Ревва Игорь

Сила Бессмертных

Игорь Ревва

СИЛА БЕССМЕРТНЫХ

ПРОЛОГ

В темнеющем вечернем небе медленно гаснет алое пламя заката. Ночь заглядывает в окно пустого, покинутого людьми дома. Полная тишина царит в доме. Все покрыто внушительным слоем мягкой серой пыли — словно память об ушедших никто не тревожит. Потому что в доме никого. Уже очень и очень давно.

Но дом продолжает ждать и надеяться, что хозяева его когда-нибудь вернутся. Дому больше ничего не остается, как только ждать. Ждать и надеяться.

И дом покорно ждет.

Уже целых три недели.

Растянувшиеся на три тысячи лет…

Часть первая. ОФИЦЕР

… Но хуже всего то, что не все люди, способные быть магами, осознают это своим разумом, они противятся этому душой своей. И хорошо, если рядом с таким человеком окажется настоящий маг, могущий наставить его на путь волшебства и чародейства, открыть ему глаза на этот мир. Если же достойного учителя рядом нет, то жизнь такого человека подобна бесполезному пустоцвету, который мог напоить медом сладким пчел и не сделал этого; мог дать людям спелых плодов и не дал; мог жить и не жил. Пропадает жизнь такого человека, и не обретает он Мудрости и Силы. Впрочем, Мудрейший Синак в Завещании своем указывает и на одно исключение…

Из «Книги Первого Ученика»

1

Утренний туман уже успел рассеяться, но в воздухе все еще присутствовала легкая дымка. Словно лес не успел окончательно проснуться и сбросить с себя ленивую дремоту. Небо уже посветлело, однако солнечные лучи пока еще не достигли лесной поляны. Капельки росы на траве и листьях деревьев казались крошечными матовыми шариками и напоминали скорее капли молока, нежели росу. В лесу и на самой поляне было тихо — птицы еще не начали свой утренний концерт. Только редкие пофыркивания лошадей нарушали царившее вокруг безмолвие.

Молодой темноволосый мужчина, примерно двадцати — двадцати двух лет, молча, безо всякого выражения на лице, смотрел на бездыханное тело, лежащее на траве в нескольких шагах от него. Глаза лежащего были широко раскрыты, казалось, что он до сих пор еще не перестал удивляться случившемуся. Правая рука его крепко сжимала рукоять шпаги, а в левой ладони зловеще поблескивало лезвие предательского стилета. Но теперь уже лежащему на траве было мало проку от верного и безотказного оружия — по левой стороне его белой рубашки медленно расползалось кровавое пятно.

Темноволосый мужчина медленным движением извлек из своего кармана изящный белый платок и осторожно, стараясь не порезаться, вытер окровавленное лезвие шпаги. Лицо его по-прежнему ничего не выражало — ни брезгливости, ни радости победы над противником. Только тень легкого сожаления промелькнула в его глазах. То ли о платке сожалеет, то ли о погибшем. Затем мужчина спрятал шпагу в ножны, небрежно бросил погубленный платок на траву и зачем-то наступил на него носком сапога. «Холодно еще по утрам», — подумал темноволосый, поднимая глаза и окидывая взором поляну.

От небольшой группы людей, стоявших в отдалении под деревьями, к нему направлялся высокий худощавый человек в темно-зеленом мундире гвардейского офицера с нашивками лейтенанта — белый парящий орел — на левом рукаве. В руках он держал такой же, как и на нем самом, темно-зеленый камзол. «Холодно», — опять подумал темноволосый.

— Надень, Леган. Сегодня прохладно…

Темноволосый кивком поблагодарил худощавого и надел поданный камзол.

— Все было по правилам, Леган, — сказал худощавый. — Во всяком случае, секунданты придерживаются именно этого мнения… — Он на миг нахмурился.

— Знаю, — ответил Леган, застегивая камзол с белым орлом на левом рукаве. — Я понимаю, что ты чувствуешь. Я и сам испытываю то же самое. Но мне все равно его жаль, Гэртан.

— Гатт хорошо дрался, — все так же хмурясь, заметил Гэртан. — Но ты — чуточку лучше. По крайней мере, именно так будут говорить сегодня в полку…

— Мне просто повезло, Гэртан, — заметил Леган. — Никто в полку не владел шпагой лучше Гатта Олликэна. — Он кивнул на лежащего.

— Никто, — согласился Гэртан. — Но сегодня многие уже будут думать иначе. Особенно тогда, когда узнают про его стилет…

— Я прошу тебя, Гэртан, — Леган в упор посмотрел на своего собеседника, — не стоит об этом…

Гэртан не мигая выдержал этот взгляд, и Леган, смутившись, сам отвел глаза.

К ним приблизился секундант Олликэна.

— Господа офицеры! — почтительно, но с достоинством произнес он. — Дуэль была проведена по всем правилам!

Леган внимательно посмотрел на него. Строго говоря, некоторые правила дуэли были нарушены. Более того — главные правила дуэли! Причем нарушены самым грубым образом! И нарушителя ждало бы множество неприятностей — от длительного заключения под арест до понижения в воинском звании, — если бы не одна маленькая деталь. Этот нарушитель — капитан Олликэн — лежал сейчас на траве, уставившись неподвижным безжизненным взглядом в рассветное небо. И ни понижение в звании, ни содержание в полковой тюрьме его уже особо не тревожили.

— Господин лейтенант?! — секундант Олликэна, проявляя уже заметное беспокойство, обратился непосредственно к Гэртану.

Леган опять посмотрел на Гэртана — своего секунданта. Теперь уже Гэртан, встретившись глазами с Леганом, опустил взгляд, прочистил горло и громко произнес:

— Дуэль была проведена по всем правилам и с соблюдением устава…

Секундант капитана Олликэна удовлетворенно кивнул и слегка коснулся пальцами правой руки головного убора.

— Честь имею, господа офицеры! — сказал он, повернулся и пошел прочь. Леган проводил его взглядом и посмотрел на Еэртана.

— Лошади готовы? — спросил Леган.

— Да, господин лейтенант! — Гэртан шутливо прикоснулся к своей шляпе, передразнивая жест секунданта Олликэна.

— Перестань, — нахмурился Леган. — Это не смешно. Особенно сейчас. Поехали?

Гэртан кивнул и недовольно сказал:

— Можно подумать, я даже не имею права выразить своих сомнений в соблюдении правил дуэли!

— Дуэль была честной! — отрезал Леган, вскакивая в седло.

Гэртан последовал его примеру.

— Если ты считаешь, что дуэль была честной, — заявил он, трогая коня с места, — то я как твой друг и секундант вынужден буду придерживаться такого же мнения! Вынужден!..

Гэртан прав, подумал Леган. Но не стоит пятнать память капитана Олликэна, рассказывая в каждом трактире, что тот недостойно повел себя во время поединка. Своего последнего поединка. Тем более что Гатт был хорошим офицером, гордостью полка. Просто ему сегодня не повезло. Трава была покрыта росой, и он не заметил той небольшой лужицы.

А ведь если бы Гатт не поскользнулся, он бы меня убил, подумал Леган. Честный поединок… Не был этот поединок честным! Никто не запрещает пользоваться амулетами, предохраняющими их обладателя от колдовского воздействия. У самого Легана имелся такой амулет — небольшая гладко отполированная костяная пластинка с вырезанной на ней эмблемой рыцарского Ордена Следящих, висевшая на черном шнурке у него на шее. Устав дуэлей не запрещает этого. Более того — устав дуэлей позволяет использовать любые обереги от колдовства. Но капитан Олликэн заявил, что в качестве подобного оберега у него выступает стилет. А условия поединка были оговорены достаточно ясно — только шпаги и никакого иного оружия!

Леган подумал, что капитану Олликэну повезло. Победи он на этой дуэли, у него могли быть очень большие неприятности. И никакие объяснения не помогли бы ему выдать стилет за оберег. Тем более что настоящее колдовство давно уже не встречается столь часто, чтобы вообще можно было говорить об оберегах! Капитан Раллэн, например, вообще не пользуется подобными вещами! И полковник Куиссэн тоже. Кроме того, и Орден Следящих не сидит сложа руки — малейшее проявление колдовства (или того, что колдовством считается) жестоко карается рыцарями Ордена. И подобная выходка ныне покойного капитана Олликэна вполне могла быть расценена как сомнение в эффективности действий Ордена. А это уже пахнет не полковой тюрьмой, а кое-чем посерьезнее. Особенно принимая во внимание причину дуэли…

— Причина одна — оскорбление чести офицера! — громко заявил ехавший рядом Гэртан.

Леган удивленно посмотрел на него и вдруг понял, что некоторое время размышляет вслух.

— И одно из самых тяжких оскорблений — обвинение в колдовстве! — возмущенно продолжал Гэртан.

— Его просто расстроил проигрыш, — пояснил Леган.

— Разумеется! — воскликнул Гэртан. — Тебе везло в кости, а ему — нет! И зачем нужно было начинать ссору?! Накануне самому Гатту крупно повезло! И никто же не обвинял его в колдовстве! Это непорядочно! Офицеры так не поступают! Мы у всех на виду, и малейшие ссоры между нами мгновенно порождают множество слухов! И что с того, что тебе вчера повезло в кости? Разве это повод оскорблять память умерших предков? — продолжал возмущаться Гэртан. — При чем тут твоя прабабка?! Я сам помню с детства все ее сказки, что мне читала кормилица! И если бы только я был единственным свидетелем высказываний Олликэна, уверяю тебя, Леган, я сам вызвал бы его! Слово офицера!

Леган посмотрел на горячащегося друга и подумал о том, что сказки его прабабки знает, наверное, весь полк. Если не весь город. Очень уж интересные сказки — о колдунах и ведьмах, о том, как благородные рыцари спасали красивых принцесс из заколдованных замков.

Собственно говоря, она была прабабкой не самому Легану, а прабабке Легана. Но столь много «пра» мало кто в состоянии был правильно произнести. Поэтому Леган и привык думать о ней, как о своей прабабушке. И его дети, если они у Легана когда-нибудь будут, тоже, наверное, будут называть ее прабабушкой.

— Интересно, а Гатту рассказывали в детстве сказку о Злом Кинжале? — вдруг спросил Леган.

Гэртан непонимающе посмотрел на него, потом вдруг вспомнил эту сказку и рассмеялся.

— Нет! Наверное, нет! Иначе бы он знал, что ждет всех тех, кто пытается сожалеть о проигранных деньгах! И никогда не затеял бы с тобой ссоры, словно сапожник в лавке у старьевщика!

— Ты же сам говоришь, что мы у всех на виду, — возразил Леган. — Если какой-нибудь простолюдин выиграет у своего соседа пару медяков — это одно. Но когда один офицер выигрывает у другого семьдесят золотых!..

— Прошу тебя, Леган! Не сравнивай себя с простолюдином! — возмутился Гэртан. — И не оправдывай Олликэна! Он не достоин того! Вспомни, что он тебе сказал!..

Леган почувствовал, как скулы его снова сводит от ненависти. Он словно опять увидел перед собой злобный взгляд зеленых глаз. И в ушах его опять зазвенел голос обидчика:

— Колдовское отродье!..

— Что?! — Леган в первый миг не поверил, что эти слова относятся к нему — лейтенанту гвардии, дважды раненному в бою, удостоенному награды от самого Принца!..

— Колдовское отродье! — повторил Гатт.

— Вы сошли с ума, господин капитан? — холодно осведомился Леган в наступившей гробовой тишине.

— Щенок! — злобно процедил Гатт. — На костер тебя!..

Краем глаза Леган заметил, как человек в темно-синем плаще с капюшоном — форме Ордена Следящих, сидевший за соседним столом, внимательно прислушивается к спору. Впрочем, это и не составляло особого труда — в трактире «Небесная лилия» стояла полнейшая тишина, даже служанки перестали звенеть посудой и замерли, открыв от изумления рты.

— Если вы, капитан, так сильно расстроены сегодняшним проигрышем, — спокойно заявил Леган, — я готов вам его вернуть. После принесенных мне извинений!

— Я не намерен извиняться перед колдовским правнуком! — криво усмехнулся Гатт.

— Вам не позволяет этого память о вашей блудливой матушке, капитан? — осведомился Леган с улыбкой. — Или вы думаете, что трактир — более подходящее место для зачатия будущего офицера, нежели дворянская постель?!

Гатт побагровел и медленно встал из-за стола. Рука его легла на эфес шпаги, пальцы побледнели от напряжения.

— Капитан! Опомнитесь! Вы же в трактире! — Несколько гвардейцев, присутствовавших при ссоре, пытались его успокоить.

— Сядьте, капитан! — холодно попросил Леган. — Меня, в отличие от вас, зачали не в трактире, и поэтому я не буду устраивать здесь пьяной драки и позорить звание гвардейского офицера! Если вам так хочется, я готов встретиться завтра утром, на рассвете, возле городской стены! И позаботьтесь о секундантах, господин трактирный капитан!

— А вы, юноша, позаботьтесь о завещании!..

Леган прерывисто вздохнул, заново переживая все ощущения вчерашней ссоры. Непонятно, на что я надеялся?! Капитан Олликэн был самым задиристым и самым известным забиякой в полку и во всем городе. На его счету было свыше восемнадцати дуэлей, на которых он не получил ни одной царапины. Его вообще старались не трогать, потому что в случае поединка шансов остаться в живых не было практически ни у кого. Разве что у полковника Ронна Куиссэна…

Леган вспомнил, как недоумение и страх вязкой волной нахлынули на него, когда Гатт достал стилет. Он вспомнил возмущенные крики секундантов в ответ на заявление капитана о том, что это всего лишь его оберег от колдовства. Леган словно бы опять увидел быстрый ложный выпад капитана, острую сталь, направленную в его, Легана, грудь. И нелепое движение поскользнувшегося человека, потерявшего равновесие, смешно взмахнувшего руками… И свою шпагу, пронзающую незащищенное тело противника…

Леган опять вздохнул. Ему сегодня здорово повезло. Он вполне мог бы сейчас и не видеть приближающихся городских стен, если бы не та маленькая лужа…

— Подъезжаем, — проворчал Гэртан, оглядываясь на Легана. — Приготовься, сейчас нас будут встречать…

Стража у городских ворот сгрудилась, горячо обсуждая, кто же возвращается в город? Кто вышел победителем? Леган подумал, что они наверняка даже заключили между собой пари. Неприятно выступать в роли скаковой лошади, но что взять с простых солдат?! У них не было ни достаточной отваги, ни должного благородства. Люди, обладающие такими качествами, шли в офицеры, а не ждали, пока их по указу Принца призовут под ружье. И солдаты просто хотели, чтобы эти пять лет, которые они вынуждены проводить вдали от родных очагов, пролетели как можно незаметнее и веселее. Винить их в заключении подобных пари Леган не собирался. Время от времени то одного, то другого солдата строго наказывали за подобные споры плетьми и карцером, но это не действовало на них должным образом. Все офицеры превосходно знали об этом, и сам полковник Куиссэн неоднократно говорил — в целях сокращения желающих подраться, — дескать, не к лицу офицеру играть роль игральных костей. Но все без толку! Дуэлей меньше не становилось, и пари среди солдат продолжали заключаться.

Разглядев приближающихся к воротам офицеров, солдаты радостно поприветствовали Легана, отдавая ему честь. Леган пробежал взглядом по лицам и заметил, что физиономии двоих стражников выглядят гораздо веселее остальных. Наверное, эти двое поставили на меня, подумал Леган. Что ж… Их лошадь пришла первой… Странно только, что из двух десятков солдат всего двое поверили в то, что я смогу вернуться живым. Не очень-то хорошее соотношение — десять к одному! Впрочем, на их месте я поступил бы точно так же…

Из караульного помещения вышел их с Гэртаном друг — капитан Ленн Раллэн, молодой офицер, очень быстро продвигавшийся по служебной лестнице благодаря таким противоречивым, казалось бы, качествам, как отчаянная смелость и осторожность. Он с радостным удивлением посмотрел на Легана и взмахнул рукой.

— Рад видеть тебя, Леган! — закричал он. Леган осадил коня.

Ленн подошел поближе и обменялся рукопожатием с лейтенантами.

— Честно говоря, — признался он, — я ожидал встретить не тебя, а Гатта Олликэна! Но я рад, что мои ожидания не сбылись! Слово офицера! Кстати, ты знаешь, что Гатт просил меня быть его секундантом?

— Тебя?! — удивился Леган.

— Да, — подтвердил Ленн. — Но я отказался.

— Почему же?

— По двум причинам, Леган, — пояснил Ленн. — Во-первых, я не считал, что капитан Олликэн вел себя порядочно по отношению к тебе. Я знал причину вашей ссоры и считаю, что вся вина лежит только на Гатте. А во-вторых… Прости, Леган, но я не хотел быть свидетелем твоей смерти… — Ленн смущенно улыбнулся.

— Мне тоже это было бы неприятно, — согласился Леган.

— Приношу свои извинения, лейтенант, — весело сказал Ленн, — за то, что сомневался в вашем умении владеть шпагой! И прошу вас разделить со мной завтрак! У меня превосходное вино! — подмигнул Ленн.

— Останемся? — спросил Гэртан.

— Нет, я поеду домой, — отказался Леган. — Благодарю тебя, Ленн, за приглашение, но я хотел бы поскорее оказаться дома. Отец наверняка знает, куда я отправился. А о том, что капитан Олликэн превосходно дерется, ему известно не хуже других.

— Но вечером мы встретимся? — озабоченно спросил Ленн. — В «Небесной лилии»!

— Только не в «Лилии»! — воскликнул Гэртан. — Давайте лучше в другом трактире!

— «Хвост золотого дракона»? — предложил Ленн.

— Отлично! — кивнул Леган. «Небесная лилия» ему тоже сегодня была не по вкусу. — До вечера, господа! — Он повернул коня и поскакал в город.

«Странное чувство, — подумал Леган. — Казалось бы, я должен радоваться тому, что человек, оскорбивший мою честь, получил по заслугам. Однако у меня почему-то тяжело на душе. Такое чувство, что я сам не имею к этой победе никакого отношения. Словно это кто-то другой дрался на дуэли и его заслуги не по праву приписаны мне».

2

— Ты знаешь, не одному мне Гатт Олликэн предлагал быть его секундантом! — заявил Ленн.

— Что?! — Рука Гэртана дернулась, вино из его кружки плеснуло через край.

— Да, — подтвердил Ленн. — Олликэн просил об этом многих, но никто из офицеров не захотел быть его секундантом! Лейтенанта Килла Орравиана он даже вызвал из-за этого на дуэль! Дело в том, что Килл очень доходчиво и в очень веселой форме пояснил окружающим причину дуэли — я имею в виду историю с матушкой Гатта! И Киллу здорово повезло, что сегодня верхом на коне в город въехал Леган, а не Гатт!

Гэртан сокрушенно покачал головой. Покойный капитан Олликэн был незнатного происхождения. Это не имело большого значения — сами Гэртан и Ленн тоже не были потомственными дворянами. Званий и почестей удостаиваются не за происхождение, а за отвагу и мужество. А капитану Олликэну этой отваги было не занимать! Но почему-то ему очень хотелось, чтобы его считали дворянином. И Гатт как-то в пьяном виде даже пожаловался кому-то из молодых солдат, что завидует потомственным дворянам. Потому что его собственная мать была гулящей девкой, а отца он, по этой же причине, так до сих пор и не видел. Секреты не держались на языке у того молоденького солдата, и наутро об этом знал уже весь полк. Многие офицеры просто пожали плечами — они и сами не были дворянами! Ценилось не происхождение, а доблесть! И на кичащегося своими предками всегда смотрели с жалостливым сожалением. Видимо, подобным людям больше нечем было гордиться, кроме как подвигами своих отцов и дедов…

Но зато теперь все знали, что для капитана Олликэна это имеет очень большое значение. А поскольку многие в полку его не любили, то теперь у них был превосходный повод поддеть Гатта. Впрочем, вскоре подобные «шутники» полностью перевелись — дело всегда кончалось дуэлью, из которой победителем выходил Гатт.

Конечно, Леган был не совсем прав, задевая честь матушки Олликэна. Но Гатт начал первым! И Леган просто отплатил ему той же монетой! И все офицеры считали, что Леган поступил правильно.

— Как это, должно быть, неприятно, — угрюмо сказал Гэртан, — когда понимаешь, что никто из друзей не считает тебя правым…

— А Гатт не имел среди офицеров настоящих друзей! И он совсем не был прав! — заявил Ленн. — Он не должен был так оскорблять Легана! Тем более из-за такой ерунды, как проигрыш в кости! Накануне сам Гатт выиграл у меня шесть золотых!

— Шесть золотых?! — презрительно фыркнул Гэртан. — Я бы и не заметил этого. Подумаешь — шесть золотых! Вот семьдесят — это другое дело…

Ленн пристально посмотрел на Гэртана.

— А как прошла дуэль? — неожиданно спросил он.

— Ничего особенного, — ответил Гэртан.

— Мои слуги узнали от слуг Гатта Олликэна, что капитан взял с собой на дуэль стилет… — медленно проговорил Ленн. — Поэтому я и интересуюсь… Я слышал условия поединка, и мне очень не хочется верить в то, что капитан Олликэн оказался бесчестным человеком…

— Дуэль прошла по всем правилам. — Гэртан приник к кружке. — Все было честно, — хмуро добавил он.

— Да?! — удивился Ленн. — Ну-ну… Я не понимаю одного — зачем Олликэн взял с собой не просто кинжал, а именно оберег от оборотней?!

— От оборотней?! — Гэртан вытаращил глаза.

— Ну да! — подтвердил Ленн. — Ты не знал?! Гатт взял на дуэль серебряный стилет! Серебряный стилет, на котором выгравирован человек с волчьей головой! Он что, считал Легана оборотнем?! — Ленн захохотал. — Представляю себе нашего общего друга, превращающегося каждое полнолуние в грязного бродячего волка! И занимающегося любовью с блохастыми волчицами!!! Наверное, Гатт сам специально сделал так, чтобы про этот стилет узнало как можно больше людей! Может быть, этим он хотел еще больше опорочить Легана?

— Какая нелепость! — пробормотал Гэртан. — Из-за проигрыша в кости… Нелепость!

— Действительно! — кивнул Ленн. — Мало ли кому в чем везет?! Мне, например, в карьере! Я на два года моложе вас с Леганом, однако… — Ленн гордо похлопал по нашивке на левом рукаве своего камзола. — Уже синий орел! А скоро, видимо, — Ленн понизил голос, — скоро он изменит свой цвет на красный!..

Гэртан удивленно посмотрел на Ленна. Ленн станет майором?! Однако! Быстро же он делает карьеру!

— Только прошу тебя — строго между нами! — предупредил его Ленн.

— Слово офицера, — пробормотал Гэртан. — Но звание майора дается же…

— Совершенно верно! — подтвердил Ленн. — Только по личному утверждению Принца! Ты помнишь ту экспедицию, в которой я участвовал полгода назад?

— Которую ты возглавлял. — поправил его Гэртан.

— Ну, пусть так, — согласился Ленн. — Мы занимались розысками колдовской общины в горах…

— Да да, — сказал Гэртан. — Помню. Ты еще был тогда ранен… Слушай, неужели и до сих пор колдуны действительно существуют не только в сказках?!

— Странно, что ты об этом спрашиваешь! — пожал плечами Ленн. — Я своими глазами видел их!

— Но карающие молнии… Я думал, что у колдуна нет ни одного шанса остаться в живых!

— Колдун может быть поражен молнией только в тот момент, когда произносит заклинание! Или делает что-нибудь подобное, — пояснил Ленн. — И это действие должно быть очень серьезным! А так, в обычной жизни, колдуна и не отличишь от простого человека. Он, как и все мы, так же ходит по городу, ест, пьет, играет в кости…

Ленн запнулся. Они с Гэртаном посмотрели друг на друга. А ведь нам пришла в голову одна и та же мысль, подумал Гэртан.

— Так что ты говорил об общине колдунов? — нарушил молчание Гэртан.

— Община? Да… Община… Там я впервые увидел, что такое карающие молнии! — с жаром начал рассказывать Ленн. — Представь себе, что перед нашим отрядом выросла вдруг стена непроходимого леса! В узком ущелье, преграждая нам путь вперед и отрезая дорогу к отступлению! И этот лес был колдовским! Он не рос долгие годы, как все нормальные леса, он возник и вырос в течение минуты! Дело в том, — пояснил Ленн, — что колдуны узнали о нашем приближении и постарались помешать нашему отряду. И вдруг скалы начинают шевелиться, сдвигаются с места и грозят нас раздавить! Вот что такое колдовство!

Гэртан слушал Ленна, разинув рот от изумления.

— А потом ударили молнии! Это было ужасно — огонь с небес лился на камни, на колдовские растения, на нас! Молнии далеко не всегда бывают точны — очень часто страдают и невинные люди!

Гэртан кивнул. Он тоже был свидетелем карающих молний, правда, только однажды. Когда эти молнии ударили в один поселок, где жил колдун. От поселка не осталось и следа — выжженная опустошенная земля, на несколько сот шагов вокруг — ни одной травинки!.. И все — из-за одного колдуна!

— А почему же тогда молнии не настигли этих раньше? — спросил Гэртан.

— Потому что колдуны прятались в подземных пещерах! — ответил Ленн. — А молнии бесцельно били в скалы, не достигая колдунов! Я именно поэтому и понял, что здесь что-то нечисто! — гордо заявил Ленн. — Представь себе — из месяца в месяц молнии лупят по скалам! По скалам, где никого нет! Это очень подозрительно, Гэртан! И я подумал, что под скалами есть неизвестные пещеры, где обосновались колдуны! И мой доклад полковнику об этом и послужил причиной для отправки нашей экспедиции!

— Хвала Небу, что не так-то много настоящих колдунов в этом мире! — покачал головой Гэртан. Страшно подумать, что стало бы со страной, начни молнии бить повсюду!

— Поэтому, — продолжал Ленн, — Орден Следящих и старается выявить колдунов еще до того, как они смогут набрать настоящую силу! Представь себе, что у нас в городе завелся бы колдун!

— Ну, одной молнией город не разрушить, — возразил Гэртан.

— А если десять колдунов? — в свою очередь возразил Ленн.

— М-да… — нахмурился Гэртан. — Десять… Это плохо… От города ничего не останется…

— Вот именно!

Гэртан отхлебнул вина и отрезал кусок мяса. Ему представилась эта картина — огненные молнии, падающие на город, на площади, на его дом… У Гэртана три маленькие сестренки — восьми, десяти и тринадцати лет… Храни их Небо…

Ленн понял, о чем думает Гэртан. Ему стало неприятно, что его рассказ вызвал подобные мысли у товарища. Надо его отвлечь, подумал Ленн, и спросил:

— А как долго длился поединок?

— Какой поединок?! — растерялся Гэртан. Он все еще пребывал во власти своих мрачных видений.

— Ну, дуэль между Гаттом и Леганом!

— А-а-а! В общем-то недолго. Если честно говорить, то Гатту просто не повезло! Он поскользнулся. Не случись этого, Леган сейчас ехал бы к городским воротам на повозке! Леган совершенно растерялся, когда Гатт достал свой… — Гэртан запнулся. — В общем, он растерялся! И был совершенно не защищен! А Гатт уже наносил удар — прямой, снизу вверх! Шпага Легана была блокирована ст… Леган не смог бы ей воспользоваться! И в этот момент Гатт поскользнулся в луже! Представляешь?!

— Да, повезло Легану, — согласился Ленн, настойчиво не замечая оговорок Гэртана. — И вчера, во время игры… И сегодня, на дуэли…

Он запнулся, и они с Гэртаном опять уставились друг на друга.

— Капитан Раллэн! — строго произнес Гэртан. — Не хотите ли вы сказать, что?..

— Нет, господин лейтенант! — так же строго ответил Ленн. — Я нисколько не хотел оскорбить нашего с вами друга! Слово офицера! Если мои слова прозвучали подобным образом, я приношу вам свои извинения, лейтенант Гаррэт! Более того — я готов извиниться в вашем присутствии и перед самим Леганом!

Гэртан кивнул и налил себе еще вина.

— Ты что-то с утра много пьешь, — уже совершенно другим голосом заметил Ленн. — Приглашая тебя на завтрак, я и не думал, что ты решишь напиваться! Что-то случилось?

— Как будто тебе мало дуэли! — усмехнулся Гэртан. — Я так волновался за Легана! У него не было ни единого шанса!

— Повезло, — ответил Ленн.

— Да. Повезло…

Гэртан снова нахмурился. Что-то все разговоры сегодня утром крутятся вокруг везения Легана, подумал он. Словно нарочно любая тема неизбежно приводит к их с Ленном другу. Ну, Ленн-то ладно! Они втроем с Леганом и Ленном дружат уже очень давно, и никто из них не способен на предательство. Самое главное, чтобы подобные разговоры не возникали за пределами их узкого круга.

За окнами раздались громкие голоса. Капитан Раллэн насторожился, потом схватил свою шляпу и кинулся из комнаты. Гэртан встал и тоже направился на улицу. Подходя к распахнутой двери, он услышал возмущенный голос Ленна:

— Приношу свои извинения, господин старший рыцарь, но вам следовало бы знать, что караул не подчиняется офицерам Ордена Следящих!..

Гэртан ускорил шаг и, выйдя из караульного помещения, нос к носу столкнулся с человеком в темно-синем плаще — форме Ордена. Рыцарь Ордена посмотрел на Гэртана, потом перевел взгляд на Ленна.

— Вы собираетесь спорить с офицером Ордена? — холодно спросил он Ленна.

— Я собираюсь выполнять отданный мне приказ! — сухо возразил капитан Раллэн. — Городские ворота не самое подходящее место для ваших расследований! Если стража пропустила эту повозку, значит, на то было мое указание! Мое! Начальника караула! И останавливать ее вы не имеете никакого права!

Только теперь Гэртан увидел, что неподалеку стоит повозка, на которой лежит, накрытый черной тканью, какой-то предмет. Видневшиеся из-под траурного покрывала черные офицерские сапоги не оставляли сомнения, что это тело капитана Гатта Олликэна.

Старший рыцарь смерил Ленна взглядом. Брови его нахмурились. Капитан Раллэн был прав. Но у самого Гэртана, например, просто духу не хватило бы спорить со старшим рыцарем Ордена Следящих.

— Как ваше имя? — требовательно спросил рыцарь.

— Капитан гвардейского полка Ленн Раллэн! Честь имею! — Ленн приложил руку к шляпе. — Могу теперь я узнать, с кем мне приходится разговаривать?

— Старший рыцарь Ордена Следящих, Оралл Дрегг, — после непродолжительной паузы ответил человек в темно-синем плаще.

— А вы? — рыцарь повернулся к Гэртану.

— Лейтенант гвардейского полка Гэртан Гаррэт, — пробормотал Гэртан. Ему стало не по себе. От рыцарей Ордена лучше держаться подальше.

Рыцарь Дрегг удовлетворенно кивнул. И снова повернулся к Ленну.

— Не позволит ли мне капитан Раллэн взглянуть на тело? — чересчур вежливо осведомился рыцарь.

— Основание? — сухо спросил Ленн.

— Распоряжение Ордена.

— Письменное распоряжение? — уточнил Ленн.

— Да, — подтвердил рыцарь.

— Бумаги! — капитан Раллэн требовательно протянул руку.

Солдаты стражи со страхом слушали этот диалог. В глазах их читался ужас перед Орденом. Они впервые видели, чтобы кто-то — пусть даже гвардейский офицер — спорил с рыцарями Ордена. Да и сам Гэртан обмер от страха. Ленн что, с ума сошел?! Что он делает?! Простой младший рыцарь Ордена Следящих равен по чину майору! А старший рыцарь — это уже все равно что генерал! Следующей ступенью был магистр Ордена, который стоял наравне с главнокомандующим. А о Верховном магистре и думать не хочется — где-то рядом с Принцем… И никто не осмелился бы потребовать письменного разрешения даже от младшего рыцаря Ордена! Никто… кроме капитана Ленна Раллэна…

Оралл Дрегг молча полез в карман, вытащил оттуда свернутый в трубку лист плотной бумаги и подал его Ленну. Ленн развернул его и медленно прочел, хмуря брови. Гэртан с опаской покосился на разноцветные — синие и зеленые — печати Ордена и прочел несколько слов: «…по велению Принца…всяческое содействие…каждому жителю…»

— Все в порядке? — спросил рыцарь с улыбкой.

— Да! — Ленн вернул ему бумагу. — Можете произвести осмотр! — Он махнул рукой солдатам, давая разрешение отойти от повозки.

— Благодарю вас, капитан Раллэн. — Рыцарь склонил голову. Но когда он снова поднял лицо, глаза его излучали мстительную ненависть.

Рыцарь подошел к повозке и брезгливо откинул в сторону черное покрывало. Гэртан опять увидел лицо Олликэна — по-прежнему удивленное, с открытыми глазами. Рыцарь прикоснулся пальцами к окровавленной рубашке, к щеке покойного. Затем он протянул руку и взял с повозки стилет.

— Серебро?! — удивленно протянул он, вертя стилет в руках. — Интересно… Оборотень?! Очень интересно… Покойный любил бывать на охоте? — Рыцарь резко повернулся к капитану Раллэну. Гэртан даже вздрогнул от этого столь неожиданного движения.

— Не имею об этом ни малейшего понятия, господин старший рыцарь! — пожал плечами Ленн.

— Разве вы не были хорошо знакомы с покойным?! — почему-то удивился рыцарь. — Я думал, что все гвардейцы…

— Вы ошиблись, господин старший рыцарь! — заявил Ленн.

— Возможно, возможно… — задумчиво пробормотал рыцарь, не замечая вызывающего тона Ленна.

Он аккуратно положил стилет обратно и прикрыл покрывалом тело. Затем повернулся к Ленну и склонил голову.

— Благодарю вас, капитан! Думаю, мы с вами еще увидимся…

— С нетерпением буду ждать встречи, господин старший рыцарь! — Ленн прикоснулся к шляпе.

Рыцарь кивнул и направился к своей лошади. Повозка, управляемая перепуганным бородатым мужиком, тронулась с места, продолжая свой невеселый путь.

— Зачем ты так? — тихо спросил Гэртан.

— Что?! — Ленн вздрогнул и обернулся. — А-а-а… Ты про него…

Рыцарь Ордена пришпорил коня и уже скрылся из виду.

— Да. Зачем ты с ним… так… разговаривал…

— Он остановил повозку с телом погибшего офицера, — пояснил Ленн. — Хотел устроить обыск! Он не имел на это права!

— Тебе не было страшно? — вдруг спросил Гэртан.

— Было, — шепотом признался Ленн. — Знаешь, как я испугался? У самого до сих пор поджилки трясутся!..

Гэртан неодобрительно покачал головой, провожая взглядом медленно удаляющуюся повозку.

3

Старый слуга, прислуживавший Легану сколько тот себя помнил, принял у молодого хозяина его камзол и шаркающей походкой направился из комнаты.

— Где отец? — спросил Леган.

Слуга остановился, повернулся к Легану всем корпусом и почтительно склонил голову.

— У него гости, господин, — сказал он.

— Перестань, Некк! — недовольно поморщился Леган. — Сколько раз я говорил тебе — разговаривай со мной по-человечески! А ты опять — господин!.. И прекрати сгибать свою спину — ей уже много лет!.. Так что за гости у отца?

— В город приехал какой-то ученый — простите, не запомнил его имени — старость… Он интересуется сказками вашей почтенной пра-пра-пра-пра…

— Некк! — со смехом воскликнул Леган. — Прекрати! И как только ты не запутаешься во всех этих «пра-пра»?! Я тебя понял, дальше!

— Этот ученый, — продолжил Некк, — интересовался старыми рукописными книгами, оставшимися от вашей почтенной прапра…

— Некк!!!

— А теперь он беседует с вашим отцом и выспрашивает его о старинных легендах… Ваш батюшка велел мне, — понизил голос Некк, — как только вы вернетесь домой, немедленно сообщить ему об этом! Он очень волновался за вас…

Леган кивнул, не снимая сапог, повалился на кровать и закрыл глаза. Бедный отец! Он тоже знал, что представляет собой капитан Олликэн! «Наверное, отец уже и не надеялся меня увидеть», — подумал Леган.

— … А еще перед самым вашим приходом был посыльный от… от полковника… Простите, имена совсем не хотят держаться в моей старой голове!

— Я тебя понял, Некк, — ответил Леган, не открывая глаз. — От полковника Куиссэна. Он хотел меня видеть?

— Как только у вас будет такая возможность, господин…

— Хорошо, иди, Некк…

Как только будет такая возможность… Наверное, полковник хотел сказать: «если будет такая возможность»!!!

Надо отправляться в полк, решил Леган. В полк, потом — домой… И все! Никуда больше сегодня не ходить! Ни в какие трактиры!

Эта дуэль не была у Легана первой. Третья по счету победа, но он до сих пор воспринимал ее как чистую случайность.

Все-таки Олликэн был непорядочным офицером! Зачем он оскорбил память прабабки? Известная личность, знаменитая сказочница, вот, даже ученые приезжают из-за нее! А Гатт посмел… Ладно! Не будем об этом!

Некк говорил, что этот ученый разыскивает старые книги сказок. Отец, наверное, отправит его в городскую библиотеку. Леган открыл глаза и посмотрел на шкаф, где хранились его книги. Все они были новыми, напечатанными. Напечатанные книги занимали гораздо меньше места, их было легче читать, хотя и стоили они не так уж и мало: порой до сорока золотых! Но род их не был таким бедным, они вполне могли себе позволить приобретать напечатанные книги. А ученого, видимо, интересуют рукописные. Но все рукописные книги давно уже передали библиотеке — книги и места занимали меньше, и читать их было легче.

Леган остановил взгляд на одной из книг. «Тень рыцаря». Интересная книга. Самая небольшая из всех сказок — именно поэтому Леган и прочел ее одной из первых. Его поразило описание поединка рыцаря со своей тенью и то, как умело этот рыцарь вышел из создавшегося затруднительного положения. Славное было время. Рыцари, единороги, драконы… колдуны… Леган нахмурился, вспомнив слова Олликэна. Богатая фантазия — это еще не колдовство…

Осторожный стук в дверь заставил Легана встать с кровати. Он подошел к двери и распахнул ее. На пороге стоял отец. Лицо его при виде сына на миг озарилось радостной улыбкой, тут же, впрочем, сменившейся озабоченным выражением.

— Вы вернулись, — сказал он. Леган обратил внимание, что отец начал произносить эти слова с вопросительной интонацией, а закончил — с утвердительной, гораздо более спокойной.

— Да, — ответил Леган.

— Все в порядке?

— Да, благодарю вас.

Отец удовлетворенно кивнул.

— К вам приходил посыльный от полковника Куиссэна. Господин полковник просил вас прибыть в штаб…

— Я знаю, отец, — сказал Леган. — Благодарю вас…

— Леган, а сегодня вечером вы… вы будете дома? — поинтересовался отец.

— Вероятно, да.

— Вас хотела видеть ваша матушка. Вы так давно с ней не беседовали…

— Простите, отец, — смутился Леган. — Сегодня же вечером… Даже днем, по возвращении из полка.

Отец вышел из комнаты сына и пошел к себе в кабинет. Ему очень хотелось порасспросить сына обо всем, но он сдержал себя. Самое главное, что Леган жив. И даже не ранен! Он специально остался в рубашке, чтобы показать отцу, что на нем нет ни единой царапины. Хвала Небу, сын жив. Хвала Небу!..

4

Леган добирался до полка пешком — идти было не очень далеко, а конь его и без того не застоялся. По дороге Легана приветствовали знакомые офицеры, направляющиеся, как и он сам, в полк. И на всех лицах читалась явная радость от того, что Леган жив. Неужели бедного Гатта в самом деле никто не любил?!

Леган с удивлением увидел, что на плацу уже выстроился почти весь полк. Наверное, полковник готовится огласить какой-то приказ, подумал Леган.

В комнате перед кабинетом полковника уже сидели Ленн Раллэн и Гэртан Гаррэт.

— Привет, дружище! — улыбнулся Ленн. — Нам не дают расстаться!

— А тебя зачем вызвали?! — удивился Леган.

— Не знаю, но догадываюсь, — усмехнулся Ленн. — Причина очень проста…

— Его длинный язык! — хмуро перебил Ленна Гэртан.

— Нет! — Ленн сразу же перестал улыбаться. Лицо его посуровело. — Причина, господин лейтенант, в том, что я ЧТУ приказы и не намерен позволять кому подало оскорблять память погибшего офицера! Пусть даже он погиб и на дуэли! И… и пусть даже, — Ленн понизил голос, — я его терпеть не мог!

— М-да… — Леган присел на лавку рядом с Гэртаном. — Похоже, никто не мог терпеть бедного капитана Олликэна! Почему бы это?

— Почему? — переспросил Ленн. — У каждого на то были свои причины, Леган!

— А какие причины были у тебя? — поинтересовался Гэртан.

— Помнишь, я познакомился с одной дамой? — спросил Ленн. — Ее звали Толла, Толла Каварригэн!

— А-а-а! — протянул Леган. — Это такая высокая, темноволосая, очень похожая на засушенную рыбку?!

— Сами вы, господин лейтенант!.. — нахмурился Ленн. — Не буду я вам ничего рассказывать!

— Ладно тебе, Ленн! — расхохотался Гэртан. — Не обижайся!

— Я пошутил, Ленн! — лукаво улыбнулся Леган. — Прости меня! Она была очень симпатичной! Правда! Я бы и сам не отказался с ней!..

Гэртан захохотал.

— Ну, не хотите, тогда не буду ничего говорить! — еще больше надулся Ленн.

— Ладно, ладно! — примирительно произнес Леган. — Прости! Я пошутил! Ну?

— Не буду! — упрямо повторил Ленн.

— Ну пожалуйста! Ленн! — хором начали просить друзья.

— Ладно, — смягчился Ленн. — Ну так вот! Эта самая Толла Каварригэн подвергалась осаде со стороны капитана Олликэна…

— Ага! — воскликнул Леган. — Я так и думал! Так вот почему он!..

— Нет! — строго прервал его Ленн. — Моей заслуги тут нет! Госпожа Каварригэн просто начала липнуть ко мне, едва мы встретились с ней глазами! Я подумал, что она из породы легкомысленных женщин, но все оказалось совсем иначе! Она просто очень сильно испугалась!

— Тебя?

— Почему меня?! — удивился Ленн. — Не меня! Капитана Олликэна!

— Испугалась?! — Леган и Гэртан недоуменно переглянулись между собой.

— Да, господа! Испугалась! — подтвердил Ленн. — Она заявила, что Гатт по очереди ухаживал за пятью женщинами в городе и никто из них не прожил после этого и месяца!

— Что?! Ты хочешь сказать?..

— Не знаю! — ответил Ленн. — Я не думаю, что Гатт как-то причастен к смерти этих женщин, но Толла считала именно так! И когда Гатт начал делать ей намеки, Толла перепугалась. Она принялась искать защиты у меня!

— Особенно по ночам! — добавил Гэртан.

— Ну… не без этого, — отвел глаза Ленн.

— Странно, что Гатт не предъявил к тебе своих претензий! — заметил Леган.

— Как это — не предъявил?! — удивился Ленн. — Он даже хотел вызвать меня на дуэль!

— На дуэль?! Я не знал… — растерялся Леган. — А как же вы разрешили ваш спор?

— Понимаешь, — задумчиво проговорил Ленн. — Я просто объяснил Гатту, что Толла его боится. И рассказал почему. И Гатт… Гатт принес мне свои извинения…

— Не может быть!!! — хором воскликнули друзья. — Гатт Олликэн перед тобой извинился?!

— Я сам не поверил в это, — признался Ленн. — Но Гатт выглядел весьма встревоженным после моих слов… И это меня удивило больше, чем его извинения…

— Никогда не поверю, что Гатт Олликэн способен был принести извинения! — заявил Гэртан.

— Слово офицера, — подтвердил Ленн. — Слово офицера, что он…

Дверь распахнулась, из кабинета выглянул полковник Куиссэн.

— Кто это здесь бросается словами офицера?! Ага!!! Вот, оказывается, кто!!! Вся троица в сборе! — хмуро шевельнул своими седыми усами полковник. — Ну что ж, господа офицеры! Прошу ко мне в кабинет! Все сразу!!! — сердито повысил он голос. — А то у меня может не хватить злости разбираться тут с вами поодиночке!!!

Друзья переглянулись и один за другим прошли в кабинет полковника. Они догадывались, что полковник устроит им хорошую выволочку. Легану и Гэртану — из-за дуэли, а Ленну — из-за того самого рыцаря Ордена. Полковник Ронн Куиссэн был вспыльчив и резок. Он просто обожал возмущаться поведением своих офицеров и распекать их даже тогда, когда к этому не было ни малейшего повода. А уж когда повод был!..

Друзья уже приготовились к тому, чтобы провести несколько следующих дней в полковой тюрьме. А Ленн даже подсчитывал, сколько месяцев ему придется там сидеть.

Офицеры выстроились в центре большого кабинета, перед огромным дубовым столом полковника. Сам полковник расположился за этим столом, водрузил на его поверхность свои сжатые кулаки и мрачно смотрел на офицеров.

— Ну? — пророкотал он. — Кто из вас предпочтет первым попасть на виселицу?

Друзья молчали. Это было обычным началом разговора полковника Куиссэна. Леган подумал, что его самого уже по меньшей мере раз триста обещали повесить.

— Та-а-а-ак! Добровольцев нет? Тогда я буду выбирать сам! — Полковник грозно сверкнул глазами. — Начнем со старшего по званию! Надеюсь, господа лейтенанты возражать не будут… Итак, капитан Ленн Раллэн!

— Да, господин полковник! — с готовностью вытянулся Ленн.

— Что — да? Что? — Полковник подался вперед. — Вы что, капитан, думаете, что у меня больше нет никаких дел, кроме как объясняться с высшим командованием Ордена Следящих?! Вы считаете, что ваша служба состоит в том, чтобы делать рыцарям Ордена замечания?!

— Простите, господин полковник, — Ленн стоял навытяжку, — но тот офицер был старшим рыцарем!

— Что-о-о-о?!

— Да, господин полковник1 — Ленн посмотрел своему командиру прямо в глаза. — Он был старшим рыцарем!

— Старшим рыцарем Ордена Следящих, господин капитан!!! — заревел полковник, грохая кулаком по столу. — И потрудитесь полностью произносить звания офицеров!!! Полностью!!! Даже если это офицеры Ордена!!!

— Виноват, господин полковник!..

— Еще как виноваты!!! Еще как!!! Я сегодня вынужден был в течение получаса давать объяснения самому магистру!!!

— Магистру Ордена Следящих, господин полковник? — невинно переспросил Ленн, нарочно произнося все звание целиком. Гэртан, не сдержавшись, улыбнулся.

— Молчать!!! — Полковник подскочил на месте.

— Виноват, господин полковник! — отчеканил Гэртан, делая скорбное лицо.

— Вас что-то очень веселит, господин лейтенант? — грозно пророкотал полковник, обращаясь к Гэртану. — Может быть, вы радуетесь тому, что ваш друг — капитан Раллэн — позволил себе вступать в споры с рыцарем… старшим рыцарем Ордена Следящих? Ну конечно! Вы же — гвардейцы!!! Вас же очень развлекают и веселят подобные споры!!! Вы же любите поспорить!!! Да, лейтенант? — Полковник повернулся к Легану и сверкнул глазами. — Вы ведь тоже любите поспорить? Не так ли? Рано утром, возле городской стены!!! Со старшими по званию!!! Да, лейтенант? Вы бы небось не отказались поспорить на дуэли и с самим магистром? Не так ли, лейтенант?

— Да, господин полковник!!! — неожиданно для себя выпалил совсем растерявшийся Леган.

Ленн с Гэртаном прыснули. Полковник удивленно вытаращил глаза на Легана. Усы его поникли.

— Повешу я вас, господа офицеры, — скорбно проговорил полковник Куиссэн, устало опустив голову на руки. — Вот перед самой своей отставкой — повешу! И будете вы висеть… на виселице… — задумчиво вздохнул полковник.

Друзья виновато переглянулись.

— Лейтенант Гэртан Гаррэт!

— Слушаю, господин полковник!

— Вы были секундантом на дуэли вашего друга? — Полковник кивнул в сторону Легана.

— Да, господин полковник!

— Дуэль была честной?

— Да, господин полковник!

Полковник Куиссэн забарабанил пальцами по столу.

— Вы уверены в этом, лейтенант? — прищурился он.

— Да, господин полковник!

— Готовы ли вы дать слово офицера?

— Да, господин полковник!

— Что вы заладили, как попугай? — недовольно проворчал полковник Куиссэн. — Вы даже не слушаете того, что я вам говорю! Или просто забыли, что опорочивший слово офицера с позором изгоняется из полка!!! Так вы готовы, лейтенант, своим словом подтвердить то, что дуэль была честной? — ехидно осведомился полковник Куиссэн.

Гэртан молча вытащил из ножен свою шпагу, сделал два шага вперед и положил оружие на стол перед полковником. Затем отступил назад и медленно произнес:

— Дуэль была честной, господин полковник! Слово офицера! Позвольте удалиться?

Лицо Гэртана было каменным. Полковник грустно усмехнулся и перевел взгляд на Легана.

— А вы, лейтенант? Вы тоже готовы покинуть полк?!

Леган вытащил свою шпагу и положил ее на стол рядом со шпагой Гэртана.

— Дуэль была честной, господин полковник! — ответил Леган, делая шаг назад. — Офицеры гвардии не способны на низость! А капитан Гатт Олликэн был превосходным офицером, господин полковник! Я очень сожалею, что все так произошло! Позвольте удалиться и мне?

— Заберите ваши шпаги, господа! — недовольно проворчал полковник Куиссэн. — Мой стол не совсем подходящее место для ваших клинков! И вообще — вам следует пореже обнажать их! Они нужны вам для войны, а не для дуэлей! Верните в ножны ваше оружие, господа лейтенанты! Это приказ!!! Мой приказ!!!

Гэртан с Леганом послушно выполнили указание.

— Так! Теперь перейдем к самому главному! — Полковник подошел к шкафу, покопался там и вернулся к столу с тремя свернутыми в трубку бумагами. Леган успел заметить на одной из них темно-синюю печать канцелярии Ордена Следящих.

— Итак, господа дуэлянты, — хмуро произнес полковник, — настал ваш последний час! Я говорю совершенно серьезно!

Друзья удивленно переглянулись. Судя по всему, полковник действительно уже говорил вполне серьезно. Вот только — о чем?

— Из столицы пришел приказ! Его Высочество требует отослать в столичную гвардию двух самых лучших офицеров нашего полка! У них там, в столице, слишком много людей гибнет на дуэлях! — полковник возмущенно фыркнул. — Что ж… Теперь будет гибнуть еще больше! Потому что этими двумя офицерами будете вы, господа лейтенанты!

Леган и Гэртан удивленно переглянулись. Служить в самой столице? В гвардии Принца? Такая честь выпадает очень немногим! Неужели они оказались в числе счастливчиков, о которых долгие годы будет говорить весь город?! В такую удачу было непросто поверить!

— Поздравляю, — шепнул Ленн Легану.

— Молчать! — устало приказал полковник. — Не вздумайте сегодня на радостях устроить какой-нибудь дебош в трактире!!! Итак, господа лейтенанты, послезавтра вы отправитесь в столицу! И надеюсь, что там-то уж вас повесят!!! Вы поняли меня?

— Да, господин полковник!!! — радостно ответили Леган с Гэртаном.

— Хорошо, — кивнул полковник Куиссэн. — А с вами, капитан, будет отдельный разговор! Через пять минут! На плацу!!! Перед всем полком!!! Кстати, господа лейтенанты, вам тоже обязательно быть там!!! Вы пока еще служите у меня в полку, а не в столичной гвардии!!! А теперь можете идти!!! И чем быстрее, тем лучше для вас, господа офицеры!..

Друзья поклонились и покинули кабинет. Когда за ними закрылась дверь, полковник Куиссэн грустно улыбнулся. Ему было жаль расставаться с двумя хорошими офицерами. Но не посылать же в столицу кого попало!

Полковник тяжело вздохнул. Вечная беда городских гарнизонов — лучшие уходят в столицу…

Полковник встал, посмотрел в окно, затем прицепил к поясу свою шпагу и медленно вышел из кабинета. Полк уже стоял на плацу. Полковник испытал гордость от вида солдат и офицеров, стоящих поротно, ровными квадратами. Армия, подумал полковник. Одно это слово уже наводит страх на всякую мразь, шляющуюся по стране в поисках легкой поживы.

Полковник вдруг вспомнил, как он вел полк на банду «Ночных сов», численность разбойников втрое превосходила вверенные ему силы. И как отважно вели себя все — от его адъютанта до простых солдат. Армия…

Полковник прочистил горло, развернул первую из захваченных им бумаг и громким зычным голосом начал говорить:

— Господа! Приказ по полку!

Строй перестал дышать, ловя каждое слово своего командира.

— За отвагу, мужество и честность, — при этих словах полковник невольно усмехнулся про себя, — а также за неукоснительное соблюдение достоинства офицера! И по личному повелению Принца! Офицеры Диирийского гвардейского полка! Лейтенант Гэртан Гаррэт! И лейтенант Леган Лариар! Направляются в Лаоэрт! Для дальнейшего прохождения службы в гвардии Его Высочества! Отныне им предстоит защищать не только свой родной Диирий, но и все Межгорье!! Искренне верю, господа, что вы не посрамите имени родного города и звания офицеров!!!

Троекратное «ура» было ответом полковнику Куиссэну.

— Далее! Офицер Диирийского гвардейского полка! — продолжал полковник Куиссэн. — Капитан Ленн Раллэн! Удостаивается моей личной благодарности! За защиту чести павшего офицера! Капитана Гатта Олликэна!

На этот раз «ура» звучит не столь воодушевленно, подумал полковник. М-да… Олликэна никто особенно не любил… Однако…

Однако ни Леган Лариар, ни Гэртан Гаррэт не сказали о нем ни одного худого слова! А ведь причин ненавидеть капитана Олликэна у них было предостаточно! Взять хотя бы его бесчестное поведение на дуэли! Но офицеры готовы были пожертвовать своей карьерой, своими званиями, да что там говорить — своей честью! — только бы не опозорить имя гвардейского офицера!

Жаль, что отныне они будут служить в Лаоэрте, а не в Диирии, подумал полковник. Очень жаль…

5

Старый Некк проводил Легана до самой комнаты, беззвучно пожевал губами и негромко произнес: — Вас ваша матушка спрашивала…

— Да, я помню, — ответил Леган. — Благодарю тебя, Некк!

Леган не стал переодеваться — друзьям все же удалось уговорить его отпраздновать перевод в столичную гвардию. И в скором времени всем троим предстояло собраться в трактире «Веселый кочевник». И скорее всего, туда сегодня набьется весь полк, подумал Леган.

Леган до сих пор не мог прийти в себя от радости. На плацу, после того как полковник распустил строй, их с Гэртаном едва не разорвали на части. Каждый офицер считал своим долгом поздравить Легана и Гэртана. В основном конечно же Легана — ведь, помимо назначения в Лаоэртскую гвардию, ему сегодня еще удалось победить на дуэли. Причем не кого-нибудь, а самого капитана Олликэна! Гэртан даже немножко обиделся, что ему уделяют меньше внимания.

— Леган! Можно подумать, что тебя переводят в Лаоэрт из-за дуэли, а меня — просто так, за компанию! — со смехом заметил он.

— А ты тоже убей какого-нибудь капитана! — посоветовал Ленн. — Можешь начать с меня!

— Ну, в этом случае меня, скорее всего, поздравлять не будут! — резонно заметил Гэртан.

Легану едва удалось уговорить друзей отпустить его домой. Ленн ни в какую не хотел позволить Легану уйти. Он подзадоривал офицеров не отпускать Легана, потому что тот наверняка стремглав побежит к какой-нибудь красотке. И только слово офицера, данное Леганом, что он непременно вернется в трактир, помогло ему избавиться от назойливых поздравлений — Ленн и Гэртан вежливо, но живо разогнали всех, кто докучал Легану.

Леган вышел из своей комнаты и направился по коридору их старого дома к комнате матери. По пути он с гордостью смотрел на фамильные портреты своих предков, украшающие стены. Никому из них не выпадало такой чести! Даже самому первому в роду Лариаров — Благородному Рыцарю Тилаку, нашедшему путь через коварные Риифорские болота и ступившему на неизведанные земли за ними. Даже ему, присоединившему к Межгорью новые провинции — Риифорье и Андирскую долину. Леган посмотрел на портрет Благородного Рыцаря Тилака. Его героический предок был изображен вместе со своей женой — Ларкой Лариарой, женщиной, умевшей слагать красивые и интересные сказки.

Удивительно, подумал Леган, направляясь дальше. Почему основателем их фамилии является именно Ларка, а не Тилак? Предание гласит, что имя и фамилия были даны ей самим Бессмертным Богом, повелителем Неугасимого Маяка. И род Лариаров был единственным в Межгорье, где фамилия происходила по материнской линии. Как и во всей стране, фамилия Лариаров всегда передавалась по отцовской линии, но первым человеком, носившим ее, была женщина. Говорят еще, что Ларка Лариара удостоилась такой чести за то, что сопровождала Бессмертных Богов в их великом походе против сил зла. Но это, скорее всего, уже просто легенды. Хотя если внимательно читать сказки Ларки Лариары, то возникает ощущение, что она действительно видела все это. Не зря же ученые из других городов до сих пор приезжают в их дом, чтобы найти ответы на какие-то интересующие их вопросы. Леган постучал в дверь комнаты матери.

— Войдите, Леган!.. — донеслось из-за двери.

Леган вошел в комнату и подошел к креслу, где сидела его мать — Балла Лариара. Она улыбнулась ему той нежной и покровительственной улыбкой, на которую способны бывают только матери, вечно считающие своих детей маленькими и нуждающимися в защите. Леган присел возле кресла, и Балла Лариара положила тонкую кисть ему на плечо.

— Вы сегодня дрались на дуэли, сын, — сказала она.

— Да, матушка. Но со мной все в порядке…

— Я знаю. Вы дрались с капитаном Гаттом Олликэном. Да?

— Да, матушка… Это было делом чести…

— Я понимаю вас, сын. Но меня беспокоит другое, — Балла Лариара на миг замялась, словно бы не решаясь что-то сказать Легану.

Леган терпеливо ждал.

— Вы поразили Гатта Олликэна в сердце! — вдруг выпалила Балла.

Леган удивленно посмотрел на нее. Откуда она знает?!

— Да! — кивнула головой Балла. — В сердце! И вам это удалось, несмотря на его стилет! Серебряный стилет! Стилет, которым Гатт Олликэн хотел вас…

— Дуэль была честной! — Леган встал. — Я даю вам слово, что дуэль была честной!

— Вы убили его, Леган, — тихо сказала Балла. — Но Гатт Олликэн еще напомнит о себе…

Леган удивленно посмотрел на мать. Что она такое говорит?! Как это капитан Олликэн может напомнить о себе, если его уже нет в живых?!

— Простите, матушка, — мягко произнес Леган. — Но вы ведь сами говорите, что Олликэн поражен в…

— Да! — прервала его мать. — Но это не имеет значения… для него. И я боюсь за вас, Леган… И еще я боюсь, что, когда вы уедете в Лаоэрт, я не смогу помочь вам… советом… в трудную минуту… Поэтому…

Балла Лариара протянула руку и подала Легану какой-то небольшой предмет.

— Возьмите, сын. Пусть этот талисман хранит вас ото всех бед!..

— У меня есть оберег, — возразил Леган, вынимая из-под рубашки костяную пластинку с эмблемой Ордена.

— Дайте его сюда! — резко потребовала Балла.

Леган снял с шеи пластинку и протянул ее матери. Балла Лариара презрительно отшвырнула оберег в угол комнаты.

— Никчемная безделушка! Она вам не поможет, Леган! — заявила мать. — Возьмите этот талисман!

Леган покрутил в руках небольшой бесформенный гладкий кусочек кости, привязанный к черному шнурку, и пожал плечами.

— Как вам будет угодно, матушка, — согласился он, надевая талисман на шею.

Быстро, однако, распространяются слухи в Диирии, подумал Леган. Дуэль состоялась рано утром, а о своем переводе в Лаоэртскую гвардию Леган и сам узнал часа два назад.

— Идите, сын, — улыбнулась Балла. — Ваши друзья уже ждут вас в «Веселом кочевнике». И… и будьте с ней поласковее…

— С кем?! — не понял Леган. — Кого вы имеете в виду, матушка?

— Вы поймете, сын, — улыбнулась Балла. — Идите. Наверняка Ладр тоже хотел бы поздравить вас.

Леган кивнул, поцеловал мать в висок и вышел из комнаты. У матери Легана была странная манера разговаривать — она иногда произносила слова, значение которых доходило до Легана только спустя довольно продолжительное время. Балла Лариара была мудрой женщиной, хорошо понимавшей, что может произойти. Одного события ей было достаточно, чтобы понять, как повернется судьба человека через день, месяц или даже через год. Леган на ходу упрятал свой новый талисман под рубашку и подумал о том, насколько все женщины суевернее мужчин. Зачем ему, Легану, вообще нужны какие бы то ни было обереги или талисманы?! Его талисман — шпага! И она поможет справиться с любой опасностью!..

— Сын!..

Леган обернулся. По коридору к нему спешил отец — Ладр Лариар.

— Это правда? — радостно спросил Ладр, глядя сыну в глаза. — Вы будете служить в Лаоэрте?

— Да, отец! — кивнул Леган. Ладр обнял его и прижал к груди.

— Я рад за вас, сын, — прошептал он. — Это большая честь для всего рода Лариаров!

— Я знаю, отец! — В голосе Легана проскользнули горделивые нотки. Все-таки он первый из Лариаров, кому доведется служить в столице!

— Я не поверил своим ушам, Леган, когда узнал о том, что вам оказана такая честь! — Ладр отстранился от сына и внимательно посмотрел ему в лицо. — Мне сказала об этом ваша матушка! И я испытал огромную радость за вас, Леган!

— Благодарю, отец!

— Когда вы уезжаете?

— Послезавтра.

— Вместе с Гаррэтом?

— Да.

— Храни вас Небо! И… не забывайте свою мать, Леган! Навещайте ее, она будет рада этим визитам. Хорошо?

— Да, отец! — кивнул Леган.

Ладр Лариар замолчал. Ему очень хотелось поговорить с сыном, но он боялся показаться сентиментальным. Капитану в отставке, раненному в бою на Риифорской войне, получившему награду лично от магистра Ордена Следящих, не к лицу было проявлять слабость. И Леган решил прийти отцу на помощь.

— Как прошла ваша встреча с ученым? — поинтересовался он.

— О-о-о! — обрадовался Ладр Лариар. — Я долго беседовал с ними!

— С ними?! Разве их было несколько?

— Трое. Профессор из столицы и двое его студентов. Точнее сказать — студент и студентка. Они интересовались старыми рукописными книгами Ларки Лариары. Но как вы знаете, еще ваш прадед все их передал в городскую библиотеку! — сокрушенно развел руками отец.

— Надеюсь, в библиотеке им позволят с ними ознакомиться, — сказал Леган.

— Увы, сын! — воскликнул Ладр. — Они только что опять приходили, настроение их было удрученным! Некоторые рукописные книги уже больше десяти лет назад были изъяты из библиотек Орденом Следящих! И среди них — сказки Ларки Лариары!

— Почему? — удивился Леган.

— Наверное, в целях сохранения реликвий, — выразил свое мнение Ладр. — Что бы там ни говорили, но хранилища Ордена намного надежнее, чем подвалы городской библиотеки…

Они немного помолчали. Отец посмотрел на Легана и вздохнул.

— Ну, не буду вас отвлекать от дел! Идите, сын… — Ладр отвернулся, и Легану показалось, что в глазах старика блеснули слезы.

Удивительно, подумал Леган, выходя на улицу. Откуда родители узнали обо всем? Отец, например, узнал от матери. А она от кого?!

6

Полковник Куиссэн осторожно, словно хрустальную вазу, положил на стол серебряный стилет с гравировкой и хмуро посмотрел на своего собеседника.

— Вы хотите сказать, магистр, — начал было полковник, — что один из моих офицеров…

— Господин полковник! — прервал его тот, кого он называл магистром. — Я ничего не берусь утверждать! Следствие по этому делу еще далеко до завершения! Именно поэтому я и нахожусь сейчас здесь!

Полковник Куиссэн нервно забарабанил пальцами по столу.

— Вы же сами видите, господин полковник! — Магистр показал глазами на стилет. — Серебро, изображение оборотня… Кроме того, что бы там ни говорили ваши доблестные офицеры, а капитан Олликэн отправился на дуэль именно с этим оружием! И мне кажется, что рассчитывал он в основном на него, а не на свою шпагу!

— Я не совсем понимаю, магистр, что вас так беспокоит? — насупился полковник. — Дуэли — это дело чести гвардейских офицеров! И никто не вправе…

— Полковник! — воскликнул магистр. — Меня не интересуют драки ваших забияк! Меня интересует совершенно другое!

— Что именно?

— За последний месяц, полковник, за городской стеной по совершенно необъяснимым причинам погибло пять человек. Разумеется, погибло-то гораздо больше, но именно эти пять смертей привлекли мое внимание. И в первую очередь тем, что виновные обнаружены не были. По самой простой причине — виновных в этом просто не может быть!

— Что вы имеете в виду, магистр?!

— Сейчас объясню. Итак, пять смертей! Все погибшие — женщины, все — городские граждане. Весьма красивые и достаточно легкомысленные для того, чтобы заводить романы с молодыми гвардейскими офицерами…

— Господин магистр!

— Что? Что, господин полковник? Не секрет, что ваши офицеры тоже достаточно легкомысленны в этих вопросах! Кроме того, они весьма щедры, что тоже привлекает к ним многих особ женского пола!

— Какое право вы имеете?.. — начал было полковник, краснея от гнева.

— Минутку! — прервал его магистр. — Ответьте мне, что понадобилось молодым и красивым женщинам за городской стеной? Что, как не возможность любовного свидания? Ведь больше половины ваших покорителей сердец уже достаточно известны в городе и не всегда могут позволить себе появиться на улицах под ручку со своей новой избранницей и избежать при этом скандала со старой! Кроме того, смерть всех этих дам очень странно выглядит! — Магистр прищурился. — Одна из них явно самостоятельно свела счеты с жизнью. Трое умерли по непонятным причинам, которые наш лекарь определил как «смертельный страх». А одна… Одна женщина была найдена в кустах возле самых городских ворот с растерзанным горлом!

