Кристи Агата

Джейн ищет работу

Агата Кристи

Джейн ищет работу

Она перелистала страницы «Дейли лидер» и глубоко вздохнула, с отвращением взглянув на яйцо всмятку, тост и маленький чайник. Не то чтобы у Джейн не было аппетита: она умирала с голоду и могла бы съесть полтора фунта бифштекса с жареной картошкой и зеленой фасолью и запить все это чем-нибудь покрепче чая. Но девушки, у которых состояние финансов оставляет желать лучшего, не могут выбирать. Джейн была счастлива, что сегодня имеет возможность съесть хотя бы яйцо всмятку. А завтра? Завтра даже это может быть весьма проблематично...

Она снова занялась страницей «Дейли лидер» с мелкими объявлениями. Работы не было, и ее положение становилось все более критическим. Даже любезная хозяйка скромного семейного пансиона, встречаясь с Джейн, смотрела как бы сквозь нее.

«Однако, – думала девушка, поднимая по привычке подбородок, – я умна, красива и хорошо воспитана. Чего же еще?»

Судя по газете, всюду требовались машинистки с опытом работы; коммерческие директора с капиталом; дамы желали поделиться доходами от разведения птицы, предварительно разделив расходы, и искали бесчисленное количество кухарок, нянек и горничных.

«Я не вижу ничего предосудительного в том, чтобы стать горничной, но ведь опять-таки меня не возьмут из-за отсутствия опыта».

Она снова вздохнула, отложила газету и принялась за яйцо, заедая его хлебом, со всем пылом здоровой молодости. Проглотив последний кусок, она снова взяла «Дейли лидер» и погрузилась в чтение колонки объявлений.

Две тысячи фунтов – и все было бы так просто! Она нашла по крайней мере семь исключительных случаев, дающих самое малое три тысячи фунтов годового дохода.

«Если бы они у меня были, я бы так легко их не выпустила», – думала девушка.

В газете она нашла множество совершенно удивительных предложений купли-продажи. Потерпевший бедствие клерикал, достойная вдова, офицер-инвалид имели настоятельную потребность в суммах от пятидесяти до двух тысяч фунтов.

Вдруг она остановилась и перечитала одно объявление. Оно показалось ей каким-то сомнительным, странным, и внутренний голос предостерег ее: «Я должна быть осторожна. Однако...» Объявление гласило:

«Если девушка в возрасте от двадцати пяти до тридцати лет, блондинка с голубыми глазами, темными бровями и ресницами, прямым тонким носом, ростом не менее метра семидесяти, обладающая способностями к имитации и владеющая французским, захочет посетить дом номер 7 по Индирслайт-стрит между пятью и шестью часами вечера, она узнает хорошую новость, касающуюся ее».

«Святая невинность, или Как девушки плохо кончают, – подумала Джейн. – Конечно, следует быть осторожной, но это, право же, детали. А что, если я... Ну-ка, перечитаю еще раз... От двадцати пяти до тридцати. Мне двадцать шесть. Голубые глаза – есть. Блондинка с темными бровями и ресницами... Все совпадает. Прямой нос? Ну... да, почти. Рост у меня метр шестьдесят восемь, но можно надеть высокие каблуки. Я хорошо умею копировать, особенно голоса. По-французски говорю как ангел или как француженка. Короче, я вполне подхожу. Они там все прямо попадают, как только увидят меня».

Джейн вырезала объявление, положила в сумочку и попросила счет.

В пять часов она посетила указанную улицу – маленькую, какую-то печальную, но достаточно респектабельную.

Дом номер 7 ничем не отличался от соседних. В нем размещались различные конторы. Но Джейн тотчас увидела, что не у нее одной светлые волосы и голубые глаза: с полсотни ей подобных девиц толпились у дверей.

«Оказывается, здесь конкуренция. Придется встать в очередь».

Сказано – сделано. Из-за угла вынырнули еще три кандидатки, и Джейн сравнила данные: увы, не все было в ее пользу.

«У меня столько же шансов, сколько у всех у них, – трезво оценила она ситуацию. – И что делать?»

