Сейчас довольно светло, было очевидно, что мы почувствуем за собой слежку.

– Если посылаешь астральную проекцию, не очень-то беспокоишься о разоблачении, потому что в любой момент можешь забрать ее обратно. Ты не можешь найти нашего преследователя по мантии? – поинтересовалась я у друга.

– Попробую.

Алан поднес к лицу ткань и закрыл глаза. Побежали долгие минуты ожидания.

Первым после затянувшейся паузы не вытерпел Кейл:

– Ну что там?

– Ничего. Даже ничем не пахнет.

– В смысле ничего? Мантия же кому-то принадлежит.

– Следы настолько стерты, даже не знаю… Либо тот, кто носил эту одежду, вообще не пользовался магией, что уже странно, судя по его столь внезапному исчезновению, либо, наоборот, владеет магией настолько профессионально, что я не могу ее распознать.

– Ал, попробуй еще раз, – подбодрила я друга. – Хоть что-нибудь.

– Ладно. – Алан сосредоточился, словно ищейка втягивая носом запах. – Черт! Не может быть! – Ал шарахнулся в сторону, резко отбросив кусок мантии.

– Что ты видел? Кому она принадлежит?

– Ты не поверишь, Лиз, хотя… Знаешь, я подозревал, что в этой истории с артефактами что-то нечисто. Но зачем ему следить за нами, когда он и так находится рядом?!

– Ал, ты мне можешь объяснить, что происходит?! Чью магию ты почувствовал?

– Вампира. Это Натан! – Глаза некроманта лихорадочно заблестели. – Вот он и попался!

– Постой. Зачем вампиру скрываться, когда он мог пойти в Гильдию с нами?

– Значит, он чего-то боится. Бортас удивился, почему Натан его не навестил по приезде в Иллион, а сразу направился к Виктору. Он и тебе не сказал, что знаком с основателем Гильдии.

– Это ничего не значит. Вампир немногословен. Неудивительно, что он не стал посвящать меня в подробности.

– Лиз, ты его защищаешь? – Некромант ошарашенно посмотрел на меня. – Когда это ты успела проникнуться к нему таким доверием?

– Вовсе я его не защищаю, – смутилась я. – Просто я считаю, за то время, что мы с ним потратили на споры, я хоть немного его узнала. Натан слишком прямолинеен. Он, конечно, может хитрить, что-то недоговаривать, но вот так красться за нами через весь рынок… Нет, здесь явно что-то другое.

– Ага. Скажи еще, что несчастный вампир оказался жертвой случая, его подставили.

– Почему бы и нет? Давай спросим у него. Вряд ли он теперь расхаживает по городу без мантии.

– Ты не в курсе всех его фокусов! – возразил Алан. – Вампир способен разгуливать хоть с голым торсом в самый зной, и при этом он не заработает себе даже элементарного солнечного ожога.

– Я знаю про историю с кланами, мне рассказал Лукас. Но я точно так же знаю, что Натан привык действовать напролом. По непонятной мне причине он все же скрывается от солнца. Возможно, он жестокий, но не подлый, – на одном дыхании выпалила я и удивилась своим же словам. Чего я его так защищаю?!

– Я тебя не понимаю. Когда он начал тебе нравиться?

– Он? Мне? Не говори глупостей. Я не верю, будто именно вампир следил за нами. Какой в этом смысл? Хотел завладеть книгой? Но как тогда он узнал, что мы нашли ее в архиве? И потом мы бы сами показали ему находку. Нет, это не Натан, – с уверенностью сказала я, поднимая с земли кусок мантии.

Неожиданно взгляд привлекло яркое пятно блеснувшего на солнце предмета. На пыльной земле лежал амулет, в центр которого был вставлен желтый, с винными вкраплениями камень. Его я бы узнала даже во сне…

– А вот и сюрприз. С нами не играют, нам помогают. – Я подобрала амулет. – Нам только что предусмотрительно оставили один из артефактов.

***

Марго стояла под кленом возле фонтана, устало отгоняя назойливых мошек. Буквально за двадцать минут в городе стемнело, вдоль улочек зажглись огни, а жители закрыли ставни и загнали домой набегавшихся за день детей.

– Как успехи? – задала вопрос я, сжимая в кулаке амулет.

Маргарита кисло улыбнулась.

– Все занято. Корчмы и трактиры забиты магами, решившими попытать удачи, нам негде ночевать.

– А от Лукаса с вампиром есть какие-нибудь новости?

Марго покачала головой.

– Нет. Лиз, мы им совершенно не нужны. Разве этот упырь вспомнит о нас?

– Ничего. Теперь у нас есть повод напомнить о себе, – сказала я, всматриваясь в сгущающуюся над городом темноту. – Ты давно нас ждешь?

– Нет. Пыталась заплатить горожанам, чтобы те пустили нас пожить пару дней у себя в доме. Никто не соглашается, все боятся.

– Остановимся у Виктора. В конечном счете он обязан пустить принцессу Хорсиги, посетившую его королевство с дружественным визитом.

– Как же! Натан ему наверняка уже понарассказывал о тебе. Теперь Виктор на пушечный выстрел нас к замку не подпустит, – не согласился Алан. – Особенно если учесть его причастность к недавно произошедшему событию.

– К какому событию? – заинтересовалась Марго.

– Вампир по доброте душевной подкинул нам артефакт, за которым охотился сам, – передразнила некроманта я. – Не слушай Ала, он перегрелся на солнце, пока гостил у Флоренции. Вот и несет околесицу.

– Артефакт нашелся? – Изумленная Маргарита присела на каменный бортик фонтана.

– Один из них. До сих пор поверить не могу, что держу в руках артефакт, из-за которого мог быть убит мой дед. А с виду обычный камень, права Флор – ничего особенного в нем нет.

– Может, это подделка? Некромант сам толком не разобрался, а уже других обвиняет. Вполне возможно, что артефакт не настоящий, – шепнул мне на ухо Кейл.

– Я все слышу! – Алан с вызовом посмотрел немного правее моего плеча.

– О чем это он? – Маргарита проследила за направлением взгляда некроманта, но, естественно, Кейла не увидела.

Я лишь отмахнулась. Слишком много новостей для бедной Марго. Расскажу ей о Кейле в другой раз.

– А это еще кто? – Внимание Маргариты переключилось на всадников, скачущих в сторону фонтана. Трое из них ехали впереди, освещая факелами дорогу.

Когда до всадников оставалась пара метров, я чуть не прослезилась. Нет, надо же. Всегда считала Натана черствым сухарем, а тут на тебе. Встречают такой компанией.

– Я посылал за тобой, принцесса, но тебя не оказалось в Гильдии, – опустив приветственную речь, устроил допрос Натан.

Ох, недолго я радовалась. Вампир лишь проверял, не украли ли нас заодно с пропавшими магами, чтобы самому меньше возиться с трупом невинно убиенной принцессы.

– Я была не одна, если помнишь. Мы с Аланом спускались в архив.

– В архив? Интересно, кто вас туда пустил?! – Позади Натана остановился молодой мужчина с синими льдинками глаз.

– Я же тебе говорил, что она ненормальная, – дал исчерпывающую характеристику вампир. – Не удивлюсь, если наутро в Гильдии не досчитаются одной из стен. Насколько я знаю, туда пускают только избранных.

– А мы и есть избранные. – Алан достал из кармана пропуск.

– И где же вы его взяли? – Спутник вампира спрыгнул с коня и подошел к нам.

– Афелия выписала.

– Ведунья?! – Брови мужчины поползли вверх. – Да она даже мне с неохотой его отдала. Я – Виктор. Надеюсь, о правителе королевства, в котором сейчас находитесь, вы слышали.

Алан спрятал пропуск обратно.

– Вы-то нам как раз и нужны. Бортас разрешил нам присоединиться к поиску магов, – не растерялась я.

– Ты уже и об этом знаешь, принцесса?! – Натан холодно рассмеялся.

– Я не теряла времени зря.

– Не сомневаюсь. И сколько нечисти ты успела положить на лопатки, пока меня не было?

– Еще никто под руку не попадался. Но если один не в меру наглый упырь будет продолжать ухмыляться, экземплярчик на эту роль точно появится.

Виктор и Алан недоуменно наблюдали за нашими препираниями. Правитель, очевидно, был не в состоянии понять, отчего вампир терпит подобное обращение, а некромант не понимал то же самое только в отношении меня.

– Мы можем поговорить с тобой наедине?

– Можем, – ничуть не удивился моей просьбе Натан.

Мы, провожаемые недобрыми взглядами коллег, отошли в сторонку.

– Обещай, что скажешь мне правду, – сразу же потребовала я.

– Смотря что ты подразумеваешь под этим словом.

– Не паясничай. Просто обещай ответить честно.

– Хорошо, принцесса, обещаю. – Вампир поднял в знак клятвы правую руку.

Я недоверчиво шмыгнула носом. Была не была.

– Смотри. – Я разжала кулак.

Натан с секунду пристально изучал лежащий на ладони артефакт, затем взял его в руки.

– Даже боюсь спрашивать, откуда он у тебя.

– Тогда спрошу я. Ты причастен к пропаже магов?

– Это на тебя артефакт так повлиял? – одними глазами улыбнулся вампир.

– Ты обещал говорить правду! Ты как-то связан с пропажей магов? – повторила я свой вопрос.

– Нет, – коротко ответил Натан.

– И ты не следил за нами на базаре?

– Что я там забыл?

Я облегченно выдохнула.

– Мы с Аланом обнаружили в архиве книгу, которой пользовался Тайрос. Если повезет, по ней мы сможем его найти. Только мне не нравится, что артефакт достался нам слишком легко. Странно как-то, зачем было в таком случае похищать амулет у Карнелио.

– Расскажи мне все от начала до конца, – потребовал вампир.

– Хорошо. Только не здесь, поговорим в замке Виктора, – оглядываясь на уставших Алана и Маргариту, пообещала я.

– А ты способная ученица, – пропуская меня вперед, сообщил вампир.

– В каком смысле?

– Ты начала говорить моими словами. Помнится, точно такую же фразу я произнес, когда ты попросила рассказать о связи твоего деда с артефактами в день нашего знакомства.

– Я не так безнадежна, – скромно заявила я и услышала за спиной привычный смешок вампира.

***

– Примеряешь трон? – устало спросила я, застав умиротворенно развалившегося вампира.

– Что-то типа того, – согласился он, не спуская глаз с камня. – Ты, наверное, хочешь знать, откуда Виктор взял подаренный твоей кузине артефакт, – неспешно произнес Натан и, не дождавшись моего ответа, продолжил: – Амулет был среди подарков, преподнесенных правителю ко дню рождения. Естественно, подношений было настолько много, что Виктор не запомнил имени дарителя, посчитав амулет обычной безделушкой, а камень простым топазом. Зная любовь твоей кузины к подобным вещам, он передарил артефакт ей. Так что у нас с тобой опять больше неизвестных, чем было раньше.

– Тебе еще не надоели эти игры вслепую? Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что… Артефакты оказалось не так просто найти. Впрочем, как и остальных магов, – грустно заметила я, присаживаясь на один из стульев, что стояли по обе стороны от трона.

– Без трудностей эта игра не стоила бы свеч. Если бы все было слишком просто, я удивился бы куда больше. А так все идет своим чередом, не слишком быстро, как хотелось, но все же идет. – Пальцами другой руки Натан постукивал по подлокотнику.

– Тебя даже не смущает, что артефакт буквально преподнесли нам на блюдечке?

– Абсолютно. За нами по-прежнему наблюдают. Так что я на время смирюсь с ролью мишени.

– И все же что ты собираешься делать дальше?

– Я – ничего. Делать будем МЫ! – равнодушно ответил вампир.

– Это значит, что ты принял меня в свою команду? – усмехнулась я. – Какая честь!

Натан на секунду замер, поднося камень ближе к лицу. В сумеречном свете его глаза стали того же цвета, что и камень.

– Мне казалось, что наше с тобой соглашение уже подразумевает это. Мы охотимся за одним и тем же, но с разной целью. Ты ищешь убийцу, чтобы отомстить за деда. А я хочу подчинить себе силу камня.

– У тебя есть один из артефактов, это уже немало. Ты можешь остановиться, я сама найду убийцу деда.

– Мне не нужен один артефакт, я хочу найти второй. К тому же у меня на их счет есть кое-какие соображения. – На лице Натана рельефно проступили скулы. – А ты будешь следующей жертвой, если не примешь мою помощь, потому что владелицей сего камня являешься ты.

– Твою помощь! – Я поморщилась.

– Что? Звучит настолько плохо?! – Вампир улыбнулся.

– Хуже не придумаешь. Зачем тебе второй камень? Топаз уравновесит силу изумруда – он не сможет нанести тебе вреда.

Натан сжал амулет в кулаке и как-то странно посмотрел на меня.

– Знаешь, принцесса, я тебе удивляюсь. Иногда ты говоришь вполне разумные вещи, но порой… – Он сделал паузу. – Неужели ты до сих пор не догадалась?

– Не догадалась о чем? – удивилась вопросу я.

– Ответ все время был у тебя под носом! Ты искала, в чем кроется моя сила, но так и не увидела. – Он вытянул вперед руку.

На указательном пальце Натана искрилось в свете факела золотое кольцо с вставленным в него крупным рубином.

– Бездну заточили три мага, каждому из которых принадлежало по артефакту. Так с чего ты взяла, что изначально камней было два? Топаз поместили в амулет, рубин вставили в основание кольца, а изумрудом украсили браслет.

Я в растерянности перевела взгляд на вампира.

– Ты хочешь сказать, что третий камень твой?

– Да. Изумрудом владел Вальмонт, позднее он попал к твоему деду, рубином – мой отец, а топазом, если не ошибаюсь…

Я резко встала. Неужели Натан знает?

– Не делай такое испуганное выражение лица, принцесса. Обещаю, эту тайну я унесу с собой в могилу! – насмешливо произнес он. – У нас с тобой куда больше общего, чем может показаться на первый взгляд. К нам обоим камни перешли по наследству. С той лишь разницей, что я знаю, как пользоваться своим артефактом, а ты – нет. Но без твоего участия я не смогу соединить все три артефакта. Так что? Наша сделка еще в силе? – жестко спросил вампир.

– В силе! – кивнула я, плохо понимая, к чему это все может привести.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Бездна

Глава 1. Не ищите черную кошку в темной комнате

Деревянный люк с грохотом ударился о пол, так что в воздух взметнулось облако слежавшейся пыли. Я чихнула, остановившись на верхней ступеньке лестницы, и огляделась. Пожалуй, сюда удалось стащить все имущество, не сгодившееся на нужды королевства, шкафы из цельного массива тисового дерева граничили с садовыми инструментами, многочисленные коробки упирались в потолок, витые ножки нагроможденных друг на друга стульев без спинок и сидений торчали из каждого угла.

На чердак я пришла во второй раз подряд после того, как Лукас покинул Иллион, на время возвратившись по делам в Аргус. Без него в замке стало тоскливо, постоянно спорившие друг с другом Натан и Алан за три дня пребывания в королевстве надоели даже самому Виктору, который наловчился скрываться от них в библиотеке, ссылаясь на неотложные обстоятельства. Марго проводила все свободное время, гуляя по саду, помогая в готовке местной поварихе и попутно обсуждая со служанками последние сплетни. Ну а Кейлу повезло больше остальных. Он подолгу пропадал вне стен замка, а когда появлялся, мог позволить себе передразнивать вампира сколько угодно, не боясь при этом кровавой расправы, таскать из погреба бутылки с вином и пугать стражу их же оружием, угрожающе зависшим над головами. Алан, слыша все его шуточки в адрес Натана, лишь посмеивался, чем приводил вампира в бешенство, так как сам Натан понятия не имел о причине постоянных ухмылок некроманта.

Поскольку библиотека в замке была только одна, сад я не любила, а становиться невидимкой еще не научилась, мне пришлось самостоятельно искать укромное местечко. Чердак для этой цели подошел идеально. А если здесь немного прибрать, освободить пространство от лишних вещей, смахнуть пыль веков и прогнать снующих по углам крыс, выйдет очень даже неплохой тайник. Однако сейчас обстановка волновала меня меньше всего. Проштудировав вдоль и поперек всю книгу, я так и не смогла найти в ней ни единой зацепки. То ли Тайрос все-таки не воспользовался книгой, то ли ход моих мыслей коренным образом не совпадал с его, только заклинание, использованное магом, до сих пор оставалось загадкой.

Вот и сейчас я, пристроившись на огромном сундуке со старой одеждой, безрезультатно просматривала записи Тайроса. Витиеватые буквы и цифры, написанные рукой мага, серыми мошками начали прыгать в глазах. На одно лишь зелье наваждения в книге предлагали перевести двести жаб, пойманных на третьем болоте королевства в ночь на четвертое число пятого месяца. Я потянулась и перевернула страницу. Тайрос бы никогда не воспользовался предложенным зельем. Во-первых, маг всегда выбирал более простые пути решения проблем, навороченные рецепты с многочисленными составляющими его не интересовали, а во-вторых, Тайрос в жизни не пожертвовал бы лягушкой или змеей, он их очень любит.

Заклинание, обнаруженное мной на следующей странице, не требовало ни постановки эксперимента на животных, ни ночных прогулок по болотам с сачком, зато над его произношением надо было постараться, чтобы не сломать язык. Такое сочетание букв в латинском языке я видела в первый и, надеюсь, в последний раз.

А если Тайрос так и не воспользовался ни одним из предложенных в книге способов, не успел или не смог найти подходящее заклинание?..

На миг мне стало не по себе. Когда я согласилась на эту чертову сделку с вампиром, то до конца не представляла, во что все это может вылиться. Глупо обманывать саму себя: я просто сбежала из королевства, чтобы хоть ненадолго забыть о проблемах, долге, обязанностях, переложить их на плечи Тайроса. Принцессе Хорсиги захотелось поиграть, поискать артефакты, сменить на время наскучившую обстановку, разгадать тайну смерти деда. Только играть пришлось вовсе не по правилам, вполне возможно, что маг, устраняющий конкурентов с пути, скоро доберется и до нас.

– Тайрос, Тайрос, Тайрос… – словно заклинание повторяла я имя мага. – Где же ты сейчас?!

Я потрогала висящий на шее амулет; камень, вставленный в его основание, переливался холодным матовым светом. Вампир вернул мне артефакт вчера вечером, чем крайне обескуражил.

Даже если бы я собственными глазами увидела вампира, ведущего непринужденную беседу о насущных проблемах с Маргаритой, то удивилась бы куда меньше, как этому его поступку. Натан столь долго искал артефакт, чтобы вот так легко с ним расстаться, пусть даже отдать мне?! Как-то не верилось.

С лестницы, ведущей на чердак, до меня донесся мелодичный звон колокольчика, означавший приглашение на завтрак. Если потороплюсь, успею подкрепиться до того, как к столу спустятся эти два непримиримых спорщика, вампир и некромант.

Кстати о еде: как раз вчера, когда Натан столь неожиданно вернул мне амулет, я застала вампира на кухне. Самое удивительное, что тот вовсе не разливал еще теплую кровь по пузатым бокалам, не подбивал летучих мышей на более близкое общение с горожанами и даже не заманивал кого-то из слуг разделить с ним трапезу, все было настолько… комично, что я не сразу обрела дар речи. Правитель Сартана, жестокий и беспощадный вампир, со смаком доедал кусок вишневого пирога, запивая его стаканом охлажденного клюквенного морса.

– Врожденная тяга к красному цвету? Или компенсируешь отсутствие крови сходной по окраске жидкостью? – наконец выйдя из ступора, поинтересовалась я, стоя у вампира за спиной.

Натан вздрогнул, но виду, что его застали врасплох, не подал.

– Поджидаю жертву под покровом ночи, – нашелся он.

Я честно попыталась не рассмеяться, но получилось плоховато. Возможно, вампир отдал мне артефакт в знак того, чтобы глупая принцесса помалкивала о ночной сцене на кухне, и при любом удобном случае заберет его обратно.

Я положила книгу на колени, вспоминая вчерашний разговор и невольно улыбаясь. Поток ветра, ворвавшийся через приоткрытое чердачное окно, зашелестел страницами, остановившись на развороте. Темно-зеленый питон, кольцами обвиваясь вокруг ствола дуба, смотрел на меня вытянутыми зрачками глаз. Я машинально провела кончиком пальца по чешуе, гладкой и блестящей словно атлас, и неожиданно нащупала под картиной какой-то плоский предмет.

Ну конечно, Тайрос при его любви к змеям не мог обойти стороной подобную картинку.

Осторожно надрезав край бумаги, я почувствовала, как сердце забилось в удвоенном ритме. Под книжной корочкой лежала свернутая в несколько раз записка. Листок оказался из очень тонкой, полупрозрачной бумаги и долго не хотел разворачиваться в моих трясущихся от волнения руках.

Глаза наткнулись на знакомый, слегка небрежный почерк. Я ошиблась. Тайрос использовал не только заклинание, но и пентаграмму с определенным подбором рун, чтобы замести следы от своей же магии. Я вскочила на ноги. Желание незамедлительно начертить символы на полу боролось с необходимостью рассказать о находке Алану. Перевес приходился, естественно, на первое – совершенно безрассудное, опрометчивое, поспешное… но желание.

Найдя на подоконнике несколько кусочков мела, я стала чертить пентаграмму прямо на дощатом полу, второпях повторяя руны и постоянно стирая криво получившиеся знаки. Свастику – крест с загнутыми под прямым углом концами – я нарисовала последней, в центре пятиугольной звезды. Оставалось лишь активировать пентаграмму, чтобы снять печать и узнать наконец, где находится Тайрос. Я очертила звезду в круг, тем самым закрыв связь с внешним миром, и вновь обратилась к листу бумаги. Заклинание надо было прочесть задом наперед, переставляя слова в обратном порядке.

Последнее предложение в заклинании удалось мне хуже всего, если первые три строки духи, призванные элиминировать наложенную ранее магию, худо-бедно разобрали, то на четвертой строчке я сбивалась несколько раз, запинаясь и от волнения пропуская слова. В конце концов справившись с текстом, я с тревогой огляделась по сторонам. Да уж, видимо, духов я успела сильно разозлить, потому что до сих пор находилась на пыльном чердаке среди груды старой мебели. Ни намека на место нахождения Тайроса, ни малейшего следа его магии – ничего.

Как-то даже обидно стало. Неужели я до такой степени непутевая?! Постояв пару минут в круге, пригрозив духам развесить по всему замку отгоняющие обереги и перечитав заклинание для верности еще пару раз, я плюнула и раздосадованно запустила книгой в свое отражение в зеркале. Разумеется, промахнулась, угодив книгой в оконное стекло и с успехом его разбив. Что ни говори, а портить казенное имущество у меня всегда получалось лучше всего. На шум тут же сбежалась перепуганная прислуга, под окном ворчливо собралась стража, а на чердак поднялся сам вампир. К слову сказать, он-то и словил выброшенную мной книгу… своей головой.

– Твое? – Натан развернул стул и уселся на него верхом, бросив книгу на сундук.

– Мое вроде бы, – туманно ответила я, пряча ее подальше.

– Это какой-то новый ритуал? – с серьезным видом спросил вампир.

– О чем ты?

– Ты запустила в меня книгой. Думаю, если бы ты захотела проверить мою живучесть, то скинула бы из окна более существенный предмет. – Вампир со знанием дела посмотрел на сундук. – Вот я и интересуюсь: зачем выбрасывать книгу, которую еще недавно с таким энтузиазмом вы искали в архиве?!

– Тебе не понять.

– Вот как. Но я все же попробую. – Натан заметил начерченную на полу пентаграмму.

Я перехватила его взгляд.

– Я нашла в книге послание от Тайроса.

– И…

– И все. Не сработало.

Вампир глубокомысленно хмыкнул.

– Послушай, я сделала все так, как написал Тайрос, но что-то не получилось. После того как я прочла заклинание, печать так и осталась невскрытой.

– Я так понимаю: должна была появиться наводка на магический след Тайроса.

– Да. Теоретически. Но как видишь… – Я развела руками.

– Идем. – Вампир рывком поднялся.

– Куда?

– Ко мне.

Я недоверчиво попятилась.

– Не бойся, вчера вечером я слишком хорошо подкрепился для того, чтобы нападать на маленьких глупых принцесс. Давай шевелись, – безапелляционным тоном велел он.

Комната вампира, расположенная в подвале дальнего крыла замка, была, как бы сказать, предельно просторна. Из мебели здесь обнаружились лишь широкая кровать с пологом и кресло, перетянутое черной тканью, в стоящем рядом канделябре догорали остатки свеч. Единственное окно, находящееся под самым потолком, было наглухо забито досками и для надежности занавешено. Я в нерешительности остановилась на пороге, краем глаза ища укромное местечко, где вампир мог бы припрятать гроб.

– Ты меня все-таки боишься. – Натан наклонился и вытащил из-за кресла дорожную сумку.

– Вот еще, – обиделась я.

– Тогда почему топчешься на пороге, как девица, наткнувшаяся в темном лесу на домик болотной ведьмы?

– Если хочешь знать, я не боюсь ведьм. – Я гордо прошествовала вперед. – Я с ними на короткой ноге.

– Ну-ну, заметно, – закивал вампир. – Это не они тебя магии учили?

– Не они. И вообще, какое тебе дело? Сам-то как воспитывался?!

Натан выудил из сумки свиток и с усмешкой посмотрел на меня.

– Уж не Лукас ли тебе рассказал о моем воспитании?

– А если и он?

Вампир, расположившись на полу, развернул свиток.

– Какое-то время меня воспитывал Бортас. Мой отец… да ты и сама уже поняла, кем он был. В общем, у отца никогда не было свободного времени, а уж тем более на то, чтобы привить мне хорошие манеры. За что я, собственно, ему и благодарен. Мне не нужны ни жалость, ни сострадание, я знаю оборотную сторону слова «жизнь», поэтому и не прячусь за иллюзиями и надеждами, как некоторые.

– Ты стал тираном.

– А разве это плохо?! Кто определяет рамки добра и зла? Маги? Правители? Или, может быть, ты, принцесса?

– Нет, не я. Но вампиров всегда считали…

– Нас всегда считали извергами и кровопийцами. А сами люди? Разве не человек убил оборотня в Аргусе, чуть не прикончил отца этого мальчишки-некроманта и, скорее всего, причастен к пропаже магов?

– Ты все-таки думаешь, что это человек.

– Да. До того как мы познакомились с Лукасом, оборотни и вампиры враждовали, но никто не нападал исподтишка. Это слишком низко для нас. Спроси у своего друга, убьет ли некромант ради забавы? Нас осталось слишком мало, чтобы уничтожать себе подобных, на это способны только вы, люди.

Я отвела глаза.

– Ты подводишь всех под одну гребенку.

– Может, и так, но ты ведь сама понимаешь, что в чем-то я прав. Ладно, поговорим об этом в другой раз, а сейчас посмотри. – Он указал на свиток. – Эту карту дал нам Бортас, когда мы отправились к Карнелио. Помнишь?

– Да, но какое это имеет отношение к поиску магов? Или ты собираешься уехать из Иллиона?

– Нет, если мои предположения оправдаются. Тот талисман, который вы использовали, когда искали книгу в архиве, еще при тебе?

– Держи. – Я сняла обмотанный вокруг запястья шнурок. – Только как он поможет нам сейчас? Мы с Аланом проверяли: Тайрос полностью заблокировал свою магию, его не найти.

– Но ты же прочла заклинание. – Вампир вытянул руку с талисманом над картой.

– Все равно не понимаю, печать ведь не снялась.

– Ты в этом уверена?

– Ничего не произошло.

– Это наводит на определенные мысли, не находишь?

Я еще раз посмотрела на карту. Озарение было не таким долгим, как ожидалось, по крайней мере, вампир не успел съязвить, когда я пораженно опустилась на пол рядом с ним.

– Мавка меня побери. Тайрос здесь, – завороженно глядя на карту, прошептала я. Металлический диск завис над буквой «И». – Он в Иллионе, вот почему ничего не произошло. Заклинание все-таки сработало.

– Верно. С этой минуты мы знаем, в каком направлении двигаться.

– Да уж, теперь нам надо найти черную кошку в темной комнате. Искать мага в Иллионе, среди сотен подобных, это, по меньшей мере, экстремально.

– Но это уже кое-что. Можешь рассказать некроманту, – сделал снисходительный жест рукой вампир и как обычно все испортил.

– Ты мне разрешаешь?! – с вызовом спросила я.

– Ты ведь все равно поделишься с ним новостями. Главное ничего не говори своей прислуге.

– Почему ты так неприязненно относишься к Марго?

– На это есть свои причины.

– То, что ты не воспринимаешь прислугу в качестве людей, хотя и людей особо не жалуешь, еще не дает тебе права указывать, как мне следует поступить.

– Я не указываю. Мне безразлично, расскажешь ли ты о нахождении Тайроса некроманту. Но я прошу не говорить об этом твоей горничной.

– Просишь? Брось, вампир, ты не умеешь просить, я в этом уже успела убедиться. Я лишь не понимаю, какой вред будет от Марго?

Натан убрал карту обратно и пересел на кровать, смотря на меня сверху вниз.

– Если я скажу, что не доверяю твоей горничной, ты мне поверишь?

Я покачала головой.

– Нет, конечно. Марго я знаю четыре года, за все время не было даже намека, чтобы усомниться в ее преданности. И потом, неужели ты думаешь, что Маргарита как-то связана с охотой на артефакты? Она всегда находится рядом с нами.

– Вот это мне как раз и не нравится. Она вынюхивает что-то.

– Она следит за тем, чтобы со мной ничего не случилось. Уж не хочешь ли ты сказать, что Марго и есть наш противник? Да она даже никогда книги по магии в руках не держала.

– То, что ты не видела в ее руках книги, вовсе не означает, что твоя служанка ничего не смыслит в магии. – Вампир покрутил кольцо на указательном пальце.

– Марго точно такого же мнения о тебе. И не она одна. Алан уверен, что ты замешан в убийствах и причастен к пропаже магов. Так кому верить? Вдруг ошибаешься и ты, и Ал?! Маргарита никогда не интересовалась артефактами, она даже в лабораторию деда всегда заходила с моего разрешения. Она к тебе плохо относится только потому, что волнуется за меня. Кроме того, Маргарита выросла в деревне, а крестьяне не очень-то жалуют вампиров, оборотней и прочих недоступных понимаю созданий. Лучше наладь отношения с Аланом, он подозревает тебя во всех смертных грехах.

– Обойдусь без одобрения некроманта.

– Как хочешь. – Я поднялась с пола. – А пока нам надо с чего-то начать. Тайрос в Иллионе, но мы не знаем, где именно.

– В замке Виктора его точно нет. Надо проверить Гильдию.

– Ты разве не доверяешь Бортасу?

– Почему же, Бортас, пожалуй, единственный кому я могу здесь верить. – Вампир с иронией посмотрел на меня. – После тебя, конечно.

– Что я слышу! Вампир доверяет какой-то принцессе.

– Тебе нужна разгадка смерти деда, ты не отступишь пока не найдешь его убийцу. Так что в ближайшем будущем в тебе я не вижу своего врага.

«И зря», – отметила я про себя, но вслух произнесла другое:

– Отчего ты прямо не спросишь Бортаса, скрывается ли кто-то в стенах Гильдии или нет?

– Потому что Бортас знает не больше нас с тобой. Вчера вечером, перед тем как отдать тебе амулет, я был у него. Он рассказал мне то же самое, что и тебе. У тебя с некромантом есть пропуск, воспользуйся им, чтобы проверить Гильдию. Возможно, твой маг прячется где-то там. А я с помощью Виктора осмотрю все дома, где бы он мог остановиться.

– В городе полно магов. Здесь прослеживается магическое поле огромной мощности.

– Пусть так, но рано или поздно тот, кого мы ищем, сделает ошибку.

– Или эту ошибку сделаем мы, – закончила я фразу. – В знак того, что ты мне доверяешь, я могу задать тебе вопрос личного характера?

– Настоящие у меня клыки или причастен ли я к расправе над гномами в горах возле Ландеры пятидесятилетней давности?

– А что, это был ты? – с серьезным видом поинтересовалась я.

– Нет, – едва заметно улыбнулся вампир.

– Вообще-то я хотела узнать, почему ты носишь мантию, если солнце никак не влияет на тебя?

Улыбка пропала с лица вампира, я тотчас пожалела о своем вопросе.

– Если не хочешь – не отвечай.

Вампир встал с кровати и прошел к выходу.

– Потому что через пять минут нахождения под солнцем я сгорю, принцесса.

– Но как же…

Натан приложил палец к губам.

– Это еще одна из причин, по которой я хочу найти последний артефакт. Сейчас я уязвим больше, чем когда бы то ни было. Ты наверняка задавала себе вопрос, в чем заключается моя сила. Пока я не могу показать тебе ее в полной мере.

– А кольцо? В нем находится один из артефактов.

– Кольцо однажды спасло мне жизнь. Оно не прибавляет и не отнимает силу, но подчиняет себе два остальных артефакта, заставляет делать то, что захочет его хозяин.

– Это с его помощью ты подчинил себе оборотней в корчме вместе с Октавиусом?

– И твою охрану, принцесса, – добавил Натан.

– Значит, кольцо действует на всех, не только на людей?

– Да. За одним исключением: оно не повлияло на тебя.

– Что?! – Я еле сдержалась, чтобы не вцепиться в вампира.

– Еще один повод меня возненавидеть. Тогда, возле замка твоей кузины, я воспользовался им, чтобы проникнуть в твое сознание. Но ты каким-то образом меня оттуда вытолкнула, весьма бесцеремонно, замечу.

– Ах я еще должна была тебя предупредить! Да ты права не имел… Впрочем, кому я это говорю!

– Но все же не воспользуйся я кольцом, то никогда бы не узнал, на что ты способна.

Я горько усмехнулась.

– На что же, по твоему мнению, я способна? Влипать в неприятности?

– Это у вас семейное. – Вампир сделал паузу. – Как и врожденные магические способности.

– У нас? Как хорошо ты знал деда?

– Достаточно, чтобы сделать выводы. В любом случае ты себя явно недооцениваешь, – отстраненно произнес Натан и вышел из комнаты.

***

Входная дверь захлопнулась за спиной. Я сделала шаг вперед, с надеждой поглядывая на спину Алана.

– Добрый день. – Ал как всегда само обаяние.

– Все-таки пришли, не думала увидеть вас вновь, – с преувеличенной радостью сказала ведунья.

– Повидали старых друзей, дай, думаем, к вам заскочим. Может, помощь нужна, мертвяка в королевстве зарегистрировать некому, или еще что.

– Ну, с мертвяком как-нибудь в другой раз, хотите работу – поучаствуйте в наборе магов. В этом году в Гильдии очень большой конкурс, мы совсем не справляемся.

– Вы нам настолько доверяете, что готовы дать такую ответственную обязанность? – Алан сел в кресло напротив Афелии, так что мне не за кем стало прятаться.

– А почему бы и нет? Молодых специалистов надо ценить. Вот список, здесь маги, прибывшие в город неделю назад. – Ведунья размашисто черканула на бумаге. – Поставите свои подписи под моей в приемном листе.

Алан с легким недоумением пробежался глазами по списку.

– Здесь есть те, которых я знаю. Не боитесь, что отнесусь к ним предвзято?

– Если бы боялась, не поручила бы вам это задание. К тому же Бортас хорошо о вас отзывался. – Афелия наигранно мне улыбнулась.

– Но как мы определим, кто из магов достоин работы? – Я подошла к окну, количество прибывших заметно возросло.

– Никак, – коротко бросила ведунья. – Вы откажете всем из этого списка.

– Простите, – Алан откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову, – я вас правильно понял: нам следует отказать всем независимо от способностей?

– Совершенно верно.

– Это распоряжение Бортаса? – уточнил некромант.

– Нет.

– Тогда почему…

– Послушайте, молодой человек, вы оба здесь новички. Не думаю, что сейчас самое подходящее время давать мне советы.

Алан закрыл глаза и медленно выдохнул.

– А знаете, вы правы. Время сейчас не самое благоприятное, другое дело – полнолуние. Под покровом ночи многое меняет свое обличье.

Ведунья напряглась:

– Юноша, вы мне угрожаете?

– Что вы! – Ал картинно положил руку на сердце. – Я лишь излагаю факты. Иногда они бывают более убедительными, нежели слова.

Афелия резко встала и указала рукой на дверь.

– Тогда не буду вас задерживать, вы можете приступить к своим непосредственным обязанностям.

– С радостью, – предельно вежливо ответил некромант.

На этом официальная часть церемонии по устройству на работу закончилась, и, судя по громко хлопнувшей за нашими спинами двери, нас ждал блестящий карьерный рост.

– Ал, тебе не кажется, что ты малость переборщил? – осведомилась я, когда мы вышли в коридор.

– Отнюдь. Этой ведунье придется подвинуться. Сделаем из Гильдии приличное заведение.

– Ты-то уж сделаешь, – со смешком согласилась я.

– Лиз, разве Бортас не мог предупредить остальных в Гильдии о цели нашего здесь пребывания?

– Если маг, которого мы ищем, скрывается в Иллионе, любое наше неверное движение приведет к необратимым последствиям. Ты ведь сам не доверяешь Афелии – вдруг она заодно с ним?

– Но пока мы делаем вид, что увлечены порученной работой, вполне возможно, что упустим его.

– Я согласна с тобой. Только другого способа проникнуть в Гильдию и выяснить, здесь ли прячется Тайрос, не существует. Придется втираться в доверие. – Я взяла список из рук Ала. – И попытаться выполнить первую работенку. Чем быстрее мы с ней покончим, тем скорее приступим к осмотру здания.

Когда большая позолоченная стрелка напольных часов подползла к цифре «три», духота окончательно сморила нас, оказавшись посильнее любого усыпляющего зелья. Двадцать пятый по счету маг с надеждой продолжал комкать в вспотевших руках документы.

– Чем вы владеете кроме способности зомбировать насекомых? – зевнул некромант и плеснул в стакан воды из кувшина.

Сутулый мужчина нервно облизнул губы.

– А способность предсказывать погоду в конце каждого месяца подойдет?

Алан закрыл лицо руками и повалился на стол.

– Вам лучше обратить в другое место. Знаете, в Дэйтоне сейчас нехватка кадров, поезжайте туда, – сдавленно произнес он.

Маг тяжело вздохнул и понуро побрел к выходу. Мне стало жаль его. Все же не столь заурядный у него дар.

– Постойте!

Мужчина с надеждой обернулся.

– Мне в королевстве… вернее я слышала, что в Хорсиге как раз нужны подобного рода специалисты. Крестьяне не успевают уследить за своими посадками, жуков этой весной на полях развелось море, погода опять же не радует, то засуха, то дожди хлещут. Отправляйтесь-ка вы в Хорсигу, я дам хорошую рекомендацию.

– Спасибо! – просиял маг. – Большое спасибо!

– Здорово ты! – похвалил Алан, когда осчастливленный маг выскочил из комнаты. – Нам бы так всех пристроить.

– Хотелось бы. Никогда бы не подумала, что в мире так много магов.

– Настоящих магов мало, просто в последнее время эта профессия приобретает все большую популярность. Идут все кому не лень.

В подтверждение его слов в дверь вновь постучали.

– Входите, – произнес Алан.

В проем робко протиснулся худенький паренек, на вид лет четырнадцати, с испуганными пронзительно-синими глазами на веснушчатом лице.

– Вы к нам? – не понимая, что в столь молодом возрасте можно делать в Гильдии, задала вопрос я.

– Я по набору, – застенчиво сказал он, примостившись на краешке стула.

– А тебе не кажется, что ты малость поторопился? – Алан отхлебнул из стакана воды и поморщился. При такой жаре вода, должно быть, теплая и совершенно безвкусная.

Паренек весь сжался, глядя на некроманта своими небесно-голубыми глазами.

– Хорошо, – сдался Алан. – Показывай, что умеешь.

Мальчик моргнул и несмело коснулся кончиком пальца стакана – налитая в него вода мгновенно превратилась в лед, а стекло покрылось толстой коркой изморози с поднимающейся от него испариной.

– А оконные стекла сумеешь заморозить? – оживился некромант.

Молодой маг подошел к окну и проделал то же самое, что и со стаканом. В комнате сразу стало прохладно.

– Принят! – Алан поставил свою подпись.

Мальчишка, прижав бумагу к груди, бесшумно шмыгнул в коридор.

– И пусть потом ведунья попробует что-нибудь сказать, в роли ледяной статуи она будет выглядеть особенно органично. Ну, кто там у нас следующий?

Я посмотрела в список.

– Ал, из твоих краев магичка приехала.

– В самом деле? Я вроде не видел ее, когда просматривал список в кабинете Афелии. Знакомые имена встретил, но не знал, что из Тантоса кто-то приехал попытать счастье.

– А ее, видимо, только что внесли. На списке не успела погаснуть руна активации, – увидела мигающий круг я.

– Как ее зовут?

– Тара, – прочитала я имя магички и, неожиданно услышав резкий хлопок, повернулась к Алану. – Эй, Ал, ты чего?

– Черт, черт, черт!.. Кто наложил на Гильдию удерживающее заклятие?!

– Ты бежать собрался? – удивилась я.

– Убежать, испариться, сгинуть, провалиться сквозь землю – что угодно! – Алан выбрался из-за стола и в панике заметался по комнате. – Лиз, нельзя, чтобы она меня увидела!

Некромант рванул дверцу шкафа, из которого на него посыпались свернутые в трубочку конспекты и ворох теплой одежды.

– Успокойся, что эта Тара тебе сделает? – совершенно не понимая поведения друга, спросила я.

– О! Она на такое способна! – заверил Алан и юркнул под стол.

– Алан, тебя видно, – со смехом сообщила я, разглядывая торчащие мужские ботинки.

– Проклятье! – Некромант резко дернулся и ударился лбом о столешницу. – Я в ловушке!