— Я помню этот случай, — подтвердил полковник. — Офицер, находившийся в ту ночь в карауле, лично докладывал мне об этом. Он же и обнаружил возле тела множество следов… Собака… Ее растерзала собака… Или волк…

— Или не совсем волк… — тихо добавил магистр. Полковник пристально посмотрел ему в глаза и недоверчиво спросил:

— Оборотень?!

— Возможно. На эту мысль меня навело то, что три женщины умерли от страха. Они чего-то очень сильно испугались. А одна бросилась под копыта лошадей проезжавшей по дороге кареты. Кучер кареты не заметил ничего подозрительного, но мне кажется, что и эту женщину погнал на смерть страх. Страх перед… чем? Или перед кем?

— Какое же отношение могут иметь ко всему этому мои офицеры?!

— Все эти женщины были любовницами капитана Гатта Олликэна. Того самого, что погиб сегодня утром на дуэли. Того самого, что являлся хозяином этого вот стилета! — Магистр взял со стола оружие. — Серебряного стилета, с изображением оборотня! Оберега от оборотней!

— Капитан Олликэн — оборотень?! — Полковник высоко поднял брови. — Чушь! Простите, господин магистр, но это полная чушь!!!

Магистр улыбнулся:

— Вы, полковник, почему-то пришли к точно такому же выводу, что и один из моих офицеров — старший рыцарь Оралл Дрегг. Он тоже пытался уверить меня, что Гатт Олликэн был оборотнем. Но я считаю иначе. Я уверен, что капитан Олликэн не был оборотнем, но он знал, кто настоящий оборотень!

— Знал?! И не счел нужным сообщить об этом офицерам Ордена?!

— Да, полковник! Вероятно, капитан Олликэн пытался сам убить его. Скорее всего, оборотень за что-то мстил Олликэну, убивая его любовниц! И Олликэн решил самостоятельно расправиться с ним! Возможно, поэтому он и взял с собой этот стилет, когда отправлялся на дуэль с лейтенантом…

— Господин магистр!!! Ваши подозрения в отношении…

— Это моя обязанность — подозревать!!! Я не утверждаю, что Леган Лариар — оборотень! Но я обязан во всем этом разобраться! Такова воля Принца, доверившего мне звание магистра Ордена Следящих, господин полковник!

Полковник Куиссэн набрал полную грудь воздуха, намереваясь яростно вступиться за одного из своих любимцев. Но…

— Но зачем вам понадобились списки дозорных? — уже несколько более спокойно спросил полковник Куиссэн. — Вы полагаете, что дозорные могли что-то видеть и не сообщить об этом в рапорте?

— Меня не интересует рапорт, господин полковник, — возразил магистр. — Меня интересуют именно списки. Кто из ваших офицеров, когда и где именно был в дозоре за последние три месяца!

Полковник резко встал из-за стола, решительным шагом подошел к шкафу и вытащил оттуда толстую книгу в кожаном переплете с надписью на обложке: «Дозор».

— Прошу вас, господин магистр! — Полковник положил книгу на стол и отошел к окну. Демонстративно повернувшись спиной к магистру, он сделал вид, что пристально наблюдает за строевыми упражнениями на плацу. Услышав за своей спиной торопливый шелест страниц, полковник Куиссэн невольно дернул плечом. Что за ерунда! Считать офицеров его полка оборотнями?! Этот Орден слишком уж зарывается! Не можете найти настоящего убийцу несчастных женщин, так не нужно пытаться свалить вину за эти убийства на кого попало! Тем более на лейтенанта Лариара! Одного из лучших офицеров его полка! Можно даже смело сказать: второго лучшего офицера! Ибо первым был лейтенант Гэртан Гаррэт…

Полковник вдруг нахмурился, вспомнив свой вчерашний разговор со своим старым другом — майором Маллом. В том разговоре полковник Куиссэн назвал тройку своих лучших офицеров: Олликэн, Гаррэт и Лариар… И именно в такой последовательности. И если бы не смерть Олликэна, то в Лаоэрт отправился бы он, а не лейтенант Лариар…

Ерунда, подумал полковник. Лейтенанту Лариару совершенно чужда страсть к карьере! В отличие от своего друга, капитана Раллэна, Лариар абсолютно не интересуется этим! Похоже, что его вообще ничего не интересует, кроме службы, игры в кости и женщин…

Женщин… Хм… Пять погибших женщин… Полковник невольно покрутил головой. Что это за бред лезет в голову?!

— Господин полковник! — окликнул его магистр. Полковник повернулся.

— Благодарю вас, господин полковник! — Магистр аккуратно положил на стол книгу. Магистр встал и отдал честь.

— Могу я узнать, что именно вы выяснили? — недовольно осведомился полковник.

— Разумеется, — ответил магистр. — За последние три месяца лейтенант Леган Лариар четырежды просил замены в дозоре…

— Я знаю! — резко заявил полковник. — Ну и что?! Разве офицер гвардии не может заболеть?

— Может, господин полковник, — согласился магистр. — И даже четыре раза! Только все эти четыре «болезни» лейтенанта Лариара почему-то приходились на время полнолуния. Именно на то время, когда оборотни…

— Магистр!!! — взревел полковник. — Вы оскорбляете моего офицера!!! Вы обвиняете его в колдовстве!!!

— Если мои слова были расценены вами подобным образом, — склонил голову магистр, — то я приношу вам свои извинения, господин полковник! Я не считаю Легана Лариара колдуном! Слово офицера!

Полковник Куиссэн недоуменно посмотрел на магистра.

— Оборотень — не колдун, — пояснил магистр. — Это не зависит от человека и происходит порой даже вопреки его желанию. Оборотень не совершает никаких магических воздействий и не произносит никаких заклинаний. Он просто превращается… В полнолуние… Именно поэтому карающие молнии Неугасимого Маяка оставляют оборотней безнаказанными… как и вампиров…

— Вы собираетесь его арестовать? — спросил полковник.

— Нет. Я думаю, что мы обойдемся без этого! — нехорошо усмехнулся магистр.

— Вы собираетесь его просто убить! — понял полковник Куиссэн. — И вы не боитесь ошибиться? Что, если это неправда? Учтите, магистр, — если вы ошибетесь, вам придется принять вызов на дуэль!

— От вас, господин полковник?! — Магистр удивленно поднял брови.

— От меня, господин магистр! А в случае моей гибели еще как минимум от двоих офицеров моего полка! Как минимум от двоих!

— То есть, — уточнил магистр, — приглашений на дуэль может быть больше?

— Намного больше, господин магистр!

— Хм… Это серьезно… Скажите, господин полковник, — вкрадчиво спросил магистр. — А много ли офицеров у вас в полку?

— Сто двадцать семь! То есть… сто двадцать шесть…

— Хм… Да, это очень серьезно…

— Я не угрожаю вам, господин магистр! Я…

— Нет, нет! Что вы, господин полковник! — Магистр вскинул руку. — Я и не расценивал ваши слова как угрозу! Хотя и прозвучали они достаточно… э-э-э…

Полковник молчал.

— Не беспокойтесь, господин полковник! Невинные не пострадают. Если я ошибаюсь, то первым принесу свои извинения лейтенанту Лариару! Мы не будем действовать без достаточно веских оснований! Мы все проверим, полковник! — успокоил его магистр. — Мы дождемся полнолуния…

— Лейтенант Лариар послезавтра утром отбывает в Лаоэрт! — заявил полковник. — Я не собираюсь отменять своих приказов! И вам придется поторопиться, магистр, если вы считаете, что он…

— Господин полковник! — тихо произнес магистр, грустно улыбнувшись. — Полнолуние наступает сегодня…

Полковник замолчал.

— Кстати, господин полковник! — Магистр уже подошел к двери, но обернулся: — Жаль, что вы не сообщили мне, что лейтенант Лариар один раз все-таки дежурил в ночь полнолуния. Это намного облегчило бы мою работу. Но, видимо, вы просто позабыли об этом случае… Так вот, лейтенант Лариар однажды был в карауле именно в ночь полнолуния. Более того, он сам попросил об этом. Лейтенант Лариар вдруг очень захотел подменить лейтенанта Килла Орравиана. Эта была та самая ночь, когда нашли убитую оборотнем женщину. И дежурил лейтенант Лариар возле городских ворот. И это именно он обнаружил тело… Честь имею, господин полковник!..

7

Трактир «Веселый кочевник» был забит до отказа. Сбившиеся с ног служанки, ошалевшие от такого количества офицеров, метались из зала на кухню и обратно — раскрасневшиеся, возбужденные, тайно надеющиеся на чудо. На кухне, в редкие свободные секунды, они, захлебываясь от радости, делились друг с другом своими впечатлениями:

— Ты видела? Тот капитан, что сидит возле дверей, он так смотрел на меня!..

— А со мной заговорил лейтенант!..

— Поду-у-умаешь! Меня даже поцеловал сам капитан Раллэн!

— Вот уж не стала бы этим гордиться! Зато я танцевала с самим Леганом Лариаром!

— Ух ты!!!

— Какая ты счастливая!!!

— Да! Просто смелее надо быть, девушки!!! Смелее!..

— Подумаешь! Леган скоро уезжает! Он и со мной танцевал! Ну и что?!

И завистливые взгляды, раскрасневшиеся щечки, блестящие влажные глазки, полные сладостной надежды…

Офицеры гвардейского полка праздновали перевод в Лаоэртскую гвардию своих боевых товарищей. В последний раз Диирийский гвардейский полк удостаивался такой чести четыре года назад. И с тех пор многие молодые офицеры уже даже перестали надеяться, что им доведется быть хотя бы свидетелями подобного.

Утомленные танцами, шуточками и вином, неразлучные друзья — Ленн Раллэн, Гэртан Гаррэт и Леган Лариар — присели за стол, отдуваясь и обмахиваясь шляпами. Тут же к ним подсел лейтенант Килл Орравиан. Он был гораздо трезвее виновников сегодняшней попойки, и это толкнуло его на отчаянный и рискованный шаг.

— Леган! Ты скоро уедешь! А у кого же мне тогда отыграть все проигранные деньги?! — со смехом спросил Килл Орравиан.

— Твои деньги?! — притворно изумился Ленн. — Пойми, Килл! Деньги эти давно уже не твои! Они перестали быть твоими, когда ты проиграл их Легану! — начал объяснять Ленн под хохот друзей. — И ты сейчас пытаешься не отыграться, а просто выиграть у Легана его собственные деньги!!!

— Если бы я понял хотя бы половину того, что ты сейчас сказал, — честно признался лейтенант Орравиан, — то без сомнения получил бы чин капитана и синего орла на мундир!

— Не пытайся отыграться, Килл! — предупредил его Леган. — Неужели ты надеешься за один вечер вернуть все то, что проиграл в течение последнего года?!

— А вот попробуем! — подзадоривал Легана Килл.

— Он думает, что ты слишком пьян, чтобы держать кости! — рассмеялся Гэртан. — Килл, дружище! Даже если Леган просто уронит кости, они все равно покажут больше, чем выбросишь ты! Разве ты не знаешь, что Леган — счастливчик!

— А я тоже счастливчик! — заявил Килл Орравиан — и я тоже хочу выиграть!!!

— Проиграй ему, а? — жалобно попросил Ленн Легана под хохот офицеров. — А то ведь он не отвяжется!

— Не умею! — скорбно вздохнул Леган.

— Ну! Леган! Давай же сыграем! Или ты боишься?! — Килл в притворном ужасе округлил глаза и воздел к потолку руки. — О-о-о!!! Кого мы посылаем в столицу?! Господа офицеры! Легана из города не выпускать! Он нас там опозорит! Я сам поеду! Лично! Вместо него!

— Ага! — хохотал Леган. — Только сначала протрезвей!..

— Нет! Поеду! — настаивал Килл.

— Слушай, Леган! Да выиграй ты у него деньги! — предложил Ленн. — А то ведь действительно поедет! Вместо тебя! Он же нас там опозорит!

— Веский довод! — согласился Леган и одним движением руки смел со стола кувшины и стаканы. — Давай, Килл, сыграем!

— Ур-р-ра! — заорали все вокруг. — Леган играет с Киллом! Счастливчик Леган! Ура Легану! Ура Киллу!

Килл сел напротив Легана и бросил на стол тяжелый кошелек.

— Ого! — уважительно произнес Леган и отрицательно покачал головой. — Мне столько не унести!

— Давай, давай! — презрительно усмехнулся Килл. — Раскошеливайся! Сегодня мой день!

Леган достал свой кошелек, высыпал его содержимое на стол — там было не больше десяти золотых — и велел принести кости. Килл выудил из кошелька несколько монет и бросил их в центр стола. Леган ответил, встряхнул кости и метнул. Выпало одиннадцать.

— Килл! Может быть, ты уже сейчас пошлешь за деньгами? — спросил кто-то.

— Нет! Я выиграю! — Килл метнул кости. — Одиннадцать! — радостно заревел он. — Добавляем!..

Они увеличили ставки. Леган выбросил семь, Килл — три.

— Еще! — настаивал Килл. — На все!

У Легана — десять, у Килла — пять!

— Еще раз! — горячился Килл. — Должно же мне повезти!

— Кто это тебе сказал?! — совершенно искренне удивился Ленн. — Твоя белошвейка? Она тебя обманула! Никогда не верь женщинам!

Килл велел принести еще вина — он решил устроить себе небольшой перерыв, — а его место тут же занял другой офицер. Потом — третий, потом — четвертый…

— Ты записываешь, Гэртан? — под всеобщий хохот деловито спрашивал Ленн. — Скольких он уже разорил?

— Не успеваю! — со смехом признался Гэртан, который вообще не следил за игрой: его сейчас больше интересовала девушка, которую он держал на коленях и нежно обнимал за талию.

Потом опять сел играть Килл Орравиан.

— На твоем месте, Килл, — глубокомысленно заявил Ленн, — я брал бы пример с Гэртана! Вот где тебе может здорово повезти!

— Вздор! — возражал Килл и продолжал проигрывать. Но потом и ему это надоело. Зато теперь уже Леган вошел в азарт — он увеличивал ставки, метал кости не глядя, но все равно выигрывал раз за разом!

— Все! Хватит! — закричал Килл. — А то у меня не останется денег даже заплатить за вино!

— Ничего! — со смехом ответил ему Леган. — Я угощу тебя!

— Нет! — упрямо повторил Килл. — Я больше с тобой играть не буду!

— Не будешь играть со мной? Хорошо! — Леган поднялся с места и проворно поймал за руку пробегавшую мимо служанку. — Иди сюда, милая!

Служанка испуганно взвизгнула, когда Леган притянул ее к себе.

— А с ней? Будешь играть? — весело спросил Леган, указывая на растерявшуюся девушку.

— С ней?! — опешил Килл.

— Да! С ней! Как тебя зовут, милая? — обратился Леган к служанке.

— Меня?.. Теллина… — пролепетала служанка, начиная краснеть.

— Отлично! — воскликнул Леган. — С лейтенантом Киллом Орравианом играет очаровательная и прелестная Теллина! Ну что, Килл? Боишься?

— Кто?! Я? — вскинулся Килл. — Хорошо! Играем!

— Ура! — заревели со всех сторон гвардейцы. — Ура Легану! Теллина, молодец! Покажи этому Киллу, что такое настоящая игра!

Леган встал за спиной у Теллины, положил свою левую руку ей на талию и притянул к себе. Девушка ойкнула, и лицо ее залилось краской.

— Ого! — воскликнул Ленн. — Она тебя боится, Леган! Напрасно, милая! На твоем месте сейчас мечтала бы оказаться половина женщин Диирия!

— Леган! — крикнула какая-то девушка из дальнего конца зала. — Оставь эту недотрогу! Возьми меня! Я готова сыграть с тобой в любую игру!

— Нет уж! — решительно возразила Теллина и положила свою руку поверх руки Легана, обнимавшего ее за талию. Весь трактир грохнул со смеху.

— Молодец, девушка!..

— Крепче, крепче!..

— Так держать, Теллина!..

— Не отпускай его!..

— До самого утра!

Леган склонил голову и прижался щекой к нежному личику Теллины.

— А деньги у тебя есть? — хитро спросил Леган.

— Нет… — упавшим голосом ответила Теллина. — Нету…

— А как же ты будешь играть?! — притворно удивился Леган.

Теллина растерялась и испуганно обернулась к нему.

— Ну, ничего! — успокоил ее Леган. — Мы сейчас все уладим! Вот так! — И он звонко поцеловал Теллину в пунцовую щечку. — Я считаю, что это удовольствие стоит моего кошелька!

С этими словами Леган бросил на стол свой тяжело звякнувший кошелек.

— Ты с ума сошел, Леган?! — удивился Килл. — Сколько там у тебя?

— Не знаю! — беспечно ответил Леган. — Все, что я сегодня выиграл! И теперь эти деньги принадлежат Теллине! Но — с одним условием: она угостит меня и вас — моих друзей — выпивкой! Угостишь, Теллина?

— А если она проиграет? — осторожно поинтересовался Килл.

— Тогда ты получишь деньги, но и угощение ставить — тоже тебе!

— А как же Теллина? — со смехом спросил Ленн. — Ты же ее уже поцеловал! Получается, что ты делал это бесплатно?!

— Я думаю, что сумею расплатиться с красавицей! — хитро улыбнулся Леган. — Каким-нибудь иным способом! Ты как считаешь? Сумею? А? — зашептал он на ушко Теллине.

Девушка повела плечами, поплотнее прижимаясь к груди Легана. Леган почувствовал, как сильно колотится ее сердце, и осторожно поцеловал Теллину в шею. Та закрыла глаза и откинула назад голову, прижавшись к Легану затылком.

— Хватит вам! — возмущенно воскликнул Килл. Он уже высыпал на стол все золото из кошелька Легана и сложил его в аккуратные столбики. — Здесь сто тридцать золотых! Леган, у меня нет таких денег! Я не могу играть с тобой! То есть с Теллиной…

В трактире воцарилась мертвая тишина. Леган почувствовал, как Теллина начинает дрожать. На нее, как и на всех остальных, произвела впечатление эта сумма — сто тридцать золотых!

— Ты сможешь купить себе этот трактир, — шепнул ей на ухо Леган. Теллина охнула.

— Ну что ж, Килл! — Леган обратился к товарищу. — Если у тебя нет таких денег…

— Я играю! — выкрикнул один из молодых лейтенантов, швыряя на стол свой кошелек. — Здесь сто сорок золотых! Разницу готов променять на поцелуй Теллины!

Трактир снова огласился торжествующими криками. Но громче всех вопил Леган.

— Нет уж! Никаких поцелуев! — притворно возмущался он. — Забирай свои десять золотых и целуйся с ними сам! Правда, Теллина? Чего он к нам пристает?!

— Эй! Лейтенант! — окликали с разных сторон девушки. — Можешь поцеловать меня! Даже за один золотой! Даже два раза!

— Нет! — отрезал лейтенант. — Сначала — игра! Прошу вас, Леган! Начинайте!

— Играю не я, — заметил Леган, — а Теллина!..

Он взял со стола кости и вложил их в руку девушке.

— Берем кости в правую руку! — громко говорил Леган. — Осторожно встряхиваем их! — Леган взял своей ладонью нежную кисть Теллины и слегка потряс. — А теперь начинаем считать до трех! Раз!.. Ну?! Теллина! Я должен все делать за тебя? Кто из нас играет?! Ты или я?

— Раз… — покорно повторила девушка.

— Два!

— Два…

В трактире наступила тишина.

— Три! — хором звонко крикнули Леган и Теллина. Девушка разжала ладонь, и костяные кубики запрыгали по столу. Все офицеры кинулись смотреть, сколько же выпало.

— Леган, — в полнейшей тишине проговорил Килл. — У тебя три очка…

— Тьфу ты! — огорчился Леган. — Надо было считать до двенадцати… Ну что, Теллина? Придется мне расплачиваться с тобой иначе… Ты не возражаешь?

Настроение у Легана ничуть не испортилось. По тому, как нежно Теллина гладила его руку, лежащую у нее на талии, Леган понял, что деньги девушку совершенно не волнуют. Ей просто ужасно нравились отважные офицеры. Ну а самого Легана проигрыш тем более не огорчил. Все его мысли уже были с Теллиной…

— Вот это да! — пробормотал кто-то. — Счастливчик Леган проиграл! Счастье отвернулось от него…

Эти слова вдруг больно кольнули Легана. Ему стало обидно. Такую ерунду считать за счастье?!

— Нужно же хоть когда-нибудь проигрывать! — рассмеялся он. — И потом, вы забываете о двух вещах! Во-первых, я уже сегодня в выигрыше! Правда, Теллина?

— А во-вторых? — с интересом спросил кто-то.

— А во-вторых… Во-вторых: теперь ваш ход, лейтенант!

Все захохотали. Молодой лейтенант взял кости, встряхнул их и бросил. Хохот стоял в трактире такой, что Леган не сразу понял, о чем ему кричит Гэртан. И только когда Гэртан поднял над головой руку с двумя растопыренными пальцами, до Легана дошло.

— Что?! — выкрикнул он.

— Два! — радостно заорал Гэртан, перекрывая шум. — Два!

— Два! — Леган рывком развернул девушку к себе лицом. — Два! Теллина! Ты выиграла! — И он прижался к ее губам в страстном и горячем поцелуе.

Выигрышу Легана (или Теллины?) радовались все, даже сам проигравший офицер. Общее ликование достигло предела, когда вдруг обнаружилось, что Теллина и Леган потихоньку ускользнули из трактирного зала, забыв при этом на столе оба кошелька, набитых золотом.

— Эй! А где наши счастливчики?! — удивленно воскликнул Ленн.

— Наверное, становятся еще счастливее! — глубокомысленно заметил Гэртан под смех офицеров.

— Надо отнести им деньги! — заявил Ленн, выбираясь из-за стола.

— Ну приятель! — захохотал Гэртан. — Наверное, ты слишком много выпил! Если бы меня кто-то в такой момент стал отвлекать какими-то деньгами, я бы его просто убил! Не рискуй, Ленн! Тем более что Легану везет не только в кости!

— Нет! — настаивал Ленн. — Надо отнести!

Он встал, сгреб со стола оба кошелька и отправился по трактиру разыскивать Легана, громко выкрикивая его имя. Гэртан хохотал, глядя на пьяные проделки своего друга, и думал о том, увидятся ли они еще когда-нибудь с Ленном Раллэном?

8

Комната Теллины находилась на первом этаже трактира, прямо за кухней. Собственно говоря, это была не ее комната, а просто комната прислуги — Теллина делила ее с тремя подругами. Но сейчас все служанки были заняты в зале трактира, Теллина с Леганом находились здесь одни.

Свеча погашена, полная луна загадочно и понимающе светит в окно, шум из зала сюда почти не доносится… Сброшенный на соседнюю кровать — прямо поверх упавшего туда же платья — офицерский мундир, жаркое дыхание, ласковое и нежное тело… Горячие поцелуи, прерывистый шепот, страстные слова… И миг, когда все слова уже становятся не нужны, перестают иметь значение в растворяющей и всепоглощающей сладостной тоске…

…Леган лежал в темноте, ощущая на своей груди горячую щеку девушки. Он осторожно погладил Теллину по спине и улыбнулся.

— Леган? — тихо спросила Теллина.

— Да?

— Мне так хорошо с тобой…

— Мне тоже…

— Мне не нужны эти деньги… Правда… Я не из-за денег…

— Все равно они твои, — улыбнулся Леган. — Ты же их выиграла!

Теллина вздохнула:

— Я отдала бы все на свете — любые деньги, любое богатство — только бы быть всегда рядом с тобой… Ты скоро уезжаешь?

— Да. Послезавтра утром.

— А завтра? Завтра мы?..

— Не знаю, Теллина, — честно сказал Леган. Девушка грустно вздохнула.

— Не грусти, милая, — прижал ее к себе Леган. — Может быть, мы еще когда-нибудь увидимся… И будем с улыбкой вспоминать эту нашу ночь…

Они лежали, слушая, как окончательно стихает шум в трактире.

— Если тебе нужна будет помощь, — вдруг прошептала Теллина, — я готова сделать для тебя все…

Леган улыбнулся.

— Помощь? — переспросил он. — Уже нужна! Прямо сейчас! Иди ко мне…

— Нет, правда! Леган, подожди!.. — попыталась высвободиться из его объятий девушка. — Ну, послушай же! Лега-а-ан!..

— Молчи! — Леган нашел в темноте ее губы и крепко поцеловал. — Не надо ничего говорить…

Послышались тяжелые шаги, в дверь комнаты вдруг громко постучали. Теллина испуганно охнула и прижалась к Легану.

— Что вам нужно? — громко и как можно более сердито спросил Леган.

— Откройте! — решительно потребовал незнакомый голос.

— Что?! — возмутился Леган. — Убирайтесь отсюда, сударь! Кем бы вы ни были — убирайтесь вон!

— Отоприте! — Дверь затрещала под сильными ударами кулака. — Именем Ордена Следящих!

Теллина взвизгнула и сжалась в комок.

— Леган… — прошептала она. — Почему?..

— Подожди, милая. — Леган поцеловал ее, поднялся с постели и принялся одеваться. — Я сейчас разберусь, в чем тут дело!

— Отоприте! — снова донеслось из-за двери. — Именем Ордена! Или мы сломаем дверь!

— Молчать! — рявкнул Леган. — Имейте терпение, господа! Оденься, — тихо велел он Теллине.

Девушка кивнула и принялась торопливо натягивать на себя платье.

— Мы ломаем дверь! — предупредил голос.

— Если вы это сделаете, ни один из вас не уйдет отсюда живым! — грозно произнес Леган. — Слово гвардейского офицера!

Грохот кулаков смолк, за дверью послышалось осторожное перешептывание. Леган нацепил шпагу, подумал, надевать ли ему камзол, но потом махнул рукой — и так сойдет…

— С кем я разговариваю? — вдруг спросили из-за двери.

— Гвардейский лейтенант Леган Лариар! — возмущенно ответил Леган. — И я хотел бы знать…

— Отоприте! — Кулаки ударили с удвоенной силой.

Леган обнажил свою шпагу, откинул засов на двери и отскочил в сторону. В комнату ворвались четверо офицеров Ордена с факелами в руках. Леган отступил, прикрывая собой вскрикнувшую от страха Теллину. Плохо, подумал он. Их слишком много…

Один из офицеров внимательно вглядывался в лицо Легана, потом повернулся к человеку с нашивками старшего рыцаря.

— Это действительно он!.. — растерянно подтвердил офицер.

— Меня это не удивляет! — почему-то возмутился старший рыцарь. — Я нисколько в этом не сомневался!

Леган молчал, готовый в любую секунду пустить в ход шпагу. Ничего не понимаю, тоскливо подумал Леган. Что им здесь нужно?

— Приносим вам свои извинения, господин лейтенант! — произнес старший рыцарь, склоняя голову. — И вам, госпожа… Э-э-э?..

— В чем дело? — Леган понял, что произошло какое-то недоразумение, и говорил уже гораздо смелее. — Могу я узнать?..

— Нет! — решительно ответил старший рыцарь. — Не можете! Мы принесли вам свои извинения, и этого достаточно!

— По-о-озвольте! Господа, вы в своем уме?! — возмутился Леган. — Вы врываетесь в комнату к даме! Ночью! Какое вы имеете право?..

— Еще раз приносим извинения за столь поздний визит, господин лейтенант! — повторил старший рыцарь. — Но обсуждать данный инцидент мы не уполномочены! Приказ Ордена! Честь имею!..

Офицеры дружно поклонились и вышли из комнаты. Леган услышал, как старший рыцарь тихо приказал одному из своих спутников:

— На всякий случай постой здесь, под окнами… Чтобы ничего не случилось…

Леган захлопнул дверь, вложил шпагу в ножны и отпустил сочное проклятье по адресу хамов в офицерских плащах Ордена. Он постарался, чтобы оно было хорошо расслышано удаляющимися рыцарями — Легану очень хотелось, чтоб кто-нибудь из этих невоспитанных мужиков ответил на его оскорбление. Тогда у Легана был бы повод для дуэли. Потому что пока такого повода не было — рыцари всегда могут заявить, что они на службе, и просто-напросто упрятать Легана за решетку. Как государственного преступника, мешающего расследованиям Ордена Следящих…

Но если рыцари и расслышали слова Легана, то никак не отреагировали на них, к величайшему его разочарованию. Звук удаляющихся шагов стих, и никто из офицеров Ордена даже не споткнулся, услышав живописные аттестации Легана.

— Что им было нужно? — жалобно спросила Теллина, кидаясь к Легану.

— Понятия не имею! — Леган обнял ее одной рукой и почувствовал, как сильно дрожит тело девушки.

— О, Небо!.. — прошептала Теллина, чуть не плача.

— Не бойся, дорогая. — Леган нежно поцеловал ее в губки. — Я с тобой, и все будет хорошо! Слово офицера!

— Леган! — Теллина испуганно посмотрела на него. — Они искали здесь кого-то другого?! Помнишь, как они удивились, когда ты им назвался?

— Кого-то другого?! Ах ты, легкомысленная девчонка! — Леган притворно нахмурился и шлепнул ладонью Теллину пониже спины. — Признавайся! Кого ты прячешь под кроватью? Я его сейчас!..

— Нет, Леган! — продолжала настаивать Теллина. — Они не ожидали тебя здесь увидеть!

— Брось, Теллина! — усмехнулся Леган. — В Ордене не преподают хороших манер! Вот и все объяснение этому! Наверное, они просто слишком много выпили и…

Леган замолчал.

За окном раздался какой-то звук. Леган вздрогнул. Звук этот напоминал испуганный возглас. За ним последовало нечто, похожее на рычание, и опять наступила тишина. Леган нахмурился.

— Что это? — спросила Теллина. Она уже несколько успокоилась и перестала дрожать.

— Побудь здесь, дорогая, — сказал Леган. — Я сейчас вернусь. Только запри получше дверь… — добавил он.

Теллина торопливо кивнула. Леган вышел из комнаты и направился к задней двери, ведущей из трактира в переулок. Полная луна ярко светила в небе, но все же он чуть не споткнулся обо что-то, лежащее возле самых дверей трактира.

Леган присмотрелся. На земле лежал человек в темно-синем плаще офицера Ордена Следящих. Леган наклонился над ним и почувствовал, как к горлу его подкатывает комок — человек этот был мертв. Похоже было, что он стал жертвой какого-то опытного, жестокого и очень сильного животного. Горло у человека практически отсутствовало, грудь и земля вокруг были обильно залиты кровью. Правая рука офицера была перекушена возле самой кисти чьими-то сильными челюстями и лежала под неестественным углом. В бессильно разжатой ладони этой руки все еще покоилась рукоять стилета. Лунный свет играл на остром трехгранном лезвии, клинок казался живым, в противоположность своему хозяину.

Краем глаза Леган уловил какое-то движение, рука его моментально дернулась к шпаге. Но Леган опоздал. Огромная серая тень метнулась из-за угла, взлетела в воздух и обрушилась на Легана неимоверной тяжестью, сбив его с ног. Леган повалился на землю, над ним выросла фигура громадного волка. Лунный свет позволял совершенно отчетливо видеть каждую шерстинку на жесткой шкуре хищника. Волк прижимал передними лапами плечи Легана к земле, и тот не мог даже пошевелить рукой.

— Ты!.. — неожиданно произнес волк хриплым человеческим голосом, больше похожим на рычание зверя. — Наконец-то!.. Сколько ты сегодня выиграл?.. Щенок!.. Колдовское отродье!..

Леган, холодея от ужаса, узнал горящие злобным огнем зеленые глаза волка. Тот же взгляд! Те же слова! Олликэн?! Нет! Не может этого быть! Перемазанная кровью волчья морда, острые хищные зубы… Гатт Олликэн?!

— Ненавижу!.. Колдун!.. Такие, как ты, убили моего отца! Он тоже был оборотнем! Но теперь настал твой черед!

Волк раскрыл свою пасть, обдал Легана смрадным запахом гнили и, зарычав, потянулся зубами к его горлу. Леган вскрикнул и попытался сбросить с себя зверя. Руки его вцепились в жесткие мускулистые лапы. Рубашка на груди затрещала, и Леган почувствовал, как острые когти волка впиваются в его кожу. Леган обреченно закрыл глаза, мысленно прощаясь с жизнью. И вдруг…

Волк испуганно заскулил, и Леган ощутил, как тело зверя начинает мелко дрожать.

— Мертвая Кость!.. — проскулил волк, и вдруг Леган понял, что тяжесть, давящая на грудь, исчезла.

Леган вскочил на ноги и выхватил шпагу. Волк, испуганно прижав уши, пятился назад. От него! От Легана! Что случилось?!

Талисман!

Леган сообразил, что волк испугался талисмана на груди, подаренного нынешним вечером матерью. Он сорвал с себя этот талисман и резко вытянул руку по направлению к волчьей морде. Крошечный кусочек кости закачался в лунном свете перед самым носом зверя. Оборотень взвизгнул и сжался в комок, словно маленький щенок перед страшной опасностью.

И тут из-за угла выскочил человек в развевающемся за плечами плаще Ордена. Он стремительно кинулся к волку, наклонился на ходу, чтобы подхватить с земли стилет, и прыгнул. Леган как зачарованный смотрел на человека, отважно бросившегося на громадного — таких Леган раньше никогда не видел! — волка и вонзившего стилет прямо под покрытую жесткой шерстью лопатку зверя.

Истошный визг огласил окрестности. Оборотень забился в конвульсиях, шерсть его неожиданно вспыхнула ярким красноватым светом… И через миг на земле лежал… Гатт Олликэн!

Тело его несколько раз дернулось, губы растянула жестокая улыбка. Зеленый злобный — совсем волчий — взгляд уперся в Легана, губы зашевелились, пытаясь что-то произнести, но из горла вырвался только слабый хрип вперемежку с кровавой пеной. Гатт Олликэн замер, глаза его закрылись, кожа лица почернела и покрылась глубокими морщинами. И то, что было недавно человеком, а за миг до того — волком, превратилось в высохшую обугленную куклу, неподвижно лежащую на земле.

Послышались торопливые шаги, и в переулок выскочил еще один рыцарь. Леган с изумлением увидел на его рукаве нашивки магистра Ордена.

— Кто? — прокричал этот магистр. — Кто?..

— Гатт Олликэн! — тяжело дыша, ответил рыцарь, пронзивший стилетом оборотня. — Капитан Гатт Олликэн…

— Вы! — Магистр резко обернулся к Легану. — Почему вы живы? Почему он вас не тронул? Немедленно отвечайте, лейтенант!

— Талисман, — пробормотал Леган. Пальцы его разжались, крошечный обломок кости упал на землю. Магистр быстро наклонился и подобрал его.

— Что это?! — удивленно спросил он. — Что за талисман?!

— Не знаю, — покачал головой Леган. — Мне его дала матушка…

— Позвольте, господин магистр?! — Рыцарь протянул руку, и магистр передал талисман ему. Леган узнал в этом рыцаре того, кто несколько минут назад ворвался в комнату Теллины — старший рыцарь Ордена Следящих.

— Ого! — с почтением произнес рыцарь. — Это не просто талисман, господин магистр! Это — кость единорога!

— Единорога?! — поразился магистр. — Откуда?!

— Лариары — древний род! — пояснил рыцарь, возвращая талисман Легану. — В одной из сказок Ларки Лариары были описаны единороги. Наверняка Ларка своими глазами видела их живыми. И у нее самой вполне мог иметься такой талисман…

— Кость единорога! — покачал головой магистр. — Самый сильный талисман против всякой нечисти! В кладовой Ордена находятся всего два таких оберега! Господин лейтенант! Берегите этот талисман! Это большая ценность!

— Которую, кстати говоря, не может переносить ни один оборотень! — с непонятной интонацией заметил рыцарь, обращаясь к магистру. — Так что господин лейтенант никак не может быть ни оборотнем, ни вампиром…

В голосе старшего рыцаря Легану послышалось плохо скрываемое торжество. Магистр внимательно посмотрел старшему рыцарю прямо в глаза, и тот слегка виновато улыбнулся в ответ. Магистр нахмурился и вздохнул.

— Приношу вам, лейтенант Лариар, свои извинения! — Магистр склонил голову перед удивленным Леганом. — Признаться, я считал оборотнем вас! И вам, старший рыцарь Дрегг, также приношу свои извинения! — Магистр повернулся к рыцарю Ордена. — Вы оказались правы, Оралл! Оборотень просто хотел отвести от себя подозрения! Поэтому и взял на дуэль стилет! Он пытался пустить нас по ложному следу — по следу лейтенанта Лариара! И, вынужден признаться, это оборотню неплохо удалось! — Магистр сокрушенно покачал головой — Как он все точно рассчитал! Я совершенно не сомневался в том, что лейтенант Лариар — именно тот, кого мы ищем! Но с облегчением признаюсь, что ошибся!

Леган молчал. Он все еще не пришел в себя после пережитого. Только сейчас он обратил внимание, что сжимает в своей руке шпагу, и спрятал ее в ножны.

— Надо пойти снять посты возле дома Лариаров, — озабоченно пробормотал магистр. — Я сам этим займусь… Чтобы лейтенант не попал в засаду… Кстати, лейтенант! Вы говорили с оборотнем? — с интересом спросил магистр. — Что он вам сказал?

Леган непонимающе посмотрел на магистра.

— Я имею в виду, — пояснил магистр, — говорили ли вы с ним сейчас, когда он уже был волком?

— Да, — выдавил из себя Леган. — Он сказал… Он сказал: «Мертвая Кость»!

— Все верно! — подтвердил рыцарь Дрегг. — Именно так нечисть именует талисман из кости единорога!

— И больше ничего? — снова спросил Легана магистр.

— Еще… Еще он сказал, что… — Леган проглотил комок в горле, — что его отец… тоже был…

— Так я и знал! — воскликнул рыцарь Дрегг. — И это уже четвертый случай в нашей практике! Сын оборотня сам становится оборотнем! Теперь вы мне верите, господин магистр? Проклятье оборотней передается по наследству! От отца к сыну! И укусы оборотня здесь совершенно ни при чем!

— Да, — кивнул магистр. — Вы опять оказались правы, старший рыцарь Дрегг. Словам оборотня смело можно верить — оборотни не лгут! Во всяком случае тогда, когда они пребывают в обличье волка… Благодарю вас, старший рыцарь Оралл Дрегг! Благодарю вас, лейтенант гвардии Леган Лариар! Честь имею, господа!

У Легана не нашлось сил даже ответить магистру. Он просто посмотрел вслед удаляющейся фигуре в темно-синем плаще и промолчал.

— Лейтенант! — обратился к нему рыцарь Дрегг. — Лейтенант, идите отдыхать… Вы сегодня уже достаточно пережили приключений. Я останусь здесь — ждать представителей Ордена, а вы идите отдыхать. Благодарю вас от лица всего офицерского состава Ордена Следящих, лейтенант! — Рыцарь Дрегг улыбнулся, протянул Лариару руку и добавил: — Спасибо, Леган…

Леган, окончательно ошалев от такой фамильярности, растерянно ответил на рукопожатие, бестолково кивнул несколько раз, повернулся и пошел к трактиру. Он механически запер за собой дверь, подошел к комнате Теллины и постучал.

— Кто там? — испуганно спросила девушка.

— Леган… Открой, милая…

Теллина распахнула дверь. Свеча в ее руке выхватила из темноты перепуганное лицо с дрожащими губами.

— Что это было? — спросила она, — Я слышала крики… Леган! Что с твоей рубашкой?!

— Ерунда, — устало обронил Леган, валясь на кровать. — Шляются тут всякие… оборотни… под окнами…

— Что?!

— Теллина, давай я тебе все расскажу завтра? Хорошо? А пока… давай немного поспим? День сегодня был слишком уж насыщенным. С самого утра…

9

Вчерашние приключения долго не давали Легану покоя. Утром, едва возвратившись домой от Теллины, Леган первым делом полез в шкаф. Его все время донимала мысль о том, что сказали офицеры Ордена: «Мертвая Кость! Так нечисть именует талисман из кости единорога…» Это выражение — Мертвая Кость — было Легану хорошо знакомо. И уже довольно давно. Леган даже помнил, где он впервые встретил его.

Он вытащил из шкафа книгу и уселся за стол. «Тень рыцаря». Старая сказка. Можно даже сказать, древняя сказка. Про то, как отважный рыцарь со своей дамой оказались в самом сердце Криарского леса, среди страшных его обитателей — ужасных и безобразных существ, в совершенстве владевших колдовством. И как рыцарю пришлось сражаться со своей собственной тенью, волею колдунов созданной ему на смерть. Сказка была написана интересно, и даже эта дама — возлюбленная отважного рыцаря — не вызывала у Легана неприятных чувств, хотя и была самой настоящей колдуньей и считала обитателей Криарского леса не злыми, а просто-напросто «забавными».

Леган увлекся чтением и не замечал, как летит время. Он опять, словно в детстве, был целиком захвачен приключениями рыцаря. Он снова переживал за него, хотя и знал уже, как тот сумеет выпутаться. И, как и в детстве, Легана по-прежнему порадовала благополучная развязка. Когда рыцарь понял, что бесполезно наносить удары мечом своей собственной тени, он поступил неожиданно: просто вложил свой меч в ножны! И так же поступила его тень!..

Леган с улыбкой закрыл книгу. Интересная сказка, подумал он. Наглядный пример превосходства мужества, отваги и мудрости над колдовством. Кстати, именно здесь Ларка упоминает о Мертвой Кости. Рыцарь, чтобы дать своей даме возможность бежать, подарил ей этот талисман. Леган задумался. А что это была за дама? Слишком уж подробно и живописно описывает Ларка все их приключения…

Но нет! Это не могла быть сама Ларка! Дама рыцаря была колдуньей! Она никак не может быть его прабабкой!

Леган вдруг сильно вздрогнул. Он внезапно вспомнил сказанное магистром: «Словам оборотня смело можно верить — оборотни не лгут!» Оборотни не лгут… Леган почувствовал, как холод ползет по спине. Потому что зазвучали слова оборотня-Олликэна: «Колдовское отродье!.. Ненавижу!.. Колдун!..»

Колдун?! Глупости! Если бы я был колдуном, подумал Леган, то я бы это знал! К тому же у меня на груди до сих пор висит талисман! Тот самый, из кости единорога!..

И тут же память подсказала, что у дамы рыцаря из сказки тоже был такой же талисман. И что он даже помог ей избежать опасностей. И что дама эта была самой настоящей колдуньей…

Леган сердито оттолкнул книгу. Вот так оно все и начинается, недовольно подумал он. Какой-нибудь бездельник, которому больше нечего делать, как читать старые сказки, принимается искать в них смысл! И находит, будьте уверены! Только все выводы его сплошь надуманы! И от них не может быть ничего, кроме неприятностей порядочным людям!

В дверь постучали.

— Да! — отозвался Леган.

— Прошу прощения, господин! — пробормотал старый слуга Некк. — К вам гости.

— Кто?

— Лейтенант Гэртан… э-э-э… и капитан Ленн… э-э-э… простите, господин, я никак…

— Я понял, Некк, — ответил Леган. — Сообщи господам офицерам, что я сейчас выйду.

Леган принялся одеваться. Он подумал, что до их отъезда в Лаоэрт ему вряд ли удастся как следует отдохнуть. И ведь наверняка это опять Ленн что-то затевает! Не сидится ему спокойно!

Леган спустился в зал. Ленн и Гэртан стояли возле одной из лепных колонн и о чем-то оживленно спорили. Увидев Легана, Ленн радостно воскликнул:

— Глядите! Вот он! А мы уж думали, что ты превратился в волка!

Уже знают, недовольно нахмурился Леган. Диирий не такой уж и маленький город, однако слухи распространяются здесь с неимоверной скоростью. Впрочем, наверняка в полку еще вчера вечером стало известно об исчезновении тела капитана Олликэна. Так что осведомленность друзей вполне объяснима.

— Слушай, дружище! — воскликнул Гэртан. — Такое событие просто необходимо отпраздновать! Пошли в трактир! Немедленно! Я угощаю!

— Опять?! — простонал Леган. — Сколько же можно?

— А-а-а! Понимаю! — хитро прищурившись, закричал Ленн. — Я знаю, почему ему не хочется в трактир! Он только что оттуда вернулся! Верно, Леган? И что ты скажешь о Теллине?

Леган недовольно дернул плечом. Ему почему-то не очень понравилось, как Ленн произнес имя девушки. Как-то слишком уж громко.

— Настоящие офицеры не станут болтать о своих победах? — наставительно произнес Гэртан, поднимая вверх указательный палец.

— Ого! — удивился Ленн. — Тогда тем более нужно выпить!

— А может быть, обойдемся сегодня без этого? — попытался возразить Леган.

— Ты с ума сошел? Вы же завтра уезжаете!

— В Легане проснулась совесть! — горестно вздохнул Гэртан. — Ему стыдно смотреть в глаза той девушке!

— Ничего, Леган! — успокоил его Ленн. — Мы сегодня посетим «Небесную лилию», а не «Веселого кочевника»! Хотя я уверен, что после вашего вчерашнего выигрыша Теллина не станет там долго задерживаться! Кстати! — расхохотался Ленн. — Вы вчера забыли на столе деньги! Я сегодня с утра лично передал их девушке! Она, по-моему, уже укладывала свои вещи! Но если ты думаешь, что она еще в трактире, мы можем направиться в «Небесную лилию»!

— Можем пойти и в «Кочевника»! — пожал плечами Леган. — Что в этом такого?!

— Да?! Ну тогда — вперед! — хором воскликнули друзья.

— Надеюсь, что Теллина еще не успела тебя забыть! — шепотом сказал Ленн Легану, когда они выходили на улицу.

Леган опять сердито дернул плечом. Он вдруг понял, что разговоры о Теллине его волнуют гораздо больше, нежели должно волновать обычное любовное приключение. Подумаешь — Теллина! Что в ней такого особенного?! Обычная девушка! Сколько их было у Легана — и не сосчитать! И сколько еще будет!..

— Слушай, дружище! — Ленн вдруг стал очень серьезен. — А ты случайно не влюбился?

— Что за глупости тебе лезут в голову?! — возмутился Леган. — Сам небось поссорился с какой-то своей красоткой, а теперь просто не можешь жить без нее! Поэтому ты такой говорливый сегодня?

— Это у Ленна от жажды, — пояснил Гэртан. — Он уже несколько часов вынужден обходиться без вина!..

— Ничего! — успокоил его Леган. — Первое, что нас встретит в трактире, — это большущий кувшин золотого кагоарского вина!

Но Леган ошибся. Первой, кого они увидели в трактире, была Теллина. Это оказалось для Легана настолько неожиданным, что он замер на месте как вкопанный — идущий следом Гэртан чуть не сбил его с ног, налетев на остолбеневшего Легана.

— Что с тобой?! — спросил он.

— А ты сам не понимаешь?! — спросил Ленн, указывая глазами на Теллину.

Теллина как раз отходила от столика. В руках ее был опустевший кувшин. Словно почувствовав взгляд Легана, она подняла на него глаза, и щеки ее порозовели. Рука Теллины дрогнула, пальцы разжались, и глиняный кувшин грохнулся на пол. Шум разбившегося кувшина показался Легану оглушительно громким, он даже и сам вздрогнул и отчего-то смутился. К счастью, никто его смущения не заметил — в этот момент все обернулись на шум и на Теллину, кинувшуюся подбирать осколки.

Что она здесь делает?! Леган удивленно поджал губы. С такими деньгами, какие у нее сейчас, и — подавать вино в трактире?! Странно… Легану вдруг очень захотелось, чтобы Теллина подошла к нему и что-нибудь спросила. Да нет! Просто — подошла… Или хотя бы не уходила… Но Теллина уже скрылась на кухне.

В трактире «Веселый кочевник» народу почти не было. Солнце стояло высоко, и вечернего наплыва посетителей оставалось ждать еще довольно долго. Поэтому в трактире кроме троих друзей и четверых офицеров Ордена присутствовало всего два-три человека. Среди офицеров Ордена Леган вдруг узнал старшего рыцаря Дрегга. Рыцарь Дрегг встретился с ним взглядом, улыбнулся Легану и учтиво кивнул головой. События минувшей ночи сразу же всплыли в памяти, и, отвечая на приветствие, Леган почувствовал, как по спине его пробегают холодные мурашки.

Рыцарь Дрегг уже отвернулся от Легана, как вдруг снова метнул на него быстрый и внимательный взгляд. Легану показалось, что во взгляде этом есть что-то необычное. Словно бы рыцарь Дрегг оценивал его! В душе Легана шевельнулось было возмущение, и он недоуменно приподнял бровь, но рыцарь Дрегг снова кивнул ему и опять как ни в чем не бывало вернулся к прерванной беседе.

— Ты с ним знаком?! — удивился Ленн, заметив, что Леган поздоровался с рыцарем.

— Да, немного. — Легану не хотелось вдаваться в подробности того, как рыцари Ордена вчера ночью ворвались в комнату к Теллине.

— Я тоже, — заявил Ленн, усаживаясь за стол и вперяя свой взгляд в рыцаря.

Леган с Гэртаном уселись напротив и приказали подать вина. Ленн продолжал сверлить взглядом рыцаря Дрегга.

— Мы познакомились с ним вчера утром, — продолжал Ленн, нарочно повышая голос, чтобы слова его хорошо были слышны офицерам Ордена.

— Ленн! Перестань! — попытался остановить его Гэртан.

— Что — перестань?! — искренне удивился Лейн. — Я просто рассказываю Легану о том, как познакомился с господином старшим рыцарем Ордена Следящих! И при каких именно обстоятельствах! Разве тебе, Леган, это не интересно?!

Леган промолчал. Он понял, что Ленн ищет ссоры.

— Так вот! — воодушевленно продолжал Ленн. — Встреча с господином старшим рыцарем Ордена Следящих подвигла меня на мысль самому просить перевода в эти славные воинские части! А все потому, что там, видимо, служба намного легче и спокойнее! Ведь такие понятия, как «приказ», «закон» и «офицерский долг», там напрочь отсутствуют!

Леган оглянулся. Офицеры продолжали беседовать, не обращая никакого внимания на слова Ленна. Только рыцарь Дрегг замолчал на миг и долгим внимательным взглядом посмотрел на компанию друзей.

— Ты напрасно смеешься, — сказал Леган. — Именно этот самый старший рыцарь вчера ночью убил оборотня Олликэна.

— Да ну?! — поразился Ленн. — Не может быть!

— Расскажи! — потребовал заинтригованный Гэртан. — Я никогда в жизни не видел настоящего оборотня!

— Я тоже! — вставил Ленн. — Расскажи, Леган!

И Леган начал рассказывать. Друзья слушали его внимательно, глаза их горели неподдельным интересом, и Леган сам не заметил, как увлекся рассказом. Сейчас, при свете дня, все эти события казались ему уже не столь пугающими. Он уже расценивал их как опасное, но интересное приключение. Он с жаром рассказывал о том, как убитый волк превращался в Олликэна, когда за его спиной раздался возмущенный и полный негодования возглас. Леган сразу же узнал голос и стремительно обернулся.

Теллина стояла возле стола, за которым расположились офицеры Ордена. Один из рыцарей держал ее за руку и настойчиво повторял:

— Ну, скажи! Сколько ты стоишь? Я заплачу!

— Отпустите, сударь! — Теллина вырвала руку. В глазах ее блестели слезы.

Она встретилась взглядом с Леганом, щеки ее запылали, и Теллина стремглав метнулась к кухонной двери. Леган почувствовал, как скулы его сводит от злобы. Друзья о чем-то спрашивали его, но Леган никак не реагировал на их слова. Он встал с места и приблизился к рыцарю. Рыцарь посмотрел на него с интересом.

— Вы что-то хотите мне сказать, господин лейтенант? — осведомился он.

Леган посмотрел на его нашивки.

— Нет, господин младший рыцарь, — учтиво ответил он. — Я хотел вас кое о чем попросить.

— Попросить?! — удивился рыцарь. Остальные офицеры Ордена тоже казались немало удивленными столь неожиданным поступком лейтенанта.

— Да, — подтвердил Леган. — Я хотел бы попросить вас извиниться перед дамой!

— Перед кем?! — не понял рыцарь.

— Перед дамой, которую вы только что оскорбили, — спокойно пояснил Леган.

— Перед этой трактирной шлюхой?! — Брови рыцаря поползли вверх.

Леган услышал за спиной лязганье шпор и понял, что друзья уже стоят рядом с ним.

— Нет, господин рыцарь. — Леган продолжал говорить спокойно, хотя у него внутри все прямо-таки дрожало от негодования. — Эта девушка не является шлюхой. Впрочем, я готов не принимать во внимание эти слова — они вполне достойны ублюдка, действительно родившегося от трактирной шлюхи. Каковым вы, господин младший рыцарь, без сомнения и являетесь. Но я готов не обращать на эти слова внимания только при одном условии! — наставительно поднял указательный палец Леган. — Вы обязательно должны будете перед ней извиниться!

Рыцарь, багровея лицом, медленно поднялся из-за стола.

— Господин лейтенант! — процедил он. — Вы отдаете себе отчет…

— С кем я разговариваю? — докончил за него Леган. — О да! Я уже назвал вас ублюдком и, если вы не расслышали, могу повторить! Но меня сейчас больше беспокоит ваша невежливость по отношению к даме, господин младший рыцарь!

Теперь уже стояли все четверо офицеров Ордена. Леган вдруг понял, что слева и справа от него, плечом к плечу, стоят его верные друзья — лейтенант Гэртан Гаррэт и капитан Ленн Раллэн.

— Господин младший… э-э-э… самый младший рыцарь Ордена Следящих! — с усмешкой произнес Ленн. — Так вы будете извиняться или нет?!

— А вот это, господин капитан, вы сказали совершенно напрасно, — сочувственно заметил ему рыцарь Дрегг. — Никому не позволено унижать звание офицера Ордена…

— Никто не совершенен! — вздохнул Ленн. — Вы меня арестуете прямо сейчас или после того, как этот… э-э-э… извинится?

Младший рыцарь, оскорбленный Леганом, просто пылал от ненависти. Глаза его горели огнем.

— Лэсс Даарон! — гневно представился он. — Младший рыцарь Ордена Следящих!

— Леган Лариар! Лейтенант Диирийского гвардейского полка!..

— Я буду иметь удовольствие встретиться с вами завтра на рассвете, господин лейтенант!

— Нет, господин младший рыцарь! — возразил Леган. — Сегодня! Сейчас! Прямо здесь, на улице! Перед трактиром!

— Вы так торопитесь умереть? — усмехнулся рыцарь Даарон.

Леган никак не отреагировал на его замечание. Все, что он хотел сказать, он уже сказал — к чему попусту сотрясать воздух?! Леган повернулся к своим друзьям.

— Я прошу вас быть моими секундантами, господа! — произнес он.

— Я готов! — ответил Гэртан и повернулся к офицерам Ордена: — Могу я узнать, кто из вас, господа, будет секундантом господина младшего рыцаря?

— Оралл Дрегг! Старший рыцарь Ордена Следящих! — заявил рыцарь Дрегг, с непонятным интересом разглядывая Легана. — Надеюсь, дуэль будет честной, господа?

— За подобные вопросы я обычно сам вызываю на дуэль! — пространно заметил Ленн. Рыцарь Дрегг в упор посмотрел на него.

— Капитан Ленн Раллэн! — с готовностью широко улыбнулся Ленн. — К вашим услугам!

— После, — кратко ответил рыцарь Дрегг.

— Когда именно? — учтиво поинтересовался Ленн.

— Я вам сообщу, господин капитан…

Ленн удовлетворенно кивнул и посмотрел на Легана.

— Ну, вы будете драться или нет, господа? — спросил он.

Леган развернулся и не спеша вышел из трактира. Спиной он чувствовал сверлящий, полный злобы взгляд рыцаря Даарона. Это хорошо, удовлетворенно подумал Леган. Хорошо, что он разозлился. Человек, не контролирующий свои эмоции во время дуэли, наполовину покойник. Осталось позаботиться только о второй половине…

На улице Леган неторопливо снял камзол и передал его Ленну. Он смотрел, как скидывает с себя темно-синий плащ с капюшоном его противник, как он обнажает шпагу и занимает позицию перед Леганом.

— Господа! — громко предложил Оралл Дрегг. — Я предлагаю вам забыть обиды и пожать друг другу руки!

— Это невозможно! — хором ответили Леган и рыцарь Даарон.

— Господа!.. — Гэртан повторил привычную формулу, которую обязаны были произносить секунданты. Ответ был точно таким же. Леган обратил внимание, что голос рыцаря Даарона просто звенит от ненависти. И еще Леган заметил, что рыцарь довольно часто вскидывает голову, свысока оглядывая окружающих. Видимо, это была старая привычка Даарона. Леган подумал, что эта привычка может сослужить рыцарю скверную службу, потому что шея рыцаря в эти моменты остается незащищенной…

Леган и Даарон поклонились друг другу и звякнули шпагами. Затем они разошлись на положенные четыре шага, и Леган первым атаковал своего противника, не раскрывая, впрочем, своих основных секретов. Сразу же после двух-трех простейших выпадов, которые знакомы любому новичку в фехтовальной школе, Леган перешел к защите, благо приемов таковой знал великое множество.

Рыцарь Даарон был разъярен, и это мешало ему обдумывать свои движения. Он нападал бестолково, Легану без труда удавалось парировать все его удары. Сам же Леган пока старался не атаковать. Он выжидал удобного момента, когда рыцарь окончательно потеряет способность трезво оценивать ситуацию. И такой момент не замедлил наступить.

Рыцарь начал очередную атаку, совершенно забыв о том, что грудь его осталась открытой. Леган сделал молниеносный выпад, и шпага его пронзила горло рыцаря. Леган быстро отступил на шаг назад, рыцарь глухо булькнул горлом, изо рта его хлынула кровь. Он покачнулся, глаза его сделались бессмысленными, тело младшего рыцаря Ордена Следящих рухнуло в уличную пыль.

Леган перевел дух и огляделся. В дверях трактира толпилась куча народу, но Леган почему-то заметил только Теллину. Она стояла возле дверного косяка, нервно теребя в руках край наброшенной на плечи шали, и глаза ее чем-то напомнили Легану глаза маленького олененка — та же опасливая покорность и робкая надежда.

Краем уха Леган услышал слова секундантов:

— Дуэль была проведена по всем правилам…

Легану вдруг ужасно захотелось остаться в Диирии. Не ехать ни в какой Лаоэрт, а просто остаться здесь. Рядом с Теллиной, с этим ее взглядом…

10

— Господа офицеры! Я боюсь, что веревки Лаоэртской виселицы не успеют познакомиться с вашими шеями! Потому что повесят вас все-таки здесь, в Диирии!

Полковник Куиссэн был в гневе. Усы его яростно топорщились, глаза метали молнии. Сам полковник даже не мог сидеть на месте от возмущения — он, уперев руки в бока и страшно вращая глазами, грозно стоял перед троицей офицеров, уныло опустивших головы.

Ростом полковник Куиссэн превосходил любого из офицеров своего полка на целую голову. И нависающая яростная физиономия командира могла вызвать дрожь в коленках у любого. Кроме привыкших к подобным нагоняям троих друзей. Они-то хорошо знали, что Куиссэн никогда и никому не даст их в обиду.

Леган вдруг вспомнил, как во время операции с «Ночными совами» Гэртан со своим отрядом из десяти солдат угодил в западню. И как полковник яростно кинулся в атаку — выручать своего офицера и своих солдат. И за то, что Куиссэн никогда не оставлял в беде ни офицеров, ни солдат своего полка, любой готов был простить ему и крики, и грубость, и угрозы, за которые с легкостью вызвал бы на дуэль иных обидчиков. Впрочем, полковник Куиссэн никогда и не опускался до кабацких грубостей. Даже сейчас, в минуты ярости.

— Вам уже недостаточно того, что вы убиваете друг друга! — ревел полковник Куиссэн. — Вы принялись за офицеров Ордена! Вы — лейтенант! Вы вызвали на дуэль рыцаря Ордена! Молчать! Вы что, думаете, что офицеры существуют только для упражнений в фехтовании?! Молчать! А вы, капитан?! Я сейчас был у магистра, и он мне заявил, что его заместитель — рыцарь Дрегг — подал рапорт о замене его в следующем дозоре Ордена! А знаете почему?! Молчать, капитан! Потому что у него на завтра назначена дуэль! А знаете, с кем?! Молчать! С вами, капитан Раллэн!

Полковник на миг затих и пронзил взглядом Гэр-тана.

— А вы, лейтенант Гаррэт?! Вы еще не успели убить на дуэли парочку магистров?! Нет?! Удивительно! Молчать, я сказал! Вы что-то отстаете от своих друзей! Я объясняю вашу нерасторопность лишь одной причиной — недостаточным количеством магистров Ордена в Диирии! И поэтому на вашем счету только офицеры моего полка! Правда, в их числе три майора и среди них — мой адъютант, с которым вы дрались два месяца назад!

Полковник устало опустился на стул.

— Из-за чего была дуэль? — неожиданно спокойным голосом спросил он. — Из-за женщины, разумеется?

— Да, господин полковник! — ответил Леган. Полковник вздохнул.

— Вам что, мало женщин в городе? — сердито спросил он.

Леган поднял голову и посмотрел полковнику прямо в глаза. Полковник выдержал этот взгляд. Он кивнул и заявил Легану:

— Хорошо, лейтенант! Можете ничего не объяснять! Но с вами, капитан, у меня будет отдельный разговор!

— Да, господин полковник? — с готовностью ответил Ленн.

— Вы, если не ошибаюсь, собирались сменить цвет своего нарукавного орла?

Ленн вскинул глаза на полковника. Куиссэн хмуро посмотрел на него:

— Вы не забыли, что для утверждения звания майора необходимы определенные рекомендации? И не только моя рекомендация, но и магистра Диирия! Как вы считаете, капитан, какую именно рекомендацию вам даст магистр после вашей дуэли с его заместителем? Если, конечно, останетесь в живых вы, а не заместитель…

— Надеюсь, что в живых останусь все-таки я, господин полковник… — скромно предположил Ленн.

— Надеетесь! — Все ожидали очередного взрыва, но полковник только покачал головой. — Вам остается только надеяться, капитан! Дело в том, что завтра вас вызывают в кабинет магистра! Угадайте, зачем?

Ленн молча смотрел на полковника.

— Дознание, капитан! Дознание!.. — Полковник опять покачал головой. — Сегодня вечером посыльный Ордена вручит вам официальное уведомление, капитан! Вы позволили себе неуважительные высказывания по адресу званий офицеров Ордена! Не сметь! — заорал полковник и грохнул кулаком по столу. — Не сметь оскорблять старшего рыцаря подозрениями! Он обязан был указать в рапорте о причине своей дуэли с вами, капитан! Это Орден, а не полк, который вы превращаете в хлев, господа! Это Орден! Вы не любите Орден, капитан? — участливо осведомился полковник. — А между тем это одна из основ государства! Государства, которому вы, господа, присягали на верность! И верность эта состоит не в каждодневных дуэлях! Особенно с рыцарями Ордена! Ордена Следящих, который существует уже больше сотни лет, господа! И который не менее необходим стране, чем армия!

— Позвольте мне сказать, господин полковник… — начал было Ленн.

— Не позволю, капитан! — отрезал полковник Куиссэн. — Не позволю! Я знаю, что вы скажете! Да, офицеры Ордена не всегда ведут себя подобающим образом! Да, они пользуются особыми привилегиями и им многое прощается! Если вас это оскорбляет — подавайте рапорт о переводе вас в Орден Следящих! Я подпишу с удовольствием!

Офицеры молчали.

— Надеюсь, капитан Раллэн, вы способны будете выдержать дознание Ордена, — тихо произнес полковник.

— Да, господин полковник! — ответил Ленн.

— Надеюсь, вам нечего скрывать, капитан…

— Да, господин полковник!

— Хорошо. — Полковник хлопнул ладонью по столу и заявил: — Все! Вы свободны! Все трое! И постарайтесь до своего отъезда, господа лейтенанты, не поубивать друг друга! И оставшихся в распоряжении магистра офицеров Ордена!.. Равно как и самого магистра…

Когда друзья покинули кабинет полковника Куиссэна и вышли на улицу, Гэртан осторожно поинтересовался у Ленна:

— Ты когда-нибудь уже проходил дознание?

Ленн вместо ответа остановился, повернулся к приятелю и молча расстегнул камзол и рубашку на своей груди. Леган и Гэртан с изумлением увидели на коже Ленна две одинаковые отметины, оставленные раскаленным металлом. Отметины изображали символ Ордена Следящих.

— Дважды, — сказал Ленн, застегивая рубашку. — Дважды проходил дознание…

— И что? — опасливо спросил Гэртан.

— Как видишь, меня повесили! — весело заявил Ленн.

— Тьфу на вас, господин капитан! — нахмурился Леган.

— Если бы я оказался колдуном, я бы здесь не стоял! — пояснил Ленн. — Колдуны никогда не выходят из подземелий Ордена!

— А за что тебя привлекали к дознанию? — поинтересовался Гэртан.

— За покровительство, оказываемое колдунам, — спокойно ответил Ленн.

— Что?! — хором воскликнули пораженные друзья. — Ты шутишь?..

Это заявление было настолько неожиданным, что Леган с Гэртаном чуть не споткнулись.

— Во всяком случае, именно в этом меня обвинял Орден, — пожал плечами Ленн.

— А что ты такого сделал? — настороженно спросил Леган.

— Я позволил себе высказать предположение, что Орден Следящих приносит стране не пользу, а вред, — ответил Ленн. — По-моему, наличие в стране колдунов могло бы принести немалую пользу. Вспомните наш поход против «Ночных сов»! Где ты, Леган, был, кстати говоря, ранен… Одного колдуна в составе полка хватило бы для того, чтобы как-нибудь заколдовать всех этих разбойников! Разве не так?

— Так-то оно так… — пробормотал Гэртан. — Только вот…

— Что? — спросил Ленн, на ходу бросая внимательный взгляд на Гэртана. — Мы просто привыкли к тому, что колдуны — это плохо!

— Колдуны — это мерзко! — с негодованием воскликнул Леган. — Человек, пытающийся нарушать заветы Бессмертных Богов, — это самое настоящее богохульство! И как это ты, интересно, представляешь себе колдуна в составе полка?! А Неугасимый Маяк? Бессмертные Боги специально создали его, чтобы не давать бесчестным гордецам возможности возвыситься над остальными людьми! Да двух-трех карающих молний Маяка хватило бы на то, чтобы испепелить весь полк!