Очередь медленно, но верно двигалась внутрь дома. Через какие-то промежутки времени стайка девушек с возмущенными или разочарованными лицами выливалась на тротуар и рассеивалась.

«Не подошли! – думала Джейн. – Надеюсь, что так все и будет продолжаться – пока очередь не дойдет до меня!» Вокруг нее тревожно гляделись в зеркальца, пудрили носы, подкрашивали губы.

«Хотелось бы, чтобы у меня была более элегантная шляпа», – с горечью подумала Джейн.

Наконец подошла ее очередь. Затаив дыхание, она вошла через застекленную дверь в кабинет, и ей сделали знак пройти в следующий. Она очутилась в маленькой комнате с большим столом, за которым восседал мужчина с живыми глазами и величественными усами. Он быстро оглядел девушку и показал пальцем на дверь справа.

– Подождите, пожалуйста, там, – сухо сказал он.

Джейн повиновалась. А «там» сидели еще пять блондинок, которые при ее появлении бросили на нее недружелюбные взгляды. Джейн сразу поняла, что попала в число отобранных кандидаток, и ее надежды возросли. Однако ей пришлось признать, что в границах объявления все сидящие здесь имели, пожалуй, равные шансы.

Прошел час. Время от времени входила новая кандидатка. К половине седьмого их набралось четырнадцать.

Послышался шум голосов, и на пороге вырос мужчина с усами, которого Джейн сразу окрестила «полковником».

– Девушки, я буду вызывать вас по одной, в порядке вашего появления здесь.

Джейн была шестой, и ей пришлось ждать минут двадцать, пока ее пригласили.

«Полковник» стоял, заложив руки за спину. Он подверг ее быстрому допросу, удостоверился в знании французского, измерил рост.

– Возможно, – сказал он по-французски, – что вы подойдете.

– А что я должна буду делать? – спросила Джейн напрямик.

Он пожал плечами:

– Не могу вам сказать. Узнаете, если вас выберут.

– Что-то уж все очень таинственно. Я не могу поступить на работу, не зная, в чем она будет заключаться. Она имеет какое-то отношение к театру?

– К театру? Конечно, нет.

– Ох! – вздохнула озадаченно Джеки.

«Полковник» внимательно посмотрел на нее:

– Вы, как мне кажется, достаточно умны, мисс, умеете ли вы помалкивать?

– В самом деле, я очень умна и исключительно молчалива. Какой гонорар?

– Две тысячи фунтов за пятнадцать дней работы.

– О! – У нее захватило дух от величины этой суммы.

– Я уже выбрал одну особу. Вы, по-моему, столь же подходящи. Может быть, конечно, есть и другие, которых я еще не видел, но пока что вот вам несколько инструкций. Вы знаете отель «Харидж»?

– Да...

Кто же не знает эту роскошную резиденцию для коронованных особ и аристократии? Джейн вспомнила, что утром читала в газете о прибытии туда великой княжны Полины Островой, – особа царской крови намеревалась председательствовать на большом благотворительном базаре в пользу русских беженцев.

– Прекрасно! Поезжайте туда, мисс. Прямо сейчас. И спросите графа Стриптича. Пошлите ему снизу свою фотокарточку. Она у вас есть?

Джейн достала из сумочки свою фотографию. «Полковник» взял ее, написал на уголке крошечное «р» и вернул Джейн.

– Граф поймет, что вы от меня. Окончательное решение будет зависеть от... еще от одной особы. Если она согласится, вас введут в курс. Ваше дело – принять предложение или отказаться от него. Понятно?

– Вполне.

«И все-таки я никак не могу понять, где тут ловушка, – подумала девушка, уже выйдя на улицу. – Но, несомненно, она тут есть. Какое-нибудь преступное предприятие. Почти наверняка!»

Нельзя сказать, чтобы ей это было неприятно. У нее не существовало никаких особых предубеждений относительно такого рода предприятий. В последнее время пресса только и делала, что подробно описывала деяния наиболее известных женщин-бандиток, и Джейн даже всерьез подумывала иногда, не присоединиться ли ей к ним, если не будет другого выхода.

