Наталья Владимировна Авербух

Субботник

Кертез с неудовольствием поглядел на стоящую перед ним девочку. Невысокая, хрупкая, в неподходящим для работы зеленом платье. Остальные коллегианты уже расхватали свои лопаты и стояли неподалеку, ожидая сигнала приступить к работе. Девочка подняла на садовника свои изумрудные глазищи.

— Я хочу отпроситься с этой работы.

— Отпроситься? — раздраженно повторил за девочкой Кертез. — Ты больна?

— Нет, но…

— Тогда почему? Мешает знатное происхождение?

— Да. То есть не совсем. Понимаете, я…

— Прекрасно понимаю. Боишься ручки замарать. Ты, девчонка, забыла, в Карвийне нет благородных. Будешь работать, как все.

— Да, но моя мама…

— Плевать я хотел на твою маму! — разозлившись, заорал садовник. — Да будь она хоть королева — Коллегия прислала тридцать человек для работы и работать будут все!

Девочка оскорблено вспыхнула, но сдержалась. Только зло сверкнула глазами.

— Чего стоишь? — снова закричал Кертез. — Взяла лопату, пошла копать, пошевеливайся!

— Я правильно поняла, — начала девочка, осторожно подбирая слова. — Вы хотите, чтобы я копалась в вашем саду?

— Да, именно этого я от тебя и хочу!

— И вы даете мне на это разрешение?

— А тебе еще разрешение требуется?! На гербовой бумаге?

— Нет, вашего слова будет достаточно, — серьезно ответила девочка.

— Тогда — разрешаю! — из последних сил сдержался Кертез.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил ребенок. — А вы не уточните мои обязанности?

Садовник заскрипел зубами. Зачем муниципалитет каждый год договаривается с Коллегией? Присылают магов, они же все сумасшедшие!

— Твои обязанности, — зло отчеканил он, — взять лопату и перекопать свой участок сада.

— И все?

— Если тебе мало — посади еще саженцы! Вон там стоят. В одиночку!

— Вы хотите именно этого?

— Да, чтоб ты провалилась в преисподнюю!

— Вы даете мне на это разрешение? — снова уточнила девочка.

— Да!!! Иди работай!

Будущая магичка даже не прикоснулась к дожидающейся ее лопате. Не оглядываясь на садовника, она прошла мимо товарищей к не заросшему участку городского сада. Издалека махнула им рукой и скрылась за деревьями.

Побросав лопаты, дети бросились ее догонять. Кертез замер, не в силах осмыслить столь вопиющую дерзость.

За деревьями разлился ровный зеленый свет. Садовник шагнул туда, но тут же остановился. Сквозь тонкие стволы парковых деревьев он увидел, как сумасшедшая девочка, выйдя на середину поля, запрокинула голову и подняла руки к небу. Зеленое сияние окутывало всю ее фигуру и стекало на землю. Вскоре словно огромные руки стали мять почву, разрыхлять ее и вскапывать. Стоящие вокруг дети испустили восхищенный вздох.

Девочка развела руки в стороны и закружилась на месте. Дети закричали. Кертез поглядел туда же, куда и все, и завопил вместе с коллегиантами. Мелко перебирая корнями, к девочке спешили саженцы. Когда они, растолкав детей, добрались до волшебницы, она прекратила кружиться и опустила руки. Саженцы разбрелись по полю.

Когда последний занял свое место, дети снова завопили от восторга. Но девочка не обращала внимания на зрителей. Она сошла с центра бывшего поля и встала рядом. Вытянула перед собой руки, чуть согнув их в локтях, ладонями вниз. Из пальцев девочки снова полилось сияние. Оно ушло в землю, но не пропало, а словно застыло между почвой и ладонями девочки.

А потом сквозь землю проклюнулся росток. Волшебница нетерпеливо пошевелила пальцами и росток вытянулся вверх, превращаясь в такой же саженец, как и разбредшиеся до того по полю. Девочка с сосредоточенным видом перешла на другое место, а садовника в этот момент кто-то тронул за рукав. Кертез обернулся и он увидел перед собой одного из старших коллегиантов с какой-то запиской в руках.

— Вам просили передать. Когда садовник дочитал, очень довольная собой девочка стояла перед ним, а восхищенные коллегианты опять ждали неподалеку. В записке Кертезу категорически запрещалось подпускать к работе в саду одну из учениц Коллегии. Садовник робко кашлянул.

— Так как зовут твою маму, девочка?

Благородная леди Элесит перебросила мужу послание Коллегии, а сама развернула письмо дочери. От чтения ее отвлек Орсег, который раздраженно смял и отбросил официальную бумагу.

— Ну, что? — подняла глаза Элесит.

— Напомни мне, почему мы решили отдать дочь в Карвийн? — тоном, не предвещающем ничего доброго, спросил страж.

— Хотели предотвратить развитие способностей к лесной магии? — предположила Элесит.

— Вот именно, — проворчал Орсег. — И что мы получаем? Она все равно их развивает! Причем в самом нежелательном направлении!

— Значит, не судьба…

— Не играй словами!

— А ты не кричи.

— Как тут не кричать? Двенадцать лет — слишком мало для выращивания собственного леса!

— Парка, — осторожно поправила леди.

— Парка, — горько повторил Орсег. — Действительно, это многое меняет.

— Да не расстраивайся ты так, — попыталась успокоить мужа Элесит. — Конечно, собственный лес — это слишком рано для девочки, но что уж тут поделаешь? Вырастила и вырастила.

— Нам не следовало отпускать ее в города.

