Татьяна Форш

Возвращение в Аланар

Вступление

Улетают птицами яркие зарницы

На закате очень долгих дней.

Надоело биться, вспоминая лица,

От которых боль в душе сильней.

Я открыла глаза и бездумно уставилась в желтоватый, беленый еще позапрошлой осенью потолок. На губах осталось странное, пахнущее полынью имя человека, который мне снится каждую ночь вот уже тридцать долгих дней. Именно столько времени прошло с тех пор, как я, моя подруга Светка и наш общий знакомый Степан вернулись из наших общих «галлюцинаций о параллельном мире». Насчет того, что все произошедшее с нами оказалось именно коллективной галлюцинацией, я бы даже и не сомневалась, если бы.… Если бы на моей руке не сияли драгоценными камнями два тонких кольца, сделанных из легкого голубого металла. Если бы не сдавливала мою грудь бессонными ночами тоска о высоком сереброволосом мужчине со странными кошачьими глазами.

– Привет подруга, хандришь? – Светкин звонок вывел меня из задумчивой депрессии и заставил насторожиться, особенно если учесть что за последний месяц она мне звонила всего раза три.

– Привет, – я невольно шмыгнула носом. – Все хорошо, Свет, только проснулась! Как ты?

Светка неопределенно хмыкнула в трубку:

– Нормально! Давай, может, хоть в день моей зарплаты сходим куда-нибудь?

Я скривилась, но, сообразив, что Светка меня сейчас не видит, прокомментировала:

– Не тянет!

– Тогда давай я к тебе сегодня приеду? Ну, сколько можно безвылазно сидеть дома?

Я вздохнула, понимая, что легче избавиться от всех тараканов в мире, чем от моей подруги, особенно если ей позарез приспичило меня увидеть. Старый диван скрипнул пентатоникой. Я нехотя поднялась и свесила ноги.

– Ладно, приезжай! – обреченно выдохнула в трубку и осторожно положила ее на рычаг. Хотя, честно, хотелось бросить.

Да, с тех пор как мы очнулись от сладких грез о зеркальных мирах за столиком ресторана, с ужасом осознавая неизбежность жизни в этом мире, – прошел месяц.

На следующий же день я уволилась с работы, даже не сомневаясь, что выживу и без тех жалких грошей, скудно отстегиваемых мне начальством. Выживу! Еще и потому, что ни на секунду меня не покидала железобетонная уверенность, что я здесь ненадолго. Я осела в своей однокомнатной квартирке, высовывая нос на заснеженную улицу только до ближайшего ларька, за продуктами.

Светлана, в отличие от меня, продолжала жить как ни в чем не бывало. Ну, это если судить по ее редким телефонным звонкам. В гости с того вечера она ко мне не пришла ни разу, хотя несколько раз изъявляла желание о том по телефону. А я, чувствуя себя виноватой, не желала ее видеть, и каждый раз отнекивалась от визита, успешно изображая из себя заразно-больную. От нашего горе-археолога, вообще, не было ни слуху ни духу. Как в воду канул.

Я прошла на кухню. От нечаянного взмаха руки разлетелись белыми птицами альбомные листы с моими набросками. Коротко ругнувшись, я уселась на пол и, попутно рассматривая, принялась их собирать. Я и раньше рисовала неплохо, но после возвращения оттуда стала рисовать еще лучше. Будто чья-то рука выводила пики башен, две луны и строгий профиль…

Блин! Да когда же закончится эта депрессия? С одной стороны, я чувствовала, что моя жизнь теперь там, в отраженном мире, а иначе зачем? Зачем все это произошло со мной? А с другой стороны, мне казалось, что я уже стопроцентный пациент местного дурдома на Владимировской…

Я засунула рисунки в стол и зло смахнула одиноко ползущую по щеке слезу. Действительно, как же мне вернуться? С каждым днем я все больше чувствовала себя чужой этому миру, фактически живя в снах – сказочно прекрасных, волнующих и исчезающих с рассветом. И еще! У меня, непонятно как, начало получаться такое, о чем лучше вообще никому не рассказывать. Точно запрут в психушку, доказывай потом, что ты не Хоттабыч!

Конечно, ничего членовредительского я не совершала, так, мелкие магические неожиданности. Например, три дня назад, вечером, когда во всем доме выключили свет я, не задумываясь, включила чайник, заставила воду закипеть, заварила чай и только потом поняла, что произошло! Прищелкнув пальцами, зажгла светящийся шарик, просветивший мне почти час, пока электричество снова не дали.

Вчера меня заинтересовало что-то на крыше соседнего дома. Чтобы разглядеть, я, машинально пробормотав неожиданно всплывшее в мозгу непонятное слово, улучшила себе зрение. Зато потом долго не могла проморгаться, видя все так, будто на мои глаза надеты огромные линзы.

* * *

От всех этих мыслей в груди больно кольнуло. Я машинально коснулась руками. Задрав майку, посмотрела на уже ставший белым полумесяц шрама. Слева. Там, где сердце.

Казалось, что прошла вечность с того дня, когда я шагнула под зачарованный кинжал, спасая жизнь князя. Язык не поворачивался назвать его родным и привычным для меня именем, да и зачем?

«Зачем вспоминать имена тех, кого я никогда не увижу, разве что во сне?» – обреченно шепнул рассудок.

«Или – увижу?» – взволнованно замерло сердце.

Я снова смахнула непрошеную слезинку. Вот бы узнать, как там? Велию уже, наверно, короновали! Эх, хоть бы одним глазком снова увидеть всех их, его…. Я вздохнула и вздрогнула от телефонного звонка. Покосилась на трубку, в надежде, что она заткнется, но нет, телефон настойчиво продолжал верещать, как молодая свинья под ножом. С неохотой подойдя, я сняла трубку.

– Алло?

– Таня?

– Угу. Вы кто?

– Это я, Степан!

Я судорожно сглотнула.

– Как ты узнал мой номер?

– Это дело десятое! Тань, мне нужно с тобой поговорить, ты будешь сегодня вечером дома?

Я ненадолго задумалась.

Хочу ли я видеть этого неприятного мне человека? Хочу! Все-таки у нас были общие воспоминания, а вдруг он что-нибудь знает? Вдруг он что-нибудь знает о нем?

– Да! Я буду! Я буду дома! Адрес сказать?

Но Степан уже бросил трубку, и мне в уши понеслись частые гудки. Пожав плечами, я отключилась и взглядом заставила трубку переместиться на стол в прихожей. Плюхнувшись в единственное продавленное кресло, я нащупала под боком пульт и машинально включила старенький телевизор. Интересно, зачем я ему понадобилась? А вечером должна еще и Светка прийти! Ой, не к добру все это… или – к добру? Отбросив терзающие мысли, я прислушалась к телеведущей, строго рассказывающей последние новости.

– На Заельцовском кладбище замечены случаи вандализма! Около двадцати могил оказались разрыты, тела пока не найдены. Секретные службы принимают все меры, чтобы….

Начинается! Не хочу видеть все это!

Машинально щелкнув пальцами, выключила телевизор, перевела взгляд на пульт в другой руке и только покачала головой. Похоже, я начинаю привыкать к своим несколько странным способностям. Скоро мне и вставать не придется, достаточно будет только щелкнуть пальцами. Странно. Что со мной? Откуда все это? Хотя, с кем поведешься – от того и приплод!

Я посмотрела на быстро темнеющее за окном небо, перевела взгляд на часы, показывающие около пяти вечера. Светка придет в лучшем случае ближе к семи. Закрыв глаза, я снова погрузилась в воспоминания.

Вдруг в стекло балкона постучали. Опешив, я вытаращилась на силуэт за светлой шторой и, с опаской подойдя, резко отдернула ткань. С той стороны, прижавшись к двери, стоял Степан. Увидев меня, он растянул прилипшие к стеклу губы в улыбке. Если учитывать, что я живу на пятом этаже, видеть его у себя на балконе было более чем странно. Чувствуя себя несколько ненормально, я потянула дверь.

Он ввалился в комнату и, отпихнув меня, начал судорожно закрывать все щеколды. Отстранившись, я вопросительно молчала, следя за ним. Да-а, ну и вид! Если бы я не знала его раньше, подумала бы, что пригласила в гости бродягу: грязный и порванный пуховик дополняли такие же непонятного цвета джинсы с колоритными дырами на коленях. Венчали всю эту коллекцию дворового дизайна растоптанные, требующие немедленной кормежки сапоги. Под впалыми глазами пролегли черные тени, четко видимые даже сквозь толстые стекла треснувших очков. Бомж и бомж!

Обернувшись, он виновато покосился на меня, вздохнул и упал в мое кресло.

– Дай воды!

Я брезгливо поморщилась и, не отрывая от него глаз, щелкнула пальцами. В зал, заложив крутой вираж, влетел поднос с бутылкой минералки и стаканом.

– Может, еще остудить? – ехидно поинтересовалась я, едва поднос завис над ним.

Ответом мне стал дикий взгляд.

– А я думал, что один такой… – нервно кашлянув, он покрутил у виска.

– Не один! – обреченно успокоила я.

– Светлану видела?

Я покачала головой.

– Только слышала. Похоже, она одна из нас осталась в трезвом рассудке.

Степан, кинув на меня тоскливый взгляд, с шумом выхлебал воду и поставил стакан на подлокотник.

– Как жить-то, Тань? Как жить-то теперь? – Он, взявшись за голову, покачался. – Я уволился из института! Не могу там работать. Неделю назад привезли две мумии. Оставили на изучение. А я не могу их вскрывать! Они живые! Рассказали мне все о себе: как звали, где жили. И попросили: «Отпусти нас! Похорони!». А как я их похороню? Меня же в дурку посадят, если узнают, на основании чего я их похоронил.

Он задел локтем стакан, и тот, упав, со звоном разлетелся. Степан сморщил на меня виноватую физиономию. Я равнодушно махнула рукой – не о чем переживать, и стакан, собравшись по осколкам, вновь вспрыгнул на подлокотник. Оттуда я его на всякий случай убрала.

Степан, глядя на меня, только в изумлении покачал головой:

– Не могу привыкнуть к твоим новым способностям!

– Я пока еще тоже! – кивнула я и бесцеремонно поинтересовалась: – Ну, а ко мне-то зачем пришел?

Степан замялся:

– Понимаешь, я подумал, может, ты воспользуешься связями? Ну, вдруг тебе твой любовник снова поможет вернуться в тот мир? А? Я бы в нем и остался! – Степан, вопросительно взглянул на меня и вжался в спинку. – Эй-эй, ты чего?! Ай, мамочка!

В кресле, где он только что сидел, дымился след от небольшой молнии, сорвавшейся с моих пальцев. Из-за спинки показалась проплешина Степана и испуганные глаза.

– Ну и что я не то спросил-то? – проблеял он.

Я, дунув на палец как на дуло пистолета, уставила его на Степана. Тот опять нырнул за кресло.

– Ну, и что я не так сказал-то?

С царским видом усевшись в кресло, я легонько шлепнула его по лысине.

– Вылезай! Хватит пыль собирать. Я здесь уже месяц не убиралась.

Степан выполз из-под кресла, нашел сломанный трехногий стул, поставил его напротив, уселся и, покачиваясь, с опаской посмотрел на меня.

– Не люблю неверное изложение событий! – протянула я, с угрозой поглядывая на него. – Это я по поводу «любовника». С этим определением ты несколько поспешил.

Степан, возведя очи к заросшему паутинами потолку, шумно выдохнул.

– Я не знаю, чем вы там занимались, когда ночевали вместе, но после того как он сказал, что отрубит мне ноги по шею, если я еще раз пристану к его женщине, я и вовсе понял, что между вами все более чем серьезно!

– А насчет того, чтобы воспользоваться связями и остаться в том мире, – не обращая внимания на его жалобные оправдания, процедила я, – так неужели ты думаешь, что я здесь, так сказать, на курорте? Отдыхаю в этом гадюшнике без денег и планов на будущее вдалеке от любимого мужчины только потому, что мне это нравится?

Смахнув злые слезы, я перевела взгляд на быстро темнеющее небо.

Степан удрученно вздохнул, сочувствующе покивал и вдруг пристально уставился мне в глаза.

– Что? – покосилась я на него.

– Где у тебя зеркало?

Пожав плечами, я кивнула на стоявшее в коридоре трюмо.

– Там.

Степан быстро вышел и тут же вернулся, неся в руках маленькое круглое зеркальце. Сунув его мне под нос, он встал позади.

– Смотри! И еще ты будешь говорить, что между вами ничего не было?

– Ты меня уже достал! Ну что там? – недовольно ворча, я заглянула в услужливо протянутое зеркало и онемела, увидев отражение своих глаз. Вернее, даже не своих. В зеркальном стекле я увидела вытянутые зрачки желто-зеленых глаз _Велии. Гнев исчез. Я, не отрываясь, смотрела, как зрачки снова становятся маленькими черными точками, а яростный желтый цвет истаял.

Это же надо! Я ни разу за весь прошедший месяц не посмотрелась в зеркало, и все эти неожиданные перемены стали для меня в новинку.

За спиной настороженно сопел археолог. Я обернулась.

– Что?

– И как давно это с тобой?

Плечи нервно дернулись.

– Не знаю.

Степан сочувствующе помолчал.

– Ну, и что будем делать? Тебя с такими глазками запрут в «дурку» для особо опасных и будут там опыты ставить!

Я снова пожала плечами и вдруг с надеждой спросила:

– А он к тебе больше ни разу не являлся?

Степан, разочарованно поджав губы, с сожалением покачал головой:

– С тех пор как мы вернулись, ни разу!

Я вздохнула. Опасаясь, что разревусь, встала с кресла, подошла к окну и заглянула в ночь.

Скоро Новый год…

Наступили самые короткие дни, нагнетая и без того бесконечную депрессию.

– Степан, а… – я не успела договорить, как темноту за окном пронзила яркая вспышка, и тут же по ушам хлестнул женский визг.

Степан в два прыжка очутился рядом, вглядываясь в серо-синий мрак. Еще один женский крик вспугнул повисшую ненадолго тишину. Следом за ним эхом начали вторить и другие голоса. Снова что-то полыхнуло, уже недалеко от моего дома. Степан выскочил на балкон, а я, ухватив на кухне топорик, подбежала к двери и выскочила на площадку. Снизу кто-то торопливо поднимался, цокая каблуками. Спрятав топор за спину, я заглянула в лестничный пролет. Этажом ниже мелькнула Светкина рыжая шубка. Вбежав на мой этаж, она молча внесла меня в квартиру и зашарила непослушными руками, закрывая на щеколду дверь.

– Что случилось?

– Ну, блин, Танька, ты даешь! Неплохую себе разминку устроила! А не боишься, что в психушку заберут?

– Ты это о чем? – жестко спросила я, отодвигаясь от брызжущей слюной подруги.

– О чем? О чем?!! – она заглянула в дверной глазок, и, отскочив, толкнула меня к нему. – Об этом!

Я протерла пальцем запотевший глазок и пристально вгляделась в лестничный сумрак. Вдруг тени на площадке пришли в движение, и я с изумленным отвращением уставилась в лицо гниющего трупа, подошедшего к моей двери и вежливо в нее постучавшего.

Светка скривилась и шепотом ругнулась. Отодвинув меня, она, как ни в чем не бывало, спокойно поинтересовалась:

– Кто там?

– Нам хозяина! – прошамкали из-за двери.

– Здесь такие не живут! – ответила Светка, захлопывая вторую дверь. – Хорошо, что додумалась поставить внутреннюю. Видишь – пригодилась!

Не обращая внимания на тихое постукивание, она втолкнула меня в комнату.

– Кто-нибудь может объяснить, что здесь происходит? – отмерев, угрожающе поинтересовалась я.

– Я хочу тебя спросить о том же! Или, может, ты так свою депрессию разгоняешь? – голос Светки каждую секунду готов был сорваться на крик.

Тут до меня дошло.

– Степан! Твою налево! – рыкнула я. – Ну-ка, выходи, гад паршивый! Признавайся, те трупаки на лестнице – твоя работа?

Светка _ели_ован уставилась на меня.

– Степан? У тебя в гостях?!

Я отмахнулась.

– Позвонил сегодня сразу же после тебя и напросился в гости. Вот я и позвала сдуру! Просто, если честно, хотела узнать, вдруг он…

– …что-нибудь знает о нем?

Я молча кивнула и невесело усмехнулась.

– Но он, наоборот, сам попросил меня воспользоваться связями, чтобы его переместить в тот мир!

– Однако! – протянула Светка, зло прищурив глазки. – А мы, значит, тут загнивай?

– Мне показалось, что ты не сильно расстроилась, оказавшись здесь? – спросила я и тут же пожалела об этом.

Светка еще сильнее сузила глаза и ласково поинтересовалась:

– А ты хоть на секунду задумалась о том, почему я, раньше всегда пропадавшая у тебя в гостях, не приходила к тебе уже целый месяц с того вечера, как мы очнулись в ресторане? Нет? А я тебе скажу! Просто я боялась, что не выдержу и шарахну тебя молнией, дорогая моя подруга! Потому что это из-за твоих выпендрежей мы снова здесь! Теперь, вместо того чтобы жить долго и счастливо в мире, полном волшебства, рядом с красавцем-мужчиной, я работаю в занюханной больнице по изъявлению местных психов! И вынуждена жить на мизерную зарплату, без планов и надежд на будущее и все это из-за тебя! Таня, можно я тебя придушу?

Я согласно кивнула.

– Души! А вдруг я после смерти вернусь в тот мир? Я и сама уже об этом думала. Только самой – трудно!

Светка, помолчав, поизучала меня настороженным взглядом и выдала диагноз:

– Хреново! Твоя маниакальная депрессия уже не лечится!

– Иди ты! – отмахнулась я, внимательно оглядывая комнату на предмет наличия в ней Степана. – Где он?

– Кто?

– Степан! – недовольно ответила я, заглядывая за кресло. – Только что был здесь! Степа, выходи, гад ползучий!

Шторка шевельнулась, как от ветра. Мы со Светкой переглянулись и, подойдя с разных сторон, отдернули.

– Вот ты где!

– Я не знаю, как это получилось. Я думал, в этом мире ничего из того, что я умею, не работает. Ну и решил попробовать на местном кладбище.

Меня осенило:

– Так те раскопанные могилки мирных граждан – твоя работа?

Степан покаянно кивнул.

– Ага! Но они наотрез отказываются лезть обратно! Уже замучился от них по всему городу бегать.

Небрежно отодвинув меня в сторону, к Степану подошла злая, как голодный крокодил, Светлана.

– Так это, значит, я сегодня от твоих экспериментов по двору кругами удирала, да?

Степа, сжавшись в комок, закрылся от нее руками.

– Не бойся, я тебя потом убью! А сейчас иди и усмири жмуриков. И так из-за тебя засветились, будь здоров! И вообще, Тань, тебе на время придется переехать ко мне, пока все не успокоится! А то мне некогда будет тебя в ментовке навещать!

Я, неопределенно хмыкнув, кивнула и только открыла рот, чтобы ответить, как в дверь громко затарабанили и зазвонили.

– Твою мать! – Светка, окончательно озверев, накинулась на Степана. – Да очнись же ты! Мы не в параллельном мире, где ожившие мертвецы скорее досадная необходимость, чем сенсация. А здесь нам за такие эксперименты грозит пожизненное заключение в какой-нибудь секретной лаборатории. Быстро угомони своих подопытных! – грозно взглянув на погрустневшего Степана, она требовательно уставила палец на трясущуюся от ударов дверь.

Он подошел, открыл первую дверь и заглянул в глазок. Несколько минут что-то бормотал, затем обернулся к нам:

– Они какие-то не такие, абсолютно не реагируют на те заклинания, которые срабатывали с мертвецами из того мира. – Он обреченно махнул куда-то в сторону.

– Светка, что делать? – я подскочила к Светке, с опаской поглядывая на стонавшую под ударами дверь.

– Блин, так не хотелось в твоей пятиэтажке магию применять! Вдруг людей заденет? Тогда нам точно конец!

Дверь угрожающе захрустела. Я сгребла за шиворот застывшего в ступоре Степана и, выдернув из-под падающей двери, шагнула с ним за спину подруги, в руках которой уже вертелся, брызгая огнем, яркий сгусток пламени.

Железная дверь упала в коридор, сорвав с петель и вторую, деревянную. Все заволокло клубами пыли, а когда она рассеялась, мы увидели несколько сгорбленных фигур, шагнувших в квартиру, и храбро отступили в зал. Светка незаметным движением метнула в них огненный шар. Шарахнуло так, будто взорвалась граната. От взрыва разворотило стену коридора, увеличив его на метры соседской площади. Пять мертвецов разнесло в клочья, но незваные гости продолжали наступать.

И тут у меня в голове сами собой начали всплывать гортанные незнакомые слова, строясь в заклинания. Не противясь, я позволила им просочиться в мой мир, творя жесткое колдовство. Светка, открыв рот, смотрела на меня, будто видя впервые. Дом содрогнулся до основания, жуткий грохот оглушил нас. Мертвецы, стоявшие в коридоре, заметно затормозили, оглядываясь на дверной проем, но оттуда так никто и не показался. Издавая утробные звуки, они решительно потопали на нас.

Мы отступали до тех пор, пока не уперлись спинами в дверь балкона.

– Наколдуй еще что-нибудь? – к Светке вернулся дар речи.

– Не могу! – покачала я головой. – Выжата, как пакетик чая!!

Светка согласно кивнула.

– Да, в этом мире трудно восстановиться!

– Очень! – поддакнул Степан.

Под окнами завыли сирены, извещая нас о вовремя прибывшей милиции и скорой помощи.

– Открывай дверь! – рыкнула Светка.

Степан судорожно щелкнул задвижками, и мы выпали на балкон.

– Дверь с этой стороны не закрывается! Навались! – заверещал он, впившись руками в стекло. С той стороны через него на нас скалились полусгнившие черепа.

– Таня, кольцо! – заорала мне в ухо Светка.

– Что? – не поняла я.

Светка сграбастала мою руку и сунула мне ее под нос.

– Кольцо!!!

Зомби все сильнее толкали дверь, а под нами было пятнадцать метров пустоты и дворовый каток. Я в изумлении вытаращилась на свою руку. Злосчастное кольцо-портал ярко светилось в вечернем полумраке.

– Танька, портал! – снова заверещала мне в ухо Светка, вываливаясь с балкона.

Я даже испугаться не успела. Дверь распахнулась. Степан, ухватив меня за талию, борцовским приемом перекинул через перила, и я, успев заметить тянущиеся ко мне гниющие руки, полетела в неизвестность.

Часть первая

Златогорье

Тебя ждет поезд на том вокзале.

Никто не ждет меня в зазеркалье.

Меня уносят, ведут ко дну

Две рельсы, что сошлись в одну.

И ты забудешь мой последний взгляд,

Но через сотни лет должна узнать мой голос.

Сплин

Солнечные лучи щекотали лицо. Где-то пели птицы и стрекотали кузнечики. Тихо шумел ветер. Я понежилась под теплыми солнечными лучами и, улыбнувшись, нехотя приоткрыла глаза. Высоко плескалось ярко-синее небо. Несколько мгновений я купалась в этой синеве, с наслаждением вдыхая напоенный ароматами цветов воздух, а потом захотелось есть. Решив, что пора познакомиться с тем местом, куда меня в очередной раз занесло, я села и огляделась.

Вокруг, сколько хватало взгляда, раскинулось поле, заканчивающееся с одной стороны подножием гор, с другой стороны кромкой леса. Солнце медленно подбиралось к зениту, и к голоду добавилась жажда.

Ладно, раз я жива и здорова, нечего рассиживаться. Пора куда-нибудь выбираться!

Я поднялась. Метрах в двух от меня что-то шевельнулось. Настороженно оглянувшись по сторонам, я прихватила лежавший рядом со мной булыжник и осторожно подошла. Раздвинув траву, я уставилась на старые сапоги, в которые были заправлены грязные и рваные джинсы. Приготовив булыжник, легонько пнула сапог. Послышался всхрап и недовольное бормотание. Я пнула сапог сильнее.

– Ну, блин, делать больше нечего, что ли? Какой козел пинается? – послышался недовольный тенорок Степана. Он сел и потряс головой.

– Это я, Степушка!

Глаза Степана широко раскрылись.

– Та-Таня?

– Та-Таня! – подтвердила я. – Где Светка?

Он покачал головой.

– Не знаю, я только что проснулся! – Он огляделся. – А где это мы?

Настала моя очередь качать головой.

– Точно не скажу! Судя по горам, где-то в Объединенных землях. Это приблизительное определение. Но самое главное, я надеюсь, что мы там, куда стремились, а не в каком-нибудь левом мире.

Степан молитвенно сложил руки.

– Спасибо тебе, господи! Я дома!

– Давай лучше поищем Светку. Она наверняка где-то рядом.

* * *

Весь следующий час мы усиленно прочесывали поле и на два голоса звали подругу по имени. Бесполезно! Не найдя ни малейшего намека на ее присутствие, я остановилась и посмотрела на плетущегося позади Степана.

– Что произошло на балконе?

Тот только пожал плечами.

– И сам не понял! Когда мертвяки начали открывать дверь, у тебя на руке вдруг ярко засветилось кольцо. Позади нас, сразу за балконом, заплескался портал, в который первой прыгнула Светлана. Следом, прихватив тебя, сиганул за ней я. И все….

– Ясно! Все равно, если мы с тобой оказались рядом, то и Светка тоже должна быть где-то здесь.

– Но не будем же мы обшаривать все поле? Оно вон какое огромное! Может, ее выкинуло где-нибудь в горах? Пойдем потихоньку. Людей поищем. Пошли!

– Что-то я не припомню эти места.

Степан покрутил головой.

– Пошли к горам. Вдоль них пойдем, авось куда-нибудь выйдем.

Я пожала плечами.

– Пошли! Действительно, какая разница куда идти?

В последний раз оглянувшись вокруг, мы зашагали к горам в высокой, путающей ноги траве.

Через час я выдохлась, Степан вообще еле плелся. Археолог переместился сюда в пуховике и рваных дутых сапогах и теперь изнывал от жары. Спустя некоторое время, он послушался моего совета, снял пуховик и тащил его, закинув на спину. Разуться он отказался наотрез, и теперь в его сапогах уже булькало. Мое положение оказалось не лучше. Очутиться в другом мире в домашнем халате и в тапочках на босу ногу – удовольствие еще то! В халате, конечно, было хорошо, прохладно, но тапки так и норовили слететь. Поэтому идти приходилось медленно, то и дело поправляя их на ногах. Казалось, мы никогда не дойдем до манивших прохладой гор. Вдруг Степан кинул наземь пуховик и грудой мусора рухнул сверху.

– Пошли! Нечего отлынивать! – я опустилась рядом с ним на корточки и подергала его за рукав. – Нам до темноты еще надо найти ночлег. К тому же, у нас ни денег, ни оружия, даже нормальной одежды и то нет.

Степан тяжело вздохнул.

– Нечего вздыхать! – решительно оборвала я его, поднимаясь. – Сам недавно кричал: «Хочу в другой мир!» Вот он – другой мир! Пошли!

Он только горько усмехнулся, поджал губы и, сделав брови домиком, скорбно прикрыл глаза. Может, надеялся выпросить небольшой передых, но мне его немые жалобы были, что слону – дробина. Я, словно борзая, взяв след, не хотела медлить ни секунды.

– Ну, ты идешь? – нахмурилась я.

– Вот водички бы попить! А то сил никаких нету! – простонал он.

За последние часы моя затраченная в бою энергия пополнилась и сейчас бурлила в каждой клеточке, наполняя опьяняющей мощью, поэтому просьбу Степана я выполнила с удивительной легкостью, просто представив и прищелкнув пальцами.

У меня под ногами тут же материализовалась деревянная бадейка, поблескивающая вровень с краями водой. Степан, увидев такую роскошь, подбежал и пил, пока в ведре не осталась половина. Напившись, он, как пиявка отвалился и, упав рядом, блаженно раскинул руки.

– Хоть бы спасибо сказал! – я заглянула в порядком опустевшее ведро. После археолога пить расхотелось. Попинав неподвижно лежавшего Степана носком тапочки, я пригрозила: – Вставай! Если ты сейчас не встанешь, я пойду одна, и тогда твоей судьбе не позавидуешь!

Степан, перевернувшись на бок, подпер голову согнутой в локте рукой и ехидно сощурился.

– Это еще почему? Я в этом мире тоже не последнее место занимал! Забыла? Иди, если хочешь, а я пока отдохну, жару пережду. Если будешь медленно идти, так и быть, догоню!

– Балбес! Вместе мы сила, а порознь… Даже не советую. Я умею одно, ты другое. Вместе у нас все получится! Так что вставай! К тому же, мы не знаем, что здесь произошло, пока мы в Новосибирске отдыхали. Тем более, нас только в Великограде и Винлейне знают, а в этой глуши какие-нибудь темные бесы из нас живо жаркое сделают!

Степан скептически фыркнул и снова перевернулся на спину, небрежно бросив:

– Когда-то ты не захотела быть со мной вместе, а я предлагал! Все вы бабы корыстные, только принцев вам подавай! Хочешь вместе идти – жди, пока я отдохну!

– Эх, Степа, Степа! Дураком жил – дураком помрешь! Не забудь, я тебя предупредила! Да и если встретишь Светку, передай – я пошла в Великоград!

Ответом мне был лишь тоненький храп. Постояв еще немного, я плюнула и решительно зашагала к горам.

* * *

Когда солнце закатными лучами позолотило вершины, я уже подходила к подножию гор. Гряда, поднимавшаяся передо мной, не была похожа на угрюмые Северные горы. Невысокие рыжеватые скалы украшали редкие чахлые деревья.

Подойдя ближе, я огляделась в надежде увидеть хоть какое-нибудь жилье. Не заметив ничего подходящего, пошла вдоль ущелья, внимательно озираясь. Вдруг метрах в восьми от земли я заметила темнеющий свод пещеры. Еще раз оглядевшись и не заметив ничего подозрительного, решительно полезла вверх.

Поднявшись к пещере, я осторожно заглянула в темноту и негромко позвала:

– Эй! Есть кто?

Тишина была красноречивей любого ответа. Я тихо скользнула внутрь. Когда глаза привыкли к полумраку, с любопытством оглядела небольшую сухую пещерку. В углу стоял каменный очаг, полный дров. Рядом лежало огниво. Осмелев, я, промучившись, кое-как подпалила сухие дрова и с наслаждением уселась рядом, вытянув гудящие ноги.

Нда-а! Интересно, куда это меня опять занесло? Очень надеюсь, что отражением не ошиблась!

Я посмотрела на руку. Кольцо портала исчезло.

Весело! А если я попала в другой мир, как тогда мне выбираться? Хотя, что-то мне подсказывало, что я, наконец-то, вернулась домой.

Обручальный перстень светился слабым призрачным сиянием. Дотронувшись до него губами, я почувствовала слабое покалывание и тепло, идущее от него.

Интересно, где сейчас Велия? Как бы мне до него поскорее добраться?

Я вздохнула и откинувшись спиной на каменную стену, под невеселые мысли незаметно задремала.

Мне снилось, будто я в чуть освещенном громадном зале. Слышался гул голосов. Вдруг из скрытого плотной тканью зева пещеры вышел высокий, закутанный в белый балахон, мужчина. Пройдя в центр абсолютно круглой каменной площадки, он остановился у небольшого возвышения и начал монотонным, чуть хрипловатым голосом читать гортанные слова. И словно от этих слов, по кругу арены пробежали языки пламени, красными бликами раскрашивая темные своды зала. Тут же на площадку шагнули две кряжистые фигуры, закутанные в такие же белые плащи. Подойдя, один из них рывком сдернул с высокого балахон, оставив того в белых облегающих, коротких до колен штанах. По обнаженной спине мужчины рассыпались, блестя лунным серебром волосы.

– Я жертвую.

– Я принимаю жертву.

Чей-то рык заглушил голос стоявшего в круге.

– Жертвуешь ли ты своей свободой, именем и лицом?

– Да. Жертвую!

Тут в руках у одного из низкорослых молнией сверкнул короткий меч, взлетевший в замахе над головой не шелохнувшегося мужчины. Я с ужасом смотрела, как лезвие мгновение за мгновением приближается к шее застывшего изваянием человека.

– Велия, не-е-ет!

Лезвие чиркнуло стоявшего по длинным волосам, обрезая их до плеч. Секундой позже человек обернулся, и последнее, что я увидела, были широко распахнутые, изумленные глаза мага.

Захлебнувшись собственным криком, я с минуту таращилась на льющуюся в пещеру ночь. Сердце колотилось в горле заячьим хвостом.

Нет, больше спать не буду!

Казалось бы, задремала на секунду, но вместо вечерних сумерек мое пристанище уже окружила ночь. На неровном полу лежала серебристая арка лунного света. Подойдя к выходу, я выглянула из пещеры, залюбовавшись на восходящий огромный шар синей луны. Зеленая была уже в зените, освещая поле, казавшееся в ее свете огромным заросшим тиной озером.

Последние сомнения, касательно моего прибытия, растаяли как дым. Успокоившись, я уселась к очагу и снова посмотрела на обручальный перстень.

Что мог означать этот сон, похожий на реальность? Казалось, что там, во сне, Велия меня услышал и увидел! Еще мне показалось, что он стал другим. Старше, что ли?

Интересно, где он сейчас? А вдруг он меня забыл? Целый месяц не звонил, ни писал, порталы, как грозился, не открывал. Бросил, блин! Во сне, правда, снится, но проку мне от этих снов?

Решив пока не ломать над этим голову, я подкинула в очаг еще пару полешек. Как там говорила Луанна, сестра Велии? «Ваши судьбы завязаны друг на друге![1]» – вот и будем ждать, когда наши ниточки пересекутся. Всевидящий ведь не зря занимает свое место в этом мире, знает, зачем я здесь, вот, глядишь все и образует.

Посидев рядом с потрескивающим костром, я, вынуждаемая зверским голодом, решила наколдовать себе еду. Так, надо вспомнить, что говорил мой муж. Если превратить жука в куриную ножку, после он снова станет жуком? Бр-р! Что-то не хочется! Да и жуков тут нет!

Решив колдовать, как умею, для верности зажмурилась и поводила руками над небольшим поленом, пытаясь представить себе булку хлеба. Мгновение спустя, решила, что, пожалуй, хватит. Открыв глаза, в изумлении уставилась на большой батон. Слегка повеселев, попыталась отломить кусочек, но вынуждена была признать, что это оказался очень черствый хлеб. Тогда я решила его погрызть.

Хрусть!

Я с сожалением выплюнула кусочек зуба. Блин! Да что я такое наколдовала-то?

Стараясь успокоить голодное рычание желудка, я развернула каменную сдобу и снова осторожно погрызла.

Раздался смех.

– Ну, ты и оголодала! Уже бревна грызешь!

Не вынимая изо рта булку, я подняла взгляд на широкоплечую коренастую фигуру, чернеющую на фоне освещенного лунами входа.

– Фы фо?

– А тебя не учили, что разговаривать с набитым ртом – некрасиво? Выплюнь дровину и говори!?

Хлеб во рту стал слегка отдавать сосновыми опилками. Я, с сожалением выплюнув с трудом отгрызенный кусок, грозно посмотрела на незнакомца:

– Ну и чё надо?

Мужчина молча шагнул в пещеру. Не церемонясь, подкинул в прогоревший очаг немного дров, включая и мою наколдованную булку. Расстелив неподалеку от меня небольшую светлую тряпицу, он уселся рядом и достал из заплечного мешка по очереди хлеб, ароматное жареное мясо и пару зеленых пучков растения, очень похожего на лук. Когда все оказалось разложенным, он жестом пригласил присоединяться.

Костер помаленьку разгорелся, и я с любопытством стала разглядывать незнакомца. С точностью до ста процентов я бы сказала, что передо мной – молодой гном. По нашим меркам, лет двадцати, не больше.

Ростом чуть ниже меня. Кудрявые до плеч каштановые волосы, падающая на лоб короткая челка, глубоко посаженные глаза, аккуратный нос, подбородок с ямочкой.

Симпатичный.

Широченные плечи затянуты в поношенную, но целую темно-коричневую кожаную куртку, на поясе – внушительных размеров топор-секиру, черные штаны заправлены в короткие тупоносые сапоги.

Не менее заинтересованно рассматривая меня черными угольками глаз, он растянул пухлые губы, спрятанные в редкой каштановой бородке, в дружелюбную улыбку и пробасил:

– Крендин.

Поставив у стены топор, вежливо протянул мне лапу.

– Крендин Бухалин.

Я подавилась смехом. Закашлялась. Он удивленно на меня покосился.

– Вот, говорил же, бревна жевать нельзя! Видишь, подавилась! Давай стукну? – он с готовностью сжал свою лапу в кулак и вопросительно заглянул в глаза.

Прокашлявшись, я отдышалась и покачала головой:

– Нет, спасибо! Все уже прошло!

– Ну, тогда налегай на мою еду! Все полезней, чем чурбачок глодать!

– Это был хлеб! – обиженно буркнула я.

Крендин сочувствующе покивал.

– Вот… и галлюцинации уже от голода начались. – И умиленно глядя, как я наворачиваю его припасы, спросил: – Ты откуда? Как тебя сюда занесло? Здесь вроде и селений никаких нету. Только в трех днях пути отсюда на северо-запад – Златогорье, а если идти через лес, то выйдешь к Великограду, но, – гном поморщился, – идти туда не советую!

– Почему? – Я чуть снова не подавилась. С трудом проглотила застрявший в глотке хлеб и выжидательно посмотрела на гнома.

– Ты, видать, издалека, если не знаешь последних новостей из Великограда. Новый правитель там такую жизнь устроил, закачаешься! Все герои последней битвы изгнаны, вернее, уехали сами. На границах ввели принудительные проверки и пошлины. А еще издали новый свод законов. Там полукровки вообще людьми не считаются. Все или в рабстве, или на плахе! Так-то! Так что, если не хочешь беды, то тебе туда никак нельзя соваться!

Гном отрезал кинжалом кусок мяса, наколол и с жадностью вгрызся.

– Ты ешь! Чего зенки-то выпучила? – прочавкал он, вытирая кулаком с бороды сок.

Я, с огромным усилием опустив взгляд, заставила себя закрыть челюсть.

Ни фига себе – попала! Отчего это у Велии так крыша-то поехала? Это ж надо, за месяц – такие перемены!

– Так прошел месяц, вернее, почти три с той битвы? – озвучила я свои мысли. – Когда же это он успел?

Гном в изумлении перестал жевать.

– Чего три? С какой битвы?

– Ну, когда с тенями воевали?

Гном кинул на меня подозрительный взгляд.

– Правда, блаженная, что ли? Какой месяц? Уже тридцать с лишним лет миновало! Как сейчас помню, как мы под предводительством нашего генерала Лендина Плюгалина вылазки делали! Ну, это перед тем, как принц Велиандр надрал хвост тому белобрысому выскочке!

Помолчав, я осторожно поинтересовалась:

– А когда его короновали?

Крендин скосил на меня непонимающий взгляд:

– Кого?

– Велию, конечно! – Если честно, я уже пожалела, что завела разговор на эту тему. Какой-то странный попался собеседник.

– Велиандра? – Гном обрадовался возможности наговориться всласть, выдав дремучей девице не первой свежести новости. – Не, тут такая история вышла, слушай! Велиандр влюбился в одну из Призванных. В какую, точно не скажу, – я их вблизи не видел. Ну, та, вроде, которая воином была! В битве ее сильно ранило, а он ее выходил! Взаправду!

Гном обмахнулся кулаком крест-накрест в доказательство своих слов.

– Ну вот! – продолжил он. – Предложил он ей руку и сердце, а когда они уже обручились, Великие возьми да пропади! Просто исчезли и все! Велиандр от горя короноваться наотрез отказался! Говорит, пока не верну свою половинку, корона мне не нужна. Оставил Баргу наместником, а сам заперся в Винлейне с отцом. Пытался, видать, избранницу вернуть, а потом через некоторое время и сам исчез! С тех пор его вот уже тридцать лет никто и не видел!

– А сейчас на троне Барга?

– Он! – кивнул гном. – Худшего правителя еще поискать.

– Так это Барга навел все эти порядки? – я изумленно распахнула глаза.

Гном кинул на меня быстрый взгляд и пожал плечами.

– Он, а кто же еще? Хотя по правде, сдается мне, что он ничего там не решает! Похоже, правит за него его оракул! Так-то, девушка!

Гном опять принялся за еду.

Выходит, пока нас не было, в этом мире прошло тридцать лет? Велия пропал? И что мне со всем этим делать?

Утонув в омуте невеселых мыслей, я невидяще смотрела на смачно жующего гнома.

Когда на импровизированном столе почти ничего не осталось, он рыгнул, поднял на меня глаза и как ни в чем не бывало спросил:

– Так куда ты путь держишь?

Его вопрос я услышала со второго раза, настолько меня захватил поток воспоминаний.

– Я? Я… я потерялась! Вот сижу и думаю, куда теперь идти!

– Ха, вот это классно! Пойдем со мной? Я иду в Златогорье устраиваться на работу! Да и девушки у меня уже давно не было. Какие в шахтах девушки? Соглашайся! – Гном сально подмигнул. – Одену, обую, еда будет, крыша над головой! Да и мне больше нравятся человеческие девицы. Гномихи – они низенькие, пухлые, не чета тебе!

Крендин подвинувшись, приобнял меня за талию.

– Так как? Пойдем?

Демонстративно убрав руку, я посмотрела ему прямо в глаза.

– Я, конечно, благодарна тебе, крендель, за еду и новости, но извини! Не нашелся еще тот мужик, на которого я бы захотела променять мужа! Так что, забудь!

Гном смерил меня ошалелым взглядом и рассмеялся.

– Да ладно тебе выдумывать! Какой у тебя муж-то? Ты посмотри на себя – голь перекатная! Поди, дорожной была, а все туда же – жених! Ха-ха-ха! Да кто ж тебя замуж-то возьмет? Полукровки – они ж для всех как чумные!

Гном настойчиво снова повесил на мое плечо свою лапу. Нет, ну это мне уже совсем не нравится! Вскочив, я ухватила стоявший у стены топор. Блин, тяжелый!

– Ладно, девка, дурить-то! Не хочешь, так и не надо. У меня своя дорога, у тебя своя. Только сядь и топор поставь. Я ж не насильник. Так, в поиске. Вдвоем-то веселее и легче!

В ответ я раскрутила его оружие так, что оно с гудением очертило вокруг меня полусферу. Со свистом вогнав топор в пол точнехонько у него между ног, я невинно улыбнулась и, полюбовавшись на его побледневшее лицо, разочарованно вздохнула.

– Ой! Промахнулась! Вот что бывает, когда тридцать лет не тренируешься! – Оставив Крендина в предобморочном состоянии смотреть на свой топор, я села у очага, привалившись спиной к стене, и задумалась.

Через некоторое время гном ожил, подозрительно оглядел целые штаны и забросал меня вопросами.

– Ничего себе! Где тебя так с оружием обращаться научили? И кто? Топор-то не легонький! Эй, а ты кто? Как зовут-то? – Он уселся передо мной на корточки, глядя во все глаза.

С неохотой, подняв на него взгляд, я небрежно поинтересовалась:

– Воительниц не видел?

– Никогда! – восхитился он. – А…

– Научил меня твой генерал Лендин, к слову сказать, мой давний друг, – предупредила я его следующий вопрос. – Кстати, Ларинтен сейчас с ним?

Восторженность на лице Крендина сменилась удивлением.

– Да куда он от него. Вместе живут! – Гном, вдруг смутился и добавил: – В смысле Лендин Плюгалин не смог остаться без своего друга и приютил того в Златогорье. Они туда почти сразу, как Велиандр пропал, перебрались.

Я прищурила на него один глаз.

– Так значит, ты в Златогорье сейчас идешь? – Гном кивнул. – Ну, так я тогда с тобой!

Крендин повеселел.

– Вот так бы с самого начала! Я ж тебе сразу и предложил со мной пойти.

– Я к тебе в попутчицы прошусь, а не в любовницы! – осадила я его и уточнила: – Еще раз полезешь, вот тебе крест – не промахнусь!

Гном на корточках переполз на два шага назад и печально вздохнул:

– Ну и ладно! Вдвоем все равно веселее, а еще и теплее было бы! Так-то вот, девушка!

– Ну, когда выходим? – Будто не слыша его стенаний, я посмотрела на видимый из пещеры светлеющий кусочек неба.

Гном, проследив за моим взглядом, обернулся и досадливо поморщился.

– О, уже рассвет! А я отдохнуть хотел!

Я пожала плечами.

– Так отдыхай! Все равно еще рано.

Крендин перебрался поближе к очагу, растянулся и, сонно на меня покосившись, попросил.

– Ты тогда посторожи? Ладно? И секиру заодно вытащи! – и тут же захрапел.

Я только улыбнулась. Во сне он напоминал пацана лет семнадцати, не больше, который изо всех сил старался казаться взрослым.

Подойдя к топору, я, раскачав, выдернула его и, снова усевшись, положила рядом с собой. Пещеру неумолимо заливал светом новый день. Вопросы и сомнения закончились.

Пора показать этому миру кузькину мать!

С такими жизнеутверждающими мыслями я уснула. Тихо, без сновидений, будто умерла.

* * *

– Эй, девушка! Де-вуш-ка! – Меня бесцеремонно затрясли. Я нехотя открыла глаза и во весь рот зевнула. Передо мной стоял мой новый знакомый.

– Что случилось?

– Да в принципе ничего, только, ежели идти, так пойдем, – хмыкнул он.

Я села, потерла кулаками глаза, пощурилась на яркий солнечный свет, освещающий пещеру, и перевела взгляд на терпеливо стоявшего рядом со мной гнома.

– Пошли!

С неохотой поднялась, одернула халат, натянула потуже тапочки и кивнула Крендину.

– Я готова!

Тот разочарованно оглядел меня с ног до головы и, скептически хмыкнув, покачал головой.

– Если ты так пойдешь по тракту, то у тебя есть все шансы не дойти. А так же и у меня, если я буду тебя защищать! И вообще, удивительно, как ты добралась сюда, и с тобой ничего не случилось?

– Что ты предлагаешь?

Гном, вздохнув, сел и стал развязывать мешок. Выудив оттуда что-то завернутое в серую холщевую ткань, бросил мне.

– На вот, надевай.

Озадаченно повертев тюк, я стала его развязывать.

– Что это?

Крендин вдруг смутился.

– Да это мне мать засунула. Говорит – порядочный гном должен быть хорошо и прилично одет, иначе на работу не возьмут! Нет, ну не чушь ли? Но ее не переспоришь, пришлось взять. Вот видишь, пригодилось!

Я, развернув, уставилась на очень лохматый серый свитер и темно-коричневые бриджи. Еще я обнаружила войлочную шляпу с большими полями, напомнившую мне ту, с которой у нас ходят в баню.

– А тебе эти вещи не нужны? – Я посмотрела на гнома, но тот лишь решительно помотал головой.

– Не-а! Я такое не ношу! Мне моя куртка и кожаные штаны милее. Это еще хорошо, что она не положила полосатые гольфы до колен. Ужас!

Я еще раз перебрала одежду и, решительно развернув нахально пялящегося на меня гнома, быстро переоделась.

Хм. В принципе ничего! Только свитер на мне слегка болтался и штаны до колен.

– А обувь есть?

Гном нахмурился.

– Вот с этим труднее, но мы что-нибудь придумаем!

Я покружилась по пещере, пытаясь себя разглядеть.

– Пойдет, – одобрил Крендин. – Нам бы до города только добраться, а потом мы тебе хорошую одежду достанем! Кстати! Надень шляпу, чтоб глаза скрыть.

Я недоуменно посмотрела на него:

– А при чем тут мои глаза?

Крендин пожал плечами.

– В принципе, ни при чем! В Златогорье нормально относятся ко всем полукровкам и к эльфийским в том числе. Но пока мы туда дойдем… Короче, везде дураков хватает! Понимаешь, о чем я?

Я только качнула головой:

– Нет! Не понимаю!

Теперь настала очередь Крендина озадаченно на меня смотреть.

– Ну… ты же полукровка?

– Я?! – От моего неподдельного изумления гном попятился.

– Глаза!

– Что глаза?

– У тебя глаза полукровки. Зеленые, а когда в гневе или волнуешься, зрачки вытягиваются, как у зверя!

Некоторое время я ошалело моргала на гнома, но, припомнив эту странность, замеченную еще Степаном, задумалась.

Вообще-то с кровью, текущей во мне, все было нормально. Или не все? Когда-то Светка сказала, что, проведя обряд «Разделения жизни» Велия поделился со мной своей кровью, плотью и судьбой. Может быть, из-за этого у меня изменились глаза? Если во мне течет хоть капля его крови, значит, я на самом деле стала полукровкой?

– Но я не полукровка! – Однако Крендин только раздраженно меня перебил.

– Угу! Конечно! А я не гном, так, только прикидываюсь!

Я махнула рукой:

– Долго объяснять. – И, без дальнейших пререканий напялив шляпу, повернулась к нему. – Так лучше?

– Хм, вполне! – одобрил он. – Ну, тогда пошли? Как, кстати, тебя звать-то?

– Тайна.

Он кинул на меня внимательный взгляд и, поморщив лоб, выдал:

– Странное имя и какое-то знакомое?

– Бывает! – отмахнулась я, быстрым шагом покидая пещеру. – Не обращай внимания!

* * *

Весь этот день мы шли вдоль подножия гор на северо-запад, все больше и больше удаляясь от Великограда и возможности хоть что-либо узнать о _ели. Но, раз уж все так сложилось, надо дойти до Златогорья, отыскать Лендина с Ларинтеном (уж они-то наверняка подскажут, где мой блудный муж), а там посмотрим!

Идти с Крендиным было легко и спокойно. Двое встретившихся по дороге гнома очень внимательно нас оглядели, но подойти не решились. Шкафоподобная фигура Крендина с огромным топором на поясе, видимо, внушала опасение.

Пару раз мы останавливались отдохнуть и напиться, а потом упрямо шагали дальше. Солнце резво бежало к закату, когда Крендин вдруг остановился. Я уже порядком выдохлась и уныло плелась сзади, ощущая себя верблюдом в его теплом лохматом свитере.

– Ну? – Подойдя, я заглянула ему в глаза.

– Баранки гну! Теперь чтобы в город попасть, нужно в горы свернуть. Аккурат через два дня туда и дотопаем!

– Ну, сворачивай, раз нужно! Я не отстану!

Крендин так выразительно посмотрел на мои тапочки на босу ногу, что я покраснела.

– Ты уверена, что не отстанешь?

Я пожала плечами:

– Ну, дойдем через три дня! Какая разница?

Крендин нахмурился и покачал головой.

– Не получится! На третий день объявлен праздник Оракула. Будет магическое представление, жертвоприношение и пророчество!

Удивленно поморгав на гнома, я презрительно фыркнула.

– Ну и что? Ты что, веришь во всю эту чушь? Я тебе, знаешь, сколько всего напредсказываю, только успевай записывай!

Крендин сплюнул в пыль. (Наверно, уже и не рад, что со мной связался.)

– Понимаешь, э-э-э, Тайна! На любом празднике в Златогорье нанимают на работу народ. Можно неплохо устроиться, но для этого нужно там быть! Мне плевать на пророчества, но я должен успеть к началу праздника. Мне нужна работа, понимаешь? Но, с другой стороны, я пообещал не бросать тебя одну! Так что дойдем! Не дрейфь!

От такой заботы я чуть не прослезилась.

– Ты чудесный друг, Крендин. Я тебя не подведу! Только подожди секундочку.

Я сняла тапки, представила легкие остроносые сапоги наемника, навроде тех, которые носила, и слегка поводила над ними руками.

– Крекс, пекс, фекс!

– Чего-чего? – раздался над ухом испуганный голос гнома. – Ты это, того, колдуешь, что ль?

Я, в полной уверенности, что у меня ничего не получится, разочарованно открыла глаза, и мой взгляд упал на новенькие, черные сапоги.

– Йес! – Я, сжав кулак, резко согнула руку в локте. – Получилось, Крендин!

Секунду повисела на шее у изумленного гнома и снова вернулась к сапогам.

– Как ты это сделала? – Крендин подозрительно посматривал на меня.

– Ловкость рук и никакого вранья! Все очень просто! Магия! Как говорил мой муж: «Хочешь – будет, надо только поверить в реальность того, что хочешь!»

– Хорошие слова! – одобрил гном. – А как, говоришь, зовут-то твоего мужа?

Не отвечая, я лишь махнула рукой, с хрустом натягивая сапоги.

– Ну, как? Не жмет? – полюбопытствовал он, понимая, что ответа сейчас от меня не дождется.

Я встала, походила:

– Нет, Крендин! Думаю, мы будем в твоем городе даже раньше!

Гном повеселел:

– Ну, тогда поторопимся, пока светло! До темноты нужно добраться до одной пещерки, там и заночуем.

– А ночью мы не можем идти?

– По горам? – Крендин скептически поднял бровь. – А пропасти, а горные гоблюки, да и великан какой может попасться. Нет! Поверь, даже очень хорошая работа не стоит того, чтобы рисковать из-за нее жизнью.

Завернув в очередную расселину, он быстро, перескакивая с камня на камень начал подниматься вверх. Я последовала его примеру, радуясь, что эти горы достаточно пологи. Крендин время от времени оборачивался и, видя меня неподалеку, уверенно продолжал подниматься. Спустя час солнце упало за изломы скал. Сумерки быстро сменились залившими все вокруг чернилами ночи. Втащив меня на ровную площадку, Крендин показал пальцем на провал пещеры, виднеющийся чуть выше на фоне серой скалы.

– Еще чуть-чуть и дойдем. Жаль, что жрать нечего, но у меня есть бутылочка эля! Так что…. – гном многозначительно похлопал себя по мешку и направился к нашему ночлегу.

– Погоди! – обеспокоено окликнула я его. – А вдруг там кто-нибудь есть?

Крендин обернулся.

– Если и есть, то они ничего нам не сделают.

– А почему ты так в этом уверен?

– Это гостиничные пещеры на пути из Алмаззанна в Златогорье. Они зачарованы и впускают только гномов и дружественно настроенные расы. По дороге в другие города они тоже встречаются.

– А другие города – это какие? – Меня вдруг заинтересовала география.

Крендин задумался.

– Всех не назову, но вот, например, на северо-востоке, почти на границе с землями драконов, стоит город Рубаин, в конце гряды есть маленький городишко Яхонттан. – Гном вдруг хихикнул и пустился в воспоминания. – У меня там приятель живет. Так вот мы с ним на прошлый Листопень так повеселились!

– А Листопень – это что? – перебила я его.

– Это праздник после сбора урожая, назван в честь первого месяца осени, – пояснил гном, с любопытством на меня посмотрев. – А ты что, не знаешь?

– А у вас зима бывает? – не подумав, брякнула я.

Гном с еще большим интересом уставился на меня.

– У кого это у нас?

– Ну-у, – неопределенно промычала я. Вот блин, угораздило опять так не вовремя начать расспросы! – У вас в Алмаззанне. Я так понимаю: ты оттуда?

Гном, фыркнув, махнул рукой:

– Да там всю жизнь зима. На вершинах почти всегда снег, как в Северных горах.

– А-а! – многозначительно протянула я, решительно не замечая вопросительные взгляды гнома.

– А ты сама откуда?

– Я? А-а, ну-у… этот, город… как его? Далеко-далеко на юге!

– Ты не знаешь названия своего города? – фыркнул гном.

– Маленькая совсем была, когда оттуда уехала, вот и забыла!

Гном недоверчиво хмыкнул.

– Ох, что-то ты мне, девушка, не договариваешь! Ладно, пошли к пещере. Чё в потемках-то лясы точить? Там и поговорим.

Чудненько! Будем надеяться, что он напьется эля и уснет! Не хочется мне посвящать первого встречного в свою биографию.

* * *

Подъем оказался достаточно легким. Мы, словно по ступеням, взобрались к небольшой ровной площадке у чернеющего зева. Гном, дождавшись меня, первым исчез в темноте пещеры. Помявшись на пороге, я шагнула следом.

Обступившая меня тьма была абсолютной. Где-то в стороне и как будто внизу пыхтел гном. Ощущение полной слепоты обездвиживало, вселяя в сердце неуверенность и какую-то апатию. Недолго думая, я прищелкнула пальцами, и под потолком закачался маленький шарик, ярким светом резанувший по глазам. Проморгавшись, я огляделась.

Пещерка была небольшая, уютная, с немного покатым полом. У дальней стены радовал глаз сложенный из камней очаг, полный дров, а у стены кучей была свалено свежее сено. Внизу, метрах в трех от меня, Крендин потрошил рюкзак на предмет огнива.

Гном подслеповато покосился на парящий в воздухе шарик, подошел к очагу и, усевшись на корточки, стал разжигать огонь. Когда поленья весело занялись, мы упали на сено, с наслаждением вытянув гудящие ноги.

– Господи! Как мало нужно для счастья в этой жизни! – простонала я, снимая наколдованные сапоги.

– Угу! – поддакнул гном. – Еще бы чего-нибудь съесть!

Я погрустнела.

– Да, не отказалась бы, но, извини, ты и сам видел, как я колдую! Хочешь хлеба с привкусом сена? Но утром за последствия не ручаюсь.

Гном отрицательно помотал головой.

– Скорее нет, чем да! Кстати, у меня же есть эль! – и полез в мешок.

– Да, ты уже говорил! – Я мрачно покосилась на него. Надеюсь, он не буйный.

Меж тем Крендин нащупав, с радостным видом выудил из мешка внушительную пузатую, примерно литра на три, темную бутыль.

– Ты будешь?

Я пожала плечами:

– Может, потом?

– Ну, как хочешь. – Он вытащил зубами пробку и надолго присосался к горлу. Выдув половину, рыгнул, вытер губы тыльной стороной ладони и снова протянул мне бутылку.

– На! Хоть голод заглушит.

Я, с сомнением оглядев плещущуюся жидкость, брезгливо качнула головой:

– Веришь, что-то не хочется!

Гном, обиженно дернув плечом, снова приложился к бутыли. Отпив еще с пол-литра, он с наслажденьем выдохнул, поставил изрядно опустевшую бутыль рядом, заткнул пробкой и исподлобья уставился на меня.

– Что? – Я почувствовала себя довольно неуютно под его пристальным взглядом.

– Ну и когда ты мне все расскажешь?

– Что – все? – самое лучшее в такой ситуации прикинуться идиоткой. – Я тебе вроде бы все рассказала.

Гном не сводя с меня глаз, качнул головой:

– Кто ты такая, Тайна?

Раздраженно дернув плечом, я опустила глаза.

– Какая разница? Для тебя я всего лишь попутчица и только. Доведешь меня до Златогорья и прости-прощай!

– Угу! – Гном наконец-то отвел глаза, палкой пошевелил дрова и недовольно буркнул: – Только почему-то весь этот день меня мучает чувство, что я тебе должен помогать. Не объяснишь, почему?

– Ну-у-у… – задумалась я. – Может у тебя высокие жизненные принципы? Может, ты помогаешь всем голым и босым девушкам?

– Ха! Да на кой мне нужны такие заботы? С другими голыми и босыми девушками я бы уже давно все выяснил. И жизненные принципы у меня сводятся к одному. Да-да, нет-нет и разошлись пути-дорожки, а с тобой я ношусь, как с золотым самородком!

Нет, в принципе, паренек не глупый, но раскрываться перед ним я пока не хотела. Мало ли? Желая отбить у него на сегодня охоту продолжать этот разговор, я скорчила брезгливую физиономию и нагло начала:

– Фу-у! Ты, как и все мужики, думаешь только одним местом! Видать, надоели гномьи тетки, вот и строишь передо мной воплощенную заботу! Но, вообще-то, ты не сильно ошибся! Я самородок и есть, а насчет помощи… – Я многозначительно помолчала, – …так топор между ног, думаю, веское побуждение к полезным действиям! Ты, крендель, меня просто боишься!

Я с вызовом посмотрела ему в глаза. Он ответил мне долгим взглядом, заставляющим стыдливо опустить глаза в пол, и решительно качнул головой.

– Я – Крендин! Я тебя не боюсь, я тобою восхищаюсь, а это совершенно разные побудительные чувства. Но ничто мне не помешает утром уйти, оставив тебя здесь одну.

– Но ты ведь не уйдешь? – заволновалась я.

– Не уйду! – согласился гном и опять приложился к бутылке. Затем бережно поставил ее рядом и попросил. – Ну, расскажи хоть что-нибудь, более похожее на правду?

Вздохнув, я посмотрела на огонь.

– Да нечего рассказывать! Все очень просто. Я действительно потерялась. А иду в город гномов, чтобы найти там Лендина и попросить его помочь мне кое-кого найти. Вот и все!

Гном кашлянул.

– Ну да! Тут ты права, кое-кого найти бы не помешало! Без кое-кого скоро война начнется или, может, еще чего похуже!

Я с подозрением покосилась на него.

– О чем это ты?

Крендин не отвечая, снова приложился к элю. Здорово опустошив бутылку, поднял на меня усталый взгляд:

– С возвращением, Великая!

Я опешила:

– Так ты… так ты все знал?!

– Догадался, – буркнул гном, – особенно по твоим талантам и некоторым словам. Вначале думал: ты – Светлая, а потом гляжу – не, вроде не та! Да еще твои глаза. И то, что ты все о прошлом спрашивала. Правда, не знал, что Велиандр тебя магии обучил.

– Сама не знала! – вздохнула я.

Вот блин! Конспиратор из меня еще тот! Даже этот парниша понял, кто есть кто!

– Да ладно! Магия – штука нужная, в хозяйстве сгодится. Не трусь, прорвемся! – гном, уже изрядно опьянев, выпалил мне эту ободряющую ахинею и, опустошив бутылку, сонно попросил: – Ты, ежели спать не хочешь, посторожи пока, а как захочешь – толкни, я тебя сменю!

Улыбнувшись, он свернулся калачиком у очага и, засунув под щеку ладони, раскатисто захрапел. Я очнулась от тяжких мыслей. Немного посидев, подошла к выходу, вдохнув полной грудью свежий горный воздух.

Легкая прохлада волной ткнулась в босые ноги. Чуть зазнобило, но мне не хотелось в душную жару нашего временного пристанища. Привалившись к стене, я уселась у входа, настороженно прислушиваясь к звукам гор. Небо заволокли тучи, и от того стало еще темнее. Позволив затянуть себя трясине воспоминаний, я незаметно задремала.

* * *

Меня разбудил выстрел грома. Полыхнувшая молния на мгновение осветила изломы скал призрачным светом, и снова наступила темнота. Торопливо поднявшись на ноги, я подошла к едва теплящемуся очагу. Решив не будить спокойно похрапывающего Крендина, уселась рядом, слушая внезапный, словно по команде начавшийся ливень.

Сколько я так просидела, не знаю. Вдруг в шум дождя вплелись другие звуки, заставившие меня очнуться от наползающей дремы и насторожиться. Ливень, занавесом скрывал вход в пещеру, делая невозможным что-либо разглядеть. Какое-то время в уши лилась только дробь дождя. Не слыша ничего подозрительного, я решила, что мне померещилось, но тут, совсем близко, послышался вопль о помощи и грозное рычание. Не выдержав ночного концерта, я толкнула в бок гнома. Тот только всхрапнул, но даже не пошевелился. Крик повторился.

– Да, блин, Крендель, сколько можно дрыхнуть! Там кого-то убивают, а ты спишь! – я обулась и со всей дури приложила его сапогом. Он застонал. Открыв глаза, несколько секунд бессмысленно таращился на меня.

– Вставай, давай! Хватит дрыхнуть! – Для верности я его еще потормошила. Он потер глаза, потряс головой и уже довольно осмысленно спросил:

– Что-то случилось?

– Пока не знаю! Там что-то происходит! – кивнув на дождевой полог, я подошла к выходу.

– Судя по всему, дождь! Ты грома испугалась? – улыбнулся гном.

– Я что, похожа на припадочную барышню из высшего общества?

Гном уже полностью проснулся и демонстративно оглядел меня со всех сторон.

Шутник, блин!

– Да вроде нет!

– И на том спасибо! – нетерпеливо хмыкнула я. – Ну? Ты посмотришь, что там происходит?

Я кивнула на дождь. Красноречивые крики, как назло, не повторялись, и на мою просьбу он только покривился:

– Я чё, головою маюсь? Охота ноги мочить! И ты меня за этим разбудила?

– Но там что-то происходит! Я слышала крик.

– Давно?

Я пожала плечами.

– Может, минут пятнадцать назад. Тебя пока разбудишь!

– Ага. – Гном задумался и выдал: – Ну, за пятнадцать минут от того, кто кричал, здесь могло ни ножек, ни рожек не остаться. Так что иди, покемарь! Я с утра тебя рано разбужу!

Он зевнул так, что чуть не вывихнул челюсть.

– Ну и ладно! – я махнула рукой, с удобством устраиваясь у очага, как вдруг ночь прорезал вой.

Мы с Крендиным, не сговариваясь, подскочили.

– Ты сиди здесь, а я пойду, посмотрю. Там и впрямь творится что-то странное, – приказал он, подхватывая топор.

– Пойдем вместе, я тебе хоть посвечу!

– Ага! А вдруг там опасно?

– Тем более! Я не могу отпустить тебя одного! Кто меня тогда в Златогорье приведет?

– Да ты не бойся! Я только выйду, посмотрю и назад! – утешил гном и шагнул в дождь.

Несколько минут я стояла у входа, прислушиваясь к шуму воды, затем, не выдержав, выскользнула следом.

Вначале густая темнота ослепила, затем короткий серпантин молнии высветил возню на нижней площадке. Осторожно, поскальзываясь на камнях, я начала спускаться. Очередной отсвет молнии выхватил из темноты яростно размахивающего топором Крендина, рубившегося спина к спине с высоким худощавым незнакомцем. С кем они воевали, я толком и не разглядела, увидела только невысокие мохнатые фигурки и рядом с ними силуэты здоровенных волков или собак.

Вдруг незнакомец, отражая атаку накинувшихся на него двух низкорослых фигур, поскользнувшись, упал на одно колено. Гном, пытаясь расчистить место вокруг себя, еще быстрее замахал топором. Только тварей, казалось, становилось больше. Чуя поживу, звери хватали за ноги, висли на руках. Не выдержав, я вскинула руку, сотворяя большой яркий шар, куполом света накрывший все вокруг. Он медленно поплыл к месту схватки. Твари, тявкая и вереща, бросились врассыпную.

Засунув за пояс топор, гном подскочил к незнакомцу, быстро взвалил его на спину и, спотыкаясь на мокрых камнях, потащил к пещере. Дождавшись, когда они ввалятся внутрь, я погасила шар и шагнула следом.

Незнакомец, не шевелясь, лицом вниз лежал на Крендине, а тот, отчаянно матерясь, пытался выползти из-под безжизненного тела. Скинув груз, гном шипя, как дикий кот, поднялся, отряхнулся. От разлетевшихся брызг сердито зашипел костер. Скинув на пол топор, он стянул с себя куртку и с сожалением ее оглядел.

– Порвали гады!

На спине и на рукавах грубая кожа болталась тонко нарезанной лапшой.

– Да ладно! Самое главное – ты жив, а куртку я тебе зачарую, пока новую не купишь! – утешила я его. Прислушиваясь к заунывному завыванию неподалеку от пещеры, передернула плечами. – Кто это был?

– Горные гоблюки со своими псами. Во время битвы у Великограда их почти всех уничтожили, но за тридцать лет самодурства Барги они, вишь, расплодились! По горам в сумерках не пройдешь! – гном поморщился. – Ноги сильно погрызли! Залечишь? А то раны от их укусов долго заживают и гноятся. Можно лихорадку подхватить!

– Конечно! Только дай я сначала ему помогу! – кивнула я на нашего гостя, пытаясь его перевернуть. – Давай вместе, а то он тяжелый!

Гном подошел ко мне. Вдвоем мы подтащили раненого ближе к очагу и опрокинули на спину.

– Не повезло парнишке! – хмыкнула я, разглядывая светловолосого симпатичного, чуть худощавого парня. Высокий лоб был рассечен и кровоточил, прямой нос теперь радовал явно приобретенной горбинкой, а тонкие губы разбиты. Плечо, сбитое о камни, алело содранной кожей, а из прокушенной на шее вены толчками вытекала темная кровь.

– Крендин, есть какая-нибудь ткань?

Гном, порывшись в мешке, выудил тряпку, служившую вчера скатертью, и кинул мне. Подхватив, я прижала ее к шее незнакомца, и быстро, стараясь не вдумываться, стала произносить всплывающие в мозгу незнакомые слова.

Я долго сидела над раненым. Дождь стих. Крендин молча подкинул в очаг еще дров и огонь весело потрескивая, разгорелся, высушивая одежду и освещая нервными бликами темные своды пещеры.

Вдруг незнакомец шевельнулся, закашлялся и открыл глаза. Подтянув его к стене, я помогла сесть и стала развязывать скрепленный у горла мокрый плащ. Поморщившись, парень обвел взглядом пещеру, надменно зыркнул на Крендина и, задержав взгляд на мне, тихо произнес:

– Я благодарен вам, что сегодня спасли мне жизнь.

– Да подожди ты с благодарностями! Надо тебя до конца вылечить, – перебила я его, убрала с раны окровавленную ткань, и в изумлении уставилась на абсолютно чистую кожу.

– Я чувствую себя отлично, только немного мутит, – пожаловался незнакомец, отстраняясь от меня.

– Это потому, что ты потерял много крови. Жаль, у меня нет ни одного эликсира, чтобы дать тебе, – вздохнула я, забросив тряпку в огонь.

– У меня… – незнакомец огляделся. – У меня были эликсиры и еда. Достань.

Открыв дорожную сумку, я высыпала все ее содержимое на пол. Пара бутылок разбита, запасной плащ вымазан зельями, а вот четыре пузырька весело булькая, радовали глаз.

– Тебе какой? – я покрутила их, рассматривая. – На вот, красненький. Если не ошибаюсь – эликсир здоровья? Тебе как раз самое-то будет!

Блондин сколупнул наманикюренным мизинцем крышку, изящно сделал пару глотков и, поставив около себя, устало закрыл глаза. Оставив его в покое, я шагнула к угрюмо сидевшему у костра гному.

– Ты как? Давай полечу?

– Да ты за меня не боись, Великая, я и сам справлюсь. Ты вон лучше эльфа в чувства приводи, а то они существа слабые, чуть что – сразу в обморок.

Я внимательно посмотрела на казавшегося спящим незнакомца.

– Так это – эльф?

– Ну, не гном же!

– Когда-то я видела эльфов, но они казались мне другими! А у этого еще и лицо такое – _ели отдыхает!

– Ты видела эльфов в Винлейне. На юге – они другие, на западе – третьи. Но у них у всех есть общие черты, по которым их ни с кем не спутаешь! Их фигура, заостренные уши, цвет волос, глаз.

– Не поняла! – я уселась к нему поближе и стала заговаривать раны.

Гном подождал, пока я закончу, с шумом выдохнул, наверное, удивляясь моей непролазной тупости, и начал объяснять.

– Ну, чё тут непонятного? У всех гномов фигуры плечистые, кряжистые, невысокие. У эльфов наоборот – высокие, худощавые. У нас больше рыжих и шатенов, а эльфы сплошь блондины. У гномов глаза все больше черные, карие, у эльфов они или голубые или зеленые. Что непонятного?

– А полукровки? – не удержалась я.

Гном раздраженно на меня посмотрел.

– У тебя, кажись, муж полукровка? Неужто не разглядела? – подколол он, но объяснения продолжил: – Полукровки людей и эльфов все с серебристо-белыми волосами и желто-зелеными глазами. А полукровки гномов и людей, редко гномов и эльфов, больше похожи или на гномов, или на низкорослых эльфов. По большей части ты даже не узнаешь, что перед тобой полукровка.

– А меня ты почему назвал полукровкой?

– Только из-за твоих глаз. Волосы можно и перекрасить, а вот с глазами труднее. По ним, как я уже сказал, эльфийских полукровок узнаешь сразу. Лечи, давай! Хватит балаболить!

– Уже все! Не веришь – посмотри сам!

Гном, задрав изорванные штанины, недоверчиво изучил абсолютно целые ноги и восторженно протянул:

– Кла-асс!

Я небрежно кивнула.

– Если что – обращайтесь!

Что ж, теперь я в этом мире не пропаду! Если что, всегда можно будет пристроиться целителем!

Эльф сидевший беззвучно, вдруг застонал, вздрогнул и открыл глаза. Мы обернулись.

– Эй, как тебя зовут?

– Люминель.

Я поперхнулась.

– Какое звучное имя! И как ты с ним живешь?

Эльф недоуменно на меня покосился.

– Ладно, забудь! Это я так шучу! Ничего личного! – И добавила: – меня зовут Тайна, его – Крендин. А ты откуда тут взялся? Один, ночью?

Люминель опустил глаза:

– Со мной были еще трое эльфов, но, когда на нас напали, они сбежали, оставив меня одного.

– Ясненько! – протянула я. – Значит, это их крики я слышала вначале? Выходит, у тебя больше нет спутников!

– А вы? – он поднял на меня белесые глаза.

– Мы? – Опешив от такой наглости, я впервые задумалась насчет его возраста. – Мы идем в Златогорье. Не думаю, что тебе с нами по пути!

– Ой, здорово! Я иду с вами. Мне именно туда и нужно! У меня личное письмо от Владыки Пентилиана к королю Гномьего Братства – Сбрендину Круталину.

Я только прицокнула языком:

– Хорошая у тебя артикуляция, да и память тоже!

Эльф смущенно зарделся, а я нахально спросила:

– Слушай, а что в том письме? А? Дашь почитать – возьмем с собой!

Эльф покосился на меня, как благородная девица на дерьмо, прилипшее к ее ботинку.

– Это секретная информация! Дядюшка мне строго-настрого наказал письмо даже в руки не брать, а уж о том, чтобы дать прочесть его таким плебеям, как вы, и вовсе речи быть не может! И вообще! Я, конечно, признателен, что вы спасли меня и излечили, но и только! В панибратские отношения с вами я вступать не собираюсь!

Я обиженно нахмурилась и, фыркнув, отвернулась.

Однако хамоватый нам попался эльф! Я тут, понимаешь ли, лечу этого гада, спасаю, а он…. Знала бы, палец о палец не ударила. Дождалась бы утра и без проблем прочитала письмо.

– Да ладно, Великая! Не очень-то он нам нужен со своим письмом! – вдруг поддержал меня Крендин. – Сами как-нибудь Велиандра найдем! Без паршивых писем этого белобрысого выскочки!

Он подкинул в огонь последние полешки. Удержав одно из них в своей лапе, он выразительно покачал им перед опухшим носом эльфа и продолжил:

– А когда ты станешь княжной, вот тогда ты этому Люминелю и устроишь веселую жизнь на рудниках!

Крендин, закинув полено в очаг, подошел ко мне, ободряюще хлопнул по плечу и, подобрав с пола кусок хлеба, снова уселся к огню.

Эльф недоуменно переводил взгляд с меня на гнома и обратно.

– Великая, принц Велиандр? Ничего не понимаю! – пробормотал он себе под нос и решительно посмотрел на меня. – Ты – Великая?!

Я скромно кивнула.

– Воительница и половинка наследного принца-полукровки?!

Я снова кивком подтвердила его слова.

– И вы ищете Велиандра, пропавшего наследника людского и эльфийского престолов?

Тут мы с Крендиным кивнули уже вместе.

Эльф ненадолго задумался и вдруг выпалил:

– Я вам не верю! Где доказательства? Мне кажется, что вы просто бродячие аферисты. – Он уставил на меня палец и обличительно заявил: – А ты никакая не Великая! Ты – полукровка!

– Ах ты, гад! – угрожающе поднялся гном. – Сейчас я тебе приведу доказательства.

Он, подхватив топор, крутанул его в воздухе. Эльф испуганно вжался в стену. Устало махнув рукой, я прикрикнула на разошедшегося гнома:

– Ладно, Крендин! Отстань от него. Не верит и Всевидящий с ним. А довести доведем, раз обещали. Тем более, он – существо подневольное! Дядюшка приказал – он выполнил. – Я посмотрела на угрюмо насупившегося Люминеля. – А дядюшка-то у нас кто?

– Владыка! – он угрожающе поднял голову.

– Ты его племянник? – опешила я. (Вот блин, везет мне на эту царскую семейку.)

– Ну да, а что такого?

Я вздохнула.

– Ладно, вы как хотите, а я ложусь спать! Крендин, не забыл? Твоя очередь сторожить!

Гном кивнул. Я привалилась к шершавой стене, закрыла глаза и не заметила, как уснула.

* * *

Мне снова снился тот же зал. Та же круглая, освещенная огнем площадка и стоявшая в середине высокая фигура, закутанная в плащ. К ней тенями скользнули два невысоких широкоплечих гнома и, сняв накидку, исчезли. Мужчина качнул головой, убирая назад непослушные, рассыпанные по плечам волосы, и, подняв руки, тихо запел.

Откуда-то я знала, что это – заклинание-оберег от болезней и голода.

Голос звучал все громче и громче, вплетая незнакомые слова в этот мир, изменяя его. Тем временем слуги поднесли ему небольшое, испуганно верещавшее животное, нечто среднее между крысой и зайцем. Не прекращая пения, колдун взял его в руки. Одно неуловимое движение и визг прекратился. В следующее мгновение в чашу потекла кровь.

Пение оборвалось. Отбросив тушку, человек провел окровавленными руками по лицу. Все те же двое принесли ему плащ и, накинув на обнаженные плечи, куда-то повели.

Я не выдержала:

– Ве-ли-я!

Обернувшись на мой отчаянный крик, он скривился как от боли, и… на меня чем-то побрызгали.

Машинально вытерев лицо руками, я открыла глаза. Надо мной склонился гном, озадаченно брызгая мне на лицо из бутылочки с эликсиром.

Я отстранилась.

– Хватит. Я уже проснулась! – Я подозрительно покосилась на синюю бутылочку в руках гнома и поморщилась. – А больше ничем побрызгать не мог? Вдруг у меня от этой гадости прыщи пойдут?

Гном, растянув губы в улыбке, с облегчением вздохнул.

– Фу-у, а я уж думал, ты не проснешься! Ты так кричала, ужас! Вот я и решил тебя разбудить. Вначале тормошил, потом по щекам хлопал, ну а потом бутылочку нашел. Вставай, Тайна! Уже утро. Нам пора двигать.

Я отлепилась от стены, кряхтя, как столетняя бабка, и села. За эти несколько часов сна моя спина отнялась окончательно. Немного размяв мышцы, я ненароком спросила.

– А где наш белобрысый друг? Что-то я его не наблюдаю?

Гном смущенно отвел глаза:

– Там… под вещами. Спит еще.

Я подозрительно прищурилась:

– Крендин, что ты с ним сделал?

Он неопределенно махнул рукой.

– Ну? – грозно потребовала я и тут его прорвало.

– А чего этот хмырь себе позволяет? Уж на что я эльфов не люблю, но этот меня просто бесит! Убил бы! Что, раз родственные связи имеются, так все можно, что ли? Мы его, понимаешь ли, от смерти спасли, накормили, вылечили. Можно сказать, с того света вытащили! А он?

– Что – он?

– Говорит, что мы все врем насчет того, кто мы есть. Что ты моя подружка, а я просто бандит дорожный, и таким оригинальным способом вымогаем у путников деньги. Еще сказал, что принц крови не мог польститься на такую тощую, грязную, одетую в рвань девку, а уж насчет того, что ты Воительница – он просто расхохотался!

Я вздохнула.

– Крендин, ну нарвались мы на чистопородного идиота, так от этого ж никто не застрахован! Ну что ты его слушаешь? Просто в голову раненый боец!

Крендин кивнул, соглашаясь, и продолжил.

– А еще…

– Что?

Гном, искоса глянув на меня, опустил глаза.

– Он надеется, что мы проводим его до Златогорья, а после он сдаст нас стражникам за разбой на дорогах и за ложь на царствующих особ! А за это дают два года каторжных работ.

– Вот козел! – не удержалась я.

– Да, кстати! – Гном вытащил из-за пазухи и протянул мне помятый свиток. – Почитай, коли охота, пока этот не проснулся!

Он кивнул на кучу вещей у порога.

Приглядевшись внимательней, я разглядела очертания нашего ночного гостя. Переведя взгляд на гнома, я выразительно помолчала.

– Ну, а я – что? – пошел он в наступление. – Разбуянился, вот и пришлось усыпить. Сейчас надо решить, что с ним делать. Брать его с собой или еще снотворного добавить?

Крендин сжал свою лапу в огромный кулак, показывая, как именно он его усыплял. С опаской покосившись на его «снотворное», я снова перевела взгляд на тихо лежавшего эльфа и заволновалась:

– А ты уверен, что он очнется?

Гном насмешливо фыркнул.

– Да куда он денется! Вот ежели б я его стукнул, он бы не очнулся, а я его так – пригладил только.

Поджав губы, я покачала головой. Молча взяла свиток, сломала печать и впилась глазами в текст.

«Дорогой Сбрендин! Не могу открыть к тебе портал вот уже неделю, потому и шлю к тебе с оказией, в лице моего семиюродного племянника – письмо! Во-первых, сообщаю: дела в моих землях идут хорошо, чего и тебе желаю! Мастер порталов обещался к празднику все сделать, так что, может, завтра и увидимся.

Нет ли каких вестей от моего непутевого сына? Как поживают Лендин и Ларинтен? Не утруждай себя ответом. Если портал сделают, завтра ты мне все расскажешь сам. Очень хочу попасть на праздник Оракула, но все в руках Всевидящего!

И еще. Пора что-то делать с Великоградом. Что-то там нечисто! Ну ладно, увидимся – перетрем. Всегда твой друг – Владыка Эльфийского союза, Пентилиан».

Я скатала письмо. Плюнув на печать, снова слепила ее, усилив заклинанием. Дня два продержится и ладно.

«Нда-а, и тут пусто! Уж если даже Владыка не знает где Велия, дело – труба!»

– Ну, буди отдыхающего! Не терпится мне попасть в вашу столицу! Да, и вначале письмо засунь туда, откуда взял! А то ему и так не повезло, что встретился с нами, еще и от Владыки влетит! Он же на голову больной. Жалко!

Крендин удивленно поморгал на меня черными бусинами глаз. Пожав плечами, хмыкнул и пошел приводить в чувство Люминеля.

Эльф, очнувшись, вел себя на редкость покладисто, на раз выполняя все команды гнома. Тот, воспользовавшись этим, свесил на него все мешки, и мы дружно двинулись в путь.

* * *

Крендин вел нас пологим, каменистым, одному ему ведомым путем. Подражая горным козлам (если они есть в этом мире), мы хмуро прыгали с камня на камень. Причем Люминель, обреченно скакал самым последним. На все мои вопросы о том: «Откуда у тебя на лбу выросла такая красивая шишка, похожая на рог единорога, я же тебе все ссадины вчера залечила?» – эльф отмалчивался. В конце концов, устав от насмешливых взглядов Крендина, он буркнул, что ударился о стену.

– Давай залечу? – предложила я. – А то некрасиво! Весь вид портит, а ты ведь чуть ли не наследник трона Эльфийского союза!

От моих слов Люминель гордо выпрямил спину, вскинул подбородок и бросил на меня недоверчивый взгляд.

– Ну да, я этот… как его… племянник! Если принц Велиандр не найдется, то я это… буду наследником! Да! – Люминель с царским видом посмотрел на меня.

– Ну-ка, а в профиль? Похож! – одобрила я купившегося на мои насмешки эльфа.

Люминель уже с одобрением на меня поглядывая, предложил:

– А ты ничего! Знаешь, как себя вести с царственными особами. И почтение в тебе есть. Если хочешь, могу во дворец пристроить. Будешь вначале полы мыть, потом до горничной дослужишься, а там, глядишь, кто-нибудь заметит! Станешь какому-нибудь знатному эльфу постель греть, ни о чем не заботясь!

– Ваше предложение – честь для меня, о мой Владыка! – чуть не расхохоталась я, глядя на этого напыщенного болвана. Лесть – великое оружие в борьбе с недалекими искателями власти.

Гном, дожидаясь нас на небольшой площадке, с ухмылкой прислушивался к разговору. Добравшись, Люминель, чувствуя себя, по меньшей мере, императором, смерил того презрительным взглядом:

– А тебя я даже близко к дворцу не подпущу! Холоп!

– От холопа слышу! – парировал гном и от души, так, что затрещала рваная косуха, потянулся, как бы невзначай сжав кулаки. Люминель, затормозив, пропустил меня вперед, настороженно поглядывая на гнома из-за моей спины.

– Ладно, хватит нашего будущего Владыку пугать! – я подмигнула Крендину.

– Ага, а то вот брошу вас здесь и один пойду! – напыщенно выпалил эльф, явно ощущая тяжесть короны на своей голове.

Гном насмешливо фыркнул:

– Эльф с возу – гному легче! Тебе помочь?

До Люминеля начало доходить, что желаемое от действительного еще ох как далеко и осуществиться ли оно – неизвестно. Отступив на шаг, он настороженно поинтересовался:

– В чем?

Не выдержав, я расхохоталась.

– Ну, это, – гном снова продемонстрировал пудовый кулак, – определиться с выбором: на возу ты или нет?

Люминал как-то сразу погрустнел. Его восторженные светло-голубые глаза потухли. Он смерил нас укоризненным взглядом, сообразив, что над ним всю дорогу попросту смеялись.

– Да ладно тебе, Крендин! Видишь, беда у него с головой. Нечего над убогими потешаться. Пошли уже! – И, обернувшись к Люминелю, невзначай спросила. – Тебе сколько лет-то?

Эльф вздохнул:

– Сто пятьдесят.

– Сколько?! – гном изумленно обернулся. – Сто пятьдесят?!! Так, выходит, ты на сто лет младше меня? Охренеть! Теперь понятно! Ты это… прости за шишку! Больше не буду кулаком в лоб. Так, только ремнем по заду и хватит!

Эльф вспыхнул до кончиков волос, кинул на гнома уничтожающий взгляд и резво пошел вперед.

– Вообще-то с эльфами надо быть поосторожней. Они, гады, злопамятные… – хихикнул Крендин и бросился его догонять.

* * *

Солнце оранжевым колобком стояло в зените, когда мы подошли к отвесной скале. Путь оборвался, выведя нас на небольшую полукруглую, льдисто поблескивающую площадку.

– Из тебя проводник – никакой, и за что я согласился отдать тебе два золотых грабня? – недовольно заворчал на гнома Люминель. – У нас крыльев нету. Куда теперь? Назад? Да и до пещеры к ночи не вернуться.

– А малолеткам вообще слова не давали! – Гном лениво сплюнул ему под ноги. – Еще скажи спасибо, что с тобой возимся! Если бы не милость Великой, еще бы утром тебя в той пещере забыл!

Я, словно не замечая их перебранки, скромно колупала скалу. Эльф покосился на меня и неохотно промямлил:

– Э-э, прости, Великая, я вчера себя после эликсира плохо вел, да? Ничего не помню!

– Да ладно! Я давно знаю побочное действие эликсиров на вашу расу. Так что ты ими не сильно увлекайся, хорошо? И имей в виду! Если я на тебя обижусь, то всего лишь отрублю твою пустую башку, а он, – я кивнула на Крендина, изучающего пролетающие в небе облака, – тебе сначала по ней настучит, и будет долго вправлять мозги, а уж потом отрубит. Понимаешь разницу?

Люминель обреченно кивнул.

– Я больше не буду пить зелья!

– Нет, ну совсем от них отказываться, конечно, не стоит – время сейчас трудное. Но вот умеренно их потреблять, по мере необходимости – очень даже, пожалуйста!

– Нет, ну я не понял, мы идем? – явно нервничая, поторопил гном. – Боюсь, что с такими спутниками я точно на праздник опоздаю!

– Да ладно тебе! – возмутилась я. Ехидно осмотрелась. – Куда идти-то?

Тот с видом фокусника нажал неприметную пластину. Полстены с грохотом провалилось вниз, открывая потайной ход. Он шагнул в темноту.

– Прошу, господа! Со мной не потеряетесь! – донесся из пещеры его голос.

Мы с Люминелем переглянулись и последовали за ним, но не сделали и пяти шагов, как скала задрожала и глухо пророкотав, сомкнулась за спиной, утопив нас в полной тишине и темноте.

– Ой, мама! – прошептал рядом со мной эльф. – Как в могиле!

– Не боись, прорвемся! – успокоил его Крендин. – Гляди!

Он чем-то прошуршал, щелкнул и вдоль прямого, будто прорубленного в скале коридора один за другим вспыхнули яркие светильники.