С бьющимся сердцем она вошла в отель «Харидж», более чем когда-либо мечтая о новой шляпке. Тем не менее, храбро подойдя к стойке, она подала фотокарточку клерку и спросила, нельзя ли ей поговорить с графом Стриптичем. Тот с любопытством взглянул на девушку, но взял карточку и передал слуге, что-то тихо сказав ему. Слуга ушел, почти тотчас же вернулся и предложил Джейн следовать за ним. Они поднялись в лифте, прошли по коридору и остановились перед дверью номера. Слуга постучал. Дверь открылась, и Джейн оказалась в просторной комнате перед высоким худощавым мужчиной со светлой бородкой. Он держал в руках фотокарточку Джейн.

– Мисс Кливленд? – медленно спросил он. – Я граф Стриптич. – Он улыбнулся, показав белые зубы, но улыбка была холодной, официальной. – Вы, полагаю, пришли по нашему объявлению? Вас послал сюда наш милый полковник Кранин?

«Значит, он и в самом деле полковник», – подумала Джейн с удовлетворением и кивнула в ответ. Граф не дал ей времени открыть рот и начал быстрый допрос, почти такой же, какой устроил ей только что полковник Кранин. Ее ответы, казалось, ему понравились, раза два он даже кивнул.

– Теперь я попрошу вас, мисс, медленно пройти до двери и обратно.

Она повиновалась.

«Может, меня хотят взять манекенщицей? Но за это две тысячи фунтов не платят. Ладно, там увидим».

Граф Стриптич, нахмурясь, побарабанил по столу своими белыми пальцами. Затем, открыв дверь в соседнюю комнату, что-то тихо сказал кому-то невидимому там, за дверью. Потом вернулся к столу. И тотчас в комнату вошла маленькая, средних лет женщина, полная, очень некрасивая, но весьма импозантная.

– Ну, Анна Михайловна, что вы о ней думаете? – спросил граф.

Женщина оглядела Джейн, даже не поздоровавшись с ней, как будто девушка была куклой в витрине магазина.

– Она может подойти, – сказала женщина. – Полагаю, настоящего сходства не так много, но силуэт и фигура хороши, подходит более, чем другие. А ваше мнение, Федор Александрович, каково?

– Согласен с вами, Анна Михайловна.

– Она говорит по-французски?

– Очень хорошо.

Джейн все более и более чувствовала себя неодушевленным предметом, пустым местом.

– Она умеет молчать? – поинтересовалась женщина, наморщив лоб.

Граф повернулся к Джейн и спросил по-французски:

– Княгиня Попоренская спрашивает, умеете ли вы быть сдержанной?

– Не могу ничего обещать, пока не узнаю, о чем идет речь.

– Малышка совершенно права, – заметила княгиня. – Думаю, она умнее всех прочих, Федор Александрович. Скажите, девочка, вы достаточно храбры? – Теперь княгиня обращалась непосредственно к ней самой.

– Не знаю, – удивленно ответила Джейн. – Я не люблю боли, но, когда необходимо, переношу ее.

– Дело не в этом! Вас не пугают... опасности?

– О! – вскричала Джейн. – Я их просто обожаю!

– И вы бедны? Вы хотите заработать много денег?

– Только этого я и хочу.

Граф и княгиня переглянулись и одновременно кивнули друг другу.

– Нужно объяснить ей ситуацию, Анна Михайловна?

Княгиня сделала неопределенный жест:

– Ее высочество хотела сделать это сама.

– Напрасно... Я бы даже сказал, неразумно.

– Но ведь приказывает она. Она велела мне представить ей девушку, как только вы с ней закончите здесь.

Стриптич пожал плечами. Он был недоволен, это было по всему видно, но поклонился, молчаливо соглашаясь.

– Княгиня Попоренская хочет представить вас ее высочеству великой княжне Полине, – сказал он Джейн. – Так что не бойтесь.

Чего-чего, а страха Джейн не испытывала – мысль увидеть настоящую великую княжну вблизи ее просто восхищала. Она даже забыла о шляпке.

Княгиня сделала Джейн знак, и они прошли в соседнюю комнату, оказавшуюся чем-то вроде передней. Полная дама едва слышно поцарапалась в дверь и, получив из комнаты ответ, открыла ее.