— Все верно, — согласился Ленн. — Именно поэтому я и поддерживаю многие операции Ордена! Потому что наличие в стране Неугасимого Маяка и колдунов — это несовместимо! Значит, чего-то одного здесь быть просто не должно! Или колдунов, или…

— Понятно… — хмуро пробормотал Гэртан. — Удивляюсь, как это тебя и в самом деле не повесили! Надо же такое придумать — полковой колдун! Ха! В звании майора специальной полковой службы!

— Колдовской службы! — добавил Леган. Ленн усмехнулся.

— То же самое мне говорили и на дознании, — признался он. — Поэтому рыцари и решили, что я оказываю тайное покровительство колдунам и сам являюсь скрытым колдуном.

— Меня это совершенно не удивляет! — хмуро заявил Гэртан. — Твой язык, Ленн, тебя когда-нибудь погубит…

— Но ведь раньше в Межгорье были колдуны! — возразил Ленн. — Правда, тогда в Межгорье не было Неугасимого Маяка, но колдуны были! Это мы знаем точно! Достаточно просто почитать сказки Ларки Лариары! — Ленн посмотрел на Легана.

Леган подумал о том, что в этих сказках действительно сплошь и рядом присутствовали колдуны. И их описание почему-то не вызывало ни у кого отрицательных эмоций.

— Но потом Бессмертные Боги создали Неугасимый Маяк, — продолжал Ленн. — И колдунам наступил конец — они лишились своей силы. А новые колдуны безжалостно карались молниями Маяка. Но говорят, — Ленн понизил голос и опасливо огляделся по сторонам, — что сам Бессмертный не имел ничего против колдовства!

— Я слышал об этом, — согласился Гэртан, так же опасливо оглядываясь. — Более того, я слышал, что сама Бессмертная была…

— Да, — кивнул Леган. — Я об этом тоже от кого-то слышал… Она была…

— Тише, — оборвал их Ленн. — Орден…

Трое офицеров прошли мимо стоящего на углу рыцаря, поприветствовав его. Рыцарь учтиво поклонился в ответ.

— Страшно подумать, столько их гибнет! — пробормотал Ленн.

— Кого? Колдунов? — не понял Гэртан.

— Нет, рыцарей Ордена, — пояснил Ленн. — Полковой писарь мне как-то сказал, что только в прошлом году Орден потерял свыше трех тысяч офицеров! И это не в войнах или дуэлях, а при расследованиях!

— Если не вести расследования, — возразил Леган, — карающие молнии в конечном итоге уничтожили бы всю страну.

— Да, — согласился Ленн. — Я тоже считаю, что основную опасность представляют не колдуны, а Неугасимый Маяк!

Леган ошарашенно посмотрел на Ленна. Он же имел в виду совсем не это! И уж совсем не пытался гневить Небо, оскорбляя Неугасимый Маяк, созданный Бессмертными Богами.

Гэртан перевел взгляд с Ленна на Легана и сокрушенно покачал головой.

— Давайте перейдем к другой теме, друзья, — предложил он, начиная заметно нервничать. — А то мало ли кто может нас услышать?..

— Давай! — с готовностью согласился Ленн. — Давайте обсуждать женщин! Ого! Вот, кстати, одна из самых прекраснейших! Правда, Леган?..

Леган поднял глаза и увидел идущую по улице Теллину. Она была в дорожном платье, в руке — сумка.

— Гэртан! Я совершенно забыл! — неожиданно воскликнул Ленн. — Я же обещал тебе показать тот знаменитый кинжал, который мне изготовили оружейники Закриарья! Пойдем ко мне домой!

— Какой кинжал?! — Гэртан недоуменно поднял брови.

— Пойдем, пойдем! — потащил его за руку Ленн. — Я тебе потом объясню… Извини, Леган, но мы очень спешим! До завтра!..

Леган рассеянно кивнул в ответ. Все его внимание было поглощено девушкой. Теллина подошла к Легану, посмотрела на него и просто сказала:

— Я уезжаю.

— Куда? — Леган вдруг понял, что голос его звучит хрипловато.

— В Сарианис, — ответила Теллина.

— В Сарианис?! — удивился Леган. — Зачем?

— А что мне здесь делать? — пожала плечиками Теллина. — В «Кочевнике» я больше работать не хочу. Да и не могу… Хозяин теперь все время называет меня «госпожой Теллиной»! — Девушка хихикнула. — Госпожа Теллина, соблаговолите убрать мусор на кухне!

Леган улыбнулся.

— Я купила место на дилижанс, — продолжала Теллина. — Завтра утром я уже буду в Сарианисе.

— Ночью?! — удивился Леган. — Дилижансы же отправляются по утрам…

— Да, но сегодняшний — вечером, — ответила Теллина.

— Ночью опасно ехать, — заметил Леган.

— Нет, — покачала головой Теллина. — Нас будет сопровождать отряд Ордена. Они тоже зачем-то направляются в Сарианис. Поэтому дилижанс и отъезжает вечером, а не утром.

Леган молчал.

— Ну, я пошла! — улыбнулась ему Теллина. — Вспоминай меня, ладно? Хоть иногда.

— Подожди! — Леган расстегнул воротник, снял с шеи талисман и протянул его девушке. — Возьми!

— Что это? — Теллина с интересом взяла в руки кусочек кости. — Оберег?

— Да, — кивнул Леган. — Оберег. Пусть он останется у тебя.

— А ты?

— Вот мой оберег! — Леган со снисходительной улыбкой прикоснулся к своей шпаге.

Теллина опустила глаза и спрятала талисман в карман.

— Прощай, Леган, — тихо сказала она.

— Прощай…

— Может быть, мы еще когда-нибудь увидимся…

— Да… Может быть…

— Ну, я пошла… — Теллина улыбнулась ему, помахала рукой и направилась по улице, ведущей к городским воротам.

А Леган долго еще стоял и смотрел ей вслед. До тех пор, пока она окончательно не скрылась из виду.

Часть вторая. ИЗГОЙ

… И каждый вправе выбрать себе любую дорогу. Ибо из одного Мира в иной ведет множество дорог. И сильному нет нужды спрашивать совета, ту ему дорогу избрать или эту. Но не следует тебе и сетовать после, если выбранная тобой дорога тебе не по нраву! Ибо, считая себя сильным, выбирал ты ее сам…

Из книги «Дорога Миров»

1

Оралл Дрегг, старший рыцарь Ордена Следящих, заметно нервничал. Это бывало с ним нечасто. Все дело было в столичном курьере Ордена Следящих. Курьер должен был приехать еще утром, но солнце уже скрылось за пиками Андирских гор, а от курьера — ни слуху ни духу. Оралл Дрегг сидел в трактире «Небесная лилия», совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг. Все его мысли были поглощены возможными причинами задержки курьера. Но ни одна из этих причин не оказывалась достаточно основательной для того, чтобы Оралл принял ее всерьез.

Трактир постепенно наполнялся посетителями, некоторых из них Оралл знал хорошо. Даже чересчур хорошо. Например, майора Ленна Раллэна, с которым Оралл Дрегг дрался на дуэли около двух месяцев назад. Майор — тогда еще только капитан — позволил себе неуважительные высказывания об Ордене, и Оралл счел своим долгом предъявить ему претензии. Они встретились через два дня после инцидента, поутру, за городской стеной, но едва успели обменяться парой любезностей, как небольшая банда разбойников, невесть как оказавшаяся под стенами Диирия, посчитала дуэлянтов с секундантами подходящей добычей. И Раллэну с Дреггом пришлось отражать атаки уже не друг друга, а наседавших на них головорезов.

Восьмерых разбойников они убили, троих связали и доставили в город. Один из пленных оказался колдуном, указавшим место обитания колдовской общины — совсем под боком у города, в недалеком лесном селении. И после удачного рейда и уничтожения колдунов старший рыцарь Дрегг получил личную благодарность магистра, а капитан Ленн Раллэн — майорского красного орла на рукав. После чего майор Раллэн принес Дреггу свои извинения и вопросы о дуэли между ними больше не поднимались. С тех пор они с майором Раллэном поддерживали довольно ровные отношения. Даже несмотря на то, что старший рыцарь Дрегг лично проводил дознание по обвинению Раллэна в симпатиях к колдунам и собственноручно выжег у него на груди третью метку, означающую непричастность Ленна к тому, в чем его обвиняли.

Сейчас майор Раллэн устроился за соседним столиком в компании с каким-то незнакомым лейтенантом и внимательно слушал его горячее повествование о боевом походе. Оралл Дрегг отхлебнул вина и посмотрел на тьму за окном. Время приближалось к полуночи, а курьера все не было. Этот курьер должен был привезти списки людей, подозревавшихся в колдовстве и объявленных Орденом в розыск, которые могли находиться в Диирии. Медлить было нельзя — две недели назад в город ударили карающие молнии, разрушив до основания старый дом на окраине, принадлежавший офицеру гвардейского полка, лейтенанту Киллу Орравиану. Сам лейтенант Орравиан бесследно исчез — то ли его испепелили молнии, то ли он просто сбежал из города, опасаясь Ордена Следящих. Это было первое подобное происшествие за последние пятьдесят лет. Диирий давно уже считался городом, где колдунам нет места. Но почему-то же Неугасимый Маяк бросил карающие молнии с небес?! И уже одно то, что мишенью оказался дом одного из офицеров полка, породило множество нехороших слухов, порочащих армию.

В обязанности Оралла Дрегга входила проверка благонадежности офицерского состава армии и соответственно расследование подозреваемых в колдовстве. И недавний инцидент с карающими молниями, поразившими дом армейского офицера, вынуждал его начать расследование. Но это было просто невозможно сделать, не получив на то личного разрешения полковника. А предъявлять полковнику Куиссэну какие бы то ни было обвинения в адрес его офицеров, не имея на руках достаточных на то оснований, Оралл Дрегг не рисковал — полковник Куиссэн разорвал бы любого, посягнувшего на одного из его подчиненных.

Дрегг допил вино, расплатился, взял со стола свою шляпу и покинул трактир. Нужно было что-то предпринимать. Оралл точно знал, что курьер выехал из Сарианиса в Диирии — кучер сегодняшнего дилижанса заприметил рыцаря Ордена Следящих, покидавшего город одновременно с дилижансом. Но дилижанс уже давным-давно в городе, а от курьера никаких вестей! А ведь он должен был поспеть раньше дилижанса, набитого людьми и багажом! Что-то случилось! В этом Оралл Дрегг уже не сомневался.

Дрегг вскочил в седло и направился к городским воротам. По позднему времени ворота уже были закрыты, но небольшое давление на дежурившего офицера помогло ему устранить это маленькое препятствие — ни один гвардеец не рискнул бы поспорить с офицером Ордена. За исключением разве что майора Раллэна…

Оралл покинул город и не спеша выехал на дорогу, ведущую к Сарианису. Полная луна хорошо освещала окрестности, видно было далеко вокруг. Дорога почти везде пролегала по ровной, как стол, степи, и засады ждать было неоткуда. Куда же мог запропаститься курьер?! Тут и спрятаться-то негде!

На горизонте темнели обугленные остатки лесочка, сожженного вместе с деревней колдунов; впереди беспорядочной грудой громоздились древнейшие развалины какой-то позабытой крепости.

Оралл Дрегг остановил коня и огляделся. Куда мог поехать курьер? Если бы даже на него напали разбойники — что совсем невероятно, — то тело его было бы обнаружено кучером дилижанса или кем-нибудь из проезжавших по дороге путников. А те бы уже непременно сообщили Ордену о том, что видели у дороги труп в синем плаще…

Оралл критически посмотрел в сторону сожженного леса, горестно тянущего к луне изломанные стволы и ветви. Что могло заставить курьера потащиться туда?!

Оралл перевел взгляд на обильно поросшие кустарником развалины. Ну, а там он что потерял?! Что могло заставить офицера Ордена прервать выполнение своего задания и отклониться от заданного маршрута? И куда именно он мог направиться? К лесу или в развалины? Да и зачем?!

Развалины…

Дрегг нахмурился. Может быть, задержка курьера как-то была связана с тайником, расположенным в лабиринте под этими развалинами?

Вряд ли. О самом лабиринте и то никто не знает. А уж о тайнике — и подавно. И уж тем более не найти смельчаков, готовых копаться в этих развалинах после того, как туда однажды безо всякой видимой причины ударили молнии Неугасимого Маяка.

Оралл слегка улыбнулся, вспоминая тот случай, тронул коня и поскакал к развалинам. Он не думал, что офицер окажется именно там — с чего бы ему торчать так долго среди нагромождения камней и зарослей кустарника?! Просто до развалин было гораздо ближе, чем до сожженного лесочка. К тому же эти развалины хорошо видны с дороги, возможно, что что-то привлекло внимание курьера именно там, а не на далеком пепелище.

Вблизи развалины были больше похожи на свалку городских отходов. Да по сути своей они таковыми и являлись. Запах стоял премерзкий — конь сердито фыркал, да и сам Оралл вынужден был прикрыть нос платком. Углубившись в лабиринт бесформенных куч мусора и обломков рассыпающихся от времени камней, Оралл вдруг понял, что конь его идет сам по себе, не понуждаемый хозяином. Оралл натянул поводья — верный конь послушно замер на месте, постоял немного и опять сделал осторожный шаг вперед. Что-то его влекло туда, вперед…

Оралл обнажил шпагу и насторожился. Что мог почуять конь в этом смрадном хаосе? Что-то такое, что упорно заставляло его делать следующий шаг!..

Обогнув высокую, выше человеческого роста, кучу слежавшегося щебня, конь остановился, вскинул голову и заржал. Оралл вдруг услышал ответное ржание, раздавшееся совсем рядом, в нескольких шагах впереди. Он соскочил с коня и кинулся на звук.

Оседланная лошадь переминалась с ноги на ногу, привязанная к торчащему из земли обломку засохшего дерева. На седельных сумках ясно виднелись эмблемы Ордена Следящих. Оралл запустил руку в одну из сумок, и пальцы его нащупали свернутые в трубку бумаги. Так и есть! Это лошадь курьера! Но где же он сам-то?!

Оралл присмотрелся. Ему показалось, что в нескольких шагах от него, на склоне этой кучи щебня лежит человек. Осторожно озираясь по сторонам, Оралл подкрался ближе. Да, точно! Это была человеческая фигура! Более того — человек этот был в мундире офицера Ордена. Оралл подбежал к нему и опустился на колени.

Курьер был мертв. Пальцы Оралла ощутили ледяную холодность давно остывшего тела. Лунный свет делал лицо лежащего жутковатым, словно бы на месте головы у него был обтянутый высохшей кожей череп. Оралл никогда раньше не видел этого курьера, но ему стало не по себе. Он подумал, что так мог бы выглядеть труп, много дней пролежавший под палящими лучами солнца. Оралла одолели сомнения. Не похоже было, что это курьер Ордена. Тело явно лежит здесь не первый день… Хорошо, но тогда кто же это? И где же тогда тот, кого Оралл разыскивает?! Конь-то курьера здесь!

— Эй!.. Офицер…

Оралл вздрогнул и оглянулся. На вершине кучи замаячила высоко поднятая рука. Оралл встал, крепко стиснув эфес шпаги. Он разглядел еще одного человека — в плаще Ордена, лежащего на животе и слабо машущего рукой.

— Помогите… офицер… — Рука безжизненно опустилась.

Оралл кинулся наверх по склону и подбежал к зовущему. Человек уже лежал неподвижно, лицом вниз, дыхание его было еле слышно, синий плащ с эмблемами курьера укутывал всю фигуру, казавшуюся какой-то маленькой и беспомощной, словно офицер сжался в комок от внезапного приступа невыносимой боли. Оралл положил шпагу на землю, присел возле офицера и с трудом перевернул его лицом вверх. Лунный свет высветил широко открытые глаза и бледное окровавленное лицо.

— Что случилось? — встревоженно спросил Оралл.

— Что случилось? — неожиданно спокойно и ясно переспросил офицер с непонятным удивлением в голосе. — Ничего особенного! Просто я голоден!..

Курьер вдруг совершил быстрое движение, и руки его стиснули шею Оралла. Окровавленные губы раздвинулись в коварной усмешке, и Оралл с ужасом разглядел во рту офицера Ордена длинные и острые зубы.

Оралл сразу все понял. Как он мог принять это существо за офицера?! На нем же нет мундира — обычная гражданская одежда, просто прикрытая плащом! Плащом, снятым с убитого курьера! Того самого, что лежит ниже по склону! Из которого это создание высосало всю кровь! И кровь на лице этого существа принадлежит совсем не ему, а убитому офицеру! Потому что это существо — не человек! Вампир!

Оралл попытался оторвать от себя цепкие пальцы вампира, но тот легко приподнялся, подтянувшись на руках, цепко державших шею Оралла. Оралл почувствовал на своей шее прикосновение острых зубов, холодных, словно ледяные сосульки. Оралл успел несколько раз ударить вампира кулаком в живот, прежде чем черный туман скрыл от него и развалины, и мечущихся внизу коней, и полную луну, освещающую все вокруг…

2

Леган Лариар отшвырнул в угол комнаты шляпу, снял шпагу, стащил с себя камзол и устало повалился на кровать. Настроение его было хуже некуда. Сегодняшняя ссора с Гэртаном окончательно доказала Легану, что Аррла Параввиса была права, когда пренебрежительно отзывалась о Гэртане Гаррэте. И признаться в этом самому себе было для Легана очень нелегко. Он тогда очень возмутился и запретил Аррле говорить о Гэртане в подобном тоне. Но теперь Леган думал, что сделал это совершенно напрасно. Так же, как и напрасно он вообще связался с этой дамой — Аррлой Параввисой! И что только он в ней нашел?!

Леган тяжело вздохнул. В душе его снова зашевелились воспоминания о Теллине. Уже около месяца назад Леган вдруг стал замечать, что эту девушку он вспоминает все чаще и чаще. Гораздо чаще, чем можно было бы вспоминать обычное любовное приключение.

Вначале эти воспоминания просто забавляли его. Затем он начал чувствовать легкий налет грусти, сменившийся впоследствии самой настоящей тоской. Стоило Легану на миг отвлечься от повседневных дел, как перед глазами вставало лицо Теллины. Такое, каким Леган запомнил его при их последней встрече — грустное, немного смущенное, со слабой надеждой в глубине глаз.

Эти видения надолго выбивали Легана из привычного образа жизни. И Леган старался, чтобы свободного времени для подобных воспоминаний у него было как можно меньше. Отсюда и все эти ветреные девицы с их крайне неумелой претензией на аристократизм. Отсюда и все остальные проблемы…

Самое неприятное даже не то, что он спутался с этой Аррлой, самое неприятное то, что Гэртан теперь волком смотрит на него! И скорее всего, именно из-за этой дамы! О Небо! Гэртан! Единственный друг Легана в Лаоэрте!

Из-за этой дамы все, в общем-то, и началось — и неприятные шутки Гэртана; и его внезапно возникшая страсть к вину, которой раньше Леган не наблюдал; и невоздержанность на язык, повлекшая за собой пристальное внимание Ордена Следящих. А ведь Гэртан наверняка считает именно Легана виновным в том, что ему пришлось пройти дознание. А при чем тут Леган?! Не надо было болтать лишнего по кабакам да трактирам! А уж тем более не нужно было задевать офицеров Ордена и обвинять их в неспособности выявить колдуна.

Леган вспомнил, как это произошло, и ему опять стало тошно…

Гэртан в тот день слишком много выпил в кабаке, кроме них с Леганом, гвардейцев больше не было. Зато там было очень много офицеров Ордена — все сплошь старшие рыцари. А Гэртану, наверное, захотелось покуражиться. Начал он, правда, с Легана…

— Ну, как у тебя с Аррлой? — поинтересовался Гэртан у Легана.

— Милая дама, — слабо улыбнулся Леган.

— Еще бы! — воскликнул Гэртан. — Ведь это же моя дама! Но я на тебя не в обиде! Правда, Неккилла? — Гэртан поцеловал в щечку свою хихикающую подружку, сидевшую у него на коленях. — Правда, мы на Легана не в обиде?

— Ага! — кивнула Неккилла.

— Ведь он же такой человек, который может понравиться любой женщине! — продолжал восхвалять его Гэртан. — Даже той, которую обхаживал я!

— Ага! — снова согласилась Неккилла и вдруг заявила: — От твоего приятеля словно тепло какое-то исходит! Я бы и сама ему не отказала! Он как будто притягивает меня! Как свеча бабочку!..

— Не иначе как колдовством! — сделав страшные глаза, прошептал Гэртан, и все трое захохотали.

Нравы в столице были намного свободнее, чем в Диирии, и подобные шутки здесь никого особенно не шокировали. Некоторые молодые люди даже находили в этом определенный шарм — вести разговоры на грани дозволенного. Но Леган, отсмеявшись, все же бросил быстрый взгляд на офицеров Ордена за соседним столиком — не слышат ли?

— Чего ты на них смотришь?! — засмеялся Гэртан. — Ты думаешь, что они на что-нибудь способны?! Да будь ты хоть самым настоящим колдуном, они заметят тебя не раньше, чем карающая молния даст им по макушке!

Человек десять офицеров Ордена уже довольно внимательно прислушивались к пьяной болтовне Гэртана.

— Успокойся! — попытался образумить его Леган.

— Да ладно тебе! — небрежно ответил Гэртан. — Не бери в голову! Даже если бы я и сам был колдуном, они все равно бы не смогли этого доказать! Эй, рыцарь! — Гэртан поймал за полу плаща проходившего мимо офицера. — А ну-ка, скажи, колдун я или нет?

Офицер резко выдернул свой плащ из пальцев Гэр-тана и злобно сверкнул глазами.

— Не знает! — глупо захохотал Гэртан. — Не знает!

— Прекрати, Гэртан! — сурово рявкнул Леган. — Ты ведешь себя, как…

— Как человек, у которого ты увел женщину! — пьяно покачал головой Гэртан. — При помощи колдовства!..

— Гэртан! — Леган согнал с колен приятеля девушку и рывком поднял его на ноги.

— Ладно, друг, — пробормотал Гэртан. — Извини… Не обижайся на меня…

Тут уж обижайся или нет, а Орден есть Орден! Гэртана на следующий же день вызвали на дознание. Документ, зачитанный на плацу Верховным магистром, звучал следующим образом: «Обвинение в колдовстве, неуважение Ордена Следящих (не офицеров, а самого Ордена!), обвинение в колдовстве лейтенанта Лаоэртской гвардии (то есть его — Легана!) и оскорбление рыцарского мундира Ордена Следящих (это когда Гэртан упал и залил плащ какого-то магистра вином)».

В Диирии подобное обвинение не помогли бы смыть даже двадцать меток Ордена на груди! Тем более что обвинение было выдвинуто против офицера гвардии! Но в Лаоэрте три четверти офицеров прошли через это. И такое здесь никого не удивляло. Все только снисходительно улыбнулись, когда через два дня офицер Ордена перед строем зачитал приказ, опровергающий каждый из пунктов предъявленного ранее обвинения. Леган, пожалуй, был единственным человеком, который искренне порадовался за своего приятеля. Но все же он счел своим долгом сделать замечание Гэртану.

— Не нужно было столько много пить, — сказал тогда Леган.

— А тебе не нужно было уводить у меня женщину! — неожиданно ответил Гэртан без тени улыбки. — Тепло от него исходит, видите ли! — припомнил вдруг Гэртан слова Неккиллы.

Леган повернулся на бок и закрыл глаза. Но спать ему совершенно не хотелось. Он привычно ждал образа Теллины, который всегда возникал перед его глазами, но неожиданно вспомнил Аррлу.

Они впервые увиделись в трактире, куда Аррла пришла вместе с Гэртаном. Но Гэртан довольно быстро напился и Аррла начала заметно скучать. Тогда Леган решил просто развлечь даму беседой, чтобы вечер не казался ей таким скучным. Развлечение это одной только беседой не ограничилось, и наутро, покидая комнату Аррлы, Леган подумал также, что и скучать даме особенно не пришлось.

Леган и не знал, что Гэртан увлекся Аррлой серьезно. Он и подозревать не мог, что его приятелю способна вскружить голову подобная пустышка — сам Леган воспринимал Аррлу всего лишь как забавное развлечение. Она его, впрочем, тоже…

Аррла… Леган нахмурился и открыл глаза. Она ни в какое сравнение не шла с его Теллиной…

Его?!

Почему — его?!

Легану вдруг отчаянно захотелось оказаться рядом с Теллиной, снова увидеть ее глаза, почувствовать на плечах ее слегка подрагивающие руки, ощутить вкус ее губ…

А ведь я мог забрать Теллину с собой в Лаоэрт, внезапно подумал Леган. Мог, но не сделал этого. Наверное, потому, что мне в тот момент казалось, что Теллина — всего лишь эпизод в долгой и интересной жизни… Которую я теперь и не представляю себе без Теллины…

Леган сел на кровати и мрачно посмотрел в окно. Наступил вечер. Леган вспомнил, насколько весело он проводил вечера в Диирии, и нахмурился еще больше. Там, в Диирии, он, по крайней мере, легко смог бы отвлечься от подобных переживаний. В Лаоэрте все было иначе.

Начать с того, что его везение в кости моментально отбило у остальных офицеров желание общаться с Леганом.

Жизнь в столице была намного дороже, чем в провинции. Подумать только — кувшин неплохого вина стоил здесь не меньше пяти серебряных монет! Больше половины золотого! В то время как в Диирии Легану редко удавалось истратить такую сумму за весь вечер, проведенный в трактире в компании друзей. И именно поэтому офицеры Лаоэрта находили более интересные способы траты денег, нежели игра в кости с Леганом. Сам же Леган в их развлечениях не находил для себя никакого удовольствия, да и сами офицеры почему-то держались особняком и не считали нужным заводить близкую дружбу даже друг с другом.

Кроме того, столичные офицеры вообще несколько свысока смотрели и на Легана, и на Гэртана. Молодые люди из провинции, не знакомые с роскошью и весельем жизни столичного офицерства… Даже то, что Легану с Гэртаном довелось участвовать в боевых действиях, воспринималось столичными офицерами всего лишь со снисходительной улыбкой. И это несмотря на то, что многие из них ни разу даже не дрались на дуэли! Кстати, о дуэлях!..

В первую же неделю пребывания в столице Легану был брошен вызов одним из майоров Лаоэртской гвардии. Майор посчитал, что Леган недостаточно почтительно разговаривает с ним. И это его ошибочное убеждение стоило майору жизни. Но больше всего поразило Легана не то, что вызов был брошен по такой смехотворной причине (и можно даже сказать, вообще без причины). Больше всего Легана поразило неумение майора владеть оружием! Его знания ограничивались самыми примитивными уроками фехтовальной школы, которые любой новичок осваивал в течение нескольких месяцев. И у Легана создалось впечатление, что после этих уроков майор вообще не брал шпаги в руки, не говоря уже о каждодневном оттачивании мастерства.

Победа на дуэли не принесла Легану ничего хорошего. Он по совершенно непонятным для него причинам был отправлен в тюрьму, где и просидел десять дней. Выйдя же оттуда, Леган с изумлением узнал, что подобным образом наказывались все дуэлянты без исключения! Независимо от того, насколько честно велась дуэль. Это сильно удивило Легана и Гэртана, который тоже уже успел принять чей-то вызов, одержать победу и покинуть ту же самую тюрьму на следующий день после Легана. Однако, в отличие от Легана, Гэртан был уверен, что подобные наказания есть способ свести на нет все дуэли вообще. Кому же охота будет бросать вызов, чтобы в случае победы сидеть потом в тюрьме, пусть даже всего десять дней!

— Ты считаешь, что десять дней не стоят незапятнанной чести офицера? — спросил его Леган.

— Я считаю, что есть более веселое времяпрепровождение, нежели драки и тюрьма! — пожал плечами Гэртан.

Возможно, что Гэртан был прав, но Леган этого самого «веселого времяпрепровождения» что-то не видел. Возможно, что Гэртан просто сумел прижиться в столице, а Леган — нет. Гэртан даже смог сдружиться со многими из лаоэртских офицеров, а поскольку те сторонились Легана, то и Гэртан стал видеться с ним намного реже. А тут еще эта Аррла!..

Леган вспомнил, как он искренне обрадовался, когда Гэртан вернулся из магистратуры после завершения процесса дознания. Как он кинулся к нему и как холодно Гэртан кивнул в ответ. Леган даже опешил. Он попытался поинтересоваться тем, как это дознание проводилось, но Гэртан сухо пожал плечами и небрежно ответил:

— Ничего особенного. Ответил на несколько вопросов офицеров Ордена — и все!

— А… А метка? — осторожно спросил Леган. Гэртан небрежно расстегнул рубашку и показал метку на своей груди.

— Немного неприятно, но гораздо менее болезненно, чем настоящее ранение, — заявил Гэртан. — Во всяком случае для тех, кто не является колдуном… — Гэртан с непонятным выражением посмотрел на Ле-гана.

Если бы Леган разговаривал с кем-нибудь другим, то собеседник уже вынужден был бы принять вызов. Но от Гэртана Леган такого не ожидал и потому не придал значения его словам, хотя они и неприятно кольнули его. Но особенно поразило Легана поведение друга в кабинете генерала, куда они были вызваны неделю назад.

Поведением и внешностью своей генерал разительно отличался от полковника Куиссэна. Во-первых, ростом и телосложением — генерал оказался изящным худощавым человеком, лет тридцати от роду, больше похожим на учителя танцев, нежели на боевого офицера. Во-вторых, у Легана от этого разговора осталось впечатление, что беседовал он не с армейским генералом, а с офицером Ордена — те же двусмысленные намеки, настойчивые попытки выведать какие-то тайны из прошлого молодых офицеров.

Генерал спросил, состояли ли они в дружеских отношениях с лейтенантом Киллом Орравианом? На что Гэртан неожиданно ответил, что нет. Леган с изумлением глянул на своего друга.

— Мы просто служили в одном полку, — холодно пояснил Гэртан.

— А вы, лейтенант Лариар? — Генерал повернулся к Легану.

— Да, господин генерал! — ответил Леган. — Мы были дружны с лейтенантом Орравианом!

— Да-а-а?! — удивленно протянул генерал. — И чем же была вызвана ваша дружба?

— Совместным участием в боевых действиях против «Ночных сов», господин генерал! — отчеканил Леган, бросая сердитые взгляды на Гэртана.

— Конкретнее, лейтенант Лариар! — попросил генерал.

Леган немного растерялся. Куда уж конкретнее?! Они с Киллом вместе служили, вместе воевали! И порой часто выручали друг друга! Это что, недостаточно веская причина для дружбы между двумя офицерами?!

— Мне кажется, лейтенант Лариар, — генерал задумчиво смотрел на Легана, — что вам сейчас просто захотелось похвастаться своими боевыми заслугами. Многие офицеры воевали, но никто не любит упоминать об этом. Скромность, лейтенант! Скромность!..

Леган так и не понял, зачем их вызывал генерал. И только сегодня ему удалось узнать, что Килл был подозреваем в колдовстве. Что его считали виновным в карающих молниях, брошенных Неугасимым Маяком на Диирий. Леган сразу же побежал делиться новостью с Гэртаном, но тот встретил его довольно холодно.

— Колдун? — безо всякого интереса переспросил Гэртан. — Меня это не удивляет…

— Что?! — Легану показалось, что он ослышался. — Что ты говоришь? Мы же дружили с ним!..

— Это вы дружили с ним, лейтенант! — возразил Гэртан. — Вы, а не я! Я был с Орравианом едва знаком!

Офицеры, стоящие вокруг, лениво прислушивались к разговору. На лицах их не было никакого интереса.

— Гэртан! — Леган почувствовал, как ярость начинает охватывать его. — Гэртан! Килл был нашим другом! Не пытайся этого отрицать!

— Для меня это новость! — презрительно усмехнулся Гэртан. — Я нисколько не сомневаюсь в том, что Килл был вашим другом, лейтенант! Вы вообще несколько странную позицию занимаете по отношению к колдунам! Вам так не кажется?

Леган почувствовал, что теряет над собой контроль.

— Лейтенант Гаррэт! — срывающимся голосом проговорил он. — Вы оскорбляете офицера!

Гэртан небрежно дернул плечом.

— Я готов встретиться с вами, господин лейтенант! — задыхаясь от ярости, проговорил Леган. — В любое удобное для вас время!

— Я не намерен драться с вами! — неожиданно ответил Гэртан.

— Что?! — опешил Леган. На его памяти это был первый случай, когда противник отклонял вызов. — Что ты сказал?!

— Я дерусь только с настоящими офицерами! — неожиданно заявил Гэртан. И тогда Леган не выдержал.

— Вы негодяй, лейтенант Гаррэт! — выдохнул он. — Вы — подлец!

После таких слов любой сам бы схватился за шпагу. Но Гэртан только усмехнулся и отошел в сторону. А Леган остался стоять как оплеванный — растерянный, не понимающий, что происходит с его старым другом…

Леган уставился взглядом в пол. А может ли он теперь вообще считать Гэртана своим другом?!

В дверь постучали. Леган поднялся с кровати и откинул засов. В дверях стоял офицер Ордена Следящих с нашивками младшего рыцаря.

— Господин Леган Лариар? — осторожно осведомился он.

— Да, — нахмурился Леган.

— Младший рыцарь Ордена Следящих Ченн Регган! — представился гость. — Господин лейтенант, вас хотел бы видеть Верховный магистр Лаоэрта! Мне поручено передать вам официальное приглашение немедленно прибыть в магистратуру!

— Зачем?! — удивился Леган.

— Я не уполномочен обсуждать это, господин лейтенант, — ответил рыцарь. — Но господин Верховный магистр ждет вас немедленно!

Приглашение… Странное название для приказа, подумал Леган. Он внимательно посмотрел в глаза рыцарю. Нехороший у него взгляд, подумал Леган. Так, наверное, кошка должна бы смотреть на мышку, которой уже некуда бежать…

3

Майор Раллэн был возмущен. Не сильно (Раллэн вообще редко поддавался настоящему гневу), но возмущен.

— Послушай, любезный! — объяснял он слуге, безуспешно стараясь сохранять терпение. — Мне говорили, что это лучший трактир в Сарианисе! И здесь нет свободных комнат?! Как же это может быть?!

— Нету, господин майор, — скорбно отвечал трактирный слуга, беспомощно разводя руками. — Все комнаты заняты!

— Не могут они все быть заняты! — отрезал майор Раллэн. — При таких высоких ценах — не могут!

— Цены у нас, господин майор…

— Безумно высокие! — прервал его майор Раллэн. — Безумно! Ты понял меня? Семь серебряных — за одну ночь! Почти что золотой! Да в любом трактире мне предоставят комнату за десяток медных монеток! Ты слышишь меня?

— Может быть, господину майору и правда лучше поискать другой трактир? — осторожно высказал предположение слуга.

— Ты мне еще будешь указывать, где мне следует останавливаться?! — заорал майор Раллэн. — Я хочу переночевать в самом лучшем трактире города! И не смей так со мной разговаривать! Пока я не свернул тебе шею!

— Лучший трактир, господин майор, — согласился слуга, торопливо кивая: — Поэтому и нет отбоя от постояльцев! Все приезжие хотят жить здесь…

Если бы не и без того высокая цена, майор Раллэн позволил бы себе заплатить вдвое или даже втрое против запрошенного. Наверняка хозяин держит хотя бы одну комнату про запас — на случай неожиданного прибытия очень важных гостей. А майору Раллэну позарез нужна была комната именно в этом трактире.

— Кто хозяин заведения? — кипел майор Раллэн. — Я хочу с ним поговорить! Мне нужна комната на одну ночь! Кто хозяин?

— Хозяйка, — поправил слуга, почтительно склоняя голову. — Госпожа Галлатэнн. Она сейчас занята…

— Вздор! — вскричал майор Раллэн. — Я немедленно хочу ее видеть! Или я сейчас устрою здесь такое, что память о вашем трактире надолго останется в летописях Сарианиса! Только в летописях! Ты понял меня?

Шумел и возмущался майор Раллэн по одной простой причине — цена за комнату оказалась ему не по карману. И теперь Раллэн оказался в совершенной растерянности. И угораздило же его зайти по дороге в один дурацкий трактир возле самых городских ворот! Название которого — «Разбогатей» — совершенно не соответствовало тому, что там с майором произошло! Однако майор просто вынужден был снять комнату именно здесь! Это было для него делом чести!

Еще в Диирии кто-то рассказал ему, что трактир «Старая сказка» в Сарианисе с недавнего времени считается самым лучшим. Что, дескать, даже высшее офицерство армии и Ордена — столичные генералы и магистры — останавливаются именно там. А майору Раллэну как раз нужно было отвезти какие-то весьма срочные документы магистру Сарианиса. Документы эти, кроме того, были еще и весьма секретными — иначе полковник Куиссэн не решил бы беспокоить майора по такому незначительному поводу.

Майор Раллэн собирался провести в Сарианисе всего одну ночь, а утром отправиться обратно в Диирий. И ему хотелось немного повеселиться в незнакомой для него обстановке. Но сразу же по приезде майора почему-то занесло в трактир «Разбогатей», где постоянно собирались любители азартных игр. Там майор познакомился с совершенно новыми правилами модной нынче игры в кости, называемой «тройка»: игра велась не двумя костями, а тремя. И правила были весьма сложными, не ограничивающимися тем, кто из игроков сколько очков выбросит на стол.

Изучением этой новой (и весьма увлекательной) для него игры майор Раллэн занимался с большим интересом и упорством. И продолжалось так до тех пор, пока он вдруг с изумлением не обнаружил, что очередная золотая монета в его кошельке пребывает в гордом одиночестве.

И это было бы еще не так плохо! Самое неприятное заключалось в том, что в «Разбогатей» майор Раллэн успел уже познакомиться с обворожительной барышней! Чудо, а не женщина! Глаза, губки, грудь!.. И совершенно недвусмысленно дама дала ему понять, что сегодня вечером ей предстоит скучать в одиночестве!..

Ну и ладно бы, только познакомился, так майор еще успел и пригласить эту даму к себе в гости! А на вопрос, где же майор остановился, Раллэн высокомерно ответил:

— Конечно, в «Старой сказке»! Где же еще?!

И что же теперь остается делать майору Ленну Раллэну? Ведь новая его знакомая обязательно ответит на горячие приглашения ослепительного офицера вечерним визитом! А сам офицер, даже если и добьется для себя комнаты, не сможет даже угостить даму вином! Позор!

Раллэн уже набрал полную грудь воздуха, готовясь от отчаяния начать настоящий скандал, когда спокойный и властный женский голос обратился к слуге:

— Что случилось?

Майор Раллэн обернулся. На верхних ступеньках лестницы, ведущей на второй этаж, стояла женщина. По ее горделивой осанке и дорогому платью майор сразу догадался, что это и есть хозяйка трактира.

— Госпожа Галлатэнн! — подбежал к ней слуга. — Господин офицер требует комнату, но у нас…

— Капитан?! — вдруг удивленно произнесла хозяйка. — Капитан Ленн Раллэн?!

— Майор, — хмуро поправил Раллэн. Но хмурое выражение мигом слетело с его лица, едва он пригляделся к хозяйке трактира. Раллэн удивленно поднял брови и радостно воскликнул: — О Небо! Теллина?! Ты?! Э-э-э… Вы?! Госпожа… э-э-э… как?

Теллина рассмеялась и легко сбежала по ступенькам.

— Для вас, офицер, просто — Теллина!

— Не может быть! — воскликнул Раллэн, отступая на шаг назад и восхищенно оглядывая девушку с ног до головы. — Не верю!

Теллина вежливо улыбнулась.

— Вам нужна комната? — спросила она. Раллэн кивнул. Он все еще никак не мог отвести восторженного взгляда от Теллины.

— Сколько вы у нас пробудете? — поинтересовалась Теллина.

— Одну ночь, — ответил майор. И эти его слова — «одну ночь» — позвучали для него самого как-то двусмысленно.

— Я думаю, что смогу помочь своему старому знакомому, — опять улыбнулась Теллина и обернулась к слуге: — Проводи господина капитана… господина майора в комнату номер девять! — распорядилась она.

Слуга торопливо поклонился майору Раллэну и приглашающе указал рукой в сторону лестницы на второй этаж.

— Я хотела бы с вами побеседовать, майор… Попозже…

Раллэн обернулся и встретился взглядом с Теллиной. Майор почувствовал, как сердце в его груди сильно стукнуло.

«Какая женщина!» — восторженно подумал майор Раллэн и, слегка склонив голову, с готовностью ответил:

— Всегда к вашим услугам, сударыня!

— Слуга сообщил вам цену? — деловито поинтересовалась Теллина.

— Да, сударыня! Честно говоря, цена показалась мне несколько…

— Что поделать, майор! — вздохнула Теллина, решительно прерывая его излияния. — Нынче жизнь дорожает с каждым днем! Не так ли?

Майор Раллэн кивнул, понимая, что его надежды на экономию последнего золотого растаяли словно дым.

Весьма практичная женщина, подумал он, поднимаясь по лестнице вслед за слугой и заходя в комнату, которой предстояло стать его домом на эту ночь. О, Небо! Остаться с одной серебряной монеткой в кармане!.. Впрочем…

Теллина изъявила желание побеседовать с майором… Побеседовать… Как она выразилась — попозже…

Поздняя беседа с женщиной — это как раз то, что ему сейчас необходимо! И Теллина подходит на эту роль гораздо лучше, чем та дама из трактира «Разбогатей»… Как, кстати говоря, ее звали-то?!

Теллина… Просто не верится! Еще совсем недавно эта девчонка подавала ему вино в «Веселом кочевнике»! Девчонка?! Нет! Уже не девчонка, а состоятельная женщина, госпожа Галлатэнн! Надо же, а?!

Майор заметил, что и поведение Теллины, и сама ее внешность как-то неуловимо изменились. В ней появилось что-то такое, что вызвало у майора неудержимое восхищение. И Раллэн вдруг подумал, что первым это самое «что-то такое» в Теллине, наверное, разглядел Леган. Еще тогда, в Диирии, когда он небрежным движением остановил пробегавшую мимо с кувшином вина трактирную служанку.

Майор Раллэн с нетерпением ожидал визита Теллины. И когда в дверь его постучали, он чуть не подпрыгнул от радости.

— Прошу вас, сударыня! — учтиво склонился майор, предлагая Теллине сесть. — Я никогда не сомневался, что вы способны достичь определенных высот, но не думал, что это может произойти так скоро! Впрочем, при такой обворожительной внешности, каковой обладаете вы, это не должно составлять…

— Майор, — с улыбкой прервала его Теллина, усаживаясь на стул, — сядьте и прекратите рассыпать комплименты. Я хотела узнать у вас кое-что о Диирии.

— О Диирии? — слегка удивился Раллэн, пододвигая свой стул и усаживаясь как можно ближе к Теллине. — Диирии по-прежнему стоит на своем месте, сударыня! Но выглядит он теперь безгранично скучным!

— Почему?!

— Потому, что там нет вас… — Майор склонился и поцеловал Теллину в плечо.

Теллина снисходительно улыбнулась.

— Майор, перестаньте, — ласково произнесла она. — Я пришла к вам не за постельными ласками. Поверьте мне. Я хотела узнать, слышали ли вы что-нибудь о лейтенанте… лейтенанте Лариаре… Он все еще лейтенант? Или теперь носит уже капитанского орла?

Раллэн тяжело вздохнул. Он понял, что эту ночь ему все-таки придется провести с той дамой, из трактира «Разбогатей». Как же ее зовут?!

— Леган служите Лаоэрте, — сказал Раллэн, вставая со стула и подходя к окну. — Вместе с Гэртаном. Я давно уже не получал от них известий.

— Жаль, — вздохнула Теллина. — Мне кажется… — Она прикоснулась пальцами к своей груди, словно нащупывая невидимую глазу брошку или заколку. — У меня такое чувство… Что что-то случилось… С Леганом…

— С Леганом?! — Раллэн удивленно поднял брови. — Что с ним может случиться?! Он превосходный офицер! И насколько я знаю, сейчас в Лаоэрте не проводится никаких боевых операций! А уж из дуэлей-то Леган всегда выйдет победителем! Не сомневайтесь, сударыня!

— Надеюсь, что вы не ошибаетесь, майор. — Теллина встала и направилась к двери. — Кстати! — Она обернулась и хитро посмотрела на Раллэна. — Тут к вам пришла одна дама… Я велела подать к вам в комнату вина и фруктов. Это мой маленький подарок вам, майор. Надеюсь, все остальные удовольствия вы получите от своей гостьи…

Раллэн растерянно смотрел, как за Теллиной закрывается дверь, и вдруг подумал о том, что забыл спросить у нее самое главное — как же эту его гостью все-таки зовут?

4

Кабинет Верховного магистра Лаоэрта поражал своей скромностью. Леган ожидал увидеть здесь шкафы, полные книг, дорогую мебель, ковры на стенах. Но ничего этого не было. Простой стол с несколькими листами бумаги (наверное, какие-то документы), два стула возле него — и все! На одном из стульев сидел сам магистр, а второй был предложен Легану.

— Лейтенант Леган Лариар? — спросил Верховный магистр.

— Да, господин Верховный магистр!

— Оставьте в покое титулы, лейтенант, — поморщился магистр. — Иначе мы и до утра не управимся… Итак, вы служите в Лаоэртской гвардии?

— Да.

— А до этого вы служили в Диирии? — задавая вопросы, магистр сверялся с одним из документов.

— Да.

— Вы хорошо были знакомы с лейтенантом вашего полка Киллом Орравианом?

— Более чем! — решительно ответил Леган. — И я не считаю позорным скрывать то, что был дружен с человеком, который впоследствии…

— Перестаньте, лейтенант! — опять поморщился магистр. — Мне нет дела до ваших отношений… Значит, вы были друзьями… Хорошо… Тогда это у нас пойдет вот сюда… — Магистр отложил лист бумаги, который держал в руках, к правому краю стола и взял следующий. — А с младшим рыцарем Ордена Следящих, офицером Лэссом Даароном, вы были знакомы?

— С кем?! — переспросил Леган.

— Вы дрались с ним на дуэли, — напомнил магистр. — Накануне своего отъезда из Диирия. И убили его. — Магистр поднял на Легана свои бледно-голубые глаза и умолк.

— Да, — пробормотал Леган. — Это было делом чести… Он оскорбил…

— А почему вы нанесли ему удар именно в шею, лейтенант? — неожиданно поинтересовался магистр. — Не в грудь, не в живот… В шею!

Леган пожал плечами:

— Признаться, я сейчас уже и сам не помню… Наверное, мне показалось, что… что шея у него менее защищена… — Леган почувствовал себя неловко. Как если бы кто-то настойчиво расспрашивал его о том, как именно он провел ночь с женщиной, что конкретно делал и какие слова ей говорил.

— Вы не думали о том, что это будет гораздо надежнее? — спросил магистр. — Я имею в виду — удар в область шеи…

— Не знаю… Возможно… — Леган опять пожал плечами.

— Возможно, — повторил магистр. — А какие у вас были отношения со старшим рыцарем Ораллом Дреггом?

— Мы были просто знакомы, — ответил Леган. — Весьма достойный человек, он был секундантом Лэсса Даарона во время…

— А вы знаете, что Оралл Дрегг был убит? — прервал его магистр.

— Нет, — покачал головой Леган.

— Убит вампиром. В развалинах неподалеку от Диирия. Его тело было обнаружено рядом с телом курьера Ордена, которого отправился разыскивать рыцарь Дрегг. К счастью, Орден успел вовремя и его офицерам не суждено было пополнить ряды нечисти…

— Я сожалею, магистр. Старший рыцарь Оралл Дрегг был весьма достойным офицером Ордена, и я весьма…

— Он был убит вампиром, — прервал Легана магистр. — На горле рыцаря Дрегга оставлены следы укуса. Из него высосали всю кровь. Всю, до последней капли… Так почему все-таки вы нанесли рыцарю Даарону удар именно в шею? — неожиданно спросил магистр, прищуриваясь.

Леган вздрогнул.

— Господин Верховный магистр! — проговорил он. — Не хотите ли вы сказать, что…

— Все, что я захочу сказать, лейтенант, я скажу после! — повысил голос магистр. — И не забывайте, с кем вы разговариваете!

Магистр положил лист бумаги поверх предыдущего, лежащего на правом краю стола.

— Далее. — Магистр уже держал в руках следующий документ. — Вы постоянно выигрываете в кости. Почему вам так сильно везет, лейтенант?

— Не знаю, господин магистр, — нахмурился Леган. — Разным людям везет в каком-нибудь деле… В карьере, в игре, в охоте…

— Согласен, — кивнул магистр. — В прошлом году мы повесили одного колдуна. Ему страшно везло — он постоянно выигрывал на бегах. Ваше «везение» такого же рода, лейтенант?

— Нет! — Леган вскинул голову. — Я не имею с колдовством ничего общего, господин Верховный магистр!

— Не имеете ничего общего… — Магистр отложил листок в ту же стопку и взял следующий. — А вот некоторые женщины считают, что вы, по их же собственным словам, просто «околдовываете» их! — Магистр смущенно улыбнулся и, бросив быстрый взгляд на Легана, начал читать: — «От него исходит тепло, которому невозможно сопротивляться… Я забыла обо всем на свете…» Хм… Ну, и так далее…

— Я не думал, господин Верховный магистр, — возмущенно начал Леган, — что вы способны принимать в расчет сплетни трактирных шлюх!

— Трактирных шлюх? — удивился магистр. — Кого именно вы имели в виду, лейтенант?

— Ее! — Леган кивнул на документ. — Ту девушку… Кажется, ее зовут Неккилла… или что-то в этом роде…

— Неккилла… Хм! — Магистр поджал губы и взял со стола еще один листок. — Вы имеете в виду ту самую девушку, что была сегодня убита? Ее тело нашли в переулке, примыкающем к трактиру. Она тоже была убита вампиром. Как и рыцарь Дрегг. — Магистр переправил листок поверх уже приличной стопки. — Это хорошо, что вы о ней вспомнили. Но слова, что вас так возмутили, принадлежат не Неккилле. Это показания другой дамы — Аррлы Параввисы. Вы знакомы с ней, не так ли?

Леган растерялся. В голове его все смешалось. Он нашел в себе силы только утвердительно кивнуть. Но и этого магистру было вполне достаточно. Тот с удовлетворением положил листок поверх стопки и поискал на столе следующий документ. Леган еще больше помрачнел. Сколько же их там у него? И в чем еще его будут пытаться обвинять?

— Старший рыцарь Дрегг сообщал, что самым веским доказательством вашей непричастности к нечисти является талисман из кости единорога, — сказал магистр. — Так называемая Мертвая Кость. Могли бы вы мне его показать?

— Я… Я подарил его… Одной даме…

— Имя?

— Теллина…

— Где эта дама?

— Она жила в Диирии. Но потом переехала…

— Куда именно?

— Кажется, в Сарианис…

— Кажется… — Магистр покачал головой. — А почему вы решили избавиться от талисмана?

— Я просто его подарил! — вскинулся Леган. — На память!

— Понятно. — Магистр опустил глаза и вдруг задал совершенно неожиданный вопрос: — Вы хорошо знаете сказки Ларки Лариары?

— Естественно! — усмехнулся Леган. — Это же моя…

— Я знаю, лейтенант! Вы читали сказку «Неугасимый Маяк»?

— Да! Одна из моих любимых сказок! — с вызовом произнес Леган. При чем тут Ларка?! Магистр что, пытается и ее примешать ко всему этому?!

— Вы хорошо помните последние слова этой книги?

— Не уверен, — честно ответил Леган.

— Ну, хотя бы приблизительно, — попросил магистр, с интересом разглядывая Легана.

— Ну… Приблизительно… — Леган напряг память. — Сказка завершается тем, что души Бессмертных Богов вспыхнули светом Неугасимого Маяка… И что отныне Бессмертные Боги оберегают людей этим светом…

— А дальше? — настаивал магистр.

— Дальше?! — растерялся Леган. — Дальше, кажется, все… На этом сказка заканчивается… Я, признаться, плохо ее помню…

— Вы читали эту сказку в рукописной книге? — быстро спросил магистр, неожиданно подавшись вперед.

— В напечатанной… Рукописная, наверное, очень большая… Сама напечатанная была вот такой! — Леган показал руками, какой толстой была книга. — А рукописная… Даже и не представляю себе… Раз в шесть-семь толще…

— Понятно. — Магистр отложил листок, который он держал в руках, на левую сторону стола. Леган глянул на эту одинокую бумагу, на толстую стопку справа от магистра и подумал, что перевес далеко не в его пользу…

— Господин лейтенант! — Магистр с грустью посмотрел на Легана. — Надеюсь, вы понимаете, что интересы государства превыше всего?

Леган согласно кивнул.

— Вам придется пройти дознание, лейтенант Лариар, — заявил Верховный магистр. — Обвинение будет предъявлено вам завтра утром. Завтра же оно будет оглашено на плацу, во время утреннего сбора. И до окончания дознания, лейтенант, вам придется пробыть здесь, в магистратуре. Орден предоставит вам комнату и питание. Процесс дознания начнется завтра вечером. Надеюсь, лейтенант, что все обвинения Ордена Следящих будут с вас сняты…

Леган слушал, никак не выказывая своего волнения. Он не знал, что это означает — дознание Ордена. И хотя ничего хорошего для себя почему-то от этого не ожидал, но и опасений тоже не испытывал.

Леган безропотно отдал офицеру, приходившему с приглашением от Верховного магистра (хорошенькое приглашение, надо сказать!..), свою шпагу, и тот проводил Легана в отведенную ему комнату. Особой роскошью она не блистала, скорее напоминала камеру в полковой тюрьме, только обставленную с несколько большими удобствами. В отличие от камеры, здесь помимо жесткой и неудобной койки был еще и небольшой стол с деревянным стулом. Так что у Легана был довольно богатый выбор: сидеть за пустым столом или лежать на неудобной кровати. Леган выбрал второе и повалился на кровать, не снимая сапог. Спать ему не хотелось совершенно, но сидеть за пустым столом Легану почему-то показалось весьма глупым. Мысли его постоянно крутились вокруг предстоящего дознания. Леган припоминал свой разговор с магистром и думал, что ничего такого особенного он не сказал. Ничего такого, за что его можно было бы наказать. Впрочем, дознание покажет…

Ни с того ни с сего Леган начал вдруг испытывать совершенно необъяснимое волнение. Хотя чего ему было бояться?! Он же не колдун! Разумеется, дознание Ордена — вещь не слишком-то приятная. Но Гэртан, например, совершенно спокойно его пережил!

Леган попытался вспомнить, что ему рассказывал Гэртан о дознании, и вдруг понял, что ничего! И вообще, если верить словам Гэртана, то на дознании не происходило «ничего особенного». Гэртан просто «ответил на несколько вопросов офицеров Ордена — и все…».

По правде говоря, Леган тоже уже успел ответить «на несколько вопросов». Даже не на несколько, а на очень много вопросов… Но, видимо, Верховный магистр не считал проведенную с Леганом беседу дознанием.

Всю ночь и почти весь следующий день Леган провел без сна, одолеваемый мыслями, непонятными ему самому. То вдруг он вспоминал рыцаря Дрегга, который, по словам Верховного магистра, уже был мертв, то лейтенанта Килла Орравиана. И порой Леган ловил себя на мысли, что вполне верит тому, будто Килл оказался самым настоящим колдуном. И еще Леган вдруг вспомнил, как Ленн саркастически отзывался о Неугасимом Маяке. Не вышло бы проблем у Ленна, подумал Леган. Особенно сейчас. Когда близкая дружба с самим Леганом становилась не очень-то безопасной…

Единственный человек, о котором Леган ни разу не вспомнил, был Гэртан. И осознал это Леган только тогда, когда ему под вечер следующего дня зачитали обвинения Ордена Следящих.

Легана поразило количество обвинений, предъявленных ему Орденом. Он подумал, что если все это было оглашено на плацу, то вряд ли ему могли не посочувствовать даже самые черствые люди. Включая и Гэртана Гаррэта.

Обвинение в колдовстве, обвинение в связях с нечистью, обвинение в покровительстве колдунам, обвинение в причастности к смерти офицеров Ордена, обвинение… еще в чем-то таком!.. У Легана просто голова пошла кругом, когда он все это услышал. Он только обреченно вздохнул и покрутил головой.

— Вы готовы к дознанию, господин лейтенант? — спросил его магистр, окончив читать обвинения.

— Да, господин Верховный магистр! — ответил Леган. Ему не терпелось покончить со всем этим как можно быстрее. И неважно уже, какими будут последствия.

Магистр кивнул офицерам, стоящим возле него, и те с готовностью расступились перед Леганом. Леган вышел из комнаты и направился вслед за магистром. Он слышал за своей спиной шаги офицеров и думал, что все это слишком уж напоминает сопровождение на казнь — Легану однажды довелось сопровождать на казнь одного преступника. Теперь Леган примерно понял, что в таких случаях ощущают люди. Почему «примерно»? Потому что в конце пути его ждали не плаха и не виселица, а обычная комната, только без окон.

В центре комнаты стояло роскошное, но страшно неудобное на вид деревянное кресло, в углу расположилась небольшая жаровня с тлеющими углями, на которой вишнево светился раскаленный стержень с меткой Ордена, возле стены — широкий стол с лавкой, на которой сидел незнакомый офицер, судя по нашивкам — старший рыцарь. Магистр кивнул этому рыцарю, сел рядом с ним на лавку и указал Легану на кресло.

— Прошу вас, лейтенант!

Леган испытал легкое недоумение. Он ожидал, что кресло займет сам магистр, а ему, Легану, вообще придется стоять.

Сопровождавшие Легана рыцари расположились возле двери и обнажили свои шпаги. Леган опустился в кресло, поерзал там, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее, сохраняя в то же время спокойный вид, потом решил махнуть на все рукой и сел, положив ногу на ногу. Непроизвольно Леган начал покачивать носком сапога, как будто выражая нетерпение. Он на самом деле начинал нервничать. Ну когда же они начнут… Что? Леган не знал. Но думал, что скоро узнает.

Старший рыцарь, сидевший до этого с опущенной головой, поднял глаза и посмотрел на Легана. Леган встретился с ним взглядом, и что-то его насторожило. Леган не до конца понимал, что именно, но зеленые зрачки старшего рыцаря не позволяли Легану отвести от них своего взгляда. Леган неожиданно подумал, что рыцарь смотрит не просто ему в глаза, а куда-то глубже, может быть, в самую душу. И вдруг!..

Вдруг Леган понял, что это так и есть!

От осознания этого лоб Легана покрылся мелкими капельками холодного пота. Он вдруг понял, что этот старший рыцарь!..

Нет! Это невозможно! И все же…

Старший рыцарь Ордена Следящих?!

Колдун!

И дознание проводит именно он! Читая потаенные мысли подозреваемых!

Старший рыцарь вздрогнул. В зрачках его мелькнуло смятение, потом — испуг.

Леган вдруг понял, что этот старший рыцарь способен даже солгать Верховному магистру! И что он уже не один раз так делал! Что на его совести несколько загубленных жизней!..

В зеленых зрачках глаз ошарашенного рыцаря Леган словно бы наяву увидел их лица, услышал их голоса, разглядел его самого — этого старшего рыцаря, удовлетворенно потиравшего руки. Леган непроизвольно подался вперед, и с губ его сами собой слетели слова:

— Негодяй!

— Что?! — Верховный магистр вытаращился на Легана. — Что вы сказали?! Лейтенант?! Кто?!

— Старший рыцарь… — Леган вдруг понял, как его зовут, и произнес: — Золлан Логгэн! Офицер Ордена! Позор! — Леган попытался встать, но яростный взгляд старшего рыцаря словно бы пригвоздил его к месту.

И Леган вдруг понял, о чем думает рыцарь Логгэн…

Он думал о том, что сейчас он уничтожит Легана. Уничтожит очень хитрым способом — заставив его сознаться в колдовстве.

Нет, подумал Леган. Этого не будет! У тебя ничего не получится, рыцарь!

Эти слова Леган не произносил вслух. Он произнес их мысленно, но тут же представил себе эти слова — самые настоящие слова, написанные прямо в воздухе синими чернилами — и мысленно же собрал их в клубок. Чернильные линии переплелись, уплотнились, клубок превратился в маленький комочек. Леган вдруг понял, что ему ничего не стоит раскалить этот комочек и направить его туда, куда вздумается. Хоть в глаза этому самому старшему рыцарю Логгэну! И Леган именно так и сделал!

Рыцарь Логгэн зажмурился и потряс головой. Дыхание его на миг прервалось, лицо пошло красными пятнами, лоб покрылся испариной. Он снова открыл глаза и посмотрел на напряженно ожидающего магистра. И в глазах рыцаря стояла растерянность!

— Он колдун! — понимающе произнес магистр. И после этих слов рыцари, стоящие возле двери, напряглись и к чему-то явно изготовились.

— Нет, — покачал головой рыцарь Логгэн. — Он не колдун…

— Не колдун?! — с сомнением переспросил магистр.

— Нет, — подтвердил рыцарь. — Он не колдун. Он… Он что-то другое!

— Господин рыцарь! — возмущенно произнес Леган. — Я не привык, чтобы обо мне говорили в таком тоне!

Но рыцарь его, кажется, даже и не расслышал. Он продолжал объяснять магистру.

— Колдун не смог бы сделать того, что смог он! Он не смог бы заставить меня вспомнить то, что я вспомнил! И он не смог бы заставить меня принять его мысли за мои собственные! Потому что все это уже было бы колдовством!

— Но он сделал это? — недоуменно спросил магистр. — Он все же это сделал? Значит, совершил колдовство!

— Если бы это было колдовство, — возразил рыцарь, — мы уже остывали бы после удара молний, господин Верховный магистр!

Леган облился потом. Молнии! Неугасимый Маяк! Зачем же они проводят дознание в самом центре города?!

Рыцарь посмотрел на Легана.

Ах да! Они же выявляют не колдунов, а подозреваемых в колдовстве! Тех, кого Неугасимый Маяк пока еще не считает настоящим колдуном! Тех, кого…

— Прекратите! — закричал старший рыцарь, вскакивая с лавки. — Немедленно прекратите!

На крик распахнулась дверь и в комнату вбежали еще несколько офицеров со шпагами в руках. Леган устало закрыл глаза.

Ничего вы мне не сделаете, вдруг совершенно спокойно подумал он и тут же понял, что это правда…

5

— Нет, Лэш! Мы не можем этого сделать!

— Почему?!

— Потому, что… Не знаю! Я не знаю почему!

— Золлан! Мы должны это сделать! Как ты представляешь себе все это?! Я должен поставить ему метку и отпустить?! Или нет?

— Ты магистр, тебе и выкручиваться, Лэш! — заявил старший рыцарь Логгэн.

— Золлан! Не забывайся! — Верховный магистр нахмурился. — Ты понимаешь, что начнется, если лейтенант Лариар пойдет налево и направо рассказывать о том, что один из офицеров Ордена — колдун?

— Не колдун, Лэш! Я не колдун, а маг! — сердито поправил его старший рыцарь.

— Какая разница? — пожал плечами магистр.

— Разница такая же, — спокойно объяснил рыцарь Логгэн, — как между словами «магистр» и «магистришка»! Какое из них тебе больше по душе, Лэш?

Магистр нахмурился.

— Хорошо, пусть ты маг, а не колдун! Но мне от этого не легче, Золлан! — резонно заметил он. — Я твердо уверен в том, что мы должны казнить этого лейтенанта!

— Пойми же, Лэш! — Рыцарь Логгэн устало вздохнул. — Если бы кто-то иной проделал то, что проделал этот лейтенант, то молнии испепелили бы нас! А этого не произошло! Значит, Неугасимый Маяк не считает это колдовством! Понимаешь?

— Ну и что?! Маяк не считает, а я — считаю!

— А ты представь себе, что случится, если во время казни оборвется веревка? — недовольно фыркнул рыцарь Логгэн. — Его же нужно будет отпустить! Его же нельзя будет повесить еще раз! Толпа сразу же сочтет это волей Неугасимого Маяка и Бессмертных Богов! И лейтенант все равно останется жив! Он просто приобретет популярность! И тогда уже его никак нельзя будет устранить!

— Можно и не вешать, — возразил магистр.

— А как?

— Лейтенант может просто погибнуть на дуэли…

— Ты сам ему бросишь вызов? — хитро прищурился рыцарь Логгэн. — А, Лэш? Или поручишь это кому-нибудь из своих остолопов? Боюсь, что их у тебя хватит ненадолго, Лэш! Я видел, как дерется лейтенант Лариар! Твои ослы против него — тьфу!

— Золлан! — Магистр вскочил с кресла. — Ты жив только благодаря Ордену и мне! Не позволяй себе!..

— Чего? — презрительно спросил рыцарь. — Чего вообще стоит ваш Орден без таких, как я или Оралл Дрегг? Вы бы ни одного колдуна не нашли!

— Вы с Дреггом нашли! — возмутился магистр. — Проглядели такого… такого…

— Вот именно! — усмехнулся рыцарь. — Я и сам не знаю, что он такое! И Оралл тоже этого не знал! Но то, что он не колдун — уверен! И Оралл был уверен в этом! Иначе бы лейтенант давно уже болтался на виселице! Оралл обратил на него внимание с самого начала расследования дела о Диирийском оборотне! Он долго наблюдал за лейтенантом и ничего не заметил! Я тоже наблюдал за ним очень давно, с самого его приезда в Лаоэрт! И тоже ничего подозрительного не заметил! Он не излучает того света, что излучают колдуны! От него не исходят волны Силы, как от настоящих магов! Он вообще непонятно что! Создается впечатление, что лейтенант Лариар и сам не понимает, как он все это проделывает! Это получается у него настолько же естественно, как у нас с тобой обычный процесс дыхания! Понимаешь, Лэш?

— Тогда я найду другой способ избавиться от этого лейтенанта! — решительно заявил магистр. — Вот увидишь, Золлан! Этот способ подействует вернее всего! Прощай! До завтра!

Рыцарь Золлан кивнул магистру, закрыл за ним дверь и устало опустился на стул. Почему это он вдруг решил так защищать несчастного лейтенанта?! Почему он его выгораживает?! Он что, сомневается в том, что лейтенант колдун?