Дверь распахнулась, на пороге с милой улыбкой на губах замерла молодая девушка с длинными вьющимися волосами.

– Не успел, – обреченно произнес Алан.

Девушка весело тряхнула кудряшками.

– Аланчик, и ты здесь! – Секунда, и она оказалась рядом с некромантом. – Как же я по тебе скучала, ты даже не представляешь.

– Почему же, представляю, – не своим голосом отозвался Ал.

– Ты так спешно уехал, я волновалась. – Тара ласково погладила Алана по светлым волосам. – Бедненький, ударился!

– Тара, что ты тут делаешь? – Некромант сделал пару шагов назад.

– Ну, милый, я же тебе говорила, что собираюсь улучшить свои навыки, а Иллион – идеальное место для совершенствования магии, – произнесла девушка, не спуская нежного взгляда с Ала.

– В самом деле? – Некромант наткнулся спиной на подоконник, дальше отступать было некуда.

– Конечно. – В глазах Тары промелькнуло что-то маниакальное. – Постой, Алан, ты поехал в Иллион специально, потому что знал, что я скоро тоже сюда приеду?

Некромант не нашелся, что ответить, поэтому лишь сглотнул и кивнул от безысходности. Это и послужило Таре сигналом, чтобы повиснуть у него на шее.

– Какой же ты милый! – пропела магичка, но тут ее взгляд наткнулся на меня. – А это кто?

– Лиз. – Обрадованный, что внимание девушки переключилось на другого, Алан высвободился из ее объятий.

– Лиз?! – ревниво повторила Тара.

Я протянула руку, но удостоилась лишь гневного кивка.

– Это к ней ты ездишь постоянно? – напирала девушка.

– Мы с Алом только друзья! – замотала головой я, однако остановить влюбленную магичку вряд ли удалось бы даже сотне безукоризненно подготовленных троллей.

– Элизабет – будущая королева Хорсиги, я ее уже пятнадцать лет как знаю. Мы с Лиз – коллеги, принимаем на работу новых сотрудников, – заметив настрой Тары, поспешил объяснить Алан. – Между прочим, тебя мы тоже должны проверить. – Эту фразу он произнес с особой, роковой интонацией.

Насколько я знаю Алана, подобная интонация означала только одно: Тару, будь она хоть внучкой самого Вальмонта, блестяще одаренной магичкой и спасительницей всего человечества, ни за что не примут.

– Ал, дорогой, разве ты не знаешь, на что я способна? – Тара посмотрела на него, как кошка на мышь.

– Знаю! Как раз перед твоим приходом и пытался поведать Лиз о твоих феноменальных способностях. Но, видишь ли, в чем дело: мы должны засвидетельствовать наличие у тебя врожденных способностей к магии. Таковы правила. Верно, Лиз?!

– Да, – подтвердила я.

– Ну, если таковы условия… Что мне надо обратить?

– Вот, попробуй свои силы на этом. Лиз, сними, пожалуйста, с шеи свое украшение, – подмигнув мне, официальным тоном попросил Алан.

Я покорно подала ему амулет и отвернулась к окну, чтобы Тара не увидела довольного выражения моего лица. Мало кто знает, что на артефакты магия не действует, предмет никогда не меняет свого исходного состояния, так что все попытки магички изначально обречены на провал. Тара недоуменно потерла виски, продолжая сверлить взглядом амулет.

– Ничего не понимаю, он даже цвета не поменял, я не говорю уже о форме и объеме, – пробормотала она себе под нос. – Хочу превратить украшение в крысу, но оно совершенно не подчиняется моей магии.

– Возможно, тебе стоит попробовать обратить его во что-нибудь другое? В неодушевленный предмет, например.

– Я пытаюсь. Ничего не получается. Обычно на обращение уходит всего пара секунд.

Алан обошел стол и заботливо протянул:

– Ты долго добиралась, от Тантоса до Иллиона приличное расстояние, отдохни с недельку, а затем приходи вновь.

– Ал, ты волнуешься о моем здоровье?! – оторвавшись от своего занятия, проворковала Тара. – Но мне будет гораздо лучше только рядом с тобой. Запиши меня, а через неделю я опять пройду испытание. Ты же в курсе, что я умею обращать предметы.

Алан прищелкнул языком.

– Э, я бы с радостью. Но, увы, не могу взять на себя подобную ответственность. Если тебя решат проверить, то влетит в первую очередь именно мне.

Девушка заметно помрачнела.

– Тем не менее, ради тебя, – Алан самоотверженно сжал руку в кулак, – я пойду и не на такое.

Магичка охнула от умиления, некромант выдержал нужную паузу, я смахнула несуществующую слезинку. В общем, каждый идеально справился со своей ролью.

– Я подожду. Неделю, месяц, год, сколько потребуется! – Магичка снова кинулась к своему рыцарю.

Алан мужественно выдержал очередную атаку.

– Год – слишком долгий срок, но вот месяц…

Алан вступил на свою территорию, девушки любят героев, сами того не осознавая, наделяя их сплошь положительными качествами и постепенно возводя в статус кумира.

– Как скажешь. – Тара была окончательно повержена своим же творением. – Я остановилась в трактире, что напротив ратуши.

– Я навещу тебя! – чересчур пылко для расстроенного героя пообещал некромант, но девушка, окрыленная столь приятной новостью, этого не заметила, буквально выпорхнув из помещения и не забыв на прощание чмокнуть Алана.

– А ты мне не говорил, что у тебя есть поклонницы.

– О таких предпочитают молчать. Зови следующего, – потирая ушибленный лоб, облегченно вздохнул некромант.

Следующим оказался очередной знакомый Алана. Бледный парень с пепельно-белыми волосами, одетый во все светлое, поначалу напомнил мне привидение. Но, увидев, как некромант по-дружески жмет ему руку, я успокоилась. Привидение не отважилось бы на столь близкое общение с Аланом.

– Давно в Иллионе? – отодвигая в сторону папку с бумагами, весело спросил Алан.

– Недели две. Собирался на ежегодное собрание магов, но меня нашли в самом начале соревнования. Так что решил воспользоваться возможностью и попробовать себя здесь. Говорят, в Гильдии неплохо платят.

– Ты участвовал в испытании? – вмешалась в разговор я.

– Да. Ловко они придумали поиграть с нами в прятки. Многие маги сильны, но вот чтобы скрыть следы собственной магии, тут нужен талант.

– А ты не видел мага по имени Тайрос? Он не очень высокого роста, немного полноват, волосы темные, с седой прядью.

– Описываешь как прожженный инквизитор, – усмехнулся юноша. – Кто же Тайроса не знает, один из моих кумиров. Ужасно хочу попасть к нему в ученики.

– Так ты его видел?!

– Конечно. Маг подобного уровня просто не может не привлечь к себе внимание.

– Как он себя вел?

– А вы за ним следите, что ли? – прыснул парень. – Какие-то странные вопросы задаете.

– Лиз – его ученица, привезла по его просьбе редкое составляющее для зелья, но никак не может найти своего учителя.

Парень с уважением посмотрел в мою сторону.

– Здорово! Ты извини, я же не знал, зачем ты спрашивала. Тайрос вел себя перед испытанием как профессиональный маг, сдержанно и собранно. Даже ссора с Брутом на него не повлияла.

– Ссора?! – в один голос вскрикнули мы с Аланом.

– Ну да. Разругались будь здоров, не разговаривали друг с другом, а ведь вроде бы давние друзья.

– И произошло это именно накануне их исчезновения, – заключила я.

Глава 2. И ты, Брут

Мы возвращались в замок Виктора уже затемно, уставшие и погруженные каждый в свои думы. Несмотря на настоятельные просьбы Афелии отказать всем внесенным в список, мы с Аланом приняли на работу порядка десяти магов, поразивших не то что меня, но и куда более придирчивого некроманта. Возраст и происхождение будущих специалистов нас нисколько не смутили, даже, наоборот, порадовали. Подрастающее поколение обещало обеспечить нарастание миграции с кладбищ и укомплектовку гробов противоупыриными материалами.

Фонари золотыми шарами мерцали вдоль дороги, привлекая на свой обманчивый свет мотыльков. На город опускалась ночь, принеся с собой легкую прохладу и полчища изголодавшихся комаров, тонко пищащих возле уха и то и дело норовивших заказать комплексный ужин из принцессы и ее друга-некроманта. Алан одним щелчком пальцев отбивался от комаров, те сыпались на каменную мостовую подобно моросящему дождику.

– А знаешь, я подумываю остаться в Иллионе. Работа здесь интересная, опять же скучать не придется. Разумеется, после того как найдем магов и выясним имя того, кто напал на моего отца. – Алан хмуро посмотрел себе под ноги и со злостью пнул лежащий на мостовой камень. Камень пролетел добрых пару метров и глухо осел в кустах шиповника. Где-то вдалеке одиноко залаяла скучающая собака, ее позывные тут же подхватили остальные псы. – Ему придется сильно пожалеть о том, что он сделал с моим отцом.

Я притормозила.

– С твоим отцом все будет в порядке. Адриан не из тех, кто легко сдается. Он выкарабкается, если уже не сделал этого.

Алан, опустив глаза, придирчиво рассматривал свои черные ботинки.

– Надо спросить у Бортаса, есть ли в Гильдии зеркала для портала. Хочу связаться с Деймоном, – задумчиво произнес он.

– Я уже жалею, что разбила зеркало в своей комнате. Все бы отдала, чтобы узнать, что сейчас творится в Хорсиге. Отправила туда Нису с посланием, даже не знаю, как в королевстве на него отреагировали. Наверное, так и лежит в ожидании Тайроса.

На небе блеклыми точками высветились первые звезды, молодой месяц разрезал острым боком темное полотно над городом. До носа долетел запах готовящейся еды, защекотав ноздри пряным ароматом, желудок непроизвольно сжался, посылая убедительные сигналы о том, что не мешало бы подкрепиться. Мы настолько замотались в Гильдии, что совсем забыли, когда ели в последний раз.

– В замке найдется кому присмотреть за делами королевства. Меня сейчас больше волнует другое: из-за чего поссорились Брут и Тайрос, – между тем продолжал Алан, время от времени поглядывая на сизый дымок, валивший из печей.

– Предконкурсный мандраж, каждый рассчитывал на победу. Тайрос и без того чересчур раздражительный, а уж в преддверии конкурса становится совсем импульсивным.

– Вдруг Брут узнал что-то об охоте на артефакты?

– Думаешь, пытался сказать об этом Тайросу, но тот не поверил?

– Может быть. А может, Брут оказался не тем, за кого себя выдавал, – подставив лицо прохладному вечернему ветерку, предположил некромант.

– К чему ты клонишь?

– Лиз, чтобы пересчитать по-настоящему сильных магов, хватит и пальцев одной руки. Способности не так просто скрыть. Выходит, что маг, убивший оборотня в Аргусе, нам знаком. Более того, он прекрасно осведомлен об артефактах.

– В таком случае дед его тоже знал.

– Твой дед хорошо разбирался в людях, но одного из них он все-таки пропустил, принял за друга. Если начать перебирать, выйдет не так много претендентов. И Брут в их числе.

– Предположим, что ты прав. Тогда кто второй? – Свернув в городской сад, я не удержалась и сорвала с дерева яблоко.

– Ты считаешь, что их было двое?

– Да, и Натан со мной согласен. В одиночку убийца точно не справился бы, не успел.

– Лиз, Натан вполне способен оказаться этим вторым. – Ал щелчком пальцев переместил яблоко в свою руку.

– Ты опять за свое! – возмутилась я, имея в виду как предубеждения относительно вампира, так и сгинувший в желудке некроманта фрукт.

– Ты можешь мне не верить, но вампир за сто с лишним лет успел изрядно испортить себе репутацию. Я не буду перечислять всех его жертв, но, поверь, их было достаточно, чтобы подозревать Натана.

– Все имеют право на ошибку, – заметила я.

– Все, за исключением правителей. Ты своим же словам насчет вампира не веришь.

Мы пролезли между проржавевшими прутьями ограды, намереваясь сократить путь и быстрее добраться до замка. Прутья были расшатаны и отогнуты на приличное расстояние друг от друга, через такой зазор в неспокойную ночку мог с успехом пролезть мертвяк упитанного телосложения. Впереди на верхушках сторожевых башен начали поблескивать огоньки факелов, отчетливее стали слышны басистые голоса стражи, производившей смену караула. Оставалось пройти одну небольшую улочку, чтобы оказаться на территории замка.

В окне дома, мимо которого мы проходили, неожиданно вспыхнул свет. В ту же секунду дверь слетела с петель и с ужасным грохотом скатилась по крыльцу вниз. Пожилой мужчина, прижимая к груди ребенка, пригнувшись, выскочил наружу.

– Помогите, – все, что успел прошептать он, прежде чем повалиться на деревянные балки.

Ребенок закричал, забарабанил ручками по доскам. Его распашонка оказалась насквозь пропитанной практически черной в свете одиноко качающегося над крыльцом фонаря кровью. Алан подхватил ребенка на руки.

– Что с ним?

– Ничего серьезного, он лишь сильно напуган, – неумело держа малыша, сообщил Ал.

– А чья тогда кровь?

Некромант медленно перевел взгляд на лежащего мужчину. Я подошла поближе, присела и, с трудом перевернув его на спину, расстегнула пуговицы на рубашке. Из зияющей раны на груди обильно сочилась кровь, отчего нельзя было определить обширность повреждения. Края раны, неровные и подрытые, наводили на определенные обстоятельства ее получения. Нехорошие обстоятельства, нехорошие и мертвые.

Алан передал мне ребенка и склонился над мужчиной, пройдясь ладонью вдоль раны. Приятное тепло поднялось вверх, куполом встав метра на три над нами.

– Порядок, затянулась. Сойдет на первое время, – одобрил свою работу некромант.

Из дома послышался звон разбитой посуды, загромыхали кастрюли, словно бригада гномов устроила показательный оркестр пудовыми молотками, черная тень промелькнула в окне. Мы с Алом, не сговариваясь, двинулись внутрь. Первым делом должен был стать поиск невостребованного смертью погромщика.

– Тише! – Некромант вытянул руку, не давая мне продвинуться в глубь помещения.

– Ты что-нибудь видишь?

– Вижу. Беспорядок.

Он воззрился на развешанные пеленки, на осколки глиняной посуды, усыпавшие пол, на тряпье, торчащее из всех щелей. Алан двинулся дальше, стараясь не шуметь, но при этом усиленно хрустя раздавленными черепушками. Вместо двери проход в соседнюю комнату был занавешен полупрозрачной тканью с восточным орнаментом. Драпировка колыхалась, как и положено рисуя в воображении пугающие фигуры, прячущиеся за ней. Ал решительно рванул занавеску на себя. Взору предстала узенькая детская с дубовой кроваткой и прикрепленными к потолку бумажными птицами, вручную раскрашенными синей краской.

– Пусто, – констатировал некромант.

– Не совсем, – уверила его я, пятясь.

На нас с нескрываемым азартом надвигалось странное существо, внешне сильно похожее на кабана. От животного его отличало полное отсутствие шерсти на светло-бурой коже и черные, без признаков зрачка глаза, с мертвецким блеском на самом дне.

– По твоей части, кажется, – сквозь зубы процедила я.

– Первый раз вижу, – заинтересовался некромант.

– Надеюсь, и не в последний. Он с нами не знакомиться пришел. Кто это?

– Не кто, а что, – не спуская глаз с морды зверя, проронил Ал. – Дух какой-то.

– Какой-то?! – решила уточнить все досадные неточности я.

– Откуда я знаю, что за живность жители Иллиона держат у себя в доме? – огрызнулся Алан.

– Если ты не поторопишься с заклинанием, мы так и не узнаем, – оценив настрой твари, пообещала я.

– Я стараюсь, Лиз. Не торопи меня. – Алан быстро листал свою извечную небольшую книжку в серебряном переплете.

– Что ты! О спешке в таком обществе не может идти и речи, – не сводя глаз с духа, проворчала я.

Некромант скороговоркой зашептал заклинание, выбросив вперед сомкнутые в замок руки. Взорвавшая воздух руна замерцала неоновым светом. Тварь равнодушно лязгнула зубами и зарычала, готовясь к атаке и одновременно показывая нам остроту заточенных клыков.

– Странный дух. Не похож ни на одного другого, что я изучал, – сообщил мне Алан, воодушевившись открытием.

Зверюга, устав ждать от нас каких-либо действий, с не меньшим воодушевлением кинулась на выбранную цель.

– Сейчас не время вносить в книгу редкие виды. – Я пискнула, уворачиваясь от удара, клыки задели бедро, разодрав ткань брюк. – Алан!

– На него не действует стандартное заклинание изгнания.

– Я это уже поняла, – покрепче прижимая к себе орущего младенца, сказала я. – Маленький, ну тише, тише. Сейчас дяденька некромант нас всех спасет… если будет что спасть.

Ребенок неожиданно умолк, вцепившись несвойственной малышу хваткой в висящий у меня на шее амулет. Маленький ротик вытянулся в улыбке, для надежности пустив пузыри и попробовав длинную цепочку на вкус. Через секунду руна вспыхнула и погасла, выполнив свое предназначение.

Зверь задрал голову к потолку и за неимением луны завыл на люстру, его силуэт приобрел шаблонный вид, местами исчезнув. Духа, по всей видимости, засасывало обратно в его мир.

Малыш засопел, закрыв глазки и не выпуская из рук амулета.

– Ли-и-из! – нараспев позвал меня Алан.

– Да-а-а? – убаюкивая мальчугана, подыграла ему я.

– Я поня-я-ял.

– Что-о-о?

– Это ма-а-ра.

– Какая еще маара? – вполголоса спросила я.

– Я хотел сказать мара. Духи ночных кошмаров, малыш сам неосознанно вызвал его, а когда успокоился, вернул на место.

– Способный малыш, – одобрила я. – Компенсирует отсутствие игрушек вызыванием духов из потусторонних миров. Смотри, как амулет в кулачке сжал, будто чувствует силу артефакта.

– Надо бы его родственника проверить, или кем он там ему приходится, – вспомнил о раненом Алан.

Мужчина лежал там же, где мы его оставили, хрипло дыша и отплевываясь слюной с примесью крови. Радовало то, что он уже пришел в сознание. Услышав шаги, раненый попытался встать, но лишь приподнялся на одно колено, стиснув рукой затянувшуюся поперек грудины полоску.

– Дух духом, а ему здорово досталось.

– Тебе тоже, между прочим, – серьезно произнес некромант, ощупывая мою ногу.

– И в самом деле, – удивилась я, поскольку совсем не почувствовала боли во время удара. – Потом посмотришь, давай отнесем его в дом.

Мужчина поднял голову, поняв, что последняя фраза относилась к нему.

– Мой сын жив? – Он взволнованно посмотрел на ровно посапывающего младенца.

– Живее некоторых, что наловчился вызывать, будет. Давно он у вас так развлекается? – строго просил Алан.

– Эвон не виноват, что таким родился.

– Постойте, если вы его отец, то почему сами не прогнали дух? – поинтересовался некромант, помогая мужчине встать. – Опирайтесь на мое плечо.

– Он мне не родной. Я нашел его на пороге дома, но не стал отдавать в чужие руки, уж больно к нему привязался.

– Хм, такая малявка, а уже научился телепортировать, – покачивая Эвона, произнесла я.

Мы вернулись в дом, уложили на кровать счастливого родителя, пристроив рядом не менее счастливого сына с артефактом мировой значимости в зажатом кулачке.

– Извините, совсем забыл поблагодарить вас за то, что спасли Эвона. Меня зовут Роланд, – смущенно представился мужчина.

– Скорее уж он нас спас. Вы живете один? – Я достала из верхнего ящика комода чистые простыни и, разорвав их на полоски, передала Алу.

– Не совсем. Сдаю комнаты постояльцам. Знаете, в Иллион постоянно съезжаются маги, а мест на всех не хватает. Вот и останавливаются у меня, лишние деньги никогда не помешают.

Некромант отыскал тазик, налил в него воды из ведра, стоящего в углу, а затем, достав из кармана крошечный пузырек, добавил пару капель черной жидкости. Вода тут же окрасилась с серый цвет.

– Наутро от ран не останется и следа, – пообещал Алан, накладывая на грудь Роланда смоченные полоски ткани. – А где постояльцы сейчас? Отчего не помогли вам?

– Последний съемщик отправился на соревнование и пропал. Правда, говорили, что не стоит волноваться из-за исчезнувших людей, мол, в этом и заключается суть испытания. Хотел прибрать в его комнате, но дверь оказалась заперта. Может, и к лучшему, не люблю в магических штучках копаться.

– И постоялец до сих пор не объявился?! – Ал наморщил лоб. – Везет вам на сильных магов, остальных претендентов на победу уже давно отыскали.

– Да мне-то что. Главное, чтобы платил исправно, – приподнялся на локтях Роланд. – Здорово вы Эвона успокоили, я-то с ним никак не справляюсь, сноровки нет, да и годы дают о себе знать. Всю неделю мучался, ночью у его кроватки сидел. Успевал только на базар сбегать, молока купить парного.

– У вашего сынишки хорошо глаз наметан, – аккуратно освобождая из маленьких пальчиков амулет, засмеялась я.

– Это точно, – согласился Роланд.

– Не припомните, как зовут мага, что у вас остановился? – вдруг проявил любопытство Алан.

– Помню. Имя у него короткое, легко запомнить – Брут.

Мы с Аланом обменялись взглядами.

– Что-то не так?

– Э-э-э, кхм… знаете… – Некромант вновь полез в карман. – Мы ведь почему поблизости оказались: проверяли, все ли в порядке в ночные часы в городе. От прибывших магов можно ожидать чего угодно. Одни черной магией балуются, другие в подворотнях запрещенные заклятия пробуют. За всеми не уследишь. – Ал протянул пропуск со штампом, выданный нам в Гильдии. – Разрешите проверить комнату вашего постояльца на наличие незаконных, опасных для жителей предметов.

– Действительно, – подхватила я. – Вам с Эвоном спокойней будет, зная, что бутылочка с каким-нибудь опасным зельем не разобьется.

– Конечно. Только вы уж сами поднимитесь к нему в комнату, я пока тут полежу, в себя приду, – попросил Роланд.

Комната, которую занимал Брут, находилась на втором этаже дома, сразу напротив лестницы. Дверь, как и говорил Роланд, была закрыта на опечатывающее заклинание.

– По крайней мере, до нас здесь никто не успел побывать, – прислонившись к косяку, констатировала я.

Алан легко толкнул дверь, коснувшись пальцами дверного замка.

– И все?

– Ну да.

– Я думала, снять заклинание не так просто.

– А кто сказал, что это просто? – Алан показал руку, на ладони четко отпечатался знак, состоящий из двойного креста с мелкими штришками на поперечных полосках. – Не будь я некромантом, давно бы получил хорошую порцию проклятия. – Он распахнул дверь. – Прошу!

Под потолком вспыхнули свечи, вставленные в бронзовый свечник, на стенах замигали их вытянутые тени. Окна, занавешенные тяжелыми шторами насыщенного зеленого цвета, первыми привлекли внимание, затем я увидела книги, занимающие все горизонтальные поверхности. Брут, как и Тайрос, искал подходящее заклинание, чтобы продержаться дольше остальных магов на испытании. Напротив окон прямо на полу лежал матрас с аккуратно заправленным стеганым одеялом и белоснежными подушками, педантично сложенными одна на другую.

– Он вообще здесь ночевал? Такое чувство, что на матрасе никто не спал.

– Готовился к испытанию. Что Брут, что Тайрос – оба придавали этому большое значение. – Я раздвинула шторы и открыла окно: из-за того, что здесь долго никто не появлялся, воздух в помещении стал спертым.

– Должна быть какая-нибудь подсказка. – Алан взял одну из книг, лежащую на подоконнике. – Запрещенные заклинания?! А Брут, оказывается, не промах. На эту книгу в магическом мире давно наложили табу.

Я перехватила у него книгу, угольно-черная обложка показалась мне знакомой.

– Брось, Ал. Ты же ее лет двенадцать как прочел. Скажешь, она значилась в списке заданной на лето литературы? – вспомнила я, как Ал прятал ее под подушкой.

– Мне положено по профессии. А вот Бруту вряд ли разрешили пользоваться такими заклинаниями, они все относятся к черной магии.

Я кинула книгу в сундук и захлопнула крышку, закрыв на замок. Не хватало еще, чтобы ее увидел кто-нибудь из посторонних.

– И что? Думаешь, его не могут найти, потому что Брут воспользовался запрещенным заклинанием?

– Не знаю, все возможно. Уже сам факт, что мы нашли книгу по черной магии, многое говорит о ее владельце.

С улицы донесся топот конских копыт, расплывчато мелькнули огни факелов. Я высунулась из окна, успев разглядеть лишь спину последнего всадника, недовольно сыпавшего самыми отборными выражениями в адрес начальника смены, заставившего его в столь поздний час совершать очередной рейд по ночному городу.

Алан продолжал искать следы остаточной магии, переворошив одеяло и приставив матрас к стене. Осталось только разрезать спинки стульев и проверить двойное дно у картин.

– Насколько я знаю, Брут вел дневник, – вспомнила я, забираясь на подоконник. – По крайней мере, так мне сказала Флор.

Ал смахнул со лба спутавшиеся кудри и запустил в меня подушкой.

– Дневник?! Любопытно. Даже самые опытные маги зачастую раскрывали свои секреты из-за незначительных на первый взгляд вещей. Выкрадут дневник, считай, все тайны всплывут наружу.

– Сомнительно, что Брут стал бы рассказывать о своих секретах в дневнике. Да и тот факт, что он накануне поссорился с Тайросом, ни о чем не говорит, они могли повздорить из-за чего угодно. Мы вот с тобой тоже частенько спорим из-за ерунды. – Я уткнулась лицом в подушку.

– Но дневник во многом бы нам помог. – Алан заприметил на стене странную тень – из-за косого света свечей прямоугольный предмет был увеличен в несколько раз – и, привстав на цыпочки, достал со свечника тонкую тетрадку, обернутую в тонкую выделанную кожу. – Сдается мне, что ответы сами плывут к нам в руки. Сначала книга из архива, потом артефакт, а сейчас и дневник Брута, – обрадовался удаче некромант.

– С одной маленькой поправкой: артефакт нам подкинули, и еще неизвестно, по какой причине. – Я нащупала амулет.

– Лиз, ты становишься слишком подозрительной. Общение с вампиром на тебя плохо влияет. – Алан уселся на подоконник рядом со мной и развернул дневник.

– Это общение со мной на него плохо влияет, – возразила я и тихо, чтобы не услышал Ал, добавила: – Знал бы ты, за каким занятием я его недавно застукала.

Некромант некоторое время возился с тетрадкой, пытаясь найти подвох.

– Чего ты ждешь? – нетерпеливо спросила я.

– Что-то здесь не так, – заговорщическим тоном произнес Ал, ногтем царапая бугристую поверхность дневника.

Я подавила смешок. И некромант еще обвиняет меня в излишней подозрительности!

– С чего ты взял?

– Брут бы непременно закрыл дневник от посторонних глаз, а здесь нет даже элементарной руны защиты.

– Тем лучше для нас. Бруту самому было бы неудобно каждый раз, открывая дневник, снимать с него защиту. Оставь свои некромантские суеверия, будто каждый маг обязательно должен наложить на свое имущество самое убойное заклятие, которое сглазило бы любопытного и всю его родню до седьмого колена. Если тебе дорогу перебежит черная кошка, ты же не повернешь назад?

– Почему, поверну. Отмою дома кошку и подарю твоей кузине, – беспечно признался Алан, но все же перевернул первый лист.

Мы разочарованно вздохнули. Дневник был чист, о чем свидетельствовали страницы, хрустящие обманчивой новизной под пальцами.

– Ну, что я говорил?! Вот и подвох. Магическая шифровка, разберусь потом, – сунул его под мышку Алан.

– Значит, Брут тоже пропал. Будь он причастен к убийствам, непременно вернулся бы за дневником. Он ведь скрытен, даже Тайросу о портале, проходящем через фонтан, не рассказал. Нет, Брут точно не оставил бы свою вещь в чужом доме.

С лестницы донеслись стремительные шаги, пронзительно заплакал разбуженный Эвон.

– Как-то быстро Роланд пришел в себя, – удивилась я столь уверенной поступи.

– По-моему, это вовсе не хозяин дома.

– А кто?

В ответ на мой вопрос жалобно подскочила и ударилась об стену дверь, на пол посыпалась штукатурка. В проеме застыла высокая фигура в черной мантии, прошедшаяся недобрым взглядом по присутствующим и недовольно сконцентрировавшая внимание на мне.

– Ты-то что здесь делаешь?! – Таких бешеных глаз я у вампира не видела давно.

Я спрыгнула с подоконника и невинно развела руками, намекая на добродетель своих намерений.

– Как ты мне надоела! Не сидится на месте, принцесса?! – Натан зло хлопнул дверью, чуть не пришибив топчущуюся на заднем плане стражу.

– Минуточку! Я, между прочим, тут вполне оправданно, мы с Аланом отгоняли духа, – разозлилась я.

– И как? Удачно?! – ехидно осведомился Натан.

– Ну да. Дух исчез… сам, – не к месту вставил Алан.

Вампир скрестил руки на груди.

– А сам-то ты что здесь делаешь? – перешла в атаку я.

– Если помнишь, я собирался проверить горожан от имени Виктора, самостоятельно поискать магов. Но, вижу, меня опередили чересчур любопытная принцесса и ее юный друг.

– Поосторожней, вампир. Возраст не помешает мне наслать на тебя проклятие. – Алан артистично вскинул руку.

– Да? Если бы ты мог, давно отправил бы меня подальше от этого мира. Но я все еще здесь. – Вампир двинулся в глубь комнаты.

Стража робко поскреблась в дверь и, не дождавшись, пока ее впустят, бочком протиснулась в проем, став вдоль стенки.

– Кхм… правитель, нам схватить мага по имени Брут? – несмело кашлянул шкафоподобный начальник стражи.

Натан резко развернулся, так что охрана по стойке «смирно» втянулась в стену.

– Ты его где-то видишь?! – рявкнул вампир.

– Вон, – трясущимся пальцем ткнул тот в сторону Алана.

– Вообще-то я некромант, – добродушно представился Ал и дружески похлопал начальника стражи по плечу.

Мужчина при упоминании профессии Алана отскочил как ошпаренный, до конца не решив, что лучше: попасть под горячую руку вампиру или быть сглаженным сомнительно приветливым некромантом.

– Откуда ты знаешь о Бруте?

– Надо полагать, оттуда же, откуда и ты, принцесса. – Натан оценил степень беспорядка и бесцеремонно схватил меня за локоть.

– Думаю, искать здесь Брута не имеет смысла. Вы оба уже изрядно поработали, поэтому пойдем прогуляемся, заодно расскажешь мне, что за дух привлек внимание ее высочества.

Я едва успела притормозить на лестнице, чтобы носом не сосчитать все ступеньки, и неподъемным грузом повисла на руке у вампира.

– Сама пойду! – во всеуслышание гордо возвестила я и на прощание помахала Роланду и Эвону свободной рукой.

Вампир, чертыхнувшись, по пальцам разжал кисть, я мельком отметила, что на руке, скорее всего, останется приличный синяк.

На улице Натан запрыгнул на коня и, особо не давая времени на размышления, подхватил меня и усадил впереди. Конь эффектно встал на дыбы, в небе полыхнула молния, предвещая скорый дождь, и мы картинно, как и полагает вампиру и его жертве, понеслись по мостовой.

Дождь мелкими осторожными каплями приноравливался к земле, одновременно успевая попасть и на мой нос. Я почесалась, разглядывая ночное небо.

Наконец мне надоело молчать:

– Мы нашли дневник Брута.

– Как тебя угораздило оказаться в этом доме? – Вампир ослабил поводья, вороной конь послушно перешел с галопа на спокойный шаг.

– Ты хотел спросить, как я там очутилась раньше тебя? – подметила я. – Помогали Роланду, хозяину дома, и случайно выяснили, что Брут неделю назад остановился в одной из комнат. А тут врываешься ты и устраиваешь допрос, кстати, даже не выяснив, в чем дело.

– Мне хватило увидеть тебя, чтобы понять, – над самым моим ухом произнес Натан. – Значит, вы тоже наткнулись на след Брута.

– Мы нашли лишь его дневник, больше в комнате нет ничего интересного. Подожди, а как ты узнал, что Брут остановился именно здесь? – Я устроилась поудобнее.

– Засекли его магию. Долгое время Бортас не мог определить даже приблизительное местонахождение мага, а тут час назад появляется в замке и говорит, что нашел его. Естественно, Виктор выделил людей, чтобы поймать мага.

– Поймать? Ты думаешь, это Брут? – Я поежилась, дождь заметно усилился, входя во вкус.

– Бортас принес доказательство. – Хмурый голос Натана не предвещал ничего хорошего. – Подставь руку.

Сначала моей ладони касались лишь капли дождя, но затем я почувствовала, как на нее опустилось что-то круглое и холодное. Я поднесла предмет поближе к глазам, в темноте на медной поверхности нечетко проступали слова заговора, выбитые на монетке с небольшой дырочкой для цепочки посредине.

– Я его уже где-то видела, – напрягла память я.

– У своего дружка, амулет принадлежит его отцу, Адриану. Вернее будет сказать, принадлежал. В тот вечер, когда напали на некроманта, с его шеи сняли этот амулет.

– Верно. Алан еще подумал на тебя, будто ты его украл.

– Да, у твоего друга явно не все в порядке с логикой. Зачем вампиру амулет против нечисти? В моих руках он не имеет никакой силы. Оставь его себе, потом отдашь некроманту.

Мы проехали мимо сторожевой башни, густо обсаженной ракитником.

– Все-таки это был Брут? Не верится. Я с детства знаю его, он лучший друг Тайроса, да и Флор никогда не обвинила бы его в подобном.

– Хорошая маска для убийцы. Бруту доверял твой дед, считал другом Тайрос, Адриан мог впустить его в свой дом, к тому же он довольно сильный маг. А с помощью последнего артефакта подавно стал неуязвимым.

– Где Бортас нашел амулет?

– В личных вещах Брута. Перед испытанием маги сняли с себя все магические штучки, чтобы пользоваться исключительно своими знаниями и способностями. Бортас вспомнил об этом совсем недавно и решил проверить свои догадки.

– Подожди. Если вы засекли магию, то Брут должен находиться в доме. Но ведь там никого не было. Или мы плохо искали, и маг прячется именно там? – Я вытерла с щек капли дождя.

– Сейчас я бы сказал, что всплеск магии Брута создан лишь для отвода глаз. Возможно, Брут догадывается, что мы его ищем, вот и сбивает нас с пути.

– Но мы с Алом нашли дневник, правда, он чист, однако Ал постарается его расшифровать.

– Пусть не теряет время, если дневник – очередной блеф, он только больше запутает нас. Лучше продолжайте искать в Гильдии.

– Там глухо, – безнадежно покачала я головой. – Афелия диктует свои порядки, у Бортаса нет времени, а нас загрузили на месяц вперед.

– Вот и отлично. Хоть там ты будешь под присмотром и не наделаешь новых глупостей. – Натан остановился возле конюшни, за разговором я и не заметила, как мы подъехали к замку. – Слезай.

Вампир спрыгнул с коня и подал мне руку. Я уставилась на нее, как жертва на будущего палача. Но все же слезла и только сейчас поняла – мы ехали на лошади Натана, которую Флор вместе с кучером должна была прислать в Иллион.

– Подожди. – Он пристально посмотрел на меня. – Сегодня я вел себя слишком грубо.

– Только сегодня? – уточнила я.

– Я не хотел причинить тебе боль. – Он блеснул в темноте глазами, переведя взгляд на оставшиеся на моем предплечье отпечатки его пальцев, уверенно набирающие цвет отменного синяка. – Я не должен был так поступать.

– Да ладно. Считай это моим вторым боевым ранением, – чувствуя, что краснею, отмахнулась я.

– Значит, было и первое? – Брови вампира поползли вверх.

Я торжественно показала ему ногу с разорванной штаниной:

– Не считая нападение оборотня в корчме.

– У тебя кровь, – мрачно заключил Натан.

– А ты что, голодный? – весело отозвалась я. – Пустяки, надо лишь промыть водой и обработать.

– Ты вновь ищешь неприятности на свою голову. – Тон вампира стал ледяным, как во время нашей первой встречи.

– Это моя голова, имею на нее полное право! – резонно ответила я.

– Не имеешь, пока мы не нашли артефакты. Найдем, тогда делай с собой что хочешь, хоть мертвяков грамоте учи!

– И буду! И вообще, хватит мою руку держать, я устала и хочу есть.

Натан очень медленно отпустил востребованную мною конечность, в самый последний момент на секунду прикоснувшись губами к месту, где остались следы его пальцев, а затем схватил коня за поводья и скорым шагом направился в конюшню. Я, открыв рот, глупо таращилась ему вслед. Непредсказуемости вампира можно только позавидовать. Сейчас он холоден и раздражителен, а спустя мгновение проявляет заботу и сострадание, которые тут же перерастают в эгоизм и вспыльчивость. И так по кругу.

Я потерла щеки, они до сих пор пылали, несмотря на тонкие струйки холодного дождя, катящиеся по ним. Ветер меланхолично погнал тучи на запад. Если бы он смог точно так же прогнать все заботы…

В окнах первого этажа горел свет. Судя по всему, повар еще не успел покинуть свое повседневное место работы и до сих пор боролся с остатками грязной посуды и недоеденного ужина. Мысль об ужине энергично поддержал и мой желудок. В конце концов, принцессу всегда обязаны накормить, заявись я даже ночью и попроси банальную яичницу. Интересно, Алан уже в замке или все еще мило беседует со стражей? Не люблю есть в одиночестве.

Неожиданно остро кольнула нога, я ойкнула. Надо было послушаться Ала и обработать рану, кто знает, какие нынче духи пошли. Вдруг у него была ядовитая слюна или того хлеще? Я тревожно огляделась. До входа в замок надо было преодолеть приличное расстояние. Пройти которое на обеих ногах не составило бы и труда, но ковылять на одной, как заправский пират с деревянной палкой вместо конечности, было немного проблематично. Я, прихрамывая, сделала пару шагов, обреченно взирая на чернеющую арку. Дистанция если и сократилась, то разницы я не увидела. В паре метров от меня обнаружилась беседка с укрепленной по бокам сеткой, через прутья которой просовывала свои длинные веточки вишня.

Выбирать из двух зол меньшее долго не пришлось, спустя минуту я уже добралась до беседки, скинула туфли и стала ощупывать ногу, изредка давая характеристики всему происходящему. Рана оказалась неглубокой, но саднила изрядно. Ко всему прочему она оказалась пропитана густой, противной слизью.

– Не мог духа попристойней вызвать, чем они его кормили?! – пробурчала я себе под нос.

Кое-как убрав слизь разросшимися около беседки лопухами, я прокручивала в голове лекции Тайроса. Подходящее заклинание так и не вспоминалось. Нет, конечно, знания всплывали, но тут же шли на дно, влекомые посторонними мыслями. В итоге я с горем пополам вспомнила заклинание левитации, и все бы хорошо, если не вспомни я вдобавок и условия его применения. В этом плане темное время суток однозначно не подходило, а само заклинание грозило выйти мне боком. Подбитым боком и несколькими сломанными ребрами, ибо летать ночью, ничего не видя в радиусе двух метров, было рискованно.

От нечего делать я устроилась поудобнее и закинула руки за голову. Придется сидеть здесь до утра. Неожиданно в кустах кто-то завозился, хрустнули ветки, на землю посыпался ворох молодых листочков. Я подпрыгнула на месте, не ожидая увидеть спасителя так скоро. Неужели Алан меня потерял и, не доискавшись в замке, решил проверить сад на наличие раненой подруги? Или еще лучше: вампир разом обрел всю доселе неиспользуемую совесть, и она отыгралась на нем по полной программе. А может, и то и другое? Я быстро приняла самую безмятежную позу брошенной страдалицы и стала поджидать своих избавителей. Избавители особо не торопились.

– Я здесь! – решила я направить их в нужную сторону.

В кустах закопошились с удвоенной силой, между ветками зажглись отнюдь не приветливым кладбищенским светом два огонька. Я замерла, осознав, что меня соизволило посетить существо явно загробного происхождения.

Глава 3. Лицо под маской

Костлявые руки раздвинули ветки, в слабом свете половинчатой луны выпрямилась жилистая фигура, с основном состоящая из серых кусков сгнившего мяса и внутренностей, проступающих сквозь сломанную грудную клетку. Горящие глаза уставились на меня с нескрываемой злостью. Для завязывания разговора сложившаяся атмосфера не совсем подходила, но я все же попробовала.

– Эй, вы заблудились? Кладбище далековато, за пределами города. Вряд ли смогу проводить вас до дома, – предприняла я попытку пойти на контакт с местной нежитью.

Мертвяк уверенно двинулся в мою сторону, откровенно набиваясь в компанию.

– Хотя, с другой стороны, почему бы и не показать столь милому… Вы когда усопли, простите? Видимо, недавно, выглядите превосходно. – В панике я закрутила головой по сторонам.

Собеседник оказался на редкость молчаливым, предпочтя перейти от слов к делу. К какому именно делу, мне подсказала зажатая в руке орясина. Я прислонилась спиной к железным прутьям, нервно разминая пальцы.

– Сейчас, сейчас, – успокаивала я саму себя. – Хуже вампира все равно ничего быть не может.

Когда нас не разделяло и пары метров, я сконцентрировалась на деревянной перекладине, прибитой над входом в беседку. Дерево полыхнуло не сразу, поскольку намокло от дождя, но благодаря моим усилиям все-таки разгорелось, создав огненный рубеж. Мертвяк, как и любая нечисть, боялся света в любом его проявлении, а потому не мог проникнуть в беседку через вход.