– Это Яркая нить, состоящая из светящихся жучков, как в Винлейне. Включая рычаг, запускается механизм, нагнетающий в лампы воздух, жуки это очень не любят и начинают светиться. – пояснил гном в ответ на мое явное удивление и кинул взгляд на эльфа. – Ну, салага, полегчало? – Он довольно ухмыльнулся и направился дальше, крикнув напоследок: – Не отставайте! Еще заблудитесь в тайном пути!

Люминель со всех ног припустил за ним. Я, усмехнувшись, пошла следом.

Идти по «тайному пути» оказалось легко и приятно. Не встретив ни души, мы шли по ровному коридору, иногда спускаясь или поднимаясь по высоким лестницам. Когда входили в темные коридоры, Крендин всегда находил выключатель.

Вопреки ожиданиям, здесь не летали мыши, не пылились кости. Что говорить, тут не было даже пыли, чтобы запечатлеть наши следы.

Шли мы довольно долго. Эльф, торопливо шагающий вслед за гномом, теперь еле плелся.

– Выпей зелье выносливости! – сжалилась я над ним, но тот решительно мотнул головой.

– Нет, спасибо, – покосился он на меня. – До города потерплю.

Я пожала плечами.

– Ну, как хочешь! Дай тогда мне чего-нибудь. Ваши настойки на этой… как ее… найгопле только настроение мне поднимают.

Гном хохотнул:

– Дай мне тоже, так сказать, для настроения.

Мы с Крендиным выудили из сумки Люминеля склянку с эликсиром и распили его под грустные взгляды глотающего слюну эльфа.

В каштановую голову гнома пришла умная мысль:

– Слушай, а может, у тебя и пожрать есть?

Эльф угрюмо кивнул и покорно достал буханку белого хлеба.

– Фу, эльфийский! – разочарованно скривился Крендин.

– Какая разница? – удивилась я.

Гном хмыкнул:

– Эльфийский хлеб сдобный, сладкий, с кучей трав. Бр-р-р. В принципе, если больше жрать нечего, то и этот сгодится. А так, в охотку, его есть нельзя, – и, отломив полбулки, в две секунды ее умял, запив остатками зелья.

– Не нравится – не ешь! – запоздало обиделся Люминель, отщипывая небольшой кусочек от того, что осталось.

– Поздняк метаться! И моли Всевидящего, чтоб у меня живот не вспучило! – Крендин сыто рыгнув, пояснил: – Смертельно для здоровья!

Эльф брезгливо покривил губы, но смолчал.

– Ладно, передохнули и будя! Если здесь ночевать не станем, то часа через четыре уже будем в городе.

– А чего тормозить? Пошли! – согласилась я, поднимаясь.

* * *

Через некоторое время мы вышли к массивным, с огромным кольцом посередине, железным дверям, преграждающим коридор.

– Ну, хвала Всевидящему, дошли! Радуйся, убогий! – гном от души хлопнул по спине мрачно разглядывающего преграду эльфа и тут же озаботился: – Ничего, не зашиб? Ну, вот и славно!

Подойдя к двери, он гулко застучал кольцом.

– Эй, засони, открывайте! Нам в город надо!

В полутора метрах от пола неожиданно распахнулось незаметное окошко, оттуда высунулась темная, всклоченная борода с вкраплениями седых волос, и недовольный голос рявкнул.

– Ну и кого бесы тащат? Да еще в канун праздника? Время, знаете, сейчас какое?

Мы с Крендиным покаянно выдохнули.

– Тревожное!

– Тьфу, да я не про это! Ночь на дворе! Рассвет уж скоро, а вы тарабаните! ЧЁ, невмоготу до утра подождать?

– А мы вам три грабня дадим! Золотых! – заинтересовал его Крендин, позвякивая монетами на ладони.

В темной бороде блеснул ржавый зуб.

– Золоты-ых? – радостно протянул стражник и тут же зевнул. – А чё не больше?

– Так нас трое! – возмутился Крендин. – А налог по одному золотому на брата считают.

– А-а-а, – разочарованно вспомнили за дверями и тут же, видать, надумав, как содрать больше, голос повеселел: – А за то, что ночью пришли? Надбавить бы надо!

Гном нахмурился.

– У меня больше нет!

– Ну, ежели нет, так и стойте до утра! – окошко захлопнулось.

Крендин беспомощно оглянулся на меня. Посмотрел на опустившего взгляд Люминеля и, потянув блестевшую на шее цепочку, вытащил из-за пазухи золотой медальон.

– Папка подарил, – пояснил он, с сожалением разглядывая бляшку. – На двухсотлетие, как раз в тот год его в шахте завалило. Но делать нечего. В город же надо попасть, а то у этого изверга ума хватит нас до утра продержать.

Кивнув на закрытую дверь, он потянул медальон, но я удержала его руку.

– Папка, говоришь, подарил? Ну-ка, погоди! Дай мне поговорить с вашей таможней.

Злясь на крохобора-стража, я подошла к двери и постучала. Гном ждал. Окошко тут же распахнулось.

– Ну, как? Нашли? Ну, то-то! Будете знать, как среди ночи шастать!

Молниеносно цапнув его за бороду, я неторопливо, с сознанием дела начала наматывать ее на кулак.

Страж завопил, как молодой поросенок.

– А-а-а-а, помогите, спаси-и-ите! Гномы добрые, да что же это делается, убивают, обезбораживаю-у-у-ут!

– Я тебя щаз под панка побрею, если ты нам сию секунду не откроешь эту дверь! Ты меня хорошо понимаешь?

На меня испуганно уставились маленькие черные глазки, после чего звуковые волны накрыли меня с новой силой.

– А-а-а-а, чего я тебе такого сделал? Сгинь, сгинь!

Мужичок, наверное, спутал меня с каким-нибудь местным чертом, и держать бородача стало вообще трудно. Он очень желал поплевать себе через плечо, видимо, ожидая, что я быстрее сгину, но так как его голова торчала в окошке, он просто начал плевать перед собой.

В конце концов, мне это надоело:

– Эй, верблюд! Я не сгину, а если и сгину, то заберу твою продажную душонку с собой, особенно если ты сейчас же не откроешь мне дверь!

Грозный рык убедил его в моих далеко не мирных намерениях. Он, наконец, поняв, что от него хотят, забренчал цепями и громко звякнул щеколдой. Дверь приоткрылась.

Я кивнула Крендину. Тот, прихватив с собой опешившего эльфа, скользнул в щель. После и я, медленно размотав кудлатую бороду стражника, обтерла ею заплеванный рукав и быстро шагнула в дверь.

Моей жертвой оказался маленький, щупленький пожилой гномик, со слегка косящими глазами. Мне даже стало чуточку неловко за свое поведение. Сейчас он, тихо икая, сидел на полу, сосредоточенно массируя лицо.

Думаю, после моего нападения он вообще сбреет бороду. Я бы сбрила!

Испуганно зыркнув на меня, он обиженно простонал.

– Ну, чего встала? Принесло же тебя в наш город! Только полукровок нам здесь и не хватало!

Пожав плечами, я мило улыбнулась и, дойдя до второй открытой двери, напоследок фыркнула.

– Вот потому и принесло, раз не хватало!

От моих слов он еще немного поплевал, к счастью, теперь туда, куда нужно. Я, не став задерживаться, вслед за спутниками вышла в коридор.

* * *

За третьим поворотом от поста, гном, дождавшись меня, пошел рядом.

– Круто ты его! А-то он бы все деньги с нас выкачал. Ну, устроюсь в городе, встречу его в темном переулке! – кровожадно пообещал Крендин, сжимая кулаки.

– Да ладно, пусть живет! – отмахнулась я. – Ну, ты прикинь, какой моральный вред мы ему нанесли! Мало того, что разбудили, денег не дали (ни положенных, ни обещанных), чуть без наркоза не оторвали бороду, да еще и я, в избытке праведного гнева, своими глазками испугала. Представляешь, как ему сегодня не повезло, для полного счастья ему осталось только тебя в темном переулке встретить!

Крендин расхохотался.

– Ну да! Похоже, ему на сегодня действительно хватит!

– Вот и я о том же! Так что пусть живет – если жаба не задавит за бесцельно прожитое дежурство.

Вскоре мы пришли на перекресток. Над крестовиной указателя чадил воткнутый посередине факел.

– Куда теперь?

Гном повертел головой, читая непонятные надписи, и указал на один из коридоров.

– Туда!

– А там что? – поинтересовалась я, кивнув на темные арки трех других коридоров. Он нетерпеливо отмахнулся, но пояснил:

– Там жертвенная арена – логово местных жрецов, а эти две развилки ведут в штольни. Ну, пойдемте. – Он повернул в указанный коридор. – Нам до жилых этажей еще топать и топать!

Через некоторое время коридор начал резко подниматься вверх, и мы пошли медленнее. Казалось, что этот прорубленный в скале туннель ведет вокруг горы. Мы сделали два больших витка и, наконец, вышли на этаж, где жилища заменяли выдолбленные крохотные комнатки в скале.

– Здесь живут бедняки и переселенцы, – пояснил он, уверенно шагая мимо.

Пройдя бедняцкий квартал и сделав еще виток вокруг горы, мы вышли на более цивилизованный уровень. Здесь, скорее всего, жили середняки. Жилища так же утопали в скале, но казались больше. Везде царили порядок и уют. У входов стояли небольшие деревянные беседки. Возле некоторых в разноцветных бочках росли чахлые деревья и цвели цветы.

Мы почти неслышно шли мимо мирно спящих жилищ. Возле предпоследней двери Крендин остановился и тихо постучал. В доме вспыхнул свет. Из-за двери выглянула дородная, закутанная в шаль гномиха и, подслеповато щурясь, буркнула:

– Кто тут?

– Это я, тетушка Буча! Твой племянник, Крендин Бухалин.

Гномиха расплылась в улыбке и, широко распахнув дверь, вышла к нам.

– Мамка прислала?

– Да нет, сам пришел. Хочу на работу наниматься. Не приютишь пока, ненадолго?

– Конечно! – обрадовалась Буча. – Заходи, живи, сколько захочешь. А кто это с тобой?

Гномиха кивнула на нас, скромно стоявших в сторонке.

– А это мои друзья. Они только эту ночь переночуют и уйдут!

– Ой, да ладно! – отмахнулась тетка. – Места всем хватит, да и мне будет не так одиноко. Заходите! Чего на пороге-то стоять?

Мы по одному протиснулись в низкую дверь. Буча, решив нас накормить, захлопотала, гремя чашками, но я, не дождавшись позднего ужина или раннего завтрака, уснула там, где она нас и усадила. Сквозь тенета дремы показалось, будто меня куда-то несут, но я уже не могла проснуться. Очередной сон захлестнул штормовой волной.

* * *

Низкорослыми фигурами гномов набит огромный ярко освещенный зал. Та же очерченная огнем круглая площадка. На небольшом возвышении стоит огромный плоский камень, на котором прикованы цепями двое. Лиц не видно. Толпа орет и беснуется.

На площадке появляется высокая, широкоплечая фигура в маске, принимает из рук жреца-прислужника огромный топор. Одно отточенное движение, и головы пленников летят в зал.

– Не-е-ет!

Палач оборачивается на мой дикий крик, срывает маску и…

– Блин! Да тебе, девушка, лечиться надо! Это ж надо так каждую ночь верещать?

Я очнулась от дружественных похлопываний гнома по щекам, больше походивших на пощечины.

– Все, все! Я проснулась! Хватит меня лупить, еще убьешь!

Видя в моих глазах проблески сознания, гном с неохотой поднялся.

– Пошли завтракать, да надо в верхний город идти. Забыла? Сегодня праздник Оракула!

Я потрясла головой, огляделась.

Боже, в какой кладовке я спала?

В маленькой, метра два на полтора комнатке, помещались только узкая кровать и небольшой комод. Видать, специально для непрошеных гостей. Чтоб больше не приходили!

Быстрее, чтобы не заработать клаустрофобию, я скатилась с кровати и поспешила за гномом.

Комнату, в которую мы вышли, я узнала сразу. В одном из трех здоровенных кресел у невысокого круглого стола я вчера и уснула, не дождавшись ужина. Сейчас в одном из них дремал Люминель. У дальней стены рядом с жарко натопленной печкой хлопотала Буча. Я принюхалась и сглотнула невольно набежавшую слюну. На столе стояло блюдо с лепешками и стаканы с молоком.

– Садитесь, кушайте, – заметив нас, к столу уже подскочила хозяйка, бухнув в середину полное блюдо жареного мяса. – Кушайте, не стесняйтесь!

Гном усадил меня на свободное кресло, уселся сам и улыбнулся хмурому эльфу.

– Ну, чё смотришь? Налетай! Или ты такое не ешь?

Эльф молча цапнул с тарелки лепешку.

Гном одобрительно кивнул и тоже принялся за еду.

Съев три лепешки, я почувствовала, что наелась и повернулась к гномихе, умильно рассматривающей нас, сидя у печи на низенькой табуретке.

– Спасибо огромное, Буча!

– Да не за что, деточка! Кушай еще!

Я, улыбнувшись, похлопала себя по животу.

– С радостью бы, но некуда!

– Ну, ничего! – утешила она меня. – На празднике будут бесплатную еду раздавать, так что там и поедите, ежели проголодаетесь!

– Буча, я хотела вот еще что спросить! – решилась я. – У вас в городе много полукровок?

Гномиха пожала плечами.

– Не много, но есть. А что? Кого-то из своих ищешь?

Под настороженным взглядом Крендина я замялась.

– А у вас случайно не живет высокий светловолосый человек? У него достаточно запоминающаяся внешность. Он полукровка и маг.

Буча задумалась.

– Может, и живет. Я ж на верхние этажи редко хожу. Если он маг, он может жить у жрецов. Ты сегодня на празднике к ним зайди и поинтересуйся. Найдешь их на Жертвенной Арене. А ежели заблудишься, Крендина попроси, он доведет!

Я кивнула и задумчиво принялась допивать стакан молока.

* * *

Вскоре, попрощавшись с тетушкой Бучей, мы вышли в коридор. Светильники, освещающие путь ночью, погасли, и теперь всю гору пронизывал яркий солнечный свет, идущий из маленьких, наверно, специально сделанных отверстий.

– А где эта Арена? – поинтересовалась я у Крендина, быстро шагающего вперед.

– Что, не слышала? В верхнем городе. Так что, не отставай!

Дорога спиралью поднималась вокруг горы. Вскоре нам попались гномы, спешившие поодиночке или группами, как и мы, на праздник. Войдя в открытые ворота, мы вступили на залитую солнцем площадь. Я завертела головой. Вначале мне показалось, что мы вышли на вершину горы, но позже поняла, что ошиблась. Макушка горы была гладко срезана, открывая перед нами огромную площадь. Единственное, что осталось от вершины, был высокий, больше напоминающий готический собор, пик, возвышающийся в центре площади. Здесь красовались знатные каменные одно– и двухэтажные дома, у которых радовали глаз маленькие сады. Немного пройдя по закручивающейся вдоль пропасти дороги, мы свернули и вышли на площадь.

Здесь уже шел праздник. Чего и кого тут только не было! По краям площади бесконечной змеей протянулись торговые ряды, где бойкие гномы торговали всем – от одежды до мебели и оружия. Среди покупателей попадались эльфы, люди. Несколько раз я заметила заурасков, а вот бесов не увидела вообще. Хотя, вру! Увидела лишь одного, жутко косоглазого, что-то бойко верещавшего у лотка с пиротехникой и дешевыми игрушками.

– Бесы не любят горы, потому что здесь живут их враги – темные бесы. Они обитают на своем небольшом участке земли между Центральными землями и Южным побережьем.

Я удивленно повернулась к Крендину:

– Э-э, а как…?

– Что? Как я узнал, что тебя интересует? У тебя все написано на лице, особенно если что-то удивляет! Хочешь стать частью этого мира, смотри на все равнодушно! Бесья мама! Опоздали! – Крендин ругнулся и, ухватив за руку, потащил через всю толпу.

Сбоку, почти у ступеней, круто поднимающихся вдоль пика, находилось небольшое возвышение, на котором угрюмый гном сердито кричал на гортанном языке. Остановившись позади толпы оживленно-галдящих гномов, Крендин, не отпуская меня, затаил дыхание.

– Куда опоздали-то? – выдернув из его жаркой лапы руку, я оглянулась в поисках Люминеля. Он уже куда-то исчез, не поблагодарил, не попрощался…. Ну и бог с ним!

Хмурый дядька продолжал ругаться на непонятном языке.

– Что он говорит? – шепнула я Крендину на ухо.

– Объясняет, кто нанимает, куда и сколько работников надо.

– А чё он, по-русски говорить не умеет? – Горазда я на ляпы!

Гном недоуменно покосился:

– По… как?

Я замялась:

– Ну, как все говорят. Как мы с тобой сейчас говорим!

– А-а-а, – дошло до гнома. – На всерасовом?

– Ну да! – обрадовалась я. – Слово забыла!

– Дело в том, сейчас нанимают на работу только гномов. Вот он по-гномьи и балаболит. Это еще и означает, что ни людей, ни эльфов сейчас не возьмут! Да и, в принципе, мало кто понимает наш язык, разве что полукровки. А вот когда станут нанимать другие расы, тогда начнут читать на всерасовом.

Пояснив, гном снова уперся взглядом в сердитого оратора.

Мне стало скучно. Я начала смотреть по сторонам.

Чуть дальше от ярмарочных рядов и площадки для безработных толпился народ и оттуда доносился оживленный гомон.

Хм, интересно!

Я шепнула Крендину, что скоро вернусь, и поспешила туда.

* * *

Пробиться к центру оказалось делом непростым. Коренастые гномы стояли плечом к плечу, образуя стенку, и возбужденно орали. В конце концов, мне надоело прыгать за спинами в тщетной попытке что-либо разглядеть. Подумав, я за шиворот выдернула из толпы двух малорослых гномов и, пока они соображали, что за сила оторвала их от увлекательного действа, не теряя времени, протиснулась в образовавшийся проем. Активно работая локтями, я пробралась внутрь. Остановившись за спиной тощего как смерть, воняющего цветочным перегаром эльфа, стала наблюдать за происходящим из-за его плеча.

Прямо передо мной открывалась круглая, огражденная деревянными кольями площадка, на которой сейчас шла битва. Два обнаженных по пояс широкоплечих гнома дрались на топорах с деревянными насадками на лезвиях. На головах у них прочно сидели шлемы, сильно напоминающие кастрюли с прорезями для глаз, из-под которых змеились рыжеватые волосы.

Один гном был на голову повыше и, судя по его горячности, – моложе. Он безостановочно прыгал, размахивая топором перед носом более спокойного противника, который лишь отмахивался от него, как от назойливой мухи. Обрадованный его кажущейся усталостью, молодой допустил ряд ошибок, в результате которых и получил два раза по шлему. Напоследок низкорослый выбил у него из рук топор, наподдал сапогом под зад и, сорвав с себя шлем, радостно завопил. Гномы поддержали его так, что я чуть не оглохла. Больше всех старался стоявший впереди меня, бомжеватого вида эльф.

Устав от воплей толпы, я вежливо отодвинула эльфа в сторону и вышла к забору, пытаясь рассмотреть и запомнить победителя, чтобы после поединка найти и расспросить у него о моем учителе. Он, торжествующе потрясая над головой топором, как раз разворачивался в мою сторону, но тут меня бесцеремонно задвинул за спину эльф. Вспылив от такой наглости, я разоралась ему в спину:

– Какого ты меня лапаешь! Щаз, как по башке набуцкаю, будешь знать, как свои немытые грабли распускать! И дыши куда-нибудь в сторону, а то твое амбре аж слезы вышибает.

Подтвердив ругань делом, я вцепилась ему в руку, и стала ее выкручивать. Когда тот с воплями согнулся передо мной в вынужденном поклоне, развернула его себе за спину и, радуясь понятливости расступившихся позади гномов, от души пнула заговоренным сапогом в зад. Затем, как ни в чем не бывало, вернулась к арене.

– Пшла прочь, селянка дикая! – Раздавшийся позади визг возмущенного эльфа просто оглушил. – Тут не место сопливым бабам! Свали в сторону! Я тебе покажу, как меня пинать! – Визг перешел в шумное сопение и топот ног.

Угу! Разбег взят.

Толпа заинтересованно загудела.

Я даже не обернулась и, чувствуя позади убойный перегар эльфа, сделала широкий шаг в сторону. Влетев на всем ходу в забор, он так и остался на нем висеть, но мне этого показалось мало. С сознанием дела, развернув его за плечо, я от души врезала скандалисту в пах. Тот, сложившись пополам, хрюкнул, закатил глаза и упал, а я, рассыпаясь в извинениях, кинулась его поднимать. Потому что, развернув к себе, запоздало узнала в этом грязном, тощем эльфе Ларинтена.

Держась за пострадавшее место, он тихо скулил.

– Ой, прости меня, пожалуйста! Эй, Ларя, ты живой? Это же я! Открой глаза!

Ларинтен помотав головой, простонал:

– Вот придет мой друг, с ним и разговаривай! Я еще пока не настолько свихнулся, чтобы с собственной белой горячкой общаться! – И вдруг истошно завопил. – Лендин! На помощь, меня галлюцинации мучают! Лендин!

Толпа шарахнулась от нас в разные стороны. Забор затрещал, словно сквозь него ломился медведь. Колья разлетелись городками, и у меня над ухом грозно проревели:

– Кто тут моего друга обижает? Щаз, все ноги повыдергиваю! Эй, ты! Тебе чё – жить надоело? – Железная рука гнома сгребла меня за шиворот и поставила перед собой.

Подняв поля шляпы, я счастливо улыбнулась и помахала остолбеневшему Лендину.

– Ве-ве-великая?! – рука гнома разжалась. – Это и вправду ты?

Я скромно кивнула и вдруг кинулась ему на шею.

– Я, Лендин! Я! Как же я по вас соскучилась!

Гном, недоверчиво меня оглядел, покосился на постанывающего Ларинтена и робко улыбнулся:

– А ты к нам надолго?

– Навсегда! – выпалила я.

Глаза Лендина радостно блеснули.

– Ох, ну тогда мы развернемся! – Он обрадовано потер руки и легонько попинал изображающего агонию эльфа. – Вставай, немочь бледная! Великая снова с нами!

Ларинтен тут же перестал стонать, приоткрыл глаза, рассмотрел меня с ног до головы и проворчал:

– Поднимите меня! А то я сам не в состоянии! Она мне, видать от радости, такую опухоль устроила – до колен! Как ходить буду – не знаю!

Мне стало стыдно. Ухватив за протянутую руку, я рывком его подняла.

– Прости, Ларя, я же не знала, что это ты! Случайно получилось!

– Ха! Моя школа! – Гном обнял нас за плечи и осмотрел любящими глазами. – Надо это все обмозговать! Пошли во-он в ту пивнушку. Посидим, эля тяпнем, заодно и кое-что обсудим!

* * *

В пивнушке царило праздничное столпотворение. Даже протиснуться в нее оказалось сложным делом, не говоря уже о том, чтобы устроиться с удобством. Но стоило нам зайти, как все замолчали. В дальнем углу быстро освободился небольшой круглый столик. Толстая гномиха, улыбаясь в сорок два золотых зуба, тут же уставила его ведерными кружками с элем и большим блюдом, полным вареных колбасок.

Лендин не выпуская нас с Ларинтеном из объятий, начал проталкиваться к свободному месту, не забывая приветливо скалиться и отвечать на кивки и выкрики. Плюхнувшись за столик, мы довольно вздохнули и принялись за угощение.

– Класс! – выдохнула я, наевшись так, что, казалось, последняя колбаска, осталась стоять в глотке. – Круто ты устроился, учитель!

Лендин, не отрываясь от пятилитровой кружки с пивом, которое, булькая, быстро исчезало в бездонной глотке, довольно скосил на меня глаз:

– Не забыла за эти тридцать лет, кто тебя всему научил?

– Это у вас прошло тридцать лет, а у нас, слава богу, только тридцать дней, но мне и они показались столетиями.

Гном, отставив пустую кружку, рыгнул и озадаченно поскреб бандану.

– Я не понял, неужели Велия нашелся?

Я покачала головой.

– Если бы я случайно через кольцо-портал не попала сюда, то так и не узнала бы, что он потерялся! Вообще-то, я думала, что он давно и счастливо правит королевством. Нашел себе какую-нибудь селянку и активно заполняет свою гигантскую детскую!

Гном ехидно хрюкнул.

– Похоже, девка, ты его, вообще, не знала, раз тебе такое в голову взбрело! Он же однолюб. Больной! – гном выразительно покрутил своей лопатообразной пятерней у виска. – Ты как исчезла, он аж почернел весь. Владыка его, от греха подальше, к себе в Винлейн забрал, а в Великограде Баргу править оставил, чтоб его!..

Гном резко замолчал и потянулся за полной кружкой пива.

– Ну а что дальше? – я не отрывала от Лендина жадных глаз.

Он, не отвечая, выхлебал полжбана, отставил и пожал плечами:

– Не знаю, как там все вышло. Они с отцом в тот же день давай в ваше отражение портал строить, а ничего не выходит! Словно и нету вашего мира! И не было никогда! Но он же упрямый! Поселился у магов в Винлейне. И так и этак пробовали. Только раз вроде бы и смог просто слова тебе передать, и все! А потом пропал!

– Как пропал?

Гном снова дернул плечом.

– Так! Вроде вечером ушел через большой портал в Великоград к Барге. Они там что-то по пьяной лавочке не поделили, Велия снова ушел через портал и – все. Никто его не видел уже тридцать лет! Даже не знаю, жив или нет.

– Если бы он умер, я смогла бы снять кольцо! – возразила я и снова принялась его допытывать. – А Барга? Вы спрашивали Баргу? Наверняка это он его куда-то дел!

– В том-то и дело, что он клянется и божится, что Велия был, обиделся и ушел в Винлейн.

– Да он врет! – возмутилась я. – Сначала он вытурил меня, а потом избавился от _ели! И, заметь, как удобно, наследников больше нет! Он наместник и торжественно становится Баргой Первым! А если вдруг Велия вернется, всегда можно прикинуться заботливым другом, охраняющим от чужого посягательства трон.

– Так-то оно так! – гном мрачно сплюнул на пол, и поднял на меня тяжелый взгляд. – Его проверяли на ложь. Выворачивали память Владыка Пентилиан и его совет магов.

– И?

– Пусто! Чист, как младенец. Все произошло так, как он и говорит: пришел, выпили, поругались, разошлись. Все!

– Не забывай, что он тоже маг! – возразила я. – Он мог придумать и не такое. К тому же, Велия не пьет!

Гном насмешливо фыркнул и кивнул, соглашаясь.

– Придумать он мог все что угодно, но не пойман – не вор! Вот он и правит спокойно вместе со своим чокнутым оракулом. Два года назад издал новый свод правил, где полукровки занимают самое последнее место в людском обществе и не имеют прав ни на что. Видать, он уверен, что Велия не вернется!

Я сморгнула наворачивающиеся на глаза слезы.

– Лендин, что делать? Его нужно обязательно найти!

Гном мрачно кивнул.

– Нужно! Вот и ищи! По кольцу.

Я посмотрела себе на правую руку, где чуть мерцал, переливаясь драгоценными камнями, обручальный перстень.

– И как я по нему должна искать?

Гном насмешливо фыркнул.

– Ну, ты, Великая, даешь! Неужели за все то время, пока ты тут, с тобой не происходило нечто необъяснимое? Или не снились пугающие своей реальностью сны?

Я вздрогнула:

– Снились, и не раз!

– Ну? И что там в них было-то?

– Велия!

– Ну, это понятно! А ты видела, где он находится, что делает?

– Там была такая круглая площадка в огромном темном зале, вокруг нее по кругу загорались тысячи факелов. Возвышение. Мне два раза снилось, что он на этой площадке проводит ритуалы. А в последний раз он убил двоих, привязанных к большому круглому камню. Просто отрубил им головы. – Я жалобно всхлипнула. – Неужели это может быть правдой?

– В этом мире все может быть, – отмахнулся от меня Лендин и задумался. – Вообще-то, судя по описанию, очень напоминает Жертвенную Арену! Но я никогда не видел его здесь. А как он выглядел в твоих снах?

Не отводя от меня глаз, гном в нетерпении сжевал сосиску.

Я пожала плечами.

– Обычно. Только мне приснилось, будто в первом обряде его волосы по плечи обрубили клинком. Да и так, он стал выглядеть… – у меня перед глазами всплыла картинка, как жрец, с легкостью крутанув здоровенный топор, обезглавливает жертвы. Я посмотрела на Лендина. – Он стал выглядеть как воин. А последний раз я видела его еще и в маске. Хотя, может, это не он?

Гном, положив подбородок на кулак, окончательно задумался. А я, притянув к себе его полуведерную кружечку, немного из нее отпила.

Хм, необычное, вкусное, чуть отдает медом и… и крепкое!

Я почувствовала, как мои глаза торжественно съехались к переносице. Загадка! Как это Лендин, выхлебав десять литров, оставался трезв как стеклышко? Наверно, это какое-то специальное гномье пиво, на своих оно не действует. Вот Ларинтен уже несколько минут спит, обнявшись со своей кружкой. Счастливчик!

При мысли о снах мое опьянение улетучилось.

– Если ты видела его в маске, это определенно указывает на жрецов. Но я не помню среди них ни одного беловолосого. Вот высоких там полно, но у них у всех телосложение поздоровее, чем у _ели будет. Короче! – гном оторвался от своих размышлений. – Сегодня на Арене что-то ожидается, так что все, что нам сейчас нужно, это туда пойти и порасспросить. Но пойдем сначала на Верхнюю Арену. Там есть шанс, что тебе ответят. А во время праздника на Нижней Арене к ним на драной козе не подъедешь!

Гном посмотрел на меня и вдруг по-отечески обнял за плечо.

– Не боись, деваха! Найдем мы твоего благоверного! Да и пора ему уже за ум браться. А то наобещал всем и смылся! Хитер бобер! Ничего! Мне его только найти, а там уж я ему мозги вправлю!

Не успела я ему ответить, как сзади на нас кто-то налетел. Лендин в секунду оказался облит пивом и засунут лицом в изрядно уменьшившуюся горку сосисок. Меня сгребли за шиворот и потянули вверх, а Ларинтен только всхрапнул, покрепче обнимая кружку. Все это произошло так быстро, что никто из нас не успел среагировать. Лендин отфыркиваясь, вскочил. Злобно сузил глазки и прошипел, глядя на кого-то позади меня.

– Ах ты, сопляк! Меня! Генерала! В пиво с сосисками? Да я тебя щя по этой пивнушке размажу!

Он выхватил топор. Железная рука, сжимающая мою кофту, вдруг разжалась. Я отшатнулась и, развернувшись, увидела за собой ошеломленную мордаху Крендина. Переводя взгляд с меня на красного от злости Лендина, он шумно выдохнул и все же твердо сказал.

– Я, конечно, извиняюсь, генерал! Не узнал! Но приставать к своей девушке не позволю никому!

Невидимым движением его рука выхватила топор, секунду назад висевший на поясе. Согнув ноги в коленях, он отступил на пару шагов и стал в ожидании пружинно покачиваться.

Вот блин! Меня не устроит, если кто-то из них сейчас станет ниже на голову! Без Лендина я не найду Велию, а Крендина просто жаль! Он же не виноват, что таким болваном уродился!

Опередив на доли секунды Лендина, я встала перед ним, загородив собой парня. Гномы, уже освободив место, окружили нас в надежде на бесплатное представление.

– Уйди, Великая! – рыкнул Лендин. – Этот гад запятнал твою честь, назвав своей. Дай я отрублю его тупую башку, а затем мы обсудим наши планы.

– Да, уйди! – хрипло поддержал его Крендин. – А то тебя, ненароком, еще его кровью забрызгает, не хотелось бы портить одежду! Особенно если вспомнить, что ее тебе подарил я!

– Так, все! Успокоились оба! Если я непонятно говорю, то сейчас начну объяснять наглядно! – взорвалась я.

– А чё это ты его защищаешь? Отойди, Великая, не дай мне подумать о тебе плохо! Даже если между вами чего и было, что можно объяснить твоей бабской тупостью, то кровь этого выродка смоет все ваши грехи!

Похоже, Лендину все же ударил в голову эль. Прорычав все это, он ухватил меня за руку и решительно потянул за спину, торопясь покончить с Крендиным. Вот только я была с ним не согласна. С руки слетел белый шарик, ударился об пол и, словно растекшись, огненной стеной отгородил нас с Крендиным от Лендина Плюгалина. Минут десять слышались только ругательства на гномьем, всерасовом и треск пламени, потом Лендин не выдержав, заорал.

– Ладно, Великая! Я не знаю, где ты этому научилась, но ты меня убедила. Я пока его не убью! Туши костер, бери дружка и иди за стол. Нам нужно серьезно поговорить.

В мгновении ока огонь исчез, напоминая о произошедшем только ровной обугленной дорожкой. Лендин, ни на кого не глядя, вернулся за стол, щелчком заказав еще пива и сосисок. Служанка бросилась наводить порядок и выполнять заказ.

Я покосилась на хмурого гнома, взяла за руку Бухалина и повела к столу.

Все уселись. Я осталась стоять и, оглядев нахмуренные лица вдруг рявкнула.

– Вы чё, сдурели? Под Великоградом вместе воевали, а теперь из-за какой-то ерунды решили головы друг другу порубать? Короче так! Объясняю один раз! Лендин, это – мой друг, Крендин, – тут глазки Лендина зло сузились, и я, повысила голос, – друг, а не любовник! Это разные вещи! Он меня нашел, накормил, одел и привел в город! Я понятно объясняю?

– Хм, – Лендин кинул на меня мрачный взгляд, – интересно, а что мешает другу быть любовником?

Искривив в бесовской усмешке губы, я подняла вверх средний палец, опоясанный кольцом.

– Это!

Плюгалин скептически хмыкнул, но промолчал, и я, обращаясь теперь к Крендину, продолжила знакомство.

– А это – как я уже тебе говорила, мой давний друг и учитель Лендин Плюгалин, которого ты прекрасно знаешь, так позволь узнать, что понесло тебя макать его в сосиски и поливать пивом. Ведь если бы не я, от тебя бы и мокрого места уже не осталось! О чем ты думал?!

Крендин насупился и, виновато глянув на меня, неуверенно начал.

– А чё я? Я же тебе говорил, чтобы ты далеко не уходила! Пока я там стоял, слушал, поворачиваюсь – тебя нет! Что делать? Где искать? Ты знаешь, что такое пьяные гномы? Это же… это же… – не зная, какое помягче подобрать слово, Крендин только махнул рукой. – Всю округу оббегал! Потом гляжу, вроде в пивнушке не был. Ну и зашел, а тут смотрю, уже некоторые руки распустили! Ну, я и…

Крендин снова в негодовании засопел, осуждающе глядя на Лендина, но быстро опомнился:

– Простите, генерал! Не хотел.

– Ах ты, щенок! – теперь вызверился Лендин. – Ты что, думал, я ее подснял на праздник? Да она мне как дочь! Я ее сам сделал, вот этими самыми руками тем, кем она сейчас является! Понимаешь? Я ей как отец!

Плюгалин со всей дури опустил на стол сжатый кулак. Недопитый жбан с пивом выпрыгнул из сонных объятий Ларинтена и с громким бульком наделся тому на голову. Вмиг проснувшись, Ларинтен, натыкаясь на стекло перевернутого жбана, попытался убрать с лица налипшие патлы. Аккуратно ощупав свою, вдруг сделавшуюся стеклянной, рифленой и с плоской макушкой голову, он вдруг дико заверещал. Мы, до этого с любопытством за ним наблюдая, тут же кинулись спасать, пока он окончательно не свихнулся от этой аномалии.

Едва Плюгалин стянул с него жбан, эльф тут же ощупал себя, протер глаза и затих.

– Ну и что ты разорался? – я перевела взгляд на Лендина. – Как отец, как отец!

Он допил пиво, посмотрел на меня сквозь стекло кружки, отставил и торжественно произнес:

– Да, Тайна! Мы тебе все, как большая семья. Так что, считай, что я тебе как отец!

Ларинтен, слыша такие разговоры, оглядел нас и проникновенно икнул.

– Тогда я тебе, Тайна, как мать!

– Вот и породнились! – обрадовался Крендин. – А можно мне в вашу семью?

– Хм, интересно, кем ты нашей доченьке стать собираешься? – ревниво хмыкнул эльф.

– Ну, разве что троюродным внучатым племянником брата мужа моей двоюродной бабушки! – хохотнул Лендин.

– Годится! – покладисто согласился Крендин, понимая, что гроза пронеслась мимо.

– Все, хвала Всевидящему, разобрались! Родственники, давайте, наконец, подумаем, как мне найти еще и мужа? – Я в нетерпении посмотрела на эльфа, затем перевела взгляд на гнома.

– А чего думать, искать надо! – Лендин поднялся, кинул на стол несколько золотых и посмотрел на нас. – Ну, чё сидеть, идем?

* * *

Мы вышли на улицу.

– А куда мы идем? – я торопилась за друзьями, стараясь не отстать в весело гудящей толпе.

– К жрецам, – немногословно ответил Лендин.

Сделав хороший круг, мы обошли площадь. Едва за нами остались ярмарочные ряды, Лендин повел нас прямо к возвышающемуся в центре города пику. Мы поднялись по вырубленным в камне ступеням, и вышли на небольшую площадку перед чернеющим зевом пещеры.

– Это здесь. Пойду, спрошу! – Гном не останавливаясь, вошел в темноту. Мы шагнули следом.

В высокой, теряющейся в темноте пещере царила тишина. Лишь иногда откуда-то из глубины до нас волнами докатывались едва слышные стоны, вплетаемые в заунывную музыку. На секунду мне показалось, что мы попали на панихиду. Полумрак пещеры разбавлялся светом редких чадящих факелов и редкими вспышками. В нерешительности постояв, мы, привыкая к траурной атмосфере, пошли вперед, на мерцающий, будто идущий снизу свет. Но едва пересекли зал и вошли в узкий коридор, как дорогу преградили четыре высокие фигуры в белых балахонах и золотистых, скрывающих головы до плеч, масках.

– Туда нельзя! – глухо произнес один из них.

Я молчала, не сводя глаз с масок, вспоминая последний сон. Тут вперед вышел Лендин и с почтением поклонился:

– Э-э, многоуважаемые! Мы задержим вас всего на один вопрос! Дело в том, что мы ищем человека по очень важному делу. Нам сказали, что он жрец. Короче! У вас есть колдун с белыми, будто седыми волосами, высокий, а глаза… – гном запнулся, помолчал, и решительно выпалил. – Он полукровка.

Маски переглянулись, и все тот же голос спросил.

– Какое у вас дело к нему?

Лендин смутился.

– Ну-у, не могли бы вы ему передать, что к нему пришли его давние друзья и….

– Просто друзья! – поспешно перебила я Лендина, выходя вперед.

Фигуры опять переглянулись и, отойдя на пять шагов, зашушукались. Вскоре от них отделился широкоплечий, высокий мужчина и неторопливо пошел к нам. В метре от нас он остановился, поклонился и тихо произнес.

– Я – жрец-полукровка. Что вы хотите от меня?

Мне стало трудно дышать. На ватных ногах я сделала к нему шаг и протянула руку, не решаясь дотронуться. Он посторонился и снова участливо спросил.

– У вас ко мне какое-то дело?

Голос искажала маска.

– Вел, ты меня не узнаешь? – Мои руки сами потянулись к маске.

Мужчина отступил еще на шаг и, заметно нервничая, спросил:

– Что вам от меня нужно? Говорите, у меня мало времени. Скоро начнется представление на Нижней Арене.

– Велия, это же я, Тайна! – Я сорвала с себя подаренную Крендиным шляпу, и, рассыпав по плечам волосы, решительно уставилась в темные глаза безучастной маски.

– Вы, наверное, меня с кем-то путаете, госпожа. Я, конечно, тоже полукровка, но меня зовут не Велия. Сожалею, но вы нашли не того!

Я в отчаянии оглянулась на стоявших позади друзей и снова повернулась к жрецу.

– Пожалуйста, снимите маску, чтобы я точно знала, что вы не он. Пожалуйста! – я протянула руки к маске, но мужчина вновь отступил, решительно качая головой.

– Вставая на путь жреца, мы теряем имя, лицо и жизнь для этого мира. Я поклялся никогда не снимать маску перед живыми. Простите, но я не смогу выполнить вашу просьбу.

– Тогда скажи свое имя!

Жрец в нерешительности помолчал, оглянулся на ожидающих его в отдалении товарищей и неуверенно произнес:

– Я не тот, кого ты ищешь! Прости!

– Тогда ответь на последний вопрос. Сколько лет ты здесь?

Мужчина пожал плечами:

– Десять. – Он повернулся и зашагал по коридору к тихо переговаривающимся жрецам.

Я смотрела ему в спину, и что-то не давало мне покоя.

– Как тебя зовут? – в отчаянии крикнула я.

– Лиандр, – донеслось в ответ. Он присоединился к жрецам. От них отделился еще один и вместе с ним скрылся за поворотом. Двое остались стоять, охраняя вход.

Я шагнула за ним, но Крендин удержал меня за руку. Ларинтен, все это время, простояв у стенки, задумчиво протянул:

– В сердце этого человека я почувствовал боль и смятение. Мне кажется, с ним не все чисто, но точно узнать мы не сможем. Жрецы нам не дадут. Надо бы увидеться с ним наедине! Но как?

– Нет! – Лендин с сомнением покачал головой. – Он напоминает Велию только ростом. Фигуры разные. Велия маг, а не воин. А у этого жреца вон какие плечи, почти как у гнома. Такие можно заработать, только горбатясь на рудниках, а я сомневаюсь, чтобы Вел добровольно туда пошел!

– А если не добровольно? – С бьющимся сердцем я повернулась к гному.

– Ну, если он попал на каторгу, то да, мог бы там так измениться, если бы выжил.

– Да говорю вам, он живой! Вот! – я протянула руку и уставилась на слабо светящееся в полумраке пещеры кольцо. – Оно светится! И не снимается. Значит, Велия – жив и где-то рядом.

Я замолчала, вспоминая малейшие детали нашего разговора. Лендин тяжело вздохнул.

– Да-а, если это и впрямь Вел, то он крупно влип! – Я подняла на него непонимающий взгляд. Гном пояснил: – От жрецов еще никто не мог уйти. Главный жрец связывает их всех своей магией, подавляющей волю, чувства и желания. Только умерший может считать себя свободным от обязательств. И не каждый может попасть к жрецам. У них там какой-то особый отбор. То ли по физическим, то ли по магическим данным.

– А если это он, то почему меня не узнал? Или, может, сделал вид, что не узнал! У-у, проклятая маска! – в отчаянии я топнула ногой.

– А просто взять и украсть его невозможно? – деловито поинтересовался Крендин.

Лендин покачал головой и с сомнением предложил:

– Может, мы его выкупим?

– Точно! Нужно посоветоваться с Владыкой! – вспомнила я. – Он хотел прибыть сегодня в Златогорье.

– Слушай, Великая, а почему ты думаешь, что тебе снилась Жертвенная Арена именно этого города? Ведь гномьих городов много и в каждом есть своя арена?

Я пожала плечами.

– Не знаю. Что-то тянет меня именно сюда! И оказалась я ближе к этому городу, наверное, не случайно!

Лендин вздохнул.

– Ну ладно, пойдемте. Мы еще успеем добраться до Нижней Жертвенной Арены. Насколько я знаю, там сегодня выступит оракул, и пройдет жертвоприношение с обрядом для улучшения жизни и богатства нашего города.

– Жертвоприношение?! – У меня по спине пробежал холодок.

– Ну да! А что такого?

– А людей у вас приносят в жертву?

Гном хмыкнул.

– Да, но это только бродяги, пойманные в окрестностях гор или преступники. Короче, совмещаем полезное с уместным – умасливаем удачу и казним разный сброд… – Недоговорив, Лендин в изумлении уставился на меня и даже чуть отступил. – Эй, Великая, тебе нехорошо? Что это у тебя с глазками-то? Ой, мамочка! А я думал, это наследственное и проявляется только у полукровок? Ой, припоминаю я такой взгляд…. Все хорошо, Тайна, спокойно. Спокойно! А ты уверена, что у вас с Велией не было этого… самого… ну, брачной ночи? Нет? Жа-аль! Тогда бы наличие у тебя таких глаз можно было бы хоть как-то объяснить! Ай, ой, все, молчу, молчу! Ну и ручка у тебя! Ай, бороду отпусти и топор не трогай – святое! Что ты взбесилась? Просто пытаюсь понять, как он наградил тебя такими глазами?

Надавав хихикающей в кулак троице тумаков и подзатыльников, я вцепилась в Лендина.

– Мой последний сон!

– И что с ним?

– Я знаю, как произойдет жертвоприношение. Мы должны остановить его. Там двоих обезглавят, и это сделает Велия! Я его сегодня ночью видела!

– Кого, Велию?

– Сон, болван!

– Да-да, она так орала, что я минут десять ее разбудить не мог! – подтвердил Крендин.

– А зачем ты ее будил? – подозрительно нахмурился Лендин.

– Жизнь спасал, – отмахнулся гном.

– Где находится ваша Нижняя Арена? – нетерпеливо перебила я.

Крендин тут же с охотой объяснил.

– Ну, помнишь, когда мы в город вошли, там внизу еще перекресток был? Вот, а я тебе и говорю там – жрецы, а там – шахты? Помнишь?

– Так это же далеко! – выдохнула я.

– Так нечего лясы точить! – отрезал Лендин. – Пойдем, успеем!

* * *

Когда мы спустились к ярмарке, я решила кое-что выяснить.

– Лендин, а где у вас королевский дворец?

Гном кивнул на сверкающую невдалеке радужными отсветами башенку.

– Там, а что ты хотела?

– Да я подумала, если вдруг сегодня в городе будет Владыка, надо бы заручиться его поддержкой!

– Если он будет, – возразил гном. – А если нет? Мы только зря потеряем время! Конечно, жертвоприношение будет в конце, но нам еще нужно разведать обстановку. Занять место у Арены. Потому что скоро там будет столько народу – не протолкнешься!

Я кивнула, пробираясь сквозь веселящуюся толпу.

– Слушай, Ленд, а почему они не торопятся на Арену? Им что, не интересно?

– А чего им торопиться? На Арене соберутся жители нижнего города, а наша элита с комфортом все увидит через окомаговизор. Он развернется в нужное время прямо над их головами. А ты, если не хочешь все посмотреть здесь, должна поторопиться и задавать поменьше вопросов!

«Н-да, даже Велия не выдерживал моего любопытства, что уж взять с Лендина!» – вздохнула я и чуть ли не бегом бросилась догонять друзей.

Вскоре мы прошли уровень, где жила гостеприимная тетушка Буча. Здесь тоже царило оживление. Толпы гномов со жбанами, наполненными плещущимся элем, радостно горланя, торопились, как и мы, вниз. У развилки на нижнем этаже, все поворачивали в ярко-освещенный длинный коридор, венчающийся аркой, открывающей подобие амфитеатра. Многочисленные ступени-лавки поднимались по конусообразным стенам, скрываясь в клубящейся темноте. Вниз от входа тоже шли ступени, заканчивающиеся площадкой с круглой каменной ареной.

Шагнув через арку, я невольно застыла, разглядывая величие местной церкви, пока меня не заставил очнуться увесистый кулак, толкнувший в бок. Сзади напирали недовольные задержкой гномы. Рыкнув на кого-то, Лендин подхватил меня под руку и потащил по ступеням вниз.

– Интересно, – пытаясь отдышаться от этой гонки, пропыхтела я. – А как сами жрецы ходят с утра до вечера вверх и вниз? Это же убийство!

Позади насмешливо фыркнул Крендин, а Ларинтен, шагая впереди, вдруг заботливо пояснил:

– У них порталы, глупая! И пока мы сюда добирались, те жрецы, – он кивнул наверх, – уже давным-давно здесь!

– А почему мы не прошли сквозь портал? – задала я не менее умный вопрос.

– Потому что мы не умеем их строить!

– Это вы не умеете! А я точно – дура! – Я огляделась в поиске чего-нибудь твердого, чтобы от души побиться головой.

Видя мои страдания, Крендин сжал кулак:

– Помочь?

– Спасибо. В другой раз! Что-то уже не хочется, – тут же скривилась я в улыбке.

Вдруг внизу по кругу площадки вспыхнул огонь.

– Лендин, я это тоже видела во сне!

Возле окруженной огнем сцены толпилось множество гномов. Ступени закончились и мы, усиленно заработали локтями, расчищая себе путь к возвышающейся впереди арене.

* * *

Высящаяся над возбужденной толпой площадка находилась в центре, одной стороной примыкая к скале. Темная ткань, словно занавесом, скрывала таящуюся в ней пещеру. С двух сторон к окруженной огнем арене вели сложенные из белых плит ступени. А на ее гладком, будто льдистом полу в центре стояло небольшое возвышение.

Мы пробились к ступеням. Чтобы быть ближе к жрецам.

– Пойду, осмотрюсь! – подмигнул мне Лендин.

Быстро взбежав на арену, он юркнул за полог. Следом за ним тенью скользнул Ларинтен.

– А если их поймают? – запоздало испугалась я.

– Не поймают! – махнул рукой Крендин, поднимаясь на пару ступеней.

Секунду спустя на арену вышел высокий жрец в знакомой маске и в белом до пят балахоне.

– Уважаемые! – Его голос, усиленный магией горы, колоколом разнесся над нами, заставляя стихнуть недовольные вопли разгоряченной элем толпы. – Сегодня в честь праздника и в завершение оного будет явлено пророчество нашего многомудрого оракула и совершено жертвоприношение для умилостивления подземных богов.

Жрец поклонился и, обнажив широченные плечи, сдернул с плеч хламиду, оставшись в коротких белых штанах. Траурная занавесь вновь шелохнулась, и на сцену вышел другой жрец. Он бережно нес на руках худую, укрытую темной тканью фигуру. Посадив на возвышение, он аккуратно снял скрывающую ее накидку. Оказавшийся под нею старец, удобно устраиваясь, повозился на камне. Поведя бельмами глаз, он робко улыбнулся и благодарно кивнул.

– Это и есть оракул? – я пихнула Крендина в бок.

Он не оборачиваясь, буркнул:

– Да хрен его знает, думаешь, я его хоть когда-нибудь видел?

Тем временем народ в зале заметно оживился. Оглянувшись по сторонам, я увидела, как охраняемые напротив арены гномами-стражниками сидения, наполняются худощавыми фигурами эльфов. Среди них мелькнули ветвистые рога на чучеле головы медведя.

– Владыка! Он пришел! – Не раздумывая, я спрыгнула со ступеней, кинулась к королевской ложе и тут же об этом пожалела. Меня оттерли, загородили проход и чуть не затоптали. Благословенная лапа Крендина сцапав за шиворот, как нашкодившего щенка втянула меня наверх и поставила рядом на безопасную ступеньку. Я благодарно ему улыбнулась, сообразив, что случайно избежала участи лягушки на скоростном шоссе.

– Сдурела, что ли? Мало того, что тебя к нему не пропустят, так ты туда еще и не дойдешь.

– Но мне нужно, чтобы он меня увидел! – я облизнулась и скривилась, ощутив на языке привкус крови. От бессилья искусав губы, я даже этого не заметила.

Гном рассудительно пожал плечами.

– Подождем! А там видно будет!

Махнув рукой, я стала, не отрываясь смотреть на Владыку, пытаясь включить свои новые способности и «телепнуть» ему пару приветственных фраз – бесполезно! Как ни старалась, толку – ноль! Не обращая ни на что внимания, он увлеченно разговаривал с низкорослым ярко-рыжим гномом в массивной короне.

Меж тем действо началось. Жрецы уселись позади старика. Из-под белоснежной накидки в руках второго появился инструмент, напоминающий маленькую арфу. Прижав его одной стороной к подбородку, он опустил голову и неспешно начал перебирать пальцами струны, рождая необычную красивую мелодию со странным, изломанным ритмом.

Секунду спустя в струнные переливы вплелся на удивление молодой и высокий голос оракула.

Солнце – пламенно-белый шар. Ангел раненый вышел к нам

И, вещая нам глас святой, указал на путь под горой.

Было трое лишь нас тогда. Стало ветрено. Вдруг гроза

Кошкой черной ворвалась в дом, ангел белым стал серебром.

Раскрылатился молний бег – было трое лишь человек.

Им в той долгой войне годин не добавилось бы седин.

И один на пути меж гор, позабыл про тот разговор.

Он сбежал на изломы скал, там и сгинул. Стал нем и стар.

Двое вышли из тех невзгод. Вечность помнит про тот поход.

Вечность знает про тень венца и хранит всю печаль отца.

Двое вышли из темных стран, двое вынесли горе ран.

Утешали друг другу боль, пили, ели глазную соль.

И один светлой птицей стал, он парит над простором скал.

Он поет о другом святом, тот, что был за любовь казнен.

За того, кто вознесся в свет, за кого плачет быль и бред.

Ангел вспомнился им во сне, в той заоблачной стороне.

Повелев им идти опять, за любовь – умирать!

Пророчество или, скорее, песня закончилась, но звуки струн еще несколько мгновений словно туманом окружали арену, пока не растаяли в звенящей тишине.

На площадку вышли еще два жреца. Их невысокий рост с лихвой компенсировали широченные плечи. Судя по всему – гномы. Молча подхватив, они поволокли старика за занавес. Народ отмер и в ожидании кровавого обряда зашумел.

Жрецы, сидевшие изваяниями, поднялись. Забрав из рук товарища «арфу», обнаженный по пояс жрец исчез за занавесом и вскоре, с каменным грохотом выкатил большой неровный диск, одну сторону которого скрывала темная ткань. Взгромоздив его на возвышение, он немного повозился, что-то щелкнуло, и круг остался стоять как влитой.

Снова исчезнув, он тут же появился, неся большой топор с широким, скошенным, словно у гильотины лезвием. Неторопливо подойдя к одиноко стоявшему товарищу, здоровяк что-то тихо сказал, всунул тому в руки оружие и, напоследок, сдернув с него балахон, вышел со сцены.

Наверно, чтобы плащик кровью не забрызгало.

Человек в маске остался один.

* * *

Хм, а ничего у жрецов фигуры! Даже жалко, что такая красота пропадет в этих пещерах.… Хотя, кто его знает, зачем им маски? Вдруг под ними они скрывают жуткие рожи мутантов?

Развлекая себя такими мыслями, я любовалась красивой фигурой стоявшего к нам спиною жреца, единственной одеждой которого были все те же белые бриджи.

В широком лезвии топора отразилось мерцающее пламя. Он широким шагом прошелся по арене, ловко вертя его в руках.

О, а спереди еще лучше! Просто не жертвоприношение, а мужской стриптиз.

Тьфу ты! Что за дурные мысли! Еще немного и гномами начну восхищаться! Ой, точно! Против природы не попрешь! Замуж тебе надо, Татьяна Батьковна…

Ну-ка, ну-ка? А что это там у нас?

На смуглой груди жреца, сосредоточенно крутящего топор, с левой стороны, внизу, белой полоской блеснул полумесяц шрама.

Ну и что? Может, он в детстве на забор упал? Или на меч? Шрам небольшой, длиной в палец. Бывает и хуже!

Только что-то не давало мне покоя. Словно я где-то такой уже видела! Будто….

Сердце прыгнуло мне в горло, мешая дышать.

Я вцепилась в руку ничего не понимающего Крендина так, что из-под ногтей брызнула кровь. Под его ошарашенным взглядом я отколола еще один номер! Засунув правую руку в вырез кофты, стала сосредоточенно исследовать шрам на груди оставшийся после обряда, при этом, не сводя лихорадочного взгляда с неспешно гуляющего по арене жреца.

– Эй, Тайна, тебе плохо? – Гном, решив воспользоваться моментом, уверенно положил на плечо руку. – А вообще, может, ну их, этих жрецов? Пойдем, я покажу тебе….

Что такого выдающегося он хотел мне показать, я не дослушала. Изучив отметину на груди, я, вцепилась в него двумя руками и захлебываясь эмоциями завопила.

– Это он! У него такой же шрам, как у меня! Это Велия! Я точно знаю, что это он!

Нетерпеливые вопли кровожадных гномов заглушили мой крик. Я дернулась к жрецу, но Крендин среагировал мгновенно. С усердием бультерьера вцепившись в меня, он с жаром зашептал:

– Ты с ума сошла? А если это не он?! Ты соображаешь, что хочешь сделать? Если ты снимешь маску со жреца, он тебя первую в капусту порубит! Должны быть еще какие-нибудь доказательства, кроме шрама!

Меж тем палач, поупражнявшись с топором, подошел к закрепленному кругу. Одно незаметное движение и веревки, удерживающие ткань, лопнули струнами. Она с тихим шелестом упала на каменный пол.

У меня вырвался дикий вопль, когда я увидела тех, кого должны были сегодня казнить. На каменном диске, распятые в виде звезд были прикованы цепями двое… Степан и Светка.

– Крендин, это мои друзья! Я должна их освободить! Я не могу позволить их убить.

– Легче удавить горного великана голыми руками, чем отнять жертву у жрецов, – фыркнул Крендин, напряженно следя за происходящим.

Прикованные к камню жертвы молчали, с ужасом глядя в бесстрастные глаза приближающейся маски. Подойдя к диску, жрец удобно взял двумя руками топор, занес его для удара и….

Тут все неожиданно и случилось…

Натренировавшись на Ларинтене, я метко впечатала Крендину в пах. Вырваться из его ослабевших рук не составило труда. В два шага преодолев лестницу, я перемахнула ограждение из огня и оказалась на арене. Взяв за спиной жреца короткий разбег, я подпрыгнула, вцепилась руками в плечи мужчины, и перевернувшись в воздухе, приземлилась между палачом и жертвами. Тот от неожиданности придержал топор. Лезвие, свистнув, только чуть взлохматило мне челку.

Вскинув подбородок, я дерзко посмотрела на свое отражение в блестящих глазах маски и, резко сдернув, с наслаждением выкинула ее в ревущую толпу, с жадностью вглядываясь в родное и незнакомое лицо мужа.

– Какого…! – он крепко ругнулся и качнул головой, рассыпая по плечам короткие белоснежные волосы. Глаза опасно начали желтеть. – Опять ты?! Убирайся!

Воспользовавшись его замешательством, я выхватила у него топор и со всей дури рубанула по цепям, сковывающим Светку. Упав к нашим ногам, она тут же откатилась, вырвала изо рта кляп и, вскочив, грозно встала рядом со мной.

– Ах ты, ублюдок, хотел мне башку оттяпать? – вскинув над головой руку с искрящейся в ней молнией, она застыла, не отрывая изумленного взгляда от не менее ошарашенного колдуна.

– Велия?!

Тот устало потер лоб, растерянно посмотрел на меня, на Светку, обернулся на бушующий зал. Из скрытой занавесом пещеры выбежали три здоровяка, но Велия жестом их остановил. Что-то гортанно крикнув, высокий указал на меня. Велия опомнился и выхватил из моих рук топор. Я, отпихнув остолбеневшую подругу, приказала.

– Быстро, освобождай Степана и открывай портал куда-нибудь. Я его задержу.

– Но, Тань, это ж Велия!

– Бы-стро! – Моему реву мог бы позавидовать горный великан. Светка, что-то бормоча, кинулась к испуганно жмурящемуся археологу.

Посмотрев в надменное лицо колдуна, наблюдавшего за нами, словно кот за мышиной возней, я мило улыбнулась и, влепив пощечину, отпрыгнула в сторону. Его глаза мгновенно затопило желтое бешенство. Крутанув топор, он пошел на меня.

Вот, блин, что же я наделала! Куда мне без оружия, без доспехов с ним справиться? Ведь убьет же и не охнет!

Краем глаза я увидела Светлану со Степаном, остановившихся у огненной преграды и Крендина, подбегающего к ним.

Прыжок, еще прыжок. Мир сузился до лезвия, вспарывающего воздух в сантиметрах от меня. Поскорее бы Светка открыла портал! Я же не смогу так вечно прыгать!

Выиграв несколько секунд и несколько метров передышки, я с надеждой обернулась и чуть не застонала. Вместо того чтобы открыть портал, Светка, вполуха слушая Крендина, наблюдала за моими кульбитами.

Убью! Вот и куда прикажете бежать от этого маньяка?

Жрецы, удивляя своей уверенностью в том, что рано или поздно палач все же исправит досадное недоразумение путем отрубания лишних голов, остановились неподалеку от пещеры и, перешептываясь, тоже наблюдали за нами.

Нанеся ряд свистящих ударов, Велия приблизился ко мне. Я кувырком ушла в сторону.

И что я ему такое сделала?

Пытаясь отдышаться, я, не отводя взгляда от приближающихся, горящих жаждой убийства глаз, в отчаянии выпалила:

– Ну, спасибо, дорогой! Я, значит, спешу к тебе, бог знает, откуда, а ты мне тут, не сильно церемонясь, развод решил объявить? Да еще таким изощренным способом! Решил, так сказать, при случае овдоветь? Ну, погоди! Дай только отобрать у тебя топорик! Сразу подвергнешься принудительной семейной жизни с процентами за все тридцать упущенных лет!

Велия недоуменно остановился:

– На каком языке ты сейчас говоришь, женщина?

– Что, мозги не работают? Раньше ты тоже на таком же говорил! Это сейчас в какие-то жрецы подался! Совсем крыша потекла?

Он рыкнул и шагнул ко мне. Мы снова закружили по арене: он – с топором наизготовку, пружинящим шагом дикого зверя, и я – на ватных ногах, пытаясь придумать, как обстряпать развод с этим психом, не лишаясь при этом своей головы.

«Вот блин! Хотела романтики? Теперь кушай, хоть подавись. Да что ж так не везет-то? Совсем мне мужика за тридцать лет испортили! Ну, ладно!»

Он, не останавливаясь и не сводя с меня глаз, снова заговорил:

– Ты мне виделась два раза во время обрядов и звала незнакомым именем. А до этого я видел тебя много раз в тревожных снах. Великий жрец сказал – ты явишься, чтобы погубить меня. Ты нарушила правила Великого жреца! За то, что ты вмешалась в ритуал, сняла с меня маску и освободила пленников, я тебя обезглавлю. Сейчас!

Все время, пока он говорил эту проникновенную речь маньяка-убийцы, я кожей чувствовала холод его топора, вспарывающего воздух рядом со мной. И тут я споткнулась о возвышение.

Зал замер.

Упав на колени, я вскочила. Вот только недостаточно быстро. Защищаясь, я машинально выставила руку, не сводя глаз с летящего мне в голову лезвия.

И тут произошло невероятное. Едва коснувшись руки, лезвие, тренькнув, разлетелось. В предынфарктном состоянии я взглянула на изумленного мага. Позади него раздались торопливые шаги, глухо стукнуло и он, скосив глаза к переносице, плавно осел у меня в ногах.

Я перевела взгляд на Лендина, опускающего дубинку, и нервно хихикнула:

– Вот давно бы так, а то развод, развод!

– Ага, видишь, как просто? А ты с ним лясы точишь, видишь, не в себе он, если с топором попер. Запросто бы пришиб, доказывай потом Всевидящему что ты Воительница.

– И что теперь делать?

– Уходить! – более чем лаконично рявкнул гном, кивая мне за спину.

Я обернулась. К нам бежали жрецы. Позади них, из светящейся ультрамарином точки, выросли плещущиеся круги эльфийского портала и на арену посыпались эльфы.

– Тайна, быстрее! – к нам подскочил Крендин. Перемигнувшись с Лендиным, они за руки за ноги ухватили бесчувственного Велию и потащили к ступеням, возле которых плескался еще один портал. У него в нетерпении прыгала Светка.

Гномы, разогнавшись, исчезли в переходе, а я на секунду затормозила.

– Все ушли в портал?

– Все. Шагай.

– Великие!

Мы обернулись. Жрецы застыли, окруженные сиянием, а к нам торопливо шагал Владыка Пентилиан.

Светка, ахнув, кинулась к нему, но я оказалась быстрей. Ухватив ее за руку, бесцеремонно швырнула в переход и, не дожидаясь Владыки, нырнула следом.

* * *

Я вышла в кромешную темноту и остановилась. Где-то рядом шепотом переругивались гномы.

– Блин, Светка, куда ты нас занесла? – я прищелкнула пальцами. Яркий шарик закачался под каменными сводами, освещая нашу живописную группу.

Мы оказались в каменном коридоре. Гномы, держа Велию, топтались рядом, Ларинтен напряженно вглядывался в темный коридор. Рядом с ним, щурясь от света, у стены жался Степан. Тут в меня вцепилась взбешенная подруга.

– Как ты могла?! Ты… ты… почему ты не дала мне подойти к Владыке, он бы нам помог!

Спокойно глядя в горящие гневом глаза, я возразила:

– Может, да, а может, нет. Вон, глянь, как Велия за тридцать лет изменился, еще неизвестно что с твоим Владыкой стало. Опасно, понимаешь?

– Твой Велия, между нами, девочками, не так уж и изменился! Я всегда подозревала, что он магом только прикидывается, а в душе неотесанный варвар.

– Так, стоп, Великие! – Крендин бесцеремонно сбросил ценный груз и, не слушая рассерженное бухтение Лендина, подошел. – Нам бы узнать, куда мы попали, найти убежище и спокойно переночевать. А волосы вы и потом как-нибудь себе повыдергиваете! Без нас.

Мы со Светкой смущенно переглянулись и замолчали. Лендин, немного поворчав про ленивую молодежь, закинул Велию себе на плечо и внимательно огляделся.

– Похоже, нас занесло в старые шахты!

– Ну и как отсюда выбраться? – не удержалась Светка.

– Выбираться потом будем! – осадил ее Лендин. – Нам бы действительно пока где-нибудь переночевать, да мозги кое-кому вправить. А то вдруг очнется? Не хотелось бы мне с ним на топорах рубиться. Да и сбежать тут – никуда не сбежишь!

Я хмыкнула.

– А где здесь можно переночевать? Мы же не в городе!

Лендин вдруг развернулся и, пошатываясь под весом мага, зашагал куда-то в темноту коридора.

– Пойдемте, здесь недалеко есть старая старательская, там и пересидим.

* * *

Прошагав где-то с километр, я почувствовала, как коридор пошел вниз. Повернув, мы спустились к маленькому озерцу, рядом с которым стоял крепкий и довольно большой дом. Пинком открыв незапертую дверь, гном вошел внутрь, кое-как втаскивая Велию.

Мы шагнули следом и огляделись. Дом состоял из двух комнат. В первой, служившей прихожей и столовой, высился старый деревянный стол, вокруг которого лежали большие, отполированные за долгие годы задами гномов, валуны. Рядом, находился наскоро сложенный из круглых камней очаг, а в углу навалена старая солома.

– Ну, куда его? – пропыхтел Лендин.

Я заглянула в дальнюю комнату. Она оказалась меньше, и в ней ничего не было, кроме соломы, настланной толстым слоем на полу.

– Давай сюда. Здесь теплее, да и под ногами мешаться не будет.

Лендин кивнул и, втащив, скинул Велию у дальней стены. Я, не утерпев, уселась рядом. Ко мне подошла Светка, опустилась на колени и, приподняв ему веко, заглянула в глаз.

– Слушай, Тань, а чем это его так шарахнуло, что-то я пропустила?

– Да это Лендин постарался! Врезал ему какой-то битой по башке. – Я посмотрела в дверной проем, где деловито устраивались на ночлег наши спутники, и позвала: – Ленд, иди, взгляни, ты его случайно не пришиб?

– Да что ему станет? – ворчливо отозвался гном. – Ты лучше посмотри, как его жрецы раскормили? Я и то, по сравнению с ним, себя задохликом чувствую.

– Да ладно тебе прибедняться! – фыркнула я. – С того момента, как я тебя последний раз видела, ты вообще стал квадратиком на ножках. Что, тоже в шахтах пахал?

Лендин тут же нарисовался в дверях и, стянув куртку, польщенно поиграл мускулами.

– Да не, в шахтах не пахал! Я просто каждый день тренируюсь. У меня же в городе своя школа. Рукопашного боя и на топорах. Иногда выступления, как сегодня, бывают. Так-то!

– Да! Он дерется, а я поддержку зрителей обеспечиваю, – гордо, словно он был, по меньшей мере, тренером, поддакнул Ларинтен, маяча за спиной друга.

Вдруг Велия застонал.

– Слушайте, – перебила я неразлучную парочку, – а давайте-ка мы его укроем! Здесь довольно прохладно! Эй, Лендин, твоя косуха как раз впору будет, так что отдавай!

Гном недовольно скуксился, но куртку отдал и, приподняв мага, накинул на плечи.

– Ну, Танька, ты даешь! Этот гад чуть не угрохал твою единственную подругу, а ты носишься с ним, как кошка с салом! – недовольно фыркнула Света.

– Не забудь, он и меня чуть не угрохал, так что к нему особый счет! – Я подняла на нее усталый взгляд. – Хочу сначала в его глаза посмотреть, а потом придушить за тот развод, который он мне устроил.

– Слушай, Танюх! – Похоже, Светка все же решила сегодня меня доконать. – А вдруг это не он? Ну, вдруг просто похож? Смотри: выглядит старше, волосы короткие. На лице шрамы новые, гм… другие!

– Конечно, только ты не забывай, что здесь прошло тридцать лет, мало ли что он вытерпел, ну а волосы и обстричь можно! Да он это, он! – и принялась доказывать. – Какой он ритуал проводил, чтобы меня воскресить? Поделился сердцем, чтобы этот мир принял меня? Теперь смотри сюда!

Отодвинув край косухи, я провела пальцем по белевшему на его груди шраму.

– Ну и что, – она раздраженно дернула плечами, – у любого такой может быть!

– А если так, – я, задирая свитер, отвернулась от заинтересованно слушающих наш разговор мужчин.

Светка долго разглядывала мой шрам, затем перевела взгляд на отметину Велии.

– Они одинаковые!

– Знаю. И еще! Смотри! – я поднесла к нему руку, любуясь на обручальное кольцо, вспыхнувшее ярким серебристым светом. – Убедилась?

– Интересно, – задумалась подруга, – а что ему сегодня помешало тебя убить? И почему разлетелось лезвие?

– Просто я, как всегда, успел вовремя! – Лендин нежно погладил дубинку, висевшую на поясе.

– Большое тебе спасибо! – фыркнула я, кинув хмурый взгляд. – Как его теперь в чувство приводить?

За стеной раздался недовольный голос Крендина:

– Ребята, а вы не думаете, что день трудный был? Хотите, чтобы еще и ночь трудная была? Давайте уже спать! Тайна, утро вечера мудренее! Угомонись!

Лендин крякнул.

– А ведь дело щенок говорит! Давай-ка, Тайна, бросай своего ненаглядного и ложись спать. Дай, я его еще свяжу для верности. На тот случай, если ночью очнется!

– Нет уж! – не выдержала я. – Вы ложитесь. Спите, а я еще с ним посижу, подумаю!

* * *

Вскоре все улеглись и, намаявшись за день, быстро уснули. Я еще долго сидела с Велией, глядя в его изменившиеся лицо, слабо освещаемое крохотной искоркой, плавающей над нами. Новые и даже совсем недавние шрамы делали его чужим, тени под закрытыми глазами казались почти черными, а прямой нос слегка заострился.

В одно мгновение мне даже показалось, что он не дышит. Я прижалась ухом к его груди, и вдруг он под моими руками выгнулся дугой, забился, словно в приступе падучей. Отшатнулась – и тело колдуна безжизненно обмякло. Затем его затрясло, как в лихорадке. Не придумав ничего умнее, я легла рядом и обняла, но, как только коснулась его рукой, он снова вздрогнул, застонал. Отдернув ладонь, я внимательно посмотрела на яркую ленточку светящегося в полумраке кольца.

Хм, интересно, может, это оно на него так действует?

Подождав, когда он затихнет, я снова коснулась его кольцом. Реакция не заставила себя ждать.

Господи, да за что же все это, так много да мне одной?

Коснувшись пальцами его мертвенно-холодных губ, я зло смахнула бессильные слезы и вдруг в голову стали приходить незнакомые слова. Я, словно подчиняясь приказу, легла к нему на грудь, наклонилась к губам и, не вдумываясь, не препятствуя, вполголоса начала пропевать рвущееся из меня заклинание. Зеленоватым дымком оно просачивалось в приоткрытые губы Велии, переплетаясь с этим миром. Он вздрогнул, застонал, затрясся всем телом, пытаясь освободиться, но я вцепилась намертво, понимая, что если прерву этот колдовство, произойдет нечто страшное.

А заклятие уже выливалось неудержимым потоком, вытягивая все мои силы, мою жизнь. И тут, распахнув абсолютно безумные глаза, колдун с жуткой гримасой сомкнул у меня на шее руки и начал медленно их сдавливать.

Бедная Дездемона! Как я ее в тот момент понимала. И зачем я поперлась в этот трижды отраженный мир?

Чувствуя, что сознание ускользает из моей глупой черепушки, я упрямо продолжала шипеть заклинание. И вдруг все закончилось. Когда в моей голове не осталось ни единого слова, а в груди закончился воздух, руки Велии безвольно разжались. Почувствовав, как в нем исчезло что-то чужое, я упала на него и потеряла сознание.

Очнулась я оттого, что он шевельнулся. С трудом разлепив глаза, я посмотрела в густую, клубящуюся темноту. Горло распухло и горело, было больно дышать, а сглотнуть получилось только с пятой попытки. Чувствуя дурноту, я из последних сил поднялась, села и, сделав маленькую светящуюся звездочку, вгляделась в лицо Велии. Вдруг он хрипло застонал и, широко распахнув глаза, некоторое время просто лежал, бездумно глядя вверх, затем перевел взгляд на меня.

– Ты тоже полукровка! – он снова застонал, скривился и, закрыв глаза, с горечью произнес. – Зачем ты мне мешаешь?

– Мешаю в чем? – я наклонилась к нему, чтобы не разбудить разговором спящих.

Он обреченно взглянул на меня:

– Зачем ты помешала мне провести казнь? После сегодняшнего обряда жрецы хотели ввести меня в первый круг, а теперь попросту убьют!

– За что?

– Ты сняла мою маску – это преступление! Жрецы должны быть бесстрастны. Чисты душой и телом. Ради своего служения Высшему, должны отказаться от прошлой жизни, имени и лица. Жрецы – сосуды чистой энергии, нужной для Высшего!

Он пробубнил все это, как заученную истину, и уставился равнодушным взглядом куда-то поверх меня. Я глядела на него и не узнавала. Ни тени воспоминания и радости от нашей встречи не отразилось на его холодном лице. В голову даже забрела позорная мысль, что за столько лет он просто разлюбил меня, и сейчас искусно прикидывается сумасшедшим, изображая амнезию.

– Не бойся, мы пришли за тобой и теперь все будет хорошо! – сделав участливое лицо, пробормотала я, словно он был маленьким ребенком.

Насмешливо прищурив глаза, он ехидно спросил:

– Ты сама хоть в это веришь? – И тут же помрачнел. – Зачем я вам? Вы уже достаточно испортили жизнь себе и мне. Бросайте меня и бегите. Главный жрец контролирует каждого из нас, наши мысли и поступки, поэтому меня все равно найдут! Если я смогу отделаться каторгой, то вас всех обезглавят. Понимаешь?

– Ага! Щаз все брошу и побегу! – я уселась, по-восточному скрестив ноги, потерла шею и решительно посмотрела ему в глаза. – Нет уж, любимый! Ждать еще пять или десять лет, пока ты пашешь на рудниках, я не собираюсь! Лучше уж пускай отрубят мою сумасшедшую голову, которая так и не смогла забыть тебя, заставив снова притащиться в этот трижды параллельный мир! И вообще! Какого черта? Я молодая, красивая женщина, заметь, замужем! Однако что-то я этого не ощущаю! По-твоему, я просто так, для красоты согласилась принять твое кольцо? Если ты хочешь умереть «чистым духом и телом» – на здоровье, но у меня есть свои нормальные человеческие потребности, которые можно удовлетворить, только будучи за-му-жем! Понимаешь, о чем я? Так что ничего не знаю, великий маг Велиандр, семья дело добровольное: или вступай или расстреляю!

Глаза Велии широко раскрылись. Он, не сводя с меня изумленного взгляда, поморщился и, держась за затылок, сел, прислонившись к полусгнившей стене.

Ну вот, такая заинтересованность мне нравится куда больше, чем нудное стенание и набивание себя в жертву.

– О чем ты говоришь, женщина? Иногда мне кажется, что ты смеешься надо мной, иногда – что бредишь! Но я никому не позволю смеяться над Лиандром!

От такого пафоса я прыснула в кулак.

Нда-а! Ну и повезло мне с муженьком! Хотя, что и говорить – кровь великое дело!

И невинно поинтересовалась:

– А Лиандр это кто?

– Это? Это я, – неуверенно буркнул он. – Так меня называли братья!

– Волки они позорные, а не братья! И вообще, жрецы – королю не товарищи!

– А кто король? – Велия с интересом разглядывая меня, даже подался вперед.

Я смерила его с ног до головы и тихо засмеялась.

Да-а, видок у него еще тот! Потрепанная косуха Лендина до пупа и белые короткие подштанники. Если честно, в таком пляжном ансамбле я его еще не видела ни разу.

Заметив мой оценивающий взгляд, он заметно смутился и, запахнув куртку, подтянул колени к подбородку.

– Так кто король?

– Король?! – Я изобразила живейшее удивление. – Да ты! Кто же еще!

Велия вдруг громко заржал и тут же испуганно прикрыл ладонью рот. Эхо, хохоча на все лады, вспугнутой птицей заметалось, отскакивая от стен, пока не умерло.

– Я – король?! – шепотом переспросил он и насмешливо фыркнул. – Все же ты – или сумасшедшая, или ты меня с кем-то спутала! Меня зовут Лиандр, я сын эльфа и человеческой женщины, жил в Винлейне, а потом попал сюда!

Заученно выпалив, он вдруг задумался.

– Ну, по крайней мере, мне это раз двести сказал высокий бородач, а потом, потом… – Велия ожесточенно потер виски и скривился. – Как только начинаю думать о прошлом, сразу дико болит голова.

Прищурив глаза, он пристально посмотрел на меня.

– Скажи, если ты полукровка, ты должна быть магом.

– И что? – не поняла я.

– Ну, понимаешь, мне кажется, я не все помню о том, что было до того, как меня продали на рудники. Иногда приходят видения будто бы из прошлого, но я не помню ни того, что происходило, ни существ. Вот я и подумал, может, ты поможешь мне?

Я пожала плечами.

– Можно попробовать. Только завтра. У меня сегодня совершенно не осталось сил!

Велия повеселел и начал оправдываться.

– Жрецы обещали после принятия в первый круг начать учить меня настоящей магии. А сейчас я только так, пару ритуалов знаю и все!

– Тебя? Учить?! Магии?! – теперь настала моя очередь беззастенчиво хохотать.

Он неожиданно обиделся и, кинув на меня косой взгляд, холодно спросил:

– А что? Ты думаешь, меня нельзя ничему научить?

Я молча встала. Отошла метра на два и вдруг кинула в него тоненькую молнию.

– Лови!

Я ничем не рисковала. Если бы он не отреагировал, я успела бы ее развеять. Велия, тут же прищелкнув пальцами, что-то пробормотал, и молния, свернувшись в яркий шар, закачалась под потолком.

– Ты видела?! – Он с минуту изумленно разглядывал руки, затем поднял на меня взволнованный взгляд. – Как у меня это получилось?

Я подошла, опустилась рядом с ним на солому и насмешливо фыркнула.

– Ты маг, Велия! И зовут тебя, если и Лиандр, то это просто сокращение от Ве-лиандра! Уж поверь мне! И еще, – я показала на окольцованный палец, – ты помнишь это?

Велия взяв меня за руку, долго рассматривал перстень, а затем, глядя мне в глаза, покачал головой.

– Точно не знаю…. Мне кажется, я видел это кольцо на пальце другой женщины.

– На пальце твоей матери. Это обручальный перстень твоего рода. Во всяком случае, ты сказал мне именно так в день нашей свадьбы.

Брови Велии проделали спешное восхождение на лоб над изумленно раскрывшимися глазами.

– Ты хочешь сказать, что ты, то есть я… в смысле мы… – он смутился, запнулся, не зная как сказать, и я с большой радостью ему помогла:

– Женаты!

– Этого не может быть! Иначе я бы не попал к жрецам! – пробормотал он, схватившись за голову, и с усилием улыбнулся. – Ничего не помню!! Но ты говоришь правду!

Он помолчал, сосредоточенно разминая в пальцах травинку, и поднял на меня испытующий взгляд.

– А сколько лет мы женаты?

– Фактически или теоретически? – улыбнулась я, но, посмотрев в его глаза, смутилась и тихо произнесла: – Тридцать лет.

Велия задумался.

– Двадцать лет я был на рудниках, затем меня заметили жрецы, и, проведя надо мной обряд, взяли в ученики. С ними я уже десять лет, значит, я попал сюда вскоре после нашей свадьбы? – Его зрачок едва заметно вытянулся. – А где была ты все это время?

Я опустила глаза. Он умудрился задать самый больной вопрос.

– Понимаешь… – Глубоко вздохнув, я начала рассказ с того самого момента, как мы встретились в кафе со Светланой и Степаном.

* * *

За время рассказа Велия улыбался, становился предельно серьезным, хохотал, хмурился и внимательно впитывал каждое слово. Один раз, повторив за мной движение, открыл портал и восторженно на него уставился. Правда, я не дала ему полюбоваться, тут же закрыла. Мало ли кто может через него пролезть?

Когда я рассказала о том, как в меня попал кинжал и, чтобы спасти меня, он провел обряд «Разделения жизни», Велия, внимательно выслушав, коснулся под курткой шрама и потребовал, чтобы я показала свой. Со вздохом я снова подняла свитер и терпеливо ждала, пока Велия убедится в существовании отметины глазами, руками… губами.

– Эй, – спохватилась я, решительно одергивая свитер. – Я что-то не поняла. Сначала чуть топором в капусту не покрошил, а теперь нежности телячьи разводишь? Не слишком ли много для одного дня?

– А почему бы и нет? Я же муж? – прищурился он. – В чем ты меня вот уже часа два пытаешься убедить. Хочется проверить, верно ли твое утверждение.

Я смущенно замялась:

– Дело в том, что я тебе еще не все рассказала! Все очень просто…

Скомкав, я быстро закончила рассказ на том, как попала сюда снова и вот уже несколько дней его ищу.

Велия задумался.

– Ясно! То, что ты говоришь правду, – не сомневаюсь, но я совершенно не помню происходящих событий и тех существ, о которых только что услышал. – И, отвечая на мой встревоженный взгляд, искривил губы в улыбке. – Ты мне часто снилась, поэтому, увидев, я тебя узнал. Но это стоило мне большой шишки…. Что же нам делать?

Он снова нахмурился и, положив подбородок на кулаки, задумчиво уставился в стену. Посидев так некоторое время, он поднял на меня глаза.

– Так значит Владыка эльфов – мой отец? – Я кивнула. – Надо попробовать с ним увидеться. Вдруг он знает, как вернуть мне память.

– Вел, не торопись! Нужно немного затаиться, переждать!

Велия покачал головой.

– Ждать нельзя! Сегодня весь город видел нас. Меня, тебя и их, – он кивнул на темный проем, из которого доносился разноголосый храп. – Завтра, чтобы найти нас, перероют каждую шахту, проверят каждый дом, потому что за наши головы будет выставлена нехилая цена. Ты меня понимаешь? А вот если в игру вступит Владыка, тогда жрецы побоятся идти из-за нас против целой расы. Может, даже удастся обойтись откупом. Поэтому, неплохо было бы увидеться с отцом. А если нас первыми найдут жрецы, то я уже говорил тебе, что будет.

– А какую власть над тобой имеет Главный жрец?

Велия пожал плечами.

– Понимаешь, он контролирует наши поступки, мысли, желания своей магией, подавляя волю. Хотя, – он потряс головой, поморщился и поднял удивленный взгляд, – что-то изменилось! Раньше в моей голове постоянно звучал голос – приказывающий, объясняющий. А сейчас какая-то звенящая тишина и только мои собственные мысли!

Я пожала плечами.

– Когда ты лежал в отключке, я произнесла заклинание, которое вернуло тебя к жизни и чуть ни стоило мне моей. Мне даже показалось, что из тебя ушло что-то чужое! Может, случилось так, что оно освободило тебя от его власти? – Я пересела к нему под бок, прижалась и заглянула в глаза. – Ты меня совсем-совсем не помнишь?

Он вздохнул.

– Помню! На уровне эмоций. – Желтеющие глаза окутали нежностью и тут же внимательно прищурились. – А что? Предлагаешь вспомнить?

– Предлагаю, наконец-то, узнать! – смело заявила я и, трясясь, словно в лихорадке, потянулась к нему.

Хрипло застонав, он неловко сгреб меня в медвежьи объятья и с жадностью прильнул к губам. От грубой настойчивости срывающих одежду рук и болезненной упоительности поцелуя в моей голове не осталось ни одной мысли.

Хотя нет, все же одна осталась…

Только бы никто не проснулся!!!

* * *

Утром меня разбудил удивленный бас Лендина.

– Светлая, ну-ка добавь немного света, а то не видно ни х… гм, ничего!

Приоткрыв глаз, я равнодушно понаблюдала, как большая комната озаряется магическим светом.

– Откуда все это?

Послышалось оживленное сопение.

– Мать честная, еда! – с полным ртом пробубнил Степан.

– А может, тут и рассольчик имеется? – проснулся Ларинтен.

Осторожно приподняв с плеча мужа голову, я попыталась незаметно выползти из-под его тяжеленной руки. Куда там! Стоило только пошевелиться, как он с силой прижал меня к себе.

– Тихо, тихо! Это я! Помнишь? – успокаивающе просипела я, глядя в его меняющиеся глаза. Его хватка несколько ослабла, наконец, разжав руки, он сел и, оглядев комнатушку, кивнул.

– Помню!

– Уже радует!

«Если он так будет просыпаться каждое утро, то мне грозит, по меньшей мере, перелом шеи. Надо бы обратиться к Светке за консультацией на тему: что делать с буйными склеротиками».

Меж тем он, подняв с лежалой соломы куртку, отряхнул, натянул на себя и, дождавшись, когда я оденусь, спросил:

– А где моя одежда, Великая?

Я пожала плечами:

– На тебе, кроме этих подштанников и одолженной Лендиным куртки, ничего и не было!

Велия стыдливо одернул штаны.

– Ну не могу же я ходить в таком виде?

Я оглядела его:

– Ходить нет, а вот убегать – в самый раз! Не забыл? Или, может, снова к жрецам хочешь?

Он криво ухмыльнулся и с сожалением покачал головой.

– Может, до этой ночи они бы меня приняли, но, благодаря тебе, карьера у них мне больше не светит!

У меня вспыхнули щеки:

– Что ж, прости, не знала о твоих честолюбивых планах.

– Эй, Тайна, как переночевали? – на пороге появился Лендин. Увидев Велию, он заулыбался. – Живой? Похоже, Воительница тебе мозги все же вправила?

Колдун, кивнув на гнома, уточнил:

– Лендин?

– Ага, он самый!

Велия подошел, сграбастал того в охапку и, приподняв, немного потряс. Оказавшись на земле, гном крякнул и с опаской шагнул назад:

– Раньше ты не мог меня поднять!

Велия пожал плечами.

– Я раньше много чего не мог. Рад тебя видеть, брат Лендин, жаль, помню о тебе только со слов половинки.

Гном изумленно хохотнул:

– Хе-хе! Вчера ты вообще не знал о ее существовании, да и обо мне тоже. Так что прогресс налицо!

– Вернее, на затылке. – Маг, поморщившись, коснулся пальцами головы и скосил глаза на смущенного Лендина.

Тот только развел руками:

– Прости, Вел, но ты вчера так разбуянился. Не мог же я позволить тебе укоротить на голову нашу Воительницу.

Велия скептически хмыкнул:

– Ей ничего не грозило, Лендин! Я умудрился защитить ее даже от самого себя, только не помню как.

– Ладно, вспомнишь! Теперь пошли поедим, заодно со всеми снова и увидишься и познакомишься.

* * *

Когда мы вошли в большую комнату, все уже сидели за столом. Еды хоть и поубавилось, но все еще оставалось предостаточно.

– Садитесь и ешьте! День предстоит – тот еще, – гном плюхнулся на булыжник рядом с Ларинтеном.

– Интересно, откуда все это? – спросила я, пихнув заметно нервничающего мужа на свободный валун. Усевшись к нему на колени, притянула к себе кувшин с кислым молоком и ягодами.

М-м ням-ням! Не йогурт, но тоже неплохо!

Велия, оторвав кусок лепешки, нагло отнял у меня кувшин и, ни на кого не глядя, принялся за еду.

– А где Крендин?

Все удивленно переглянулись.