– Мадам, могу ли я представить вам мисс Джейн Кливленд? – торжественно спросила она.

Молодая женщина, сидевшая в широком кресле, вскочила и быстро пошла к ним. Она пристально посмотрела на Джейн и рассмеялась.

– Это же просто чудо, Анна! – воскликнула она. – Я никогда не думала, что это удастся! Давайте мы с нею встанем рядом. – Она схватила Джейн за руку и потащила к большому зеркалу. – Видите? Сходство просто разительное!

Джейн наконец начала кое-что понимать. Она была, может быть, всего на год-два старше княжны, но походила на нее фигурой и оттенком волос. И пожалуй, была чуть пониже.

Великая княжна захлопала в ладоши. Похоже, у нее был веселый нрав.

– Прекрасно! Можете поздравить Федора Александровича от моего имени, Анна. Он замечательно поработал.

– Девушка еще не знает, в чем дело, мадам, – заметила Анна Михайловна.

– Ах да! – согласилась княжна, немного остыв от эмоций. – Я забыла. Хорошо, сейчас я все ей объясню. Оставьте нас, Анна Михайловна.

– Но, мадам...

– Я сказала, оставьте нас! – Великая княжна раздраженно топнула ногой, и Анна Михайловна, очень недовольная, вышла. Великая княжна села, жестом пригласив Джейн последовать ее примеру. – Эти старухи так утомительны! Но приходится их терпеть. Анна Михайловна еще лучше других. Теперь, мисс... ах да, Джейн Кливленд! Мне нравится ваше имя. И вы сами мне тоже симпатичны. Сейчас я вам все объясню, это недолго. Вы знаете историю Островых? Моя семья практически уничтожена, вырезана коммунистами. Я последняя представительница рода. Как женщина, я не могу претендовать на трон, и меня должны были бы оставить в покое. Но не тут-то было! Куда бы я ни приехала, за мною всюду охота, меня пытаются убить. Смешно, правда? Эти скоты лишены всякого чувства меры.

– Да, конечно, – согласилась Джейн, чтобы показать свою осведомленность.

– Большую часть жизни я провожу скрываясь, приняв все меры предосторожности. Но время от времени приходится принимать участие в публичных церемониях. Например, во время моего пребывания здесь я выполняла какие-то полуофициальные обязанности. И в Париже тоже придется это делать, когда вернусь. У меня есть собственность в Венгрии... Ну... я, наверное, не должна была бы говорить вам все это, но ваше лицо мне понравилось, оно располагает к откровенности. Короче говоря, мисс, очень важно, чтобы меня не убили в ближайшие пятнадцать дней.

– А полиция? – робко поинтересовалась Джейн.

– Полиция? О да, они делают все возможное, я уверена. У нас тоже есть свои шпионы. Меня, скорее всего, предупредят в момент покушения, но сигнал может поступить и слишком поздно. – Она пожала плечами.

– Я, кажется, понимаю, – медленно сказала Джейн. – Вы хотите, чтобы я заменила вас.

– Только на время! – возразила великая княжна. – Но я должна всегда иметь вас под рукой. Может быть, я воспользуюсь вашими услугами два, три или четыре раза за две недели. И каждый раз – при официальном появлении на публике. Естественно, это не касается частной жизни.

– Это очевидно.

– Уверена, вы отлично подойдете! Федор Александрович очень хорошо придумал с этим объявлением в газете, не правда ли?

– А если меня убьют?

– Риск, конечно, есть. Но если верить нашей службе информации, меня просто собираются похитить. Честно говоря, могут и бомбу бросить...

– Понимаю.

Джейн попыталась тут же, в ее присутствии, скопировать раскованные манеры Полины. Ей очень хотелось завести разговор о деньгах, но она не знала, как к этому приступить. И княжна вывела ее из затруднения:

– Естественно, вам заплатят. Я не помню, о какой сумме говорил Федор Александрович...

– Полковник Кранин говорил о двух тысячах фунтов.

– Да-да, теперь я вспомнила. Надеюсь, этого будет достаточно? Может быть, вы хотите больше – три тысячи?