Заскрежетали металлические прутья решетки, он решил пойти к своей цели напролом. Я встала посередине беседки, наблюдая за его действиями, если бы не больная нога, давно задала бы стрекача.

И вообще, откуда на территории замка нежить? Разве у Виктора нет на службе магов, способных обеспечить своему правителю и его гостям должную защиту? Город набит магами, как муравейник, Гильдия не знает, где взять свободные места, а по саду фривольно разгуливают мертвяки. Вот выберусь, устрою им такую взбучку!..

Осталось только выбраться.

Решетка медленно, но верно прогибалась под натиском. Между ней и деревянными балками беседки образовался зазор, в который мертвяк тут же просунул свою склизкую руку, по лавочке, ощутив вкус свободы, расползлись дождевые черви, прихваченные им из могилы.

– Послушайте, зачем вам какая-то принцесса? Разгорится политический скандал, снесут ваше кладбище. И потом меня ранили, отравитесь же! – прибавила драматизма я.

Но мертвяк был непреклонен и малообщителен, ограничился лишь утробным рычанием и выставлением напоказ сгнивших зубов. Поджечь металл я не могла, а на моем ночном собеседнике не было ничего, что могло бы воспламениться. С каждым ударом решетка поддавалась все больше и больше, удерживаясь всего на паре гвоздиков.

– Отдай мне его! – неожиданно подал хриплый голос он.

– Его? Нельзя ли поточнее? – оттягивая время, поинтересовалась я.

– Отдай!

– Вам нужен амулет?

– Отдай мне!

По всему выходило, что запас слов у него был резко ограничен и достигал трех штук. Я оглядела себя в поисках предмета, на который лаконично намекал мертвяк. Кроме амулета, с принцессы в таком растрепанном виде ничего нельзя было взять. Я заправила цепочку с артефактом внутрь куртки.

– Но вы все равно им не воспользуетесь. – Я отступила подальше и, решив, что все равно терять нечего, осведомилась: – А кто вас подослал? Случайно не Брут?!

– Отдай! – настаивал тот.

– Слушайте, что вы заладили одно и то же? Артефакт принадлежит мне.

Мертвяк рванулся вперед, окончательно снеся решетку, я не успела даже испугаться, лишь выставила руку, надеясь укрыться от удара. Но удара не последовало, вместо него мертвяк огненным шаром взмыл в воздух, пробив крышу, взорвался над садом красочным фейерверком и рассыпался кусками тлеющей плоти.

С минуту я стояла, до конца не осознав, что именно произошло, потом медленно доковыляла до выхода и, сев на мокрую траву, накрыла голову руками. В ушах до сих пор шумело, по всей вероятности, взрыв перебудил весь замок.

– Лиз, с тобой все в порядке?! – Рядом со мной откуда-то оказалась Марго.

– Д-да, кажется.

Я попыталась сфокусироваться на нависшей надо мной Маргарите.

– Что с ней? – Голос вампира показался мне встревоженным. Скорее всего, вследствие пережитого мной – с чего бы ему за меня волноваться? – Что произошло? – Натан опустился на траву возле меня.

– На меня напал мертвяк, – глухо произнесла я.

– Он с тобой что-то сделал?! – Вампир встряхнул меня за плечи, заглядывая в глаза.

– Скорее я с ним. Он взорвался, – равнодушно буркнула я.

Натан был в легкой рубашке и брюках, без своей извечной мантии он выглядел по меньше мере непривычно. Во всяком случае, на вампира он сейчас совсем не походил, даже несмотря на темное время суток.

– Но что делал мертвяк здесь? – Маргарита опасливо посмотрела по сторонам. – Где стража?

– Еще не вернулись с обхода, – отозвался Натан. – Амулет при тебе?

– Да. Я не понимаю, зачем было отдавать амулет нам, чтобы потом опять его забрать?

– Он напал на тебя из-за артефакта? – с недоверием спросил вампир.

– Он хотел, чтобы я ему отдала какой-то предмет, но, кроме артефакта, у меня ничего при себе нет.

– Почему же, есть. – Натан помог мне встать. – А тот амулет, принадлежащий Адриану, все еще находится у тебя?

Я полезла в карман и тут же одернула руку. Монетка была накалена, будто ее только что выковали, а ткань крутки оказалась слегка опаленной.

– Вот почему он взорвался. Амулет сделан специально против нечисти, – осознала я суть произошедшего.

– Амулет некроманта способен отпугнуть слабенькую нечисть вроде мертвяка или вурдалака, в руках вампира или оборотня он просто не сработает, но разорвать нечисть на части он не способен, недостаточно силы.

– Тогда не понимаю, как мне удалось его взорвать. Если только артефакт не увеличил силу амулета… Но как я им воспользовалась?

– Он принадлежит тебе, было бы удивительно, не сработай он в твоих руках. Но что ты делала в беседке?

Я скосила глаза на свою больную ногу.

– Прогуливалась.

Вампир на сей раз решил обойтись без колких замечаний, подхватив меня как тряпичную куклу.

– Поставь Лиз на место! – воспротивилась Марго, но Натан словно не слышал ее слов.

И я в первый раз была ему благодарна за его пренебрежение. Сейчас мне больше всего хотелось оказаться в кровати под теплым одеялом и забыть обо всех неприятностях. Ведь не каждый день узнаешь, что маг, которого ты давно знала, на самом деле предатель, способный подослать к тебе мертвяка. Марго осталась растерянно стоять в саду, крикнув мне напоследок, что зайдет через пятнадцать минут в мою комнату и, если меня там не будет, проклятому упырю сильно не поздоровится. И все же не каждый день узнаешь, что твоя горничная способна дать отпор вампиру, чтобы защитить тебя. И тем более не каждый день узнаешь, что самовлюбленный вампир может проявить понимание, без насмешливых реплик донести тебя до комнаты и даже осторожно опустить на кровать.

– Выключи, пожалуйста, свет. – После полутьмы в саду внезапный яркий свет неприятно резал глаза.

Натан подчинился, но из комнаты не ушел, присел на край кровати рядом со мной:

– Тебе надо вылечить ногу.

– До утра хуже не будет.

– Почему ты никогда не слушаешь советов?

– Потому что я очень похожа на одного упертого правителя, – зевая, ответила я. – Ты хотел что-то сказать?

– Да. С завтрашнего дня мы лишаем Брута права использовать магию.

Я, уже было уткнувшись в подушку, недоуменно повернула голову:

– Думаешь, это поможет?!

– Нет. Это лишь официальное уведомление, так что, если мы поймаем мага твоей кузины, будем иметь полное право его убить.

– А возможна ли ошибка? Если мы все подозреваем не того?

– Исключено, сегодняшним нападением Брут подтвердил свою причастность.

– Каким это образом? – Я приподнялась на подушке.

– Он послал мертвяка за своим дневником, а вовсе не за артефактом. Возможно, именно там и находится разгадка к его местонахождению.

– Но как он подчинил себе нежить? За Брутом никогда не числилось подобных способностей.

– Ты забываешь о другом артефакте, принцесса. Изумруд в браслете и забранная им у некроманта сила теперь у него. Бруту не составило бы труда оживить мертвяка с ближайшего кладбища и приказать ему напасть на тебя. Только он просчитался: дневник забрал твой друг.

– Натан… – Я впервые обратилась к нему по имени.

– Да?

Через приоткрытую дверь бил свет, обрисовывая его темный силуэт.

– Спасибо.

Вампир встал и не спеша подошел к двери.

– Не стоит. Всего лишь должная помощь одного правителя другому, – отчужденно сказал он и захлопнул за собой дверь.

Я хотела запустить в него подушкой, но передумала. Хватит на сегодня приключений, да и потом придется прыгать на одной ноге до порога за подушкой. Спать с комфортом хотелось как никогда. Я подергала больной ногой, ощутив странную легкость в управлении конечностью, но осознать, с чем это связано, так и не успела, сон накрыл меня своим пуховым одеялом с головой.

***

Проснулась я около пяти часов утра, солнце только-только начало выплывать из малинового сиропа утренней зари, калейдоскопом разбрасывая лучи на черепичные крыши. Город спал вместе со своими жителями, заигравшейся в карты стражей, догорающими факелами на выступах сторожевой башни. Я потянулась и критически оглядела себя в зеркало. Интересно, что бы сказал дед, увидь он сейчас внучку в таком невостребованном государственными делами виде?! В шкафу обнаружилось с десяток платьев, любезно предоставленных Виктором, горы женских безделушек вроде сережек, бантиков и шпилек, полка с новыми лаковыми туфельками и несколько кокетливых шляпок. В общем, все то, что так надоело принцессе за все девятнадцать лет ее существования. В углу стояла оклеенная тканью коробка, в ней оказался маскарадный костюм и присовокупленная к нему маска.

Выбор хоть и велик, но ограничен в плане удобства. В этом смысле мне больше пришлись бы по душе обычные брюки и рубашка с курткой. Но неизвестно, что мог подумать о Хорсиге и ее хозяйке Виктор, появись я в таком виде посреди завтрака. Пришлось остановить выбор на одном из платьев, практически лишенном рюшей и оборочек. Я скинула изрядно помятую крутку, сняла брюки, подошла поближе к зеркалу, чтобы рассмотреть вчерашнюю рану, и не увидела ничего, кроме незначительной царапины, пересекающей бедро. Может, ногой ошиблась? Я критически оглядела вторую ногу, та вообще порадовала меня неизвестно откуда приставшим к коже легким загаром. Скептически хмыкнув, я принялась застегивать платье. Маргариту звать не стала, зайду к ней попозже. Она, наверное, переживает из-за вчерашнего. Когда с переодеванием было покончено, а на меня все-таки налезла одна пара туфель, я расчесала волосы и вышла в коридор.

Моя комната была на этаже чуть ли не единственной. Рядом расположилась лишь Маргарита. Хоть вся прислуга в замке жила отдельно, Марго по моей просьбе предоставили соседнюю комнату, отделенную небольшой аркой с мягким диванчиком, расположенным в ней. Лестниц было две, по обе стороны от коридора. Одна являлась частью парадной, застеленной красным ковром, а другая вела в сад, ею я и воспользовалась.

За ночь слуги успели убрать обгоревшие доски беседки, но зияющая черным кругом дыра наглядно убеждала, что саму беседку использовали не по назначению. Сейчас картина произошедшего показалась мне не такой уж и страшной. Мертвяков я усела повидать столько, что хватило бы заселить несколько небольших кладбищ, но вчера он напал слишком неожиданно. Какую роль играет Брут в этой истории с артефактами? Предположим, что желание захватить мир, поработить народ и жить вечно – банальная, заурядная мечта всех деспотов приглянулась и ему. Но какой смысл отдавать мне артефакт, за которым вел охоту?!

Сквозь верхушки деревьев, словно через решето, сочился свет, мягкий и обволакивающий, причудливыми островками покрывающий весь сад. Глядя на солнечные блики, я вспомнила свое королевство. Из окна моей спальни открывался вид на окрестности, казалось, солнце каждый раз перед своим обычным рейдом нарочно заглядывает в окно.

Между яблонями несуразной черной кляксой мелькнула чья-то фигура. Развевающийся плащ то раздувался наподобие паруса, собирая в себя воздух, то опадал складками, обозначая невысокий рост и довольно щуплую комплекцию незнакомца.

«Это уже перебор!» Я зло сдула со лба челку и опрометью кинулась вдогонку, соблюдая дистанцию. Если это тот, кого мы ищем, одной мне не справиться. Фигура проскользнула в калитку, обогнула домик садовника и исчезла за углом. Теперь нас разделяло пара десятков метров. Когда я выскочила за ограду, незнакомец уже успел пересечь улицу и копошился на крылечке выбеленного дома. «Недалеко от замка притаился!» Я ускорила шаг. Беглец продолжал возиться с запором, не предполагая за собой слежки.

Я огляделась. Было слишком рано, большинство горожан еще спали, остальные ограничились распахнутыми окнами, нестройным стучанием кухонных ножей и кормлением нагло горланящих с подоконника кошек. Я приблизилась, бросив предательскую тень на дверь, враз выдавшую свою обладательницу, тянущую руку к капюшону незнакомца. Тот медленно повернул голову, смерив меня недоуменным взглядом карих глаз с длинными подкрученными ресницами. Пикантная родинка над верхней губой решила исход дела.

– Ты? – Я стояла нос к носу с пугливой предсказательницей, предрекшей нам на рынке скорую смерть.

– Я, – немного неуверенно подтвердила она.

– Но как же… – Я растерянно замахала руками.

Гадалка наморщила лоб, вспоминая, где могла меня видеть, хитро стрельнула раскосым глазом в сторону замка и, наконец найдя на связке нужный ключ, толкнула дверь.

– Заходи.

Я послушно проследовала за ней в дом, обильно украшенный изнутри пестрыми вышивками. Из подвешенных к потолку холщовых мешков торчали пучки ароматных трав, на резной подставке стояло зеркало в посеребренной раме.

– Значит, ты все знаешь?! – Она скинула с себя плащ, накрыв им зеркало, и, не дождавшись моего ответа, продолжила: – И, конечно, ты против.

Я с загадочным видом кивнула, не уточняя, против чего.

– Но мы с ним не хотим никого обманывать. И в первую очередь ее, она ведь приходится тебе кузиной.

Кузина у меня в наличии была одна, зато с такими амбициями, что хватило бы на всех родственников вместе взятых. Я снова кивнула. Неужели гадалка говорит о Бруте – придворном маге Флор?

– Я все понимаю, ей будет больно узнать правду, но мы не хотим и дальше скрываться.

– Правду?! Да вы оба предатели! Что вы сделали с Тайросом?

Гадалка недоуменно замерла.

– С каким Тайросом?

– Не притворяйся, сама только что сказала, что в сговоре с Брутом. Скрываетесь от нас и Бортаса.

– А при чем здесь маг его величества? – опешила она.

– Неужели не догадываешься? Бортас устроил испытания для магов, а вы с Брутом подставили Тайроса!

– Да о чем вообще речь?! – Гадалка попятилась. – Не знаю я никакого Брута!

– Тогда о ком ты говорила минуту назад?

– Так о Кейле же! Он такой милый!.. – Ее глаза заблестели, на смуглом лице проступил румянец.

– И невидимый! – добавила я, осознав допущенную ошибку.

Ухажер Флор, испугавший на рынке приставучую гадалку, не терял времени зря. Все же Флор не сильно будет огорчена капитуляцией претендента, она и без того уверена, что Кейл покинул ее королевство по собственной инициативе. Вот где он пропадал целыми днями!

– Он мне цветы дарил! Так смешно: прямо у торговца из-под носа букет уводил, – прыснула она и, спохватившись, загремела посудой. – Вы извините, что так разговаривала с вами. Кейл сказал, что вы принцесса. Просто у вас такое выражение лица было, что я растерялась. Меня Аирой зовут.

– Пустяки. – Я отмахнулась от титула, как от надоедливой мухи. – В Иллионе никто не знает, кто я такая. Виктор даже о приезде правителя Сартана не объявил.

– Да, я знаю. Вы же здесь инкогнито. – Аира смутилась, расставляя на столе тарелки. – И чуть из-за меня не лишились книги. – Гадалка придвинула ко мне пирог. – Вы угощайтесь. Я ведь понятия не имела, что находится в том свертке, когда она заплатила мне за его кражу.

– Она? – Кусок пирога завис на полпути ко рту.

– Женщина в плаще и маске, она заплатила мне деньги за то, чтобы я украла сверток. Кейл разве ничего не говорил?

– Нет.

– Он собирался ее найти, чтобы помочь вам. Я думала…

– Где он сейчас?

– Был в замке. Ваше высочество! – донеслось мне в спину.

Я проскочила мимо стражи, подняв в воздух веер крапленых карт, подергала ручку закрытой двери, поискала Кейла на кухне, но тот не отзывался. То ли он, окрыленный любовью, заперся в комнате и спал, то ли действительно решил в одиночку поиграть в героя. В любом случае невидимку я так легко не разыщу. Я вновь спустилась в сад, раздумывая над тем, куда мог отправиться Кейл.

– Лиз! – окликнула меня с балкона Марго. – Подожди меня, я сейчас спущусь! – выпалила она и, сверкнув босыми пятками, скрылась за занавеской.

Маргариту смело можно было брать новобранцем в эльфийскую армию – не прошло и двух минут, как она появилась на крылечке и сбежала по ступенькам.

– Ты как себя чувствуешь? – поравнявшись со мной, спросила она.

– Как хорошо выспавшаяся принцесса. А ты почему встала в такую рань? В Иллионе тебя никто не заставляет выполнить обычную работу.

– Привычка, – пожала плечами Маргарита. – Прогуляемся вокруг замка?

– Давай, – согласилась я, прислушиваясь, нет ли шагов крадущегося из замка Кейла.

Марго была явно не в себе. Это выдавала ее напряженная поза: чересчур прямая спина, предельно расправленные плечи. Она нервно теребила в руках носовой платок и то и дело спотыкалась на причудливо выложенной из гранита дорожке.

– Ну? – поторопила ее я, следя за ватным облаком, неспешно тянущим за собой другое, похожее на него, словно близнец.

– Что? – оторвалась от своих мыслей горничная, по инерции проследив за моим взглядом.

– Ты ведь хотела что-то мне сказать.

– Я? В общем-то да, – протянула Марго таким тоном, будто предстояло спрыгнуть с обрыва, а от нее требовалось произнести последнее слово. – Помнишь ту бутылочку, что я взяла у Тайроса?

– С зельем?

– Да. Мне кажется, тебе стоит держать ее при себе. – Горничная опустила голову.

– Для чего? Если ты боишься нового нападения, то уверяю тебя: у меня есть на примете кое-что посильнее зелья.

– Нет, ты меня не совсем правильно поняла. Лиз, вампир…

– Марго! Только не начинай. Ваши взаимные придирки мне надоели. Ты даже к Алану относишься с куда больше симпатией.

– Некромант хоть человек, а этот… Лиз, ему от тебя нужно лишь участие в поиске.

– Поверь, я и не рассчитываю на что-то иное. Разберемся с убийствами, найдем третий артефакт – и все! Разъедемся!

– Третий? – Марго вопросительно уставилась на меня. – Их же два?!

– Третий оказался у Натана, – пояснила я.

– И он знает, как им пользоваться? – На ее лице мелькнул ужас.

– Да. Его навыки ты могла увидеть на наших недавних провожатых-оборотнях.

– Тогда тебе тем более стоит носить зелье с собой.

– Что в нем содержится такое, способное обезопасить меня от вампира?

– Я не разбираюсь в зельях, но Тайрос знал, что готовит. Я говорю это тебе не просто так. – Марго остановилась. – Дело в том, что в тот вечер, когда убили короля Хорсиги, я видела вампира, спускающегося через черный ход.

– Что? – с недоверием произнесла я. – Ты видела именно Натана?

– Да, тогда он был без мантии, я разглядела лишь мелькнувшие черные волосы, туго заплетенные в хвост, но его коня я запомнила совершенно точно. Потому и говорю тебе только сейчас, не было времени все проверить. Вчера, когда ты с Аланом была в Гильдии, в конюшню привели лошадей, посланных вслед за нами твоей сестрой. Такого чернильного цвета коня я еще никогда не видела. Я узнала его, вампир был у твоего деда незадолго до его смерти, а учитывая его репутацию, не удивлюсь, что именно Натан стоит за всем этим. Поэтому прошу тебя носить зелье всегда с собой.

– Прекрати! – Я впервые повысила голос на Марго. – Не хочу ничего слушать. Ты говоришь мне это сейчас, когда я едва начала ему доверять!

– Извините, принцесса. – Маргарита чинно присела, навесив на лицо подобающее выражение. – Я лишь хотела вас предупредить. Можете сами спросить у вампира, если, конечно, он признается.

В уголках глаз Марго блеснули слезинки. Я развернулась и деревянной походкой направилась в замок. Мне отчасти было стыдно за свой тон, но признать, что Натан все время врал, было в сотню раз тяжелее.

Алан расположился на этаж ниже, чем я, и, похоже, всю ночь не сомкнул глаз. Он выглядел усталым, на лице залегли тени от напряженной работы.

– А, это ты.

Он был в одних штанах, весь обвешанный амулетами и оберегами, словно пятилетняя девочка, наткнувшаяся на шкатулку с украшениями, оставленную мамой без присмотра.

– А ты кого ожидал увидеть? – Я прошла в комнату и плюхнулась в кресло.

– Мало ли. – Ал потер шишку, отхваченную вчера во время визита Тары.

– Как продвигается работа? – заметив на полу изрядно потрепанный дневник, огарки свечей и просыпанный порошок, поинтересовалась я.

– Потихоньку. Особо ничем порадовать не могу, Брут защитил свои мысли по полной программе. – Алан плеснул в стакан воды и залпом выпил. – Но я люблю сложности. – Он подошел к камину, сгреб немного золы, перемешал с остатками порошка, рассыпанного на полу, выудил из-под кровати склянку с остро пахнущей жидкостью, прибавил пару капель и с улыбкой посмотрел на меня. – Не поможешь?

Я, понятное дело, помогла. После подозрений, упавших на вампира, как град посреди лета, я и сама собиралась поэкспериментировать в поджигательском искусстве. Смесь, приготовленная Аланом, зашипела, словно пойманная за хвост гадюка, и спустя мгновение окрасила лицо некроманта приличным слоем сажи, заодно подкоптив потолок.

– Опять мимо! – вздохнул Ал, вытирая рукой щеку.

– Странные у тебя методы, – признала я. – Ты в Гильдию сегодня собираешься?

– А что, есть возможность не идти?

– Разгадывай свой ребус. Я сама сегодня схожу, попробую поворошить муравейник изнутри.

Алан кивнул, тут же увлекшись новой идеей по рассекречиванию дневника.

– И вот еще что: птичка на хвосте принесла, будто под маской нашего мага скрывается женщина.

– Вполне возможно. Только руководствуясь женской логикой можно подбросить врагам один из трех артефактов, – не очень-то и удивился некромант и, помедлив, добавил: – Лично мне кажется, магов двое. Так или иначе, сначала мы должны понять записи в дневнике, а потом уже делать выводы.

– Ты прямо, как отец, рассуждаешь, – отметила сходство я.

По губам Алана скользнула тень улыбки, он хлопнул себя по коленям и вновь завозился со склянками.

Когда я вышла за дверь, в комнате раздалась пара хлопков и разочарованные возгласы некроманта. Мимо с ворохом королевской одежды пронеслись три хихикающие миловидные девчушки, я поспешила за ними, собираясь напоследок поговорить с Виктором. Смиренно выстояв положенные на одевание минуты (ждать пришлось не слишком долго, правитель быстро выпроводил горничных за дверь, предпочтя одеться самостоятельно), я громко постучалась.

– Входите! – разрешил Виктор.

Он застегивал белоснежную накрахмаленную рубашку с широкими рукавами и бегло читал приготовленную речь. Виктор, как истинно справедливый правитель, собирался снизить для горожан налоги, одновременно повысив свой статус в их глазах, поскольку денег, что ежегодно оставляли приезжающие в королевство маги, с лихвой хватало и на покрытие налогов, и на прихоти его величества.

– Элизабет, вы? – Он поднял бровь и коротко поклонился.

– Приветствую его величество. – Я сделала книксен.

– Взаимно. Что-то произошло? – Он жестом предложил мне присесть.

– Почему вы так думаете? – улыбнулась я.

Меня несколько забавлял наш официальный тон. Я прекрасно знала, что Виктор не в восторге от внезапного визита принцессы Хорсиги, без конца что-то выискивающей в округе, но виду не подавала. Во-первых, правитель был хоть и немного высокомерен, но не конфликтен, а во-вторых, я приехала в сопровождении Натана, которому тот доверял. Я же в свою очередь тихо посмеивалась за спиной Виктора, оказавшегося меж двух огней – пронырливой принцессой, влипающей в неприятности, словно муха в варенье, и ворчащим по этому поводу вампиром.

– На часах еще слишком рано для визитов вежливости, – подметил Виктор. – Выходит, что-то произошло. Есть какие-то новости, связанные с поисками артефакта?

Скорее всего, Натан еще ничего не рассказал ему о вчерашней истории с мертвяком. Так даже лучше, меньше расспросов.

– Я хотела спросить, есть ли в Иллионе места, куда мог спрятаться маг? Та же Гильдия, возможно, в ней найдутся потайные ходы или еще что-нибудь?!

Правитель бросил победный взгляд в зеркало и кивнул.

– Найдется. От Гильдии до замка раньше проходил туннель, лет десять назад там случился обвал, и проход завалило. Не весь, но теперь по нему уже не попасть в замок. Что касается города, не думаю, что здесь осталось непроверенное местечко. Разве только он не прячется среди горожан.

– Нет. Я хотела узнать насчет Гильдии: там лишь один ход, больше никаких пристроек нет?

– Почему? – задумался Виктор. – Проход, ведущий от Гильдии, разветвляется, один туннель давно никем не используется, он заблокирован. В последний раз, когда я был там, на двери висел здоровенный замок.

«Который легко можно вскрыть при помощи магии», – отметила я про себя.

– Другой ведет в атриум, Бортас собирает там магов раз в год. Ну а о третьем ходе я уже говорил. Только почему, Элизабет, вы об этом спрашиваете у меня? Натан знает Гильдию куда лучше, он часто приезжает к Бортасу.

– Не хочу отвлекать его, пусть занимается своими делами.

Голубые глаза Виктора насмешливо прищурились.

– Понимаю.

Решил, что принцесса не хочет посвящать вампира в свои планы. А я сейчас не могу видеть Натана, иначе непременно захочу узнать правду. А если Натан действительно был у деда, пошатнувшееся доверие способно вконец накрыть поиск артефактов. Впрочем, то зелье, что дала мне Марго, все-таки стоит захватить. Сомневаюсь, что оно способно навредить вампиру, но сейчас лишняя подстраховка не помешает.

***

– Что-то вы рановато, – ничего не выражающим голосом сказала Афелия. – И без вашего друга.

– Он занят.

Афелия выглянула из-за занавески, с недовольством отметив традиционную группу желающих поступить на работу, столпившихся перед Гильдией.

– Вчера вы приняли слишком много магов. – Поняв, что Алан не придет, она позволила себе более холодный тон в обащении со мной.

– А вы их видели? – Угрызения совести не слишком-то спешили меня посетить.

– Видела. – Она наглухо зашторила окно и, обмакнув перо в чернила, стала заполнять новые списки. По листку побежала неровная цепочка тонких букв.

Я с минуту помолчала, разговор явно не клеился.

– Тогда вы должны были понять, что мы с Аланом не без основания…

– Милочка, все основания здесь решаю я!

– М-да?! – Я ехидно покосилась на дверь. – А я думала, что в Гильдии все решает Бортас.

Афелия, не поднимая головы, продолжала писать, но заметно было, как ее разозлило упоминание главы академии магии. Буквы врассыпную запрыгали между строчек.

– Сегодня для вас работы нет. В полдень на площадь приедет правитель. – Лед в ее голосе дал заметную трещину, первые осколки уже успели со звоном донести до меня опаску ведуньи перед начальством.

– Виктор собирается снизить налоги, – со знанием дела произнесла я.

Афелия оторвалась от просмотра бумаг, ее брови сошлись в одну линию.

– Как вы смеете говорить о его величестве, как о мальчишке с улицы?!

С языка чуть не сорвалось, по какой причине я смею не только называть правителя Иллиона по имени, но и отзываться о нем в непринужденной форме, однако в дверях появился Бортас.

– Элизабет! Рад вас видеть, и вновь без Натана. Совсем не вспоминает старика! – К уголкам его глаз разлетелась сеть морщинок.

Афелия вздрогнула, имя воспитанника Бортаса как хлыст прошлось по ней. Аира говорила, что под маской была женщина. А более подходящей кандидатуры на сегодняшний день в королевстве не водилось.

– У него дела.

Бортас мягко улыбнулся.

– Хотел сказать, что маги, отобранные вами и тем замечательным светловолосым юношей, прекрасно подошли. Я уже распределил их между Иллионом, Шеленом и Оскосом. – Бортас обмакнул в чернила длинное гусиное перо и расписался в подсунутых Афелией свитках. – Есть успехи в нашем общем деле?

– Небольшие. – Я склонила голову набок, намекая, что в присутствии Афелии подробностей от меня можно не ждать. – Я спущусь в архив с вашего разрешения. Алан просил прихватить для него парочку книг по некромантии.

Ведунья бросила на меня подозрительный взгляд, но промолчала.

– Конечно. Книги полностью в вашем распоряжении.

Я поспешно выскочила в коридор и побежала по лестнице в подвал. Доступ в архив есть не у всех, так что осмотреть туннель я смогу без постороннего вмешательства. А главное под надежным предлогом.

Коридор слева от архива сразу же шел под откос, от стен несло сыростью, а на потолке расстелилась махровым ковром плесень. На облупившихся стенах чернели стертые линии рун, потерявших свою силу, как когда-то потеряли подобающий внешний вид. Редкий посетитель отважился бы сократить путь до замка, даже не засыпь конечный отрезок туннеля обвалом. Туннель спускался все ниже и ниже вглубь, давя практически материальной тишиной. Лишь стук каблуков туфель глухо несся впереди меня, оповещая заброшенный ход одиноким эхо. Однако небольшой отголосок некогда мощной магии еще сохранился, его даже хватило на небольшие искры, от которых разгорался огонь на скрещенных друг с другом факелах.

Впереди замаячила ржавым пятном дверь, сразу за ней, как и говорил Виктор, туннель разветвлялся: одна из них была перекрыта точно такой же дверью, украшенной замком внушительных размеров, в податливости которого усомнился бы даже профессиональный воришка.

Я азартно облизнула губы и сжала руку в кулак. Видел бы меня сейчас Тайрос. Да что Тайрос, я переквалифицировалась из невнимательной ученицы в гордость наставника, которую провожают из королевства с наворачивающимися на глаза слезами умиления. Замок закачался, с противным дребезжанием пройдясь по железным полоскам, которыми была обита дверь. Дверь вместе с косяком накренилась вперед и тут же рухнула, осыпав меня водопадом грязного песка. Коридор уходил вперед пугающей мглой, теряя свои очертания. Я попыталась что-либо разглядеть, но, кроме серой сетки, вставшей перед глазами, так ничего и не различила.

Была не была, куда-то же этот ход должен вести! Оглянувшись на всякий случай и убедившись, что за мной никто не следит, я двинулась в выбранном направлении.

Вдоль стен факелы отсутствовали, с каждым шагом полоска меркнущего света смешивалась с густой темнотой туннеля, становясь все разбавленнее, пока совсем не угасла, оставшись светлым бликом за моей спиной. Я медлила. Двигаться дальше приходилось в полной темноте, поэтому пришлось воспользоваться магией и пустить впереди себя огненный шар. Но коридор осветило всего на пару секунд, огонь взметнулся под потолок и, шипя, паром скатился вниз. Я успела увидеть три руны блокировки магии, залепленные паутиной, но прорисованные довольно ярко. Учитывая, что ходом давно не пользовались и на двери висел замок, их нанесли совсем недавно и с определенным намерением отвадить магов.

Выбора не было. Продвигаясь дальше на ощупь, я в скором времени привыкла к темноте, для надежности каждый раз нащупывая ногой твердую почву и выставив перед собой руки. Минуты тянулись неимоверно долго, словно трехсотлетние черепахи, выползающие на берег и постоянно утаскиваемые обратно нахлынувшей волной. Не в силах сказать, какое расстояние прошла от начала туннеля, я неожиданно наткнулась на что-то холодное, в обхвате занимающее меньше метра. На ощупь это представлялось каменной глыбой с рельефной поверхностью, возможно даже, кто-то оставил здесь статую, к примеру, бывшего правителя Иллиона, родственника Виктора, или еще что в этом роде. Глыб оказалось несколько, они располагались на некотором расстоянии друг от друга и были приблизительно одинаковой высоты. Я провела ладонью по шероховатым выступам, очень сильно мне что-то напоминающим, коснулась пальцами каменного треугольника, вдавленного в поверхность изваяния, и отскочила. Этого не может быть! Не помня себя, я побежала прочь, преодолев все пройденное расстояние в рекордные сроки. Ровное горение факелов немного меня успокоило.

Если я все правильно поняла, поиски магов можно считать завершенными.

Глава 4. Безмолвные свидетели

Туннель извивался словно кобра, расставляя на пути все новые преграды – кружевную занавеску из тонкой паутины, груды из булыжников, гравия и сломанных балок. Приходилось наклоняться, подлезать под торчащие перекладины, брезгливо снимать с себя полудохлых пауков, но идти дальше, чтобы проверить еще одну свою догадку.

Уверенность, что в туннеле находились пропавшие маги, росла с каждой секундой, равно как и страх за Тайроса. Я постоянно прокручивала в голове все возможные варианты, пытаясь найти зацепку, но она, мелькнув на задворках сознания, постоянно ускользала от понимания. Если я права, Брут использовал самый простой вариант, чтобы скрыть свою причастность. Убей он магов, рано или поздно их тела нашли бы по магическому следу, он же просчитал подобный исход, поэтому и обратил Тайроса и остальных в камни. Все сходилось: и то, что на меня прошлой ночью напал мертвяк, и использованная Брутом черная магия. В любом королевстве запрещено применять на живых существах заклинания обращения. Этим мастерством владеют лишь некроманты и немногие из тех, кто отказался признать установленные законы.

Вместе со способностью подчинять себе нежить Брут забрал и все знания чернокнижника. Обратив людей в камни, он разом решил все проблемы: без последствий заточил магический след внутри них и забрал у магов силу. Сейчас я должна была проверить правильность своих рассуждений.

Я шла по тому самому ходу, который якобы завалило десять лет назад. Вернее бежала с застрявшим в горле комком неизбежности, потому что не могла представить, что буду делать, если мы не вернем Тайроса к жизни. Есть ли у Алана контрзаклинание, успеем ли мы его вовремя применить?.. Мысли нахлынули на меня, я уже не замечала, как машинально отбрасываю с дороги прогнившие доски, не чувствовала, как в руки впиваются занозы, и не слышала, как осколки стекол хрустят под ногами. Проход действительно был когда-то завален, но здесь основательно потрудились. И потрудились не напрасно, с явным желанием получить прямой доступ к замку. Не сомневаюсь, что именно по этому пути мертвяк вчера попал в сад, именно его использовал Брут, чтобы находиться в курсе всех дел. Но как он мог так поступить?

Они с Тайросом знали друг друга уйму лет, но, как оказалось, недостаточно хорошо. И еще эта женщина… Кто мог рассказать Бруту об устройстве Гильдии, как не Афелия – ведунья, которая с такой неприязнью отнеслась к нашему появлению. Она подозревала нас с Аланом и наверняка поделилась подозрениями с Брутом.

Туннель оборвался. Я уперлась в деревянную лестницу с узкими тонкими ступенями. Лестница вела наверх и заканчивалась металлическим люком, задвинутым на крепкий засов. Вскарабкавшись по ней, я приложила немало усилий, чтобы сместить засов влево. Тот поначалу поддавался с трудом, туго сдвинувшись на пару сантиметров, а затем резко ушел в сторону, так что я чуть не свалилась вниз, потеряв равновесие. Через приоткрытый люк хорошо была видна часть подвала, за поворотом располагалась комната Натана. Я поднялась на две последние ступеньки и хотела было подтянуться, чтобы выбраться из туннеля, как вдруг услышала приближающиеся шаги.

Их было двое. В первом я сразу же узнала вампира, он был зол, что угадывалось по его несдержанным репликам в адрес второго. Им оказался коренастый мужчина лет пятидесяти с прожженным взглядом опытного убийцы и близко посаженными на круглом лице глазами. Они остановились напротив друг друга, лицом к лицу, совершенно не подозревая, что за ними следят.

– Я хочу знать, по какой причине ты нарушил мой приказ?! – Натан говорил тихо, но даже сейчас его интонация в голосе пугала гораздо больше, чем если бы он перешел на крик.

– Я замешкался, вы ехали слишком быстро.

– Я нанял тебя не для того, чтобы ты тащился в самом хвосте. Тебя порекомендовали как опытного наемника, а ты ведешь себя как щенок, который не научился понимать команды хозяина и лишний раз боится подать голос. Еще одна ошибка будет дорого тебе стоить.

– Извините. – Мужчина вжал голову в плечи, отчего его квадратная фигура стала еще несуразнее. – Больше я не упущу ее из виду.

– Посмотрим. Где она сейчас? – требовательно спросил вампир.

– Направилась в Гильдию, как и вчера.

– Амулет все еще у нее на шее?

– Да. Она не снимала его.

– Продолжай за ней следить, но держись на расстоянии, не хватало, чтобы тебя заметили. Тогда все будет напрасным. Ты понял?

– Да, хозяин, – выдавил из себя тот.

– Тогда почему ты до сих пор здесь?

Наемник тут же спохватился и чуть ли не бегом пустился прочь. Натан еще немного постоял, о чем-то размышляя, а затем направился в свою комнату, заперев изнутри дверь. Я смогла наконец вылезти и, стоя коленками на грязном полу, потрясенно смотрела ему вслед. Еще один предатель. Права была Марго, глупо ожидать человеческих чувств от вампира. Он приставил ко мне наемника! Когда все будет кончено, убийца выполнит свое задание и избавится от лишних свидетелей. Я поднялась и отряхнула платье. Из всех людей, находящихся в замке, теперь я могла доверять только Алану и Маргарите. Кейл исчез в неизвестном направлении, Виктор легко мог оказаться заодно с Натаном. Оставалась еще Маргарита, но она совершенно не разбиралась магии, поэтому Алан был последней надеждой, ему я доверяла. К тому же некромант мог помочь мне сейчас больше остальных.

Два лестничных пролета промелькнули перед глазами вместе с каскадом витражных окон. Радуга падающего от них света закрутилась в вихре цветов, разлетевшись перламутровыми брызгами. Я, тяжело дыша, свернула за угол, со всего размаху налетев на ничего не подозревающего Алана.

– Лиз?! – Некромант едва не выронил из рук дневник Брута.

– Я нашла… их, – тяжело дыша, попыталась донести до него я.

– Кого? – Ал хотел мне что-то сказать, но мой ажиотаж привел его в некоторое замешательство.

– Магов… Брут… он… он… Он превратил их в камень. Идем, мне потребуется твоя помощь, чтобы снять блокировку рун.

– Постой. – Некромант протянул мне дневник, в его глазах читалась растерянность. – Маг, который напал на моего отца, вовсе не Брут.

– Что? – Я уже мысленно возвратилась в тот самый туннель и была сбита с толку столь неожиданным заявлением.

– Его записи в дневнике все объясняют.

Я раскрыла тетрадь, длинная цепочка пузатых букв озаглавливала чуть ли не каждое число месяца. – Алан, ты расшифровал его! У тебя получилось!

Алан проявил положенную долю скромности, сдержанно пожав плечами.

– Суть не в этом. Посмотри, что пишет Брут. Это в корне меняет все и снимает с него обвинения.

Я пробежалась глазами по последней записи, оставленной Брутом за день до испытания.

«Тайрос все еще злится на меня. Не понимаю, как он может не видеть очевидного. Все эти разговоры об артефактах окончательно свели его с ума. Я понимаю, он потерял одного из друзей и теперь хочет найти убийцу, чтобы свершить правосудие. Но это не выход. В одиночку он мало чего добьется, лишь подвергнет себя неоправданному риску. Бортас занят подготовкой к ежегодному собранию магов, Рейгану сейчас нет дела до чужих проблем, он полностью погрузился в чтение книг по запрещенным заклинаниям, вчера в спешке даже оставил одну из них в моей комнате. Тайрос зациклился на своей задаче найти убийцу, он совершенно перестал уделять внимание завтрашнему соревнованию. А ведь он один из лучших магов, что мне приходилось знать. Он не попал в Священную Тройку только потому, что Вальмонт в свое время видел в нем конкурента, ведь он не любил делиться славой. Даже Хартар готов был внести изменения, но все вышло так, как никто не мог предвидеть. Тайрос меня не слушает, хотя я уверен, что ему грозит большая опасность. И если он не успеет разобраться с…».

Дальше запись обрывалась, оставалось только догадываться, с кем или с чем должен был разобраться Тайрос. Но теперь стало ясно одно: Брут – такая же жертва, как и остальные. А после подслушанного разговора главным подозреваемым является вампир.

– Ну, что скажешь? – Алан ждал моей реакции.

– Мне стыдно за то, что мы подозревали Брута. Подумать только, я знаю его столько лет, но легко поверила в его предательство.

– И не ты одна. Но если это не Брут, тогда кто? Кто из магов остался? Здесь упоминается о Рейгане и Хартаре.

– С Рейганом я знакома. Он приезжал как-то в королевство вместе с Тайросом. Неприятный тип, но вряд ли он стоит за всем этим. Рейган – главный маг Ванторто, однако он труслив, малодушен и слишком осторожен.

– А Хартар… По-моему, я уже где-то слышал это имя?

– В дневнике говорится о Священной Тройке, возможно, он входил в нее вместе с Вальмонтом и…

– С твоей матерью. Я знаю, Лиз, тебе всегда было трудно говорить о родителях, но если Хартар был третьим…

– Все в порядке, – приглушенно сказала я. – Если Хартар – третий колдун-магистр, то все встает на свои места. Он отец Натана, он знал Тайроса, но что-то произошло между ними. Вероятно, Хартар захотел большей власти, вот и задумал убрать с дороги всех соперников.

– Но Хартар мертв. – Алан не верил, что я так быстро поменяла свои взгляды относительно вампира. – Ты же в курсе, что случилось со всеми тремя колдунами.

– Что не помешало Натану продолжить дело отца. Он нанял наемника следить за мной, он опасается за амулет, понимает, что тот пока должен находиться у меня, но и не собирается рисковать. Как только все закончится – он избавится от свидетелей. – Я произнесла это настолько твердым голосом, будто речь шла не о моей жизни, а о каком-то досадном пустяке. Так мне было легче пережить предательство.