– Вот ведь, а я про него и забыл! – Лендин хлопнул себя по лбу. – Ладно, найдется. Может, по какой нужде вышел.

Он решительно притянул к себе блюдо с жареным мясом. Некоторое время мы молча ели. Вскоре гном, поерзав на валуне, обратился к Велии.

– Вел, дружище, если ты ничего не помнишь, мы тебе все покажем и расскажем, а ты, главное, запоминай. Вот это, например, те, кому ты вчера хотел отрубить головы. Раньше они были Великими – Светлая и Степа. А это – мой друг Ларинтен! Чистейшей души эльф, хоть и пьяница! – Эльф состроил Велии глазки. Тот чуть не подавился, закашлялся и фыркнул, наверное, вспоминая рассказ. Ларинтен надулся, а Лендин продолжил знакомство. – Еще с нами был друг Тайны. Гном. Молодой, дурной, но положиться на него можно!

Велия у меня над ухом в полголоса спросил.

– Что за друг?

Я пожала плечами:

– Хороший!

– И что, сильно хороший?

Я удивленно покосилась на него:

– Вел, ты что, ревнуешь меня?

Он ненадолго задумался:

– Насчет «ревную» – не знаю, но шею сверну!

Светка, молча наблюдавшая за ним из своего угла, вдруг вспылила:

– Так ты, выходит, все вспомнил? А для начала, прежде чем начинать качать права, не хочешь извиниться? Например, за то, что вчера чуть не отрубил нам головы в порыве радости встречи? Не забывай, я, вообще-то, тоже твоя будущая родственница!

Маг кинул на нее быстрый взгляд и недоуменно посмотрел на меня. Я только махнула рукой.

– Не обращай внимания! В тот день, когда мы исчезли, Владыка хотел сообщить всем, что собирается на ней жениться!

– Ну, дела! Бодрый, наверное, у меня отец. А сколько ему лет?

Я задумалась.

– Точно не скажу, но что-то около восьмисот. Но не забывай – он эльф, а они живут долго!

– А мне?

Я хихикнула:

– А тебе уже на пенсию пора. – И пояснила, глядя в его помрачневшее лицо: – Когда мы с тобой встретились, тебе было двести семьдесят. Тридцать лет прошло, так что считай сам.

– Ужас! Старость не в радость, особенно если о прожитых годах ничего не помнишь. Но, насколько я тебя понял, особого веселья там не происходило. – Велия заглянул в опустевший кувшин. – А кто-нибудь еще даст мне молока?

– Переходи на пиво, друг! – влез Лендин. – Мне уже пятьсот корячится, а я в прекрасной форме.

Гном согнул руку в локте, демонстрируя бицепсы. Велия повторил его жест.

– И где были мои глаза? – томно протянула Светка, моментально забыв обо всех претензиях к колдуну.

Ой, зря я ее вчера с арены увела! Надо быстрее искать Владыку!

Смущенно кашлянув, Велия отобрал кружку с пивом у задремавшего над ней Ларинтена и, смерив мою подругу оценивающим взглядом, разочарованно протянул:

– Не-е-е, эльфийский тип не в моем вкусе!

Светка надулась, засопела и оскорбленно бросила:

– На себя посмотри! Вообще-то я не о тебе говорила, так что сильно не задавайся, сынуля!

Лендин с Ларинтеном переглянулись.

Велия пожал плечами.

– Просто заботясь о твоем будущем, я предостерег тебя от ошибок. – И, как ни в чем не бывало, принялся за пиво.

Вдруг снаружи послышались гулкие шаги. Светка в мгновение развеяла освещающий нашу пирушку шар. Мы затаились. Дверь, скрипнув, приоткрылась, и недовольный голос Крендина проворчал.

– Не, ну чё за ерунда? Я их провиантом обеспечиваю, вещами, а они дрыхнут до сих пор!

Под потолком снова зажглась, ослепившая нас на мгновение, искорка.

– А-а-а, маскируетесь? Нашли завтрак? Это тетушка передала. Позаботилась. А я в город бегал. Там такие разборки, жуть! – Крендин, еле протиснувшись, свалил в угол огромный тюк и, усевшись к нам за стол, протянул Велии руку.

– Крендин!

Тот вежливо пожал и, не выпуская, заглянул мне в глаза, еще раз уточнив:

– Друг?

Я, закатив глаза, шумно выдохнула:

– А то ты не знаешь!

– Знаю! – согласился он, перевел ледяной взгляд на гнома и улыбнулся. – Ну, значит, будешь другом нашей семье! Еще один друг не помешает!

Крендин выдохнул с видимым облегчением и, осторожно освободив руку, принялся за еду. Решив поддержать беседу, он отломил кусок лепешки и пустился в объяснения.

– Нет, Велия, можешь не беспокоиться! Великая – дама строгая! Я ей, было, предложил… – Глаза Велии опасно сузились. Гном, поняв, что ляпнул лишнее, прикусил язык и быстро закончил: – А она – хрясть мне топором между ног!!

Раздался испуганный вдох.

– И…

Оглядев всех, Крендин широко улыбнулся:

– Промазала!

– Повезло! – серьезно кивнул Велия, допил пиво и приказал: – Ну, рассказывай!

Крендин со вздохом отложил надломанную лепешку.

– Да там жуть что творится! Владыка поставил жрецам условие, чтобы они тебя нашли и к королю Сбрендину во дворец доставили. Жрецы отпираются. Говорят, что их ученик к вашему сыну никакого отношения не имеет, и отпустить, мол, мы его не отпустим, потому что он очень много знает.

– Они мне льстят! – Не отводя глаз, Велия смял кружку, ссыпав осколки на стол. – Что еще?

Крендин с уважением кивнул.

– Короче, нас ищет все Златогорье. За нашу поимку жрецы дают тысячу грабней за каждого, Владыка – пять. Цены растут каждый час. Это я узнал, когда покупал у мага зелья и посох.

– Посох? Зачем тебе посох? – Велия внимательно посмотрел на Крендина.

Тот, пожав плечами, подошел к тюку и начал его развязывать.

– Не мне, – порывшись, он достал пару стеклянно звякнувших сумок, три топора, сапоги и, наконец, выудил посох. – Подарок! – протянул его Велии.

Тот, ссадив меня, поднялся, подошел, взял его и, осмотрев, погладил.

– Спасибо, друг! – и улыбнулся гному.

Крендин кивнул и начал разбирать одежду.

– Берите кому что надо! Тут сапоги, одежда. Я взял много, чтобы всем подошло.

Все заинтересованно обступили его, самозабвенно копаясь в вещах.

– Отдавай куртку! – решительно потребовал у Велии Лендин.

Тот, смерив его взглядом, возмутился.

– Еще чего! А мне что, замерзать?

– Вел, смотри! – я принесла ему штаны, рубашку и плащ.

Взяв все это двумя пальцами, он повертел, рассматривая.

– Я, по-твоему, должен это надеть?

– А почему нет? Ты всегда ходил в такой одежде! – удивилась я.

Велия, скептически хмыкнув, отстранил меня, подошел к вещам, порылся и вытащил черные штаны, черную водолазку, ножны и короткие сапоги.

– Это более удобно! – Он неспешно натянул на себя костюм наемника, сидевший на нем как вторая кожа. Укрепив ножны, повесил два кинжала и топор, принесенный Крендиным.

– А посох? – спросила я, с любопытством наблюдая за его перевоплощением.

– И посох сгодится. – Взяв его за середину, он так ловко завертел им, что образовалась жужжащая сфера.

– Где ты так научился? – восторженно пискнула я, когда он остановился.

– Про жрецов можно много сказать плохого, но совмещенная школа единоборств всех рас у них замечательная. Именно там я и проводил все свободное время, – небрежно пояснил Велия и, смутившись, добавил: – Я же тогда еще не знал, что владею магией.

– В смысле?

– Особых физических сил магу не надо. Так, лишь бы склероз не мучил. Щелкнул пальцами, и упавшая глыба передавила всех врагов. Дешево и сердито. Но дело в том, что я не знал, что я – маг. Поэтому, чтобы выжить, мне пришлось начинать все заново, и я освоил искусство воина.

– Здорово! – кивнула я. – И так знакомо!

Последовав его примеру, я тоже переоделась в костюм наемника.

– Эй, Тайна, подойди! – Крендин, развернув меня к себе, повесил на пояс ножны и со скрежетом вогнал в них кинжалы.

Светка со Степаном нацепили на себя серые плащи. Лендин отказался переодеваться, только напялил на себя скинутую Велией куртку и повесил на пояс топор. Ларинтен вообще отказался вооружаться, сказав, что раз нет лука, то и нечего надрываться всякими железяками, и вызвался нести сумки с зельями.

* * *

То, что не сгодилось, мы бросили в том же домике и вслед за Лендиным зашагали вниз, вглубь горы.

– Я сейчас вас проведу к старому, неохраняемому выходу из города, – пояснял Лендин. – Я там был всего два раза, да и то лет двадцать назад. Но в принципе он должен остаться. Горная порода там твердая, обсыпаться не должна.

– А что потом? – влезла я. – Что, так и будем в бегах? Может, и вправду нам стоит найти Владыку?

– В Винлейне найдем, – отрезал муж.

– До твоего Винлейна еще дойти надо! – обиженно буркнула я, мельком глянув на него.

Велия, не утруждая себя ответом, шагал вперед. При тусклом свете небольшого, сотворенного мною шарика-светлячка его практически не было видно, только волосы поблескивали в темноте пещеры. Чтобы волосы не мешали, он оторвал от черной рубахи ленточку и повязал ее на лоб.

– Вел, – хихикнула я, – если тебе на лицо нанести боевую раскраску, ты будешь вылитый коммандос, а если надеть маску с прорезями для глаз – то ниндзя.

– Нет уж! Становиться похожим на сумасшедших бесов или берсерков-гномов не сильно хочется! – не оборачиваясь, заявил он.

Тут в наш разговор вклинился Крендин.

– Вел, я там, в городе, – он неопределенно махнул рукой в сторону, – мельком слышал, пока добывал барахло, что в Великограде оракул новое пророчество предсказал, про какого-то там самозванца, который придет вместо принца крови и принесет войну. Тебе это ни о чем не говорит?

Велия покачал головой:

– Не знаю.

– Говорит! Надо Барге указать, где его место! Зря он считает себя королем, – поддакнула Светка.

– А кто такой Барга? – обернулся ко мне маг.

– Твой злейший друг! – пояснила я. – Я же тебе рассказывала. Так вот, похоже, это он собрался тебя извести. Сначала меня спровадил, потом тебя к жрецам упек.

– Раз так, надо идти в Великоград и самому во всем разбираться!

– Ой, не говори ерунды! – остудила я его пыл. – Для начала тебе нужно восстановить себя. Как ты сможешь сражаться с Баргой, если не помнишь ни одного заклинания? Не забывай, что он – маг, а ты пока просто наемник: опасный, сильный и в то же время слабый.

– И как мне себя восстанавливать? Где искать эту память?

Я только пожала плечами.

Лендин остановился:

– Дальше только под водой. Этот выход затоплен.

– И как ты себе это представляешь?

– Смотря как высоко поднялась вода. Раньше эти ворота выходили на мост, который соединял пещеру с берегом. Не думаю, что здесь произошел обвал. Просто океан поднялся и затопил выход.

Мы вышли к зеленоватой воде, плещущейся до стен пещеры, скрытых в темноте.

– А если там нет выхода? – Степан с Ларинтеном с подозрением покосились на мутную воду.

– Тогда все будет очень х.… Не подумайте, что хорошо! – хмыкнул Лендин.

– Ладно, что стоять? Если нас ищут, нужно быстрее отсюда выбираться, а мы лясы точим! – Крендин, кряхтя, стянул с себя куртку, вытащил из-за пояса топор, снял сапоги и все сложил в мешок. – Я пойду, разведаю. Если не вернусь, значит, благополучно выбрался из пещеры.

– А если ты утонешь? – испугалась Светка.

Крендин ухмыльнулся:

– А ты будешь грустить? – И, хихикнув, пояснил. – Нет! Я могу четверть часа не дышать, этого времени вполне хватит, чтобы доплыть обратно.

Он вошел в воду.

Мы стояли на берегу, наблюдая, как он исчезает. Когда вода дошла ему до шеи, он немного замешкался, но затем, решительно взяв в зубы мешок с вещами, нырнул.

Какое-то время мы смотрели на пузырьки, изредка всплывающие на поверхности. Затем исчезли и они.

Прошло минут двадцать.

– Ну, рискнем? – тяжело вздохнув, Лендин начал снимать сапоги.

– А может, сразу на берег портал открыть? – предложила Светка.

– Нет уж, ты нас вчера так забросила, еле сообразил, где находимся. Лучше вплавь! – гном собрал все вещи и оружие в мешок, подошел к воде. – Эй, Ларя, ты идешь? Имей в виду, кроме меня, тебя спасать некому!

Ларинтен, изображавший из себя статую, с тяжким вздохом отмер и пошел за гномом. Степан, торопливо скатав плащ, тоже поспешил за ними.

Спились, блин!

– Ну и ладно, вы, как хотите, а я открываю портал! – недовольно буркнула Светка и тут же принялась водить рукой, создавая переход.

Вдруг Велия решительно ее остановил:

– Не надо! Портал привязывают к месту, которое знают или хотя бы мельком видели и на приблизительное расстояние. Иначе может вообще раскидать по пространственно-временному полю.

Мы со Светкой переглянулись и уставились на него, изумленно хлопая ресницами.

– Велия, ты же все помнишь! – восхитилась я.

Он моргнул, потряс головой и криво улыбнулся:

– Не обольщайся! Со мной иногда такое случается. А после твоих вчерашних опытов это стало происходить чаще, но не более того.

Светка покосилась на нас, присела у воды и, коснувшись ее рукой, тут же отдернула.

– Бр-р-р! Холодная!

– Свет, а как ты хотела? Сама верещала: «Хочу обратно в отраженный мир!» – скажешь, не было?

Она тут же сдалась:

– Ну, это я так, расслабилась!

– Раздевайся давай! Времени нет – расслабляться! – Я уселась на камень и начала стягивать сапоги.

Полностью раздеваться я не собиралась, тем более что в этот раз на мне не оказалось даже поношенного китайского белья. Так, только трусы в цветочек, одна штука. Но Светка, восприняв мой приказ буквально, в две секунды сняла с себя почти все, оставшись в кружевном комплекте.

– Неплохо! – мельком глянув на нее, одобрительно кивнул Велия, снимая водолазку и закатывая штаны.

– Ты считаешь? – подбоченившись, подруга гордо выпрямилась.

Муж убрал оружие и сапоги в мешок. Привязал его себе на пояс и, не глядя на нее, небрежно бросил, решительно подталкивая меня к воде.

– Конечно! Для женщины ты достаточно проворна, что несомненный плюс, учитывая, что мы на войне!

Светка, рассчитывая на комплимент, возмущенно фыркнула, скривила губы и, быстро покидав вещи в мешок, поплелась за нами.

Когда вода поднялась мне до шеи, Велия вдруг что-то тихо прошептал.

Я подняла на него удивленные глаза:

– Что ты сделал? – По слабому покалыванию, идущему от его тела, я поняла, что он воспользовался магией.

– Не знаю. Машинально.

Дождавшись Светку, мы, глубоко вдохнув, нырнули.

* * *

Открыв глаза, я почти ничего не увидела. По бокам от меня, в окружавшем нас полумраке, белыми пятнами плыли Велия и Светка. Последний шарик, созданный мною, погас, едва мы нырнули, и только где-то впереди маячил неясный слабый свет.

Плыть в холодной воде – то еще удовольствие. Мышцы сковала слабость. К тому же каждый гребок словно выбивал из легких воздух. Вот еще чуть-чуть! Странно, что на ум не приходило ни одного заклинания, как случалось в последнее время.

А потом кислород в моей груди закончился совсем. Некоторое время я плыла на автопилоте, не видя ничего, кроме разноцветных кругов, затопивших все вокруг. Грудь разрывалась от желания маленького глоточка воздуха. И тут я не выдержала. Уже не понимая, что делаю, из последних сил поплыла наверх. Снизу кто-то вцепился мне в ногу. Я забилась в надежде освободиться и, чувствуя, что теряю сознание, вдохнула полной грудью.

Сознание я все-таки потеряла, но ненадолго. Очнулась по-прежнему в воде. Кто-то тянул меня на буксире. Испуганно распахнув глаза, я судорожно вдохнула раз, еще раз и поняла, что под толщей воды дышу чистым морским воздухом.

Вскоре меня поставили на ноги. Передо мной появился Велия. Молча кивнул на светящуюся прямо передо мной расщелину и поплыл в нее. Не желая оставаться одной в мутной и темной воде, я быстро скользнула за ним. Он встретил меня с той стороны и, одобрительно подняв большой палец, показал наверх. Всплыв на поверхность, я почувствовала, как надо мной что-то лопнуло.

– Это заклинание сферы воздуха, вроде акваланга, – пояснила Светка, барахтаясь рядом. – Велия поставил.

– А заранее предупредить нельзя было? – Надеюсь, мой рык прозвучал достаточно грозно. – У меня же чуть легкие не порвались, когда я пыталась выплыть.

– Ты думаешь, я помню, как это называется? Я даже не понимаю, что делаю. Это все происходит на подсознательном уровне. И хватит болтать. Поторопитесь! – Раздраженно фыркнув, Велия быстро поплыл к берегу, с которого нам уже маячили наши спутники.

– Ну, поплыли? – заторопилась Светка, но я ее остановила.

– Эй, подруга! Ответь мне, как на духу! Чё это ты моему мужу глазки строишь?

Она смутилась и виновато взглянув, принялась оправдываться.

– Ты, Тань, не подумай ничего плохого. Просто я, когда не знаю о чем с мужиком говорить, такую ахинею начинаю плести. Ну и попутно выяснила, настоящий это Велия или кто-то другой.

– И как?

– Настоящий! Такую язву еще поискать! – хмыкнула она, разворачиваясь.

Хихикнув, я перевернулась на спину и поплыла за ней.

* * *

Довольно пологий песчаный берег был окружен невысокими потрескавшимися на солнце каменистыми горами, на которых уродливыми карликами росли редкие деревья.

Неподалеку, у отмели, в причудливом спиральном рисунке, будто специально, были навалены огромные валуны. Может, у них здесь великаны в камушки играют?

Не успели мы выбраться на берег, как возле уха что-то вжикнуло.

– Ложись, здесь засада! – Лендин прыгнул за ближний валун, дернув за штанину удивленно оглядывающегося Ларинтена.

Все попадали там, где стояли. Велия, затравленно оглянувшись, согнулся, засунул меня за ближайший валун и, путаясь в мокрой рубахе, торопливо оделся. Чувствуя, что замерзаю в мокрой одежде, я, пробормотав заклинание, высушила одежду себе и спутникам.

– Спасибо! – кивнул Велия и, вешая на пояс топор, тут же строго приказал. – Сиди здесь! Не смей высовываться! Если нас выследили жрецы, то их стрелы могут оказаться отравленными.

Оставив меня, он одним прыжком перескочил через валун и скрылся. За ним тут же последовали гномы.

Здорово! Из огня да в полымя.

Интересно, как заставить свои способности работать так, как хочется? Ага, нужно представить то, что я хочу!

Я закрыла глаза. Хочу защиту! Воображение услужливо нарисовало дом, стену, противогаз, затем шкафообразного амбала. Когда дело дошло до пистолета, я невольно остановилась, недоверчиво оглядела себя и не заметила ничего особенного. Что ж, будем надеяться, у меня получилось то, что я хотела. Если, вообще, что-либо получилось!

Выглянув из-за камня, я осмотрелась. Со стороны скал нас, не прекращая, обстреливали. К тому же, к нам приближалась группа вооруженных до зубов гномов. Впереди, за валунами, под ливнем из стрел о чем-то совещались гномы и Велия. Осмотреться они не могли и о наступлении коротышек ничего не знали.

Я негромко свистнула, а когда они подняли на меня изумленные взгляды, пальцем показала на атакующих. Велия, сделав грозное лицо, замаячил, приказывая спрятаться.

Ага, щаз!

Обворожительно улыбнувшись, я влезла на валун и выпрямилась во весь рост. Стрелы, вызывая легкую щекотку во всем теле, пролетали сквозь меня, не причиняя вреда. Чувство собственной неуязвимости вскружило голову.

Колдун что-то коротко бросил Крендину. Тот, крепко выругавшись, прыгнул на меня, утягивая за валун.

– Ты чё, ошалел? – отбрыкиваясь руками и ногами, возмутилась я.

– Похоже, это ты ошалела! Жить надоело? – Гном сел и, отплевываясь от налипшего песка, грозно посмотрел мне в глаза.

– Болван! На мне охранное заклинание!

– Дура! Предупреждать надо!

Тут нашу перепалку прервали крики и лязг оружия. Крендин поднес палец к губам. Я кивнула, и мы осторожно выглянули из-за скрывавшего нас валуна.

Обстрел прекратился, но до ближайших камней добрались гномы, и теперь Велия с Лендиным отбивались от них стоя спина к спине.

– Твою мать! – рявкнул Крендин, сжимая в руке топор. – Сиди здесь! – коротко рыкнул он и перескочил через валун.

– Сиди здесь, сиди здесь… Так без меня все интересное закончится! Светка! Ты где? Какого… ты ничего не делаешь? Великая Светлая – блин!

– А чё делать-то? – откуда-то сбоку послышался ее недовольный голосок. Подруга на карачках обогнула валун и плюхнулась рядом.

За камнями кто-то вскрикнул, застонал. Я выглянула из-за валуна и нервно заторопила.

– Чё расселась? Давай «Огненный дождь»!

– С ума сошла, мы же и себя пожжем!

– Тогда какое-нибудь «Дрожание гор»! – рыкнула я, не отводя взгляда от «мясорубки». Гномов становилось все меньше, но и наши уже еле махали топорами.

– Нас всех завалит! – снова возразила Светка.

– Не завалит! Я поставлю защитный купол!

У Светки загорелись глаза.

– А ты умеешь? Ну, ладно, рискнуть можно! – и она, перебирая пальцами, что-то забормотала.

Словно из-под земли, донесся нарастающий гулкий рокот. Горы вздрогнули, задрожали. Невозможный скрежет оглушил.

– Купол, Танька!

Раскинув руки, будто пытаясь всех обнять, я пропела пришедшие на ум слова и тут же посыпались первые камни.

* * *

Оставшиеся в живых после первого камнепада гномы, бросив убитых и раненых, в испуге откатились, сгрудились в стороне, настороженно поглядывая на все еще стонущие горы.

Крендин, зажимая плечо, оглянулся на нас, что-то быстро сказал Велии и грузно перевалился через камень. Колдун с Лендиным последовали за ним.

– Ну и что теперь? – обгрызая уже третий ноготь, истерично возопил Ларинтен, когда мы все сползлись и уселись под одним валуном.

– Хрен его знает! – устало махнул рукой Лендин.

– А может, обратно в море? – подала идею Светка.

– Мы вплавь и до пещеры-то не доберемся, живо рыбки сожрут. Нас всех коротышки задели. Соображаешь? – Велия так мрачно зыркнул на нее, что она, не рискуя возразить, тут же заинтересовалась песком.

– Я вот думаю, а почему гномы на нас снова не нападают? – осторожно поинтересовался Степан, вслушиваясь в наступившую тишину. – Вроде бы землетрясение прекратилось?

Лендин, быстро выглянув из-за валуна, снова спрятался.

– Они там что-то обсуждают. К ним подошли эти, в масках. Наверно, они в нас и стреляли.

Велия на секунду высунулся и, болезненно поморщившись, снова сел.

– Десять жрецов и шесть оставшихся в живых гномов. Можно попробовать прорваться.

– Ну, гномов мы берем на себя! – выпалила я, подмигнув Светке.

– Ага, – поддержала она. – А вы со жрецами разбирайтесь!

Велия скептически усмехнулся и, зажав бок локтем, снова поморщился.

– Ну, скажем, пятерых я убью, а вот потом, остальные, боюсь, грохнут меня! А если с ними Главный жрец, тогда вообще туго придется.

– Может, портал открыть? – я в отчаянии посмотрела на него.

– Попробуй! – кивнул Велия.

Нашептывая певучие слова, я стала водить рукой по воздуху. Бесполезно. Пытаясь вновь и вновь, я с каждым разом все сильнее вспоминала случай из детства, когда, накинув грязный платок на пустое ведро и, вопя на все лады «Крекс, пекс, фекс», упорно твердила подругам, что еще чуть-чуть и получится полное ведро мороженного.

Велия решительным жестом удержал мою руку.

– Все, поздно! Не старайся, ничего не выйдет! – он вздохнул. – Главный жрец применил антимагию.

– В смысле? А мой щит? – я покрутила головой, словно пыталась его разглядеть.

– Сдулся! – Светка поджала губы.

– Ну, теперь точно приехали!

Вдруг один из жрецов громко, будто в рупор, заговорил:

– Сдавайтесь! Вам некуда уйти! Вы окружены, а ваши магические способности блокированы. Если вы проявите благоразумие, мы отпустим вас всех. Нам нужен только сбежавший жрец Лиандр, который сейчас находится с вами! Даем вам на размышление несколько минут.

Мы переглянулись. Велия театральным жестом приложив руку к груди, поклонился.

– Похоже, меня поймали.

– Ага, так мы взяли и добровольно им тебя отдали! – возмущенно дернул себя за бороду Лендин. – Может, еще бантик на нос повязать?

– А давайте мы им пообещаем, что сами тебя убьем. Где-нибудь подальше отсюда? Скажем, что для этого и выкрали? – предложил Крендин.

– А может, мы тебя им отдадим? А когда они тебя убьют, я из тебя нежить сделаю? – не заметив моего мрачного взгляда, вставил свое предложение Степан.

– Завянь, Степа! И на нашего принца даже не облизывайся, а то Великая тебя вперед укокошит! С кем мне тогда зельями баловаться? – предупредил мой гнев Ларинтен.

Чувствуя, как от всеобщей истерики мне становится не по себе, я, покрутив у виска, фыркнула:

– Все ваши предложения – фуфло, потому что они признают их правоту, подтверждая, что Велия и есть их сбежавший жрец.

Я решительно поднялась и, под изумленными взглядами друзей, сложив ладони рупором, закричала.

– С нами нет вашего жреца Лиандра! Я не понимаю, что вам от нас надо? – Отдышалась и завопила снова. – Мы, конечно, очень уважаем жрецов и церковников – каждый сходит с ума так, как ему нравится, и кто мы такие, чтобы вам мешать? Но вы, господа, неправы!

– Ты лжешь! – рявкнул стоявший ближе всех к нам тощий жрец в маске. – Лиандр – это высокий мужчина с белыми волосами до плеч. Мои люди его узнали. Он только что сражался с ними. Этот жрец вчера был похищен с Жертвенной Арены, и я требую его возвращения.

– Ну не зна-а-аю! – с сомнением протянула я. – Кто там у вас вчера был похищен, я не в курсе, но этот человек – мой муж, принц Велиандр. И у нас, к несчастью, семейный вояж через ваш негостеприимный городок!

Я дернула Велию за плечо, заставляя подняться.

– И вообще, уважаемые, вы не боитесь, что с такими наездами на царственных особ можно напороться на хороший межрасовый скандальчик! Все-таки вы напали на принца крови и его друзей! Кстати, мой свекор – Владыка Эльфийского союза Пентилиан – вам подтвердит, что этот человек – его сын!

На мгновение наступила гробовая тишина, нарушаемая только шумом прибоя. Наконец, тощий жрец вышел из ступора и уже спокойно и вежливо заговорил.

– Боюсь, дитя, ты ошибаешься, и я это тебе докажу. Всегда, принимая нового ученика, я проверяю его чистоту с помощью своего кристалла истины. Ведь только девственные тела могут стать вместилищем великой энергии. Поэтому все мои жрецы чисты телом и духом. Они никогда не растрачивали свою энергию на низменные страсти, а значит, этот человек не может быть твоим, гм, мужем! Я не знаю, зачем ты его пытаешься увести из нашего братства, но, поверь, это напрасная попытка. Тот, кто встал на путь жреца, отрекается от всего мирского.

Так, все, мне это надоело! На слово не верят, что ж, тем хуже для них!

– Слушай, дядя!

– Вообще-то, Главный жрец! – ледяным тоном поправил он меня.

– Да хоть конь педальный! Ты меня со своими проповедями уже достал! Или, может, ты думаешь, что мне каждую ночь мерещится, что я за ним замужем? Уж позволь мне тебя в этом уверить. Он – мой муж! В самом большом понимании этого слова! Как тебе еще это объяснить? Оставь нас в покое и позволь уехать в Винлейн! И на будущее! Прежде чем кидаться на невинных людей, следи получше за своими жрецами!

Все, затаив дыхание, молчали, слушая наши разборки, а Велия с царским видом отрешенно разглядывал вершины гор.

– Хорошо! – снова пошел в атаку жрец. – А если я скажу, что контролирую каждого из них посредством магии? И с уверенностью на сто процентов заявляю, что мой жрец – девственник? Как в таком случае он может быть твоим мужем?

Глубокомысленно хмыкнув, я нагло возразила:

– Насчет твоего жреца – не скажу, не знаю, а вот насчет своего мужа могу уверить – более счастливого замужества вряд ли кто-нибудь когда-нибудь мог себе представить.

Друзья изумленно разглядывали нас, гадая, на что я надеюсь, так откровенно блефуя. А я откровенно ухмылялась, наслаждаясь сценой.

Безмятежный взгляд Велии переместился с пологих вершин на белоснежные облака.

– Это не может быть правдой! – выдержка отказала Главному жрецу. Издав вопль базарной торговки, он в бешенстве затопал ногами. – На каждом из моих жрецов лежит заклятие подчинения, и никто, кроме меня, не может его убрать. В нем заключаются простые законы, переступив которые, любой жрец умрет!

– Вот именно! – жарко поддержала я его. – О чем и речь! Я же говорю, что это не ваш жрец! Или вы думаете, что я разбираюсь в магии настолько хорошо, чтобы снять наложенное вами, ВАМИ, заклятие всего за одну ночь?

Жрец надолго задумался. Ко мне подползла Светка. Глядя на меня снизу вверх и выразительно гримасничая, она зашипела:

– Ты думаешь, что делаешь? Или ты зачем-то тянешь время, или я ничего не понимаю! А если он на самом деле может проверить твои слова? Допустим, видит ауру или еще что-нибудь в таком роде? Он же поймет, что ты врешь, заберет его и убьет нас!

Торжествующая улыбка многозначительно коснулась моих губ.

– Знаешь, Свет, а я и добиваюсь, чтобы он как-нибудь проверил мои слова. Уж поверь, потом он его никуда не заберет! Не сможет же он при всех признать, что какая-то там полукровка оказалась сильнее настолько, чтобы снять его чары!

Светка выпучила глаза, боясь поверить догадке:

– Ты что, с ним… Да?! Но когда?! Он же все время был без сознания!!! Или не все время?

Чувствуя, что заливаюсь краской, я покаянно вздохнула:

– Знаешь, Свет, давай, я тебе потом все объясню! Нам бы выпутаться из этой заварухи!

Тут нас снова перебил уже порядком надоевший всем жрец:

– Хорошо! Я отпущу вас, но сперва хочу, чтобы он взял в руки мой кристалл Истины. Но предупреждаю, если это – мой жрец-отступник, кристалл его уничтожит. Если он по-прежнему предан мне телом и душой – останется жив, но я заберу его с собой!

Я повернулась к Велии.

– А ты не погибнешь? Как этот кристалл действует?

– Да кто его знает! – он равнодушно пожал плечами, отвечая сразу на все мои вопросы.

– Угу, хороший ответ! – Я снова завопила жрецу. – Эй, дядя, давай так! Вас много, нас – мало. В результате ваших агрессивных действий мы вам не доверяем. Магия пока не работает, да мы в ней и не очень разбираемся, так что бояться тебе нечего. Иди сюда, к нам, и проверяй. Как только убедишься в нашей правоте – прикажешь жрецам проводить нас к Владыке эльфов.

Жрецы собрались вместе, посовещались, и тощий решительно зашагал к нам. Пройдя разделявшее нас расстояние, он остановился за скрывавшими нас валунами и с превосходством произнес.

– Ну, Лиандр, выходи! Оставим формальности и идем за мной.

– Чё это за гнилые базары! – гномы одновременно поднялись из-за валуна. – Нету тут никаких жрецов-лиандеров! Надо чего проверить – проверяй и проваливай. Мало того, что из-за тебя уже столько времени потеряли, так еще и в личную жизнь нашего друга лезешь!

Велия взобрался на валун и, бесшумно спрыгнув, встал рядом со жрецом. Я на всякий случай – тоже. За мной потянулись друзья и, окружив нас, встали рядом. Видя это, жрецы заволновались, но Главный, успокоив их жестом, достал из-за пазухи серебристую шкатулку.

Темные прорези маски, не отрываясь, глядели в насмешливо прищуренные глаза Велии, пока жрец нарочито медленно ее открывал. В лучах дневного солнца ослепительно блеснул острыми гранями большой прозрачный камень.

– Возьми. Но еще раз предупреждаю: безнаказанно камень может взять только преданный мне жрец. Если ты запятнал себя мирскими делами, мое заклятие, что лежит на тебе, активирует кристалл, и ты будешь уничтожен. Может, ты во всем признаешься сам, Лиандр? Я готов тебя помиловать!

– А почему бы не представить на мгновение, что мы говорим правду? Что произойдет, если окажется, что мы посторонние тебе люди? – не отрывая от него взгляда, Велия демонстративно обнял меня за плечи.

– Тогда камень испортится! – с неохотой буркнул жрец и приказал. – Бери! Хватит тянуть время! Ты – мой!

Велия протянул руку и, не спеша взять из шкатулки кристалл, улыбнулся:

– А не жалко камень-то? Много, наверное, стоит?

– Я уверен, что ты – это ты, поэтому ничего с ним не случится. Не переживай. А если ты меня предал, заодно избавлюсь от необходимости тебя казнить. Камень тебя сожжет! Поэтому заканчивай пустой разговор. Бери! – жрец стоял, в нетерпении переминаясь с ноги на ногу. – Или ты боишься?

Колдун равнодушно пожал плечом и, сграбастав камень, зажал его в кулаке.

* * *

Ничего не произошло. Гром не грянул, молния с небес не сорвалась. К моему невероятному облегчению, Велия остался жив и невредим, но все истолковали это по-своему. Лендин, выругавшись под нос, с тяжким вздохом взял в руки топор, всем видом показывая, что дорого продаст жизнь: свою и друзей. Крендин, покачав головой, встал рядом. Жрец торжествующе подбоченился.

– Ну, долго держать-то? – Велия, широко улыбаясь, медленно разжал пальцы, являя всем угольно-черный оплавившийся комок.

Многоголосный выдох облегчения словно снял со всех застарелую тревогу. Ларинтен сунул Степану склянку с «красненьким», гномы, цинично нам подмигнув, радостно хлопнули в ладоши.

– Ну, и какие вам еще нужны доказательства? Мы ни те, кого вы ищете, так что отпустите нас подобру-поздорову! – угрожающе мурлыкнула я, нежно обнимая мужа за талию.

Дар речи, наконец, вернулся к ошарашенному жрецу. Срываясь на фальцет, он завизжал.

– Этого не может быть! Как вам удалось снять мое заклятие? Вместо того, чтобы сжечь отступника, мой камень сгорел сам! Да я вам… Да я вас…

– Мы тебя предупреждали! – возразил Велия, но тот, казалось, его не услышал.

Швырнув в море обугленный комок, он угрожающе повернулся к магу и, выставив на него палец, заверещал:

– Ты все равно пойдешь со мной! От меня еще никто не уходил. И мне плевать на все доказательства! Я знаю, кто ты! – вцепившись ему в руку, жрец развернулся к своим людям, но я оказалась быстрее.

Один кинжал прижался к тонкой, пульсирующей на шее венке, другой, скользнув под плащ, оказался совсем в другой части тела.

– Короче, так! – Мой яростный шепот мог оглушить. – Ты мне надоел хуже горькой редьки. Мало того, что испортил своей паранойей мой отдых, так еще хочешь оставить без мужа? Ну уж нет! Слушай меня: если кто-нибудь из твоих дернется, будешь до самой смерти на сто процентов уверен в своей непорочности, а если сию секунду сюда не придет Владыка Пентилиан, я тебе клянусь – станешь ниже на голову! Что тебе больше нравится?

– Ты не посмеешь? – неуверенно вякнул он.

– А ты проверь! – посоветовал Велия. Небрежно покручивая в руках топор, он откровенно наслаждался сценой.

Меж тем жрецы заволновались, посовещались и направились к нам. Я легонько дернула левой рукой. Главный жрец визгливо заверещал.

– Пошли вон, идиоты! Позвать сюда немедленно Владыку эльфов и НЕ ПРИБЛИЖАЙТЕСЬ КО МНЕ!

Те переглянулись и резво отбежали. Двое из них тут же провалились в моментально открывшиеся порталы, остальные остались стоять, о чем-то совещаясь.

Ко мне подошел Велия.

– Послушай, я тебе когда-нибудь говорил, что люблю? – негромко спросил он, наклоняясь к моему уху.

– Нет! – так же тихо ответила я и добавила: – Но у тебя будет шанс исправить эту ошибку!

– Эй, уважаемая, а не могли бы вы обсудить это с вашим так называемым мужем потом? – у меня под руками нервно дернулся жрец. – Кинжалы-то острые!

– Очень острые! – кивнула я и сжала его так, что он застыл, затаив дыхание.

К нам подошел Лендин и, поигрывая топором, остановился напротив.

– Эй, а я чё-та не понял, ты моего друга, практически брата, за одного из своих гномиков посчитал, да?

– Лендин, успокойся! Просто у них кто-то потерялся. Они его ищут, а Велия сильно на него похож! Ну, сам понимаешь! Лучше перебдеть, чем недобдеть! Но, если убедился, что ошибся, так извинись и дай людям уйти, а то, ишь, нервы мотать взялся! – От избытка чувств я так сильно прижала к шее кинжал, что по коже потекла тонкая струйка крови.

– А-а-а, кретины, придурки! – заверещал жрец на своих, в нерешительности топтавшихся людей. – Что, вы так и будете стоять, пока меня будут кастрировать и отрезать голову? Где этот бесов Владыка? Немедленно доставьте его сюда!

– Я здесь! – выкрикнул знакомый голос.

Мы обернулись, чтобы увидеть, как из только что открывшегося портала вышла целая делегация эльфов во главе с Повелителем Пентилианом и королем Сбрендиным.

Увидев живописную композицию, Владыка сначала застыл в изумлении, затем торопливо зашагал к нам.

– Велиандр! Сынок! Мы с ног сбились тебя… гм… вас искать! – Владыка радостно нам улыбнулся.

– Все в порядке, отец! Мы тут с женой развлекаемся этим… как его… – Велия с умным видом пощелкал пальцами и оглянулся на меня, ища поддержки.

– Экстремальным туризмом! – поддержала я, выдав самое приличное определение нашим действиям, которое пришло на ум.

– Да! Вот этим самым! – Велия многозначительно поднял вверх указательный палец.

Владыка смутился и, промычав нечто невразумительное, тихо посоветовал:

– Вы только этим самым «туризмом» не при всех! Ладно?

Мы с Велией переглянулись и заржали. Жрец под моими руками заверещал.

– Владыка, спасите меня! Забирайте вашего развратного сына, эту психованную девицу и уезжайте быстрее в свои владения! Пожалуйста, избавьте навсегда мой город от напасти в вашем лице и ваших сумасшедших родственников!

От такой проникновенной мольбы у Владыки отпала челюсть.

– Что вы здесь натворили?! Я ведь просил не заниматься этим, вашим «туризмом» при всех! – прошипел он нам и уставился на жреца, ожидая объяснений.

Тот коротко вздохнул:

– Ну, что непонятного? Он испортил мне очень редкий и дорогой камень! И ведь хотя бы предупредил!

– Ну, знаешь ли, мы сегодня весь день говорили, что мы не те, кто тебе нужен. Путешествуем семьей, какие претензии? – не выдержал Велия.

– Да! – влез Владыка. – Они женаты уже тридцать лет. Какие проблемы? А за камень я вам когда-нибудь… потом заплачу!

Жрец шумно выдохнул и глухо попросил:

– Может, вы меня отпустите?

Владыка опомнился, виновато улыбнулся и затеребил меня:

– Тайна, девочка, отпусти этого дяденьку. Пусть он уходит! – С сочувствием покосившись на жреца, пробормотал: – Не обижайтесь на нее, она из южных земель. Горячая девочка. Не думает, что творит!

– Угу, это точно! – К нам подошел Велия и начал помогать отцу отбирать у меня кинжалы, но я, только крепче стиснув пальцы, решительно качнула головой.

– Нет! Я его отпущу только в том случае, если здесь будет открыт портал в Винлейн!

– Но, Тайна, портал в Винлейн отсюда не открыть! Только через городской портал можно уйти в мой город! – терпеливо пояснил Владыка.

– Хорошо! Открывайте переход к городскому порталу и быстро уходим, – приказала я и фыркнула. – Не доверяю я этому поборнику нравственности!

– Девушка, это все досадное недоразумение! Я вам гарантирую полную неприкосновенность в моем дворце все время, пока вы не покинете наш город! – Ко мне подошел король Сбрендин:, невысокий, рыжий гном и, улыбнувшись толстыми губами, указал на открытый портал. – Прошу в мой дворец.

Подумав, я неохотно позволила выползти из моих объятий испуганному и окровавленному жрецу. Владыка сочувственно посмотрел, как он в раскорячку потопал к своим жрецам и вдогонку крикнул.

– Вы лучше держитесь от нее подальше. Мой вам совет на будущее!

Жрец, не оборачиваясь, прибавил шаг.

* * *

В роскошном королевском дворце нам выделили сразу несколько комнат, приставили слуг и даже показали, где нас ждет жарко натопленная баня. Не знаю, кто как, а я была рада возможности скинуть грязное тряпье и смыть с себя грязь катакомб и морскую соль. Вот только пока мы со Светкой переодевались в свободные халаты, наши мужчины, как самые наглые или самые грязные, первыми зашли в баню.

Что уж они там делали, не знаю, но, судя по их диким воплям, громогласному смеху и жуткому грохоту – отдыхали неплохо. Только слуга с пивом, разлитым в ведерные кружки, пробегал мимо наших открытых дверей раз пять. Если честно, я слегка волновалась за баню: вдруг развалится от такого бедлама! Оставаться грязной на неопределенный срок не хотелось.

– Похоже, они там надолго! – фыркнула Светка, прислушиваясь к диким звукам.

– Ага! Пока они там моются, я вся учешусь.

– А ты возьми на вооружение правило: два сантиметра не грязь, три – само отвалится!

– Не могу! Не получается! Вот поживу здесь лет пятьдесят, привыкну раз в году на день рождения мыться, тогда будет легче! – хихикнула я.

– Слушай, Тань, а что нам делать-то?

– Дождемся этих алкоголиков, – я проводила взглядом слугу, выносящего пустые кружки, – и пойдем наводить гигиену.

– Да я не о том! – отмахнулась Светка. – Как нам сейчас жить в этом мире? Оказывается, здесь все так изменилось! Столько времени прошло. По-моему, Владыка меня забыл. Там, на берегу, он всего лишь кивнул мне и все! Понимаешь?

Подруга расстроенно всхлипнула. Глядя на ее переживания, я только покачала головой.

– Тебя, Свет, захочешь – не забудешь! Просто Владыка – эльф деликатный, стеснительный, вот и скрывает от всех свои чувства. Подожди! Вот прибудем в Винлейн….

Светка зарделась, смущенно улыбнулась и, что-то вспомнив, тут же пихнула меня локтем.

– Давай-ка уже рассказывай! Что произошло вчера ночью, пока мы как младенцы спали? И поподробнее!

Я пожала плечами.

– Все случилось само собой. Не обошлось, конечно, без магии. Он пришел в себя, мы поговорили, и… я подумала, какого черта?! Вдруг он еще куда-нибудь на тридцать лет, не дай бог, денется, а так хоть саму себя убедить в том, что была замужем.

– А как ты его в чувства-то привела?

– Не знаю! – я задумалась. – На ум пришла какая-то тарабарщина, и я ее произнесла.

– И все?

– И все! Он очнулся, и я ему обо всем рассказала.

– И…?

– Ой, Свет! Твоя простота – хуже воровства! – чувствуя, что краснею, раздраженно отмахнулась я. – Так я тебе все и рассказала в часах, позах, сантиметрах и эмоциях? Придумай сама, но не забывай, что холодный пол устилала колючая солома, а за стенкой храпели вы!

– Подумаешь! Я тебе тогда тоже ничего рассказывать не буду! – Светка надулась, собираясь обидеться, но тут дверь в баню распахнулась, и оттуда выползла (другого сравнения и не подобрать) развеселая мужская компания в набедренных повязках из белоснежных полотенец. Ларинтен со Степаном кулями висели на плечах гномов. А те, в обнимку покачиваясь, пытались идти ровно, но это у них не очень-то получалось. Сзади маячил глупо хихикающий Велия.

– Крен, ты меня любишь? – икнул Лендин.

– Угу, а ты меня? – кое-как выговорил Крендин.

– Тож! – решительно качнул головой гном.

– А в глаз? – поинтересовалось бесчувственное тело Ларинтена. – Имей в виду, я ощень ревнивый!

– Подставляй! – согласился Лендин, сжимая кулак.

– Я поштил! – хихикнул эльф и радостно захрапел.

Переглянувшись, мы со Светкой ошарашенно смотрели на эту процессию.

– Ну, чё, девки, зенки-то вылупили? Мужиков голых и пьяных, что ли, не видели? Короче, теперь ваша очередь мыться! – Крендин, пьяно хрюкнув, попытался подмигнуть нам левым глазом, но подмигивали у него почему-то оба.

От этого зрелища у меня чуть не начался тик.

– А мы там от перегара не скончаемся? – покосилась подруга на открытую дверь бани.

– Ну, мы же не скончались! – резонно возразил Лендин.

– Н-да-а! И по какому поводу сегодня случилась пьянка? – грозно нахмурилась я, глядя на мужа.

– Так этот… как его… мальчишник справляли! – до ушей улыбнулся Велия.

– Ага, мы его замуж выдавали! – хихикнул Лендин.

– Вспомнили! – возмутилась я. – Он уже тридцать лет как замужем!

– А он сказал, что это теоретически, а фактически – день! – тоном, не терпящим возражений, влез Крендин.

– Кому ты веришь?! Да ты знаешь, какой он наглый, подлый… – начала я, но гном, замахав руками, решительно меня перебил.

– Знаю, знаю! Он тоже начал перечислять свои достоинства, но сбился, говорит, ты лучше помнишь!

– Да, Тайна, может, я ничего и не помню, но то, что я за последний день о тебе узнал, могу точно сказать – тебе со мной повезло! Ну, или мне… повезло. Какая разница! – окончательно сбившись, Велия раздвинул гномов и шагнул ко мне. Запутался в полотенце, раздраженно сорвал его и как ни в чем не бывало пошел дальше.

– Та-ак! – Я мрачно оглядела веселящихся гномов и остолбеневшую Светку. – Муж – это, конечно, хорошо, но муж, пьяный вдрызг, – это стихийное бедствие!

Подняв Светке челюсть, я развернула ее в сторону бани и, подтолкнув, вывела из ступора.

– Ты, Свет, иди, а я сейчас. Только кое-кого одену и прочитаю мораль о том, как не надо себя вести в приличном обществе!

Подняв небрежно брошенное Велией полотенце, я подошла и завязала его на нем «морским узлом», чтобы, не дай бог, опять не потерял. Заглянув в его красивые глаза, с вытягивающимися, как у мартовского кота, зрачками, строго произнесла.

– Велия, что за номера? Ты же не хочешь…

– Хочу, – перебил он, не сводя с меня завораживающего взгляда.

Уговорив себя не обращать внимания на его выкрутасы, я решительно продолжила:

– Как тебе не стыдно так себя вести перед друзьями? Что они о нас подумают? И вообще, вот доберемся до Винлейна, тогда и… прекрати немедленно!!! – Я решительно отодвинула не слушающего мои нотации Велию (нет, так и до греха недалеко) и развернулась к зубоскалящим гномам.

– Ну, а вы чего ржете? Помогите мне его угомонить! Между прочим, я после ваших катакомб еще тоже немытая! – Отпихнув нежно обнимающего и целующего меня мужа, я попыталась его напугать. – Вел, отстань, нацепляешься еще от меня какой-нибудь живности! Смотри, я вся чешусь!

– Так, может, вместе в баню пойдем? – обрадовался он.

Вот блин!

– Нет! Ты уже мылся! – не выдержав, рявкнула я.

Наконец, гномы нахихикались, сложили в угол мирно спавших друзей, подошли и приобняв за плечи моего непутевого мужа, решительно повели в сторону комнат, нашептывая что-то явно скабрезное. На что Велия только заинтересованно кивал.

– И не учите его ничему плохому! – спохватившись, крикнула я им вдогонку, на что эта троица только громко заржала.

Нда-а, и что же мне со всем этим делать?

Посмотрев на шатающихся друзей, пытавшихся, не разжимая рук, вписаться в неширокие двери, я направилась в местную баню успокаивать неуемное любопытство подруги.

* * *

Баня походила на обычную сауну из нашего мира. Одно помещение напоминало комнату отдыха. В нем, возле длинного невысокого стола стояли широкие мягкие кресла, больше напоминающие маленькие диванчики. А вот следующая комната и в самом деле оказалась баней. Здесь была такая жара, что мы, немного посидев, выбежали отдышаться.

В углу парилки обнаружилась дверь, за которой находились два «небольших» бассейна примерно метров пять на пять. В одном манила чистейшая, чуть прохладная вода, а в другом – вы не поверите – был снег. Легкий, пушистый и к тому же он совершенно не таял. От души наплававшись в воде, нырнуть в снег мы так и не решились.

– Может, нам пора отсюда выходить? – спросила подруга, когда мы в очередной раз выползли из парилки и растянулись на диванчиках.

– Может! Мне кажется, что я вымылась на год вперед! – простонала я и задумалась. – Или еще часок посидим?

Светка ехидно скосила на меня глаз.

– Переживаешь за своего пьяницу? Я думаю, гномы его уже укачали!

– Укачаешь его, как же! Никогда бы не подумала, что увижу его в таком состоянии.

– Не переживай, буянить и стриптиз показывать ему больше никто не позволит, – уверенно успокоила она меня.

– Ага, а кто же ему запретит? Те алкаши с ним заодно. Спились, блин!

Светка, подумав, согласилась.

– Ну, вообще-то, да! – И тут же насмешливо фыркнула. – Подумать только, мы сейчас с тобой говорим об интеллигентном и утонченном маге Велии.

– Да-а, как-то он сильно изменился за последние тридцать лет!

– Надеюсь, не в худшую сторону? – хихикнула подруга.

Я пожала плечами:

– Если бы тридцать лет назад я знала все стороны его характера, то сейчас могла бы сравнивать!

Светка кинула на меня заинтересованный взгляд:

– Танька, ну а, вообще, как он… в постели?

Начинается!

– Не знаю! – нервно посмеиваясь над удивленной Светкиной рожей, выдала я и пояснила. – Мы с ним еще в постели не спали! Так что точно не скажу. Вдруг он храпит и пинается?

Света скривила разочарованную мину.

– Тань, ну ты дикая! Чё, слабо поделиться с подругой, заметь, единственной, первым сексуальным опытом?

Вздохнув, я мученически завела глаза и, помолчав, спросила:

– Ты ведь от меня не отстанешь, пока я все не расскажу?

– Конечно, нет! – Светка восторженно замотала кудряшками.

Напустив на себя загадочный вид, я, подумав, заговорила:

– Представь, что ты в океане и тебя накрывает огромная волна, от которой тебе некуда деться. Она утягивает тебя в темную глубину, а когда в твоей груди кончается воздух и страх сковывает тело, другая волна выносит тебя прямо к солнцу! Наполняет восторгом и делает смешными все страхи.

Подруга скептически помолчала и вдруг спросила:

– А ты хокку писать не пробовала? В тебе, Тань, умер поэт!

Я ехидно скривила губы и, радуясь, что так легко отделалась, изобразила обиду:

– Ага, умер и завонял! Хорошо, уговорила! Больше я тебе ничего рассказывать не буду!

Видя мою решимость, Светка заюлила:

– Ну, Танюх! Ну, я ж тебе просто завидую, понимаешь? У тебя – волна! А меня здесь даже дождик не мочит!

– Да не переживай ты так! – не выдержав, расхохоталась я, обнимая ее за плечи. – Все у тебя с Владыкой наладится! Даже голову не грей. Позже мы это дело обстряпаем, а сейчас и вправду давай отсюда выбираться!

* * *

Выглянув за дверь, мы полюбовались на безжизненный коридор и двинулись в облюбованную нами комнату. Проходя возле двери, куда гномы затащили Велию, я не удержалась и настороженно прислушалась, но не услышала ни звука.

– Может, спят? – предположила Светка.

– Ты слышала, как громко «спят» гномы? – бесшумно потянув на себя дверь, я заглянула в комнату.

Никого!

В другой – тоже.

Мы переглянулись, вошли в нашу и восторженно ахнули. На большой кровати лежали два шикарных платья. Рядом с ними находилось по паре туфель и по небольшой шкатулке.

– Осторожней с кольцами! – предупредила я Светку, восторженно цапнувшую первую попавшую коробочку.

– Я только посмотрю! – узорчатая крышка с легким щелчком откинулась, и Светка восхищенно ахнула. – Ты глянь, какое чудо!

Я заглянула ей через плечо и хмыкнула. Действительно, чудо! Моему взору открылась изящная диадема из зеленых переливающихся камней и браслет. Все это чудесно гармонировало с изумрудным воздушным платьем.

– Он меня любит! – Светка восторженно повисла на мне.

– Кто бы сомневался! – я пожала плечами и открыла другую коробочку. – Офигеть! Светка, смотри!

Я двумя пальцами достала тонкий серебристый венец с россыпью желтых и белых камней, такое же колье и браслет. Само платье, с которым сочеталась эта красота, оказалось длинным, строгого покроя и абсолютно белоснежным.

– Похоже, меня он тоже любит! – хихикнула я.

– А ты сомневалась? – подколола меня подруга.

– Ну, вообще-то, для меня его любовь скорее нонсенс, чем уверенность!

– В смысле?

– Я про Владыку! Если учесть что Велия сейчас гол как сокол, значит, все это нам преподнес Владыка Пентилиан!

– Наверное, нас где-то ждут! – спохватилась Светка. – Давай одеваться!

* * *

Через некоторое время, когда мы были одеты, обуты, сделали друг другу некое подобие причесок и помогли застегнуть наши непростые украшения, в дверь робко поскреблись.

– Девушки, вы тут? – в дверь просунулся каштановый чуб Крендина.

– Тут, тут, заходи!

Гном, одетый в строгий черно-белый наряд, выглядел очень церемонно и сильно стеснялся. Увидев нас, он несколько мгновений только переводил ошарашенный взгляд с меня на Светку, затем окончательно смутился и неловко пробубнил:

– Там, этот… ну… бал. Короче, в честь Велии. В общем, вас ждут!

– А все остальные там? – не удержалась подруга.

– Ага, все, а меня за вами послали. Так что давайте, девушки, побыстрее! А то пока мы с вами доковыляем. Жрать, извиняюсь, охота!

Мы со Светкой переглянулись и торжественно выплыли в дверь.

* * *

Мы прошли по коридору, шагнули на широкую лестницу и, спустившись, вышли к высоким золоченым дверям, возле которых стояли два шкафоподобных гнома. Заметив нас, они резво распахнули двери и склонились в поклоне. Мы робко вошли в большой зал с колоннами.

Посередине стояли длинные столы, ломившиеся от всевозможных яств, за которыми сидели, с интересом разглядывая нас, многочисленные гости. Во главе возвышалось резное, массивное кресло, на котором восседал, сияя в закатном солнце рыжей бородой, король Сбрендин. По правую руку от него я разглядела знакомые лица.

Владыка с Велией, одетые в золотисто-белые королевские цвета, дружно встали и торжественно стояли, пока нас чуть ли не за ручку привел к ним наш провожатый.

Заметив, что Велия как-то странно мигает на короля, я догадалась и, прежде чем усесться, склонилась перед ним в поклоне. Светлана повторила за мной.

– Да ладно! – добродушно усмехнулся венценосный гном. – Я тоже рад вас видеть, но, можно, я останусь в своем кресле? Если честно, напрыгался сегодня за вами по горам, и ноги объявили мне бойкот! В общем, садитесь и веселитесь, как это делаем мы!

Он указал нам на наши места между Велией и Пентилианом. Мы чинно уселись, кивнув мужчинам, задвинувшим за нами стулья. Они сели рядом, и в зале снова воцарилась непринужденная обстановка.

– Ну как, успешно вывела свою живность? – шепнул мне на ухо Велия.

– Успешно! А я смотрю, вы быстро протрезвели? И как вам это удалось? – не осталась я в долгу.

Велия разочарованно покривил губы и промолчал.

– Ну, колись? Что за магия привела вас в чувство?

Сообразив, что от меня так просто не отвяжешься, муж недовольно покосился на воркующего со Светкой отца и, склонившись ко мне, тихо заговорил.

– Почти сразу же, как вы ушли, к нам зашел Владыка, будь он неладен! Ну и, естественно, увидев нас в таком расписном виде, применил одно свое жуткое заклинание, в результате мы все минут пятнадцать активно протрезвлялись! Бр-р-р! Как вспомню, так вздрогну! Столько эля насмарку! Через час мы были трезвы, как стеклышко. – Велия снова кинул на Владыку косой взгляд. – На будущее я попросил его научить меня этому заклинанию. Очень эффективно!

– Нда-а, наверное, он сильно удивился. Если честно, я тебя сама таким сегодня увидела впервые!

Велия смущенно вздохнул и потер виски.

– Да, эль у них крепкий! Владыка мне целый час нотации читал о моем поведении, что оно не соответствует моему положению. Ужас, как я только выжил!

– Бедолага! – посочувствовала я ему. – И как ты его успокоил?

– Пообещал остепениться, бросить пить, не водить дружбу с гномами. В течение ближайшего времени отвоевать земли людского княжества, стать князем, ну и для начала родить ему парочку внуков! – Велия уже откровенно веселился, глядя на мое вытянувшееся лицо. – Великая, ты же мне в этом поможешь?

Громко отхлебнув из бокала рубиновое вино, больше похожее на вишневый нектар, я в сомнении покачала головой.

– Помочь тебе стать трезвенником и отвоевать трон Великограда – это запросто! Но вот насчет последнего…. Не уверена!

– Это еще почему? – он удивленно изогнул одну бровь.

Ой, не нравятся мне эти разговоры!

– Ну, – глубокомысленно начала я, – для начала нужен дом. Вот станешь князем, тогда и поговорим!

– Разумно! – одобрительно кивнул Велия. – Обещаю, что к тому времени, как родится наследник, у тебя будет и дом, и корона.

Понимая, что на шутку этот разговор не похож, я настороженно взглянула ему в глаза, перевела взгляд на заинтересованно прислушивающегося к нашему разговору Владыку, на ехидно улыбающуюся Светку.

– Это заговор? – ко мне вернулся дар речи.

Велия улыбнулся и подсунул мне под нос блюдо, с чем-то аппетитно пахнущим.

– Ты ешь, а про заговоры мы потом поговорим!

Обиженно отодвинув тарелку, я гневно взвилась:

– Боюсь, что своими планами на будущее ты испортил мне весь аппетит! Я девушка с богатым воображением, поэтому не надо говорить мне под руку! Да, и спасибо, что предупредил о последствиях, пока не станешь королем, ни на что больше не надейся! Ясно? Романтики гномьих шахт мне хватило на всю жизнь!

– Вот так, брат, они и садятся нам на шею! – глубокомысленно заметил Крендин. – Вначале рай в шалаше, а потом подавай дворец и корону.

– А ты, вообще, чавку захлопни! Умник, блин! – рявкнула я на вмешавшегося гнома и, схватив бокал с вином, в два глотка выхлебала его.

Велия философски пожал плечами и, снова наполнив бокал, посмотрел на меня неуловимо меняющимися глазами.

– Значит, надо быстрее становиться правителем!

– Да! – выпалила я. – А сейчас отстань, пока у меня снова не пропал аппетит! И не пытайся меня споить! Утром – корона, вечером – наследник!

Цапнув куриную ножку, я с наслаждением вгрызлась в сочное мясо, оставив мужа недоуменно хмурить лоб. Владыка, прислушивающийся к нашему разговору, хихикнул и, обращаясь ко мне, успокаивающе произнес.

– Не слушай его, Воительница! Велия – воин, а с женщинами – полный олень! – Я чуть не подавилась от такого сравнения. – Жрецы его окончательно испортили, превратив в неотесанного варвара! Да что тут говорить, представляешь, он абсолютно не помнит магию!

– Это кто – я, что ли, олень?! – возмутился муж. – Ты меня со своими колдунами не сравнивай! А магию я помню… иногда!

Он что-то пробормотал, махнул в сторону отца, и мы со Светкой, заинтересованно хихикая, уставились на быстро растущие рога на голове Владыки. Тот, недоверчиво потрогав «украшение», только пригрозил.

– Если бы ты не был моим сыном…

И, отмахнувшись как от мухи, бесследно развеял его творение.

* * *

Едва сменился первый круг блюд, как оживленную и с каждым кувшином делающуюся еще оживленней беседу прервала веселенькая музыка, так и манившая размять ноги. Гости радостно вышли поплясать, а заодно и утрясти съеденное.

К нам со Светкой неожиданно подошли Лендин с Крендиным и робко поклонились, приглашая на танец. Велия равнодушно дернул плечом на мой вопросительный взгляд и потянулся за кувшином вина. Обиженно фыркнув, я приняла руку Крендина, позволив ему утянуть себя в толпу танцующих.

После первых «бросков с переворотами» я поняла, что поспешила как с выбором партнера, так и с выбором танца. Гномья пляска напомнила мне спортивный рок-н-ролл. Крендин так меня вертел и подбрасывал, что потом я долго не могла утихомирить свою кружившуюся от «впечатлений» голову. Когда музыканты заиграли что-то более медленное, я с благодарностью улыбнулась высокому эльфу, бесцеремонно выдернувшему меня из рук возмущенного гнома, и ахнула.

– Ты?! – рядом со мной стоял Люминель.

Высокомерно поклонившись, он небрежно обняв меня за талию, закружил в чувственном танце.

– А ты верткая, малышка! Я не ожидал тебя здесь увидеть! Вот, решил поздороваться. Едва вошел, сразу заметил красивую, богатую даму рядом с деревенщиной гномом. Представь мое удивление, когда в этой красивой даме я узнал тебя, полукровка! – Эльф, рассматривая меня липким взглядом, продолжил: – И вообще, как вы сюда попали? Здесь же высший свет! И откуда на тебе такая роскошь? Ни за что не поверю, что твой любовник богат! Или, может, вы воры?

Нет, ну почему мне так не везет? Спасла жизнь такому законченному мерзавцу! Хотя, если верить Светке, все эльфы чуть ли не святые! И вот, пожалуйста, полюбуйтесь! Знала бы, в ту ночь Крендина даже будить бы не стала!

Презрительно взглянув в надменное лицо Люминеля, я сделала попытку вырваться, но этот прыщавый юнец с замашками плейбоя, крепко прижав меня к себе, жарко зашептал:

– Бросай своего гнома! Ты мне понравилась! А за то, что помогла мне тогда, я буду тебя содержать и даже пристрою во дворец в Винлейне! Конечно, если ты будешь сговорчивой! Не забывай, я ведь почти наследник эльфийского престола!

Вот почему я не люблю платья! Были бы при мне кинжалы, этот «наследник» давно бы уже пел фальцетом, ну, или метко попала бы куда надо! А в узком платье – ногу как следует не согнуть. Вот и приходится слушать эту галиматью!

Повертев головой в поисках мужа, я, наткнувшись взглядом на пустые стулья, лишь скрипнула зубами от досады.

Пару раз «нечаянно» наступив надоедливому партнеру на остроносые сапоги, я снова попыталась выбраться из его объятий, но эльф оказался на удивление сильным, и только улыбался, глядя на бесплодность моих попыток. А после очередного поклона я и вовсе почувствовала, как его рука нагло съехала на мой зад и теперь пыталась изобразить что-то типа эротического массажа. Вспыхнув от злости, я подняла на него мрачный взгляд.

– Руку на место или за последствия я не ручаюсь! И молись, чтобы твою выходку не заметил мой муж.

– Да не боюсь я твоего недомерка! – ехидно искривил губы этот самоубийца и, сально подмигнув, пробормотал. – Какие могут быть сравнения, крошка, между мной и каким-то там гномом.

– Что-то я не расслышал, кого ты назвал гномом? – раздался у меня над ухом ледяной голос Велии.

Вот блин!

Наконец-то!

А я предупредила!

Эльф остановился. Тут же почувствовав себя свободной, я шагнула за спину мужа. Удивленно вытаращив глаза на возвышающегося над ним мага, Люминель нагло поинтересовался.

– А ты, вообще, кто?

– Я? – Глаза Велии пылали плохо сдерживаемой яростью. – Вообще-то, муж этой дамы.

Челюсть эльфа со стуком упала на грудь.

– Муж? Но ты же не… – не договорив, он отправился в недолгий полет, закончившийся на праздничном столе.

Рука Велии вытащила меня из-за спины.

– Это еще что за хмырь? И отчего он позволяет себе такие вольности с моей половинкой? – он прищурился, ожидая ответа.

Я виновато улыбнулась злющему, словно черт, мужу и вдруг расхохоталась, не в силах смотреть в его горящие желтым огнем глаза.

– На-наследник Винлейна! Да он – дурак! Мальчишка! Мы с Крендиным спасли его в горах. Помнишь? Я же тебе рассказывала!

Не дослушав, он развернулся и быстрым шагом направился к постанывающему и пытающемуся сползти на пол Люминелю. Подойдя, он ухватил эльфа за шиворот и, стянув со стола, поднял над полом. Будущий «наследник» с наливающимся бланшем в пол-лица, одежде, перепачканной соусом, крошками, и с капустой на ушах в ужасе косился на Велию.

– Я б-больше не б-буду! Я же не знал, что она твоя! Раньше она путалась с каким-то гномом! Отпусти… или… или будет хуже, – с головой у Люминеля, судя по всему, и так было плохо, а тут и вовсе переклинило. Видя, что уговоры не помогают, он начал угрожать: – За то, что ты меня ударил, тебя посадят в темницу и выпорют плетьми.

Потеряв дар речи от такой наглости, Велия, помолчав, насмешливо протянул:

– Да неужели? И кто же?

Видя, что дикий полукровка не собирается его немедленно убивать, эльф, напустив на себя важности, истерично завопил:

– Я – наследник Винлейна! И если ты меня сейчас же не отпустишь, грязный полукровка, то тебе отрубят голову.

Судя по глазам, Велия успокоился и уже сам жалел, что погорячился, связавшись с этим юродивым. Насмешливо разглядывая болтающегося и нервно дрыгающего ногами эльфа, он лишь качнул головой.

– Ну-ну, значит, родственник объявился.

Вокруг нас, привлеченный скандалом, уже столпился народ. Гномы заинтересованно поглядывали на Велию и насмешливо на эльфа. Распихивая любопытных локтями, к нам протиснулся Владыка.

– Что здесь происходит?!

Люминель, заметив венценосного дядю, задергался, пытаясь попасть Велии хоть куда-нибудь, и радостно заверещал:

– Владыка, этот наглый полукровка позволил себе ударить меня, накажите его! Нужно дать ему двадцать плетей, а лучше отрубить голову!

Моментально оценив ситуацию, Владыка скривился, как от зубной боли, и, обращаясь к сыну, строго приказал:

– Сейчас же отпусти его! Что за представление ты здесь устроил? Мы, вообще-то, на балу! В гостях!!!

Велия молча разжал кулак. Люминель рухнул на колени. Посчитав наказание недостаточным, колдун, цапнув за пшеничную косицу растерянного эльфа, приставил к горлу родственничка остро отточенный кинжал и, глядя ему прямо в глаза, медленно произнес.

– Никто не смеет безнаказанно оскорблять наследника престола и его женщину. Это можно смыть только кровью!

Дико заверещав, Люминель изо всех сил дернулся. Велия разжал руки и эльф, с разбега, снова въехал на стол.

– Скажи спасибо моему отцу за то, что не позволил мне обезглавить тебя! И на будущее, обращайся с женщинами вежливо. Их мужьями иногда бывают «грязные полукровки». – Отвернувшись от барахтающегося Люминеля, Велия подошел ко мне, подал руку и усмехнулся разгневанному Владыке. – Что, я опять что-то не по этикету сделал?

– Велиандр! В следующий раз не мог бы ты вести себя подобающим твоему положению образом, а не веселить народ, изображая дикую ревность? – не замечая насмешки, холодно попросил Пентилиан.

Глядя на отца, Велия скептически хмыкнул:

– Если бы я изображал дикую, как ты говоришь, ревность, то этот юнец давно бы веселил народ своей улыбчивой глоткой.

Владыка поперхнулся, а Люминель, не сводя с нас глаз, прохрипел:

– Велиандр? Потерявшийся принц? И он вернулся?!

* * *

Нас окружили уже изрядно взбодренные элем друзья.

– А ты был сегодня крут, брат! – хлопнул Велию по плечу довольный Лендин.

– Да, я аж испугался! – кивнул, соглашаясь, Ларинтен.

– А как классно этот дистрофик приземлился на королевский стол! – восторженно хихикнул Степан.

Велия хмуро посмотрел на них.

– Несколькими днями раньше я бы, не задумываясь, его убил. Особенно после того, что услышал и увидел, – рука Велии снова сжалась в кулак.

– Брось, Вел! – вдруг заступилась я за Люминеля. – Ему всего сто пятьдесят лет! Он еще молодой дурак!

Велия, прищурив глаза, смерил меня холодным взглядом.

– Небольшой жизненный опыт не оправдывает наглость и хамство. – Он скривился, с ожесточением потер виски и продолжил: – Я с легкостью мог сегодня прекратить его никчемное существование, и меня никто бы не осудил. И почему-то мне кажется, что я еще пожалею о том, что этого не сделал.

Побледнев, Велия качнулся, вцепился мне в плечо и бросил встревоженному Владыке.

– Отец, ты знаешь, где меня найти. Мы с женой будем в нашей комнате! – и под одобрительные вопли гномов вытащил меня из зала.

* * *

Когда за нами захлопнулись тяжелые створки дверей, он, закрыв глаза, устало привалился к стене. Я настороженно посмотрела в его бледное лицо.

– Что с тобой?

Не открывая глаз, он произнес.

– Ужасно болит голова, когда пытаюсь хоть что-то вспомнить! А в обществе старых друзей это происходит ежесекундно! – он поднял на меня мученический взгляд и криво улыбнулся. – Устал за сегодняшний бесконечный день! Столько всего случилось! Проводи меня в комнату!

Я сочувственно кивнула и, обнявшись, мы пошли по коридору, подальше от весело звучавшей музыки. По дороге умудрились пару раз потеряться (у меня всегда было туго с ориентированиями на местности, а Велия шел практически с закрытыми глазами), выловить испуганного гнома, который, устав нам объяснять куда идти, в конце-концов плюнул и буквально за ручку привел к тем покоям, где нас поселили.

Толкнув дверь комнаты, где мужчины отдыхали днем, я вошла и завела едва плетущегося за мной мужа. Хм, а неплохие покои выделил король Сбрендин! Я с удовольствием оглядела уютную залу. Гладкий каменный пол цвета зеленоватой яшмы устилал светло-коричневый ковер. В центре, у единственного полукруглого окна, алеющего закатом, стоял невысокий стол, окруженный пятью небольшими креслами и парой стульев. Ближе к выходу, у стены, потрескивал поленьями большой камин, а у стен, по обе стороны от него уютно расположились два дивана. Дальше из зала шел узкий коридор, открывающий ряд одинаковых дверей. Толкнув первую, я оглядела небольшую квадратную комнату, в которой находилась только узкая кровать и отступила, пропуская мужа вперед.

– Ложись!

Велия послушно, с усталым стоном рухнул на кровать.

– Голова болит?

Он молча кивнул.

Ни слова не говоря, я уселась рядом и пробежалась пальцами, взъерошивая волосы. Нащупав горячую пульсирующую ниточку боли, ухватилась за нее и потянула.

– Что ты делаешь? Убить меня хочешь? – он дернулся, застонал, но я, удерживая выскальзывающие из рук жгутики боли, потянула еще сильнее.

– Терпи!

Вскоре он успокоился. Под моими пальцами больше не пульсировал горячий сгусток – наоборот, разлилась спокойная прохлада. Чувствуя легкую слабость, я без сил опустила затекшие руки.

Велия спал.

Счастливчик!

Поднявшись с постели, я уже собралась сбежать, но тут он, вздрогнув, проснулся и, посмотрев на меня из-под длинных ресниц, попросил.

– Не уходи!

– Скоро уже все вернутся! – Я села рядом и тут же оказалась в его руках.

– Ну и что?

– Вел, неудобно!

– Ага, копьем из лука стрелять – тетива не растягивается!

– Так! Я смотрю, некоторым алкоголикам полегчало? – пытаясь выбраться из его объятий и скрывая улыбку, грозно поинтересовалась я.

– Полегчало! – охотно согласился он и вдруг выдал: – Знаешь, за последний день я жутко испортился! Ты плохо на меня влияешь!

Играя его разметавшимися по подушке волосами, я насмешливо фыркнула:

– Одновременно стал пить, курить и материться?

– Ну… – Велия притворно задумался, – если сюда добавить еще несколько плохих привычек с тобой в главной роли, то список моих пороков окажется полным.

Я с улыбкой покачала головой.

– Дорогой, я тебе подарила полноценную жизнь! И вообще, скажи, как можно столько лет жить, занимаясь исключительно магией? Так и озвереть недолго!

– Сам удивляюсь! – шутливо проворчал муж. – Лет двести – бесу под хвост!

Я вдруг задумалась:

– Слушай, а сколько в вашем мире в среднем живут?

Велия пожал плечами.

– Смотря кто! – И принялся объяснять. – Низшие расы – недолго, люди – около полутора сотен лет, заураски – двести, бесы до четырехсот доживают, гномы – семьсот-восемьсот, эльфы до полутора тысяч, а драконы – вообще тысячелетия.

– А полукровки?

– По разному! Зависит от того, чья кровь сильнее.

– А сколько здесь проживу я?

Приподнявшись на локте, Велия заглянул мне в глаза:

– Столько, сколько и я. Мы умрем с тобой в один день!

Я засмеялась, уткнувшись ему в грудь:

– Угу! Еще скажи: от оргазма!

Муж, не зная этого слова, серьезно покивал, но, быстро сообразив, о чем речь, тоже рассмеялся.

– Да-а-а, от этого с тобой точно можно умереть. – И, глядя в мое смущенное лицо, насмешливо пояснил: – Вернее – от его отсутствия! Тоже мне – жена! Шляется где-то по отражениям, пока я на гномьих рудниках вкалываю!

Я открыла рот, собираясь ему возразить, как вдруг Велия насторожился, и, сделав знак, резко приподнялся. Спрыгнув с кровати, он с кошачьей грацией прокрался к входной двери. Последовав за ним, я в нерешительности остановилась рядом.

В коридоре послышались легкие шаги. Кто-то остановился неподалеку и тихо произнес:

– Хозяин приказал убить только полукровку, а его шлюху забрать с собой.

– Зачем? – спросил гнусавый голос.

– Откуда я знаю? Может, она в постели хороша, как, впрочем, говорят, и все полукровки? Короче. Они сейчас на пиру у короля Сбрендина, через пару часов придут и, наверное, сразу улягутся спать. На всякий случай вот это нальешь им в вечерний напиток. Как только все уснут, убьешь полукровку, а девку ко мне. И еще, за тобой будут следить трое жрецов-магов, на тот случай, если что-то пойдет не так. Но лучше бы им после сегодняшнего не светиться! Ты должен убить его сам, тогда избежишь рудников. Все понятно?

– А какая комната его? – дотошно спросил второй собеседник.

– Да вроде эти три двери их. Ты слугой переоденься и когда понесешь напитки, стукни везде, посмотри, где они будут!

– Интересно, – помолчав, задумчиво протянул второй голос, – а зачем Хозяин решил от него избавиться? Ведь столько времени прошло, как его сюда определили? Хотел бы, давно бы убил!

– Не твое дело! Приказано все выполнить сегодня. Завтра они отбудут в Винлейн, а там его достать будет труднее! – недовольно проворчал его собеседник и, помолчав, буркнул. – Не знаю, может, угрозу почуял? Один-то он смирный был, покорный, а как снова со своей девкой сошелся, так глянь, что творить стал! Забыл, как они сегодня над Главным потешились? Говорят, хорошо его эта девчонка почикала! – Послышался тихий смех. – Горячая, видно, штучка… Ладно. Надо спешить. Как только все сделаешь, тебя проводят, а я буду возле нижнего портала ждать. Нам до утра нужно отсюда выбраться.

Послышались удаляющиеся шаги, тут же рядом с нами скрипнула дверь, и все стихло. Велия бесшумно потянул меня в дальнюю комнату. Едва мы вошли, он запер дверь. Взмахом руки, даже не заметив, зажег маленькую искорку, едва разгоняющую плотные сумерки и молча уселся на кровать.

Я села рядом.

– Нам надо отсюда бежать! Предупредить остальных и через главный портал в Винлейн.

Он поднял на меня тяжелый взгляд.

– И что? Ты думаешь, наемные убийцы не найдут нас в Винлейне?

– А что делать-то? – я жалобно посмотрела на него.

Вздохнув, он усадил меня к себе на колени, обнял и стал покачивать, как ребенка.

– Мы дождемся всех, предупредим, посмотрим, кто принесет нам чай или вино. Нужно, чтобы наемник поверил, что мы выпили снотворное. Затем уйдем в отдельную комнату…

– Зачем такие сложности? – перебила я его. – Кто принесет нам чай, того по башке и пытать!

Велия фыркнул.

– Какая ты кровожадная! Если бы все было так просто! С убийцей будут три жреца-мага, слышала? А это значит, что если наемнику не удастся убить меня, они положат всех нас.

– Господи, ну почему они не оставят нас в покое? Вел, что нам делать?

– Надо узнать имя так называемого Хозяина. Если нас хотят тихо убить, значит, они нас боятся. С одной стороны, это радует, а с другой…. Если бы я был один…

Он замолчал. Вздохнув, я повернулась к нему и, обняв за шею, уткнулась в плечо.

За окнами совсем стемнело. Мы долго сидели молча, пока, наконец, в коридоре не послышался хохот. Я вздрогнула. Скрипнула входная дверь и, судя по звукам, ввалилась вся наша развеселая компания. Лендин заплетающимся языком начинал похабные частушки, Ларинтен со Степаном пытались ему в два голоса подпевать, затем кто-то из них пустился плясать вприсядку, так, что задрожал пол. Снова скрипнула дверь, и Светкин голос взволнованно спросил.

– Мальчики, а вы нашу Татьяну не видели? Что-то ее нигде нет!

Все разом замолчали. Послышалось неуверенное мычание.

– А ты точно ее в тех двух комнатах хорошо искала? – поинтересовался Крендин.

– Да нет нигде! – Светка, похоже, и впрямь была сильно взволнованна.

Послышался звук отодвигаемой мебели и всевозможные звуки активного поиска.

– Ага, Великой – нет и Велии – тоже нет! – утвердительно икнул Степан.

– Если где-то нет кого-то, значит, кто-то где-то есть! – глубокомысленно выдал Лендин, и по коридору затопали многочисленные шаги, прерываемые скрипом открывающихся дверей.

– Эй, Вел, ты где? Отдай Воительницу, ее Светлая уже обыскалась! – заплетающимся языком громко проорал Лендин.

В нашу дверь толкнулись, едва не сорвав с петель, а затем деликатно постучали.

– Вел, ответь, вы там? – для Лендина, видимо, стало делом чести нас найти.

Велия с неохотой ссадил меня на кровать, поднялся и щелкнул щеколдой.

– Тут мы, тут! – проворчал он, пропуская гнома в комнату.

Тот сначала заглянул с любопытством. Внимательно оглядел мое мятое платье, перевел взгляд на Велию в расстегнутой на груди и небрежно заправленной в черные штаны рубашке, и вдруг заговорщицки нам подмигнул:

– А чё это вы тут делаете?

– В шахматы играем! – неожиданно вспылила я.

* * *

Комната наполнялась друзьями. Все входили с таким выражением искреннего любопытства на лице, что я, не выдержав, рассмеялась.

– Нашлась, пропащая! – Светка зашла последней.

Велия закрыл за ней дверь.

– И что бы это значило? – слегка покачиваясь, поинтересовался Крендин.

Колдун виновато развел руками.

– Извините, ребята! Не хотел портить вам вечер, но тут такое дело… – и вдруг резко хлопнул в ладоши.

Все в недоумении посмотрели на него, переглянулись и…

– Твою мать! Гад! – успел только выругаться Крендин и его согнуло пополам.

Всех остальных постигла та же участь.

– Чтоб тебя… Велия! За что?! Как ты думаешь, для чего я сегодня так старательно накачивался? Для того, чтобы лучшее вино короля Сбрендина осталось на полу в этой комнате?! – фыркая, как камышовый кот, в негодовании верещал Ларинтен.

– А тебе не кажется, что два раза за вечер это уже слишком? Или пример со своего папочки берешь? – мученически заводя глаза, прохрипел Лендин. – Нашел тебя на свою голову!

– Честно, ребята, мне меньше всего хотелось бы заниматься сейчас вашим протрезвлением, но обстоятельства вынуждают! – холодно осадил всех маг. – А теперь оставим прислуге на завтра трудную задачу вычистить за вами пол и, если вы не против, пройдем в гостиную. Я хотел бы кое-что обсудить.

* * *

В большой комнате жарко горел кем-то снова растопленный камин. На столе стояли две миниатюрных бутылочки с чем-то бордовым, бутыль, судя по всему, с элем и несколько золоченых граненых стопок.

– Не зря с приема умыкнули! – переглянулись гномы.

Все с комфортом устроились и приготовились слушать. Велия, нервно прохаживаясь по комнате, коротко рассказал об услышанном. Завершив рассказ, он оседлал стул и, обняв спинку, внимательно всех оглядел.

– А что, эти жрецы действительно так опасны? – недоверчиво спросил Ларинтен.

– Более, чем ты думаешь! – серьезно кивнул колдун. – Если наемник не выполнит задание, они сами придут нас убивать.

– Его бы допросить? – поднял голову Лендин.

– Идея хорошая! Вот только как сделать, чтобы жрецы ничего не заподозрили?

– У меня! У меня есть идея! – с горящими глазами вскочила Светка. – Если за нашими комнатами следят, мы должны воспользоваться порталом! И еще, сегодня он обязательно должен вас убить!

– Свет, ты чё, сдурела?

Она нервно отмахнулась от меня.

– Элементарное заклинание личин, научу! Он должен увидеть вас спящих, убить тебя, Вел, и похитить Таньку! Тогда враги на время забудут про вас, конечно, до того момента, пока не поймут, что их обманули!

– Отлично придумано, Великая! – глаза Велии загорелись пониманием. – Так и сделаем! Но вначале узнаем правду!

– А как ты узнаешь, что он не врет? – мрачно поинтересовался Крендин.

– А я чувствую ложь! – просто улыбнулся ему маг.

Вдруг в дверь постучали. Лендин с Крендиным тут же начали о чем-то спорить, да так яростно, будто занимались этим уже часа два. Ларинтен пересел к Степану и подал пузырек с чем-то ярко-фиолетовым. Тот обреченно вздохнул, но не отказался. Они обнялись и, попивая зелье, затянули что-то печальное. (Из-за ярко-выраженного отсутствия слуха у Степана, о мелодике этой песни оставалось только догадываться). Светка, мрачно оглядела этот балаган и, демонстративно притянув к себе бутылку вина, уселась в одиночестве.

Стук повторился. Велия сделал знак Лендину. Следуя его молчаливому приказу, гном, не прекращая бессмысленного спора, открыл дверь. В комнату вошел невысокий, широкоплечий гном с круглой, приплюснутой и конопатой, будто изъеденной оспой, физиономией. На чуть тронутой сединой каштановой шевелюре красовался небрежно повязанный выцветший серый платок. Нервно шмыгая явно сломанным носом, он нерешительно потоптался в дверях и, оглядев нас воровато бегающими глазками, прошагал к столу. В руках он держал двухъярусное блюдо, на котором стояли расписной пузатый чайник, дымящийся ароматным паром, графин с бордовой жидкостью и множество маленьких кружечек и бокалов.

– Вечерние напитки! – гнусаво известил он и, поставив поднос, начал расставлять посуду.

Велия подошел и опустился ко мне на диван. Подняв глаза, я наткнулась на изучающий взгляд наемника. Сморгнув, он отвел взгляд и, освободив поднос, встал у стола.

– Чего желаете, господа? Здесь лучший цветочный чай, а в графине ягодное вино пятидесятилетней выдержки! Кому что налить?

Ларинтен заинтересованно привстал, но в него тут же вцепился Степан и усадил обратно. Взглянув на старательно вытянувшегося гнома, Велия небрежно бросил.

– Ты можешь идти, милейший!

Тот в нерешительности потоптался.

– Может, господин чего желает?

Велия нахмурился и недовольно процедил:

– Господин, может, чего и желает, но обойдется без твоей помощи! Так что, пошел вон!

Гном покраснел. Кинув злобный взгляд на мага, он поклонился и, пятясь, вышел за дверь, оставив приоткрытыми створки.

Крендин подошел к столу, нарочно громко забренчав, забулькал, наливая в бокал бордовую жидкость.

– О-о-о! – Повернувшись спиной к двери, он, сделав вид, что заинтересовался восходом луны, подошел к окну и, поливая вином со снотворным росший на подоконнике волосатый цветок, восхитился: – Какой чудесный букет, а аромат, а запах, а как бодрит! Вел, попробуй! Это вино даст тебе силы пережить сегодняшнюю ночь!

– Эй, что за пошлые намеки? – возмутилась я, поднимаясь с дивана. – Тебе что, завидно?

– Завидно! – обернувшись, честно кивнул Крендин и подмигнул подошедшему магу.

Незаметно плеснув в чистые бокалы из своей фляжки, он протянул один Велии. Встав напротив входной двери, они звонко чокнулись и одним глотком выпили.

– Да, арома-ат, а особенно запах – это что-то! – чуть не поперхнулся Велия, ставя на стол бокал, и шепнул: – Дурень! Ты бы хоть предупредил, что там гномий самогон!

В щелке скрипнувшей двери откровенно засветился любопытством глаз убийцы.

– Эй, а как же со мной, так сказать, на брудершафт? – я кивнула Светке.

Сообразив, она налила в два бокала вино из демонстративно допиваемой ею бутылки и протянула мне. Взяв их, я неторопливо подплыла к Велии.

– За моего любимого мужа! – произнесла я, глядя ему в глаза.

Тот, чуть смутившись, самодовольно улыбнулся, и мы, скрестив руки, торжественно выпили. Он недвусмысленно наклонился ко мне.

– Эй, не увлекайся! – шепнула я. Чмокнув его в щеку, томно потянулась и громко произнесла: – Дорогой, а ты не считаешь, что нам пора отдохнуть? Что-то я сегодня устала!

Велия, смерив всех внимательным взглядом, чуть заметно кивнул и, подойдя ко мне, подхватил на руки.

– Желание моей половинки для меня закон! – с ухмылкой заявил он и под аплодисменты понес к двери.

– Вот это дрессировка! Я понимаю! Тань, поделишься опытом? – не удержавшись, прыснула Светка.

Ответить я ей не успела.

Пинком распахнув створки, Велия вынес меня за дверь. Гном, не ожидая нашего появления так быстро, растерялся, шмыгнув в первую попавшуюся комнату. Муж уверенно пересек коридор и поставил меня на ноги перед дверью.

– Прошу! – многозначительно улыбаясь, он гостеприимно распахнул створки.

Я церемонно кивнула и вошла.

* * *

Мы оказались в небольшой, уютной спаленке, которую заливал снежным сиянием лунный свет. В центре комнаты стояла большая кровать, на полу лежал толстый ковер, у стены – пара стульев, вот и вся обстановка. Но то, что мне понравилось здесь больше всего – это окно от пола до потолка с открывающимся видом на залитые лунными бликами горы. По бокам висели плотные, шитые золотом шторы.

Блин, да это же апартаменты для новобрачных!

– Ну что? – настороженно шепнул Велия. – Увидела?

– Только мерзкого гнома! Так на нас засмотрелся, что не успел убежать. Вел, мне страшно!

