Сергей Авдеенко

Магальпийский парадокс

Командир нажал кнопку внутренней связи и будничным голосом сказал:

— Приехали…

Юные земляне впились глазами в экран внешнего обзора. С высоты пятисот километров Магальпа очень напоминала родную Землю. Такая же слегка сплюснутая у полюсов голубовато-зеленая сфера, подернутая кое-где дымкой облаков.

— А когда же на планету? — спросил кто-то из самых нетерпеливых.

— Пока корабль останется на орбите, — ответил капитан. — Когда получу разрешение на посадку, я вас извещу. А сейчас — отдыхать!

Но ребятам не сиделось. Ведь они были не просто пассажиры, они были делегацией юных землян, на которую возложена ответственная миссия установление неофициальных дружеских контактов с разумными существами планеты. Ради этого они преодолели огромное расстояние.

Максим Барабаш был единственным, кто прилетел сюда второй раз. Пять лет назад он завоевал право на полет, став победителем Всеземного конкурса юных изобретателей. Его изобретение — электроимпульсный плуг для твердых и сверхтвердых почв — привел в восторг авторитетное жюри. Максим привез этот плуг на Магальпу, и тот успешно прошел испытания на ее каменистой почве.

— Вы только подумайте! — в который раз рассказывал повзрослевший Максим историю своего путешествия. — Магальпийцы, как наши далекие предки, пользовались каменной сохой! Они вырубали эти орудия в гранитных скалах, а потом долго обрабатывали вручную. Представляю, что они сделали на планете за пять лет с помощью моего плуга! Здесь хоть и очень каменистые почвы, зато для зерновых — самый благоприятный климат.

— А ну-ка, всем отбой! — загремел из динамика голос командира. — Завтра трудный день.

Делегаты разочарованно зашумели, но ослушаться не посмели и разошлись по каютам. Конечно, сразу, по команде, никто не заснул. Каждый привез с Земли магальпийцам подарки и представлял себе завтрашний день. У Максима Барабаша в грузовом отсеке корабля лежало новое изобретение универсальный самоходный комбайн. По его просьбе прилет корабля специально приурочили к той поре, когда на Магальпе созревает урожай. И Максим уже предвкушал увидеть изумленных магальпийцев.

Следующий день — здесь он был на несколько часов длиннее земного действительно выдался непростым. Сначала была мягкая посадка корабля на планету, торжественная встреча с магальпийцами на космодроме, вручение подарков, разговоры, разъезды. Усталые делегаты вернулись на корабль лишь к ночи.

Командир распорядился приготовить в кают-компании ужин, но от усталости и избытка впечатлений почти все отказались от еды и отправились спать. Командир включил экран внутреннего обзора, посмотрел на нетронутые блюда и хмыкнул. На Магальпу он летал не раз и знал, что человеку очень трудно сразу приспособиться к местным ритмам жизни. Командир собрался было выключить экран, но вдруг заметил, что в кают-компанию вошел Барабаш.

Максим сел за стол, равнодушно поковырял вилкой, а затем, словно забыв обо всем, уставился в одну точку.

Командир хотел было окликнуть Максима в микрофон, но потом передумал. С парнишкой явно что-то приключилось, и лучше переговорить с ним не по видеосвязи. Командир вышел из рубки, прошел по длинному коридору и приоткрыл дверь в кают-компанию.

Максим, ощутив чье-то присутствие, вздрогнул.

— Как дела? — бодро спросил командир.

— Нормально, — сказал мальчик, но голос его был унылым.

— Как прошли испытания комбайна?

— За четыре часа убрали весь урожай.

— Чем же ты расстроен?

Максим, не ответив, встал и быстро вышел. Обеспокоенный командир хотел было последовать за ним, но Максим вернулся сам.

— Вот! — он положил на стол кусок черного гранита.

— Что это?

— Каменный зуб сохи, которой магальпийцы обрабатывают землю…

И Максим с обидой и недоумением поведал о том, как, приехав на Магальпу, вдруг обнаружил, что местные жители по-прежнему пользуются примитивными каменными сохами. Его же чудо-изобретение — электроимпульсный плуг валяется без дела в одном из сараев.

— Не пойму, почему они так поступили? Ведь моим плугом они могли вспахать новые поля, затратив гораздо меньше сил. И урожай могли бы вырастить во много раз больший. Для этого я и вез им мой новый комбайн!

Командира корабля это, казалось, ничуть не взволновало. Часто бывая на Магальпе, он знал ее жителей.

— Что же ответили сами магальпийцы?

— Они соглашались с тем, что электроплуг и другие технические новшества облегчат им жизнь, что у них будет много свободного времени. Но как раз это, по их мнению, и плохо!

— Почему? — с интересом спросил командир.

— Они говорят… — Максим даже всхлипнул от обиды. — Они говорят, что некоторые магальпийцы разучатся трудиться физически. Кто-то захочет пожить за счет чужого труда. В обществе появятся лентяи. Дурным примером они могут заразить и остальных жителей. А это уже грозит гибелью всей их многовековой цивилизации… Они говорят, что производят ровно столько зерна, чтобы его хватило на пропитание и немного оставалось в запасе на случай неурожая в следующем году.

— Да-а-а… — протянул командир. — Но пойми, Максим, мы не можем насильно заставлять их использовать нашу технику. Ведь это противоречит уставу общества «Во Вселенной дружат все»?

— Я об этом много думал, — грустно ответил Максим. — Конечно, насильно мил не будешь. Поэтому я и решил…

— Что же? — командир с недоумением посмотрел на кусок гранита в руках мальчишки.

— Это… — смутился Максим. — Ну, когда я был в гостях у магальпийцев, то подумал, что каменный зуб сохи можно обработать гораздо быстрее, если применить специальный раствор. Вот и решил испытать на Земле. Если получится, обязательно вернусь на Магальпу. Неужели ее жители отвергнут даже такое простое новшество?

Командир корабля ничего не ответил. Он был землянин, а решать судьбу изобретения должны были сами магальпийцы.

Content

Сергей Авдеенко
Магальпийский парадокс