– И что мы будем делать? Покинем Иллион или попробуем прижать вампира к стенке? – Последнее предложение Алан произнес с куда меньшим энтузиазмом.

– Нет. Пусть все идет своим ходом. Натан думает, что мы на его стороне и ничего не подозреваем. Оставим ему эти заблуждения.

– А маги? Как ты вообще их нашла?

– Виктор рассказал мне о туннеле, проходящем от Гильдии к замку, я лишь проверила один из коридоров. У Тайроса на груди всегда висел талисман – треугольник с заключенным в него заклятием, это память о деде. Те каменные изваяния очень похожи на застывших людей. Я практически ничего не могла различить в темноте из-за магии рун, но уверена, что на них применили заклинание обращения. Идем, ты должен сам все осмотреть.

***

Они стояли на том самом месте. Молчаливые и холодные, не успевшие побороться за жизнь, с крепко стиснутыми кулаками и твердым взглядом, в котором, несмотря на внезапное нападение, не было и намека на страх.

Алан все еще возился с остатками рун на потолке, но основная часть их была уже стерта, поэтому я смогла воспользоваться магией и зажечь факел. Фигура Тайроса стояла впереди всех, будто маг принял на себя основной удар, пытаясь защитить остальных. Пять каменных статуй выстроились полукругом, еще двое из них были мне знакомы. Драмир, щекастый придворный маг королевства Елиссия, растолстевший еще больше за то время, пока я его не видела. И как всегда хмурый Эндион, один из двух братьев-магов, охраняющих Западную Кабарию от полночных обитателей Ленгерского Леса.

– Здесь нет Брута и Рейгана, – заглянув в лица остальных, пришла к выводу я.

– Возможно, Рейгана уже нашли. Хотя, если он использовал запрещенные заклинания, его могли отправить разве что в тюрьму, разумеется, после лишения всех магических привилегий. А вот объяснить пропажу Брута я не могу. – Алан закончил со снятием блокировки и, отряхнув руки, вновь надел черные перчатки.

– Может, он оказался самым прозорливым, ведь Брут что-то подозревал. В любом случае его обвинять мы уже не можем. Надо спросить у Бортаса, нашли ли Рейгана. – Я смахнула с плеч Тайроса тонкий слой пыли и прикоснулась к его руке.

Мертвецки холодная, не сравнить с его обычным горячим и твердым рукопожатием.

– Что будем делать? Я думаю, рассказывать о нашей находке кому бы то ни было не стоит.

– Предлагаешь оставить их здесь? – Мысль о том, что Тайрос уже примерно неделю находится в этом темном, затхлом туннеле была омерзительна.

– А разве у нас есть выбор? Представь, что мы потащим магов вдвоем, даже при помощи магии нас заметят не здесь, так возле замка.

– Я не оставлю Тайроса в этом месте! – Я оглянулась на мага.

Каменная фигура с вызовом смотрела сквозь меня. Упрямая прядь волос лезла ему в глаза, я знала, что эта прядка была седой, обычно контрастирующей с угольно-черными волосами Тайроса. Она появилась три года назад, в день смерти моего деда, преданного друга Тайроса. Волосы отросли, но цвет так и не поменяли.

– Люк, по которому мы спустились в туннель из замка, слишком узкий. Нам не удастся протолкнуть их через него, – возразил некромант.

– Нам и не потребуется это. Перенесем магов с помощью магии прямо через улицу.

Алан прищурил голубой глаз:

– Ты думаешь, пять каменных глыб примут за новое украшение замка?

– Я думаю, сегодня весь город соберется на главной площади Иллиона, чтобы послушать своего правителя и его пламенную речь о снижении налогов.

– Провернем дельце под шумок, – подмигнул мне некромант.

– А заодно несколько охладим пыл вампира, – горько усмехнулась я, нащупывая в складках платья висящий на шнурке мешочек с зельем. – Нам надо еще разыскать Кейла. Он слишком резво кинулся помогать нашей компании, как бы чего не случилось.

– О, это будет небольшая потеря, – доверительным тоном сообщил Алан. – Мы с твоей кузиной даже не заметим.

– Ал, перестань! Ты не в курсе последних новостей: Флор интересует Кейла не больше, чем яблочный пирог оборотня. Он теперь полностью поглощен мыслями о гадалке с рынка, Аире.

– В самом деле? – Некромант выглядел удивленным, дух соперничества угасал в нем с видимой неохотой. – Быстро же он сошел с дистанции, завтра будет неделя с того момента, как я наложил на него заклятие невидимости.

– Кейл оказался неплохим парнем, его не испортила даже служба у Карнелио. По крайней мере, он хочет помочь нам в поиске убийцы.

– Той женщины под маской? – Алан взял факел из моих рук.

– Да. И эта женщина сейчас тоже находится в Иллионе. Возможно, она даже будет сегодня на площади во время выступления Виктора.

– Маска нужна ей, чтобы скрыть лицо. Видимо, мы можем ее узнать, раз она так тщательно пытается спрятаться.

– Вот и проверим. Сегодня на главной площади соберется куча народу – возможно, среди них найдутся знакомые лица. Из них и будем выбирать.

– Разве что Афелия… – На губах Алана заиграла недобрая улыбка.

***

Полуденное солнце бросало косые взгляды из-под стального купола ротонды, отведенной под зал местного суда. Ветер играл блестящей пластинкой флюгера, выполненного под расправившего крылья петуха. Узкая тень дерева таяла, словно брошенный в кипяток сахар, с ветки вспорхнула ободранная птаха и с трелью поднялась высоко в небо.

Над площадью стоял радостный гомон жителей города, увлеченно обсуждающих милость правителя и посматривающих на пока еще закрытые ворота замка.

– Виктор неподражаем, не правда ли?! – закатила глаза молоденькая девушка, толкая свою подружку локтем в бок.

– И не женат, – со знанием дела добавила та.

Я, накручивая на палец локон, стояла за спинами намечающихся невест и лихорадочно поглядывала по сторонам. Рядом, заложив руки за голову, по каменному бортику фонтана вышагивал Алан. Мы договорились вернуться в Гильдию сразу после того, как на площади появится Виктор, и, пока правитель немного задерживался, пытались найти в собравшейся публике знакомое лицо. Бортас и Афелия сидели на почетных местах – по правую руку от водруженного на постамент трона его величества – и изредка обменивались репликами. Афелия, заметив нас с Аланом, выглядела несколько обеспокоенной, главный маг королевства, наоборот, поднял руку в приветственном жесте.

– Видишь кого-нибудь из знакомых? – перегоняя соломинку из одного угла рта в другой, спросил Алан.

– Роланд здесь, – не без улыбки заметила я только что подтянувшегося с новым потоком толпы пожилого мужчину с высоким, выдающимся над переносицей лбом. – Жаль, что без Эвона.

– Еще как жаль! Вызови он духа посреди королевской речи, и мы с тобой не только все пять статуй протащим, но и целую Гильдию сможем в воздух поднять, – неотрывно смотря в небо, прокомментировал некромант.

Ворота замка предупреждающе лязгнули, показались выстроившиеся шеренгой всадники в кольчугах. Начищенные до блеска забрала ловили на себе блики солнца. Вслед за первой дюжиной всадников, уверенно держась в седле и одаривая народ холодным сиянием голубых глаз, выехал Виктор. Стоящие впереди меня девушки поспешили протиснуться в глубь толпы, чтобы оказаться поближе к правителю. Я бросила беглый взгляд на процессию и внезапно заметила шкафоподобную фигуру, подпирающую стену одного из домов. Черные глаза на долю секунды пробуравили меня неприязненным взглядом, а затем равнодушно скользнули по остальным. Наемник продолжал следить за мной по приказу вампира. Наверняка мне теперь не удастся незамеченной покинуть площадь и вернуться в Гильдию.

– Нам пора. – Алан спрыгнул с бортика рядом со мной. – Лиз?! Ты меня слышишь?

– Он здесь. – Вместо ответа я кивком указала на коренастого мужчину, что-то сжимающего в мощной руке.

– Надо его отвлечь, – тут же оценил ситуацию Алан.

Он взял меня под руку и прямиком направился в сторону предполагаемого объекта.

– Ты будешь с ним драться?! – Смешок сам по себе вырвался из моей груди.

– Нет, я с ним познакомлюсь и предложу погостить в семейном поместье в следующие выходные, – самым серьезным тоном, на который только был способен, пообещал Ал.

Поначалу наемник косился на нас подчеркнуто равнодушно, но когда между нами остался всего метр, потянулся к поясу брюк. Алан даже бровью не повел, словно находился на увеселительной прогулке и воодушевленно рассказывал о достопримечательностях города, лишь легонько задел плечом приставленного следить за мной человека. Мы прошли мимо, якобы не замечая друг друга. И только сдавленный вскрик наемника заставил меня с любопытством повернуть голову. Он стоял, привалившись к каменной кладке, с остекленевшими, ничего не видящими глазами, устремленными в одну точку.

– Что ты с ним сделал? Он теперь расскажет Натану, что я знаю о слежке.

– Не расскажет, – успокоил меня некромант. – Он теперь мало что вспомнит из последних десяти минут своей жизни. А когда придет в себя, решит, что попросту упустил нас из виду.

– Ты гений, Ал! Я тебе когда-нибудь это говорила?

– Считай, что фундамент для будущих комплиментов в мой адрес ты заложила.

Гильдия пустовала, лишившись всех работников, в коридорах разгульно скакало эхо шагов с примешивающимся звуком хлопающей от сквозняка двери. Мы спустились в подвал и вошли в туннель одновременно с прошмыгнувшей в том же направлении крысой. Длинный розовый хвост мелькнул в темноте, и в этот же миг в коридоре зажглись факелы.

– А вообще хорошая идея – спрятать магов именно в Гильдии. Никто не догадается, что они находятся под самым носом. Вернее под ногами. – Алан прибавил шагу.

Каменные глыбы стояли на прежнем месте.

– Вспомним уроки левитации?

Алан положил ладонь на плечо Тайроса, произнося заклинание. Фигура поднялась в воздух и зависла под потолком, скребя головой по неровной поверхности. То же самое Алан проделал и с четырьмя оставшимися магами.

Все пять фигур плавно, точно подгоняемые ветром пушинки, поплыли вперед, управляемые выверенными пассами некроманта. Я двинулась за ним следом, мысленно надеясь, что у Алана хватит сил до конца.

Когда мы вышли на улицу, со стороны главной площади доносились обрывки отрепетированной Виктором речи. Он выдерживал должные паузы, дожидаясь бури аплодисментов, и вновь переходил на свой размеренный тон. Фигуры скользили под кронами деревьев – мы старались держаться ближе к палисаднику, чтобы быть незамеченными.

– Я остановлюсь на минутку. – Некромант медленно опустил руку и вытер пот со лба. – Фух, троих бы я еще выдержал, но пятерых!.. Сейчас немного передохну, и пойдем дальше.

Из кустов донесся хруст сломанной ветки. Мы с Алом опасливо переглянулись.

– Стой здесь! – Я нырнула в ракитник.

На смятой траве топтался вампир, всматриваясь в землю под ногами. Я незаметно подошла к нему:

– Что-то ищешь?

Натан поднял на меня ореховые глаза.

– Можно считать, что уже нашел. Почему ты не на площади вместе со всеми?

– Видимо, по той же причине, что и ты, – парировала я и, посчитав, что этого объяснения, пожалуй, будет недостаточно, добавила: – Я как раз шла туда из Гильдии.

Натан проследил за направлением моей руки и кивнул. Поверил. Или, по крайней мере, сделал вид, что поверил.

– Оставим речи для народа. Это нас не касается. Как твоя нога?

Еще вчера я бы посчитала подобную заботу вполне правдивой. Но сейчас я точно знала: для вампира это всего лишь слова, за которыми тот пытается скрыть истинные намерения.

– Намного лучше. А как успехи в поимке Брута?

– Ничего нового. После обыска, кроме стопок книг, смотреть не на что, – небрежно ответил Натан.

Позади меня что-то щелкнуло, ракитник виновато вздрогнул листьями. Алан подавал признаки жизни. Вампир настороженно двинулся туда, собираясь проверить кусты на предмет странного шума.

– Нет, подожди! – Я схватила его за руку и, расширив в испуге глаза, затараторила: – Мне кажется, что Брут прячется в замке!

– Брут в замке?! – нахмурился Натан, на мгновение растерявшись.

– Я боюсь! – усиленно подражая Флор, захлопала ресницами я и потащила вампира подальше от этого места.

Он, как ни странно, поддался, позволив увести себя на противоположную улицу города.

– Я думал, что тебя ничто не может испугать, принцесса. – По лицу вампира бродила странная улыбка.

– После вчерашнего случая с мертвяком я уже ни в чем не уверена. Каким-то образом ведь нежить смогла проникнуть на территорию замка.

– Но как он может скрываться в замке все это время? Его бы обязательно кто-нибудь заметил, не сам Виктор, так слуги. – Вампир не спешил освободить руку и немного наклонил голову в мою сторону, будто ловя каждое слово.

– Ты целый день ходишь в мантии, твоего лица практически не видно, этим может воспользоваться любой.

– Хочешь сказать, Брут выдает себя за меня?

– Ну или прячется в каком-нибудь укромном месте. – Я нарочно клонила к проходящему под замком туннелю, чтобы посмотреть на реакцию Натана.

Вампир молчал, напоминая мне одно из каменных изваяний. Надеюсь, Алан сможет самостоятельно спрятать все пять фигур в замке.

Мы подошли к площади. Виктор закончил свою речь и теперь купался в ликовании народа, сдержанно кивая в ответ на восторженные крики горожан. Хозяева ближайших харчевен выкатывали на мостовую бочки с вином и пивом, устанавливали вдоль улочек длинные ряды дубовых столов, угощали снующую под лавками малышню только что выпеченными пирогами. В них неожиданно проснулась небывалая щедрость, подогретая известием о сниженных в два раза налогах на торговлю. По улице, держа в руках огромные плетеные корзины с цветами, пританцовывали торговки.

– Все забывал спросить: как тебе Иллион?

– Здесь красиво, но люди живут будто по графику. Где внеплановые посещения народом своего правителя с требованиями разобраться, чья собака без конца лает под окнами? Где лиги магов, обеспечивающих безопасность города? Такое впечатление, что вся жизнь сосредоточена перед стенами Гильдии да на рынке. И тут, и там с самого раннего утра толпится пестрая публика, которая надеется, что им что-либо перепадет.

– Раньше в Иллионе все было по-другому, – задумчиво произнес Натан.

– Все изменилось, когда на трон взошел Виктор?

– Да нет, он здесь ни при чем. В первый раз я был здесь сорок лет назад, когда мой отец организовал Священную Тройку и отстроил из небольшой деревушки целое королевство. Город выглядел совсем иначе, магистры привели его к процветанию, каждый желающий мог получить здесь работу, а для прибывающих магов всегда нашлись бы дела. Мой отец, Дрейко и Вальмонт создали Гильдию. Ничто не предвещало беды. Но однажды ночью произошло нападение на Иллион.

Я слушала его, не перебивая. О Священной Тройке знали жители всех королевств, но из имен колдунов-магистров было обнародовано лишь имя Вальмонта, остальные держались в секрете. Я уже не говорю о том, что колдунов вообще никто не видел в лицо. На картинках в учебнике их всегда рисовали вполоборота, так что профиль совершенно нельзя было различить. Поэтому любая информация расценивалась на вес золота.

По дороге навстречу нам неслись два долговязых подростка. Один из них катил по мостовой желтую головку сыра, у другого на бегу за спиной подпрыгивал набитый мешок. Натан молниеносно оттащил меня в сторону, иначе оба парня точно сбили бы меня с ног.

– Дрейко убили вместе с половиной магов из Гильдии, – продолжил рассказ он. – Город был практически разрушен. Многим позже в Тройку вместо Дрейко пришла будущая королева Хорсиги. Им удалось заново отстроить Иллион, но он стал уже не тем, каким был раньше. Ну а о дальнейшей судьбе магистров ты знаешь.

– Они погибли сразу после того, как заточили Бездну. – Воспоминания давались мне тяжело. – Скажи, ты никогда не видел остальных двух магов?

– Нет. Как и ты, полагаю. Я даже отца видел пару раз в неделю, – подавил усмешку вампир.

– Но почему они скрывались? Разве нельзя было все рассказать нам? Ведь мы…

– Их дети?! Принцесса, на нас могли повлиять одним из заклятий. Тем, кто убил магистров, не составило труда выведать все секреты. Впрочем, я подозреваю, что Леонард, твой дед, был во многое посвящен.

Я остановилась. Вампир предполагал, что мой дед знал о тайнах Тройки, а Марго в последний наш разговор предупредила, что именно он посетил деда в день его смерти. Возможно, дедушка не захотел с ним общаться, и Натан убил его. Я потрясла головой. Как-то все слишком просто.

– Ты не принесешь мне попить? – ища причину, чтобы незаметно проскользнуть в замок, попросила я.

– Ты ничего не перепутала, принцесса? – насмешливо поинтересовался вампир. – С какой стати?

– Ну пожалуйста. А я пока подожду тебя здесь. Мы же партнеры!

Натан мотнул головой, с сарказмом заметив, что я вспоминаю о сделке не в самые подходящие моменты, но все же направился к рядам за двумя кружками вина. Я дождалась, пока его черная мантия не приблизится к одному из корчмарей, и пустилась бежать по вымощенной камнем дороге, обогнула площадь и попала на территорию замка через домик садовника.

Алан уже поджидал меня, сидя на крыльце и наблюдая за плывущей по небу лентой облаков.

– Ты их перенес?! – Я оперлась руками на колени, пытаясь перевести дыхание.

– Естественно! Спрятал наших магов на чердаке, в ближайшее время туда все равно никто не сунется. – Алан легко поднялся. – Я уж было подумал, что тебе не вырваться из общества вампира.

Я мнительно фыркнула.

– Что он только искал в этих кустах?! Не похоже, что следил за нами специально.

– Он же уверен, что к тебе приставлен наемник. Будем проверять его комнату, как договаривались?

– У нас есть в запасе немного времени, пока он ищет меня на площади.

Спустившись по застеленной ковром лестнице в подвал, я прошла мимо люка, умело замаскированного под один из мраморных квадратов на мозаичном полу, и толкнула незапертую дверь. Алан остался на лестнице на тот случай, если вампир все-таки решит, что я направилась в замок.

Практически пустая комната вампира походила на склеп, такая же нежилая и мрачная. Я осторожно открыла дорожную сумку Натана, обнаружив там лишь чистую мантию про запас, пару рубашек и запаянный сосуд с восточным орнаментом на толстом стекле. Я затолкала сумку обратно за кресло и, присев, заглянула под кровать. Край неровно застеленного шелкового одеяла подметал вековой слой пыли, я чихнула, потерла нос и присела на край кровати. Честно говоря, идя сюда, я надеялась обнаружить что-то большее, нежели скромный гардероб вампира и свидетельства недобросовестной работы горничных. Впрочем, бедные служанки просто побоялись войти в «обитель упыря», Натан вряд ли впустил сюда кого-то, хоть и оставил дверь незапертой.

Я еще раз оглядела помещение. Или здесь есть тайник, или Натан не оставляет ничего ценного в комнате, а носит при себе. Должна же быть какая-то вещь, доказывающая его причастность… Недоверие Маргариты, оставленный незнакомцем плащ, на котором Алан обнаружил магию вампира, приставленный следить за мной наемник и то, что Натан вполне мог продолжить неоконченное дело отца, – все это неоспоримо свидетельствовало о его вине. С другой стороны, кроме кольца, у вампира больше ничего не было. Я ни разу не видела, чтобы он в открытую использовал заклинания, тогда о каком магическом следе вообще речь? Может, Алан ошибся и плащ принадлежит вовсе не Натану? Надо было спросить у вампира раньше, теперь он, несомненно, что-то заподозрит.

В коридоре раздались быстрые шаги и веселый, но несколько взволнованный голос Ала:

– Давно хотел спросить: почему ты все время носишь мантию? Ведь тебе ничего не будет от солнечных лучей!

– Отстань, некромант. Это тебя не касается, – жестко ответил вампир.

Он был уже очень близко, буквально за соседней стеной, если он меня здесь застанет…

Долго размышлять не пришлось, я сидела на единственно возможном укрытии во всей комнате. В момент сиганув на пол, я по-пластунски залезла под кровать, собрав всю пыль подолом платья, и притаилась, как застигнутая в мышеловке мышь.

Хоть бежать и некуда, грызун все равно надеется, что подслеповатый хозяин не заметит маленький серый клубочек.

– Ну, тогда расскажи, каким образом…

Натан, очевидно, захлопнул перед Аланом дверь, потому что конец его реплики прозвучал намного тише, а в комнате стало на порядок темнее прежнего.

– Мальчишка!

Вампир скинул с себя мантию и бросил ее на кровать. Черные сапоги остановились рядом.

Я благим словом помянула всех известных мне магов, уповая, чтобы молва о феноменальном слухе и обонянии вампиров оказались преувеличенной. Натан немного походил по комнате взад-вперед, а затем сел на кровать, сильно продавив при этом матрас. Пришлось переместиться ближе к стене. Не дай Вальмонт, решит вздремнуть пару часов! Но вампир вовсе не собирался спать, напротив, через пару секунд раздался характерный звук, и на пол посыпалась мелкая древесная стружка.

«Он еще и поделками увлекается!» – ехидно подумала я.

В напряженном ожидании прошло около четверти часа, за это время я успела обдумать свое плачевное положение и мысленно укорить Алана за нерасторопность. Не мог выручить друга и заговорить вампиру клыки!

Неожиданно в коридоре раздались душераздирающие вопли и топот каблуков. Я еле подавила желание броситься посмотреть, что там происходит.

Кровать скрипнула, Натан спустил ноги на пол, рывком встал и, вновь закутавшись в мантию, вышел из комнаты. Я прислушалась – вопли теперь доносились с более дальнего расстояния. Появилась слабая надежда на то, что я успею выбраться из комнаты до возвращения вампира. Собирая остатки пыли, я продвинулась вбок, чтобы вылезти из-под кровати, когда мое внимание привлек маленький тонкий предмет, лежащий на полу в метре от меня. Я подползла ближе и, протянув руку, ощутила холод металла. Это оказалось серебряное колечко с россыпью прозрачных камушков. Ойкнув, я стукнулась затылком о деревянный бортик кровати и надела кольцо на указательный палец.

Оно оказалось впору… потому что принадлежало мне. Именно его я подложила в карман бывшему советнику Лукаса – Варлаку, которого впоследствии убили. Уж не его ли потерял в ракитнике Натан?!

Тихонько выглянув из-за угла, я рысью прокралась к лестнице и замерла. Вампир шел обратно, в пролете уже мелькнул край его мантии. Шмыгнув под лестницу, я вжалась в стену и закрыла глаза. Натан спустился в подвал и быстрым темпом достиг своей комнаты, захлопнув дверь. Спустя миг меня окликнул Алан.

– Лиз, ты здесь? – Он перегнулся через деревянные перила, всматриваясь в темный угол лестницы.

– Ты чего так долго?! – вырвался у меня вздох облегчения.

– Думаешь, легко было наловить в саду мышей? – обиженно спросил некромант.

– Мышей?

– А чем, по-твоему, я напугал прислугу так, что она своими воплями поставила на уши весь замок?

– Ты сегодня неподражаем! – искренне похвалила я, потрепав друга по светлым волосам.

– Только сегодня? – уточнил он.

Восхитившись, как такого находчивого, даровитого, бравого и по всем параметрам идеального парня вообще земля носит, я вернула его к суровой действительности упоминанием о магах и показала Алану находку.

Мы поднялись на чердак.

– Припоминаешь колечко?

– Я подарил тебе его прошлым летом, когда ты изучала третий раздел по нежити, – улыбнулся воспоминаниям некромант.

– Ага, я нашла кольцо в комнате вампира.

– Он клептоман? – Алан уселся на сундук. – Теперь я понимаю, откуда у него такая тяга ко всем трем артефактам. Будет рассматривать ночью под одеялом.

– Шутка бы удалась, не подсунь я это самое колечко оборотню, которого убил его же наниматель.

Некромант побарабанил пальцами по крышке сундука.

– Не думал, что когда-нибудь скажу это, но тебе не кажется…

– Еще как кажется. И мне, и тебе вампир представляется невероятно предусмотрительным, он все просчитывает наперед. Не мог он совершить сразу столько ошибок.

Алан поднял на меня глаза:

– Вот и я о том же.

Глава 5. Тариф на убийства

Темная фигура двигалась вдоль коридора. В тишине раздавалось лишь потрескивание зажатых в металлических держателях факелов и шуршание подола плаща по выщербленному полу. Не оставалось сомнений, куда она направляется. И тем не менее, я надеялась, что наш обман раскроется не столь быстро. Фигура достигла проржавевшей двери и остановилась. Отсутствие рун на потолке и ощущение того, что здесь недавно применяли магию, просто не могло не броситься в глаза. Плащ взметнулся вверх, незнакомец поспешил проверить свои опасения.

В эту секунду в дверь постучались, и мозаика целостной картинки разлетелась на куски.

Я вновь сидела в комнате, приложив ладонь к виску. Отблеск из будущего померк, словно это был всего лишь сон. Новый стук, более громкий и настойчивый, заставил меня подняться с кровати и открыть дверь. На пороге с бронзовым подносом в руках стояла Маргарита.

– Ты не спустилась к ужину. Тебе нездоровится? – Она прошла в комнату и поставила поднос на комод. Воздух сразу же наполнился ароматом жареного цыпленка и свежей зелени.

Все-таки за что я люблю Маргошу: она не долго помнит старые обиды. Маргарита может не очень лестно отзываться об Алане, строго контролировать выполнение мною королевских обязанностей, занудно требовать соблюдения этикета, но, что бы ни случилось, она всегда на моей стороне.

– Я уснула и не заметила, что уже вечер. – Придвинув поднос, я уселась поудобнее.

– Как работа в Гильдии? – Маргоша по привычке стала складывать мои вещи в шкаф.

– Нравится. Если бы еще давали больше полномочий… – призналась я, нанизывая на вилку кусок мяса.

– Известно что-нибудь о Тайросе? – Она аккуратно расправляла складки платья.

– Нет, – потупив взгляд, солгала я. – Марго, я хотела попросить у тебя прощения.

Горничная закрыла дверцы шкафа и, прислонившись к нему спиной, озадаченно посмотрела на меня.

– Лиз, я твоя служанка. Ты не должна извиняться передо мной, – тихо произнесла она.

– Это не так. Я не хотела кричать на тебя сегодня утром, у меня вырвалось. Вся эта охота за артефактами и исчезновение Тайроса… Я устала. Я уже никому не могу доверять, и твои подозрения лишь подлили масла в огонь.

– Понимаю. Ты можешь не принимать во внимание мои слова, поступай как считаешь нужным. – Маргарита села рядом и налила сока из графина.

– Я уже решила, – отодвинув тарелку, сказала я. Аппетит пропал. – Я воспользуюсь зельем Тайроса. Мне кажется, он подозревал, что что-то должно произойти на испытании, и не просто так приготовил зелье.

На подоконник по ту сторону окна села птичка величиной с кулак, с острым, загнутым кверху хвостом и серым, топорщащимся во все стороны оперением. Она с любопытством посмотрела на нас с Марго и пару раз стукнула маленьким, но крепким клювом по стеклу. Плохая примета.

– Лиз, только будь осторожна. Вампир крайне мнителен, – предостерегла Маргарита, но, вероятно вспомнив, чем закончилась наша последняя с ней беседа, сразу же замолчала.

Птичка пружинисто оттолкнулась и черной точкой исчезла на горизонте. Я проводила ее грустным взглядом, сжимая в руке салфетку.

– Я знаю. Пока я ношу зелье при себе, поскольку мы еще не нашли третий артефакт и не разыскали магов. Как только все закончится, я воспользуюсь им, если, конечно, Натан не задумал избавиться от меня в ближайшее время. – Передо мной четко вырисовался образ наемника.

– Тебе стоит попросить Виктора об охране.

– Ты действительно считаешь, что это остановит вампира? Да и потом, правитель, скорее всего, примет сторону Натана. Нет, мне хватит поддержки Алана и твоей, разумеется.

Я обняла Марго за плечи, краем глаза заметив, что входная дверь тихонько открывается, а на белом пушистом ковре появляются грязные следы от мужских ботинок.

– Но не сильно увлекайся, этот некромант опять впутает тебя во что-нибудь, – занялась своим любимым делом – распеканием Алана – горничная, подражая Тайросу, когда тот вел занятие по магии.

– Не волнуйся за меня, я, пожалуй, еще вздремну. – Я, усиленно зевая, стала выпроваживать ее из комнаты.

– А вот это правильно! Я все-таки несу за тебя ответственность, – похвалила Марго и ушла.

Я тут же подбежала к двери и задвинула щеколду.

Возле окна зашевелилась занавеска.

– Добрый вечер, Элизабет.

– Кейл! Мы тебя уже потеряли. Где ты был все время и почему не предупредил нас?

– У тебя с Аланом и так много работы в Гильдии, вот я и не стал докучать. Пытался найти ту женщину, которая заплатила Аире за кражу свертка. – Его голос поскучнел. – Но ничего не вышло. Я забрался в городскую ратушу, переворошил все свитки о прибывших в Иллион, но среди них нет ни одного женского имени. Может, она местная? – Сиденье плетенного кресла прогнулось, и поджаристое крылышко цыпленка поплыло по воздуху. – Ты не против?

– Нет, конечно. – Я подперла рукой подбородок, прикидывая, как поступить.

– Целый день ничего не ел, – невразумительно пробормотал Кейл.

– Эта женщина могла оказаться в Иллионе так же, как и мы, с помощью магии. Я имею в виду портал.

– Мм, возможно. – Он прожевал мясо. – Завтра я наконец обрету себя. На следующие сутки исполнится ровно неделя, как твой друг наложил на меня заклятие.

– Да уж, Алан постарался, когда он очень сильно чего-то хочет, его невозможно остановить. – Я развела руками, как бы оправдывая друга.

– А я на него не в обиде. Наоборот. Эта невидимость открывает все запертые двери. Когда мне захочется новых впечатлений, я попрошу некроманта повторить заклятие, – весело произнес Кейл, отламывая кусочек свежей булки.

Я в задумчивости посмотрела в окно. Недавно я не знала, как отвадить назойливых женихов, а сейчас многое бы отдала за то, чтобы все возвратилось на свои места. Тайрос по-прежнему практиковал бы в замке магию для учеников, в заброшенной харчевне каждый месяц торговали бы магическими безделушками, а бойкие крестьяне устраивали бы по ночам облаву на нечисть…

– Элизабет, по-моему, ты сегодня какая-то грустная. – Кейл поднял бокал с соком и, видимо, посмотрел сквозь него на меня.

– Я просто очень скучаю по Хорсиге.

– Могу я для тебя что-нибудь сделать?

Я покачала головой. Что Кейл мог сделать в этой проклятой охоте за артефактами? С языка практически сорвалось слово «нет», как мне на ум пришла одна мысль. Нелепая и совершенно абсурдная, поверить в нее было бы глупо. Но чтобы распутать клубок, надо потянуть за все ниточки, пусть даже самые тонкие. Так поступили бы Тайрос и мой дед.

– Можешь! Раз у тебя есть время до утра, последи за одним человеком, – хлопнув ладонью по спинке кровати, попросила я.

***

Где-то в районе полуночи замок разбудил протяжный девичий вопль, подхваченный надрывным мяуканьем уличных котов. Когда я открыла глаза, то не сразу поняла, где нахожусь. Мне снилось мое королевство, охваченное пожаром. Крики и паника жителей, в спешке выскакивающих из своих домов, громкий детский плач на улицах города, метание загнанных в угол людей. Поэтому я поначалу долго не могла прийти в себя, отыскивая грань между реальностью и сном. По лбу стекла капелька пота.

Меня зазнобило, свесив ноги с кровати, я закуталась в одеяло. Неужто Алан вновь решил попугать женское население и наловил в саду крыс и мышей? Вопль повторился с новой силой, теперь его сопровождали мелькающие за окном огоньки и неразборчивый бас главного по смене. Я вышла на балкон и свесилась через перила, пытаясь рассмотреть причину переполоха.

– Я же вам говорю, девушка, не положено! – измученно говорил охранник.

– Какая я вам девушка! – надрывно голосила та. – Это вам не положено, а мне все положено! Немедленно пропустите меня в замок!

– Да тише вы, еще правителя разбудите! – шикнул он.

– Отлично! – Нарушительница общественного порядка подбавила децибел в голос. – Пусть знает, каких оболтусов и хамов взял на работу!

– Чего?! – возмутился тот.

– Того! – передразнила она. – А ну пусти!

Раздался всхлип, и охранник запрыгал на одной ноге, держась руками за вторую. Глаза привыкли к темноте, и я смогла рассмотреть хрупкую девичью фигурку в белом платье.

– Тара?! – не без удивления узнала ее я.

Девушка задрала голову и откинула назад косу.

– Меня не пускают внутрь замка! – пожаловалась она и для верности кулаком ткнула начальника смены в выпирающий животик.

– И не пущу! Интересное дело – посреди ночи ломиться в замок!

– Имею на это полное право, – невозмутимо ответила Тара.

– Ненормальная! Я тебя и днем теперь сюда не пущу, на полверсты не подойдешь, – все еще держась за ногу, пробурчал охранник.

– Все в порядке, я сейчас спущусь, – вступилась за девушку я.

– Слышал? Все в порядке! – важно повторила Тара.

Охранник устало вздохнул.

– Вы это самое… если чего, кричите.

– Обязательно, – заверила его я и, поплотнее закутавшись в одеяло, выбежала из комнаты.

На лестничной площадке крутился разбуженный Алан, взлохмаченные волосы отражали терзания души некроманта.

– Лиз, стой! Не спускайся к ней! – Он в умоляющем жесте сложил руки.

– Бедная девушка тебя ждет, а ты! – укорила друга я, тихонько посмеиваясь.

– Бедная?! Ты же ее уже видела в действии! Она, как пиявка, не отпустит, пока не высосет всю кровь.

– Скорей уж, пока ты не отведешь ее к алтарю, – возразила я. – Ты мог навестить ее вчера, тогда бы она, возможно, не предприняла столь решительных мер.

– Лиз, ты серьезно? Я всегда считал, что ты хотела бы со мной породниться. Я люблю твою кузину! – Алан беспокойно бегал по пролету, периодически поглядывая вниз.

– Ладно! – Я подняла руки вверх, сдаваясь. – Иди на чердак. Я скажу, что ты работаешь над одним очень важным делом и сейчас занят.

– Она не поверит, – страдальчески закатил голубые глаза некромант.

– У тебя есть предложение получше? Иди. Пока Тара тебя не увидела.

Алан, перепрыгивая через ступеньки, побежал наверх.

Девушка с восхищением рассматривала замок, каменные башни под покровом ночи выглядели, словно расставленные на шахматной доске фигуры ферзей, протыкающие стальное небо. На последнем этаже, под самой крышей, зажегся свет. Алан, конечно, умел остаться незамеченным!

– Пойдем в замок! – Я схватила под локоть зазевавшуюся Тару.

– А где Алан? – первым делом спросила она, оказавшись в приемном зале.

– Он занят. Уехал в Шелен по поручению правителя.

– Разве правитель Иллиона может ему указывать? – Остренький носик девушки подозрительно дернулся.

– Ну… Ал находится на службе у Гильдии, значит, Виктор вправе давать ему поручения, – нашлась я.

– А я могу подняться в его комнату? – Тара определенно хотела проверить настоящее местонахождение Ала.

– Пойдем вместе, – поняв, что так легко мне не отделаться, сдалась я. – Ну вот! – Я слегка приоткрыла дверь и первой заглянула в помещение.

Устроенный в комнате залихватский балаган спас ситуацию. Вещи Алана выбрали для себя новое место существования, будто орудовавший ураган раскидал их по всем направлениям и, оставшись довольным работой, прикрыл за собой окно. Они валялись на кровати и креслах, торчали из шкафчиков и ящиков комода, свисали с канделябров и гардины. Судя по всему, Алан потрудился над расшифровкой дневника основательно. Но тем не менее, если бы не беспорядок, Тара наверняка заметила бы незаправленную постель и висящую на спинке кресла куртку некроманта.

– Видишь, он даже не успел ничего прибрать! Уехал из города поздно ночью.

– Так я сейчас все уберу! – обрадованно подскочила девушка.

– Нет! – крикнула я и прикусила язык. – В смысле не надо. Алан ужасно не любит, когда роются в его вещах. Сушеная чешуя змеи, кроличьи лапки, помет летучих мышей… ну, ты понимаешь.

– Да. – Тара, подавив брезгливость, кивнула. – Тогда я дождусь его возвращения.

Наглость девицы обещала идти на рекорд.

– Как это дождешься?

– Посижу здесь! – безмятежно отозвалась Тара.

– Но я не знаю, когда Алан вернется.

– Подумаешь. – Она предприняла попытку оккупировать ближайшее кресло.

Я глотала воздух словно рыба, выброшенная на берег, силясь найти какие-нибудь подходящие слова, характеризующие столь беспардонное поведение.

– Но ты не можешь находиться в замке без разрешения правителя.

– Так в чем дело?! Прямо сейчас к нему и пойду, – тут же подорвалась она.

– Сейчас не надо! Лучше утром, – выпалила я, надеясь, что до утра найду подходящий аргумент и выпровожу Тару из замка. – Посидим в обеденном зале.

Я выбрала это место не случайно. Сейчас ночь, слуги спят, на кухне никого нет, так что, если даже Алан высунется из своего убежища, обеденный зал и кухня будут последними, куда он нагрянет.

Когда в подсвечниках заплясали оранжевые огоньки, а Тара была трижды напоена успокаивающим чаем и тщательно выслушана на предмет «лучше Алана нет ни в одном королевстве», я медленно подвела ее к трагической теме разговора.

– Послушай, Тара, ведь Ал тебе ничего не обещал. Более того, он ни от кого не скрывает, что любит мою кузину.

– Вот уж сущая ерунда! – совершенно не расстроилась девушка. – Всего лишь привязанность, юношеское увлечение. Он так долго бегал за Флоренцией, что уже не может сдаться просто так. Это как игра в кошки-мышки. Как только Алан добьется цели – игрушка ему надоест, – тоном двухсотлетней эльфийки протянула Тара.

– А если это все-таки любовь? Ты способна его отпустить ради того, чтобы он был счастлив?

Девушка задумалась.

– А что? Ты бы смогла? – обратилась она ко мне.

– Для начала Алан мне совсем как брат, – рассмеялась я. – Дело не в том, что Флор моя сестра, я буду рада за него в любом случае, кого бы он ни выбрал.

Тара вздохнула, теребя ленточку в светлых волосах.

– Ты отпустила бы любимого к другой, окажись на моем месте? – с болезненной интонацией в голосе спросила она и заглянула мне в глаза.

– У меня нет любимого, – попробовала отшутиться я.

– Конечно! Скажешь тоже. Ты ведь принцесса, а к таким без конца сватаются женихи.

– А ты не думала, что такие давно устали от подобных визитов?

– И ты никого не любишь? – уточнила она.

– Я люблю свой народ. Личное счастье – это лишь не всегда возможное дополнение к возложенной власти.

Сзади скрипнула дверь. Мы одновременно повернулись на звук. На пороге стоял вампир, на этот раз он украсил свое лицо самым ехидным выражением из имеющихся в арсенале. Темные волосы с серым отливом были распущены и достигали плеч, янтарно-ореховые глаза светились нездоровым интересом к происходящему.

– О, да ее высочество трапезничает в компании юной особы. – В его голосе сквозил сарказм.

– Тара, – представилась девушка, ничего не подозревая об особенностях прикуса Натана. – Очень приятно.

– А уж как мне приятно видеть подруг… кхм… принцессы. – В устах вампира это прозвучало как угроза.

Я поспешно встала, не зная, как поступить, одеяло съехало на пол.

– А я не ее подруга. Я к Алану пришла, но его, оказывается, нет в замке.

Вампир, заложив руки за спину, встал за спиной у Тары, так что та не могла видеть его усмешки.

– М-да? – Натан сочувственно зацокал языком. – Нет в замке! Только подумать! И куда же он делся?

– Ну как же. Он отправился по делам его величества, – пожала плечами девушка.

Брови вампира поползли вверх.

– Ах ну да, ну да. Как я мог забыть!

У меня похолодело внутри, сейчас Натан специально выдаст Алана, отомстит за все шутки в его адрес. Тара, увидев мое замешательство, повернула голову.

– Что-то не так? Я чего-то не знаю об Але?

– Нет, что вы! Все так и есть. – Вампир улыбнулся, обнажив клыки.

Этого хватило, чтобы Тару в считанные секунды смело со стула и направило в район входной двери.

– Заходите еще! Мы всегда рады гостям, – ласково попрощался Натан и сел на освободившееся место.

Проблема с ликвидацией Тары решилась сама собой.

– Ну что?

– Что «что»?

– Думаю, я заслужил награду зато, что не выдал твоего дружка.

– И не мечтай. Тебя, между прочим, никто не просил мне подыгрывать.

– В самом деле? – Вампир посмотрел в окно. – Тогда я, пожалуй, догоню девицу и сообщу, что ее дорогой некромант никуда не уезжал, более того, находится ближе, чем она может представить.

Я опустила голову.

– Хорошо. Чего ты хочешь за молчание?

– Малость. – Вампир двумя пальцами показал, что рассчитывает совсем на чуточку.

Но я догадывалась, чем могла оказаться эта «малость» в его интерпретации.

– Я хочу знать правду.

– Какую? – наивно спросила я и едва ли не подпрыгнула от того, с какой силой он ударил по столу.

Чашки с остатками чая тоненько задребезжали.