Муж улыбнулся:

– Не бойся, у нас все получится!

Я кивнула:

– Насчет этого даже и не сомневалась.

Велия задумчиво привлек меня к себе.

– Интересно, как быстро по его подсчетам должно подействовать это снотворное?

Я пожала плечами.

– Ну, вряд ли он придет сразу! Может, у нас есть в запасе четверть часа, может меньше! А что?

Маг, не отвечая, вдруг впился мне в губы требовательным, одновременно пугающим и сводящим с ума поцелуем. Мои ноги тут же стали ватными, а руки птицами взлетели, обвивая его шею.

– Ты сдурел?

– Да!

– Перестань! – Собрав в кулак всю свою волю, я сфокусировала взгляд на пылающих глазах мужа и решительно его оттолкнула. – Забыл, в каком мы дерьме?

Велия помолчал и виновато вздохнул:

– Прости. Ты на меня действуешь, как молот Лендина на горных козлов. Он ведь скоро придет?

– Угу, – я пробормотала подсказанное Светкой заклинание.

На кровати появились спящие в лунном свете счастливые наши копии. Для пущей убедительности, изобразив на постели игривый беспорядок, мы с Велией скрылись за плотными шторами.

Вскоре в коридоре послышались осторожные шаги. Дверь бесшумно приоткрылась, и в комнату заглянул знакомый гном. Увидев, что мы мирно спим, он подошел к лежавшему на спине колдуну. Тихо лязгнул покидающий ножны кинжал. Примерившись, он одним движением вогнал лезвие спящему в сердце.

Маг дернулся и захрипел. Гном довольно улыбнулся, рывком выдернул лезвие и, обогнув кровать, подошел к моему двойнику. Подтащив к краю постели, он наклонился, чтобы взвалить его себе на плечи. Тогда Велия, прыгнув сзади, обрушил ему на голову кулак. Гном без звука рухнул на ковер.

– Открывай портал, – приказал муж, перекидывая его через плечо.

* * *

Шагнув в комнату, маг небрежно скинул наемника на пол.

– Во-первых, у нас очень мало времени! Так что приводите его в сознание. Надо быстро допросить и вернуть его обратно.

Степан с эльфом, перевернув гнома, шустро связали ему за спиной руки.

– Вел, а ты его часом не убил? – подозрительно рассматривая наемника, спросил Крендин.

– Гнома! Убить! Кулаком! Сам понял, что сказал? – отмахнулся он.

– А почему он тогда в себя не приходит? – не унимался Крендин.

– А мы его сейчас приведем! – пообещала Светка.

Подойдя к лежавшему на полу наемнику, она что-то пробормотала и сильно дернула того за уши.

Гном застонал, открыл глаза и, щурясь от света, испуганно всех нас оглядел. Заметив меня, он скривился, но тут его взгляд упал на Велию. Вытаращив глаза, он заверещал, забился, пытаясь высвободить руки. Наверное, для того чтобы «перекреститься».

– Кто ты, что ты? Я же тебя убил! Я слышал, как перестало биться твое сердце! Почему ты живой?!

Глаза Велии залил янтарный цвет. Не отводя взгляда от приближающегося монстра, гном забормотал молитву:

– Сгинь! Всевидящий, будь со мной в трудный час моей жизни и избавь меня от власти демонов.

– Давно я не был в этом грешном мире! – вдруг выдал маг, подходя к нему. – Но ты мне не нужен. Я пришел сюда за другими, и, если ты мне все расскажешь, я тебя оставлю в живых. И даже отпущу!

Мы со Светкой переглянулись и тихо прыснули, наслаждаясь представлением. Гном снова задергался, пытаясь освободиться.

– Что ты хочешь узнать, исчадие?

– Кто тебя нанял? Как зовут Хозяина? Где его найти? И зачем вам моя половинка? – продиктовав вопросы, Велия сел перед гномом на корточки и выжидательно посмотрел.

– Его зовут Хозяин, больше я о нем ничего не знаю. Где он находится в данный момент – понятия не имею. Если ему что-то нужно, он приходит через городской портал сам, – гном пытался отвечать уверенно, но все еще испуганно косился на мага.

– В городской портал, находящийся во дворце? – небрежно уточнил колдун.

– Нет, который у жрецов.

– Угу, выходит городских порталов два! А я не знал! – Велия задумчиво посмотрел в темное окно и приказал. – Дальше!

– Я рассказал все, что знаю! Пожалуйста, не убивай меня! – взмолился гном.

– Зачем вашему Хозяину она? – кивнув на меня, Велия снова внимательно посмотрел на гнома.

– Я не знаю! Жрец, который приказал тебя убить, как-то говорил, что Хозяин боится грядущих перемен. Ему нужно провести какой-то ритуал в первое луностояние осени. Может, для этого ему и понадобилась твоя женщина?

Велия нервно покусал губы и разочарованно скривился.

– Он не врет! Но что-то недоговаривает. Значит… – Велия сделал многозначительную паузу и вытащил из сапога небольшой кинжал. – Значит, сегодня у меня на ужин суп из гнома! Дорогая, сделаешь, как я люблю?

Он с обворожительной улыбкой посмотрел на меня.

– Конечно, родной! – с трудом заставив себя быть серьезной, кивнула я. – Только убей его сам! Ты же знаешь, я не люблю грязь!

Гном с ужасом посмотрел на Велию, невозмутимо крутящего в пальцах клинок и проблеял.

– Но я больше ничего не знаю!

– А вот теперь – врешь! – жестко отрезал маг. Не торопясь, сгреб того за волосы, приставил к горлу нож и с сознанием дела надавил. И тут, насмерть перепуганного гнома прорвало:

– Не убивай, я все скажу! Я подслушивал их разговоры. Я знаю! Он велел покончить с тобой, потому что ты стал опасен. Благодаря своей девчонке. Как-то давно он рассказывал Главному жрецу о хорошем вине, из-за которого ты все забыл, и под присмотром жрецов устраивал его даже больше, чем мертвый. Еще сказал, что ты не вернешься, потому что не сможешь попасть в Лунное озеро и никогда не найдешь драконьи слезы. Я не знаю, что это значит! Что-то он говорил еще про забвение и одиночество! – Лицо гнома жалобно сморщилось. – Я рассказал тебе все, что слышал! Отпусти меня!

Велия спрятал нож.

– Считай, уже отпустил! – он обернулся к Светке. – Ты можешь изменить его память?

– Да, смогу. Он уйдет в полной уверенности, что ты мертв, забудет этот разговор и унесет Татьяниного двойника. Я ее подкорректирую, и она будет как живая. Ее можно будет контролировать и подпитывать энергией до тех пор, пока это будет нужно.

– Хорошо придумано! – одобрил Велия, с интересом прислушиваясь к ней. – Приступай.

– Но… – Светка помялась. – Вообще-то, изменение памяти проводят на бессознательном существе!

– Не вопрос. – Велия треснул в лоб настороженно прислушивающегося к нашему разговору гнома. В принципе, тому, после такого удара, изменение памяти уже не требовалось, но Светка решила не рисковать.

– Тань, поможешь? Или…

– Или! – кивнула я. – Колдуй сама, подруга. Все-таки – это не мой профиль!

Я безоговорочно уступила чтение заклинания Светке. Мой магический резерв оказался мал, и после сильных заклинаний я не могла даже шевелиться. Да и магом меня можно было считать с натяжкой. Скорее всего, это просто мой организм мутировал, принимая вживленную плоть и кровь Велии, а побочным эффектом оказалась способность к магии.

Светка понимающе кивнула и сосредоточенно забормотала, помахивая фигушкой с оттопыренным мизинцем перед лицом лежавшего без сознания гнома. Затем звонко стукнула его в лоб и повернулась к Велии.

– Готово! Можешь уносить!

Маг, развязав тому руки, снова подхватил безжизненное тело и скрылся в портале. Мы со Светкой шагнули следом. В комнате, при помощи подруги я восстановила наши иллюзии, усилила, придавая им реальность. Взглянув на мертвого двойника мужа, я зажмурилась. Он успокаивающе положил руку на плечо.

– Может, уйдешь? Светлая, доделаешь сама?

– Уже! – улыбнулась Светка, сильно дернув гнома за уши. Он застонал, приходя в себя.

Велия ругнулся и, ухватив нас со Светкой, спрятался в шторах.

Гном очнулся, встал, помотал головой. Недоуменно почесав в затылке, он посмотрел на иллюзии, подобрал кинжал и, решив не ломать голову над внезапным провалом в памяти, начал действовать. Ухватив моего двойника, он рывком взвалил его на плечи и выскользнул за дверь. В коридоре послышались его торопливые, удаляющиеся шаги. Мы выбрались из-за штор и переглянулись.

– Ну, все! Теперь нужно предупредить отца и уходить в Винлейн. Думаю, там я смогу узнать о Лунном озере, и у меня будет время туда дойти. Сегодня жрецы узнают, что я мертв. Нам нужно будет поддерживать эту уверенность до тех пор, пока я не верну себя.

– Ты думаешь, что тот бред насчет Лунного озера – правда? – насмешливо посмотрела на него Светка.

– Я знаю, что это правда! – подчеркнул Велия.

* * *

Спустя некоторое время, когда небо на востоке чуть посветлело, мы стучались в покои к Владыке. Минут пять за ними не раздавалось ни звука. Затем послышались легкие шаги, дверь приоткрылась, и из нее выглянул Пентилиан. Оглядев нас тревожным взглядом, он распахнул дверь и посторонился. Мы тенями скользнули внутрь.

– Что случилось?

– На нас только что было совершено покушение. Меня убили, а мою жену похитили, – с серьезным видом сообщил ему Велия.

Владыка растерянно помолчал. Вздохнул.

– Всегда говорил, что алкоголь тебе противопоказан, да еще в таких количествах! Ну, ничего! – Владыка с сочувствием обнял сына. – Завтра прибудем в Винлейн и займемся твоим лечением! Посадим на строгую диету, оградим от выпивки, сомнительных знакомствах и же…

– Ты оглох? – Велия раздраженно дернул плечом, высвобождаясь из отцовских объятий. – Я тебе сказал: только что жрецы подослали к нам с Тайной убийцу. В Винлейн нужно уходить уже сейчас, так как утром к тебе придет король Сбрендин выражать соболезнование по поводу смерти твоего безвременно погибшего сына. Понимаешь?

Заподозрив всех нас в коллективном помешательстве, Владыка несколько мгновений переводил непонимающий взгляд с одного на другого.

– Отец, как бы я хотел, чтобы ты увидел все сам, своими глазами, но я не знаю, возможно ли такое.

– Возможно! – я решительно шагнула к Пентилиану. – Прочитай мою память, ты же можешь!

– Но, Тайна, это неприятная процедура!

– Читай!

Владыка нерешительно посмотрел на меня, перевел взгляд на мрачного Велию, кивнул:

– Ну что ж! – Подойдя вплотную, он сдавил мне голову и уставился в глаза. Его взгляд вдруг оказался живым, парализующим, змеей проникающим прямо в мозг. На мгновение показалось, что голова вот-вот лопнет как воздушный шар.

И вдруг он запел.

И голова лопнула.

И время перестало существовать.

Я очутилась в залитой лунным светом комнате за секунду до появления гнома. А когда я вновь пережила события этого вечера, меня словно вытолкнуло из воспоминаний и, приходя в себя, я поняла, что вижу перед собой глаза Владыки.

Тот разжал руки, моргнул, фокусируя свой взгляд на мне, как-то сгорбился и, ни на кого не глядя, молча сел в стоявшее рядом кресло. Все молчали, словно боясь нарушить воцарившуюся тишину. Первым не выдержал Велия:

– Убедился? Теперь нужно быстро уходить.

Пентилиан поднял на него усталый взгляд. Я вдруг заметила морщинки под его глазами и вокруг губ. Конечно, больше тридцати, по нашим меркам, ему было сложно дать, но теперь, когда не нужно было изображать Владыку, он словно скинул весь лоск, явив нам свое настоящее лицо мудрого, усталого и немного растерянного эльфа.

– Не торопись, сын! Если убийство уже произошло, нужно сыграть эту роль до конца. Поверь, будет выглядеть достаточно странно. У меня убивают единственного наследника, а я ночью бегу в Винлейн, не потребовав возмездия.

Велия шагнул, уселся перед ним на корточки и, положив на руки подбородок, вопросительно заглянул в глаза:

– Что ты задумал?

Тот ответил ему долгим взглядом.

– Мы останемся здесь и сделаем так, чтобы ни у кого не возникло сомнения в твоей смерти. Светлая все правильно придумала. – Он обернулся ко мне. – Тайна, деточка, ты сотворила хорошего двойника?

Я пожала плечами. Мне на помощь пришла Светка:

– Я усилила ее реальность, так что, если не подпитывать энергией – просуществует еще дня два.

Владыка одобрительно кивнул.

– Хорошо! Нужно подпитывать, пока все это не закончится. Ее либо убьют, либо потребуют выкуп. Посмотрим! А сейчас я буду выслушивать соболезнования друзей и вершить месть, а вы, – он кивнул нам с Велией, – тайно переправитесь в Винлейн, и будете ждать меня там.

Мы с Велией переглянулись.

– Мне некогда рассиживаться в твоем городе. Нужно как можно быстрее найти Лунное озеро и источник. И вернуть себе память. Ты, кстати, не знаешь, где это находится?

Владыка задумался.

– Точно не скажу, возможно, где-то в драконьих землях. Попробуй поговорить с мудрым Релианом. Помнишь его?

Велия задумчиво нахмурился, поморщился, а потом улыбнулся:

– Хранитель старых свитков Винлейна? Как-то раз надрал мне уши за то, что я тайком брал у него свитки. В отместку я сотворил ведро киселя и надел ему на голову. Да! Почему-то я это помню.

– Ага, а потом мне пришлось его умасливать, чтобы он простил тебя. Ты сделал не кисель, а клей, который никак не смывался с его волос. Ему даже пришлось побриться наголо, и с тех пор у него волосы не растут!

– Да?! – изумился Велия. – Не знал! А его золотистые длинные косы, это что?

– Парик! Причем я ему сам и сделал. Очень качественный получился.

Велия расхохотался:

– То-то он до сих пор на меня волком смотрит. Ладно, как-нибудь подарю ему на парик свои волосы. Будет менять цвет время от времени!

Владыка насмешливо покосился на него:

– Свои?! Да у тебя их, вообще, не осталось!!

– Отрастут! – беззаботно махнул рукой маг. – Да и зачем они мне сейчас?

Он качнул головой, рассыпав по плечам серебристые пряди.

– Как ты мог их обрезать? – не успокаивался Владыка. – Я, например, не стригся с самого рождения. И вообще, для мага волосы – это антенна для притяжения силы.

– Учту! – серьезно кивнул Велия и вдруг ухмыльнулся. – Но, если честно, эти косы мне надоели. А так – удобно и женщины любят!

– Варвар! – безнадежно махнул рукой Владыка.

– Это какие там еще тебя женщины любят? – прищурилась я.

– Конечно, дорогая, я имел в виду только тебя!

– Так, прекращайте свои семейные разборки! – не удержался Лендин. – Потом разберетесь, кто и кого имел… гм, в виду, а сейчас давайте уже выясним, что нам делать. А то башка раскалывается и спать охота!

– Да, действительно! – Владыка поднялся. Следом за ним встал и Велия. – Времени у нас практически не осталось. Уже рассвет. Пойдемте, я проведу вас к порталу, но для начала решите, кто пойдет с вами в Винлейн, а кто останется здесь со мной!

Все переглянулись, пожимая плечами, наконец, к Пентилиану подошла Светка.

– Если позволишь, – она смутилась, – я бы хотела поддержать тебя в твоем горе.

Владыка ласково ей улыбнулся и, обняв за талию, снова выжидательно посмотрел на нас.

– Пожалуй, мне сейчас исчезать точно резону нету! – шагнул вперед Лендин. – Так что я тоже останусь требовать мести за смерть своего друга!

– И я! – тут же влез Ларинтен.

– А я даже не знаю. С одной стороны, я могу остаться здесь, и с вами пойти тоже могу? – Степан в нерешительности потоптался между нами и Повелителем.

– Оставайся лучше с ними, – подбодрил его маг. – Сейчас нам лучше не привлекать к себе внимание многочисленным отрядом.

Степан, с облегчением выдохнув, радостно подошел к друзьям.

– А я пойду с вами! – неожиданно решил Крендин.

– Ты уверен? – пристально взглянул на него Велия.

Гном махнул рукой.

– Здесь мне найти работу уже не светит, а просто так болтаться в городе – не тянет. Не домой же возвращаться! Пойду с вами, авось, пригожусь!

– Хорошо, считай, что я тебя нанял! – кивнул Велия и посмотрел на отца. – Мы определились. Веди.

Через некоторое время блуждания по темным коридорам и лестницам, мы вышли к круглой беседке, возле которой дружно спали четверо гномов. Внутри тусклым золотом светилась резная арка.

– Это и есть портал? – шепотом спросила я Велию, тот молча пожал плечами.

Владыка что-то пробормотал, и арка засветилась розовым светом.

– Пойдемте, я провожу вас! – и он первым вошел в арку.

Часть вторая

Столица Эльфийского союза

Будь моей тенью, скpипyчей ступенью,

Цветным воскресеньем, грибным дождем.

Будь моим Богом, березовым соком,

Электрическим током, кривым ружьем.

Я был свидетель тому, что ты ветер.

Ты дуешь в лицо мне, а я смеюсь.

Я не хочу расставаться с тобою без боя,

Покуда тебе я снюсь! Будь моей тенью….

Сплин

Выйдя на площадку в Винлейне, я огляделась. Четверо эльфов-стражников отсалютовали нам золочеными пиками. Пентилиан кивнул. Велия, поморщившись, коснулся ладонью лба и усмехнулся, видя мой встревоженный взгляд.

– Все такое знакомое и незнакомое, что просто голова кругом!

– Скоро все закончится, – коснулась я его руки. – Нужно только немного подождать.

Он кивнул и, повернувшись к Владыке, решительно заявил:

– Теперь мы сами!

– Но я должен предупредить о вас своих самых близких советников!

– Не нужно, отец! Того, кто мне будет нужен, я найду сам. В городе тоже могут оказаться люди неведомого Хозяина. Да и мы здесь задерживаться не станем. Только отдохнем, соберемся, навестим Релиана и уйдем.

Владыка помолчал.

– Хорошо! Делай как знаешь… и береги себя. Да, и еще! – он вытащил из-за пазухи цепочку и, сняв ее с шеи, протянул сыну. – На всякий случай!

Велия взял и поднял удивленный взгляд на отца.

– Что это?

– Амулет Всевидящего.

– Ага, твоя любимая игрушка! – не удержалась я.

Он покрутил, рассматривая упрямо не желающий раскрываться глаз.

– А для чего он, и как им пользоваться?

– Сын, время! – Пентилиан кивнул на алеющий восход. – Поинтересуйся об этом у своей половинки.

Прощально взмахнув рукой, он растворился в портале.

– Ну и что теперь? – Крендин, зевая во весь рот, посмотрел на нас. Я пожала плечами и перевела взгляд на мужа. Тот надел амулет себе на шею и задумчиво огляделся.

– Лично я хочу есть и спать. Если вы разделяете мои желания, предлагаю держаться рядом, – мельком глянув на замерших стражников, он уверенно прошел по коридору до конца. Открыв неприметную дверь, за которой оказалась комната с множеством светящихся порталов, он озадаченно повертел головой и кивнул нам.

– Сюда!

И начался «портальный забег».

Куда мы только ни выходили: и в какие-то сады, и в жилые помещения, и даже попали на какое-то театрализованное представление с участием довольно симпатичных женщин в черном. Заметив нас у портала, они весьма оживились, но Велия почему-то смутился, быстро развернулся и, весьма нелюбезно подталкивая меня в спину, а Крендина цапнув за шиворот, шагнул в портал. На мои заинтересованные расспросы об этом действе и разочарованные вопли Крендина на тему: «Сам не ам и другим не дам, моралист хренов», – он упорно отмалчивался, продолжая плутать по переходам.

Наконец, удача нам улыбнулась, и мы заглянули на дворцовую кухню, где Велия бесцеремонно накидал полное блюдо еды, спер из шкафа большую бутыль, до горлышка наполненную жидкостью чайного цвета и торжественно доверил ее Крендину. Не обращая никакого внимания на изумленные взгляды двух поварих, не вовремя решивших прийти на работу раньше обычного, держа блюдо перед собой, снова исчез в портале.

Вскоре мы вышли в просторную и до боли знакомую комнату.

Я обрадованно огляделась.

– Вел, ты нашел ее! Это же моя комната!

В ней ничего не изменилось. Все оставалось так же, как и тридцать дней, или вернее тридцать лет назад. Тот же пушистый ковер, покрывающий пол, та же широкая кровать, тот же здоровенный шкаф и камин, сиротливо ощерившийся свежими дровами.

Опустившись на толстенный ковер у кровати, муж поставил рядом поднос с едой.

– Хм, странно, но я почему-то думал, что иду в свой дом, в котором, как мне кажется, всегда и обитал? – удивленно огляделся он и разочарованно хлопнул себя по лбу. – Проклятый склероз!

Я смутилась.

– Ты меня неправильно понял! Конечно, это твой дом, просто я здесь долго отлеживалась после ранения. Вот и привыкла считать эту комнату – своей.

Мы уселись рядом. Крендин, слушая нас вполуха, не сильно смутился. Он стащил большой кусок мяса, посыпал его чем-то зеленым и, блаженно щурясь, начал жевать. При этом у него из-за пазухи заманчиво поблескивала пробкой бутыль, и блеск этот не остался незамеченным.

– Вообще-то, тот период я помню лучше всего, – улыбнулся муж, без церемоний отбирая у недовольного гнома и откупоривая бутылку. – М-м-м, вкусно, но слегка крепковато. Попробуй!

Он протянул мне бутыль. Сделав пару глотков, я скривилась:

– Угу, градусов сорок, не меньше, аромат, как от одеколона, и сладкое, аж зубы сводит. Как-то мы с Владыкой на спор приговорили четыре таких бутылочки, с тех пор я ваши ликеры даже нюхать не могу! Так что пейте сами!

Крендин заинтересованно отнял у меня бутыль и надолго присосался. Я съела куриную ножку, несколько фруктов и поняла, что еще чуть-чуть и усну прямо на ковре. Спрятав зевоту в кулак, кинула сонный взгляд на Велию, допивавшего с гномом на двоих пузырь, подивилась их «градусоустойчивости» и заявила:

– Вел, если что, я уже сплю, а вы можете пьянствовать и дальше. – Скинув туфли, демонстративно залезла на кровать, упала на живот и уснула как была – в вечернем платье и драгоценностях.

* * *

Сон призрачной топью затягивал мой усталый разум все глубже и дальше от реальности. Сколько я проспала, не знаю. Не в состоянии проснуться окончательно, я несколько раз выныривала на поверхность сознания и, чувствуя рядом присутствие мужа, засыпала вновь. Один раз, с неохотой разлепив глаза, увидела над собой просвечивающее сквозь лиственный потолок утреннее небо. Рядом, прижав меня рукой, тихо посапывал муж.

Если честно, подъем ранним утром я всегда считала героическим поступком, поэтому, закрыв глаза, решила еще немного подремать. В общем, дремала до озверения, пока не проснулась с мыслью, что выспалась на неделю вперед. Перевернувшись на спину, я восторженно залюбовалась на первые звездочки, играющие среди листвы.

Вставать не хотелось совершенно. Все тело наполняла какая-то беззаботная легкость. Озорной ветерок коснулся моих обнаженных плеч, и я машинально натянула на себя одеяло.

Хм, интересно, и когда же это я успела раздеться? Не помню! Я приподняла одеяло и тяжело вздохнула, окончательно разочаровавшись в увиденном.

Кто просил меня раздевать? Бусы хотя бы оставил, маньяк! Вот блин! И я ничего даже не почувствовала! Нет, больше я их сорокоградусные одеколоны не пью!

Я покосилась на светящийся в темноте портал у дальней стены. Ну и как прикажете теперь быть с их дверно-портальной системой? И до шкафа дойти не успеешь, обязательно кто-нибудь зайдет! Вот кто просил меня раздевать?! Может, одеялом обмотаться?

Навскидку прикинув размеры одеяла, я с сожалением отбросила этот вариант.

Со стороны перехода послышались легкие шаги. Я приподнялась на локтях и мрачно стала наблюдать. В комнату, нагруженный стопкой бумаги, крадучись вошел муж, успевший переодеться во все черное. Заметив, что я не сплю, он сложил кипу листов на пол, подошел и упал рядом, потянулся ко мне.

– Ну, как спалось? – улыбнулся он, нежно касаясь губами моих губ.

– Чудесно! Наверное, после глотка того одеколона!

– Нда-а, ликер и впрямь попался в буквальном смысле сногсшибательный. Ты проспала почти двое суток! Я уже успел выспаться, сбегать в дворцовую библиотеку и набрать карт. Поищу завтра, где находится Лунное озеро, – он кивнул на сиротливо лежавшие на полу, неподалеку от портала, листки.

– Вел? – не удержалась я.

– М-м-м? – мурлыкнул он, щекоча мне шею волосами.

– Вел, куда ты дел мою одежду?

– Где-то на полу… висит, – виновато пробормотал он. – Я подумал, что она будет тебе мешать. Особенно все эти колючие камни. Бр-р-р!

– Ну, во время сна – ладно, но я-то уже проснулась! Понимаешь намек?

– Нет! – Он с искреннем недоумением заглянул мне в глаза. – Давай еще раз? Попробуй объяснить мне, что тебе нужно и зачем?

– Платье! – вздохнула я, уже понимая, чем все это закончится, но активно изображая дурочку. – Или штаны. Короче, дай мне одежду. Любую!

– Зачем? – губы Велии скользнули по моей шее, заставив кожу вздыбиться мурашками. – Зачем тебе одежда ночью?

– Сюда же может кто-нибудь войти! – машинально продолжала сопротивляться я, с удивлением прислушиваясь к собственным словам.

Велия, не сводя с меня желтеющих глаз, крест на крест махнул в сторону портала и успокоил.

– Уже не может! Ни войти, ни выйти! – он неторопливо расшнуровал рубаху, стянул ее через голову и, откинув в сторону, склонился надо мной.

– Какой же ты подлый, наглый…

– Тайна, я тебя тоже люблю.

…– Вел?

– М-м-м?

– Так как насчет платья?

– Спасибо, не ношу!

– Я, вообще-то, насчет своей одежды! И прекращай меня целовать!!!

– Лет через семьсот! Тогда, кроме протертых кашек, меня вряд ли будет что-то интересовать.

– Я столько не проживу! И вообще, хватит мне зубы заговаривать! Где моя одежда?

– Тайна! Какая одежда?! Я ждал тебя триста лет!

– О боже, зачем так много и мне одной!

– Да ладно, не благодари…

…– Вел?

– М-м-м?

– О чем ты думаешь?

– О тебе…

– А еще?

– О том, что если ты сейчас опять станешь выпрашивать одежду, я ее просто выкину, а тебя запру здесь на неделю. И это – в лучшем случае!

– А как насчет того, что нам нужно торопиться?

– Ну, еще недельку без памяти я проживу. А может, и дольше?

– Вел, ну что ты со мной делаешь, чудовище!

– А ты еще не догадалась?

…– Тайна?

– Хр-р…

– Ты спишь?

– Блин, да разве с тобой это возможно?!

– Я думаю, что нет! Великая, я тебя люблю!

– Опять?!

* * *

Заря позолотила крону деревьев, заливая комнату золотисто-розовым светом. Я с наслаждением потянулась и положила руку на грудь тихо спящего Велии. Нащупав шрам, нежно погладила его подушечками пальцев. Он шевельнулся. Посмотрел на меня из-под длинных ресниц и, сонно улыбнувшись, простонал:

– Тайна! Имей совесть, дай поспать!

– Совесть не возбуждает, а спать нужно ночью!

Скосив на меня изумрудный глаз, муж ехидно усмехнулся:

– Ну и бред же тебе приходит на ум! Кто ж ночью спит?

– Я!

– Придется отвыкать! – серьезно заявил он. – И вообще, мы – в эльфийском городе, а здесь ночью только и начинается настоящая жизнь!

Я поднялась и уселась около него:

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты тиран, сатрап и деспот?

Он заинтересованно приподнял бровь:

– Я тебя не узнаю! С утра и такие комплименты!

Но я, не обращая внимания на его ехидный тон, продолжила шутливо возмущаться.

– Мало того, что не даешь поспать, да к тому же, если учитывать последствия твоего «постельного режима», мне грозит активное пополнение нашей семьи?!

Велия, притянув меня за плечи, положил к себе на грудь, поцеловал и, когда в моей голове опять не осталось ни одной мысли, серьезно произнес:

– Я был бы только счастлив!

– Кто бы сомневался! – начала я, но он, не слушая моего ворчания, снова закрыл рот поцелуем, перекатил на спину и, вдруг оторвавшись, насторожился, разочарованно покривился и сел.

– Что? – не поняла я.

– У нас гости!

– Гости?! – я натянула одеяло до подбородка.

Велия махнул в сторону портала и в комнате появился взъерошенный Крендин.

Не обращая внимания на красноречивый беспорядок на постели, он прошел, решительно уселся на ковер и лишь тогда поинтересовался:

– Не помешал?

– А какой ответ тебе понравится больше? – Велия поднялся и, не торопясь, начал одеваться. Причем брюки и белье он выудил из-под одеяла, а рубашку, после долгих поисков нашел где-то под кроватью. Взглянув на смущенного гнома, улыбнулся: – Ну, а ты как, выспался?

Гном, насмешливо хрюкнув, кинул на меня, кутавшуюся в одеяло, быстрый взгляд:

– По сравнению с вами – да! А когда стало не до сна, решил побродить по городу, а там – эльфы!

– Что, эльфы? – Глаза Велии тут же серьезно сощурились.

Крендин махнул рукой.

– Я уже сутки брожу по Винлейну, слушаю митинги и смотрю окомаговизор. Владыка требует немедленного ареста всех жрецов с последующим выяснением обстоятельства твоей гибели. Короче, поставил им жесткие требования: если они в течение десяти дней не выдадут ему убийцу сына, он прекращает любое сотрудничество с Братством гномов.

– И что?

– Для гномов это полный привет. Все вышли на улицы с митингами. Сбрендин в панике. Но вначале Владыка потребовал вернуть ему невестку, то бишь тебя, Тайна. – Крендин кивнул мне.

Мы с Велией переглянулись.

– Тайна! – вдруг раздосадованно вскинулся Велия. – Твой двойник! Ты про нее забыла?

– Как будто с тобой, в принципе, о чем-то можно помнить! – огрызнулась я и, тут же проследив слабую ниточку к своей иллюзии, вдохнула через этот канал немного энергии, но сила никуда не пошла, а жаркой волной толкнулась обратно.

Хм, странно! Неужели я опоздала и иллюзия разрушилась? Хотя, не должно так быть! Ведь и Владыка, и Светка обещали поддерживать ее жизнь столько, сколько потребуется?

Прошептав заклинание, я представила своего двойника и в ужасе распахнула глаза.

– Что? – Велия не сводил с меня встревоженных глаз. – Что ты увидела?

– Они ее обезглавили. Я только что видела свое мертвое тело! – выдохнула я, чувствуя дурноту.

– Этого и следовало ожидать! После всего произошедшего ты им стала не нужна, и они тебя убили, а может, поняли, что ты – ненастоящая. Или… – Велия посмотрел на меня пронзительным взглядом. – А она смогла бы ответить на их вопросы?

Я качнула головой.

– Нет, она все время спала, это же был примитивный двойник. Да я и не смогла бы ее создать другой. У меня ни знаний, ни силы. – Я виновато развела руками, и тут же снова подхватила и натянула до подбородка так и норовившее съехать вниз одеяло.

Велия с видимым облегчением выдохнул.

– Умница! А то я подумал… – Не вдаваясь в подробный отчет о своих мыслях, он продолжил: – Так, значит, все наши враги пока считают, что мы мертвы? Отлично! Путь к Лунному озеру свободен!

– Когда пойдем? – обернулся Крендин.

– Завтра на рассвете! – ответил Велия.

– А чё не сегодня вечером? – ехидно фыркнула я.

Маг, сощурив глаза, собрался сказать что-нибудь эдакое, но отчего-то передумал и начал терпеливо объяснять:

– Сегодня нам нужно собраться: выбрать оружие, взять хоть какую-нибудь броню, зелья, припасы, запасную одежду на всякий случай. Мне еще надо просмотреть те карты, – он кивнул на сваленную неподалеку от портала стопку бумаги. – Ну и самый главный довод – я думаю, что выходить в поход на ночь глядя неразумно! Вот такие у меня дела на этот день. О планах на сегодняшнюю ночь я тебе сообщу чуть позже! А теперь позволь узнать, что сегодня собираешься делать ты?

Боже, как я ненавижу этот хозяйский тон! Вместе без году день, а туда же. Планы на ночь он мне сообщит! Перед гномом, что ли выпендривается? Какая нелегкая приперла его в такую рань? Сидит, ухмыляется, уши развесил. Блин, а мне так много надо спросить у Велии!

Чувствуя, как раздражение топит мой разум я, состроив презрительную мину, укоризненно посмотрела в красивое лицо мужа:

– Что собираюсь делать? Ну-у, для начала я все же хотела бы одеться! И желательно в робу наемника! Мечтаю со вчерашнего вечера! Но что тебе мои мечты! У тебя же, видите ли, планы! Может, тогда ты от меня отстанешь?

– А что так? – он удивленно поднял на меня чуть потемневшие глаза. – Я тебя обидел?

От его слов я ощутила себя сволочью, но признаться в этом помешало все больше раздражающее меня присутствие гнома и мой гонор. Поэтому, не замечая настороженного взгляда мужа, я с вызовом понесла околесицу:

– Хочу, чтобы ты оставил меня в покое на ближайший поход. А хочешь, объясню почему? Меня убивает твое отношение ко мне! Я привыкла, что с моим мнением считаются, а твоя нынешняя грубость и самоуверенность меня бесит! Я не ручная мартышка, с которой играют, когда захотят. Я выходила замуж за уравновешенного и романтичного мужчину, но ты – не он!

– Не сильно понял смысл, но насчет последнего скажу – знала ты явно какого-то зануду с кучей комплексов! Да и знала ли? – насмешливо фыркнул Велия и вдруг жестко произнес. – Позволь, родная, тебя разочаровать: даже вспомнив прошлое, я не стану таким, каким ты хочешь меня видеть. Мне не позволят это сделать те тридцать лет, которые я прожил без тебя.

– Что ж, в таком случае, милый, если ты хочешь и дальше оставаться моим мужем, тебе придется научиться хоть иногда соответствовать тому образу, к которому я привыкла, а не уподобляться команчу на тропе войны. Как ты не понимаешь? Меня пугает твоя дикость, а все твои намеки на любовь слишком незаметны, чтобы я могла их понять! Где романтика, чувства?

Во – ахинея! Что же я такое несу-то?

Выдав этот бред, я почувствовала себя еще гаже. Меня будто кто-то дергал за язык, заставляя изображать истеричную идиотку. А так хотелось совсем другого…. Вот блин! Утро не задалось. День испорчен. А может, это на меня так подействовал вид убитого двойника?

От моих слов лицо Велии еще больше помрачнело, но он, пытаясь перевести все в шутку, насмешливо заявил:

– Хорошо, уговорила! Теперь обойдемся без намеков, раз ты их не понимаешь. Правильно, зачем время тратить? – Крендин фыркнул и противно захихикал, а Велия невозмутимо закончил. – Хочешь романтики? Получишь! Если верить карте, впереди у нас целая романтическая неделя. С привалами: в трупных пещерах, безлюдных землях и на берегу Лунного озера, где-то у беса на рогах!

– Шли бы вы… без меня в этот поход! Поромантируйте вместе с Крендиным где-нибудь в трупной пещере, а я вас тут подожду.

– Он не в моем вкусе! – заявил гном.

– Взаимно! – хмыкнул Велия. – Так что…

Он прошел к гардеробу, распахнул дверцу и, поискав что-то внутри, кинул на кровать темный сверток.

– Так что, Воительница, – продолжил он как ни в чем не бывало, – привыкай к тому, что дают. Моей любви тебе не избежать! В этом мире разводы очень редки! Раньше надо было думать! Как утверждают свидетели, наш брак был заключен по обоюдному согласию. Одевайся! И, наконец, прекращай истерику, мы не одни!

Это оказалось последней каплей.

– Да провались ты со своей любовью! Если честно, не очень-то она мне и нужна. Вернуть бы все назад, ни за что бы не полезла в этот паршивый мир на твои поиски. Кто ж знал, что вместо любимого я найду такое чудовище? Жила бы себе спокойно в своем мире, радовалась жизни, ненавидела мужчин и умерла бы старой девой лет в шестьдесят. И поверь, это было бы куда лучше, чем брак с таким монстром, как ты!

Раздраженно передернув плечами, он повесил на пояс кинжалы. Пригладив, связал волосы в короткий хвост, натянул сапоги и, выпрямившись, поднял на меня мрачный взгляд.

– Чем ты недовольна? – От звука его ледяного голоса мне захотелось повеситься. А он, не дожидаясь ответа, пошел к выходу. Подхватив по дороге стопку брошенных у портала карт, обернулся к Крендину: – Ты идешь?

Гном молча встал и пошел за ним. Велия, напоследок смерив меня холодным взглядом, безразлично произнес:

– Знаешь, в этом мире разводы очень редки, но они существуют! – и, не дожидаясь гнома, исчез. Крендин немного замешкался, выразительно покрутив пальцем у виска.

– Какой бес тебя укусил? Если бы мне такое сказали, я бы убил! – И тоже шагнул в портал.

Я осталась сидеть на кровати, размазывая по щекам злые слезы и костеря себя на все лады.

Вот идиотка! Мне достался умный, красивый, с чувством юмора мужчина. К тому же нежный любовник и заботливый друг в одном флаконе. Ну и если вписать сюда то, что он будущий король – картина будет полной, а я ему сегодня закатила безобразный скандал. На пустом месте! Так сказать, спасибо, любимый, за волшебную ночь! Вот кретинка!! А если он на самом деле со мной разведется? Здравствуй, вольная жизнь с петлей на шее?! Может, побиться головой о стену – полегчает? Жаль, нет рядом Светки, она бы меня быстро привела в чувство парой оплеух, которые бы мне точно сейчас не помешали!

Простонав так с полчасика, я поняла, что жутко хочу есть, пить, на горшок, а самое главное – найти мужа и извиниться, пока не поздно! Для собственного успокоения я подергала обручальное кольцо. Нет, сидит, как влитое, спадать не собирается! Фу-у-у, это радует! Что ж, теперь надо одеваться и собираться на его поиски!

Умывшись, я взяла небрежно брошенный Велией сверток, потянула за веревочку и моим глазам предстали мои старые потертые джинсы и ветровка пыльного цвета. Так называемые доспехи Странников мира.

С наслаждением натянув одежду, я, порывшись в гардеробе, нашла еще старые сапоги и поспешила к порталу.

Надеюсь, не заблужусь! Вот интересно, что на меня сегодня нашло?

* * *

Я попала на довольно большую, огороженную вьющейся изгородью оживленную площадь. Всегда было интересно, как эльфы умудряются жить на деревьях, да еще с таким комфортом? Небольшими кучками здесь всюду толпились эльфы, изредка встречались полукровки, временами попадались люди, а обособленно стоявшие гномы громко разговаривали.

Интересно, что тут намечается?

Я огляделась. Заметив неподалеку от себя двух мужчин с такими же, как у Вели, серебристыми, заплетенными на эльфийский манер волосами, привлекательными чертами лица и изумрудными глазами, я решительно потопала к ним. При виде меня полукровки прервали оживленный спор и. удивленно рассматривая, вежливо улыбнулись. Один приветливо махнул мне рукой.

– Привет, сестра! Ты здесь одна?

– Вообще-то, нет! Я ищу мужа. Он тоже полукровка. Вы случайно не заметили его? Он вместе с гномом.

Мужчины переглянулись и покачали головами.

– Нет, мы не видели их, хотя находимся здесь с самого утра. Не хотелось пропустить последние новости из Златогорья.

Сразу забыв про Велию, я насторожилась.

– А что там, в Златогорье?

Они в изумлении вытаращили на меня глаза.

– Ты что, не знаешь, что принца Велию убили, а его невесту похитили?

Я опешила от столь прямого вопроса. И, не придумав ничего умнее, спросила.

– А это кто?

Они снова переглянулись, и один из них пустился в объяснения:

– Велия – это внебрачный сын нашего Владыки. Он – полукровка и с ним связана какая-то непонятная история. Он и его подруга тридцать лет назад исчезли, а недавно объявились в Златогорье. А вчера сообщили, что принца крови нашли убитым, его подругу похитили, а сегодня утром нашли в горах обезглавленной. О том, что это она, узнали только по какому-то шраму на груди. Ну, как тебе? Не слабо? Теперь Владыка требует от гномов, чтобы они выдали ему убийц. Если этого не случится – грозит межрасовым скандалом! А если учесть, что из Эльфийского союза в Гномье братство идет дерево, продукты, ткани и часть вин, то за невыполнение требования Владыки гномам грозит голод! Сбрендин пока молчит.

– Да, что теперь будет, один Всевидящий знает! – тяжело вздохнул другой.

– В смысле? – насторожилась я.

– Теперь наместник Великограда и вовсе взлютует!

– Почему?

Говоривший полукровка окинул меня задумчивым взглядом.

– Откуда ты, если не в курсе последних новостей? Не знаю, чем уж наместнику не угодили полукровки, но он вместе со своим оракулом недавно издал новый свод законов, в котором полукровкам отводится только роль рабов. А за все ошибки и провинности грозит смерть или каторга. Как-то Лобрех предсказал, что власть оракулов пройдет, едва исполнится исправленное пророчество, и настоящий король придет к власти. Мы думали, что это будет Велия, а видишь, как получилось!

– Да, в Великограде сейчас вообще невозможно жить! – поддержал его товарищ. – Мы уже давно перебрались сюда, но в Великограде и в его окрестностях у нас остались друзья и родные. Мы очень переживаем за них. Хотелось бы всех снова увидеть, но мы боимся приехать даже в гости! Одна надежда была на Велию, но его убили.

– Да, жалко! Хороший он был! – подхватил другой. – Я его, кстати, знал, чуть ли не с детства, только уже очень давно не видел. С тех пор как он перебрался в Винлейн, мы с ним вместе учились у дворцовых магов. Только я магию забросил. Женился, да занялся торговлей, помогая отцу, а Велия был ею одержим. Не знаю, что он пытался доказать и кому, но он отказался от выгодного брака, предложенного ему отцом, продолжал изучать магию и стал лучшим боевым магом Эльфийского союза.

Впитывая каждое слово, я слушала их, открыв рот, радуясь возможности узнать хоть что-то из прошлой жизни моего мужа. Если раньше он не рассказывал мне о себе из-за нехватки времени, то сейчас не станет рассказывать из-за отсутствия памяти.

– Вот где ты ходишь! А я тебя потерял. Привет, братья! – вкрадчивый голос Велии заставил меня вздрогнуть.

Мои собеседники удивленно уставились на появившегося из ниоткуда мага и приветственно закивали.

– Привет, брат!

– Ага, привет! Она тебя искала.

– Я это понял. – Велия, встав рядом, обнял меня за плечи. – Мы с половинкой в городе недавно. Какие новости?

Полукровки переглянулись.

– Так ты тоже ничего не знаешь?

– Я слышал почти весь ваш разговор, поэтому не стоит мне его повторять. Просто хотелось узнать что-нибудь еще.

– Через несколько минут по окомаговизору сообщат последние новости, так что надо только немного подождать!

Второй, неловко помолчав, вдруг спросил:

– Как вас зовут? Мне кажется – Вел, я как-то в городе тебя видел! Вы не местные?

Велия замялся и пожал плечами – что тут скрывать.

– Я – Вел, она – Тайна, мы с юга и в вашем городе впервые.

Полукровки переглянулись, вежливо улыбнувшись, тоже представились.

– Я – Фелиан, – высокопарно поклонился один.

Велия кивнул ему и перевел взгляд на другого полукровку.

– Я – Ланка, – по-простому представился второй.

– Ага, понятно! Значит ты, Фелиан, воспитывался в Винлейне, а тебя, Ланка, привезли из людских земель?

Ланка весело расхохотался, а Фелиан лишь надменно фыркнул.

– Ты ошибаешься, э-э… Вел. Мы с Ланкой – братья. Наш отец – эльф – был женат на людской женщине, и мы давно живем в столице!

Велия удивленно поднял брови:

– На самом деле вы ни капли не похожи.

– Да! – согласно кивнул Фелиан. – Природа поделила нас с братом меж двух рас. И вообще. Ты тоже больше похож на эльфа, чем на полукровку или человека.

– Скажите, а вы с женой из какого города? – бесцеремонно влез в разговор Ланка. – Дело в том, что на юге Людского Княжества у нас живет бабушка, она часто приезжала к нам в гости, пока люди не закрыли границы.

Велия неопределенно помычал и незаметно пихнул меня в бок.

– Мы из Капчагая, – вдруг выдала я. Когда-то давно у меня была подруга, родившаяся в этом маленьком курортном городке в богом забытой стране.

– Да?! – удивился муж, спохватился и кивнул, соглашаясь. – А, ну да! Мы оттуда! – и тут же заинтересованно шепнул. – А где это?

Я отмахнулась от него – потом! – и посмотрела на братьев.

– Надеюсь, ваша бабуля не наша землячка?

Те, изобразив работу мысли, покачали головой.

– Нет, не оттуда. А Капчагай где находится? – заинтересовался Ланка.

– Судя по названию, где-то в землях бесов! – фыркнул Фелиан.

– У моря! – обиделась я и кивнула на развертывающийся у нас над головами экран. – Начинается.

* * *

Все заинтересованно замолчали, глядя вверх. Там уже разворачивались взволновавшие всех события. На экране появилась площадь верхнего города, и невысокая пухлая девица картаво затараторила:

– Пошли уже тгетьи сутки с того дня, когда в Златогогье был жестоко убит пгинц Велиандег и его супгуга. Владыка эльфов, Пентилиан, выставил жесткий ультиматум коголю Сбгендину о выдаче ему убийц в течение десяти дней. Дгузья пгинца Велиандега гогят жаждой мести.

На переднем плане замаячил Лендин с топором наперевес и мрачно заявил:

– Короче, те, кто называет себя жрецами, доживают последние деньки, а потом я и мои друзья разнесут их чертовую Арену по камушку. Я клянусь, что отомщу за смерть моего друга и Великой. Я отрублю и скормлю им их собственные…

– Мы видим, что события газвиваются нешуточные, – быстро перебила Лендина девушка, – гномы гогят жаждой мести и, думаю, сделают все, чтобы исполнить тгебования Владыки. Как стало ясно из последних новостей, жгецы неоднокгатно покушались на жизнь наследника Великоггада и Винлейна. В конце концов, им это удалось.

В кадре появился Пентилиан под руку со Светкой. Оба в черных плащах, а на заднем плане виднелись два закрытых гроба.

– Скорбь моя глубока, – печально начал Владыка, – убит мой единственный сын и мой наследник. Я останусь в этом городе до тех пор, пока собственноручно не испепелю убийц моего сына. Если же мой друг, король Сбрендин, не пойдет на мои условия, то я закрою все поставки наших товаров и прекращу все экономические отношения с городами Гномьего братства. А если учитывать, что хан бесов Перес и маршал заурасков Фриисс – мои друзья, последствия для Гномьего братства могут стать катастрофическими! Я не угрожаю! Я предупреждаю.

– Да, мы требуем крови жрецов, отнявших у нас близких! – яростно выкрикнула Светка. – Танька, если ты слышишь, знай, я за тебя отомщу!

Мы с Велией переглянулись.

– Приятно! – хихикнул маг.

– Ага! – улыбнулась я.

На экране снова появилась диктор и быстро залопотала:

– Как мы видим – Владыка и его дгузья настгоены гешительно, но посмотгим, что говогят жгецы.

На экране появилась неизменная маска служителя Арены и надменно заговорила «сидевшим в печенках» голосом Главного жреца.

– Я уже принес свои извинения Владыке за то, что принимал его сына за одного из наших жрецов, бежавших с группой неизвестных во время праздника Оракула. Мы очень скорбим, что принц крови погиб, но клянемся, что не повинны в его смерти. Мы не знаем имен убийц и требуем со стороны эльфов мирных переговоров.

Диктор опять продолжила что-то пояснять, но ее заглушил гул голосов.

– Вот гады! – сплюнул Ланка. – Наверняка это они укокошили нашего принца, а сейчас отпираются!

– Да-а, – вздохнул Фелиан. – Теперь нам в земли людей точно ходу нет. Барга построит там расистскую империю! Наверно, уже всех полукровок извел, которые там оставались в надежде на лучшее. Что сказать – жаль принца Велию! Он был бы хорошим правителем. А ведь когда-то давно он был мне почти другом!

– Да? – Велия заинтересованно посмотрел на Фелиана. – И как?

– Что? – не понял тот.

– Каким он был? – маг с улыбкой смотрел на него, ожидая ответа.

Тот задумался, вздохнул, окинул Велию оценивающим взглядом и произнес:

– Если ты о физическом облике, то ростом он был где-то с тебя, но лицо более изящное, волосы ниже пояса, глаза светлее. И вообще! По тебе сразу видно наемника, а Велиандр был магом. Более утонченным, что ли?

Колдун недоверчиво покривил губы и выдал:

– Вот ужас-то!

– Велия!!! Ну, чё застыли? – мы вздрогнули от вопля Крендина, радостно пробирающегося к нам сквозь галдящую толпу. – Хватит сплетни слушать! Там для нас все готово, надо собираться! Хватай Тайну и пошли!

Велия досадливо поморщился и с извиняющейся улыбкой на лице повернулся к настороженно разглядывающим нас братьям.

– Извините, друзья, но нас ждут дела! Приятно было познакомиться! До встречи! – и, не ожидая реакции братьев, утянул меня в толпу.

– Как он их назвал? – донесся нам вслед изумленный голос Фелиана. – Мне не померещилось?

– Нет! – В голосе Ланки послышалось ликование. – Он жив, жив! Надо его догнать!!

Но мы бесследно затерялись в столпотворении. Наконец, бег с препятствиями в лице жителей Винлейна закончился, и я с радостью затормозила, увидев прямо перед собой портал. Велия, выпустив мою руку, отвесил поджидающему нас гному хороший подзатыльник.

– Блин! Крендин! Всю маскировку испортил! – гневно накинулся он на виновато потирающего затылок гнома. – Теперь до утра нам здесь точно делать нечего!

Зло вздохнув, он сменил тему:

– Ты был у оружейника?

– Был. Уже все в комнате лежит!

– А зелья? Вещи?

– Да все уже там! Только Релиан ждет тебя лично! Со мной он говорить не стал!

– Ладушки! – прищурив глаза, муж обернулся ко мне. – Ты со мной?

Ну вот, я так и знала!

Чувствуя себя гаже некуда, я робко улыбнулась и, покаянно вздохнув, кивнула:

– Куда я без тебя?

Глаза прищурились еще сильнее.

– Правда-правда! – Я жалобно шмыгнула носом. – Не знаю, что на меня нашло. Стала, будто сама не своя. Ты меня, вообще, поменьше слушай, ладно?

Сжатые в ниточку губы чуть дрогнули.

– Вообще-то, я хорошая! – еще жалобнее мяукнула я.

Колдун не выдержал и рассмеялся:

– Когда спишь зубами к стенке! – Но тут же посерьезнел, обнял меня и строго произнес: – Тайна, я не любитель скандалов!

– Больше – никогда! – клятвенно пообещала я, радуясь, что экзекуция так быстро закончилась. «Новый» Велия нравился мне все больше и больше! Если бы он был прежним, не избежать бы мне нотаций о моем поведении часа на три!

Муж скептически хмыкнул, утягивая меня в портал.

* * *

Мы вышли в хранилище. Может, это помещение называлось по-другому, но иное определение просто не шло на ум. Тут даже запах стоял такой, особенный. Словно я оказалась в кладовке со старыми книгами и елочными игрушками. В огромном зале царил полумрак. Окна здесь, если и существовали, были наглухо закрыты. Освещали хранилище небольшие, парящие под потолком тусклые шарики. И везде ровными рядами стояли стеллажи. За тонкими льдинками стекол жили тонны свитков, книг и странных предметов.

– Добро пожаловать, молодые люди. Ваш друг предупредил меня о вашем визите. Что ты хотел узнать у меня, Велиандр?

Из сумрачной глубины хранилища к нам вышел высокий моложавый эльф со странной прической, состоящей из сотен тоненьких длинных косичек. Неужто и у них в ходу дреды?

Велия с улыбкой шагнул к нему и почтительно поклонился.

– Релиан?

Пожевав губами, хранитель скептически хмыкнул.

– А что, я так сильно изменился? Или ты предпочитаешь не помнить о проделках своей юности?

Колдун смущенно кашлянул.

– К сожалению, именно об этом я помню лучше всего! – И лучезарно улыбнулся старику. – Приятно снова увидеть тебя, Релиан! Чудесные волосы! Чего не могу сказать о своих. – Он демонстративно дернул себя за волосы, завязанные в короткий хвост.

– Подлизываешься? – Релиан подозрительно посмотрел на него. – А правда, как ты смог лишиться волос? Для мага это необоснованный риск!

– Уж поверь, это не дань моде. Просто я теперь не маг! – заявил Велия и тут же поправился, видя изумление на лице Релиана. – То есть, пока не маг! Считай, что я просто наемник. И для того, чтобы снова стать тем, кем я являюсь, мне понадобится твоя помощь.

– Что случилось, мальчик? Если ты попал в беду, почему сразу не обратился к нам за помощью? Нельзя же вечно рассчитывать только на себя, тем более, ты теперь принадлежишь не только себе, но и своему народу! Рассказывай, а я уж постараюсь тебе помочь.

– Да рассказывать особенно нечего. Не знаю, как, но я потерял память. Я практически ничего не помню из того, что происходило в моей жизни. В голове сидит только то, что мне упорно вбивали в голову последние тридцать лет. Колдовство получается машинально. Хотя, после того как меня нашла моя половинка – колдовство стало получаться лучше.

Релиан подошел к магу, гладкой рукой с длинными пальцами закрыл ему глаза и постоял прислушиваясь.

– Да-а, если воспоминания и сохранились, то спрятаны очень глубоко. – Хранитель убрал руку и с сочувствием покачал головой. – Чем я могу тебе помочь, Велиандр?

– Нам нужно узнать, как добраться до Лунного озера, находящегося предположительно в землях драконов. И добраться как можно быстрее!

Старик кашлянул, поворошил косички, махнул рукой, приглашая следовать за ним, и бодро зашагал куда-то в глубину хранилища.

Когда мы окончательно заблудились в лабиринтах шкафов и стеллажей, Релиан вдруг остановился у одного, открыл дверцы и достал толстую старую книгу в черном кожаном переплете.

– Здесь собрано все о тех землях. Кто водится, населяет, карта, опасные места. – Открыв книгу, он быстро полистал ее и ткнул пальцем. – Вот. Здесь сказано, что Лунное озеро находится между хребтом Ожерелье дракона и гномьим городом Рубайном. С давних пор это место действительно считалось территорией драконов, но все, что написано в книге, было истинным до нашествия теней. Как там сейчас – не знаю! Живут там драконы или нет, предстоит выяснить тебе. Дорога туда ведет через земли гномов мимо побережья Великого моря. От нас это займет две недели пути. Населенных мест там почти нет. Рубайн, последний город гномов, стоит на границе.

Затаив дыхание, мы внимательно слушали старика.

– Не ходил бы ты туда, мальчик? – Релиан прямо посмотрел на задумавшегося Велию. – Опасный путь! Спроси лучше Владыку, может, он поможет твоему горю?

Велия упрямо покачал головой:

– Нет, Релиан, я пойду! Где-то там меня ждет прошлая жизнь. Спасибо тебе за помощь. Я возьму карту, если ты не против?

Старик протянул Велии клочок бумаги и он, тут же спрятав его, улыбнулся хранителю.

– Ну, прощай, Релиан, к луностоянию, надеюсь, встретимся, заодно и вспомним мои детские проделки!

Релиан с грустью посмотрел на мага.

– Оставь в городе свою подругу! Путь тяжелый и неблизкий, что-то у меня на душе неспокойно.

Велия, задумчиво посмотрев на меня, кивнул старику.

– Я подумаю о твоем предостережении. Спасибо. – И, не слушая мои возмущения, быстро повел меня к выходу.

* * *

В нашей комнате уже во всю хозяйничал Крендин. На полу высилась внушительная гора из зелий, одежды и оружия. Он что-то сосредоточенно впихивал в мешок, но, увидев нас, приветственно поднял руку.

– Давайте, помогайте мне собираться!

Велия, кивнув, подошел к нему. Покопавшись в куче вещей, он что-то выбрал и, отложив в сторонку, позвал меня:

– На! Я думаю, неплохо будет, если у каждого из нас будут амулеты Всевидящего. Правда я так и не понял, зачем они нужны.

– О, нет! – простонала я. – Ты меня и в прошлый раз ими замучил!

– Сильно замучил? – Велия с усмешкой покосился на меня.

– А что это еще за ерунда такая? – Крендин заинтересованно посмотрел на закрытый глаз.

– О-о-о, это такой шпионский причиндал! – пояснила я – Дело в том, что, если он будет у тебя на шее, этот «внук Штирлица» будет знать все твои мысли, видеть твои поступки и слышать твои слова, и всегда сможет открыть к тебе портал, где бы ты ни находился!

Крендин почесал в затылке и равнодушно пожал плечами, не разделяя мое возмущение.

– Так мне вроде того… скрывать нечего! Таин тоже нет, а насчет перемещения… – Он заговорщицки подмигнул заинтересованному магу. – Слышь, Вел, а хорошая штука! Может, когда твоя жена в очередной раз на пару дней уснет, переместимся куда-нибудь вместе? Я тут такое место нашел, м-м-м, знаешь, там…

– Та-ак! И куда это ты моего мужа перемещать собрался? – грозно глядя на хихикающего гнома, подбоченилась я.

Вид у меня, наверное, был впечатляющий, только скалки в руках не хватало. Поэтому Крендин с Велией быстро спрятали смех от греха подальше, и муж серьезно попросил:

– Нет, а правда, Тайна, научи меня пользоваться этим амулетом?

Я вздохнула и неохотно начала объяснять:

– Нужно крепко зажать амулет в руке и мысленно обратиться к тому, кого ты хочешь услышать, но это сработает, если только у этого существа есть такой же амулет. С порталами, примерно, то же самое.

Велия с нескрываемым любопытством выслушал мои объяснения и, тут же надев на меня амулет, достал из-за пазухи свой и сжал в руке.

– Потренируюсь! – пояснил он? и у меня в голове тут же зазвучал его голос.

«Ты понимаешь меня?»

«Более чем!» – насмешливо фыркнула я.

«Чудненько! Пока Крендин не слышит, хочу тебе сказать, сегодня ночью ты окончательно свела меня с ума!»

Вспыхнув до ушей, я все же пытливо прищурила глаза.

«Ты так считаешь?»

Не отводя от меня ласкающего взгляда, он просто пожал плечами.

«Мне не с чем сравнивать, родная, но если было бы, то все сравнения просто меркли бы перед тобой!»

Смутившись еще больше, я польщенно опустила глаза.

«И я тебя люблю, Велия!»

«Жаль, что редко!» – тут же съязвил он.

Я подняла на него возмущенный взгляд.

«Ах, ты…»

– Эй, ребята, я вам ничего… не мешаю? – Крендин, облокотясь на рукоять топора, ехидно поглядывал то на меня, то на Велию. – Может, мне выйти?

Мы, очнувшись от мысленного выяснения отношений, смутились. Я демонстративно подошла к куче вещей и начала собирать все необходимое в дорогу, а Велия, спрятав смущение за показушной наглостью, ухмыльнувшись гному, небрежно произнес:

– Я думаю, нам нужно уйти из города за час до заката. Поэтому у нас с женой достаточно времени, чтобы… гм… собраться. А ты, чтоб тут не мешаться, сходил бы, что ли, раздобыл еды в дорогу?

Крендин кашлянул и, придя в восторг от такого хамства, усмехнулся:

– Ну, ладно, приду часа через два. Надеюсь, вам хватит этого времени, чтобы… гм… собраться?

Отвлекшись от впихивания одеяла в мешок, я подозрительно покосилась на гнома.

– О чем это ты? И вообще, куда тебя понесло?

– Тебе Вел сейчас все наглядно растолкует, а я пойду. Дела еще есть! – И он, засунув топор за пояс, быстро шмыгнул в портал.

Я обернулась к мужу, ожидая разъяснений. Неспешно подойдя ко мне, он легонько коснулся губами моей макушки и, вздохнув, заглянул в глаза:

– Я бы с удовольствием провел это время по-другому, но мне нужно кое-что выяснить, поэтому я и отослал Крендина под благовидным предлогом. Ты мне поможешь?

– Конечно! – кивнула я. – А что нужно делать?

Велия достал амулет Всевидящего.

– Вызови отца. Мне нужно кое-что у него спросить.

Кивнув, я взяла амулет в руку и попыталась представить Владыку. Со второй попытки мне это удалось.

«Владыка?»

«Воительница?» – тотчас отозвался он, будто ждал.

«Да. Велия хочет видеть тебя как можно быстрее!»

«Хорошо! Я открою к вам портал минут через сорок, не раньше! Надеюсь, вам ничего не грозит?»

«Нет, Владыка. Будем ждать!»

Открыв глаза, я отпустила амулет и улыбнулась напряженно разглядывающему меня Велии.

– Скоро придет.

Он облегченно вздохнул и улегся на кровать, нависнув над картой, данной ему Хранителем. Я подсела рядом.

– Что там, расскажи?

Не поднимая глаз, он развернул карту и немного поизучал.

– Вот смотри. Весь путь проходит через земли гномов. Последний город Гномьего братства – Рубайн. Дальше идут небольшие поселения, а отсюда и досюда – пустое пространство. – Он провел пальцем кривую линию сантиметров в пятнадцать. – Тут так называемая территория драконов, но не отмечено абсолютно ничего, связанного с ними. Если судить по карте, идти из Рубайна до ближайшего города драконов нам около полутора недель.

– А до Рубайна нам еще сколько добираться?

Велия покусал губу и задумчиво посмотрел на меня.

– Вот об этом я и хочу поговорить с Повелителем. Хочу, чтобы он переместил нас сразу в Рубайн и сэкономил наше время. Когда он придет?

Я пожала плечами.

– Наверно, у него какие-то дела. Сказал, что будет через сорок минут.

– Подождем. – Велия перевернулся на спину и притянул меня к себе. – В таком случае у тебя есть время, чтобы вымолить прощение за утренний скандал.

Я посмотрела в его смеющиеся янтарные глаза, опустила взгляд на четко очерченные губы и, закрыв глаза, поцеловала.

* * *

– Велия! Хватит спать! Скоро придет Владыка! Ты не забыл?

– Точно! Забыл. – Муж, открыв глаза, посмотрел в лиственный потолок.

– Склеротик! – хихикнула я ему в шею.

– Ну, начинается! Уже и забыть ничего нельзя! – Он, ворча, осторожно спустил мою голову со своего плеча на подушку, сел и начал натягивать одежду.

– А все, между прочим, из-за тебя! – улыбнулся он, подавая мне мои старые джинсы и ветровку. – Если бы тебя не было в моей жизни, сейчас все было бы по-другому. Я сидел бы на троне, имел бы во-от такое пузо и кучу фавориток. – Он улыбнулся, глядя на хохочущую меня, и вдруг мрачно скривился. – Нда-а, от такой жизни я бы, наверно, сам на рудники сбежал!

– Не смеши меня! И не говори такие ужасы! Ты же знаешь мое воображение? – взмолилась я, затягивая на ветровке ремешки и вешая на пояс кожаные ножны.

Велия, уже одевшись, притянул меня к себе:

– Ты знаешь, я рад, что все так случилось, и что ты меня нашла!

– Это все, конечно, здорово, – немного грубовато перебила я, – но надо вернуть тебе память! А благодарить потом будешь.

– Ты все еще надеешься, что я стану другим? – нахмурился он.

– Нет, я думаю, что тогда ты станешь собой.

– Какая идиллия! – раздался ехидный Светкин голос. – Аж завидно до слез!

– А я смотрю, вы времени зря не теряете? – хохотнул Лендин.

– Хватит уже, натерялись! – проворчала я, оборачиваясь к друзьям.

Муж, выпустив меня, шагнул к Владыке, вышедшему последним из портала.

– Что случилось, сын?

Он выглядел встревоженным, и от того казался еще более усталым и постаревшим.

– Рад видеть тебя, Владыка! – кивнул Велия и сразу же без предисловий начал. – Мы собираемся уйти из города сегодня вечером. И я хочу попросить твоего совета. Сейчас…

Поискав на кровати, он выудил из-под смятого одеяла изрядно потрепанную карту и, не обращая внимания на ехидные взгляды Светки, подошел к отцу.

– Смотри. Нам нужно сюда! – и он объяснил все то, что недавно говорил мне.

Владыка слушал, не перебивая, лишь изредка качая головой. Когда Велия закончил и вопросительно посмотрел на него, Пентилиан задумчиво потер подбородок и хмыкнул.

– Ты хочешь, чтобы я через порталы провел вас сразу в Рубайн, в обход всех гномьих земель? Хм, это, конечно, интересная идея, но для начала нужно надеть другие личины, чтобы никто вас не узнал, потому что, не знаю насчет Тайны, а тебя, Вел, любая собака в Гномьем братстве знает. Жрецы постарались и везде расклеили листовки с твоим портретом и подписью – Лиандр, а также с кругленькой суммой внизу за твою поимку. А вообще, идея хорошая. Можно попробовать! – покивал головой Пентилиан. – Кстати, почему бы вам не выйти на рассвете? Идти в поход, на ночь глядя, несколько неразумно! Ты так не считаешь?

Покривив губы, Велия разочарованно махнул рукой.

– Просто некоторые – не в меру треплют языком. Всю конспирацию порушили. – Владыка промолчал, лишь вопросительно вскинув бровь, и Велия неохотно продолжил: – Да… познакомились мы сегодня с двумя полукровками. Легенду придумали, а Крендин подошел и назвал нас по именам. Ну, мы, конечно, не стали ожидать их бурной реакции, затерялись в толпе, но я бы не сказал, что полукровки плохо соображают! Поэтому надо как можно быстрее уходить из города. Если знают двое, могут узнать все!

Велия пятерней откинул волосы назад и выжидательно посмотрел на отца.

Тот устало потер лоб:

– Я сейчас вернусь в Златогорье, затем оттуда уйду в Рубайн, разведаю обстановку и уже оттуда открою для вас портал по «Оку Всевидящего». Если вдруг мне что-то помешает, я вернусь. А вы пока потренируйтесь с личинами. – Владыка, неуловимым движением руки открыв портал, тут же в нем растворился.

– Блин, Танька, что происходит? – Светка, подойдя, встревоженно заглянула мне в глаза.

Я пожала плечами.

– Не знаю, Свет. Еще несколько дней назад мне казалось, что происходящее – веселая развлекуха, а сейчас я боюсь! – Вздохнув, я отвела взгляд. – И из-за этих уродов такая злость иногда накатывает! Веришь – нет, голыми руками бы всех порвала!

Она вдруг обняла меня:

– Не бойся, Танюх! Прорвемся! Это как испытание! Конечно, очень многое изменилось за последнее время, но мы ведь тоже изменились. Мы справимся! Ведь зачем-то же мы вернулись снова в этот мир, так не для того ли, чтобы в нем остаться? – Светка твердо посмотрела мне в глаза. – Идите! А мы с Пентилианом вас прикроем! Пока никто и не догадывается, что вы живы. – И тут же передернулась. – Знаешь, Тань, у меня до сих пор перед глазами стоит твой обезглавленный двойник! Ужас!

– Да, не то слово! – кивнула я.

К нам незаметно подошел Велия.

– Ну, как, Великая, скоро станешь моей мачехой? – он ехидно подмигнул смутившейся Светке.

– Если бы не ты, «сынок», мы бы с твоим отцом уже давно поженились! – тут же фыркнула она.

– Ха, а при чем здесь я? – глаза Велии удивленно раскрылись.

– Просто Владыка хочет до конца довести эту кампанию; официально «оживить» тебя, сделать Властителем Великограда и правителем людской расы, и только потом устраивать свою личную жизнь! – Светка, сквасив унылую физиономию, печально вздохнула и подытожила: – Короче, нескоро.

– Владыка, как всегда, мудр и осторожен. Смотри, Великая, как бы он не выдал тебя замуж за одного из своих советников! – Велия уже откровенно веселился над Светкой.

От таких речей подруга окончательно покраснела.

– Боюсь, Тань, твой утонченный маг с изысканными манерами превратился в грубого варвара! – И, смерив Велию презрительным взглядом, заявила: – Ты совершенно не знаешь своего отца! Он хочет…

– Если бы хотел, давно бы сделал своей! – резонно возразил муж и, взяв мою руку, легонько коснулся губами ладони. – Ну что, любимая? Давай-ка преврати меня в очаровательного гнома, похожего на Лендина.

Гном надулся от гордости, а Ларинтен настороженно бросил косой взгляд на колдуна:

– Что-то раньше я не замечал твоего отношения к внешности моего друга.

Велия небрежно покосился на эльфа.

– А я и сейчас к его внешности никак не отношусь, просто мне нужно принять обличие гнома. Так пусть уж лучше это будет некто похожий на Лендина, чем какой-нибудь малахольный любитель пива, – маг кивнул мне. – Давай, Тайна, начинай!

* * *

Наученная Светкой, я произнесла заклинание, и вместо Велии перед нами предстал невысокий, широкоплечий, седовласый гном с массивным, будто выточенным из камня, лицом, носом картошкой и маленькими, глубоко посаженными угольками глаз. Себя же я попробовала превратить в очаровательную гномиху, но, судя по ошеломленным лицам Велии и Лендина, что-то малость переборщила: то ли с формами, то ли с внешностью.

– Ни хрена себе, краля! – гном едва не облизнулся.

– Ой, жуть какая! – фыркнул Ларинтен. – Не знал Ленд, что у тебя такой извращенный вкус!

– Ничего ты не понимаешь в красоте гномьих женщин! Главное, не смотреть на лицо! – отмахнулся Лендин, продолжая восторженно пялиться на меня. – Великая, если бы у тебя раньше была такая фигурка, то могу поклясться, этому полукровке ты бы не досталась.

Я засмущалась, а Велия, наконец, совладав с челюстью, закрыл рот и протянул:

– Н-да, любимая, боюсь, что теперь, пока ты снова не станешь собой, я буду к тебе несколько равнодушен. Никогда, если честно, меня не привлекали маленькие, толстые рыжие тетки с кривыми ногами и легкой формой косоглазия!

– Вот, я же говорю: самое главное – не смотреть на лицо! – напомнил Лендин. – В наших женщинах самое главное – фигура!

– Ужас! Это точно! – согласился муж, едва сдерживая смех.

– На себя посмотри, дедуля! Или, может, ты до сих пор сногсшибательный красавчик с фигурой Аполлона? Ага! Был, лет семьсот назад, да и то по меркам гномьих женщин! – обиженно фыркнула я и тут же пояснила. – Балда ты! Наша внешность – это всего лишь личины для чужих глаз. Да и то ненадолго! А мы-то остались прежними!

– Фу, слава Всевидящему, а я уж испугался, что мне теперь до конца жизни любоваться такой красавицей, как ты! – истерично хихикая, не унимался Велия.

– Если ты сейчас же не прекратишь насмешки, то станешь старым гномом с бланшем во всю рожу! – гневно сузив глазки, пообещала я. На что Велия вообще согнулся пополам и, постанывая от хохота, под довольное хихиканье наших друзей, пригрозил.

– Тайна, никогда больше не делай такое страшное лицо, а то, если я его запомню, оно всегда будет стоять у меня перед глазами. И тогда все – хана нашей супружеской жизни! – и рухнул на кровать со словами: – О, боги, это ж надо было так замаскироваться! Теперь можно смело идти по землям гномов, ни одна собака не узнает!

– Так, ну все! Хватит издеваться над моей единственной подругой! – устав смеяться, вступилась за меня Светлана. – Можно подумать, она видела ваших гномьих женщин!

Обняв меня за плечи, она заглянула в глаза и успокаивающе добавила:

– Не такая уж ты и страшная, не слушай этого наглеца! Ну, подумаешь, похожа малость на толстую бомжиху лет сорока с легким намеком на синдром Дауна – так это, наоборот, хорошо! Никто и не узнает в такой тетке – тебя. И Велию тоже хрен узнаешь! Один в один – престарелый байкер с алкоголическим стажем лет в сто!

– Спасибо, Светлая, что предупредила! А то вдруг бы я стал девушкам внимание оказывать, а меня бы сдали в приют для душевнобольных! – подал маг с кровати полный сарказма голос,

– Какой приют?! Тебя бы просто пристрелили как особо буйного! – ласково утешила его Светка.

– Н-да, дорогая, удружила! – Велия шутливо обиделся.

– А что ты хочешь? Какой муж – такая и жена! – парировала я – Но ты не переживай, все поправимо! Работай над кармой, занимайся голодовками, ушу или йогой, очисти чакры и лет через двести помолодеешь лет на сто!

Велия поднялся, схватился за голову и, обведя нас мученическим взглядом, поинтересовался у меня:

– Послушай, родная, а я что, сам, добровольно на тебе женился? И никакой гном не держал в это время над моей головой топор?

Под утверждающие этот скорбный факт кивки наших друзей, я горделиво хмыкнула:

– Естественно! Еще и умолял, чтобы я не покидала тебя и этот мир. Ну, кому ты, кроме меня, такой нужен? Вот я и сжалилась над тобой на свою голову!

Светка предупреждающе пихнула в бок и, сделав большие глаза, шепнула:

– Эй, ты ври, да не завирайся! Шутки шутками, но ты не забывай о сволочной натуре своего муженька! Потом ведь отыграется!

– О, господи! – послышался удивленный возглас. – Приветствую вас, конечно, уважаемые, но кто вы, откуда?

От портала с выражением крайнего изумления на лице на нас таращился Крендин. Скинув ко всем прочим вещам здоровенный мешок, он подошел к нам.

– Крендин Бухалин! – представился он, протянув руку Велии, но тот только отмахнулся.

– Да знаем, знаем! Уже, поди, не до такого этот… как его… а-а-а… склероз замучил!

Крендин впал в ступор от такого явного хамства незнакомца.

– Ой, да не слушай ты его! Неужели этого шута горохового не узнал? – подойдя к нему, я приобняла его за плечи.

Испуганно оглянувшись, гном начал вежливо вырываться.

– Я, м-м… мадам, это… рад, конечно, но если честно, то ни беса не понимаю. Что тут происходит?!! – рявкнул он, поворачиваясь к Лендину за ответом.

Тот, усмехаясь в усы, пожал плечами.

– Тебе ж объяснили, тупая твоя башка. Неужто этих шутов не узнал?

Крендин внимательно нас оглядел. Я игриво подмигнула и кокетливо улыбнулась.

Рискуя остаться без глаз, он вновь изумленно вытаращился на меня и, думая, что никто не видит, брезгливо покривился.

– Эй, брат, короче, я не понял, что ты тут на мою жену рожи корчишь? Я, конечно, понимаю, что теперь она страшнее пьяного беса, но она – моя жена!

– Что ж ты, брат, на такой красавице женился? – Крендин в сердцах повернул голову к наглому седовласому гному, с усмешкой наблюдающему за ним.

– Да это временно, ты за меня не переживай.

Крендин тупо поморгал и жалобно попросил.

– Мне бы с Велией кое-что перетереть! – Не получив вразумительного ответа от Лендина, он повернулся к хихикающему Ларинтену. – Не знаешь, где он?

– Говори! – нагло приказал незнакомец, усаживаясь на кровать.

Крендин недоверчиво посмотрел на него, затем на меня, затем снова на него.

– Так это ты… вы… – Он замялся, не зная как сказать.

– Мы! – хором подтвердили его догадку мы с Велией.

– Тьфу ты, бес! Не, ну напугали! – теперь Крендин восхищенно рассматривал то Велию, то меня. И вдруг брякнул: – Тайна, а ты не очень изменилась!

– Ну, спасибо! После того, что мне тут наговорили по поводу моей внешности, твои слова можно расценивать как страшное оскорбление! – заявила я, вогнав того в ступор.

– Так что ты хотел мне сказать? – напомнил ему маг.

– А! – вспомнил Крендин и уселся рядом с Велией. – Спустился я на площадь, побродил от нечего делать, гляжу, стоят полукровки человек десять и о чем-то секретничают. Короче, я мельком услышал, что они собрались поднимать восстание против наместника Великограда. А для начала хотят найти тебя!

Велия присвистнул:

– Ого! Неплохо все начинается! А нам, похоже, нужно торопиться! Не готов я пока еще восстания возглавлять.

Вдруг у меня в голове, как по мобильнику, прозвучал голос Владыки.

«Тайна, собирайтесь, я в Рубайне. Жду!» – и в двух шагах от кровати в воздухе засветился портал.

Я повернулась к Велии.

– Вел, нам действительно нужно торопиться! Владыка уже ждет.

Муж поднялся и начал вооружаться. Наблюдая, как он вешает на пояс два топора, метательные ножи в петли на штанах и небольшой меч за спину, я неуверенно повернулась к Крендину:

– Может, и нам чего на себя еще понавешать? Мы точно готовы к этому походу?

Тот пожал плечами.

– У тебя два кинжала и ножи, мне двух топоров хватит. Зелья, одежда, одеяла в мешках, и я еще жратвы припер. Так не грей голову! Мы нормально собраны!

Велия затянул покрепче все ремни и шнуровки и выжидательно посмотрел на нас.

– Ну, если идти, так пошли!

Мы попрощались с друзьями, я махнула Светке, и тут из входного портала один за другим вышли четверо полукровок, среди которых я заметила наших новых знакомых.

– Здесь они должны быть! Я узнал – это его жилище! – убежденно размахивал руками Ланка.

Заметив нас, они замолчали.

– Ой, извините, что беспокоим, но нам нужен принц Велия и его подруга Тайна. Вы не знаете, где они? – робко спросил Фелиан.

– Не знаем! – отрезал колдун, кинув недовольный взгляд на Крендина, и уверенно заявил. – Здесь уже давно живем мы – гномы. Так что извиняйте, нам пора! Ищите ваших принцев сами!

Под разочарованными взглядами нежданных гостей он ухватил меня за руку и шагнул в портал.

Часть третья

В поисках Лунного озера

Говорят, что друзья не растут в огороде.

Не продашь и не купишь друзей.

И поэтому я так спешу по дороге

С патефоном волшебным в тележке своей.

Ю. Мориц

Маленькую, пустую комнатку, в которой мы оказались, тускло освещала закопченная чадящая лампа. Нам навстречу нетерпеливо шагнул Владыка.

– Ну, наконец-то! Я уже начал волноваться! – Его брови изумленно поползли на лоб, когда он разглядел нас вблизи. – Чудесно! Восхитительно! Молодец Тайна! Я и сам бы не сделал лучше! Теперь вас точно никто не узнает!

– Спасибо, Владыка! – польщенно улыбнулась я.

– А где это мы? – огляделся Велия. – И самое главное – как отсюда выбраться?

– Это заброшенный безопасный дом на окраине. Неподалеку отсюда начинается дорога. На ней вам встретятся два пункта охраны. Думаю, что с такими личинами вам нечего бояться быть узнанными.

– Да, пусть другие боятся! – кивнул Велия.

Пентилиан довольно хихикнул.

– Теперь мне пора в Златогорье. Гореть праведной жаждой мести, – он поводил руками, открывая портал и уже исчезая, улыбнулся сыну. – Возвращайтесь быстрее!

Мы остались одни.

– Ну, чего стоим? – Крендин взвалив рюкзак, посмотрел на нас. – Пошли?

Колдун покачал головой.

– Куда идти, на ночь глядя? Переночуем здесь, а как проснемся, пойдем!

– Ну, как знаешь! – гном скинул рюкзак.

Я расстелила у дальней стены одеяла. Велия достал из мешка пару лепешек, холодное мясо, уселся рядом и, постелив чистую тряпицу, неторопливо разложил на ней наш ужин.

– Слышь, Вел, дай посмотреть карту? Куда нам двигать, когда выйдем из города? – подсел к нам Крендин, уже уминая кусок лепешки.

Велия достал из-за пазухи карту, развернул и погрузился в изучение. Крендин, не утерпев, заглянул в помятый листок.

– Ну?

– Смотри. Вот ближний к нам выход из города. Эта тропинка ведет до моста. Здесь какой-то крестик… Не знаю, что это обозначает, но от моста нам нужно добраться до этой пещеры, – палец Велии прочертил зигзагообразную кривую. – Там переночуем, а оттуда полдня пути до этого моста. За ним сразу начинаются земли драконов.

Крендин внимательно выслушал мага.

– Если честно, я здесь никогда не был, но я могу разглядеть пещеры гномьего пути.

– Да не грей голову, не заблудимся! – беззаботно махнул рукой Велия. – Давайте сейчас лучше поедим!

Он отломил кусок лепешки, положил сверху мясо и протянул мне.

* * *

Вот интересно, почему, когда поешь, сразу закрываются глаза? Может, потому, что живот наполняется, кожа натягивается и веки опускаются.

Я невольно хихикнула.

Какая чепуха приходит иногда в голову на сытый желудок! Но больше всего радует, что никуда не нужно идти!

Развалившись на одеяле, я, улыбаясь, поглядывала на Велию, засовывающего в мешок то, что осталось от нашего ужина. Хорошо, что он не знает, какой бред водится у меня в голове!

Завязав мешок, муж улегся рядом, внимательно посмотрел на меня, усмехнулся и приказал.

– А теперь всем спать. Завтра нас ждет трудный день.

– Кто первый на шухере? – зевнула я во весь рот.

– Мне выйти? – недовольно вздохнул гном.

– Зачем? – От удивления мои сонные глаза широко раскрылись.

– Ну, пока вы этим своим шухером будете заниматься, я в коридоре постою.

– Болван! – вспылила я. – Ну почему все мужики такие ненормальные? Я просто поинтересовалась у Велии – кто будет первым сторожить!

– А-а-а! Ну, тогда ладно! – тут же успокоился Крендин, и, заворачиваясь в одеяло, заявил. – Чур, не я!

– Ага, еще скажи, что я! Я, между прочим, за эти сутки спал от силы часа два! – возмутился колдун.

– Интересно, а по чьей вине? – тут же взвилась я. – Сам всю ночь не спал и мне не давал!

– А кто меня два раза будил?

– Я только хотела…

– Так, все!! – Велии надоел наш бессмысленный спор. Он вытащил еще одно одеяло, улегся и, не слушая мои возмущенные вопли, притянул к себе. Тоном, не обещающим ничего хорошего, ласково протянул: – Опять начинаешь?

Обиженно повернувшись к нему спиной, я закрыла глаза. Он натянул на нас второе одеяло и тепло задышал в макушку.

– Вел, а как же шухер?

– Нет, с твоей внешностью нам в ближайшую неделю шухер не грозит! – подколол он меня и что-то пробормотал. Я почувствовала легкое покалывание идущее от его тела, впрочем, как всегда, когда он колдовал. – Спи! – успокаивающе шепнул он. – Бери пример с Крендина и ни о чем не беспокойся!

Вняв его совету, я закрыла глаза, прислушиваясь к переливчатому храпу гнома, и сама не заметила, как уснула.

* * *

Казалось, я только на секунду задремала, как меня уже тормошил муж.

– Просыпайся, роднуля. Впереди тяжелый день, – шепнул он на ухо и, скинув одеяло, поднялся. – Эй, вставай! – сдернул он одеяло с гнома. – Кто рано встает тому Всевидящий подает!

– Готов остаться без подаяния! – не открывая глаз, буркнул гном, сосредоточенно ища рукой одеяло. – Можете поделить его между собой и разбудить меня часика через три!

– А вот это – фигушки! – заявила я, откупоривая зелье бодрости. Отхлебнула сама, зажала ему нос и, когда он рефлекторно открыл рот, влила ему туда полпузырька. Глаза Крендина моментально открылись. Проглотив, он жутко сморщился (могу его понять – это зелье по вкусу напоминает раствор елки с хреном) и рыкнул:.

– Ты что делаешь?!

– Делюсь с тобой подаянием! Забыл? Нам, вообще-то, идти надо!

Как и говорил Владыка, приютивший нас дом был последним. Выйдя из него, мы побрели по темному каменному коридору, изредка освещаемому бликами чуть тлеющих факелов, и вскоре вышли к дверям, полностью перекрывавшим коридор.

Оглядев это сооружение, Крендин подошел и гулко стукнул. Некоторое время стояла гнетущая тишина, затем послышался скрип. Маленькое неприметное окошко приоткрылось, явив нам массивный сизый нос.

– Ну? Кого там еще Всевидящий припер? – гнусаво поинтересовались из-за двери.

– Э-э… нам бы пройти, уважаемый! – улыбнулся в ответ Крендин.

– Местные? Иль в гостях были? – принялся допытывать сизоносый.

– На базар приезжали! Золотишко, камушки продали, – с готовностью ответил гном. – Теперь и домой пора!

В окошке появился хитро прищуренный, а может, просто заплывший с бодуна глаз. (Интересно, все таможенники-гномы квасят или мне встретились братья? Сходство – просто обалденное!) Внимательно рассмотрев каждого из нас, глаз скрылся и его снова сменил нос.

– Что-то я вас не припомню? – засомневался голос.

– Так мы с другой стороны заходили! – тут же нашелся Крендин и, подпустив обиды в голос, спросил. – А какие проблемы, брат?

За дверью помолчали:

– Да столица шалит! – наконец, пожаловался гнусавый голос. – Приказ пришел всех подозрительных задерживать. Ловят какого-то сбежавшего жреца. – В окошке опять замаячил глаз. Равнодушно скользнув по моим спутникам, он заинтересованно уставился на меня. Чувствуя себя не в своей тарелке от такого пристального изучения моей персоны, я растянула рот в дружелюбной улыбке крокодила и, скосив глаза, подмигнула. Глаз открылся настолько широко, насколько мог. Гнусавый голос за дверью с сочувствием поинтересовался.

– Братья, а эта убогая кто вам? Сестра?

Велия, искоса взглянув на меня, уныло вздохнул:

– Жена!

– Бывает! – вздохнули за дверью и тут же спросили: – А у вас есть денюжки? Чем платить будете?

Крендин, уперев руки в бока, недовольно выпалил:

– Да ты что, начальник? Мы уже за вход заплатили!

– А за выход? – вкрадчиво прогнусили за дверью.

– Нет, ну это грабеж получается! Входишь – платишь, выходишь – снова платишь! Не таможня, а бордель!

За дверью хохотнули.

– А мне все равно, как ты меня назовешь! Хоть шлюхой, хоть горшком, только денежку складывай! Не хочешь платить – сиди в городе! Че я, задарма всем буду двери открывать?

Велия, отодвинув в сторону кипящего от возмущения гнома, подошел к окошку.

– А много надо-то? – небрежно спросил он у наглого стражника, подкинув в руке глухо звякнувший мешочек.

В окошке снова жадно загорелся глаз.

– Пять золотых грабней.

Велия скептически хмыкнул, видимо поражаясь такой невиданной жадности, и протянул.

– А ты – дорогая шлюха, как я погляжу!

За дверью обиженно уточнили.

– За каждого!

Колдун подошел ближе.

– Короче, кончай борзеть! Дам два золотых и не больше! Не пропустишь – невелика беда! Потратим день и выйдем через другие ворота. И ты прекрасно знаешь, что за эти деньги нас не то что выпустят, но еще и проводят.

За дверями наступила напряженная тишина. Затем, уже порядком надоевший голос спокойно произнес.

– Ладно, брат! Уговорил! Кидай в окошко две монеты, и я открою вам дверь.

Велия вытряхнул из кошеля себе на ладонь две монеты и, подкинув их, громко хохотнул:

– Ха! Нет, брат! Сперва ты открываешь дверь, а потом получаешь грабни. Или мы пошли в обход?

За дверью опять задумались. Наконец забренчали цепи, лязгнули засовы, и дверь со скрежетом приоткрылась. Из-за нее выглянул коротконогий гном с одутловатым лицом и сизым носом хронического любителя эля. Волосы и борода клочьями торчали в разные стороны. Судя по виду, наше появление вырвало его из объятий крепкого сна, поэтому он решил получить денежную компенсацию за недосып.

Протянув руку, он кивнул колдуну:

– Ну, давай сюда денежку!