Рыцарь Золлан Логгэн нервно потер лоб ладонью. В голове его уже давно — с самого начала дознания этого офицера — стоял какой-то туман. Туман этот не давал рыцарю возможности спокойно все обдумать и принять нужное решение. Потому что в этом молочно-белом тумане, словно рыбы в воде, плавали большие чернильно-синие буквы, складывающиеся в слова: «Нет… Этого не будет… У тебя ничего не получится, рыцарь…» И слова эти лишали Золлана Логгэна воли. Потому что кроме этих слов рыцарь больше ничего не видел — остальное застилал туман, в котором тонули все другие мысли. Среди которых были и такие, что этот лейтенант самый настоящий колдун, что его необходимо повесить, и как можно скорее. На благо страны и по воле Принца и Ордена… Но «у тебя ничего не получится, рыцарь…».

Почему — не получится?! Почему?! Что может помешать? Нет! Нужно немедленно догнать магистра и все ему объяснить! Объяснить, что этот лейтенант очень опасен! Ужасно опасен! Ему. просто не место среди живых!

Рыцарь Золлан уже встал и кинулся к двери, но белый туман опять застлал ему глаза, снова перед его взором всплыли слова: «Этого не будет!»

Офицер Ордена Следящих, старший рыцарь Золлан Логгэн рухнул на стул, закрыл лицо руками и вдруг почувствовал, как из глаз его начинают капать слезы. Он понял, что эти слова, этот туман будут стоять у него перед глазами всегда!

6

— Хорошо, господин Верховный магистр! — Генерал кивнул головой. — Но только после того, как вы зачитаете перед строем результаты дознания!

— Разумеется, генерал! — обиженно воскликнул магистр. — Разве я позволю себе голословно обвинить офицера?! Никогда!

— И напрасно, — тяжело вздохнул генерал.

— Простите?!

— Их сейчас столько развелось, магистр! — пожаловался генерал. — Всего-то и заслуг у таких, что был пару раз ранен да убил с десяток разбойников! А уже подают рапорты о повышении их в звании! — Генерал брезгливо взял со стола пачку исписанных листов. — Видите, магистр? И это все — только от майоров! Рапорты капитанов я держу в шкафу, они просто не умещаются на столе! А уж эти лейтенанты!.. — Генералу удалось произнести это слово с такой брезгливостью, что магистр даже поежился.

— Хорошо, господин генерал! — Магистр встал и вопросительно посмотрел на своего собеседника. — Мне кажется, гвардия уже построена? — осторожно спросил он.

Генерал лениво покинул такое удобное и мягкое кресло и вышел из кабинета. Магистр последовал за ним.

Удивительно, сколь сильно отличалась столичная гвардия от полка, где до этого служил Леган. На плацу здесь слышались разговоры, смех. Да и сам строй солдат и офицеров был весьма далек от совершенства — ни тебе строгости и подтянутости, ни настоящей военной выправки. Создавалось впечатление, что и солдаты, и офицеры просто-напросто собрались здесь по каким-то своим, одним им ведомым делам. И даже когда Верховный магистр и гвардейский генерал вышли из штаба, затихший при их появлении плац не казался таким уж строгим и внимательным. А некоторые из офицеров даже не заметили появления начальства.

Магистр и генерал поднялись на небольшое возвышение, огороженное каменными столбиками. Магистр оглядел строй солдат, посмотрел на стоящего под охраной двоих рыцарей возле возвышения лейтенанта Лариара и развернул бумагу.

— Лейтенант Лаоэртской гвардии! — громко начал читать Верховный магистр. — Леган Лариар! Достойно прошел дознание! Проводимое Орденом Следящих! И с него снимается! Обвинение! В колдовстве!

Дружное «ура» было ему ответом. Леган облегченно вздохнул, но тут же насторожился. Принимая от охранявших его рыцарей свою шпагу и их поздравления, Леган понял, что звучавшее «ура» как-то само собой завяло, словно полевой цветок на могиле странника. Что-то не то, подумал Леган, глядя, как магистр и генерал спускаются с возвышения и направляются обратно к штабу. И вдруг до него дошло.

Обвинения! С него было снято только лишь обвинение в колдовстве! А все остальное?! Леган растерянно посмотрел на строй гвардейских офицеров. Те почесывали в затылке и о чем-то перешептывались.

— Леган! — К нему подбежал один из молодых лейтенантов. — Слушай, Леган! Все в порядке, да?

— Наверное… — неуверенно пожал плечами Леган.

— А чего же тогда?.. — Молодой лейтенант недоуменно посмотрел на Легана. И в глазах его вдруг мелькнул страх. — А метка? Орден оставил у тебя на груди свою метку или нет?

Леган отрицательно покачал головой. Только теперь он вспомнил, что раскаленный металл так и не коснулся его кожи. Что такое?! Если метка не была оставлена, значит…

Значит, Орден не считает его полностью оправданным! Значит, все обвинения (кроме обвинения в колдовстве) продолжают оставаться реальными! Почему?!

Молодой лейтенант что-то растерянно пробурчал и отошел в сторону, опасливо косясь на Легана. Тогда Леган решительным шагом направился к штабу и распахнул дверь.

— Лейтенант! — рявкнул на него дежуривший здесь полковник. — Вам назначено?!

— Нет! — воскликнул лейтенант. — Доложите обо мне!

— Что?! — Полковник вытаращил глаза. — Господин генерал сейчас занят!

— Немедленно доложите, господин полковник! — кипел лейтенант.

— Вы в своем уме?! — возмутился полковник. — Как вы разговариваете, лейтенант?! Вы что, давно не получали вызовов на дуэль?

— От настоящих офицеров — очень давно! — отрезал Леган. — Я настоятельно требую, господин полковник, чтобы обо мне было доложено генералу!

— Мальчишка! — гаркнул полковник, кидаясь к лейтенанту и хватая его за шиворот. — Вон отсюда!

Этот полковник был всего года на четыре старше Легана. Но по силе уступал Легану раза в два. Поэтому кулак Легана не только сумел раздробить полковнику челюсть, но и отшвырнул его к стене, где несчастный свалил шкаф с документами на себя.

Охрана, выскочившая на шум из караульного помещения, мгновенно оценила ситуацию и кинулась на Легана. Леган без споров отдал шпагу дежурному офицеру и подумал, что та успела пробыть у него всего лишь несколько минут.

— Следуйте за мной, господин лейтенант! — гневно приказал капитан — начальник караула.

Лейтенант покорно направился за ним.

Осторожно приоткрылась дверь кабинета, и в щели показался любопытный глаз генерала. Генерал посмотрел вслед Легану, кинул взгляд на сапоги полковника, что торчали из-под груды бумаг, и из-за двери донеслось довольное хихиканье.

— Ну вот, магистр! — Генерал удовлетворенно потер руки. — Обошлись даже без скандала в моем кабинете!..

— Я никогда не сомневался в вас, генерал! — ответил Верховный магистр.

7

— Что?! — Полковник Куиссэн подскочил на месте и обежал стол. — Майор! Немедленно! Немедленно! Немедленно… — Полковник растерянно замолчал.

— Да, господин полковник, — хмуро кивнул Ленн. — Это случилось уже почти месяц назад!

Полковник посмотрел на майора Раллэна. В первый миг Ленну пришла в голову сумасшедшая мысль, что полковник Куиссэн ударит его. А сейчас Ленну показалось, что тот готов заплакать. Ленн вдруг заметил, что полковник стар, что волосы его седы…

— Майор Раллэн, — пробормотал полковник, тяжело опускаясь на стул. — Майор… Сядь, Ленн!

Ленн растерянно выполнил приказание. Полковник Куиссэн впервые в жизни обратился к нему на «ты» и просто по имени.

— Я не верю этому! — покачал головой полковник. — Лейтенант Лариар?! Под трибуналом?! Не может быть… Ты виделся с ним, Ленн?

— Да. — Ленн кивнул. — Его должны были выпустить из тюрьмы через три-четыре дня после моего отъезда из Лаоэрта. Но я успел застать его там. Леган… Лейтенант Лариар уверен, что его разжалуют и отправят в отставку. У меня просто сердце сжалось, когда я его увидел, — признался Ленн. — Он сам на себя не был похож.

— Надо думать… — пробормотал полковник Куиссэн. — Разжалование… Отставка…

Ленн промолчал. Он не стал говорить полковнику Куиссэну, что Легана угнетали не столько его разжалование и грядущая отставка, как отношение ко всему этому происшествию их с Ленном близкого друга — Гэртана Гаррэта. Ленн решил, что полковнику не следует знать об этом.

— А как там лейтенант Гаррэт? — словно почувствовав мысли Ленна, спросил полковник. — С ним все в порядке?

— Похоже, что да, — коротко ответил майор Рал-лэн.

— Надеюсь, что у него все будет хорошо, — пробормотал полковник. — Сначала — неприятности с лейтенантом Орравианом, теперь — с лейтенантом Лариаром… — Полковник покачал головой.

— Простите, господин полковник, — заметил ему Ленн, — но вина Килла Орравиана не была доказана!

— Совершенно верно, — согласился полковник Ку-иссэн. — Но только обвинения ему были предъявлены! И они так по сию пору и не сняты, майор! Я не хочу оскорблять уважаемого мной офицера, однако его исчезновение наводит на нехорошие мысли не меня одного! Но не будем сейчас говорить о лейтенанте Орравиане — он бесследно исчез, тем самым поставив себя под подозрения! Но Лариар! Я не могу поверить в то, что он оказался в подобной же ситуации! Что с него не были сняты обвинения! Как не могу поверить и в то, что он осмелился устроить безобразную драку в штабе гвардии! Я потребую у генерала объяснений! И он мне эти объяснения даст! Будьте уверены, майор Раллэн! Уж эта мне столичная гвардия…

— Да, господин полковник! — Ленн встал и отдал честь. — Позвольте идти?

Полковник кивнул, и Ленн покинул его кабинет.

Идя домой, Ленн опять вспомнил свою последнюю встречу с Гэртаном. Именно — последнюю! Вряд ли они когда-нибудь еще смогут встретиться как друзья…

Ленн вспомнил слова Гэртана:

— Подобным людям не место в армии!

— Мы же были друзьями! — попытался защитить Легана Ленн.

— Оставь, Ленн! — скривился Гэртан — Друг не увел бы у меня женщину!

— Что?! — удивился Ленн. — А ты не мог ему просто объяснить, если это для тебя было так важно?

— Вот еще! — презрительно дернул плечом Гэртан. — Здесь ему не Диирий! Сам должен понимать, что к чему!

— И потом, майор, — лениво встрял какой-то незнакомый Ленну лейтенантик, присутствовавший при этом разговоре в трактире. — Этот ваш Лариар ударил полковника! Понимаете? Старшего по званию!

— Если бы этот ваш полковник не заслуживал того, — возразил Ленн, невольно стараясь подражать манере разговора лейтенантика, — Леган бы его не тронул!

Этот лейтенантик (именно не лейтенант, а лейтенантик — слащавый холеный мальчишка, в сшитом на заказ из очень дорогой ткани мундире офицера) ему сразу не понравился. Слишком уж он высокомерно себя держал.

— Майо-о-ор! — наморщил носик лейтенантик. — Вы же не в провинции! Здесь — столица! Всякая мразь будет позволять себе так разговаривать со старшими по званию?! Не смешите меня, майор!

— Но вы ведь себе позволяете разговаривать подобным образом. — В голосе Ленна послышалась сталь.

— Что?! — Лейтенантик удивленно поднял брови.

— Встать, — тихо произнес Ленн, поднимаясь из-за стола.

— Майор! Ну хватит вам! — опять скривился лейтенантик.

— Встать! — заорал во весь голос Ленн. — Встать, скотина! Или я разорву тебя! Кабацкая мразь!

Ленн схватил за воротник и рывком поднял на ноги побледневшего лейтенантика и подтащил к дверям на улицу.

— Дозор! — рявкнул Ленн.

— Майор! Майор, перестаньте! — заблеял лейтенантик.

— Заткнись, мразь! — рявкнул Ленн, встряхивая его, словно тряпичную куклу.

— В чем дело, майор?..

Ленн обернулся. Возле него стоял какой-то капитан и с неодобрением наблюдал всю эту сцену.

— Кто вы такой? — резко спросил Ленн.

— Я?! — Капитан пожал плечами. — Дозор… Вы же кричали… А я как раз проходил мимо… Возвращался в часть…

— Почему? — требовательно спросил Ленн. — Если вы в дозоре, то почему вы шляетесь по улицам, капитан?

— Сменился. — Опять пожал плечами капитан. В голосе его сквозило плохо прикрытое безразличие. — А что случилось-то?!

— Значит, вы еще не успели доложить о сдаче своего дежурства? — сделал вывод Ленн, придерживая за плечо пытавшегося улизнуть лейтенантика.

— Нет, — согласился капитан и улыбнулся: — Пока еще я фактически в дозоре… А что случилось, майор?

— Как разговариваешь, свинья! — заорал на него Ленн. — Не «майор», а «господин майор»! Ясно?

— Да, господин майор! — выдохнул капитан, не ожидавший подобного от совершенно незнакомого ему (и, возможно, какого-то очень и очень важного!) офицера.

— Молчать! Почему обращаетесь не по форме? Молчать! Когда будете сдавать свое дежурство, доложите, что я сделал вам замечание, господин капитан! А эту дрянь, — Ленн швырнул в вовремя подставленные капитаном руки трепыхавшегося лейтенантика, — под трибунал! Немедленно! Лично проверю! Распустились тут совсем!

— Простите, господин майор, а за что его?.. — испуганно спросил капитан, с опаской глядя на лейтенантика, пребывавшего уже в полуобморочном состоянии.

— За то, что он позорит звание офицера армии! За неуважение к чинам гвардейских офицеров, от майора и выше! Вплоть до генерала… — тихо добавил Ленн и многозначительно посмотрел на капитана.

— Слушаюсь, господин майор! — Капитан побледнел прямо на глазах. — Будет исполнено, господин майор! Позвольте удалиться, господин майор?

— Удаляйтесь! — разрешил Ленн, но тут же схватил капитана за воротник камзола, притянул к себе и хищно прошептал: — И если только, капитан, я узнаю!.. Если только этот гаденыш!.. Если вы его!.. То я вас!.. Ясно?

— Да, господин майор! — пробормотал капитан, становясь очень похожим на помиравшего уже от ужаса лейтенантика.

— Идите! — приказал Ленн, перевел дух и вернулся в трактир.

— Потешился? — усмехнулся Гэртан. — Легче стало?

— Я не тешился, господин лейтенант! — холодно заметил Ленн. — Я просто заступился за честь своего друга! И весьма удивлен, что этого не сделали вы, лейтенант Гаррэт!

Гэртан перестал улыбаться.

— Может быть, ты и меня потащишь в тюрьму? — с интересом спросил он.

Ленн посмотрел на Гэртана, одернул камзол и прикоснулся к шляпе.

— Желаю вам успешной карьеры, господин лейтенант! Честь имею! — произнес он, развернулся и вышел из трактира.

8

Массивная, окованная железом дверь тюрьмы с глухим звуком захлопнулась за спиной Легана. Леган постоял немного на улице, оглядываясь по сторонам, и не спеша пошел к себе на квартиру. Торопиться ему было незачем.

Хмурое осеннее небо, затянутое серыми тучами, как нельзя более соответствовало настроению Легана. Он зябко повел плечами и подумал, что напрасно решил добровольно остаться в камере еще на одну ночь. Погода стояла уже довольно прохладная, а в тюрьме и подавно было холодно. Так что Леган уже изрядно мерз по ночам. Но ему не хотелось покидать камеру вечером, когда на улицах было полно народу. Легану неприятно было бы встретить кого-нибудь из своих прежних знакомых. Поэтому он и упросил стражу дать ему возможность переночевать в камере, хотя срок его заключения истек еще вчера. Но добровольное продление заключения не давало Легану права воспользоваться казенными завтраком и ужином. К тому же, как назло, ночью пошел мерзкий холодный дождик, в камере стало сыро. Нет, не стоило ему оставаться там еще на одну ночь!

Стояло раннее утро, прохожих было очень немного. Торговцы только еще открывали свои лавки, мимо пробежали две молодые смазливенькие девчушки — наверное, служанки. Леган проводил их взглядом и пошел дальше. Он шел по левой стороне улицы, чтобы следы на его рукаве, оставшиеся от споротого офицерского орла, не очень бросались в глаза. Леган вдруг вспомнил, как называли разжалованных офицеров: «зеленый орел»!

Такого звания не существовало в армии. Были белые орлы, красные, синие, золотые, серебряные… А зеленый след оставался на рукаве после того, как с камзола разжалованного офицера спарывали напрочь нашивку. Ткань мундира, какой бы она ни была дорогой и хорошей, всегда выгорала. А под нашивкой оставалась яркой. Зеленый орел всегда бывал хорошо заметен. Что служило поводом для частых оскорблений…

Леган подумал, что теперь ему придется сменить одежду. Но перед этим ему еще предстоит встретиться с портным, получить презрительный взгляд от него самого и порцию брезгливых перешептываний от его подмастерьев.

Сопровождаемый такими невеселыми мыслями, Леган добрался до переулка, в одном из домов которого он снимал комнату. Подойдя к двери, Леган взялся за деревянный молоток и постучал. Послышались шаги, дверь распахнулась, и перед Леганом предстал слуга хозяина дома. Леган хотел было войти, но слуга решительно заступил ему дорогу.

— Куда? — хмуро спросил он. Леган удивленно поднял бровь.

— Хозяин велел не пускать! — заявил слуга.

— Меня?! — изумился Леган. — Почему это?!

— А потому! — заворчал слуга. — За комнату не плотют, пропадают на месяц, вещи свои оставляют — карауль их тут!.. Чего мы, нанимались, что ли?..

Леган подумал, что спорить со слугой бесполезно. Да и вещей-то у него в этой квартире оставалось сущая ерунда. Вот только небольшой сундучок, в котором лежали деньги, пара перчаток и отличной работы кинжал. Эти вещи Леган не собирался оставлять здесь.

— Позови хозяина! — приказал он.

— Спят они! — ответил слуга. — Рано еще!

— Хорошо, я зайду позже, — согласился Леган и направился к ближайшему трактиру. В кошельке у него оставалось несколько медяков, и Леган решил, что позавтракать он себе еще сможет позволить. Только — скромненько!

В трактире, по случаю раннего времени, посетителей не было. Это доставило Легану некоторое облегчение, хотя слуги, подававшие ему завтрак, корчили недовольные физиономии, глядя на его камзол. Кое-как подкрепившись и оставив в трактире почти все свои деньги, Леган вернулся к дому, где он снимал комнату. На этот раз дверь ему открыл сам хозяин. Слуга, встретивший Легана утром, стоял позади хозяина с самым суровым видом. Однако лицо хозяина выразило добродушие при виде Легана.

— О! Сударь! Рад видеть вас! — улыбнулся хозяин.

Леган усмехнулся про себя, отметив, что хозяин назвал его «сударь», а не «господин лейтенант», как бывало раньше.

— Я понимаю, что задолжал вам за комнату, — с ходу начал Леган. — Но я готов заплатить. Кроме того, тут остались мои вещи. Я хотел бы их забрать.

Хозяин кивал, слушая Легана. А когда тот закончил говорить, горестно вздохнул.

— О да! — проговорил хозяин. — Вы же сами превосходно понимаете, сударь! Я вынужден был сдать вашу комнату другому постояльцу! Вы уж не серчайте, сударь! И я понимаю, что вы, возможно, просто испытываете сейчас некоторые денежные затруднения. Поэтому не станем говорить о деньгах за комнату! — Хозяин небрежно махнул рукой. — Забудем о них! Давайте считать, что я взял в уплату ваши вещи! Хорошо? Там ведь не так уж и много-то было — плащ, несколько бутылок вина, шляпа и старые сапоги!

— Подождите! — недоуменно воскликнул Леган. — А деньги?! Я же оставлял здесь свои деньги! В маленьком сундучке!

— Сундучок?! — удивленно переспросил хозяин. — Какой сундучок?! Не помню! Честное слово, сударь! Хотите, спросим у слуги? Эй! Был ли в комнате господина какой-нибудь сундучок? — Хозяин обернулся к слуге.

— Не было! — с готовностью ответил слуга, гнусно ухмыляясь.

— Вот видите! — горестно развел руками хозяин. — Наверное, вы что-то перепутали, сударь!

Леган почувствовал, как волна ярости накатывает на него.

— Ах ты дрянь! — Он шагнул к хозяину, но тот быстренько отскочил в сторону и перед Леганом вырос слуга, сжимающий в руках здоровенную палку.

— Идите-ка отсюдова, сударь! — сердито предложил он. — Нечего вам тута ходить! Ясно?

— Верните мои деньги! — срывающимся голосом произнес Леган.

— Сказано тебе, сударь, — не было никаких таких денег и сундучков! — заявил слуга. — Иди отсюдова! Понял или нет?

— Негодяй! — выкрикнул Леган.

— Ага! Я же и негодяй! — ответил ему хозяин из глубины дома. — С меня орлов не срывали, сударь!..

— Что?! — Леган хотел уже кинуться к нему, но слуга грубо захлопнул дверь перед самым его носом.

— Открой, скотина! — заорал Леган, барабаня в дверь кулаками. — Открой! Или я вышибу из тебя мозги!

— Будешь шуметь, дозор кликну! — донеслось до Легана из-за двери. — Сказано тебе — уходи!

Руки у Легана безвольно опустились. Он понял, что надежды на то, чтобы вернуть свои деньги, у него нет. Он никак не сможет доказать, что хозяин фактически украл у него больше ста золотых. Легана теперь просто никто не станет слушать. А меньше всего — офицеры дозора.

Опустив голову, Леган некоторое время постоял перед закрытой дверью, потом повернулся и пошел куда глаза глядят. Город постепенно просыпался, и народу на улицах прибавлялось. Если бы было не так холодно, Леган наверняка сбросил бы с себя проклятый камзол, рукав которого вызывающе кричал о том, что он — разжалованный офицер.

Ноги принесли Легана к городским воротам, откуда как раз готовился отправляться дилижанс в восточном направлении, в Коге — городок, расположенный в том месте, где в Риифор впадала река Андиар. Леган подумал, что если он хочет попасть в Диирий, то единственная возможность это сделать — дилижанс. Стараясь не обращать внимания на презрительные ухмылки, Леган подошел к кучерам, сгрудившимся возле трактира, расположенного у обочины дороги. Поспрашивав у них, Леган выяснил, что на юг дилижанс отправится после обеда и дорога займет не так уж много времени — к вечеру можно будет прибыть на место. Естественно, добраться на этом дилижансе до Диирия не удастся — на такие дальние расстояния не отваживается ни один кучер, — доехать можно будет только до Касга. Однако не это было самой большой проблемой — между Касгом и Листом тоже курсировали дилижансы, а от Лиета до Андиора вообще можно было дойти пешком за полдня. А там — дилижанс до Сарианиса и — дальше, на юг, до Диирия.

Проблема заключалась в отсутствии у Легана денег. Только за то, чтобы довести его до Касга, кучер запросил с Легана четыре серебряных! И до Лиета, наверное, дорога обойдется не дешевле. Итого — золотой! А о ценах андиорских кучеров здешние имели довольно смутное представление, но заявили, что дешевле, чем за золотой, они бы сами ни за что не поехали.

То ли кучера назвали такую высокую цену потому, что перед ними был разжалованный офицер, то ли проезд и в самом деле был столь дорог — Леган не знал. Но после разговора с кучером у него упало сердце. Где же ему взять столько денег? Можно, конечно, идти пешком, но ему ведь нужно будет еще что-то есть по дороге!

При мыслях о еде рот Легана наполнился слюной. Но в кармане его не набралось бы и шести медяков. Поэтому Леган смог всего лишь бросить голодный взгляд на двери трактира, повернуться и пойти обратно в город.

Жаль, что в столице у Легана не было необходимости в своей собственной лошади — гвардейские конюшни обеспечивали казенными лошадьми всех столичных солдат и офицеров. Поэтому его верный конь так и остался в Диирии дожидаться своего хозяина. Который еще неизвестно, сумеет л и добраться домой…

К полудню голод настолько одолел Легана, что тот решился на поступок, который никогда не позволил бы себе совершить в прежней жизни. Леган купил за медяк у уличной торговки ковригу хлеба и всю без остатка съел ее, укрывшись в каком-то безлюдном переулке. Затем Леган напился воды из небольшого фонтанчика и отправился бродить по городу.

Леган всегда считал, что человек должен есть, сидя за столом, желательно — у себя дома или в гостях у друзей. Ну, в крайнем случае, подойдет и трактир, если компания подобралась веселая и шумная гулянка затянется надолго. Но вот так, в переулке?! Словно бездомный бродяга?

Впрочем, Леган и без того ощущал себя бездомным бродягой. Он с ужасом думал о том, где же ему придется ночевать? Напрасно он остался в городе! Надо было сразу же покинуть Лаоэрт и идти пешком на юг! Тогда, может быть, он к вечеру сумел бы добраться до какой-нибудь деревни. А там…

Леган весьма смутно представлял себе, что было бы дальше. Ведь ни переночевать, ни поесть он без денег не сможет! Как же ему быть?!

Ближе к вечеру Леган все же решил, что с утра отправится пешком. А ночь проведет возле городских ворот, у того самого трактира, в котором отдыхают кучера дилижансов. А сейчас… Сейчас Леган стоял и раздумывал: зайти ли ему в это вот заведение поесть или хотя бы выпить вина? На улице было уже холодно, а из дверей трактира, расположенного на площади, лился теплый свет, доносились приятные и вкусные запахи, от которых у Легана просто мутилось в голове.

В конце концов, подумал Леган, те жалкие гроши, что у него остались, не помогут ему быстрее добраться до дому. Леган махнул рукой на эти несколько медяков и вошел в светлое тепло трактира.

Всех его денег хватило только на то, чтобы заказать маленький кувшинчик вина. Леган налил себе полную кружку, от которой сразу же потеплело и в желудке, и на душе. Голова слегка закружилась — Леган целый день почти ничего не ел, — и все вокруг показалось ему милым и уютным. Леган обвел зал взглядом и задержался на компании за соседним столом, где четверо мужчин увлеченно играли в кости. Легану сразу же вспомнилось его потрясающее везение в этой игре. И то, что именно это везение было одним из пунктов обвинения Ордена. А потом Легану пришло на ум, что первая неприятная история, связанная с этой его нескончаемой чередой удач, случилась в Диирии, в трактире «Небесная лилия». Когда капитан Гатт Олликэн, возмущенный выигрышем Легана, довел дело до ссоры. А потом и до дуэли… На которой Гатт, кстати говоря, не умер, поскольку оказался оборотнем. Но узнал об этом Леган только ночью, когда он с Теллиной… Теллина…

— Эй!..

Леган вздрогнул. Все четверо играющих с недоумением смотрели на него.

— Ты чего пялишься? — строго спросил один из них.

Леган отвел взгляд и налил себе еще вина. Только теперь он понял, что давно уже не отводит глаз от игроков.

— Сыграть хочешь, что ли? — поинтересовался один из мужчин, лицо которого украшали роскошные и пышные усы.

Леган пожал плечами. А может быть, действительно сыграть?

— Хочешь, подсаживайся! — пригласил Легана другой, с беспокойно бегающими глазками. — Давай, давай, зеленый орел!

Все четверо улыбнулись. Леган превосходно понимал причину их приглашения к игре. Наверняка они уже решили обыграть подчистую простофилю, не сумевшего сохранить офицерское звание. И внезапно в Легане проснулась злость. Это мы сейчас посмотрим, кто кого обыграет! Он подхватил свой почти уже опустевший кувшин и пересел за стол к игрокам.

— За что это тебя? — с деланным сочувствием поинтересовался один из игроков.

Леган не собирался говорить им правду. С какой стати?! Но он мгновенно понял, что ему придется соврать что-нибудь этакое, чтобы усыпить их бдительность.

— Проиграл деньги начальника караула, — скорбно вздохнул Леган.

— Ага, понятно… — удовлетворенно ответил пышноусый и подмигнул своему соседу. — Ну, это ничего! Может быть, тебе именно сейчас повезет? Кто знает?

Леган покивал головой.

— Ну, сколько ставишь? — перешел к делу пышноусый.

Леган полез в кошелек и извлек оттуда единственную медную монетку.

— Негусто! — презрительно усмехнулся пышноусый. — У меня и мелочи-то такой нет! — Он показал золотой. — Может, камзол на кон поставишь?

— Хорошо. — Леган безразлично пожал плечами.

— Ну и ладненько! — обрадовался пышноусый. Еще бы! Камзол Легана стоил не меньше пяти золотых!

Острый глаз Легана подметил, что в руках у пышноусого были уже не те кости, которыми эти люди играли между собой. Наверное, он уже успел их незаметно подменить. Но Леган не стал ничего говорить — ему самому вдруг сделалось интересно, сможет ли он выиграть заведомо фальшивыми костями?

Пышноусый повертел кости в руках, взял их двумя пальцами, как-то хитро закрутил в воздухе и бросил на стол. Выпало две пятерки. Пышноусый улыбнулся и протянул кости Легану. Леган метнул их не глядя, у него выпало двенадцать. Легану вдруг почудилась совершенно странная и необъяснимая вещь. Ему показалось, что он продолжал касаться костей уже тогда, когда выпустил их из пальцев. Словно он просто аккуратно положил их на стол нужными сторонами вверх. Ощущение это было мимолетным и неустойчивым. И Леган сразу же забыл о нем и едва не рассмеялся, взглянув на своего соперника. Рожа пышноусого вытянулась. Он недоуменно переглянулся со своими приятелями и посмотрел на Легана.

— Сыграем еще раз! — заявил он. — Ставишь свои сапоги, камзол и этот вот золотой?

— Ставлю, — согласился Леган. — А сколько поставишь ты?

— Два золотых!

Леган усмехнулся про себя. Интересно, во сколько он оценил мои сапоги?! В медяк, что ли?!

У пышноусого выпало одиннадцать, у Легана — двенадцать. Леган, стараясь сохранить на лице скорбное выражение, сгреб со стола все три золотые монеты и отправил их в кошелек.

— Да, ты оказался прав, — вздохнул он. — Сегодня мне действительно повезло. Но своего звания этим везением не воротишь!..

— Погоди-ка! — торопливо схватил его за рукав пышноусый, видя, что Леган собирается уходить. — Давай еще сыграем!

— Не-е-е… — нерешительно протянул Леган с самым глупым видом, на какой только был способен. — А вдруг проиграю?

— Не может этого быть! — возразил Легану человек с бегающими глазками. — Тебе сегодня ужасно везет! Давай соглашайся!

— Ладно! — махнул рукой Леган. — Сыграем на золотой!

— Давай уж на все! — настаивал пышноусый.

— На все три?! — опасливо переспросил Леган.

— Ты ставишь три золотых, камзол, сапоги и пояс! — предложил пышноусый. — А я — целых четыре золотых!

— Четыре?! — Леган сделал изумленный вид и опасливо пощупал свой кошелек. — Ну-у-у… Ладно…

Пышноусый выбросил девять, Леган — одиннадцать.

— Ну, хватит! — решительно заявил Леган, спроваживая в кошелек еще четыре золотые монеты. — А то так и проиграть недолго! Верно?

Четверка игроков хмуро молчала. Леган улыбнулся им и покинул трактир. На душе его стало немного легче. Что ни говори, а теперь есть на что доехать до Диирия! И пожалуй, стоит переночевать в том самом трактире, где располагаются на ночлег кучера — чтобы не проспать дилижанс на Касг.

Леган шагал по темным улицам Лаоэрта. Настроение его заметно улучшилось. Даже споротый с рукава орел уже не вызывал прежних тягостных раздумий. Возможно, что причиной тому было выпитое вино, а может быть — и его выигрыш. И как это Леган забыл о своем везении?! Ведь теперь ему не придется брести пешком по пыльным дорогам, которые вскоре — едва только пойдут первые осенние дожди — превратятся в сплошное месиво. Он теперь сможет дней за пять-шесть безо всякого труда добраться до Диирия. И там уже…

— Эй! Погоди-ка!..

Леган оглянулся. К нему спешил его недавний знакомый — тот самый пышноусый игрок, которому встреча с Леганом обошлась в семь золотых монет. Леган напрягся. Хорошо еще, что этот человек один, без своих приятелей. С одним Леган справится без труда. Если, конечно, это вообще потребуется…

— Слушай, зеленый орел! — Пышноусый остановился перед Леганом, тяжело дыша от быстрого бега. — Ты куда ушел-то?! У меня к тебе дело есть! Важное! — Пышноусый подмигнул.

— Какое дело? — спросил Леган.

— А ты здорово играешь! — похвалил его пышноусый. — Лучше всех, кого я только видел! И как это тебе удается?!

Леган пожал плечами:

— Просто повезло. Ты же сам говорил, что мне должно сегодня повезти!

— Ладно, ладно! — добродушно похлопал его по плечу пышноусый. — Мало ли, что я говорил! Могло тебе, конечно, и повезти, но не с моими костями! Ты же видел, как я метаю? Но — ты! — Пышноусый с восхищением посмотрел на Легана. — Орел, одним словом! Даром, что зеленый! Где научился-то, а?

Леган опять пожал плечами.

— Давай сделку заключим? — вдруг сказал пышноусый.

— Сделку?!

— Ну да! Я тебе заплачу! Честное слово! Столько, сколько захочешь! Понимаешь, — пышноусый понизил голос и опасливо оглянулся по сторонам, — я тем и живу, что в кости играю! И играть умею неплохо — ты и сам видел! Но чтоб — как ты, чужими костями?! Тут какой-то секрет есть! Это точно! Поделился бы ты секретом-то, а?

Леган молчал. У него мелькнула шальная мысль — рассказать этому человеку о своих ощущениях, — но Леган благоразумно ее отбросил.

— Ты не думай! — принялся уговаривать его пышноусый. — Я тебе хорошо заплачу! Сто золотых! Хочешь? Хотя… Тебе, наверное, и деньги-то не нужны… Если такими секретами владеешь… Ну, тогда я тебе триста золотых отсыплю! Триста! Это все, что у меня есть! Не вру! Согласен?

— Да нет никакого секрета! — честно ответил Леган. — Я и сам не знаю, как это у меня получается!

— Как это — сам не знаешь?! — изумился пышноусый и посмотрел на Легана, как на ненормального. — Быть того не может! Знаешь! Просто секрет свой открыть не хочешь! Но секрет-то у тебя есть, парень! И я даже догадываюсь — какой! — Пышноусый хитро прищурился.

— Ну? — спросил Леган. — И какой же секрет у меня?

— Знаю! — покачал головой пышноусый. — И ты знаешь, и я знаю! Одного только я не понимаю, парень, — понизил голос до почти неразличимого шепота пышноусый, — как это тебе удается сделать так, чтобы молнии не шпарили?! Скажи, а? Я заплачу! Хочешь, вперед заплачу?!

Леган недоуменно посмотрел на пышноусого. И вдруг до него дошло, что тот имеет в виду. Леган вдруг понял, что этот человек считает его колдуном!

Злость поднялась в душе Легана. Да как он смеет? За кого он его принимает?!

За разжалованного офицера, вдруг подумал Леган. Без очистительной метки Ордена…

Это несколько отрезвило Легана. Он тяжело посмотрел на пышноусого и медленно произнес:

— Колдовство карается…

— Тш-ш-ш! — испуганно расширил глаза пышноусый и вцепился в рукав камзола Легана. — Да кто ж тебе о колдовстве-то говорит?! Я же про секрет тебя спрашиваю!

— Рыцарей Ордена кликнуть? — холодно поинтересовался Леган, вырывая у него из ладони свой рукав.

— Что?! — Пышноусый прищурился. — Ты чего, грозить мне вздумал?!

— Пошел вон! — процедил Леган.

— Ах, так, значит?! — разозлился пышноусый. — Деньги колдовством выманил, секрета открыть не хочешь, а теперь еще и грозишь?! Да я тебя сейчас!..

Леган увернулся от несущегося к нему кулака и ответил на удар. Пышноусый покачнулся, но устоял на месте. Леган шагнул к нему, чтобы ударить его еще раз, но тут откуда-то из темноты возникли еще три человека — трактирные друзья этого самого пышноусого. Леган не успел отскочить в сторону, почувствовал сильный удар по затылку, от которого темная улица качнулась у него перед глазами, и потерял сознание.

9

Очнулся Леган от страшного холода, пробиравшего его до самых костей. И от чьих-то осторожных и мягких прикосновений к своему лицу.

Леган попытался пошевелиться и застонал от накатившей боли. Болело все тело, но сильнее всего-левое плечо. И этому же плечу было холоднее всего. Потому что Леган вдруг понял, что лежит он в луже грязи, на левом боку, и возле самого его лица находится сырая земля. А больше ничего видно и не было — ночь выдалась безлунная, темнота была полнейшей.

— Вставай, солдатик, — услышал Леган.

Голос был женский, озабоченный, обладательнице его вряд ли было больше семнадцати лет. Впрочем, в кромешной тьме, царившей вокруг, не только возраст определить — лица разглядеть было невозможно.

— Ты живой или нет? — встревоженно спросила невидимая девушка, снова прикасаясь пальцами к щеке Легана.

Пальцы были тонкие и холодные. Леган сделал над собой нечеловеческое усилие и попытался сесть. Нежные, но в то же время крепкие руки поддержали его, не дав снова упасть в грязь.

— Живой! — с облегчением произнесла девушка и непонятно почему добавила: — Это хорошо! Вставай-ка, солдатик!..

Леган поднялся и, не сдержавшись, снова застонал от боли в плече. Голова у него сильно закружилась, Леган неловко взмахнул правой рукой и оперся о кстати подвернувшуюся стену. Стало немного легче. Леган смутно видел в темноте узкий незнакомый переулок и невысокую женскую фигуру, находившуюся рядом.

— Кто ты? — спросил Леган, приваливаясь спиной к стене. Голос у него оказался хриплым и дрожащим от холода.

— Да я просто шла мимо! — ответила девушка. — Смотрю — ты лежишь! Тебя ограбили, что ли?

— Не знаю, — ответил Леган. — Наверное…

— Свои же? Да?

— Кто это — свои?!

— Ну, офицеры! Бывшие твои сослуживцы! Ты же был лейтенантом? Тебя разжаловали, да?

Леган хотел возразить, но сил у него для этого не нашлось. Он только и смог, что едва заметно отрицательно мотнуть головой.

— Ладно, — ответила девушка. — Не хочешь говорить — не надо! Пошли, я тебе помогу! Обопрись на меня…

Леган с облегчением положил руку на плечо девушки. Плечо было хрупким и худеньким, и Леган изо всех сил старался не наваливаться на свою неожиданную спасительницу. Но это у него очень плохо получалось.

— Ничего, мне не тяжело! — словно угадав его мысли, бодро сказала девушка. — К тому же мы уже пришли!..

Леган с трудом различил дверь, услышал лязг ключа и подивился про себя. Эта его новая знакомая чувствовала себя в темноте совершенно свободно. Как она здесь хоть что-то видит?! Леган, например, двигался исключительно на ощупь, постоянно спотыкался и, если бы не его спутница, непременно уже раз двадцать упал бы! Но девушка шла очень уверенно, словно бы и не замечая темноты! Наверное, у нее очень острое зрение, подумал Леган. Как у кошки…

Комната девушки слабо озарялась тлеющими в очаге углями. Этот красноватый полумрак был все же лучше, чем кромешная тьма на улице, и Леган наконец-то смог толком разглядеть свою спутницу.

Девушка и в самом деле была молодой. А ее стройная, даже хрупкая фигура заставила Легана еще раз удивиться тому, как это ей удалось дотащить его до дома.

Комнату Леган как следует не рассмотрел. Он заметил только кровать, стоящую в углу. А больше его в данный момент ничто и не интересовало.

Девушка помогла Легану дойти до кровати и уложила его прямо поверх лоскутного одеяла.

— Я здесь все перепачкаю, — попробовал возразить Леган. — Мой мундир…

— Ничего страшного! — успокоила его девушка. — Грязь прекрасно отстирывается! Не переживай, солдатик!

Леган сдался, опустил голову на подушку, с облегчением вздохнул и блаженно закрыл глаза.

В комнате было тепло, и озноб, колотивший его, стал проходить. Однако совершенно некстати проснулось чувство голода, терзавшее Легана на протяжении всего дня. И хоть Легану и стыдно было признаться в этом даже самому себе, но он с надеждой стал прислушиваться к тому, как девушка тихонько звякает посудой возле очага. Вскоре по комнате поплыл приятный аромат, от которого у Легана прямо слюнки потекли. Пахло чем-то незнакомым, но, как показалось Легану, необычайно вкусным.

— Выпей, солдатик! — прозвучало рядом, и под голову его просунулась девичья ладонь.

Леган открыл глаза, девушка помогла ему приподняться с подушки. Она поднесла к его губам большую дымящуюся чашку, и Леган жадно проглотил все ее содержимое. Он так и не понял, что же это было. Но напиток оказался очень вкусным, горячим, принес Легану ощущение сытости. Кроме того, Леган вдруг почувствовал, как боль в плече бесследно исчезает, а по телу разливается приятное и расслабляющее тепло.

Леган снова уронил голову на подушку и глубоко вздохнул. Красноватый полумрак комнаты успокаивал, создавая впечатление, что все, произошедшее с ним недавно, не более чем дурной сон. Мысли куда-то исчезли, сознание наполнилось предчувствием грядущего покоя и отдыха. Ничего больше не хотелось, потому что больше ничто не имело значения.

Неизвестно, долго ли он так пролежал. Время, казалось, замерло, остановило свой бег. Полная тишина воцарилась в комнате, даже угли в очаге перестали потрескивать. Да и сама хозяйка двигалась настолько мягко и бесшумно, что казалось, будто ты в комнате один.

— Спасибо тебе, — сказал Леган. — Если бы не ты…

— Не стоит благодарности, солдатик! — беспечно отмахнулась девушка и тут же, словно опомнившись, спросила: — Это ничего, что я тебя солдатиком называю? Не обижаешься? А то ведь ты был лейтенантом…

— Ничего, — улыбнулся в ответ Леган. — Кстати, откуда ты узнала, что я был именно лейтенантом?

— У тебя на рукаве остался кусочек белой ниточки, которой был пришит орел, — пояснила девушка. — А какого же орла пришивают белыми нитками? Не красного же! Верно?

— Верно. — Леган продолжал улыбаться. — Ну и глаза у тебя! И как это ты в такой темноте все разглядела?! Даже белую нитку! И вообще, ты, оказывается, очень сильная девушка! Удивляюсь, как это тебе удалось меня дотащить?! И к тому же очень отчаянная! Выйти ночью на улицу, привести в свой дом совершенно незнакомого человека!.. На это не каждая бы отважилась!

Девушка молчала. Она сидела на стуле лицом к окну, и Леган видел ее сбоку. Красноватый полумрак в комнате постепенно начал сереть, уступая место предрассветным сумеркам, фигура девушки казалась дивной скульптурой, выточенной из камня талантливым мастером. Леган вдруг понял, что так и не узнал ее имени.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Это неважно, — тихо ответила девушка, не поворачивая к нему лица.

— Почему?! — удивился Леган.

— Потому что скоро рассвет, — непонятно ответила девушка.

Голос ее был ровным и спокойным, но почему-то поселил непонятную тревогу в душе Легана. К тому же Леган совершенно не понял ее ответа.

Девушка медленно встала со стула и подошла к кровати. Она склонилась над Леганом и прикоснулась ладонью к его щеке. Леган вздрогнул — рука девушки показалась ему ледяной.

Девушка медленно провела ладонью по его груди и вдруг быстрым и сильным движением разорвала на Легане рубашку.

— Ты чего?! — Леган попытался встать с постели, но не смог даже поднять руки. Все тело словно бы налилось свинцом, перестало подчиняться ему.

Девушка молча расстегнула на себе платье и плавным движением стащила его через голову. Легану показалось, что ее стройное тело излучает какой-то необъяснимый свет. Леган оторопело смотрел на красивую фигуру и пытался понять, что же происходит.

Девушка плавно скользнула в постель и легла рядом с Леганом. Леган почувствовал, как от тела девушки струится ледяной холод. Он ощутил не теплоту женской кожи, а необъяснимое и пугающее покалывание жгучего мороза. Девушка приподнялась на локте и приникла к Легану. Ее руки прикоснулись к его груди, и девушка все тем же ровным и неожиданно бесцветным голосом произнесла:

— Скоро уже утро… И мне пора спать… А перед сном мне надо подкрепиться… Так что, солдатик, не сердись на меня… Ладно?..

Легана охватил ужас. Только теперь он получил возможность внимательно разглядеть лицо своей новой знакомой.

Лицо у нее было очень красивым — ни морщинки, ни единого изъяна не было на нем. Густые темные волосы рассыпались по обнаженным плечам. Девушка ласково улыбалась, но алые губки ее обнажали два длинных и острых клыка. Нежный розовый язычок трепетал между ними, словно в порыве страсти. Но больше всего поразили Легана ее глаза — желтые, холодные, с вертикальным, совсем как у кошки, зрачком.

Леган попытался закричать, но язык словно одеревенел. Тело совсем перестало подчиняться Легану. Он почувствовал, как девушка осторожно поворачивает его голову, проводит пальцами по щеке, по шее, прижимается к нему…

— Не бойся, солдатик, — прошептала она. — Ты не почувствуешь боли… Наоборот — тебе даже будет приятно… Вот увидишь…

Леган неожиданно вспомнил Гатта Олликэна. Нежить, обреченно подумал Леган и вдруг вспомнил о талисмане, который подарил Теллине. И тут же в памяти его всплыло, как на дознании ему удалось швырнуть в рыцаря Логгэна свои мысли…

Все это было сумбурно, торопливо. Ни одну из этих мыслей Леган не успел до конца осознать и обдумать. В мозгу его просто выстроилась неожиданная цепочка: нежить — талисман — Логгэн… И дальше уже Леган полностью подчинился своим ощущениям…

Он вызвал в памяти образ костяного осколка на черном шнурке, и тот услужливо возник перед его мысленным взором. И тогда Леган поступил точно так же, как на дознании, — он бросил этот мысленный образ в сторону могильного холода, исходившего от нежных губ, уже ласкавших его шею. Леган не понимал, что он делает. Он совершенно не был уверен в том, что это может его спасти. Он просто цеплялся за последнюю возможность, пытался хоть как-то защитить себя…

Словно порыв горячего ветра ворвался в тихую комнату. Легану показалось, что этот порыв и в самом деле был — кожу его обдало неожиданным жаром, исчез могильный холод, сковывавший все тело. Девушка же испуганно вскрикнула, слетела с кровати и отскочила в самый дальний угол.

— Кто ты?.. — раздался ее дрожащий голос. — Кто ты?..

Леган с усилием повернул голову. Девушка стояла в углу, прижимая ладонь к покрасневшей, будто от сильного ожога, щеке. Губы ее дрожали, зрачки расширились и теперь уже почти походили на обычные человеческие. Сейчас она напоминала испуганную девчонку.

Леган попытался приподняться, и это у него получилось. Он опустил ноги с кровати и попробовал встать. Но колени его подогнулись, все тело пронзила острая боль и Леган рухнул на пол. Эта попытка отобрала его последние силы. Леган закрыл глаза, услышал осторожную поступь босых ног и подумал: «Все…»

Сильные руки приподняли его с пола и поставили на ноги. Яростная пощечина заставила вздрогнуть, голова Легана безжизненно мотнулась назад.

— Ты!.. — Девушка уже не казалась испуганной. — Кто ты?

Леган промолчал. Девушка неожиданно подтащила Легана к двери и прижала рукой к стене. Леган даже не пытался сопротивляться — у него совершенно не осталось сил. Он вдруг понял, что чувствует себя так же, как и тогда, когда только пришел в себя на улице. И даже еще хуже.

Девушка распахнула дверь и вытолкнула Легана из дома.

— Уходи! — произнесла она высоким дрожащим голосом. — Я не знаю, кто ты, и не хочу этого знать! Но уходи! Немедленно!

— С радостью… — нашел в себе силы ответить Леган и с трудом переставил непослушные ноги.

Ему пришлось держаться за стену, чтобы не упасть. Тело его сотрясала сильная дрожь — то ли от холода, то ли от пережитого потрясения. Утро уже заливало улочку серым светом, дорога была достаточно хорошо различима, но у Легана ушло не меньше минуты на первые три шага от дверей этой гостеприимной девушки.

— Эй, солдатик!

Леган остановился и медленно обернулся. Девушка выглядывала из дверей, бросая опасливые взгляды на озаряемые солнцем крыши соседних домов.

— Я хочу, чтобы ты запомнил! — громко сказала она. — Запомнил то, что я тебя не тронула сегодня! Хотя и могла! Запомни это, солдатик! Я не знаю, кто ты, но просто хочу, чтобы ты это запомнил! Хорошо? Обещаешь?

— Обещаю… — кивнул Леган, сам толком не понимая ни ее вопроса, ни своего ответа.

Дверь громко хлопнула, и Леган с благодарностью посмотрел на солнце. Лучи его уже хлынули на улочку, осветили ее, и Легану стало немного легче. Он прислонился к стене спиной и подставил лицо солнечным лучам. Леган чувствовал, как утренний свет окатывает его теплыми и живыми волнами и как от этого почему-то становится немного легче.

— Я запомню… — прошептал Леган, закрывая глаза. — Обещаю…

10

Городские ворота были уже открыты. Леган медленно прошел мимо караульного помещения, где дежурный офицер о чем-то жарко спорил с каким-то смуглолицым худощавым человеком, и покинул Лаоэрт. Ни офицер, ни солдаты караула, с интересом наблюдавшие за спором своего командира, не узнали в Легане бывшего гвардейского лейтенанта. Да это было и неудивительно.

Леган осторожно потрогал заплывший глаз, разбитые губы и невесело усмехнулся. Он и сам бы себя сейчас не узнал. После вчерашней драки и сегодняшней ночи это было бы довольно сложно сделать. Хорошо еще, хоть жив остался, подумал Леган, вспоминая и то, с каким остервенением его били четверо игроков, и то, как смотрела на него желтыми кошачьими глазами ночная «спасительница». Кошелек конечно же исчез бесследно, но камзол и сапоги грабители не тронули. Поясом, правда, они не побрезговали, и сейчас он, наверное, уже украшает прилавок какого-нибудь не особенно щепетильного торговца. Рубашка же после крепких рук девушки на рубашку не была похожа вовсе. Так, какие-то лохмотья…

После всех этих нервных и физических потрясений Леган совершенно не чувствовал голода. Только слегка кружилась голова, но это еще вопрос, от чего именно — от пустоты в желудке, от ударов по затылку или же от воспоминаний о вампире? Больше всего Легана беспокоило то, что с каждым днем становится все холоднее — зима настойчиво проглядывала из-за серого одеяла туч.

Леган сошел с дороги, пропуская роскошную карету, запряженную четверкой превосходных лошадей Карета направлялась в город. Леган проводил ее взглядом. Ему показалось смутно знакомым лицо богатой дамы, мелькнувшее в окне кареты. На кого же она так похожа? На Теллину, вспомнил Леган.

И тут же он вспомнил, что Теллины в Диирии нет, она уехала куда-то в Сарианис. Может быть, разыскать ее? Но что он сможет сейчас ей сказать?! Здравствуй, я явился! Разжалованный офицер, с которого не сняты обвинения Ордена! Словно с беглеца, скрывающегося от правосудия…

Леган отрицательно покачал головой и отправился дальше. Сколько ему идти — он не имел ни малейшего понятия. Но идти он будет, потому что больше ему ничего не остается делать.

Он думал о том, что надо пробираться на юг, к Диирию. Может быть, и не так быстро, как ему того хотелось бы, может быть, у него на дорогу уйдет месяц или два… или год… или вся жизнь…

Но оставаться в столице ему было совершенно незачем. Он не надеялся на чудо. Он уже понял, что чудеса, которые могут случиться с ним, не принесут ему ничего хорошего.

Леган шел, машинально переставляя ноги. Он старался держаться ближе к краю обочины, чтобы не попасть под колеса какой-нибудь кареты. Усталости он почему-то совершенно не чувствовал, только холод, который донимал его все сильнее.

Ближе к вечеру Леган заметил, что дорога под его ногами как-то слишком уж сильно покачивается. Несколько раз он даже оступился на ровном месте и упал. Леган понял, что у него опять сильно кружится голова.

Солнце уже коснулось Андирских гор, скоро должна была наступить ночь. Леган отметил это совершенно спокойно. Хотя остаться ночью одному в степи — без огня, без оружия и даже без еды! — было не так-то приятно. Но его вдруг совершенно перестало волновать собственное будущее.

Сойдя с дороги, Леган прошел несколько шагов и опустился на большой камень. Ноги его гудели от усталости. Знобило.

Он сидел и безразлично смотрел на горы, за которыми уже скрылось солнце. Небо над острыми пиками все еще оставалось багровым, но на востоке оно стало темным, почти черным. Скоро появятся звезды, подумал Леган. И луна…

— Эй! С тобой все в порядке?..

Леган посмотрел на дорогу. Там стоял человек, зябко кутавшийся в короткую легкую курточку светлого цвета. За спиной у него висел какой-то громоздкий предмет, завернутый в мешковину; на плече Леган разглядел котомку. Легану показалось, что он уже видел этого человека. Он напряг память и вспомнил, что именно этот смуглолицый прохожий о чем-то спорил с офицером возле городских ворот.

— Ты чего — оглох, что ли?! — недовольно проговорил человек, сходя с дороги и приближаясь к Легану. — Тебя же спрашивают! Не слышишь?

Леган безразлично посмотрел на него.

— Эй, что это с тобой?! — удивился смуглолицый.

— Холодно, — пробормотал Леган, еле шевеля разбитыми губами.

— Это от холода у тебя рожа такая красивая? — поинтересовался смуглолицый.

Леган промолчал. Смуглолицый с интересом посмотрел на рукав Леганова камзола.

— Разжаловали? — понимающе кивнул он. — Это бывает… Свои, что ли, отделали? А?

Леган усмехнулся, вспоминая, что точно такой же вопрос ему задавала девушка-вампир. Почему-то все думают, что меня избили офицеры, удивился Леган. Неужели мнение о здешней гвардии среди простых людей столь невысоко?! Леган отрицательно покачал головой, и мир вокруг него совершил сложный скачок- голова у Легана кружилась все сильнее.

— Как тебя зовут, приятель? — спросил смуглолицый.

— Леган. Леган Лариар…

— Лариар… Хм… Ясно… А меня — Инг Риввэ. Но можно просто по имени — Инг. Ты куда идешь? На юг?

— Да…

— Хороший выбор, — похвалил Легана Инг. — Зимой на юге — самое то! Я вот тоже на юг подался! Составишь компанию?

Леган промолчал.

— Слушай, а может быть, ты голодный? — вдруг спросил Инг, скидывая котомку. — Что-то ты слишком уж неважно выглядишь, приятель!

Леган молчал.

Инг осторожно снял с плеча большой предмет, завернутый в мешковину, с сомнением посмотрел на Легана и покачал головой.

— Нет! — решительно сказал он. — Уронишь ты мою гитару! Это точно!

Инг положил инструмент на землю, подальше от камня, на котором сидел Леган, наклонился над котомкой и развязал ее.

— Вот зараза! — выругался вдруг Инг, покопавшись в котомке. — Представляешь? Одна бутылка всего осталась! А ведь три штуки было! Значит, две она сперла, дура ревнивая!..

У Инга было такое расстроенное лицо, что Леган не удержался от улыбки.

— Кто спер? — спросил Леган.

— Да жена моя! — с готовностью пояснил Инг. — Решила, что я ее вином своих подружек поить буду! Вот дура! Мне и самому-то этого вина не всегда хватает!

Леган невольно улыбнулся, видя такое искреннее негодование своего нового знакомого. Инг тоже беззлобно улыбнулся в ответ.

— Ну и плевать на нее! Верно? На сегодня хватит, а там видно будет!

Инг быстро набрал охапку хвороста и разжег костер. Леган почувствовал тепло, струящееся от пламени, и ему стало легче. Инг достал из котомки хлеб, кусок сыра, завернутый в тряпочку, бутылку вина.

— Ешь! — Он протянул Легану хлеб и сыр. — А то у меня такое ощущение, что ты собираешься сейчас подохнуть!..

Леган жевал сыр с хлебом, прихлебывал вино, показавшееся ему необычайно вкусным, и вдруг почувствовал себя самым одиноким в мире человеком.

— Почему ты остановился возле меня? — спросил Леган у Инга.

— Не знаю, — беспечно пожал он плечами. — Шел, шел себе… А одному по дорогам бродить в последнее время что-то скучновато стало! Компания нужна, в компании веселее! Но где ее сейчас найдешь — подходящую компанию?! А тут смотрю — ты сидишь! Дай, думаю, подойду к нему! Вдруг ему — тебе то есть — тоже дома не сидится? А если честно сказать, — неожиданно серьезным голосом произнес Инг, — то просто жалко тебя стало! Только ты не обижайся, я же понимаю, что ты бывший офицер! Я не хочу тебя этими словами обидеть или оскорбить, не думай! Кстати, а какого цвета орел был на твоем рукаве?

— Белого.

— Лейтенант, значит, — кивнул Инг. — Ладно, давай устраиваться на ночлег! Ты спи, а я посижу у костра. Попозже разбужу.

Леган лег поближе к костру и поджал колени. Ему было уже не так холодно. Да и в животе не так пусто.

Леган пытался поразмыслить над тем, зачем это Ингу понадобилось останавливаться возле одинокого путника? Даже не путника — бродяги!

Но мысли Легана моментально соскользнули куда-то в сторону, глаза сами собой закрылись и он погрузился в сон.

Часть третья. БРОДЯГА

… Но каждый человек знает, что свет Неугасимого Маяка ведет его. И даже если путь человека тяжел и горек, он знает, что все это делается Неугасимым Маяком во благо Мира. И не нужно спорить с Судьбой и Неугасимым Маяком Ее. И корить свою дорогу не нужно. Ибо откуда мы можем знать, что нужно Бессмертным Богам?! И откуда нам известно, что мы сами Богам Бессмертным нужны?! И откуда мы знаем, нужно ли им вообще что-либо?!

Из книги «Неугасимый Маяк»

1

Не так уж много времени потребовалось Легану для того, чтобы привыкнуть к своему новому положению. Полмесяца ему было достаточно, чтобы начать относиться к себе не как к кадровому офицеру (которым, кстати говоря, он уже и не был), а как к бродяге. И основная заслуга в этой перемене принадлежала Ингу Риввэ, новому знакомому Легана.

Между прочим, только теперь Леган понял, что само это слово — бродяга — можно произносить совершенно по-разному. Можно с пренебрежением, как это делали богатые торговцы и зажиточные крестьяне, которые, несмотря на свое презрение, охотно нанимали Легана с Ингом на работу и слушали по вечерам, как Инг играет на гитаре музыку собственного сочинения. Можно произносить это слово с легким налетом романтической тоски и едва заметной зависти, как это делали молодые деревенские люди, с которыми они иногда проводили вечера у костра. А можно и так, как это произносил сам Инг — с гордостью и чувством собственного достоинства.

— Что такое бродяга? — спрашивал Инг и сам же себе отвечал: — Бродяга — это независимый человек! А независимость — это полная свобода! Мы с тобой, Леган, сейчас свободнее самого Принца! Представь себе: на нем висит ответственность за всю страну! Ему приходится заботиться обо всех людях! Ну, не знаю, как там о них он заботится, но озабоченный вид, во всяком случае, он делает… А нам с тобой приходится заботиться только о себе!.. Следовательно, мы с тобой гораздо независимее его!

— Только без денег! — вставил Леган.

— Подумаешь — деньги! — презрительно отвечал Инг. — Когда они нам нужны — мы их находим! Еды нам хватает, одежда зимняя есть — что еще надо?!

— Дом? — спрашивал Леган.

— Зачем?! — удивлялся Инг. — Чтобы каждый день выполнять нудную работу по хозяйству? Чтобы копаться в огороде или в саду? А потом трястись все время из боязни, что тебя ограбят? Или что твой дом может просто-напросто сгореть? Нет уж! Это не по мне!..

— Скоро выпадет снег, — замечал Леган.

— Ну и что? Мы достаточно тепло одеты! Да и всегда можем наняться на зиму к кому-нибудь на работу! Или вообще осесть в городе до окончания холодов! Ничего, перебьемся!..

Одежда на них и в самом деле была довольно теплой. Леган сменил свой камзол на длинную кожаную куртку с капюшоном. Такая же куртка была теперь и на Инге. Леган вспомнил, как они с Ингом на третий день своего знакомства оказались в поселке неподалеку от Касга.

Инга здесь хорошо знали — многие встречные приветствовали его радостными улыбками, интересовались, надолго ли он сюда пришел. Возле одного из домов Инг остановился и постучал в дверь. Открыла им молодая женщина, радостно вскрикнувшая при виде Инга.

— Знакомься, — сказал Инг Легану. — Это моя жена…

До этой минуты Леган думал, что Инг оставил свою жену в Лаоэрте. Леган постарался не выдать своего удивления при этом сообщении Инга.

Они с Ингом вошли в просторную чистую комнату. Инг тут же потребовал еды и вина.

— Да, еще куртку принеси! — велел он женщине. — Даже две! Видишь, я не один!..

Пока женщина ходила за куртками, Инг полез в карман и выудил оттуда увесистый кошелек. Открыв его, Инг заглянул внутрь, недовольно поморщился и задумчиво пробормотал:

— Ладно… В другой раз…

Затем он отправил кошелек обратно в карман своей старой куртки, стащил ее с себя и протянул вернувшейся женщине. Та внимательно посмотрела на Инга, взвесила куртку в руке и запустила руку в карман.

— Опять? — грустно спросила она.

— Тебе же нужны деньги? — в свою очередь спросил Инг, стараясь не смотреть ей в глаза.

— Мне больше нужен ты, — возразила женщина.

— Для меня еще не придумали подходящего кошелька… — вздохнул Инг.

Женщину звали Аллэта. Она жила одна и, насколько понял Леган, считалась в поселке женой Инга. Леган решил пока не выяснять, от какой же жены ушел Инг, покидая Лаоэрт? В конце концов, это не его, Легана, дело!

Леган помог Ингу наколоть дров, поправить покосившийся забор, привести в порядок колодец. Через пару дней и домик, и двор выглядели так, как если бы у них был настоящий хозяин-мужчина. Сам Инг работал с утра до вечера не покладая рук. Леган уже с ног валился от усталости, но Инг был словно заведенный — все время находил себе какую-нибудь работу по дому.

Они прожили в этом доме четыре дня. А на пятый день Инг заявил, что они уходят.

— На юг? — понимающе спросила Аллэта.

— Да, — подтвердил Инг. — Сначала в Лиет, потом — в Андиор…

— Остался бы ты, — без особой надежды на положительный ответ предложила Аллэта.

— Да я ненадолго! — успокоил ее Инг. — Через три-четыре месяца вернусь!

— Опять на четыре дня?

— Нет, тогда уже пробуду здесь дольше, — заверил ее Инг.

— Не верю я тебе, — вздохнула Аллэта.

— У меня просто важное дело! — строго сказал Инг. — Мне обязательно нужно быть… там, куда я иду! Понимаешь?

— Понимаю. — Аллэта отвела глаза. — Что ж… Иди… Я подожду…

Весь день, утром которого они покинули дом Аллэты, Инг был хмурым и неразговорчивым. И только на следующее утро он немного оттаял.

— А какое у тебя важное дело? — решился спросить его Леган.

— Дело?! Ах да! — улыбнулся Инг. — Смотри! — Он показал рукой на восток, где над пиками Сиузских гор начинала алеть заря. — Видишь?

— Восход?! — не понял Леган.

— Ага! — довольно кивнул Инг. — Восход! И закат! И день! И ночь! И вообще — вся жизнь! Что может быть важнее?!

Леган его не понял.

Вообще Инг оказался довольно странным человеком. Взять хотя бы способ, каким он зарабатывал на жизнь.

Встретив по пути какой-нибудь трактир, Леган с Ингом, если была такая возможность, нанимались туда на работу на пару дней. Как правило, всегда находилось какое-то дело, к которому они могли приложить свои руки. Тем более что денег они не просили — им достаточно было еды и ночлега.

После захода солнца, когда все основные работы по хозяйству завершались, а в трактир набивалось порядочно посетителей, Инг брал в руки гитару. Он не просил у слушателей денег — просто бросал свою шляпу на стол перед собой и играл. И посетители трактира сами кидали в его шляпу медные монетки, которых за один вечер набиралось порой до трех-пяти золотых. Часть этих денег Инг тратил на еду, когда им с Леганом не удавалось найти подходящую работу, а остальные…

В небольшом поселочке возле Листа у Инга жила еще одна знакомая женщина. Которую он опять представил Легану как свою жену. Ей-то Инг и оставил все заработанное им за время своего путешествия.

— Не многовато ли у тебя жен? — усмехнулся Леган, когда они через несколько дней покинули этот дом.

Инг безразлично пожал плечами.

— Им нравится считать себя моими женами, — ответил он. — А я не возражаю — пусть считают! Во всяком случае, мне с ними бывает хорошо. Надеюсь, что и им со мной — тоже… Все равно никто из них не смог бы путешествовать со мной по дорогам! Они очень хотят иметь свой дом, свое хозяйство. Я — не такой!

— Свой дом — это не так уж и плохо! — возражал Леган. — У меня есть свой дом в Диирии, и не скажу, что это меня тяготило!

— Просто у тебя не душа бродяги! — рассмеялся Инг. — Ты тоже домосед, как и большинство людей! Ну скажи, видел ли ты раньше все то, что нам с тобой пришлось увидеть? Посещал ли ты, например, Андиор?

— Нет, — признался Леган.

— Вот видишь! А ведь это один из самых знаменитых городов Межгорья! Именно там произошла Великая Битва с инксами!

— Я знаю, — кивнул Леган. — Мне рассказывали…

— Рассказывали! — фыркнул Инг. — Интересно не слушать или читать, а самому посмотреть! Разве нет?..

Сам Инг был родом из Риифорья. Он родился в семье хранителя городской библиотеки в Крогире — городе, отделенном от Межгорских степей западной оконечностью Сиузских гор. В пятнадцать лет он уехал из родного дома в Кангероу — самый крупный город Риифорья, бывший двести лет назад его столицей. Но там Инг прожил недолго. Его уже тогда тянуло странствовать по свету. Сам Инг считал, что эта тяга была вызвана у него старыми летописями, в которых отец Инга беспрепятственно позволял своему сыну копаться день и ночь.

— Мне всегда хочется побывать в тех местах, что описывают старые летописи, — говорил Инг. — Это очень интересно! Словно в прошлое отправляешься!