– Какую?! Ты с дружком держишь меня за идиота? Я как кретин бегал по площади в поисках тебя!

«Почему как?!» – чуть не вырвалось у меня, но я придала лицу самое честное выражение.

– Какого черта?! – Он практически кричал. – Что вы там замышляете? Оказались в доме, где остановился Брут, нашли артефакт, отыскали в архиве книгу, которой пользовался Тайрос. Вы знаете то, чего не знаю я?!

– Успокойся. – Я попыталась говорить как можно весомее. – Мы с Аланом хотим найти убийцу, как только нам станет что-то известно, сразу же расскажем тебе.

Натан, недобро прищурившись, наблюдал за мной.

– Неужели?! А мне кажется, что вы уже знаете что-то. Рано или поздно я это выясню.

– Не сомневаюсь! Именно поэтому ты нанял человека следить за мной. – Я разошлась не меньше вампира. – Что будет дальше? Привяжешь меня к себе и будешь водить на поводке?

Натан откинулся на спинку стула.

– Хорошая идея, но, боюсь, тебя не удержит и это, – процедил он сквозь зубы.

Мы с вызовом смотрели друга на друга, еще миг, и я была готова проверить бессмертие вампира на практике. Но спустя мгновение произошло совсем другое событие. Оконное стекло со звоном разлетелось на множество разноцветных осколков, образовавших на полу ковер из самоцветов, а в оконную раму влетела огромная лохматая собака. Пес прыгнул сначала на стол, а потом, прихрамывая, рухнул к ногам Натана. Рыжая с золотыми вкраплениями шерсть была грязной, местами скатавшейся в колтуны, один бок оказался сильно ободран, в этом месте образовалась ссохшаяся корка. Пес зарычал, пытаясь подняться. И я поняла, что это вовсе не собака, а волк.

– Лукас! – Вампир без видимого труда перенес его на стол, хотя волк, должно быть, весил, как хорошо упитанный теленок. – Что случилось?

Оборотень обессиленно поднял уставшую морду.

– Элизабет, принеси воды и чистые полотенца, – обратился ко мне Натан.

Я выбежала из зала в смежную с ним кухню, вытащила из шкафа медный таз, налила воды из кувшина, опомнившись, налила воды еще и в котел и развела под ним огонь. Надо обработать рану горячей водой. Закинула пару полотенец на плечо, кинулась вместе с тазиком обратно и чуть не выронила его из рук. Вампир назвал меня по имени! В первый раз за все время! Тут уж все обиды забываются сами собой. Я робко переступила через порог, поставила тазик рядом с Натаном и, намочив полотенце, стала обмывать рану.

– Дружище! Как тебя угораздило?

Оборотень смотрел на вампира человеческими глазами, подсовывая мокрый нос в его руку. Мне стало неловко. Пусть Натан жестокий, эгоистичный, суровый, но у него есть сердце, иначе он бы так не волновался о друге.

– Я сейчас! – Я выскочила из обеденного зала и бросилась вверх по лестнице.

Там уже в страшных мучениях расхаживал взад-вперед Алан.

– Ну что, она поверила? – с надеждой спросил он.

– Тара ушла. Там внизу Лукас. Он ранен! – выпалила я, чуть не навернувшись с верхней ступеньки.

Надо отдать Алу должное, он не стал выспрашивать подробности, задавать глупые вопросы о том, кто ранил оборотня, а сразу же понял, что от него требуется.

– Только захвачу пару настоек.

***

Оборотень лежал в комнате Натана, одна из лап была тщательно обработана и перевязана, а шерсть вымыта и даже расчесана.

– Ну вот и все! – тоном заправского лекаря подытожил Алан. – До волчьей свадьбы заживет!

Натан хмуро на него покосился, но промолчал.

– Почему он не превращается обратно в человека? – Я погладила волка по голове.

– Лукас очень устал, скорее всего, долго бежал до королевства. Но к утру будет чувствовать себя намного лучше, настойка подействует, и он сможет вновь обращаться, – пояснил некромант.

– На него напали, – мрачно произнес вампир. – Я не должен был отпускать его одного.

Оборотень заворочался во сне, задергал больной лапой.

– Ты не виноват. Все дело в этих артефактах. Иногда мне начинает казаться, что они прокляты. Твой отец, моя мама и дед, староста Аргуса, Варлак, а теперь еще Тайрос и Брут.

Я вопросительно посмотрела на Алана, тот, поняв, к чему я клоню, согласно кивнул.

– Ты был прав, говоря, что мы от тебя что-то скрываем.

Натан опустился в кресло.

– Ты все же решила мне признаться. Прежде чем ты скажешь, ответь: почему ты вдруг решила мне довериться?

– Тебе незачем подвергать опасности своего друга. Лукаса ранил маг, которого мы ищем. Или его помощник…

– На Брута кто-то работает, – скорее утвердительно произнес вампир.

– Работает, но не на Брута. Алан расшифровал дневник. Если хочешь, можешь прочитать.

Вампир подался вперед:

– Но ведь все совпадало.

– Выходит, не все. Мы точно знаем, что на рынке нас преследовала скрывавшаяся под маской женщина. Думаю, та же самая, что напала на Карнелио, когда он возвращался в королевство с амулетом на шее.

– Женщина? Я знаю не многих магичек, – задумался Натан.

– И тем не менее, это так. Ты часто бываешь у Бортаса – как насчет Афелии?

– Ведунья? Она нанялась на работу в Гильдию три года назад. Понятия не имею, за какие заслуги Бортас сделал ее своей правой рукой, на мой взгляд, у Афелии самые заурядные способности.

– Зато она превосходно мстит за это талантливым магам, – закручивая крышку на флаконе, заметил Алан. – Она велела отказывать всем в приеме на работу. Еще бы, Афелия просто не выдержала бы конкуренции.

– Подождите, вы оба думаете, что убийства – дело рук Афелии? Это же смешно, твой отец ее бы даже на порог не пустил, он ведь не любит непрошеных гостей.

– Он же пустил тебя в поместье, – напомнил Алан. – А я что-то не припомню, чтобы отец когда-либо хорошо отзывался о вампирах.

– Он был знаком с моим отцом. – Натан повернул голову ко мне. – И с твоей матерью. Некромантов не страшат возможные последствия общения с магистрами. Когда напрямую общаешься со смертью, тебя не пугают возможные заклинания даже из списка запрещенных. Твой отец выжил именно благодаря своему опыту. Некромант хоть и остается человеком, но живет гораздо дольше и значительнее искушен в вопросах смерти.

– Ты хочешь сказать, отец был рад твоему визиту? – Алан в упор посмотрел на вампира.

– Не то чтобы рад, просто у него остались старые обязательства. Видишь ли, Хелена…

Я вздрогнула. Даже Тайрос лишний раз избегал произносить имя моей матери, боясь снова вернуться к неприятной теме.

– …Хелена в день нападения почувствовала близкую смерть. У нее было видение.

Алан бросил на меня беглый взгляд. Способности матери перешли ко мне по наследству.

– Все три магистра попытались сделать так, чтобы видение не сбылось, но, как оказалось, и им было не все под силу. Мой участливый папочка внезапно проявил все чудеса заботы, которой до этого меня обделял. Он попросил Адриана об одной услуге – на тот случай, если я утрачу свою силу.

– Как это утратишь? – не поняла я. – Твоя сила заключена в кольце.

Натан поднес к свету руку с кроваво-красным камнем в основании кольца.

– Не совсем так. Кольцо лишь перешло мне по наследству, но и оно – только третья часть артефакта. В моем клане вампиры не боятся солнечного света, они бессмертны. Конечно, есть способы нас убить… но, поверьте, проще оставить свое намерение, чем сделать это.

– Но мы бы с охотой послушали, – уверил Алан и замолчал, поняв, что его шутку никто не оценил.

– И кроме того, вампиры владеют магией, отличной от той, что практикуется в королевствах, – продолжил Натан.

– Но ты никогда не использовал ее, – покачала головой я. – И ты все время ходишь в мантии.

– В этом все дело. Я отправился к твоему отцу за этим. – Вампир достал из сумки сосуд из толстого стекла. Тот самый, на который недавно наткнулась я. – Твой отец называет его Лорри. Эликсир, восстанавливающий силу.

– Но зачем он тебе? – подозрительно спросил некромант, рассматривая сосуд.

– Затем, что я, как и твой отец, остался без своих способностей.

– Что? – Алан от удивления чуть не выронил сосуд, который держал в руках.

– На меня напали сразу же после убийства старосты Аргуса. Я успел ранить атаковавшего мага и спасти кольцо, но он забрал силу вампира.

– И твой плащ, – добавила я.

– Откуда ты знаешь? – нахмурился Натан.

– Этот плащ нам подкинули вместе с амулетом на рынке. Хотели подставить тебя.

– Я даже поверил в твою причастность, – кивнул Алан.

– Но почему ты молчал все время? – не могла понять поведение вампира я. – Мы ведь подозревали тебя!

– Я не считал нужным посвящать вас в свои дела. И потом, вы тоже не очень-то торопились рассказать мне о дневнике, – возразил вампир. – Как бы то ни было, отец предвидел такую возможность, что я лишусь силы, поэтому и обратился к Адриану. Как только я попрошу о помощи, твой отец должен был ее мне предоставить. Не будь эликсира, я бы давно сгорел на солнце, не помогла бы даже мантия. Но эликсир закончился, а получить новую порцию не у кого.

– Так ты хочешь вернуть артефакты не ради власти?

– Скажем, не только ради нее. У Вальмонта не было детей, ты откажешься от своей части, остаюсь лишь я.

– Ну и история! – выдохнул Ал. – Пара камушков наделала столько шума.

– Эти камни забрали силу у оборотня, вампира и некроманта. Остаются лишь маги… – Натан убрал сосуд обратно в сумку.

– Уже не остаются, – мрачно сказала я. – Их уже тоже… того.

– Вы их нашли? – Глаза Натана стали золотисто-янтарными.

– Они на чердаке.

– Где? – переспросил вампир.

– На чердаке. Их обратили в камни, – пояснила я.

– И пока мы не найдем третий артефакт, снять с них заклятие не получится, – добавил Алан.

Натан поднес руку ко лбу и провел ею по лицу.

– Да уж, ваша парочка не теряла времени даром. Как вы их вообще обнаружили?

– Это все Лиз. Ее заслуга.

– Мне надо было догадаться раньше, – одними глазами улыбнулся вампир. – Ну так как, вы пустите меня на чердак?

– Мы же тебе рассказали. Значит, доверяем. Хотя я так и не пойму, зачем надо было нанимать человека, чтобы за мной следить. Ты так беспокоишься об артефакте? В таком случае я могу его тебе вернуть. – Я потянулась к амулету, висящему на шее.

– Амулет должен быть у тебя. Он уже один раз спас тебя от мертвяка, принцесса. Я лишь не хотел, чтобы этот раз повторился, ведь ты – мастер по впутыванию в неприятности. А уж за кого я по-настоящему боюсь, так это за бедную нечисть, которую ты нещадно калечишь за все время нашей поездки.

– Я?!

– В этом вся Лиз, – поддержал Натана Алан.

А еще друг называется!

Я скрестила руки на груди и вышла из комнаты. Честное слово, иногда предпочтешь компанию молчаливых изваяний обществу двух циничных представителей мужского пола.

– Лиз, ты что, обиделась? – раздался за моей спиной веселый голос некроманта.

– Вовсе нет, – поднимаясь по лестнице на чердак, произнесла я. – На дураков не обижаются.

Как Алану удалось впихнуть магов между массивными шкафами, креслом с продавленным сиденьем и обшарпанным сундуком со старыми вещами оставалось загадкой. Создавалось впечатление, что Ал расширил пространство чердака раза в два. Впрочем, если общаешься с некромантом – будь готов к любым неожиданностям.

– Их пятеро. – Вампир появился из чердачного лаза и пристально оглядел каждого из магов.

– А где Алан? – спросила я, удивившись, что Натан пришел один.

– Остался в Лукасом. Хотя опасности для его жизни нет, лучше не оставлять Лукаса одного.

– Верно.

Вампир остановился возле Тайроса.

– Я его уже видел однажды. Он твой придворный маг?

– Да. Вы, скорее всего, встретились в Гильдии. Он – бывший ученик Бортаса.

– Я видел его вовсе не в Гильдии. По-моему, в свое время он должен был войти в Тройку вместо твоей матери.

– Брут в своем дневнике как раз упоминал об этом.

– Тайросу наверняка не пришлось это по душе, – хмыкнул вампир.

– Не знаю, как он отнесся к тому, что его не взяли, но мою маму он очень любил. Ты ведь клонишь к тому, что Тайрос мог сдать магистров?

– Я всего лишь предполагаю. Если у него был шанс стать одним из них, то Тайрос должен знать всех трех магистров в лицо. Ты не находишь? – Натан встал возле Эндиона, он был выше мага чуть ли не на две головы.

Я в задумчивости водила пальцем по рельефной дверце шкафа, стирая пыль.

– К чему гадать, он нам все равно ничего не скажет. Надо каким-то образом вывести Афелию на чистую воду.

– Афелию? Есть ли в этом смысл? – поморщился вампир. – Ведунье ни к чему артефакты, она хорошо обосновалась в Гильдии, да и Бортас бы сразу смекнул, в чем дело.

– Ты сказал, она устроилась на работу три года назад – как раз тогда убили моего деда и забрали артефакты.

– Один артефакт. Изумруд в браслете, – поправил меня Натан. – Топаз находился в это время у другого, несмотря на то что амулет принадлежит именно твоей семье.

– Какой был деду смысл отдавать кому-то один артефакт и оставлять другой?

– Не знаю. Но это единственное, что может объяснить, почему амулет долгое время считался обычной безделушкой и кочевал из одного королевства в другое. В общем, я не думаю, что под маской скрывается именно Афелия. Она не подойдет даже на роль помощника. А то, что она устроилась на работу три года назад, всего лишь совпадение.

Внимание вампира привлекла треугольная пластина на груди Тайроса. Даже сейчас, когда маги были обращены в камень, треугольник слегка пульсировал, напоминая слабое биение сердца. Там, в туннеле, он даже не светился из-за начерченных на потолке рун. Странно, что он не окаменел.

– Что это?

– Талисман. Тайрос носил его с собой на счастье. Хотя заклятие, заложенное в него, когда-то чуть не погубило и его, и деда.

– Твой маг нашел что выбрать в качестве талисмана. – Натан провел ногтем по пластинке. – Но каким образом талисман сохранился? В нем до сих пор пульсирует магия.

– Заклятие наслоилось на заклятие, Тайрос как-то рассказывал об этом феномене. Когда на тебя накладывают одинаковые по действию чары, внутри сгустка энергии происходит что-то вроде маленького взрыва. Две магии сталкиваются и начинают гасить друг друга. Алан, кстати, надеется, что именно благодаря этому мы сможем спасти Тайроса, даже если не вернем артефакт.

На лестнице послышались чьи-то быстрые шаги. Мы с вампиром одновременно бросились к люку. Натан ногой захлопнул крышку, закрыв вход на чердак.

– Кто это? – шепотом произнес он, просовывая в створки ножку от сломанного стула.

– Не знаю. Может, мы слуг разбудили своим хождением по чердаку? Их комнаты как раз под нами находятся. Или стража увидела свет на чердаке и решила на всякий случай проверить, не забрался ли кто в замок. Но это точно не Алан, он никогда не шаркает ногами, когда поднимается по ступенькам, – так же тихо ответила я.

– Ясно. – Вампир находился в паре сантиметров от меня, я кожей чувствовала его невозмутимость.

В люк с той стороны постучались.

– Элизабет, открой. Это Кейл.

Натан вопросительно поднял бровь:

– Ты его знаешь?

– Он последовал за нами через портал из Флердоранжа, – пояснила я. – Открой люк.

– Он следил за нами? – предупредил мою попытку впустить Кейла вампир.

– Алан приревновал Флор и на неделю сделал его невидимкой. – Я положила свою ладонь на руку Натана. – Ему можно доверять.

– Вы с некромантом друг друга стоите.

Вампир осторожно высвободил свою руку и открыл крышку люка.

На деревянной лестнице, держась за перила, стоял немного сутулый мужчина с зачесанными назад гладкими черными волосами. На вид ему можно было дать лет тридцать, но, скорее всего, возраст прибавляли усы и узкая бородка клинышком.

– Кейл?!

– Семь суток истекли! – взволнованно произнес он.

– Как я рада тебя видеть! В прямом смысле этого слова.

Кейл поднялся на чердак.

– Это потом, – отмахнулся он. – Я бежал в замок не за этим.

– Ты что-то выяснил? – Глядя в его раскрасневшееся лицо, я вдруг почувствовала – произошло что-то плохое.

– Я знаю, кто скрывается под маской. Аира не ошиблась, это женщина. – Он перевел дыхание. – Не знаю, даже как тебе сказать это…

– Что произошло?! – спросил Натан.

– Я следил за ней, как ты и просила. Она спустилась в туннель под замком… В общем, это твоя горничная, Элизабет. Это Марго.

Глава 6. Неизбежное зло

Вампир, скрестив руки и поставив одну ногу на нижнюю ступеньку лестницы, поигрывал затушенным факелом, ловя и вновь подбрасывая его в воздух. Я, прислонившись к холодной стене туннеля, стояла рядом.

– Может, она вообще не появится. – Из люка подвала показалась кудрявая голова Алана. – Если Марго обнаружила пропажу магов, то уже наверняка делится этой информацией со своим пособником.

– Спускайся сюда, некромант. – Натан бросил взгляд в мою сторону. Я еле держалась на ногах. – Ты орешь так, что сюда непременно сбежится вся Гильдия магов.

Алан ворчливо полез вниз, захлопнув крышку люка. В туннеле сразу стало намного темнее. Мы специально убрали ближайшие факелы, чтобы наши фигуры издали невозможно было разглядеть в темноте.

Мое видение сбылось. Кейл хорошо справился с порученным заданием, проследив за Маргаритой, как только та вышла из своей комнаты. Поняв, что заклятие Алана начало слабеть на полпути к Гильдии, он сразу же повернул обратно, сэкономив время. Но Кейл успел увидеть, кто скрывается под маской. И вот теперь мы ждали возвращения Маргариты, чтобы окончательно во всем убедиться.

– Может, она решила вернуться другим путем, через площадь? – Алан зевнул и потер глаза.

Все мы больше не ложились этой ночью. Да и вряд ли мне вообще удастся спокойно уснуть в ближайшие дни.

– Нет. Я уверен, она скоро придет. – Вампир в отличие от бесцельно шатающегося некроманта замер в выжидательной позе. Сейчас Натан походил на затаившегося в кустах хищника, караулящего свою жертву больше для развлечения, нежели чтобы утолить голод.

– Наложим на этот отрезок туннеля удерживающее заклинание, и наша дорогая Маргарита при всем желании не сможет отсюда выбраться, – от безделья предложил некромант.

Я со злостью швырнула один из камней, что облицовывали стены потайного хода, даже не посмотрев, в каком направлении тот полетел.

– Лиз, – спустя секунду произнес Ал. Я подняла глаза, поначалу подумав, что попала в него камнем. – Извини. Для меня Маргарита никогда не значила столько, сколько значит для тебя. Мне трудно говорить о ней без сарказма.

– Почему же. Ты подозревал Маргариту, не доверял ей, даже намекал, что именно Марго могла забрать артефакты из лаборатории. Сейчас ты вправе меня упрекнуть.

– Я вовсе не собираюсь этого делать. Ты такая же жертва.

– Никто из нас не был уверен в предательстве твоей горничной на все сто, – согласился Натан. – Мы изначально шли не в том направлении, выбрали не ту дорогу. Но, к счастью, мы можем это исправить.

В его голосе, несмотря на сложившуюся обстановку, не слышалось раздражения. Наоборот, если раньше в тоне вампира преобладали глумление и издевка, то сейчас это больше походило на легкую иронию.

– Если она расскажет нам о втором маге, – уточнил Алан.

Мы снова погрузились в ожидание, по-своему тяжелое для каждого из нас. Алану оно дало повод вспомнить об отце, он стал задумчиво растирать кожаный браслет на запястье, водя пальцами по выдавленному на нем символу. Вампир не сводил глаз с черной арки, венчающей туннель, именно оттуда должна была появиться Маргарита, а возможно, и не она одна. На кону стояли его бессмертие, власть, которую могли дать артефакты, и долгожданная разгадка тайны, касающейся нас троих.

Пожалуй, только я сейчас не желала возвращения Марго. Это поставило бы точку во всем – в моей дружбе, в ее лжи, во всей истории с артефактами.

– И все же как насчет того, чтобы наложить заклинание? – вновь подал голос Алан. – Займет всего пару минут.

– Послушай, некромант, ты просто копия своего отца. Ты можешь постоять спокойно и не пользоваться каждый раз магией?!

Мне неожиданно стало смешно. Натан понятия не имеет, что только что сделал Алу самый большой комплимент, сравнив его с Адрианом. Бедный Алан всегда жил в тени своей семьи, и тут вдруг такое! Да еще из уст самого правителя Сартана.

– Ну как хотите! – Ал отвернулся, но на его лице уже обосновалось довольное выражение. В последний раз я видела его таким во Флердоранже, бессовестно ухаживающим за моей кузиной.

– А вообще…

– Тихо! – перебил его вампир, убрав ногу со ступеньки и подавшись всем телом вперед. – К нам гости!

Я почувствовала, как в груди в бешеном ритме забилось сердце.

– Отойди в сторону, Элизабет. Твоя горничная может напасть первой, – через плечо бросил Натан.

Я хотела возразить, сказать, что Марго не владеет боевой магией, да и воспользоваться холодным видом оружия в полутьме вряд ли сможет, но послушно отошла. Все эти характеристики относились к прежней Маргарите, на что способна новая, не знал никто. Быстрые шаги приближались, из арки вынырнула закутанная в плащ фигура. Капюшон покачивался в такт движению. Из-под плаща сверкнул огненный шар, закрутился, зажатый в два металлических обруча, осветив темную часть коридора и лицо, не прикрытое капюшоном. Фигура остановилась, застигнутая врасплох. Темные длинные волосы, собранные на затылке, впалые глаза, бледные щеки. Я вцепилась в деревянные перила так, что костяшки пальцев побелели. Это, несомненно, была Маргарита. Какое-то мгновение она скользила взглядом по поджидающей ее троице, потянулась рукой к капюшону, но, сообразив, что уже поздно и ее узнали, удивленно округлила серо-голубые глаза.

– Лиз?! Вы что тут делаете?

Настолько непритворное недоумение поражало. Я сглотнула, почувствовав во рту отвратительную горечь.

– То же самое мы хотели спросить у тебя… Маргарита! Если, конечно, это твое настоящее имя! – Алан сделал шаг вперед, напряженно следя за огненным шаром в руках горничной.

Удержать его простой человек точно не смог бы. Марго медленно опустила голову, повела плечом, будто оно затекло, и рассмеялась. Тихо, практически неслышно.

– А я все думала, когда же вы догадаетесь! Ходите по замкнутому кругу, собираете подброшенные мною доказательства, ищете убийцу! Идиоты!

– Но отсрочка наказания вовсе его не отменяет. – Узкие зрачки практически утонули в ореховых глазах вампира.

– Вы всерьез думаете, что останетесь победителями? – Марго с издевкой посмотрела на меня. – Наивная принцесса, мальчишка-некромант и ослепленный собственным превосходством вампир. Три правителя, которых обвести вокруг пальца оказалось легче, чем годовалого ребенка. Стоило лишь отнять у них любимую игрушку – желанные артефакты.

– И все же мы не столь глупы – ведь ты все-таки попалась. – Алан импульсивно потер переносицу, готовясь в любую секунду дать отпор магии Маргариты.

– И что с того? – презрительно поморщилась она. – Вы сделали мне одолжение. Теперь мне не придется терпеть общество самодовольных болванов, без конца выслушивая их указания. Какое вам дело до обычной прислуги? Она лишь фон для вас, пустое место, не стоящее внимания. Но на самом деле пешками в игре оказались вы – жалкая свора скучающих детишек.

Первым не выдержал и выпустил сноп горящих искр Алан. В ответ на его удар Марго разжала руку, и огненный шар с крутящимися кольцами понесся на нас. Последовал тупой удар, за ним пришла давящая боль в грудной клетке. Я открыла глаза, ощупала голову, попыталась подняться, но обнаружила, что, падая, сломала каблук. От следующего удара меня закрыл Натан, оставив лицезреть полоску серебристых рун, окаймляющих его мантию. Раздался взрыв, по туннелю прокатилась волна, заставившая содрогнуться стены и пол.

– Проклятье! – Вампир резко схватил за рукав разгоряченного Алана и потянул назад. – Уходим! Сейчас будет обвал.

Алан, будто не слыша сказанного им, продолжал выбрасывать разряды один за другим.

– Вставай, Элизабет! – глухо прозвучало в ушах.

После взрыва все слышалось каким-то отдаленным. Вампир просунул руку под мои колени. Я отпрянула:

– Уведи Алана! Пожалуйста, Натан! Я встану сама.

Вампир развернулся и чуть ли не силком затащил некроманта на лестницу, куда уже, покачиваясь, лезла я. В метре от нас разлетелась на две части деревянная балка, поддерживающая проход. Фиксирующие конструкции рухнули, засыпав туннель землей, мы едва успели выскочить.

Я кашляла, сидя на полу чердака, рядом, пытаясь проморгаться от попавшей в глаза пыли, приходил в себя Алан.

– Ход опять засыпало, как десять лет назад.

Казалось, все были несколько оглушены и растеряны исходом произошедшего.

– Она скрылась! – Вампир разговаривал сам с собой, упершись одной рукой в стену.

– Ничего. Теперь мы, по крайней мере, знаем, кого искать. – Некромант рассек ребром ладони воздух. – Жаль, что ты не дал мне нанести еще один удар. Надо было все-таки наложить заклинание.

– Алан! Еще один удар, и удар бы хватил твоего отца! – Я ткнула друга кулаком в бок. – У нас и так одни потери, не хватало еще, чтобы ранили и тебя. – Я скосила глаза на чернеющий люк. – Где нам теперь ее искать? Маргарита, возможно, вообще покинет Иллион.

– Она останется здесь, – неожиданно возразил вампир. – Ей же хочется открыть шкатулку с тварями.

Мы с Аланом недоуменно переглянулись.

– Говоря о тварях, ты имел в виду кого-то конкретного? – уже было принял заявление на свой счет некромант.

– Я хотел сказать, твоей горничной, принцесса, и ее соратнику не терпится добраться до одной вещицы. – Вампир сцепил руки в замок. – Но вот незадача: все годы выхаживания внучки безвременно усопшего короля Хорсиги пошли оборотню под хвост. Ретивой горничной не удалось выдать тебя замуж, поэтому она решила ждать твоего совершеннолетия.

– Ждать для чего? – удивилась я.

– Ну как же. Ты унаследуешь трон, а вместе с ним получишь еще и подарок от своей матери.

– Откуда ты знаешь? Ты же не был с ней знаком! – не понимая о чем речь, насторожилась я.

– Верно, не был. Но тут нетрудно догадаться. Что наследует ребенок магов от родителей в свое двадцатилетие?

– Силу.

– Вот именно. А когда, по-твоему, артефакты проявят свою настоящую сущность?! Именно тогда, когда их владелец вступит во взрослую жизнь. Но с особами королевских кровей все гораздо проще: принцессе достаточно взойти на трон, чтобы получить наследие. Иными словами, тебе надо стать королевой, чтобы воспользоваться силой артефактов. А все три камня в свою очередь открывают еще один секрет: шкатулку с тварями.

– Зачем им шкатулка? – Алана явно раздосадовали подробности, в которые он не был посвящен. – Мне лично хватило бы и изумруда, чтобы поработить прочие расы.

– Завоевывать королевства чересчур хлопотно, не все народы сдаются сразу, на штурм городов ушло бы много времени. Кроме того, существуют Запредельные Земли, а там проживают далеко не добродушные создания. Три магистра заточили Бездну, несущую разрушение и хаос, а теперь служанка и ее соратник собираются подчинить Бездну Тварей себе. Артефакты – всего лишь ключ. – Рубин в кольце вампира сверкнул пламенем.

– Черт возьми, Натан, ты знал! Знал, но молчал.

– Я всего лишь недоговаривал, – улыбнулся вампир.

***

Утреннее небо проклюнулось золотистыми точками восходящего солнца, словно щеки юной девушки веснушками. Закружившись в едином танце, с цветка на цветок перелетали пестрые бабочки, похожие на тронутые золотом и багрянцем листья. Под ногами уже спозаранку мельтешили по своим делам крохотные трудяги-муравьи. Я, сидя на заднем дворике, усиленно рассматривала носки своих лаковых туфель, чувствуя при этом себя предельно скверно. Сейчас не хотелось ни о чем думать. Но все равно факт того, что Марго, моя заботливая и преданная Маргарита оказалась именно тем человеком, которого мы искали, не укладывался в голове. Я ожидала чего угодно: подлости Натана, предательства Брута, низости Афелии… но не предполагала получить все это от Маргариты. Не от той Марго, что отважно защищала меня от вампира, хотя наверняка ужасно боялась Натана, не от той Марго, что рискнула поехать к черту на кулички, лишь бы не бросать меня одну, не от той Марго, что принесла мне вчера ужин, забыв о старых обидах. И все же это была она.

Пожалуй, проще всего было подумать, что на Маргариту наложили заклинание повиновения, каким обычно пользуются гномы для приручения кабиров – духов, ведающих подземным огнем. Или, возможно, ее принудили стать непосредственным участником всей этой игры, ведь Марго напрямую связана со мной, владелицей одного из трех артефактов. Но все было не так, и я это знала. Фигура в плаще из моего вчерашнего видения, за которой ночью проследил Кейл, и моя горничная оказались одним и тем же лицом. Вернее маской, ведь настоящего лица Маргариты, выходит, я так и не видела. Не будь видения, я могла бы поспорить на что угодно – Марго очутилась в туннеле случайно, как и я наткнулась на расчищенный после обвала ход. Ну не могла моя подруга быть способной на такое. Однако видение доказывало обратное. И все произошедшее выстроилось в одну цепочку. Убийство деда – его предал человек из близкого окружения, пропажа артефактов – кто еще мог свободно передвигаться по замку и искать тайник, чрезмерная забота обо мне – лишь прикрытие и право влиять на мои действия, поездка вместе с вампиром – прекрасная возможность быть в курсе всего и при этом оставаться незамеченной.

Я заподозрила ее лишь вчера. Марго подвела ее чрезмерная неприязнь к Натану. Конечно, вампиру в последнее время вообще мало кто доверял, но подброшенное к его комнату кольцо, вместо того чтобы явиться неоспоримым доказательством причастности Натана, стало его алиби. Уж слишком много совпадений оказалось на его счету, в то время как Натан отнюдь не глуп, чтобы допустить столько ошибок.

Больше всего меня настораживала женщина под маской. Мы определенно ее знали, иначе ей незачем было скрывать лицо. Нет, даже не от нас, окажись она магичкой – ее сразу узнал Алан или Натан. Она скрыла лицо во время нападения на Карнелио, когда правитель Дэйтона возвращался из Хорсиги. Зачем нужны все предосторожности, ведь трусливый и малодушный правитель молчал бы и без того? Выходит, он должен был знать человека, прячущегося под маской. Как Карнелио удивился бы, пойми он, что на въезде в королевство на него напала горничная, простая служанка, необученная магии. А ведь Марго уже тогда, скорее всего, догадывалась, что в Хорсигу приедет вампир и предложит мне найти артефакты. Как бы Карнелио тогда отреагировал на ее появление? И ведь она даже не спустилась со мной и Натаном в подвал. Испугалась крыс?..

Я облизала пересохшие губы и крепко стиснула зубы. Не хватало еще жалеть себя! Глупая принцесса клюнула на удочку. Вот Марго потешалась-то за моей спиной. «Лиз, я войду в лабораторию только с твоего разрешения. Вдруг ненароком смахну с полки какую-нибудь склянку, а я ведь совсем не разбираюсь в магии!» Смешно. Я проглотила раздирающий горло комок. И как тогда, не зная латыни, Маргарита прочитала надпись на зелье, приготовленном Тайросом «против мертвечины»?! А я тоже хороша. Да Тайрос никогда бы не приклеил подобную этикетку! Тайрос, педантичный и предельно точный, непременно бы указал, против чего конкретно приготовлено зелье, а не обобщал понятие «мертвечина». А кольцо? Его мог подкинуть Натану лишь тот, кто воспользовался туннелем! Достаточно просто временно жить в замке Виктора и иметь доступ во все комнаты, ведь остальная прислуга боялась вампира и не совалась в его покои. Боль тупо била изнутри. И даже стремление Марго найти мне жениха превосходно сыграно. Маргарита принесла мне фолианты о неженатых правителях – какое королевство стояло на обложке? Все тот же Иллион. Одного не пойму: почему ей приспичило, чтобы мы оказались именно здесь? Зачем тогда на рынке она выбросила артефакт, который сейчас висит у меня на шее? В ней проснулась доселе дремлющая совесть? После всего – сильно сомневаюсь. Но так или иначе она действовала не одна. Существовал второй маг, забравший браслет с изумрудом, и он был, однозначно, главным лицом в разыгранном спектакле.

– Лиз, наконец я тебя нашел! – Со стороны черного хода ко мне шел Алан. – Уже было подумал, что ты ушла в город.

Он рассмеялся, но смех вышел каким-то натянутым, неестественным. Я прятала глаза и до сих пор давилась остатками слез. Но Алану, знавшему меня практически пятнадцать лет, и не надо было видеть моего лица, чтобы понять, насколько мне паршиво.

– Лиз! Ну ты чего раскисла, сестренка?! – Он обнял меня и прижал себе.

От Ала пахло знакомым горьковато-мускусным ароматом.

– Ал, как она вообще… как она могла, так поступить? Ладно со мной, но с дедом!..

Некромант молчал, гладя меня рукой по голове.

– Пойдем в Гильдию, – не спросил, а скорее предложил он.

– Для чего? Искать там больше нечего, или ты все еще думаешь, что Афелия может что-то знать?

– Нет. Просто считаю, что тебе стоит переключиться на что-нибудь другое.

Я кивнула, поднялась на ноги и, сделав пару шагов к замку, повернулась к Алану. Он, все еще задумавшись, сидел на скамейке.

– Ее так и не нашли?

– Нет. И я не думаю, что Маргарита вообще появится в замке, она все поняла.

– Да. Поняла, – тихо повторила я.

***

Афелии, как и Бортаса, в кабинете не оказалось. Резная дверь была немного приоткрыта, всего на несколько сантиметров, но переступить порог рискнул бы только самоубийца. Сквозь щелку лился холодный голубоватый свет. Однако в коридор, где мы сейчас и стояли с Аланом, свет не проникал, будто наткнувшись на препятствие.

– Заклинание номер одна тысяча сорок семь: чары против проникновения, – небрежно произнес Алан, заложив руки за спину и прогуливаясь вдоль коридора.

– А их точно нет в кабинете? Может, просто не хотят никого видеть?

– Исключено. Чары парализуют любого, кто ступит на пол кабинета.

Я с уважением посмотрела на друга. Что мешало мне детально заняться магией? Тем более когда Натан рассказал о наследстве моей матери? Как-то странно было представить себя владеющей подобной силой. Силой одного из трех магистров.

– Давай поищем их сами. – Алан, которому надоело слоняться без дела, решил приукрасить помещение.

Кирпичи, из которых была выложена одна из стен, по очереди повыскакивали из кладки, образовав прямоугольное пространство, в которое встало огромное окно с цветастыми шторками в крупный подсолнух. Гильдия Магов сразу же приобрела праздничный вид. Алан мог забыть или перепутать слова в простецком заклинании, но иногда используемая им магия лежала за пределами возможностей.

– Они же будут не против?! – Увидев мое недоумение, некромант почесал в затылке. – В Гильдии почему-то очень легко срабатывают заклинания.

– Особенно для некромантов, – согласилась я.

Ал открыл окошко, впуская в коридор поток свежего воздуха, и вдруг, чем-то заинтересовавшись, высунулся наружу. Я с любопытством последовала его примеру. На площадке перед зданием, задрав голову, стояла Афелия и с каким-то патологическим интересом взирала на только что приобретенную новинку в устройстве Гильдии.

– Здрасьте! – помахал ей рукой Алан.

Ведунья вяло отозвалась, неуверенно подняв рук в ответ, но, опомнившись, сделала вид, что просто разминала кисть.

– А мы как раз вас ищем! Не дадите нам списки?

Афелия с ужасом округлила глаза:

– Сегодня не получится. Недавно в туннеле под Гильдией произошел обвал. – Она наморщила лоб. – Хотя не понимаю, по какой причине. Этим ходом уже давно никто не пользуется. Бортас попросил магов помочь ему расчистить проход, сильно пострадали фиксирующие перекладины, на потолке образовалась приличных размеров трещина. Существует риск, что она распространится и на архив. Но у меня есть для вас другое задание. Я сейчас поднимусь.

Афелия поспешила внутрь здания, процедив сквозь зубы: «Пока вы еще что-нибудь не натворили».

Сняв чары, она впустила нас в кабинет и плотно притворила дверь.

– Два дня назад в Гильдию обратился весьма уважаемый в городе человек.

– Маг? – сразу же расставил точки над «i» Алан.

– Нет, он работает судьей в ратуше. Орий, так его зовут, беспокоится о своей семье. В последнее время жена и трое его детей жалуются на плохое самочувствие, кто-то словно высасывает из них жизнь.

– Вы хотите поручить такое дело нам? Не боитесь, что вашего уважаемого человека не устроит, что к нему прислали новичков?

– Нет. – Афелия положила руки на стол и исподтишка посмотрела на нас с Аланом. – Вообще-то им уже занимались до вас, но ничего конкретного определить не удалось. Единственное, что заподозрил маг, работавший последним, так это странное поведение младшего сына Ория. Ну да вы сами все скоро увидите. – Ведунья хлопнула в ладоши. – Кстати, за работу Орий еще не заплатил, так что в настоящее время вам ничего не полагается.

– Ну что вы! Мы работаем на голом энтузиазме, – слишком бодро отозвался Алан.

Ведунью, как и меня, его бравада не только не впечатлила, но и насторожила. Поэтому она не преминула проверить ближайшее окружение на предмет наличия магического поля и только после этого с большой неохотой вытащила из верхнего ящика тощенький мешочек.

– Ладно. Вот вам на расходы. В конце концов всегда могут произойти непредвиденные обстоятельства. – Две морщинки залегли в уголках ее губ.

Очевидно, ведунья пыталась улыбнуться, но улыбка получилась похожей на оскал.

– Все непредвиденное можно предвидеть, – пряча под куртку мешочек с каролиями, универсальной валютой всех королевств, пофилософствовал Алан. – У нас по этой части Лиз специалистка.

Мы спустились на первый этаж и столкнулись в дверях с Бортасом. Старик по всей видимости куда-то спешил, потому что заметил нас не сразу.

– Здравствуйте! – Я была рада встрече, Бортас – один из немногих, кто действительно хорошо ко мне относился.

– Ох, Элизабет! – Маг, будто очнувшись от сна, поднял на меня блекло-голубые глаза. – Извините, я задумался о своем.

– Мы вас, наверное, задерживаем?

– Нет-нет. Все в порядке. Ничто не может заменить общения со старыми знакомыми. – Бортас посторонился, давая проход низкому, пучеглазому, похожему на притаившегося под камнем краба магу. Тот вежливо поклонился и скрылся за поворотом.

– Афелия рассказала нам об обвале. Вы сейчас, должно быть, очень заняты.

– А когда я бываю не занятым? – рассмеялся он. – На мою голову то и дело сыплются самые разнообразные проблемы. – Бортас показал на лысину. – Как Натан?

Я слегка смутилась. Старик каждый раз спрашивает о вампире, а тот хорош! Мог бы хоть раз навестить своего наставника, ведь их связывают долгие годы дружбы.

– Прекрасно, – слукавила я. – Как и прежде, ему не терпится завладеть артефактами, он раздает указания и пресекает всяческие попытки действовать не по его плану.

– Не обижайтесь на него, Элизабет. Это я его таким воспитал. Знаете, дети правителей нуждаются во вседозволенности. Сибаритство у них в крови.

– В его случае оно преобладает над другими качествами, – с уверенностью заявила я.

– Что вы, Элизабет. Знали бы вы, каков Натан на самом деле. Я был его наставником всего тридцать лет – мгновение для вампира, но успел сильно к нему привязаться и многое понять в нем. – Бортас склонил голову набок и закрыл глаза, судя по всему, предаваясь старым воспоминаниям и лишь что-то монотонно бубня себе под нос. Сейчас он напоминал скитающегося по городам менестреля, собирающегося поведать миру новую историю о благородном герое.

Алан, прикинув, в какие дебри могут завести старого мага воспоминания, громко кашлянул. Бортас, опомнившись, открыл глаза и прогнал с лица мечтательное выражение.

– К счастью, я могу только догадываться, каков настоящий Натан, – пожала плечами я.

– Вы к нему слишком строги.

– Скорее наоборот. – Я не слишком верила в благие намерения вампира.

Бортас мягко улыбнулся, не став спорить, и, словно вспомнив о чем-то, хлопнул себя по лысине.

– Голова дырявая, совсем забыл! Я буду вам признателен, если по окончании сегодняшней работы вы передадите Натану мое послание. – Старик достал из складок мантии перетянутый тесемкой тонкий свиток, скрепленный каплей застывшего воска с оттиском перстня.

– Конечно. Но, боюсь, мы сможем передать его только поздно вечером, поскольку не знаем, как долго задержимся.

– Ничего страшного. Это не к спеху.

– Наставник! Нам нужна ваша помощь.