Велия удивленно приподнял бровь.

– Только когда мы будем с той стороны твоего поста!

Гном скривился, как от зубной боли. Обиженно взглянув на улыбающегося мага, со вздохом распахнул дверь шире.

Мы оказались в небольшой комнате, чью дальнюю стену являли собой такие же массивные ворота. Гном у двери выжидательно поглядывал на колдуна. Крутанув золотой в пальцах, он кинул его стражнику. Тот ловко поймал монету и поднял на Велию ждущий взгляд.

– Получишь, когда мы окажемся по ту сторону.

Зло зыркнув на колдуна, стражник поплелся открывать вторые двери. Погремев замками, он получил монету и обиженно процедил нам вслед.

– Ох, и хитрый ты, брат, словно полукровка! Ежели не секрет, как звать-то?

Смерив его внимательным взглядом, Велия улыбнулся:

– Не секрет! Зови меня Велиендин. – и, не обращая внимания на наше с Крендиным хихиканье, зашагал по коридору, оставив стражника озадаченно стоять в проеме двери.

* * *

Каменный коридор извивался и петлял, как почувствовавшая опасность змея. Правда, здесь было светлее. Через каждый метр горел свежий факел.

Пройдя четыре поворота, мы вышли к точной копии дверей первого поста. Заранее предвкушая выклянчивание «денюжки», Велия громко стукнул в обитую железом дверь.

Окошко тут же распахнулось, нас внимательно оглядели молодые цепкие глаза. Загремели засовы, и дверь распахнулась.

– Ну, как Жлоблина прошли? Много денег с вас взял? – сочувствующе спросил темно-рыжий молоденький, симпатичный гном, улыбаясь нам во весь рот.

Мы заулыбались в ответ.

– Два грабня стряс, гад! – пожаловался Крендин.

– Всего?! – казалось, от изумления у стражника выпадут глаза. – Интересно, а чего это он так опростоволосился?

Велия, обняв меня за плечи, улыбнулся стражнику:

– Это он не опростоволосился, это он меня пожалел! Правда, дорогая? – Велия любяще заглянул мне в глаза.

Вот, гад!

Я тут же изобразила на своем лице дикий гнев. Молоденький стражник кинул на меня оценивающий взгляд. В ответ я, смерив его бурятским прищуром, презрительно фыркнула. Гном передернулся и с сочувствием посмотрел на улыбающегося мага:

– Бывает! Сестра?

Велия тяжело вздохнул:

– Жена! Ну, мы пойдем?

Стражник, не замечая ухмыляющегося Крендина, сочувствующе помычав, кинулся открывать вторую дверь. Помахав нам вослед, он ободряюще крикнул.

– Крепись, брат! Золотое у тебя сердце! Это ж надо, такую замуж взять.

Велия, обернувшись, помахал ему в ответ и крикнул:

– Да кому же она, кроме меня, нужна? – и тут же схлопотал от меня хор-р-роший подзатыльник.

* * *

Вскоре перед нами открылась ровная, будто срезанная ножом площадка, полукругом прилегающая к пещере. На светлеющем небе, раскинувшемся над нами звездным плащом астролога, лун уже не было. От надвигающегося восхода чуть заалели верхушки гор.

Пока я любовалась пейзажем, Крендин прошелся по площадке, заглянул в карту к Велии, огляделся и бросил:

– Ну, пошли? – и бодро зашагал по едва видимой тропинке вниз с горы.

Пару раз из-за довольно крутого спуска я, споткнувшись, чуть не вписалась носом в выступ скалы. Потом привыкла и бодро плелась за мужчинами, изображая чудеса маневренности. Спустя некоторое время, когда ноги налились свинцовой усталостью, а рюкзак начал весить тонну, мы выбрались на небольшую площадку, оканчивающуюся теряющейся в темном тумане пропастью. С другой стороны ее преграждала отвесная скала.

– Тупик. Неужели не туда пришли? – Велия, недоуменно оглянувшись, повертел, карту, разглядывая, и прищурился на зубоскалящего гнома. – Ну, чё скажешь?

– А чё говорить. Пришли-то мы туда, только мост сожжен. Видишь? – Крендин указал на незамеченные нами болтающиеся над пропастью обугленные веревки. – Дальше спускаться надо!

– И как? – не утерпела я, разглядывая хитрые глазки Крендина. – На парашюте?

– Даже не буду спрашивать значение этого слова! – хихикнул гном. – Достаточно одного звучания, чтобы остаться при своем мнении.

– Ты еще поумничай! – угрожающе подбоченилась я.

– Вел, угомони свою гномиху! А то что-то она сегодня разбуянилась!

– Не-е, с ней связываться себе дороже! – хохотнул колдун, ловко уворачиваясь от моего подзатыльника. – Буйная!

– Так, кто это вам тут гномиха? – Шлеп! Крендин все же схлопотал подзатыльник, в отличие от моего, натренированного и знающего мою сволочную натуру мужа. – Ну, все! Хватит! Крендин, что ты ржешь? Как вниз спускаться? Солнце-то уже припекает!

Крендин, враз помрачнев, кивнул на отвесно уходящую вверх стену.

– Здесь раньше был гномий путь. Я вижу указательный знак, но здесь давно никто не ходил. Уж и не знаю почему, – он внимательно посмотрел на колдуна, изучающего стену. – Дорога есть, вот только куда она ведет!

– Давай проверим. Все равно куда-нибудь да выведет! – пожал плечами Велия.

Гном внимательно оглядел отвесную стену, и утопил в камень незаметную небольшую треугольную пластину. Нарастающий шум заставил нас отпрыгнуть подальше от скалы к краю площадки. У меня под ногами посыпались в пропасть камни. Я покачнулась, взмахнула руками и чуть не свалилась вниз, но меня за шиворот ухватил Крендин.

Ровная прямоугольная плита, взметнув клубы пыли, ушла вниз, открыв перед нами тающий во тьме вырубленный в скале туннель. Мы подошли и с опаской заглянули внутрь.

– Ну, что стоим? Пошли! Что будет, то будет! – философски пожал плечами гном и, взяв в руку топор, первым шагнул в темноту.

* * *

Не прошли мы и десяти шагов, как плита со скрежетом поднялась и запечатала ход, оставив нас в кромешной темноте.

– Tatmaa veyda haati! – грязно выругался Велия, лязгнув оружием. – Предупреждать надо!

– Погоди, где-то здесь должен быть рычаг освещения пути, – успокоил нас голос Крендина.

Я прищелкнула пальцами, создав вспорхнувший над головами тускло светящийся шарик. Рядом стоял Велия с мечом в руках, чуть в стороне Крендин давил скрытую в стене пластину.

– Ну вот! – радостно обернулся он, едва над нами закачался освещающий нас шар. – Да будет свет!

– Что-то не заметила я никакого света! – скептически фыркнула я.

– А…? – Крендин огляделся и, заметив покачивающийся шарик, виновато посмотрел на меня.

– Ага! – кивнула я. – Электричество закончилось! Придется освещать из своих запасов. – И создала еще один шар.

– Наверное, это старый путь, – пожал плечами Крендин. – Такое бывает, когда путем давно не пользуются, – он зашагал вглубь горы.

Освещаемые магическими шарами, которые светлячками летели перед нами, мы уверенно шагали по каменному коридору. Настороженность постепенно исчезла, но казалось, мы идем уже вечность. Ход то поднимался, то круто поворачивал, будто тоннель огибал гору. Расширялся, превращаясь в небольшие круглые залы, и снова сужался в коридор. Ненадолго сделав привал, мы наскоро перекусили, немного отдохнули и снова пошли.

– Наверное, наверху уже вечер или ночь! – вздохнула я, еле переставляя гудящие ноги. – Может, остановимся и хорошо отдохнем? А то неизвестно, как долго будет длиться этот путь. Может, вообще, несколько дней идти придется? Вел, а Вел? Давай устроим ночлег?

Велия остановился.

– Хорошо. Отдых нам и впрямь не помешает.

Мы с облегчением скинули мешки, и мужчины принялись готовить ночлег. Натаскав камней, в избытке валяющихся повсюду, они быстро сделали баррикаду, завалив узкий коридор с обеих сторон на метр в высоту, оставив только узенькую лазейку вдоль стены. Отвечая на мой удивленный взгляд, Крендин пояснил.

– Так отбиваться будет удобнее.

Недоуменно пожав плечами, я решила не вдаваться в стратегические тонкости мужского разума и принялась потрошить сумку с припасами.

Мы наскоро перекусили и запили ужин каким-то вкусным эликсиром, благо их Крендин взял в избытке. Оставив мужчин тихо переговариваться, я завернулась в одеяло и быстро уснула.

* * *

Сколько я проспала, не знаю. Открыв глаза, некоторое время разглядывала плавающий над сидевшими рядом мужчинами маленький светлячок.

– Что, надоело сидеть в темноте?

Мужчины как по команде оборвали заговорщицкий шепот и повернулись.

– Проснулась? – в заботливом голосе Крендина можно было утопиться.

Я не удержалась от ехидства:

– Нет, разговариваю во сне.

– Хм, в таком случае, советую просыпаться, – ко мне подсел Велия, – иначе рискуешь остаться без завтрака.

Довод оказался железным. В предвкушении нового сумасшедшего дня, я с неохотой поднялась. Наскоро перекусив, помогла собрать мужчинам следы нашей ночевки и поплелась вслед за ними по освещенному только маленькой искоркой коридору.

* * *

Шли мы долго. Коридор опускался все ниже. В затхлый воздух вплелись ароматы сырости и гнили. Гладкие каменные стены сменили грубо обтесанные камни. Под ногами противно захрустело.

– Похоже, нас занесло в старую шахту. – Обеспокоенно оглянувшись, Крендин вытащил топоры.

Под ноги мне что-то попало и, отлетев, гулко запрыгало по камням. Присмотревшись, я не удержалась от мата.

– … да тут весь пол усеян костями. Это что же здесь за хрень случилась?

– Ну-ка, уйди! – Велия хозяйским жестом задвинул меня себе за спину и, вытащив из ножен меч, кивнул гному.

– Пошли, посмотрим.

Держа оружие наготове, они пошли вперед по хрустевшему полу. Где-то впереди раздавалось глухое жужжание.

– Это еще что за звук? – догнав, я тронула мужа за руку.

Тот, не оборачиваясь, только нервно пожал плечами и приказал:

– Не высовывайся! Держись за мной!

Коридор повернул, и мы вышли в заваленную камнями пещеру. В темноте, там, куда не доставал свет магического светильника, что-то шевелилось, глухо стукаясь и монотонно жужжа.

– Что будем делать? – едва слышно выдохнула я.

Мужчины переглянулись.

– А что делать? – тихо хмыкнул Крендин. – Или они нас пропустят, или мы их убьем. Выход из этих катакомб, один хрен, только здесь. Обратно же не попрешь! Как думаешь, Вел, отмахаемся?

Велия, соглашаясь, покривил губы в усмешке:

– Вопрос только – от кого!

Крендин, пожав плечами, шагнул вперед, но Велия тут же сцапал его за шиворот. Качнув головой в ответ на его удивленный взгляд, он, махнув рукой, зажег над нами яркий шар. Слепящий свет охватил всю пещеру. Раздалось недовольное, режущее уши жужжание, будто на полную мощность включили пилу. Один, самый крупный валун, зашевелился и поднялся на три тонких, как у паука ноги, угрожающе выставив вперед гигантские, словно у исполинского краба, клешни. На небольшом, словно прилепленном сверху булыжнике – судя по всему, голове – открылись выпуклые, как у стрекозы, глаза. И над всем этим великолепием закачался загнутый скорпионий хвост с остро поблескивающим жалом.

– Охренеть! – выдохнула я, пялясь во все глаза на это чудо. – Это что еще за робот-трансформер.

– Это соолокк! – Крендин завернул многоэтажное выражение чувств на гортанном гномьем языке. – Мы попали в трупную пещеру. Здесь когда-то были шахты.

Меж тем горка камней за этой бронированной тварью раскатилась на несколько таких же, только чуть поменьше.

Крендин крепче сжал в руках топоры и оглянулся на Велию. Колдун, не отрывая пристального взгляда от мерзко жужжащих, и почему-то медлящих тварей, решительно взял во вторую руку топор. Оглянулся на меня и коротко приказал.

– Будь сзади. Не лезь!

Я угрюмо посмотрела ему в глаза: «Неужели ты думаешь, я буду смотреть, как вас будут убивать?»

– Ты меня поняла?

– Конечно, дорогой! – Я перевела взгляд на, похоже, бронированных тварей. – Когда-то я что-то слышала о соолокках, но кто и где мне о них рассказывал – не помню! Эй, а чего это они к нам заторопились?

Соолокки, выставив вперед клешни и покачивая над головами сочащиеся ядом жала, медленно, будто боязливо, шагнули к нам.

Велия, ухватив меня и Крендина, закинул нас обратно в узкий коридор и, едва успев развернуться, обрушил лезвия на кругло-серую голову первого, сунувшегося к нам монстра. Гном с топорами наготове встал рядом, и пока колдун прорубал каменную башку, он, изловчившись, отсек щелкающие в опасной близости клешни. Я, тоже не удержавшись, одним ударом кинжала срезала летевшее в лицо Велии жало.

Надеюсь, он не сильно обидится за то, что я не выполнила своего обещания не участвовать в этой заварушке?

Не успело чудовище безжизненной грудой упасть к нашим ногам, как на голову Крендину упал следующий монстр. Свалив его с ног, он одной клешней вцепился тому в руку, ударами хвоста превращая в пыль попадавшиеся кости. Злобное жужжание буквально резало уши. Гном с зажатой в клешне рукой крутил на спине брейк-данс, уворачиваясь от ядовитого жала. Опомнившись, к нему подскочил Велия и в два удара отрубил соолокку жало и клешни.

Пока мужчины разбирались с этой тварью, из коридора вывалилось существо поменьше и, жужжа на ультразвуке, рвануло к нам. Я, не долго думая, ослепила его, начисто срезав выпуклые глаза. Оно завертелось, щелкая клешнями, норовя попасть жалом в обидчика, но топоры подоспевшего Крендина прекратили его мучения, обрушившись на звонко хрустнувшую голову.

Встав рядом, мы, ожидая нового нападения, с опаской посматривали на скрывающий пещеру коридор, но мерзкое жужжание, словно удаляясь, постепенно затихало, пока не стихло совсем.

Отлипнув друг от друга, мы удивленно переглянулись.

– Ну и…? Это что – все? – боясь поверить в такой исход дела, я вопросительно посмотрела на Крендина.

Тот, скептически поджав губы, задумчиво покачал головой.

– Сомневаюсь! Соолокки живут семьями. Они достаточно умны! Большой соолокк – это была, наверное, самка, маленькие – дети. Ее и еще двоих мы завалили. Значит, остальные ушли за помощью. Нам надо очень быстро отсюда выбираться, иначе придется туго. Соолокки охотно могут собраться в здоровенную группу, чтобы посчитаться за смерть сородичей. Единственное, что радует – семьи живут на достаточно больших расстояниях.

Велия, внимательно прослушав краткий курс «юного натуралиста», спросил.

– А где они живут? В смысле – что любят?

Крендин почесал затылок.

– В основном – заброшенные шахты.

– Значит, где тепло и сыро. Угу! – Велия с опаской заглянул в зал и, сделав нам знак следовать за ним, вошел.

Груды камней, за которую мы ошибочно приняли соолокков, больше не существовало. Встав в центре маленькой пещеры, мы огляделись. Из нее выходило три, теряющихся в темноте, коридора.

– Ну и куда? – я мрачно покрутила головой.

Муж прошелся, внимательно оглядел все вокруг и, немного постояв у каждого выхода, кивнул на крайний от нас коридор.

– Сюда! Здесь чувствуется движение воздуха, а значит, этих тварей быть не должно!

– Понадеемся на твою интуицию! – согласилась я, поворачивая за ним.

– Я такими глупостями не страдаю! – фыркнул он, упрямо шагая вперед, и самодовольно добавил. – Интуиция – удел женщин. Мужчины предпочитают опираться на разум!

Я скептически хмыкнула, но решила не спорить. Какая разница, на что предпочитают опираться мои мужчины, лишь бы снова увидеть голубое небо и солнышко.

«Мама! Выведите меня из этих пещер!» Ну, вот! Пожалуйста! Явный приступ клаустрофобии.

Не выдержав окутывающего меня полумрака, я, махнув рукой, сотворила блеклый шарик. Большого света он не дал, забрав у меня последние силы, и заставил задуматься: почему раньше я могла произносить достаточно сложные заклинания, а теперь даже «светлячка» сотворить не могу?

* * *

Меж тем коридор начал расширяться и, спустя два поворота, резко пошел вверх. Стало легче дышать.

Несколько раз мы перебирались через насыпи камней, расчищая себе ход. Причем в отличие от мужчин, таскающих огромные валуны, я, как слабая «гномиха со столетним алкоголическим стажем», только делала вид, что помогаю.

Возле одного такого завала мы провели почти полдня и, расчистив ход, без сил попадали у стены.

– Нет, Вел, ты, конечно, как знаешь, но я предлагаю поспать. Хоть часа два. Ты подумай – какие из нас вояки? – Крендин, едва совладав с веревками, запустил руку в мешок, вытащил зелье здоровья и, выхлебав в два глотка, отбросил пузырек. – У меня от этих каменюк руки дрожат, как у пропойцы. Ни одного соолокка не завалю, даже если выхлебаю все зелья. Кстати, у меня их осталось всего два.

Устало подняв глаза, Велия кивнул.

– Давай! Даже если мы поспим час, это будет лучше, чем накачивать себя ими под завязку.

– А как насчет трехногих бронтозавров? Или вы их уже не боитесь? – ехидно поинтересовалась я.

– Боимся… наверное. – Задумался гном и, зевая во весь рот, обрадовал: – Кстати, ты сегодня весь день ничего не делала? Вот и сторожи!

– Ага! Буди, если что! – поддержал его муж, и они, завернувшись в одеяла, через мгновение сонно засопели.

– Здорово! – кивнула я, оглядев это сонное царство, и вздохнула: – И какого, спрашивается, мне не сиделось в своем мире?

* * *

Тишина и темнота, разбавленная только маленькой искоркой плавающей надо мной, убаюкивали. Я незаметно задремала, и, казалось бы, тут же очнулась, настороженно вслушиваясь в тишину. Вскоре из темноты мне почудилось едва слышное жужжание. Сон мгновенно растаял.

– Вел! Велия, вставай! – я затрясла мужа за плечо.

Колдун мгновенно раскрыл глаза и сел.

– Что?

– Там! – я немногословно кивнула на живую темноту коридора. – Жужжат!

– Быстро собирай вещи и лезь в ход, – приказал он мне, расталкивая Крендина. – Похоже, нас нашли. Двигаем отсюда!

Крендин с секунду непонимающе таращился на него, затем, молча подскочив, кинулся к лазу.

В секунду оказавшись на той стороне, мы, не сговариваясь, со всех ног помчались по темному коридору, освещаемые только летевшим впереди маленьким светлячком.

Позади нас все ближе слышалось гнусное жужжание и цоканье множества ног, придавая скорости моим спутникам. Вот только я, не пробежав и двухсот метров, почувствовала себя на последнем издыхании. Легкие разрывались, ноги подкашивались, а в боку что-то тянуще ныло.

Блин, да что же это за такое? Нет, как только закончатся эти нервотрепки, уйду в отпуск!

Велия оглянулся. Увидев, что я начала отставать, подхватил, перекинул через плечо и, придерживая рукой, понесся вслед за Крендиным. Понимая, что выхода у меня нет, я попробовала смириться со своим висячим положением, попутно разглядывая убегающий в темноту коридор.

– Вел, из бокового коридора только что показался первый монстр! – крикнула я ему в спину, заметив сбоку едва заметное движение, и потребовала. – Отпусти меня! Я отдохнула! Теперь побегу сама! Ты устанешь! А если нам придется драться?

Муж, будто не слыша, продолжал бежать по коридору, не сбавляя скорости. Болтаясь у него на плече, я подняла голову и ужаснулась. Казалось, весь тающий в темноте коридор теперь кишел клешнями и панцирями, а вся эта смертельно опасная река бурлила в каких-нибудь десяти метрах от нас.

Тут где-то впереди радостно завопил Крендин. Коридор сделал резкий поворот и впереди открылся свод пещеры, освещенный зеленоватым светом луны. Понимая, что добыча ускользает, соолокки зажужжали в ультразвуке и прибавили скорость. Велия в два прыжка пересек пещеру, достиг выхода, и мы кубарем покатились по гладкой, каменной, будто отполированной, площадке. Развернувшись на спине, колдун вскинул руки в сторону пещеры и хрипло выкрикнул заклинание. Гора вздрогнула и соолокков, маячивших у входа, завалило тоннами камней, намертво запечатав этот ход.

Не смея поверить в то, что вырвались, мы некоторое время молча лежали на каменной площадке, бездумно глядя в раскинувшийся над нами звездный полог.

– Вел, нехило ты их законопатил! – наконец не удержался от похвалы Крендин. Отдышавшись, он усиленно потрошил свой мешок на предмет чего-нибудь съедобного. – Как это у тебя получилось? Или ты только так, для маскировки, склеротиком прикидываешься?

Велия, наблюдая за падающими звездами, ухмыльнулся, рывком поднялся и сел.

– Ты не поверишь – сам удивился! – Черные бусины глаз седоволосого гнома насмешливо прищурились.

– Ладно, не хочешь говорить – не надо! Мне до яблочка ваши тайны! – философски пожал плечами Крендин. – Для меня сейчас самое главное – это наличие вот этой жареной курицы. И… где-то у меня здесь был э-эль! Фу-у, не потерялся и не разбился! – Крендин довольно вздохнул. – Хвала Всевидящему!

Я замерзла лежать на гладкой, будто покрытой льдом, площадке. Понимая, что помощи не дождешься, я поднялась, кряхтя и потирая ушибленный бок. Огляделась и застыла, в восхищении разглядывая открывшуюся панораму. Передо мной лежала горная гряда, укутанная белесым туманом, будто дымом, и лишь вершины изумрудно блестели снегом в свете луны.

– Офигеть! Вел, посмотри, как красиво!

– Да-а, красиво – не то слово. – Велия бесшумно подошел и теперь вместе со мной разглядывал это великолепие.

– Вел, так здорово, что мы спаслись. Что мы – вместе! – обернувшись, чтобы обнять мужа, я наткнулась на матерого, потертого жизнью гнома. Даже понимая, что это иллюзия я не смогла удержаться от разочарованной мины. Колдун, переведя взгляд с луны на меня, наверное, испытал те же чувства. Видя, как восторг на его лице сменяет гримаса разочарования, я обиженно фыркнула и отвернулась:

– На себя посмотри!

– Тайна, скажи, а как долго мы будем мучиться с этими личинами? – вкрадчиво спросил муж.

– Пока не найдем твое Лунное озеро! – нехотя буркнула я. – Ну, или хотя бы не выйдем из земель Братства.

Велия тяжело вздохнул и набросился на сытого и довольного Крендина.

– Ну, а ты чего расселся? Выводи нас на тропу! А то мы ночью, точно, себе шеи сломаем в горах.

Гном, перестав жевать, опасливо покосился на мрачного Велию.

– Так какой дурак по горам ночью скачет? Вот утра дождемся, тогда и пойдем! – И, не удержавшись, прыснул. – А если личины мешают, так глаза закройте! Все мне вас учить!

Крендин демонстративно покопался в рюкзаке, достал одеяло и, удобно устраиваясь, завернулся в него, притянув под бок изрядно опустевшую бутыль. Велия постоял над ним, рассерженно глядя на невозмутимого гнома и, махнув рукой, последовал его примеру.

Пока он вытаскивал из мешков одеяла, я достала хлеб, вяленое мясо, жареную курицу, посмотрела на все это и широким жестом отдала мужу.

Что-то я сегодня так устала, что от вида съедобного меня начало мутить. Выхлебав какое-то розовое зелье – кажется, выносливости, я завернулась в одеяло и провалилась в темный омут беспокойного сна.

* * *

Меня разбудили легкие поцелуи на губах. Не спеша отрывать глаза, я понежилась в ласке настойчивых губ. О… а вот вступили в игру руки, нежно лаская мое тело. Я мурлыкнула, потянулась, обняла за шею склонившегося надо мной мужа, сонно приоткрыла глаза и… с визгом отшатнулась.

– О господи! Как же ты меня напугал!

Широко раскрыв глаза от удивления, на меня смотрел седоволосый гном.

– И тебя с добрым утром! А ты себе попривлекательней физиономию не могла придумать?! Снится одно, открываешь глаза – здравствуй, шизофрения! Короче, еще пару таких пробуждений и твой муж – импотент, и то, если не умру от инфаркта[2]!

Я, подумав примерно о том же самом только со мной в главной роли, возмущенно фыркнула и, резко оттолкнув его от себя, села.

– Больше я рядом с тобой не сплю, маньяк! Даже на толстых гномих неопределенного возраста с явно выраженным синдромом Дауна заришься!

– Ха, – вскинулся Велия. Все, кажется, я его разозлила. – Да на здоровье! Не очень-то и хотелось! И между нами, любимая, эта личина не так уж сильно отличается от твоего настоящего облика!

– Ах, так! – Вот не стоило ему это говорить! У меня еще с детства сохранился комплекс по поводу своей внешности. Никогда не верила, что хоть немного симпатичная, а за комплимент – «Эй, красавица!» – могла и морду набить. – Вот только вернемся в Винлейн, сразу же развод! И ухожу от тебя в свой мир!

– Ой, как ты меня обрадовала! Буду сильно на это надеяться!

– Так, все! Стоп! Ребята, у нас гости! – Видя, что мы никак не утихомиримся, перед нами встал Крендин, и лучезарно улыбнулся незнакомцу, заинтересованно наблюдающему за нашей ссорой. – Молодожены! Сам понимаешь! Во где они у меня уже сидят со своими выяснениями отношений.

Мы с Велией смущенно замолчали, переглянулись и подозрительно уставились на худощавого, невысокого юношу с черными, как смоль, кудрявыми волосами, внимательно рассматривающего наши недовольные физиономии цепким взглядом чуть раскосых, абсолютно черных глаз.

– Ты кто? Как звать? – немного грубо поинтересовался у него колдун.

Юноша перевел на него свой пытливый взгляд и, поизучав наглого гнома, с улыбкой ответил.

– Я – Лукар. Можете называть меня Лука, я не обижусь. Куда вы направляетесь, братья?

Велия, высокомерно прищурив глаза, поднялся и, демонстративно оглядев красивого восточной красотой юношу, фыркнул.

– Тебе-то что?

Парень, ответив ему все той же благодушной улыбкой, спокойно пожал плечами:

– Ничего! Просто я в этих местах провел почти всю свою недолгую жизнь. Могу проводить вас до любого места, куда пожелаете. Ну, конечно, если вам нужен проводник.

Велия переглянулся с гномом.

– Ну, скажем, нам нужно, как можно быстрее попасть к Лунному озеру. Ты знаешь, где оно находится?

В глазах незнакомца мелькнул интерес. Он неторопливо поднялся, подошел к Велии, посмотрел на него в упор и в тон ему ответил.

– Ну, скажем, я знаю, как попасть к Лунному озеру, но сперва ответь – зачем тебе туда?

– Нужно! – отрезал Велия. – Еще вопросы будут?

Паренек задумчиво посмотрел на Велию, затем перевел изучающий взгляд на меня и попробовал еще раз отговорить нас от этого безрассудного шага.

– Сразу за той горой, – он указал подбородком на заснеженную вершину, чем-то напоминающую вскинутую голову тираннозавра, – начинается земля драконов. Они достаточно терпеливы к главным расам, но все же некоторые из них бывают несдержанны в проявлениях чувств к чужакам. Они могут вас напугать или оскорбить. Зачем вам к ним?

– Надо! – Велия по-прежнему был немногословен.

На секунду мне показалось, что в глазах юноши мелькнуло легкое раздражение. Но, не показав виду, он снова пожал плечами, соглашаясь.

– Ну, надо так надо! Хозяин – барин! А теперь договоримся о цене. В конце пути, – он уставился черными, как сама тьма, глазами на колдуна, – ты даешь мне двадцать грабней, и мы в расчете.

– А не подавишься? – От такой наглости маленькие глазки седоволосого гнома широко раскрылись и, пародируя Крендина, Велия возмущенно затараторил: – Что за край-то такой? Все норовят за мелкую услугу содрать втридорога! А ты подумал, откуда у старого больного гнома такие деньги? – Он гневно орал в лицо спокойного, похоже, даже скучающего Лукара. – Я, может, на это озеро помирать еду! Посмотри! У меня дебильный брат, а жена – сам видишь, какая! Всевидящий тебе не простит, если ты отнимешь у меня последние деньги!

Велия так вжился в роль, что мы с Крендиным, открыв рты, удивленно вытаращились на него, а он, встретившись с заинтересованным взглядом незнакомца, осекся.

– Ну, как? – резко сменив, тон обернулся он к нам.

– В принципе, похоже! – хихикнул Крендин. – Прям, как я на рынке. Но насчет дебильного брата – ты загнул!

– Как тебя зовут? – невозмутимо спросил черноволосый, внимательно рассматривая колдуна.

Тот нахмурился и буркнул:

– Велиенден.

Лукар перевел взгляд на меня:

– А тебя?

Кинув отчаянный взгляд на Велию, я замялась, абсолютно не зная, как звучат имена гномьих женщин.

Видя мое замешательство, меня выручил Крендин.

– Это Вуча. Моя сестра и жена Велиендина. Ну, так как? Больше вопросов нет? Можно собираться в путь?

Черноволосый, не отводя от нас странного, изучающего взгляда, медленно кивнул.

– Ну, если Велиендин согласится с моей ценой, то прямо сейчас и пойдем.

Мы с Крендиным дружно уставились на хмурого Велию.

– Деньги – когда приведешь! – отрезал муж, оставляя последнее слово за собой.

– Хорошо! – улыбчиво кивнул Лукар. – Собирайтесь и пошли. Я хочу к вечеру дойти до одной пещеры, где мы и заночуем.

* * *

Лукар и в самом деле вырос в этих горах. Он находил такие тропинки, по которым даже я спускалась довольно комфортно, будто по каменным ступеням.

Сам он, опережая нас, перескакивал с камня на камень, будто горный козел. Еще и поторапливал, замерев на каком-нибудь очередном выступе безмолвным укором нашей черепашьей медлительности.

На втором часе такого марафона я окончательно выдохлась. Велия, заметив мой бледный вид, на ходу достал и протянул мне бутылочку с зельем. Я, расплескав большую часть себе на одежду, все же сделала несколько глотков и мгновенно почувствовала, как в меня вливаются новые силы.

– Спасибо! – прошептала одними губами. Муж понимающе улыбнулся и тут же нахмурился.

– Не отставай!

Днем туман рассеялся, и горы предстали пред нами в своем истинном величии. Словно древние стражи этого мира, они разглядывали нас, взвешивая и оценивая.

Мы вышли к довольно широкой пропасти, вдоль которой лежала ровная, усыпанная мелкими камешками, тропа.

Не утерпев, я чуть приотстала от всех и с осторожностью подойдя к краю обрыва, с любопытством заглянула вниз. Высота была такая, что от увиденного у меня закружилась голова. Дно ущелья скрывал белесый туман. Мне показалось, что я слышу шум стремительной горной реки. Вдруг у меня из-под ног посыпались камни. Я, взвизгнув, взмахнула руками и… повисла над пропастью, схваченная за шкирку. Ветровка собралась под горлом, норовя задушить.

– Твой любопытный нос тебя погубит, да и меня с тобой за одно! – едко произнес над ухом голос мужа.

Его железная рука втянула меня назад и поставила на устойчивую тропинку. Пытаясь успокоить колотящееся в горле сердце, я только благодарно кивнула.

– Эти горы очень древние и любят шутить с новичками. А если честно, от перепада температур и яркого солнца они просто расслаиваются, поэтому обрывы очень опасны. Попридержи свое любопыт…

Не успели мы пройти и пяти шагов, как послышался сухой треск, будто кто-то переломил о колено ветку. Затем раздался ужасающий скрежет, тут же подхваченный эхом, и выступ, с которого я любовалась горными пейзажами, ровным полукругом с грохотом рухнул вниз.

По устремленным на меня хмурым взглядам мужчин, я поняла, как дорога им была в ту памятную минуту. Чтобы не нарваться на озвучивание, я, торопливо обогнув Велию, зашагала по тропинке.

– Ну и что теперь? – после того как отразившееся от ближайших скал эхо постепенно стало затихать, расслышала я позади голос Крендина.

– На той стороне есть пещера, о которой я и говорил, – ответил ему бесстрастный голос нашего проводника.

Обогнув меня, он зашагал впереди. Я попыталась его догнать и прибавила ходу, но, как ни старалась, не могла с ним даже поравняться. Интересно, вроде бы шел, не особо торопясь… Мистика!

Промучившись с минуту, я плюнула и, плетясь вслед за ним, ехидно поинтересовалась:

– А как, по-твоему, мы должны перебираться на ту сторону? Мы что, туда перелетим по воздуху?

Черные глаза смерили меня серьезным, чуть высокомерным взглядом.

– Зачем? Чуть дальше будет мост, по нему мы и перейдем. – Я смутилась. Похоже, мое чувство юмора не поняли. Что ж, тем хуже…. Для него! Он улыбнулся, будто прочитав мои мысли, и продолжил: – Но, если дама желает пройтись по воздуху, это всегда можно устроить!

– Я буду участвовать! – буркнул Велия, догоняя нас.

Если бы взгляды имели вес, моим можно было бы убить.

Велия, то есть старый гном, ехидно осклабился, словно прочитав мои мысли. Не удостоив его ответом, я уверенно потопала вперед.

* * *

Тропинка, полукругом обогнув следующую скалу, вывела нас к подвешенному на веревках деревянному мосту. Внимательно изучив это покачивающееся на ветру хлипкое сооружение, я нервно сглотнула, пытаясь отогнать видение меня, падающей в пропасть.

Мост был собран из редких перекладин и больше напоминал лестницу. Две натянутые по бокам веревки, на которых, собственно, он и крепился, служили перилами и вызывали у меня еще больше опасения, чем сам мост. За что держались они, вообще, осталось для меня загадкой.

Едва я собралась заявить нашему проводнику, что экстрим я, конечно, люблю, но…, как шею что-то ужалило. Я дернулась, ухватилась за саднящую кожу и резко обернулась. Чуть позади меня удивленно озирались спутники, тоже потирая ранки. Вдруг подножие скалы ощерилось множеством полукруглых пещер, из которых повылазили не меньше пятидесяти волосатых и рогатых уродцев. Направив на нас боевые палочки, они застыли в ожидании.

– Бесы!

Велия с гномом с решительным видом потянули оружие.

– Что вы делаете? – окликнул их Лукар. – Их здесь очень много! И даже если вы убьете половину, другая половина просто обессилит вас! Вы не сможете даже меч в руках держать. Зачем тратить на них время и силы?

– И что ты предлагаешь? – рыкнул Велия, глядя, как из пещер выбегают все новые и новые бесы.

Тут один из них что-то громко заверещал, и с коротких палочек сорвалась туча крохотных искорок.

– Бежать!

Мы мгновение тупо смотрели на улепетывающего со всех ног по мосту Лукара и чесанули следом.

* * *

Сооружение, гордо носящее имя «мост», внушало мне почти животный ужас, но ощущения прожигающих кожу искорок и вид быстро бегущих по нему спутников, добавили решимости. Я влетела на мост и несколькими прыжками перемахнула половину, но тут нога попала в дыру между перекладинами. Шлепнувшись, я коротко взвыла и, посмотрев вниз, почувствовала дурноту.

Бесы, продолжая нас обстреливать, почему-то остановились в нескольких метрах от моста. Я уцепилась в болтающиеся по бокам веревки и рванулась, высвобождая ногу.

Ох, если бы не тяжеленный рюкзак. Кстати, что-то до этого момента я даже не замечала, что он такой неподъемный! Надо будет при случае сказать «спасибо» Крендину, запасливому нашему, чтоб его!

Я немного постояла, приходя в себя, оглянулась на бесов, застывших неподалеку, и оптимистично махнула спутникам, уже перебравшимся на ту сторону и что-то предупреждающе вопящим.

И чего, спрашиваться, орать? Опасности никакой. Бесы далеко. Не нападают. Неприятно, конечно, что все тело будет в ожогах, но это лечится!

Отвлекая себя такими мыслями, я, стараясь не смотреть вниз, протопала еще метров десять. До спутников оставалось всего ничего, как вдруг Велия скинув мешок, шагнул на мост.

– Стой, где стоишь! – я махнула ему рукой. И чего так переживать? – У меня немного от высоты кружится голова, но я дойду!

Не слушая меня, он в два шага перемахнул разделяющее нас расстояние, вцепился в руку и потянул за собой.

– Чё ты нервничаешь? Пусти меня! Мне так труднее идти! Пусти! Я сама! – я дернулась, высвобождая руку.

Мост качнулся.

– Идиотка! Быстрее! – Он прожег меня яростным взглядом.

Ой, мамочка, похоже, мы в гневе. И с чего бы?

– И что ты нервничаешь? Бесы стоят на бережку, нападать не торопятся. И вообще, что за обращение?

Не отвечая, муж снова ухватил меня за руку и потащил за собой. До конца моста оставалось чуть меньше пяти метров.

– Пусти! Тиран, сатрап, деспот! Я сама! – Мое женское самолюбие не могло допустить такого обращения, да еще и на виду у стольких мужчин.

В подтверждение своих возмущенных воплей, я от души пнула мужа в ногу. Тот зло выругался, но хватки не ослабил. Цепляясь за веревки и через раз попадая ногами на перекладины, я повторила попытку вырваться. Мост затрясся, качнулся. Мне в нос ударил запах дыма. Я обернулась и, наконец, разглядела то, чего боялся Велия.

Бесы подпалили сухой мост.

Удерживающие веревки тлели, а первые сухие перекладины уже вовсю потрескивали, облизываемые яркими языками пламени.

– Что ты стоишь? Давай быстрее! – Я все-таки еще раз дотянулась до его ноги.

Ну, так, на всякий случай. Чтоб не расслаблялся!

Тут мост не выдержал нашего раскачивания. Веревки с хлопком лопнули, и мы полетели в пропасть.

* * *

Так и не выпустив мою руку, Велия умудрился притянуть меня к себе. При этом он как-то умудрился сдернуть с моих плеч мешок, и он камнем полетел вниз. Мне даже показалось, что падение замедлилось.

Странно… мы доживали последние мгновения, а в голову не приходило ни одного спасительного заклинания. При этом панику первых секунд сменило убийственное спокойствие и равнодушие к тому, что должно было случиться.

Потом мне показалось, будто нас накрыла огромная тень. Более подробно что-либо разглядеть, падая с бешеной скоростью, оказалось невозможным.

Нет, все-таки тень мне не показалась!

Упс! Черт! Кто-то давно не стриг когти!

Мне в спину впилось что-то острое. Нас с Велией впечатала друг в друга неведомая сила, перевернула и дернула вверх. Падение прекратилось. Мало того – что-то рывками поднимало нас вверх.

– Кажется, наша смерть откладывается! – я приподнялась и внимательно оглядела толстые темно-коричневые прутья странной клетки, в которой мы оказались. – Где это мы? – я взглянула на мужа.

– В лапах дракона, – спокойно заявил он, кивнув наверх.

Вскинув голову, я минуту разглядывала висящее над нами чешуйчато-желтое брюхо дракона. Несколькими сильными взмахами он вынес нас на ровную площадку, подальше от останков злополучного моста. Я заметила, бегущего к нам со всех ног Крендина.

Снизившись, дракон неожиданно разжал когти, и мы дружно выпали на землю. Велия крепко приложился затылком о камень, крепко выругался и, невежливо спихнув меня, сел.

– Чё, аккуратно положить не мог? – демонстративно потирая затылок, рыкнул он, глядя на спокойно разглядывающего нас ящера. Из-за лишней шишки настроение у колдуна испортилось окончательно.

– Хм, мог бы для начала сказать «спасибо» за то, что я, рискуя своими крыльями, полетел за вами в пропасть! – спокойно возразил дракон.

Велия сердито кашлянул и, помолчав, недовольно выдавил:

– Спасибо! – И тут же заворчал: – Но мог бы и не стараться! Я бы и сам что-нибудь придумал. Тем более если судить по звуку – там внизу река. Так что не разбились бы!

Дракон, весело фыркнув, подпалил в метре от нас чахлый куст.

– То, что не разбились бы – это точно! С вами бы случилась более неприятная вещь. На этом участке по всему дну реки укреплены острые колья, – заметив наш удивленный взгляд, пояснил. – Просто здесь пролегает граница между Братством и землей драконов. Вот гномы и выказывают свое дружелюбие!

Мы с Велией переглянулись. Колдун смущенно покосился на дракона и промямлил:

– Тогда мы и в самом деле перед тобой в долгу.

Дракон довольно растянул морду в жуткой ухмылке, продемонстрировав нам острейшие треугольники зубов.

– Такой ответ мне нравится больше, – и, помолчав, добавил, – Велия.

Я поднялась, протянула руку мужу, но тот, проигнорировав мою помощь, вскочил, отряхнулся и шагнул к дракону.

– Как ты меня назвал?

– Так, как тебя называла твоя женщина, когда вы висели над пропастью, – снова фыркнул дракон. – Велия. Разве это не твое настоящее имя?

Он, тихо свистнув, махнул лапой и на месте кряжистого седовласого гнома с потертой физиономией, оказался высокий красивый мужчина. Недоуменно ощупав себя, Велия удивленно обернулся ко мне.

– Он что, снял с меня твою хваленую личину? Слава Всевидящему!

– Личина была хорошая! – обиженно вскинулась я. – Но я не настолько владею магией, чтобы тягаться с магией Лунного Змея! Извини!

– Лунного Змея?! – К нам подошел гном и, поглаживая рукоятки топоров, встал рядом с Велией. – А разве они не смертельно опасны?

Задумчиво оглядев черную тушу дракона, его тонкие, кожистые, почти прозрачные крылья, гребни на спине, впалую, словно безносую шипастую морду; желтые, загадочно прищуренные глаза, я улыбнулась:

– Когда-то я знала одного маленького Лунного Змея и его маму. Признаться, я относилась к ним как к своим друзьям, хотя и уважала их как сильных союзников.

Дракон слушал меня, чуть прикрыв глаза. Мне вдруг показалось, что он улыбается.

– Как тебя зовут? Только не надо заливать мне про Вучу, Бучу, Кручу, Мучу и так до бесконечности. Ни одно из этих имен не подходит тебе.

– Когда-то давно меня звали Великой Воительницей, хотя это имя тоже шло мне как корове седло! – в тон ему ответила я. – А сейчас можешь звать меня просто – Тайна.

Дракон задумался, а Велия, придя в превосходное расположение духа, воспользовавшись паузой, попросил.

– Послушай, любимая, раз уж нашу конспирацию рассекретили, может, ты наконец-то вернешь себе нормальный вид?

Пожав плечами, я шепнула заклинание.

Действительно, чего народ пугать? Тем более, что из земель Гномьего братства мы уже выбрались.

Разглядывая нахохлившегося дракона, я спросила напрямик:

– А твое имя ведь тоже ненастоящее? Тогда, при битве на тринадцатое луностояние, ты наверняка был среди прилетевших нам на помощь драконов?

Вокруг Змея внезапно закрутился смерч, скрывший его из наших глаз. Когда мы прочихались и протерли глаза, перед нами уже стоял наш черноволосый проводник.

Смущенно улыбаясь, он шагнул ко мне:

– Это же я, Великая!

– Уже поняла! – кивнула я. – Я знаю облик драконов, когда они принимают человеческий вид. Так что сразу сообразила что ты – дракон!

Парень подошел ближе, посмотрел на обнявшего меня за плечи Велию, затем снова перевел взгляд на меня.

– Тайна, ты не поняла! Это я! Когда-то вы с Велией звали меня Лузей!

Я вытаращила на парня глаза:

– Лузя?! Не может быть! Ты же был маленьким?

Лузар пожал плечами:

– Теперь вырос. Ты забыла, что мы растем не физически, а магически. Сразу после победы мать отправила меня сюда, в земли драконов. А здесь за меня плотно взялись наши маги. При каждодневных магических тренировках я быстро вырос. Кстати, – он замолчал, переводя взгляд с меня на Велию и обратно, – до меня дошли слухи о том, что ты вернулась в свой мир, а Веля… Веля исчез.

– Так оно и было! – не выдержав, вмешался Велия, и, тут же скривившись, с нажимом помассировал виски.

– Ты изменился, Веля! – Теперь Лузар, не отрываясь, смотрел на колдуна. – Стал сильнее, опаснее… и в то же время, не знаю, будто бы беспомощнее?

– Тебе легче, ты можешь сравнивать! Когда-нибудь я тоже смогу сравнить то, что было, с тем, что есть.

– Прости, я тебя не понял. Что значит «когда-нибудь»?

– Да то и значит! – вскинулся Велия. – Я ничего не помню! Ничего и никого! Ни тебя, ни кого-то еще из своей прошлой жизни!

– Как? Почему? Ты ведь отличный маг!

– Был когда-то! – невесело хмыкнул муж. – Иногда что-то случайно приходит. А так, я ничего не помню!

– Но, – Лузар кинул быстрый взгляд на меня. – Тайна! Вы вместе! Ее ты помнишь?

– Да! Но это отдельный случай. Ее не забудешь! – ухмыльнулся муж.

– Кошмар! – констатировал дракончик. – Вам срочно нужно поговорить с Шарзом и моей матерью! Они будут рады вас увидеть!

– Надеюсь! – кивнул Велия. – Если они помогут хоть что-то вспомнить или объяснят, как это сделать, я буду им до конца жизни благодарен!

Лузар кивнул:

– Я думаю, что помогут! И у меня есть план: давайте мы полетим? А то до нашего города мы будем добираться дней десять.

Мы переглянулись.

– Нет, что-то мне этот план совершенно не нравится! – высказал, наконец, свою точку зрения настороженно молчавший гном.

– Крендин, так вышло, что мы встретили нашего старого друга, – наконец, пояснила я ему.

– Это я уже понял! Но я очень боюсь высоты! – Он скорчил грустную мину.

– Я тоже! И он, – я кивнула на Велию. – Но у нас мало времени. А лететь куда быстрее, чем идти!

Гном тяжело вздохнул.

– А можно я не буду открывать во время полета глаза?

– Да хоть усни! Не бойся, это не опасно! – подбодрила я его. – Поверь, Лузар у нас опытный летун. Кстати, летать его научил – Велия.

– Я?! – изумлению мужа не было предела.

– Потом вспомнишь, – отмахнулась я.

– Так значит летим? Вот и чудно! – порадовался за наше благоразумие Лузар.

* * *

Смена облика Змея осталась прежней. Поднялся внезапный ветер, выбивающий глаза, а когда он стих, перед нами расправлял крылья дракон.

– Давайте быстрее! Не хотелось бы, чтобы нас кто-нибудь чужой заметил! – занервничал он.

Мы вскарабкались по крылу и уселись как в кресла между гребнями на спине. Лузар, оглядев нас, кивнул, скакнул, расправил крылья и стал быстро набирать высоту. Крендин внял моему совету и, вцепившись в гребень, сидел, крепко зажмурив глаза. Я обернулась к Велии, восторженно разглядывающему проносящиеся под нами горы.

– Ты как?

Он мрачно посмотрел на меня:

– Я чувствую, что развязка близка!

– Да-а, – протянула я. – И от этого почему-то мне не по себе!

– Не бойся, я останусь прежним! – Велия посмотрел на меня в упор.

Я криво усмехнулась:

– Да я не об этом. Просто все это напоминает миссию. Она завершится, и мне снова нужно будет уходить.

– Нет! – Велия качнул головой. – Ты принадлежишь этому миру. И ты больше никуда отсюда не уйдешь! Я это знаю!

– Хотелось бы верить! – вздохнула я. – Потому что мой мир там, где ты.

Колдун, помолчав, улыбнулся:

– Приятно слышать, что я хоть кому-то нужен!

– Хоть кому-то? Это я-то хоть кто-то? – тут же вспылила я.

– О, боги! Я просто не так сказал!

– Ты последнее время слишком часто говоришь не так и не то! – я обиженно отвернулась, демонстративно разглядывая ярко-синее полуденное небо.

Велия с шумом втянул в себя воздух.

Вот и поговорили!

На меня вдруг навалилась усталость. Достав из мешка одеяло, я, накинув его на плечи, спрятала лицо от порывов ветра и не заметила, как уснула, да так крепко, что очнулась только тогда, когда Лузар начал снижаться. Сонно жмурясь, я оглянулась на спящего мужа. От увиденного глаза широко раскрылись.

Ничего не поняла! Небо радовало меня рассветными красками раннего утра. Так мы что, летели всю ночь?! Ничего себе!

Я пошевелилась и скривилась от сотен маленьких иголочек, впившихся в мое затекшее тело. Ноги и спина не чувствовались совсем. Вот блин!

– Похоже, мы прилетели! – дотянувшись, я тронула Велию за плечо. Открыв глаза, он некоторое время непонимающе смотрел на меня и, не ответив, только равнодушно передернул плечами.

Ну и ладно, не очень-то и хотелось!

Я демонстративно стала разглядывать горы.

Дракон завис над большой площадкой, окруженной на удивление ровными скалами, напомнившими мне пирамиды с темнеющими в них провалами пещер, и, сделав два круга, стремительно начал снижаться. Едва его лапы коснулись серого, гладкого камня, как он, тормозя, несколько раз скакнул и остановился, терпеливо ожидая, пока мы разомнем затекшие от долгого сидения тела и скатимся вниз. Быстро закончив превращение, Лузар кивком пригласил следовать за собой и деловито зашагал к самому высокому входу.

* * *

Едва мы сделали шаг в манящую темноту, как вход в пещеру исчез. Вернее, он, конечно, остался, просто мы перестали его видеть. Словно закрыли дверь. Мне даже показалось, что мы попали в брюхо к огромной твари. Нас окружили шорохи. Мы остановились, слепо глядя в темноту.

Я оступилась, запнувшись ногой за каменный выступ, и вцепилась в кого-то рядом. Судя по росту и запаху, мне под руку попался гном. Поддерживая, он ухватил меня за талию.

– Прости, Крен! Я не хотела, – виновато шепнула я, сходя с его ноги.

– Да ладно! Обращайтесь! – Наглый гном вместо того чтобы отпустить, пользуясь темнотой, покрепче прижал меня к себе и зашептал на ухо. – А ты чё, в темноте видишь? Откуда узнала, в какую сторону нужно падать?

Вот блин, приколист! Еще не хватало мне сцен ревности!

– Ага, вижу! И Велия тоже! – интимно шепнула я ему в ответ и тут же оказалась на свободе.

Ну, так-то лучше. Хотя в обнимку я чувствовала себя гораздо увереннее. Абсолютная тьма вокруг меня казалась живой. Вокруг царили странные звуки, вздохи и даже пару раз где-то вдалеке послышался грозный скрежет, расцветивший тьму на мгновение водопадом искр. И Лузя куда-то пропал.

Я сделала маленький шажок вперед, потом еще и… меня крепко взяли за локоть.

– Куда собралась? Свалишься!

– Фу, как ты меня напугал! – я повернулась на голос Велии и хихикнула. – А как ты меня вычислил? Ты что, видишь в темноте?!

– Вижу, а также слышу! И пройти мимо твоего сопения может только абсолютно глухой!

Во, попала! Доказывай потом, что ты не верблюд!

Пока я придумывала ему достойный ответ, из темноты раздался чуть шипящий голос.

– Кого ты привел, Лузар?

– Это мои друзья! – неподалеку от нас раздался обрадовавший меня голос дракончика.

– А это точно не ужин? – меня обдало горячим воздухом.

Я замерла и полезла Велии под мышку. Вдруг они решат, что ужин только я? А так, вдвоем – отмахаемся!

– Нет, Крез! Иди, ешь своих парнокопытных!

– Так зачем ты их привел, Лузар? – уже другой голос.

– Им нужно встретиться с Шарзом и Ниазой. Пожалуйста, позови их, Руаза! Я хочу, чтобы они спустились сюда как можно быстрее. Просто скажи, что Некоронованный и Воительница у нас в гостях.

– Ты слишком многого хочешь! Ты же знаешь, что Старейшина никогда не спускается в пещеру совета раньше вечера? Если хочешь, чтобы он спустился, иди и позови сам! Уж тебя то он послушает!

– Сделай, как я приказал, Руаза, а если боишься, возьми с собой Нальзу. Нальза, ты же будешь сопровождать Руазу в покои Старейшины?

– С удовольствием, маленький принц! Пошли, Руаза, что ты застыла? Если не знаешь где искать Шарза, то пойдем. Я тебя провожу!

Послышалось недовольное фырканье, тяжелое шуршание и вскоре все смолкло.

– Ты, Крез, тоже можешь идти! Мне с гостями нужно побыть одному, все им объяснить. Да, и попроси, чтобы никто ни случайно, ни по ошибке не проникал в пещеру совета. Ты же справишься? Правда?

– Неужели тебе не противно считать друзьями этих двуногих? Фу!

– Но ты же принимаешь их личину время от времени и спишь с их женщинами, когда никто не знает! Так что у тебя тоже рыло в пушку, друг!

Послышалось рассерженное шипение, что-то проскрежетало, впереди меня вспыхнул столб искр.

– Не злись, лучше делай то, что тебе приказывают!

– Потом поговорим, Луз! – раздалось удаляющееся рычание.

К нам приближались легкие шаги. Что-то царапнуло о камень, и мы прищурились, ослепленные пламенем факела.

– Драконы тоже очень любопытны, особенно к чужакам. И тоже имеют свои слабости.

Лузя дунул на пламя и сразу же, освещая громадный зал, один за другим стали загораться по спирали скрытые в стене факелы, уходя на нереальную высоту. Изнутри гора оказалась полой, шапкой нависая над нами.

– Нам не нужен свет, поэтому мы редко освещаем свои пещеры. – Лузар остановился метрах в пяти от нас и жестом поманил за собой.

* * *

С любопытством оглядываясь по сторонам, я шагала позади всех. Ярко освещенная пещера оказалась изрыта ходами и тоннелями, естественно, незамеченными в темноте. По ее стенам были налеплены довольно странные сооружения. Мне они напомнили ложи или балконы, как в театре.

Каменный пол местами был отполирован до блеска льда, отражая уходящую вверх спираль огней, но по бокам от блестящих каменных полос шли выбоины, оставленные явно драконьими когтями.

Из огромного круглого зала в темноту вела высокая, возвышающаяся на три человеческих роста арка, к которой уверенно и шел Лузар. Сразу за аркой, освещенный только нервными бликами факела, открылся небольшой коридор. Пол пещеры, сделав крен, уверенно повел вниз. Вскоре, оставив позади коридор, мы оказались в небольшой уютной зале, явно обустроенной под смешанные расы.

Возле жарко горящего очага небрежным полукругом стояли шесть низеньких мягких кресел.

– Садитесь! – жестом радушного хозяина предложил Лузар. – Вещи сложите туда, – он кивнул на дальний угол. – Нужно немного подождать!

Долго упрашивать не пришлось. Мой мешок был потерян, а Велия и Крендин, скинув груз, с наслаждением попадали в мягкие, удобные кресла. Дракон, подпалив от догорающей ветоши четыре укрепленных в стене факела, забросил свой в очаг, поставил кресло напротив нас и уселся, выжидательно поглядывая.

– Ну, пока мы ждем Старейшину, может, вы о себе еще что-нибудь расскажете? – Черные глаза внимательно прищурились. – Если честно, я вас даже не узнал в обличии гномов. Личины, кстати, были сделаны на совесть. А вот когда вы заговорили о Лунном озере – я насторожился! Обычные гномы вряд ли бы туда пошли. Напридумывали сказок о кровожадности драконов! Боятся нас – как огня, хотя прекрасно знают, что мы не питаемся разумными, а убивать ради удовольствия… Среди драконов редко попадаются такие изгои. И в основном они живут далеко от границы, в заброшенных пещерах.

– Да-да, я помню! Вы питаетесь не плотью, а чем-то эфемерным: эмоциями, чувствами и всякой такой ерундой.

Лузар согласно кивнул.

– Это наша основная пища, но, чтобы поддерживать тело, приходится пару раз в неделю есть мясо. – Дракон передернулся и, отвечая на наши удивленные взгляды, криво улыбнулся: – Оно пропитано эмоциями ужаса и боли. Я не люблю эти чувства, но никуда не денешься – приходится! Кстати, у нас для этого разводят целые стада крупных рогатых парно– и не парнокопытных. Так что, по сравнению с некоторыми главными расами, мы очень даже мирные!

Он замолчал и тут же спросил.

– Веля, расскажи, где ты был все эти годы? Тебя ведь считали без вести пропавшим, кое-кто даже поговаривал, что тебя убили. – Лузар перевел заинтересованный взгляд на задумчиво рассматривающего пол колдуна.

– Почему ты меня так называешь? – спросил он, поднимая на дракона глаза.

– Да он в детстве так тебя называл, – перебив Лузара, вклинилась я. – С тех пор как мы нашли его в Огненных песках.

Глаза Велии потеплели.

– Понятно, но этот момент моей жизни тоже скрыт туманом. – И, отвечая на вопрос Лузара, вздохнул: – Да что рассказывать…. Все тридцать лет жил с мыслью, что меня зовут Лиандр, что я сирота, и меня продали в рабство на рудники. После того как надсмотрщик увидел надо мной магический фон, меня перевели к жрецам.

– К жрецам? – удивленно присвистнул Лузар. – Так ты и есть тот самый жрец, которого все ищут?

Велия кивнул.

– А как ты от них сбежал? Я слышал, что это невозможно?

Колдун кинул на меня быстрый взгляд.

– Помогли! Буду предельно краток. То, что я сейчас не у жрецов, полностью заслуга моей жены. – Он отвесил мне шутовской поклон.

– Ты чем-то недоволен? – тут же осведомилась я с улыбкой кобры.

– Упаси меня, Всевидящий, сказать «да». Я абсолютно всем доволен. Вот только бы еще все вспомнить… – И, помолчав, добавил: – Ну, попадись мне тот, кто устроил такой принудительный отдых!

Дракончик перебил:

– Вел, а когда вы все-таки поженились? Почему-то мне об этом ничего не сказали.

– Судя по рассказу Тайны, тридцать лет назад, – хмыкнул Велия. – Вот только не знаю, с чьим мечом у горла меня заставили это сделать.

Вот ведь шут гороховый! Специально дразнит. Как меня угораздило выйти за него замуж?

– Сейчас бы тихо-мирно жила в своей конуре, так нет, бегаю тут, понимаешь ли, спасаю всяких блондинов седого цвета. А ведь я никогда не доверяла красавчикам, да к тому же блондинам! – Незаметно я перешла к мыслям вслух и очнулась, разглядывая ухмылки на лицах мужчин.

Велия притворно вздохнул.

– Ладно, когда вернемся, попрошу отца зачаровать меня под страшного рыжего гнома. Или побреюсь наголо, как варвары из окраинных земель!

Конечно, хорошо, когда есть воображение, но когда оно настолько развито, что мгновенно представляет перед внутренним взором любую описанную деталь – это становится кошмаром. Вот и сейчас, представив это чудо-юдо, я с нескрываемым ужасом покосилась на мужа.

Видя мое изобилующее эмоциями лицо, Крендин с Велией расхохотались.

– А чем ты недовольна? Как пугать меня по утрам страшной гномихой, так можно?

– Не обращай внимания на этих шутов, приятель. Как говорится: милые бранятся – беги в горы! – хихикнул Крендин улыбающемуся Лузару.

– Так-так! И кого же это занесло к нам в гости? – из темноты, скрывающей своей завесой дальний конец залы, послышался чуть хрипловатый, знакомый баритон.

Мы разом поднялись и повернулись к величественно шагающей к нам фигуре.

– Рад видеть тебя в добром здравии, Некоронованный, и тебя, Воительница. И тебя, гном.

В освещенный круг шагнул высокий черноволосый мужчина и, шурша темным плащом, подошел к нам. У него из-за спины вынырнула невысокая, худенькая, такая же темноволосая женщина. Оглядев всех нас своими черными раскосыми глазами, она остановила свой взгляд на мне и с улыбкой кивнула.

– Я рада, что ты вернулась, Воительница!

Будто дождавшись разрешения, я, взвизгнув, повисла у нее на шее.

– Ниаза! Как я рада тебя видеть! Расскажешь мне обо всем, что здесь происходило, пока меня не было, ладно?

Ниаза рассмеялась:

– Обязательно расскажу, Тайна, только потом! Хорошо? Вначале Старейшина хочет узнать, что завело вас так далеко от Центральных земель.

Выпустив из объятий драконицу, я перевела взгляд на изучающего меня с улыбкой дракона и неуверенно выдохнула:

– Шарз?

– И я рад тебя видеть, Воительница! Обниматься не будем? – и широко улыбнулся, видя мое смущение. – Зная характер Некоронованного, не хотелось бы рисковать. А то с него станется развязать войну из-за обычных дружеских объятий!

Теперь засмущался Велия.

– Гм, – неуверенно кашлянул он. – Если ты так хорошо меня знаешь, значит, в прошлой жизни мы были друзьями?

– В какой такой «прошлой»? И почему «были»? Очень хочется верить, что теперь, когда ты нашелся, ты, наконец-то, вступишь в свои права, наведешь в своих землях порядок, и наши отношения и отношения между нашими расами станут еще более дружественными и близкими!

– Сразу видно талантливого политика! – поклонился Старейшине Крендин. – Даже простое приветствие перевел на будущие политические отношения.

Теперь смутился Шарз.

– Спасибо, гном! Считай, что это самый лучший комплимент, который я услышал. Ведь мое правление насчитывает всего пятьдесят лет, и мне часто думается, что я недостаточно мудр в этих делах. Как тебя зовут?

– Зови меня Крендин! – улыбнулся гном.

Шарз крепко пожал протянутую руку.

– Я – Шарз. Друзья моих друзей – мои друзья.

– Аналогично! – поклонился Крендин.

– Вы, наверное, устали и голодны? – перебила их расшаркивания Ниаза.

– Ага, съела бы быка! – кивнула я.

– Тогда давайте сделаем так! – предложил Шарз. – Вас сейчас проводят в залы для гостей. Вы отдохнете, поедите, смоете пыль дорог с ваших тел, а вечером, после восхода луны, за вами придут и приведут в мои покои. Тогда мы и обсудим все ваши проблемы, а также попробуем их решить.

Мы церемонно поклонились Шарзу, Ниазе и, подхватив свои мешки, поспешили за Лузаром, вызвавшимся быть нашим проводником.

* * *

После длительного блуждания в полумраке извилистых ходов, мы остановились у гладкой стены.

– Мы пришли. Вот одна комната, а там, – Лузар кивнул на едва заметный овал двери метрах в пяти от нас, – другая.

Он коснулся скрытого в стене рычага и каменная плита, служившая дверью, гулко ушла в пол. С опаской перешагнув порог, мы вошли в довольно уютную комнату. Напротив входа в огромном камине жарко потрескивали дрова. В левом углу, прямо на каменном полу, были небрежно накиданы большие пушистые шкуры. В правой стене от пола до потолка было прорублено широкое полукруглое окно или, если судить по размерам, – дверь, сквозь которую пещеру заливал яркий солнечный свет.

Поскидав вещи в кучу, мои спутники тут же растянулись на шкурах, утопая в их длинной шерсти, а я подошла к арке и, отодвинув абсолютно прозрачный и невесомый, будто утренний туман, занавес, выглянула наружу. Перед пещерой я с восторгом увидела небольшую, ничем не огороженную квадратную площадку и, с опаской подойдя к краю, заглянула вниз. От увиденной высоты и красоты у меня захватило дух, закружилась голова. Я покачнулась, закрывая глаза, и тут меня сзади крепко обхватили.

– Осторожно! Я бы не хотел снова принимать свой истинный облик, чтобы прервать твой очередной полет! Тебе что, понравилось падать или жить надоело?

Я обернулась и виновато посмотрела в строгие глаза Лузара. Осторожно отведя меня от края площадки, он укоризненно покачал головой и, уже скрываясь в пещере, жестко произнес:

– Ты должна быть предельно внимательна, особенно теперь!

Задумавшись над его словами, я еще немного постояла, любуясь на искрящиеся в солнечных лучах горы, пока меня не заставил зайти в пещеру настырный ветер, забирающийся не только под одежду, но и, казалось, в душу.

Отдав приказания заглянувшим в пещеру черноволосым людям (угу, явно драконы, только в людских обличиях) Лузар собрался уходить но, заметив меня, остановился на пороге.

– Отдыхайте! Сейчас вам принесут бочки с водой, еду. А вечером, как взойдет луна, я приду за вами. И еще, – он укоризненно посмотрел на мага. – Веля, не оставляй без присмотра свою жену! – И – вышел.

Велия настороженно обернулся ко мне:

– Что все это значит?

Я равнодушно пожала плечами:

– Да кто его знает, какие бзики бывают у драконов. Перекушал, наверное, чьих-нибудь потрошков, ночью сон страшный привиделся, вот и пророчествует нам свои кошмары!

– Мне не понравился его тон! – даже не заметив моей попытки пошутить, не унимался Велия. – Надо бы у него вечером выяснить, что он хотел сказать, чтобы при случае быть готовым ко всему.

Вот блин! Только не хватало, чтобы он сейчас начал расследование. Тон ему, видите ли, не понравился! Ну, Лузар, ну, удружил, добавил головной боли! Тоже мне, оракул выискался!

– Ой, пожалуйста, успокойся! Мало ли что и кто тебе сказал? Что, всему верить? Да и сам подумай. Тебе самому впору помогать! И что плохого может со мной произойти, кроме того, что уже произошло. А именно – брак с тобой, из-за которого я постоянно, как на пороховой бочке! – невольно вырвалось у меня.

Фыркая, как рассерженная кошка, я уселась рядом с Крендиным, вдруг заинтересовавшимся своим сапогом, нагло посмотрела в застывшее лицо возвышающегося надо мной мужа и… прикусила язык.

Глаза Велии опасно полыхнули. Не отвечая на мою колкость, он резко развернулся и вышел на площадку.

Наступила тишина. Крендин повозился, кашлянул, поднялся, походил и уселся передо мной на корточки.

– Тайна, что с тобой? – он участливо заглянул мне в глаза. – Почему ты постоянно ему все это говоришь? Не видишь – плохо ему! Как бы ты сама себя чувствовала, если бы знала о себе только со слов друзей? И еще, он очень за тебя переживает!

Я виновато вздохнула. Хороший вопрос – почему?

– Я все это понимаю, Крен. Иногда что-нибудь ляпну – самой тошно! Он злится, а я думаю – уж лучше пусть злится, пусть орет или даже убьет меня, чем видеть в его глазах зеленую тоску.

– С ума можно сойти от таких отношений! Я мало вас знаю, но иногда мне кажется, что вы всем сердцем ненавидите друг друга и просто удивительно, почему вы все еще вместе?

Я невесело усмехнулась:

– Насколько я помню, у нас всегда была такая романтика!

Крендин вздохнул.

– Ужас! Может, вы просто не умеете друг с другом разговаривать? Или стесняетесь?

Я пожала плечами.

– Может! Тем более, он так изменился…. Мне с ним и раньше-то было трудно, а теперь…. Конечно, что-то в нем осталось от того, кого я знала, но…. Меня пугают эти перемены. Я на самом деле не знаю, как себя с ним вести. – Я шмыгнула носом, подняла на гнома глаза и встретилась с его теплым ласковым взглядом.

Моргнув, он отвернулся.

– Знаешь, Тайна, ты мне очень нравишься. Понравилась еще с нашей первой встречи. Я был бы счастлив, если бы ты выбрала меня, но…. Короче, я как-нибудь с этим справлюсь, потому что считаю: хороший друг – лучше десяти отличных любовниц. А вы – ты и Велия – стали для меня именно друзьями, и я не хочу терять ни одного из вас. Поэтому поступим так: ты, отбросив всю свою дурь, должна поговорить с ним по душам, до того как к нему вернется память! – Увидев мои недовольно поджатые губы, он начал мне объяснять как маленькой. – Ты пойми, дурочка, вспомнив себя прежнего, он останется таким, каков он сейчас, и в первую очередь он должен тебе доверять. – Он строго свел брови и еще раз повторил: – Доверять, а не бояться!

– Ты думаешь, он меня боится? – уныло спросила я.

Гном мотнул головой.

– Не тебя, а за тебя! Не перебивай. Я сейчас уйду, а ты иди к нему. И поговори! – Крендин поднялся. Ободряюще поворошил мои волосы. – Иди к нему. Он ждет! – И, не оглядываясь, вышел.

Да-а, хорошо ему говорить – «Иди!». Вот блин, и кто меня все время дергает за язык?

Я посидела в одиночестве, повздыхала, собираясь с мыслями. Поглядела на едва колышущуюся штору, сквозь которую черным пятном темнел силуэт Велии.

Ждет он! Мог бы и сам прийти прощения просить! За что? Да я бы нашла, за что!

Блин, мужчины – словно инопланетяне. Вроде столько времени живешь с ними бок о бок, а понимать начинаешь где-нибудь под конец жизни, причем не мозгом, а интуицией, да и то, если повезет! А ведь если бы… Ладно, не будем. Случись это «если бы» и в мире настал бы рай.

Так, что-то я отвлеклась! Нужно идти просить прощения!

Я поднялась, глубоко вздохнула, подошла и, решительно отдернув занавес, выглянула на балкон.

Ой, страшно-то как…. Ну, ничего, не умру! Как там говорили? Нужно видеть цель, верить в себя и тогда проломишь головой любую стенку!

«Стенка», то есть Велия, черным изваянием стоял у самого края площадки, глядя куда-то вниз. Его серебристые волосы рвал холодный ветер, и они то взлетали белым пламенем, то рассыпались по плечам, затянутым в черную куртку наемника.

Я помозолила его взглядом и, не дождавшись никакой реакции, медленно, как на казнь, подошла к нему. Потопталась за спиной и, не зная с чего начать, нерешительно обняла за талию.

Никакой реакции! Он все также сосредоточено продолжал любоваться раскинувшимся у его ног пейзажем.

Вот – доигралась! И, между прочим, знала, что так будет. Сейчас как объявит развод! Ужас! Я – камикадзе!

Ну и ладно, ну и проживу без него!!!

Ни хрена не проживу…

Обнимать его неподвижную спину становилось все глупее. Первый, он же последний шаг сделан. Что теперь?

«Поворачиваться и уходить! – шепнул рассудок. – Горы высокие, повезет – сломаешь шею!»

«Но я же его люблю!» – спохватилось сердце.

«Поздно! Раньше надо было любить!» – а это вступила совесть.

«У-у-у…» – а это уже душа.

Я не выдержала, уткнулась лицом в жесткую куртку и громко, навзрыд, будто по покойнику, зарыдала.

Минуту он стоял не шевелясь. Затем обернулся и, словно не зная, что делать с такой истерикой, с силой прижал меня к себе. В его руках я мгновенно успокоилась, но для порядка повсхлипывала.

Так, на всякий случай.

Некоторое время мы просто молча стояли, затем я, подняв голову, утонула в зелени его мудрых, прощающих, обожающих меня глаз и, сглотнув слезы, прошептала:

– Прости?

Велия вздохнул. Притянув меня к себе, он прижался подбородком к моей макушке.

– Ты меня прости. Я веду себя как эгоистичный хам только потому, что эта маска сейчас для меня более удобна! И я боюсь потерять тебя больше всего на свете, с того момента, как впервые увидел!

– Это в пещере жрецов или когда за мной с топориком носился? – не удержалась я от ехидства.

Он за подбородок поднял к себе мое лицо. Посмотрел в глаза, усмехнулся и снова стал серьезным.

– Нет, когда увидел тебя в предрассветный час на пороге дома Барги. Когда узнал, что ты и есть та, что мне предназначена.

Мои глаза широко раскрылись:

– Так ты все вспомнил?

– Нет, только моменты. – Он невесело улыбнулся и попросил: – Давай будем вместе. Тогда все будет правильно! Иначе, зачем все это?

– Поцелуй меня! – пользуясь моментом, попросила я. Не отводя глаз, он едва коснулся губами моих губ, а то, что я услышала после, пролилось бальзамом на мое сердце, душу и самолюбие.

– Я люблю тебя, Великая. Всегда любил. И благодарен, что ты нашла меня, спасла и позволила стать твоим мужем.

Опешив от таких слов, я помолчала. Смущенно улыбнулась и, решившись, выпалила.

– Как я могла поступить иначе? Я так привыкла к тому, что ты у меня есть, – и всхлипнула. – Я умру без тебя, Вел.

Судя по ошеломленному лицу Велии, он вообще не ожидал от меня таких признаний[3]. Изучив мое лицо и не заметив ни тени насмешки, он снова крепко прижал меня к себе.

* * *

В отличие от наших отношений, погода испортилась окончательно. Легион сизых, снежных туч повис над горами, закрыв синь неба.

Порыв холодного ветра принес с собой целую стаю перелетных снежинок и игриво забрался ко мне под ветровку. От его прикосновения я тут же задрожала, крепче прижимаясь к мужу.

– Ты замерзла? – Велия, оглядев мой наверняка посиневший нос и заалевшие от мороза щеки, заторопил. – Пошли скорее, не хватало мне еще тебя лечить!

В пещере было тепло, светло и безветренно. Занавес, похожий на туман, вызывающий у меня очень сильное сомнение в своей теплонепроводимости, оказался надежней стекла и, не пропуская в пещеру ни холода, ни ветра, создавал идеальный климат для такой «мерзлявки», как я. К тому же, слуги выполнили приказ, и теперь посреди комнаты исходили паром и радовали взгляд три огромные бочки с… ой, м-м… горячей водой! Рядом с ложем из шкур я также обнаружила три гигантских блюда с всевозможной едой и два пузатых оч-чень выразительных кувшина с бордовой жидкостью.

Я в нерешительности остановилась, не зная, что выбрать: горячую воду или еду. Выбор за меня сделал Велия. Он, скинув куртку, разделся до штанов, подошел ко мне, и решительно начал стягивать с меня одежду.

– А… это… ну-у, вообще-то у меня были несколько другие планы. – Стянув с меня ветровку и рубаху, он вопросительно заглянул в глаза. Помня о нашей ссоре, я растянула губы в улыбке. – Нет, ну я, в общем-то, не против, просто хотела сначала чего-нибудь перекусить.

– Потом перекусишь!

– Ну, ладно. Потом так потом. Ой, не вытрясай меня из штанов! Они скоро сами с меня будут сваливаться, от такой кормежки! Эй, ты куда меня потащил? Вообще-то, постель, в смысле шкуры, в той стороне… Ай!

Бульк! Я оказалась в бочке, полной горячей, пенистой, восхитительно душистой воды и, вынырнув, возмущенно уставилась на терпеливо ожидающего, когда я проморгаюсь, мужа.

– Ну, как? Я сделал правильный выбор? – расцвел он, рассматривая мою слегка разочарованную физиономию.

– Ну да, хотя… – Заметив его весьма заинтересованный взгляд, смущенно кивнула: – Правильный!

* * *

Да-а, единственный недостаток этого мира – нет ванн и труб с горячей водой. Я, дорвавшись до такого редкого удовольствия, плескалась часа три. Велия, наверное, уже раз сто пожалел о том, что так опрометчиво засунул меня в воду. На уговоры променять бочку на него – я не поддавалась и упорно продолжала сидеть в пене, пофыркивая, как морж, пока вода окончательно не остыла. Тогда я, решив, что хорошего помаленьку, позвала его:

– Вел, а Вел? Вытащи меня!

– Неужели надоело? – ехидно буркнул Велия, тут же открывая глаза. Он уже успел быстро, по-походному вымыться, и теперь дремал на шкурах, завернувшись в большой кусок белой ткани.

– Надоело! – покаянно вздохнула я. – Хочу на землю!

Он приподнялся на локтях. Разглядывая меня, равнодушно пожал плечом:

– Вылезай, раз надоело!

– Издеваешься?

– Ага! – неторопливо поднявшись, подошел он, завязывая полотенце на поясе.

Подхватив под мышки, легко, как котенка, вытащил меня и перенес на шкуры. Выудив откуда-то еще одну такую же белую тряпку, оказавшуюся теплой и похожей на махровую простыню, укутал меня ею с ног до головы.

– Есть будешь? – он пододвинул ко мне полное блюдо съестного. – Только мясо уже остыло. Кто ж знал, что ты так долго будешь топиться?

Выламывая куриную ногу, я смущенно хихикнула:

– Просто мне вдруг подумалось – когда еще доведется!

– Тоже верно! – согласился муж, отрезая кинжалом кусок мяса. – Ешь!

Меня не нужно было уговаривать: после всех волнений и длительных купаний проснулся дикий аппетит и, похоже, не у меня одной. Набросившись на еду, мы довольно быстро умяли все, что находилось на блюде. Наконец-то, почувствовав себя сытой и счастливой, я в блаженстве упала на мягкие шкуры.

– Может, еще? – Велия шутливо кивнул на два блюда, доверху наполненных едой, позабытых у стены.

Я искренне задумалась.

– Ну, если только во-он ту одну связку красных бананов?

Велия изумленно усмехнулся.

– Милая, а ты не лопнешь? – озаботился он, протягивая фрукты.

Я, чистя банан, решительно помотала головой.

– А вот это вряд ли! Во-первых, наемся впрок, а то на сухарях я уже, похоже, язву заработала, а во-вторых, успокою нервы. Да, кстати, а ты не знал? Все женщины именно так нервы и успокаивают!

– Не знал! Теперь буду оберегать твои нервы, иначе рискую через годик-другой тебя не поднять! – обеспокоено кивнул муж, наблюдая как стремительно уменьшается связка бананов.

Не осилив последние две штуки, я сонно потерла глаза, блаженно вытянулась на шкурах и зевнула:

– Вел, я тут что-то того… ну… ты не обижайся, ладно? – пробормотала я, засыпая.

Кажется, он что-то ответил?

* * *

Проснулась я внезапно и сквозь ресницы долго смотрела в темнеющее за окном небо, слушая снежную бурю, завывающую как раненый великан. Непередаваемое ощущение – наблюдать непогоду, нежась в тепле пещеры, освещаемой только тлеющими углями камина.

Почувствовав себя отдохнувшей и вполне счастливой, я сладко потянулась… и уперлась во что-то руками. Точнее, в кого-то. Нет, ну когда я уже привыкну, что в моей постели периодически обитает мужчина? Я перевернулась на живот и томно улыбнулась наблюдающему за мной мужу.

– Привет, как спалось? – Зеленые глаза ласково сощурились.

– Бананы снотворные попались! – оправдалась я.

– Это я заметил! – улыбнулся он. Потянулся, бросил: – Надо вставать. Скоро за нами придет Лузар.

Спрятав зевоту в кулак, я села и, натянув на плечи теплое полотенце, огляделась. Крендина в пещере не оказалось, бочек с водой тоже.

– Вел, а Крендин так и не приходил?

Муж ухмыльнулся.

– Приходил, помылся, посмотрел на сонное царство, позавидовал и ушел. Скоро опять придет.

– Чудесно, значит, действительно пора вставать, – вздохнула я, но вместо этого потянулась к колдуну. – Велия, я так по тебе соскучилась!

Он скосил на меня ехидный взгляд.

– Вообще-то, нам некогда?

– Подождут! – нагло отмахнулась я и, глядя в глаза, коснулась губами его губ.

– Ну, вы даете! Я, конечно, рад, что вы помирились, но нельзя ли это отложить на потом? Забыли? У нас сегодня важная встреча! – Скрежет ушедшей в пол плиты и язвительный голос Крендина заставили меня отпрянуть от Велии и натянуть белую ткань до ушей.

– Блин, Крендин, если б знал, как ты не вовремя! – усмехнулся Велия, приподнимаясь на локте.

– Я знаю, Вел, раскаиваюсь, но ничего поделать не могу! И погулять у меня тоже больше не получится. Сюда идет, этот, как его… Лузар! А я, предполагая, что увижу именно это… – он смерил нас многозначительным взглядом, – немного его обогнал!

Вздохнув, я посмотрела на мужа:

– Жаль, но, может, потом?

– Мне нравится это слово!

– Мне тоже! – гном бесцеремонно подошел и уселся рядом с нами. – Так что, может, отложите эти телячьи сопли на ПОТОМ? Нам пора!

Я мрачно посмотрела на невозмутимого гнома.

– Слушай, может, ты тогда Лузю в коридоре встретишь? Нам все-таки одеться надо…. Намек понятен?

Гном, смерив меня взглядом, насмешливо фыркнул, поднялся и вышел.

Лузар заглянул в комнату в тот момент, когда мы уже оделись и усиленно спорили между собой на тему: брать на встречу оружие или нет.

– Добрый вечер! – поздоровался он.

– Доброй ночи! – кивнул в ответ Велия.

– Пойдемте? Старейшина и моя мать ждут вас, а маг клана сейчас прибудет. – Лузар махнув нам рукой, нетерпеливо скрылся в коридоре.

* * *

Коридор, ярко освещенный мерцающими факелами (как объяснил Лузя – в честь гостей), отражал их колеблющееся пламя в черном камне стен. Он казался достаточно широким и был изъеден потайными ходами и скрытыми пещерами. И везде попадались зазубрины на гладком, будто отполированном полу. После нескольких поворотов и спусков мы вошли в гостеприимно открытую дверь. Лузар, проводив нас, исчез, будто растворился в воздухе, а мы остановились на пороге, разглядывая, куда нас занесло.

Небольшую, по меркам драконов, комнату интимно освещали нервным пламенем свечи и жарко полыхающие в камине дрова, но в то же время смущала чопорность обстановки. Посередине, напротив друг друга, стояло шесть массивных, с высокими спинками, кресел. В трех креслах, в ожидании нас, сидели Шарз, Ниаза и еще один невысокий, коренастый и такой же черноволосый дракон.

Если честно, мне эта обстановка напомнила какие-то высшие политические переговоры, виденные по телевизору.

Мы коротко поклонились, вопросительно посмотрели.

Шарз с улыбкой указал нам на три пустующих кресла. Мы, заражаясь обстановкой, важно их обошли, сели и выжидательно посмотрели на драконов.

– Доброго вечера и хорошей ночи! – поздоровался с нами Шарз и с почтением указал на низкорослого дракона. – Знакомьтесь, это – Хариз. Самый мудрейший колдун нашего клана.

Все снова обменялись поклонами и неловко помолчали.

– Короче! – первым не выдержал Крендин. – Чё сидим, как у бабушки на поминках?

Он встал, протопал к пышущему жаром камину, уселся на корточки и принялся греть руки.

Все проводили его взглядом.

– А и правда! Что мы, как на собрании старейшин? – опомнился Шарз. Он лениво поднялся, хлопнул в ладоши. В комнату вбежали двое слуг. – Принесите стол, вина, мяса. Уберите кресла и настелите шкуры. Да побыстрее.

Драконы с поклоном резво принялись выполнять приказание.

Вскоре кресла выстроились рядком у дальней стены, а рядом с камином, на устилавших пол теплых шкурах, уютно расположился невысокий круглый столик, сантиметров двадцати от пола. Изобилие всевозможных фруктов, мяса и кувшинов на нем радовало глаз.

– Ну, вот – это другое дело! – повеселел Крендин, достал из-за голенища сапога длинный тонкий стилет и, наколов пару прожаренных сочных кусков мяса, повертел их над огнем. – Люблю погорячее.

– Угощайтесь! – радушно улыбнулся Шарз.

Вскоре в пещере царила непринужденная обстановка. Скрестив ноги, мы полукругом уселись возле очага. Не хватало только какой-нибудь пионерско-патриотической песни. Хотя и без нее не скучали. Мужчины что-то оживленно обсуждали, приговаривая кувшинчик вина. Я, особо не вслушиваясь, обкусывала жесткое, но на удивление сладкое яблоко.

Отдав распоряжения слугам, ко мне подсела Ниаза.

– Я так рада за тебя, Великая! Ты и маг… между вами всегда было что-то особенное. Теперь вас ждет долгая счастливая жизнь.

– Наверное! – я устало улыбнулась драконице. – Вот только бы поскорее закончились все проблемы! Тогда и подумаем о счастливой жизни, если меня, конечно, опять не забросит в мой мир!

Ниаза удивленно приподняв бровь, насмешливо посмотрела на меня:

– Поверь, уже не забросит! Миры очень неохотно отдают свое!

Я непонимающе взглянула на нее:

– Вот и я о том же! Я ведь из другого мира и….

Но Ниаза решительно меня перебила:

– Да не о тебе речь…. Не только о тебе!

– А о чем? – насторожилась я.

Ниаза осеклась и смущенно переглянулась с заинтересованно слушающим наш разговор Шарзом. Почувствовав неловкость сестры, он незаметно отвлек нас от темы, задав Велии самый главный вопрос вечера.

– Ну, так как мы сможем тебе помочь, Некоронованный?

Велия в это время, скормив мне два сочных куска мяса, полюбовался на мой аппетит и поднял глаза на Старейшину.

– Понимаешь, Шарз, возле меня поднялась странная возня. Для кого-то сам факт моего существования большая проблема, от которой и собираются в ближайшее время избавиться. Поэтому я хочу быть во всеоружии, когда наступит это самое время. Я хочу вернуть все свои возможности. Вернуть себя.

– И как? – Шарз, нанизывая на кинжал странный зеленоватый фрукт, невозмутимо выслушал его.

Велия помолчал, собираясь с мыслями:

– Как я понял из того, что нам удалось узнать, я смогу вернуть свою память, только попав в Лунное озеро и выпив драконьи слезы. Тогда через забвение и одиночество обрету себя. Я не знаю, что это значит, но верю, что вы поможете найти разгадку!

Он выжидательно посмотрел на драконов. Те переглянулись. Шарз удивленно хмыкнул.

– Интересно, кто все это выдумал?

– В смысле? – колдун даже подался вперед, не сводя с него глаз с чуть вытянувшимися от волнения зрачками.

Дракон улыбнулся.

– Лунное озеро, к примеру, у нас есть, только оно высоко в горах и почти всегда замерзшее. Ледник все-таки! А драконьи слезы…. – Он помолчал и хлопнул в ладоши.

Вбежал расторопный слуга.

– Эй, ну-ка принеси мне «Драконьи слезы»!

Слуга исчез, но вскоре появился снова, с великой осторожностью неся затянутую в черную парчу пузатую бутылку.

– Это вино у нас называют «Драконьи слезы». Но оно не простое вино! – Шарз смущенно хрюкнул, покосился на Велию, не сводящего с него взгляда, и пояснил: – Этим вином у нас поят новобрачных, чтобы… ну, в общем, чтобы все у них было хорошо и в отношениях и самое главное с приплодом! Дело в том, что драконов осталось очень мало, и за всю жизнь при хорошем раскладе они высиживают максимум двух детенышей. Поэтому наши предки и придумали это вино! – дракон улыбнулся. – Так что.… Вот детали твоей головоломки! Вот – слезы. До озера, если будет нужно, тебя завтра проводят. Только, как это тебе поможет – не знаю!

Велия озадаченно повертел в руках бутылку, поставил на столик и поднял на меня глаза.

– Ты хоть что-нибудь понимаешь?

Я не выдержав, хихикнула:

– Ну, я думаю, вряд ли ты обретешь память, сидя на леднике и глуша эту местную Виагру.

Он с недоумением покосился на меня и раздраженно поморщился:

– Тайна, ты опять говоришь какую-то ерунду? Здесь скрыт тайный смысл! Нужно только узнать, какой именно! – колдун задумчиво посмотрел на Старейшину. – Шарз, а у вас нет другого Лунного озера?

Шарз взъерошил волосы и повернулся к сидевшему в стороне Харизу.

– Ну, и что ты думаешь по этому поводу?

Маг клана посмотрел на Шарза, перевел взгляд на Велию, пару раз моргнул на меня, пожал плечами и начал загибать пальцы:

– А что тут думать, по-моему, все очень просто! Первое – Лунное озеро. Когда-то давно все земли драконов назывались Лунным озером. Это название наших земель даже сохранилось на старых картах и от него пошло прозвище – Лунный Змей. Второе – слеза дракона. Эта загадка несет много смысловых толкований, но, если отбросить самые банальные и физические, типа нашего вина, то может получиться вот что. В древних рукописях сказано, что дракон, узнавший свою любимую, – познал себя, и лишь одинокий дракон – плачет. – Хариз посмотрел на Велию. – Я бы твое пророчество истолковал так: только придя в земли драконов, ты через боль обид, непонимание и одиночество, снова обретешь свою любимую и вместе с ней обретешь самого себя!