— Что же в этом может быть интересного?! — пожимал плечами Леган. — По большей части, мир этот каким был, таким и остается!

— Не скажи! — возражал Инг. — Взять, например, наше Риифорье! Ведь там, оказывается, давным-давно — лет двести назад — даже деньги считали иначе, чем сейчас! Десять серебряных монет — это была одна золотая! А медные вообще не использовались! Это уже потом, когда в Риифорье пришли межгорские рыцари, там появились новые монеты. И считать их стали так, как теперь: одна золотая — восемь серебряных, одна серебряная — двенадцать медных. А раньше в Риифорье из меди только украшения делали…

Инга было очень интересно слушать. И сам он никогда не упускал случая покопаться в старых бумагах или книгах. Однажды Леган стал свидетелем того, как Инг, после тяжелого рабочего дня на постоялом дворе и длительного вечернего концерта, всю ночь просидел над старыми документами, оказавшимися в чулане у хозяина.

Хозяин о них даже и не подозревал, он просто велел убрать мусор из чулана, чтобы освободить там место. Но у Инга был какой-то нюх на древние манускрипты. Он отложил их в сторону и всю ночь потом сидел при свече, разбирая старинные тексты. А наутро вернул их хозяину постоялого двора и заявил:

— У тебя в чулане я нашел вот эти старые бумаги. На твоем месте я бы передал их Ордену Следящих.

— Зачем это?! — нахмурился хозяин.

— А чтобы не болтаться на виселице, — ответил Инг и пояснил: — Это описания различных колдовских заклинаний. Вот это, — Инг развернул один документ, — чтобы вызывать грозу. Этот вот — для улучшения роста овощей. А вот это заклинание — чтобы постояльцы подольше гостили… У тебя ведь постоялый двор? Да?

— Да… — упавшим голосом пролепетал побледневший хозяин.

— И гостей всегда много? Правда?

— Ага… — Хозяин был близок к обмороку.

— Ну вот, — довольно заявил Инг. — Поэтому тебе и следует отдать эти бумаги Ордену! Чтобы никто ничего не подумал…

— Может, — хозяин испуганно оглянулся и перешел на шепот, — может, сжечь их?

— Сокрытие улик, обличающих в колдовстве… — казенным голосом начал Инг.

— Понял! Понял! — замахал руками хозяин и торопливо вытащил из кошелька пару золотых монет. — Держи! Только… — Он запнулся.

— Только обязательно отдай это все офицерам Ордена! — строго велел Инг, благосклонно принимая монеты.

— Хорошо, хорошо, — закивал головой хозяин. — Обязательно!

— Смотри у меня! — Инг внимательно глянул на хозяина, который теперь чуть было не кланялся ему в пояс.

Уже после того, как они покинули этот постоялый двор, Леган спросил у Инга:

— Зачем ты его так напугал?

— Ерунда! — рассмеялся Инг. — Зато я получил сразу три великолепные вещи!

— Какие?

— Во-первых, деньги! Во-вторых, удовольствие от того, что сбил спесь с этого жирного нахала! А в-третьих… — Инг неожиданно понизил голос и задумчиво произнес: — В-третьих, я узнал, что Калир действительно был магом…

— Кто?! — переспросил Леган.

— Был такой рыцарь — Калир, — начал рассказывать Инг. — Давно, лет триста назад. Он прославился тем, что вместе с Бессмертными Богами освободил Мардиарскую долину от пиратов с острова Сигр. И четыре документа, которые попались мне сегодня, были подписаны Калиром.

— Мало ли было рыцарей с таким именем! — усмехнулся Леган, никогда раньше и не слышавший об этом рыцаре. — Может быть, это какой-то другой Калир?

— Нет! — убежденно возразил Инг. — В документе было написано о Бессмертных Богах! Причем было написано так, как будто писавший его видел этих Богов лично! Так что это был тот самый Калир, можешь не спорить!

— Не буду я спорить, — ответил Леган. — Пусть это будет тот самый Калир! Но тебе-то что с того?

— Интересно, — ответил Инг. — Просто интересно…

Инг любил копаться в старых манускриптах. А еще он очень любил рассказывать. Особенно о своих путешествиях. И все, что ему удавалось увидеть, он комментировал на основе знаний, полученных из старых документов.

— Когда я прочел о войне Межгорья с Закриарьем, — говорил Инг, — мне ужасно захотелось побывать в Кагоаре — столице Закриарья. Ну я и пошел.

— Побывал?

— Да. Ничего особенного. Мелкий портовый городишко на берегу моря. В самом порту, да еще возле пристаней, есть что-то похожее на жизнь. А чуть подальше от моря — пустые заброшенные дома. Южная же часть Кагоара — вообще сплошные развалины. Теперь от Закриарья осталась едва ли четверть территории на севере. Все остальное — леса, вплоть до самых Сиузских гор.

— Неужели все уничтожили межгорцы?! — поразился Леган.

— Нет, что ты! — возразил Инг. — Просто в Закриарье всегда было очень много магов. И когда засиял Неугасимый Маяк, его молнии чаще били по городам Закриарья. Впрочем, и Риифорью с Межгорьем тоже изрядно досталось… Кстати, я где-то читал, что твоя прабабка — Ларка Лариара — была родом из Закриарья! Это правда?

— Да, правда, — насупился Леган. — Только я не совсем понимаю, почему ты говоришь, что это «кстати»? Особенно после разговоров о колдунах. Ларка не была колдуньей…

— А хоть бы и была — что в этом такого?! — удивился Инг. — Сама Бессмертная Богиня Йорка была ведьмой! Я это прочел в одной старой книге. «Книга Первого Ученика» называется. Там рассказывается, что на Риифорских болотах у Бессмертной Йорки был свой волшебный замок. И там происходили разные чудеса. А заканчивается книга тем, как однажды в замке появилось трое гостей — Бессмертный Бог Оке и еще какой-то старый колдун со своей ученицей. Бессмертная Йорка ушла вместе с ними и больше никто и никогда их не видел. Я долго бродил по болотам — искал замок Бессмертной Йорки. Но так и не нашел…

Легану было странно и даже немного страшновато слушать подобные речи. Он хорошо знал, что обвинение в колдовстве — самое тяжкое обвинение. А обвинять в колдовстве Бессмертную Богиню?! За это могли повесить даже и без дознания Ордена. Правда, Инг почему-то называл колдунов магами…

— А они и есть маги! — объяснял Инг. — Колдунами их обычно называют те, кто боится или не любит. А вообще-то во всех книгах и документах таких людей называют магами…

Подобные беседы осторожные люди вообще старались не вести. Но Инг, казалось, совершенно не придавал этому значения. В своих разговорах он свободно касался любых тем. Не обошел он вниманием и везение Легана при игре в кости.

Инг стал этому свидетелем на пароме, когда они переправлялись через Андиар. Леган тогда выиграл у скучающих пассажиров в общей сложности около четырех золотых. И Инг на следующий же день завел разговор на эту тему.

— А что ты чувствуешь, когда бросаешь кости? — спросил он.

— Ничего особенного, — пожал плечами Леган.

— А ты попытайся вспомнить! — настаивал Инг.

Леган хмурился, отнекивался и переводил разговор на другую тему. В памяти его было еще свежо то, как подобные же вопросы ему задавал один из игроков в кости в последний день пребывания Легана в Лаоэрте. И то, что за этим последовало.

Постепенно Инг понял, что Леган не хочет даже думать на эту тему, и отстал от него. А потом вообще сделал вид, что забыл об этом разговоре.

Они продолжали идти по дороге, ночевали в степи возле костра, работали, когда работа им подворачивалась, и Леган все время думал о том, как он вернется в Диирий. Ему было как-то не по себе при мысли о больших городах. Ему казалось, что все население этих городов уже в курсе того, что произошло с Леганом. Инг словно чувствовал его настроение, потому что за все время их путешествия они ни разу еще не вошли в город. И только когда однажды на горизонте замаячили башни Андиора, Инг свернул на широкую мощеную дорогу, ведущую к городским воротам.

2

Госпожа Теллина Галлатэнн была не в духе. Впрочем, не в духе она была уже почти три недели — с тех самых пор, как они приехали в Лаоэрт. А когда госпожа пребывает в подобном настроении, любой из слуг, если у него, конечно, есть хоть немного мозгов, старается вести себя как можно незаметнее. Чтобы не раздражать своим существованием хозяйку.

У Калланы — служанки госпожи Галлатэнн — мозгов было более чем достаточно. Несмотря на свой юный возраст, она сумела быстро добиться расположения хозяйки. И сейчас Каллана выполняла уже роль своеобразного секретаря при госпоже Галлатэнн. Что, впрочем, не избавило ее от хозяйского гнева, ставшего чересчур суровым в последние дни. Тем более что быть незаметной для своей госпожи у Калланы никак не выходило.

Каллана сидела в одной из комнат дома, снятого госпожой Галлатэнн, и с нетерпением ожидала возвращения последнего посыльного. Двое предыдущих опять явились с безрадостными вестями, а ведь сообщать госпоже о результатах поиска приходилось именно ей, Каллане! Следовательно, на нее и сыпались все шишки.

По правде говоря, шишки эти вообще появились только после их приезда в Лаоэрт. И даже, точнее будет сказать, после того, как госпожа переговорила с тем симпатичным лейтенантом. А до этого разговора все было хорошо, можно даже сказать — превосходно.

Они приехали в столицу, сняли дорогой и просторный дом, госпожа Галлатэнн велела Каллане разыскать в городе некоего офицера — лейтенанта Легана Лариара. Каллана здраво рассудила, что где же еще быть военному человеку, как не в воинской части?! И поручила это дело одному из слуг.

По тому волнению, с каким госпожа давала это поручение Каллане, та поняла, что дело здесь пахнет любовной историей. И она уже начала лукаво поглядывать на Теллину Галлатэнн, за которой до сих пор никогда и ничего подобного не замечала. Каллане было приятно узнать, что госпоже не чужды обычные женские страсти. А то уже создавалось впечатление, что, кроме денег, Теллину Галлатэнн ничего в мире и не интересует.

Слуга, отправленный Калланой, в скором времени вернулся в сопровождении очень симпатичного лейтенанта. Но тут же и выяснилось, что лейтенант этот оказался никаким не Леганом Лариаром, а всего лишь его хорошим знакомым. И звали этого лейтенанта Гэртан Гаррэт. И когда он узнал, кого именно разыскивает в части посланный Калланой слуга, то тут же изъявил горячее желание встретиться с госпожой Галлатэнн. Дескать, у него есть что сообщить ей о Легане Лариаре, но сделать это он хочет непременно лично, а не через слуг, у которых в голове каша вместо мозгов.

Госпожа, надо сказать, этому неожиданному гостю очень обрадовалась и велела лейтенанта того проводить к ней в комнату. О чем они там беседовали, Каллана не знала, но разговор тот был очень недолгим. Буквально через несколько минут лейтенант в крайне раздраженном состоянии покинул комнату госпожи, а сама госпожа выглядела так, словно ей сообщили об одновременной насильственной смерти всех родственников и знакомых.

Всю ночь после этого разговора госпожа Галлатэнн горько проплакала, а наутро в нее словно бес вселился. Досталось всем слугам без исключения. А особенно — Каллане, как самому доверенному лицу.

Вдобавок ко всему Каллана и сама подлила масла в огонь своим неумением держать рот закрытым.

— Ты помнишь того человека в зеленом камзоле? — спросила госпожа у Калланы. — Мы видели его на дороге, когда подъезжали к Лаоэрту. Помнишь?

— Простите, госпожа, но я никогда не обращаю внимания на бродяг, — ответила Каллана.

— Да?! — Госпожа неприятно удивилась этому факту, словно бы Каллана просто обязана была разглядывать и запоминать в лицо всех бродяг Межгорья, от Марда до Хадра.

— Их так много шляется по дорогам, — попыталась исправить промашку Каллана, хотя и сама-то толком не понимала, что именно вызвало неудовольствие у госпожи.

— Но этого ты должна была запомнить, — настаивала госпожа Галлатэнн. — Я еще велела кучеру ехать помедленнее, чтобы рассмотреть его. Мне показалось, что этот человек был похож на совсем недавно разжалованного офицера — камзол его выглядел слишком уж новым.

— Помню! — радостно подтвердила Каллана, а лицо госпожи озарилось улыбкой. — У него еще вся рожа была в синяках! И шатался он, словно пьяный!

Госпожа опять помрачнела и хмуро глянула на служанку.

— Почему ты думаешь, что он был пьяным? — поинтересовалась госпожа.

— Да так обычно и бывает с «зелеными орлами»! — беспечно ляпнула Каллана. — За что обычно разжалуют офицеров? За непомерное употребление вина, за воровство или предательство! Значит, он и был либо тем, либо другим, либо третьим! А может быть — сразу всем!

— Пошла вон, — мрачно приказала госпожа.

Каллана быстренько покинула комнату, а на следующий же день и начались те бесконечные поиски, которыми Каллана занималась и по сию пору. Госпожа приказала найти в городе человека — уже без упоминания о том, что он офицер — по имени Леган Лариар. И тогда Каллана поняла, что с этим Леганом Лариаром произошла неприятность. Причем одна из самых крупных. Она готова была откусить себе язык, но — что сказано, то сказано!

Вернулся слуга. Каллана выслушала его и покачала головой.

— Плохо ищешь! — строго сказала она.

— Почему это?! — удивился слуга. — Все кабаки обошел! Что мне, на помойке искать Легана этого?! Будь он неладен…

— Неужели о нем никто не знает?! — спросила Каллана.

— Не-а! — помотал головой слуга. — Как сквозь землю провалился! А может быть, мы зря его в столице-то ищем? Может быть, он в каком другом городе? А?

— В каком же? — ехидно усмехнулась Каллана.

— Ну, не знаю в каком! — пожал плечами слуга. — А может, он вообще помер?

— Поговори мне тут! — нахмурилась Каллана. — Этого еще не хватало!

— Ага! — злорадно усмехнулся слуга. — Вот потеха-то будет, ежели этот Леган и в самом деле на небеса отправился! То-то тебе от госпожи достанется!

— Ты у меня дождешься, что тебе достанется раньше! — пригрозила Каллана. — Разговорился, видишь ли! Марш на кухню!..

Каллана вздохнула и отправилась к госпоже Галлатэнн — сообщать, что поиски опять оказались безуспешными. Теллина Галлатэнн выслушала ее и задумчиво посмотрела в окно.

— Никто ничего не знает о Легане, — пробормотала она. — Такое впечатление, что он сразу же покинул город после того, как… — Она замолчала.

— Очень может быть, — авторитетно заявила Каллана. — У нас в поселке жил один мужчина — Париг, сын мельника Равола. Он отправился служить простым солдатом, потом стал офицером и дослужился до капитана. А когда его разжаловали, то он вернулся домой, в наше село. Может быть, и Леган Лариар тоже отправился домой?

Госпожа Галлатэнн очень внимательно слушала Каллану.

— А за что он был разжалован? — поинтересовалась она.

— Не знаю, госпожа! — соврала Каллана. Париг был разжалован за то, что в пьяном виде в трактире тяжело ранил ножом одну из служанок.

— И что он делал, когда вернулся обратно в ваше село? — продолжала допытываться госпожа.

— Ничего, — пожала плечами Каллана. — Жил себе… И сейчас, наверное, живет… На мельнице у отца… Помогает старику…

Она благоразумно не стала сообщать, что Париг через два дня после своего возвращения повесился на крыле ветряка, не выдержав осуждающих взглядов и перешептываний своих односельчан.

— Я все же думаю, — проговорила Теллина Галлатэнн, — что тот человек, которого мы видели на дороге, и был Леган… Я почти уверена в этом…

Каллана ничего не ответила, а про себя подумала, что ежели встреченный ими на дороге оборванец и был тем самым лейтенантом, то не стоит вообще заниматься его розысками. С таким-то состоянием, как у госпожи Теллины Галлатэнн, вполне можно было бы найти себе кого-нибудь и получше.

3

Андиор был первым крупным городом, где Леган оказался после начала своих скитаний. По пути на юг они миновали два не менее крупных города — Касг и Лиет, — но даже не приближались к городским воротам. Теперь же Инг решил войти в город.

— Здесь у меня живет сестра! — пояснил Инг Легану.

— А не жена?! — удивился Леган. — А то везде, где мы были!..

— Да! — скорбно вздохнул Инг. — В Андиоре, в виде исключения, живет моя сестра! Она замужем за хозяином местного трактира, так что остановиться у нас будет где…

Трактир назывался довольно игриво: «Милашка Титта». И, как позже выяснил Леган, носил он это имя в честь сестры Инга — Титты Риввэ. Которая, надо сказать, действительно оказалась довольно симпатичной и миловидной женщиной. Так что название трактира можно было считать справедливым.

Сам же хозяин трактира — Канг — оказался плотным человеком низкого роста, очень добродушным и прямо-таки боготворящим свою жену. Приходу Инга он несказанно обрадовался и тут же потащил обоих путешественников на второй этаж, к себе в комнату. Далее последовал обильный стол с большим количеством вина и нескончаемые расспросы — как, где и что творится в этом мире?

Инг охотно рассказывал обо всем, что успел увидеть и узнать. Леган тоже слушал его с интересом, потому что многие события были новостью и для него. Сынишка Канга слушал рассказы Инга, широко раскрыв рот от изумления. В глазах его горела зависть к дядьке: вот это жизнь! За разговорами время пролетело незаметно, за окном стемнело. Служанка принесла в комнату свечи, и это напомнило Кангу, что он все-таки хозяин трактира. Канг с выражением явного сожаления на лице почесал в затылке, затем хлопнул Инга по плечу и произнес:

— А ты не сыграешь у меня в трактире? А то многие уже здесь и подзабывать стали, кто такой Инг Риввэ! Сыграй, а?

— А что? Можно! — согласился Инг.

— Отдохнул бы с дороги, — предложила Титта.

— Ничего! — беспечно ответил Инг. — Успею еще!..

Они с Кангом выпили еще вина и отправились вниз, к посетителям. Титта вздохнула.

— Каждый раз он так, — пожаловатась она Легану на мужа. — Не успеет Инг появиться тут, как Канг его сразу же тащит развлекать публику! Нет, чтобы дать человеку отдохнуть…

— Мама! Я тоже хочу послушать Инга! — захныкал сын Титты.

— Нет уж! — усмехнулась Титта. — То, что твой дядя будет сегодня играть и петь, тебе слушать еще рановато!

— Тогда расскажи мне сказку! — потребовал мальчишка. — Только хорошую! Знаешь какую? Про рыцаря и его тень!

— Да я же не помню ее! — возразила Титта.

— Тогда почитай! — настаивал мальчик.

— А сейчас уже темно, буквы плохо видно…

— Почита-а-ай!..

— Хочешь, я тебе ее расскажу? — предложил Леган. — Я эту сказку наизусть знаю.

— Ага, — неуверенно протянул малыш, опасливо поглядывая на мать — не рассердится ли, что надоедает гостю?

— Ну, значит так! — начал Леган, наливая себе еще вина и устраиваясь поудобнее на мягком стуле. — Жил в далеком замке благородный рыцарь…

Если бы Леган был трезв, он вряд ли отважился бы рассказывать маленькому мальчику сказку. Легану никогда раньше не доводилось делать этого — рассказывать сказки детям. Но сейчас он был немного пьян и чувствовал себя свободно. Малыш забрался на колени к матери и внимательно смотрел на Легана. Даже Титта с интересом слушала его. Леган увлекся и забыл о времени. Он опомнился только тогда, когда дошел до конца сказки, и только тут заметил, что ребенок мерно посапывает.

— Он уже давно уснул, — смущенно пояснила Титта. — Я просто тебя прерывать не стала — ты так интересно рассказываешь… И как это ты запомнил всю сказку?!

— Ее написала моя прабабка, — сказал Леган.

— Ларка Лариара — твоя прабабка?! — изумилась Титта. — Ух ты!..

— Да, — подтвердил Леган. — Поэтому я все ее сказки так хорошо и помню.

— Ну, не совсем хорошо, — возразила Титта. — Ты самый конец сказки не рассказал…

— Как это?! — удивился Леган.

Он был не вполне трезв, чтобы судить о том, всю ли историю ему удалось вспомнить. Возможно, он что-то и позабыл, хотя ему лично казалось, что вспомнил он все, каждое слово этой старой сказки — «Тень рыцаря». Наверное, я все же многовато выпил, подумал Леган…

Всю неделю, что они жили в трактире «Милашка Титта», Инг вечерами играл для посетителей, а Леган самым беззастенчивым образом валял дурака — бродил по городу, разглядывал прохожих, ел и спал.

— Не думай ни о чем! — весело говорил ему Канг. — Вы — мои гости! Так что не стесняйся — ешь, пей, отдыхай! Вам еще предстоит долгий путь — уж я-то Инга хорошо знаю!..

Леган тоже знал Инга уже неплохо. И понимал, что их уход не заставит себя долго ждать. Так оно и случилось.

Через неделю Инг спросил у Легана:

— Ну что, пошли дальше?

— Пошли, — согласился Леган.

— Давай прямо сейчас пойдем? — Глаза у Инга загорелись. Он уже предвкушал, как снова окажется на дорогах Межгорья. И его нисколько не смущало то, что солнце уже село и очень скоро наступит ночь.

— Переночуйте, а утром и идите! — предложил Канг.

— Нет, лучше прямо сейчас! — заупрямился Инг. — Чего ждать?! Пошли!

— Ну, как знаешь… — Канг не стал уговаривать Инга: знал, что это бесполезно.

— По западной дороге не ходите, — предупредил Канг. — Там сейчас появились разбойники. Они скрываются в старых шахтах возле Андирских гор и ночами выходят на свой разбойничий промысел. Говорят, что скоро Андиорская гвардия устроит на них облаву, но пока ходить там небезопасно. Отправляйтесь-ка по южной дороге!

— Ха! Разбойники! — презрительно усмехнулся Инг. — Сколько я с ними встречался — всегда находил общий язык!

— Это не такие разбойники, что охотятся только за деньгами, — хмуро пояснил Канг. — Это самые настоящие звери! Они не просто грабят прохожих, но и никого не оставляют в живых! Это раньше ты мог попеть для них, рассказать им парочку историй или, в крайнем случае, откупиться. А теперь они тебе сами такую историю расскажут — закачаешься! На первом же дереве…

— Я все же думаю, что мы сумеем с ними договориться! — заключил Инг.

Он и не подозревал в этот момент, насколько был неправ.

4

— Можно было, конечно, остаться и на эту ночь, — вслух размышлял Инг, — но уж больно надоело мне в городе! А тебе, Леган?

— Я иду в Диирий, — просто ответил Леган. — И чем быстрее я там окажусь, тем лучше…

Ночь опустилась на степь. Яркие звезды усыпали небо. Луна хорошо освещала дорогу, и Леган с Ингом шли, не сбавляя шага.

Справа от дороги, примерно в двух сотнях шагов от них, начинались Андирские горы, им стали попадаться каменные валуны, громоздившиеся у обочины, оставшиеся от горных обвалов.

— Интересно, кому это взбрело в голову проложить дорогу так близко к горам?! — пробормотал Леган.

— А эта дорога раньше шла к медным рудникам! — с готовностью пояснил Инг. — Уж лет двести этой дороге, если не больше! По этой дороге в Андиор везли руду с каторги. Мне говорили, что…

Внезапный шум прервал начавшийся было рассказ. Инг с Леганом замерли на месте и принялись напряженно вглядываться в темноту. Леган сразу же вспомнил о разбойниках, обитающих где-то поблизости.

— Эй! — вдруг громко крикнул Инг. — Чего ты там спрятался-то?

Леган не обладал таким острым зрением и не сразу заметил, как из-за каменного валуна показалась фигура человека. Человек тот был невысокого роста и при окрике Инга мгновенно спрятался обратно.

— Иди сюда! — прокричал Инг. — Не бойся!

Человек опять выглянул из-за камня. Он осторожно приблизился к нашим путникам и с опаской посмотрел на них своим единственным глазом. Одет он был неплохо и на бродягу похож не был. Но держался настороженно и с опаской.

— А я тебя знаю! — вдруг заявил Инг. — Ты в Андиоре сегодня одеяла покупал! Ох, и торговался он! — Инг повернулся к Легану.

— Ага, — хмуро кивнул одноглазый. — Торговец, зараза, такую цену заломил! Попробуй тут не поторгуйся — без штанов останешься!

— А чего ты от нас спрятался-то? — спросил Инг.

— А кто знает, что вы за люди такие? — резонно ответил одноглазый. — Мало ли какой народ по дорогам шляется! Особенно по ночам!

— Верно, — согласился Инг. — Хочешь, пойдем вместе — так спокойнее.

— Да я… — замялся одноглазый и посмотрел в сторону валуна, за которым до этого прятался.

— Чего? — спросил Инг.

— Короче говоря, одеяла эти самые, будь они неладны! — выпалил одноглазый. — Устал я их тащить! Так что вы лучше идите, а я уж здесь переночую!

— Поможем человеку? — спросил Инг у Легана.

— Конечно, — согласился Леган.

Каждый из трех тюков с одеялами оказался не таким уж и тяжелым. Но в одиночку одноглазому, конечно, было с ними не совладать.

— И зачем их тебе столько?! — проворчал Инг, взваливая один тюк на плечо.

— А никому не скажете? — осторожно спросил одноглазый. — Для товарищей это. Нас здесь девять человек. В старых шахтах. Руду копаем. А ночами сейчас холодно.

— Руду?! — удивился Инг. — Ее же всю давно выбрали!

— Всю, да не всю! — усмехнулся одноглазый. — Есть там один завал, так за ним вполне еще можно кое-что отыскать! Хотите — давайте вместе с нами? Не так уж там и мало ее, руды-то…

— Нет уж, спасибо! — покачал головой Инг. — Копаться под землей, без солнца… К тому же здесь, поговаривают, разбойники водятся!

— Это есть, — хмуро подтвердил одноглазый. — Появляются порой. Приходится с ними делиться.

— Понятное дело, — ответил Инг. — С душегубами лучше не ссориться! Мало ли что у них на уме?

Впереди, справа от дороги, засветился огонек.

— Наши! — с облегчением вздохнул одноглазый и сошел с дороги. Леган с Ингом последовали за ним.

Огонек оказался небольшим костерком, возле которого никого не было. Одноглазый сбросил свой тюк на землю, вложил два пальца в рот и засвистел переливистой трелью. Тут же в ответ ему прозвучал такой же свист и из темноты к костру вышли двое мужчин.

— Кого это ты притащил? — недовольно спросил один из них у одноглазого.

— Прохожие люди, — пояснил одноглазый. — Помогли одеяла эти донести. Присаживайтесь, — пригласил одноглазый и первым пристроился у костра.

К костру подошли еще четверо мужчин.

— Явился наконец-то! — проворчал мужик, украшенный громадной бородой. — За смертью тебя только посылать…

— Тяжелые они, — пробормотал одноглазый и с опаской посмотрел на бородатого. Видимо, тот был здесь за старшего.

— Ладно, мы пойдем! — неожиданно заявил Инг и толкнул Легана в плечо. — Собирайся, пора уже!

— Чего это ты?! — удивился Леган. — Давай переночуем здесь!

— Нет, пора! — настойчиво тянул Инг Легана. — Забыл, что ли?! Нас же ждут!

Леган пожал плечами и поднялся с земли. Он не понял Инга — кто же это их ждет?! Вроде бы они никуда не торопились. Да и в такой большой компании ночью было бы гораздо безопаснее.

— Погоди-ка! — Одноглазый вскочил с места и подошел к Ингу. — Чего это вы так быстро засобирались-то?!

— Опаздываем мы, — сказал Инг.

Легану очень не понравилась интонация, с какой это было произнесено. Он подумал, что Инг чего-то испугался. Но чего?!

Единственный глаз их нового товарища вдруг хитро прищурился.

— Оставайтесь! — сказал он уже настойчивее.

— Да пусть идут! — махнул рукой бородатый. — Чего ты их задерживаешь?

Одноглазый вдруг сделал быстрое движение, и Леган почувствовал, как в живот ему уперлось лезвие ножа.

— Ты что?! — вытаращился он. — С ума сошел?

— Молчи! — ледяным голосом произнес одноглазый и повернулся к бородатому. — Нельзя их отпускать! Донесут!

— Да не нужна нам ваша руда! — воскликнул Леган. — Копайтесь себе на здоровье!

— Какая руда?! — удивился бородатый.

Леган недоумевающе посмотрел на него, потом перевел взгляд на Инга, и тот хмуро кивнул куда-то в сторону. Леган посмотрел туда, куда показывал Инг, и увидел в темноте какой-то предмет, лежащий на земле неподалеку от костра. Присмотревшись внимательнее, Леган вдруг понял, что это несколько шпаг и палиц, плохо прикрытых какими-то тряпками. Леган удивился. Зачем им шпаги?! Что они, шпагами скалы рубят?! И тут до него дошло.

Никакие это не рудокопы. Ведь говорили же им, что в шахтах прячутся разбойники! И как это они сразу-то не догадались?! Надо же было так влипнуть, с тоской подумал Леган.

— Нельзя их отпускать! — настойчиво повторил одноглазый. — Этот вот, — он указал на Инга, — меня еще на базаре заприметил! Когда я одеяла покупал! Запомнил меня, зараза! И здесь уже, у костра, сразу заметил оружие наше! Шпионы это! Гвардейские шпионы! Да и запомнили они нас! Обязательно донесут!

— Если бы он тебя и не запомнил, — заявил бородатый, — то теперь уже запомнит накрепко! Придется их и правда повесить…

Двое из этих ночных «рудокопов», уже нисколько не скрываясь, потянулись за своими шпагами, встали и приблизились к Легану с Ингом.

— Мы никому и ничего не скажем! — заверил их Леган, пытаясь отстраниться от давящего на ребра острия ножа.

— Конечно, не скажете! — подтвердил один из разбойников. — Покойники не очень-то разговорчивы! Послышались смешки.

— У меня есть деньги, — заявил Инг. — Забирайте их, а нас отпустите!

— Вот еще! — улыбнулся второй разбойник. — Деньги-то и без того мы заберем! Не будешь же ты из-за них драться после того, как тебя повесят!

Смешки стали погромче. Легану удалось высвободиться из цепких пальцев одноглазого. Но только потому, что рядом стояли четверо вооруженных товарищей одноглазого и тот немного ослабил свою хватку.

— Пойми нас, приятель, — усмехнулся бородатый предводитель. — Мы ведь тут не просто так сидим! Утреннего дилижанса ждем, там торговец один едет, с деньгами хорошими. Ежели, конечно, у тебя золотишка больше, чем у него, тогда можно вас и отпустить. А так, нам твои гроши — тьфу!

— Мы никому ведь не скажем! Слово даю! — заверил их Леган и подумал о том, что впервые в жизни ему приходится давать слово чести подобным людям.

— Так мы тебе и поверили! — усмехнулся кто-то в темноте.

— Сдохнете вы все! — неожиданно произнес Инг. — Я знаю, я вижу! Нельзя перед таким делом невинных прохожих обижать! Судьба от вас отвернется! Вот увидите!

Наступила тишина. Разбойники переглянулись. Они верили в свою судьбу и удачу. Как и в разные разбойничьи приметы. И слова Инга задели их за живое.

Бородатый поднялся с места, взял с земли палицу и подошел к Ингу. Он внимательно посмотрел на него и усмехнулся сквозь бороду.

— А что, ребята? — поигрывая палицей, произнес он. — Может быть, и правда отпустить этих дурачков?

— Ага! — злобно ощерился одноглазый. — Они тебе тотчас дозор на хвосте приведут! На сук их! Обоих!

— Повесить! — подхватили остальные. — Нечего их жалеть!

— Молчать! — рявкнул вдруг бородатый. — Он тут что-то про судьбу толковал! Видать, верит в нее! А я, может быть, тоже хочу судьбу свою испытать! Веришь ты в судьбу? — спросил он у Легана.

— Какой ответ ты хочешь услышать, чтобы мы смогли уйти отсюда живыми? — пожал плечами Леган.

— Ишь ты! — усмехнулся бородатый. — Умный какой! А мы вот сейчас поглядим, кто из нас двоих умнее!..

Бородач покопался в кармане и вытащил оттуда серебряную монетку.

— Гляди! — Он повертел монетой перед носом у Легана. — Видишь? На одной стороне монеты — ряшка нашего обожаемого Принца Межгорья! А на второй — наш любимый орел! Символ Лаоэрта! Так вот, я сейчас эту монетку подброшу, и посмотрим, что выпадет — орел или ряшка! Ежели орел, то летите себе с миром, птички-невелички! Ну, а ежели ряшка выпадет, то — не обессудь! Висеть вам на первом же суку, ребята! Ну что? Веришь ли ты теперь в свою судьбу? — расхохотался бородатый.

— Бросай уж! — презрительно процедил Инг. — И тогда либо вешай, либо отпускай! А то надоело на твою рожу поганую смотреть!..

— Да?! — злобно прищурился главарь. — Ну, глядите у меня! Мое слово тверже камня! Бросать монетку-то?

— Бросай! — кивнул Леган. Он вдруг понял, что ему надо делать. Он вспомнил вопрос, заданный ему однажды Ингом: «Что ты чувствуешь, когда бросаешь кости?»

Главарь подкинул монету вверх, и та замелькала серебристыми гранями в лунном свете. Леган поймал ее взглядом и подумал о ней, как об игральных костях. Он знал, что монета его послушается, что она ляжет так, как ему, Легану, будет нужно! Словно бы Леган держал ее руками, управлял ею. В один момент Леган понял также, что действительно сможет удержать ее взглядом. И тогда он вытянул перед собой руку ладонью вверх. Монета неподвижно зависла в воздухе, а потом нехотя изменила свой путь. Словно Леган поманил ее вбок, к себе. Да Леган и правда ощутил пальцами холодок серебра. Он почувствовал вес монеты, ее рельеф, ее прохладу. Монета дернулась в сторону и повисла над рукой Легана. Затем она медленно опустилась на его ладонь. Орлом вверх.

— Я выиграл, — спокойно произнес Леган.

Разбойники испуганно пятились от него. Кто-то из них споткнулся о камень и упал, кто-то вытаращил глаза и вспоминал разными словами Небо и Бессмертных Богов, кто-то упал на землю, закрыл голову руками и жалобно заскулил. И тут одноглазый испуганно завопил во все горло:

— Колдун! Колдун! Спасайтесь! Бегите, братцы!

И вся ватага, словно ошпаренная, рванула к скалам. Леган рассмеялся. Но тут же почувствовал, как Инг дернул его за рукав.

— Скорее, дурак! — заорал Инг. — Бежим!

— Ты чего?! — удивился Леган.

— Бежим, говорю! Молнии!

Леган похолодел. Карающие молнии! Неугасимый Маяк! Как он мог позабыть об этом?!

Они кинулись со всех ног в сторону дороги. За спиной Леган услышал нарастающий треск и шорох, который становился все громче, заглушая остальные звуки, и уже походил не на шорох, а на гром катящихся камней. И тут земля под его ногами дрогнула, жаркое дыхание обдало его шею и затылок, оглушительный грохот потряс окрестности. Волна воздуха повалила Легана на землю, он упал и закрыл голову руками, понимая, насколько это бесполезная защита от огненных молний Маяка. Но перед тем как упасть, Леган успел увидеть, как скалы, дорога, камни и кусты — весь мир озарился мертвенным светом ломаных линий рухнувшей молнии. Глаза резануло от яркой вспышки, Леган зажмурился и, уже упав на землю, вдруг увидел перед собой человеческое лицо. Даже не одно лицо, а два!

Мужчина и женщина. Мужчина был темноволосым, с небольшой бородкой и строгим взглядом темных глаз. Женщина же смотрела не так строго, а скорее с интересом. Светлые волосы ее развевались, словно от порывов сильного ветра. А глаза показались Легану серыми. Впрочем, он не был в этом уверен — видение было мимолетным и зыбким, лица выглядели полупрозрачными, просматривались одно сквозь другое и находились перед взором Легана всего лишь один краткий миг.

А потом Легана окутала тьма и он страшно перепугался, пока до него не дошло, что темно вокруг только потому, что глаза у него крепко зажмурены.

5

— Ну, приятель! — покачал головой Инг. — Ну, ты и отколол номерок!..

Леган молчал. В течение последних трех часов вся речь Инга состояла исключительно из подобных замечаний, а все его жесты — из сокрушенного покачивания головой и тяжелых вздохов.

Душевное состояние самого Легана определить одним словом было бы затруднительно. Он чувствовал себя ужасно подавленным и растерянным одновременно. Он опять вспомнил свои ощущения, когда на дознании заставил колдуна в звании старшего рыцаря Ордена сделать то, что ему, Легану, было нужно. Но разве то, что он тогда совершил, не является колдовством? Разве не колдовство то, что он сделал с той девушкой-вампиром, едва не погубившей его? И то, что ему удалось сделать с игральными костями в трактире, когда его приняли за неопытного простачка какие-то мастеровые люди? И разве не то же самое у него получалось проделывать с костями и раньше? Просто он не отдавал себе в этом отчета! Но сегодня с серебряной монетой он сделал это совершенно осознанно! И он нисколько не сомневался, что у него все получится! Так не означает ли все это, что обвинения Ордена Следящих в его адрес были обоснованы?! Значит, он на самом деле колдун?! О Небо!

— Слушай, а ты что, и сам не знал этого?! — спросил Инг.

Леган удивленно посмотрел на него, но потом понял, что последние слова произнес вслух.

— Не знал, — коротко ответил Леган.

— М-да-а, — протянул Инг. — Надо же, а?! Значит, тебя из-за этого и турнули из армии?

Леган кивнул. Да, именно из-за этого. И оказались правы. Таким, как он, не место среди офицеров. И среди живых людей тоже…

Леган вдруг вспомнил Теллину. И понял, что все это время мысли о ней постоянно преследовали его. Он гнал их от себя, но они не уходили, были неподалеку, стоило слегка замешкаться, а они тут как тут. Теллина… Теперь, пожалуй, можно оставить даже и мысли о том, чтобы попытаться отыскать ее! Разве захочет она хотя бы видеть его, Легана?

Леган представил себе встречу с Теллиной и заскрипел зубами. Ведь она же обязательно спросит, за что его разжаловали! И Леган не сможет ее обмануть…

— Везет же тебе! — неожиданно сказал Инг.

— Что?! — поразился Леган.

— Да, — подтвердил Инг. — Знаешь, Леган, я тебе завидую.

— Завидуешь?! — Легану показалось, что Инг издевается над ним. — Завидуешь?! Чему? Тому, что я потерял уважение сослуживцев, товарищей, знакомых? Тому, что теперь я уже не офицер, и неизвестно, кем вообще буду? Да и буду ли! — Леган вскочил на ноги. — Тому, что я оказался чудовищем, страшилищем, которым впору пугать маленьких детей? Этому ты завидуешь?!

— Нет, — спокойно возразил Инг. — Не этому. Тому, что тебе подвластно то, что неподвластно другим людям. Тому, что ты можешь менять события жизни так, как тебе заблагорассудится.

— Какой от этого прок?! — прокричал Леган. — Что в этом хорошего?! Что толку менять жизнь таким образом, если после этого тебя уничтожат молнии Неугасимого Маяка? И если после этого могут пострадать невинные люди?

— Есть толк, — почти шепотом сказал Инг.

— Какой?! — Голос Легана дрожал от обиды. — Назови мне хоть одну ситуацию, когда это было бы оправдано! Это невозможно!

— Возможно! — Инг в упор посмотрел на Легана, и глаза его блеснули. — Возможно такое. Если ты видишь, как на твою молодую жену несется карета с обезумевшими лошадьми, а сам только и можешь, что закричать в бессильном отчаянии! Если бы я мог, я остановил бы ту карету! Я разнес бы ее на куски!

— А сам?! — Леган сбавил тон и вновь опустился на землю.

— Это уже было бы неважно, — покачал головой Инг. — Но зато она бы осталась жива…

— Она погибла? — тихо задал совершенно ненужный вопрос Леган. Инг кивнул.

— Прости, — пробормотал Леган. — Я не знал…

— И почти никто не знает, — ответил Инг. — Но если бы я мог, я бы пошел на все. Даже на то, чтобы Маяк уничтожил меня самого…

— А если бы рядом были другие люди? — спросил Леган.

Инг поднял на него глаза.

— Знаешь, Леган, другие люди уже перестают иметь значение, когда случается такое. Их всех могло бы и не быть вовсе. Мне от этого не легче…

— Что ты мне посоветуешь?

Инг пожал плечами.

— Решать тебе самому, — ответил он.

— Ты же знаешь, как люди относятся к колдунам…

— К магам, — поправил его Инг. — Но люди — это люди, а ты — это ты. И сам решай, что для тебя важнее. Твоя жизнь или мнение о тебе людей, готовых растерзать тебя лишь за то, что даровано тебе Богами…

— Неугасимый Маяк…

Инг вздохнул.

— Да. Неугасимый Маяк. Но мне кажется, что по-настоящему сильный маг найдет управу и на него…

— Ты с ума сошел! — прошептал Леган.

— Нет! — возразил Инг. — Я долго над этим думал. И если бы у меня были такие способности, то в первую очередь я бы уничтожил Маяк — это проклятье, этого недремлющего рыцаря Ордена Следящих!..

— Я же ничего не умею, — растерянно пробормотал Леган. — Это все получилось как-то само собой…

— Тебе надо найти других магов, — заявил вдруг Инг.

— Где?! — усмехнулся Леган. — И как? Повесить объявление на столбе возле городских ворот? Меня самого повесят на том же столбе!..

— В Криарском лесу.

— В лесу?!

— Да. Давным-давно там обитали маги. Все маги Межгорья. Они жили и в Закриарье, но теперь там уже не найти никого. А в лесу… Чуть ли не каждый месяц туда падают карающие молнии. Так что в Криарском лесу маги наверняка остались…

— Карающие молнии, — проворчал Леган и задумался.

Карающие молнии Неугасимого Маяка… С ними не очень-то поспоришь. Неужели ему придется теперь весь остаток жизни скрываться?! И от людей, и от Маяка. В лесу, в глухой чаще, словно загнанному зверю. Не видя ни единой живой души. Жить отшельником, прячась и опасаясь того, что тебя может настичь облава Ордена или карающие молнии.

Они загнали меня в угол, вдруг понял Леган. Они — Орден и Маяк! И мне теперь нет спасения. И если я хочу жить, то должен буду что-то придумать. Что-то такое, что поможет мне остаться в живых…

Гатт Олликэн, вдруг вспомнил Леган.

«Оборотни не лгут», — заявил тогда магистр Диирия.

«Колдун…» — сказал ему Гатт Олликэн.

«Колдовское отродье…»

А его мать?! Нет ли у нее тоже такого… таких… того же самого? Она порой бывает довольно проницательной и мудрой женщиной. Не связано ли это с тем, что и она сама тоже?..

Леган сильно вздрогнул. Он вдруг вспомнил слова своей матери, Баллы Лариары, перед тем, как Леган отправился в трактир, где встретился с Теллиной.

«Будьте с ней поласковее…» — сказала ему Балла Лариара.

Леган только теперь понял, кого имела в виду его мать.

Теллина…

Теллина, которую он сейчас так редко отваживается вспоминать…

Может быть, все же разыскать ее? Нет! Что он ей скажет?! Кто он теперь такой? Что осталось в нем от того лейтенанта Лариара, на которого девушка смотрела полным восхищения взглядом?..

И этого меня лишили, подумал Леган. И этого тоже… Кто?!

Орден Следящих… И Неугасимый Маяк…

Леган почувствовал, как челюсти его сводит от обиды. Конечно, он может взять и повеситься! Хоть прямо сейчас! И это было бы самым лучшим выходом из создавшейся ситуации. Всем было бы гораздо лучше — и людям, и Ордену, и ему самому. Да, по правде говоря, подобные мысли уже посещали Легана, и совсем недавно — несколько минут назад. Если бы не Инг, подумал Леган, я бы, наверное, так и поступил…

Инг уже набрал хвороста и развел костер. Пламя осветило его хмурое лицо.

«Другие люди перестают иметь значение, когда случается такое», — сказал Инг. Да, это правда. Самому Легану не довелось испытать того, что пережил Инг, но и выпавшего на его долю было более чем достаточно. И Леган уже чувствовал, что остальные люди и в самом деле перестают его интересовать. Тем более что, будь у них такая возможность, они с величайшей радостью повесили бы его, Легана, не дожидаясь расследования Ордена. И должен ли он сейчас думать об этих людях, от которых собирается скрываться в лесу?!

Криарский лес. Леган посмотрел на восток. До него ему придется добираться не меньше двух недель. Очень долго. Очень. Но быстрее никак не получится, если идти пешком. Вот если бы у него был конь…

— У тебя есть деньги? — спросил Леган Инга.

— Сколько тебе нужно?

— Столько, чтобы хватило на лошадь…

— На две лошади, — поправил его Инг. Леган посмотрел на него.

— Я поеду с тобой, — пояснил Инг.

— Зачем?!

Инг пожал плечами и улыбнулся.

— Просто интересно…

6

Балла Лариара посмотрела на своего мужа и утвердительно кивнула головой.

— Да, Ладр, — сказала она. — Я в этом уверена.

Ладр Лариар нахмурился:

— Но откуда ты можешь это знать?!

— Я это знаю, — просто ответила Балла. — Сердце матери чувствует…

— Хорошо, — задумчиво проговорил Ладр. — Я подумаю…

Он вышел из комнаты жены и прикрыл за собой дверь.

Жена иногда ведет себя необычно, подумал Ладр. Правда, за многие годы он уже привык к этому, но если начинаешь задумываться над тем, откуда у нее такая уверенность… Не всегда понятно, почему она порой столь убежденно утверждает то или иное. А точнее сказать — всегда непонятно. В первое время Ладра это настораживало, но потом он привык доверять своей жене. Как привык и к тому, что она крайне редко ошибалась. Теперь он и не настаивал на вразумительных объяснениях. Ладр давно уже не задумывался над тем, каким образом Балла могла узнать, например, что их сын был тяжело ранен в бою с «Ночными совами». Словно она и сама была там. Но и тогда, и до того, и после — Балла не ошиблась. И если теперь она утверждает, что с их сыном все в порядке, значит, так оно и есть.

В порядке…

Ладр тяжело вздохнул и остановился. Что она имеет в виду, говоря это? Его самочувствие? Но достаточно ли одного здоровья для того, чтобы чувствовать себя в полном порядке?!

Леган всегда мечтал о карьере военного. Он рвался к этому, грезил о разноцветных нарукавных орлах с самого детства. А теперь?

Теперь на его долю выпал орел самого ненавистного для всех военных (и не только военных) цвета — зеленого!

Ладр хорошо знал, что Леган обладает сильным характером и способен пережить подобную трагедию. Но как он себя теперь поведет? Может быть, теперь Леган будет скрываться ото всех своих прежних знакомых? Ведь он до сих пор не подал о себе никаких вестей, хотя прошло уже много времени!

Ладр замедлил шаг и посмотрел на старинные портреты, висевшие по стенам коридора. Лариары. Древний род, множество благородных предков. Почти все они посвятили свою жизнь служению государству на поле брани. Древние благородные рыцари, солдаты, офицеры… Леган всегда гордился своими предками. Он с жадностью выслушивал рассказы об их ратных подвигах и всегда мечтал совершить нечто подобное.

Жаль, что у Легана не сложилась жизнь. В глубине души Ладр был уверен, что здесь не обошлось без интриг со стороны кое-кого из офицеров. А возможно даже, не без помощи друга Легана — Гэртана Гаррэта. Недаром Ленн Раллэн с некоторых пор опускал взгляд, когда ему приходилось упоминать имя Гаррэта. Наверняка Раллэн знает что-то, о чем не стал говорить ему, отцу Легана.

Раллэн — единственный человек, который пришел выразить соболезнование родителям Легана после всех этих неприятностей. Он, да еще полковник Ронн Куиссэн — вот и все, кто продолжал относиться к Легану с прежним уважением. Полковник вообще просто-таки потребовал от Ладра, чтобы Леган, как только объявится в Диирии, немедленно зашел к нему. Полковник намеревался выяснить, в чем тут дело и что за оскорбление послужило причиной того, что Леган позволил себе ударить старшего офицера. Полковник нисколько не сомневался, что Леган имел на то полное право, просто он хотел знать подробности.

Подробности…

Ладр и сам не прочь был бы узнать подробности всего этого. Как и то, где именно сейчас находится его сын. Раллэн разыскивал его в Лаоэрте, но не нашел. Наверное, Леган все еще находится в пути — до Диирия дорога не близкая.

«Где он сейчас?» — горестно подумал Ладр Лариар.

7

Медленно катились к морю мерцающие в ночи воды Сиузиара — реки, берущей свое начало далеко отсюда, в Сиузских горах. За рекой темнела громада Криарского леса. А позади, за спиной, уже остался Риифор — самая полноводная река Межгорья. Леган с Ингом переправились через нее на пароме, но деньги к тому времени у них иссякли окончательно и им пришлось продать своих лошадей, чтобы оплатить перевозку. Но это уже не так важно — они оказались у Сиузиара, до Криарского леса было теперь рукой подать. Завтра они найдут тот старый мост, о котором говорил паромщик, и перейдут на противоположный берег. А там уже начинается Криарский лес.

Леган подбросил дров в костер и посмотрел на спящего Инга. И как это он может спать здесь?! Леган недоуменно покачал головой. Неужели Инг ничего не чувствует?! Хотя такое вполне возможно. Леган и сам бы спал себе спокойненько, если б не события последних дней. Сейчас он стал гораздо внимательнее относиться к своим ощущениям, а это внимание обострило все его чувства до предела.

В голову Легана начинали порой приходить такие мысли, каких там раньше никогда не было. Он смотрел на паромщика и внезапно понимал, что тот когда-то был капитаном Лиетской гвардии, но после подал в отставку по причине ранения, полученного им в бою с дикими охотниками в Сиузских горах. Леган проходил мимо пассажира парома и вдруг осознавал, что этот пассажир — разбойник, душегуб, пробирающийся в Кагоар, где его с нетерпением ожидают друзья-ватажники. Леган смотрел на небо и знал, что дождя сегодня не будет, хотя с самого утра над рекой угрожающе скапливались тучи.

Откуда Леган мог знать это? Как ему удавалось понять то, что думают и чувствуют люди? И почему этого не случалось с ним раньше? Леган искал ответы на эти вопросы и не находил их. Инг же объяснил все чрезвычайно простой фразой: «Так уж получается!..»

Но Легана это не устраивало. Он хотел знать, почему так получается? Почему, например, эта сегодняшняя стоянка вызывает в нем какое-то непонятное чувство? Такое бывает, когда ты сидишь в засаде у дороги, по которой с минуту на минуту должна пройти колонна противника.

Леган огляделся вокруг и еще раз попытался ответить на вопрос, чем же его настораживает эта местность? Обычная степь, поросшая невысокой травой, которая сейчас, поздней осенью, окончательно сошла на нет. Местные жители, наверное, и в лучшие-то времена не использовали эту землю под пастбища. А сейчас тут вообще никого. Полное безмолвие. Жители деревни, лежащей к югу от их стоянки, сюда тоже почему-то избегали заходить. Может быть, они тоже что-то чувствовали?!

Леган задумался. Ему показалось, что эта степь, ровная, как стол, раньше не была такой. Может быть, здесь когда-то было какое-то людское поселение? Может быть, эта земля просто хранит память о живших тут людях?..

Леган и сам не заметил, как глаза его закрылись. Он не уснул, даже не задремал — вокруг все словно бы подернулось каким-то розоватым туманом. Веки Легана были закрыты, но он отчетливо видел ровную степь, освещенную ополовиненной луной. И эта степь словно бы дышала, как спящий человек, вспоминающий во сне свой тяжелый и трудный день. Как человек, которому уже начинает сниться сон. Необычный сон, странный и волнующий, но совершенно безобидный, хотя и непонятный. Сон, в котором в этой степи, на этом самом месте возвышались каменные стены крепости. И лес подходил сюда гораздо ближе, чем теперь. И в лесу прятались какие-то люди…

Вооруженные люди. Много вооруженных людей, одетых в неумело выделанные звериные шкуры. Целая армия — конная и неплохо вооруженная, затаившаяся и напряженно ожидающая чего-то. И от этой схоронившейся среди великанов-деревьев конницы отделились несколько всадников в сверкающих на солнце рыцарских латах и помчались к стенам крепости…

Сверкающих на солнце латах?! Да, именно так! Потому что сейчас был день. И яркое, но холодное полуденное солнце заливало всю степь, покрытую высокой травой, которую волнами ветер…

Группа всадников в блестящих латах приближалась. Теперь уже стали хорошо видны развевающиеся за спинами плащи странного вида. Словно каждый плащ был сшит из длинных и широких полос белой и красной материи. И на макушках шлемов всадников трепетали бело-красные ленточки.

А по пятам за этими всадниками с воем и гиканьем неслась толпа размахивающих мечами людей в звериных шкурах. Они пытались догнать всадников в латах, но те были уже возле стен крепости. Ворота начали томительно медленно раскрываться, а люди в латах обнажили мечи и подхватили победный клич своих преследователей. Леган понял, что это был просто хитрый маневр нападавших, чтобы попасть внутрь крепости — переодетые в латы люди не вызвали подозрений, и гарнизон принял их за своих товарищей, преследуемых врагом.

Вдруг что-то произошло. Время словно остановилось. Кони замерли на скаку, движение тяжелых крепостных ворот прекратилось. Казалось, даже ветер стих. Все будто замерзло в холодном свете негреющего солнца. Почти все…

Кроме двоих всадников в блестящих латах, спрыгнувших с коней и кинувшихся к воротам. Они ударили в тяжелые створки всем весом своих тел, навалились и распахнули их. А к ним уже спешили еще двое облаченных в латы. Только эта четверка и сохраняла подвижность среди остальных людей и коней. Они на ходу стаскивали с себя мешавшие им шлемы, обнажали мечи и врубались в ряды неподвижных защитников крепости. Среди нападавших Леган с изумлением увидел женщину — ее длинные светлые волосы развевались, в руке она крепко сжимала меч, а глаза ее были полны непередаваемой ненависти. Легану даже показалось, что они светятся жутким красноватым светом.

Женщина, словно почувствовав его взгляд, обернулась, и Леган убедился, что зрачки ее и в самом деле отсвечивают красным. Леган вспомнил, что уже видел эту женщину. Он даже вспомнил, где и когда — в тот самый день, когда они с Ингом попали в историю с разбойниками под Андиором. Когда Леган впервые сделал что-то такое, за что на него обратил свое внимание Неугасимый Маяк. Когда карающие молнии едва не убили их.

Леган вспомнил, как ослепительная вспышка молнии на миг высветила перед его глазами это же самое женское лицо, только без холодящего кровь красного блеска в глазах. И выражение лица тогда было у этой женщины более спокойным и добрым, а не таким диким и безжалостным, как сейчас.

Легану показалось, что кто-то невидимый произнес непонятное и совершенно незнакомое ему слово: «Гдан». И тут же Леган понял, что такое название носила эта крепость.

Видение задрожало, подернулось мелкой рябью, стало совершенно призрачным — и вот уже на месте гордо возносившихся к холодному голубому небу зубчатых стен крепости остались лишь поросшие травой развалины. Обломки камней, рухнувшие стены замка, торчащие, словно гнилые зубы, разрушенные башни…

Солнечный диск в небе стал немного меньше, воздух вокруг заметно потеплел. Трава, укрывавшая степь, взметнулась чуть ли не в человеческий рост. Над головой промелькнула тень какой-то большой птицы. А на полуразрушенной стене зашевелилось странного вида существо, похожее на тощего костлявого человека, но покрытого ярко-изумрудной чешуей. Существо это подняло морду к небу, его круглые, словно тарелки, глаза остановились на парящей в вышине птице, чешуйчатое тело испуганно метнулось в густые заросли кустов. Леган поднял голову.

Огромная птица, парившая в небе, камнем рухнула вниз, захлопала крыльями, уселась на тех же самых развалинах и оказалась женщиной. Легкий розоватый пушок покрывал ее обнаженное тело, за спиной широкими складками, будто необычный плащ, вздымались широкие кожистые крылья, волосы у женщины были яркого оранжевого цвета. Женщина повернула голову к Легану и глянула на него узкими вертикальными зрачками желтых глаз. Как у кошки, подумал Леган. Или у девушки из Лаоэрта…

Словно почувствовав мысли Легана, крылатое существо улыбнулось ему, Леган вздрогнул, увидев раздвоенный змеиный язык, трепещущий меж острых, хищно изогнутых зубов. Точно, подумал он. Так и есть! Наверняка это тоже какой-нибудь вампир! Только летающий…

Видение померкло, солнце пропало, и Леган понял, что вокруг него опять царит обычная ночь. Рядом мирно похрапывал Инг, костер алел углями, над головой ярко светили звезды.

Леган встал и обвел степь взглядом. Теперь уже он смотрел на нее по-иному.

Здесь когда-то была крепость, жили люди… А потом на развалинах обитали какие-то странные существа… Теперь уже не осталось никаких следов ни от крепости, ни от людей, ни от странных существ. Только ощущения, которые, наверное, кроме Легана почти никому и неведомы.

Леган прошелся вокруг костра, чтобы размять затекшие ноги. Под сапогом что-то захрустело. Леган присел и увидел среди травы лошадиный череп, наполовину скрытый в земле. Сам не понимая, зачем он это делает, Леган принялся разгребать землю вокруг него. И вскоре череп уже был у него в руках. Кость треснула под ногой Легана, в руках у него оказалась только верхняя часть черепной коробки давно умершей и истлевшей лошади. Только небольшая часть черепа, лоб которого венчал длинный витой рог…

8

— Далеко ли путь держите?.. Леган обернулся на голос и увидел сидящего на берегу, прямо возле опоры моста, светловолосого человека. Человек этот держал в руках удилище и с веселой хитрецой смотрел на путешественников. Выглядел он от силы лет на тридцать, а одет был, как и большинство сельчан, очень просто. Он чем-то сразу же расположил к себе Легана, и Леган подумал, что человек этот тоже, наверное, бродяга. Как и они с Ингом.

Ингу, видимо, также сразу пришелся по душе этот незнакомец, потому что он остановился и охотно ответил ему:

— В лес идем. А скажи-ка, много ли наловил с утра?

— Двух лягушек да немного насморка! — беззаботно ответил человек, поднимаясь с земли и отбрасывая в сторону удочку. — А больше ничего и не ловится!

— Жаль, — сказал Инг. — А то мы бы с удовольствием помогли тебе уничтожить парочку жареных рыбешек!

Человек поднялся на мост и по очереди осмотрел путешественников.

— Рэггин, — представился он. — Владелец этой реки, солнца, земли и воздуха! И вообще — всего на свете!

— Неужели всего на свете?! — усмехнулся Инг.

— Ага! — довольно усмехнулся Рэггин. — Пока я здесь, то владею всем, что вижу! А как ухожу, передаю свои права любому желающему! А ухожу я отсюда очень часто и каждый раз все дальше и дальше!

— Бродяжничаешь? — понял Леган.

— Конечно! — кивнул Рэггин. — А разве есть в жизни более интересное занятие?!

— Нет! — подтвердил Инг и протянул Рэггину руку. — Меня зовут Инг, а это вот — Леган!

Рэггин пожал руку Ингу, прикоснулся к ладони Легана и вдруг, словно обжегшись, быстро отдернул свою руку.

— Чего испугался?! — удивился Леган.

Рэггин внимательно посмотрел ему в глаза и ничего не ответил. Утреннее солнце хорошо освещало его лицо, и Легану показалось, что точно такой же, как у этого человека, взгляд он уже однажды видел. В магистратуре, у старшего рыцаря Золлана Логгэна!..

Леган сосредоточился и попытался понять, почему так пристально уставился на него этот человек — Рэггин? Чего он хочет? Зачем…

Затем, что он видит все мои мысли!.. Леган задохнулся от внезапной догадки. И Легану вдруг самому стало понятно все то, о чем думал этот самый «бродяга Рэггин». Как будто Леган и сам услышал все его мысли, негромко произносимые неуверенным шепелявым голосом.

«Что-то есть… — шептал этот голос. — Но не то, что всегда… Он не маг, он кто-то иной… Офицер? Да, офицер… Офицер?! Офицер Ордена?!»

В этом потоке вопросов Легану почудился нарастающий страх. И он решил успокоить Рэггина.

— Нет, я не служу в Ордене, — сказал Леган. — Хотя я действительно был офицером! Но я был армейским офицером!

Рэггин слегка вздрогнул и посмотрел на Легана внимательнее.

«Он умеет… Он знает…»

То, что Рэггин не шарахнулся от него в испуге, воодушевило Легана. Он почувствовал себя смелее и решил ответить Рэггину точно так же, как разговаривал сам — не произнося слов вслух. Леган собрался с силами, набрал в грудь воздуха, плотно сжал губы и постарался как можно четче мысленно произнести:

«Я еще почти ничего не знаю и не умею!»

Рэггин вздрогнул уже гораздо сильнее, взгляд его действительно стал испуганным.

«Тише! Не надо так громко!»

«Почему?!»

«Тише, я сказал! Тебя слышно в Лаоэрте! Оглохнуть можно!»

«Я не могу тише! Я не знаю — как!»

«О, Небо! — Рэггин болезненно поморщился. — Зачем ты явился сюда?!»

«Мне нужно найти колдунов».

«Колдуны давно мертвы! Живы только маги! Никогда не называй магов колдунами! Это оскорбительно!»

«Хорошо, тогда магов!»

«Тише же! Голова лопнет! Ты ищешь магов? В Криарском лесу?»

«А где же еще?!»

«Тебе далеко идти. Почти через весь лес».

«Куда?»

«Найди замок Сорот! Если ты хочешь чему-то научиться, то иди в Сорот».

«Ты маг?»

«Я не называю себя магом. Я вообще никак себя не называю. И почти никогда не общаюсь с подобными мне или тебе. Так безопаснее. Запомни это».

«Я запомню, Рэггин. Спасибо тебе». Рэггин кивнул и пристально посмотрел на ничего не понимающего Инга.

— Нет, — произнес Леган. — Он не маг. Он мой друг.

«Иногда друзья бывают…»

— Говори вслух, — попросил Леган. — Он не умеет читать мысли.

— Иногда друзья бывают опаснее врагов, — произнес Рэггин. — А о том, что маги имеют друзей, я вообще слышу впервые…

— Имеют, — подтвердил Леган. — Он мне очень помог. И продолжает помогать. А ты не проводишь нас?

— Нет. Чем меньше магов собирается в одном месте, тем безопаснее. Для них же самих. Карающие молнии…

— Я понял, — кивнул Леган. — Но, может быть, ты сможешь дать мне какой-нибудь совет?

— Какой совет нужен человеку, — усмехнулся Рэггин, — у которого в котомке лежит кость единорога? Если судьба сделала тебе такой подарок, то большего и желать не стоит!

Леган кивнул.

— Это так. Но я не знаю, что с ним можно сделать! Я подобрал его случайно, просто так. Если хочешь, я готов отдать его тебе…

— Нет. Мне это не нужно, — покачал головой Рэггин. — Единственное, о чем я хочу вас попросить, это то, чтобы вы уходили отсюда поскорее! — Реггин поежился, словно ему неожиданно стало холодно, и опасливо посмотрел на небо.

— Хорошо, — согласился Леган. — Мы пойдем. Спасибо тебе!

— Прощай, маг Леган, — с заметным облегчением улыбнулся Рэггин.

— Прощай, маг Рэггин, — ответил Леган, понимая, что ответить нужно именно так. Впервые в жизни произнося эти слова без опаски и ощущения чего-то постыдного.

Рэггин ободряюще улыбнулся, подмигнул ему, повернулся и пошел в степь.

— Ты с ним знаком, что ли?! — недоуменно спросил Инг.

— Нет, — ответил Леган. — Просто он маг. И он умеет говорить не раскрывая рта. И я, оказывается, тоже так умею…

— А про какие это кости он тут болтал?! — допытывался Инг.

Леган вкратце рассказал Ингу о своих ночных видениях.

— Чем дальше, тем любопытнее, — проворчал Инг. — Так ты, чего доброго, еще и летать начнешь. Ладно, давай перебираться через реку…

Они перешли реку по скрипящим доскам моста и ступили на противоположный берег.

— Ты знаешь, где находится замок Сорот? — спросил Леган.

— Замок Сорот? — переспросил Инг. — Я слышал, что очень давно была крепость с таким названием. Возможно, что в крепости был и замок… Но это далеко отсюда, на берегу Криара! Тебе нужно туда?

— Да. Этот человек сказал, что в Сороте могут обитать маги.

— Нам придется идти через весь лес. Пешком мы доберемся туда не скоро.

— У меня нет иного выхода. Если хочешь, ты можешь…

— Я пойду с тобой! — прервал его Инг.

Леган кивнул. Он и не сомневался, что Инг не оставит его. Но непонятное беспокойство кольнуло Легана. А зачем, собственно говоря, Инг согласился идти с ним? Даже не согласился — Леган ведь ни о чем его не просил. Инг просто взял да и отправился с Леганом в это опасное путешествие в Криарский лес. Инг сказал, что ему «просто интересно». Что же здесь может быть интересного?! Вот как ударят молнии в него, Легана! А заодно и в Инга! Вот тогда и будет самое интересное!

Леган старался отогнать от себя эти мысли, но у него ничего не получалось. Всю неделю, пока они пробирались по лесу на юг, Леган постоянно порывался завести с Ингом откровенный разговор на эту тему. И каждый раз останавливал себя, боясь обидеть Инга своими подозрениями. Но все его сомнения относительно искренности Инга развеялись во время одной из ночевок.

Инг уже спал, а Леган сидел у костра, держа в руках свою находку — витой рог невиданного сказочного существа, выглядевший как три желтоватые, причудливо завивающиеся костяные пластинки. Словно косичка маленькой девочки, подумал Леган.

На ощупь рог был удивительно гладкий и почему-то тепловатый. Леган только что обратил на это внимание — несмотря на холодную погоду, от кости струилось приятное тепло, которое становилось сильнее, стоило прикоснуться к рогу ладонью. Леган держал рог перед собой и медленно поворачивал его. Глубокие канавки витой спирали убегали от широкой его части к острию, притягивая к себе взгляд Легана. Легану даже показалось, что рог начинает светиться в темноте. И тут что-то неразборчиво забормотал сквозь сон Инг.