К Бортасу подошел тот самый низкорослый маг, что недавно с ним здоровался, в руках он держал раскрытую на середине книгу. Я присмотрелась. Одну из страниц заполнял мелкий, бисерный почерк, на другой – чернели три руны, расположенные друг под другом. Руны были мне незнакомы, поэтому отнести их к какой-то конкретной магии я не смогла.

– Уже иду. – Старик повернулся к нам. – Жаль, но мне действительно пора. – Он вновь о чем-то задумался и, взяв книгу из рук ученика, не спеша направился за ним.

– Чудаковатый старик! – глядя ему вслед, произнес Алан. – По-хорошему чудаковатый.

– Как он вообще мог стать наставником Натана? – удивилась я. – Ну что? Идем смотреть порученное задание?

– Пошли. – Алан галантно пропустил меня вперед.

Дом судьи находился за рынком, возле огромного бака с водой. Сегодня утром было немного прохладно благодаря гуляющему по городу ветру. Зато в жаркое время металлическая конструкция, по-видимому, очень сильно нагревалась, вся трава по окружности бака была выжжена, а редкие растения зачахли.

– Неудачное место выбрал этот Орий для жилья. Все недовольные рыночные торговки и их обманутые покупатели наверняка сразу же спешат пожаловаться городскому судье.

Дом, который прочностью мог поспорить разве что с цитаделью троллей, был выложен из светлого камня и разделен между этажами сосновыми балками. На пороге, подперев рукой подбородок, сидела девочка и перебирала зерно, хорошее она сыпала в подол платья, а плохое скармливала прогуливающейся возле нее гусыне. Увидев нас, девочка вскочила на ноги, позабыв о своей работе, и неловко рассыпала все отобранное зерно на землю. Ободренная новыми перспективами гусыня тут же бросилась склевывать хозяйское добро.

– Доброе утро. – Я ласково помахала девчушке, сразу вспомнив, как точно так же здоровалась с народом Хорсиги.

– Здравствуйте, – отозвалась та, попеременно осматривая то на меня, то на Алана.

– Мы к Орию. – Я предположила, что, скорее всего, эта дочка одной из служанок. Вряд ли папаша заставил бы семью заниматься грязной работой.

– А его нет. Он сегодня до полудня пробудет в ратуше, а потом как всегда отправится обедать к этому противному хозяину харчевни, – с детской непосредственностью доложила девочка.

– Вот как. А мы надеялись его застать, у нас к судье дело есть.

Девочка взяла на руки гусыню и прижала ее к себе.

– Вы можете подождать папу в доме, – поднимаясь на крылечко, сказала она.

Папу? Все-таки я ошиблась с семейными узами. Должно быть, девочке просто нечем заняться, вот она и стала помогать по хозяйству. Я и сама частенько ловила себя на мысли, что в Хорсиге смертельно скучно.

Мы последовали за ней. Дом изнутри оказался обставлен соответственно занимаемой Орием должности, богатство било из всех щелей. На полу у камина лежала шкура медведя, стены украшали шелковые гобелены, а в воздух витал еле уловимый аромат розового масла. Я, привыкшая к подобному, не удивилась и фарфоровой посуде, и хрустальным чашам с фруктами. Но, когда дочка судьи привела нас в гостиную, не смогла сдержать своего восхищения. Повсюду были расставлены и подвешены позолоченные клетки с сидящими в них птицами. Зяблики, зарянки, иволги, чижи, корольки, остальных пташек я даже не сумела разобрать, заливались на разные голоса, на их фоне вся роскошь выглядела бутафорией.

– Правда, они прелесть?! – все еще прижимая гусыню, поинтересовался ребенок, но ту же вздрогнул, услышав шаги.

– Делия, это ты? – В комнату вошла высокая стройная женщина с золотистыми вьющимися волосами, аккуратно собранными в два жгута, и чересчур прямой осанкой. – Кого ты опять привела в дом?!

Брови женщины сошлись в одну прямую линию. Ребенок испугался:

– Мама, они к папе пришли.

– Не вините дочь, мы действительно пришли к вашему мужу, – вступился за девочку Алан. – Мы из Гильдии Магов.

– Орий мне ничего не говорил о том, что придет еще кто-то. По-моему, и так ясно, насколько убогими знаниями располагают присланные маги.

Делия шмыгнула носом.

– Какое бы мнение у вас ни сложилось, мы обязаны дождаться вашего мужа. Только он вправе отстранить нас от работы.

– Что ж, за этим дело не станет. – Хозяйка дома поджала губы и горделивой походкой вышла из комнаты.

– Не обижайтесь на маму, она хорошая. Просто… просто с ней что-то не так, – шепнула Делия.

– И давно у нее это?.. – Я силилась найти подходящее слово.

– Чуть больше двух недель, – поведал бесхитростный ребенок. – Так вам нравятся мои птички?

– Очень красивые, – искренне похвалила я и дернула за рукав Алана, котолрый пытался для своих некромантических целей выдернуть перо из хвоста одной из любимиц Делии. – Нам сказали, что у твоего папы трое детей.

– Да, Гелла, моя старшая сестра, и Тим. – При упоминании о брате Делия нахмурилась.

– А где они сейчас? Почему тебе не помогали?

– Гелла уже большая. Она, как и вы, практикует магию, только не в Гильдии. Она подбирает ингредиенты для зелий, а Тим…

Девочка не успела закончить фразу, в комнату на всех парах влетел взлохмаченный мальчишка лет семи и толкнул сестренку. Гусыня в руках у девочки зашипела и, вытянув шею, попыталась наказать сорванца.

– А вот и Тим, я полагаю.

Мальчик, не проявив к нам никакого интереса, подскочил к клетке и принялся трясти ее вместе с разбуженным чижом, желто-зеленые перья полетели в разные стороны.

– Тим! Оставь его в покое! – закричала Делия. – Не трогай моих птиц!

Но на брата никакие упрашивания не действовали, более того, он с еще большим азартом стал гонять птицу по клетке. Девочка заревела, размазывая по щекам крупные как горох слезы.

– Почему обижаешь сестренку?! – вмешался Алан, отбирая у Тима несчастного растрепанного чижа.

Тот попытался допрыгнуть до клетки, но Ал держал ее в руке над головой, а рост у некроманта далеко не маленький. Во всяком случае, в шумной толпе Алан точно не затеряется.

– Отдай! – со злостью выкрикнул Тим.

– Даже не подумаю. – Ал подвесил клетку к люстре.

– Ты пожалеешь! – с недетским ожесточением на личике произнес Тим.

– Я уже жалею, что без ведома отца не могу заняться воспитанием не в меру агрессивного ребенка.

Мальчик отступил назад.

– Отец выгонит вас! – И он выскочил из комнаты, чуть не сбив Делию с ног.

– С ним тоже что-то не так? – уточнила я. То, что мальчик его возраста говорит «отец» вместо «папа», было непривычно.

– Тим, конечно, и раньше не отличался примерным поведением, но в последнее время он стал особенно невыносим. Ой! – Девочка вдруг схватилась за голову.

Я присела рядом:

– Что такое?

– Опять голова закружилась.

Я тыльной стороной ладони пощупала ей лоб. Кое-какие подозрения на этот счет у меня уже имелись.

– Скажи, Делия, ты чувствуешь себя хуже, как только пообщаешься с братом?

Девочка на секунду задумалась.

– Ну да, – наконец кивнула она. – Иногда Тим ведет себя совершенно по-свински. Вы еще сами все увидите.

Многообещающее начало порученного задания воодушевляло.

– Попахивает магией, ты не находишь? – наклонился ко мне Алан. – А кто ею занимается в семье?

Утерев остатки детских слез, я поднялась и взяла девочку за теплую ладошку.

– Делия, не проводишь нас в комнату своей старшей сестры?

Глава 7. Ход конем

Комната, в которой жила Гелла, сильно напоминала лабораторию моего деда. Буро-черные круги на потолке хранили воспоминания о неудачных экспериментах, неровные проплешины на ковре свидетельствовали, что зелье не раз проливали на пол, а исписанные углем стены виновато намекали, что у хозяйки комнаты не всегда находился под рукой клочок бумаги. А уж о многочисленных колбочках, склянках, пузырьках, коробках и бутыльках я и не говорю.

Но Гелла, очевидно, особо по этому поводу не огорчалась, потому как попыток сменить один ковер на другой не предпринимала.

Старшая сестра Делии горстями ссыпала пахучий порошок в чан, под которым был разведен огонь. Крупинки порошка шипели и подпрыгивали на раскаленном дне, норовя выскочить из чана.

– Еще одна горсть истолченного корневища имбиря, одна четвертая объема освященной в летнее солнцестояние воды и три капли эссенции омелы, – вслух рассуждала Гелла.

Девушка как две капли воды была похожа на свою мать: те же отливающие золотом кудри, только более коротко остриженные, открытый лоб, изящные черты лица, стройная фигура.

– Четыре, – вмешался Алан.

Гелла подняла на него глаза, в ее взгляде читались недоумение и недовольство в связи с прерванной работой.

– Простите, что?

– Я говорю, что надо добавить еще одну каплю эссенции. – Некромант открыл бутыль и подал ее Гелле.

– Вряд ли. Я уже готовила это зелье!

– Оно и видно. – Алан ехидно оглядел нанесенный опытами ущерб. – Ты, наверное, постоянно обжигаешь руки.

– И что с того? Зелье часто выкипает и взрывается, без этого не обойтись.

– Ты права. Но не в случае с зельем оберегания. Попробуй добавь на одну каплю больше, – настаивал Алан.

– Полный бред! Что может сделать одна капля?! – усмехнулась девушка, но все-таки последовала совету Ала. Хотя, мне кажется, больше из желания подтвердить свою правоту, что ничего нового не произойдет.

Зелье, серебристо-белое и густое, как расплавленное олово, с охотой поглощало каплю за каплей. Уже после второй оно заворчало, выбросило на поверхность огромный пузырь, который лопнул, оставив после себя облако серого дыма.

– Добавляй быстрее! – поторопил некромант.

– Разберусь без посторонней помощи!

Зелье прыснуло во все стороны водопадом брызг, мы инстинктивно отшатнулись, однако Гелла так и осталась стоять возле чана. На предплечье девушки красной отметиной проступил ожог.

– Ненормальная! – Алан выхватил бутылек из рук Геллы и быстро добавил еще две капли.

Зелье, готовое перелиться через край, неожиданно замерло, вздрогнуло тягучей массой в последний раз и медленно стало опускаться на дно, меняя цвет с сероватого на прозрачно-белый.

– Как ты? – Я подошла к Гелле. – Надо приложить что-нибудь холодное.

– Нет. Не надо, все в порядке. – Она повернулась к Алану: – Спасибо.

– Пустяки. Это мой брат придумал, – передал тот лавры Деймону. – Но Лиз права, нужно промыть руку в холодной воде, у тебя приличный ожог.

– Мне не больно. – Девушка стала разливать зелье по флаконам.

– Не больно? – Алан задумался, до этого неуязвимость была только его приоритетом.

Гелла пренебрежительно дернула плечом, показывая, что все так и есть.

– Неправда! – Делия подскочила к сестре. – На самом деле она просто не чувствует боли.

Девушка рассмеялась и погладила ту по голове.

– Ну что ты такое говоришь, Дел, я уже привыкла к тому, что постоянно обжигаю руки. Вот боль и притупилась.

Девочка прижалась к сестре.

– Нет. Ты сама не хочешь верить в то, что происходит.

– Делия в последнее время сама не своя. Стала нервной и подозрительной, хотя ничего не происходит. – Гелла извиняющимся взглядом посмотрела на нас.

Делия обиженно засопела.

– Значит, вы тоже маги?! – сменила тему разговора Гелла.

– Да. Мы из Гильдии. Нас нанял Орий.

– О, и вы туда же! Сколько раз говорила отцу, что в нашем доме все в порядке. Неужели я не почувствовала бы порчу? Право, это смешно.

– И все же, если не возражаешь, мы осмотрим дом, – попросила я.

– Пожалуйста. Но, уверяю, здесь вам нечего искать. Впрочем, если отцу нравятся все эти развлечения, пускай. Вы, как и другие, ничего не обнаружите, и он в конце концов успокоится.

– Отлично. Тогда, может, Делия проводит меня на первый этаж? А ты, Ал, осмотри второй, – решила я воспользоваться предложенной возможностью.

Алан согласно кивнул.

Как только мы спустились, Делия потащила меня в кладовку.

– Ты хочешь мне что-то показать? – спросила я, оказавшись в темном душном помещении, где остро пахло травами.

– Да. Здесь нас никто не услышит.

– Чего ты боишься? – не поняла столь странное поведение девочки я.

– Я переживаю за маму и сестру, – уткнувшись мне в живот, тихо произнесла она.

– А как же Тим? С ним ведь тоже что-то не так.

– Тима я не люблю! Он плохой! – категорично заявила Делия.

– Он твой брат. Со временем все изменится, вот увидишь. Тим вырастет и будет тебя защищать, просто он еще маленький и многого не понимает.

– Нет! – твердо сказала она. – Тим не исправится. И вообще… все это из-за него.

– Что все?

– Все. Мама стала слишком строгой, придирается по любому поводу, вчера вот хотела выбросить клетки с птицами, если бы не Гелла, то она непременно так и сделала бы. Папа вообще про нас забыл, его постоянно нет дома.

– Твой папа беспокоится, иначе бы не стал нанимать магов, чтобы проверить дом.

– Мы его больше не волнуем. Это раньше он всегда обедал дома, ему нравилось, как готовит мама. А сейчас ему все равно, найдут ли маги что-то в доме или нет.

– Хорошо. Предположим, ты права. А что тогда с Геллой? Что изменилось в ее поведении? По-моему, она тебя любит.

– Любит. – Делия вытерла нос рукавом. – Гелла – единственная, кто не поменял ко мне отношения. Но вы же видели, какой она стала. Она помешана на своих экспериментах, из-за своей мании практически не выходит из комнаты. И еще эти ожоги… Как она может не чувствовать боли?

Я закусила губу. Как минимум три человека в доме ведут себя необычно. К тому же Тим настолько надоел своими выходками сестре, что та даже не беспокоится о нем. Но Гелла говорит, что это не порча. Однако кроме порчи есть много способов отомстить. Именно отомстить, дети никому навредить не могли, даже задира Тим вряд ли зашел бы дальше угроз и глупых выходок. По словам Делии, ее мать двумя неделями раньше вела себя по-другому, а вот отец… Он судья, родственники несправедливо осужденного могли затаить обиду. Или какому-нибудь вору не удалось избежать тюрьмы, он вышел на свободу и решил отомстить Орию. Да мало ли причин найдется, чтобы поквитаться с судьей города.

– А ваши слуги, они тоже изменились?

– Нет. Большая часть прислуги уволилась, кто-то не выдержал очередной проделки Тима, кто-то – придирок мамы. Остальные ведут себя обычно, разве что стараются держаться на расстоянии. Свои обязанности по дому выполняют исправно, но я не раз слышала, как они шепчутся на кухне.

– Они боятся открыто признать, что в доме что-то происходит. Может, слуги видели кого-нибудь?

– В том-то и дело, что никто ничего не видел. Гелла проверила весь дом, но ничего не обнаружила. Она ведь магичка, как и вы. Вмиг бы почувствовала постороннюю магию.

«Ну, из нас двоих на звание мага тянет только Алан, я лишь принцесса, исполняющая роль помощника великого некроманта, но по сути только без конца подливающая масло в огонь».

– Знаешь, Делия, а твоя сестра может оказаться права. Вполне вероятно, что дело не в доме. Возможно, магию приносят извне. Я с другом схожу на работу к твоему папе и проверю там, а ты пока понаблюдай, не приходит ли в дом кто-то посторонний. Это может быть торговец, сосед, разносчик молока. Договорились?

– Да! – подскочила девочка, приободренная возложенной на нее миссией.

***

Алан спускался по лестнице, засучив рукава и держа руки в карманах брюк. Увидев меня, он покачал головой, говоря тем самым, что ничего стоящего на втором этаже дома не обнаружил.

– А у тебя как? Нашла что-нибудь?

– Пока нет. Есть сомнения по поводу места работы Ория. На него могут воздействовать непосредственно в ратуше. Так что пока есть время, давай сходим туда.

– Ладно. Все равно здесь нам не очень рады, – имея в виду хозяйку дома, произнес Алан. – Кстати, Гелла готовила зелье оберегания неспроста. Она все-таки хочет напоить им всю семью.

Высунувшись из-за угла, за нами наблюдал Тим. Я вспомнила, что Афелия говорила насчет младшего ребенка. Последний маг, работающий в доме, подозревал именно его. А если агрессия Тима все же возымела действие?!

Уже с порога я вернулась под предлогом забытой вещи. Мальчик моментально сделал вид, что находится в доме один и происходящее его мало интересует.

– Послушай, Тим. Мы собираемся сходить на работу к твоему папе, ты пойдешь с нами?

Тим даже не повернул голову в мою сторону, продолжил играть на полу в солдатиков.

– Тебе, наверное, скучно одному. Гелла занята своими опытами, а Делия ухаживает за птицами. Если хочешь, мы с Аланом можем поиграть с тобой.

– Вот еще! Мне и одному хорошо! Девчоночья компания мне не нужна! – с вызовом сказал он.

– А как насчет Ала? С ним не соскучишься! – попыталась я разговорить мальчика.

– Он отобрал у меня клетку! Я все расскажу отцу.

– Дело, конечно, твое, – я сделала вид, что мне совершенно безразлично, – но Алан мог бы оживить твоих солдатиков. Живая армия ведь намного лучше игрушечной.

Тим недоверчиво обернулся.

– Хорош врать! Кроме некромантов, никто не может оживить неодушевленный предмет, это всем известно. А некроманты живут в Тантосе, они не приедут в Иллион даже ради того, чтобы вступить в Гильдию Магов.

Я хитро улыбнулась.

– Странно. Как раз один мой знакомый некромант ждет сейчас за дверью.

– Врешь! – не поверил Тим. – Он не некромант! Я слышал, что некромантам по триста лет и они сморщенные, как трухлявые грибы.

– Алану бы не понравилась такая характеристика. Впрочем, дело твое. Не веришь – не надо. – Я сделала пару шагов, будто собираясь уйти.

– Подожди! – не удержался мальчик. – Так и быть я схожу с вами, – важно произнес он. – Хотя ты и врешь насчет своего друга.

Тим поднялся с пола и практически бегом пустился к двери. Все-таки полезно иметь в лучших друзьях некроманта. Между тем Алана на пороге не оказалось, любопытство уже унесло его в неизвестном направлении.

– Твой друг испугался! – насупился Тим. – Так и знал, что ты все выдумала!

Я уже была готова к тому, что Тим передумает и вернется в дом, и тогда мне вряд ли представится еще шанс нормально с ним пообщаться, как услышала откуда-то сбоку голос Алана.

– …И даже в безлунную ночь?

Ал обнаружился неподалеку, увлеченно беседующий об особенностях соседнего кладбища.

– Вот вам повезло! Абраки появляются из могил раз в три месяца, а в Иллионе их можно чуть ли не каждую ночь подкараулить! Здорово!

– Какое там повезло! Вы, приезжие, совсем, что ли, с ума посходили! – покрутил пальцем у виска дедок, спихивая с кузова телеги потрескавшийся от жары гроб. – Управы на них никакой нет. Из Гильдии поначалу присылали магов, только разве охота кому возиться с мертвяками?

– Так и я про что: повезло вам. И мне заодно! Всегда хотел изучать абраков!

– Да ты что, ведь совсем молодой! Мертвяк с тобой такое сделает! Он ведь людей в зомби превращает!

– Вот и я говорю: здорово! В других городах они уже давно перевелись – перестали там люди топиться. А в Иллионе – бери не хочу! У нас в Тантосе подавно такого не сыскать. В лучшем случае оттощака ночью встретишь, да он даже нападать не собирается, лишь всю ночь в кустах ворчит, спать мешает.

– У вас где? – Мужичок от неожиданности выпустил гроб из рук.

Тот проехался днищем по кузову, чуть не накрыв сверху обескураженного ночевкой на кладбищах деда. Алан вовремя успел подставить руку и поймать деревянный ящик.

– В Тантосе. Неужели никогда не слышали?

– Вальмонт с тобой! Там же находится поместье некромантов! Его владелец Адриан как-то приезжал к нам в королевство, после него целых тринадцать лет нечисть боялась лишний гвоздь в гробу ковырнуть.

– Мой отец еще и не на такое способен! Вы бы его видели в период облавы! – Довольный Алан ударил кулаком по ладони.

Горожанин с неприсущей пожилому человеку прытью затолкал гроб обратно и, схватив лошадь за поводья, потащил ее подальше от дома судьи. К Алу сразу же подскочил Тим.

– Так это правда! – восторженно затараторил он. – Ты некромант!

– Ну да. А что в этом такого? Или твой отец не берет на службу некромантов? – Ал, вероятно, подумал, что мальчишка собирается пожаловаться Орию.

– И ты научишь меня паре приемчиков?! – с надеждой спросил Тим.

Я, стоя за спиной у мальчика, усиленно закивала, подавая Алану знак, чтобы тот согласился.

– Приемчиков? – Алан задумчиво погладил подбородок.

– Да! Чтобы бить нечисть! – молодым козленком запрыгал вокруг того Тим.

Алан сделал вид, что решает, как поступить.

– При одном условии: ты помиришься со своей сестрой и больше не будешь ее обижать.

– Ее никто и не обижает, – нахмурился ребенок. – Она вечно заботится о своих птицах, а меня к ним даже не подпускает!

Я вздохнула. Похоже, что Тим проказами лишь хотел привлечь к себе внимание. Еще бы: старшая сестра помешана на изобретении зелий, а родители совсем забыли о детях. Боюсь, тут вовсе не в магии дело. Члены семьи просто забыли об отведенных им ролях. Я захотела проверить свои предположения:

– Тим, ты разве не любишь Делию?

– Не знаю, – буркнул мальчик. – Она постоянно злится на меня.

– А твоя мама, она никогда не вмешивалась?

– Нет, потому что раньше было все не так. Все началось с того, как папа стал проводить больше времени в суде, – пожаловался Тим, когда мы пересекли рынок.

– Твоя мама за него волнуется. Делия мне сказала, что большинство прислуги уволилось, маме сейчас нелегко справляться со всем: заботы по дому, да еще вы все время ссоритесь. Ты не знаешь, почему твой папа пропадает на работе?

– Мама говорит, что он нас больше не любит, – грустно сказал Тим.

– Но раньше же он был совсем другим. Человек не может так быстро изменить свое отношение, тем более к детям. Возможно, у него проблемы. – Я взяла мальчика за руку. – Сейчас вся надежда на тебя, поддержи сестер и маму. Они не должны сомневаться и в тебе. Ты же мужчина, так не обижай их.

– И даже если Делия опять не подпустит меня к своим птицам?

– Знаешь, мне кажется, стоит тебе вежливо спросить у Делии разрешения, она не сможет тебе отказать.

– Сомневаюсь. – Мальчик насупился. – Она боится за своих птиц.

– Я же не обманула тебя, когда сказала, что Алан некромант.

– Ладно, – вздохнул Тим. – Я попробую. И папе я ничего не расскажу. Я не ябеда. – Он снова повис на Алане. – А ты возьмешь меня с собой на кладбище?

– Если разрешат твои родители, то возьму.

– У моих родителей ты почему-то не спрашивал разрешения, – вмешалась я.

Мелькнули фронтоны, украшающие вытянутые, забранные витыми решетками окна ратуши. Фасад здания был обнесен мраморной крошкой, сама ратуша насчитывала три этажа и огибала просторный, выложенный красной плиткой двор. Там же орудовал ветхой метлой, недосчитывающей половины прутьев, дворник.

Алан неожиданно замер, уставившись в одну точку. Я проследила за направлением его взгляда.

На противоположной стороне улицы беседовала с розовощекой пышнотелой женщиной Тара. Рядом, привязанный к столбу, бил копытами гнедой конь с белой полоской на лбу. Девушка отсчитала несколько монет, протянула их женщине, у которой по всей видимости снимала комнату, подхватила перетянутый бечевкой холщовый мешок и, попрощавшись, стала закреплять подпругу на боку лошади.

– Алан, ты чего? Пойдем, Тара тебя не видела, – окликнула я друга.

– Она уезжает, – неотрывно смотря на девушку, произнес Ал.

– Естественно, после того как ей улыбнулся Натан, в этом нет ничего удивительного. Она возвращается домой и больше не будет тебе докучать. Ты ведь этого хотел. Или нет?! – видя, как щеки Алана медленно краснеют, уточнила я.

– Этого. Черт возьми, я поступаю с ней точно так же.

– Как? – Тим непонимающе смотрел то на Алана, то на меня, дожидаясь объяснений.

– Точно так, как обращалась с нами Флор. Со мной, Кейлом, Виктором, еще кем-то. Это подло. – Алан направился к Таре. – Я должен с ней поговорить.

– Я с тобой! – не захотел отставать от нового друга Тим, но я придержала его за руку.

– Оставь их. Алан скоро нас догонит, пойдем пока навестим твоего папу.

Пройдя через зал, украшенный мраморными колоннами, Тим и я вслед за ним вошли в арку, оказавшись перед двухстворчатой дверью. Вдоль обеих стен от нее были выставлены две длинные скамьи, вероятно, для обращающихся за помощью жителей Иллиона. Сейчас скамьи пустовали, слабо поблескивая отполированными сиденьями.

– Папа работает здесь, – указал на дверь Тим.

– Отлично. Подождешь меня? Я кое-что хочу с ним обсудить.

Мальчик, который еще недавно досаждал всем подряд своим непослушанием, покорно сел на край скамьи и стал болтать ногами, оказавшись куда сговорчивее многих взрослых.

Внутри помещения комнат оказалось две. В первой в ряд были выстроены точно такие же скамьи, что и перед дверью. В центре, у самого окна, обнаружился письменный стол, чернильница с торчащими из нее полуобщипанными перьями, гора свернутых трубочкой свитков, кодекс законов в золотом переплете и огарок свечи для скрепления важных бумаг. Дверь во вторую комнату была приоткрыта. Я занесла руку, чтобы постучать, как в смежной комнате что-то с грохотом упало на пол.

– Оставьте меня в покое! Я не скажу ни слова! Пожалуйста! – умолял человек.

Я заглянула в проем. Рослый, широкоплечий мужчина всем телом вжался в стену, будто пытаясь пройти сквозь нее. Под глазами залегли тени, переносицу пересекала глубокая линия, он еле держался на ногах. Над ним на столе, прогнувшись в спине и готовясь к прыжку, навис волк. Его и жертву разделяло совсем немного, поэтому волк наслаждался своей предрешенной победой.

– У меня семья! Я не могу оставить их! Но подделывать почерк правителя незаконно! – голосил Орий.

О том, что это действительно он, я догадалась по ордену, вышитому на его мантии. Серебряная сова символизировала мудрость и рассудительность судей. Оставалось определиться со вторым участником сцены. На какое-то мгновение мне показалось, что это оборотень.

– Лукас? – не веря глазам, окликнула волка я.

Тот резко повернул морду на звук, вперив в меня черные ненавидящие глаза. Я осторожно протиснулась внутрь комнаты и закрыла дверь. Сейчас вот что бы то ни стало надо спасти Ория. Быть может, он в курсе причины разлада в семье.

Волк плотоядно оскалил зубы. Нет, это был хоть и оборотень, но не Лукас. Когда вчера Лукас, разбив окно, влетел в обеденный зал, я успела заметить, что шерсть у него огненно-рыжая, с золотым отливом, как и настоящий цвет волос. У этого же волка шерсть оказалась серебристой, местами даже белой, да и сам оборотень выглядел по-другому: матерый, с мощной, выдающейся вперед челюстью и крепкими короткими лапами. На шее у него болтался мешочек с перетянутой горловиной. Если там то, о чем я думаю…

Оборотень не сводил с меня взгляда, раздражительно водя хвостом вправо-влево.

– Беги! Он и тебя убьет! – крикнул Орий.

Волк хищно открыл пасть, проведя языком по острым, как зубья пилы, клыкам, сделал несколько шагом в моем направлении и остановился, взглядом приказав мне уходить. Я мысленно вернулась к Тиму – как я могу бросить его отца здесь одного?

– Убирайся сам!

Волк ощетинился и обнажил верхние клыки, как бы насмехаясь надо мной. Столь легкая и одновременно самоуверенная добыча, должно быть, попалась ему в первый раз. Надо было срочно что-то придумать, пока оборотень не перешел из наблюдателя в атакующего. Пространство под потолком расчертили два треугольника, сомкнувшиеся один в другом основаниями. Волк, увидев, что я решила использовать магию, выставил вперед передние лапы, переводя взгляд с меня на Ория и обратно – выбирая, на кого напасть первым.

Руна осветилась огненной каймой, указывающей на ее активацию. Оборотень с секунду напряженно выжидал, а потом, словно поняв, что сейчас произойдет, прыгнул на меня. Обездвиживающая руна – один из коронных приемов Алана, когда-то показанный мне, – не сработала. Мне хватило мгновения, чтобы оценить ситуацию, складывающуюся далеко не в мою пользу. Я присела и нырнула под стол. Шелковое платье скользило по мрамору как раскаленный нож по куску масла, да и опыт предыдущих встреч с оборотнями и мертвяками дал знать о себе. Пришло время исправлять огрехи в образовании.

Волк развернулся, непонимающе замотал головой в поисках своей жертвы, тут его и сбило воздушным потоком, пронесло вдоль всего судебного зала и порядочно приложило о стену. Получилось! Наконец-то у меня что-то получилось! Я вылезла из-под стола и, все еще держа правую руку вытянутой, двинулась в соседнюю комнату. Оборотня уже не было, лишь по фигурному орнаменту выдающегося из стены шипа стекала кровь, темно-багровая, почти черная. В момент удара он поранился, но я уже знала, что эта рана в скором времени регенерирует.

– Спасибо! – раздался за моей спиной голос Ория. – Я думал, что это конец, он меня загрызет. Могу я чем-нибудь вам помочь?

Я сжала амулет, он еще слабо пульсировал в ладони.

– Вы поэтому дома перестали бывать? Боялись нападения?

Орий отвел глаза.

– Не понимаю, о чем вы.

– И магов вы наняли вовсе не потому, что ваша семья стала странно себя вести. Вы хотели, чтобы возле них всегда кто-то находился. Маги из Гильдии не могли найти источника порчи, потому что его не существовало. Ведь так? Вы даже обедали вне дома, чтобы оградить жену и детей от возможного нападения. Кто он такой?

– Я действительно не понимаю…

– Перестаньте! Там, в коридоре, сидит ваш сын, а дома ждут вашего возвращения две дочери, одна из которых настолько перестала чувствовать вашу заботу, что, кроме магии, ее больше ничто не волнует, у нее даже притупилось чувство боли. Мне продолжать?

– Не надо. – Судья сжал клаки. – Я не знаю, кто это такой. Правда не знаю! – закричал он. – Все дело в пропавших магах, я ведь работаю судьей и разбираю все городские дела. А какие могут быть дела в городе магов? Правители Елиссии и Либии давно отправили запрос о пропаже магов их королевств. Бортас пытается их успокоить, но что он сможет сделать, если магов так и не найдут? Все эти разбирательства повесили на меня, а пару недель назад мне стали приходить письма с угрозами. Я всеми возможными способами должен был доказать, что маги, приехавшие на испытание, никуда не пропадали, что ничего не произошло и они скоро вернутся обратно в королевства.

– Но правители могли проверить ваши слова и прислать в Иллион своих представителей.

– Все так. Поэтому меня и заставляли подделать печать Виктора. Копия королевской печати хранится здесь, в ратуше, а я, как главный судья города, досконально знаю почерк правителя. Я уже подделал письмо, в котором якобы Виктор просит прощения за причиненные неудобства и утверждает, что испытание просто затянулось. Будто, как только Гильдия выберет сильнейшего, маги сразу вернутся на службу. – Орий достал два одинаковых свитка, обвязанных золотой нитью с покачивающейся на конце кисточкой. Королевской печати на них еще не стояло.

– И Гильдия тоже ничего не знает об угрозах в ваш адрес?

– Нет, конечно. Они надеются, что маги до сих пор прячутся и лишь тянут время.

– А если бы вы отправили письмо в Либию и Елессию, а правители королевств не приняли извинения Виктора и потребовали, чтобы придворные маги вернулись немедленно?

– Исключено. На это весь расчет. Виктору не посмели бы отказать. Правители ежегодно посылают своих магов в Иллион, поскольку в Гильдии те усовершенствуют свои навыки. Подобной практики нет больше ни в одном из королевств. Так что никто не захочет портить отношения с Виктором. – Судья смял оба письма. – Я так и не смог их отправить, поэтому он и пришел.

– Это был оборотень. При вас он когда-нибудь принимал обычный облик?

– Нет. Да я и увидел его только сегодня, до этого мне казалось, что письма присылает маг. – Он склонился над растекающимся пятном крови. – Что оборотню делать здесь? Насколько я знаю, они не очень любят выезжать за пределы Аргуса.

– Настоящие кровные оборотни тут ни при чем.

– Он проклятый?!

– И даже не проклятый. Забудьте о случившемся, возвращайтесь домой. Сейчас вы больше нужны своей семье, чем городу.

– Но как же угрозы? Я не отослал писем, значит, правители в скором времени будут здесь.

– Не волнуйтесь, я лично поговорю с Виктором. Он все уладит. А оборотень вряд ли еще раз появится в суде, я теперь знаю о подделанных письмах, так что его план провалился.

– Извините, вы спасли мне жизнь, но я должен сказать: у вас ничего не выйдет. Зачем правителю скрывать исчезновение магов?! Виктор даже не станет вас слушать.

– Ошибаетесь, меня он послушается в первую очередь. Ведь я знаю, где сейчас находятся пропавшие маги, – выходя из зала суда, с уверенностью произнесла я.

На скамье с двумя оберегами на шее сидел довольный Тим, а на полу из веточек, позаимствованных у растения с подоконника, Алан складывал наиболее простые в применении руны.

– Папа! – Мальчик увидел идущего позади меня Ория. – Папа! Я познакомился с настоящим некромантом!

Алан быстро собрал веточки и выпрямился, не всякий родитель одобрил бы подобные занятия с семилетним мальчишкой. Тем не менее Орий вполне дружелюбно пожал Алану руку и поднял сына на руки.

– Ну что? Идем домой?

– Домой? – Тим посмотрел на Алана. – Уже?

– Обрадуем маму, что я взял отпуск.

– Конечно. А я еще заскочу к вам вместе с Лиз. Только попозже, – пообещал Алан. – Верно, Лиз?! Лиз?

Я не спеша шла к выходу, когда меня догнал Алан.

– Ты чего такая кислая?

– Да так, задумалась. Как прошел разговор с Тарой?

– На редкость удачно. Я ей все рассказал и попросил прощения. И ты знаешь, она совсем не рассердилась. Наоборот, обрадовалось, что со мной все в порядке. Зря я раньше плохо к ней относился. Вот вернусь в Тантос, обязательно куда-нибудь ее приглашу.

– Ты молодец, что признался ей. Орий тоже долго молчал, и вон к чему это привело.

– На мой взгляд, у них в семье теперь все наладится. Так что с порученным заданием мы справились, хотя оказалось, что с магией оно вовсе не было связано.

– Да нет. Магии тут вполне хватает, – рассеянно произнесла я.

– Ты о чем?

– Я только что лично познакомилась с нашим главным противником.

– Что?! – Алан забежал вперед и преградил мне дорогу. – Как это познакомилась? Это Орий?!

– Ты разве ничего не слышал?

– Нет, – покачал головой некромант. – Мне Тим успел все уши прожужжать, пока мы вас дожидались. Да что произошло-то?

– На судью напал оборотень. Он же вампир, он же некромант, он же наш загадочный маг. В общем, он использовал одну из отнятых сущностей. Ту, что принадлежала убитому старосте Аргуса.

– Ты уверена? – оторопел Алан.

– На все сто. Во-первых, у волка на шее висел мешочек, не сомневаюсь, что в нем находится третий артефакт. Во-вторых, на него не подействовала удерживающая руна, которой пользуешься ты. Выходит, он должен обладать силой некроманта, чтобы противостоять подобного рода магии. Да и разоблачение Маргариты не прошло бесследно. Они забеспокоились насчет магов. Ведь мы увели все пять статуй прямо у них из-под носа. Вот оборотень и объявился в ратуше. Хорошо, что мы успели вовремя. – Я смахнула челку набок.

Алан вытаращил глаза:

– Подожди-ка! Ты мне вот так спокойно говоришь о том, что пару минут назад видела убийцу? Как тебе вообще удалось остаться в живых, да еще и вывести Ория?

– Ты меня недооцениваешь. Впрочем… это не только моя заслуга. Помогли остатки знаний, полученные от Тайроса, и вот он. – Я указала на артефакт, висящий на шее.

– Артефакт обрел силу?

– Не полностью, но без него мне бы не удалось создать тот поток воздуха, которым я припечатала нашего волка к стенке. И потом ты забываешь, что скоро конец месяца. А какое событие должен помнить каждый настоящий друг?

Глаза Алана описали полукруг.

– День открытия охоты на нечисть? – простодушно предположил он.

Я щелкнула его по лбу.

– Да помню я о твоем дне рождения, помню! – Ал потер лоб. – И что нам теперь делать?

– А ничего не надо делать. Будем по-прежнему работать в Гильдии, повышать свой уровень практической подготовки.

– То есть как?! А Маргарита? А инкогнито в облике волка? Предлагаешь забыть о них?

– Почему бы и нет, – беспечно ответила я. – Пусть теперь они побегают за нами. Маги находятся под нашей защитой, плюс у нас сейчас есть оставшиеся два артефакта. Так что мы ничего не теряем.

– То есть как? А время?

– Времени осталось совсем немного. Через пять дней мне исполнится двадцать.

– Они будут ждать, когда ты унаследуешь магию своей матери?

– Они же этого и добивались с самого начала. Пусть ждут, замуж я в ближайшие пять дней не собираюсь, поэтому…

– Но, Лиз, тогда ты применишь полную силу артефакта.

– Вот и отлично.

– Ничего не понимаю. Зачем им это?

– Ал, они будут ждать этого дня, как и мы. Вспомни, что нам рассказал Натан. Им нужно открыть шкатулку. Именно поэтому Маргарита вернула мне амулет с топазом. Только в моих руках и руках Натана камни обретут свою силу. Воспользуйся артефактами кто-то другой для присвоения или приобретения силы – они не подействуют. Но главное свойство артефактов – это не сила, а шкатулка, которую они могут открыть. А для этого нужны мы с вампиром.

– Я понял, ты сошла с ума! – Алан помахал рукой перед моими глазами. – Лиз, очнись! Они с тобой не будут церемониться. Откроют шкатулку и убьют. Ведь Натан больше не в состоянии с ними справиться, он теперь уязвим, всю способность к регенерации забрал напавший на него маг.

Я хитро посмотрела на друга:

– А кто тебе сказал, что Натан сам не захочет умереть ради благой цели?

Глава 8. О хлебе насущном

Если в детстве вы были послушной, тихой и прилежной девочкой, то лет этак к девятнадцати непременно захотите исправить всю несправедливость ситуации и наверстать упущенное.

Втолковывать в растрепанную голову наследницы престола все существующие в приличном обществе принципы уже слишком поздно для обеих сторон. Принцесса когда-нибудь станет королевой, и ее приказы, будь они самыми бессмысленными и глупыми, волей-неволей, а исполнять придется.

Но пока сохраняется грань между вчерашним и завтрашним, всегда есть место выбору. Пусть он продлится даже доли секунды, но это будет ваш выбор. Момент, когда можно забросить ворох обязанностей в долгий ящик, отмахнуться от всех неприятностей, сыплющихся на по-прежнему растрепанную голову, и не задумываться, что приближающийся день рождения вполне может стать последним в твоей жизни.

Я готова была рискнуть, прожить оставшиеся два дня, не чувствуя давления с чьей-либо стороны. Выйти за рамки дозволенного для особы королевских кровей и отхватить небольшой кусок из жизни обычной девятнадцатилетней девушки.

Именно поэтому я, облаченная в маскарадный костюм, недавно найденный на дне необъятного гардероба, спускалась по черному ходу. Костюм в свете грядущих изменений был подвергнут строжайшей критике и переделан недрогнувшей рукой в наиболее подходящий для гуляния вдоль кладбищ наряд. Юбки не прошли конкурсного отбора и были заменены более удобными брюками для верховой езды, верх платья оказался вполне сносным, в корсете даже нашлось место для складного ножа. Совершенно неприемлемо для принцессы, но кто готов поспорить с будущей королевой?! В довершение всего я простилась с одним своим глазом, повязав черную пиратскую повязку для полноты образа. И еще (гулять так гулять), после того как последняя налезающая на мои ноги пара обуви была выброшена с балкона третьего этажа, я прикупила на рынке чудесные сапоги из выделанной кожи, доходящие до середины колена. Теперь я даже начала сомневаться, а стоит ли мне вообще применять магию или достаточно будет сведенных к переносице бровей и упертых в бока рук, чтобы обратить в бегство как живущих, так и усопших особей.

На улице меня уже ждала подходящая компания: Кейл, его недавний злопыхатель некромант, с которым Кейл вмиг поладил, как только исчез повод для взаимных придирок, и раскрасневшаяся от шуточек обоих Аира.

– А вот и будущая королева… – Слова застряли у Алана в горле, потому как королева выглядела не совсем так, как об этом было заявлено.

– Мы едем? – проигнорировав немой вопрос в глазах некроманта, осведомилась я.

– Только дождемся еще кое-кого.

– Неужели Виктор захотел стать ближе к народу и собрался с нами на карнавал?

– Это не Виктор, – шепнул мне на ухо Алан, выводя лошадь из конюшни.