– Да, если это вам безразлично.

– В вас есть коммерческая жилка, – любезно заметила Полина. – Я хотела бы быть такой, как вы, но, увы, ничего не смыслю в деньгах. Когда мне нужно, я их имею, вот и все.

– Это прекрасно.

– И, как вы справедливо заметили, конечно, есть опасность. Надеюсь, вы не думаете, что все это затевается из-за моей трусости? Чтобы продлить род, я, великая княжна Островая, должна выйти замуж и родить по крайней мере двоих сыновей – это очень важно. А что со мной случится потом – не имеет значения.

– Понимаю.

– И вы принимаете мое предложение?

– Да, принимаю, – решительно ответила Джейн.

Полина хлопнула в ладоши. Тотчас же вошла княгиня Попоренская.

– Я ввела ее в курс дела, Анна. Она сделает то, что мы хотим, и получит свои три тысячи фунтов. Она очень похожа на меня, не так ли? Но гораздо красивее.

Княгиня вышла и вернулась с графом Стриптичем.

– Мы договорились, Федор Александрович.

Граф поклонился.

– А сумеет ли девушка сыграть свою роль? – Он взглянул на Джейн.

– Сейчас увидите, – сказала Джейн. – Вы позволите, мадам?

Великая княжна охотно согласилась. Джейн встала:

– Это же просто чудо, Анна! Я никогда не думала, что вам это удастся. Давайте встанем рядом. – И, как это сделала недавно Полина, она схватила последнюю за руку и потащила к зеркалу. – Вот видите? Сходство замечательное!

Слова, манеры, жесты – все было скопировано весьма искусно. Анна Михайловна покачала головой и пробормотала что-то в знак одобрения.

– Очень хорошо! – сказала Полина. – Это многих обманет. Вы очень способны. Я вот не смогла бы подражать кому-то даже ради спасения собственной жизни. Деталями с вами займется Анна. Отведите Джейн в мою комнату, Анна, и примерьте на нее мои платья.

Она отпустила женщин царственным жестом, и княгиня увела Джейн.

– Вот это ее высочество наденет на открытие благотворительного базара, – сказала толстушка, показывая довольно смелое черно-белое творение модельера. – Базар состоится через три дня, и мы еще не знаем, придется ли вам ее заменять там.

По просьбе Анны Михайловны Джейн разделась и примерила платье. Оно было ей как раз впору.

– Очень хорошо! Может быть, чуть-чуть длинновато. Ее высочество выше вас.

– Это не проблема. Великая княжна не носит каблуков. Я могу надеть туфли такого же фасона, как у нее, только на каблуках.

Анна Михайловна показала Джейн лодочки, которые Полина обычно надевала с этим платьем. Джейн внимательно осмотрела их, чтобы приобрести точно такие же.

– Вам нужно также платье совсем другого цвета и из другой ткани, чем у великой княжны, – сказала Анна Михайловна. – Если вам придется в какой-то момент заменить ее, подмена будет менее заметна.

Джейн на минуту задумалась.

– Что вы скажете о красном джерси? И может быть, очки без оправы? Они очень меняют лицо.

Оба совета были одобрены. Джейн вышла из отеля со ста фунтами в сумочке, инструкциями насчет всевозможных покупок и приказом снять номер в отеле «Риц», назвавшись мисс Монтрезор из Нью-Йорка.

День спустя ее посетил граф Стриптич.

– Какая перемена! – воскликнул он, кланяясь девушке.

Джейн сделала шутливый реверанс. Новые платья и роскошная жизнь ей страшно нравились.

– Все это очень хорошо, – сказала она с улыбкой, – но ваш визит, думаю, означает, что мне пора браться за работу.

– Именно так! Мы получили информацию: ее высочество, вероятно, попытаются похитить при возвращении с благотворительного базара, который, как вы знаете, состоится в Орион-Хаус, в двенадцати километрах от Лондона. Ее высочество вынуждена будет появиться там, потому что графиня Энчестер, устроительница базара, лично знакома с ней. Но я придумал вот что...

Джейн внимательно слушала, иногда задавала вопросы и в конце концов объявила, что вполне поняла свою роль.