— Не следовало? — обиделась Элесит. — Ты предпочел бы на всю жизнь запереть нашу дочь в лесах? Может, это и хорошо, что она обрела свою территорию в городе — не будет действовать защита от нечисти!

— Ну, давай, напомни мне, кто я такой и как сломал твою жизнь, — неприятным голосом предложил страж. Но Элесит уже взяла себя в руки.

— Я никого не собираюсь упрекать. Просто объясняю положение. Если бы мы не отправили девочку в Карвийн, она выросла бы как Хозяйка леса у нас и никогда не смогла бы приехать в город. Родительского разрешения тут недостаточно, нужен человек, которому она посвятила бы свою жизнь. А женщины не бывают стражами… да и не тот у ней характер. Так что ничего плохого не произошло.

— Только не надо объяснять мне очевидные вещи, Госпожа! — разозлился Орсег. Элесит передернуло плечами: за всю супружескую жизнь она так и не привыкла к этому обращению. Особенно «гармонично» оно звучало во время ссор и споров. — Я все это и так знаю. Но ты не понимаешь всего?

— И что я, по твоему мнению, упустила?

— Во-первых, — принялся загибать пальцы Орсег, — Ланика использовала больше Силы, чем следует в ее возрасте. Во-вторых, она раскрыла нашу тайну. Помнится, Совет Коллегии в полном составе клялся, что присмотрят за ребенком и не дадут людям узнать о том, кто она такая. В-третьих, она заколдовала для себя городской парк и рано или поздно там начнется такое…

— Мы этого не знаем, — нахмурилась Элесит. — Мы не знаем, как растут маленькие Хозяйки леса, потому что их вообще не бывает. Ланика — уникум, единственная в своем роде. Я надеялась, что в городе она вырастет человеком, но не вышло… Бедная девочка…

— Это почему бедная? — вскинулся Орсег.

— А как она будет искать себе мужа, когда придет ее время? Заманивать в парк и вызывать на Поединок воли? Ты как себе это представляешь?

— Положим, по части воли она кого угодно за пояс заткнет, — пробормотал Орсег. — Это же была твоя идея — посвятить девочку в Заклятые перед отправкой в Карвийн. Тоже, кстати, слишком рано.

Леди развела руками.

— А что было делать, если Сила так и не хотела пробуждаться? В Карвийн бы ее не приняли, она по природе не городской маг. Зато теперь она овладеет всеми видами магии.

— Включая лесную! — ядовито подхватил Орсег. — Для которой еще слишком мала!

— Да ничего с ней не случится, — слабо защищалась Элесит. — Если она сумела подчинить себе эти… как их там… саженцы и вырастить свои деревья, значит, эта магия ей вполне по силам. Ничего страшного!

— А тайна? А сад?

— Тайна… Ну и что, тайна. Садовник уверен, что это просто магия такая… если боишься, можно его заколдовать и убрать эти вспоминания. А насчет парка… договоримся как-нибудь…

— Ага, договоримся, — ядовито поддакнул страж. Он бросил метаться по комнате и сел, обхватил руками голову. — Ну, почему это случилось? Мы же девочку предупреждали!

Казалось, Элесит только и ждала этого вопроса. Она наклонилась вперед и заговорила со всей возможной убедительностью.

— Ор, Ланика поступала точно по нашим советам. Мы же в первую очередь запретили девочке вступать в конфликты со смертными, чтобы она случайно не поменяла облик. А тамошний садовник — дурак, не захотел выслушать ее объяснения. Девочка его честно спросила, несколько раз. Он требовал, чтобы она работала. Конечно, ребенок понял его по-своему. Она же выросла в лесу. И ничего страшного не случилось…

— А дети? Которые тоже видели?

Элесит вздохнула.

— Это неизбежно. Да и Ланика ничего им не рассказала, кроме того, что умеет выращивать растения по своему желанию.

— Хорошенькое ничего, — вставил Орсег.

— А насчет парка… Договоримся с муниципалитетом.

Леди внезапно хихикнула.

— Рад, что ты находишь в этой истории хоть что-то смешное.

— Извини, я просто представила, какие будут ходить истории про городской парк, когда Ланика подрастет и войдет в силу. Будет очень интересно послушать…

— Тебе это кажется смешным?

— А разве нет? Особенно как не повезет тем, кто любит мусорить и ломать ветки…

— Им уже сейчас не повезет, — мрачно буркнул Орсег. — А вот когда она вырастет, все будет куда страшнее…

— Ну, когда вырастет, тогда и будет думать. Я объясню Ланике, какую ответственность накладывают ее способности и все будет хорошо…

— Если тебе удастся уладить вопросы с муниципалитетом. Девочке потребуется возможность посещать парк в любую минуту.

— Тебе, кажется, не мешали ограды и сторожа.

— Мне — да. Но Ланика еще мала и не умеет прятаться.

— Отлично, — решила благородная леди. — Ты, конечно, помнишь, что Карвийн — свободный город и Этнографическому ведомству не подчиняется?

— Поэтому? — с опаской уточнил Орсег.

— Поэтому с муниципалитетом договариваться будешь ты! Лично. Заодно и девочку проведаем.

— Госпожа, ты же обещала, что будешь сидеть дома! — аж задохнулся от такой наглости Орсег.

— Но ты же не оставишь меня одну, когда в мире творится такое… — захлопала глазами леди Элесит.

Лесной страж тяжело вздохнул. Жена опять обвела его вокруг пальца.

Content

Наталья Владимировна Авербух
Субботник