Я прикинула, кому еще из обитателей замка могло взбрести в голову проветриться поздней ночью за пределами города, и пришла к неутешительному для себя выводу. Кроме него, выбирать было решительно не из кого. В подтверждение моих размышлений из конюшни, ведя Грея, едва различимого под покровом ночи, появился вампир. За ним, в смысле за конем Натана, послушно ковыляла отведенная мне лошадь.

– Ты решил внести ясность в мифы о вампирах?

Натан сверкнул в темноте глазами:

– Ты это о чем?

– Ночь, народ собирается на гулянку в лес, и вдруг посреди праздника возникает вампир. Чем не повод для очередной легенды в затуманенном медовухой сознании жителей Иллиона?!

– Если я соберусь вдруг оставить поколению свою биографию, обязательно позову тебя, – заверил меня вампир, вскакивая на коня.

– Так зачем ждать? Только прихвачу перо и чернила. У меня неплохо получается писать мемуары, будь спокоен.

– Боюсь, после твоих мемуаров никто не захочет иметь дело с вампирами, – резонно заметил Натан.

– Что ж, такая возможность тоже не исключена, – забираясь на свою лошадь, согласилась я. – Лукас уже проснулся? Я к нему заходила пару часов назад. Тебя не было в комнате.

– Нет, он еще спит, зато уже в облике человека. Я разговаривал с Виктором, он уладит все проблемы с магами. Так что твой судья может не волноваться по этому поводу.

Мы выехали за ворота замка и двинулись вдоль освещенной фонарями улицы, сопровождаемые писком назойливых комаров, с неистовым рвением пытающихся попробовать на вкус своего собрата-вампира. Я вспомнила о переданном Бортасом свитке, который засунула в голенище сапога перед уходом из замка.

– Тебе передали. – Выудив послание, я направила лошадь в сторону выезда из города.

– Это от Бортаса? – Натан вскрыл печать.

– Да. Я видела его сегодня утром. Могла бы передать тебе свиток раньше, но он сказал, что это не к спеху.

Вампир пробежался глазами по письму:

– Бортас просит меня заехать в свободное время в Гильдию.

– Давно пора. По-моему, ты совсем забыл о нем. Ведь Бортас твой наставник и однажды помог нам, одолжив карту и определив направление поиска.

– Отнюдь. Я всего лишь не хочу вмешивать его в историю с артефактами. Бортас – отличный маг, но он уже стар, чтобы бросаться в подобные авантюры.

– Он тебя любит, так позволь ему решать самому.

– Бортас может повторить судьбу отца. К тому же он человек, а не вампир или оборотень.

– Разве есть разница? – Я пальцем накручивала волнистую гриву лошади в кольца. – Или для великого правителя Сартана люди так и остались стоять на ступени несколько высшей, чем прислуга, но не дотягивающей до вампиров?

– Человеку отведено не так много времени, он не может рисковать своей жизнью. Как только я увижу Бортаса, скажу, чтобы не вмешивался, – никак не отреагировал на нападки в свой адрес Натан.

– Но это его жизнь.

– Жизнь его, а артефакты очень скоро будут принадлежать мне.

Как только мы покинули город, конь Натана перешел на галоп. Поначалу широкая, проторенная дорога, стелившаяся полотном до самого леса, постепенно начала сужаться, попутно обзаводясь рытвинами и ухабами. В темноте моя лошадь то и дело запиналась, отчего я подпрыгивала в седле, как мешок с крупой. По обеим сторонам от дороги проклюнулись поросли лопухов, периодически из них доносилось стрекотание кузнечиков и протяжные чавкающие звуки. Алан с остальными умчался далеко вперед по одной из тропинок, так ему не терпелось ознакомиться с достопримечательностями лесной чащи. Причем чем мертвее были сами достопримечательности, тем большее предпочтение отводилось знакомству. Вампир, как ни странно, дожидался меня под осиной, с увлечением обдирая с дерева кору и скармливая ее коню.

– Занимательные у вас обоих гастрономические пристрастия, – хмыкнула я, вспомнив, как однажды застукала Натана на кухне.

Вампир промолчал, вновь заставив коня перейти на размеренный шаг. Моя лошадь поравнялась с его, опасливо крутя головой по сторонам. Похоже, близость вампира ее не смущала, зато гигантский диск луны, похожий на начищенное до блеска дно сковородки, и просыпающаяся под его влиянием нечисть волновала ее куда значительнее.

– А кто вообще создал шкатулку? – Несмотря на мое кажущееся спокойствие, тема с заточенными тварями не давала мне покоя.

– Я не знаю. В нескольких книгах говорится, что шкатулка существует вечность, она появилась задолго до Тройки магистров и содержала в себе Бездну. Позднее шкатулку открыли, твари расползлись по свету, вселившись в обычных людей и создав подобие нынешней нечисти. Те твари, что подчинили своей воле более сильных, дали начало новым расам. Кто погиб, были похоронены, а после смерти обрели новую жизнь.

– Случайно не вечную? – уточнила я.

– Нет, вампиры и оборотни произошли вовсе не от них, как ты могла подумать.

– Я лишь предположила, – выпрямилась в седле я. – А зачем магу выпускать Бездну Тварей обратно? Ему, что ли, и так проблем не хватает? Тогда мы можем помочь.

– Он хочет создать новые, более сильные подвиды нечисти. Ему нужна целая армия, чтобы подчинить себе королевства, а заодно и Запредельные Земли. Похвальная цель, но не слишком гениальная, – с насмешкой заключил вампир.

– В плане того, что твари его не послушаются?

– В том плане, что сие предприятие обещает быть более масштабным, чем на это можно рассчитывать. Предположим, наш недальновидный убийца останется единственным магом на земле, отгребет все золото и власть. И что дальше? Маг, заключи он в себя хоть все три ипостаси – вампира, некроманта и оборотня, – останется человеком. Ему изначально не суждено было управлять нечистью, как некроманту, ему не предназначено было прожить сотни лет, как вампиру, ему не дано было менять лик, как оборотню. Он живой, а нечисть живых не любит. Пройдет время, и его рабы точно так же захотят власти. И кого тогда они убьют в первую очередь?

Я понимающе кивнула.

– Интересная мысль. Не хочешь поделиться ею с самим магом или хотя бы с Марго?

– Зачем? Моего мнения никто не спрашивает, я предпочту промолчать, – краем рта усмехнулся вампир. – Да и потом: не страшно проиграть, зная, что победы в игре все равно не будет.

Я недоуменно посмотрела на Натана. Сейчас с него можно было чеканить монеты: невозмутимое спокойствие и холодность. Обрушься на его голову целый мир, он даже не дрогнет.

– Насколько я поняла, ты вроде бы собирался присвоить артефакты. Уже передумал?

– Нет. Просто я хочу посмотреть, кто скрывается под маской. А для этого надо дождаться положенного срока. Да и поквитаться за отобранные способности и нападение на Лукаса не помешало бы.

Порывистый ветер, пробивающийся между деревьями, трепал его черные волосы, змеями ниспадающие на широкие плечи.

– Иногда я тебя не понимаю, вампир, – со всей откровенностью призналась я.

– Взаимно, принцесса, – в привычной манере ответил Натан.

После десяти минут езды меж ветками запрыгали веселые огоньки пламени костра. Мы спешились, ведя лошадей позади себя, чтобы тех не сильно спугнуло развернувшееся на поляне зрелище. Десятки мужчин и женщин, наряженные в маскарадные костюмы, разбрелись по поляне. Часть из них с азартом осваивала прыжки через костер, часть – собралась возле небольшой наскоро сколоченной сцены, наблюдая за выступлением странствующих менестрелей. Жители толкались и возле высокого шатра, внутри которого уже были оборудованы столы с угощением. Несколько магов освещали ночное небо пульсарами, собрав возле себя с полдюжины зевак. Ввиду своих маскарадных костюмов вместе они составляли парадоксальную смесь. Разряженные загорелые цыганки и бледноликие эльфийки в простых льняных платьях, долговязые как цапля гномы и приземистые тролли в мешковатых одеждах, одноногие разбойники в разодранных сюртуках и строгие монахи, собирающие подаяния. Встреть я подобную публику в другом месте – сразу бы усомнилась в реальности происходящего. Здесь же они весело обменивались репликами, по-приятельски жали друг другу руки и наперебой спешили поучаствовать в организованных конкурсах.

– Лиз! Иди к нам! – помахал рукой с пригорка Алан. Возле него на вертеле уже жарился молодой барашек.

Я обернулась на вампира. Тот привязывал Грея к одному из деревьев, похоже, происходящее его мало интересовало.

– Иди, принцесса, тебя же позвали, – заметив, что я нерешительно топчусь на месте, через плечо бросил он.

– А ты разве не пойдешь?

– Нет, – хмуро произнес Натан. – Подожду ее высочество здесь.

Так он только из-за меня сюда приехал? Сторожить собрался, как склад с мукой.

– Вот уж дудки! Пошли! – Я ухватила его за руку и потащила к оживленной компании.

Он с трудом, но поддался. По пути нам встретилась весьма колоритная парочка: низкий, мне до плеча, селянин с накладными клыками и топорщащимися во все стороны волосами из соломы и его высокорослый приятель, сцепивший руки на груди и перебирающий пальцами словно паук.

– Поцелуй вампира или смерть?! – на выбор предоставили они мне.

– Это просьба или предложение? – развеселилась я, поглядывая на вытянувшееся лицо Натана.

Парочка всерьез задумалась над вопросом, особенно плодотворно мыслительный процесс пошел, когда Натан обнажил верхний ряд зубов.

– А… так вы это… свои? – робко поинтересовался длинный.

Чтобы рассеять все сомнения, вампиру пришлось окинуть любовным взглядом шеи присутствующих.

– Помогите! Вампир! – огласил окрестности истошный крик долговязого.

Народ недоуменно повернул головы, но, увидев несущегося по поляне парня и чуть ли не обгоняющего его напарника с перекошенной вставной челюстью, лишь рассмеялся.

– Ты и Маргариту так пугал, – припомнила Натану я.

– Хоть не зря старался, твоя горничная оказалась паршивой овцой в нашем стаде.

– Да. Ты, как и Алан, был прав. Выходит, я совсем не разбираюсь в людях, – с горькой усмешкой согласилась я.

– Ты не разбираешься в прислуге, принцесса. А будущей королеве вполне хватит дружбы с некромантом. Уж он-то будет подозревать всех в твоем окружении.

– Только будущую королеву никто не спросил, нужно ли ей это окружение.

– Что, принцесса, глотнув свободы, уже не хочется назад в золотую клетку?

– Никогда и не хотелось. Правление не для меня.

– Выйди замуж, и вопрос решится сам собой.

– А если я и замуж не хочу? – Я украдкой бросила взгляд на вампира, но тот все равно заметил.

Мы подошли к Алану, Кейл и Аира уже унеслись к шатру за тарелками.

– Здесь весело, столько народу собралось. Днем кажется, что весь город вымер, а вот ночью жители повылазили из своих домов. Виктору надо поощрять подобные мероприятия, – снимая мясо с вертела, признал Алан.

– Если к утру жители не спалят всю опушку, половина народа не подерется из-за выпитого, а оставшаяся половина не утонет в соседнем болоте, у твоей идеи есть шанс быть воплощенной в жизнь.

– Да уж, ты везде найдешь положительные моменты. – Алан переложил мясо в огромную тарелку, принесенную Кейлом.

Аире же удалось умыкнуть с соседнего костра немного печеной картошки и бутылку охлажденной медовухи.

– Мы собираемся спуститься к озеру, пойдешь с нами? – позвал Кейл.

Натан гонял носком сапога уголек, вытащенный из костра. Я набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула. Все-таки как же тяжело с этими правителями! Прямо как дети. Обижаются, что с ними не поделились игрушкой. Как бы то ни было, а мне захотелось, чтобы даже самовлюбленный вампир перестал чувствовать себя одиноким. Нет, конечно, сам он никогда не признается. Тут надо действовать тонко.

– К озеру? Там сыро, – поморщилась я. – Лучше побуду здесь, посмотрю, как веселится народ. Не каждый раз повезет остаться незамеченной, как сейчас.

Алан понимающе подмигнул и, прихватив для верности еще и бутыль с вином, быстрым шагом направился по тропинке, объявив во всеуслышание, что последний добежавший моет посуду. Кейл и Аира не заставили себя долго ждать и, расталкивая народ, бросились вдогонку.

– Алан оставил нам пару ребрышек! – обрадовалась я. – Ты не принесешь попить?

Вампир чертыхнулся.

– Однажды ты меня уже отправляла за этим. До сих пор несу.

Я как ни в чем не бывало стала нанизывать хлеб на разбросанные вокруг костра осиновые палочки. Вампир точно так же, как минуту назад и я, тяжело выдохнул и исчез в толпе. Сухие ветки весело потрескивали в огне, взрываясь снопом оранжевых искр, взмывающих высоко в небо. Луна, достигнув зенита, уже не казалась такой большой, сейчас она напоминала скворчащий в масле блин. Вспомнив о блинах, я спохватилась, едва не превратив хлеб в тлеющие головешки. Для полного превращения из принцессы в заядлую искательницу приключений нужно еще научиться готовить на костре.

Рядом со мной шлепнулось на землю бревно, сверху на него легла куртка, очевидно позаимствованная у одного из гуляк, довершил картину усевшийся верхом вампир с кувшином вина, двумя пузатыми бокалами и парой яблок.

– Рад, что ты еще здесь. Иначе зазря пришлось бы стоять в очереди за вином. Его выпивают так быстро, будто в кувшины налита вода.

– Ты стоял в очереди?! – поразилась я.

– Я – нет. Но тому парню, у которого я отобрал этот кувшин, точно пришлось попотеть. – Вампир заметил обгоревший хлеб, нанизанный на палку. – Вижу, ты не теряла времени даром. Оставишь на память или скормишь очередному мертвяку, попытавшемуся напасть на тебя?

– Зачем ждать? – Я надкусила сочное яблоко. – Ковда мовно сковмить ево теве.

Натан внимательно рассмотрел предложенные ему харчи.

– В книгах мне многое приписывали, и питье человеческой крови, и ипостась летучей мыши, и ночевку в холодных тесных гробах. Но до того чтобы накормить меня этим, не дошел даже самый искушенный писатель.

– Подумаешь. – Я с аппетитом принялась за мясо. – Когда-то же надо начинать.

Вытянув ноги поближе к костру, мы некоторое время молчали, лишь изредка перебрасываясь фразами типа «подлей мне вина» и «а хлеб не так плох на вкус, как выглядит». Собравшийся народ начал потихоньку расходиться, шатер с одного боку рухнул силами молодежи, не утомленной даже длительным гуляньем.

– Натан.

– Да.

– А что ты будешь делать, когда все закончится?

– Устрою грандиозную резню, заточу одну знакомую принцессу в самую высокую башню королевства и приставлю к ней дополнительную охрану.

– А если серьезно?

– Возвращу себе силу, заберу все три артефакта и вернусь в Сартан.

– А как же мировое господство?

– Мне и своих владений с лихвой хватает. К тому же еще неизвестно, какую правительницу повстречаешь на пути. Не ровен час останешься без всего.

Я сдвинула с глаза черную повязку.

– А я всегда считала, что вампиры ничего не боятся.

– Я тоже… до последнего времени, – неожиданно серьезно произнес Натан. – Ладно. Теперь я спрошу: что ты будешь делать, когда мы закончим все дела в Иллионе?

– Вернусь в Хорсигу, возьму на работу несколько магов из Гильдии и… буду устраивать каждое воскресенье вот такие посиделки у костра.

– А как ты поступишь с убийцей своего деда?

Я крепко зажмурила глаза, пытаясь подобрать наказание.

– Пока не знаю, возможно, ты поможешь мне.

– Хочешь оставить всю кровавую работенку мне? – Вампир закинул руки за голову.

– Ну должен же ты оправдать хоть часть ходящих о вампирах слухов.

Натан, подумав, кивнул. В его ореховых глазах отразились искры догорающего костра, сейчас он был похож на обычного человека. Если бы еще не едкий запах паленого, от которого засвербело в носу…

Запах паленого?!

Я точно ужаленная осой подскочила с бревна и запрыгала на одной ноге. Вслед за мной поднялся ничего непонимающий Натан.

– Горю! – обреченно пояснила я, пытаясь стащить сапог.

Подошва за все время сидения у костра успела расплавиться и теперь бесформенной массой плотно облегала ступню.

– Больно! – На моих глазах выступили слезы.

Вампир обхватил меня сзади руками и поднял в воздух:

– Скидывай!

Похоже, мы оба были способны сейчас только на короткие реплики.

Я словно марионетка заболтала ногами, но сапог сидел как влитой. Между тем жар все больше охватывал ступню, терпеть его стало совсем невыносимо. Я взвыла похлеще сотни разбуженных фурий.

– Больно-то как!

Натан сменил тактику, резко разжав руки. Я свалилась на землю, втайне надеясь, что звук хрустнувшей кости мне только померещился. Встав на колени, вампир со всей силы дернул за сапог и отлетел вместе с ним в противоположную сторону. Обувь явно не была приспособлена к вампирским приемчикам, поскольку голенище сапога осталось болтаться на моей ноге, а Натану досталась вся остальная часть.

Из кустов выбежал перепуганный Алан.

– Лиз, это ты кричала?!

– Я, – глотая слезы подтвердила ее высочество.

Ал окинул взглядом место происшествия.

– А что случилось? Опять нападение?

– Ее атаковал сапог, – поднимаясь на ноги, пояснил вампир.

Брови Алана поползли наверх.

– Кхм… ясно. И его успешно ликвидировали?

Натан показал ему остатки обуви.

– Молодцы-ы, – протянул некромант и, заложив руки за спину, двинулся по тропинке обратно к озеру. Но, дойдя до середины тропы, вдруг обернулся. – Вы в следующий раз постарайтесь обойтись без звукового сопровождения, – попросил он и пропал в кустах, укрываясь от летящего в его направлении голенища сапога.

***

Утро нового дня началось с дождя, головной боли и стука в дверь. Спросонья я подумала, что это Маргарита принесла мне завтрак. Запоздалая мысль неприятно кольнула в сознании. Я с неохотой поднялась и закуталась в легкое покрывало.

– Лиз. Это я. Окрой, у меня для тебя сюрприз.

О том, какой сюрприз подготовил Алан спозаранку, я могла только догадываться. За дверью обнаружился крепкий плечистый мужчина с чуть тронутыми сединой висками и темными лучистыми глазами. Сняв широкую шляпу с венчающим ее пером, он не решался войти. Из-за его головы выглядывала вихрастая макушка Алана. Я, не веря происходящему, крепко обняла гостя. Он оказался промокшим.

– Марвел!

– Ваше высочество! – Мужчина несмело коснулся моих волос и тут же поклонился. – Как я рад вас видеть в добром здравии.

– Когда ты приехал?!

– Десять минут назад. Меня встретил ваш друг. – Марвел перевел взгляд на Алана.

– Да. Представляешь, я как раз возвращался с кла… В общем, увидел скачущего во весь опор Марвела, – поправился Алан, поняв, что сболтнул лишнее.

Я пропустила их внутрь комнаты. Столько дней ждала хоть какой-нибудь весточки из Хорсиги, а тут меня сам начальник королевской службы разыскал.

– Ох и переполошились мы, когда вы пропали, ваше высочество. Все королевство в поисках вас перевернули.

– Разве Берта вам ничего не рассказала? – удивилась я.

– Берта расскажет! Вы же знаете, ей только дай слово вставить. Она говорила, что вы с вампиром из замка ночью уехали.

– Представляю, какой переполох поднялся в королевстве после такого заявления.

Марвел согласно кивнул.

– Записку ведь она охране не сразу показала. Мол, ее высочество записку Тайросу оставила и никому другому читать не велела. А Тайроса все нет и нет, да еще ваша лошадь вся взмыленная к замку прискакала, и объяснения потребовать не с кого, – развел руками Марвел. – Селяне леса стали прочесывать, а жители города сами деньги собирать стали – награду хотели объявить за ваше спасение. Доступ к королевской казне ведь только у вас и Тайроса имеется, а без вашего ведома мы туда и не заглядывали, – стал оправдываться Марвел.

– Перестань, все в порядке. – Я усадила его в кресло и налила воды. – Вот выпей.

Он с благодарностью принял воду.

– А потом, слава Вальмонту, приехала ваша кузина. Принцесса Флоренция все прояснила, сказала, что волноваться за вас не стоит, вернетесь вы скоро. – Он одним махом осушил стакан.

– Мне стыдно за свою внезапную отлучку. Вы, оказывается, так переживали.

– Не то слово. А жители, ваше высочество, вы бы видели! Собрались в Сартан на вампира идти.

Я мысленно обрадовалась, что сейчас рядом нет Натана. Выходит, народ не только помнит, но и любит свою принцессу.

– А что нового в Хорсиге? Крестьяне уже все поля засеяли? – сама не замечая, что улыбаюсь от уха до уха, спросила я.

– Все, ваше высочество. Город украсили, все вашего возвращения ждут. – Марвел рассмеялся, видимо, вспомнив о чем-то. – А селяне недавно упыря поймали, живого… в смысле настоящего!

– Поймали все-таки! – хлопнул рукой по колену Алан. – Эх, не успел!

– И где он сейчас?

– Да на привязи сидит, будет в следующем году ярмарку открывать. Под его завывания куры хорошо несутся, – похвастался народным достоянием начальник охраны.

Я лишь усмехнулась. Надо почаще пропадать из королевства, хорошо подстегивает чувство ответственности.

– Я попрошу приготовить тебе комнату. Ложись, поспи с дороги. Еле на ногах держишься.

– А вы разве со мной обратно не поедете? – встревожился Марвел.

– Поеду, но не сейчас. У нас в Иллионе остались незавершенные дела.

Я позвонила в колокольчик и, дав соответствующие распоряжения, велела отвести Марвела в его комнату.

– По крайней мере, теперь ты будешь спокойна насчет Хорсиги. – Алан зевнул и растянулся на кровати, забросив ноги на спинку.

– Временно. Потому что если я не вернусь…

– Ты вернешься, Лиз. Мы все вернемся. – Он подложил под голову подушку. – А пока что надо в очередной раз наведаться в Гильдию за новым заданием. Афелии придется смириться с нашим пребыванием там.

Однако у Афелии на этот счет было другое мнение. Стоило ей увидеть из окна (которое так и не удалось убрать обратно в стену) знакомые лица, как ведунья выставила перед входом двух здоровенных оболтусов.

– Гильдия закрыта! – в унисон пробасили они, как только мы подошли поближе.

– У нас есть пропуск. – Алан стал рыться в кармане в поисках листка с печатью Гильдии.

– С этого дня пропуск считается недействительным, – отрезал один из них, поглаживая жесткую рыжую бороду, являющуюся единственной растительностью на его голове.

– Но мы здесь работаем! – Алан уже понимал, чем закончится дело.

– Неясно сказано? А ну валите отсюда!

Мы с Аланом переглянулись.

– Может, проясним ситуацию? – Ал поднял руку, выплетая над охранниками одну из фигур, применяемых в некромантии.

– Стой! – остановила его я. – Мы сейчас в чужом городе, пропуск недействителен, а с нами, судя по всему, расторгли договор. Если ты сейчас применишь магию против них, это будет расценено как незаконное использование силы против жителей города.

– Девушка права, – загоготал второй. У него была настолько рельефная залысина на макушке, что голова невольно походила на географическую карту. – Мы с Нортом простые жители, не владеем магией и не сможем сопротивляться. Так что ступайте прочь, пока вас не упекли в тюрьму.

– Пусть так, – взъерошил волосы некромант, – но это не помешает мне наложить на вас обоих отсроченное проклятие.

– Алан, – я оттащила его в сторонку, – не лезь в это дело. Афелия обернет все в свою пользу.

Я окинула взглядом второй этаж Гильдии. Ведунья, наблюдавшая за нами из окна, быстро спряталась за штору.

– Лиз, но с пропуском может помочь Виктор, да и городской судья теперь перед нами в долгу.

– На получение разрешения уйдет время, – возразила я. – Прибавь к этому еще дополнительные проверки.

– И что ты предлагаешь?

– Вежливо попросим этих верзил пригласить Бортаса. Он вмиг разрешит все недоразумения.

– О какой вежливости ты говоришь? Еще немного, и оба приставленных Афелией шкафа вытолкают нас взашей, – огрызнулся Ал. – Помнишь, как мы оторвались от того наемника? Предлагаю повторить тот же трюк и на время ввести их в транс.

– Подними глаза, на нас же смотрит Афелия. Мы не успеем войти, как она обвинит нас в злоупотреблении магией. Будем действовать наиболее доступными для этих бугаев средствами. – Я отстегнула висящий на поясе мешок с каролиями, собираясь заплатить охране теми же деньгами, что выделила на затраты Афелия.

Над городом прокатились раскаты грома, мелкие капли дождя забарабанили по стальному навесу, под которым стояли мы с Аланом. Погода в последние три дня меняла свое настроение урывками, то хмурилась чернильного цвета тучами, то улыбалась приветливым весенним солнышком.

В Гильдию уже пытался пройти молодой и с виду неопытный маг в несоразмерно длинной мантии. Паренек путался в подоле, наступая на края мантии каблуками туфель, предназначенными скрыть его небольшой рост, но по сути лишь добавляющими неловкости в движения.

– Я на работу хочу устроиться! – пропищал он фальцетом.

– Не положено!

– Как это! Я же вам говорю…

– Вообще никого пускать не положено.

Я протиснулась между пареньком и охраной.

– А поговорить с Бортасом мы можем?

– Не положено! – перегородил проход рыжебородый.

– Вот видишь! Эти ребята не понимают обычных слов, – прищурился некромант. – Возможно, латынь им будет более понятной на слух?

Оба верзилы едва заметно дрогнули.

– Алан не смей! – подыграла я «плохому некроманту». – Зачем сразу использовать проклятия? Посмотри, какие славные ребята, думаю, мы сможем договориться по-хорошему. – Я повертела перед их глазами кошельком, набитым монетами.

Просьба, подкрепленная денежным эквивалентом, воспринялась охранниками с куда большим энтузиазмом. Во всяком случае рыжебородый Норт быстренько спрятал мешочек за пазуху и сделал весьма учтивый жест рукой.

– Знаешь, Зик, а почему бы нам не пропустить столь милых людей в Гильдию? Ну какие из них преступники?

Лысеющий Зик пошоркал пальцами, обстоятельно намекая, что для пущей убедительности не мешало бы заплатить и ему. Когда еще один кошель исчез в кармане второго охранника, нас со всеми почестями препроводили наверх.

– Если что потребуется, обращайтесь. – На круглом лице Зика появилась щербатая улыбка из оставшихся в процессе драк зубов.

– Вот видишь, вежливость в наше время многое решает, – обратилась я к Алану.

– Жаль, что к Афелии это не относится.

Алан, недолго думая, ворвался в кабинет ведуньи по привычке без стука. Та невольно вздрогнула.

– Что вы себе позволяете? Как вы вообще попали в Гильдию?

– Это что вы себе позволяете?! – Алан, прежде чем Афелия успела что-либо предпринять, закрыл дверь на ключ. – Нас принял на работу Бортас, и только он может нас уволить.

– Бортаса уже часа три нет в городе, он поехал к Северной дороге вместе со своим несносным любимчиком, – с омерзением произнесла ведунья.

– Вы имеете в виду Натана?

– Его самого. – Афелия встала напротив нас. В выражении ее лица было столько неприязни, будто она увидела что-то мерзкое и гадкое.

Я расстроилась, что вампир в очередной раз не посвятил меня в свои планы. А я его еще хлебом угощала!

– На Северной дороге напали на оборотня – правителя Аргуса. Вампир называет его другом. Смешно, о какой дружбе между оборотнем и вампиром вообще может идти речь?!

Я не стала ее переубеждать, Афелия нам-то не верит, а разговоры о дружбе Натана и Лукаса и вовсе всерьез не воспримет.

– И когда они вернутся?

– Понятия не имею. Бортас никогда мне не докладывает о своих делах. Это вы должны мне сказать, когда он вернется, ведь Бортас возится с вами как с детьми.

– Вы просто ревнуете! – догадался Алан.

– Кого? Бортаса?! – Ведунья скривилась. – Я лишь считаю его привязанность к вам излишней. Бортас живет в своем иллюзорном мире и зачастую многого не видит.

– То есть?

Афелия с презрением посмотрела на нас с Аланом.

– Я бы никогда не стала доверять парочке, объявившейся в городе сразу после исчезновения магов.

– Забавно. А мы как раз не доверяем ведунье, устроившейся на работу в Гильдию три года назад и принимающей непосредственное участие в подготовке испытания для магов. – Алан в упор посмотрел на ведунью.

– А при чем тут мое появление в Гильдии? – удивилась нашей осведомленности Афелия.

– Короля Хорсиги убили три года назад! – со злостью сказала я. – Совпадение?

– Вы знали Леонарда? – Ведунья казалась растерянной.

– Знали – не то слово! Леон – мой дед!

Афелия, попятившись, задела стол. Стоявшая на краю чернильница опрокинулась на пол, расплескав все содержимое. Огромное пятно, напоминающее раздавленного паука, растеклось по доскам. Повисло молчание. Ведунья, поднеся руки к вискам, некоторое время ходила по кабинету.

– Что за ересь вы несете! Леонард никак не мог быть связан с какой-то хамоватой девицей! – выпалила она.

– Лиз не девица! – вступился за меня Ал. – Она – принцесса Хорсиги и внучка Леонарда.

– Лиз… – Ведунья будто впервые услышала мое имя, она зашевелила губами, повторяя его про себя. – Полностью твое имя звучит как Элизабет? – Афелия замотала головой. – Не может быть… постой. Настоящая наследница престола должна быть уже коронована.

– Завтра мне исполнится двадцать, – подтвердила я.

– Но почему вы мне сразу ничего не сказали?

– А как, по-вашему, мы должны были себя вести с человеком, изначально презирающим нас? Выложить ему все подчистую? Да и в Иллион мы прибыли не с дружеским визитом, а чтобы найти Тайроса.

– Тайрос… Мне неприятно вам это говорить, но, боюсь, он уже убит.

– Тайрос в безопасности, – перебила ее я.

Конечно, рассказывать о настоящем местонахождении мага той, что еще минуту назад собиралась спустить нас по лестнице, было бы глупостью. Но я чувствовала, какую боль испытала эта женщина при упоминании имени моего деда.

– Вы его нашли?

– Не совсем в том виде, в котором надеялись, но, да, нашли. Слава Вальмонту, нашли!

Афелия резко изменилась в лице. Бледность сменил багровый румянец.

– Никогда не упоминайте при мне его имя, слышите?!

– Вы не признаете существование магистров?! – Столь необычную реакцию я видела впервые.

Вальмонт из всей Тройки является любимым магом народа. Может, потому, что имена оставшихся двух держались в секрете, а может, и из-за распространенного поверья, что именно Вальмонт заточил Бездну. Хотя было бы абсурдным считать, что с Бездной справился один маг, пусть даже он и имел статус магистра.

– Магистры! Самой порядочной из них была Хелена. В отличие от остальных двух она хотя бы старалась помочь народу.

– Откуда вы знаете?! Имя моей мамы не значится ни в одной из книг.

– Леон был не только ее отцом, но и моим другом, и, естественно, что между нами не существовало никаких секретов.

– Тогда я не совсем понимаю, отчего такая неприязнь? Вальмонт занимал место магистра заслуженно.

– Вальмонт! Магистр, предавший остальных. Хелену и Хартара убил именно Вальмонт. – В глазах Афелии плескалась ненависть. – Он предал своих друзей ради трех артефактов, ради той проклятой шкатулки.

– Но убили всех трех магистров! – напомнила я.

– История, которую сочинил сам Вальмонт. Он предпочел погибнуть героем, чем остаться выжившим предателем. Вальмонт инсценировал свою смерть и залег на дно, набираясь сил. Любимец народа, маг, заточивший в шкатулке Бездну, на самом деле мечтал о власти.

– То есть сейчас он жив? – Вконец обескураженная, я опустилась на стул. – И исчезновение магов – его рук дело?

– Естественно, вот только вычислить Вальмонта невозможно. В день нападения на магистров его сильно ранили и, чтобы не выдать свою причастность, ему пришлось отказаться от магии.

– Зато сейчас благодаря артефакту ему удалось завладеть силой вампира, оборотня и… моего отца. – Алан со всей силы ударил кулаком по двери. – Что ж, теперь мы, по крайней мере, знаем его имя.

Глава 9. Смерть ему к лицу

Сонная муха медленно ползла по спинке стула, с неохотой перебирая лапками. Изредка она останавливалась и замирала исключительно для того, чтобы лениво двинуть то левым, то правым крылом, дабы не свалиться в сладкой полудреме на пол. Когда Алан резко рванул на себя стул, муха даже не успела взлететь, оказавшись раздавленной о стену.

Теперь шанс быть раздавленными, не предприми мы должных мер, появился и у нас.

– Расскажите все по порядку, – попросил Ал. – История магистров известна нам лишь обрывками.

Ведунья плотно задернула шторы, словно боялась быть замеченной в собственном кабинете, и поправила ворот на мантии.

– Я располагаю только теми сведениями, что передал мне Леон. И сужу о магистрах по его словам, поскольку лично была знакома лишь с Хеленой. Видела ее пару раз, когда приезжала в Хорсигу.

– Но почему дед мне все не рассказал? Ведь речь шла о моей маме! – От напряжения я заерзала на стуле.

– Не стоит его в этом винить. Леонард боялся твоей реакции и одновременно хотел тебя защитить. Да и потом, насколько я помню, сама Хелена была против того, чтобы ее дочь подвергалась неоправданному риску. Магистры практиковали очень сильную и притом редкую магию, поэтому естественно, что вскоре у них появились конкуренты. Скрывалось все, и в первую очередь имена магов. Их знали только избранные, я уже не говорю, что вместе Священную Тройку вообще никто не видел. В конце концов, можно прикрыться чужим именем, но поменять внешность уже проблематично. Из-за этого они носили плащи и прятали свои лица под масками, появляясь перед народом. – Афелия облизнула пересохшие губы. – В общем, начну с самого начала – с момента создания Гильдии. Хартар, теперь уже бывший правитель Сартана, заложил основы для объединения всех магов. Его поддержали еще двое: Дрейко и Вальмонт. Общими усилиями им удалось отстроить город и добиться процветания Гильдии. Но дальше все пошло не слишком гладко. Убили Дрейко, и для оставшихся магистров наступили не самые лучшие времена. Убийцу магистра так и не нашли, а двоих магов уже не хватало, чтобы контролировать все земли. К тому же открылась шкатулка, высвободив Бездну и вышедших из нее тварей. Хартар предложил Тайросу занять пустующее место, но Вальмонт наотрез отказался поддержать это решение, сославшись на угрозу разоблачения. Тайрос в то время был молод и амбициозен, а какой маг смог бы долго держать в секрете новость о том, что его приняли в прославленную Тройку?! Только многим позже Тайрос понимает, что в поведении Вальмонта было что-то не так, и делится своими мыслями с королем Хорсиги. – Ведунья нервно растирала руки. – Но время упущено, и изменить уже ничего нельзя.

– И что понял Тайрос? – Мною овладело негодование. Все вокруг: мать, дед, Тайрос, да наверняка и отец – знали правду. Знали, но молчали.

– Вальмонту вовсе не нужен был третий магистр, его все устраивало. Появись еще один маг, пришлось бы вновь делить силу и полномочия. Существовал и еще один момент: Тайрос подозревал, что знает Вальмонта. Знает в лицо, поэтому тот и боится встречи с ним.

Алан наморщил лоб:

– Тайрос никогда не видел Вальмонта? Его же хотели взять в Гильдию!

– Повторяю, никто не видел всех троих магов вместе. Тайрос был знаком лишь с Хартаром, вернее он думал, что знаком только с ним. Но на самом деле он видел и Вальмонта, только тот скрывался под другим именем.

– Значит, Тайроса не приняли в Гильдию и он был направлен на службу в Хорсигу? – развила я рассказ Афелии.

– К Леонарду. Все так. Там он увидел его дочь Хелену и в буквальном смысле поразился способностям девушки. У принцессы обнаружился настоящий дар. Вот Тайрос и решил, что Хелена точно должна стать третьей и добиться того, в чем отказали ему.

– Мою маму приняли в Священную Тройку?! – заведомо зная ответ, поразилась я. – Они отклонили подготовленного мага и приняли принцессу?!

– Да. У Хелены действительно был дар. Итак, в Священную Тройку влилась свежая кровь. Хартар, Вальмонт и Хелена создали три артефакта, придав им вид и форму обычных камней. Дарующий силу топаз теперь висел на шее у Хелены в качестве амулета. Изумруд, созданный забирать сущность у любого, оказался в браслете на руке Вальмонта. А кольцо с рубином, подчиняющее себе остальные два артефакта, надел на палец основатель Гильдии, Хартар.

Следующие лет пять прошли в полном спокойствии, бывшие враги поумерили свой пыл, поняв, что все равно не в состоянии совладать с Гильдией. И тут у Хелены случается видение, она предсказывает скорое нападение на Иллион и Гильдию. Но, к сожалению, предпринять что-либо уже не удается. Гибнут вампир и уже коронованная к тому времени Хелена. Позднее находят и тело третьего магистра, но его по странному стечению обстоятельств не хоронит, а предает огню ученица Вальмонта.

– Как правило, на костре сжигают оборотней, таков обычай. – Я вспомнила, как хоронили Варлака в Аргусе. – Разве Вальмонт был их потомком?

– Оборотни здесь ни при чем. Могилу можно раскопать и опознать тело, а от праха не остается никаких следов.

– Значит, все сводится к тому, что Вальмонт жив?! – подвел итог Алан.

– Не просто жив. Вальмонт предал Гильдию ради того, чтобы заполучить артефакты и открыть шкатулку. Ведь он хорошо представлял себе все возможности, что могла дать Бездна. Но пока он скрывался, артефакты обрели новых владельцев. Сын Хартара Натан забрал кольцо, а Леон спрятал принадлежавший его дочери амулет и браслет Вальмонта.

– Амулет теперь у меня. – Я вытащила цепочку с камнем. – А вот браслет, похоже, украли из лаборатории деда для Вальмонта.

– Артефакт у тебя? – Афелия изучающе посмотрела на амулет. – Тогда тебе грозит опасность! Если Вальмонт захочет открыть шкатулку, то ему потребуется все три артефакта.

– Я знаю. Но в такой же опасности находится и Натан.

– Вампир! Вот уж кто всегда умел постоять за себя! – нахмурилась ведунья. – Примчался в Гильдию, как только лишился своих сил. Эгоист, как и его отец. Пусть благодарит, что кольцо перешло к нему вовремя. Не будь у вампира артефакта, он бы погиб. Кольцо противостояло магии браслета, хоть и не смогло остановить передачу силы.

– Натан хочет остановить убийства так же, как и мы все.

– Элизабет, он вампир, а не человек, зачем ему заботиться о других? – жестко рассмеялась Афелия.

– Но принадлежность к какой-то определенной расе вовсе не определяет заложенные внутри качества. Вальмонт – человек, но это не помешало ему убить друзей, – встала я на защиту Натана.

– Все так, но Натан никогда не волновался о других. Бортас воспитал его и что в результате получил взамен? Его любимчик наведывается в Гильдию, лишь когда ему нужна помощь. – Афелия с раздражением скомкала один из неподписанных свитков, лежащих на столе, и запустила им в плетеную корзину.

– Знаете, все не так, как иногда кажется на первый взгляд. Некоторое время назад для меня не существовало разницы между вампирами и обычной нечистью. Да вы сами вспомните, как отреагировали на наше появление в Гильдии. Мы не доверяли друг другу, хотя никаких причин для этого у нас не было. Расскажи мы тогда, кем являемся на самом деле, нам бы не пришлось идти по ложному следу. Возможно, вам с Натаном стоит присмотреться друг к другу. Кстати, он никогда не подозревал вас, – не согласилась я, предусмотрительно умолчав, что вампир не подозревал Афелию исключительно потому, что не верил в ее магические способности.

– Разве? Мне всегда представлялось, что он в любой момент готов вцепиться мне в горло, чтобы докопаться до правды.

Я дернула плечом. Каждый работает над образом по-своему.

– Спасибо. – Алан встал, не дав перевести наш разговор в другое русло. – Теперь мы, по крайней мере, знаем, кто прячется под маской. Хотя это лишь еще больше запутало ситуацию.

– К сожалению, у меня не столь много сил, чтобы помочь вам. Вальмонт наверняка внимательно следит за всеми перемещениями, поэтому будьте осторожны. Поскольку Бортас и Натан сейчас должны находиться на полпути к Северной дороге, у Вальмонта появился прекрасный шанс напасть на вас.

– Когда-нибудь это должно было закончиться, – без всякого опасения сказала я. – И у меня, и у Алана есть причины довести начатое до конца. Извините, что все так получилось, мы не поладили сразу же с момента появления в Гильдии. Мне кажется, в другой ситуации все сложилось бы иначе.

Афелия покачала головой.

– Это моя вина. Я попрошу, чтобы вокруг замка усилили защиту. Вальмонта вряд ли остановит, но во всяком случае не пропустит нечисть, – пообещала ведунья.

Я вспомнила историю с мертвяком, напавшим на меня ночью в саду. Он беспрепятственно проник на территорию замка.

– Но вокруг замка магический барьер вообще отсутствует! А ведь Виктор, как правитель, всегда должен находиться в безопасности.

– Отсутствует? Такого просто не может быть! Гильдия каждую неделю проверяет его прочность, мы все несем ответственность за жизнь правителя. Это какое-то недоразумение.

– Возможно, – пробормотала я.

У меня уже появились кое-какие подозрения по этому поводу. Но пока было рано делать выводы.

– Не волнуйтесь, барьер всегда работал исправно. Я пришлю магов, чтобы они усилили его. – Афелия подошла ко мне поближе. – Надо же. Не думала, что когда-нибудь увижу внучку Леонарда в Иллионе.