На следующий день солнце сияло необыкновенно ярко. Но на постоянство погоды в Англии рассчитывать, как известно, не приходится, поэтому благотворительный базар был устроен сразу в двух салонах Орион-Хаус, принадлежавшего вот уже пять веков графам Энчестер. Пожертвованные вещи были весьма разнообразны; среди них было немало роскошных и дорогих. Сто женщин высшего общества решили отдать по жемчужине из своих ожерелий. Каждая жемчужина должна была лежать в отдельной раковине. К услугам приглашенных были и всевозможные развлечения.

Джейн приехала пораньше. Грациозная и элегантная, в красном платье и маленькой шляпке того же цвета, в туфлях из кожи ящерицы на высоком каблуке, она привлекала внимание.

Появление великой княжны Полины произвело сенсацию. Маленькая девочка преподнесла ей цветы. Полина произнесла очаровательную короткую речь. Ее свиту составляли граф Стриптич и княгиня Попоренская.

На Полине было черно-белое платье и маленький черный колпачок с белым пером, спадающим на вуалетку, которая закрывала половину лица. Джейн невольно улыбнулась.

Великая княгиня осмотрела выставку товаров, сделала кое-какие покупки, а затем собралась уезжать.

Наступила очередь Джейн выйти на сцену. Она обратилась к княгине Попоренской с просьбой представить ее великой княжне.

– О! Прекрасно! – воскликнула Полина звонко. – Мисс Монтрезор? Я помню это имя. Это, кажется, американская журналистка, она много помогала нашему делу. Я буду счастлива дать ей интервью. Здесь найдется место, где нам не помешают?

Ей поспешили указать гостиную, где можно побеседовать без помех. Граф Стриптич проводил туда «мисс Монтрезор». Выполнив свою миссию, он удалился, а девушки, уединившись, тут же обменялись одеждой с помощью княгини.

Три минуты спустя «великая княжна» вышла из комнаты, скрывая лицо за букетом алых роз. Она по-французски в нескольких словах простилась с леди Энчестер и направилась к ожидавшей ее машине. Княгиня Попоренская села рядом с ней, и машина тронулась.

– Вот и все, – сказала Джейн. – Интересно, как сможет уйти «мисс Монтрезор»?

– На нее никто не обратит внимания.

– Это верно. Ну скажите, я хорошо провела свою роль, не правда ли?

– Да, довольно искусно!

– А почему граф не поехал с нами?

– Ему пришлось остаться. Он должен охранять ее высочество.

– Надеюсь, что на сей раз бомбу не бросят. Смотрите-ка, мы съехали с главной дороги!

Скрипя шинами, машина свернула на поперечную колею. Джейн, протестуя, обратилась к шоферу, но тот только засмеялся в ответ и увеличил скорость.

– Ваши шпионы были правы, – сказала Джейн. – Ну что ж, чем дольше мы задержимся, тем лучше для великой княгини. Дадим ей время добраться до Лондона.

Перспектива опасности несказанно восхищала девушку. Правда, мысль о бомбе не вызывала в ней особого энтузиазма, но приключение подобного рода было в духе ее азартного характера.

Вдруг машина резко остановилась. На подножку вскочил мужчина с револьвером в руке:

– Руки вверх!

Княгиня послушно подняла руки, а Джейн лишь бросила на мужчину презрительный взгляд.

– Потребуйте объяснений его оскорбительного поведения, – сказала она по-французски своей спутнице.

Но бандит не дал княгине раскрыть рта, и на нее обрушился поток слов на незнакомом языке.

Ничего не понимая, Джейн пожала плечами. К мужчине подошел шофер.

– Не соблаговолит ли ваше высочество выйти? – спросил он с сардонической улыбкой.

Джейн вышла из машины, по-прежнему держа букет перед собой. Княгиня последовала за «своей госпожой».

– Пожалуйте сюда, ваше высочество.

Не обращая внимания на нахальные манеры шофера, Джейн направилась к низенькому домику, расположенному метрах в ста от того места, где остановилась машина.