– Одиночество? Опять? И что это означает? – Велия снова посмотрел на меня. – Ты опять собралась от меня уйти, любимая?

Я ошарашенно помотала головой.

– Типун тебе на язык больше твоей головы! У меня этого даже в мыслях нет!

Ниаза, подняла на него пронзительный взгляд.

– Но одиночество не обязательно должно быть таким!

Велия похлопал ресницами.

– Ничего не понимаю!

Драконы переглянулись, и Ниаза продолжила.

– Сейчас тебе предстоят заботы. Нужно навести порядок в твоих землях, стать князем, в общем, тебе сейчас не до спокойной супружеской жизни! Может, тебе грозит такое одиночество? Короче, думай больше о делах!

– Классный совет! – разочарованно покривился колдун, выслушав путаное объяснение драконицы. – Ниаза, ты понимаешь или нет? Мне, для того чтобы заняться всеми перечисленными тобою делами, нужно вернуть память! Без моих знаний я – ноль! Наемник! И кто-то об этом знает и этим пользуется! Короче! – решительно перебил он сам себя. – Из ваших нудных объяснений я понял, что реальные единственные драконьи слезы – вот эти?

Он взял в руки бутыль и повернулся за ответом к Шарзу.

– Так называется это вино, но, гм… поосторожней с ним!

Велия криво ему улыбнулся и кивнул.

– Если верить Харизу, я уже в Лунном озере, так? – Колдун зубами выдернул пробку, запечатавшую бутыль, припал к горлышку и, не обращая внимания на наши ошеломленные взгляды, начал жадно пить.

Крендин облизнулся и в нетерпении тронул того за рукав.

– Эй, брат, дай «слезок» глотнуть?

Велия, в позе горниста, не отрываясь от бутыля, скосил на него глаза и многозначительно поднял указательный палец, призывая к терпению. Затем, наконец, оторвался, вытер рукавом губы и благодушно пояснил:

– Если вспомнить не светит, так хоть напиться, чтоб забыться! Когда еще придется? – он деловито поболтал заметно полегчавшей бутылкой.

– Так, хватит тебе, хорошего понемногу! Ну-ка, отдай! – Крендин чуть ли не силком выдрал у него бутыль и тоже надолго к ней присосался.

Велия ждал минуту.

– Эй, кто из нас хочет напиться – я или ты?

Шарз весело рассмеялся:

– Некоронованный, этого вина много не выпьешь, но, если тебя это утешит, все его запасы к твоим услугам.

– О, нет! – простонала я, глядя в повеселевшее лицо мужа. – Шарз, не делай этого! Когда он напьется – начнется стихийное бедствие. Даже ты не сможешь его успокоить, пока он не угомонится сам. И поверь, это случится нескоро!

– Что ты на меня наговариваешь! – возмутился колдун. – Я тих как овечка!

– Угу, и упрям как баран!

– Шарз! – Велии уже, похоже, полегчало. – Скажи, брат, твоя жена с тобой так разговаривает?

– Хвала богам, у меня нет жены!

– Тогда ты меня не поймешь! – разочарованно махнул рукой Велия.

– Но! – перебил его Старейшина. – Зато у меня есть сестра! И, поверь мне на слово, – это хуже!

– Что-о-о? – возмущенно оглянулась на него Ниаза. – Ты чем-то недоволен, братец?

Шарз поспешно покачал головой.

– Всевидящий с тобой, Ниаза, о чем ты говоришь? Ты меня не так поняла!

Он повернулся к зубоскалящим мужчинам и громко зашептал, кидая на сестру косые взгляды.

– Сплю и вижу, как бы ее замуж отдать! Желательно, в другой клан!

Прищурившись, Ниаза метнула на брата не обещающий ничего хорошего взгляд. Шарз, состроив несчастную физиономию, обреченно развел руками:

– А ты говоришь – жена! Велия, я не доживу и до тысячи, если у меня будет еще и жена!

– Хм, смотря как повезет! – вдруг возразил Хариз.

Выцедив остатки вина, Крендин рыгнул и возмутился:

– Так, я не понял! Что, поговорить больше не о чем? Короче, давайте сегодня отдохнем от грустных тем! Давайте веселиться! Шарз! – он обнял дракона за плечи и пьяненько икнул. – А слабо тебе нацедить еще бутыля два «Драконьих слез»? Мне это вино понравилось!

– Кстати, а по какому поводу пьем? – Шарз кивнул слугам. Те расторопно внесли еще четыре внушительных бутыля.

– Было бы что пить, а повод найдется! – отмахнулся Крендин.

– Великая, а может, выпьем? – подмигнул мне Велия.

Я пожала плечами. Действительно, почему бы и нет? Муж налил вино в невысокий тяжелый, сделанный будто из синего камня, стакан и протянул мне. Подняв его, я осторожно принюхалась. Хм… приятно, оригинально, только… чересчур сладко… и даже приторно? Ой, мамочки, чего это мне нехорошо?

Вымученно улыбнувшись, я поставила стакан на стол, подскочила и едва успела выбежать в коридор.

«Чудненько! Так сказать – приятного аппетита!»

Чувствуя себя гаже некуда, я постояла на сквозняке, обдувающем мое разгоряченное лицо. Вот, пожалуйста, куда приводит неуемное потребление наркоманских зелий и редкие перекусы сухарями! Нажила себе язву или еще чего похуже!

Перед глазами появился, открылся и резво зашуршал страницами Большой медицинский энциклопедический словарь. Стараясь не думать о той неизлечимой болезни, которую так неосторожно подцепила, я поплелась назад.

А пьянка, меж тем, продолжалась. Моего временного отсутствия, казалось, никто даже не заметил, за исключением, пожалуй, Ниазы. По кругу шла очередная бутыль. Пили все! Даже низкорослый маг Шарза.

– На, выпей! – сочувственно рассматривая мое зеленое лицо, Ниаза протянула мне маленькую стопочку. – Полегчает!

Я отшатнулась, и, помотав головой, скривилась, глядя на предложенное питье.

– Дай мне лучше воды!

– Так это и есть вода! – Она махнула рукой, и фиолетовая жидкость в рюмке стала прозрачной.

Я осторожно принюхалась. Гм, и вправду ничем не пахло. Залпом проглотив жидкость, я с удивлением отметила, что это на самом деле была чистая, холодная вода. Тошнота ушла. На ее место тут же явился голод.

– Спасибо, Ниаза, твоя вода чудодейственная! Мне так неудобно! Правда! Со мной никогда ничего подобного не случалось! Наверно, это от неправильного питания! Ешь в походах одни сухари и вот, пожалуйста: дисбактериоз, повышенная кислотность и даже язва может вылезти!

Ниаза, не перебивая, внимательно на меня смотрела.

– Ты и впрямь веришь в то, что говоришь?

– Хотелось бы не верить! Но диагноз налицо, вернее, под дверью!

– Ну, блаженны верующие! – многозначительно хмыкнула она и замолчала, не вдаваясь в объяснения.

Побуравив ее взглядом, я раздраженно пожала плечами – кто их, этих драконов, поймет? – и перевела взгляд на веселящихся мужчин.

Те уже клялись в любви, дружбе и уважении. Обещали дружить семьями, кланами и землями. Вино лилось рекой, и мы с драконицей только хватались за голову, не представляя, как угомонить этих алкоголиков. После очередной бутыли и вовсе началось веселье!

Крендин на бис спел такие похабные частушки, что мы с Ниазой демонстративно зажали уши. В ответ Велия сбацал танец с «саблями». В конце концов, всем пришлось прятаться, прикидываясь частью обстановки, чтобы не дай бог, в кого-нибудь не попала эта «сабля», то бишь топор! Шарз тоже не остался в долгу и минут сорок развлекал всех плеванием огня на короткие и длинные дистанции, в результате нечаянно подпалив плащ Харизу. Тот, не разобрав, что к чему, начал удирать зигзагами. Все радостно стали носиться за ним, в надежде спасти. Причем, пробегая всякий раз возле стола, Крендин кидался в бедного дракона фруктами. Как после он сам оправдывался – для того чтобы сбить огонь. В результате его стараний огонь действительно потух. Хариз, с живописным натюрмортом на спине, заложив очередной вираж, запнулся о заботливо подставленную ногу Ниазы и растянулся на животе. Не ожидая такого коварства, следом за ним, как кегли, попадали Велия с Шарзом, а последним на них, пугая наши уши трехэтажным матом, свалился гном. Затем, вся эта пьянющая в дымину братия поворочалась, попиналась, повыясняла отношения, угомонилась и, наконец, теперь радовала нас своим разноголосым храпом.

– Кошмар! – выдавила Ниаза, рассматривая бедлам, царивший в некогда уютной пещерке.

– Не то слово! – протянула я. – И что теперь делать?

Не отвечая, драконица хлопнула в ладоши. К нам вошли шестеро слуг и, склонив головы, стали молча дожидаться приказов. Ниаза устало потерла лицо и, указав на похрапывающих мужчин, произнесла единственное слово:

– Унесите!

Слуги расторопно начали действовать. Двое, ухватив за руки за ноги Шарза, наступили на скрытый рычаг. За очагом приподнялась часть стены, открыв нам еще одну пещеру. Сложив тоненько храпящего Старейшину на небольшое покрытое шкурами возвышение, слуги вышли и тут же принялись за остальных. Спустя некоторое время, в комнате уже ничто не напоминало о недавнем беспорядке.

Я украдкой зевнула и виновато улыбнулась драконице.

– Извини меня за этих дебоширов! Сама не знаю, что на Велию сегодня нашло! Это ж надо так напиться самому и напоить всех в такую зюзю!

– Для меня тоже стало большой неожиданностью сегодняшнее поведение моего братца, а наш маг, вообще, тысячу лет назад дал обет трезвости!

– Я давно подозревала, что вышла замуж за скрытого алкоголика, видела бы ты, как он отрывался в Златогорье! Ужас!

Ниаза хихикнула и тут же строго произнесла:

– Великая, он твой муж. Ты должна его защищать, а не осуждать! Обвинителей под этим небом и без тебя хватает!

От этих слов я почему-то смутилась. Поколупав носком сапога небольшую выбоину в полу, подняла на нее глаза.

– Я, наверное, тоже пойду! Что-то меня этот день, особенно вечер, утомил.

– Конечно. Мой сын доведет тебя до вашей комнаты.

– Пойдем, Тайна! – на пороге стоял Лузар.

Обратно мы шли долго, невыносимо долго. Мне показалось, что переходы стали длиннее. На некоторых участках коридора факелы не горели вовсе и в окружавшей нас темноте мне постоянно чудились взгляды и шевеления. Я облегченно вздохнула, когда Лузар сухо щелкнул рычагом, и плита, заменяющая дверь, привычно провалилась, открывая вход в нашу пещеру.

– Может, тебе что-нибудь нужно? – поинтересовался на прощанье дракон.

– Спасибо, Луз. – Я зевнула так, что чуть не вывихнула челюсть. – Но сейчас я хочу только спать!

Лузар молча вышел, закрыв пещеру.

В теплой комнате стоял полумрак, освещаемый только отблесками огня в камине. В горах раненым зверем завывала буря, но в пещеру едва доносились ее отголоски.

С умилением полюбовавшись на своего законного пьяницу, калачиком спящего на шкурах я, недолго думая, улеглась к нему под бок, закопалась в мягкие шкуры и тут же уснула.

* * *

Проснулась я внезапно оттого, что меня сгребли в охапку сильные руки Велии, и теперь он, как ребенка, меня покачивал.

Гм, оригинальный способ побудки! Наверное, повременю я с открыванием глаз. Ну его… Кстати, что там Шарз вчера говорил про вино? Нет, определенно надо изобразить летаргический сон! Все-таки я не пушинка, надоест, сам отстанет!

Вдруг звук его тихого, чуть хрипловатого голоса поверг меня в шок, заставив крепче зажмурить глаза. Он – запел! Интересно, почему я раньше никогда не слышала, как он поет? Вообще-то, я не любительница самодеятельности, но тут…. Затаив дыхание, я стала вслушиваться в слова.

Запахом полыни обожги меня.

В сердце боль нахлынет, с ног меня валя.

Отзвенит китара в сонной пустоте…

Ох, как жизни мало на пути к тебе.

И так мало счастья нужного сейчас:

Поцелуй в ненастье, блеск любимых глаз.

И пойду босым я берегом реки,

Там, где сети с рыбой тянут рыбаки.

В королевском платье, а в руках венец.

Райское исчадье, что мне дал отец

Среди темной ночи, среди бела дня

Чтобы, как пророчат, ты нашла меня.

Покрывшись мурашками от ушей до самых пяток, я стала усиленно делать вид, что впала в кому. Если честно, что-то ужасно неловкое было в этой ситуации. Будто я подсмотрела, как он колупался в носу или еще чего похуже.

Его голос хрипло хихикнул у меня над ухом:

– Пора вставать, Великая! Если честно, я уже замучился смотреть на твои гримасы, которые ты так усиленно корчишь, делая вид, что спишь.

Мои глаза тут же возмущенно распахнулись:

– Я, между прочим, к тебе на сольный концерт не напрашивалась! Мало того, что чуть не укачал, так еще и серенады своим хриплым баритоном распевать взялся! – Я гневно уставилась в его спокойные, будто летнее море, глаза.

Что-то не так! Что-то в них появилось новое или старое?

Я резко села. Он не держал. И не сводил с меня глаз. В голове билась неоформившаяся мысль.

Видя мою настороженность, хрипло рассмеялся.

– Что с твоим голосом? – надо же что-то спросить, начать разговор. Странно он как-то себя ведет.

Он смущенно кашлянул.

– Вода холодная получилась.

– Какая вода?

– Вот эта! – Он протянул руку и вытащил откуда-то из-за спины ведерко. Я с любопытством заглянула:

– Но там же айсберги!

В воде, плескавшейся на донышке, плавали тоненькие льдинки.

– Пить сильно хотелось! – Он смущенно отвел глаза. – Проснулся среди ночи от дикой жажды, ну и первым делом сотворил ведерко воды. Потом понял, что сделал. Короче, любимая, я уже часа четыре дожидаюсь, когда ты проснешься!

Я смотрела на него во все глаза.

– Так ты, что же… выходит, ты все вспомнил?

Он скромно кивнул.

– Но как, отчего?

Велия молча пожал плечами. Я, не выдержав, повисла у него на шее.

– Ну, тогда здравствуй?

Прижав меня к себе, он тихо засмеялся.

– Ты неповторима, Тайна!

– Я знаю! – скромно улыбнулась я. Тут же выбралась из его объятий и ошарашила вопросом. – А у нас есть что-нибудь съедобное?

Велия удивленно поднял бровь, сглотнул и скривился.

– Меня, если честно, что-то слегка мутит при мысли о еде.

– Пить надо меньше! – мстительно напомнила я и тут же возразила. – Речь не о тебе, и если ты сейчас же не наколдуешь что-нибудь съестного, я съем тебя!

– Ладно, ладно! Тебе из съедобного или не очень? – язвительно поинтересовался он.

– Это ты к тому, какая еда мне понравится больше: из горного таракана или из осколка скалы?

Велия смущенно хихикнул:

– Ну, типа того!

От обсуждения завтрака нас отвлек скрежет открывающейся плиты и на пороге с помятым видом появился Крендин.

– Ой, ребятки!! – он обрадовался нам, как родным. – Здорово, что вы уже проснулись! Можно, я у вас пересижу? Я вам не очень помешал?

– Не очень! – гостеприимно махнул рукой Велия. – Заходи! Ты где был?

Гном, становясь малиновым, неопределенно махнул рукой и промычал:

– Я? А… ну-у, там… где-то… вот!

– А-а! – глубокомысленно покивал Велия. – Ну, тогда ясно! И как?

Крендин потоптался, кашлянул и, не поднимая глаз, махнул рукой.

– Лучше не спрашивай!

– Вы это о чем? – подозрительно разглядывая перемигивающихся мужчин, не выдержала я.

Не отвечая, Крендин протопал к нам, уселся рядом и виновато посмотрел на меня.

– Эй, Тайна, как вчера прошло? Если честно, что-то я не помню, как мы уходили! Мы там не очень?

– Очень! – мстительно кивнула я.

– Сильно?

– Угу! Буянили, будь здоров!

Крендин тяжело вздохнув, повернулся к Велии.

– Брат, есть что-нибудь? Ну… для лечения головы?

Велия завел глаза, с шумом выдохнул:

– Пьянь гидролизная!

– Я? – Гном от возмущения аж подпрыгнул сидя. – А кто меня вчера весь вечер спаивал?

– Я?! – Велия изумленно вытаращил глаза. – Поклеп!

– Так, все! – прервала я их спор. – Кто кого споил – это дело десятое, но чтоб в последний раз!

Крендин с Велией переглянулись и как-то неуверенно кивнули.

На пороге пещеры, с интересом прислушиваясь к нашему разговору, незаметно появился Лузар. Велия первым заметил дракона, широко улыбнулся, поднялся и шагнул к нему:

– Лузя, ты так вырос! Прости, не узнал тебя вначале.

Лузар внимательно прищурился на колдуна, кивнул.

– Привет и тебе, Веля! Давно не виделись!

– Давно! Два последних дня можно не считать!

Дракон улыбнулся:

– Интересно, а как произошло, что ты все вспомнил? Неужели те расшифровки, которые тебе дал наш маг, оказались верны?

Велия пожал плечами:

– Не знаю! Я проснулся ночью, и мне показалось, что не было этих тридцати лет, что вчера исчезли Великие. А потом я увидел спящую Тайну и… начал вспоминать. Событие за событием, лицо за лицом.

– Так что же все-таки произошло? Ты вспомнил, почему и когда ты потерял память? – не утерпел Лузар.

Глаза колдуна потемнели:

– Все очень просто! Я сходил с ума. И вот в один из таких вечеров безумие достаточно близко подобралось ко мне. Снова не получилось открыть портал. Мы с отцом промучились весь день, а потом долго сидели, разговаривали и пили вино.

– Ну, если вино, тогда понятно! Вино у вас убойное! – с сознанием дела кивнул Крендин, поднимая вверх большой палец. Он хотел что-то еще добавить, но мы с Лузаром так грозно на него прицыкнули, что гном покладисто кивнул. – Молчу, молчу!

– А потом мне захотелось увидеть Баргу, и я ушел через городской портал в Великоград. Барга на радостях от нашей встречи принес еще кувшин… Мы с ним посидели, а потом…. В общем, мы поспорили тогда сильно! Он начал требовать, чтобы я выкинул из головы всяких иномирных девушек, которые мешают мне жить, и, наконец, стал князем. – Велия невесело усмехнулся краем губ, покачал головой.

– А ты? – Я не сводила с него глаз, ловя каждое слово.

– Я? – он поднял на меня взгляд. – Могла бы и догадаться! Послал его к бесам со всеми его советами! И заявил, что сначала верну тебя, а потом подумаю – становиться мне князем или нет! На что он мне посоветовал в это смутное время начать думать головой, а не… гм… короче, потом к нам пришел старик, как выяснилось, его оракул. Начал пугать своими пророчествами о том, что ты погубишь этот мир, и что я не должен тебя искать и возвращать. – Он откинул назад волосы, потер лоб. – Еще и удивился, что пророчество, как ни странно, сбылось не в полной мере. Вместо того чтобы погибнуть, ты оказалась только ранена. На что я и сообщил ему о твоем воскрешении и о нашем браке. Идиот! Узнав это, он просто взбесился: начал плеваться и орать. В конце концов заявил, что я не должен был возвращать мертвых, а за то, что я это сделал, мне грозит страшное наказание. Короче, я и его послал!

– Ребятки, а вы крупно влипли! – отмер Крендин. – Вел, ты что, послал оракула? А если он из Высшего круга, тогда что?

– Да вряд ли! – отмахнулся колдун. – Наверняка он из низшей касты пророков. Тех, кто морочит всем голову!

– Ничего не поняла! – решительно перебила я его. – Какие касты, какие круги?

– Не грей голову, любимая! Просто, как и у всех магов, у оракулов есть разделение на три круга: Низший – самый слабый, на уровне шарлатанства. Средний – предсказывающий только на короткое время и кому-то конкретному – стоит на уровне ремесленника, и Высший – элита предсказателей – обладают редкой магией пророчества: что бы они ни предсказали для кого-то одного или для целого мира – все сбывается, иногда просто в угоду им самим. Так вот, тот оракул напомнил мне именно шарлатана, присосавшегося к доверчивому Барге. Но он, наверное, его уже давно с позором выгнал.

– А «возвращать мертвых» – это он конечно же обо мне? – не успокаивалась я.

– О тебе! – посмотрел на меня муж. – По пророчеству, ты должна была умереть, своей кровью активируя Сферу Света. Ты и умерла. Пророчество сбылось, и я должен был оставить все как есть, но я не смог. Вернуть тебя из мира мертвых помог хранитель Вериана. Помнишь его? А попасть к нему мне помог отец. Только он мог убить меня так, чтобы после я смог воскреснуть. МЫ смогли воскреснуть. А после обряда все его свидетели дали клятву молчания, чтобы никто не узнал, что ты была воскрешена.

– И в результате я теперь принадлежу этому миру?

Велия кивнул:

– Да, теперь ты – часть этого мира. Я безумно удивился, когда после обряда ты смогла открыть портал. Наверное, тогда прошло еще мало времени, или твой мир тебя не отпускал, не знаю. Кстати, а что произошло? Как ты оказалась здесь?

Я пожала плечами.

– Все произошло, как ты и предсказал, – портал открылся.

– А перед тем как он открылся?

– Мы отбивались от бодрых зомби, призванных Степаном. В результате мы выпали с балкона, а оказались здесь!

– А, упав с балкона, можно умереть?

Я задумалась.

– Если захотеть, то можно!

– Значит, фактически, ты и остальные Великие для своего мира умерли. В тот момент, когда это должно было произойти, портал сработал, и этот мир перетащил вас сюда! Правда очень интересно, почему это произошло только спустя тридцать лет?

– У нас прошел всего месяц!

– А-а-а, – Велия хлопнул себя по лбу, – ну, конечно! Все время забываю про временное несоответствие!

– Ну, а дальше что случилось? – уверенно напомнил Лузар.

– Дальше… – Велия усмехнулся. – Вина было очень много! Меня разозлил оракул Барги, да и сам он начал действовать мне на нервы, вот я и вспылил и потребовал вернуть мне корону. Объяснил ему, что в роли друга он меня устраивает, а вот в роли наместника – порядком надоел! Потом вино закончилось, оракул принес еще бутыль, предложил выпить за будущего правителя. – Колдун в задумчивости покусал губы. – Вот мы и выпили… так, что на самом деле я очнулся от той пьянки только сегодня.

– Ты думаешь… – я сузила глаза.

– Я не думаю, я знаю! Вначале нам об этом подсказали наемные убийцы в Златогорье, да теперь я и сам понимаю! Барга с его оракулом долго настаивали вино с забынь-корнем! У них с самого начала был план в отношении меня!

– Да, Веля, забынь-корень самое эффективное средство, чтобы сделать из существа растение без настоящего и прошлого, навязать ему свою волю и вложить нужные воспоминания. Напомни, ведь память при этом практически невозможно вернуть?

– Невозможно, только если с самого начала не обезопасить существо возвратным заклинанием, привязанным к какому-то событию. Как и произошло в моем случае. Значит, они хотели меня как-то использовать. Хм, интересно!

– Вел, а неужели ты не прочухал, что в вине отрава? – снова влез в выяснения Крендин.

– Не прочухал! Не забывай, я к тому моменту, когда пил эту отраву, вообще ничего не «чухал»!

– К тому же, этот корень имеет кисловатый привкус и его очень сложно достать! – добавил Лузар.

– Угу, поэтому в еде его вычислить очень легко, а вот в вине – сами понимаете.

– Чтоб больше никакого вина! – я сердито нахмурила брови.

– Согласен. Пьянству – бой! – усмехнулся Велия.

– Нда-а, не хотел бы я быть ни королем, ни Владыкой, ни наследником! – вздохнул гном. – Даже вина не попьешь! На кой нужна такая жизнь? Слышь, Вел, а может, плюнешь на всю эту хрень с властью? Хватай Великую, и махнем в мой городок. Тебя магом к старейшинам пристроим, я на рудник вернусь, ну а Тайна – бабской работой займется: обстирывать, готовить, убираться? А?

Услышав такую перспективку, я грозно вытаращилась на мечтающего гнома и, открыв рот, уже собралась высказать ему все, но меня опередил Велия.

– Знаешь, Крен, для меня теперь это дело чести! Ты подумай – меня лишили воспоминаний, жены, жизни и все из-за чего? Из-за власти? Неужели, если бы с тобой сделали такое, ты бы спокойно спрятался в какой-нибудь деревне и жил, забыв про месть? Неужели ты смог бы жить?

Гном крякнул.

– Да, ты прав. Нужно отомстить! Иначе просто себя уважать не сможешь! Действуй! Чем смогу – помогу!

– Подумать только, – Велия его словно не слышал, – я всегда считал Баргу своим другом, доверял ему как брату!

– А когда ты с ним познакомился? Как? – Я, обняв колени, с интересом слушала объясняющий многое рассказ мужа.

Велия, устало вздохнув, махнул рукой.

– Около ста пятидесяти лет назад выручил его из одной передряги. С тех пор он всегда был со мной. Потом, когда Верховный круг эльфийских магов начал готовить меня к отправке в ваш мир, он поселился в деревне целителей и ждал там, когда я вернусь. Остальное ты знаешь!

Велия встал, задумчиво походил по комнате, жестко выругался и остановился напротив меня.

– Когда я понял, что, вопреки своей воле, даже зная пророчество, влюбился в тебя, Великая, ты даже не представляешь, как же я испугался! Скрывать это становилось все труднее, и Барга заметил перемены во мне. Узнав причину, он посоветовал оттолкнуть тебя своим презрением, насмешками. Ведь, как он мне объяснил, только разделенное чувство привело бы к твоей смерти. Он знал наверняка, что ты умрешь, и не сказал мне. Боялся, что я помешаю, пророчество не исполнится, и мир погибнет. А я тогда даже не представлял, как активируются Сферы. – Велия снова прошелся по комнате. – Он уже тогда вел двойную игру! Я был идиотом, этого не замечая!

– Ну, тогда давайте по этому поводу и выпьем! – влез Крендин, отбирая поднос с едой и пузатым кувшином у появившегося на пороге слуги, но Велия его, казалось, не услышал.

– Да, классно он меня провел. А ведь я ему так доверял! – Его лицо исказила ярость. Обведя нас невидящим взглядом, он жестко приказал: – Мы возвращаемся! Немедленно!

Крендин невозмутимо налил себе кубок вина, выпил и, рискуя получить молнию в зад, ехидно поинтересовался:

– Слышь, Вел, а тебя так не от похмелья таращит? Давай здоровье поправим, а заодно и обсудим, как твоему названому братцу накостылять?

Велия с минуту яростно его разглядывал, затем моргнул и, словно приходя в себя, уселся с ним рядом. Насадив на острие кинжала кусок дымящегося мяса, начал жевать.

– Налить? – Крендин снова взял кувшин и посмотрел на мага. Тот решительно качнул головой.

– Боюсь, я больше на вино смотреть не смогу!

– Угу, правильно! Чё вином мараться? Давно пора на водку переходить! – фыркнула я, пододвигаясь поближе к мужу и делая знак присоединяться молчаливо сидевшему с краю Лузару.

– А вод-ка – это что? – тут же заинтересовался Крендин.

– Это навроде того сорокаградусного вина, которое ты пил в Винлейне. – пояснила я. – Еще можно сравнить с гномьим самогоном, но только вкуснее!

– Нет, тогда было не вино, а ликер! – возразил Велия и протянул мне кусок мяса. – Будешь?

Я, конечно, не отказалась, вдобавок цапнув с блюда теплую сдобную булочку.

Некоторое время мы молча ели. Затем Крендин пихнул Велию локтем в бок и ехидно подмигнул мне.

– Эй, Тайна, если ты будешь так много есть – растолстеешь, и когда твой муж тебя бросит, вспомни обо мне! Мне нравятся пухлые дамочки!

От неожиданности я чуть не подавилась и исподлобья глянула на зубоскалящего гнома. Тому уже, похоже, полегчало, если он рискнул сыпать шуточки на такую больную тему. Кинув быстрый взгляд на рассматривающего каменный пол мужа, я решила поддержать шутку и насмешливо фыркнула:

– Издеваешься? Да я с вами на грани дистрофии балансирую! А ты говоришь – растолстеешь! Ем я, может, и много, зато раз в неделю, поэтому и запасаюсь, как верблюд. Когда еще получится! Так что, дорогой, на меня не надейся и не жди!

Велия поднял взгляд на меня, перевел на Крендина:

– Мне показалось или ты сейчас что-то сказал?

Гном, поджав губы, вздохнул и, взяв кувшин, кивнул Велии.

– Мой тонкий юмор без бутылки хрен поймешь, так что давай я тебе плесну для лучшего понимания!

– Наплескались уже! Хватит! Луз, нам бы сегодня твоих увидеть! Сам понимаешь, нечего засиживаться!

– Хорошо! – Лузар легко вскочил на ноги. – Собирайтесь!

– Да чего собирать, все и было собрано! – Велия поднялся, повесил на пояс кинжалы, за спину топоры, сгреб свой мешок и выжидательно посмотрел на нас.

* * *

Комната, в которой вчера шло веселье, снова была безжизненно-строгой. Прежним оставался только жарко полыхающий камин. Черный каменный пол льдисто поблескивал, а в центре залы напротив друг друга снова стояли шесть кресел. Правда, сегодня они были разделены низеньким овальным столом, уставленным блюдами с фруктами, среди которых возвышалась пара кувшинов.

На одном из кресел сидел мрачный Шарз. Заметив нас на пороге, он не шелохнулся, неторопливо попивая из высокого бокала. Рядом сидела Ниаза. В отличие от брата, она радушно заулыбалась и приглашающе махнула нам рукой. Мы вошли и с удобством расселись напротив.

Осушив до дна немаленький фужер, Шарз поднял на нас больной взгляд. Оглядел. Задержал на Велии, икнул и язвительно поинтересовался:

– Ну, как самочувствие? – И тут же возмутился. – Из-за тебя, Некоронованный, мы вчера уничтожили изрядную часть «Драконьих слез» и ради чего? Чтобы смочить твое горе? Ах-ах, мы никого не помним и ничего не знаем! Как и что я теперь скажу моему совету? Куда пропал очень важный для наших супружеских пар запас этого вина? Ведь не скажешь, что просто устроили пьянку! Да у нас, из-за тебя, теперь рождаемость упадет, хрен знает во сколько раз! И что? Что в итоге? Мало того, что напились как, как… так еще и вели себя как… в общем, так же! – Дракон понуро замолчал и вдруг хихикнул. – Вы не поверите! Я сегодня впервые пожалел, что у меня нет жены, а лучше жен. Сразу бы решил демографическую проблему.

Он кинул смущенный взгляд на меня, затем грозно уставился на хохочущего Велию и ухмыляющегося Крендина.

– Не вижу причины для веселья! – неожиданно рявкнул он. – Мы же вчера выпили убойную дозу! Почти смертельно опасную!

– Угу! Хорошо, что мы быстро вырубились, иначе смертельно опасной она оказалась бы для женщин! – устав смеяться, хрюкнул Велия.

– Хм, ну и это тоже! – Шарз еще больше смутился и, не поднимая глаз, налил себе в бокал из другого кувшина бледно-розовую жидкость.

– Местная минералка или рассол? – не удержавшись, хихикнула я, глядя на его мучения.

– Зелье спокойствия! – буркнул Шарз, залпом осушая бокал.

К моему уху склонился Велия:

– Что-то я вчера растерялся, любимая, а то был бы шанс реально увеличить нашу семью!

Смерив его насмешливым взглядом, я молча показала кулак и, стащив с блюда кисть огромного, как сливы, и такого же черного винограда, я с наслаждением засунула в рот ягоду.

Шарз, внимательно посмотрев на меня, перевел взгляд на довольного колдуна:

– Иногда неведение благость, иногда – наказание!

– Да, кстати! – не обратив внимания на слова, кивнул ему Велия. – Теперь слово «неведение» не про меня! Теперь я все знаю! Вернее – помню!

У Шарза округлились глаза.

– Ты хочешь сказать, что после вчерашнего дебоша ты как-то все вспомнил? Скажи, а мы тебя вчера по голове не били? – Он хохотнул и пояснил удивленному Велии. – Просто наши лекари говорят – действенное средство! Я его про запас держал, на тот случай, если бы тебе ничего не помогло!

– Хм, спасибо, конечно, за заботу, но я все вспомнил и без этих радикальных мер! Даже то, что со мной было в тридцатилетнем возрасте – помню!

– Хвала богам! Теперь я знаю, на что потратил столько драгоценного вина! И оправдание есть – спасал друга и властителя дружественного государства. И самое главное! Теперь я знаю, кому прислать счет! – Шарз лукаво поглядел на вытянувшееся лицо мага и расхохотался. – Шутка! Испугался?

– Ты, шутник, лучше помоги мне трон вернуть! На случай осады мне твои бойцы ох как понадобятся!

Шарз тут же стал серьезным.

– Думаешь, мирно договориться не удастся? Все-таки Барга – твой наместник!

– Это да, но мне тут вспомнились кое-какие факты, допускающие мирные переговоры только на один процент! И то, я не уверен! – Велия так мрачно посмотрел на дракона, что тот не рискуя допытываться, только кивнул.

– Хорошо! Как скажешь! Все мои боевые драконы и я в твоем распоряжении.

– Отлично! – повеселел Велия. – Тогда не будем терять времени. Пора возвращаться в Винлейн. Шарз, что скажешь?

Пока они обсуждали детали, ко мне вплотную придвинулась Ниаза и тоном заботливой мамушки заговорила.

– Тайна, девочка, пожалуйста! Я очень за тебя переживаю! Когда случится осада, будь от нее подальше! Прошу!

– Ниаза, что опять за недомолвки: «осторожнее», «будь подальше»! – подозрительно прищурилась я, глядя на драконицу.

Выдержав мой взгляд, она только пожала плечами.

– Тайна, неужели неприятно, когда уделяют так много внимания? Считай, что мы просто за тебя волнуемся и только!

– Ага, опять, наверное, какое-нибудь предсказание имеется, из-за которого я должна буду всегда ходить в броне – опасаясь шальной стрелы, не пить и не есть – остерегаясь яда?

Ниаза искривила в усмешке тонкие губы.

– Успокойся! На этот раз никаких предсказаний! Просто ты… – Она замялась и отвела взгляд. – Ты еще так уязвима в этом мире. Тебя могут обидеть!

Нет, ну, змея – она и есть змея: вертится как уж на сковородке!

– Ха! – Крендин переглянулся с озадаченным Велией. – Ее обидишь! Враз башку оттяпает по самые… ну…. Короче, думать не станет!

– Ну, вообще-то, да! – соглашаясь, фыркнул Велия и внимательно посмотрел на Ниазу. – Ведь что-то случилось? Я чувствую! Если ты знаешь – скажи!

– Нет, маг, ничего я тебе говорить не буду. Не переживай. – Она улыбнулась, глядя в его нахмуренное лицо, – ты скоро все узнаешь сам.

Шарз снова забулькал, наливая себе очередной стакан зелья.

– Да, Некоронованный, и еще! Если будет трудно – вот! Возьми! – он протянул Велии черную круглую пластину на цепочке. – Это на крайний случай. Подожги ее, и мы придем к тебе на помощь.

Велия, рассматривая, повертел пластину в пальцах и кивнул.

– Пригодится! А сейчас нам нужно торопиться!

– Могу открыть портал в Винлейн! – предложил дракон.

– Мне нужно выяснить, где отец. Погоди! – колдун достал из-за пазухи амулет Всевидящего. – Не помешаю?

С нашего согласия он, уставившись в одну точку, на некоторое время погрузился в сосредоточенное молчание.

– Это надолго! – махнув на мужа рукой, я скромно стащила с блюда апельсин.

– Кушай, малышка! – улыбнулась Ниаза. – Попробуй еще вон те яблоки, они очень полезные!

– Спасибо, Ниаза! Если честно, я действительно последнее время себя неважно чувствую. По-моему, у меня голова кружится от вашей высоты. Давление и все такое!

– Да, и поэтому тоже! – с умным видом кивнула она. – Вот возьми это зелье. Оно специально для таких случаев! – И протянула мне бутылочку с мутной, голубовато-белой жидкостью. – Как только станет дурно, сделай глоток, но не больше, и сразу полегчает!

Я взяла пузырек, открутила крышку и принюхалась. Пахло хвоей, мятой и еще чем-то таким же холодным.

– Спасибо, Ниаза! Это что, специальный настой от головокружения?

– Ну, можно сказать и так! – улыбнулась она.

Я, решив не обращать внимания на ее недомолвки, спрятала бутылочку в мешок. Не хочет говорить – не надо! Было бы что-нибудь смертельное – сразу бы сказала!

Велия, закончив выяснять последние новости, обернулся к нам.

– Отец нас ждет в Винлейне. Так что, нам пора!

Пока он открывал портал, мы с Крендиным подхватили вещи, я шагнула к драконице и обняла.

– Спасибо за все, Ниаза. Не знаю, что ждет нас там, – я махнула на мерцающий в воздухе портал, – но очень надеюсь, что если нам, ему, – кивнула на ожидающего меня мужа, – понадобится помощь, вы не откажете!

– Конечно! Не волнуйся, Шарз не оставит его без поддержки!

Кивнув, я шагнула к порталу, но не удержалась и, снова обернувшись к ней, шепотом спросила:

– Скажи честно, со мной должно произойти что-то плохое?

Драконица широко улыбнулась.

Нет, ну сначала наговорят всякой ерунды, а потом молчат и умно улыбаются. А я переживай!

– С тобой произойдет только хорошее. Ты, вообще-то, очень счастливая, хотя сама этого не понимаешь. И забудь про свою болезнь! Ты не больна! Ты…

– Мне, конечно, очень неприятно перебивать ваше прощание, но, может, вы потом договорите? – несколько резко прозвучал над ухом голос Велии. – Любимая, нам пора! А хотя… – он задумался. – Может, я ее у вас оставлю, пока все не решится? А? Ниаза, Шарз? Что скажете?

– Ну уж нет! – вспылила я беря его под руку. – Ты там будешь развлекаться, воевать, а я тут сиди, умирай от скуки? Фигушки, дорогой! – Я улыбнулась драконам. – Ладно, Ниаза, Шарз, потом договорим, когда будет время! А то видите, некогда нам! – и потянула ухмыляющегося мужа к порталу.

Часть четвертая

Возвращение князя

Так за веком – век, ни кола, ни двора.

От тюрьмы – сума на стыке эпох.

В драке не поможем, но случись война,

Даст Бог, победим! Победим, даст Бог!

«Алиса»

Пустынный тронный зал Винлейна как всегда утопал в цветах. Едва мы ступили на гладкий, будто покрытый лаком деревянный пол, как к нам подошли взволнованные Владыка и Светка. Подруга, естественно, повисла на шее, будто бы не видела меня лет десять и, ухватив за руку, быстро потащила в сторону.

– Тань, слава богу, с тобой ничего не случилось! Я так переживала, так переживала!

– Угу! А что со мной могло случиться? Я ведь была под защитой сильного умного… гм… гнома!

Светка расхохоталась и смерила с головы до ног Велию, внимательно слушающего отца.

– А я смотрю, гном снова стал прекрасным принцем? – И, наклонившись ко мне, зашептала. – Подруга, у меня радостная новость, и мне дозарезу надо с тобой посплетничать! Жаль, здесь нет нашего любимого ресторанчика!

– Значит, надо что-нибудь придумать! Место, где бы мы могли с тобой спокойно посекретничать, не опасаясь вторжения наших мужчин!

– Придумаем! – тряхнула кудряшками подруга. – Давай вечером встретимся и поговорим. Владыка хочет сегодня устроить в вашу честь небольшой бал… персон на тысячу!

– О, нет! Только не это! Опять впихивать себя в жуткие цветастые платья, цеплять драгоценности, которые потом заберут. Да еще не дай бог, снова придется танцевать со свекром! Ужас! – Я скривилась, как от зубной боли. – И вообще, что-то я себя так паршиво чувствую! Просто дальше некуда!

– Во-первых, твоего свекра я беру на себя. Во-вторых, где мы еще сможем спокойно поговорить, как не на балу? Тань! – Светка скорчила умоляющую рожицу. – Я умру, если сегодня же все тебе не расскажу! Столько всего произошло! Я тебя почти неделю не видела, а ты смотришь на меня, как на надоедливую муху!

Да, похоже, Светку и в самом деле припекло! Еще чуть-чуть и грянет взрыв. Ладно, что не сделаешь, чтобы угодить своей единственной подруге! Хотя сейчас для меня и ее одной – много! Но до вечера время еще есть, надо выспаться и вперед, на выслушивание Светкиных новостей. И что за хворь я поймала, шастая по их трижды параллельному миру?

Сделав над собой усилие, я собрала в кучу разъезжающиеся глаза, нацепила улыбку и торжественно кивнула:

– Ладно, Свет! Раз я тебе нужна – я буду! Только чуть-чуть приду в себя… Ой что-то мне нехорошо-о-о!

Светкино лицо расплылось в большое светлое пятно, и наступила темнота.

* * *

Я очнулась от плавного покачивания, удобно лежа на чьих-то руках. Над ухом напряженно сопели.

Интересно, куда меня несут, кто и главное – зачем?

Я открыла глаза и с секунду рассматривала усталое лицо Велии. Заметив мой изучающий взгляд, он, продолжая куда-то целенаправленно шагать, холодно спросил:

– Жить будешь?

Не ожидая такого вопроса, я нервно хихикнула:

– А если я скажу – «нет», ты бросишься танцевать?

– А если без шуток? Если честно, я не целитель, и меня несколько настораживает твое зеленое лицо и внезапные обмороки!

– А что ты хочешь? Мой избалованный «Активией» организм просто не привык питаться корзаками и пить зелья на найгопле! Вот тебе и пожалуйста! Началась страшная аллергия на постоянные войнушки и походы. Мне бы где-нибудь пожить спокойно, на молочке, на сметанке. Пособлюдать постельный режим, тогда все пройдет! Кстати, у вас, я надеюсь, такие продукты есть?

Велия с усмешкой скосил на меня глаза:

– Найдутся.

Он повернул и начал спускаться. Явно по лестнице.

– Кстати от дисбактериоза и нервного истощения ноги не отказывают, так что ты, может, поставишь меня на землю… м-м… дерево? Короче, давай я пойду сама? – под его слишком серьезным взглядом, я смутилась. – Ты не думай, просто я за тебя переживаю. Все-таки я не пушинка! Эй, а куда это ты меня тащишь?

– Устраивать постельный режим!

Однако!

– Нет, я что-то не поняла! Меня, вообще-то, Светка на балу ждет!

Велия скорчил злобную усмешку.

– Нет уж! Отплясалась! Сейчас уложу тебя в кровать и отдам на растерзание целителям!

Заботится – значит любит!

Я многообещающе ему улыбнулась.

– А может, ну их, этих целителей? Твое предложение насчет кровати мне нравится, а вот насчет целителей – нет!

Велия неопределенно хрюкнув, насмешливо приподнял бровь.

– Нет уж, дорогая! Я не собираюсь рисковать твоим здоровьем! Вот пусть сначала меня успокоят целители, а там видно будет!

Я разочарованно вздохнула.

Похоже, муженек уперся рогом! С детства не любила врачей, а тут целители! Само название в дрожь бросает. А если верить рассказам, то все эльфийские целители – мужики. Женщины в их обществе занимают место оранжерейных цветов. Красивых, безмолвных и тупых.

– Изверг! Считай, что я обиделась!

– Согласен! – кивнул он. – Потом помиримся!

Порыв ветра заставил меня закрыть глаза и на мгновенье задержать дыхание. Через секунду мы оказались в нашей комнате.

Дом, милый дом!

Если честно, я уже успела соскучиться по этому маленькому раю для двоих.

Велия подошел к постели, бережно сгрузил меня и шагнул к порталу. Тут же подскочив, я удержала его за руку.

– Останься! Не нужно никаких целителей!

Он остановился и, наклонившись, легонько коснулся губами моей макушки.

– Нет, я все же схожу за ними. Клянусь, пока они будут тебя осматривать, я и на шаг не отойду. А вечером, если все будет хорошо, мы пойдем на бал.

Я обиженно фыркнула.

– Только не делай из меня вдрызг больную, разбитую параличом старуху!

– Да? Не надо? А то я уже было собрался…. – усмехнулся муж.

– Вообще-то, если честно, меня бы спасла от всех бед горячая ванна, вкусная еда и сон до вечера! – не обращая внимания на его насмешки, заявила я. – Поверь, тогда я буду как огурчик!

Велия высвободил руку и, не слушая меня, решительно бросил:

– Скоро вернусь! – И пошел к порталу.

Я упала на кровать, прикусив от злости губу.

Отвертеться не удалось! Здорово! Только врачей мне сейчас и не хватало, чтобы в полной мере почувствовать себя развалиной. Угораздило же меня заболеть так не вовремя и не где-нибудь, а в другом мире! Здесь привычной медицины нет…. Хотя, еще неизвестно какая из медицин лучше.

Спустя мгновение, после того как в переходе скрылся мой вредный муж, входной портал снова замерцал. Я насторожилась. Села.

Вначале, когда у меня не было магических способностей, я не чувствовала активности порталов. Не то, что сейчас.

Так! Ко мне явно гости!

В комнату, воровато оглядываясь, шмыгнула Светка.

– Тань, какой ужас! Что случилось? Опять происки врагов? Ты меня так напугала! – запричитала она, плюхаясь рядом со мной на кровать. – Там, возле вашего портала даже охрану поставили. Но мальчишки меня знают. Пропустили! Я к тебе ненадолго! Ну-ка, выкладывай, что с тобой!

Я равнодушно пожала плечами, но, видя легкое разочарование на ее лице, слегка ей подыграла:

– Не знаю! Похоже, чем-то траванулась! Два последних дня мутит, и башка кружится. Ты же у нас врач, вот и скажи отчего со мной такая радость приключилась!

Светка с умным видом потрогала мой лоб, посчитала пульс, полюбовалась на мой язык и задумалась.

– Н-да, так сразу и не скажешь! И давно это с тобой?

– Да я же говорю! У драконов началось! Может, мой желудок не переваривает их еду? Особенно завтраки! А потом ничего, ближе к обеду проходит!

– Угу, и голова кружится? – Светка задумчиво прищурилась на меня.

– Вообще редко, может, у меня истощение на нервной почве?

– Ага! А на соленые огурцы не тянет?

– Фу-у, я их с детства не перевариваю! Но вот от селедочки с лучком не отказалась бы! – облизнулась я и в догадке вытаращила глаза на ехидно ухмыляющуюся подругу. – Ты хочешь сказать, что я беременна?! Не-е-ет!!! Только не это! Этого не может быть! Ведь тогда бы меня тошнило, кружилась голова…

Я осеклась, взялась за голову и в ужасе уставилась на Светку.

– Но как? Когда?

– Ну, есть, конечно, дети и из пробирки, но, по-моему, у вас с Велом и так все хорошо? А другого способа зачатия пока не придумали! А когда – это ты думай сама! И не забывай, что здесь месяц короче нашего!

– Мамочка! – простонала я, отказываясь поверить в очевидное. – Что делать?

– Что-то я тебя, подруга, не пойму! – Светка удивленно пересела поближе. – А что ты собралась делать-то? Пусть все идет, как идет! Когда ребенок родится, тебя Велия на руках носить будет!

– Так он и так носит! – ошарашенная новостью, я еще не выбрала: радоваться мне или паниковать. Подумав, выбрала панику. – О боже, нет! Я боюсь, я не хочу!

Подруга нахмурилась.

Н-да, переигрывать тоже не надо! А то у меня и так, похоже, вот-вот истерика начнется.

– Интересно, а у них аборты предусмотрены?

Так, а вот эта фраза явно была не в тему! Светка у нас девушка чувствительная к таким жизненным оборотам… Может, пропустит мимо ушей?

– Дура, что ли?! Ты там, в горах головой не падала – с высоты сто тысяч метров?

Блин, не пропустила!

Подруга подскочила и, яростно блестя глазами, грозно зашипела.

– Если ты на такое решишься, тебя муж в два счета придушит, а я ему буду помогать! Это я тебе обещаю!! Совсем сдурела?!

Вид брызгающей слюной Светки вообще вогнал меня в депрессию.

– Я боюсь! – тихо всхлипнула я.

Почему-то мне до слез захотелось, чтобы меня пожалели. Захотелось снова стать маленькой, за которую все всегда решала бабушка. Ужасно видеть, чувствовать, как твой привычный мир разлетается разноцветными осколками. Мерзкое ощущение, когда уютного прошлого, где ты могла спрятаться, больше нет, а есть только неизвестность, которой ты боишься, но понимаешь – надо как-то жить дальше! Делаешь вдох-другой и до тебя доходит: человек – живучее существо, что ему какая-то смена декораций? А сколько еще раз в этой жизни уютные миры будут разлетаться на мелкие осколки, делая этот процесс привычным и даже необходимым?

Я потрясла головой, отгоняя мрачные мысли и вслушалась в Светкину проповедь.

– …боится она, видите ли! А раньше что, не боялась? Когда Велию от жрецов таким оригинальным способом спасала! Зато сейчас бы у тебя не было ни мужа, ни ребенка! Правда, здорово? – Светка, перестав нарезать возмущенные круги перед моим носом, вдруг замолчала, села рядом со мной и обняла. – Глупая! У тебя же все хорошо! Ты же счастливая! И я тебе завидую!

Я несмело улыбнулась:

– Вот блин!

– Угу, он самый! – Она встала. – Ну, я, пожалуй, пойду. А то сейчас твой муж притащит целую толпу целителей! Так что приготовься изображать умирающую! Если честно, мне Велию даже жалко! Ладно, до вечера!

– Свет, – окликнула я, когда она была уже возле портала. – А о чем ты хотела со мной поговорить?

Она отмахнулась.

– Мои новости, по сравнению с твоими, так, ерунда! Но самая главная в том, что Владыка сделал мне предложение. – Светка, смущенно хихикнув, шагнула в переход.

– Поздравляю! – протянула я ей вслед.

Почему-то снова накатила тоска и тут… из портала вышли три эльфа во главе с моим мужем.

Депрессия сменилась злым весельем.

Эльфы, настороженно разглядывая, неловко подошли, обступили со всех сторон и начали что-то обсуждать на своем певучем языке.

Велия уселся рядом. Успокаивающе обнял за плечи и, склонившись, тихо проговорил.

– Не бойся, Тайна, это самые лучшие лекари в Эльфийском союзе. Ну и я теперь тоже кое-что могу.

– Угу, то, что ты можешь, я заметила! – недовольно проворчала я, отстраняясь.

Он нахмурился:

– Что случилось? Почему ты дрожишь? Что произошло, пока меня не было?

Я промолчала, кожей чувствуя его прожигающий до костей взгляд. Тут наше внимание привлекли целители. Двое остались стоять у кровати, а третий подошел к нам.

– Владыка, – обратился он к Велии, – позвольте поговорить с вашей половинкой?

Тот кивнул, поднялся и стал поодаль, не сводя с меня внимательного взгляда. Эльф, так не вовремя возжелавший со мной поболтать, присел на краешек кровати и, взяв меня за руку дружелюбно начал.

– Скажи мне, госпожа, как давно тебя мучают эти обмороки?

Я закатила глаза и, скорчив страдающую физиономию, простонала.

– Всю жизнь!

Целитель недоуменно переглянулся с эльфами и задумчиво потер подбородок. Не найдя логичного объяснения такому явлению, он решил выяснить обо всем с другой стороны.

– А что еще беспокоит госпожу?

Я с радостью поделилась.

– Иногда кружится голова, бывает – падаю и почти всегда тошнит! – Целители заметно оживились. – Но, забыла сказать, что это всегда бывает после литра-двух гномьего эля, ну или когда увлекусь ликером. Сорок градусов – шутка ли? А, забыла! Еще меня тошнит от вашего салата, как его, – я пощелкала пальцами вспоминая, – ну, бурый такой! На плесень похож. И название в тему. А-а, берегной, кажется! И от корзаков тошнит! Я говорила Велии, что мне ваши деликатесы – вот уже где! По мне так лучше йогурт какой! «Данон» или «Активию», а своих корзаков жрите сами с волосами.

Переведя дух, я насладилась изумленным молчанием. Эльфы только хлопали длинными ресницами, а мой муж, с чуть порозовевшим лицом, изваянием застыл у стены. Для пущего эффекта я надрывно всхлипнула, поманила пальцем тревожно изучающего меня целителя и трагичным, громким шепотом спросила.

– А еще мне по ночам голоса чудятся! И мертвые с косами видятся! Не знаете – это к чему?

– К помутнению восприятия реальности на почве неуемного потребления горячительного и хронического вранья! – Один из стоявших поодаль эльфов неожиданно весело фыркнул и повернулся к Велии. – Владыка, ваша половинка не желает с нами говорить! Может, мы вернемся тогда, когда она на самом деле будет в нас нуждаться? К слову сказать, путем магического считывания я не нашел в ее теле болезни. Но, к сожалению, чтобы иметь более точное представление о ее здоровье и причине возникновения симптомов, нам нужно время! Хотя у меня есть кое-какие догадки…

Велия, скрестив руки на груди, с каменным лицом внимательно выслушал его и молча кивнул, отпуская.

Дождавшись, когда целители исчезнут в портале, он перевел на меня гневный взгляд, медленно подошел и опустился на кровать.

– Зачем ты устроила это представление? – Его тихий низкий голос холодом окутал душу. – Или, может, ты хочешь, чтобы все думали, что ты ненормальная?

Я улыбнулась и не в силах больше сдерживаться, захохотала, глядя, как его глаза мгновенно затопило желтое бешенство.

– Ты невыносима! У меня руки чешутся свернуть тебе шею! И скажи, что мне мешает это сделать немедленно? Ты из меня сотворила шута! Надо мной ржет весь Винлейн!

– А тебе жалко, что ли? Пусть ржет! – рыдая от смеха, истерично простонала я.

Велия гневно встряхнул меня за плечи, но это не помогло. Я продолжала хохотать, выпуская на волю всю усталость, все волнения сегодняшнего дня. С минуту он озадаченно наблюдал за моими конвульсиями, а потом, решительно уронив на спину, закрыл мне рот поцелуем. Помогло! Хрюкнув пару раз, я успокоилась.

– Тайна, не рискуй так больше! – через пару секунд с угрозой заявил он. – Я ведь тебя сегодня чуть на самом деле…

– Давай без «чуть»? – решительно перебила я, нервно стаскивая с него куртку…

* * *

Проснулась я от ощущения изучающего меня взгляда. Мурлыкнула, потянулась и открыла глаза. Ого! Ничего себе, все-таки горазда я спать! Над «лиственным» потолком искрилось звездами небо. М-м, красота! Так, стоп! Сегодня вроде будет бал!

Я перекатилась на живот и встретилась глазами с мужем. Улыбнулась.

Вот интересно, он еще сердится или нет? Как не стыдно смотреть на любимую (если, конечно, не врет) жену с такой каменной рожей? Похоже, сердится. Зря старалась, от разговора отвертеться не получится! Вот? блин!

– Так? может, ты мне все-таки расскажешь, почему ты сегодня выгнала лекарей? М-м?

Ну, вот начинается! Ладно! Хочешь знать правду? Устроим!

– Потому что я не больна! – буркнула я, изучая стенку.

– Откуда ты знаешь? А все эти приступы? Ты пойми, я очень за тебя боюсь! Если с тобой что-нибудь случится….

– Ты плохой маг, если не видишь того, что есть на самом деле!

– Я хороший маг, но я воин, а не целитель, а женщины для меня, вообще, темный лес! И вообще! Как бы тебе этого не хотелось, но я не идиот, Великая! – рыкнул он и приказал. – Выкладывай!

Я сложила голову на руки, вздохнула и, искоса посмотрев на него, озадачила:

– А сколько в вашем мире длится беременность?

Не ожидая такого вопроса, Велия, смущенно хмыкнув, пожал плечами.

– Так же, как и у вас, плюс-минус месяц. Но это, если дело касается главных рас. А почему ты спросила?

– Просто не знаю, как сообщить тебе о том, что ты, наконец-то, в свои триста лет станешь папочкой!

Зрелище, открывшееся мне, с лихвой компенсировало все нервные стрессы и переживания последних дней.

Он нахмурился, пытаясь понять смысл сказанного, потом по его вспыхнувшим глазам можно было смело говорить о том, что смысл успешно понят. А после он так сильно сжал меня в объятиях, что не хрустнули только ленивые позвонки и суставы.

– Отпусти, медведь, заду-уши-ишь! – просипела я, безуспешно пытаясь глотнуть воздуха.

Он тут же испуганно разжал руки. Изумленно выдохнул и растерянно улыбнулся.

– Я не могу в это поверить! Но как, когда?

– Насчет когда – точно не скажу, а вот как – могу продемонстрировать? – игриво протянула я.

Но Велия, будто не услышав меня, промолчал, становясь каким-то торжественным. Думая о чем-то своем, он поднялся, уселся с краю и, выудив вещи, начал одеваться. Я молча сидела, рассматривая его спину. Он неторопливо нацепил на себя свой неизменный черный костюм, затянул все ремни, развернулся ко мне и приказал.

– Значит, так! Ни в каких осадах ты не участвуешь. Сидишь здесь под присмотром целителей, которых ты недавно выгнала! – Натянув куртку из тончайшей кожи, он привычным движением связал волосы в хвост и плюхнулся рядом со мной на кровать. – Ты поняла?

Он ждал ответа, не сводя с меня серьезных глаз.

– Ты – поняла?

Так, что-то он начинает действовать мне на нервы!

Не отвечая, я лениво поднялась, подошла к гардеробу и, распахнув его, стала изучать висевшие платья. Выбрав нежно-розовое, я демонстративно долго его надевала, кожей чувствуя пристальный взгляд Велии. Нашла удобные туфли и долго вертелась перед здоровенным, во всю дверь, синим зеркалом. Затем, будто вспомнив, повернулась к мужу:

– Ты что-то сказал?

Глаза Велии нехорошо сузились. Он молча поднялся. Подошел. Двумя пальцами приподнял мне подбородок. Посмотрел прямо в глаза. Жестко сказал:

– Лучше не зли меня, Великая! Если действительно не хочешь весь этот год просидеть безвылазно в этой комнате! То, что происходит, – не шутки! И я не намерен подвергать опасности ни тебя, ни моего ребенка.

– Ты не посмеешь это сделать! – до меня начало доходить, что этот изверг на самом деле может устроить мне такие каникулы.

– Хочешь проверить? – обворожительно улыбнулся муж, не сводя с меня ледяного взгляда.

Я демонстративно закрыла рот.

Он кивнул.

– Такое благоразумие мне нравится больше! А сейчас мы пойдем на бал и обрадуем всех, что ты здорова!

– Но, Вел, пожалуйста, только никому ничего не говори! – взмолилась я.

– Естественно! Не хватало, чтобы все узнали о моем самом уязвимом месте! – он протянул мне руку. Наши пальцы переплелись. – Но никаких осад! Обещай!

Я, не отрывая от него честного взгляда, незаметно скрестила пальцы за спиной.

– Обещаю!

Велия подозрительно прищурился.

– Что-то ты это быстро сказала!

– Правда, правда! Буду сидеть в нашем шалашике и вязать пинетки все девять месяцев. Обещаю! Пойдем уже на бал! Мне так хочется отдохнуть, повеселиться и, в конце-то концов, поговорить со Светкой. Пойдем!

Велия скептически хмыкнув, дал втащить себя в портал.

* * *

Конечно, во всех переходах Винлейна я бы заблудилась в два счета, но Велии этот город был родным. Пройдя через четыре портала, мы вышли в огромный бальный зал.

Все же, сколько буду здесь жить, столько буду удивляться и восторженно пялиться на эту красоту!

Весь зал утопал в цветах. На этот раз вся дальняя полукруглая стена за сценой была выполнена в виде водопада, струящегося в небольшое, выложенное камнями озеро, сияющее в лунном свете.

Под потолком кружились, будто танцуя, небольшие золотистые шарики, освещая весь зал теплым радостным светом. Красивые ярко одетые мужчины и женщины слились в танце под легкую музыку.

Мы с Велией переглянулись. Обняв меня одной рукой за талию, он склонился и прошептал.

– Ты несравненна, а вот я что-то чувствую себя неловко в одежде наемника. Все-таки бал!

– По-моему это уже было, только с точностью до наоборот! – хихикнула я.

Нас заметили. Музыка стихла. Эльфы расступились, давая дорогу спешащему к нам Владыке. Сзади, цепляясь за его руку, с трудом поспевала радостная Светка. Они оба были одеты в белую, ажурную одежду. Владыку скрывала привычная хламида, а Светкино платье, казалось, было сделано из хлопьев снега, настолько казалось воздушным.

Подойдя к нам, Владыка поцеловал мне руку, раскланялся с Велией и жестом пригласил нас следовать за собой в центр зала.

– Господа! Мои верноподданные благородные эльфы и несравненные эльфийки. Мой сын и наследник людского трона, после тридцати лет проживания в землях драконов, вернулся в целости и сохранности! Я очень рад, что сообщения о его гибели в Златогорье оказались неверны. Как вы знаете, я сам проводил дознание и, после детального обследования тела самозванца, стало ясно, что перед нами кто-то другой! Жрецы признались, что этим незнакомцем и был потерянный ими жрец Лиандр, который, по словам очевидцев, был очень похож на Велиандра. Они принесли мне извинения за эту ужасную ошибку, и я поспешил в Винлейн. Сегодня в честь возвращения моего наследника я и устроил бал, подгадав к началу осени. Так давайте же сегодня веселиться. Все переживания закончены, мы снова на благословенных землях Союза, в нашем родном Винлейне!

Эльфы не сводя глаз, жадно нас разглядывали. Велия вымученно им улыбнулся и жестом Брежнева приветственно качнул рукой.

– Благодарю вас, господа, за теплый прием, а сейчас прошу, не пренебрегайте танцами и весельем ради моего возвращения! – он коротко всем поклонился, но эльфы, не торопясь следовать, его совету продолжали стоять, будто чего-то ожидая.

– Владыка, за эти тридцать лет вы так сильно изменились. Почему? – насмелился спросить молоденький эльф, выходя из толпы. – И ваши волосы… Вы что, потеряли ваш магический резерв?

– Я думаю, тридцать лет – достаточный срок, за который может измениться любой. А что касается меня, то я дал обет до возвращения половинки не заниматься магией, совершенствуя только боевые искусства, – не моргнув, тут же сочинил Велия.

– А куда исчезла ваша жена? – раздался сбоку взволнованный женский голос. Велия оглянулся на меня, ища поддержки.

– Просто напоследок я решила еще раз проверить наши чувства, сослав себя в добровольное изгнание в свой заброшенный мир. Проверка оказалось удачной, и вот мы снова вместе! – я послала мужу воздушный поцелуй.

Тот, едва сдерживаясь от смеха, стиснул зубы, а я, наоборот, для убедительности сделала бровки домиком и напустила на себя печальный вид. Как ни странно, это сработало. Любопытная эльфийка, выдохнув что-то типа «ах, как романтично!» – оставила меня в покое.

И тут народ прорвало. Вопросы посыпались на нас, как камни на головы преступников.

– Когда вы примете корону и, наконец, станете Властителем людей?

– Как вы намерены поступить с вашим наместником?

– Оставите ли вы его в совете?

– Будет ли исправлена ситуация с полукровками? Отменят ли каторгу и жертвоприношения?

Положение спас Владыка. С сочувствием оглядев растерянного сына, он жестом приказал всем замолчать.

– Так, все! Все вопросы потом! Завтра мы соберем конференцию, которую маги продемонстрируют во все крупнейшие города нашего мира. Там вы все и узнаете, а также сможете лично задать все интересующие вас вопросы принцу Велиандру. А сейчас – праздник! Бал – в честь возвращения моего единственного сына и его половинки.

Эльфы разочарованно стали расходиться. Заиграла музыка.

– Спасибо! – Велия благодарно посмотрел на отца.

– Я тебя не спас, а всего лишь отложил беседу с народом. Так что думай, что ты будешь отвечать завтра. Учись быть правителем, сын! – он перевел взгляд с погрустневшего Велии на меня. – А как твое здоровье, Тайна?

Я пожала плачами.

– Целители прописали минералку, а Велия – постельный режим!

Владыка хихикнул:

– Опять шутишь?

Я на мгновение задумалась:

– Насчет твоего сына – нет! И вообще, как ты умудрился его воспитать таким тираном и деспотом? Наверное, заранее знал, что именно я угожу к тебе в невестки?

– Хм, и что на этот раз ты натворил? – Владыка шутливо попытался призвать Велию к ответу. Тот нахмурился и кинул на меня исподлобья суровый взгляд.

– Не слушай ее, отец! Это поклеп и грязные инсинуации в лице некоторых иномирных дамочек! И вообще, болезная ты наша, что ты имеешь против постельного режима? – Зеленые глаза ехидно прищурились.

– С тобой, любимый, хоть десять раз на дню! – я чмокнула его в покрасневшую щеку и, схватив хихикающую Светку за руку, быстро потащила ее в толпу.

* * *

– Фу, хватит, остановись! Или ты думаешь, твой муж рванет следом, чтобы призвать тебя к ответу? – Светка, фыркая, как кошка, выдернула руку и теперь пыталась отдышаться. – И вообще, ты бы полегче с ним! А то его от твоих шуточек удар хватит!

Я изумленно оглянулась на Светку:

– Это Велию-то?

– Да причем тут твой Велия? Я о Пентилиане забочусь! Все-таки ему лет под тысячу, мало ли! А то он никогда на мне не женится!

– Да куда он денется с подводной лодки? Вот родится у него скоро внук…

– Ага! – жалобно шмыгнув носом, перебила меня подруга. – Вот и я о том же! Сын есть, внук будет. Зачем ему еще жена?

– Для души! – хихикнула я, глядя в ее не на шутку расстроенные глаза, и поспешила утешить: – Не переживай! Он тебе предложение сделал? Сделал! А эльфы, они – народ слова! Сказал – сделает!

– Правда? – Светка облегченно улыбнулась, будто я ей уже показала ее свидетельство о браке. – Прости, я тебе уже, наверно, со своими стонами надоела! Это я тебе просто так завидую!

– Еще с полчасика так позавидуешь, и у меня начнется мигрень! – вздохнула я, потирая слегка пульсирующие виски.

– Все, молчу!

Мы со Светкой подошли к водопаду.

– Расскажи лучше, как в Златогорье все разрешилось?

– Ну, ты же слышала? – Подруга, не обращая внимания на водяную пыль, оседающую на ее волосах, опустила руку в каменное озерцо и слегка ею побулькала. – Жрецы, чтобы отвязаться от напирающих гномов и эльфов, признали в иллюзии Велии своего, якобы сбежавшего, жреца. Если честно, мы с Владыкой так устали поддерживать ее жизнь, чтобы никто даже не догадался, что это обман. А сегодня утром, после того как Велия передал Владыке, что вы возвращаетесь, вернулись и мы. Сладкая парочка и Степан тоже должны быть где-то здесь.

– Ясненько, а что из Великограда? Вестей нет?

– Да как нет! У Барги вроде какой-то жрец живет из высшей касты. Ну, знаешь, это те жрецы…

– Знаю, знаю! Которые очень хорошо дурят всем голову! – перебила я ее и попросила. – Дальше?

– Так вот, он там такие порядки навел – жуть! Опять начали полукровок гонять! Их и так мало было, а после его политики вообще не останется! Самое последнее предсказание выдал, что тройная кровь убьет расу людей! Если честно, похоже на бред сумасшедшего! А недавно Лобрех предсказал, что, если истинный правитель до осеннего луностояния не наденет корону, то людьми будет править змея о двух головах, которая их и сожрет. – Светка пожала плечами. – Ну, ты сильно не заморачивайся! У Лобреха уже лет пятьсот назад крыша протекла!

– Да, действительно похоже на бред сумасшедшего! Если думать, что истинный правитель – это Велия, то кто тогда – змея?

– Да не грей голову! – Светке надоело обсуждать политику, и она перевела разговор на интересующие ее темы. – Ну а ты? Сказала Велии?

– О чем? А-а-а, ну да! Был счастлив! Грозил заточить в нашей комнате! Ужас! – я покосилась на хихикающую Светку и поискала глазами мужа.

На мгновение мне показалось, что в толпе я заметила знакомое лицо. Надменный взгляд светло-голубых глаз, четкий профиль. Вот ведь, кто же это был?

Я немного помучилась, пытаясь вспомнить, а потом махнула рукой. Наверное, показалось. Тут все через одного с такими редкими приметами.

Велия стоял ко мне спиной и что-то оживленно говорил отцу. Хм, если судить по неземному восторгу, отразившемуся на холеном лице свекра, можно с точностью до слова сказать, о чем они говорят. Вернее, о ком.

Вот ведь болтун! Я же просила!

– Приветствуем тебя, госпожа! – раздалось над ухом. Я вздрогнула, обернулась.

Рядом с нами, улыбаясь, стояли братья-полукровки Фелиан и Ланка.

– Э-э, здрасте! Давно не виделись!

– Мы тогда сразу поняли, кто вы! – радостно выпалил Ланка. – Еще когда новости смотрели на главной площади! И то, что Велия не погиб!

– Да, только мы его сразу не узнали! Он так изменился! – кивнул Фелиан.

– Все меняются даже за год! А тут прошло тридцать! – недовольная, оттого что прервали нашу беседу, встряла в разговор Светка.

Братья покивали, соглашаясь с ней, затем Фелиан украдкой оглянулся, наклонился ко мне и зашептал.

– Госпожа, нам нужно срочно поговорить с Велией. У нас есть что ему сказать!

– Не вопрос! Пойдем сейчас, и ты все ему скажешь!

Фелиан, испуганно отступив от меня на шаг, замотал головой:

– Нет-нет! Только не сегодня! Лучше завтра! Мы знаем, где вы живете, и придем сами. Нам нужно увидеться с глазу на глаз!

– Какие-то тайны? От меня? – я наигранно обиделась. Братья смутились и попытались оправдаться, но я словно не заметила. – Значит, как жизнью рисковать – Танечка всегда, пожалуйста, а как заговоры плести – это с Велией? Что за несправедливость! Теперь я от любопытства всю ночь спать не буду! Хоть шпионов заводи!

– Кого ты там заводить собралась? – мне на плечо легла тяжелая рука мужа.

– Любимый, – я подняла на него взгляд. – Ты помнишь братьев? Мы познакомились с ними…

– Помню-помню! Привет! Как жизнь? – Разглядывая их, Велия пытливо поинтересовался: – Какие новости из Великограда?

Братья переглянулись:

– Велиандр, нам нужно с тобой поговорить. Как мы уже сказали Тайне, мы придем к тебе завтра.

Велия пожал плечами:

– Тогда – до завтра!

Смущенно кивнув, они тотчас затерялись в толпе.

– Я тоже пойду, а то Владыка скучает – непорядок! – улыбнулась нам Светка, исчезая вслед за ними.

– Ну, поскольку нас, наконец-то, оставили в покое, может, потанцуем? – Велия развернул меня к себе и притянул за талию.

– Но при условии, что ты не будешь читать мне нотации и учить жить! – с улыбкой заявила я, обнимая его за шею, и вздохнула. – Все-таки тридцать лет не танцевали!

– Для тебя всего месяц! – парировал муж, крутанув меня.

– Зато это был самый ужасный месяц в моей жизни! – выдохнула я, отдаваясь на волю его рук, самозабвенно кружась в танце.

Велия самодовольно хмыкнул:

– Хм, я могу тебя понять! Обрести и тут же потерять такого умного, красивого, приятного во всех отношениях…

– …интригана, бессовестного, нахального типа. Хитрого, как сто бесов и… и…

– Одно другому не мешает! – лукаво улыбнулся он.

– Я тебя ненавижу! – фыркнула я.

– Я тоже, дорогая! Всем сердцем!

– Что-о-о?! – У меня, конечно, загорелись глаза.

– В нашем случае – это признание в любви! – быстро поправился он. – Разве ты еще не поняла?

– Боже, – откинувшись ему на его руку, я решила изобразить из себя зануду. – У других мужья как мужья, а тут…

– А я и не знал, что тебя прельщает безвременная кончина от скучной жизни. Вообще-то, в эльфийских браках любовь – не главное и даже не обязательное условие! – Он резко, за руку, притянул меня к себе и тут же крутанул.

– Но у нас же не эльфийский брак! У тебя на все найдется отмазка., – возмутилась я.

– С тобой по-другому нельзя! – резонно ответил Велия и тут же вкрадчиво предложил. – Лучше признайся, что ты счастлива!

– Не дождешься! – буркнула я, снова повиснув у него на руке. Что-то этот танец больше напоминает танго, чем спокойный эльфийский гавот.

Музыка стихла.

Велия рывком поднял меня и, едва коснувшись губами моих губ, мурлыкнул:

– Восхитительно.

Ответить мне не дали. На сцену вышел, испуганно озираясь, молоденький эльф и срывающимся от волнения голосом объявил.

– Оракул Лобрех и его ученица Нирьяна!

Мы с Велией переглянулись.

– Ученица?!

– Пойдем, поздороваемся! – Велия потянул меня за руку.

Честно говоря, мне совершенно не хотелось снова видеть этого наглого старикана, но Велия, не спрашивая моего согласия, уже решительно тянул меня сквозь оживленно собирающийся у сцены народ.

Мы подошли и встали неподалеку от сидевшей в кресле сухонькой, завернутой в темный плащ, фигуры. Народ притих в ожидании предстоящего действа. Из-за водопада на сцену вышла невысокая, тоже скрытая плащом девушка. В руках она держала музыкальный инструмент. Выглядел он как гитара с огромным количеством струн и широким грифом. Тряхнув головой, она скинула капюшон, являя нам прекрасное девичье лицо. По плечам рассыпались тяжелые белоснежные локоны.

Неземное создание непринужденно село у ног неподвижного, словно задремавшего, оракула, уверенно взяла в руки инструмент, поставила его вверх тормашками[4], легонько пробежалась пальцами, вздохнула и запела.

Разлетался Листопень. Разлетелся…

Лето схоронили вчера.

Траурными брызгами развертелся:

ходит лихо, беда.

Отсмеялся Таусень, да слезами,

Видел, как костры говорят…

Улетели души вслед журавлями,

Не свершив забытый обряд.

Родилась та осень под лихие дела.

Разлетелись тени от степного костра.

Смотри: они идут до зари – одни.

Разлеталось зарево по гривам коней,

Разливалось варево в утробах чертей,

А лес – полыхал огнем…

В крик кричали, предвещали царство свое, ой-ё!

Смотри: осень развертелась,

даря всем огненную серость,

моля богов огня и ветра,

чтоб завтра оживили лето!

Когда затих последний аккорд, несколько минут в зале стояла трепещущая тишина, разразившаяся оглушительными аплодисментами.

– Неплохо! – я посмотрела на Велию. – Если все оракулы будут иметь такую внешность и именно так излагать все предсказания, то здесь скоро разовьется шоу-бизнес!

Он пожал плечами:

– Насчет твоего последнего ругательства – не уверен, что оно нам надо. И, если что, на будущее, сообщу: все предсказатели давно излагают свои пророчества именно в стихах или песнях, ну, а уж если Всевидящий не дал таланта, то просто предсказывают посредством телепатии, как Лобрех.

– Да-а! – протянула я, изумленно покрутив головой. – В нашем мире телепатия – посложнее стихов и песен будет.

Велия нахмурился:

– Твой мир – здесь! И чтобы я больше не слышал от тебя воспоминаний о каком-то там «твоем» мире!

Если честно, терпеть не могу, когда со мной говорят в таком тоне! Сразу хочется дать по морде!

Я сердито засопела. Кинув на мужа уничтожающий взгляд, подбоченилась и уже собралась высказать все, что думаю и куда ему идти. Он, не обращая внимания на мой грозный вид, небрежно закрыл мне рот ладонью, поднес указательный палец к губам, призывая к тишине, и кивнул на сцену. А там начиналось привычное для меня действо.

Девушка исчезла, и на сцене остался сидеть неподвижный Лобрех. Яркий свет погас, и на искрящейся радужной стене водопада, будто кадры немого кино, стали сменять друг друга картинки-видения: вот драконы в окружения огромного войска; пять фигур, привязанных к шестам у кострищ… Один раз мне даже показалось, что в одной из быстро мелькающих картинок я узнала в рубящихся спина к спине Крендина и Велию. Тюрьма. Здоровяк, единственным ударом короткого меча отсекающий голову лежащей фигуре.

Не в силах смотреть на это, я закрыла глаза и только крепче вцепилась Велии в руку. Вскоре в зале вспыхнул свет, освещая растерянные лица гостей. На сцену снова выскочил уже знакомый нам эльф и, заикаясь от волнения, попытался успокоить встревоженный народ.

– Не обращайте внимания на предсказания оракула. Они всего лишь часть праздника, а не часть вашей жизни. Веселье продолжается!

Заиграла музыка, но эльфы, забыв про танцы, взволнованно шумели. Наверное, последняя обещанная и случившаяся, помимо ожидания, война, поселила в их душах опасения. Страх.

Велия потянул меня за собой на сцену. Подойдя к неподвижному оракулу, он чуть коснулся его плеча, привлекая внимание.

– Явился! Надолго ль? – проскрипел старческий голос из-под низко свисающего на лицо капюшона. – Надоело на гномов горбатиться?

Оракул вскинул голову. Скрывающий его капюшон упал на сухонькие плечи, открывая нам изрезанное морщинами, но все еще красивое лицо старика. За эти тридцать лет он, казалось, вообще превратился в мумию. Остались только кожа да кости. Лишь большие, ярко-желтые глаза по-прежнему глядели на мир с веселой яростью.

– Ты знал?! – Обойдя кресло, Велия уселся перед ним на корточки. – Ты знал, где я, и молчал все эти годы?!

– Тебе суждено было вытерпеть безвестность и лишения этих лет. Без этого бремени ты бы не стал тем, кем станешь! – фыркнул ему в лицо старик. Его корявый палец уперся в меня. – Только она могла тебя вытащить. Она и вытащила! Вы квиты! Чем ты недоволен? Из-за нее ты потерял мир, как это было предсказано, и с ее помощью – ты его обрел.

Велия молчал. Лобрех, перестав улыбаться, поманил его пальцем, заставляя придвинуться ближе.

– Скоро этот мир заставит тебя выбрать! Запомни! Ты должен научиться убивать не только тогда, когда угрожают тебе или твоим любимым. Ты просто должен научиться убивать или потом ты сильно пожалеешь, что вовремя не сделал этого. Ты слишком милосерден. Это плохо!

– Это я-то милосердный? – скептически хмыкнул маг.

– Убей кровного родственника, пока он не стал кровным врагом! – глаза Лобреха на секунду полыхнули бешенством, и он тут же снова закашлял-засмеялся. – Иначе повторишь мою судьбу!

– Ты снова заговариваешься! Я пришел к тебе за кое-какими объяснениями, но вижу – это плохая затея! Разберемся сами! – Велия решительно поднялся.

Махнув мне, приказывая следовать за ним, он шагнул со сцены. Вдруг Лобрех проворно схватил меня за руку и, притянув к себе, торопливо заговорил:

– В трудные времена не забывай, кто ты есть в этом мире и в чем твое предназначение! Иначе погибнешь, а этого не должно произойти! Твои дети – надежда этого мира! Помни об этом! Поверь предавшему тебя другу и обретешь жизнь. – Закрыв глаза, он неожиданно выпустил мою руку. Растерянно сделав шаг назад, я налетела на ожидающего меня мужа. Подняла на него встревоженный взгляд. Криво улыбнулась.

– Снова здорoво! Он сказал….

– Я слышал, что он сказал! Не обращай внимания! Пойдем лучше поищем кого-нибудь из наших друзей! – И Велия потянул меня за собой.

* * *

– О, кого я вижу! Неразлучные вы наши!

Услышав знакомый голос, я удивленно высунулась из-за плеча мужа, махнула рукой Лендину, Ларинтену и ехидно фыркнула в ответ:

– Могу тоже самое сказать и про вас! Где остальных потеряли?

– А остальные – это кто? – поинтересовался позади меня голос Крендина. – Привет, болезная! Вылечили? Говорил же – похмелье! Самое лучшее после крутой пьянки утром здоровье поправить, а вы – само пройдет, само пройдет! Вот, пожалуйста: первый шаг обмороки, потом галлюцинации начнутся! Нет, надо тебя у Велии забирать и заниматься твоим здоровьем!

– Че-го?! Какие пьянки? Какое здоровье? – обернувшись, я возмущенно уставилась на ухмыляющегося гнома. – Ты меня с собой и с моим законным алконавтом, не путай! Я в тот вечер только и делала, что вас утихомиривала!

– Вот я и говорю! Здоровья уже никакого! – Не слушая мои вопли, гнул свою линию гном. – А все туда же – эль, ликеры, вино, еще и зелья без разбору! Кто ж тут с непривычки-то выживет?

– Так, ну-ка колитесь, чем вы в той командировке занимались? Пока мы ночи не спали, думая, как вас отмазать в Златогорье! – теперь к нам присоединилась еще и Светка, держа за руку заинтересовавшегося нашей перебранкой Пентилиана.

Ну, блин, юмористы!

– Да что, – покаянно махнул рукой Велия. – Налаживали дружественно-политические контакты с суверенной расой драконов. Ну, и заодно провели старинный, а главное действенный, обряд по возвращению моей памяти!

– Ага, путем потребления в огромных количествах настоянной на вине драконьей виагры! – сдала я всех в отместку.

Вот пускай теперь отмазываются. А то нашли крайнюю!

– Драконьей виагры? – Вот блин! Похоже, удалось заинтересовать только Светку. Она многозначительно оглядела недоуменно поглядывающего на нас Велию и перевела озадаченный взгляд на меня. – И как ты выжила?

А вот теперь заинтересовались все.

– Кое-кто не рассчитал дозы! В результате всю ночь только и занимался тем, что все и вся вспоминал!

– И как? – Нет, похоже, она не отстанет.

– Вспомнил!!

– Так, а вот с этого момента поподробнее! – Светка вцепилась в меня бульдогом и утянула подальше от озадаченно переглядывающихся мужчин. – Вы меня извините, но у нас с подругой намечается сугубо личный разговор!

– Так, я не понял… – ударил нам в спину зычный голос Лендина.

* * *

Нет, чем мне нравятся эльфы, так это их легким отношением к жизни, которое можно обрисовать несколькими предложениями: Зачем портить вечер решением проблем? А не лучше ли оставить их на утро или вечер? А может, перенести на следующий день, авось, сами решатся! И вообще, о чем это я? Какие могут быть проблемы?!

Нет, это, конечно, несколько легкомысленная позиция, зато оправдывает их «пофигизм».

Пока мы пробирались сквозь танцующие пары невыносимо длинные пару десятков метров до стены, нас не попытались разбить, утянув на танец, только ленивые. Наконец, Светка, устав объяснять, что «не стоит беспокоиться, нам не скучно, и мы просто хотим отдохнуть», пару раз так обгавкала назойливых блондинов, что те, не уяснив содержание, но, разобрав смысл, быстро отстали. Мы вырвались из моря танцующих тел и устало плюхнулись в низкие удобные кресла.

– Ой, Свет, только не жди от меня отчет о проделанной работе! – буркнула я, разглядывая столпившихся «наших» мужчин около оживленно размахивающего руками Крендина. Интересно, о чем можно так бурно рассказывать? И… над чем нужно так громко ржать?

– Да ладно, Тань! Была тяжелая неделя. Что я, не понимаю? Потом у Владыки выспрошу! Наверняка он уже в курсе всех ваших приключений, только, конечно, с точки зрения мужчин! – Светка покосилась на этих самых мужчин и успокаивающе махнула рукой. – Я ведь тебя просто оттуда утащила, чтобы ты посидела, отдохнула. И вообще, подруга! Неважно выглядишь! – озабоченно оглядев меня, она выдала диагноз: – Налицо – постдепрессивная меланхолия на почве хронической усталости!

– Иди ты, Света! И без тебя настроение где-то ниже плинтуса, а тут еще ты, со своими синдромами! Я хочу в люлю, и спать, спать! Дня два! Тогда все меланхолии как рукой снимутся!

– Танька, с твоим мужем стыдно просто спать! – фыркнула подруга, попутно удивленно разглядывая истерично стонущих мужиков. Ага, наверное, добрались до самого веселого, и теперь мои спутники на пару вспоминают, как же все было на самом деле!

– Значит, я буду спать одна! – отвернувшись, отрезала я. – Чтобы хоть немного прийти в себя – мне нужно просто выспаться.

Сообразив, что попытка развеселить меня с треском провалилась, Светка тут же запричитала:

– Танюх, ну что с тобой? Я же чувствую, что что-то произошло, а ты мне не говоришь! Знаешь, мне кажется, что в этом мире мы стали отдаляться друг от друга, и меня это пугает! Я боюсь тебя потерять!

Понимая, что еще чуть-чуть и мне самой придется ее успокаивать, я примирительно улыбнулась:

– Свет, да все нормально! Просто…. Просто мне опять предсказали смерть!

Светка округлила глаза.

– Опять? Да сколько ж можно?! Да плюнь ты на этих оракулов! А кто предсказал?

– Лобрех! – вздохнула я.

– Тем более! – взвилась подруга. – Кого ты слушаешь? Да он же старый маразматик!

– И, тем не менее, я ему почему-то верю.

– Дурость какая! – разозлилась она. – Это что ж, выходит, если мне завтра предскажут, что я выйду замуж за… – она поискала глазами, – о, да вот хотя бы за Ларинтена, это значит, что, я должна буду это сделать? Да ни за что на свете! Я сама себе хозяйка и никакими предсказаниями мне голову не заморочить!

– Везет! – тихо вздохнула я, глядя на разошедшуюся Светку. Она помолчала.

– Знаешь, Тань, мне кажется, тебе действительно нужно отдохнуть, тогда весь этот бред не будет так расстраивать! Ну, сама посуди, кто сможет причинить тебе вред в Винлейне? – Светка поднялась. – Что-то мне не нравится твой зеленый цвет лица! Пойду, отправлю к тебе твоего бестолкового мужа. Пусть отведет домой и уложит спать! А пока – на, съешь! – Она протянула мне непонятно откуда взявшееся у нее спелое, изумительной красоты яблоко и решительно зашагала к веселящимся мужчинам.

Мысленно пожелав ей удачи, я удобно уселась и принялась наблюдать, как Светка, нахально распихивая эльфов, подошла к Велии и бесцеремонно развернув, начала ему что-то говорить.

С первых же слов лицо мужа застыло.

Только бы она не стала пугать его своими любимыми диагнозами! Мне всегда казалось, что она запомнила их еще со времен обучения для того, чтобы для пущей важности сыпать ими куда не попадя!

Не сводя с нее пронзительного взгляда, он коротко кивнул, поискал глазами и направился ко мне.

Вот интересно, что она ему наговорила?!

Я не заметила, как сжевала половину яблока и только теперь почувствовала его вкус.

М-м, вкусно! Никогда еще не ела яблоко с привкусом апельсина!

Только поднесла его снова к губам, как оно, перепачканное соком, выскользнуло из пальцев и упало на подол моего платья. Скрипнув зубами от досады, я, понимая, что этим яблоком только растравила аппетит, потянулась за ним. Над головой что-то свистнуло, стукнуло. Какая-то неведомая сила, подхватив, выдернула меня из кресла, уронила на пол и придавила неподвижной тяжестью. Распахнув глаза, я ссекунду изучала серебристую макушку мужа, вольготно развалившегося на мне. Наконец ко мне вернулся дар речи.

– Ты что, сдурел? – Подняв голову, он посмотрел на меня становящимися обычными глазами. – Немедленно слезь! Или ты решил таким оригинальным способом от меня избавиться?

Он поморщился, тяжело поднялся и, подогнув ногу, уселся рядом. Я тоже села и только сейчас заметила оживление, охватившее всех. (Хотя, скорее, то, что творилось в зале, смело можно было назвать паникой.) Перевела взгляд на мужа. Тот, закинув руку себе за спину, сжал зубы, скривился и, зарычав, что-то потянул. Онемев от ужаса, я смотрела, как он вырвал из спины коротко чавкнувшее черное окровавленное древко стрелы. Судорожно глотнув, вытер ладонью лоб, посмотрел на меня и криво усмехнулся:

– И здесь добрались, твари!

Нас окружили друзья и стражники-эльфы. Мелькали встревоженные лица целителей и Владыки.

– Ты… Ты живой? – прохрипела я, чувствуя, как меня начинает колотить дрожь.

– Живой! Оцарапало чуть. Целились-то в тебя. Так что, считай, что тебя сегодня спасло… яблоко. Эй! Эй! Тайна!!