Леган взглянул на спящего и снова вернулся к своей находке. Но мысли его текли уже в ином направлении — почему Инг продолжает сопровождать его? И Леган вдруг заметил, что перед глазами у него все поплыло — совершенно неожиданно закружилась голова, совсем как тогда, когда ему явилось видение старинной крепости. Леган закрыл глаза и…

И вдруг оказался в незнакомой деревне, в летний полдень, возле крыльца большого и красивого дома. Леган удивленно обвел взглядом окрестности. Вокруг пышно зеленели деревья, слышался гомон невидимых птиц, отчетливо повеяло жарким ветерком.

Прямо перед домом, всего в нескольких десятках шагов от него, пролегала мощеная дорога. Широкая дорога, такая же, что идет на юг из Лаоэрта. И на противоположной стороне дороги Леган увидел женщину. Молодую и красивую, радостно машущую ему рукой. И тут же он вдруг оказался в городе, на небольшой улочке, зажатой с двух сторон высокими домами. Женщина шагнула ему навстречу, вышла на середину улицы, а из-за поворота с грохотом вылетела карета, запряженная четверкой лошадей.

Женщина испуганно оглянулась, в глазах ее мелькнул страх. Леган понял, что сейчас произойдет, закричал, хотел кинуться к ней, но ноги его были словно ватные. Он не смог ими даже пошевелить и только беспомощно смотрел на приближающийся экипаж, на пытающегося сдержать лошадей кучера, на женщину, пытавшуюся спастись. И Леган понял, что все это означает.

Видение задрожало и рассеялось. Вокруг Легана снова был ночной холодный лес. Леган посмотрел на спящего Инга — тот тяжело дышал во сне, губы его были плотно сжаты, на лбу поблескивали капельки пота.

— Инг! — Леган потряс приятеля за плечо.

— А? Что? — Инг мгновенно проснулся и сел, испуганно озираясь по сторонам. Вид у него был жалкий и растерянный. Он судорожно вздохнул, вытер лоб тыльной стороной ладони и с облегчением произнес:

— Фу, ты! Сон такой жуткий приснился! Я не кричал?

— Что тебе снилось? — спросил его Леган.

— Да так, — уклончиво ответил Инг. — Ерунда всякая.

— Карета? — Леган пристально посмотрел на Инга. Инг выдержал этот взгляд и утвердительно кивнул головой.

— Откуда ты знаешь? — спросил он.

— Видел, — коротко ответил Леган.

— Мой сон?

— Да.

— Понятно…

— Она была красивая, — сказал Леган. — Очень.

— Да, — подтвердил Инг, не отводя взгляда от Легана. — Она была очень красивая и очень хорошая. И во всей этой фразе меня огорчает только одно слово: «была».

— Зачем ты пошел со мной? — вдруг спросил Леган.

— Зачем? — переспросил Инг и уставился в костер неподвижным взглядом. — Зачем… А зачем теперь все вокруг? Зачем это все, если…

Он замолчал.

— Ты хочешь это как-то изменить?

— Да.

— Как?

— Мне говорили, — медленно произнес Инг, продолжая глядеть в костер, — что маги способны менять прошлое…

— Ты веришь в это?!

— Мне больше не во что верить, — прошептал Инг.

Они замолчали, задумчиво уставившись на пламя костра. Тишина ночного леса окружала их. Мысли обоих были далеко отсюда. Там, где под полуденным летним солнцем по городской мостовой грохотала карета.

Они не обращали внимания на то, что из-за кустов за ними давно уже следят две пары настороженных глаз. Ингу и Легану сейчас было не до этого — до крепости Сорот оставалось всего три дня пути. И каждый надеялся найти в конце этого пути облегчение своим страданиям.

9

Поношенные старые плащи, вдвое (если не втрое) старше своих хозяев; бородатые хмурые лица; обеспокоенные взгляды… Два человека лежали прямо на холодной земле, стараясь не шевелиться. Глаза их уставились туда, где меж деревьев светилось пламя костра. Двое бродяг, сидящих возле этого костра, были хорошо видны, и лежащие за кустами люди внимательно изучали их. Затем один из бородачей повернул голову и посмотрел на своего товарища.

«Я знаю его».

«Которого?»

«Темноволосого. Я был с ним когда-то знаком».

«Кто он?»

«Офицер».

«Офицер Ордена?!»

«Нет. Лейтенант гвардии, Леган Лариар».

«Это плохо. Ты думаешь, что он ищет тебя?»

«А что ему еще делать в лесу?! Наверняка здесь же поблизости и его дружок — Ленн Раллэн! Я о нем тебе рассказывал — верный пес Ордена и ненавистник магов!»

«Это очень плохо. Что будем делать?»

«Не знаю…»

Разговор этот происходил в полнейшей тишине. Ни один из собеседников не раскрыл рта, но оба они превосходно слышали и понимали друг друга.

«Мы сможем что-то сделать?»

«Ты имеешь в виду — убить их?»

«Да».

«Вряд ли. Я знаю, насколько хорошо Леган Лариар владеет шпагой. Нам с ними не справиться».

«Тогда, может быть…»

«Замри!»

Леган вдруг почувствовал на себе недобрый взгляд. Он повернул голову и уставился в чащу леса.

— Что? — Инг напрягся. Он хорошо помнил их встречу с разбойниками.

Леган молчал. Он подумал, что взгляд этот был хоть и недобрым, но немного испуганным. Словно человек, хотевший сделать что-то нехорошее, одновременно боялся своего еще не совершенного поступка.

Бородатые люди в кустах затаили дыхание.

«Он нас заметил!»

«Не может быть! Каким образом? Нас же не видно!»

«Сейчас я попытаюсь это узнать…»

Леган почувствовал, что взгляд на них был направлен из-за темнеющих неподалеку кустов. И тут же он ощутил, как кто-то хочет прочесть его мысли. Это чувство уже было знакомо ему. То же самое он испытывал на мосту, при встрече с Рэггином. С магом Рэггином…

Леган улыбнулся, хорошенько оформил свою фразу и мысленно произнес ее:

«Не бойтесь нас! Мы не хотим причинить вам зла!»

В кустах кто-то тихо ойкнул. Леган понял, что его мысль и для этих людей прозвучала достаточно громко.

«Что вам здесь надо?»

«Мы ищем Сорот».

«Зачем?»

«Это долго объяснять. Вы можете нам помочь?»

«Потише, Леган! Твои мысли, как грохот!»

Леган вздрогнул. Они его знают?!

Он только теперь вспомнил, что и среди офицеров Ордена были маги, состоящие на службе… А что, если…

Из темноты к ним вышли два бородатых человека в сильно поношенных плащах. Они опасливо приблизились к костру. Леган с Ингом поднялись на ноги.

Один из бородачей посмотрел в глаза Легану и протянул ему руку.

— Здравствуй, Леган, — проворчал он. — Вот уж кого не ожидал здесь увидеть, так это тебя.

Леган внимательно присмотрелся к ночному гостю и вдруг радостно улыбнулся. Он узнал этого человека.

— Здравствуй, Килл! Рад тебя видеть! — Леган пожал протянутую руку. — Присаживайся к костру. Это Килл Орравиан, — пояснил Леган, обращаясь к Ингу. — Мы с ним служили в одном полку, в Диирии.

— Я гляжу, здесь, в Криарском лесу, скоро соберется все офицерство! — проворчал Инг. — А среди офицеров встречаются обычные люди, не маги?

Леган усмехнулся. Килл и его товарищ опасливо поглядывали на Инга с Леганом.

— Что здесь понадобилось гвардейскому лейтенанту — или уже капитану? — недовольно спросил Килл.

— Я давно уже не лейтенант, — ответил Леган. — Меня разжаловали. После дознания Ордена.

— Разжаловали?! Тебя?! — изумился Килл. — После дознания? Можешь показать свою грудь?

— Там нет никаких меток, — вздохнул Леган.

— В этом я и хотел бы убедиться, — криво улыбнулся Килл.

Леган расстегнул куртку и рубашку и обнажил грудь. Килл прищурился, выискивая метку Ордена. Леган подумал, что теперь наличие метки его нисколько бы не обезопасило. Скорее, наоборот. Ведь маги наверняка опасаются шпионов Ордена.

— Да, метки нет, — подтвердил Килл. — Но это ничего не значит…

«А это значит что-нибудь?» — громко подумал Леган. Килл вздрогнул и сжал виски пальцами.

— Потише, Леган! — воскликнул он.

— Среди офицеров Ордена не так уж мало магов, которые могут проделать то же самое! — возразил товарищ Килла.

Леган наклонился к своей котомке, покопался там и выудил рог единорога.

— А это?

— Покажи! — загорелся Килл. — Я никогда его раньше не видел!

Леган отдал ему рог и с улыбкой наблюдал за тем, как маги восторженно разглядывают его со всех сторон. Точно так же рассматривает ребенок новую игрушку, о которой давно мечтал.

— Теплый… — прошептал Килл. — И светится…

Леган посмотрел на Инга. Тот не мог видеть свечение рога. И теплоты, исходящей от него, не ощущал совершенно. Поэтому разговор магов на него впечатления не производил. Инг молча смотрел на ночных гостей, саркастически кривя губы.

— С помощью этой кости можно сотворить Заклятие Силы! — пробормотал товарищ Килла. — И Заклятие Зеленого Неба! И тогда можно будет открыть дверь в иные времена! И уйти туда!

— Если успеешь, — заметил Килл.

— Да. — Товарищ его вздохнул и с видимым сожалением вернул рог Легану. Леган хотел было сказать, что дарит его магам, но потом подумал, что если они могут найти применение этой штуковине, то и он сам, Леган, сможет сделать это не хуже.

— Мы идем в Сорот, — сказал Леган. — Вы покажете нам путь?

— Может быть, ты все-таки скажешь мне, зачем тебе нужно в Сорот? — поинтересовался Килл.

— Я хочу научиться, — ответил Леган.

— Научиться… — задумчиво повторил Килл. — Научиться тому, чем ты никогда не сможешь воспользоваться… Научиться заклинаниям, которые ты не сможешь произнести, действиям, которые тебе будут недоступны…

— Я не совсем понимаю тебя, Килл, — нахмурился Леган.

— Неугасимый Маяк, — со вздохом пояснил Килл. — Если ты попытаешься…

— Маяк не может быть неуязвимым! — резко возразил ему Леган.

Килл пожал плечами.

— Может быть и так, — ответил он. — Но никому еще не удавалось это доказать, Леган. Никому!

— Ты живешь в Сороте? — спросил Леган.

— Да. Если ты решил стать магом, я готов передать тебе все, что уже знаю сам. Хотя знаю я очень немного…

— А может стать магом простой человек? — неожиданно спросил Инг. — Ну, тот, кто не имеет от рождения никаких особых способностей?

Килл внимательно посмотрел на Инга и осуждающе покачал головой.

— Тебе это нужно? — с жалостью спросил Килл.

— Да! — подтвердил Инг.

— Безумец…

— Еще какой!

10

— … Неужели ты ничего не можешь с этим поделать? — не скрывая своего раздражения, воскликнул Верховный магистр. — Неужели тебе это не под силу?! Что с тобой случилось? Ответь мне!..

Старший рыцарь Золлан Логгэн молчал, виновато опустив голову.

— Уже в четвертый раз! — продолжал возмущаться магистр. — В четвертый раз ты проваливаешь дознание! В четвертый раз ты не можешь с уверенностью сказать, кто перед тобой — человек или колдун!

— Маг, — робко поправил магистра Золлан.

— Перестань! — скривился магистр. — Мне нет дела до ваших колдовских регалий! Сами уж разбирайтесь, кто из вас маг, а кто колдун! А вот до чего мне есть дело, так это до соблюдения закона! Понял, Золлан?

Еще месяц назад Верховный магистр не позволил бы себе так разговаривать со старшим рыцарем Золланом Логгэном. Хотя бы потому, что этот колдун был ему нужен. Ему и Ордену. Кроме того, магистра всегда охватывала некоторая робость при виде этого странного и необычного человека — колдуна, не считавшего нужным скрывать свои способности и добровольно предложившего Ордену свои услуги. Самоуверенного и высокомерного старшего рыцаря, который запросто мог себе позволить любые высказывания. В том числе и в адрес самого магистра.

Но сегодня Золлан, можно сказать, совершенно самостоятельно полностью провалил дознание! Уже четвертое дознание. Он долго наблюдал за обвиняемым, и магистр уже ожидал услышать его мнение. Но Золлан вдруг опять заявил, что не может понять, кто перед ним. Причем заявление это было сделано в присутствии троих офицеров Ордена и, что хуже всего, самого обвиняемого! Возмущение которого невозможно было передать словами. А взгляд старшего рыцаря Золлана Логгэна при этом напомнил магистру взгляд загнанного в угол зверя — жалобный и полный отчаяния.

Уже после Золлан уверял магистра, что виной всему был тот самый лейтенант, проходивший дознание в начале осени. Дескать, он и правда был колдуном и ему удалось одурманить Золлана. А на вопрос магистра, какой же прок Ордену от колдуна, которого может одурманить любой обвиняемый, Золлан только тупо пожал плечами. И тогда магистр понял, что Золлан становится просто бесполезной обузой Ордену. И понял, что Золлан этот факт и сам прекрасно осознает. И Верховный магистр вдруг почувствовал превосходство над своим давним соратником (или соперником?), которого он порой даже опасался.

Старший рыцарь Золлан Логгэн всегда относился к магистру с долей некоторого пренебрежения и снисходительности. Он постоянно указывал магистру на то, что без его, Золлана, помощи ни одно дознание, проводимое в Лаоэрте, не увенчалось бы успехом. Как будто мало состояло на службе у Ордена Следящих других колдунов! Впрочем…

Да, теперь уже действительно мало! Но где же их брать-то?! Не объявления же на столбах развешивать! В каждом крупном городе Межгорья всегда находилось только по одному колдуну, носящему рыцарский плащ Ордена. Больше было не только не нужно, но и опасно! А теперь что?

Диирийский колдун — Оралл Дрегг — погиб этим летом; андиорский колдун был убит разбойниками, обосновавшимися в заброшенных шахтах у Андирских гор; колдун из Марда просто умер от старости — ему было уже девяносто два года; колдун из Листа бесследно исчез средь бела дня — вышел из дома в трактир и пропал, как в воду канул! А о колдунах из городов Коге, Хотор и Касг и вспоминать не хотелось. Они просто-напросто сошли с ума! Заявили, что в мир явился какой-то невиданный маг небывалых способностей — чуть ли не сама Бессмертная Йорка! И теперь они намерены оставить службу в Ордене и уйти в отставку!

Надо же было такое придумать? «Уйти в отставку»! Как будто Орден мог принять отставку от колдуна! Естественно, их повесили. Всех троих. Сумасшедший колдун, знающий самые сокровенные тайны Ордена Следящих, не мог рассчитывать так просто оставить службу! А эта троица и впрямь была сумасшедшей. А вот теперь еще — Золлан! Сидит дома, в Магистратуре даже и не появляется, болтает всякий вздор и — самое главное — совершенно не способен стал выполнить любое поручение Ордена! Может быть, он тоже сошел с ума?!

Магистр нахмурился и посмотрел на скорчившегося на стуле старшего рыцаря. Внезапно ему в голову пришло, что во всем Межгорье только в Сарианисе и Хадре еще остались колдуны, состоящие на службе у Ордена. Все остальные отряды Ордена, расположенные в других городах, остались без колдунов. И выглядело все это так, словно какая-то неумолимая колдовская сила устраняла всех, кто способен был ей помешать…

Нет! Настолько сильный колдун не может появиться в Межгорье! Думать так — это и впрямь сумасшествие!

Или нет?!

— Слушай, Золлан, — спросил магистр, — ты хорошо помнишь того лейтенанта?

— Леган Лариар, — сразу же ответил Золлан, не поднимая головы.

— Да. Он самый, — подтвердил магистр. — Ты точно уверен, что он был колдуном?

Золлан молчал.

— Ты слышишь меня? — повысил голос магистр.

— Есть Сила. — Золлан вдруг забормотал замогильным голосом, словно пребывая в трансе. — И Сила эта у Великого Мага, у того, кто выше Света и Тьмы… Вся Сила всех миров и времен в руках его… И имя ему…

Золлан замолк.

— Что ты несешь? — возмутился магистр, начиная терять терпение.

— Завещание Синака… — пробормотал Золлан. — Это такая книга…

— Какая еще книга?! — Тон магистра стал ледяным. — Ты что, с ума сошел?!

Золлан продолжал молчать.

— Я хотел спросить тебя о том лейтенанте, — задумчиво говорил магистр. — Если ты утверждаешь, что он является причиной всех твоих бед, то не можешь ли ты определить, где именно он сейчас находится?

— У меня не получается, — прошептал Золлан.

— Что значит, не получается?! — нахмурился магистр.

— Не получается, и все! — Золлан поднял голову. В глазах его магистр с изумлением увидел выражение ненависти. — Если бы я мог, я бы уничтожил этого лейтенанта! Но я не могу… И никто не сможет…

— А мне кажется, — язвительно усмехнулся магистр, — что ты просто не хочешь этого делать! Мне кажется, что ты сознательно мешаешь нам, Золлан! Препятствуете расследованиям Ордена Следящих, господин старший рыцарь!

Золлан молчал.

— Сегодня вечером состоится еще одно дознание, — заявил магистр. — И если и тут вы не сможете оказать услугу Ордену, господин старший рыцарь, то я вынужден буду поставить вопрос о вашем пребывании в рядах офицеров! Подумайте об этом, господин старший рыцарь! Хорошенько подумайте!

Верховный магистр вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь. Золлан Логгэн обреченно вздохнул. «Если опять не сможете оказать услугу!» Значит, это конец! Вопрос о пребывании в Ордене мага может быть решен только двумя способами — служба или смерть. А служить Логгэн уже не может. И все из-за этого проклятого мальчишки!

Тогда, на дознании, Логгэн, как он это обычно делал, проник в сознание Легана Лариара. Он должен был увидеть либо бестолково копошащиеся полупрозрачные шарики мыслей обвиняемого, либо яркую радугу эмоций, говорящую о том, что перед тобой маг. Обычные люди не излучали таких красок, мысли их были всегда прозрачные. Изредка могла вспыхнуть цветная искорка — как правило, красного, желтого или оранжевого цвета, — когда человек слишком уж сильно переживал или радовался. А у магов все эти шарики мыслей, вьющиеся вокруг головы своего обладателя, были расцвечены всеми цветами радуги. Они ярко переливались, вспыхивали и, самое главное, излучали хорошо ощутимое тепло. Теплота струилась от них во всех направлениях, согревая каждого, кто способен был ее воспринять. У Легана Лариара все было не так.

Золлана поразило ослепительное серебристое свечение. Даже не свечение — сверкание и блеск, ослепляющий непривычный глаз! Словно серебристо-золотой пожар полыхал перед ним! Никаких цветов, никаких вспышек — только ровное и мощное сияние. И еще Золлан не почувствовал тепла — сильный холод потоком исходил от этого лейтенанта. Золлану даже на миг показалось, что в комнате запахло снегом, словно в разгаре зимы. А потом…

Потом старший рыцарь Золлан Логгэн вдруг понял, что этот лейтенант спокойно читает его мысли! После секундной растерянности Золлан поставил перед ним заслон, выглядевший как массивные окованные железом ворота, пробиться через которые никому и никогда не удавалось. Но лейтенант спокойно прошел сквозь них, даже и не заметив преграды! Ворота раскололись, разлетелись в стороны и вонзились в сознание Золлана острыми занозами. Тогда-то старший рыцарь в первый раз и испугался по-настоящему. Он понял, что против него выступает маг невиданной силы. А это значит, что сейчас в них ударят молнии Маяка!

Но ничего такого почему-то не произошло. Золлан облегченно перевел дыхание и уже собирался объявить Легана Лариара колдуном, как вдруг тот что-то сделал. Золлан так до сих пор и не понял, что именно и, самое главное, как?!

Это выглядело, словно большая белая кисея проникла в сознание и запуталась в мыслях Золлана. Словно белый туман окутал его со всех сторон. И в этом тумане вдруг мрачно замерцали темно-синим светом большие буквы, мгновенно сложившиеся в слова:

«Этого не будет!»

И слова эти парализовали волю старшего рыцаря. Он уже ничего не мог сделать из того, что собирался. Он понял вдруг, что сейчас бессилен, и решил отложить свой план на более позднее время. Но и потом у него ничего не получилось. Леган так и остался для магистра «не колдуном». И не только один Леган.

Теперь едва Золлан собирался проникнуть в мысли очередного обвиняемого, как перед его взором раскидывалось молочно-белое поле тумана, где медленно покачивались большие чернильно-синие слова, лишавшие старшего рыцаря воли и магических способностей.

Золлан подумал, что мог бы воспользоваться каким-нибудь сильным заклинанием. Но это было крайне опасно и неразумно — Неугасимый Маяк не стал бы его щадить. А ведь если бы не Маяк…

Золлан давно уже считал, что все беды проистекают исключительно из самого существования Неугасимого Маяка. И одна из этих бед — Орден Следящих. Который поставил своей задачей сохранение безопасности населения, могущего пострадать от карающих молний. Если бы не было Маяка, не было бы и молний, подумал Золлан. И любой маг смог бы жить спокойно, не скрывая своих способностей, как это было лет двести тому назад. Но сейчас…

Сейчас быть магом — значит быть преступником.

Золлан с ненавистью глянул в окно. Неугасимый Маяк отсюда не был виден, но Золлан просто кожей чувствовал его присутствие. Проклятье Межгорья! Неизлечимая болезнь! От которой теперь должен страдать и сам Золлан…

Выхода у него нет. Вечером состоится очередное дознание. Которое он конечно же провалит. А потом…

Потом его самого казнят. Впрочем…

Он же может в момент казни совершить нечто такое, чтобы привлечь к себе карающие молнии! Интересно, почему остальные маги не делали этого?! Наверное, они либо были поражены страхом, либо не смогли еще достаточно развить своих способностей. Но Золлан вполне готов к тому, чтобы спалить самого себя вместе со своими палачами — бывшими сослуживцами! Да и вообще — зачем же ждать казни?!

Золлан кинулся к шкафу и извлек оттуда толстенную книгу. Положив ее на стол, Золлан торопливо перелистал страницы и нашел необходимое заклинание. Ему хотелось перед смертью увидеть своего ненавистного врага — лейтенанта Легана Лариара. А может быть, Золлан успеет даже отомстить ему за все, что тот с ним сотворил.

В голове у Золлана мелькнула сумасшедшая мысль, что вдруг Неугасимый Маяк пощадит его, старшего рыцаря Золлана Логгэна. Но надеяться на это не стоит.

Золлан решительно произнес заклинание, и над столом возникло овальное зеркало, неподвижно зависшее в воздухе прямо напротив его лица. Золлан увидел темный лес, замерзающие деревья и четверых бредущих по лесу людей. И в одном из них Золлан узнал того, кого так люто ненавидел. Вот он! В лесу! Теперь ему уже не уйти!

Золлан мгновенно забыл о том, что собирался расквитаться с Леганом при помощи магии. Повинуясь въевшейся в кровь привычке, он вскочил со стула и кинулся к дверям. Он торопился сообщить Верховному магистру о том, что бывший лейтенант Леган Лариар сейчас находится в Криарском лесу и идет на восток. Может быть, Верховный магистр еще не успел уехать к себе в магистратуру! Может быть, он еще здесь! Надо поторопиться! Но сделать этого старший рыцарь уже не успел. Неугасимый Маяк зорко следил за всеми проявлениями магии.

Дом, в котором жил Золлан Логгэн, принадлежал ему одному. Высокая резная ограда, окружающая дом, не позволяла приблизиться к его стенам случайным прохожим. Именно поэтому никто из них и не пострадал.

Карающие молнии ударили в высокую, украшенную причудливыми изображениями крышу дома; раздробили камень, подожгли дерево, расплавили стекло; стены дома дрогнули под этим огненным напором, покачнулись и медленно начали оседать, поднимая в холодном воздухе тучи пыли. Громадные камни с оглушительным грохотом устремились вниз, давя и уничтожая все живое. В несколько минут одно из самых древних и красивейших зданий Лаоэрта, расположенное неподалеку от городской стены, перестало существовать, похоронив под своими обломками старшего рыцаря Ордена Следящих, мага Золлана Логгэна.

11

— …Я стал замечать, что мысли людей перестали быть для меня тайной, — рассказывал Килл Орравиан, пока они пробирались по одному ему ведомым тропинкам. Леган шел рядом, с интересом слушая его историю. Инг с Гэссаром — бородатым товарищем Килла немного поотстали и вполголоса вели какой-то спор. Кажется, Гэссар уверял Инга, что тот сошел с ума, если решил добровольно стать магом. А Инг, кажется, не очень-то и возражал против этого…

Килл, рассказывая о своих приключениях, все время хмурился. Словно воспоминания вызывали у него неприятные чувства.

— Это очень необычно, когда вдруг начинаешь понимать, о чем думают другие, — говорил Килл. — Все время хочется как-нибудь убедиться в том, что ты не ошибаешься и это все не является плодом твоего воображения. Но спросить об этом, разумеется, нельзя — сразу же окажешься на заметке у Ордена. Но нужно же как-то проверить, что это не бред! Хотя бы для того, чтобы не сойти с ума! И тогда я стал поменьше говорить и побольше слушать. Просто слушать, о чем думают прохожие, а потом всяческими способами старался выяснить, не показалось ли мне это? И однажды я вдруг услышал о старом лабиринте.

— О каком лабиринте?! — удивился Леган.

— Он находится в развалинах возле города, — пояснил Килл. — Ну, ты знаешь — городская свалка! Так вот, под ней, оказывается, есть лабиринт! И о нем никто не знает! В этом лабиринте происходят очень странные и удивительные вещи. Но еще более удивительно то, от кого я услышал эти мысли! Как ты думаешь, Леган, от кого? От старшего рыцаря Ордена Следящих! От Оралла Дрегта!

— От Дрегга?!

— Да! И он, мне кажется, успел почувствовать, что я пролез в его мысли! Он так на меня посмотрел! Бр-р-р! — Килл передернул плечами. То ли от воспоминания, то ли от холода.

— На следующий же день я отправился на свалку, — продолжал Килл, — нашел вход в лабиринт и спустился туда. Темно, сыро и воняет — похуже, чем на самой свалке. Я боялся заблудиться там, поэтому запасся большим количеством факелов. Долго я бродил по этому подземелью. Пока не попал в огромную пещеру, в центре которой скопилась вода, образовав этакое подземное озеро. Там-то я и нашел колдовскую книгу.

— В озере?! — не понял Леган.

— Да нет же! — досадливо поморщился Килл. — В этой пещере я обнаружил дверь, прикрывавшую вход в небольшую комнату. Там была огромная куча книг — целые стопки, возвышавшиеся почти до потолка! Такое впечатление, что кто-то их там специально собрал. Вот только вопрос — для чего собрал?

— И кто именно… — задумчиво пробормотал Леган.

— Кто именно — я вскоре понял, — усмехнулся Килл. — Оралл Дрегг — вот кто!

— Я так и подумал, — кивнул Леган.

— Да! — подтвердил Килл. — И вскоре он заявился туда собственной персоной! Я услышал его шаги еще до того, как он оказался в этой подземной пещере. Мне не хотелось, чтобы меня там обнаружили, поэтому я быстренько схватил первую попавшуюся под руку книгу и окунул факел в озеро, чтобы его свет не выдавал меня. А затем я спрятался в одном из боковых коридоров, которых в этой пещере было множество. Дрегг, как и я, освещал себе путь факелом, и мне хорошо было видно, что в руках он держит еще одну книгу. Ее он оставил в комнате, а взамен унес другую. Когда он покинул пещеру, я взял еще несколько книг — в том числе и ту, что принес туда Дрегг — и отправился обратно. Но не тут-то было!

— Что ты хочешь сказать? — не понял Леган.

— А то, что я заблудился! — воскликнул Килл. — Я не мог заблудиться — на каждом повороте я оставлял небольшие метки, которые должны были позволить мне найти дорогу назад! Но эти мои метки каким-то непонятным образом переместились, и я потерялся в лабиринте, словно маленький ребенок! А потом я увидел людей!

— Людей?! — Леган даже замедлил шаг. Он подумал, что Килл сейчас расскажет о тайной обители магов, скрывающейся под самым боком у Ордена, рядом с городом, в этом таинственном лабиринте.

— Да, людей! — подтвердил Килл. — Я вошел в какой-то коридор, и вдруг передо мной оказалось что-то, напоминающее тончайшее прозрачное стекло. Сам пойми — я был напуган тем, что не найду дороги назад, и шел довольно быстро. И конечно же налетел на эту преграду со всего размаху! Но она не разбилась, Леган!

— Ты же говоришь, это было стекло! — напомнил Леган.

— Нет, — возразил Килл. — Это было похоже на стекло! Но оно прогнулось, словно тонкая ткань, обволокло меня и мигом пропало с глаз! И тогда я увидел людей. Их было двое — мужчина и молодая девчонка. В руках у мужчины был меч — ну, знаешь, как у древних рыцарей. Левой рукой он тащил за собой девчонку, которая держала в руках факел. Они убегали от какой-то неведомой опасности — это было понятно по испуганному выражению их лиц. А потом я увидел и саму опасность. Знаешь, что это было?

— Ну?

— Змея! Огромная змея золотистого цвета! Она преследовала их по пятам! И представь себе, все они неслись прямо на меня! Я просто замер, пораженный страхом! И люди… Они даже не заметили меня! Пробежали сквозь меня! Словно я был призраком!

— Скорее всего, они сами были призраками, — заметил Леган. — А змея?

— Та же самая история, — ответил Килл. — Я прижался к стене, чтобы пропустить ее, и змея меня не заметила. Но когда она проползала мимо, я вытянул руку, чтобы прикоснуться к ней. И рука моя прошла сквозь змеиное тело, не встретив никакого сопротивления!

— Да-а-а!.. — протянул Леган. — Вот это приключение! Интересно, догнала ли змея свою добычу?

— Не знаю, — покачал головой Килл. — Мне было не до этого! Я все еще хорошо помню, как выглядели эти удирающие от нее люди!

— Ты их когда-нибудь раньше уже видел? — вдруг спросил Леган. В душе его шевельнулось какое-то непонятное чувство.

— Нет, — ответил Килл. — Они выглядели, как… как… — Он запнулся, подбирая нужные слова. А Леган вдруг отчетливо увидел в мыслях Килла всю описанную им картину!

Он увидел обоих людей, про которых рассказывал Килл, увидел, как они бегут сломя голову по узкому темному подземному туннелю… И тут Леган узнал этого мужчину!

Карие глаза под нахмуренными бровями, темные длинные волосы, стянутые на затылке кожаной ленточкой, небольшая бородка… Леган уже видел этого человека! И он даже вспомнил, где именно!

Карающие молнии!

Да, когда они после колдовства Легана с серебряной монетой чуть не убили их с Ингом возле старых рудников в Андирских горах. Тогда-то Леган и видел это лицо! В свете молний, одновременно с лицом женщины, которая позднее явилась ему в видениях о старой крепости… Гдан, кажется?..

Интересно, что это за люди? Почему их лица постоянно преследуют Легана? И ведь видеть их он начал после того, как вполне осознанно совершил то магическое воздействие над монетой!

От этих мыслей Легана отвлекли слова Килла, который продолжал свой рассказ. Леган прослушал изрядный кусок повествования, но переспрашивать Килла не стал. Потому что тот уже рассказывал, как он едва не потерял похищенные им книги.

— А что это были за книги? — с интересом спросил Леган.

— Всего мне удалось унести четыре штуки. Все они были рукописные и поэтому очень громоздкие и неудобные. И рассмотрел я свою добычу только дома. Это были магические книги, Леган! Особенно меня поразила одна — «Завещание Синака».

— Кого?!

— Синака, — повторил Килл. — Это один из самых первых магов, появившихся в Межгорье. Он жил больше пятисот лет назад! Многие маги учились искусству по его книгам. И я — тоже! — с гордостью заявил Килл.

— Ты ее сохранил? — с трепетом спросил Леган. — Эта книга еще у тебя?

— Да! Мне удалось ее спасти! Сейчас она находится в замке Сорот. Вообще, замок Сорот — единственное место, где остались маги! Не знаю, как там за горами обстоят дела, но в Межгорье больше нигде нет магов. Так что выбор ты сделал правильный, Леган! Сорот — единственное место, где маг может чувствовать себя в безопасности и хоть чему-нибудь научиться!

— А как ты сам попал в Сорот? — поинтересовался Леган. — И, кстати говоря, что случилось с твоим домом?

— Карающие молнии, — хмуро ответил Килл. — Я пытался изучить магию самостоятельно и достиг в этом определенных успехов. Естественно, что Неугасимый Маяк не смог оставить это безнаказанным! Вот и…

— Как тебе удалось выжить?

— Я был в этот момент в подвале, — пояснил Килл. — Когда разразился весь этот ужас, стены подвала начали трястись! Я подумал, что мне конец! Но вскоре все утихло. Я забрал с собой все, что мог — в основном похищенные мной у Дрегга книги, — и покинул город. Стража на воротах еще не знала, кто был виновником случившегося, и мне удалось благополучно выйти из Диирия.

— А как ты узнал, что нужно идти в Сорот?

— На городском рынке в Хадре я встретился с Гэссаром. — Килл кивнул в сторону своего спутника. — Он-то и предложил мне отправиться в Сорот. Гэссар сразу же понял, что я маг, хотя и слабый. А уже в Сороте я научился всему тому, что знаю теперь!..

Научился, подумал Леган. Килл Орравиан научился. Значит, и я смогу! И тогда, может быть…

Леган вспомнил всех своих старых знакомых, всех офицеров, с которыми служил в Лаоэрте. Он вспомнил Верховного магистра, его пронзительный взгляд. Вспомнил Гэртана Гаррэта. Вспомнил, с каким спокойствием (и даже интересом!) многие наблюдали за казнями магов, происходящими на площади.

Вы хотели видеть меня магом, подумал Леган. Вы очень хотели этого? Хорошо, я постараюсь вас не разочаровать! И — берегитесь! Потому что я буду очень стараться!

Очень!

Часть четвертая. МАГ

…Простые люди по недомыслию своему делят магов на злых и добрых. И не задумываются над тем, что злыми или добрыми бывают только дела. И маги просто творят эти дела — добрые или злые. Если ты решил творить Зло, то ты служишь Тьме. Если ты решил творить Добро, то ты служишь Свету. Если же ты решил не служить, а быть хозяином, то я готов стать перед тобой на колени. Ибо ты уже не раб, но Господин! И тебе уже станут служить и Тьма, и Свет. Ты же сам уже служишь Тому, Что Выше Всего!

Из книги «Свет и Тьма, и То, Что Выше Их»

1

Замок Сорот был расположен чуть ли не в самом центре Криарского леса, раскинувшегося ныне от реки Сиузиар до восточных склонов Сиузских гор. Когда-то здесь, на Криаре, протекающей через весь обширный лес реке, стояла крепость Сорот. И не она одна. Давным-давно вдоль Криара было построено несколько крепостей. Построено не людьми, а обитателями чужого и враждебного мира, пришедшими, чтобы огнем и мечом захватить эту землю. Люди называли их инксами. И все крепости, когда-то гордо и мрачно возвышавшиеся среди стволов древних деревьев, были построены инксами.

Да что там крепости! Сама столица Межгорья — Лаоэрт — была построена ими! Этот город возник на месте небольшого заброшенного поселочка возле Андирских гор и на долгое время стал символом беды и несчастий для жителей Межгорья.

Но потом пришельцы были изгнаны, крепости опустели. В крепостях, расположенных на равнинах, поселились люди и постепенно превратили их в города. И теперь уже мало кто помнил, что названия Диирия, Сарианиса, Хадра и других городов вызывали когда-то дрожь ненависти и страха у степных кочевников. Иная судьба была у крепостей, расположенных в Криарском лесу. Балгл, Крир, Сорот и Сиуз постепенно ветшали без людского надзора. Мало кого из людей прельщали эти мрачные цитадели, расположенные вдоль западного берега лесной реки. Разве что магов…

Некоторые крепости стали их обителями. Крепость Крир, например, когда-то была самой известной из них. Там селилось множество магов, и лес вокруг крепости не позволял забыть их магической деятельности. Его наполняли различные существа, не имеющие ничего общего с этим миром; дивные растения, поражавшие воображение редкого отважного путника; странные звуки и запахи. В то время Криарский лес был далеко не безопасным местом для обычных людей. Многие сгинули здесь бесследно, не оставив памяти о себе. Для надежного сообщения между Межгорьем и Закриарьем — провинцией Межгорья была проложена дорога, проходившая в южной оконечности Криарского леса и хорошо охранявшаяся войсками от нежеланных лесных гостей. К самим же крепостям солдаты, да и простые путники тоже, старались близко не подходить. Даже к сравнительно безопасной крепости Сиуз, не говоря уже о Крире, ставшем для многих людей страшной сказкой. Но столь крупное скопление магов в одном месте принесло крепости Крир скорую гибель. Неугасимый Маяк разрушил ее до основания в одну ночь своими карающими молниями, похоронив под обломками крепости несколько десятков магов и устроив небывалый пожар в Криарском лесу, полыхавший несколько дней. Теперь вряд ли кто-нибудь смог бы отыскать то место, где когда-то был расположен Крир.

Крепости Сорот повезло немного больше. Наверное потому, что в этой крепости с самого первого дня поселился один из древнейших магов Межгорья — Великий Синак, основоположник межгорской магии, неутомимый и отважный путешественник по иным мирам и временам. И крепость служила чем-то вроде лесного магического университета, куда начинающие маги всегда обращались за помощью. Давно уже не было на свете Синака и его учеников, но еще очень долгое время в Сороте всегда находились один-два старых и умудренных опытом мага, которые помогали молодым наладить тихую неспешную жизнь хранителей Знания. И это спасло Сорот от карающих молний. А когда стало окончательно ясно, что в Межгорье магам больше не быть, то оставшиеся мастера этого ремесла потянулись именно в Сорот — спасать свою жизнь. И здесь они нашли для себя относительный покой и столь же относительную безопасность. Ибо через пять-шесть десятков лет после того, как небо над островом Талод озарилось светом Неугасимого Маяка, для каждого человека слово «маг» стало синонимом несчастья. А теперь уже магами даже пугали маленьких детей. Хотя самих магов-то осталось в Межгорье — кот наплакал. Слишком уж ретиво выполняли свои обязанности офицеры Ордена Следящих. И мало кому из счастливчиков, волею судьбы награжденных магическим даром, удавалось добраться до спасительных стен Сорота прежде, чем до них самих добирались карающие молнии либо офицеры Ордена. Одним из таких счастливчиков и оказался Леган Лариар.

Крепость Сорот занимала довольно значительную по площади территорию. Инксийские строители, возводя ее, намеревались сдерживать закриарские войска, доставлявшие немало беспокойства инксам. Высокие стены подступали чуть ли не вплотную к крутому берегу Криара. Из узких бойниц меткие инксийские стрелки отправили на тот свет не одного закриарского воина, пытавшегося перейти реку. Но вот уже много десятилетий, как воды Криара подмыли крутой берег, стены крепости рухнули и не оставили о себе никакой памяти. Лесная трава буйно разрослась меж каменных плит, которыми была вымощена территория крепости. Обрушились от времени внутренние постройки — конюшни, казармы. От всей цитадели, наводившей когда-то ужас на лесных охотников, остался только лишь замок, который его обитатели продолжали именовать — по названию бывшей крепости — Соротом.

Несмотря на то что в замке было очень много магов, офицеры Ордена полностью игнорировали его существование. Либо они просто не знали об этом (что было маловероятно), либо магистры считали, что рано или поздно кто-то из обитателей Сорота навлечет на себя гнев Неугасимого Маяка и проблема разрешится сама собой, без участия Ордена. А поскольку Сорот находился далеко от населенных пунктов, то тревоги за последствия у магистров не возникало. Мирные жители в любом случае не пострадают, а что касается магов — это их личное дело! Орден не собирался заботиться и о сохранении самого замка — чем меньше в Межгорье останется мест, где колдуны будут чувствовать себя в безопасности, тем лучше.

Оказавшись в Сороте, Леган с трепетом ступил в большой и когда-то роскошный зал замка и вслед за молчаливым бородатым магом робко проследовал в отведенную ему комнату в правом крыле здания. Его душа ликовала. Еще бы! Теперь он станет настоящим магом! И тогда он сможет…

Однако Леган хорошо понимал, что ничего-то он толком и не сможет! Мало ли, что вокруг него полно сведущих и мудрых людей и толстенных книг? Что толку во всех магических знаниях, если невозможно применить их на практике?

Оплот магических сил!.. Леган не раз усмехался про себя, вспоминая эти слова Килла Орравиана. Довольно странный оплот, надо сказать… Первое, с чем познакомился Леган в Сороте, была куча всевозможных запретов. Запретов на те или иные магические действия. А точнее сказать — почти на все действия!

В замке обитало несколько десятков магов самых разных возрастов. Кого здесь только не было — бывшие пастухи и ремесленники, офицеры и трактирщики, солдаты и моряки. И во всем замке почему-то не было ни одной женщины. То ли они реже оказывались, как здесь говорили, «избранными»; то ли у них лучше получалось скрывать свои таланты; а может быть, их просто гораздо быстрее обнаруживали офицеры Ордена. Население замка представляло собой довольно крупную и непрестанно пополняющуюся общину. Все эти люди очень дорожили своей жизнью. Поэтому хоть они и обладали многими знаниями, но почти ничего не применяли в повседневной жизни. Да и в экстренных случаях — тоже. Маги просто тряслись от страха перед карающими молниями. И даже малейший намек на то, что им может понадобиться применить свою магию, повергал их в страх. Леган совершенно не понимал, какой им самим прок от знаний, если они не решаются ими воспользоваться? Он даже пытался переубедить этих бородатых магов, испуганно таращившихся на него. Но у Легана ничего не вышло. И хочешь не хочешь, а пришлось ему выполнять все запреты приютивших его обитателей Сорота. А запретов этих было не так уж и мало.

Магам запрещалось произносить заклинания. Любые! Это могло привлечь карающие молнии. Любой из магов способен был бы, прочтя определенное заклинание, совершить самое настоящее чудо. Он мог взлететь, стать невидимым, в один миг перенестись на самый край света, превратить воду в вино, а камень в хлеб… Но они предпочитали ходить пешком, подниматься по лестницам и копаться в огороде, расположенном возле стен замка.

Магам запрещалось перемещать предметы. Неважно, какие именно. Для подобных целей, как впоследствии выяснил Леган, даже и заклинания-то было не нужно. Но это действие тоже могло повлечь за собой неприятности от Неугасимого Маяка.

Магам не разрешалось вмешиваться в жизнь других людей. Неважно, с какими целями. Они не могли изменить не только судьбу человека, но даже вылечить его от какой-нибудь пустячной болезни, вроде насморка! То есть могли, конечно же, но не делали этого. Из-за страха перед Маяком.

Единственное, что могли позволить себе несчастные маги, это чтение мыслей. Да и то лишь у тех людей, которых они в этот момент видели. Хотя при небольшом усилии они были способны прочесть мысли любого человека, находящегося как угодно далеко от них. Но…

Неугасимый Маяк!..

Леган постепенно начинал чувствовать, что эти слова — Неугасимый Маяк — вызывают в нем уже не чувство протеста, а самую настоящую ненависть. Что же это такое?! Он не может даже увидеть Теллину! Хотя для этого и нужно-то всего — создать Водяное Зеркало и произнести одно простенькое заклинание!

Но выбора у Легана все равно не было и он покорно принял все эти неписаные законы, так свято соблюдавшиеся остальными. Единственное утешение он находил теперь в изучении различных магических хитростей. Чем, кстати говоря, только и занимались все остальные обитатели Сорота. Благо книг было в замке предостаточно.

К первому снегу, укутавшему Криарский лес белым покрывалом, Леган уже знал немало для того, чтобы стать очень осторожным. Он понимал, что любое простенькое заклинание, любое проявление его магических сил может повлечь за собой гибель и его самого, и всей остальной общины. Леган порой стал ловить себя на мысли, что начинает думать так же, как и большинство здешних магов. Сами же маги, словно почувствовав опасность, начали сторониться Легана. Единственные, с кем он продолжал общаться, были Килл Орравиан, конечно же Инг Риввэ и Гэссар Гэллемер — хранитель подобия маленького музея в Сороте, тот самый бородач, который присутствовал при первой встрече Легана с Киллом.

У Легана сложилось впечатление, что Гэссар относительно жизни общины магов придерживается того же мнения, что и сам Леган. Он тоже тяготился своим пребыванием здесь. И тоже, видимо, желал бы лучшей доли для себя. Леган это понял, когда Гэссар показывал ему некоторые магические диковины (среди которых, кстати говоря, находился теперь и рог единорога, принадлежавший Легану). Это были какие-то таинственно мерцающие кристаллы очень необычной формы; хрустальные шары, излучавшие то холод, то тепло; черепа дивных и странных существ, которые Гэссар находил в лесу. Леган с интересом слушал захватывающие рассказы Гэссара о том, какое чудо можно сотворить с помощью того или иного предмета, и ему становилось завидно. Он завидовал магам, жившим прежде него, до появления Неугасимого Маяка. Теперешние маги представлялись Легану лишь жалким подобием былого величия межгорского волшебства и чародейства. Они только читали старые книги, обсуждали прочитанное, спорили между собой на какие-то отвлеченные или философские темы.

Леган, правда, и сам читал с утра до вечера. Но он преследовал совершенно иные цели, нежели они. Леган искал в книгах то, что помогло бы ему обезопасить и себя, и остальных магов от молний Маяка. Леган считал, что такое вполне возможно. И так считать он стал после того, как рассказал Гэссару о том, как послал свои мысли Золлану Логгэну.

Гэссар внимательно выслушал его и заявил, что такого просто не может быть. Подобное магическое воздействие неизбежно должно было повлечь за собой карающие молнии. И хотя Леган горячо уверял его, что это все случилось на самом деле, Гэссар, кажется, так ему и не поверил. Более того, он настолько убедительно утверждал, что этого не могло быть, что Леган порой и сам начинал сомневаться, проделывал ли он подобное?

Что же касается того, что только в Сороте маги чувствовали себя в полной безопасности, то вскоре Леган убедился, что безопасность эта тоже была весьма и весьма относительной. Дело в том, что довольно часто в замок наведывались банды лесных разбойников. В первый раз Леган был просто поражен, с каким смирением их встречают обитатели замка. Но потом он понял, что ни наказать разбойников, ни даже отвести их путь от замка с помощью магии жители Сорота просто не решаются. Разбойники же чувствовали себя здесь в полнейшей безопасности. Они бесцеремонно вваливались в замок, занимали любые комнаты, ели, пили, спали два-три дня, потом вновь уходили в лес.

Вообще в Сороте многое не нравилось Легану. И не ему одному — Инг Риввэ тоже был не в восторге от здешних порядков. Кроме того, очень скоро он понял, что его заветная мечта не сможет осуществиться. По одной простой причине — у Инга не было способностей к магии. Поэтому Инг полностью отдался своему любимому занятию — изучению старых документов и книг, которых в замке было предостаточно. По вечерам Инг с Леганом часто засиживались допоздна. Вернее, говорил Инг, а Леган слушал и задавал вопросы.

— Вот ты говоришь, что хотел бы победить Неугасимый Маяк, — как-то сказал Инг. — А знаешь, что я вычитал? Что Маяк этот был создан самими Бессмертными Богами!

— Я тоже об этом слышал, — согласился Леган. — Ну и что?!

— Да я вот все думаю, — пробормотал Инг. — Если Бессмертная Богиня на самом деле была волшебницей… Представляешь, сколько она всего знала? И ты сможешь с ней справиться?

— Не знаю, — пожал плечами Леган. — А сам Бессмертный Бог? Он тоже был магом?

— Нет, — отрицательно покачал головой Инг. — Ты удивишься, но он терпеть не мог магов!

— Почему-то я не удивлен! — усмехнулся Леган. — Это вполне в характере Неугасимого Маяка — нетерпимость к магам!

— Но подумай вот над чем, Леган, — понизил голос Инг. — Если ты собираешься выступить против Маяка, то не будет ли это то же самое, что выступить против самих Бессмертных Богов?

— Почему?!

— Ведь Маяк создан по их воле, — пояснил Инг.

— Создан… — проворчал Леган. — Интересно, каким образом?..

— О-о-о! — Глаза у Инга живо загорелись. — Это я уже знаю! Рассказать?

— Ну, расскажи, — согласился Леган.

— Был в Межгорье злой маг, — начал Инг. — И он обосновался на острове Талод. А задумал этот маг сделать так, чтобы в Межгорье не осталось иных магов, кроме него самого…

— Погоди, погоди! — остановил друга Леган. — Ты что, сказку мне пересказываешь?! Это же «Неугасимый Маяк» Ларки Лариары! Да я ее наизусть знаю!

— Точно! — подтвердил Инг. — Так и есть! Книга Ларки Лариары! «Неугасимый Маяк»! Только почему ты считаешь, что это сказка? — Инг хитро прищурился.

— Как это — почему?! — удивился Леган. — Потому что это действительно сказка! Да так и на обложке написано: «Сказки Ларки Лариары»! Что ты мне голову морочишь?

— Написано, говоришь? — переспросил Инг и вдруг поднялся с места. — Ну-ка пойдем!

— Куда?

— Ко мне в комнату, — пояснил Инг.

— Зачем?!

— Увидишь! — коротко ответил Инг, увлекая Ле-гана за собой.

Оказавшись в своей комнате, Инг подтащил Легана к столу, на котором лежала толстая книга. Инг раскрыл ее и повелительно произнес:

— Прочти-ка!

— «Жил на острове Талод злой чародей», — начал было Леган и тут же остановился. — Ну и что?! Читал я это уже! Знаешь сколько раз?

— Это и есть «Неугасимый Маяк»? — осторожно спросил его Инг.

— Конечно! — Леган закрыл книгу и указал на обложку. — Сам не видишь, что ли? Прочти, что здесь написано!

— Я уже прочел, — тихо сказал Инг. — Теперь ты сам прочти…

— Книга Ларки Лариары, «Неугасимый Маяк», — нахмурившись, прочитал Леган. — Погоди-ка… — Он удивленно посмотрел на Инга. — Здесь почему-то не написано, что это сказка…

— Наверное потому, — заключил Инг, — что это совсем не сказка!

Леган нахмурился и снова открыл книгу.

— «Жил на острове Талод злой чародей», — опять принялся читать он. — «И задумал он погубить всех магов в Межгорье. Так, чтобы не было магов, кроме него самого. А чтобы ему никто не смог помешать, окружил он остров заклятием, дабы никто не смог попасть туда — Заклятием Морского Ветра. Налагается же это заклятие с помощью стиха…»

— Не вслух! — взволнованно воскликнул Инг.

Но в этом крике не было нужды. Леган и так запнулся, потому что в книге бьши написаны какие-то непонятные слова. Все буквы бьши знакомы, но слова, в которые они складывались… Это заклинание, догадался вдруг Леган. Это и есть то самое Заклятие Морского Ветра!..

— Ты понял? — спросил Инг.

— Это… Это учебник… — прошептал Леган. — Учебник заклинаний…

— Вот именно! — подтвердил Инг.

2

Теллина смотрела на него влажными глазами. Она была в том самом платье, в котором запомнил ее Леган в последнюю их встречу, когда она собиралась уезжать из Диирия. Леган захотел удержать ее, протянул уже руку, но Теллина отпрянула назад. Затем она грустно улыбнулась ему, помахала рукой и пошла по улице в сторону городских ворот. Леган кинулся было за ней следом, но проснулся и сел на кровати, пытаясь унять сильно колотившееся сердце.

В последнее время он часто видел во сне Теллину. И ему казалось, что она ждет его возвращения. Ждет, когда он сможет отыскать ее.

Отыскать-то можно, но вот как показаться ей на глаза? После столь долгого отсутствия…

Леган вздохнул. Он подумал, а что, если все эти сны являются результатом его магических упражнений? И Теллина давно уже позабыла ветреного лейтенанта?

Леган вдруг вспомнил, что вчера вечером он читал что-то про Тьму. Не мог ли сегодняшний сон быть следствием этого? Вот интересно, что именно покровительствует ему самому? Тьма или Свет? Ведь если Легану покровительствует Свет, то этот сон — предупреждение. А если Тьма?

В тот же день Леган решил переговорить с Киллом Орравианом.

— Как ты думаешь, Килл, — спросил он, — какой маг более могуществен? Тот, что черпает свою Силу из Тьмы, или же тот, который берет ее из Света?

— Ты начинаешь задавать интересные вопросы, — уважительно произнес Килл. — Но мой ответ тебя, наверное, удивит. Вот, послушай!

Килл подошел к шкафу и извлек оттуда одну из книг. Раскрыв ее, Килл нашел нужную страницу и принялся громко читать:

— «Люди называют магов Добрыми или Злыми. Но все зависит от того, чего больше сделали эти маги лично им — добра или зла. И нельзя точно сказать, что этот маг — зол, а этот — добр. Что этот маг служит Тьме, а этот — Свету.

Есть Свет, и есть Тьма. Как есть День, и есть Ночь. Но есть и то, что выше их! Есть то, что было до Света и до Тьмы. И имя тому — Сумерки.

Утро и вечер — эти времена суток есть граница между днем и ночью. И через Сумерки Свет перетекает во Тьму, и Тьма перетекает в Свет. Поэтому не стремись ни к Свету, ни к Тьме. Стремись к Сумеркам, ибо из них черпают силу свою и Тьма, и Свет.

Все ночные обитатели, видя вечерние сумерки, радуются приближению ночи; как и все, кому дорог день, радуются ему, видя рассветные сумерки. А не будь их, не было бы и мягкой и спокойной границы между днем и ночью. Ибо успевают укрыться от нежеланного им времени суток все, видя приближение его. А видят они его по Сумеркам.

Сумерки сильны тем, что в них нет места войне между Добром и Злом. В Сумерках есть мир, который дает отдых тем существам, кому война эта не нужна. И таких, поверь мне, гораздо больше, нежели иных всех!

Сила Сумерек в том, что они выше и Добра, и Зла. Сумерки сильнее. И маг не должен желать силы Света или силы Тьмы. Ибо силы эти и Светом, и Тьмой черпаются из Сумерек. Бери же силу у Хозяина Силы, а не у рабов его! И тогда ты, может быть, сам и не станешь Хозяином Силы, но рабом его уже не будешь никогда!..»

— Что это за книга? — поинтересовался Леган, когда Килл замолчал. На самом деле его просто начало клонить в сон от этих заумных речей.

— «Свет и Тьма, и То, Что Выше Их», — ответил Килл. — Ее написал Синак.

— Синак? — Леган уже заинтересовался всерьез. — Можно, я возьму ее почитать?

— Бери, — охотно согласился Килл. — Очень интересная книга! Тебе понравится! И Ингу тоже! Это философский трактат, но там есть и много интересных исторических фактов! Например, знаешь, почему Лаоэрт так называется?

— Нет…

— Город построили инксы и оставили ему название находившейся там прежде старой деревни, — принялся объяснять Килл. — А деревня так была названа по имени человека, построившего на этом месте в степи самый первый дом. Его так и звали — Лаоэрт! И он был самым величайшим магом всех времен и миров! Синак пишет, что именно Лаоэрт создал этот мир. И это было единственное его магическое действие, после которого Лаоэрт жил уже со своей женой как самый обычный человек. Это было очень давно — еще до появления Бессмертных Богов!

— Слушай, Килл, — перебил его Леган, которого эти исторические экскурсы не очень-то интересовали. — А ты не знаешь, есть ли в Сороте книга «Дорога Миров»?

— «Дорога Миров»?! — нахмурился Килл. — Зачем она тебе?!

— Почитать…

— Не стоит, — посоветовал Килл. — Здесь, в этой книге, содержится теория. А там — практика! Которая, сам понимаешь, нам ни к чему… — Килл улыбнулся немного грустноватой улыбкой. — И потом, эту книгу написал сам Синак! А «Дорогу Миров» — неизвестно кто!

— Как это так — неизвестно кто?!

— А вот так! Нет там имени автора, и все!..

Леган понял, что Килл не собирается облегчать ему поиски этой книги. Но она была очень нужна Легану. И в течение нескольких дней он пытался разыскать ее — приставал ко всем в замке, рылся в шкафах. Пока однажды не узнал о подземном хранилище.

В ту ночь ему опять снилась Теллина. И опять она уходила от него по пыльной улице, и не было сил задержать ее. Леган едва не заплакал во сне от обиды.

— Что же ты встал?! — раздался за его спиной удивленный женский голос.

Леган обернулся и увидел перед собой женщину. Ее лицо показалось Легану знакомым. И тут же он вспомнил, что видел ее там, за — Сиузиаром, в видении, посетившем его ночью в поле. А еще раньше — в ночь, когда они с Ингом едва унесли ноги от разбойников.

Женщина подняла руку и поправила непослушную прядь светлых волос. В серых глазах ее хорошо читалось любопытство. А во втором видении глаза этой женщины отсвечивали красным.

— Ты не настоящая, — сказал Леган.

— Конечно! — подтвердила женщина. — Я тебе просто снюсь! Это и неудивительно — ведь ты уже так долго спишь!

— Долго?!

— Всю жизнь! — Женщина засмеялась.

Леган понял, что они уже не на улице, а в замке Сорот. Он увидел кухню, где маги по очереди готовили пищу, маленькую железную дверь в стене, покрытую толстым слоем ржавчины.

— Она находится там! — Женщина указала на дверь. — В подземном хранилище!

— Кто?

— Та, которую ты ищешь! — женщина опять прыснула от смеха. — Короче говоря, сам разберешься! — неожиданно строго сказала она. — Не маленький уже!..

Леган хотел еще что-то спросить, но проснулся. Он подумал, что сон прерывается всегда в самый неподходящий момент. Ну что стоило ему продлиться еще хоть чуть-чуть? Тогда бы он узнал побольше…

«Она находится там!» Кто — она! Теллина? В подземном хранилище?! Как она может там находиться?! Да и вообще, нет на кухне никакой железной двери! Леган там сколько раз бывал и ничего похожего не видел!..

Дверь была. Она оказалась за шкафом, где хранилась посуда. Леган легко отодвинул шкаф и застыл в растерянности. Ему вдруг пришло в голову, что та женщина, во сне, говорила совсем не о Теллине. А о чем же тогда?

«Дорога Миров».

Леган напрягся. Он уже знал, что эту книгу тщательно скрывают. Многие маги даже и не подозревали о ее существовании. Они просто удивленно поднимали брови, когда Леган пытался выяснить у них, не знакома ли им такая книга.

Вполне возможно, что книга эта в хранилище. Наверное, она там спрятана от посторонних глаз, потому что опасна. Ведь в ней содержатся, как говорил Килл, «практические советы».

Леган криво усмехнулся. Как же это похоже на методы Ордена Следящих! Но что же теперь ему делать? Идти в хранилище? Его же сразу хватятся! Дверь вон как заржавела! Скрипу будет на весь замок!

Но он уже сдвинул с места шкаф, теперь любой догадается, что в хранилище пытались проникнуть! И тогда книга может исчезнуть бесследно!

Леган торопливо отодвинул шкаф от стены, расширяя проход, и дернул ржавый засов. Тот не поддавался. Леган замер, услышав голоса. Кто-то шел сюда!

Леган кинулся к двери кухни, запер ее и вернулся обратно. По пути он заметил в шкафу связку свечей и подумал о том, что в подземелье будет темновато…

Дверь подергали.

— Заперто! — послышался удивленный голос. — Эй! Кто там на кухне?

Леган продолжал сражаться с засовом.

— Может быть, защелка сама опустилась? — предположил кто-то.

— Никогда такого не случалось! — возразил первый голос. — Мне кажется, я что-то слышу…

Голоса стихли, и в этот момент Легану удалось отодвинуть засов. Он уперся ногой в стену и изо всех сил потянул железную дверь на себя. Раздался отвратительный и очень громкий скрип.

— О, Небо! — перепуганно закричал кто-то. — Хранилище!

В дверь ударили кулаками. Леган протиснулся в образовавшуюся щель и снова принялся тянуть дверь, пытаясь теперь уже закрыть ее. Удары в кухонную дверь стали громче и неистовее. Легану на миг показалось, что ему не успеть. Но дверь неожиданно легко стала на место. Леган быстро задвинул засов изнутри и с облегчением вздохнул.

Темнота окружила его. Леган принялся шарить по карманам в поисках огнива. Хорошо, что оно не осталось в комнате, подумал Леган, зажигая свечу.

Стены были укрыты толстым ковром паутины, воздух в подземелье был затхлым и пропахшим плесенью, обвалившиеся ступеньки уводили вниз, в темноту. Леган сделал первый шаг, и тут же за его спиной по железной двери подземелья забарабанили кулаки.

— Открой! — донеслись до него сильно приглушенные голоса. — Открой! Хуже будет!

Хуже не будет, подумал Леган. Хуже уже некуда…

3

Старинный переплет, обтянутый потрескавшейся кожей, на которой навечно запечатлены серые пятна плесени; хрупкие, пожелтевшие от времени страницы с обломанными скрутившимися углами; выписанные посветлевшими от времени чернилами завитушки, делающие буквы трудноузнаваемыми, а слова — чужими и незнакомыми. И название. Название, высвеченное тускловатым огоньком коптящей свечи: «Дороги Миров».

Леган почувствовал какое-то необъяснимое волнение, когда открыл эту книгу. Хотя здесь, в замке, он видел уже две книги, названия которых заставили сердце Легана биться сильнее — «Черная Книга колдунов Криарского леса» и «Книга Ларки Лариары». Первая — просто из-за наличия в ее названии слова «колдун» и из-за неожиданно нахлынувших предчувствий каких-то очень значительных для Легана перемен. А вот вторая… Вторая книга вызвала волнение потому, что находилась здесь, среди остальных книг, признанных Орденом Следящих вредными и потворствующими колдовству. И потому, что вместо привычного слова «сказки» было написано «книга». И еще потому, что Леган, открыв книгу сказок, понял, что это вовсе не сказки.

Эта книга была известна ему с детства. Здесь, в «Книге Ларки Лариары», было собрано несколько самых известных сказок, и Леган смотрел на названия с улыбкой человека, встретившего своего старого и доброго друга. Он пробегал глазами хорошо знакомые строки, перелистывал рукописные страницы и вдруг… Вдруг он понял, что «Легенда о Золотом Драконе» оканчивается как-то непривычно.

Леган нахмурился. Строки, которые он привык считать последними, таковыми не были. В этой сказке присутствовало еще несколько страниц, которых Леган прежде никогда не видел. И содержание этих страниц сильно меняло содержание всей сказки в целом — колдун по имени Золотой Дракон казался уже не таким злым и жестоким, а добрый рыцарь, победивший его в честном поединке, был менее привлекательным, чем Леган привык считать.

Может быть, Леган слишком давно читал эту сказку? Может быть, он что-то позабыл или перепутал? Или переписчик книги допустил ошибку либо поэтическую вольность? Взял и добавил от себя эти несколько страниц! А что? Не может такого быть? Очень даже может! Но может оказаться и так, что в напечатанном варианте книги эти строки были просто исключены. Но зачем?

Когда же Леган открыл другую книгу Ларки Лариары — «Неугасимый Маяк», где описывалось путешествие Бессмертных Богов по разным сказочным странам и государствам, то вдруг отчетливо вспомнил, как на дознании (или в беседе перед дознанием?) Верховный магистр почему-то настойчиво интересовался тем, читал ли Леган эту книгу в рукописном варианте или же в напечатанном? Теперь было понятно, почему это вызвало такой интерес у магистра.

Читая книгу, Леган поражался тому, насколько она отличается от привычных ему сказок. Он бегло пролистал всю книгу до самого конца, и глаза его остановились на последних знакомых строчках:

«… И вспыхнули души Бессмертных Богов Оке и Йорки. И обратились в огненный шар, расположенный на самом верху самой высокой башни на острове Талод. И назвали люди башню эту Неугасимым Маяком, ибо светит он всему миру день и ночь и не погаснет вовеки…

… А Бессмертный Бог Оке и Бессмертная Богиня Йорка и по сей день следят с вершины Неугасимого Маяка за миром, созданным благодаря их божественной воле…

… И так будет всегда, до скончания века. Ибо Бессмертные Боги — бессмертны! И знают они, что это хорошо!»

Затем взгляд Легана словно бы споткнулся о совершенно незнакомые слова, странные, пугающие мысли, неожиданное окончание такой, казалось бы, знакомой книги:

«… Но хорошо ли это?

Хорошо ли, когда вместо магов — злых или добрых — люди получили одно только зло, укутанное в синие рыцарские плащи? Хорошо ли, когда маги прежние лишены силы своей, а новых — нет и не будет? Хорошо ли, когда лишь жестокость к тем, кто покрыл славой Межгорье, царствует от Андирских до Сиузских гор?

Спросите тех, кто берет на себя смелость выслеживать магов и уничтожать их! Спросите тех, кто называет себя Следящим Орденом! Спросите сами — я еще не сошла с ума…»

Леган осторожно закрыл книгу. Ай да бабушка! Надо же, а?! И кто бы мог подумать?!

Леган опять открыл книгу и обратил внимание на то, что на самой первой странице были несколько строк из другой книги: «Дорога Миров». В напечатанном варианте этого тоже не было. Он прочел эти строки, и ему стало немного жутковато:

«Миров множество. И глуп тот, кто считает иначе. Как и тот, кто считает, что путь в те миры ему закрыт…»

Слова, ехидно сообщающие Легану о том, что и ему тоже может быть подвластен путь в то самое «множество миров». И мгновенная мысль, что в тех мирах может быть гораздо лучше, чем в Межгорье. И под этими строками была коротенькая надпись: «Из книги «Дорога Миров». Леган понял, что он просто обязан хотя бы заглянуть в эту книгу! Тогда-то он и принялся за ее поиски. И вот теперь эта книга лежит перед ним на столе, но ему приходится сделать над собой нечеловеческое усилие, чтобы открыть ее и прочесть те самые строчки. А потом и дальше…

«Чтобы идти, нужно видеть — куда идти. Ибо если ты слеп, то дороги не разглядишь. Но все люди слепы, пока не ступят под Огненную Арку с заклинанием на устах…»

Леган перевернул страницу и удивленно поднял брови — следующая страница не была бумажной. Это оказался небольшой, в формат книги, кусок холста с нарисованной на нем яркими красками картиной. Там были изображены две колонны огня. Струи пламени переплетались, рвались вверх и смыкались между собой, образуя нечто причудливое, похожее на ворота. В качестве фона художник избрал все то же пламя — огонь присутствовал на картине в чрезмерно большом, по мнению Легана, количестве. Пылающие ворота открывали взору длинную череду огней, уходящих вдаль и теряющихся в золотистом сиянии. Краски не потускнели от времени, казалось, что огонь готов сойти со страницы.