За женщинами шел вооруженный человек. Они поднялись на крыльцо и вошли в комнату, где стояли лишь стол и два стула. Человек с пистолетом захлопнул за женщинами дверь и повернул в замке ключ. Джейн бросилась к окну.

– Вероятно, я могла бы попробовать выскочить отсюда, но далеко тут не уйдешь. Поэтому лучше, наверное, подождать. Интересно, принесут ли нам что-нибудь поесть?

Через полчаса ее любопытство в этом отношении было удовлетворено: перед ними поставили большую миску с дымящимся супом и положили два куска черствого хлеба.

– Похоже, здесь аристократы не имеют права на роскошь, – заметила Джейн, когда дверь снова закрылась. – Кто первый начнет, вы или я?

– Как я могу есть?! – воскликнула в негодовании княгиня. – Кто знает, с какой опасностью встретилась сейчас моя госпожа?

– Она чувствует себя прекрасно, уверяю вас! – успокоила пожилую даму Джейн. – Сейчас меня больше заботит моя собственная судьба. Эти люди будут не в восторге, когда заметят ошибку. Я постараюсь играть свою роль как можно дольше и удрать при первом удобном случае.

Княгиня ничего не ответила.

Джейн была голодна и поэтому съела весь суп. Правда, он имел какой-то странный вкус, но зато был горячим.

Госпожа Попоренская молча лила слезы. Джейн, почувствовав тяжесть в голове, устроилась поудобнее на стуле и, как ни странно, уснула.

Она проснулась с ощущением, что спала очень долго. Сильно болела голова.

И вдруг она сделала совершенно ошеломившее ее открытие: на ней было красное платье джерси!

Она выпрямилась, огляделась. Да, это была все та же комната, но княгиня Попоренская бесследно исчезла.

«Это не сон, иначе я не была бы здесь», – решила Джейн.

Взгляд в окно добавил еще одну важную деталь: когда она ела суп, в окно светило солнце, а сейчас на тропинке лежала тень от дома.

– Окно выходит на запад, – сказала себе девушка. – Я уснула ближе к вечеру, а сейчас утро. Видимо, в суп было подсыпано снотворное... Да, все это очень странно.

Она подошла к двери и повернула ручку. Дверь без усилий открылась. Джейн осмотрела дом. Он был пуст.

Зажав болевшую голову руками, девушка стала размышлять. У порога она заметила скомканную газету. Крупный заголовок бросался в глаза:

«АМЕРИКАНСКАЯ ЖЕНЩИНА-ГАНГСТЕР В АНГЛИИ. ДАМА В КРАСНОМ ПЛАТЬЕ. СЕНСАЦИОННОЕ ОГРАБЛЕНИЕ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОГО БАЗАРА В ОРИОН-ХАУС».

Джейн присела на ступеньку крыльца и прочитала статью. Вот что в ней было написано: сразу же после отъезда великой княгини Полины трое мужчин и девушка в красном платье, вооруженные револьверами, удерживая толпу на почтительном расстоянии, взяли с выставки сотню жемчужин и бежали на гоночной машине. Их следы еще не обнаружены. Как сообщалось далее, женщина-гангстер в красном платье останавливалась в отеле «Риц» под именем мисс Монтрезор из Нью-Йорка.

– Вот я и влипла! Как я и предчувствовала, тут просто ловушка! – пробормотала ошеломленная Джейн.

Вдруг она вскочила: мужской голос повторял без остановки:

– Черт побери! Черт побери!..

Эти слова настолько соответствовали чувствам Джейн, что она быстро сбежала со ступенек. И увидела лежащего на земле человека, пытающегося подняться. Джейн его лицо показалось привлекательным: оно было все в веснушках и выглядело забавным.

– Черт побери! Ох, моя голова, черт по... – Он замолчал при виде Джейн, а потом слабым голосом проговорил: – Я, кажется, сплю?

– Я тоже сначала так думала, – ответила Джейн, – но, оказывается, нет! Что случилось с вашей головой?

– Кто-то огрел меня сзади. К счастью, она у меня крепкая. – Он сел и поморщился. – Мои мозги явно работают нормально. И я все на том же месте.

– Как вы сюда попали?

– Это долгая история. А вы не великая ли княжна... как ее там?..