Всхлипнув, я снова улеглась на пол, радуя всех здоровым обмороком.

* * *

Очнулась я утром, а может, днем. В глаза упрямо лез солнечный лучик, а над головой шелестели чуть тронутые золотом листья. Неужели я увижу их зиму? Интересно, а она у них, вообще-то, бывает?

– Можно сказать, что зимы в Центральных землях практически не бывает. Так – то дожди, то солнышко. По утрам на озерах легкий ледок, но к полудню он тает.

Я приподнялась на локтях. Огляделась.

Никого!

– Да здесь я, здесь!

У кровати послышалось шевеление и на меня глянули невыспавшиеся глаза Крендина. Он, как ни в чем не бывало, продолжил:

– Тут – в Эльфийском союзе; на большей территории владений людей; бесов и гномов – всегда тепло! А вот в горах и около моря – зимой холодно! Да!

– Ты что здесь делаешь? – Укрывшись одеялом, я повозилась на кровати, усаживаясь. – Где Велия? Что с ним?

Гном неопределенно хрюкнул, залез на кровать. Вольготно устроился у меня в ногах и охотно пояснил:

– Да что для него какая-то там стрела! Пусть даже отравленная! – пустился Крендин в пояснения. – У эльфов любые противоядия имеются! В него вот если их штук десять вогнать, да еще кинжалом в сердце, для верности… гм! Тогда, может, и помрет! Полукровки, они жутко живучие! Тем более – маг! Да он сегодня про вчерашнее и не вспомнил. Заговорил, видать. – Он болтал, не переставая и не замечая моего бледного вида. – А я совсем недавно пришел. Смотрю, он собирается. Говорит: «Я ненадолго, побудь пока с Великой!». Ну а мне что, жалко, что ли? Я остался, а за ним двое полукровок зашли. Да, кстати! Если хочешь есть – он тебе вон, целое блюдо оставил.

Он слез, заботливо поднял и поставил мне на одеяло доверху наполненный фруктами и горячими лепешками поднос, полюбовался, как я с жадностью набросилась на еду, и продолжил развлекать беседой:

– Вот так вчера повеселились, ничего не скажешь! Интересно, кто это на вас охотится? И главное – непонятно! На тебя или на Велию? Мне, если честно, почему-то кажется, что на тебя!

– А не выяснили, кто стрелял? Эльф? – прочавкала я, как только любопытство стало мучить сильнее голода.

– Нет! – покачал головой гном. – Вряд ли эльф! Во-первых, стрела короткая, из черного дерева. Такие только в людских землях растут. Скорее всего, это был человеческий наемник! Уж поверь, если бы стрелял эльф, то он бы выпустил подряд три стрелы, а тут всего две и через такой большой промежуток времени!

– А, понятно! – и тут до меня дошло. – Как две?

– Первая торчала из кресла, на котором ты сидела, вторую поймал Велия, когда прыгнул на тебя.

Я перестала жевать. Отхлебнула из кувшина сок.

– И что теперь делать?

Крендин пожал плечами.

– Вот скоро придет твой муж, у него и поинтересуешься планами на свое будущее! Хотя, знаешь, Великая, если бы ты была моей женщиной, я бы запер тебя здесь и никуда бы не выпускал!

– Я давно подозревала, что все мужики одинаковые, но чтоб настолько! – фыркнула я, демонстративно отодвигая от себя блюдо.

Крендин, с сожалением оглядев то, что осталось после моего завтрака, вздохнул и посоветовал:

– Ляг, поспи и убивать меня тебе не захочется! После сытного обеда сам Всевидящий велел.

Я улеглась, повернулась к нему спиной и обиженно засопела. Ах, так, ну и ладно! Ну и не буду я с ним разговаривать! Не очень-то и хотелось! Гном, он и в Африке – гном! Что с него возьмешь?

С такими философскими мыслями, да еще и на сытый желудок, я и в самом деле не заметила, как задремала, но ненадолго.

В принципе я смирилась, что в этом мире мне никогда не удастся быть сытой, вымытой и отдохнувшей одновременно. Альтернативой такому спартанскому образу жизни было то, что умереть от скуки мне здесь тоже не светило!

Меня разбудило тихое бормотание сразу нескольких голосов. Я распахнула глаза, резко села и изумленно огляделась. В комнате было полно народу. Гномы в компании с пятью полукровками, троих из которых я не знала, Велия и Владыка что-то оживленно обсуждали. Светка прохаживалась рядом, делая вид, что все происходящее совершенно ее не интересует. Заметив, что я проснулась, она подскочила и плюхнулась возле меня.

– Слава богу, проснулась!

– Поспишь тут с вами! – заворчала я. – Вы тут что, штаб-квартиру устроили?

Велия, кивнув Владыке, подошел и уселся рядом. Хмуро помолчал.

– Что случилось? – я забеспокоилась, глядя в его расстроенное лицо.

– Сегодня ночью был убит Лобрех.

Я ошарашенно похлопала глазами, пытаясь понять услышанное.

– Но зачем кому-то понадобилось убивать этого старого маразматика?

– Этот маразматик давал более точные предсказания, чем все вместе взятые, к тому же, он принадлежал к элите оракулов. Его предсказания на самом деле сбывались! – покривил губы муж.

– А может, он умер сам? Ему же лет было столько, сколько не живут!

Велия раздосадованно покосился на меня.

– Ага! Как пить дать – умер сам! Путем усекновения головы! Оригинальный способ умереть естественной смертью от старости! Тайна, лучше помолчи! Ладно?

Покривив губы, я обиженно засопела. Вот дернуло же меня влюбиться в этого зануду!

Тут Велию окликнули. Он нехотя поднялся и пошел к обсуждающим что-то полукровкам. Я повернулась к Светке.

– Свет, что еще произошло, пока я изображала глубокий обморок?

Подруга склонилась ко мне и тихо заговорила.

– После вчерашнего покушения Велия притащил тебя сюда, приставил в охрану Крендина, а сами с Владыкой, ну и со всей этой гоп-бригадой, заперлись на секретное совещание. В общем, больше я их вчера не видела. А сегодня с утра меня навестил Пентилиан и забрал с собой на совещание. Но лучше бы он этого не делал! Я чуть не умерла от скуки, слушая все их реформы касательно полукровок и захвата власти! А потом пришли стражники и сообщили о гибели Лобреха. Сказали, что нашли его возле городского портала. Жуть! – Светка передернулась.

– А что за реформы они обсуждали? – спросила я, отвлекая ее от неприятной темы.

– Я у Владыки кое-что повыспросила. В общем, у полукровок Союза – свое тайное общество. Даже есть небольшая армия! А если учитывать что смешение людской и эльфийской крови дают очень сильных магов и воинов – суди сама. Вот они и предложили свои услуги по смещению Барги с трона. Ну и еще, по мелочи! Обсуждали, что станут делать, если к власти придет Велия.

– Понятно! – я задумалась и не удержалась от вопроса: – Интересно, а почему все же убили Лобреха? Кому это было нужно?

Светка пожала плачами.

– Лично я не в курсе, но придворные маги уверены, что это связано с Великоградом. Ты вчера с ним говорила. Что он сказал?

– Сказал, что, если хочу жить, то должна оставаться тем, кто я есть…

– Хм, ничего не поняла! – сосредоточенно потерла лоб Светка. – Странное какое-то предсказание!

– А что странного? Правильно! Привыкла, что все проблемы решает Велия, и спряталась за его спиной! Уже забыла, как оружие в руках держать! Надо снова начинать тренироваться! Кстати!

Окрыленная идеей, я решительно откинула одеяло, дотопала до Лендина и тронула его за плечо, привлекая внимание.

Гном обернулся и обрадованно заулыбался:

– Привет, Воительница! Как спалось, как самочувствие? А мне сказали, что с тобой какая-то хворь приключилась. Ну, не переживай! На эльфийском молочке быстро поправишься!

– Лендин! – решительно перебила я его. – Все мои хвори от ничегонеделания. Пожалуйста, дай мне несколько тренировок на мечах и кинжалах! Можно еще и топоры повертеть! Ладно?

Лендин одобрительно хмыкнул в бороду:

– Ну, это дело хорошее! И мы разомнемся, правда, Крен? Вдруг да пригодится! А то чего сидеть – жир отращивать! Завтра и начнем!

Но тут нас невежливо перебили.

– Тайна, ты окончательно рехнулась? – слишком уж ласково произнес у меня над ухом голос мужа. Я вздохнула. Ну, сейчас начнется! – Ты окончательно сбрендила?! Хотя, впрочем, о чем это я? Ты ведь всегда была не в себе! Даже не думай ни о каких тренировках! – отрезал он и, криво усмехнувшись, пояснил удивленному Лендину. – Понимаешь, брат, пока она в своем мире ошивалась, заразилась какой-то дрянью. Один раз мечом махнет, и сразу с пеной на губах падает. Весь поход с ней мучился. Так что извини, не до тренировок ей сейчас!

Лендин недоверчиво глянул на Велию, перевел взгляд на меня и виновато развел руками.

– Прости, Великая, но против него я не попру! Вот получишь добро от мужа – обращайся!

Я смерила возмущенным взглядом довольное лицо колдуна, молча развернулась и пошла назад.

– Ну и? – Светка подождала, когда я мрачно плюхнусь на кровать и пододвинулась ко мне.

– Сговорились, сволочи! – я кинула недовольный взгляд из-за плеча на шушукающихся мужчин. – Похоже, Свет, я попала! Конец приключениям! И стоило мир на мир менять! Я и в своей квартире могла просидеть всю жизнь!

– Ты это о чем? – удивилась она.

– О том! – выпалила я. – Теперь он закроет меня в этой комнате и, пока ребенок не родится, никуда не выпустит.

Светка весело расхохоталась, разглядывая мое обиженное лицо.

– Ой, Тань, ну, умора с тобой. Да ты радуйся, что он тебя бережет и пылинки сдувает! Значит, любит! Соображаешь?

– Ой, Свет, что-то мне эта забота уже поперек горла! – вздохнула я. – Знаешь…

Но пожаловаться мне не дали. Входной портал засветился, из него вышел незнакомый эльф, поклонился Пентилиану и торжественно произнес:

– Владыка, с вами хотят говорить!

Пентилиан настороженно обернулся.

– Кто?

– Ученица оракула Лобреха.

Владыка кивнул:

– Веди!

Посыльный поклонился, развернулся и исчез в портале.

– Господа, если наши идеи вас заинтересовали, может, мы встретимся и все обсудим вечером? – Полукровки вдруг засобирались и столпились у портала, ожидая ответа.

Владыка махнул рукой, отпуская:

– Да, идите, отдыхайте. Встретимся на конференции. Начало после заката.

Полукровки поклонились и шагнули в портал.

Гномы потоптались, покосились на нас со Светкой, вольготно развалившихся на кровати, переглянулись:

– Блин, Вел! Ты бы хоть мебель сюда поставил! – посоветовал Лендин и, скрестив ноги, уселся на ковер. – Я понимаю, что вам с Великой кроме этого, – он кивнул на кровать, – ничего пока в жизни не нужно, но ведь надо и о гостях думать, которые иногда у вас бывают!

Крендин, ехидно поглядывая на колдуна, последовал его примеру и уселся на ковер.

Тот на мгновение задумался.

– Да, что-то об этом я не подумал! – Он оглядел всех устроившихся кто где. – Надеюсь, пара диванов не помешает.

Колдун на мгновение закрыл глаза, что-то прошептал и довольно улыбнулся.

– Ну, для начала сойдет! Пока мы не переедем в Великоград! Да, любимая?

Я в притворном ужасе оглядела комнату, теперь больше напоминающую склад мебельного магазина.

– Вот спасибо, Лендин! Насоветовал! Теперь я постоянно буду спотыкаться обо все эти диванчики, креслица и столы!

– Правда, Велия, зачем так много? – поддержала меня Света и махнула рукой. Половина мебели исчезла.

– Так тоже ничего! – покладисто пожал плечами муж, а я довольно оглядела два небольших дивана, пару кресел и маленький овальный стол, вставший между ними. В углу уютно потрескивал камин.

– Да, удобно! И в магазин ходить не надо, деньги тратить! – оценила я. Ну вот, другое дело! Теперь, действительно, скромно и со вкусом. – Удивительно, почему у вас не наступил коммунизм? Все, что захотел – раз! – дунул, плюнул и готово!

– Не совсем понял это слово, Тайна, но хочу сказать, что в любом мире имеются свои подводные камни! Ведь магией владеют далеко не все, едва ли даже четверть населения Аланара, а из этой четверти только одна десятая – по-настоящему сильные колдуны, другие с помощью магии могут только разогреть себе еду или сделать иллюзию новой вещи. Вот так-то! – Велия по-хозяйски уселся в ближайшее к порталу кресло и жестом пригласил всех последовать его примеру.

– И вообще, Тань, коммунизм – это утопия! Монархия – вот к чему ты должна сейчас стремиться! – с умным видом кивнула Светка и, утянув за собой Владыку, облюбовала один из диванчиков.

Другой оккупировали гномы.

– Еще бы еды и выпивки! – протянул Крендин, глядя на пустой стол.

– Это мы быстро! – Велия развел в стороны руки, собираясь воспользоваться правом сильнейшего в этом мире, то есть наколдовать чего-нибудь съестного, но Владыка его остановил:

– Нет уж! Спасибо, сын! Но твою стряпню, полученную с помощью магии, я есть не согласен! А то польстишься на вкусные запахи, а потом думаешь, отчего у тебя несварение случилось!

Велия обиженно пожал плечами.

– Как хочешь! Но, вообще-то, я хотел утащить что-нибудь съестное у дворцового повара!

Поспорить им не дали. В портале снова замаячил знакомый эльф, а следом за ним в комнату вошла невысокая фигурка, закутанная в темный плащ.

Слуга поклонился, исчезая в портале, а гостья задержалась, явно разглядывая нас из-под капюшона, затем, откинув его, гордо вскинула подбородок.

– Не бойся, дитя! Иди к нам. Расскажи все, что знаешь!

Девушка, тряхнув своими белыми кудрями, прямо посмотрела на Владыку и холодно произнесла:

– В моей душе нет страха, а в моем сердце только уважение перед всеми здесь присутствующими! Я пришла, чтобы предупредить вас о грядущем, которое увидел в свой последний час мой учитель, а заодно и исполнить его волю!

Владыка кивнул и жестом пригласил ее занять свободное кресло, но девушка, словно не заметив приглашения, прошла в центр комнаты и прерывающимся от волнения голосом запела.

Серый день окутал пылью

Белый дом в степи ночной.

По завьюженной полыни

Пробираемся домой

Кто там ждет нас?

Кто там помнит?

Ой, только волос золотой.

Через степи и туманы

Распростерся путь мирской,

Через огненные раны

Пробираемся домой.

Что со мной?

Кто со мной?

Только боль в степи ночной.

Серебристые метели

Превратили слезы в лед.

А по следу рыщут звери

Среди северных тенет.

Кто зовет его?

Что ведет его?

А только песня тех забот.

Выше, выше – не услышишь…

Дальше, дальше – не узнаешь…

Солнцем дышишь…

Землю таешь…

Какое-то время мы сидели молча, затем Крендин шумно выдохнул:

– Теперь мое сердце будет биться в унисон с этой песней.

– Хороший голос! – согласилась Светка.

Велия поднялся, подошел к предсказательнице и, заглянул ей в глаза.

– А теперь я хочу услышать только голые факты!

Девушка вспыхнула. Смерила колдуна яростным взглядом, но вдруг погасла и покорно начала.

– Я была уличной предсказательницей, пока не попала в услужение к Лобреху. И как-то однажды исправила его предсказание. Вначале он посмеялся надо мной, а вот потом, когда пророчество исполнилось именно в моей трактовке, начал меня учить. Как-то он обмолвился, что знай он тогда все то, что знает сейчас, и не было бы предсказания о полукровках. Не пролились бы реки невинной крови. Тем своим предсказанием он всего лишь хотел отомстить неверной жене, родившей сына от человека, но забыл о своей силе и могуществе своих предсказаний, и пострадали все. А сейчас он бы хотел спасти будущее этого мира, снова соединив две главные расы.

– Интересно, как? – Велия не сводил с нее пытливого взгляда.

– Сейчас на землях людей и в Великограде безраздельно властвуют твой наместник и его кровавый оракул. За эти годы они уничтожили большинство полукровок, пытаясь таким образом достичь чистоты расы, но добились только ненависти и мятежей. У них практически не осталось магов, и они боятся того, что люди, узнав о том, что ты жив, поднимут восстание. Вчера он мне на многое открыл глаза, видимо, предчувствуя свою гибель. Его убили из-за последнего пророчества о слиянии рас. Кто-то сильно не хочет, чтобы оно стало всеобщим достоянием. И я даже знаю – кто! – Она выдержала паузу, оглядела нас и продолжила: – Оказывается, оракул, правящий в Великограде, это сводный брат Лобреха и отец твоего наместника, Велиандр! Наверняка, это он стоит за всеми покушениями на вас. Ему важно убить тебя – чтобы продолжать удерживать власть, а твою половинку – чтобы ваши наследники, которые когда-либо у вас появятся, не объединили расы людей и эльфов!

Она подняла глаза и дерзко посмотрела прямо в глаза Велии.

– И еще он просил передать тебе лично: если ты все же решил стать правителем, то должен поторопиться и, если не хочешь потерять все, что тебе в этом мире дорого, взять свой трон до конца Листопеня.

Замолчав, она опустила глаза.

Велия, чуть сгорбившись, постоял около нее, будто ожидая продолжения. Не дождался, вернулся к своему креслу и устало рухнул в него.

Не сводя с предсказательницы глаз, я встала, подошла и тихо, почти шепотом, спросила:

– Кто у тебя в Великограде?

Она дернулась, как от пощечины.

– Никого. Уже никого. Многих полукровок убили. Их кровью омывают жертвенный камень каждое луностояние.

Я заглянула в ее широко распахнутые малахитовые глаза.

– Луностояние уже скоро?

– Через десять дней.

– А когда начнется этот ваш Листопень?

– Это первый месяц осени по людскому исчислению, и он уже идет.

– Понятно! – Я повернулась, чтобы уйти, но холодные пальцы Нирьяны крепко вцепились мне в запястье, и ее торопливый шепот змеей влез в душу.

– Никогда не оставайся без оружия!

Я прищурилась:

– Что, меня, наконец-то, убьют?

– Не думаю, – она качнула головой. – Но не забывай: самый лучший предсказатель видит только сорок процентов будущего, шестьдесят – ты делаешь сам.

Вот сколько раз клялась не слушать оракулов! И опять! Вроде все будет хорошо, все будут живы-здоровы, но от их недомолвок на двести процентов – уверенность в том, что прямо сейчас тебе на голову свалится кирпич! Хотя, как известно, кирпичи просто так на головы не падают.

Я развернулась и больше ни о чем ее не спрашивая (себе дороже), подошла к мрачному, наверно, тоже размышляющему о кирпичах, Велии. Усевшись на мягкий подлокотник кресла, обняла его за шею:

– О чем задумался?

Он тяжело вздохнул и поднял на меня усталый взгляд:

– Почему все так? Почему меня… нас не оставят в покое? Почему опять это происходит с нами? Одно дело, когда выходишь против врага, которого ты знать не знаешь, с единственной мыслью скорее его убить и пойти пить вино. Другое – когда знаешь, что твоей смерти хочет друг, пусть даже бывший, и тогда начинаешь искать себе оправдание: почему я должен его убить? И что самое паршивое – находишь!

– Не парься, Вел! – видя черную меланхолию, снедающую мага, наперебой принялись утешать его гномы. – Ну, впервой нам, что ли? Другом больше, другом меньше! Мы тебя одного не оставим – уж поверь!

– Угу! Чип и Дейл спешат на помощь! – не удержалась и весело фыркнула я.

– Великая, надеюсь, ты нас никак по-плохому не обозвала? – с подозрением покосился на меня Лендин.

– Да нет, что ты! Просто в моем мире так называли двух очень сильных гномов из спасательной бригады. – Я прыснула в кулак, представив себе эту картину. – Только вот интересно, куда вы свою Гайку дели? Подругу суперменов?

Светка закашлялась, пытаясь скрыть смех. Мужчины недоуменно переглянулись и с серьезными лицами непонимающе посмотрели на нас. Пентилиан первым прервал нашу истерику.

– Ладно, все! Сейчас всем нужно перекусить, отдохнуть, до вечера не так уж много времени осталось. Общий сбор в тронном зале через полчаса после захода солнца! Не опаздывайте! – Владыка решительно поднялся, галантно предложил Светке руку, терпеливо дождался, когда она с томным видом за нее ухватится, и повел к порталу. – Все, до вечера!

– Ага, мы тоже, пожалуй, пойдем! – Лендин встал из-за стола вслед за Крендином. Проходя мимо, он подмигнул Нирьяне. – Эй, красотка! За пару предсказаний для меня и моего друга я накормлю тебя вкусным обедом! Пошли, я угощаю!

Она смущенно улыбнулась и последовала за ними.

Мы с Велией остались одни. Хотя нет… Вскоре после бегства наших друзей в портале замаячил слуга, принесший огромное блюдо, полное всяких вкусностей. Самое главное, вовремя!

Сцапав здоровенное яблоко, я поднялась с кресла и, вгрызаясь в его сочную мякоть, попутно изобразила вид уборки. Велия впал в молчаливую прострацию, а я очень не хотела начинать разговор первой. Вскоре, положив огрызок на стол, я подошла к гардеробу и, раскрыв, в задумчивости стала перебирать позабытые наряды.

Эх, не для меня эта красота! Может, эльфийские женщины могут себе позволить каждый день надевать разные платья, очаровывая своих мужчин, но мне такое разнообразие одежды пока не грозит. Каждый день как на пороховой бочке. Куда занесет завтра – неизвестно. Хотя, это меньшее из зол. Если послушать Велию, то мне грозит девять месяцев ареста… Вот блин! Я и забыла, что скоро моя одежда будет напоминать пододеяльник.

На полке с вещами первой необходимости что-то глухо звякнуло. Я удивленно засунула руку глубже и вытащила завернутые в тугой сверток доспехи. Не развязывая, пощупала их со всех сторон, укололась спрятанными в них кинжалами и тут же отдернула палец.

Так, доспехи и оружие на месте, теперь их надо спрятать так, чтобы муженек не нашел и не забрал. А то с него станется!

Я минут пять рылась в гардеробе, запихивая их в самый дальний угол. Довольная результатом, захлопнула дверцы шкафа, обернулась и наткнулась на внимательный взгляд Велии.

Он по-прежнему сидел в кресле, откинув голову на спинку. Я вдруг смутилась и криво улыбнулась.

– Иди сюда! – позвал он.

Я подошла.

Взяв за руку, он усадил меня к себе на колени и прижался горячим лбом к моей груди. В ответ я обняла его за шею, боясь хоть вздохом нарушить наступившую тишину. Вдруг он поднял на меня глаза:

– Пообещай мне! Поклянись! Что останешься здесь, в Винлейне, и, что бы ни случилось, не выйдешь за пределы дворца, пока все не закончится!

Я отстранилась от него и насмешливо фыркнула:

– А смысл? Вчера на нас покушались прямо на королевском балу, в тронном зале Винлейна, на виду у сотен эльфов и, если бы не счастливая случайность, ты бы уже отплясывал на моей могилке!

Зеленые глаза чуть заметно прищурились. Велия ехидно хмыкнул:

– Нда-а, не повезло, что и говорить! Наемник попался косорукий, чтоб его! Теперь придется тебя до старости терпеть! Это сколько же лет!

Ах, так?!

– И это твоя благодарность за то, что я для тебя сделала?

Колдун насмешливо приподнял бровь:

– Да! Тридцать лет такого экстрима – хрен забудешь!

– Я спасла тебя от жрецов!

– Путем совращения в гномьих шахтах? У тебя изощренная фантазия, моя дорогая!

Трясясь от обиды, я слетела с его колен.

– Ах ты, ты…. Все!

Пылая яростью и захлебываясь злыми слезами, я подлетела к гардеробу. Распахнув, в секунду достала доспехи, скинула платье и торопливо стала одеваться, желая только одного: быть сейчас как можно дальше от этого человека!

Да и человека ли?

Почему всегда, когда мне казалось, будто я знаю его, как саму себя, он вдруг совершал нечто такое, что абсолютно меняло мое представление о нем. Он словно ставил меня перед выбором: или оставайся с новым, или уходи искать старое. Вот только вряд ли я найду это – старое!

Кипя от злости, я залезла в джинсы, путаясь в рукавах, натянула ветровку, и тут меня, как котенка, сгребли на руки. Стараясь не смотреть в мрачное лицо Велии, я задергалась в его руках, пытаясь выбраться. Куда там! Он лишь сильнее прижал меня к себе..

– Отпусти! – с ненавистью выдохнула я. Все, развод! На первую же электричку и до своего мира!

– Не дождешься! – ледяным тоном заявил он. – Когда-то Барга сказал тебе умную вещь! Я никогда не оставлю тебя в покое. Надо было слушать его и не соглашаться на брак со мной! – Надменно оглядел меня чуть пожелтевшими глазами и фыркнул. – Хотя, куда бы ты делась?

Я молчала. Почувствовав, что его хватка ослабела, еще раз дернулась, пытаясь высвободиться. Такая подлость с моей стороны его окончательно разозлила. Сделав два шага, он уронил меня на кровать, прижал рукой и, не спуская с меня изменившихся глаз, медленно, чуть ли не по слогам, произнес:

– Мне надоели твои выходки! Я приказываю тебе сидеть здесь! До тех пор пока не закончится осада, и я не верну свой город! Выбирай: или ты это сделаешь добровольно, или мне придется приставить к тебе охрану! Неужели ты не понимаешь? Я не могу рисковать тобой и нашим ребенком! Тем более, что на нас идет охота! Все, Тайна! Праздники закончились, веселье тоже. Я больше не смогу тебя воскресить! Тот шанс был единственным, и я его использовал. Теперь ты – часть этого мира. Запомни и прими это как реальность. Теперь, если ты умрешь – то навсегда! И перестань вести себя, как сумасшедшая девица!

Я лежала молча, не шевелясь. Велия, все еще продолжая меня удерживать, замолчал и, видимо, обрадованный такой покорностью – отпустил.

– Знаешь, – я села, – почему-то мне кажется, что ты переживаешь больше за своего наследника, чем за меня! Почему-то, до того как ты узнал о его существовании, вопроса о том, участвовать мне в той или иной авантюре – не возникало. А я всего лишь твоя ручная зверюшка, которая то веселит короля, то доставляет много хлопот! Зачем я тебе нужна? Я не понимаю! Когда я начинаю думать, что знаю тебя, ты убеждаешь меня в обратном! Зачем я тебе? – Я посмотрела на напряженно молчавшего мужа. Он отвел глаза. – Ты прав! Нужно действительно было слушать Баргу и посылать тебя к черту с твоим кольцом и с твоим паршивым миром! – раздосадованная его молчанием, зло выпалила я, поднимаясь, но он, с силой толкнув, снова уронил меня на кровать и, склонившись надо мной, яростно заговорил.

– Да, это было бы самое лучшее! Ты была бы свободна! Зачем тебе любовь такого изгоя, как я? Да и мне не нужно было тебя удерживать! Пережил бы и это! Не было бы тебя в моей жизни, и я был бы уверен в себе и в своих силах, спокоен и счастлив! А сейчас приходится думать о том, как уберечь тебя от очередного озабоченного властью идиота, потому что ты, действительно, как зверушка с топором! Того и гляди, чтобы себе чего-нибудь не оттяпала!

Выпалив мне это в лицо, он вдруг прильнул к моим губам. От неожиданности я забыла, что секунду назад меня душил гнев. Забыла и все те сто способов отмщения этому несносному, мерзкому, эгоистичному колдуну. Если он хочет, чтобы я была здесь, пока он воюет, я буду; захочет, чтобы я научилась вышивать крестиком – научусь. И не потому, что я слабая без гордости и самоуважения, а потому что я его половинка, мы с ним единое целое. А как может рука спорить с ногой? Хотя, наверное, может, только, как правило, вследствие этого спора наступает паралич!

Нда-а, вот такие мысли иногда приходят к женщинам во время поцелуя!

Через некоторое время, Велия внимательно посмотрел мне в глаза и бережно вытер мои мокрые щеки. И улыбнулся.

– Я тоже тебя люблю. Воительница.

Не дав ему договорить, я снова прильнула к его пахнущим полынью губам…

* * *

Сколько времени мы растворялись друг в друге, пытаясь узнать, вспомнить и снова обрести себя – не знаю, а после я, с единственной мыслью, что теперь все будет хорошо, незаметно для себя уснула.

Разбудили меня голоса. Я приподнялась на локте и, сонно жмурясь, попыталась разглядеть гостя в полумраке комнаты.

– Хорошо, Крендин, мы будем через час. – Судя по интонации, Велия был чем-то недоволен.

– Но, Вел, там Владыка…

– Подождет! Я что, непонятно говорю? Будем через час! Иди!

Крендин недовольно крякнул, мрачно смерил его взглядом.

– А-а-а… – Вложив в этот единственный звук все свое разочарование, раздражение и точный адрес, по которому стоило незамедлительно идти и Велии, и Владыке, и всему их Винлейну в придачу, он махнул рукой и шагнул в портал.

Велия, пожав плечами – мол, какие мы нервные! – развернулся и направился ко мне. Он уже успел одеться в золотисто-белые переливающиеся штаны и такую же свободную рубаху на частой шнуровке.

– Выспалась? – он уселся рядом.

Я улыбнулась, потянулась и все же проворчала:

– С тобой, пожалуй, выспишься!

– Можно считать это комплиментом?

– Ты меня любишь? – не удержалась я и тут же об этом пожалела.

– Регулярно и продуктивно! А ты разве не заметила? – Он уже вовсю веселился.

– Ты – хам и циник! Общение с гномами тебя окончательно испортило! И даже не надейся, что всю оставшуюся жизнь я буду выслушивать этакий матросский юмор! Я… я… – На ум, как назло, не лезло ни одно более-менее действенное в этом запущенном случае наказание. – Я просто не буду с тобой разговаривать! Ну, неужели трудно ответить нормально?

– Нормально? – Улыбка сползла с его лица, насмешливые глаза погрустнели. Не глядя на меня, он заговорил так, будто каждое слово доставляло ему невыносимую боль. – Да я… я люблю тебя, как сумасшедший. Я готов убить любого косо посмотревшего на тебя. Я схожу с ума от мысли, что с тобой может что-то случиться, что я могу тебя потерять. Я ведь ни секунды не проживу, если тебя не будет рядом. И это не красивые слова – просто не смогу дышать!

Я слушала его, как зачарованная, ощущая себя на вершине блаженства. Я, конечно, знала все, что он сейчас говорил с точностью до интонации, но… какая женщина откажется услышать все это снова и снова? Под конец его монолога я даже почувствовала легкие угрызения совести.

Велия вдруг поднялся, подхватил с пола ветровку, рассыпанные кинжалы, ножны и положил их рядом со мной.

– Одевайся! Ты права! В этом мире ты – Воительница. Если на тебе будут эти доспехи, я буду более спокоен. Я их еще заговорил. Так, по мелочи. – Велия подождал, пока я привычно надену их на себя, и заявил. – И запомни, больше ты от меня никаких признаний не дождешься! Я все сказал и повторять, чтобы тешить твое самолюбие, не вижу смысла! А если что-то изменится, ты поймешь сама! Пойдем, нас ждут.

Развернув к себе, он уверенно вогнал мне в ножны кинжалы. Я в изумлении уставилась на него.

– Ты мне правда разрешаешь?!

Велия тоже прицепил себе на пояс ножны с кинжалами, повесил на спину небольшой меч и набросил поверх плащ, скрывая оружие.

– А кто я такой, чтобы тебе запрещать?

Я фыркнула: «Ну, начинается!» Обняла его и заглянула в темно-зеленые, словно июльское море, глаза.

– Ты тот, ради кого я добровольно поперлась в этот сумасшедший мир. Я тебя очень люблю, но иногда мне так хочется тебя придушить!

Велия широко улыбнулся:

– Аналогично!

И потащил меня в портал.

* * *

В тронном зале, битком набитом гостями, нас уже ждали. Взорвавшаяся бомба и то не произвела бы такого эффекта, как наше появление. Едва мы вошли, как наступила абсолютная тишина.

Держась у Велии за спиной, я стала украдкой разглядывать собравшийся народ. Кого сегодня только сюда не занесло! Эльфы, полукровки, гномы. Даже бесы и заураски столпились в небольшие группы чуть в отдалении от всех.

Велия, не обращая внимания на собравшихся, спокойно, будто здесь никого не было, прошел сквозь расступающуюся перед ним толпу, крепко держа меня за руку.

В центре зала возвышалось три массивных кресла, около которых скучала группа придворных магов, ответственных за трансляцию сегодняшнего мероприятия во все крупные города главных рас.

И еще там нас ждал Владыка. Мы приблизились. Торжественно возложив руки на плечи сына, он пытливо заглянул ему в глаза:

– Сегодня все узнают, что ты вернулся. После сегодняшнего вечера на твои плечи лягут заботы о троне и людях. Ты готов к этому?

Колдун чуть слышно вздохнул, сжал губы и прямо посмотрел на отца.

– Я слишком долго шел не в том направлении, наверное, поэтому Всевидящий и наказывает меня. Пора принять свою судьбу! – И просто добавил: – Я готов.

Пентилиан довольно улыбнулся и указал на кресла.

– Тогда занимай место. У всех к тебе накопилось много вопросов.

Велия кивнул, уселся посередине и призывно махнул мне рукой. Я, смущаясь от любопытных взглядов, подошла ближе.

– Садись! – он звонко хлопнул по соседнему креслу.

Я испуганно покачала головой.

– Нет, я лучше здесь постою. А вы общайтесь. Общайтесь!

Велия закатил глаза и шумно выдохнул.

– Тайна, ты – моя жена. Значит твое место рядом со мной. Так что прекращай балаган! Садись! Или мне тебя за руку привести?

Представив, как он, на виду у благодарной публики тащит меня за руку к креслу, а я матерюсь и упираюсь, цепляясь руками и ногами за все, что попадется, мне тут же расхотелось спорить. Я подошла и села.

– Будь смелее! Привыкай! Скоро ты станешь княгиней, а это много что значит! – шепнул мне на ухо муж.

– Что-то мне уже не хочется! – смущенно фыркнула я.

Велия пожал плечами.

– Вообще-то, я тоже мечтал прожить вдали от этих забот, но видно не судьба! – Он усмехнулся, наклонился ко мне и мечтательно произнес: – А представь себе, как было бы здорово жить в доме с видом на озеро! Я, ты и пятнадцать наших детей!

– Че-го? – я возмущенно вытаращилась на него. – С дуба рухнул? Тут бы с одним не помереть!

Колдун, тихо хихикая над моим праведным гневом, утешил:

– Лиха беда начало!

Я открыла рот, собираясь высказать ему все, что думаю по поводу такого «светлого будущего», но меня перебил Владыка. Прицыкнув на нас, он, исподтишка показал кулак и уселся рядом с Велией.

Представление началось.

Маги, ответственные за вещание этого вечера, уже открыли в воздухе большой сияющий экран, в котором отразились торжественные копии нас. В зале наступило напряженное молчание, готовое разорваться гулом нетерпеливых голосов.

Владыка Пентилиан величественно поднялся:

– Жители Аланара! Все, кто видит нас по окомаговизору и присутствует в тронном зале Винлейна. Рад приветствовать вас и да хранит вас Всевидящий! С неописуемым счастьем хочу сказать, что после тридцатилетнего странствия ко мне вернулся мой сын – принц Велиандр, наследник Винлейна и Великограда, а так же его супруга, несравненная Великая Воительница Тайна.

– Ни фига себе, сколько титулов? Как он это все выговорил? – хмыкнула я, покосившись на Велию, но тот лишь прижал палец к улыбающимся губам.

– А также рад сообщить всем вам, что после тридцатилетнего раздумья Велиандр решил принять трон Великограда и стать Властителем людской расы! – продолжал вещать Владыка.

Тишина в зале взорвалась восторженными воплями сотен глоток. Больше всех старались наши друзья. Они столпились около кресел и активно мешали всем охочим до правды. Ларинтена и Степана, изображавших нечто похожее на летку-еньку, два высоченных эльфа-стражника даже вывели из зала. Правда, их не было всего несколько минут.

Светка, наткнувшись на мой взгляд, показала большой палец. В ответ, я величественно закатила глаза, изображая вдрызг утомленную властью королеву.

* * *

Меж тем, шум несколько поутих и Владыка продолжил:

– Теперь, когда с вступительной частью покончено и все самое главное сказано, я передаю вам, уважаемые, право воспользоваться случаем и самим узнать ответы на интересующие вас вопросы непосредственно у Велиандра и Тайны! – Владыка, указав на нас, устало опустился в кресло. Народ оживленно загомонил. Толпа прихлынула ближе, но эльфы-стражники тут же навели порядок, длинными золочеными пиками откатив любопытных и соорудив что-то вроде живого коридора.

Первым из толпы вышел коротконогий гном. Почтительно остановившись метрах в пяти, он коротко кивнул и громко спросил:

– Принц Велиандр, как с вами связано произошедшее в Златогорье?

Ну, начинается!

Я с опаской посмотрела на мужа. Он небрежно пожал плечами.

– Никак!

Озадаченный ответом гном не успокаивался:

– А кого убили вместо вас? И почему Владыка предъявлял претензии королю Сбрендину?

– Произошла ошибка. Убитый действительно был похож на меня, что впоследствии и установили.

– Но почему его нашли во дворце короля Сбрендина именно в покоях, предоставленных вам?

Велия хмыкнул:

– Дело в том, что сразу после бала у короля Сбрендина моей половинке стало плохо, и она попросила проводить ее в Винлейн. Естественно, я не мог ей отказать. Мы решили никого не беспокоить и уйти не прощаясь, тем более на следующий день Владыка и так собирался вернуться в Винлейн. Но наутро в моей спальне был обнаружен тот незнакомец. Отец не знал, что мы в Винлейне и начал требовать возмездия, думая, что убитый – я. А тем временем мы, не зная новостей, решили навестить кое-кого в пригороде и, не дожидаясь отца, уехали на следующее утро, где и пробыли неделю. Поверьте, я думаю, что это не более чем злой умысел сумасшедших жрецов. Какие цели они преследовали, творя такой беспредел, для меня остается загадкой до сих пор. Как вы знаете, с первого же дня моего пребываниях в землях Гномьего братства, они начали охоту за мной и моей супругой, утверждая, что я – некий Лиандр.

Велия насмешливо фыркнул, подчеркивая абсурдность происходящего. Гном удовлетворенно кивнул, и его тут же оттерли. К нам подошел высокий эльф и церемонно поклонился.

– Принц Велиандр, когда вы думаете занять трон Великограда?

Велия ненадолго задумался, затем улыбнулся терпеливо ожидающему ответу эльфу.

– Вообще-то, как предсказал мне ныне покойный оракул Лобрех, я должен занять трон до конца месяца. Постараюсь следовать намеченным срокам. Вот, наверное, завтра и наведаюсь к наместнику, чтобы обсудить с ним этот вопрос.

– А как вы думаете, сможете вернуть себе трон без всяких препятствий с его стороны?

– Ну а как может быть иначе? Ведь он мой друг. Неужели вы осмелились подумать, что он сможет предать нашу дружбу из-за какой-то власти? – Велия поднял голову, уставился в развернутый перед нами магический экран и подмигнул. – Да, Барга?

– Почему на вас было совершено покушение на балу? – выпалил скороговоркой следующий эльф, прыгая в нетерпении перед нами.

– Покушение? Да Всевидящий с вами! Если бы это было покушение, то я уже давно был бы мертв! Нет, это, наверное, какой-нибудь подвыпивший любитель стрельбы на деньги, позабыл, где находятся мишени. – Велия широко улыбнулся. Эльф скептически хмыкнул, но спорить с такой дурацкой версией не стал.

– Где вы были все эти тридцать лет? – Тут же, воспользовавшись замешательством, его нагло отпихнул рыжий гном.

– В землях драконов, – не моргнув глазом, соврал муж.

– А что вы там делали? – не унимался тот.

– Мой друг Шарз, Старейшина клана Лунных Змеев, пригласил меня немного пожить у него, а заодно и овладеть некоторыми видами единоборств. Дело в том, что раньше я делал упор на магию, вот и подумал, почему бы не попробовать себя в другом направлении. Тем более, что это помогло мне пережить разлуку с женой.

– А что случилось после вашей свадьбы? Кстати, я там присутствовала! Отчего Тайна исчезла? – пискляво поинтересовалась невысокая эльфийка с вздернутым носиком, откровенно лаская взглядом моего невозмутимого мужа.

Он обворожительно ей улыбнулся и посмотрел на меня.

– Я думаю, что на ваш вопрос лучше ответит моя половинка! Правда, милая?

Я нервно сглотнула и прерывающимся от волнения голосом начала.

– Ну, понимаете, просто тогда, в тот день… – Велия взял мою руку, слегка сжал ее, я посмотрела в его спокойные, как полуденное море глаза, и подумала: какого черта я нервничаю перед этими зрителями, считающими нас всего лишь свежим выпуском новостей? Велия понял, что мне полегчало, и чуть заметно улыбнулся краем губ. Я томно вздохнула. – В тот день, когда Велиандр предложил мне руку и сердце, я долго не могла выбрать между ним и своим миром. Ведь там у меня оставался роскошный дворец, свое королевство, а здесь я всего лишь становилась его женой! Понимаете? Мне нужно было время, чтобы решиться, а он настаивал… В общем, я рассердилась, открыла портал и ушла, сказав, что вернусь только тогда, когда буду уверена в своих чувствах.

Я высокомерно посмотрела на мужа.

– И как вы решили вернуться? – с придыханием, сгорая от любопытства, снова спросила эльфийка.

– Понимаете, после долгих тридцати лет раздумий я, наконец, поняла, как он мне дорог, открыла портал и вернулась.

– А почему у вас стали глаза, как у полукровки? – отпихнув эльфийку, напрямик спросил высокий человек. Вначале я приняла его за эльфа, но, оценив цвет волос и сияющие осенней зеленью глаза, поняла, что передо мной полукровка.

– Ну-у, с кем поведешься! – глубокомысленно протянула я, но, видя его скептический взгляд, решила вставить что-нибудь эдакое. – Просто, когда существа любят, они становятся отражением друг друга.

Посмотрев в смеющиеся глаза мужа, я заговорщицки ему подмигнула.

Тут маги объявили перерыв.

Велия поцеловал мне руку.

– Может, почаще устраивать такие посиделки? За полчаса сегодня услышал от тебя столько нежных слов, сколько ты мне не говорила с момента нашей первой встречи.

– Ну, надо же, чтобы все поверили в искренность моих чувств, а то подумают, что я тебя специально из-за короны охмуряла!

– А ты охмуряла?

– Пыталась! Только ты успешно делал вид, что у тебя на женщин аллергия, а от меня так вообще может случиться приступ преждевременной смерти!

– У меня была веская причина так себя вести! – улыбнулся он. – После того как я впервые увидел тебя в предрассветный час, я понял, что если запущу тебя в свое сердце, то лишусь его навсегда. Как, впрочем, и вышло!

Я не заметила, как к нам подошла Светка.

– Все нежничаете? – улыбнулась она и ехидно поинтересовалась у Вели: – Послушай, сынуля, я украду у тебя свою будущую невестку до ближайшего эльфийского бистро? А то я смотрю, ты ей уже горы лапши на уши навешал. Запомни – соловья баснями не кормят, а Танюше в связи с ее «болезнью» надо сейчас за двоих кушать!

Велия кинул на меня смущенный взгляд, и нехотя согласился.

– Идите! Только обязательно возьмите с собой Крендина, а я вас вызову, когда закончится перерыв! – Он достал из-за пазухи амулет Всевидящего и легонько им качнул.

* * *

Мы со Светкой протиснулись мимо стражи и вышли в коридор, поблескивающий множеством порталов.

– Ну, ты как? – Светка сочувственно покосилась на меня.

– Жить можно! – улыбнулась я. – А с чего ты решила меня украсть?

– Да смотрю, сидишь, вся такая бледная, голодная, и так мне тебя стало жалко!

Я хихикнула.

– Ну, вообще-то, да, что-нибудь съесть не помешает! Только где нам вечером найти еду? Все, наверное, уже закрылось?

– Ха, вот умора! Да у них вечером самая жизнь начинается! Это ж эльфы! У них же все не как у людей! Но мне нравится! Пошли!

– А ты не заблудишься в порталах? – Я с подозрением покосилась на легкие, едва видимые в воздухе круги. – И почему бы нам действительно не взять с собой Крендина?

– Фу. Скукота! Слушать все время его плоский юмор? Ну уж нет! Тем более, я присмотрела здесь недалеко такую классную закусочную. Всего в двух порталах отсюда! Пойдем!

Она решительно потянула меня за руку.

Через два перехода мы действительно вышли на открытую площадку. Солнце уже зашло, но небо еще кровило всеми красками заката.

– Свет, ты глянь, какая красота!

– Угу, сама только недавно узнала о таком чудесном месте! Как-то ночью меня сюда привел Пентилиан. Тут было еще красивее! Пойдем!

Мы пошли вдоль плотно увитой цветами стены. Наконец, Светка толкнула незаметную глазу калитку, и мы оказались в небольшой круглой беседке. Вместо крыши, цветы сплели над головой кружевной купол, над которым низко висело закатное небо. Под всем этим великолепием стояло несколько пустовавших столиков. Посетителей в беседке почему-то не было, а может, всему виной оказалось любопытство эльфов, столпившихся сейчас у тронного зала.

Мы сели за облюбованный нами столик из гладкого белого дерева.

– Ты посиди тут! – подхватилась Светка. – Я сейчас сделаю заказ и приду!

– А куда нужно идти? – насторожилась я. – Где слуги?

– Они располагаются сразу за во-он той калиткой! – Я проследила взглядом в указанном направлении, но уткнулась только на живую изгородь, где, по мнению Светки, была спрятана дверь. – Там у них кухня, а напитки возьмем здесь. – Она кивнула на маленький стоявший в тени столик, за которым сидела незамеченная мною до сих пор эльфийка. – Тань, успокойся! Меня не будет две минуты! Ты что будешь?

Я пожала плечами.

– Все, кроме корзаков и берегноя! Вино и ликеры тоже можешь не предлагать!

– Хорошо, жди! – кивнула подруга и вышла в затянутую вьющимися цветами дверцу.

Усевшись удобно на стуле, я подняла голову и с восторгом принялась рассматривать необычные, завораживающие своей красотой краски неба. Через пару минут послышались легкие шаги. Я оторвалась от изучения небосвода, повернулась на звук и застыла в изумлении.

– Ты?! И какими судьбами? Как себя чувствуешь после пережитого «фейсом об тейбл?» А я смотрю: нос слегка набок, как у боксера, и шрам во всю щеку? Ну, это даже ничего! Девушки больше любить будут!

За облюбованный нами столик уселся Люминель. Холодно смерив меня взглядом светло-голубых глаз, он процедил.

– Вот и свиделись, полукровка! Что, нету рядом твоего принца? Ну, глядишь, больше и не будет! Только вначале я ему выколю глаза, переломаю все кости, а потом его ждет незабываемая долгая смерть в злобных лапках Главного жреца! – Он довольно оскалился и визгливо захихикал.

Я внутренне собралась. Чтобы отвлечь внимание малолетнего маньяка, я, насмешливо фыркнув, скептически поинтересовалась:

– А силенок-то хватит – Велии кости ломать? Нет, ты пойми, я же за тебя переживаю! А то будешь потом всю жизнь на жидких кашках и с уткой под кроватью! – Пальцы незаметно расстегнули ветровку и нащупали кинжалы. – Запомни, с таким наследством на трон не сажают и в любовники не берут! Кому ты тогда нужен-то будешь? Так что отложи пока свое самоубийство! Вначале на тренажерах силенок набери, а потом уже, конечно, если захочешь быстрой и легкой смерти, на моего принца замахивайся!

Белесые глаза Люминеля яростью блеснули в сантиметре от меня, а к горлу прижалась холодная, отточенная сталь клинка.

Надо же, какие мы нервные!

– Скажи, что и кто мне сейчас помешает перерезать твое горло?

Я равнодушно пожала плечами:

– Вообще-то, сейчас сюда придет моя подруга. Она маг. Так что….

– Подруга? Это какая? Кудрявая блондиночка, похожая на эльфийку? – перебил он меня и победно ухмыльнулся. – Так она вон в тех кустах отдыхает! И, похоже, надолго!

На меня накатило бешенство:

– Что ты с ней сделал?

– Всего лишь огрел по голове! Часа через два очнется.

Молниеносно перехватив его руку, я отстранилась. Он дернулся. Я почувствовала дыхание лезвия, прошедшего в сантиметре от моего горла, и, не сводя взгляда с изумленно распахнутых светлых глаз, принялась долбить его руку о стол. Выпавший из пальцев клинок я запнула в кусты, тут же вывернула ему руку за спину и, выхватив из ножен кинжал, прижала к горлу перепуганного эльфа.

– Ну-ка, быстро, гаденыш, говори, что тебе нужно? – потребовала я, переходя на родной нецензурный язык. – Какого х… ты меня пасешь? Кто тебя нанял?

Эльф, покрывшийся нездоровой бледностью, глядя в пол, молчал. Я надавила сильнее. Из-под надрезанной кожи вытекло несколько капель крови и скатилось на пол. Мне даже показалось, что они шлепнулись. А вот то, что случилось после, я, если честно, так и не поняла: сильный удар в висок свалил меня, заставив потеряться в пространстве; кинжал выбили, как мне показалось вместе с кистью, и еще пару раз пнули по ребрам. Все это произошло за секунду, и теперь я, пытаясь подняться, по-дурному трясла головой, надеясь, что туман, застлавший глаза, рассеется.

Наконец я проморгалась и с опаской подняла голову. Надо мной стояли два незнакомых здоровенных бородача.

– Она?

– Она! – подтвердил эльф.

– Забирай ее! Времени мало! – кивнул один другому.

Меня, будто пушинку, подняли и закинули на плечо.

– Эй, придурки! Мой муж вас найдет и на котлеты порубит, если вы меня сейчас же не отпустите! И учтите, это будет самая легкая из тех смертей, которые он вам предложит на выбор! Так что, не отказывайтесь. Вы будете очень симпатично выглядеть в роли котлет! Эй, урод, куда ты меня тащишь? Ну-ка поставь на пол, бык траншейный!

– Слушай, Маркта, она мне уже надоела!

– Да уж, и почему нас посылают на самые паршивые задания? И ведь убить не убьешь, она зачем-то Хозяину понадобилась. Подожди!

Мне под нос подсунулась рука с маленькой пузатой бутылочкой. Сорвав крышку, бородач приказал.

– Пей!

– Ага, сейчас! Бегу и падаю, аж тапочки теряю! И вообще я с незнакомыми бармалеями не пью!

Здоровяк без лишних слов скинул меня на стол и бесцеремонно сжал пальцами нос, а когда я открыла рот, влил в меня приторно сладкой жидкости. Зажав рот, он, дождался, когда я проглочу, и снова взвалил меня на плечи.

На меня тут же накатило дремотное состояние, и последнее, что я услышала, было:

– Уходим через городской портал!

* * *

– Велия, где Великая? Скоро закончится перерыв, нужно ответить на оставшиеся вопросы, а напоследок я сделаю объявление! – Владыка, загадочно улыбаясь, уселся рядом с сыном.

Велия вопросительно покосился на него:

– И какое же?

Пентилиан смущенно кашлянул.

– Хочу попросить Светлую стать моей половинкой. Надоело быть одному! – он посмотрел на задумчивого сына. – Ты же меня понимаешь?

– Почему бы и нет? Это твоя жизнь, отец, а в жизни, помимо обязанностей и ответственности, должна быть просто жизнь. Она станет тебе хорошей женой, – кивнул маг.

– Я тоже так думаю! – застенчиво улыбнулся Владыка. – Кстати, а где она? Что-то я ее давно не видел!

Велия беззаботно махнул рукой.

– Потащила Тайну на очередной перекус.

Владыка наклонился к сыну и тихо спросил:

– Как ты себя чувствуешь в роли отца?

Маг вздохнул.

– Пока еще никак! До сих пор не верится, что это может произойти.

Пентилиан хихикнул.

– Да, с первым всегда так, потом привыкнешь!

– Успокоил! – Велия поднялся и огляделся. – А, правда, где они? Я уже начинаю волноваться!

– А кто с ними пошел?

– Я приказал им взять с собой Крендина! Но, зная Тайну, сильно сомневаюсь, что она исполнила мое пожелание. Им же нужно перемыть нам кости наедине!

– Амулет Всевидящего на ней?

– Да.

– Вызывай!

Велия достал амулет, зажал в руке и ненадолго задумался. Вскоре он отмер и тревожно посмотрел на отца.

– Она не отвечает, и я не слышу ее мыслей!

Владыка помрачнел.

– А что ты видишь?

– Лиственный полог, край звездного неба. Тьма и бесы!

– Открывай портал! – жестко приказал Владыка.

Но колдун уже исчезал в плещущихся кругах перехода. Владыка шагнул следом.

* * *

Словно из болотного омута, я медленно всплывала в реальность. Глухо стукало в голове, от привкуса крови во рту и еще какой-то тошнотной мерзости мутило и хотелось пить. Я лежала на чем-то холодном, разглядывая в полумраке темно-серые, влажно поблескивающие камни стен и мучительно пытаясь понять, где же мне опять угораздило проснуться.

Нет, все-таки очень плохо, когда нет своего койко-места. Вот и приходится просыпаться в каких-то подозрительных местах. А, правда, где это я?

Я рывком поднялась и чуть не умерла. А потом пожалела, что не умерла! С таким самочувствием, так сказать, сам бог велел! Ныл висок, с правой стороны ребра опухли и под ветровкой казались третьей грудью. Вот спасибо доброжелательному дяденьке, что превратил меня в такую мутантку. Правая рука шевелилась с трудом, а апофеозом моих мучений стала невыносимая тошнота. Что ж, пришлось в «гостеприимном доме» слегка намусорить. А сами виноваты – не фиг всякой гадостью поить беременных женщин!

Мне немного полегчало. Вытерев рукавом рот, я огляделась. Нда-а! Неплохие апартаменты! (Надеюсь, они меня сюда запихали не с целью забыть?) Комнатушка метра два на два, и то, по-моему, я ее на полметра перехвалила.

Каменные стены радовали своей прочностью и влажностью. (Ладно, мы не брезгливые, зато от жажды не умру!) В углу манила дверь. Но при детальном рассмотрении она оказалась сделанной из окаменевших досок и манить начала, только как предмет, в который можно постучаться головой, к тому же ее окружало слабое свечение, явно указывающее на магический замок. Пол устилали сгнившие доски, служившие мне постелью. Почти под самым потолком едва различимо виднелась узкая щель, даря мне воздух и намек на свет.

Тошнота ушла, зато за меня принялся зверский голод. Я поднялась на покалывающие сотнями иголок ноги, и похлопала себя на предмет обнаружения чего-нибудь полезного в таких стрессовых ситуациях. Ага, амулет Всевидящего я не нашла, ножны тоже. За голенищем сапог обнаружила незамеченные ножи для метания. Все лучше, чем голыми руками сворачивать шеи! Что ж, пора отсюда выбираться!

Так, первая проблема – дверь! Я подошла к ней и сосредоточилась. После того как нашелся Велия, я почти не пыталась колдовать. Тем более что организм все силы сейчас отдавал ребенку. Да и мой магический запас был настолько мал, что для того, чтобы провести серьезное заклинание, я должна была выпить зелье магии и не одно! Единственное, что меня выручало, это приходящие на ум в нужный момент слова. Вот и сейчас я покорно стала произносить всплывающее в голове заклинание:

– Virra allayla meona wey tu.

Произнеся последнее слово, я без сил опустилась на пол, равнодушно наблюдая, как свечение замка, ярко вспыхнув, погасло. Немного отдохнув, я осторожно приоткрыла дверь и выглянула. Темный длинный коридор, освещенный редкими вкраплениями тусклых факелов, сразу напомнил мне Великоград. Вернее, городскую тюрьму.

Чудненько! Жаль, сняли амулет Всевидящего! Сейчас бы Велию сюда! Он уже, наверное, рвет и мечет, заметив мою пропажу, вот и порвал бы тут кое-кого! А что? Приятно и полезно! Интересно, сколько времени прошло, с тех пор как я тут оказалась?

Выскользнув, я закрыла каморку и поставила иллюзию заклинания. Конечно, хороший маг сразу разберется, что дверь открыта. Ну а профан, типа меня, изрядно помучается, не понимая, почему привычное и знакомое заклинание перестало работать.

Быстро, не обращая внимания на ноющее тело, избегая освещенных кругов тюремного коридора, я добежала до дверей, ведущих на лестницу, и остановилась.

Сверху послышались спускающиеся шаги. Я заметалась у дверей. Забившись в самый темный угол, держа наготове ножи, затаила дыхание и стала ждать.

* * *

Владыка первым заметил лежавший на земле амулет, поднял и повернулся к сыну.

– Кажется, нашел! Ее?

Велия вдруг насторожился.

– Тихо!

За увитой цветами стеной послышался слабый стон.

Владыка быстрым шагом вышел из беседки. Проводив его взглядом, Велия повернулся к двум испуганным эльфийкам, сидевшим за невысоким столом.

– Это ваше заведение?

Они старательно закивали.

– Ее – видели? – он небрежно махнул рукой, и в воздухе заколыхалось лицо Тайны. Женщины честно принялись рассматривать портрет, пока он не растаял в воздухе. – Ну?

– Да!

– Нет! – одновременно вырвалось у них.

– Отлично! – Сзади послышались шаги. – Никуда не уходить. У меня еще есть к вам вопросы!

Смерив презрительным взглядом трясущихся эльфиек, он поспешил к отцу. Тот держал на руках Великую Светлую.

– Жива?

Почему-то все вопросы стали коротки до предела, заключая в себе целый мир.

Он смотрел на отца, который за эти пять минут, казалось, постарел на целое столетие.

– Жива! – Владыка огляделся и бережно положил свою бесценную ношу на пол. – Хорошо хоть голову не пробили!

Велия, едва заметно шевеля губами, поводил руками над ее головой. Владыка терпеливо ждал.

– Минут сорок назад. Не больше! – Велия убрал руки, встряхнул их, как отряхивают от воды, и поднял взгляд на отца. – Ее ударили минут сорок назад.

Светлая, застонав, открыла глаза, встретилась взглядом с Пентилианом, всхлипнула и, сморщив лицо, заплакала. Горько. Навзрыд.

– Там! Кто-то по голове… больно, а потом темнота! А Танька одна! Где она?

– Светлая, что здесь случилось! Расскажи. – Владыка помог ей подняться, сесть и, заботливо придерживая ее, с нетерпением ждал ответа.

– Не знаю! Я никого не видела! – Она истерично всхлипнула, грозя снова разреветься, помолчала и начала уже более спокойно. – Я пошла заказывать еду. Сзади хлопнула калитка, послышались шаги и мне сзади по голове – бац! И все! С-с-сволочи!

Владыка шумно выдохнул и, не глядя на нее, произнес:

– Сейчас мы вернемся во дворец, и мне придется просмотреть твою память. Ты уж извини!

Светка покорно кивнула. Велия поднялся и решительно шагнул к ожидающим женщинам. Они испуганно вжались в стол, явно мечтая оказаться сейчас где-нибудь в гномьих горах.

«Вот интересно, – отчего-то подумалось магу, – почему почти все женщины всегда так реагировали на него? Особенно в Винлейне. Вроде в пытках и казнях не участвовал, не урод, а все смотрели с ужасом, благоговением и какой-то овечьей покорностью, напрочь отбивающей даже малейшую симпатию. Хотя, впрочем, эльфийские женщины всегда были покорны своим мужьям и властелинам. Но иметь рядом услужливую рабыню… Бр-р-р! Наверное, именно поэтому я и был очарован Воительницей, в первую же встречу устроившую мне хорошую нахлобучку. Тайна…. Вот и куда опять бесы унесли эту женщину!»

– Говорите! – рыкнул он, подойдя. Ну вот. Теперь они точно будут считать его… хотя, какая разница?

– Две женщины пришли и сели там. Затем вон та, – затараторила эльфийка испуганно кивая на глотающую слезы Светлану, – ушла, и больше я ее не видела.

– Она пошла ко мне за едой, – поддержала ее подруга, – сделала заказ, и тут со стороны портала в калитку вошел молоденький мальчик лет ста сорока и направился к ней. Потом я отвлеклась на готовку. Услышав стук, возню, подняла глаза и увидела двух мужчин. Оба высокие, широкоплечие, с черными гривами волос и бороды как… как у людей. – Она кивнула. – Да, это были люди! Они ничего не заказали и ушли в гостевой зал. Я удивилась, что девушка тоже исчезла, даже не забрав готовый заказ.

– Да, – азартно вступила другая. – А я смотрю: выходит от Силанны эльф и уверенно идет к черненькой. Она вроде его узнала. Что-то начала ему говорить, а он ей нож к горлу подставил. Я так испугалась! Но она, молодец, ловко с ним справилась! Не успела моргнуть, как этот мальчик уже стоит на коленях – носом в пол, сам с кинжалом у горла. Ну, а потом вошли двое бородачей и тоже к ней. Она их не заметила, а те ей по голове и пинать. О чем-то спросили эльфа, налили что-то в рот и поволокли к порталам.

– Это точно были люди?

– Люди! Эльф, похоже, с ними, тоже следом ушел. Они напоследок сказали что-то про главный портал.

Велия посмотрел на отца.

– Так! Во дворец, быстро! – приказал Владыка, поднимая на ноги Светлую. – Сама идти сможешь?

Та кивнула, но, сделав пару шагов, покачнулась. Владыка тут же подхватил ее на руки и шагнул в открытый сыном переход.

* * *

Шаги уверенно топали все ближе. Вскоре дверь на лестницу распахнулась, и в тюремный коридор вошли четверо рослых мужчин. Меня, согнувшуюся в три погибели, они, к счастью, не заметили и решительно прошагали по коридору к клеткам. Вот как пить дать – по мою душу! Так это или нет, я решила не проверять. Подождав, пока они исчезнут в темноте коридора, я скользнула в приоткрытую створку и чесанула вверх по лестнице.

Жаль, что на лестнице не было окон. Интересно было бы узнать, какое сейчас время суток. И вообще, сколько я провалялась На втором этаже я затормозила. Оглядела массивные створки, вспомнила их коридорную систему общежития общего пользования и решительно зашагала на третий этаж. Во всяком случае, порталы еще никто не отменял. Хотя стражников тоже, но вдруг повезет прорваться?

Услышав голоса, я заглянула в приоткрытую дверь и тут же отшатнулась. Сразу у входа стояли двое верзил-охранников, очень похожих на тех, что занимались моим похищением, а им что-то тихо бубнил Барга.

Я заплясала на месте, лихорадочно соображая. Первым порывом было кинуться к нему, но потом вспомнились все его козни, и я задумалась. А вдруг вместо того чтобы проводить в Винлейн, он с наслаждением оттяпает мне башку и прикопает где-нибудь на клумбе? И никто не узнает, где могилка моя… гм, наша…. Нет, уж лучше не рисковать!

Повернувшись, я бесшумно спустилась на второй этаж. Внизу, заставив меня вздрогнуть, хлопнули двери и послышались торопливые шаги.

Мама дорогая! Похоже, мою пропажу обнаружили! Ладно, деваться некуда.

Решительно протиснувшись в створку, я мило оскалилась подпиравшим косяки стражникам (Барги уже не было) и уверенно зашагала по коридору, постепенно прибавляя шаг.

Те, не обратив на меня никакого внимания, остались сонно стоять в обнимку со своими копьями. Дворцовый коридор, освещаемый только вечерними сумерками, радовал своей безжизненной тишиной. Что ж, тем лучше!

Я быстро шагала в надежде добраться до дворцовых ворот, а когда позади с грохотом распахнулись двери, не выдержала и понеслась.

– Вон она! Держите!

Сзади послышалось «хоровое» топанье. Я не заметила, как коридор остался позади, а передо мной мелькнула лестница, ведущая из дворца. Высокие двери были раскрыты настежь, но их перекрывали грозно скрещенные копья. На злобных рожах стражей расцвело бесконечное удивление, когда несущаяся на них девица, вместо того чтобы покорно остановиться, вдруг подпрыгнула и ласточкой пролетела между копейными наконечниками.

Сама не сообразив, как у меня это получилось, я сгруппировалась, смягчив падение и кубарем скатилась по ступеням. Тут же вскочила и чесанула через дворцовую площадь в сторону светящихся окон домов.

* * *

– А что сказать-то? Они же вас ждут! – молоденький эльф-слуга явно напрашивался на неприятности.

– Скажи, что на сегодня все отменяется! – ледяным тоном приказал Велия.

– Ну, а как объяснить, почему?

– Просто скажи, что вещание прервал Владыка.

– Ну, а какая причина-то? Вдруг они меня спросят?

– Мальчик, ты хочешь увидеть меня в гневе? – Глаза мага многообещающе прищурились.

Эльф, торопливо помотал головой, испуганно попятился, развернулся и пулей влетел в портал.

Велия тоже развернулся и быстрым шагом вошел в покои Владыки.

В довольно просторном, комфортно обставленном помещении царил полумрак, разбавленный сполохами камина и светом десятка свечей. Закатное небо, еще час назад освещающее своим багрянцем мрачные лица друзей, сменила ночь. Все, затаив дыхание, настороженно слушали рассказ Владыки о произошедшем и нервно обернулись, едва хлопнула дверь.

Коротко кивнув на их приветствия, колдун уселся в ближайшее кресло, устало откинул голову на высокую спинку и закрыл глаза. Владыка вскоре закончил рассказ, и некоторое время все молчали.

– Ну, Вел, что делать-то будем? – как-то слишком обреченно в этой тишине прозвучал голос Лендина.

– А что делать? Надо собирать войско и двигать на Великоград. Сто пудов, это они Великую умыкнули! – азартно вскинулся Крендин.

– Ага! А я устрою им Хеллоуин! Подниму все кладбище – пусть веселятся! – в запале потер руки Степан.

– А может, не надо сходить с ума и стоит все обдумать? Барга ведь не идиот, чтобы так нарываться? Тем более, после тридцати лет своего правления он нажил столько врагов, что и представить трудно! – вдруг возразил Ларинтен.

Все удивленно уставились на него.

– Ты что, сегодня настойки интеллекта перебрал? – нервно хихикнул Степан.

Эльф смущенно потупился, но промолчал.

– Это моя вина! – покаянно всхлипнула Светка, грозя вот-вот снова разреветься.

– Короче! Чё сырость разводить? – недовольно перебил ее Крендин. – Вел, что думаешь? Хорош спать!

Велия открыл глаза. Обвел взглядом внимательные лица друзей.

– Ее украли, для того чтобы связать руки мне – это очевидно. Убить ее – не убьют, пока не получат от меня то, что им нужно, а вот потом – вполне!

– А если убьют? – снова всхлипнула Светка.

Колдун уставился на нее тяжелым, не обещающим ничего хорошего взглядом, затем снова прикрыл глаза и буднично произнес:

– Если они ее убьют, то тогда уже ничто не помешает мне сровнять с землей и Великоград, и Златогорье, и еще с десяток городков, которые мне не нравятся. Так что это не в их интересах, и Барга об этом знает.

– Вел, но то, что ты говоришь, – это дикость! В этих городах живут простые существа, которые ни в чем не виноваты! Ты не можешь их просто так убить! – возмутилась Светка.

Велия посмотрел ей в глаза и почти ласково улыбнулся.

– Знаешь, Великая, в этом мире я дорожу очень немногим. Но, если у меня отнимут семью, я не стесняясь и не мучаясь угрызениями совести, устрою для всех небольшой конец света, не разбираясь, кто прав, а кто виноват. Надеюсь, ты во мне не сомневаешься?

Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах полыхнула такая ярость, что Светлая отвела от него взгляд и, побледнев, молча кивнула.

– Прекрати, сын! Я знаю, что мы справимся с этими трудностями! Я тебе помогу, – устало вздохнул Владыка. – И, если честно, я привык к этому миру и менять его на другой в восемьсот восемьдесят лет – мне не хочется! И еще! Ты был прав, сказав, что они вряд ли ее убьют. Наверняка они что-то потребуют. Поэтому у нас есть время. Мы осадим Великоград, и тогда они никуда от нас не денутся. Тем более король Сбрендин согласен нам помочь. Между нами, он уже давно подбивает меня на захват этого города. А сейчас выпал такой подходящий случай! – Владыка посмотрел на сына. – Но вначале, Вел, нужно как-то поговорить с Баргой. После этого разговора и будет видно, что делать дальше!

Глаза мага загорелись.

– Да, действительно, что я медлю? – Он стремительно поднялся. – Я сейчас же пойду в Великоград.

– Сдурел? – ласково поинтересовался Лендин. – Добровольно лезть в пасть, да еще в одиночку?! Дурацкий план! А может, они на это и рассчитывают?

– И что ты можешь предложить? – раздосадованный заминкой, обернулся к нему Велия.

– Ну, – Лендин замялся и широко улыбнулся. – Полезли вместе!

– Угу, что и говорить, план куда как умнее! – насмешливо кивнул колдун.

Тут в дверь робко поскреблись, вошел слуга и с поклоном, обращаясь к Владыке, известил.

– Господин, с вами желает говорить ваш племянник Люминель.

Пентилиан раздраженно покривился.

– А что ему нужно, не сказал? Ладно, зови! – Он обвел взглядом вопросительные лица друзей и досадливо улыбнулся. – Ох уж эти бедные родственники! Так и норовят спихнуть на мою шею свое подрастающее поколение!

– Люминель, – Велия задумчиво потер лоб. – Что-то знакомое… Отец, я его знаю?

Владыка, а с ним и все остальные заухмылялись:

– Ага, как-то раз сделал ему шикарный перелом носа в двух местах. Это было незабываемо! – сквозь слезы хихикнула Светка.

Велия удивленно нахмурился.

– Когда? Где?

– В Златогорье, на балу у Сбрендина. Забыл? Наивный Люминель решил отбить у тебя жену! – заржал Лендин.

Всеобщие воспоминания прервала стукнувшая дверь. В покои торопливо вошел длинный худощавый эльф. Увидев вместо одного Владыки такое разношерстное скопище, он смущенно остановился на пороге и близоруко щурясь, стал вглядываться в лица присутствующих, пытаясь привыкнуть к царившему в покоях полумраку. Затем, наверное, вспомнив, что он родственник самого Владыки[5], гордо вскинул голову и решительно подошел к Пентилиану, сидевшему в кресле у камина.

– Приветствую тебя, дядюшка. Я, наверное, не вовремя?

– Здравствуй и ты, Люминель. Не обращай внимания на моих друзей. Какая печаль привела тебя сегодня ко мне?

Гость нервно оглядел полумрак и, набравшись смелости, выпалил:

– Я пришел выразить вам свое соболезнование! До меня дошли ужасные слухи, что сегодня в перерыве вещания похитили принцессу Тайну, супругу вашего сына.

Все переглянулись.

– Вот как? – Кривая улыбка исказила тонкие губы Пентилиана. – И от кого ты услышал эту новость?

Люминель снова нервно оглянулся и все же попытался спрятать волнение.

– Так все говорят! – он подчеркнуто равнодушно пожал плечами.

– Хм, странно! Две единственные свидетельницы находятся под стражей. Кроме них, моих друзей, здесь присутствующих и самих похитителей – никто об этом не знает! Так позволь спросить, от кого ТЫ – это узнал? И что ты хочешь?

После этих слов эльф запаниковал и начал медленно пятиться к выходу.

– Да, если честно, я уже и не помню, кто мне это сказал. Услышал где-то в толпе, когда проходил мимо. Вот и зашел узнать: правда – нет? Да заодно и поздороваться! Я же только сегодня в Винлейн вернулся, к родне уезжал. Маменька вам привет шлет! Ну, ладно, если вы заняты, я завтра зайду!

– Слышь, Вел, а я вспомнил этого белобрысого! Мы же его с Великой у горных гоблюков отбили, когда тебя искали! – вдруг восторженно завопил Крендин.

Велия призраком скользнул за спину испуганно озирающегося эльфа и встал у двери.

– Хм, я ведь тоже видел его на балу у Сбрендина, но даже не узнал! – удивился Ларинтен. Он сполз с кресла и заинтересованно разглядывая, обошел вокруг замершего Люминеля.

– Еще бы ты его узнал! – хмыкнул Степан. – Там ему наш нервный маг с ходу такие бланши нарисовал. Короче, замаскировал конкретно.

Люминель, наконец, вышел из ступора, развернулся и со всех ног чесанул к выходу, но налетел на Велию, караулящего дверь.

– Пропусти, – угрожающе выдохнул эльф, выставив перед собой остро наточенный кинжал. – Или я тебя убью, полукровка.

Велия усмехнулся. Взявшись за лезвие, он, не отводя взгляда от побледневшего Люминеля, на мгновение сжал кулак. Послышался легкий хруст и из разжавшейся руки на пол звонко посыпались серебристые осколки лезвия.

– Присоединяйся к нашей компании. Ты ведь зачем-то сюда пришел! – колдун развернул его к Владыке и гостеприимно подтолкнул в спину. – Тем более, ты говорил, что знаешь что-то о похищении Великой? Вот, заодно и расскажешь!

Люминель, бешено задергался в его руках, не оставляя попыток сбежать. В конце концов, Велии этот балет надоел. Не долго думая, он сгреб за шиворот брыкающегося эльфа, протащил через всю комнату и сунул в кресло напротив отца. Сам, взяв стул, оседлал его и уселся у входа.

– Говори! – Владыка выжидательно посмотрел на племянника.

* * *

Я мчалась, не разбирая дороги. К счастью, взошла луна, мертвенным светом освещая каменистую дорогу. За мной, слегка отстав, молча, и оттого страшно, топоча десятками ног, неслась вооруженная до зубов толпа.

Тут дорога, коварно предав, закончилась, приведя во двор большого, темного дома. От неожиданности я заметалась, не зная как вырваться из этой западни. Народ, видя, что птичка попалась, оживился и, заполонив двор, начал потихоньку сжимать круг возле меня. От них отделились два бородача и угрожающе направились ко мне.

Сообразив, что терять мне все равно уже нечего, а убить – может, и не убьют, я рискнула потянуть время.

– Эй, уважаемые! А не подскажете мне, неместной, что тут у вас по ночам за эстафеты проводятся? «А ну-ка догони»? Или «А ну-ка дяденьки»? Чё вы за мной гоняетесь? Вот не буду я больше к вам в гости ходить, так и знайте! Или, может, вы за мной бегаете типа поздороваться?

Здоровяки остановились и недоуменно переглянулись.

– А, правда, на кой она нам сдалась? – нахмурился один.

– Идиот! – взорвался другой. – Эта девчонка нужна Хозяину! Она из тюрьмы сбежала!

– Э-э, стоп, стоп! – осадила я снова зашагавших в мою сторону верзил. – Не из какой тюрьмы я не сбегала. Я только что из городского портала. Пришла в гости к Барге! Знаете такого?

Это я поняла еще из далекого детства: если попал в безвыходную ситуацию, главное все отрицать, уверенно, с наглой рожей, а если прокатит, то продолжать пудрить мозги и дальше. Лучше уж пусть считают тебя за безобидного идиота, с которого взятки гладки, чем добровольно признать себя виновным.

– Так что, чем вешать на меня всех собак, отвели бы лучше к моему другу!

– Такого приказа у нас не было! – возразил первый.

– Точно, не было! – кивнул другой.

Они подозрительно уставились, на меня ожидая ответа.

– Ну, так я вам приказываю, холопы, быстро ведите меня к Барге! Он мой друг и я хочу его видеть! – вконец оборзела я.

Моя наглость сработала!

Все ошалело переглянулись, и один из стражников жестом пригласил меня вперед.

– Прошу, госпожа!

Путь обратно во дворец мне понравился больше: впереди, с видом королевы шагала я, следом чернобородым стадом топали стражники.

На дворцовой площади было довольно оживленно. Будто огненной границей, полукругом пылали яркие костры, возле которых такие же здоровенные, чернобородые дяди с любопытством посматривали на нашу процессию.

Интересно, их что, клонируют?

Я неторопливо поднялась по ступеням и у входных дверей нос к носу столкнулась с высоким высохшим стариком, одетым в длинный темный балахон. Накинутый на голову капюшон делал его похожим на старуху с косой, но по тому, как он уставился на меня, можно было смело говорить, что старуха с косой – была именно я.

– Ты?! – Из-под седых кустистых бровей на меня ненавистью полыхнули желтые глаза.

* * *

– Я ничего не сделал! – забормотал Люминель, заискивающе глядя в глаза Владыке. – Меня просто попросили проследить за Воительницей и, когда она будет одна – открыть портал.

– Кто? – холодно поинтересовался Пентилиан.

– Я не знаю! Их было трое. Люди.

– Зачем?

– Я не знаю!

– Зачем ты это сделал?

Люминель смутился и отвел глаза.

– Отвечай, или я выверну твою память.

Эльф, вдруг гордо вскинув подбородок, процедил:

– Они сказали, что своим поступком я уничтожу ЕГО. – Люминель через плечо бросил ненавидящий взгляд на сидевшего позади колдуна, затем снова посмотрел на Пентилиана и страстно продолжил: – Я согласился, потому что всем сердцем хочу смерти этого полукровки. Потому что я его ненавижу!

– Ты забываешься! – Голос Владыки стал еще тише, но все, услышав его, покрылись мурашками. – Этот полукровка – мой сын. А ты молись, чтобы эта мерзкая история закончилась хорошо. Потому что тогда я смогу пощадить твою никчемную жизнь и милостью своей позволю сменить место жительства с дворца на каторгу.

– Но, Владыка, во мне течет ваша кровь! Кровь древнего эльфийского рода Вайленса. Вы не посмеете! – Не сводя с Пентилиана широко раскрытых глаз, Люминель вжался в спинку кресла.

– Единственный, в ком течет моя кровь – мой сын. А ты, мало того что помог похитить мою невестку, так еще и желаешь смерти моему ребенку! Ты – сумасшедший? – Голос Владыки вдруг наполнился такой мощью и силой, что Люминель сполз с кресла, в котором сидел и упал перед ним на колени. – Никакие родственные узы не позволят мне простить твои преступления против меня и моей крови, и уже ничто не убережет тебя от наказания!

У двери как по волшебству замаячил стражник.

– Взять его. Сопроводить в клетки и приставить строжайшую охрану!

Стражник с готовностью шагнул в комнату, но его опередил Велия. Он подошел к отцу:

– Владыка, ты забыл кое-что у него узнать!

Одним рывком, колдун поставил на ноги постанывающего от ужаса Люминеля.

– Куда унесли Воительницу?

– Я не знаю!

– Врешь! – отрезал Велия. Никто не заметил, как у него в руках блеснул кинжал, и острой сталью прильнул к горлу судорожно сглатывающего родственничка. Глядя в белесые глаза Люминеля, он спокойно продолжил: – Даю тебе последний шанс остаться в живых. Если ты скажешь правду – то всего лишь попадешь на каторгу! Поверь мне, это не смертельно! Появится шанс подумать и лет через сто сможешь начать новую жизнь. Если скажешь неправду или вообще откажешься говорить, то сначала я выверну твою память и все равно узнаю то, что мне нужно, а после, наконец-то, убью! – Велия с видом кота, играющего с мышью, улыбнулся трясущемуся эльфу и подмигнул. – Давай, делай свой выбор, только не разочаруй меня!

Люминель молчал, не сводя с него глаз. Его душил ужас. Впервые в жизни он словно ощутил, как холодные костяшки смерти в любовном объятии обвили его шею. В зеленых, как море весенним днем, глазах Велиандра он прочитал свой приговор. Затаив дыхание, он перевел умоляющий взгляд на Владыку, но тот абсолютно потеряв интерес к происходящему, уже пересел на диванчик к невысокой кудрявой девушке и что-то тихо ей говорил. В голове одиноко билась мысль: зачем он послушал тех головорезов и взялся прийти к Владыке сегодня? Что он хотел узнать, спустя всего несколько часов после похищения? И вообще, зачем он во все это влез!!

Велия, не сводя с него глаз, терпеливо ждал. Люминель снова сглотнул и прерывающимся от волнения голосом начал.

– Они сказали, что Тайна нужна Хозяину для того чтобы держать тебя на поводке, но на луностояние он ее убьет и, исправив ошибку, вернет все на свои места! Сейчас она в Великограде. Это все, что я знаю!

Велия помолчал, спрятал кинжал и кивнул стражнику.

– Выполняй приказ.

Едва за ними захлопнулась дверь, Владыка повернулся к сыну.

– До луностояния еще неделя. Время есть. Надо подождать! Подумать!

– Надоело! – крик Велии хлестнул по нервам. – Я сегодня же иду в Великоград!

– Сын, не говори ерунды! Я предлагаю выступить завтра сборным войском и осадить город.

– Через портал ты войско не проведешь, а пешком – как раз уйдет неделя!

– Можно через короткие порталы!

– Угу, пять дней и море магических зелий. И что ты сделаешь за оставшиеся два дня? Если им принципиально убить ее именно в луностояние, они убьют, а мы как… будем стоять и ждать!

Владыка, признавая правду в словах сына, задумчиво замолчал, глядя на нервно вышагивающего по комнате Велию.

Тут в дверь постучали. Высокий голос Пентилиана сорвался на рык.

– Yoa waya maar! Оставят нас сегодня в покое или нет?!

В дверь просунулось испуганное лицо стражника.

– Владыка, я бы… а тут… вас хотят…

– Кто меня хочет?

– Владыка, я говорил, что вы заняты, но он, он не слушает, ой…

Все удивленно смотрели как довольно высокого и плечистого стражника, будто котенка выдернули, а дверь, скрипнув, распахнулась во всю ширь. В комнату, опасливо пригнув голову, широко шагнул огромный, закутанный в плащ человек. Откинув капюшон, он широко улыбнулся.

– Ты?! – глаза Велии вспыхнули убийственным огнем.

* * *

– Схватить ее, идиоты! Она сбежала из тюрьмы, а вы, вместо того чтобы вернуть ее в клетку, устроили ей экскурсию по городу?

Народ заволновался и недовольно ворча, отступил от меня как от чумной. Схватить меня почему-то не торопились. Я высокомерно оглядела воинствующего пенсионера и ехидно поинтересовалась.

– А вы случайно не родственник нашему Велии? Почему-то облик ваш сильно мучает мою память! Что-то как раз таки связанное с ним!

Старик, не ожидая от меня такого вопроса, поперхнулся и с минуту надрывно кашлял.

– Давай по спинке стукну? – я с готовностью сжала руку в кулак и шагнула к нему. Вредный старикан не оценил моего благородного порыва и резво отпрыгнул.

– Отлезь от меня, исчадие! Это ж надо было такое спросить, чтобы я был родней этому отродью?

– А вообще-то похож! – протянула я, внимательно разглядывая его со всех сторон.

– На кого? – искренне удивился старикашка.

Тут до меня дошло.

– На покойного Лобреха! – выпалила я. Выпучив желтые глазищи, старикан замер. – Если ты и вправду его брат, как говорила предсказательница, то зачем ты его укокошил? Чем тебе помешала эта сушеная мумия?

Старик вдруг пришел в себя. Уставив на меня длинный узловатый палец, он, оглядев свое войско, гневно каркнул:

– Взять ее и запереть в старой королевской спальне. Я сегодня лично допрошу ее!

Больше, не говоря ни слова, он развернулся и величественно похромал во дворец.

В меня тут же вцепились лапы чернобородых молодчиков.

Ха! Наивные! Чтобы я, да не начистила парочку носов? Особенно если учитывать что мне за это ничего не будет… Ну, держись!

Я изо всех сил пнула кованым носком сапога одному в ногу, и пока он прыгал, заехала невзначай в нос. Так, один отпустился! Развернулась ко второму и с наслаждением засандалила тому коленом между ног. Он хрюкнул и отвалился.

Народ оживился. Загомонил. В глазах появился азартный блеск. Все настороженно топтались около меня, не торопясь нападать. Ох, не нравится мне такое ожидание! Ну, сейчас я подниму вам тонус!

– Ага, обделались! Да вы… – Кем конкретно были окружающие меня бугаи, я сообщить не успела. Сзади крепко приложили чем-то тяжелым, и последнее, что я запомнила, были выщербленные плиты дворцовой лестницы.

* * *

– Ну, здорово, Вел! Что, не ждал?

– Барга! – Лендин первым подошел к наместнику. Остановился в метре и озадаченно потягал себя за бороду. – Да если честно, тут тебя никто не ждал! Удивил, что и говорить! Сам пришел! Это ж надо! Условия читать?

Барга ошалело вытаращился на гнома.

– Что и говорить – козел ты, каких мало! – мгновенно слетела с дивана Светлая. – Быстро говори, куда дел мою подругу, маньяк!

– Лендин… Светлая… Велия, о чем вы? Да я, как только увидел по окомаговизору что ты, Вел, жив и здоров, так сразу к вам! – целитель непонимающе переводил взгляд с одного на другого.

– Где моя половинка? – не отводя от него бешеных глаз, тихо спросил Велия.

Ответив ему прямым взглядом, Барга только качнул головой.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь!

С секунду поизучав его окаменевшее лицо, колдун повернулся к Владыке.

– Он не лжет!

– Почему я должен лгать? О чем, разорви вас бесы, вообще речь?! – вдруг взорвался Барга. – Я шел к друзьям, а попал – в волчье логово? Так нате – жрите! Только напоследок скажу – я чист перед вами: ни во лжи, ни в предательстве вы меня обвинить не сможете. Всевидящий будет мне в том свидетелем!

Он отодвинул Велию и прошел к камину, уселся в свободное кресло и, подняв на мага хмурый взгляд, потребовал:

– Рассказывай!

Велия развернул другое кресло и сел перед ним.

– Вообще-то, я и сам бы хотел послушать твою версию случившегося! Например, о том, как я попал на гномьи рудники, о том, как прожил тридцать лет не зная, кто я и откуда. Про наемников для меня и Тайны, про ее похищение.

Барга, изумленно моргая, смотрел на Велию.

– Ни беса не понимаю! О чем ты говоришь?

Колдун поизучал добродушное лицо друга, которого он уже начал привыкать считать врагом.

Нет, он не лжет! Он действительно ничего не понимает и не знает. Тогда кто виноват в происходящем? Ладно, будем выяснять вместе.

– Помнишь вечер, когда мы с тобой в последний раз виделись? Я тогда изрядно перебрал у отца в Винлейне, – короткий взгляд на Владыку, – и пришел к тебе. Мы тоже что-то выпили, а потом поссорились. Я собрался уходить, и твой оракул принес нам последний кувшин вина?

– Ну, если честно, то смутно! Нет, в принципе, я все помню, до последнего кувшина. А потом меня срубило. Я проснулся утром и на вопрос о тебе, Татуф сообщил, что ты еще вечером ушел через портал. На следующий день, решив, что ты уже успокоился, я собрался идти к тебе мириться, но тут заявился Владыка и начал выспрашивать о тебе, сообщив, что ты так и не появлялся во дворце. Естественно, подняли всех на уши, мне даже память вывернули. А ты как в воду канул! И все! Я больше тебя не видел до сегодняшнего дня! А как увидел по окомаговизору, тотчас отправился сюда.

Велия устало потер лоб и вздохнул.

– Что-то все стало еще запутаннее, чем раньше!

– Ага! – перебил его Барга. – Раньше ты обвинял во всех преступлениях только меня? И, наверное, собирался идти убивать? Ну, правильно! А как еще трон у друга забрать? Только убить! Я прав? – уставившись на огонь, он обиженно засопел.

Велия смутился, но тут же яростно заговорил.

– А кого еще я должен был обвинять? После того как услышал все то, что ты наговорил Тайне? И кто, как не ты, отправил ее к темным бесам сразу после брачного обряда? Я, конечно, благодарен, что получил много полезных уроков за эти тридцать лет; освоил школу выживания для полукровок, но поверь! Я был бы более счастлив, если бы все эти годы просто жил со своей семьей, а не горбатился на рудниках! – Велия помолчал. – Потом ход в их мир оказался закрыт, а последний, кто держал в своих руках кольцо-портал – был ты! Ну и напоследок, после настоянного на забынь-корне вине, которым ты так любезно меня угостил, я потерял себя. Короче! – ноздри колдуна хищно раздулись. – Или ты мне объясняешь, что происходит в Великограде, или я тут такое устрою – мало никому не покажется!