В нижней части картины было написано несколько странных, труднопроизносимых и незнакомых слов. Леган запинаясь прочел их, но не понял даже, что они обозначают. Ему подумалось, что слова станут понятнее, если он прочтет их еще раз и вслух. Во второй раз у него получилось лучше. Леган попробовал еще…

После пятого раза слова запомнились, и Легану почудилась странная музыка в этих загадочных словах, что он выговаривал. Кроме того, теперь он уже мог с закрытыми глазами повторить всю эту фразу, которая, надо заметить, не стала от этого ему более понятной. Но слова прочно засели у него в голове. И когда взгляд его опять упал на пылающие ворота, изображенные на картине, он понял, что рисунок этот перестал быть просто рисунком. Огненная картина стала реальностью. И тут же до него дошло, что это не просто ворота, это та самая Огненная Арка! Леган непроизвольно потянулся к ней, ощутил, что уже не сидит на стуле, а стоит на чем-то твердом, и шагнул вперед, к ожившим языкам пламени.

Огонь заплясал вокруг, нестерпимый жар охватил тело. Легану показалось, что еще один шаг, и его одежда вспыхнет факелом. Ничего вокруг — все заменили собой яркие сполохи огня, мечущиеся и сверху, и снизу, и со всех сторон.

Леган почувствовал, что останавливаться он не имеет права! Что малейшее промедление грозит ему смертью! Он сделал шаг, еще один…

Огненная Арка была уже совсем рядом, прямо перед ним. И за ней сияет бесконечной чередой уходящая вдаль огненная дорога, покрытая ковром мелких язычков дрожащего пламени. Леган видел вокруг себя языки пламени, чувствовал запах своей тлеющей одежды, слышал, как начинают потрескивать от жара его волосы. Он застонал от отчаяния и шагнул прямо в огонь.

Жар сменился приятной прохладой, легким свежим ветерком, несущим слабый запах розовых лепестков.

Огненная Арка осталась позади. Пространство вокруг Легана окрасилось в ярко-красные цвета. Впереди высилась еще одна арка, от нее исходил оранжевый свет. Леган направился к ней и обратил внимание на то, что красное пространство вокруг постепенно становится светлее, приобретает оттенки оранжевого. Когда же он достиг арки, цвета вокруг начали переливаться, словно кто-то неведомый пытался перемешать сок апельсина с густой красной кровью. Леган сделал еще один шаг — и прошел вторую арку.

Вокруг теперь все стало оранжевым. Прохладный ветерок исчез, Леган ощутил мягкую теплоту, исходящую от окружающей его пустоты. Невидимая поверхность под ногами начала мягко пружинить. Легану показалось, что запахло апельсинами. Непонятно почему, но Леган вдруг уверился в том, что поступает правильно. Прямо перед ним высилась еще одна арка — желтого цвета. От нее во все стороны разлетались и гасли в оранжевом тумане ярко-золотистые искорки. И к ней вела плавно струящаяся река глубокого оранжевого цвета.

Подойдя к золотистой арке, Леган почувствовал, как оттуда потянуло холодным воздухом, несущим запахи лимонного дерева. Золотистый цвет стал совершенно желтым, перестал искриться, и Леган обнаружил себя в густом и вязком тумане, в котором с трудом удавалось продвигаться вперед. Оранжевая река-дорога стала золотисто-желтой и потекла навстречу Легану. Словно преграждая ему путь, взметнулись фонтаны золотистых искр, но тут же опали и рассыпались с мелодичным хрустальным звоном — совсем как золотые монеты, брошенные на стекло. Идти стало еще труднее. Все силы Легана теперь уходили на то, чтобы пробиться сквозь упругое сопротивление воздуха, ставшего неподатливым и холодным. И только когда желтые цвета приобрели холодный зеленоватый оттенок, Леган понял, что стоит перед следующей аркой — зеленого цвета.

Леган рассмеялся от радостного понимания того, что все эти цвета повторяют цвета самой обычной радуги. И еще он почему-то подумал, что если это и в самом деле так, то опасаться ему нечего.

Зеленая арка — запахи травы, легкая прохлада, ощущение радости и каких-то необыкновенных возможностей. Переплетающиеся изумрудные нити, паутиной повисшие прямо в пустоте. Их можно коснуться, отодвинуть рукой и потом, когда подносишь ладонь к лицу, ощутить исходящий от пальцев запах свежей зелени. Под ногами — твердая земля, которую не видят глаза, но хорошо ощущают подошвы. Зеленый цвет светлеет, превращается в голубой и…

Голубая арка — свежий ветер, от которого перехватывает дыхание. Ветер, несущийся со всех сторон сразу, кружащийся и кружащий. Ветер, не несущий в себе никаких ароматов, кроме собственного. Как пахнет воздух? Как пахнет небо? Вокруг — бездонная ширь, которой не хватает лишь облаков. А впереди…

Синяя арка — соленые запахи моря, сумрачная глубина, спокойное тепло, струящееся вокруг. Постепенно темнеющие цвета, успокаивающие и говорящие, что теперь можно спокойно отдохнуть. Мягкие и податливые, но очень сильные темно-синие волны, неторопливо переливающиеся вокруг. Можно коснуться их и ощутить под пальцами пульсирующую силу, с которой не может сравниться ничто, известное доселе. Медленное шипение накатывающих на прибрежный песок невидимых волн, уводящих в полумрак глубины и вечности, и…

Фиолетовая арка. Легана окутывает сумрак. Холодно, словно зимой. И пахнет точно так же — снегом и северными ветрами, несущими тревогу и одиночество. Кажется даже, что и под ногами похрустывает снег. Неподвижные колонны темно-фиолетового света, замершие в ожидании чего-то непредсказуемого. В воздухе неторопливо плывут во всех направлениях небольшие шарики, изредка вспыхивающие фиолетовыми искорками. Можно взять любой из них в руки, и он мгновенно проскользнет меж пальцев сотнями своих подобий, которые на миг замрут перед глазами, а затем сольются вместе и поплывут дальше. А над головой — словно вечернее небо, все еще светлое за спиной и уже более темное впереди, ближе к черной арке. За которой…

Пустота.

Пустота и вокруг, и внутри. Пустота и осознание своей слабости и беспомощности перед тем, что было всегда и будет еще долго после того, как тебя не станет. Здесь нет ни времени, ни направления, ни мыслей. Кажется, что даже воздух здесь отсутствует, хотя дышится легко и свободно. Ноги не ощущают абсолютно никакой опоры. Руки бесцельно шарят в абсолютной пустоте. Глаза ищут хоть какой-нибудь ориентир, хоть какую-то точку в этой кромешной тьме, за которую можно было бы зацепиться. И находят ее.

Точка эта зеленого цвета. Она притягивает взор, манит к себе и сама стремительно приближается, расширяется, оставаясь тем не менее самой обыкновенной точкой в чернильной пустоте. Леган делает рывок, кидается к ней, и эта громадная — во весь мир — точка втягивает его в себя.

И снова вокруг пустота и чернота. Но нет уже чувства беспомощности и растерянности. Это чувство заменило ощущение Силы. Силы, которая была всегда и будет еще долго после того, как тебя не станет. И Леган смотрит на эту Силу, погружает в нее руки, пьет ее глазами, ртом, окунается в нее с головой и вбирает ее всеми порами своего тела. Неожиданно Леган понимает, что глаза его давно уже закрыты. И он открывает глаза и видит ту же тьму, но уже покорную, готовую показать ему все, что он захочет.

Но у него пока еще нет каких-то определенных желаний. Леган вдруг вспоминает тот самый подвал, где он сидел за столом над раскрытой книгой «Дорога Миров». И Легану вдруг очень захотелось вернуться.

Тьма послушно выполняет желание Легана, потому что он теперь обладает Силой, которой она обязана подчиниться. И тьма начинает расступаться, открывая покрытые плесенью сырые стены подземелья, потрескивающую свечу на потемневшем столе и раскрытую книгу.

Леган оглянулся и судорожно вздохнул. Что это было?! Неужели он на самом деле был там?!

Страница книги, где была изображена Огненная Арка, по-прежнему была открыта. Леган вдруг вспомнил те самые слова, теперь уже накрепко засевшие в его голове, и увидел, что Огненная Арка опять начала приближаться.

Нет! Хватит!..

Перед ним опять обычная картина из старой книги. Леган закрыл глаза. Он попытался представить себе Огненную Арку. И когда это ему удалось, Леган понял, что теперь уже в рисунке нет необходимости. Он всегда сможет представить себе Огненную Арку. А заклинание, позволяющее проникнуть в этот разноцветный радужный коридор, ему уже никогда не забыть.

Леган открыл глаза и перевернул рисунок. Следующая страница книги была девственно чистой. Но Леган почувствовал, что это неправильно. Что здесь должно быть что-то написано! И тогда он опять закрыл глаза, представил себе Огненную Арку и прочитал заклинание.

На этот раз ему удалось пройти разноцветный коридор всего за десять — двадцать секунд. И оказавшись во тьме, Леган попросил (нет! уже не попросил, а потребовал!) показать ему то, что скрывала от него чистая страница книги. И…

«Я рад, что у тебя это получается! Ты готов идти дальше?»

Слова на странице проявились, словно сквозь туман. Леган еще раз прочитал ярко-синие буквы, прочистил горло и прошептал непослушными губами:

— Да… Я готов…

И перевернул страницу.

4

Первые молнии Неугасимого Маяка ударили в замок Сорот как раз в тот момент, когда Леган впервые прошел Огненную Арку. Змеящиеся изломанные линии огня ударили в южную башню, под которой находился вход в подземелье. Стены башни не выдержали, просели под этим безумным напором и обвалились. Снег мгновенно превратился в пар, густыми облаками поплывший меж вековыми деревьями Криарского леса. Земля содрогнулась, загудела. Те из обитателей замка, что находились в этот момент внутри, кинулись наружу и остановились, пораженные зрелищем, медленно скрывавшимся в густой вате пара.

— Все, — прошептал Килл Орравиан. — Легану конец… Несчастный…

Но молнии ударили еще раз. Потом еще. Они стремились добраться до того, кто сейчас скрывался от них под толщей земли и камня. До того, кто разбудил их своими дерзкими попытками проникнуть туда, куда много лет никому уже не было доступа.

— Бежим! — закричал кто-то.

Килл увидел, как одна из молний ударила в самый купол замка, как купол этот мгновенно раскалился добела, потек вниз слезами расплавленного металла, смялся и обрушился внутрь. Килл понял, что Леган еще жив. И пока он будет жить и делать то, что сейчас делает, Неугасимый Маяк не оставит в покое замок Сорот. И тогда Килл развернулся и побежал вслед за удирающими колдунами. Он слышал, как трещат и грохочут осыпающиеся камни стен, чувствовал, как воздух стал теплым и влажным, но не оглянулся. Потому что грохот молний не смолкал ни на миг, а от ослепительных вспышек обезумевшего огня уже слезились глаза.

Спасаясь от разбушевавшегося Маяка, маги направились на юг, к крепости Сиуз. Точнее сказать, к ее развалинам. Потому что от этой крепости не осталось даже замка.

Килл шел не останавливаясь и не оборачиваясь. Но он спиной ощущал вспышки молний, не прекращающих свою стремительную атаку до самого вечера. И лишь когда солнце село и на лес опустилась ночь, Маяк перестал бесноваться. Килл подумал, что им удалось-таки добраться до дерзкого Легана. Но он ошибся.

Глубокой ночью молнии вновь ударили по замку Сорот. Килл проснулся от жуткого грохота и ослепительных вспышек, превративших ночь в ясный день. Земля дрожала, небо распарывали извилистые струи огня, уши закладывало от грохота. Килл понимал, что молниям нужен совсем не он, а Леган. Но Килл встал и отправился дальше, на юг. Он подумал, что лучше ему не задерживаться в развалинах Сиуза, а сразу же отправляться в Сиузские горы.

Килл Орравиан не сердился на Легана. Да, Леган лишил их всех крова и спокойствия, но Килл этому был даже немного рад. Ему уже опротивела такая растительная жизнь. Общество отвергло его, теперь уже стало понятно, что отвергло окончательно. Даже сейчас, оставшись без дома и оказавшись на грани гибели, Килл не смог бы надеяться на сочувствие других людей. Чувство горечи, давно уже не беспокоившее Килла, вновь поднялось в его душе. Он подумал, что жить так, как он живет, не стоит. Впрочем, его никто и не заставляет. В любой момент он может расстаться с жизнью — для этого достаточно лишь произнести какое-нибудь заклинание… Только делать это в лесу не стоит. Гораздо лучше сделать это в каком-нибудь крупном городе, возле магистратуры (а еще лучше — в самой магистратуре), в час, когда все офицерство находится у магистра…

И Килл повернул к Лаоэрту.

А в лесу продолжали хозяйничать карающие молнии. Если бы не снег, укрывавший все вокруг, лес непременно бы загорелся. Но и без пожара замок Сорот представлял теперь собою плачевное зрелище. Следа не осталось от его стен. Сейчас уже никто не смог бы догадаться, что совсем недавно тут жили люди.

Чудовищными ударами молний камни стен были раскрошены в песок, оплавлены в стекло невыносимым жаром. Земля сбросила свой снежный покров, высохла, обуглилась и покрылась трещинами от жары. Ничто живое просто не смогло бы выжить в этих чудовищных условиях. Но один человек все же сумел это сделать. И молнии продолжали попытки добраться до него…

Бешеную пляску небесного огня было видно почти отовсюду. В разных городах люди выходили из домов, задирали головы, забирались на крыши и башни. По стране поползли странные и страшные слухи. Говорили о пришествии существа, которое не имеет ничего общего с этим миром и с живущими тут людьми. Говорили о скором появлении его здесь. О том, что существо это собирается уничтожить Межгорье, собирается мстить всем за…

За что?

За то, что Бессмертные Боги так долго уничтожали магов…

Орден Следящих пытался пресечь эти разговоры, но всех его офицеров не хватало для этого. И кое-кто из ведущих подобные разговоры уже в открытую заявлял, что только они одни, а совсем не Орден Следящих, знают всю правду. И таких смельчаков находилось все больше. И смельчаки эти очень быстро организовались и стали называть себя Братством Знающих. И скоро конфликты между Братством и Орденом перешли в ожесточенные кровопролитные стычки. К счастью, в них участвовало не так уж много людей. Кое-где началась паника, люди бросали свои дома, уходя в дальнее Риифорье, надеясь там, за болотами, переждать всю эту напасть.

А причина этой напасти все еще оставалась жива.

Леган чувствовал и сотрясающие землю удары, и страшный жар, просочившийся даже сюда, глубоко под землю. В первый момент это вызвало у него беспокойство, но потом он сообразил, как можно сделать стены подземелья неподвижными и понизить температуру воздуха до приемлемой. Чтобы внешние катаклизмы не отвлекали его от важного дела…

5

«Ты устал и голоден!»

— Нет!

«Не спорь с собой! Ты находишься здесь уже почти сутки!»

Леган вздохнул. Сутки… Как летит время! А он почти ничего не успел узнать! Он прочел едва ли больше четверти книги! И что же ему делать?

Еды здесь, само собой, нет. Воды тоже. Осталось всего четыре свечки — остальные уже сгорели. Выйти из подвала он все равно не сможет — снаружи сейчас такое творится, что…

«Это и не нужно!»

Леган, поджав губы, посмотрел на синие буквы, проступающие на желтоватом листе. Не нужно? А что же тогда…

«Переверни страницу».

Леган осторожно перевернул хрупкий лист и увидел очередную картинку.

Что там было изображено, Леган понял далеко не сразу. Вначале ему показалось, что вообще ничего! Но потом он разглядел, что маленький холст покрыт ровным слоем серой краски. А присмотревшись внимательнее, Леган заметил, что слой этот был не таким уж и ровным. Кое-где проступали более темные или более светлые мазки и пятнышки. Которые вдруг начали складываться в какой-то узор, разглядев который однажды, уже невозможно было не замечать.

Никаких надписей на картинке не было. Леган попытался воспользоваться теми заклинаниями, что уже были ему знакомы, но безрезультатно — изображение оставалось обыкновенной картинкой. Тогда Леган принялся просто рассматривать ее. Интересно, что бы это значило?..

«Сумерки…»

Леган вздрогнул. Ему показалось, что слова эти он услышал. Словно кто-то невидимый произнес их вслух. Но кто?..

«Я!»

— Кто ты? — решительно спросил Леган.

«Тот, кто написал все это!»

Голос раздавался в голове Легана. Он был уверенным и спокойным, не предвещавшим ничего плохого. Но Легану показалось на миг, что говоривший еле удерживается от смеха. Словно произносит какие-то очень смешные слова, истинное значение которых Легану недоступно.

— Ты — автор книги «Дорога Миров»? — переспросил Леган.

«Не задавай глупых вопросов!»

— Я хочу тебя видеть! — громко крикнул Леган. Эхо его голоса ударило в молчаливые стены и вернулось обратно.

«Посмотри в зеркало!»

— В какое еще зеркало?! — Теперь уже Леган почти не сомневался в том, что в голосе невидимого собеседника звучат насмешливые нотки.

«Перед тобой…»

Леган опустил глаза и вгляделся в серую картинку. И та вдруг перестала быть неподвижной. Она приобрела объем, стала похожа на окно, глядящее в серую бессмысленную муть.

Серые цвета всех градаций яркости пришли в движение, потянулись к нему, прикоснулись и втянули в себя. Леган оказался в пустоте, заполненной рассеянным мягким и ровным светом. Он словно повис в воздухе, не касаясь ногами земли. Серый свет наполнил его тело силой. Исчезли голод и усталость, Леган почувствовал себя бодрым и хорошо отдохнувшим. Каждый нерв его тела, каждая клеточка кожи как будто заново родилась. И Легану показалось, что таинственный голос, звучавший у него в голове, удовлетворенно хмыкнул.

Перед глазами Легана медленно проплыла светлая полоска сероватого дыма. Леган проследил за ней взглядом, и дым, словно уловив его взгляд, замер. Он уплотнился, по его поверхности пробежали темные, почти черные волны.

«Это то, из чего состоит весь мир», — раздалось в голове у Легана.

— Весь мир?! — переспросил Леган.

«Да. Материя. Но она тебе сейчас неподвластна».

— Почему?

Дым уплотнился еще больше. Серые участки его посветлели, а темные стали более темными. Теперь он выглядел, как черно-белое облако. Рядом с ним вдруг возникло призрачное голубоватое сияние. Оно держалось обособленно, не касаясь облака, и было похоже на отблеск фонаря — такое же расплывчатое, нереальное, без четких границ.

«Это время», — произнес голос.

Над голубоватым сиянием вдруг ослепительно ярко вспыхнула зеленая звезда, от которой во все стороны устремились искрящиеся лучи, терявшиеся в сером тумане.

«Это пространство. Выбирай!»

Пространство… Время… Материя…

Леган протянул руку меж искрящихся лучей и коснулся зеленой звезды. Он ощутил ладонью мягкое тепло, и тут же по руке его побежали струйки леденящего ветерка. Серое пространство поблекло, вокруг Легана ярко засияло солнце. Он увидел синее небо, серое море, лениво катящее свои волны, и — далеко внизу — землю. Он смотрел на все это с большой высоты, словно неожиданно выросшие за спиной крылья подняли Легана над землей. Леган разглядел пятна городов, темнеющие внизу, светлые нитки дорог, серебристые ленты рек, острые пики гор. Он понял, что смотрит на Межгорье.

«Да, — подтвердил голос. — Это Межгорье».

Леган присмотрелся внимательнее — большое пятно, почти вплотную примыкавшее к подножию гор, принялось расширяться, расти, вскоре он уже видел высокие башни и зубчатые стены Лаоэрта. Одним усилием воли Леган мог теперь приблизить к себе этот город или отдалить его за линию горизонта. И наверное, так теперь он может поступать не только с городом, но и…

Он оглянулся на запад, на далеком горизонте заметил темное облако, закрывавшее от него часть пространства.

«Неугасимый Маяк», — утвердительно прошелестел голос.

Леган почувствовал, как скулы его сводит от ненависти, и рванулся к этому облаку. Оно мгновенно выросло, приблизилось и превратилось в громадный шар с матово-черной поверхностью. Леган хотел прикоснуться к нему, но не смог — рука не ощутила никакого сопротивления, она просто тонула в этой чернильной мгле. И пройти сквозь этот заслон у Легана не получилось. Почему?!

«Рано. Посмотри наверх…»

Леган поднял глаза к синему небу и с удивлением увидел над собой все тот же черно-белый шар и бледно-голубое сияние, на фоне неба почти незаметное. Леган протянул руку, ладонь его вошла в это сияние, словно в холодную воду.

Вокруг все задрожало, все предметы начали менять свои очертания. Словно какой-то сумасшедший художник торопливо набрасывал новую картину поверх предыдущей, не дожидаясь, пока краски на холсте окончательно просохнут.

Леган опять увидел Лаоэрт. Башни и стены его меняли свои формы, становились меньше. Как будто полчища невидимых глазу строителей торопливо разбирали эти высокие здания. Миг — и на месте великого города уже лежит небольшой поселок. А потом исчезает и он. Внизу оказывается лишь бескрайняя степь, в которой одиноко стоит небольшой домик, кажущийся с такой высоты совсем уж крошечным.

Леган понял, что видит прошлое Лаоэрта. Он сосредоточился, картина начала восстанавливаться, принимать привычный вид. И теперь уже сам, без подсказки со стороны, Леган нашел взором свою последнюю цель — черно-белое причудливое облако — и потянулся к нему.

Все чувства перемешались. Красный запах царапал кожу шершавой поверхностью; гладкий цвет забивал ноздри звуками пыльной травы; темнота пахла, как тысячи крохотных иголочек, поющих одновременно и обладающих разным вкусом. Леган ощутил, как Сила проникает в него, заполняет все сознание, втягивает в себя. Дыхание перехватило, голова пошла кругом. Леган вскрикнул, все вокруг померкло. Он снова находился в сером пространстве, таком спокойном, оно начинало ему нравиться.

Теперь только Леган стал замечать, что эта серая безжизненность наполнена тонкими, едва уловимыми запахами, слабыми намеками на цвета. Он приметил в сером тумане крошечную оранжевую искорку, и та мгновенно выросла, заполнила все вокруг полыхающим огненным светом. Леган нахмурился и усилием воли вернул искорку на место. Он протянул руку и коснулся проплывающей мимо полосы тумана, которая от этого прикосновения загромыхала, словно гром, потемнела и наполнила воздух сыростью и запахом близкой грозы. Леган уже привычным усилием воли вернул полосу тумана туда, где ей следует быть, заметив, что ему для этого требуется все меньше и меньше напрягаться.

«Сумерки…»

Сумерки. И кто только их так назвал?! Они совсем не похожи на сумерки. Не такими привыкло представлять их себе большинство людей. Интересно, а как выглядят Свет и Тьма?!

«Создай их, и увидишь…»

Создать?!

«Да. Ты берешь свою Силу оттуда же, откуда черпают ее и они. Но теперь ты сильнее их…»

Где-то он уже это слышал… Точно! О чем-то подобном писал Синак! Может быть, он и эту книгу написал?

«Нет. Ты ошибаешься».

Леган зажмурился, представил себе свое подземелье и вмиг оказался там. Вокруг все было по-прежнему. Книга лежала на столе, маня Легана своей серой страницей.

«Продолжим?»

— Да!..

6

Теллина Галлатэнн проснулась ночью от собственного крика. Напугал ее сон, хотя действительность была не менее страшной — уже три дня карающие молнии били в Криарский лес, далеко вокруг озаряя своими вспышками пространство. Старые деревья все же загорелись, несмотря на глубокий снег, и черные клубы дыма медленно плыли над лесом, озаряемые мертвенными сполохами молний.

Теллина подошла к окну. Криарский лес отсюда был не виден, как и сами молнии. Даже отсветов пожаров, которые, говорят, все еще бушуют в лесу, не было заметно. Зато в городе было заметно другое. Вчера утром совершенно неожиданно на центральной площади Сарианиса вспыхнул самый настоящий бой. Около тысячи людей в серых балахонах напали на здание магистратуры, перебили всех рыцарей Ордена Следящих и провозгласили, что отныне Сарианис становится вольным городом, не подчиняющимся ни Принцу, ни Ордену, ни армии. Отныне в городе будут править люди, знающие и понимающие, что происходит в мире. А затем над шпилем магистратуры взметнулось серое полотнище Братства Знающих.

Все это началось на рассвете. Серое знамя было водружено уже к полудню. А вечером к площади подошли войска, сохранявшие верность присяге и Принцу Межгорья…

Сарианис — довольно крупный город. Его гарнизон насчитывал свыше двадцати тысяч солдат и офицеров. Так что у Братства не было никаких шансов. Однако, осажденные в здании магистратуры, они не сдавались, словно бы ожидая помощи извне. И эта помощь к ним неожиданно пришла.

Тысячная армада диких кочевников, переваливших через Андирские горы, вошла в город, превратив его в полыхающий костер. Гарнизон Сарианиса сумел достойно ответить нападавшим, к заходу солнца большая часть солдат уже занималась тем, что тушила пожары — кочевники были перебиты все до одного. А с наступлением темноты над замершим от ужаса Сарианисом взметнулось пламя самого большого пожара за всю историю города. Горела подожженная военными магистратура…

За два часа до рассвета пожар был погашен. И только удушливые серые клубы дыма, плывущего над крышами, напоминали жителям о Братстве Знающих, заандирских охотниках и ужасах, которые им пришлось пережить.

Теллина от души порадовалась тому, что Легана разжаловали. Ведь если бы не это, то и его тело могло оказаться среди погибших. Гарнизон Сарианиса потерял около трех тысяч солдат и офицеров, а в столице, наверное, погибших было намного больше. Теллина чувствовала, что и в Лаоэрте творится то же самое. И ей хотелось только одного — чтобы все происходящее не коснулось Легана.

Теллина тяжело вздохнула и тронула пальцами костяной талисман, висевший на груди. Талисман — вот все, что осталось у нее от Легана.

Она потратила на его поиски несколько месяцев, но безрезультатно. Никаких следов Легана ей найти не удалось. После того как Теллина поняла, что поиски в Лаоэрте ни к чему не приведут, она отправилась в Диирий. Теллина надеялась, что Леган рано или поздно вернется домой. Но и дома о нем ничего не знали.

Тогда Теллина вернулась в Сарианис, попросив перед отъездом из Диирия сообщить ей, если Леган объявится. Впрочем, надежды у нее на это было немного. Она уже отчаялась найти его, и если бы не сегодняшний сон…

Теллина не знала, чем он был вызван. Возможно, что переживаниями последних дней, когда в стране начал твориться этот кошмар, когда стали приходить слухи о никак не успокаивающемся Неугасимом Маяке, когда все люди словно бы с ума сошли и кинулись кто куда, спасаясь от каких-то неведомых опасностей. А может быть, сон ее был вызван и не этим.

Теллине показалось, что гладкий обломок кости талисмана, который она поглаживает пальцами, стал теплее. То ли от прикосновения ее рук, то ли…

Она вспомнила свою встречу с Валлой Лариарой — матерью Легана.

Балла говорила с ней нежно и слегка покровительственно. И Теллина вдруг поняла, что та совершенно не переживает за сына. Может быть, она знает что-то такое, о чем не говорит остальным? Теллина так прямо и спросила ее об этом — она готова была на все, только бы узнать хоть что-нибудь о Легане.

— Нет, — улыбнулась в ответ Балла. — Я не видела его с тех пор, как он покинул Диирий. Но ты права — я за него не переживаю. Я знаю, что с ним все в порядке.

— Он сообщал вам о себе? — с трепетом спросила Теллина.

— Нет, — опять возразила Балла. — Не он… Я просто знаю это. Да и ты сама могла бы… — Балла запнулась и замолчала.

— Могла бы — что? — осторожно спросила Тел-лина.

— Его талисман у тебя? — вдруг непонятно к чему произнесла Балла.

— Да…

— Это хорошо, — кивнула она. — Тогда ты вскоре о нем услышишь…

Теллина так и не поняла, что имела в виду мать Легана. Порой ей начинало казаться, что талисман меняет свою температуру — то он вдруг начинал холодить кожу, словно крошечная льдинка; а то вдруг совершенно непонятным образом нагревался. И в последнее время тепло от него исходило чаще, чем холод.

Теллина догадывалась, что это за талисман. И догадки ее превратились в уверенность, когда она узнала причину, по которой Легана отправили в отставку. Но ее это совершенно не волновало. Какая разница, колдун Леган или нет?! Главное, чтобы он был рядом с ней…

Теперь уже Теллина отчетливо ощущала тепло, исходившее от талисмана. Она снова вспомнила свой сон и удивилась тому, что он ее так напугал. Там же ничего страшного не было! Разве что…

Небо. Черное небо. Вокруг — сверху, снизу, по сторонам. Насколько хватало глаз. Как будто она смотрит вниз с высокого обрыва, но глаза не видят ничего, кроме этой безжизненной черноты. И голос Легана, раздающийся рядом:

«…не бойся, ничего страшного не будет…»

Но Теллина испугалась и закричала. От этого крика она и проснулась, ругая себя на чем свет стоит. Не смогла сдержаться! А ведь ей снился Леган!

Она не только слышала его голос, но перед этим даже видела его самого. Леган стоял в лесу, среди деревьев, утопая по колено в снегу. Он удивленно оглядывался по сторонам, потом глаза его встретились с глазами Теллины, и Леган улыбнулся ей.

Теллина могла поклясться, что он видит ее в этот момент. Сердце ее наполнилось радостью, она страстно пожелала оказаться рядом с ним, но тут же все вокруг стало черно и ей начало сниться то самое ночное небо.

Теллина вдруг подумала о том, что если Леган и правда сейчас находится в лесу, то не может ли ему грозить опасность от этих самых карающих молний? Ей захотелось быть поближе к нему. Она не знала, как помочь Легану, просто ей хотелось сейчас оказаться рядом с ним.

— Леган, — прошептала она.

И талисман в ее пальцах отозвался на это слово легким толчком.

7

Подземный туннель был необычайно сырым — вода буквально капала с потолка. Леган дважды поскользнулся и упал, сильно перепачкавшись в холодной глине. Все его внимание уходило на то, чтобы не дать погаснуть последней свече, от которой остался уже малюсенький огарок. Местами встречались такие глубокие лужи, что вода доходила Легану до колен. Запах вокруг стоял премерзкий, но Леган подумал, что, случись все это летом, а не зимой, здесь вообще было бы не продохнуть. Наверняка этот коридор был излюбленным местом обитания каких-нибудь лесных тварей. Если бы из подземного хранилища был иной выход, Леган никогда не сунулся бы в этот туннель, больше похожий на крысиную нору.

Он усмехнулся, вспомнив, как вообще попал в этот коридор. Сказать кому — не поверят! Да и сам Леган еще три дня назад не поверил бы! Ему этот путь указала книга. «Дорога Миров». Книга, которой больше нет…

«Пора уходить. Но не пользуйся магией!»

— Как же так?! Ведь дверь не открывается! Я пробовал…

«Если ты воспользуешься магией, то Неугасимый Маяк…»

— Я знаю! Но я рискну!

«Не нужно. В самом дальнем углу подземелья висит на стене картина. Кладка стены в этом месте очень слабая… И ничему не удивляйся! Счастливого пути!..»

…Кладка действительно оказалась слабой — достаточно было нескольких ударов ногой, чтобы старые камни рухнули, подняв тучу пыли и впустив в подземелье невыносимо сырой и холодный воздух скрытого коридора. А место, на которое указывала книга, Леган нашел очень быстро. И, хотя его и предупредили, Леган не смог сдержать своего удивленного возгласа. Дело в том, что картина на стене была портретом. Его портретом! Со старого (можно даже сказать — древнего!) холста на Легана смотрело его собственное лицо!

Леган несколько минут не мог прийти в себя. Он и сейчас еще не окончательно опомнился от увиденного. Но теперь Леган хотя бы смог вспомнить и попытаться осмыслить самые последние слова, услышанные им от «Дороги Миров»…

«… Счастливого пути!»

— Подожди! Я не узнал самого главного! Кто ты?

«Просто книга».

— Но кто тебя написал? Кто создал тебя?

«Ты»…

Эти же буквы проступили и на обложке книги. Они налились огнем, взметнулись вверх желтоватыми полосками пламени, и через миг от книги не осталось даже пепла. Только легкий запах полевых цветов, такой неуместный в подобной ситуации, медленно распространялся по подземелью…

Туннель резко свернул вправо и пошел вверх. Вода капала с потолка уже не так обильно. Воздух стал чище и холоднее. В нем теперь явственно ощущалось дыхание зимы. Леган заметил, что огонек свечи начинает подрагивать, почувствовал на щеке легкий ветерок.

Коридор совершил еще один поворот — налево, — и Леган увидел вдалеке слабый свет. Он понял, что выход близко. Холод чувствовался все сильнее. Скованные морозом лужи воды и грязи под ногами делали пол скользким, Леган чуть не упал. Он торопился покинуть это подземелье и оказаться на воле. После столь долгого, хоть и добровольного заточения это было его единственным желанием.

Солнечный свет проникал в туннель через поросшее кустарником отверстие. Леган сделал еще несколько шагов и оказался на поверхности.

Снег захрустел под подошвами его сапог. Высокие стволы деревьев, словно стражники, окружали его. Серое небо над головой, холодное дыхание зимнего леса. Леган огляделся.

Он стоял на берегу реки, шагах в ста от него чернели ленивые глубокие воды Криара. На противоположном берегу корчились обугленные стволы деревьев. Снега возле них на земле не было. Только теперь Леган заметил, что серым своим цветом сегодняшнее небо обязано дыму, кое-где поднимавшемуся над лесом. Он нахмурился, вспомнив ужасные толчки, которые ощущал в подземелье. Карающие молнии… Наверняка здесь был пожар!

За его спиной захрустел снег, Леган торопливо обернулся. Меж деревьями мелькнули две человеческие фигуры. Леган присмотрелся.

Люди шли к нему совершенно не скрываясь. Либо они просто не видели Легана, либо были уверены, что именно он-то им и нужен. Леган подумал, а не вернуться ли обратно в туннель? Но люди уже приблизились настолько, что он смог различить их лица, и Леган сразу же успокоился.

— Привет! — помахал рукой Инг.

— Наконец-то! — воскликнул Гэссар. — А мы уж думали, что ты никогда не вылезешь!

— Надо же, а? — улыбнулся Инг, подходя к Легану. — И жив, и даже не обгорел! А я уже представлял тебя в виде хорошо прожаренного ягненка!

— Пойдем к костру! — предложил Гэссар. — Обогреешься, расскажешь…

Леган только теперь понял, что его бьет сильная дрожь. Промокшая одежда задубела на жестоком морозе, холод вовсю терзал тело Легана. Да, обогреться ему бы сейчас не помешало…

Шалаш, к которому Инг с Гэссаром привели Легана, был скрыт от посторонних глаз в густых зарослях кустов. Пока Леган грелся у костра и торопливо жевал жареное мясо, запивая его вином, Инг с Гэссаром не переставая говорили:

— Я чуть было не рванул отсюда, когда все это началось! Хорошо, что Гэссар меня остановил! А то я бы сейчас был очень далеко!

— Когда я понял, что ты укрылся в подземном хранилище, — вставил Гэссар, — и увидел, как на Сорот падают молнии, я сразу же понял, что ты вскоре попытаешься выбраться через подземный ход!

— Ты знал о нем?! — удивился Леган.

— Нет, — покачал головой Гэссар. — Рассказывали, что этот ход есть и что он ведет на противоположный берег реки. Но никто его никогда не видел. А я подумал, что если уж ты решился вытворить что-то, от чего на Неугасимый Маяк напала такая икота, то наверняка и ход ты сумеешь отыскать!

— А остальные? — вдруг вспомнил Леган. — Сорот?

— Сорота больше нет, — просто ответил Инг. — Даже развалин не осталось!

— А маги?..

— Никто не погиб, — успокоил его Инг. — Они двинулись на юг, в Сиуз. Ты бы слышал, как они тебя проклинали! Надеюсь, ты не хочешь их навестить? Я не думаю, что они были бы в восторге от твоего визита!

— И не собираюсь, — проворчал Леган.

— Слушай, Леган, — осторожно спросил его Гэс-сар, — а что ты там делал, в подземном хранилище? Отчего это Маяк так взбесился? Ты?..

Леган молчал, ожидая продолжения.

— Ты творил заклинания?

— Чего я там только не творил! — усмехнулся Леган.

— Ну и?..

— Что?!

— Чему ты научился? Что ты смог попробовать? Какие заклинания тебе удалось применить? Что ты теперь можешь? — засыпал его вопросами Гэссар.

— Мне кажется, — задумчиво ответил Леган, — что все…

— А… А Маяк?! — с надеждой спросил Гэссар.

— Я думаю, что теперь я смогу изменить ситуацию, — решил признаться Леган.

— О, Небо! — выдохнул Гэссар. — Значит, скоро мы сможем жить, как люди? Не верится даже!

— Мне тоже! — ехидно подтвердил Инг. — Потому что если и не будет Маяка, то останется Орден!

— Подумаешь — Орден! — презрительно ответил Гэссар. — Если я буду знать, что Маяк мне ничего не сделает, от твоего Ордена клочки полетят! Понял?

— А чего же ты раньше-то ждал?! — удивленно посмотрел на Гэссара Леган. — Почему ты сам не попытался сделать то же, что и я?

— Пытался! — криво усмехнулся Гэссар и принялся ворошить палкой угли костра. — Еще как пытался! По «Книге Ларки Лариары»! Но в первый же вечер в Сорот ударили молнии! Помнишь повреждения в угловой башне? — Леган кивнул. — Моя работа! — хмуро заявил Гэссар. — И все маги Сорота дружно заявили, что если я хочу жить вместе с ними, то должен буду навсегда оставить эти опасные занятия! Ну я и плюнул на все! Стал собирать свой маленький музей, ходил по лесу, выискивал разные интересные вещи… Эх! Жаль, что от них теперь не осталось и следа! Они бы смогли тебе пригодиться!

Леган пожал плечами:

— Не думаю. Я теперь могу кое-что, для чего не нужны почти никакие заклинания и уж точно не обязательны разные там амулеты и талисманы.

— Например?! — осторожно поинтересовался Гэссар.

— Ты слышал про Сумерки? — в свою очередь спросил его Леган.

— Сумерки?! — Гэссар удивленно поднял брови. — Что это?!

— Откуда маги берут силу?

— Откуда? Да ниоткуда! Попробуй только взять немного силы хотя бы у камня! Тебя так молнией долбанет — мало не покажется! Есть, конечно, предметы, которые сами отдают магам свою силу — рог единорога, плоды дерева Гих, волосы дриады… Но попробуй теперь отыскать дриаду! О единороге я уже и не говорю… Даже вырастить Гих тебе Орден не позволит! Да и силы-то у этих вещей — кот наплакал! Они, конечно, отдают ее сами и очень охотно, но толку от этого бывает немного.

— Так откуда же маги берут силу? — продолжал спрашивать Леган. — Ведь даже для чтения мыслей нужна сила! Хоть и мало, но нужна! Откуда?

— От Света или Тьмы! — выпалил Гэссар. — Только не берут, а выпрашивают! Если Свет или Тьма позволяют им, то магам удается урвать себе какие-то крохи. А так — сиди и жди… непонятно чего!..

— Значит, маги берут силу от Света или Тьмы? А сами Свет и Тьма? — хитро прищурился Леган.

— Что — сами?! — не понял Гэссар.

— Ну, сами-то они откуда силу берут? — пояснил Леган, бросая быстрый взгляд на заинтригованного Инга.

— Не знаю, — пожал плечами Гэссар. — Она у них всегда есть!

— Они ее берут из Сумрака! — заявил Леган. — Сумерки порождают и Свет, и Тьму! Они превращают одно в другое! Свет и Тьма питаются силой Сумрака! — Голос Легана зазвучал сильнее и увереннее. — И если ты хочешь получить настоящую силу, Силу с большой буквы, то и тебе надо поступать подобно Свету или Тьме! И тогда ты станешь вровень со Светом и с Тьмой! — Леган увлекся и невольно поднял руки над головой, указывая на небо. Как бы призывая его в свидетели своей правоты.

Гэссар с Ингом слушали его, вытаращив глаза от изумления.

— … Ты сможешь уже разговаривать и со Светом, и с Тьмой на равных! — увлеченно продолжал Леган. — И если ты не пытаешься прибавить миру Тьмы или Света, если ты остаешься сторонним наблюдателем, то тогда… Тогда ты можешь повелевать уже всем миром!

Леган вдруг обратил внимание на то, что в глазах сначала у Гэссара, а потом и у Инга появляется выражение ужаса. Но он еще не понимал, чем оно вызвано. Он просто мельком отметил это, и все. Он почему-то не мог остановиться и говорил, говорил…

— … Ты можешь повелеть, например, этим тучам разойтись! Ты можешь одним желанием вызвать солнечный свет — без заклинаний, без…

Леган замолчал, пораженный тем, что увидел.

Серое одеяло, укрывавшее небо до этой секунды, зашевелилось, словно от сильного ветра. Пелена дрогнула и пришла в движение. Выглядело все так, словно во все стороны подул ветер — тучи и дым начали разбегаться в стороны, как широкие круги по воде, и в образовавшийся просвет хлынул солнечный свет. И только сейчас Леган вдруг обратил внимание, что сидит с воздетыми к небу руками. И из каждого пальца его вверх, змеясь, убегает тоненький серебристый лучик. Словно десяток молний вонзились в небо…

Молнии!

Леган услышал знакомый шелест и треск.

— Бежим! — заорал Инг.

Гэссар с Леганом не заставили себя долго упрашивать. Они стремглав кинулись в чащу, а за спиной у них грохнуло со страшной силой. Волна воздуха опрокинула всех троих навзничь, снежные шапки сорвало с деревьев, Леган зажмурился, ожидая неминуемого. Но хоть веки его и были плотно сомкнутыми, перед его взором опять промелькнуло мимолетное видение — людские лица, мужское и женское, с непонятным выражением надежды и сожаления. Но Легану сейчас было не до того, чтобы разглядывать их. Он лежал неподвижно, ни о чем уже не думая. И только когда Инг, выбравшийся из сугроба первым, начал его тормошить, Леган отважился открыть глаза.

— Фу-ты! — рассердился Инг. — Напугал как!

Гэссар смотрел на Легана, открыв рот. Вид у него был смешной, но Легану и в голову не пришло улыбнуться.

Молния ударила прямо в костер. От углей и головешек не осталось и следа, а земля на этом месте сплавилась и превратилась в стекло, распластавшееся безобразной кляксой. Каким-то чудом шалаш не пострадал, все вещи Инга и Гэссара тоже оказались нетронутыми.

Инг как ни в чем не бывало принялся опять собирать дрова для костра. Гэссар же продолжал стоять, словно столб. Взгляд его был устремлен в одну точку — на следы остекленевшего удара молнии на месте бывшего костра. Губы Гэссара беззвучно шевелились. Глядя на него, Леган неожиданно подумал, что Гэссар и сам начал творить заклинания. Очень уж у него был странный вид.

— Так, хорошо! — бормотал Инг. — Тучи ты разгонять умеешь… Интересно, а что ты можешь еще? Можешь ты заставить солнце сделаться квадратным?

— Зачем?! — опешил Леган.

— Не знаю, — пожал плечами Инг. — Так просто… Интересно…

— Если бы мы не успели… — пробормотал Гэссар.

— То и сами бы разлетелись по лесу! — беспечно закончил за него Инг. — Наподобие этого вот костра! Но мы успели! И не надо переживать о том, чего не случилось! Верно?

— Я, пожалуй, пойду! — вдруг заявил Гэссар. Глаза его все еще продолжали неподвижно пялиться в разгорающийся уже костер.

— Куда?! — удивился Инг.

— Туда, — неопределенно махнул рукой Гэссар. — Построю себе другой шалаш. Поблизости…

Эти слова больно кольнули Легана. Вот так вот! Даже Гэссар! Он тоже боится! Одному Ингу все безразлично. Впрочем, ему почти всегда и почти все бывает безразлично…

— Не надо, — сказал Леган.

— Что не надо? — переспросил Гэссар.

— Не надо тебе уходить! — Леган повернулся к нему. — Я сам уйду… Не бойтесь…

— Леган! — воскликнул Инг. — Куда ты-то собрался? Вы что, ополоумели оба, что ли?!

— Гэссар прав, — ответил Леган. — Рядом со мной теперь опасно. И чем дальше я сейчас буду от людей, тем лучше…

— Ты что? Опять?! — вскричал Инг. — Послушай, Леган! Тебе не надоело прятаться ото всех? Ты же теперь можешь… многое! Чего же ты боишься?!

— Пока существует Маяк, — медленно произнес Леган, — ни я, и никакой другой маг не можем быть спокойны! Но мне кажется, что я сумею совладать с Маяком! И еще мне кажется, что Неугасимый Маяк знает об этом! И он очень постарается мне помешать. Так что, Инг, я просто не хочу подвергать ваши жизни опасности.

— Ничего не случится! — заверил Инг. — Видел, как мы умеем бегать? Вот то-то! Никаким молниям за нами не угнаться!

— Нет, Инг, — покачал головой Леган. — Я пойду. И пойду один…

Инг сразу стал серьезным. Он внимательно посмотрел на Легана и вздохнул.

— Ладно уж, — согласился он. — Но скажи, пожалуйста, куда ты собираешься идти?

— Не знаю, — пожал плечами Леган. — Еще не знаю.

— Тогда мы с Гэссаром отправимся в Хадр, — заявил Инг. — И будем там ждать тебя. Хорошо?

— Почему в Хадр?! — Гэссар удивленно поднял брови.

— Хадр ближе, — пояснил Инг. — Только ты, Гэссар, там не колдуй. Хорошо?

Гэссар ничего не ответил.

— До встречи, Леган! — Инг протянул ему руку. — До встречи и… Удачи тебе!

— Спасибо. — Леган повернулся и пошел в лес.

8

Каллана уже четыре дня пребывала в расстроенных чувствах. И все по причине отъезда из Сарианиса. Надо же было такому случиться, что ее хозяйке — госпоже Теллине Галлатэнн опять приспичило куда-то уезжать. Не прошло и двух месяцев, как они вернулись из Марда, а госпоже уже не сидится на месте! Хорошо хоть, что теперь она собирается отправляться в Диирий. Диирий это не Мард — тот вообще на краю света! До Диирия они доберутся за какой-нибудь день-другой.

И чего она никак не успокоится?! А началось все с их поездки в Лаоэрт полгода назад. С тех пор-то госпожу Галлатэнн словно подменили. Не иначе как опять собирается разыскивать того лейтенанта — как там его зовут?

Хотя, может быть, госпожа просто желает побывать в родных краях? Каллана знала, что Теллина Галлатэнн была родом из Диирия — та как-то сама ей об этом сказала. Так что, может быть, тот пропавший лейтенант и не имеет никакого отношения к этой поездке. И все равно Каллана была расстроена. Едва успела наладиться нормальная жизнь в городе, только-только Каллана познакомилась поближе со своим Латаном, как приходится уезжать! А будет ли Латан ждать Каллану — это еще большой вопрос! По такому парню многие девчонки сохнут. Вообще удивительно, как это Латан обратил внимание именно на Каллану?! Хотя, ежели хорошенько подумать, то ничего удивительного в этом-то и нет! У Калланы и красота (ей еще мама это говорила), и молодость (а это она и сама знает!), и служба хорошая — кто из девчонок сейчас может похвастаться такой удачей? Служить у богатой госпожи, владелицы самого большого в городе трактира — это вам не пиво в кабаке подавать! Такая удача не каждой подворачивается! Так что, коль уж Латан ее, Каллану, ждать не будет — ну и пес с ним! Каллана найдет себе и получше! С такими-то данными, да не найти?! Найдет!..

Каллана горестно вздохнула. Так не хочется никуда уезжать! Особенно теперь, когда все дороги завалены снегом. Это же на дилижансе придется тащиться! А дилижансы сейчас все на полозьях. Оно и понятно — на колесах-то теперь по снегу не поездишь! А полозные — ползут, как улитки! Точно, целый день им в пути провести придется! Да-а-а, крепко, видать, госпожа в этого лейтенанта влюбилась! Вот интересно, а стала бы сама Каллана разыскивать Латана, ежели что?

Нет, не стала бы! Да и куда же он подевается-то?! Из своей кузницы… А госпожа все про своего лейтенанта думает! И день, и ночь! Каллана точно знает — слышала, как госпожа вполголоса сама с собой разговаривала. И амулетик этот на шее — наверняка он ей подарил. Как она его бережет! Трактир свой так не бережет, как его! Да и как не беречь-то — амулетик тот, видать, с секретом…

Каллана нахмурилась, вспоминая, как однажды ей удалось подержать в руках талисман Теллины. Это случилось буквально за день до того, как Латан вдруг заметил, что есть на свете такая девушка — Каллана. Госпожа тогда оставила талисман на столе в своей комнате, и Каллана не смогла удержаться, чтобы не рассмотреть его как следует. Но едва она взяла талисман в руки, как ей показалось, что он несколько тепловат для простой безделушки. От него исходило какое-то мягкое тепло, словно талисман не пролежал на столе больше часа, а только что был выпущен из горячих ладоней.

Каллана удивленно крутила в пальцах гладенький кусочек кости и думала, что эту вещь наверняка подарил госпоже ее ухажер. Которого она до сих пор очень любит. Совсем как сама Каллана своего Латана…

Латан…

Каллана вдруг представила себе его — как он входит в трактир со своими друзьями и подружками, как они весело смеются, как поют песни. А Латан смотрит только на нее одну! Ни на каких своих подружек он даже внимания не обращает, словно бы их и нет на свете! И Каллана смотрит на него. Смотрит и улыбается…

Талисман вдруг слегка кольнул пальцы Калланы, ей показалось, что вместе с теплом от него начало исходить слабое свечение. Еле-еле заметное, чуть зеленоватое свечение. А впрочем, это могло просто ей показаться. Не свечка же это, чтобы светить! Верно?.. Да и вообще, не стоило трогать этот амулет! Мало ли что это может быть? Да и потом — чужая вещь все-таки… Каллана со вздохом положила его на стол. Почему-то ей было жаль выпускать его из рук.

Да, крепко, видать, любит госпожа этого своего лейтенанта, коли такую безделицу в память о нем бережет! Да и лейтенант тот тоже хорош! Нашел, что подарить — костяшку какую-то! Вот Латан Каллане колечко преподнес — золотое, не какую-нибудь ерунду!

Каллана полюбовалась кольцом. Красивое! С камушком! Дорогое, наверное!

Жалко, что приходится уезжать. Ну да ничего! Не навсегда ведь, верно? Съездим в Диирий, вернемся. А Латан подождет, не сахарный, не растает! Построже надо с ним! А то придется потом, как госпоже Галлатэнн своего лейтенанта, искать его по всему Межгорью! Леган ехал не спеша — торопиться ему было некуда. До Сарианиса засветло он все равно не доберется, так что ночевать ему придется в каком-нибудь придорожном трактире или в деревушке. Благо их на дороге между Диирием и Сарианисом не так уж и мало.

Можно было, конечно, остаться еще на одну ночь в Диирии, но слишком уж не понравилось там Легану. Такое впечатление, что город словно бы подменили.

Южный квартал города был полностью уничтожен пожаром. Именно здесь, в здании городского суда удерживали оборону последние отряды Братства Знающих после того, как прокатились кровавой волной по Диирию. А несколько дней назад южная окраина города была полностью захвачена Братством.

Полковник Куиссэн не вступал в переговоры с мятежниками и, блокировав весь район, сжег его. Жители, хорошо знавшие решительный характер полковника, успели бежать еще до того, как Братство водрузило на шпиле городского суда серое полотнище своего знамени. И теперь они горестно бродили по пепелищу, среди развалин домов, пытаясь отыскать то немногое, что могло уцелеть.

Дом Лариаров находился в западной части города, довольно далеко от места событий. И Леган с облегчением увидел, что их старое родовое гнездо совершенно не пострадало.

Отец и мать обрадовались его приезду. Особенно отец — он просто места себе не находил, едва Леган ступил под крышу родного дома. Очень долго не отпускал сына, выспрашивал, как он жил все это время, интересовался, чем Леган теперь намерен заняться.

Мать встретила, разумеется, сына с радостью, но несколько сдержанной. И не преминула его сразу же упрекнуть, что он так долго не подавал о себе вестей.

— У меня не было возможности, — оправдывался Леган.

— Ваш отец очень переживал за вас, сын, — с мягкой улыбкой говорила Балла Лариара. — И не он один, поверьте мне. Ваш друг — Ленн Раллэн — тоже часто осведомлялся о вас. Не говоря уже о полковнике Куиссэне.

— Куиссэн?! — удивился Леган.

— Да, — кивнула головой Балла. — Полковник очень сожалел о том, что вас не было в полку в эти дни. Он считает, что такой офицер, как вы, мог бы оказать гарнизону неоценимую помощь. Кроме того, он был очень обеспокоен отсутствием известий о вас. Ведь он считает себя ответственным за все то, что с вами произошло!

— В этом нет ничьей вины, — хмуро пробормотал Леган. — Ничьей, кроме моей.

— Вы ведь так не считаете, сын? — тихо произнесла Балла.

— Почему вы так думаете?! — поднял брови Леган и вдруг понял, почему его мать твердо уверена в том, что Леган не считает себя виноватым.

«Я знаю, сын!»

— Что?! — по инерции спросил Леган, хотя все и так было понятно.

— Разве я что-нибудь сказала?! — улыбнулась Балла Лариара.

— Но… Но я же… — Леган никак не мог в это поверить, но все же закончил свою, теперь уже совершенно ненужную фразу мысленно:

«… Я же слышал…»

«Я рада этому, сын».

«Вы… Вы тоже?!»

«Тебя это неприятно удивляет?»

«Нет. Полгода назад, может быть, и удивило бы, но сейчас — нет… А отец? Он?..»

«Ладру это не дано. Но это не значит, что он не смог бы, если б захотел по-настоящему».

«Почему же он?..»

«Он не знает, что такое возможно, сын. И я думаю, что пока не стоит ему об этом сообщать. Я имею в виду то, что мы с вами умеем…»

«Хорошо».

«Так вы зайдете к полковнику Куиссэну?»

«Сегодня же вечером».

«А вы знаете, сын, за что я на вас еще немного сержусь?»

«За что?»

«Та девушка…»

«Теллина?»

«Да. Она была здесь».

— Что?! — Леган вскочил с места. — Когда?

— Успокойтесь, сын, — проговорила Балла. — Она разыскивает вас уже очень давно. Она приезжала сюда, надеясь застать вас дома. Вы же ничего ей о себе не сообщали, верно?

— Я… — Леган запнулся.

— Вот именно, — укоризненно произнесла Балла.

— Она не говорила, где ее можно найти? — с надеждой спросил Леган.

— В Сарианисе, — ответила Балла. — В трактире «Старая сказка».

— В трактире?! — изумился Леган. — Опять?!

— А почему бы и нет? — пожала плечами Балла. — Это же ее трактир!

— Ее трактир?!

— Ну да! Вы даже этого не знали?! — подняла брови Балла.

— Я должен ехать! — решительно произнес Леган.

— Но не сегодня? — осторожно спросила Балла.

— Нет, — подумав, ответил Леган. — Завтра. Завтра утром…

Но наутро у него так и не получилось покинуть Диирий. Дело в том, что в этот день полковника Куиссэна не было в городе, так что Легану пришлось прождать его до следующего полудня.

Беседа с полковником состояла в основном из воспоминаний и сожалений о том, что Ленна Раллэна сейчас нет в полку — он должен был вернуться только завтра утром или сегодня вечером. У Легана создалось впечатление, что полковник никак не решается задать какой-то очень важный для него вопрос. Леган долго колебался, прежде чем решился проникнуть в мысли полковника. И тогда он понял, о чем полковник Куиссэн хотел спросить.

— Вы желаете знать, действительно ли я ударил старшего офицера? — поинтересовался Леган.

Полковник удивленно поднял брови и молча кивнул.

— Да, господин полковник! — Леган по-прежнему обращался к Куиссэну как к старшему по званию. — Я действительно ударил его! И нисколько о том не сожалею!

— Позвольте узнать, почему?

— Вы видели Лаоэртскую гвардию, господин полковник? — в свою очередь спросил Леган.

— Это не ответ на мой вопрос! — нахмурился полковник. — Я лучше вас знаю, что столичная гвардия далека от совершенства…

— Она далека от гвардии, господин полковник! — заявил Леган. — Она превратилась в скопище карьеристов и лизоблюдов!

— Господин!.. Э-э-э… — Полковник на миг запнулся. — Вы говорите об офицерах!

— Нет, господин полковник! — покачал головой Леган. — Я бы не называл их офицерами! Я уверен, что, случись какая-то неприятность, Принц не сможет положиться на столичную гвардию! Разве я неправ?

Полковник промолчал. Леган не знал, что неприятность уже случилась, что Лаоэрт не остался в стороне от внимания Братства Знающих и в столице также произошли волнения. Леган не мог знать, что офицеры столичного гарнизона — все эти малолетние генералы и «полковники, никогда не видевшие настоящего боя, — вместо того чтобы наводить порядок, попрятались по домам. И из всех городов командиры гарнизонов вынуждены были бросить в Лаоэрт своих лучших офицеров, чтобы сохранить Трон Принца. Именно поэтому Ленн Раллэн и отсутствовал в данный момент в Диирии. Леган не знал этого, а полковник не стал об этом распространяться.

Сейчас, направляясь в Сарианис, Леган уже понял, чем было вызвано это нежелание полковника. Ведь Леган уже не являлся офицером. А полковник Куиссэн свято соблюдал устав, запрещающий посвящать посторонних в проблемы армии.

Прокативший мимо него дилижанс заставил Легана посторониться. Он обернулся и посмотрел ему вслед. Может быть, именно на нем и возвращается в Диирии Ленн? Хотя вряд ли. Ленн наверняка предпочтет дилижансу своего коня! Леган снова тронулся в путь.

Жаль, что он так и не увиделся с Ленном! Полковник Куиссэн очень переживал, что Леган не сможет дождаться своего старого друга. Но Леган успокоил полковника, сказав, что в скором времени он обязательно вернется в Диирии и тогда уже пробудет здесь намного дольше.

— Ленн мне не все рассказал, — говорил полковник, — но из его слов я понял, что у вас испортились отношения с Гаррэтом. Это так?

— Да, господин полковник, — кивнул Леган и сам подивился тому, насколько мало теперь его волнуют отношения с Гэртаном Гаррэтом.

— Надеюсь, он вел себя, как подобает гвардейскому офицеру? — сурово сдвинул брови полковник.

— Это не имеет значения, — безразлично пожал плечами Леган.

— Не имеет значения?! — удивился полковник. — Извольте объясниться!

— Я не собираюсь возвращаться на службу, господин полковник, — ответил Леган. — Даже если бы у меня и была такая возможность. И отношение ко мне людей, круто переменивших свое мнение после нескольких неудач, меня теперь уже мало беспокоит!

Полковник побарабанил пальцами по столу.

— Странно, но то же самое сказала мне и ваша матушка! — усмехнулся он.

— Моя матушка — мудрая женщина! — кивнул Леган. — Она знает, что говорит!..

Леган вспомнил слова матери о талисмане.

«Он поможет вам, сын! Поможет отыскать ее!»

«Каким образом?»

«Этого я не знаю. Но я уверена, что он значительно облегчит ваши поиски…»

Значительно облегчит поиски… Интересно, что она имела в виду?

Леган вдруг подумал о том, носит ли Теллина его талисман? А если она его носит постоянно, то, может быть, он сумеет…

Но так, чтобы не разбудить Неугасимый Маяк! Это сейчас Легану совсем не нужно!

Леган прикрыл глаза и осторожно огляделся, как он теперь это умел делать. И вдруг!..

Он почувствовал его!

Талисман!

Леган натянул поводья, конь возмущенно заржал и затряс головой. Леган растерялся. Талисман! Он… Он только что был рядом! Он… Теллина только что была рядом!

Рядом?!

Дилижанс!

Леган круто развернул коня и пришпорил его.

— Давай! — закричал он. — Скорее!

9

Кони были укрыты в заснеженной балке, где их охраняли двое молодых парней. В таком деле лучше, если кони под рукой и в то же время не видны постороннему глазу. А то мало ли что? Вдруг шуму наделают? А что двоих новичков поставили коней сторожить, так нечего им в драку-то лезть! Молодые еще пока! Эх! Поскорее бы! Сколько ждать-то можно?

Коренастый разбойник снял рукавицу, почесал затылок и бросил опасливый взгляд на главаря. Нет, не годится этот человек ватагой верховодить! Смелости в нем нет! Потому и остальные ватажники осторожничают! Опасаться стали слишком уж! Эх! Да что поделать-то?

— Чего ты все вздыхаешь? — спросил товарищ.

— Надоело ждать, — коротко ответил коренастый.

— Что же еще делать-то?! — удивился товарищ. — Не встречать же их на дороге прямо!

Главарь разбойников искоса глянул на беседовавших и снова перевел взгляд на дорогу. Нашли время, когда разговоры разговаривать, недовольно подумал он. Ждать ему надоело! Ну, пойди, поторопи гостей-то! Дескать, мы тут вас заждались уже!..

— Надо было и того, что недавно здесь проехал, пощипать маленько! — заявил коренастый.

— Зачем?! — еще больше удивился товарищ. — Чего у него могло быть-то?!

— Деньги! — зло ответил коренастый. — Деньги могли быть! А мы сидим тут… ждем!

— Ты, видать, думаешь, что у него с собой вся казна диирийская была? — криво усмехнулся главарь.

— Ничего такого я не думаю! — огрызнулся коренастый. — А что деньги у него могли быть, так это точно!

— Ага! — подтвердил главарь. — Много денег! Нас тут десять человек, так на всех бы и хватило! Правильно?

— Все лучше, чем ничего! — пытался спорить коренастый.

— Это у тебя — ничего! — веско произнес главарь. — Так это твоя беда, а не наша! Понял? А много болтать будешь, так ничего и не появится!

Коренастый отвернулся и стал смотреть на приготовленные жерди. Жерди стояли прислоненными к уже подрубленным стволам деревьев, достаточно было просто навалиться на них, чтобы толстенный ствол ухнул, перегородив дорогу.

— Ну ты сам пойми, — говорил товарищ коренастого. — Нас-то много, а денег у того конника с собой могло быть и вовсе ничего! Зато шуму бы мы тут понаделали! Тогда хоть сразу собирайся и — в горы!

Коренастый дернул плечом.

— Да не объясняй ты ему! — проворчал главарь. — Не понимает он!

— Я все понимаю! — ехидно ответил коренастый. — Ты потому дилижансу ждешь, что там бабы быть могут! Бабы тебе нужны, а не деньги!

— А тебе не нужны, что ли? — усмехнулся главарь. — Не нужны, так в сторонке постоишь, посмотришь издаля…

Ватажники захихикали.

— Мне деньги нужнее! — зло прищурился коренастый.

— Напрасно ты так, — примирительно сказал товарищ. — Деньги — это, конечно, хорошо. Но и бабы тоже неплохо! А ежели и то, и другое!.. У-у-у!.. Красота!

— Чего ты укаешь? Чего? — опять озлился коренастый. — Серьезное дело затеваем, а ты!..

— А чего — я?! — удивился товарищ. — Я как все! Да и в дилижансе-то денег поболее будет, чем у конника одинокого! Не так, скажешь?

— Конечно, поболее! — подтвердил коренастый. — Да только его деньги тоже лишними бы не оказались!

— Да с чего ты взял, что он деньги вез? — подал голос тощий, как жердь, ватажник. — Он тебе чего, письмо прислал, что ли? Вот, мол, буду из Диирия ехать, так ты меня не упусти! Деньги большие, мол, повезу!

Ватажники захихикали уже громче. Главарь нахмурился. С этим самым коренастым надо будет поскорее разобраться, подумал он. Вишь, куда гнет, собачий сын! И то ему не так, и это! А все после того, как он с тем корявым мужиком спутался в трактире! Мужик-то тот из Братства оказался, ну и заморочил мозги ватажнику!

Честно говоря, и мозгов-то у коренастого разбойника бьшо немного. Однако же хватило на то, чтобы ноги унести, когда армия южную окраину в кольцо взяла. И в первое время вернувшийся в ватагу коренастый разбойник долго хвалился своими подвигами. Хотя какие уж тут подвиги-то?! Раздавили их в одночасье! Как клопов, честное слово! А у коренастого в башке его что-то сдвинулось, это точно! Так он с тех пор ко всем и лезет, задирается, сам на драку напрашивается! Под главаря копает, пес! Как пить дать!

Ну да ничего! К дилижансе кинемся, а там, глядишь, кто из пассажиров и вооруженным окажется! И тогда уже — кинжальчик-то на коренастого давно заточен! Нечего ему воду мутить!

— Гляди-ка! Знает он! — говорил тощий. — Ну объясни тогда, откуда знаешь-то?

— Чувствую я! — ответил коренастый. — Нутром чую, что деньги он вез!

— Во как! — расхохотался тощий. — Нутром чует! А ты, часом, не колдун ли?

— Чего ты сказал? — Коренастый двинулся к худощавому. — А ну-ка, повтори еще раз! Чего сказал-то?

— Да ты чего?! — попятился тощий. — Это же я так просто! В шутку!

— Через такие шутки в зубах бывают промежутки! — наставительно произнес смуглый разбойник.

— То-то я гляжу, у тебя зубы через один глядят! — криво усмехнулся коренастый. — Шутить, видать, любишь очень!

— Чего-то ты мне не нравишься сегодня! — заметил смуглый, начиная хмуриться. — Все тебе сегодня не так, всем ты недоволен…

— А не нравлюсь, так мотай отсюдова! — посоветовал коренастый. — Оставшимся денег поболее достанется!

— Это точно! — хмуро кивнул смуглый. — Поболее достанется… Оставшимся-то! Только вот кто же останется-то?..

— Ну-ка! Заткнулись все! — прошипел главарь. — Приготовиться! Едет…

10

Дилижанс тащился еле-еле. Ну, это и понятно — дорога была завалена снегом. По обочинам ее громоздились высокие сугробы. День выдался солнечный, и сверкающее белое покрывало слепило глаза. Каллана искоса глянула на свою госпожу.