– Нет. Я просто Джейн Кливленд.

– Просто! Легко сказать! – сказал он, глядя на девушку с восхищением.

Джейн покраснела.

– Я постараюсь принести вам воды, – отчего-то смутившись, сказала она.

– Вроде так принято – подать стакан воды, но я предпочел бы виски.

Виски Джейн не нашла. Молодой человек выпил хороший глоток воды и объявил, что чувствует себя уже лучше.

– Я должен рассказать вам о своих приключениях, мисс, или вы предпочтете сначала рассказать о своих?

– Начните вы.

– Ничего особенного. Я видел, как великая княжна прибыла на благотворительный базар. На ней были туфли без каблука, а уехала она на высоких каблуках. Мне это показалось странным, а я не люблю того, чего не понимаю. Я сел на мотоцикл и поехал за машиной. Я видел, как вы вошли в этот дом. Минут через сорок появилась гоночная машина с тремя мужчинами и женщиной в красном платье. На женщине были туфли без каблука. Они вошли в дом. Плоские туфли вышли в черно-белом платье, сели в первую машину вместе с женщиной средних лет и высоким типом с белокурой бородой. Остальные уселись в гоночную машину. Я подумал, что дом пуст, и стал искать возможность влезть в окно и освободить вас, но меня неожиданно кто-то оглушил. Вот и все. Теперь ваша очередь.

Джейн рассказала ему все.

– Послушайте! Это же просто неслыханная удача, что вы поехали за мной сюда! Вы только представьте, в какой передряге я могла бы оказаться! У великой княжны отличное алиби. Она покинула базар до ограбления и приехала в Лондон на своей машине. Кто же поверит в мой совершенно неправдоподобный рассказ?

– Никто, – убежденно подтвердил молодой человек.

Они были так погружены в обмен впечатлениями от своих приключений, что не заметили высокого мужчину, прислонившегося к стене дома и все это время не сделавшего ни одного движения.

– Очень интересно, – сказал тот, приветственно махнув им обоим.

– Кто вы?! – вскричала Джейн.

– Детектив-инспектор Ферел, – мягко ответил он. – Мне очень понравилась ваша история, молодые люди. Не знай мы одной-двух деталей, вряд ли можно было бы поверить вам.

– Каких деталей?

– Настоящая великая княжна, как мы узнали сегодня утром, приказала своему шоферу везти ее в Париж.

– О!

– И мы знали о приезде американки в Англию, ожидая истории в этом роде. Мы схватим ее очень скоро, могу вам обещать. Извините меня!

Он взбежал на крыльцо и скрылся в доме.

– Вот это да! – Джейн повернулась к молодому человеку: – Вы очень внимательный наблюдатель, раз заметили такую деталь, как туфли!

– Это вполне естественно. Я вырос на этом – мой отец был, можно сказать, королем сапожного искусства. Он хотел, чтобы я пошел по его стопам, женился, устроился... А я мечтал стать артистом. – Юноша глубоко вздохнул.

– Как я вас понимаю! – посочувствовала Джейн.

– Шесть лет я пытался стать им, но тщетно. У меня не оказалось никакого таланта. И теперь я решил бросить эту затею. Блудный сын возвращается домой, где его ждет совсем неплохое положение в обществе.

– Самое главное – это иметь работу. Вы не можете помочь мне устроиться в обувной магазин?

– Могу предложить нечто лучшее, мисс, если вы только согласитесь.

– Что же, например?

– Скажу чуть позже. До вчерашнего дня я думал, что никогда не встречу девушку, которая мне по-настоящему понравится.

– А вчера? Что произошло вчера?

– На благотворительном базаре я увидел Ее – Единственную! – И юноша красноречиво посмотрел на Джейн.

– Какой замечательный дельфиниум! – сказала Джейн, наклоняясь к цветку и чувствуя, как запылало ее лицо.

– Это люпин, – уточнил молодой человек.

– Какая разница? – засмеялась Джейн.

– Никакой, конечно, – согласился он и, придвинувшись к девушке, робко взял ее руки в свои.

Content

Кристи Агата Джейн ищет работу

Агата Кристи Джейн ищет работу