– Я не отправлял Великую домой. Я просто отдал ей кольца и велел выбирать. Конечно, рассказал немного жути, но только для того, чтобы проверить ее решимость на брак с тобой! Да, я не хотел, чтобы она становилась твоей, но не потому, что желал тебе зла. Нет! Просто я думал, что она хочет воспользоваться тобой. Что она позарилась на деньги, власть и на жизнь в роли княгини, очень долгую жизнь. Тогда я не знал, что пророчество сбылось, и о твоем обряде тоже не знал! А тут Татуф! Наговорил ужасов, вот я и побежал тебя спасать! Но я не закрывал их мир и про забынь-корень тоже впервые слышу!

Пока они спорили, дверь распахнулась, и четверо слуг начали рьяно уставлять столик яствами и вином.

– Не думаю, что нужно спорить на пустой желудок! – Пентилиан приглашающе развел руки.

Все с благодарностью посмотрев на него, принялись за внеплановый перекус.

* * *

Я очнулась на мягкой кровати. Господи, ну и сон мне приснился! Разлепив глаза, я, вместо ожидаемого и такого привычного лиственного полога, увидела над собой расписанный лунными бликами потолок. Откуда-то из глубины меня невольно вырвался надрывный стон. Когда же наступит утро?

Держась за ноющий затылок, я осторожно села и огляделась. Я находилась в странно-знакомой богато убранной спальне, отделанной в золотисто-розовых тонах. Сквозь ряд высоких полукруглых окон лился синеватый лунный свет, грозя вот-вот затопить всю комнату. На полу лежал огромный ковер, у дальней стены приютились два кресла и небольшой столик на гнутых ножках. Сразу за ними я рассмотрела сливающиеся со стеною две узких дверцы.

В затылке запульсировало. Ну, попадись мне тот гад, что сломал об меня свою палку! Я дернулась, спуская ноги с кровати. Тут же что-то лязгнуло, забренчало, и я с удивлением обнаружила сковывающую мои ноги тонкую, но крепкую цепочку, ведущую к здоровенному кольцу над кроватью.

Я слезла. Первым делом выглянула в ближайшее окно. Внизу шелестел пожелтевшими листьями сад. До земли довольно высоко, но не будем отбрасывать этот вариант! Добралась до незаметной двери, толкнула, поизучала открывшуюся мне комнату со всеми удобствами. Ознакомилась поближе… Ну, наконец-то хоть одной проблемой стало меньше! До второй двери цепь не дотянула. Пришлось возвращаться.

Едва я успела залезть на кровать, как в коридоре послышались шаги, дверь распахнулась, и в сопровождении пяти наемников ко мне в гости заявился желтоглазый старикан. Он подозрительно оглядел меня, комнату, дождался, пока слуги поднесут ему кресло, уселся и сквозь зубы процедил:

– Ну, Великая, хоть у нас и мало времени, но сегодня я с тобой пообщаюсь!

Я хмыкнула и презрительно скривилась.

– Твои мемуары на пустой желудок я слушать не согласна! Так что, дедуля, или подсуетись на тему пожрать, или вали, откуда притопал! – довольно улыбнувшись, я оценила его ошалевшее лицо. – Чё, паралич разбил? Ты хоть кивни, если понял!

Старик сделал над собой усилие, отмер и завизжал:

– Ах ты, наглая дрянь! Я соизволил прийти к ней, чтобы рассказать, как собираюсь ее убить, а она мне условия ставит?! Вот уйду и ничего не расскажу! – пригрозил он, поднимаясь с кресла.

Я равнодушно отмахнулась:

– Да и не надо! Тем более что меня столько раз убивали, что разом больше, разом меньше – какая разница! – И, ехидно прищурив на него один глаз, уверенно заявила: – Все равно ведь расскажешь! Тебе, наверное, здесь даже поговорить не с кем! Верно? Разве оценит по достоинству это людское быдло твои великие планы?

Старик снова уселся в кресло и горько кивнул:

– Да, ты права! Они только слуги. Причем тупые! Не хватает у них мозгов меня понять! Да чего про них говорить, – в желтых глазах блеснула затаенная обида, – меня даже Барга не понимает и не слушает! А ведь я для него же стараюсь!

– Вот и я о том же! – подмигнула я. – Может, все же накормишь? А то первая смерть, которая меня ожидает, – от голода.

Старик смерил меня подозрительным взглядом и приказал стоявшим у двери верзилам.

– Принесите еды, фруктов, вина, да побыстрее!

Слуги кинулись выполнять приказ, а я, не замечая его сверлящего взгляда, позевывая, разочарованно стала рассматривать свой обломанный «маникюр».

Вернувшись довольно быстро, бородачи поставили передо мной полное блюдо съестного. Не стесняясь, я с жадностью накинулась на еду и, набив полный рот, с наслаждением прочавкала:

– Ну, давай, баклань дальше!

Старик возмущенно покрутил головой, видимо, удивляясь моей наглости, но других собеседников не наблюдалось, поэтому он вздохнул и начал:

– Я хочу исправить ошибку в твоем лице, поэтому оставшиеся до луностояния дни тебя будут готовить к жертвоприношению.

Я равнодушно пожала плечами. Если честно, дико хотелось спать, поэтому, если бы он сказал, что жертвоприношение сегодня, сейчас – я была бы даже рада. Во всяком случае, наконец-то, отдохнула бы! Дожевывая кусок мяса и закусывая его синим бананом, я кивнула:

– Чудесно, жаль только, ждать долго! Интересно, а какую в моем лице ты нашел ошибку? Нет, я, конечно, не спорю, со всеми нервными стрессами, нерегулярным сном и питанием я, может, выгляжу и не ахти, но не до такой же степени, чтобы приносить меня в жертву! – я состроила пенсионеру глазки и игриво подмигнула. – У тебя дедуля, с головою как?

Старик, возмущенно вытаращив желтые глазищи, с видом обиженной добродетели заверещал:

– Ты, негодная тварь, и твой полукровка поставили под угрозу существование магии оракулов, весь этот мир! Я предсказал тебе умереть, активируя своей кровью и энергией смерти Сферу Света! Так и должно было случиться, если бы не вмешался наш неугомонный влюбленный! Почувствовал себя богом! Не смог расстаться со своей игрушкой! Зачем он воскресил тебя? И мало того, что воскресил, так еще и никому об этом не сказал! Если бы я знал! Если бы я только знал! Но время упущено! И теперь мне приходится рисковать, не зная, каков будет результат, но я все же попытаюсь исправить магию этого мира, нарушенную твоим присутствием. Верну былое могущество оракулов!

– Угу, очень патетично! – кивнула я, чистя апельсин. – Только молнии в лысину не хватает для пущей убедительности. Чё ты затрясся-то? Ну, оживил и оживил! Мы бы жили себе тихо-смирно, никого бы не трогали! При чем тут я и какая-то там магия оракулов?

– Ты не понимаешь! Мы управляем этим миром! От наших предсказаний меняется история: начинаются войны, рождаются мессии. Но есть то, чего боимся все мы! В древнем, как мир, пророчестве сказано, что мы потеряем силу тогда, когда предсказание оракула из Высшей касты исполнится, но изменится! – он трагично замолчал.

Я съела последнюю дольку и облизала пальцы.

– Короче, ты хочешь сказать, что по пророчеству я должна была умереть, как и вышло, но Велия меня воскресил, и теперь вам хана?

– Хана! – горько вздохнул старик. Потом опомнился. – Нет! Я хочу все исправить, а ты мне в этом поможешь! Через семь дней луностояние. Через обряд «Возвращение в прошлое» я верну все на свои места. Ты умрешь от зачарованного кинжала, как и было предназначено, полукровка не успеет тебя спасти, и магия оракулов воскреснет!

– Круто! – оценила я и вдруг спросила. – Скажи, а Барга и вправду твой сын?

Оракул задумчиво помолчал.

– Во всяком случае, так говорила его мать. Я видел его младенцем, а после три столетия не знал, где он. Думал, что погиб. Сама понимаешь, была война! Затем случайно встретился, узнал, кто он, откуда, и стал пристально за ним следить! Знал, что сбылось пророчество Лобреха, и вы появились в этом мире, что ищете Сферу, а потом, когда полукровка оставил его наместником на троне, я подумал – какого черта? Я смогу сделать своего сына князем расы людей! И это будет правильно! Я не мог допустить, чтобы людьми правил полукровка. Это бы тоже противоречило давнему предсказанию. Тогда я приблизился к нему, заставил его мне доверять и начал действовать. Первым шагом было то, что я стал уговаривать его избавиться от тебя. Внушив, что ты очень навредишь своей корыстью и честолюбием его драгоценному Велии, если будешь рядом. В тот день, перед обрядом, после того как он привел тебя в Великоград, мы с ним встретились, и я зачаровал кольцо-портал так, чтобы в нужный момент оно само наделось тебе на палец и заблокировало твою память! К сожалению, тогда я еще не знал, что ты была воскрешена обрядом «Разделения жизни», и что Велия успеет оградить тебя свадебным обрядом. Конечно, все это сделало мои усилия напрасными. Проще было бы воспользоваться услугами убийц. Тогда бы ты наверняка никогда больше не появилась в этом мире!

– Ну, насчет меня все стало ясно, а зачем нужно было избавляться от Велии? – осторожно поинтересовалась я. – Из-за трона? Но ведь он и так не хотел становиться князем!

– Из-за вас двоих! – Старик зло блеснул на меня тусклым золотом глаз. – Из-за ваших детей! Лобрех был идиотом, предсказав объединение двух рас! И был идиотом вдвойне, уточнив, что это сделают ваши дети! Я постарался, чтобы это предсказание не узнали! Хе-хе!

– А-а-а, так ты из-за этого его убил?

– Из-за этого. И из-за того, что он, несмотря на все мои уговоры, решил рассказать полукровке об обряде!

– А покушение на балу – это твоих рук дело?

Дед растянул в пакостной улыбке высохшие губы.

– Моих! Ты оценила?

– Но зачем, если ты изначально настроился на обряд?

– Ты знаешь, с обрядом или без, но после твоей смерти все вернулось бы на круги своя. Считай, что я просто использовал все варианты.

Я вздохнула:

– Дедуль, тебе бы куда-нибудь к эльфам на покой, на кашки и салатики из берегноя, а ты тут кампанию по захвату власти развернул! Скажи, оно тебе надо? Ладно, маразм – дело неизведанное! Давай, баклань дальше! Сплавил ты меня из этого мира, а дальше что было?

– А дальше – просто! Когда ты исчезла, Велия стал совершать ошибки и просчеты. Однажды пришел к нам в Великоград, они с Баргой поссорились, и он начал требовать вернуть ему корону, ну я и не стерпел! Напоил его забынь-корнем, увел через портал в Златогорье и оставил его там просыпаться новым человеком с новой судьбой под присмотром моего слуги. Тот ему все объяснил: кто он, откуда, заставил выучить новое имя и новую биографию… и Велия поверил. Поверил, что он, Лиандр, сирота и что его продали на гномьи рудники. После я договорился с жрецами (Главный жрец – мой друг) о том, что они присмотрят за нашим полукровкой: через двадцать лет в шахтах они взяли его в ученики. Он был рад и счастлив, что добился таких успехов и высот, – старик хрипло захихикал и тут же замолчал. – И все было бы хорошо: он под присмотром, в маске, но тут снова появилась ты! Как у тебя это получилось? Скажи? Я надежно закрыл твой мир для простых порталов, и ты смогла бы вернуться, только перестав существовать в своем мире… но это уже не важно. Через неделю я исправлю ошибку. Мой сын станет законным князем расы людей. А ты мне в этом поможешь!

– И что я должна буду сделать?

– О, это потом! – хитро улыбнулся старик и поднялся. – Ты и впрямь хорошая собеседница, даже жаль будет тебя убивать, но ничего не поделаешь – своя жизнь важнее!

Подойдя к двери, он обернулся:

– Все эти шесть дней тебя будут кормить как на убой! – и, расхохотавшись, вышел.

Пожелав ему долгих дней жизни, я задумалась. После его рассказа все относительно вставало на свои места. Теперь нужно отсюда как-то выбираться. Но как?

* * *

Все молчали, пытаясь осознать услышанное. Барга хмуро выхлебал бокал вина и устало закрыл глаза.

– Знаешь Вел, я потом очень жалел, что не настоял на том, чтобы ты остался на троне! Не мое это! Если бы не мой жрец Татуф, который взял управление в свои руки, я бы не справился! Начались мятежи, восстания, но Татуф быстро всех их угомонил, и в княжестве наступило относительное спокойствие.

– Ага, неплохие у твоего оракула методы убеждения. Извести всех полукровок на жертвоприношениях и каторге? Более чем убедительно! – мрачно фыркнул Велия.

– Ты ошибаешься! Он просто попросил их для всеобщего спокойствия переселиться в пригород.

– Как же мне теперь все это исправить? – будто не слыша его, вздохнул колдун. – Очень трудно будет восстановить порушенное твоим отцом доверие!

– О чем ты, Вел? Я не знаю своего отца! Меня воспитала мать – ты же знаешь!

– Чё, этот хмырь тебе даже не сказал, кто он?! – переспросил Лендин.

– А оракулы все такие! Хитрые, как бесы, особенно из высшей касты! – поддакнул Ларинтен. – Их никто не видел и никто не знает, а они творят потихоньку пакости! Э-эх!

Барга настороженно всех оглядел:

– Вы о чем?

– Все очень просто! – наконец, заговорил Владыка, до того молча обнимавший прижавшуюся к нему Светлану. – Татуф – младший брат моего прапрадеда Лобреха и, как утверждает, еще и твой отец. Вот только его много столетий никто не видел и не слышал. Я, если честно, думал, что он давно мертв, и, конечно, я не знал, что он в Высшей касте оракулов!

– Отец?! Но… – Барга ошарашенно помолчал. – Но если он эльф, то значит, я что, тоже полукровка?

– А кто из нас не полукровка? – усмехнулся Пентилиан. – Успокойся, он брат Лобреху по отцу, и дитя человеческой женщины. А если ты его сын, то имеешь в себе лишь маленькую толику эльфийской крови.

– Да, это новость! – Барга уставился на пустой бокал, будто ожидая, что он даст ему ответы на все вопросы.

– Так ты что ж, не знал о родстве со своим оракулом? – Велия даже как-то сочувствующе покосился на своего наместника.

Барга решительно качнул головой:

– Нет! Даже не догадывался. Помыслить не мог!

– А как долго ты его знаешь? – вдруг спросила Светка, уютно прильнув к Владыке.

Барга задумался.

– Познакомился с ним случайно в одном трактире, еще до того как ты, Вел, отправился за Великими. Потом так, иногда встречались. А когда ты, отправившись за Сферой Света, оставил меня в Великограде, он пришел и предложил свои услуги. Сказал, что ни один уважающий себя правитель не откажется от услуг оракула. – Он помолчал. – Вот я и не отказался…

– Неужели ты не видел, какие беспорядки творятся в городе, в землях? – вклинился в его воспоминания Велия.

Барга виновато опустив голову, пожал плечами:

– Были лет двадцать назад мятежи, помню, но быстро прекратились. Татуф объяснил, что после его нового предсказания народ успокоился.

– А жертвоприношения, а закрытая граница, а умирающие на каторге полукровки? – Глаза Велии снова нехорошо сузились.

– Он сказал, что границы закрыты, чтобы не пускать на наши земли низшие расы и бродяг. На каторгу ссылали только преступников и мятежников, а про жертвоприношения я вообще ничего не знаю! Татуф проводил какие-то ритуалы, да! Но, как он объяснил, для увеличения благосостояния в городе и в стране.

«Вот интересно, почему так погано на душе? И когда закончится эта ночь? – Велия поднялся и стал нервно расхаживать по комнате. – И закончится ли? Да, конечно! На этой части планеты уже давно идет осень. Ночи стали длиннее. Как-то все это забылось, стало незначительным в круговороте встреч и расставаний, среди мелькающих с возрастающей скоростью дней, годов, столетий. Наверно, тот, кто сказал, что долго жить скучно, очень завидовал этим скучающим. Мало того что не скучно – незаметно проходит даже очень долгая жизнь. И самое ценное, что останется у тебя, если повезет, это жизнь того, кто захочет быть рядом. – Велия потряс головой, отгоняя такие мысли. – Нет сейчас не до соплей в сиропе. Грустить некогда. Надо действовать: попасть в Великоград, найти Тайну, а потом…. – Что будет потом, он совершенно не мог представить. – Да и ладно! Тьма и бесы! Почему это опять происходит с ним? Долго думал! Очень долго!»

Барга, виновато глядя на друга, тихо пробасил:

– Я всегда хотел, чтобы ты был на этом троне! А я был бы при тебе советником, и все было бы хорошо! Но ты уперся, как баран. А я что? Я – ученый! Мне политика до одного места! Понимаешь?

– Не понимаю! – Велия остановился около него. – Неужели ты до сих пор ни разу не поинтересовался, как живет твой народ? О Всевидящий и Всеслышащий! – колдун взялся за голову. – Каким я был идиотом, что оставил все это – тебе!

Барга уставился в пол:

– Прости Вел, я был слепцом. Я не достоин быть твоим другом… быть рядом с тобой!

Велия глянул на него исподлобья и вдруг усмехнулся.

– Ну, все, убедил! Самобичевание – конечно, хорошо, но пора все исправить. В общем, так! Сейчас мы с тобой пойдем в Великоград. Выясним, где держат Тайну. Заодно и поговорим с твоим заботливым папашей!

Барга вскинул голову.

– Хорошо! Можешь на меня положиться. Я сам ее найду и приведу к тебе!

– Вел, а тебе не кажется, что нам бы тоже хотелось поучаствовать в этой заварушке? – подал голос Лендин из своего угла.

– Да! Мне Великая как сестра! Я за нее кому угодно башку оттяпаю! – запальчиво вскинулся Крендин.

– А мне она, вообще, родная подруга! – поднялась Светлая.

– Действительно, чего мы титьки мнем? Айда веселиться в Великоград! – радостно вскочил Лендин.

– Ага! Сейчас вот этой развеселой кодлой и попремся! – фыркнул Велия, понимая, что еще чуть-чуть, и он сойдет с ума.

– А что ты имеешь против нашей помощи, Велиандр? – обиделся Ларинтен.

– Ну-ка, цыц – не выдержал Владыка. – Велия, раз так неймется, предлагаю вот что! Барга пойдет один, все узнает и вернется к нам, а там уже решим! К тому же, после полуночного часа пробраться туда будет легче. Люди в это время почти всегда спят.

– Отличное наблюдение! – тихо хихикнул Степан.

– Хорошо! Я постараюсь найти Великую и буду в полночь у городского портала. – Барга тяжело поднялся и, ни на кого не глядя, пошел к выходу.

Велия проводил его взглядом. Когда за ним захлопнулись двери, он уселся в кресло, плеснул себе вина и залпом выпил.

– Офигеть!

* * *

Битый час я пыталась перетереть о ножку кровати тонкую, но на удивление прочную цепь, когда скрипнувшая дверь заставила меня запрыгнуть на постель и зарыться в одеяло. Изобразив коматозный сон, я, навострив уши, нащупала метательные ножи, не замеченные моими тюремщиками, и принялась ждать.

Дверь, тихо стукнув, закрылась, и по полу зашаркали шаги. Вытащив нож, я перекатилась в дальний угол гигантской кровати, и теперь любого, кто вознамерился бы меня достать, ожидали метры перины и подушек.

Выставив перед собой руку с зажатым в ней ножом, я с удивлением смотрела как ко мне, потешно переваливаясь, шагала невысокая полноватая фигура, замотанная в длинную темную шаль.

– Эй, девонька? Ты где? А мне Татуф сказал – пленница новая! Опять живодерничать будет! Ох, изверг! Суда на него нет! – Голос Хевы я бы узнала из тысячи. – Девонька? Спишь?

Тихо матерясь на любвеобильных людских монархов, я торопливо поползла к краю. Настоящая полоса препятствий, а не кровать!

– Хева?! Хева!! Я тут… я сейчас… ай, черт! Это я! Как ты меня нашла?

Старая нянька, скинув с седой головы шаль, подслеповато сощурилась, подошла поближе и расплылась в морщинистой улыбке.

– Да неужто? Ты ли это, деточка? Или мои старые глаза решили сыграть со мной злую шутку?

– Да я это, Хева, я! – Я спрыгнула с кровати и, звеня цепью, кинулась старухе на шею. – Снова попала в лапы к очередному маньяку!

Хева расцеловала меня, утерла мокрые щеки и, старчески кряхтя, села на кровать.

– Ох, ты ж, вот беда! Как же тебя угораздило-то попасть к этому бесу в лапы? Ох, сколько он уже народу поизве-о-ол, жуть! Управы на него никакой! Жалко, молодой господин умер! Он бы тебя в обиду не дал! А как он тебя люби-и-ил! – нянька тихо зарыдала, тряся седой головой.

Сердце стукнуло в последний раз и замерло.

– Как умер? Когда?!

Хева подняла на меня слезящиеся глаза.

– Недели две назад! Пришел Татуф веселый, всей прислуге рубней золотых насыпал и говорит: «Все! Хвала Всевидящему! Убили полукровку!» Готовь, говорит, Хева, тронный зал к началу Холодня! Будем Баргу короновать! – старуха снова утерла с морщинистых щек слезы и тяжко вздохнула. – Вот так-то, девонька!

Я облегченно выдохнула:

– Да нет, Хева! Велия жив и здоров и, надеюсь, скоро будет здесь! И в начале вашего Холодня будете короновать его, а не Баргу! Уж поверь мне!

Нянька недоверчиво посмотрела на меня и робко улыбнулась:

– А ты не брешешь? Правда, мой мальчик жив?

– Хева, если бы с ним что-нибудь случилось, неужели я бы так спокойно сидела здесь, дожидаясь какого-то там обряда! Поверь, я делаю это исключительно для того, чтобы лишний раз позволить ему меня спасти! Правда-правда! – с железобетонной уверенностью заявила я… и сама себе поверила. И все проблемы стали такими маленькими! Действительно, чего я паникую? Ведь у меня есть такой рыцарь на коне… гм… на посохе!

– Деточка, ты вернула мне жизнь! Я побегу, скажу всем, что господин жив и возвращается!

– Куда? Ночь на дворе!

– Такая новость всегда к спеху!

– Тогда беги. Только, Хева, у тебя нет ничего попить? – взмолилась я, тронув няньку за руку.

Старуха хлопнула себя по лбу.

– Совсем забыла! Татуф велел принести тебе еду! – Она резво добежала до двери, чем-то звякнула, подняла большое блюдо и подошла ко мне. Поставив его рядом со мной на кровать, она звонко шлепнула меня по рукам, которые уже потянулись за фруктами. – Ничего не бери! Я видела, как он чем-то посыпал продукты и питье.

– А зачем тогда ты…

– Положено! Пусть, если за мной следят, видят, что я исправно выполняю его приказы! А то, если меня посадят в темницу, я уже больше тебе не помогу!

– Тебе в разведку надо было!

– Так мне лет-то – всего к пятистам только подкатило! Все эльфов хают, а без их крови я бы уже давно на погосте обитала! – поделилась она. – Может, еще и на твою разведку поработаю! Я служанка хорошая! Ты за меня спроси!

Я кивнула:

– Спрошу! – и с сожалением вздохнула, глядя на испорченную еду.

– Совсем ты меня заболтала! – снова спохватилась Хева. – Я ж взамен ентой гадости молочка прихватила. Я так многим уже приносила поесть-то, а Татуф не знал!

Она выудила откуда-то из-под юбки два небольших пузырька с чем-то белым и протянула мне.

– На, пей быстрее! Я их с собой унесу, а то, не дай Всевидящий, кто узнает!

Я с наслаждением выпила молоко, отдала склянки и попросила:

– Попробуй найти мне кинжал.

Она молча кивнула, тенью скользнула к двери и скрылась.

* * *

– Вел, что ты делаешь?

Голос отца заставил Велию выплыть из омута воспоминаний.

– А, бесы! – Он сжал кулак, потушив язычок пламени, лижущий ладонь.

– Нервничаешь?

– Веселюсь!

– Правильно, Вел, надо потренироваться, перед тем как сжечь все их змеиное логово к бесовой маме! – резко хохотнул Лендин.

– Дождись полуночи! Узнай все, а потом и тренируйся! – заметно волнуясь, несколько грубовато отрезал Владыка.

Велия поднял на него больные глаза:

– Не могу ждать!

– Прекращайте истерику! – зло выпалила Светлая.

– Полночь уже скоро, может, пойдем к порталу? – предчувствуя, что бойня начнется прямо здесь, примирительно предложил Крендин. Все словно ждали этого и торопливо вышли из комнаты.

Навстречу им неторопливо прогуливающиеся попадались группки и парочки. Завидев странное шествие, возглавляемое Владыкой, они с почтением замирали в поклонах, но Пентилиан их не замечал, быстро шагая вперед. За ним полночными тенями молчаливо спешили остальные.

На возвышении у городского портала несли караул четверо стражей, которые тотчас удалились, следуя жесту Владыки.

– Осталось несколько минут. Подумай, кого ты в случае чего возьмешь с тобой? – обратился он к сыну.

– Мне все равно!

– А что тут думать, мы с Креном пойдем, – вылез вперед Лендин. – Вел, тебе наши топоры пригодятся?

– Пригодятся! Да, и к слову. Я взял с собой только меч, кто-нибудь поделится со мной оружием?

Гномы переглянулись.

– Зачем тебе оружие? – закатил глаза Пентилиан. – Запомни, твое оружие в магии! Ты – маг, а не наемник!

Велия смущенно улыбнулся, вешая на пояс топор, который с видимым сожалением отдал ему Крендин.

– Привычка! Мне так спокойнее, чем с посохом. Я, конечно, вспомнил, для чего он нужен, но иногда так и тянет использовать его, как боевой шест бесов.

Владыка, покачав головой, только махнул рукой.

– Мы ничего не забыли? Зелья?

– Энергии мне на первое время хватит! – отмахнулся Велия, поглядывая на портал. – Да, к тому же, мы туда так, на разведку! Глянем, что к чему, и назад.

– А что, вы нас с собой не возьмете? – возмутились Ларинтен со Степаном.

– Зачем? Уничтожать запасы зелий Великограда? Чем вы там сейчас сможете помочь? И вам же сказали – мы идем не воевать, а узнать! Так что сидите в Винлейне! Будете нужны – позовем! И ты тоже, Светлая! – перебил колдун возмущенную Светку и повернулся к отцу. – Успокой свою половинку!

– Ага, значит, Таньке воевать можно, а я вас здесь жди?

– Все бабы – дуры! – махнул рукой Владыка и нежно улыбнулся недобро прищурившей глаза Светке. – Но ты Светлая – другая! Поэтому я тебя никуда не отпущу, тем более, с ними! Где я еще найду такую, как ты?

Нахмуренная Света вдруг застенчиво улыбнулась, но Владыка уже переключил внимание на сына.

– Будь предельно осторожен.

– Будем действовать по обстоятельствам.

– Портал! – Светка показала на начинающий светиться переход.

Все настороженно замерли. Из портала показался Барга.

– Вы здесь? – он оглядел всех и поторопил. – Давайте быстрее! Татуфа я нигде не увидел, Тайну пока не нашел! Но с час назад у дворца началось что-то непонятное! Голоса. Костры горят.

Наместник, призывно махнув рукой, скрылся в портале. Велия переглянувшись с гномами, шагнул за ним.

* * *

Походив по комнате, я перебрала все варианты побега. Мне не понравился ни один. Цепь короткая. Пускает только на близкие расстояния. Включая умывальную комнату. Что ж, хоть это радует… Окна довольно высоко! Хоть и второй этаж, а метров десять-то будет! Так что этот вариант отпадает сам собой. Хотя, что я голову грею! Какие могут быть варианты, если я до сих пор не смогла избавиться от цепи?

После ухода Хевы я просидела еще полчаса, самозабвенно перетирая цепь. Бес-по-лез-но! В конце концов, мне показалось, что я наполовину перетерла все четыре ножки кровати, а цепь блестела и радовала своей новизной!

Черт! И в голову ничего не приходит! Ни одно малейшее заклинание, которое бы пригодилось в этом случае! Чувствуя, как у меня начинается истерика, я уселась на кровать передохнуть и как раз вовремя! В двери заворочался ключ.

Я забралась в дальний угол кровати, куда еще не заглядывали любопытные луны и внимательно уставилась на дверь. Секунду спустя она распахнулась, и в комнату ворвались три чернобородых громилы. Следом за ними, печатая шаг, вошел Татуф.

– Взять ее!

Наемники с грозными рожами решительно направились ко мне. Я незаметно вытащила ножи и приготовилась. Как только первый из них приблизился на достаточно близкое расстояние, как лезвие молнией рассекло полумрак. Коротко взвыв, он рухнул на ковер, корябая торчащую из горла непослушную рукоять уже мертвыми пальцами. Двое других, изумленно вытаращив глаза, застыли. Сообразив, что я не так проста, они, не сводя с меня настороженных взглядов, разделились и начали наступление с двух сторон. Наконец нервы одного из них не выдержали. Грозно завопив, он прыгнул на меня. Я увернулась, махнув ногой, перекинула через него цепь и быстро затянула у него на шее.

– Назад! – приказала я третьему бородачу. – Или я его придушу!

Тот неуверенно оглянулся на застывшего у двери оракула и паскудно улыбнулся:

– Души!

* * *

Велия шагнул из портала в знакомый до каждого дерева сад и огляделся. Сзади сопели гномы. Впереди с нетерпением их ждал Барга.

– Быстрее! Я не знаю, что происходит. Смотри! – он кивнул в огромное от пола до потолка окно. Велия выглянул в ночь. Костры соборными свечами украшали тьму, окутавшую дворец.

Лендин задумчиво вытащив топор, удобно взял его в руки.

– Ну, скорее! – Целитель, заметно нервничая, шагнул к выходу.

На лестнице послышался топот ног. Велия насторожился. Крепко сжав в руке топор, он бесшумно достал из-за спины меч и, оттеснив Баргу, шагнул на лестницу, тут же столкнувшись нос к носу с пятью рослыми бородачами.

– Глянь, полукровка! Руби его! – Жестко лязгнули доставаемые из ножен мечи.

– Разойдись! Он мой гость!!! – взревел Барга, выхватывая из-за пояса короткий меч. – Я вам приказываю!

Снизу послышались голоса. Наемники переглянулись, и ближайший к Барге презрительно осклабился.

– А ты кто такой, чтобы нам приказывать? Татуф сказал, что ты – всего лишь пешка, прикрытие для создания великой империи людей, которая воцарится, едва он уничтожит на нашей земле всех полукровок.

– Я – наместник, а он ваш будущий князь! – взревел Барга, не слушая наглеца. – И вы, быдло, нам подчинитесь или будете уничтожены!

Бородачи оглянулись и, ободренные поднимающейся по лестнице «черной» рекой, сжав мечи, поперли на Баргу.

– Кхе-хах! – Лендин, стоя сбоку, с кряхтением опустил свой топор на голову первого…

Велия, без устали орудуя мечом и топором, уверенно прорубал себе путь вниз.

– Вел, – окликнул его Барга, – прорывайся на второй этаж. В тюрьме Великой нет! Я там все проверил!

Колдун, ни жестом, ни звуком не показав, что услышал, с хрустом выдернул топор из головы очередного валящегося вниз бородача и, отступив в сторону, почти незаметным движением перерезал горло следующему, напирающему сзади.

Крендин съехал вниз по широким перилам и топором начал расчищать место у входа. Наемники, видя ускоренную гибель десятка своих товарищей, не сговариваясь, рванули за дверь.

Воодушевленные друзья ворвались за ними на этаж. Посередине коридора, у открытых настежь дверей, что-то происходило.

– Королевские покои! Туда!

* * *

Сидя в обнимку с обреченно хрипевшем бородачом, я, не сводя глаз с оракула, медленно натягивала цепь.

– Немедленно прикажи отойти от меня своему наемнику и сними с меня цепи, иначе я убью еще одного твоего слугу! – снова приказала я. – И вообще? мы договаривались на семь спокойных дней за твой счет. Что за веселье среди ночи?

– Души? если охота! Одним больше, одним меньше! – беззаботно махнул рукой Татуф и с угрозой пояснил: – Не получилось мне сдержать слово! Придется проводить обряд сегодня! Уж слишком туманно будущее, в которое я сегодня заглянул! Даже если я не смогу открыть дверь в прошлое, я все равно тебя убью, таким образом исправив ошибку! Взять ее!

Он кивнул головорезу. Тот, не обращая внимания на хрипящего в моих руках товарища, медленно пошел ко мне.

Вдруг из распахнутых дверей послышался шум, и голос Крендина язвительно произнес.

– Ты глянь, Вел, твою жену и на секунду нельзя оставить одну! Опять уже обнимается с каким-то уродом!

Я ошеломленно повернулась к двери и с облегчением уставилась на входящих.

– Ты? – желтоглазый оракул изумленно посмотрел на входящего последним Велию. – Как ты здесь оказался?

– Тайна, если ты хотела его задушить, то у тебя это получилось! – словно не заметив старика, криво улыбнулся мне муж, не скрывая облегчения, вспыхнувшего в его глазах.

– Да? – я ослабила хватку и, перебросив цепь, оттолкнула от себя потяжелевшего бородача. – Что-то я действительно увлеклась. Всего-то хотела напугать!

Тут, уж не знаю, что стрельнуло в голове оставшегося наемника, но он бросился ко мне с зажатым в руке мечом. Велия сделал едва заметное движение, и тот вдруг коротко всхлипнул и рухнул на кровать у моих ног. Опешив, я мгновение таращилась на покачивающийся у него в спине топор и перевела взгляд на мужа.

– Жива? – Что-то, как я погляжу, это приветствие становится в нашей семейке традиционным.

Велия шагнул ко мне.

– Не дождешься! – улыбнулась я. – Сними!

Я протянула ему сковывающую мои ноги цепь, но, даже не коснувшись ее, он что-то пробормотал, и цепь песком просеялась сквозь пальцы.

Сзади послышалось злобное шипение.

– Это ты его притащил? Идиот, размазня, тряпка! Я жалею, что ты мой сын! Ничего не можешь, не умеешь, только портишь все мои планы! – злобно накинулся на Баргу оракул, и тот не выдержал. Его бас загремел по комнате, отскакивая от стен:

– Ты даже не сказал мне, кто ты! Я верил тебе, как себе, ты был для меня учителем и другом, а ты использовал меня! Для чего? Для чего тебе нужно было убить Велию и Тайну? Чтобы захватить трон?

– Ты не понимаешь! Полукровка не должен стать правителем людской расы! Это противоречит предсказанию! А она – чужая этому миру! Она должна уйти, иначе в мире произойдет нечто ужасное! Уже происходит!

– И что же?

– Оракулы больше не смогут предсказывать на благо мира. Им придется предсказывать реальное будущее, а оно, поверьте, будет ужасным. Как мир сможет существовать без магии оракулов? Вы не готовы к реальным пророчествам. Они будут в сотни раз больнее! Мир погибнет!

– Чё этот сморчок говорит? – вдруг влез Лендин. – Эй, хорек, по-твоему, до этого я радовался жизни, с самого рождения не выпуская из рук топор? Или кто-то другой из здесь присутствующих, кто, кроме войны, ничего не видел, – он жил? Я тебя спрашиваю, ангел-хранитель мира! По-твоему это – жизнь? – Рев Лендина мог оглушить и тигра, если бы они тут водились.

Оракул незаметно отступил к двери.

– Вы все умрете! И ты тоже, – яростно прошипел он в мрачное лицо Барги. – Потому что предал меня!

– Не дайте ему уйти! – спохватившись, приказал Велия, но было поздно.

Оракул скользнул под рукой прущего на него Крендина и скрылся за дверью. Гном бросился за ним, но тут же отпрыгнул. Дверь ощетинилась мечами наемников.

Велия скрипнул зубами и, сорвав с пояса ножны, бросил мне.

– Присоединяйся! – он выразительно кивнул на рубящихся у двери, рывком выдернул из спины чернобородого топор и улыбнулся. – Если мы сегодня выживем, то будем жить долго и счастливо!

* * *

Так странно. Когда совершаешь одни и те же действия, начинаешь видеть себя будто со стороны. Вот и сейчас, наемники Татуфа казались магу нескончаемым воинством, легионом. От широких дверей остался узенький проем из-за горы мертвых тел, а горящие безумием глаза все не кончались. Вдруг в его кровоточащее и стонущее от усталости тело влились новые силы. Боковым зрением он заметил вскинувшую руки, творящую заклинание жену. Она открыла глаза, безошибочно ответив на его взгляд. Тьма и бесы! Задумавшись, он едва не пропустил удар и коротко дернул рукой, перерезая глотку очередному желающему закончить свои дни на этой скотобойне.

– Да когда же они закончатся? – простонал рядом Крендин, перехватывая топор в левую руку. Правая безвольно повисла кровавой плетью. – Велия, даже если их там штук сто, мы с ними не справимся! Сделай что-нибудь!

Колдун кивнул.

Крендин совсем мальчишка. Но за это короткое время он успел доказать, что сможет стать его другом, их другом. И так умиляет его влюбленность в Тайну…

Подгадав момент, когда очередной наемник скатится по ту сторону коридора, Велия отступил. На его место тотчас встал Барга, с кряхтением вгоняя меч в горло нахально прущего бородача. Забыв на мгновение обо всем на свете, колдун привычно потянул силу, наложил заклятие «Смертного огня» и впустил разрушающую мощь в этот мир.

* * *

В коридоре полыхнуло так, что всех нас откинуло от двери метров на пять, и на мгновение заложило уши.

– Что ты сделал? – пытаясь перекричать вой горящих наемников, подползла я к мужу.

– Что должен был сделать с самого начала! Как всегда, забыл про магию! – Колдун, весь перепачканный кровью и сажей, радостно улыбнулся мне белоснежной улыбкой, слегка вызывающей дрожь в коленках и оторопь.

– Угу, из врагов получились угольки – это радует, но как мы сами будем отсюда выбираться? – Я поднесла указательный палец к уху. Мгновение Велия старательно прислушивался к вою бушующего в коридоре пламени. Затем вскочил, пропел короткое заклинание, и по коридору прокатилась волна воды, гася пламя. Нас чуть не сварило паром.

– Ну, ты, блин, даешь! – прокряхтел, поднимаясь Лендин.

Крендин, преодолев гору трупов, с опаской выглянул в коридор.

– Кажись, там никого! Что будем делать?

– Пошли к городскому порталу. – Велия шагнул за ним.

Перебравшись через мертвые тела, я вышла в коридор и мрачно осмотрелась. От былого великолепия дворца сейчас не осталось ничего. Картины, гобелены, ковры – все было безнадежно испорчено. Медные вазы и подсвечники застыли в сюрреалистичных изваяниях. Некогда блестящие, а теперь черные, вспухшие, словно утопленники, полы покрывал небольшой слой воды.

По пути я оглядывала чернеющие, будто впаянные в стены и в пол останки врагов. А что, всего-то человек сто пятьдесят или двести. Ну, блин, муженек! Ну, угодил! Нет, чтобы самим этих наемников перебить!

– Эй, Великая, не отставай! – обернулся ко мне Крендин.

Я прибавила шагу.

Подъем по лестнице тоже не доставил радости. По рассеченным телам был четко виден путь моих друзей. На верхнем этаже никого не было.

Подойдя, Велия коснулся нескольких вырезанных на двери символов. Мы встали рядом. Ничего не происходило. Посмотрев на нас, он снова коснулся символов в определенном порядке.

– Ну, как? – Лендин в нетерпении заглянул за дверь.

– Никак! – Велия обернулся к нам. – Портал не действует.

– Наверное, это работа Татуфа. – мрачно вздохнул Барга.

– Что делать, Вел? – Я коснулась его руки.

Не отвечая, Велия достал из-за пазухи пластинку и поджег. Секундами позже прозвучал голос Шарза.

– Что случилось, Некоронованный?

– Хочу стать Коронованным! – усмехнулся Велия. – Шарз, нужна помощь! Мы здесь одни. Армии нет. Сколько врагов, я не знаю. В Винлейне ждет ответа отец, но, городской портал испорчен, а «Око Всевидящего» я забыл. Короче, друг, на твое усмотрение, делай, что считаешь нужным, только вытащи нас отсюда!

– Хорошо! Жди, мы поможем! – голос затих.

* * *

Обнадеженные обещанием дракона, мы немного отдышались.

– А может, попробуем выйти из дворца? – Крендин, слегка подлеченный Баргой, взял раненой рукой топор и, поморщившись, крутанул.

– Действительно, Вел, пойдем, осмотримся? – Лендину тоже не сиделось на месте. – К тому же, чего нам уже бояться? Столько народу полегло.

– Тем более, я еще пока здесь наместник! – успокаивающе буркнул Барга.

Велия с сомнением покосился на меня, перевел взгляд на друзей и шагнул на лестницу.

Мы снова вернулись на второй этаж. Я, брезгливо переступая через скрюченные тела, спешила за шагающими впереди мужчинами.

Добравшись до лестницы, они остановились и, поджидая меня, о чем-то совещались, посматривая на приоткрытые внизу створки дверей.

– Что творится в городе, ты мне можешь объяснить? – услышала я голос мужа, подходя ближе.

Барга в ответ только пожал плечами.

– Не знаю! Я ученый, а не Властитель. Я зелья новые придумал: «скорости», «болтливости» и «ярости», а что в городе происходит – не знаю!

– Ясно! То-то Ларинтен обрадуется! – хмыкнул Велия и снова спросил. – Ну и где нам теперь твоего оракула искать?

– А чего его искать? Сбежал и сбежал! Трон – твой! Давай, начинай наводить порядок! Он тебе не опасен.

– Начинается! – проворчал маг. – Как свинячить, так мы первые, а как убирать, так никого? Ты уж извини, Барга, но с твоим… гм… отцом надо что-то делать! Знаю я таких личностей! Пока всем жизнь не отравят, не успокоятся. А я не могу так рисковать! У меня – жена беременная!! – окончательно взбеленился колдун.

Все в изумлении посмотрели на него, затем перевели взгляд на меня.

Зашибись!! А самое главное, вовремя!

Покраснев до кончиков волос, я кинула на Велию испепеляющий взгляд, подошла и, взяв его под руку, ласково пропела:

– Да вы не слушайте его! Это он бредит! С тех пор как память потерял, иногда заговаривается! Как вы могли подумать, что такое возможно? Я же старая больная обезьяна с приступами бешенства. Поверьте, у нас с ним только платонические отношения!

– Прости, Великая, если обидели! – первым совладав с челюстью, промямлил Барга. – Просто я не знал что у вас, так сказать… ну….

Он, покраснев, замолчал.

– Хорошо, что предупредил, Вел! Теперь мы за Тайной глаз да глаз! – хлопнул Велию по плечу Лендин.

– Чур если мальчик, я буду его учителем! – влез Крендин.

– А чё это ты? – тут же нахмурился Лендин.

– Так, все! Хватит! Нам еще надо выяснить обстановку, попробовать смыться из дворца и, самое главное, как-нибудь захватить город! – Велия, видимо, жалея, что обмолвился, прекратил спор и, вытерев о штаны скользкую от крови рукоятку топора, повесил его на пояс. – Пошли?

Мы, крадучись, спустились по лестнице. У дверей колдун жестом нас остановил и, выглянув за массивную створку дверей, тут же отшатнулся в спасительную темноту.

– Ну, чё там? – не выдержал Крендин.

– Сразу на площади, перед дворцом войско. Здесь на ступенях стража. Через этот ход не выбраться. Жаль, а я думал, что спалил все войско Татуфа.

– Вряд ли, он осторожный! – буркнул Барга. – Кинул сотню, в надежде, что они нас убьют, а теперь выжидает.

– А может магией их порешить? – Лендин в надежде посмотрел на хмурого колдуна. – Было бы неплохо!

– Неплохо, – согласился Велия. – Но у меня из-за «Смертного огня» почти не осталось сил. Так что сегодня на меня не очень-то рассчитывайте и…. Тихо!

Шум во дворе усилился.

Велия сложил руки домиком и начал быстро бормотать.

Чернобородые наемники, словно растревоженные степные муравьи, поднимались по ступеням к дворцовым дверям. Первые ряды, достигнув верхней площадки лестницы, словно на что-то наткнувшись, остановились.

Мы посмотрели на мага.

– «Защищающий купол». – ответил он на наш молчаливый вопрос. – Но он долго не продержится. Будем прорубаться.

– Да ты что, Вел, сдурел? Их же там столько…! – возопил Крендин.

Меж тем страсти снаружи разгорелись нешуточные. Потрогав и потыкав мечами, наемники путем долгих раздумий поняли: что-то загородило проход. Столпившись у дверей, они, вглядываясь в темноту дворца, принялись совещаться, то и дело показывая на дверь, затем резво разошлись, и к проему подошел Татуф. Подслеповато заглянув в двери, он встал в позу и завопил:

– Эй, полукровка, отдай наместника, свою шлюху и проваливай! Ты сам мне не нужен! Беги к своему папаше! Новому королю не с руки начинать свое правление с вражды с великими расами. Ты меня слышишь? Если слышишь, дай знак!

Велия, не вступая в переговоры, коротко фуганул в двери мощной струей пламени. Наивный оракул, не ожидавший такого коварства, не успел отпрыгнуть и теперь колотил себя по обожженному лицу, волосам и тлеющей накидке.

– Ах, так? Ну, ладно! Я убью твою девчонку, а тебя заставлю смотреть, а после выколю тебе глаза и, снова лишив памяти, выгоню вон, чтобы ты сдох где-нибудь в подворотне, мерзкий полукровка!

Велия закатив глаза, шумно выдохнул и повернулся к тихо стоявшему Барге:

– Если бы у меня был такой отец, я бы его сам убил! Чтоб не мучился. Так сказать, из гуманных побуждений!

Барга опустил глаза в пол:

– А может, он мне не отец?

– Надейся на лучшее! – фыркнул Лендин.

Велия, сложив руки рупором, подошел ближе к двери.

– Эй, дед, как там тебя, Туфта, кажется? Короче, ничего не выйдет! И сына твоего я тебе не отдам. Вот сначала распусти наемников, тогда и поговорим.

На мгновение воцарилась тишина. оракул переварил это заявление и вдруг расхохотался.

– Значит, убьем вас всех! Я все равно был и останусь правителем этого города, а мой сыночек – тюфяк знатный – нужен был, чтобы корону носить! Ничего, и без него с таким ответственным делом справлюсь. Выбрав тебя, полукровка, он выбрал смерть!

Велия покосился на расстроенного Баргу.

– Хочешь, я отрублю ему башку и принесу тебе? Не могу слышать, как оскорбляют тех, кто мне дорог!

Барга, посмотрев ему в глаза, зло махнул рукой.

– Делай, как знаешь! Не было у меня отца и этот мне не отец!

Лендин ободряюще похлопал того по плечу.

Вдруг Велия насторожился, снова сложил руки, колдуя. На его лице отразилось сначала удивление, потом растерянность. На лбу выступил пот. Вены на руках вздулись… и тут защиту прорвали. Десятки наемников ворвались во дворец. Окружив меня, друзья угрожающе ощетинились оружием, но чернобородые, не спеша нападать, раздвинулись и к нам подошел, видимо, командующий этим сбродом.

– Не советую с нами сражаться! – холодно усмехнулся он. – Во-первых, нас много, а во-вторых, если хоть один ваш меч или топор замахнется на моих людей, я тотчас вызову «Смертный огонь» и сожгу вас так, как вы сожгли моих товарищей! Я понятно объяснил, полукровка?

Велия, не отвечая, склонил голову и медленно сложил на землю оружие.

– Рад твоему благоразумию! – незнакомец кивнул окружившим нас людям. – Взять их и на городскую площадь!

* * *

На площади перед дворцом уже складывали пять поленниц у пяти крепких, высоких столбов.

За отгороженным местом казни уже толпились, гудя, как рассерженные пчелы, согнанные в этот предрассветный час жители Великограда.

Нас, под прицелом копий и мечей, вежливо попросили подождать, и когда поленницы были готовы, так же вежливо, слегка поколов спины, предложили занять свои места.

Столбы стояли полукругом. Наверное, у палача имелась извращенная фантазия насчет того, чтобы смотреть, как горят твои друзья, в то время, когда ты сам превращаешься в угли. Несмотря на мои цепляния за Велию, нас развели и привязали по краям, друг напротив друга. Ну, попадись мне тот садомазохист! Рядом со мной привязали гномов а за ними Баргу.

– Крепись, Тайна! – повернув ко мне голову, подбодрил Крендин.

– Да и так закрепили – дальше некуда! – фыркнула я, абсолютно не веря в реальность происходящего.

Тут из войска наемников вышел слегка подпаленный Татуф. Подойдя ближе, он с царским видом нас оглядел, довольно улыбнулся и громко заговорил, обращаясь к настороженно молчавшим горожанам.

– Люди Великограда! Сегодня памятный день в истории нашей расы. Сегодня, наконец, я избавлю вас от угрозы правления полукровки. Наместника я тоже приговорил к смерти, ибо он заодно с этим исчадием и не достоин быть Властителем Великограда. Сегодня, после казни этого отродья, я объявляю праздник и мою коронацию. Да, вы не ослышались! Я решил осчастливить вас своим правлением. Я клянусь, что возвеличу над миром расу людей! Я хочу…

Мне надоело слушать предвыборные речи пенсионера. Заклятие «Трубный глас» очень простое, но какой иногда имеет эффект! Прищелкнув пальцами и шепнув пару слов, я, ошеломив и заглушив, нагло перебила его хриплый тенор:

– Люди Великограда! Это обращаюсь к вам я – Великая Воительница, а ныне просто половинка принца крови, наследника трона расы людей Велиандра. Доколе? Доколе мы будем терпеть самодурство оракулов? Страдать из-за их плохого настроения, переживая предсказанные несчастья? Вы много лет жили под тиранией этого хмыря. Вы боялись его силы, а он пользовался этим. – Ха, и еще этот дедуля будет со мной равняться? После революционного наследия моего мира я сразу ощутила себя Лениным на броневичке! – Тридцать лет из-за вероломного предательства этого психопата, томился на каторге ваш законный и единственный князь, рожденный для того, чтобы прекратить угнетение полукровок, создать полноценную счастливую жизнь в вашем мире, позволить открыто любить и не бояться за любимых!

Я замолчала, глотнула воздуха и обвела взглядом замершее море горожан. Первым опомнился оракул.

– Люди Великограда! Не слушайте ее! Она не принадлежит нашему миру! Полукровка призвал ее для услады своих страстей! Она погубит этот мир, если останется здесь! Она – зло, которое сотрет с лица земли ваш город!

– Ага! – ехидно улыбаясь, снова перебила я. – Исчадие ада и девочка по вызову в одном флаконе! Судя по твоему нервному тону, ты меня боишься! Люди! Один раз ценой своей жизни я уже спасла этот мир и этот город от теней и, если понадобится, не задумываясь, сделаю это еще раз!

Народ уже заинтересованно прислушивался к нашей перебранке, Велия смотрел на меня во все глаза, а гномы подбадривали криками. Только Барга, ни на кого не глядя, молча изучал дрова у себя под ногами.

– Зря надеешься! Народ никогда не захочет видеть вас своими властителями! Ни тебя, ни полукровку!

– Да ну? А вот мы сейчас у народа и спросим! – Я повернулась к людскому морю. – Люди и полукровки, неужели вы бы отказались от спокойной жизни без войны? От любви без преследований, от развитого общества без деления на людей и эльфов? Ведь, если снимется проклятие с полукровок, две расы снова смогут объединиться. Снимется железный занавес между вашими территориями, и мир пополнится талантливыми магами, целителями, сильными воинами! Не останется самого понятия – полукровка! Ведь люди и эльфы просто созданы друг для друга, а политика оракула толкает вас к братоубийственной войне! Так кого вы выберете, люди?

Народ заволновался, послышались выкрики: «Даешь трон принцу крови!», «Долой оракулов!», «Фигу ему, а не власть над нами!».

Вот почему мне нравятся люди! Хлебом не корми, дай революции поустраивать!

Я довольно улыбнулась, наслаждаясь произведенным эффектом. Татуф затравленно огляделся, предчувствуя, что после моей речи предвыборная гонка закончится не в его пользу. Окружавшее его воинство с сомнением начало поглядывать на своего лидера, а тот как взбесился. Брызгая слюной, он яростно завопил:

– Люди, не слушайте ее! Она заговаривает вам зубы! Неужели вы променяете чистую людскую кровь на кровосмешение с эльфами. Мужчины, неужели вы допустите, чтобы ваши женщины путались с эльфийскими красавчиками, рожая беловолосых уродов?

Вот ведь гад! Знает, куда надавить! Особенно, если в домах людей есть зеркала.

Мужчины настороженно заворчали, но тут не выдержали и возмутились женщины: «Оракула на мыло!», «Даешь право выбора!», «Эльфы тоже люди!».

– Да здравствует великая раса людей! – хрипло надрывался оракул в плотном кольце одобрительно ревущих наемников.

Ах, так, ну ладно! Подойдем к этой проблеме с другой стороны!

– Хорошо, мужчины, неужели вам так сильно не нравятся светловолосые, стройные, прекрасные, как утро, эльфийские женщины?

Народ подумал и завопил что-то одобрительное, но уже мужскими голосами. Н-да, чувствую, что политическая революция скоро плавно перейдет в сексуальную.

В результате моих воплей поднялся жуткий гвалт, который вскоре разделился на два вопящих лагеря. Одни вопили: «Все расы братья!», другие, куда меньшим количеством голосов, скандировали: «Со-хра-ним люд-ску-ю ра-су»!

Понимая, что сейчас начнется вакханалия, Татуф, решив больше не медлить, сделал знак одному из наемников. Тот, схватив факел, побежал к нам. А вредный старикашка что есть мочи завопил:

– Все кто остался верными мне, избегнут возмездия, а те, кто рискнул пойти против меня и моей магии, погибнут! Прямо сейчас! Я докажу, что магия оракулов по-прежнему сильна! Все, что я сейчас скажу, исполнится, обрушив наказание на головы мятежников!

Все настороженно замолчали. Татуф задумался и, вскинув руки к небу, провыл:

…И упадет на головы отступников

Огонь с небес, носимый крыльями.

Три короля сойдутся вместе,

Плодом любви объединив народ!

Вслушался в произносимые им слова и замахал руками.

– Ой! Нет-нет, это какое-то не такое предсказание! Я хотел сказать:

Огонь поглотит пятерых отступников,

и мы пойдем меня короновать!

Народ молчал. Ничего не происходило. Солнышко, не обращая внимания на наши митинги, совершая свой привычный ритуал, появилось на горизонте и деловито стало карабкаться на небосвод.

Наемник, чадя факелом, подбежал к столбу, к которому был привязан Велия, и с сознанием дела ткнул в сложенные под ним дрова. Сухие бревна занялись, затрещали, издавая сладковато-горький дым.

Подождав, пока наемник отойдет к грозно матерящемуся Лендину, колдун дунул на огонь. Пламя сразу же погасло, будто задули свечу.

Увидя это, оракул нервно захохотал.

– Я знаю, у тебя почти не осталось магической энергии. Ты не спасешься! Я вас все равно сожгу! – Старик махнул наемникам, и к нам заспешили уже трое человек.

Народ, сообразив, что Татуф настроен решительно, прихлынул ближе. Раздались уверенные крики:

– Свободу принцу крови!

– Свободу Воительнице!

– Освободить наместника – он тоже мужик хороший!

Подойдя к нам, поджигатели остановились, вопросительно поглядывая на взбешенного оракула.

– Сжечь их! Вы что, не слышали моего пророчества? Сжечь, чтобы даже пепла не осталось! – завизжал он, брызгая слюной.

Косясь на беснующийся народ, наемники несмело и с видимой неохотой подошли к огнищам. Тут Крендин, прокашлявшись, безо всякой магии, завопил на всю площадь:

– Люди, да что же это делается? Неужели вы позволите сжечь этому сумасшедшему своего князя, его жену, наместника и двух дружески настроенных гномов? Да какие вы тогда люди? Вы – нелюди!!!

Его рев оказался последней каплей. Народ, вопя, начал разбирать забор, ограждающий место казни. Наемники, повинуясь крикам оракула, взяли нас в кольцо, выставив вперед оружие. Поджигатели торопливо подпалили, порохом вспыхнувшие ветки и все затянуло дымом.

Еще чуть-чуть и из меня получится Воительница горячего копчения!

Я забилась в веревках, пытаясь глотнуть хоть чуточку свежего воздуха, но он, похоже, закончился. Неужели и вправду нас так глупо казнят? И все? Я прищурилась, пытаясь слезящимися глазами разглядеть происходящее. Может, хоть народ нас спасет? Нет. Горожане орали, ругались, но ни один не рискнул выступить против вооруженных наемников.

Тут я заметила Велию. Он как-то умудрился развязаться и теперь, пока наемники удерживали беснующуюся толпу, спрыгнул с костра. Незаметным движением свернув шею стоявшему неподалеку стражнику, он под прикрытием дыма, быстро пересек разделяющее нас расстояние. Взобравшись на дымящиеся поленья, он принялся дергать удерживающие меня веревки.

– В сапоге. Кхе-кхи! Нож!

Секундой позже я была уже свободна, а муж, не теряя времени даром, освобождал наших друзей, но не успели мы оказаться на земле, как тут же были окружены десятком ощерившихся копьями наемников.

– Как мне это уже все надоело! – вдруг рявкнул Барга, шагнув вперед. – Эй! Или ты оставишь нас в покое, или….

– Или… что? Пойдешь и повесишься? Избавишь меня от необходимости делать это самому? – язвительно скривился оракул и махнул рукой своим людям. – Действительно, надоело! Не захотели принять смерть от огня, будете прирезаны как бродяги! Убейте же их, наконец!

Стражники шагнули к нам. Велия тут же спрятал меня за спину. Вдруг поднялся ветер, наступила тишина, и нас накрыла тень.

– Драконы! Драконы! – зашелестело вокруг. Высунувшись из-за плеча мужа, я посмотрела вверх и с облегчением увидела с десяток круживших над городом Лунных Змеев.

Сделав крутой вираж, над нами завис иссиня-черный дракон и голосом Шарза прорычал.

– Если хоть один волос упадет с головы моих друзей, я, клянусь вечным пламенем, выжгу здесь всех и вся!

Он начал снижаться, и драконы последовали за ним, перед самой площадью трансформируясь в людей. Лишь два дракона не изменяясь, осторожно приземлились на площадку неподалеку от городских ворот. К слову сказать, от дворцовой площади до ворот было не больше двухсот метров, поэтому все заинтересованно наблюдали за происходящим. Со спин драконов начали спускаться эльфы, вставая с луками наизготовку. Последним на камни площади спрыгнул Владыка Пентилиан. Оставив свое войско стоять полукругом в отдалении, он, вместе с изменившими облик драконами, неспешно направился к нам.

– Если хоть один шевельнется, мои лучники расстреляют вас в секунды! – приближаясь, грозно пообещал Владыка.

Народ опасливо притих, не зная, как вести себя в присутствии бригады эльфов и не менее внушительной группы драконов. Наемники, плюнув на нас, столпились около Татуфа, пребывающего в крайне подавленном настроении. Сообразив, что терять ему уже нечего, а наглость может что-то изменить, он, сделав шаг вперед, нагло завопил:

– Вы вторглись в мои земли! Когда я стану князем, я объявлю вам войну! Раса людей станет главенствующей расой в Аланаре. Это предсказываю вам я, великий провидец Татуф!

Владыка с Шарзом переглянулись.

– То, что ты сказал, никогда не случится, потому что ты станешь князем людей только через мой труп, а я умирать пока не собираюсь! Вот тебе мое первое и последнее предсказание, которое говорю тебе я, Старейшина клана Лунных Змеев. Давай поспорим, чье предсказание исполнится? – ухмыльнулся Шарз и, подойдя к нам, пожал Велии руку. – Ну, что скажешь? Я не опоздал?

Велия устало улыбнулся:

– Ты даже не представляешь, насколько ты вовремя!

– Ну, не мог же я позволить тебе умереть, не оплатив свой долг! – подмигнул Шарз глядя в недоумевающее лицо колдуна и хохотнул. – Ладно, можешь вернуть дружественно настроенными наследниками!

Изумлению Велии не было предела:

– Ты знал?!

– Вообще-то, да! Драконы, в отличие от других рас, всегда видят новую жизнь! – и тут же посерьезнев, кивнул на огромную толпу наемников, окруженную горожанами. – А с ними что будем делать?

Тут в разговор вмешался Владыка, терпеливо помалкивающий в сторонке.

– Я не вижу смысла проливать кровь. Она и так лилась все эти тридцать лет. Тем более что оракул из Высшей касты прорицателей может запудрить мозги любому существу. А чем их больше – тем легче это сделать! Ну-ка, молодежь, разойдись! Svoaye lerris tilla! – громко пропел Владыка, раскинув руки в стороны.

Наемники, настороженно следящие за нами, вдруг недоуменно заоглядывались, будто пытаясь понять: почему они собрались все вместе, оделись в одинаковую одежду, взяли в руки оружие, и, вообще, кто все эти люди, которые так мрачно их рассматривают, особенно вот этот выживший из ума сморщенный старикан, нагло приказывающий им всех убить? А кого убивать-то? Своих жен, детей, друзей, соседей или вот этих настороженно разглядывающих их незнакомцев?

Найдя крайних, наемники снова подозрительно уставились на нас.

– Лучше не рискуйте! – широко улыбнулся им Шарз. – Вообще-то, я – Лунный Змей и они тоже! – Он кивнул на группу стоявших позади него черноволосых мужчин и женщин. – Да и зачем вам подчиняться приказам этого сумасшедшего оракула? Война закончена, идите по домам. Вас уже семьи заждались!

Наемники неуверенно посмотрели на дракона, переглянулись и стали быстро расходиться, растворяясь в окружающем море настороженно молчавших горожан.

– Что ты сделал? – взвизгнул Татуф, глядя на улыбающегося Владыку. – Почему моя армия больше мне не подчиняется? Почему ничего не работает?!

– Всего лишь рассеял примененное тобой «Рабство воли»!

– Что еще за «Рабство воли»? Я не пользуюсь магией эльфов!

– Ты, Татуф – маг-самоучка, но главная твоя сила в предсказаниях. Была! Древнее пророчество сбылось! Измененное пророчество изменило и вашу магию. Теперь живущие не будут зависеть от вас, в каждом предсказании ожидая глобальные бедствия, а вы будете зависеть от всех нас. Вы по-прежнему будете предсказывать, но – истину, а не то, что нужно вам. Истину, способную на самом деле пролить свет на будущее, а не погружать всех в страх ожидания, подчиняя своим словам! – Повернувшись к Велии, Владыка предложил. – Возьму ка я его с собой в город, сотру память, и пусть он мне вместо Лобреха предсказывает. Оракул он от бога, что и говорить – стольким расам кровь попортил!

– Ну и что теперь? – я незаметно сжала руку мужа. – Все? Мы победили? Город твой?

Велия, как-то отрешенно посмотрев на меня, пожал плечами.

– Да, наверное, все! Теперь нужно ремонтировать дворец, а то, если честно, после нашего веселья он того и гляди развалится.

– А не фиг было поджигательством заниматься! – фыркнула я.

– Да, что-то я погорячился! – широко улыбнулся он.

Тут к нам шагнул Барга.

– Вел, пока мы все тут, я хочу кое-что сделать!

Он махнул кому-то рукой. К нам засеменил сухонький завернутый в черную ткань невысокий старик. Подойдя, он поклонился, и распахнул плащ. Деловито выудив из его глубин что-то, завернутое в белую тряпицу, с поклоном протянул Барге.

Тот бережно взял предмет обеими руками и начал его разворачивать. Вскоре, горя в лучах утреннего солнца, пред нашими взорами появилась корона князей Великограда и расы людей. Держа ее в вытянутых руках, наместник шагнул к обалдевшему от такого поворота событий Вели:

– Забирай, она твоя!

Колдун потоптался на месте, нерешительно оглянулся на затаивший дыхание народ и криво ухмыльнулся:

– А тебе не кажется, что ты несколько торопишь события?

Первое мгновение я подумала, что Барга сейчас начнет грязно материться, такой у него был многообещающий взгляд, но вмешался Владыка Пентилиан.

– Да, сын, ты прав! Так не годится!

Наклонившись, он с заговорщицким видом шепнул что-то Шарзу на ухо. Тот с кряхтением – «Что не сделаешь для лучшего друга!» – никого не предупредив, начал трансформацию. Народ, спасаясь от внезапно поднявшегося ветра и пыли, отворачивался, закрывая лица руками и полами плащей, а когда все прочихались и проморгались, то с любопытством уставились на здоровенного, черного, словно ночь, дракона лежавшего на камнях площади. Он опустил, выпрямляя, крыло, и кивнул Велии:

– Забирайтесь! Коронацию должны видеть все.

Переглянувшись, мы с Велией по старой памяти полезли первыми. Цепляясь за чешуи, покрывающие все крыло, мы довольно быстро вскарабкались наверх и теперь с десятиметровой высоты разглядывали город и тех смельчаков, кто решил последовать за нами. Конечно, все наши друзья, Барга и даже Владыка вскоре встали рядом. Горожане обступили дракона и, подняв головы, внимательно смотрели на нас.

– Все, желающих больше нет? – Шарз повернул к нам свою жуткую шипастую морду.

– Да вроде все здесь! А что? Ты, надеюсь, не хочешь нас покатать? – встревожилась я. Что-то меня насторожил его вопрос, но Шарз успокоил:

– Да мне, Великая, это как-то ни к лицу! Ну, раз так, – он покачнулся и, выпрямляясь на лапах, поднял нас вверх еще метров на пять, – тогда начинайте!

– А может, мы вначале у народа спросим? – снова начал Велия, явно надеясь откосить от короны. – А то вдруг они не согласны?

«Нет, уж, любимый! Не для того я терпела весь этот экстрим, чтобы зарабатывать себе на жизнь, показывая балаганные фокусы! Я, конечно, не корыстная, но от короны с бриллиантами не откажусь!»

– А что у них спрашивать? Они тебя тридцать лет дожидались! – улыбнулась я заметно поскучневшему мужу, повернулась к волнующемуся морю людей и изо всех сил завопила:

– Даешь воссоединение двух рас?

– Даешь! – робко выдохнул народ.

– Долой тиранию оракулов?

– Долой!! – радостно поддержали все.

– Да будет долгим мудрое и справедливое правление князя Велиандра!!

– Да!!! – завопила толпа в экстазе.

Я радостно повернулась к Велии.

– Ладно, так и быть! Ты, мой милый, будешь по части процветания, а вот митинги устраивать буду я!

Колдун весело и нежно посмотрел мне в глаза.

– Гм, – привлек наше внимание Барга. Он подошел к Велии на расстояние вытянутой руки и торжественно начал. – Я, наместник этого города, передаю тебе, Властитель по крови, этот город, и короную тебя, даря величие этой расы, этой земли, этого города. Правь мудро, долго и справедливо! Да будет Всевидящий с нами!

С этими словами Барга в полной тишине торжественно надел переливающуюся драгоценными камнями корону на чуть склоненную перед ним голову Велии.

И тут началось!

Нас оглушили торжествующие вопли. Эльфы, стоявшие чуть поодаль пустились в пляс, драконы, перекинувшись, взмыли в воздух, выпуская там вместо фейерверка языки пламени, а Велия ошарашенно на все это смотрел, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Шагнув к нему, я крепко сжала его руку. Молча.

– Ну, а теперь пора и вниз! Для начала надо устроить праздник здесь, а потом вернуться в Винлейн! – К нам подошел радостный Владыка и, обняв за плечи, посмотрел на сына. – А что, кстати, снова с городским порталом?

От этого вопроса Велия словно очнулся.

– Наверное, его испортил Татуф. Кстати, а где он сам?

Вспомнив о мерзком старикашке, мы попробовали рассмотреть его с высоты, но это оказалось невозможным в бурлящей толпе.

– Я прикажу объявить его розыск! – нахмурился Велия.

– Да куда он денется, весною сам всплывет! – мрачно пошутила я, вцепившись в руку мужа. Нас качнуло, Шарз снова улегся и опустил крыло.

– Пусть этим займется стража! – отмахнулся Владыка, первым спускаясь на землю.

Внизу первым к нам подлетел Лендин.

– Офигеть! Я не верю, что дождался этого дня! Вел, дружище, не держи обиды на братьев. Помни, ежели чего – мы с тобой! – он, радостно хлопнув Велию по плечу, затерялся в толпе.

– И что мне со всем этим делать? – Колдун тоскливо оглядел радостных горожан. – Ну, Барга, ну, удружил! Если честно, я не хотел короноваться до лета! Нужно было кое-что исправить, дворец переделать, дождаться наследника, а вот тогда уже…. Но явно не сегодня!

– Лучше привыкай! Я, если честно побоялся, что ты опять на попятную пойдешь, вот и поторопился!

Пока мы разговаривали, народ расчистил дворцовую площадь. Там, где было предполагаемое место казни, уже в несколько рядов поставили столы, которые радушные горожане тут же уставили всевозможными яствами и, конечно, большим количеством бутылей с чем-то красным, розовым, зеленым и черным и принялись веселиться. Правильно, был бы повод!

– Ну, теперь в Винлейн? – Владыке явно не терпелось поскорей очутиться дома.

Движением руки открыв портал, он смущенно пояснил:

– Дал «Око Всевидящего» жене на всякий случай, вот она и помогла с переходом! Так и знал, что опять будут проблемы. Так что поторопитесь, она нас ждет!

Мы с Велией переглянулись, думая, что ослышались.

– Кому? – переспросил колдун, изображая тугоухость.

– Жене! Так что, считай, что у тебя есть мачеха!

– Это Светке, что ли? – непритворно изумилась я. Если честно, как бы и что бы я ей ни говорила, а сама ни на грош не верила, что это может произойти! А вот гляди-ка!

– Ну да! – застенчиво улыбнулся Владыка. – А чего? Я мужчина еще молодой, или кто-то хочет со мной поспорить?

Он насмешливо мне подмигнул. Я решительно покачала головой.

– Никто и не спорит! Что такое тысяча лет? Тьфу, и пролетела! Тысячей больше, тысячей меньше! Совет да любовь! – Я понесла дикую околесицу, как всегда в тех случаях, когда не знала, что сказать.

– Уйми свою половинку, – ухмыльнувшись Велии, фыркнул Владыка, – и пойдемте!

Но не успели мы сделать и шагу, как меня сзади грубо толкнули, над ухом что-то вжикнуло. Велия отреагировал мгновенно: в его руке оказался мой метательный нож, он сделал резкое движение, послышался резкий вскрик, хрип, толпа откатилась, и метрах в пяти от нас неестественно выгнувшись, остался лежать с перебитым горлом Татуф. Позади что-то рухнуло. Испуганно развернувшись, я увидела лежавшего на земле Баргу. Велия подскочил и чуть приподнял ему голову. Тот, тихо постанывая, прерывисто дышал, а я не могла отвести взгляда от длинной рукояти трехгранного стилета, поднимающейся и опускавшейся в такт дыханию.

– Эй, Барга, ты как? Жив? – делано бодрым голосом поинтересовался муж.

Приоткрыв глаза, Барга криво улыбнулся и, судорожно закашлявшись, выплюнул на землю кровь.

– Жив пока… Ну, все, Вел… мы в расчете… Когда-то ты спас меня, а сегодня я – тебя… Вернее, твою, половинку, но для тебя… это одно и тоже!

– Спасибо, Барга! Сейчас будут лекари! Ты потерпи, скоро окажешься в Винлейне! – спокойно произнес Велия, прислушиваясь к хриплому дыханию друга.

Губы наместника искривились в улыбке.

– Да ладно… не переживай… Правь достойно и дай мне уйти… Сегодня – мой час… Когда-то давно, задолго до встречи с тобой… слепая старуха предсказала мне… что я приму смерть от руки отца, но помогу его убийце… Так что все сходится! Не переживай… – Барга вздрогнул всем телом и вытянулся. Синие глаза подернулись белесой дымкой, продолжая невидяще смотреть на мага.

Закрывая их, Велия осторожно провел ладонью и бережно опустил его на землю. Поднялся, оглядел всех и, поправив корону, холодно приказал:

– Отнесите его во дворец. Пусть за эту ночь его душа найдет путь к дому Всевидящего, а завтра я возложу его на костер! – и привычно взяв меня за руку, шагнул вслед за Владыкой в портал.

Послесловие

Почти девять месяцев спустя

– Ну, как самочувствие? – поинтересовалась Светка, едва протащив ко мне в сад огромный поднос с фруктами. – А я тебе полдник принесла.

Я с улыбкой обернулась к ней, с сожалением отложив книгу по философии бесов, которую накануне мне подкинул Лузар. (Кстати, очень занимательное чтиво. Этакая смесь йоги, Хайяма и камасутры.)

– Молодец, что заглянула! Я тут уже от скуки вешаюсь! Перечитала все, что могла. Добралась вот теперь и до этого, – я кивнула на раскрытую книгу.

Светка, сгрузив поднос на маленький столик у дивана, уселась ко мне и, полистав книгу, заинтересовалась одной эротическо-познавательной картинкой.

– О, а мы с Пентилианчиком так еще не пробовали. Надо бы предложить!

Я чуть не подавилась апельсином.

– Ты его, Свет, береги! Все-таки тыща лет – не шутка! Еще заработает инфаркт! Велия тебе этого не простит!

Светка хихикнула:

– Зря переживаешь! С этим эльфом ничего не будет! Скорее уж я инфаркт получу. – Она загадочно улыбнулась, явно думая, каким образом сегодняшней ночью получала инфаркт, и, наконец, вспомнила обо мне. – Ну, а у вас-то как?

Я насмешливо фыркнула:

– А никак! Меня ночами используют в качестве мягкой подушки для лучшего засыпания и то редко.

Светка усмехнулась:

– Не все кошке масленица! Ну, ничего, это временно! А вообще, как ты себя чувствуешь?

– Немного беременной! – И вдруг пожаловалась. – Ты прикинь, Свет, на меня ни одно платье не налезает. Такое ощущение, что у меня родится слон! Скорей бы!

Светка отщипнула виноградину и засунула ее в рот.

– А как дела в Великограде?

Я пожала плечами:

– Идут. Я же говорю, забыла, как муж выглядит! Дворец уже перестроили, теперь спешно делают ремонт. Особенно торопятся с королевской спальней и детской. Хева командует. Вел сказал, что договорился с бесами. Они неплохие художники и восстановят с мыслеобраза сгоревшие картины и гобелены. Гномы обещали золотые вазы отлить. Народ взялся город строить. Уже построили школу магии и арену воинов. Так что дела, Свет, идут! Я попыталась кое-что посоветовать по поводу строительства, но ты же знаешь Велию? Запер меня здесь, приставил своих целителей в стражники и пропадает неделями на стройке. А когда я начинаю громко материться, заявляет, что все это для моего же блага! Гад!

– Да ладно тебе! – вступилась за Велию Светка. – Ты посмотри на себя! Куда тебе теперь на стройку?

Из моей груди вырвался тяжелый вздох.

– Ладно, не вздыхай. Пойдем лучше по городу погуляем или в лес спустимся? – предложила Светка.

Я скривилась.

– Ты знаешь, я отсюда никуда даже уходить не хочу. Тем более, что до сих пор не выучила переходы.

– Так я же с тобой!

Н-да, я сразу вспомнила, чем закончился наш последний самостоятельный поход. Хотя конечно, предложение заманчивое…

– А если Велия вернется? Вообще-то, он обещал сегодня заскочить.

– И что? – недовольно поджала губы Светка.

– Ты же знаешь, какой он зануда? Опять начнет морали читать о том, как нужно вести себя в моем положении!

– Танька, ты его что – боишься? – насмешливо фыркнула Светка.

Скажи она мне это год назад, и я бы землю перевернула, чтобы доказать, что я ни от кого не завишу и никого не боюсь, а сейчас, просто качнув головой, я улыбнулась ей краем губ:

– Нет, я его просто люблю. Искренне не хочу его расстраивать. Тем более на его плечи и так всего навалилось.

– Офигеть! Тань! Мне даже не верится, что это говоришь ты! – изумилась подруга, подозрительно, словно ожидая розыгрыша, разглядывая меня. – А помнится, ты в институте говорила, что тебе наплевать на весь мужской род!

Я хихикнула:

– Ну, я же не знала, что встречу такой редкий экземпляр.

– Опять мне кости перемываете? – раздался насмешливый голос Велии от входного портала.

Мы обернулись.

– О тебе вспомнишь, ты и появишься! – проворчала Света, подставляя ему щеку для поцелуя.

– Я тоже рад тебя видеть, Светлая! Как Владыка – жив еще? – усмехнулся он. Подошел ко мне и, легонько коснувшись губами моих губ, сел рядом.

Светка, покраснев, гневно посмотрела на Велию, а тот, будто не замечая ее негодования, обнял меня за огромный живот, поцеловал в шею и поинтересовался.

– Ты как?

– Скучаю!

– А у меня радостная новость! – Подбадриваемый нашими заинтересованными взглядами, он продолжил: – Дворец совсем уже закончили. Наш дом тоже. Хева теперь лично красит в голубой цвет комнатку в детской.

Я прищурила глаза:

– А почему ты думаешь, что будет мальчик?

Велия задумался:

– Ладно, скажу, чтобы покрасила еще одну комнату в розовый!

– Когда мы туда переедем?

– Как кто-нибудь родится, так и переедем! А сейчас будь пока под присмотром целителей.

– Не хочу доверять свою жизнь твоим эльфам! Тем более они все мужики! Просто ужас!

– Успокойся! Я сам буду в это время с тобой!

Я в ужасе от него отшатнулась:

– Ну уж нет! Должны же быть у меня от тебя хоть какие-нибудь тайны?

Велия успокаивающе меня поцеловал:

– Ты моя самая Великая Тайна!

Я, тут же успокоившись, довольно прикрыла глаза. Какая женщина устоит против такого комплимента?

– Вел, мы хотели пойти погулять в лес! – вклинилась в наше воркование Светка.

– Лес?! Ты с ума сошла? Какой лес? – тут же вскинулся на нее колдун. – Ты уже как-то сводила ее поужинать! В результате столько народу полегло, жуть! А сейчас – в лес? Нет уж, будьте здесь! Я приказываю!

– Велия, ты злопамятный зануда! – раздраженно фыркнула она.

– Ага, а еще тиран и деспот! – хихикнула я.

– Да! И очень этим горжусь! – рявкнул не на шутку разошедшийся муж. – Цыц, девушки! Мне в Великограде нервы мотают, а тут еще вы!

– Ну и чем ты недоволен? Развлекуха и тут, и там! Не соскучишься!

– Да ну его, Тань, пошли все же погуляем. Много сидеть вредно!

Я, назло Велии, хоть и не хотела никуда идти, поднялась с дивана, изображая бегемотиху, и гордо выпалила:

– Да! Я, вообще-то, тоже свое мнение имею! Поэтому Велиандр Батькович, хочу тебе заявить что я… что я… – Затаив дыхание, вытаращилась в недовольно прищуренные глаза мужа и кое-как проскрипела. – …что я, кажется, отгулялась.

Его глаза широко раскрылись, а я, прикусив губу, опустилась на диван, чувствуя, как меня разрывает огненная боль.

* * *

– Все будет хорошо, любимая, я здесь.

– Светка, выгони ты его к чертям собачьим!

– Ага, я, конечно, волшебница, но такие чудеса мне не по силам! И не самоубийца!!

– Выгони тогда целителей, а то я сейчас кого-нибудь убью! Что, анатомическое пособие нашли, мать вашу! Erlee tatmaa haty!!! Tatmaa veyda haati!

– Любимая, когда ты….

– А ты заткнись! С тобой особый разговор! И зачем я поперлась в этот триждыпаралельный мир? Жила бы сейчас тихо, мирно, спокойно! Стала бы главным бухгалтером, получала бы шесть тысяч рэ. Вот я дура!

– Какое жуткое слово – бух-гал-тер! Даже не буду спрашивать, что оно означает! Явно что-то ужасное!

– А ты помалкивай!

– Владыка, может нам пока выйти? – в мою истерику просочился спокойный голос главного целителя. Кстати, выглядел он как мальчишка и совершенно не внушал мне доверия!

– Все нормально, Сельвион! Сейчас она успокоится! – устало махнул ему Велия, не выпуская мою руку.

Надрывно застонав, я взглянула на него из-под прищуренных ресниц.

На самом деле мне было не так уж плохо. Вначале – да! Велия оттащил меня к целителям и, оставив их со Светкой меня охранять, исчез куда-то на бесконечно долгие два часа. Но потом вернулся и прочно уселся рядом, что-то нашептывая всякий раз, когда меня начинала мучить схватка. Сразу стало легче. Во всяком случае, жить можно! Вот только схватки становились все чаще, и он изрядно выдохся попытками облегчить мне жизнь. Во всяком случае, вид у него был не ахти! Темные тени под глазами стали почти черными, по высокому лбу тек пот, который он ежесекундно утирал рукавом, а заметно отросшие волосы просто связал в хвост, чтоб не мешали.

Украдкой глядя, как у его виска бьется синяя венка, мне даже стало чуточку стыдно за свое поведение, но я все же решила не упустить редкую возможность безнаказанно закатить истерику мужу. Поэтому, как только меня снова скрутило, я недовольно заворчала:

– Ужас какой! И за что мне такие мучения? Все! Хочу раздельную спальню с сегодняшнего дня и навсегда! Изверг, ты меня слышишь? – Велия не отвечая, лишь сильно сжал мою руку.

– Владыка, ваш ребенок уже вот-вот появится на свет! Позвать Владыку Пентилиана?

– Ага, только свекра мне здесь и не хватало! Сельвион, ты что, с дуба рухнул? О, господи, и за что мне это наказание? Вот предупреждали меня не связываться с полукровками, так нет! Угораздило ж влюбиться, чтоб тебя!

– Танька, – зашептала мне на ухо подруга, – ты с ним полегче, а то ведь он злой и память у него хорошая! Еще заставит каждый год рожать, пока детскую не заполнит!

– Че-го?! – возмущенно выдохнула я и тут же застонала, чувствуя, что меня совсем припекло.

Вот ведь! Мало того, что муж – язва, так еще подруга от него не отстает! Легко ей смеяться!

– Да чтобы я, еще хоть один раз! – я подняла умоляющий взгляд на Велию. – Помоги!

– Потерпи, родная.

Тут за меня взялись целители. Они что-то хором забормотали, и мне показалось, что из меня будто что-то потянули.

Никогда бы не подумала, что добровольно соглашусь на это!

Дверь распахнулся, и на пороге появился взволнованный Владыка.

– Ну?

– Отец, не мешай! Света, займи Владыку! – раздраженно приказал Велия, не отпуская мою руку ни на секунду.

Подруга, обиженно фыркнув, подошла к Пентилиану. Дальнейшего я уже не видела, переживая взрыв сногсшибательных и умопомрачительных эмоций и ощущений, а когда воспаленный мозг на секунду представил, что я доживаю последние мгновения, раздался тоненький плач. Я восторженно распахнула глаза. Чуть сбоку от меня, с окровавленным, тонко пищащим комочком на руках стоял счастливый муж.

– Вел, кто? – прохрипела я.

– Дочка! – Он так восторженно мне улыбнулся, что у меня сразу отлегло от сердца. Шутка ли, родить королю первую девочку. Им же всем наследников подавай! Но Велию, похоже, вполне устраивала дочь.

Хева деловито забрала малютку из его рук, завернула в чистую пеленку и куда-то унесла.

Велия пересел ко мне и поцеловал:

– Спасибо, любимая!

– Да, пожалуйста! Обращайтесь еще! Ой, о чем это я? А-а, Ве-е-ел! – меня снова скрутил дикий приступ боли. Я вцепилась ему в руку. – А вдруг я умираю!

Велия настороженно посмотрел на целителей.

– Все хорошо, Владыка, – улыбнулся всезнающей улыбкой Сельвион. – Дело в том, что сейчас у вас родится еще один ребенок. У вашей жены двойня!

У Велии, как и у меня, полезли на лоб глаза.

– О нет, только не это! Вел, я на двойню не договаривалась!

Спустя некоторое время целитель с поклоном подал Велии еще один комочек.

– У вас королевская пара, Владыка: это – мальчик!

Но полюбоваться ему не дали. Почти тут же пришла Хева и, завернув ребенка в белую ткань, опять куда-то унесла.

– Госпожа, вам нужно уснуть! – передо мной замаячило участливое лицо Сельвиона.

– Но я не хочу! – я нервно посмотрела на него. Да и как уснуть, если все тело колотит мелкая дрожь, а зубы выбивают морзянку. – И вообще, куда утащили моих детей? Я хочу их видеть!

– Только когда проснешься! – надо мной склонился муж. – Спи!

И легонько дунул мне в лицо.

– Какой же ты хитрый, подлый, наглый… – я сонно почмокала, глядя на его расплывающуюся улыбку.

* * *

Я проснулась, когда рассвет едва раскрасил в королевские цвета лазурь неба. Вот горазда спать! Откинув одеяло, я долго и с восхищением рассматривала свой плоский живот. Неужели! Я даже забыла, что он такой бывает!

– Выспалась? А я уж подумал, что ты мне в отместку впала в спячку, и мне придется самому учиться кормить грудью, – раздался от портала голос Велии.

Я приподнялась, смерила его возмущенным взглядом, который тут же сменился щенячьим восторгом. У него на руках сладко спали наши дети. Он подошел. Я с великой осторожностью помогла ему положить их на кровать. Усевшись рядом, он молча обнял меня. Полюбовавшись на сладко спящие мордашки, я шепнула.

– По-моему, они совсем между собой непохожи!

Велия, не отрывая от них взгляда, улыбнулся:

– Ага, девчонка с серебристыми волосиками похожа на меня, а вот мальчишка – черный как смоль – копия ты!

Я хихикнула:

– Ну, наследниками я тебя обеспечила!

– В Великограде, вообще-то, еще много комнат в детской! – широко улыбаясь, поднял на меня глаза муж, но не успела я открыть рот, как от входного портала послышались голоса.

Мы обернулись. Наше жилище заполнялось гостями. Владыка под руку со Светкой, Крендин, Лендин, Шарз, Нирьяна, Ниаза шумно ввалились в комнату. Мы с Велией, как по команде, сделав грозные лица, сердито на них зацыкали. Они понятливо замолчали и, переговариваясь шепотом, окружили кровать.

– Где мои внуки! – Владыка, раздвинув гномов, подошел и умиленно уставился на детей. Немного помолчав, он ностальгически выдал: – Вел, ты в детстве был точно таким же, как этот мальчишка!

– Угу, таким же жгучим брюнетом? Интересно, какие катаклизмы вызвали мой нынешний цвет волос? – насмешливо фыркнул колдун.

– А вы придумали им имена? – вдоволь наумилявшись, спросила Светка.

Я пожала плечами:

– Если я назову их именами из нашего мира, они будут довольно странно звучать, особенно в сочетании с отчеством, так что пусть уж отец как-нибудь обзывает!

– Нет уж! Я сам назову их в честь наших предков! – решительно перебил нас Владыка и еще раз оглядел малышей. – Принцессу назовем Саниэль, а принц пусть носит гордое имя – Дариан!

Велия пряча улыбку, вздохнул.

– Ну, хорошо! Только имей в виду, если потом, когда они вырастут, будут недовольны своими именами, мы переведем все стрелки на буйную фантазию их дедушки!

Мы со Светкой переглянулись и тихо захихикали. Владыка тоже улыбнулся но, тут же посерьезнев, заявил.

– Когда эти крошки вырастут, я отдам свой трон Дариану, а Саниэль станет Властительницей Великограда! Таким образом, исполнится последнее пророчество Лобреха о том, что ваши дети объединят две расы!

Мы с Велией переглянулись.

– Да, это будет правильно! Значит, нам осталось нести тяжкий крест в виде власти всего двести лет? Это чудесная новость, отец! – улыбнулся колдун и все, не сговариваясь, замолчали, любуясь на будущее этого мира, сладко посапывающее крохотными носиками, не подозревая о том, что их ждет.

– Да, из них выйдут хорошие правители, но только, если они смогут избежать пути в Железный мир! – вдруг вздохнула Нирьяна.

Новосибирск, 2007

Примечания

1

См. «Измененное пророчество»

2

Талантливый у меня муж, всего ничего со мной общался, а как красиво заговорил!

3

Ну, надо же иногда удивлять!

4

Хотя это не мое суждение, откуда я знаю, что это за инструмент и как на нем играют.

5

Что ему это сборище!

Content

Татьяна Форш
Возвращение в Аланар

Вступление

Часть первая Златогорье

Часть вторая Столица Эльфийского союза

Часть третья В поисках Лунного озера

Часть четвертая Возвращение князя

Послесловие Почти девять месяцев спустя

Примечания