Взгляд ведуньи наполнился теплом. Передо мной стоял совсем другой человек, когда-то любивший деда, частичка которого теперь жила во мне. Мне не захотелось ее расстраивать своими подозрениями.

От Афелии мы вышли в некотором смятении и еще долго стояли на лестничном пролете, не в силах сдерживать эмоции.

– Кто бы мог подумать, что все обернется подобным образом. – У Алана вспотели ладони, и теперь он пытался стянуть с рук кожаные перчатки. – Вальмонт! Самый прославленный маг в королевствах. А мы должны придумать, как справиться с опытным магистром за полдня.

– Он же человек, а у каждого человека есть свои слабые стороны, – сама не веря в то, что говорю, приободрила друга я.

– Вальмонт владеет знаниями некроманта, силой вампира и ипостасью оборотня. Какие у него могут быть слабости? – поднял на меня глаза некромант.

– Вот завтра и проверим, – с напускным спокойствием произнесла я.

– Мечтаешь умереть молодой?! – фыркнул Алан.

– А как же, от женишков хотя бы отделаюсь раз и навсегда, – полушутя-полусерьезно ответила я.

– Просто ты ни в ком не заинтересована, а я не могу оставить твою симпатичную кузину без присмотра, – вспомнил он о своей любви к Флор.

– Роль обреченного героя отложи на потом. Вальмонт надеется получить ключи к шкатулке, не будем его расстраивать, – с таинственным видом произнесла я.

– Твоя улыбочка начинает меня пугать.

– В самом деле?

– Лиз, я тебя с детства знаю. Давай выкладывай, что за гениальная идея родилась в голове ее высочества.

– Ну… – Я положила руку на плечо Алана. – Кажется, я нашла брешь в безупречном плане по покорению мира.

– Звучит пугающе, но продолжай, – кивнул Ал.

– Ты даже знаешь эту брешь в лицо.

– Не люблю намеки. Ты кого имеешь в виду?

– Ученицу Вальмонта. Ту, что помогала ему на протяжении всего времени, нашу славную Маргариту.

– Твоя служанка не станет нам помогать, – категорично заявил Алан. – Дохлый номер ждать от нее сострадания.

– А кто тебе сказал, что нам от Марго потребуется именно это? Воспользуемся ее тщеславием. Марго уверена, что обвела наивную принцессу вокруг пальца, так не будем ее разубеждать. Но для этого мне понадобится твоя помощь…

***

Амулет пылал со страшной силой, отчего раскаленный камень жег кожу. Мне даже пришлось снять цепочку с шеи. Чем меньше оставалось времени до моего совершеннолетия, тем крепче становилась связь между артефактами.

К ужину спустились лишь трое. Лукас до сих пор находился в комнате Натана. Ему еще трудно было ходить, поэтому он отлеживался, дурачился, насколько ему позволяло его состояние, и развлекал королевскую прислугу байками из жизни оборотней. Я собиралась зайти к нему в обед, но, еще на лестнице заслышав звонкий девичий смех, повернула обратно. Четко прослеживался положительный эффект от лечения.

В то время как разносили холодные блюда, я с тоской смотрела на пустующее кресло напротив. Натан и Бортас все еще не вернулись. На дорогу могли уйти не одни сутки, да и решить дело за пару минут, вряд ли удалось бы. Но как бы я ни старалась отгородиться мыслью, что все в порядке и за вампира не стоит беспокоиться, так или иначе всплывали нехорошие подозрения. Я даже не знала, чего больше бояться: внезапного отъезда Натана или не менее внезапного страха за его жизнь.

– Элизабет. – Виктор промокнул салфеткой губы и подозвал к себе слугу. – Натан оставил для вас одну вещь перед отъездом.

На стол легла небольшая коробочка из красного бархата.

– Мне? – Я, задумавшись, не сразу поняла, о чем идет речь.

– Я велел передать ее еще утром, но мне сообщили, что вы отправились в Гильдию.

Алан перестал жевать и теперь вопросительно поглядывал на Виктора.

– Это так не похоже на Натана, обычно он предпочитает говорить с глазу на глаз.

– Да, совсем не похоже. – Я взяла коробочку в руки.

– Он попросил сказать… – Виктор нахмурился, вспоминая дословно, – что допустил ту же ошибку, что и ваш дед.

Я повернула голову и по неосторожности уронила коробочку на пол.

– Я помогу, – взялся ее поднять один из слуг.

– Не надо. Я сама, – нырнув под обеденный стол, отказалась я.

Коробочка раскрылась, и лежащий в ней предмет закатился под стул. Я пошарила рукой под сиденьем, нащупала толстый ободок кольца и с недоумением уселась обратно на свое место.

– Лиз?! – Из рук Алан выпала вилка.

– Элизабет. – Виктор тоже порядочно удивился. – Я не знал, что между вами все так серьезно.

– Серьезно? – Одна бровь Алана оказалась выше другой.

– Мы хоть и не были друзьями, но я всегда хорошо к нему относился, – между тем продолжал Виктор, не сводя взгляда с кольца. – И я буду рад, если свадьба состоится именно в Иллионе.

– Свадьба? – вновь переспросил Ал.

– Я полагаю, фамильные драгоценности передаются по наследству, а если Натан оставил свое кольцо Элизабет…

Массивное золотое кольцо, украшенное рубином, сверкнуло на ладони.

– Извините. – Я выбежала из обеденного зала.

Хорош подарочек. Вампир рассчитывал, что он станет последним? Да как он мог?! Как он вообще мог оставить мне артефакт, если прекрасно знал, что это повлечет за собой? Рубин когда-то спас его от смерти, зачем он отдел его мне? Вампиры не склонны к самопожертвованию. К чему эти чертовы эксперименты?!

Я спустилась в подвал и ворвалась в комнату Натана.

– …И тут деллок выныривает из озера и направляется к нам. – Лукас прервал увлекательный рассказ, повернувшись в мою сторону. – Лиз! Рад тебя видеть.

– Ты можешь мне объяснить поведение своего друга?!

Должно быть, на моем лице отразилась вся гамма эмоций, поскольку окружающие Лукаса девушки, залившись румянцем, выскочили из комнаты.

– А что такое? Опять поссорились с Натаном? – Оборотень проводил их тоскливым взглядом.

– Он поехал проверять Северную дорогу и оставил мне кольцо!

– Натан оставил артефакт?! – Лукас попытался подняться, но смог ступить лишь на одну ногу. – Это абсурд. Рубин защищал его… Постой, куда, ты говоришь, он отправился?

– Он поехал вместе с Бортасом в то место, где на тебя напали.

– Глупец! – Придерживаясь за бок, правитель Аргуса оперся о спинку кровати. – Как всегда все решения принимает в одиночку. Ему мало, что он утратил свое бессмертие. Мы даже понятия не имеем, против кого сражаемся.

Я надела кольцо на большой палец и сжала руку в кулак.

– Вообще-то имеем. Слышал о третьем маге Священной Тройки и настоящем хозяине последнего артефакта?

– Вальмонт?! Этого не может быть, Лиз, ты что-то путаешь. Вальмонт мертв уже лет десять.

– Нет. Афелия поделилась с нами предположениями насчет его мнимой кончины. Мы были у нее сегодня с Аланом.

– Афелия! Лиз, я все понимаю, ты пытаешься докопаться до истины. Но слушать ведунью, которая всегда терпеть не могла Натана, бессмысленно, – убежденно произнес оборотень.

– Ты прав, Лукас. Мы столько ходили по замкнутому кругу, что очередное подозрение не внушает особого доверия. Но… сейчас я выяснила кое-что.

В комнату вбежал Алан. Хотел было что-то сказать, но промолчал, прислонившись спиной к стене, решив послушать мой разговор с оборотнем.

– Окажись Вальмонт убийцей, неужели Натан бы этого не понял?

– В том-то все и дело. – Я достала амулет и повесила его на шею. В глубине обоих камней пробивало себе дорогу пламя. – Натан оставил мне кольцо. Он подумал о том же, о чем и я. Он все понял, только принял не самое верное решение.

– Ты имеешь в виду его отъезд? – Бледное на фоне рыжих волос лицо Лукаса окончательно потеряло все краски.

– Да. Он решил, что своей жертвой изменит ситуацию.

– Лиз, я не совсем понимаю. Сейчас ты ведешь себя, прямо как Натан.

Я усмехнулась.

– Он хотел, чтобы я повела себя именно так, поэтому и отдал мне свою часть ключа. Натан сделал то же самое, что и мой дед когда-то. Решил, что если я отправлюсь за ним к Северной дороге, то увезу артефакты подальше от Иллиона. Но Вальмонт слишком долго шел к своей цели, чтобы забыть обо всем. Он на столько пошел… как я раньше этого не понимала. Вальмонт убьет Натана, когда поймет, что артефакты увезла я.

– Лиз, ты так говоришь, будто лично знаешь Вальмонта.

Я подняла глаза, встретившись взглядом с Лукасом.

– Он убил моего деда, как я могу не знать его?

***

Перламутровые облака, подсвечиваемые изнутри вспышками молний, шапкой нависли над Гильдией. Все маги уже покинули свои рабочие места, заперев двери и зашторив окна. Наша знакомая парочка, приставленная Афелией охранять Гильдию, с жаром резалась в карты, вытряхивая друг из друга запасные колоды. При нашем появлении они вытянулись по струнке и, закинув в кусты пустые бутылки из-под медовухи, вышколенно заулыбались.

– Здрасьте.

– Нам нужно попасть внутрь. – Не тратя времени на приветствие, Алан похлопал по толстенному мешку с каролиями. Монеты зазвенели, поторапливая охранников открыть двери.

– Хорошим людям разве можно отказать?! – Зик с отчаянным бескорыстием полез в карман за связкой ключей.

– После того как мы зайдем в Гильдию, идите домой и до утра здесь не появляйтесь. – К мешку с золотом присоединился суровый взгляд некроманта.

– Но ведунья велела нам ни на минуту не отлучаться.

– А правитель Иллиона велел всем своим поданным не высовываться в эту ночь из дому. Вчера вечером в колодце утопились три молодые девицы, – по секрету сообщил Алан. – Поговаривают, что это в городе появился абрак и теперь заставляет людей совершить самоубийства.

Рыжебородый икнул, то ли от выпитого, то ли от заговорщического тона Ала ему стало не по себе.

– А на кого абраки обычно таят обиду, как не на истребляющих их магов? – Я опасливо оглянулась, будто услышала в кустах какие-то звуки. – Вот! Один уже здесь.

Вспышка молнии скользнула между тучами, осветив бледно-голубым сиянием трепещущие от ветра кусты.

– Но мы же не маги. – Зик беспокойно завертел головой.

Норт поежился:

– Все маги уже разошлись по домам.

– Думаете, абраки будут выяснять, с какой стати двое людей околачиваются перед самыми дверями в Гильдию? Нападут и дело с концом, – патетично заверила их я.

– А вы тогда зачем сюда пришли? – Зик уже начал пятиться в сторону ворот.

– Облаву устраивать. – Алан развязал висящую за спиной котомку и показал горе-сторожам ее содержимое.

Те уважительно присвистнули.

– Ну раз так… то мы, пожалуй, пойдем, верно, Зик?! – Норт с надеждой посмотрел на своего приятеля.

– Ага. Чего людям зря мешать, пускай работают, – поддакнул тот.

И они рванули с места с такой скоростью, будто сами являлись той самой нечистью, торопящейся сигануть в уютный дубовый гроб до первых лучей солнца.

Я перевела дыхание.

– Ну все. Теперь отступать некуда.

– Давай я все же пойду с тобой. – Алан снял замок с двери и бросил его подальше в кусты.

– Нет. Поступим так, как договаривались. Пусть лучше один из нас останется незамеченным, хоть какой-то шанс на успех, – доставая из котомки черный стеклянный пузырек, бодро сказала я.

Алан вновь завязал узел на котомке и забросил за спину.

– Помни, о чем я тебе говорил.

– Об этом будет не просто забыть, – как могла, успокоила его я и стала спускаться вниз по изъеденным временем ступенькам.

– Лиз?! – Силуэт Алана, стоящего наверху, был виден только наполовину. – С днем рождения!

Я улыбнулась.

– Спасибо. Но не думай, что так легко отвертишься от подарка. Как только все закончится, я сразу его с тебя потребую.

– Как я могу забыть о нем? Кроме того, Флоренция тоже захочет поздравить тебя с двадцатилетием. Так что мы оба просто обязаны вернуться, – на полном серьезе произнес некромант и зашагал вверх по лестнице.

Я некоторое время постояла перед входом в туннель, стараясь не вдыхать всю пыль, которой был наполнен воздух подвала. После обвала здесь стало довольно грязно. Трещина на потолке и в самом деле дошла чуть ли не до архива, но заделывать ее, похоже, никто и не собирался. Когда глаза привыкли к темноте, я двинулась вдоль коридора к атриуму, раскаты грома здесь уже слышались совсем тихо, приглушенные крепкими стенами здания. Обвалом засыпало большую часть прохода, так что путь к замку теперь полностью был отгорожен. Не засыпанными остались только две ветки. Место, где я обнаружила пятерых магов, и атриум, предназначенный для проведения мистерий – тайных обрядов состоящих на службе в Гильдии магов.

– Ее высочество наконец-то осчастливило нас своим присутствием.

Я оглянулась. Голос Маргариты эхом разнесся по всему туннелю, отчего нельзя было понять, где именно она находится.

– Или правильнее уже будет сказать ее величество. Жаль, что коронацию придется отложить. Столько времени ждала этого момента, сколько раз пыталась навязать тебе жениха. Я же не раз говорила, что обещала кое-кому заботиться о тебе. – Марго вышла из тени. – Здравствуй, Лиз.

Я выжидательно смотрела на свою бывшую горничную.

– Что не здороваешься? Считаешь ниже своего достоинства разговаривать со мной? – У нее вырвался смешок.

– По-моему, и ты, и я оказались здесь не для разговоров. Не проводишь меня в Вальмонту? Хочу поскорее закончить начатое.

– О! – Маргарита похлопала в ладоши, будто аплодируя отыгравшему свою роль актеру. – Ты в курсе всего! Это уже интереснее. Неужели догадалась сама? Ни за что не поверю, – с издевкой произнесла она.

– Нет. К сожалению, принцесса так и осталась глупой, ведь иначе не появилась бы здесь одна.

Марго недоверчиво прищурилась:

– А ты действительно одна?

– Только я, ты, твой учитель и вампир.

– Ты и о Натане знаешь? Что ж, тем лучше. Не придется тратить время на пустую болтовню. – Она указала мне на распахнутые двери атриума. – Только после ее величества. – Маргарита с сарказмом поклонилась.

Я прошла мимо, едва сдержавшись, чтобы не прижать ее к стенке хорошей порцией магии.

– Так-то лучше.

Как только двери захлопнулись за моей спиной, в помещении зажегся свет. В центре атриума на очерченном кругом постаменте лежал Натан. Остекленевшие глаза вампира смотрели в пустоту, оставаясь равнодушными к происходящему, руки были вывернуты и связаны за спиной, черные волосы прилипли к щекам. Я заметила, что круг, в котором лежал Натан, был высыпан солью. Маргарита сумела применить когда-то полученную информацию о слабых местах вампиров.

За постаментом, так что я сразу и не разглядела, на голом полу, скрючился в неестественной позе Бортас.

– Не дергайся, принцесса. Твоему вампиру уже ничем не поможешь, – с ожесточением произнесла Марго.

– Натан жив. Чтобы открыть шкатулку, нужны все три владельца артефактов. – У меня как от сердца отлегло. Если Маргарите ничего не осталось, кроме как солгать в очередной раз, жизнь Натана вне опасности. Пока вне опасности.

– Что тебе еще известно? – уже с поостывшим чувством превосходства спросила она.

– Не так много, чтобы прийти сюда с оравой оборотней. Но вполне хватит, чтобы понять причину твоего предательства. Наверное, ученице мага, особенно такого сильного как Вальмонт, трудно скрывать свои способности и притворяться обычной служанкой?

– Пытаешься оправдать меня? Не стоит. Если думаешь, что я раскаиваюсь в содеянном, то заблуждаешься. Ничуть. Леонард был слеп все то время, пока я находилась в замке. Они с Тайросом искали выжившего магистра, не догадываясь, что все их разговоры тут же передаются именно ему.

– В Хорсиге тоже есть портал, иначе бы ты не смогла так быстро оказаться в другом королевстве и напасть на Карнелио. А отлучка из корчмы того оборотня, Октавиуса, равно как и внезапная болезнь, из-за которой мы задержались в Аргусе, не просто совпадения!

– О да, и Варлак, ничтожный оборотень, захотевший занять место Лукаса. Его было так просто убить! Ведь ты поверила в причастность вампира, особенно после того, как обнаружила свое колечко! Кстати о вампире. – Маргарита наклонилась над Натаном и приподняла его голову за волосы. – Не хочешь помочь ему быстрее отойти в мир иной и не мучаться?

– Даже не знаю, – с пренебрежением ответила я. – Вампир мне, если честно, надоел. Тянет одеяло на себя, будто только он достоин владеть артефактами.

На лице Маргариты отразилось недоумение.

– Что я слышу? Ее величество отказалась от всех принципов! Я думала, этот брутальный тип тебе нравится.

– Немного, – призналась я. – Но не настолько, чтобы рисковать из-за него жизнью.

– Тогда зачем ты пришла?

– Чтобы предложить сделку.

– Ты действительно считаешь, что в нынешнем положении можешь диктовать свои условия?

– Вполне. – Я не спеша прошлась по кругу, в котором лежал Натан.

– Ты и вправду глупа. Мне тебя жаль, Лиз, – с печалью в голосе сказала Марго.

– А мне себя нет. Из нас троих, – я обвела взглядом вампира и Маргариту, – у меня самое выгодное положение. Могу поделиться своими соображениями, если хочешь.

– Как будет угодно ее величеству.

Я вытянула руку, показывая надетое на большой палец кольцо вампира.

– Во-первых, у меня сейчас оба артефакта. Воспользоваться артефактами как ключами для шкатулки способен только их владелец. Зато в моих силах применить другую магию, заложенную в камнях. Кольцо Хартара сейчас у меня, получается, третий артефакт не причинит мне вреда, как сделал это с отцом Алана и старостой Аргуса.

– Но есть и другие способы заставить тебя, – надменно отозвалась Маргарита.

– Какие? Убить Натана вы тоже не можете, пока тот собственной рукой не вставит рубин в шкатулку.

Марго потянулась к голенищу сапога, в ее руке сверкнул кинжал. Тот самый кинжал некроманта с рунами смерти, который Натан забрал в Аргусе.

– Узнаешь? Вальмонт отнял его у Адриана вместе с силой некроманта и амулетом против нечисти.

– Что с того? Будешь угрожать им мне?!

Маргарита качнула головой.

– Зачем же сразу тебе. Разве ты не хочешь спасти Бортаса? Подслеповатый маг Гильдии так старался помочь своему опекуну, что легко попался на крючок.

Я скрестила руки на груди и рассмеялась.

– Да ну?! Это Бортас-то попался?

– Чему ты радуешься? – Маргарита смутилась.

– Просто кое-что из занятий Тайроса я для себя вынесла – астральные проекции невозможно убить. Это мираж, создаваемый магом в виде своего собственного тела. Тогда, на рынке, следя за нами, ты применила именно астральную проекцию. Тебя ведь Вальмонт этому научил? Впрочем, поскольку ты больше не называешь меня принцессой, мне тоже следует, называть Вальмонта его настоящим именем. Верно, Бортас?! – Я перевела взгляд на старика.

Прошло всего лишь мгновение, когда лежащая на полу фигура мага исчезла, а в стене атриума образовалась ниша, откуда и появился настоящий магистр.

– Элизабет. – Выцветшие глаза Бортаса стали пронзительно-синими. – Ты с самого начала напоминала мне Леонарда.

Несмотря на разницу в возрасте, я испытывала к нему такое презрение, что просто не могла как раньше разговаривать с ним официальным тоном.

– Неужели? В тот момент, когда ты вонзил ему в спину нож?

На лице магистра разгладилась часть морщин, а кожа приобрела восковый оттенок. Маргарита скользнула в нишу, оставив нас вдвоем.

– Не будь так категорична, на пути к цели всегда чем-то приходится жертвовать. Я пожертвовал нашей дружбой.

– Какая может быть дружба? Ты нанес ему удар в спину!

– Что поделаешь. Твой дед забрал артефакт, принадлежавший мне по праву. Я лишь вернул себе его, хотя другой артефакт – амулет с топазом – так и не нашел в его лаборатории. Его успел выкрасть кто-то другой. Даже Маргарита по ошибке выпустила из шкатулки замораживающее заклятие, не зная, что артефакта уже нет в лаборатории.

– Мне следовало догадаться об этом раньше, как и деду. Он даже никогда не знал, кем ты являешься на самом деле.

– Такова жертва. Я, будучи магистром, никогда не открывал своего лица, даже твой придворный маг Тайрос видел во мне лишь обычного служителя Гильдии.

– Еще бы! Ты побоялся принять его в Тройку после гибели Дрейко, тебе не нужны были лишние люди.

– Я принял Хелену, – напомнил Бортас.

– Чтобы потом убить ее, так же как и отца Натана.

– Хартар во многом со мной не соглашался, я уже не говорю о твоей матери. Они сами выбрали свою участь. Зато я воспитал его сына. – Он посмотрел на Натана. – Хотя он вырос и не совсем таким, как я ожидал.

– Сорока лет мало, чтобы повлиять на характер вампира, – фыркнула я. – И если хочешь знать, Натан догадывался на твой счет.

– Он слишком поздно понял. Как бы то ни было, сейчас он под заклятием. Однако ты здесь вместе с обоими артефактами, так что давай откроем шкатулку и покончим со всем этим.

– Что ты сделаешь с Натаном? – не разделив его стремления, требовательно спросила я.

Черты лица магистра заострились, придав ему хищное выражение.

– Забавно. У меня он спросил то же самое, только о тебе. Я столько времени потратил, чтобы сделать из Натана достойного преемника, а он готов обменять бессмертие вампира на жизнь принцессы.

Маргарита вернулась, держа в руках шкатулку с заключенной в ней Бездной. Но, услышав обрывок разговора, со злостью поставила шкатулку на стол. Вот отчего вся нелюбовь к вампиру! Она ревновала к другому ученику своего наставника.

– Из тебя плохой воспитатель. У какой-то принцессы он пошел на поводу куда охотнее, – усмехнулась я.

– Маргарита, разбуди нашего гостя, – резко произнес Бортас, будто не расслышав моих слов.

По крайней мере, я теперь знаю, в кого Натан такой упертый.

Марго с неохотой провела ладонью по глазам Натана. Тот дернулся и пришел в себя.

– Элизабет?! Какого черта…

– Я тоже рада тебя видеть. Вот решила вернуть тебе кольцо. Ты слишком рано сбрасываешь меня со счетов, – по привычке стала спорить с вампиром я.

– Оставьте на потом свои препирательства. – Марго приставила к моему горлу нож. Пузырек, зажатый в моей руке, упал на пол, но толстое стекло не дало ему разбиться. Увидев его, Маргарита усмехнулась. – Подумай лучше, как спасти девчонку. – Последняя фраза относилась уже к вампиру.

Натан поднялся с медленной, присущей только ему уверенностью в каждом движении. Даже загнанный в угол, он держался так, словно собирался выйти из этой игры победителем.

– И что ты предлагаешь, Бортас?! Я же тебе уже говорил: одной принцессой больше, одной меньше.

– Но не этой. Перестань, Натан, я знаю, о чем ты думаешь. Хочешь спасти девчонку, так давай же. Вставь камень в шкатулку.

– Может, для начала выпустишь меня? – Натан приподнял верхнюю губу, обнажив клыки. – Или боишься, что я загрызу тебя, учитель?!

– Во мне сила некроманта и твоя тоже…

– Ах да, я и забыл, кто напал на меня тогда. – Натан желчно улыбнулся. – Так что? Я долго буду ждать, пока твоей прислуге придет в голову мысль нарушить целостность круга и выпустить меня?

Марго дернулась, лезвие кинжала впилось в мою кожу. Теплая струйка крови пробежала вниз. Натан заметил это, но лишь надменно вскинул бровь.

– Сделай это, Маргарита, – мягко произнес Бортас, будто извиняясь за слова вампира.

Но Марго отчего-то даже не сдвинулась с места, продолжая прижимать к моему горлу нож.

– Слышала, что тебе приказали?! – повысил голос Натан.

– Мне не могут приказать. Я – ученица Вальмонта.

– Да?! Я так не считаю. Ты была служанкой принцессы Хорсиги, ты так и осталась лишь прислугой, нерасторопной горничной, которая готова выполнить любой поручение, стоит лишь щелкнуть пальцами. Давай, выпусти меня! – Натан сделал властный жест рукой, приказывая подчиняться.

– Заткнись! Жалкая помесь вампира, ты потерял уязвимость, тебя обвели вокруг пальца как мальчишку. Да какой из тебя правитель?! С тобой будет покончено, как только…

– Маргарита, я, кажется, попросил выпустить его. – Магистр, похоже, перестал понимать, что происходит.

– Вот и я о том же. Бортас… или Вальмонт, как мне тебя лучше называть, учитель? – Натан сверкнул глазами. – На эту магичку ты потратил лет десять, не больше. Но разве она может сравняться с вампиром? Я помогу тебе выпустить Бездну, но пообещай мне вернуть силу, учитель.

– Натан, ты правда хочешь присоединиться ко мне?!

– Конечно. Мне всегда была нужна власть, как и моему отцу. Ни к чему создавать новую Тройку. Твоя ученица – человек, я даже сомневаюсь в ее магических способностях. Отчего не избавиться от нее прямо сейчас?

– Вальмонт, ты позволишь этому ничтожеству вмешиваться? – прошипела Марго.

– Подожди, Маргарита. Нам с Натаном нужно кое-что обсудить, – не дал ей договорить Бортас.

Слова Натана, бесспорно, заставили его задуматься. Что-что, а сеять раздор вампир умел безукоризненно.

– Но…

– Освободи его. – Терпение Бортаса постепенно исчерпывало себя.

– Ты же отказался от него! – перешла на крик Маргарита.

– Я передумал. Натан имел право на ошибку, я его простил.

– Мудрое решение. – Вампир как всегда добился своего и даже не скрывал этого.

– Вальмонт, он же издевается!

– Я знаю, Маргарита. Натан дерзок, как и я в свое время. – Он снял с руки браслет, изумруд в отличие от двух его собратьев светился не так ярко. Холодно и тускло. – Хорошо, я верну тебе твою силу и сохраню жизнь. Обещаю.

Марго направила кинжал на Натана, потеряв остатки самообладания:

– Вампиру не место рядом с великим магистром!

– Это решать не прислуге. Хочешь проверить, спроси у Вальмонта, кого он выберет из нас двоих, – предложил вампир с такой убежденностью своем превосходстве, что даже я невольно поверила в правоту его слов.

– Натан, не стоит перебарщивать. Со временем вы найдете общий язык, – вставляя камень в одно из отверстий в шкатулке, произнес Бортас.

– Нет. – Марго явно не понравились слова наставника. – Он прав, вы должны выбрать кого-то одного!

– Может, не сейчас? Поговорим после. Элизабет уже устала ждать, – раздраженно ответил магистр.

– Ничего, разговаривайте! Мне даже интересно стало, – отмахнулась я, уповая на монументальность предстоящего зрелища.

– Вы оба мои ученики, вы оба равны.

– Сомневаюсь. Я, например, не собираюсь стоять на одной чаше весов с прислугой, – презрительно сказал Натан.

Это стало последней каплей. Маргарита оттолкнула меня в сторону, собираясь применить магию.

– Вот видишь, ты вызываешь лишь жалость. Не можешь справиться со мной без магии! – продолжал подначивать ее Натан.

– Ты сам напросился, вампир. – Маргарита подняла пузырек и открутила пробку. – Знаешь, что в нем? Лиз так и не рискнула применить его к тебе. Бедную девочку не стоит винить, она слишком мягкосердечна, чтобы убить хоть кого-то.

Я протестующе попыталась лягнуть ее в свое оправдание. Но меня откинуло магией в сторону.

– Что ты делаешь, Маргарита? – Бортас двинулся к ней. – Убери кинжал.

– Даже не собираюсь. В пузырьке кровь мертвеца – единственное средство убить вампира. Скажу даже больше: здесь кровь короля Хорсиги. – Она окропила кинжал кровью.

Вампир замер, поняв, что перегнул палку.

– Маргарита, ты не слышала, что я тебе велел? – Бортас схватил ее за локоть.

Марго непонимающе посмотрела на него, резкость в голосе магистра ее остановила.

– Что и требовалось доказать. – Вампир хищно ухмыльнулся. – Видишь, ты так и осталась прислугой. Тебе приказывают, а я всегда поступаю так, как решил сам. Мне не нужно подстраиваться под других. У учителей всегда есть любимчики.

– Он прав, – вмешалась я. – Даже Афелия заметила привязанность Бортаса к вампиру.

– Замолчи, Лиз. Или я убью и тебя!

Лезвие кинжала рассекло воздух, но Натан успел уклониться и лишь рассмеялся, тем самым еще больше разозлив Маргариту. Кинжал по самую рукоятку вошел в стену.

– Маргарита, я повторяю в последний раз. Выпусти его из круга и прекрати вести себя…

– Безрассудно, – подсказала я.

Следующий удар должен был прийтись на меня, но как ни странно, его не последовало.

Вместо этого Марго с диким воплем подбросило вверх, протащило по всему потолку и скинуло вниз, со всей силы ударив о каменный пол атриума. Бортас сам стер преграду и перерезал веревки на руках Натана.

– Вот и вся цена преданности, – растирая запястья, произнес вампир. – Но я рад, что выбор наконец сделан. Не люблю, когда на мое место претендует кто-то другой. – Он спустился с постамента. – Не вернешь мне кольцо?

– Я думала, что это подарок.

– Мне жаль тебя разочаровывать, принцесса, – с сожалением произнес Натан.

– Я привыкла. Кроме того, у меня тоже есть для тебя подарок.

– В самом деле?! – Глаза вампира сузились. Он понял, о чем идет речь. – Натан взял меня за руку и снял кольцо с пальца, на какое-то время наши руки соприкоснулись. – Теперь мой черед. – Натан поддел ногтем камень и вытащил его из основания кольца. – Элизабет, обычно дам пропускают вперед, но у нас особый случай. – Вампир вставил рубин в выемку на шкатулке. – Теперь ты.

– А если я не стану этого делать?

– Придется тебя заставить, как и ее. – Бортас посмотрел на неподвижное тело Маргариты.

– Позволь мне. – Натан сдернул с моей шеи амулет и притянул меня к себе. – Лиз, помоги нам, и обещаю, ты останешься жива.

– Боюсь, твой наставник не одобрит этого. – Я попыталась вырваться, но железная хватка вампира не давала мне даже пошевелиться.

– Я не против, если Натан захотел завести себе игрушку. – Бортас, увлеченный приближающимся моментом, совсем не думал о происходящем.

– Спасибо за прямолинейность, – огрызнулась я.

Вампир подвел меня к столу.

– Лиз, мне бы не хотелось, чтобы ты погибла.

– Я сейчас расплачусь, – съязвила я. – С каких пор тебе стало меня жалко?

– Это не жалость.

– Да? А что тогда? – продолжала набиваться на комплименты я.

– Не знаю, но точно не жалость, – задумчиво произнес вампир.

– Нет, ты скажи! – настаивала я.

– Тебе что, обязательно это знать? – посуровел Натан.

– Хочу умереть с твердой верой в альтруизм вампира!

Бортас, которому надоело слушать наши очередные разборки, напомнил нам о сути дела:

– Поговорите позже, третий камень должен быть вставлен в шкатулку, пока солнце еще не взошло. Иначе придется ждать следующей ночи, нечисть не полезет из могил утром.

– Ну ладно, – неожиданно быстро согласилась я. – Действительно, не ждать же нам еще день.

Бортаса такое замечание несколько смутило. Принцесса оказалась на редкость покладистой. Я с безмятежным видом отцепила камень с цепочки и вставила его в шкатулку. Щелкнул механизм, камни совершили один полный оборот и замерли. Три пары глаз уставились на руны, которые должны были зажечься и тем самым открыть шкатулку, но руны почему-то отказывались придерживаться графика работы.

– Может, срок годности истек? Больше сорока лет прошло как-никак, – брякнула я.

– Здесь что-то не так, – тихо произнес Бортас, косясь на меня. – Ты! Что ты сделала?

– Я?! Ничего. Как и велели, вставила в шкатулку артефакт.

– А почему тогда ничего не произошло?

Я скептически пожала плечами. Мол, кто эту магию разберет. Сегодня работает исправно, завтра придет в негодность.

Вампир подхватил шкатулку и повертел ее в руках.

– Все в порядке.

– Почему тогда ничего не происходит?! – рявкнул магистр.

– А мне откуда знать? Ваша же шкатулка, не моя, – обиделась я.

– Захотела последовать за своим дедом?!

Меня магией стало оттеснять к стене.

– Не трогай ее!

Бортас удивленно посмотрел на вампира.

– Натан, лучше не вставай у меня на пути.

– Поздно, уже встал. – Вампир оказался между мной и магистром.

– Я разрешил тебе вернуться, а ты меня предал!

– Ученик же должен превзойти учителя. Ты предал моего отца, думаешь, я мог забыть такое?! – Из-под верхней губы Натана блеснули белые клыки.

О запертую дверь с другой стороны атриума ударилось несколько пульсаров. Алан тоже хотел поучаствовать в разборке.

Бортас отступил, очертил руками полукруг, пытаясь создать портал. Ничего. Он попытался еще раз. Отсутствие результатов после трех заходов наводило на определенные мысли.

Теперь он был один, а за дверью помимо Алана могло оказаться с добрую дюжину магов.

– Алан не удержался, чтобы не прийти. Вернее он не удержался от наложения удерживающего заклинания, – призналась я, не обращая внимания на тавтологию. – Давно хотел применить, да все никак случай не подворачивался.

Бортас ощетинился. Нож, воткнутый в стену, покачнулся и, гонимый неведомой силой, скользнул в руку мага. Все произошло буквально за секунду. Один взмах, и на белой рубашке вампира появилась тонкая красная полоска.

– Кровь мертвеца, Натан. Мне жаль, но ты сам виноват в произошедшем.

Вампир покачнулся, упал на одну ногу, пытаясь закрыть рану ладонью. Посмотрел на кончики пальцев, захрипел и, не сдержавшись… рассмеялся во весь голос.

– Лиз, ты что в пузырек налила?

– Клюквенный морс. Как ты и любишь, – призналась я.

Вампир захохотал с новой силой, наплевав на все тяготы нашего пребывания в подвале.

Бортас в замешательстве отступил назад, сцепив руки в замок.

Оставался последний шанс вырваться.

Плащ взметнулся вверх, на миг закрыв нам обзор. Фигура магистра сжалась, резко припала в земле, представив взору прогнувшийся торс матерого волка и красные глаза, в порыве гнева налитые кровью. На этот раз оборотень был более разборчив в выборе жертвы, сразу же кинувшись на вампира. Натан присел, рассчитывая, куда придется основной удар, и, когда расстояние между ним и оборотнем сократилось до предельно допустимого, выбросил руку с зажатым в нее стилетом. Тем самым, что я успела передать ему вместе с кольцом. Серебро с хлюпающим звуком вошло в плоть волка, заставив того содрогнуться от боли.

В последний раз.

Натан не стал вытаскивать стилет. Лишь двумя пальцами проверил, не пульсирует ли жилка на шее оборотня, и, убедившись, что тот мертв, закрыл ему глаза.

– Спасибо за кинжал. Ты здорово рисковала, Вальмонт мог бы и не принять ипостась волка. Тогда бы все ушло псу под хвост.

– Оно и так ушло, – взглянув на волка, произнесла я. – Кроме того, против оборотней помогло бы только зелье. А я не думаю, что Вальмонт захотел прополоскать им горло перед тем, как убить нас. Как ты?

Натан скинул рубашку на пол.

– Пустяковая рана. Но будь на лезвии действительно кровь мертвеца, хватило бы и царапины, чтобы отправить меня к отцу. А как ты вообще поняла, что Бортас и есть третий выживший магистр?

– Я вспомнила о рунах, которые видела в книге. Бортас якобы собирался восстанавливать заваленный туннель и даже нанял магов для этого. Только все создавалось для видимости, он на самом деле готовился высвободить Бездну. Я спросила Алана о рунах, он и подтвердил мои подозрения. Потом мы узнали от Афелии, что замок охраняется Гильдией от постороннего вмешательства. Но никакого магического барьера на практике не существовало. К тому же ты оставил для меня вполне содержательное послание. Единственной ошибкой, что допустил дед, было его доверие предателю.

– А я, наоборот, хотел, чтобы ты оказалась как можно дальше от Иллиона и Гильдии. Но как всегда не учел психологию принцесс. – Натан вытащил из шкатулки изумруд, кинул его на пол и, особо не размышляя, раздавил носком сапога. Один из самых сильных артефактов с хрустом осколков утратил всю магию.

Что поделаешь. Психология вампиров не менее сложна. Я со вздохом склонилась над Маргаритой и вдруг заметила слабое, поверхностное дыхание.

– Марго!

Девушка открыла глаза.

– Ты жива! Подожди, мы перенесем тебя в замок. – Вся злость на Маргариту буквально испарилась.

– Прости меня.

– Ты могла все рассказать…

– Не надо, ничего не говори. – Она приложила палец к моим губам. – Сейчас уже этого не изменить. Такова цена моего предательства. – Редкое дыхание сменилось хрипами. – Нет, я бы не стала менять свою судьбу… хотя бы потому, что в ней нашлось место для тебя.

Глаза Маргариты закрылись, теперь уже навсегда. Я осторожно опустила ее голову и поднялась с пола.

Все было кончено.

И все только начиналось.

Эпилог

Алан с видом знатока рассматривал оставшиеся два артефакта, споря с Афелией о заключенной в них магии. Ведунья упорно не соглашалась с его выводами, но в конце концов, устав от препирательств, махнула на все рукой.

– Вот придешь в Гильдию уже в качестве действующего мага, тогда и поговорим.

– А что, приглашаете?! – тут же оживился Алан.

– Работы и так невпроворот было, а теперь, когда на мне обязанности главного мага Гильдии повиснут, то совсем времени свободного не станется. Так что, если будешь в Иллионе, милости просим.

– Буду! – заверил Ал. – У вас тут исключительно раритетная нечисть водится. И брата привезу. Правда, Деймон сразу же командовать начнет и условия диктовать станет…

Конец фразы я не дослушала, ко мне подошел Натан, держа под мышкой злосчастную шкатулку.

– Одного не понимаю: почему шкатулка тогда не открылась?

Невинный взгляд в сторону потолка только укоренил вампира в его подозрениях.

– Принцесса.

– Не принцесса, а ее величество. А для друзей… – Я нахмурила лоб. Слово «друзья» вроде как должно было подойти для характеристики наших странноватых отношений, но все равно не вписывалось. Ни по числу букв, ни по моему желанию это признавать. – В общем, просто Лиз. Хотя… если ты уже привык меня так называть…

Вампир хмуро глянул на меня сверху вниз.

– Да утром, утром я родилась. Ближе к полудню. А магия любит точность, и вся сила перейдет ко мне лишь через пару часов. Вот шкатулка и не открылась. Поторопился Вальмонт в своем стремлении обрести мировое господство. – Я покосилась на кольцо на пальце Натана. – А ты что собираешься делать?

– Вернусь в Сартан.

– И артефакты не заберешь?

– Зачем они мне? – пренебрежительно отмахнулся вампир.

– Уже не хочешь власти?

– Не таким путем. И не тогда, когда под руку может подвернуться падкая до приключений принцесса.

Я хотела высказать все, что думаю по этому поводу. И не только высказать, но и наглядно продемонстрировать, но вампир посторонился, давая проход невысокому немного полноватому мужчине с прядью еще больше поседевших волос.

– Тайрос!

Маг сонно потер переносицу, с тревогой разглядывая собравшуюся компанию.

– Испытание уже закончилось?

– Смотря какое, – многозначительно произнесла я.

– А где Брут? В последний раз мы с ним поссорились из-за какой-то ерунды. Я погорячился.

– Мне кажется, он уже все простил, – успокоила я мага.

– Ты думаешь?

– Дети обычно быстро прощают обиды, особенно такие маленькие, – со знанием дела закивала я.

– Дети? Какие дети?

Я сдула опять налезшую на глаза челку, которая успела отрасти чуть ли не до середины носа, и поинтересовалась:

– Как ты относишься к имени Эвон?

Примечания

1

Бессмертная смерть. (Лат.)

Content

Кира Филиппова
От принцесс добра не ищут

Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Сделка

Глава 1. Принцы. И как с ними бороться

Глава 2. А ларчик просто открывался

Глава 3. Ночь… кладбище… упырь… принцесса, безжизненный и тусклый свет, претит нам таинство процесса, мы упырю сорвем обед

Глава 4. Чем бы принцесса ни тешилась, лишь бы не руководила

Глава 5. Рандеву с вампиром

Глава 6. Волков бояться – в Аргус не ходить

Глава 7. Предатель

Глава 8. Лучшие друзья девушек это… некроманты

Глава 9. Призраки: инструкция по применению

Глава 10. Игра вслепую

ЧАСТЬ ВТОРАЯ Бездна

Глава 1. Не ищите черную кошку в темной комнате

Глава 2. И ты, Брут

Глава 3. Лицо под маской

Глава 4. Безмолвные свидетели

Глава 5. Тариф на убийства

Глава 6. Неизбежное зло

Глава 7. Ход конем

Глава 8. О хлебе насущном

Глава 9. Смерть ему к лицу

Эпилог

Примечания