Теллина Галлатэнн сидела, обратившись лицом к окну, и непонятно было, то ли она тоже смотрит на искрящийся снег, то ли задумалась о чем-то своем, то ли вообще задремала. Каллана поджала губки. И чего это она так переживает?! Опять, наверное, лейтенанта своего вспомнила!

В дилижансе, кроме Калланы и Теллины, был всего один пассажир — солидный дядечка, годков примерно сорока. Явно благородного происхождения — это чувствовалось и по гордой осанке, и по дорогому платью. Да и шпага в украшенных золотом ножнах тоже говорила сама за себя. Теллину Галлатэнн этот их попутчик изо всех сил старался не замечать, а на Каллану же смотрел крайне неодобрительно. А все почему? Да потому, что Каллана имела смелость завести разговор с одним из молодых людей, покинувшим дилижанс еще утром.

Скучно было ехать так вот, молча. Ну Каллана и заговорила с тем парнем. Он оказался морячком, едущим из Мардского порта на побывку домой. Веселый парень, столько историй знает! А этот суровый господин, наверное, считает, что молодая девушка должна тихо сидеть, скромно опустив глазки в пол, и помалкивать! Ей же скучно в конце-то концов! И чего она такого сделала? Просто разговаривала!

Правда, морячок этот уже начинал делать ей разные намеки — не заедет ли Каллана к нему погостить на пару деньков? Нет, не заедет! Она на службе!

Это слово произвело на морячка должное впечатление, как Каллана и рассчитывала. Но суровый господин вдруг пространно заметил вслух, что если человек состоит на службе, то и должен вести себя соответствующим образом. А на смелый вопрос Калланы, что он имеет в виду, суровый господин охотно объяснил, что служанке не подобает вести себя столь несерьезно и вступать в разговоры с совершенно незнакомыми ей молодыми людьми. Почему? Да потому, что подобное поведение может скомпрометировать ее хозяйку. Впрочем, ее и без того достаточно уже компрометирует наличие такой легкомысленной особы в качестве служанки!

Тут уже в разговор вступила сама госпожа Галлатэнн. Она холодно осведомилась у сурового господина, какое право он имеет в ее присутствии высказываться о ней в третьем лице. На что господин с вежливой ухмылочкой ответил, что если бы Каллана состояла у него в слугах, то продержалась бы там очень недолго. У него самого все слуги очень воспитанные и никогда не позволяют себе подобных вольностей! Да госпожа Галлатэнн и сама может убедиться, насколько у сурового господина вышколенные слуги! Для этого достаточно будет просто заехать к нему в гости — он живет в Диирии, возле рыночной площади, и молодая госпожа увидит…

Каллана опять покраснела до самых корней волос, вспоминая ответ госпожи Галлатэнн этому суровому господину. Каллана и не подозревала даже, что ее госпожа знает подобные слова и выражения! Да что там Каллана! Молодой морячок тоже, похоже, многие из этих слов слышал впервые — он вытаращился на Теллину круглыми от изумления глазами и широко раскрыл рот.

Вкратце все слова госпожи Галлатэнн сводились к тому, что суровому господину не стоит вмешиваться не в свои дела и позволять себе замечания по поводу поведения чужих слуг. К тому же суровый господин напрасно думает, что может позволить себе разговаривать с ней, с Теллиной, как с дешевой… Ну, и так далее. И хотя сказано все это было очень учтивым тоном, но витиеватые обороты речи, которые использовала при этом госпожа Галлатэнн, лишили сурового господина воздуха для надлежащего ответа.

Теперь этот господин сидел, как каменное изваяние, изредка бросая на Каллану неодобрительные взгляды. Видимо, он именно ее считал виновницей всего происшедшего. А госпожа Галлатэнн, ничуть не смутившись сказанным, вновь отвернулась к окну и уставилась в покрытую снегом степь. Лицо ее было спокойным, и Каллана поняла, что госпожа, наверное, уже не в первый раз в жизни произносила эти слова.

Каллана слабо улыбнулась, вспомнив, с каким уважением после всего этого стал смотреть тот самый морячок на ее госпожу. И как он, покидая дилижанс, учтиво склонился перед ней на прощание. Вот ведь умора! Теперь у себя на корабле он долго будет всем рассказывать, как гордая и холодная дама отбрила наглого приставалу! А главное — какими именно словами!

Каллана едва не захихикала при мысли об этом, но, поймав полный суровой укоризны взгляд попутчика, опустила глаза.

Тень промелькнувшего мимо окна всадника заставила Теллину вздрогнуть. Каллана с готовностью посмотрела на свою госпожу.

— Нет, ничего, — покачала головой Теллина и снова уставилась в окно, за которым была все та же бесконечная снежная степь.

В полном молчании они проехали еще полчаса. Но когда дилижанс въехал в лесочек, Теллина вдруг нахмурилась и прижала ладонь к груди, словно почувствовала какое-то недомогание. Собственно говоря, Каллана именно так и подумала — что госпоже Галлатэнн стало нехорошо. Потому что щеки Теллины внезапно покрылись нездоровым лихорадочным румянцем, а глаза вдруг заблестели.

Каллана бросила косой взгляд на сурового господина, склонилась к Теллине и озабоченно прошептала:

— Вам нехорошо, госпожа?

Губы Теллины беззвучно шевельнулись. Она посмотрела на Каллану пустым взглядом и еле слышно произнесла:

— Леган…

Понятно, подумала Каллана. Опять она его вспомнила!

— Мы уже скоро приедем, — попыталась успокоить госпожу Каллана. — Скоро мы будем в Диирии, и может быть, что…

— Он уже уехал оттуда! — вдруг произнесла Теллина. — Он был там, но уже уехал!

Каллана вытаращилась на госпожу. Чего это она?! Откуда ей знать-то?! Но в голосе Теллины было столько уверенности в своей правоте, что Каллана не решилась об этом спросить. Да если бы она и спросила, то Теллина все равно не смогла бы вразумительно ответить, откуда у нее такая уверенность. Она просто не смогла бы объяснить Каллане, как неожиданно жарко запылал талисман на ее груди, как огненное тепло охватило ее плечи и лицо и перед глазами предстал образ Легана. И Теллина сразу поняла, что он был (уже был!) в Диирии и сейчас направляется в Сарианис! К ней, к Теллине! Он ищет ее! Он… Это именно он проехал мимо совсем недавно!

— Остановите дилижанс! — вдруг потребовала Теллина. Голос ее задрожал от возбуждения.

— Что-о-о?! — удивился суровый господин.

— Остановите дилижанс! — Теллина приподнялась с места и дернула за шелковый шнурок. Тут же раздался звон колокольчика и дилижанс замедлил ход.

— По-о-озвольте! — возмутился суровый господин. — Что вы себе позволяете, сударыня?!

Теллина не ответила. Дилижанс остановился, и через миг в окошке показалось удивленное лицо кучера.

— Немедленно поворачивайте обратно! — потребовала Теллина.

— Как?! — опешил кучер. — Куда обратно-то?!

— Немедленно! — выкрикнула Теллина. — Я заплачу! Поворачивайте!

— Сударыня! — взревел суровый господин. — Я не позволю вам!..

— Пожалуйста, сударь! — вдруг просительно произнесла Теллина, и Каллана с изумлением увидела на ее глазах слезы.

— Но что случилось?! — продолжал удивляться суровый господин.

— Пожалуйста, сударь! — уже взмолилась Теллина. — Поверьте мне, так нужно! Я умоляю вас! Я оплачу все расходы!

— Однако странные у вас… э-э-э… капризы! — пробормотал растерявшийся суровый господин.

— Это не капризы, сударь! — Голос Теллины задрожал. — Прошу вас!..

— Ну, так что? — почесал в затылке кучер. — Поворачивать, что ли?

— Ничего не понимаю! — пожал плечами суровый господин. — Ладно уж, поворачивайте… Если для вас это так важно… — Он опять недовольно пожал плечами.

— Спасибо! — просияла Теллина. Она склонилась к суровому господину и пожала его руку. У Калланы создалось впечатление, что ее госпожа еле удерживается от того, чтобы не расцеловать его. — Огромное спасибо вам, сударь!

— Не стоит благодарности, — проворчал смягчившийся господин. — Помочь даме… Всегда…

— Так что?! — снова спросил кучер. — Поворачивать или как?

— Да! — закивала головой Теллина. — Вы помните всадника, с которым мы недавно встретились?

— Ага! — подтвердил кучер. — И чего?

— Догоните его!

— Во как! — удивился кучер. — Да зачем же?!

— Любезный! — подал голос суровый господин. — Ваша задача — выполнять просьбы пассажиров, а не обсуждать их! Извольте поворачивать дилижанс!

— Вот ведь как! — воскликнул кучер. — Да как же тут повернешь-то?! В лесу-то? Погодите уж, скоро выедем из леса, тогда и повернем!

— Ну так езжайте быстрее! — повысил голос господин. — Поторопитесь, любезный!

Кучер кивнул и скрылся из глаз. Дилижанс дернулся и двинулся вперед, наращивая скорость. Суровый господин внимательно смотрел на Теллину. Ему очень хотелось выяснить, чем было вызвано столь необычное решение.

— Я очень давно разыскиваю этого человека! — вдруг пояснила Теллина, словно прочтя мысли сурового господина. — Я ехала в Диирий только затем, чтобы увидеть его!

— Понимаю, — кивнул господин. — И не просто понимаю, но и завидую этому счастливчику! Которого с таким упорством разыскивает столь прекрасная…

Закончить он не успел. Раздался громкий треск, дилижанс сильно тряхнуло, и он остановился. Снаружи послышались грохот, крики и ржание коней. Дверца дилижанса распахнулась, и глазам пассажиров предстала бородатая физиономия главаря разбойников.

11

Дорога послушно стелилась под копыта мчащегося коня. Леган пригнулся к холке, чтобы холодный встречный воздух меньше затруднял дыхание. Впереди уже показался тот самый лесок, через который он недавно проехал, но дилижанса еще не было видно.

Зато Леган отчетливо видел вторым зрением мерцающий талисман. И понимал, что едет правильно. Талисман этот светился красноватым, чуть отдающим золотом светом. И от него пролегала бледно-розовая дорожка прямо сюда, к Легану.

Деревья подступили вплотную, окружили его, и Леган уже разглядел впереди маячившую темную громаду дилижанса и суетящихся возле него людей. Леган вдруг увидел, как талисман сменил свой цвет и ярко вспыхнул кипящим золотом. И в этом золотом свете он отчетливо разглядел бородатых вооруженных людей, крепко державших за руки Теллину и еще какую-то незнакомую девушку, сидящего возле дилижанса связанного кучера и неподвижно замершего на окровавленном снегу человека, сжимавшего в своей руке обломок шпаги. Леган увидел, как бородатые незнакомцы оборачиваются на стук копыт его коня; как они кидаются ему навстречу, размахивая топорами и палицами; как они рассыпаются в стороны, надеясь окружить его.

Леган понял, что ему не справиться с этими разбойниками. Если только он не…

Леган не раздумывал ни единой секунды. Он превосходно понимал, чем ему это грозит, но выбора у него не было. Он соскочил с коня в глубокий снег, шагнул вперед и поднял руки над головой. Перед глазами его вереницей картинок пронеслись Огненная Арка, Радужный Коридор и Сумерки; губы легко произнесли нужные слова; и…

Мир замер. Разбойники превратились в неподвижные фигуры. Легкие, почти невесомые, прозрачные, словно дым. Легану не составило труда усилием воли приподнять их над землей и отшвырнуть в сторону.

Мир снова пришел в движение. И наполнился возмущенными и озлобленными криками, которыми разбойники сыпали не скупясь. Но среди возмущения и проклятий раздался голос, преисполненный животного страха:

— Братцы! Колдун! Колдун!

Леган стиснул зубы. Он уже чувствовал, как небеса наливаются жаром и напряжением, как этот жар готов хлынуть вниз, испепелить молниями.

— Бежим! — заорал кто-то.

«Не успеете!» — злобно подумал Леган. Он опять превратил их в бестелесные образы, взглядом собрал всю эту отважную банду в один комок и сжал ее в пространстве, управляемом его ладонью.

Испуганный визг, крики боли и ярости, проклятия вперемешку с мольбами о пощаде.

Леган задержал дыхание и зашвырнул этот вопящий сгусток зла, боли и отчаяния вдаль, за горизонт, во тьму. Туда, откуда им уже не будет возврата…

Сразу стало тихо. И Леган услышал, как зловещие потрескивания заполняют все вокруг. Он понял, что молнии вот-вот ударят. Тогда он собрался с силами, вызвал из Сумрака переливающуюся всеми цветами радужную пелену и набросил ее на Теллину и испуганно прижавшуюся к ней девушку. Пелена куполом накрыла и их обеих, и дилижанс со связанным кучером, и даже неподвижно лежащего на земле человека. Леган облегченно вздохнул, увидев сверкающую игру изогнутой поверхности — теперь Теллине ничто не угрожает. Этот купол спасет ее от молний. А через несколько минут он должен будет рассеяться и выпустить женщин живыми и невредимыми. Леган посмотрел в глаза Теллине и улыбнулся. Он хотел крикнуть ей, чтобы она не пугалась, но тут как раз ударили молнии.

Леган увидел их медленное приближение. Словно длинные и тонкие пальцы пробирались к нему с небес, торопясь отыскать свою жертву. Они ослепительно сияли, как солнечные лучи в яркий полдень. Они стремились к нему, жадно предвкушая долгожданную встречу.

Леган вытянул руки, будто приглашая их, готовясь обнять эти молнии. И вдруг понял, что не собирается вот так вот просто сдаваться. Он метнулся в Сумерки, зачерпнул, сколько мог, оттуда Силы и вынырнул обратно — полный ярости и готовности к бою.

Молнии ударили в него, но Леган был готов к этому. Ответные ломаные линии огня взметнулись им навстречу из его рук, столкнулись с молниями в воздухе, переплелись с ними в пылающий бесформенный комок — словно огромный подожженный куст завис над землей. Но молнии Неугасимого Маяка были гораздо сильнее, они давили эту дрожащую пылающую мешанину вниз, к земле, к Легану. Леган понял, что ему не справиться с ними. И в этот момент пылающее переплетение молний обрушилось прямо на него, Леган едва успел выставить перед собой ладони и на короткий миг сжать эти огненные ветви пальцами. Он ощутил обжигающее тепло, царапающую кожу жесткость небесного огня и догадался, что молнии эти несут в себе ту же Силу, которую он только что получил в Сумерках. Сила эта захлестнула Легана с головой, заполнила все его существо, порывом свежего утреннего ветра прояснила сознание и…

Нет! Молнии не желали ему зла! Они вообще никому не желали зла! Наоборот! Они несли в себе Силу и Могущество! Которыми никто до Легана просто не мог воспользоваться!

Огненный вихрь подхватил его, завертел в бешеном водовороте, швырнул в невиданный доселе океан, полный Силы. Леган опять увидел перед собой уже хорошо знакомые ему лица — мужчины и женщины. И вновь лица эти казались прозрачными, сотканными из огня и воздуха. Но теперь они радостно улыбались ему, потому что теперь Леган знал и понимал, что происходит.

Сила заполнила его. Со стороны Леган сейчас выглядел как пылающий факел, в который бьют молнии. Огонь обтекал его ладони, лился по рукам, струился по телу, радостно вспыхивая и заливая ослепительным светом все вокруг. Леган понял, что больше уже не может сопротивляться, и раскрылся навстречу этому огню. И тот хлынул в него, в его тело, разум, душу, заслоняя сознание глубокой чернотой.

Леган вскрикнул и рухнул на землю. Но крик потонул в грохоте молний и перепуганном визге Теллины и Калланы.

Часть пятая. ВЛАСТЕЛИН

… Много Миров прошел я и во всех Мирах видел Добро и Зло, творимое магами миров тех. И делали они Добро и Зло, но никто из них не понимал, что делают они одно и то же. Ибо что для одних людей Добро, Злом оборачивается для иных. И наоборот. И служит творение Добра и Зла того не людям и не магам. Служит это Единому Вечному. Но маги не понимают этого. И одни себя называют Светлыми, Белыми, Добрыми, а другие — Темными, Черными и Злыми. И не понимают они, что служат одному Единому Вечному. И поэтому враждуют друг с другом, брат с братом, сестра с сестрой. И каждый старается стать выше друга своего, брата своего, сестры своей. Но есть Сила, приводящая войну эту бесконечную, во всех мирах ведущуюся, к равновесию. И сила эта у Великого Мага, у того, кто выше Света и Тьмы, и выше кого один только Единый Вечный. И Маг тот вне времени, и вне миров, и вне людей! Ибо вся сила великая всех миров и времен в руках его! И он принес эту силу во все миры и во все времена! Принес и отдал ее мирам всем и временам всем по велению Единого Вечного! Принес и подарил ее, сам еще не успев появиться на свет! Но он появится! И сделает то, что должен сделать! Ибо есть он уже в будущем и будет он еще в прошлом! И время и миры для него, словно мысли, ибо они и есть мысли его! А имя ему — ВЛАСТЕЛИН!

Из книги «Завещание Синака»

1

— … Кто вы?

Молчание.

— Что вам нужно?

Молчание.

Они не отвечают, просто стоят и смотрят на Него — мужчина примерно тридцати пяти лет и женщина, лет на десять его моложе. У него длинные каштановые волосы, стянутые на затылке в хвост длинным кожаным ремешком, и небольшая бородка; женщина — светловолосая и сероглазая, с острыми чертами лица. Они просто стоят и смотрят на Легана, не отвечая ни на один вопрос.

Леган огляделся. Вокруг — сплошная тьма. Однако лица и фигуры этих людей он видит совершенно отчетливо. Потому что от них исходит слабое сияние, слегка рассеивающее окружающий мрак. Оно не освещает ничего вокруг, но совершенно свободно позволяет Легану разглядеть этих двоих людей. Людей, которых он уже видел несколько раз в своих видениях. И когда ему доводилось быть свидетелем карающих молний, и тогда, когда никаких молний не было…

Они стоят молча и, как кажется Легану, внимательно и с интересом разглядывают его. Леган хочет сказать им что-то, но мысли его заполняются странными, чуждыми ему и совершенно незнакомыми образами. И Леган понимает, что это не его мысли, а мысли этих двоих людей.

Леган закрывает глаза и видит перед собой высокую каменную башню. Башня расположена на каменистом острове, а вокруг, насколько хватает глаз, раскинулась серая морская гладь. Воздух здесь душный и горячий, несмотря на низкие тучи, несущиеся над морем. И почему-то сиреневый, словно наполненный необычного цвета туманом.

В верхней части башни ярко светится окно. Леган приближается к нему и видит этих же самых людей. Они, сцепив руки, стоят возле огромного каменного шара, словно собираясь заключить его в свои объятия. Каменный шар озаряется ярким золотистым светом, и Леган замечает, что мужчина зажмуривается. Свет ширится, заливает все помещение, проходит сквозь стены и превращает вершину башни в пылающий огнем шар.

Нестерпимый жар. Невыносимо яркий свет, от которого Леган, как и тот мужчина, невольно закрывает глаза. И голос. Женский голос, тихо произносящий не совсем понятные Легану слова:

«… Круг должен быть замкнут…»

Леган начинает отдаляться от шара. Жар ослабевает и уже не так сильно терзает его тело. Но слова становятся все слышнее:

«Круг должен быть замкнут!»

Каменная башня и сам огненный шар уже скрылись из виду — от них осталась только ярко сияющая точка на темном горизонте. И слова…

«… Круг должен быть замкнут…»

Леган чувствует, как холодная ладонь прикасается к его щеке, гладит его. Он слышит свое имя, произносимое жалобным и очень знакомым голосом. Леган осторожно открывает глаза и видит склонившуюся над ним Теллину Галлатэнн…

2

Каллана смотрела на него, как на некое чудо. Впрочем, возможно, сейчас Леган и был таким чудом. И не только для Калланы, которая во все глаза смотрела на Легана, не придавая значения даже тому, что он разговаривал с Теллиной. Впрочем, и сам Леган, и Теллина тоже не замечали пялившуюся на них с открытым ртом Каллану. Для них сейчас весь остальной мир перестал существовать…

Каллана вдруг поняла, насколько она нескромно выглядит в данный момент, и, покраснев, отошла в сторону. Но тут же наткнулась на труп строгого господина, лежащий на окровавленном снегу, и сильно вздрогнула.

Она вспомнила, как этот господин с совершенно неожиданной прытью выскочил из дилижанса и выхватил свою шпагу. Несмотря на то что разбойников было гораздо больше — Каллане показалось, что человек пятьсот! К сожалению, этот господин был не только строг, но и благороден. И когда первый же оказавшийся перед ним разбойник бросил на снег свою палицу и поднял руки над головой, господин посчитал, что опасаться этого противника уже не стоит, и опрометчиво повернулся к нему спиной. И тут же получил удар кинжалом. Уже упав, господин сделал отчаянное усилие и попытался достать шпагой негодяя, но тот просто с силой ударил каблуком по лезвию и переломил стальной клинок пополам.

Каллана с ужасом вспомнила нагло-похотливые рожи разбойников и передернула плечами, представив себе, что могло бы случиться с ними обеими — с ней и с госпожой, — если бы этот молодой лейтенант не подоспел вовремя. Вот уж действительно вовремя! И как лихо он расправился с разбойниками! Даже и следа не осталось! Колдун, не иначе! Вот оно что! Вот, наверное, почему его и турнули из армии! Точно! И поэтому госпожа его так долго и разыскивала! Скрывался он! Затаился до поры до времени, а когда надо было — хлоп, он и тут!..

— Красавица…

Каллана испуганно обернулась. Она совершенно забыла о кучере, которого разбойники связали веревкой. Сейчас он сидел в снегу, привалившись спиной к дилижансу, и умоляюще смотрел на Каллану.

— Чего тебе? — строго спросила она.

— Как — чего?! — удивился кучер. — Развяжи меня!

— Вот еще! — дернула плечиком Каллана. — Развязывай тут всяких! Не мог заступиться за пассажиров? Вот теперь сиди так!

— Ты чего, красавица? — плаксиво заныл кучер. — Ну развяжи меня! Будь человеком!

— Ладно уж, — смягчилась Каллана.

— Мне в драку лезть никак нельзя, — наставительно вещал кучер, пока Каллана распутывала веревки и помогала ему подняться на ноги. — Ведь на мне же — транспорт! А вдруг что с ним случится? Вот то-то! Да и ватажников было много! Сама же видела, как они этого малого, — кучер кивнул на строгого господина, — кинжальчиком-то… Вот так-то вот! Опасная у нас, кучеров, работа! Почитай, каждый по два-три налета переживает за месяц-то! Да и многие из сотоварищей моих погибли давно уж! А меня Небо пока хранит! Считай, уже третий десяток налетов пережил! Вот так-то вот! А все почему? А потому, что тихо веду себя! Поняла, красавица? А как тебя звать-то?

— Но-но! — строго оттолкнула его Каллана, чувствуя, как шустрые руки кучера норовят обнять ее. — Скотина неблагодарная! Не нужно было тебя развязывать! Сидел бы тут!..

— Прости, красавица, — развел руками кучер, широко улыбаясь. — Это у меня от волнения! Перепугался, понимаешь, вот и…

Каллана глянула на свою хозяйку. Леган о чем-то так убежденно говорил ей, что Каллана невольно прислушалась к их разговору.

— Не бойся, — говорил Леган. — Все будет хорошо. Вот увидишь! Я обязательно вернусь! Ты же знаешь теперь, кто я! Так что не волнуйся за меня! Ладно?

— Я боюсь, Леган! Неугасимый Маяк… Я видела, как в тебя ударили молнии!

— Со мной все в порядке! — улыбнулся Леган. — Ты же сама видишь!

— Это сейчас! — возражала Теллина. — А в другой раз?

— Вот поэтому я и собираюсь в Кагоар.

— В Кагоар? Зачем?!

Леган опять улыбнулся.

— Остров Талод?! — испуганно ахнула Теллина. — Неугасимый Маяк?!

— Да.

— Но… Это же очень опасно! Леган, это все равно что самому лезть в пасть зверя!

— Не думаю. И вообще, я теперь немного по-другому воспринимаю Маяк. Ты знаешь, мне кажется, что он совсем не злой, а даже наоборот…

— Что ты говоришь?!

— Да! — кивнул Леган. — Я в этом уверен. И я просто должен побывать там!

— Я боюсь за тебя! — жалобно произнесла Теллина. — Я так долго тебя искала! Я не хочу тебя опять потерять!

— Я вернусь, — пообещал Леган. — Обязательно вернусь!

— Я буду ждать тебя в Диирии, — сказала Теллина.

— Ты можешь быть где угодно, — с улыбкой возразил Леган. — Теперь я тебя всегда сам смогу отыскать!..

Каллана почувствовала, как у нее начинает щипать глаза. Она отвернулась и встретилась взглядом с кучером.

— Вот так-то! — грустно вздохнул он. — Только свиделись и — на тебе! Опять прощаются! А парень-то не иначе как колдун! Да? — Кучер хитро прищурился.

— Тебе какое дело? — прикрикнула на него Каллана. — Твое дело — людей возить!

— Я свое дело знаю, — с непонятной интонацией протянул кучер, переводя внимательный взгляд на Легана, который уже вел Теллину к дилижансу.

— Пожалуйте, сударыня! — засуетился кучер, пошире открывая перед госпожой Галлатэнн дверцу. — Усаживайтесь! Дерево, правда, дорогу перекрыло, но мы — в объезд! Не извольте беспокоиться, госпожа! Только вот… — Кучер запнулся.

— Чего? — спросила Теллина.

— Доплатить бы, — ответил кучер. — А то вдруг кто из Ордена узнает, как вы тут с колдуном беседовали и не донесли на него, — хитро проговорил кучер.

— Как же они узнают-то? — не поняла Каллана. Теллина молча смотрела на кучера.

— Ну, скажет им кто-то, — объяснил кучер. — Орден-то, он особо разбираться не будет! Сами знаете!

— Сколько? — спросила Теллина.

— Подожди, — подал голос Леган и сделал шаг к кучеру. Тот невольно попятился.

Леган вытянул вперед руку, и Каллане показалось, что между его ладонью и лбом кучера промелькнула молния. Каллана зажмурилась и протерла глаза кулаками. Нет, все в порядке! Просто показалось!..

— Говори! — вдруг приказал Леган.

— Чего изволите? — подобострастно спросил кучер.

— Сколько раз на тебя нападали эти разбойники? — строго спросил Леган.

— Как и договаривались! — бодро ответил кучер. — Раз в неделю! Как отправляюсь, так и сообщаю им!

— Поэтому они тебя и не трогают?

— Ага! — радостно осклабился кучер. — А как же иначе-то? Я же нужен им!

— Вот гад! — ахнула Каллана.

— Какова твоя доля? — продолжал спрашивать Леган.

— Десятая часть! — гордо ответил кучер. — Не каждому удается себе столько выторговать!

— Хорошо, — спокойно ответил Леган и опустил руку.

Кучер растерянно огляделся по сторонам, потер лоб ладонью, и вдруг глаза его округлились от ужаса.

— Не погубите! Господин! — Кучер рухнул перед Леганом на колени. — Умоляю вас! Не погубите, господин колдун!

— Маг! — поправил его Леган. — Маг Лариар! Запомни это! И запомни, что ты должен сделать!

— Да, господин маг! — закивал кучер.

— Ты довезешь женщин до города!

— Да, господин маг! Всенепременно!

— И никому ничего…

— Никому, господин маг! — Кучер прижал руки к груди. — Клянусь Неугасимым!

Леган криво усмехнулся и приказал:

— Езжай! И помни, кому ты это обещал! Иначе!..

— Что вы, господин маг! Никогда в жизни! Спасибо, господин маг! Будьте спокойны, господин маг! Не волнуйтесь, господин…

— Вот ведь сволочь какая! — все никак не могла успокоиться Каллана. — Разбойникам доносил, когда пассажиров повезет! Да еще десятую часть с них брал! Тварь вонючая!

— Интересно, — невесело усмехнулась Теллина, — как бы разбойники рассчитывались с ним за нас с тобой? Тобой или мной?

— Ой!.. — испуганно пискнула Каллана и передернула плечами от отвращения. — А я его еще развязывала!..

3

Верховный магистр Ордена Следящих выглядел очень озабоченным. Но под этой маской озабоченности скрывался самый настоящий страх. Магистр не понимал, что происходит. Но то, что происходит что-то опасное, он чувствовал.

Сначала этот кошмар, творившийся несколько дней в Криарском лесу. Когда карающие молнии ежесекундно, не замолкая ни на миг, били в одну и ту же точку. Магистр уже отправил туда отряд рыцарей, но все прекратилось так же неожиданно, как и началось. И рыцари Ордена обнаружили только оплавленные небесным огнем развалины старого и всеми давно позабытого замка.

Это явилось уже второй проблемой для магистра: что это был за замок? Кто там жил? Что в нем происходило? Почему он навлек на себя столь немилосердный гнев Неугасимого Маяка? Почему все так внезапно прекратилось? И — самое главное: куда подевался обитатель (или, может быть, обитатели?) этого замка? Целая куча вопросов и ни одного ответа! Только догадки! Одна другой ужаснее!

Затем последовал необъяснимый шквал слухов о колдунах, появившихся одновременно в самых разных уголках страны. Некоторые из этих слухов оказались правдивыми — и карающие молнии, и рыцари Ордена находили этих самых колдунов, — что еще больше беспокоило магистра. Потому что он никак не мог объяснить себе, чем был вызван этот всплеск колдовской активности.

Слухи о колдунах не стихали, вскоре появились странные известия о том, что многие люди всерьез ожидают появления какого-то могущественного существа. Эти слухи особенно не понравились магистру. Потому что он хорошо помнил об одном сошедшем с ума офицере Ордена — колдуне, говорившем то же самое.

Потом в Лаоэрте неожиданно вспыхнуло восстание. Какие-то лавочники объединились в группу, начали ходить по городу и пугать людей сказками о том, что скоро явится слуга самих Бессмертных Богов и уничтожит всех живущих. Эти люди называли себя Братством Знающих. Они уверяли, что карающие молнии, падавшие в Криарский лес, раскололи земную твердь и из пылающих недр уже вышел на белый свет он — Слуга Бессмертных!

Несмотря на явный бред, Братство Знающих собирало вокруг себя все больше сторонников. К ним примыкали даже благородные люди из числа армейских офицеров. В городе начало происходить что-то невообразимое — торговцы закрывали свои лавки, мастеровые не желали работать, крестьяне забросили свои хозяйства и совершенно перестали подвозить в город товары и продовольствие. Все ждали прихода Слуги Бессмертных.

Увеличилось число ограблений и разбоев, стало опасно появляться на улицах не только в ночное время, но и днем — всегда мог найтись какой-нибудь сумасшедший, который готов был пристать к прохожему с речами о скором приходе Слуги Бессмертных. И если прохожий недостаточно убедительно поддакивал этому сумасшедшему, его вполне могли обвинить в причастности к «Врагам Мира» — так в Братстве Знающих называли всех тех, кто, по их мнению, был виновен в гневе Бессмертных Богов.

Пока еще у этих фанатиков не поднималась рука на синий плащ офицера Ордена. Но косые взгляды и злобное шипение вслед уже достаточно говорили за себя. А тут еще генерал Лаоэртской гвардии, обеспокоенный всем этим, отважился на арест Старшего Брата — главы Братства Знающих.

Гвардейские казармы оказались осажденными. В городе уже начала литься кровь. Стали гибнуть и рыцари Ордена, пытавшиеся навести порядок.

Генерал, который никогда не обладал достаточным умом, при виде последствий своих необдуманных действий обезумел окончательно. Он выпустил Старшего Брата, объявил о роспуске армии и сам ушел в Братство Знающих. В столице верность Принцу сохранили только рыцари Ордена и те немногие офицеры, что отважились остаться в расположении гарнизона. Принц в панике искал защиты у Верховного магистра, магистр спешно разослал по всем городам призывы о помощи.

Вскоре из Марда и Касга подошли войска. Но Братство Знающих, в чьи ряды входили и бывшие военные, не впустило их в город. И только когда под стены Лаоэрта стянулась весьма внушительная армия, собранная из всех городов, ворота пришлось открыть.

Военные вошли в город и навели порядок в течение двух дней. Все зачинщики беспорядков были арестованы, Братство Знающих было объявлено вне закона, а все братья — преступниками. Затем начались казни, продолжавшиеся почти месяц и унесшие жизни более двадцати тысяч одурманенных сказками несчастных. Но ценой невероятных усилий и неслыханной жестокости порядок в столице был восстановлен. И Принц Лаоэрта уже вздохнул с облегчением. Но Верховный магистр не разделял его уверенности в том, что все закончилось — многие последователи Братства Знающих остались на свободе и затаились до времени. Магистр был уверен, что достаточно будет лишь слегка качнуть этот замерший маятник, как безумные часы опять пойдут, перемалывая в своих жестоких жерновах жизни и судьбы людей. И магистр с ужасом ждал, какая новая напасть обрушится на страну? Какое новое известие он получит?

И вот совсем недавно из Кагоара с почтовым голубем пришло сообщение о том, что с Неугасимым Маяком начало происходить что-то необычное.

Уже много десятилетий Неугасимый Маяк сиял в ночной тьме ярким серебристо-золотым светом. Моряки по нему находили путь в Кагоарский порт, ибо свет Маяка не могли скрыть ни тучи, ни самый густой туман — настолько он был ярок. Все уже давно привыкли к его существованию. Как и к тому, что время от времени свет Маяка на миг становился ярче и со сверкающего шара срывались тончайшие огненные стрелы, уносящиеся туда, где равновесие жизни было нарушено вмешательством колдунов.

Маяк воспринимался как нечто незыблемое и вечное, как творение Бессмертных Богов, данное людям для сохранения спокойствия, для защиты от колдовских чар. Он был создан Бессмертными на месте тайных покоев старинного колдуна Каараара, который вознамерился подчинить страну своей злой воле. Но Боги не допустили этого. И Каараар был уничтожен, а высокая башня на острове Талод, где скрывался злобный колдун, стала подножием великого Неугасимого Маяка. Сами Бессмертные Боги пожертвовали своими душами для счастья и покоя межгорцев, обратив их в пламя Неугасимого Маяка.

Давно уже все это стало легендами и сказками. Давно уже был основан Орден Следящих, рыцари которого старались выявить мерзких колдунов до того, как они смогут причинить вред окружающим своим колдовством. И мало кто теперь знал о том злобном колдуне Каарааре — архивы Ордена были доступны немногим, да и сами люди предпочитали не проявлять интереса к старым сказаниям, дабы не вызывать ненужных подозрений у рыцарей Ордена. Но Маяк продолжал светить и охранять людей от посягательств колдунов, возомнивших о себе невесть что! Ровный и спокойный свет Неугасимого Маяка светил не только морякам или охотникам, заблудившимся в горах. Он освещал души всех межгорцев, вселяя в них покой и уверенность в своей безопасности!

И вот недавно Верховному магистру пришло сообщение о том, что свет Неугасимого Маяка изменился! Он стал багрово-красным! Не было больше над горизонтом яркой серебряной звезды, слегка отливающей золотом! Не было! Ее место заняло багрово-красное пятно! Злобный цвет, нехороший!

Магистр передернул плечами. Он вспомнил полное отчаяния письмо от Кагоарского магистра о том, что Неугасимый Маяк начал гаснуть! С него по-прежнему срывались молнии — такие же яркие и смертельные для колдовской братии. Но одно то, что Маяк изменил свой цвет, породило столь многочисленные и ужасающие слухи, что офицерам Ордена приходилось уже не выискивать скрытых колдунов, а бороться с паникерами, эти слухи распускающими! Снова подало голос недобитое Братство Знающих, снова поползли слухи. Особенно много было их в Кагоаре — портовый город питался не только межгорскими сплетнями, но и получал в различной интерпретации слухи с дальних островов.

Магистр настоял на отправке в Кагоар армии. Около тысячи человек — среди них больше ста офицеров — выступили в поход. И только сегодня магистр наконец-то получил сообщение от них. Отряд добрался до Кагоара, но вынужден был в пути дать три боя обнаглевшим разбойникам из Криарского леса. В схватках погибло около двух сотен человек, правда, разбойников удалось разгромить полностью — только убитыми те потеряли около тысячи, да еще свыше двух тысяч были схвачены и повешены на месте, прямо в лесу, на ветвях деревьев.

Магистр хмуро смотрел в окно и думал о том, что новых неприятностей ему не избежать…

4

Кагоар поразил Легана своей похожестью на осажденный город. Во-первых, его долго не пропускали через заставу (Леган и не подозревал о том, что в Кагоаре, оказывается, есть застава!). Во-вторых, он вынужден был больше часа беседовать с каким-то гвардейским лейтенантом, выспрашивавшим его о всякой ерунде. И в-третьих, ему с трудом удалось отыскать трактир, чтобы переночевать.

В городе оказалось столько военных, что можно было подумать, будто началась война. Леган шел по улицам, удивленно глядя на многочисленные патрули, стоящие чуть ли не на каждом перекрестке. И в составе каждого патруля обязательно был офицер Ордена, хотя бы младший рыцарь. Легану показалось, что именно офицеры Ордена и являются старшими над остальными патрульными. Это его немного насторожило, но, заглянув в мысли офицеров и солдат, он нашел там только усталость и желание побыстрее вернуться в свои казармы.

Жителей почти не было видно. Редкие прохожие старались держаться поближе к стенам домов и вообще избегать освещенных мест. Мимо патрулей они проходили торопливо, низко склонив головы — то ли из почтения, то ли из боязни. Патрульные не обращали на них никакого внимания и провожали согнутые фигуры горожан равнодушными взглядами.

Леган вышел на площадь и направился к улице, ведущей к порту. Площадь, против ожидания, патрульными особенно не изобиловала. Прохожих тут не было и вовсе, если не считать какого-то мужика с корзиной, полной рыбы, которого о чем-то настойчиво выспрашивали двое раздраженных офицеров. Леган приблизился к этой группе и услышал, как один из офицеров возмущенно говорил мужику:

— Не может такого быть! Чтобы в городе не осталось ни одного свободного трактира?!

— Нету, господин полковник! — сокрушенно вздыхал мужик. — Какие заняты, а какие и вовсе закрыты…

— Бред какой-то! — ответил офицер с золотым орлом на рукаве.

Голос этого человека показался Легану очень знакомым, и он замедлил шаг, разглядывая его.

— Ладно тебе! — сказал полковнику его спутник. — Пойдем, Ленн!

Леган замер. Офицеры, повернувшиеся уже, чтобы уходить, завидев его, остановились.

— Леган?! — Ленн Раллэн вытаращил глаза от изумления. — Ты?! Здесь?! О, Небо!

Ленн подскочил к Легану и заключил его в объятия.

— Дружище! — закричал он на всю площадь. — Как же я рад тебя видеть! Гэртан! Смотри! Это же Леган!

— Я вижу, — холодно ответил Гэртан Гаррэт. Лицо его было словно сковано льдом.

— Гэртан! — Ленн нахмурился. — Перестань! Прошу тебя! Мы же договорились — забыть все старые обиды!

— Я на него нисколько не обижен, — так же холодно заявил Гэртан. — Просто я имею свое собственное мнение относительно этого человека и не собираюсь его так легко менять!

Ленн попытался сделать шаг к Гэртану, но Леган остановил его.

— Перестань, Ленн! — попросил он. — Не хочет Гэртан со мной разговаривать, не надо! Я тоже не горю особым желанием заводить с ним беседу…

Ленн Раллэн стоял между Леганом и Гэртаном, переводя взгляд с одного на другого. Машинально Леган отметил про себя, что на рукаве Гэртана Гаррэта орел уже синего цвета.

— Ну и дураки же вы! — заявил Ленн. — Встретились в этой глухомани трое старых друзей и, вместо того чтобы выпить, начинают разбираться, кто из них с кем не хочет разговаривать! Простите меня, господа офицеры, но вы — дураки! — Ленн с досады плюнул на землю.

— Я бы не называл офицером этого… этого человека! — повысил голос Гэртан.

— Что?! — нахмурился Ленн. — Ты опять начинаешь?!

— Ленн, перестань! — попросил Леган. — Не стоит из-за меня ссориться! И вообще — я пойду, мне пора!

Леган пожал Ленну руку, сухо кивнул Гэртану и направился к порту.

— Погоди, Леган! — закричал Ленн. — Где ты остановился? Как тебя найти?

— В трактире «Каварские войны», — ответил Леган, обернувшись.

— Мы тебя обязательно навестим! — пообещал Ленн.

— Не говори, пожалуйста, от моего лица! — сердито попросил Гэртан. — Мне это неприятно!

— Как тебе не стыдно, Гэртан! — возмущался Ленн. — Почему ты не захотел подать Легану руку?

— Я не подаю руку колдунам! — рявкнул Гэртан.

— Что?! — сердито воскликнул Ленн.

Леган не стал слушать, чем кончится их перепалка. Он торопился поскорее уйти. Один его вид уже вызывал раздражение у Гэртана Гаррэта. И дело вполне могло перерасти в настоящую ссору. А когда Легана не будет рядом, они утихомирятся.

Леган заметил небольшой трактирчик и свернул туда. Ему захотелось посидеть в тишине и одиночестве. Посидеть и успокоить свою память, взбудораженную этой неожиданной встречей. Радостной и неприятной одновременно.

В трактире было полно народу, но настроение у всех было какое-то гнетущее, словно все ожидали чего-то нехорошего. Местные карманники уныло переругивались с портовыми шлюхами — и те и другие в последние дни были практически без работы. За одним столом двое хмурых моряков неохотно бросали кости, выигрывали друг у друга по медяку и мрачно сокрушались по поводу произошедших в городе (да и во всей стране) перемен. Впрочем, сокрушались не только они одни. Едва Леган присел за свободный стол и кликнул трактирного слугу, как к нему пристроилась изрядно уже выпившая женщина.

— Вот ты сам скажи, — требовала она. — Ну куда это годится?! Что происходит в мире? Куда мы катимся?

— Кто конкретно? — уточнил Леган.

— Мы все! — восклицала женщина. — Вся страна! Весь мир!

— Вот придет Слуга Бессмертных, — мрачно усмехнулся один из игроков в кости, — так он тебе все подробно и объяснит!

— Ага! — так же хмуро поддержал его второй. — У него со шлюхами разговор короткий будет!..

— С разбойниками тоже! — немедленно парировала женщина. — Развелось вас на нашу голову! Всех клиентов пораспугали!

— А у тебя уже есть клиент на сегодня! — Игрок кивнул на Легана.

— Не-а! — возразил второй игрок, смерив Легана взглядом. — Не пойдет он! Вишь, какой сидит хмурый? Не иначе как по делам тут! Или из Братства…

Женщина вздрогнула и опасливо отодвинулась от Легана.

— Ты и правда Брат? — осторожно спросила она.

— Чей?! — удивился Леган. Игроки мрачно захохотали.

— Ну из Братства Знающих! — нервничая, пояснила женщина.

— Никогда о таком не слышал, — признался Леган. — Это что, вроде Ордена Следящих, что ли?

— Тьфу на тебя! — Женщина испуганно шарахнулась в сторону. — Скажет тоже!..

— И мы, пожалуй, пойдем, — засобирались вдруг игроки. — А то сиди тут, слушай вредные разговоры, а нас же потом за них и повесят! Что не донесли…

Леган проводил взглядом удаляющихся игроков и налил себе вина. Вино было скверное — кислое, отдающее прелым запахом. Леган поморщился, расплатился, вышел из кабака и направился к порту.

В порту было темно. Громады кораблей мрачно покачивались на волнах у причалов. Ни в одной лавке не светилось окно — все торговцы почему-то предпочли сидеть дома. Да и вообще ни одного человека не попалось Легану по пути, кроме пьяного матроса, бессильно валявшегося на углу.

Леган посмотрел в сторону темного горизонта и увидел там мрачноватые багровые отблески. Маяк. Неугасимый Маяк. Вот он… Наконец-то!..

Леган услышал торопливый стук шагов и обернулся. К нему быстро приближались несколько военных, освещающих себе путь факелами. У Легана отлегло от сердца — он уже начинал побаиваться здешних жителей. Уж больно странно они себя вели и слишком уж непонятные разговоры заводили.

— Именем Ордена! — громко произнес один из подошедших офицеров, одетый в синий плащ рыцаря. Леган склонил голову и ответил:

— Я слушаю…

— Вы Леган Лариар?

Леган удивленно поднял глаза на говорившего.

— Да, — кивнул он.

— Пойдете с нами! — приказал рыцарь.

— Зачем? — спросил Леган, с недоумением наблюдая, как патрульные обнажают свои шпаги.

Леган удивленно посмотрел на них. Было их очень много, человек десять-двенадцать. Гораздо больше, чем в обычной группе патрулей, что попадались Легану сегодня. Леган пробежал взглядом по лицам и с изумлением разглядел среди офицеров патруля Гэртана Гаррэта.

— Вы обвиняетесь в убийстве и ограблении! — заявил ему рыцарь. — А также в колдовстве! Следуйте за нами!

— Что за бред вы несете, господин офицер?! — воскликнул Леган. — Какое убийство?! Я только недавно прибыл в город!

— Убийство полковника Диирийской гвардии Ленна Раллэна! — ответил рыцарь, и Леган почувствовал, как земля закачалась у него под ногами.

Ленн?! Нет! Только не он! Этого не может быть!

Но тут Леган встретился глазами с Гэртаном и понял, что может.

Леган мгновенно проник в его мысли, перед глазами его промелькнула вся картина ссоры, которая так и не погасла после его, Легана, ухода с площади.

Леган увидел разъяренные лица Гэртана и Ленна; услышал их взаимные оскорбления; разглядел блеск стали в их руках… И удар! Предательски подлый удар в грудь, который Гэртан нанес Ленну…

Секунды хватило Легану для того, чтобы принять решение. Он выбросил вперед руку, проник в сознание Гэртана и безжалостно сжал его.

— Говори! — громко выкрикнул Леган.

Все с изумлением уставились на эту сцену. Патрульные даже опустили свои шпаги, стараясь не пропускать ни слова.

— Говори, негодяй! — повторил Леган. — Кто убил Ленна?

— Я… — покорно ответил Гэртан безжизненным голосом

— Зачем?!

— Это была дуэль…

— Лжешь!

— Это была дуэль…

— Ты ударил его подло, когда он не мог тебе ответить!

— Да… Я не мог иначе…

— Негодяй, — прошептал Леган, опуская руку.

Гэртан словно проснулся. Он вздрогнул и испуганно посмотрел на офицеров, внимательно слушавших его. Щеки его запылали — то ли от стыда, то ли от ненависти к Легану.

— Ты! — закричал Гэртан, выхватывая шпагу. — Ты! Мерзкий колдун! Все из-за тебя!

— Остановите его! — воскликнул рыцарь Ордена, и несколько офицеров схватили Гэртана за руки, вырвали у него шпагу.

— Пойдемте с нами! — потребовал рыцарь, поворачиваясь к Легану. — Я вижу, что у Ордена сегодня будет много работы!..

— Нет! — Леган стряхнул с себя руку рыцаря. Его трясло от обиды и злости. Ленн! Старый друг!! Ленн… Его больше нет!

— Это приказ! — рявкнул рыцарь.

— Нет! — выкрикнул Леган. — Убирайтесь отсюда!

— Что?! — Рыцарь злобно прищурился. Остальные офицеры немедленно ощетинились шпагами в сторону Легана. — Именем Ордена!

— Я сказал, убирайтесь отсюда! — повторил Леган.

— Это приказ Ордена Следящих!

— Я упраздняю Орден! — прокричал Леган, поднимая руки над головой. — Своим именем! Отныне и навсегда! Нет и не будет никогда в Межгорье Ордена Следящих! Никогда!..

От него испуганно попятились. Багровое пятнышко на горизонте мигнуло, от него протянулась вверх тоненькая огненная ниточка, сорвалась, полетела сюда — к Легану, к причалу…

— Бежим! — закричал кто-то из офицеров.

Но молния уже была здесь. Леган легко поймал ее рукой, свернул в пылающий огненный шарик — маленький, не больше кулака — и поднял его над головой.

— Отныне и навсегда! — повторил он и перевел взгляд на побледневшего Гэртана.

— А это — тебе! — И Леган метнул шарик в своего недавнего товарища, а теперь — убийцу. Убийцу своего самого верного друга… Убийцу Ленна…

Гэртан испуганно вскрикнул и попытался отбить рукой шар. Но едва ладонь его коснулась огненной поверхности, как рукав камзола ярко вспыхнул, пламя разлилось по рукаву, охватило всего Гэртана с головы до ног. Фигура капитана Гэртана Гаррэта сделалась прозрачной, замерла и… осыпалась на мостовую черными головешками.

Офицеры стояли остолбенев. Их перепуганные глаза метались от кучки головешек к Легану и обратно.

— Слуга Бессмертных… — прошептал кто-то.

— Колдун… — произнес второй.

— Нет! — холодно возразил Леган. — Не колдун! Маг! Маг Лариар! Запомните это имя, господа офицеры!

Офицеры опустили шпаги, выронили факелы и медленно отодвинулись от него.

— Уходите отсюда! — приказал Леган. — Пока я не передумал! Ну?

Услышав это, все офицеры, включая рыцарей Ордена, повернулись и кинулись бежать. Леган проводил-их взглядом и повернулся к морю.

Ленн… Ленн Раллэн… Друг…

Ну почему такая несправедливость?! Почему? Кто в этом виноват? Кто…

Леган посмотрел на багровое зарево на горизонте и разглядел пылающий шар Неугасимого Маяка, казавшийся отсюда, с берега, небольшим пятнышком, гораздо меньше золотой монеты.

«Я иду», — подумал Леган.

Огненное пятнышко, казалось, слегка вздрогнуло при этой мысли Легана и сделалось чуть ярче. Впрочем, может быть, всему виной были начавшие слезиться глаза. Леган крепко зажмурился, глубоко вздохнул и сосредоточился. Медленно, не торопясь, он начал мысленно читать заклинание. И перед его закрытыми глазами, в темноте зажмуренных век, опять возникла пылающая красным огнем арка. Леган шагнул под нее и вновь прошел весь цветной коридор, путь по которому был ему уже хорошо знаком. И только оказавшись в чернильной черноте, Леган снова открыл глаза.

Маяк находился прямо перед ним — громадный, заслоняющий половину неба багровый шар, подавляющий и своими размерами, и потоками силы, исходившими от него. Но теперь он уже не ослеплял. Свет Маяка излучал странную освежающую прохладу, приятную для глаз. Словно на измученные бессонницей веки повеяло легким ветерком. По поверхности шара медленно и беспорядочно струились вереницы разноцветных сполохов: небольшие зеленые пятнышки, переливающиеся мягким изумрудным цветом; крошечные кроваво-красные искорки, ярко вспыхивающие и тут же торопливо тускневшие; мерцающие нежно-голубые плавные линии, переплетающиеся, словно змеи. Все это образовывало сложные узоры, перемещалось, переплеталось, гасло, вспыхивало вновь, жило какой-то непонятной и таинственной жизнью.

— Я иду! — прокричал Леган.

Мельтешение цветных сполохов стало еще неистовее. Поверхность шара неожиданно дрогнула и распахнулась, словно выворачиваясь наизнанку. И Леган опять увидел перед собой тех самых двоих людей — мужчину и женщину, стоявших в паутине лучей золотистого света.

— Я иду… — прошептал Леган.

— Ты уже пришел! — возразил ему мужчина негромким, чуть хрипловатым голосом.

Леган сделал шаг вперед. Багровая сфера Неугасимого Маяка впустила Легана в себя и сомкнулась за его спиной.

5

Леган почувствовал, что может стоять, хотя, если верить глазам, стоять-то было просто не на чем. Глаза не видели никакого пола, хотя под ногами отчетливо ощущалась твердая, упруго пружинящая поверхность. Вокруг во всех направлениях тянулись тоненькие золотистые или серебристые лучики, вспыхивающие порой разноцветными точечками. Между ними, словно полосы легкого дыма, медленно проплывали цветные неосязаемые пятна света. Леган вытянул в сторону руку, но пальцы его не встретили никакого сопротивления. Он оглянулся назад — все тот же светящийся калейдоскоп, словно во всем мире не осталось больше ничего и никого, кроме самого Легана и двоих людей, стоящих перед ним.

— Я пришел, — сказал Леган.

Женщина прыснула от смеха, словно Леган произнес что-то смешное. Мужчина недовольно глянул на нее и перевел взгляд на Легана.

— Это хорошо, — серьезно сказал он. — Ты пришел, и мы наконец-то сможем уйти.

— Это… Это Маяк? — непослушными губами спросил Леган. Мужчина кивнул.

— А вы? Кто вы?

— Мы — люди, которые здесь больше не нужны, — ответил мужчина. — Не нужны, потому что в Межгорье нашелся человек, способный понять нас и взять на себя ответственность.

— Ответственность за что?

— За все. За все абсолютно! — Женщина внимательно рассматривала Легана, словно бы сравнивая его с кем-то. Леган смутился.

— Перестань на него пялиться! — строго приказал мужчина.

— Ой, ой! — усмехнулась женщина. — Поду-у-ума-ешь!

— Давай побыстрее покончим с этим делом и отправимся домой! — предложил мужчина.

— Куда?! — Легану вдруг на миг стало страшно. А что, если эти двое уйдут и оставят его здесь одного? Как ему тогда выбираться отсюда? Может быть, они просто заманили его сюда, чтобы получить возможность самим уйти?

— Что значит — куда?! — поднял бровь мужчина. — Я же сказал — домой!

— А я?!

— Ну… И ты тоже… — пожал плечами мужчина. — Тебе-то что здесь делать?!

— Ты знаешь, а он немножко похож на Ларку! — вдруг заявила женщина. — Не внешне, конечно, столько поколений прошло! Но что-то в нем такое есть! Что-то такое, что вызывает в памяти Ларкину физиономию. Как она хотела остаться здесь вместе с нами! — рассмеялась женщина. — Помнишь? А точнее сказать — вместе с тобой! Да?

— Опять?! — нахмурился мужчина.

— Все, все! — кротко ответила женщина. — Молчу!..

При упоминании о Ларке в голове у Легана пронеслась сумасшедшая мысль. Неугасимый Маяк! Сказки Ларки Лариары! О, Небо!

«И вспыхнули души Бессмертных Богов Оке и Йорки, — вспомнил Леган слова старой сказки. — И обратились в огненный шар, расположенный на самом верху самой высокой башни на острове Талод. И назвали люди башню эту Неугасимым Маяком, ибо светит он всему миру день и ночь и не погаснет вовеки»…

Леган вдруг понял, кто эти люди. Да нет, не просто понял! Он понял, что знает, кто они! И слова сами собой слетели с его губ:

— Вы… Вы Бессмертные Боги!

— Как прия-а-атно! — промурлыкала женщина и сердито обернулась к мужчине: — А ты, козел, ни разу в жизни меня богиней не назвал! От тебя только и слышу все время — дура, дура!..

— Если бы я считал, что ошибаюсь в этом определении, — усмехнулся мужчина, — то всяческие сомнения отпали бы после этих твоих слов!

— Ладно, засохни! — резко ответила женщина и опять повернулась к Легану. — Хорошо, допустим, что мы Бессмертные! А теперь ответь мне: сам-то ты кто такой?

— Я… — Леган запнулся. — Я не знаю… я… я просто…

— Ты — властелин! — неожиданно заявил мужчина. Слова эти прозвучали так просто, что Леган вздрогнул.

— Властелин?! — переспросил он.

— Точно! — щелкнула пальцами женщина. — Так и есть! И как это я сразу не догадалась?! На его мордашку посмотришь — сразу понятно!

— Ты знаешь, что ты должен сделать? — поинтересовался мужчина.

— Что я должен сделать?! — тупо повторил Леган.

— Ну, над чем ты властелин? — пыталась натолкнуть его на какую-то мысль женщина. Леган отрицательно помотал головой.

— Три вещи, — сказал мужчина. — Всего лишь три вещи…

— Что именно? — Леган почувствовал, как в горле его пересохло.

— Ну, во-первых, — начала загибать пальцы женщина, — нужно здесь подмести пол! Во-вторых — помыть посуду!..

— Перестань валять дурака! — строго, но не очень, произнес мужчина. — Ты сейчас — самый великий маг в Межгорье! — обратился он к Легану.

— Единственный маг! — добавила женщина, перестав улыбаться. — И само существование Межгорья немыслимо без твоего вмешательства!

— Как это?! — растерялся Леган.

— Раньше не было Межгорья. Потом оно возникло, — пояснила женщина. — Раньше в Межгорье не было магов. Потом они появились. Потом они опять исчезли… Теперь маги должны появиться вновь!

— Зачем?! — Леган чувствовал, как голова его начинает идти кругом. Он совершенно ничего не понимал.

— Затем, что только от этого зависит, быть ли в Межгорье Бессмертным! — заявил мужчина. — И быть ли самому Межгорью. Маги дали стране Бессмертных! И случилось это через несколько сот лет после сегодняшней нашей беседы. А Межгорье было создано… Тобой! И случилось это ЗА несколько тысяч лет до сегодняшней нашей беседы…

— Дошло? — сочувственно поинтересовалась женщина.

Леган отрицательно покачал головой.

— Какой-то тупой попался властелин! — горестно вздохнула женщина. — Ну ни хрена не врубается!

— Он просто не имеет еще настоящей силы… — задумчиво произнес мужчина.

— Лентяй потому что! — отрезала женщина и отвернулась. — Мы ему эту силу даем, а он не берет!..

— Надо дать ему ВСЮ силу, — сказал мужчина.

— Ага! — язвительно произнесла женщина, поворачиваясь к своему собеседнику. — А то мы не даем! Ха! Или ты думаешь, мне очень хочется торчать здесь и дальше? Я хочу домой! На Землю! — Было заметно, что она просто дурачится. — Особенно теперь, когда мы все вспомнили! А вдруг наша память не сохранится? — внезапно испугалась она. — Это значит, что я опять буду с тобой всю жизнь мучиться?! Фигушки! Этого никогда больше не будет!

— Это уже было! — возразил мужчина, начиная сердиться. — Но если он не сделает то, что должен, нас самих никогда не будет! Ни в Межгорье, ни на Земле!

— Ой-ой-ой! Напугал! Поду-у-умаешь!

— Заткнись, а? — прикрикнул мужчина. — Не встревай в разговор!

— Ну конечно! — Женщина обиженно повернулась к Легану и сердито спросила: — Ты тоже так орешь на жену?

— У меня нет жены, — пробормотал растерявшийся Леган.

— Счастливая она! — вздохнула женщина. — Ее у тебя даже и нет! А я с этим вот умником уже знаешь сколько веков мучаюсь? Ужас!

Мужчина в упор посмотрел на женщину.

— Еще одно слово, — сурово произнес он, — и я тебе…

— Знаю! — Женщина вскинула руки. — Знаю! Кишки на шею намотаешь, да? Твое излюбленное развлечение с беззащитной женщиной!

— Ладно, хватит! — оборвал ее мужчина. — Ведешь себя, как девчонка! Постыдилась бы! — Женщина рассмеялась.

— Ну, ты же понимаешь, что я шучу! — весело ответила она. В глазах ее плясали веселые красноватые искорки. — И мальчик этот тоже все превосходно понимает! Иначе бы он не был Властелином!

— Он еще не освоился с этой мыслью, — сказал мужчина, внимательно глядя на Легана. — Но это скоро произойдет.

— Не переживай, — сказала женщина Легану. — Мы тоже многого не понимали, пока не оказались здесь. И мы не помнили очень многих вещей, которые вспомнили только тут. И то, где мы родились, и то, как стали Бессмертными…

Леган растерянно молчал. Он не знал, что и сказать. А женщина, никем не останавливаемая, продолжала говорить:

— Мы не принадлежим этому миру. Мы здесь оказались совершенно случайно. Произошло это очень давно — для вас, межгорцев, очень давно. Но у нас, на Земле, должно было пройти не так уж много времени. Недели две. — Женщина обернулась в мужчине: — Правда, Оке?

— Недели три, — поправил ее мужчина.

У Легана перехватило дыхание. Эта женщина называла мужчину именем Бессмертного Бога! Получается, что сама эта женщина и есть Бессмертная Богиня!! Йорка! Леган не удержался и произнес последнее слово вслух.

— Что?! — нахмурилась женщина. — А-а!.. Ну да… Ты не отвлекайся! Слушай внимательно! Так вот, всего Бессмертных было не так уж и много — пятеро, включая нас с Оке. Остальные появились потом. Но первых было пятеро! Запомни, это очень важно!

Леган кивнул, хотя и не понимал, зачем ему надо это запоминать.

— Мы прожили в Межгорье очень долго, больше трех тысяч лет, — продолжала Йорка. — А потом появился один козел, который захотел перекроить все миры на свой лад! А мы совершенно случайно оказались рядом, ну и… Но сегодня мы с Оке можем наконец-то отправиться обратно!

— А я? — растерянно спросил Леган. — Я тоже стану Бессмертным?!

— Нет, — усмехнулся мужчина. — Для этого тебе нужно было родиться или не в Межгорье, или не сейчас, а лет тысячу назад!

— Но вы вернетесь в Межгорье? — с надеждой спросил Леган.

— Вообще-то да, — кивнула Йорка. — Только это будет очень не скоро. Тем более что мы больше здесь не нужны!

— Не нужны?! — удивился Леган.

— Конечно! — тряхнула волосами Йорка. — Зачем Межгорью нужны Бессмертные, если здесь теперь есть Властелин?!

— Учись жить без Богов, парень! — посоветовал Оке. — Так гораздо спокойнее!

— А как же тогда вы?! — растерялся Леган. — Вы… Вас тогда уже не будет?

— Еще как будем! — рассмеялась Йорка. — Мы же находимся в Замкнутом Круге!

Леган непонимающе посмотрел на своих собеседников.

— Круг Времени, — пояснил Оке. — Йорка же объяснила тебе — мы сами не принадлежим этому миру. Мы родились очень далеко отсюда. Между нашим и твоим появлением на свет лежат сотни миров и тысячи лет. Но в Межгорье мы обрели Силу, которую теперь передаем тебе. А сами мы — просто уходим.

— Вы умрете? — отважился спросить Леган.

— Вот еще! — возмущенно фыркнула Йорка. — Я лично и не собираюсь даже! Мы замкнули Круг и теперь отправимся обратно, к себе домой! И будем жить там долго и счастливо! — Она хихикнула и критически посмотрела на Оке. — Ну, это мечты… Но мы еще вернемся в Межгорье в тот момент, когда мы еще не были Бессмертными. И пройдем весь свой путь еще не один раз. С чистой памятью, словно впервые! Интересно, будешь ли ты тогда относиться ко мне более серьезно? — хитро прищурившись, спросила она у Оке. Тот ничего не ответил, но посмотрел на Легана.

— Держи, парень! — Оке протянул Легану руку, в которой лежало что-то, что невозможно было описать двумя словами.

Маленький сгусток темноты — даже не темноты, а тьмы, — в котором слабо вспыхивали крошечные серебристые точечки. Они медленно двигались в этом сгустке, перемещались там, и казалось, что этот кусочек черноты шевелится и живет своей жизнью. Темнота эта притягивала взгляд, завораживала, манила к себе. Легану показалось, что даже яркий разноцветный свет, окружавший их троих со всех сторон, тоже стремится к этому клочку тьмы, тоже хочет попасть туда и остаться там навсегда…

— Бери, не бойся! — усмехнулась Йорка. — Не укусит.

Леган вытянул руку, и Оке вложил ему в ладонь этот темный комочек. Он совершенно ничего не весил, словно Леган держал в руках не сам предмет, а его тень. Только стало немного холодно пальцам, а кожу руки сразу же начало приятно покалывать.

— Спрячь это, — приказал Оке.

— Как?

— Просто сожми ладонь в кулак и пожелай этого. А когда тебе нужно будет это опять увидеть или воспользоваться — вспомни, как ты держал это в руке. И все…

— А что это такое?

— Это — ВСЕ! — улыбнулась Йорка. — Все, что есть! Во всех мирах! Ничего, позже ты поймешь! — успокоила она, увидев недоумевающий взгляд Легана. — Поймешь, что это такое и как им можно воспользоваться. Потому что теперь этот мир — твой! А сейчас нам пора! Прощай, мальчик!

Она подошла к Легану, поцеловала его в щеку. Леган почувствовал, как от кожи ее лица исходит прохлада. Не холод, а именно прохлада — приятная, успокаивающая, вселяющая в душу облегчение.

— Счастливо! — Оке пожал Легану руку и обнял Йорку за плечи. — Прощай, Властелин! И… И пожалуйста, будь им!

Они повернулись и шагнули в красочные переливы окружающего пространства. Несколько секунд Леган еще видел их смутные силуэты, а потом остался один. Он посмотрел на свою ладонь, где все еще лежал маленький сгусток мрака, и сделал так, как ему посоветовал мужчина — сжал пальцы и пожелал, чтобы этот предмет оказался надежно спрятанным. Когда Леган снова раскрыл ладонь, та оказалась пуста.

Неожиданно пространство вокруг Легана словно бы взбесилось. Цветные сполохи и искры запрыгали, замельтешили, слились в бешено вращающемся хороводе. Цвета поблекли, белый свет стал ярче и холоднее, хлынул к Легану, затопил его. Леган почувствовал, как все это — краски, звуки, запахи — касается его кожи, впитывается в нее, переполняя силой тело. Леган хотел крикнуть, но дыхание у него перехватило и он смог только беззвучно раскрыть рот. Леган зажмурился, чтобы не сойти с ума от мельтешащего хоровода яркого света, перед ним предстал тот самый сгусток мрака с серебристыми плавающими точками. Это принесло Легану некоторое облегчение — от мрака веяло прохладой, а вокруг становилось очень жарко.

Серебристые точки во тьме вдруг вздрогнули, траектории их движений стали более упорядоченными. Медленно, словно бы нехотя, они начали вращаться вокруг невидимого центра, постепенно образовывая широкий спиралеобразный рисунок, напоминающий ленивый водоворот. И в этом водовороте Леган за один короткий миг увидел все то, что происходило с Бессмертными Богами в течение тысяч лет.

Леган увидел несущихся в бешеной скачке коней, огромную могучую армию степных кочевников, атакующих высокие крепостные стены. И среди этих кочевников, одетых в плохо выделанные звериные шкуры, он разглядел Йорку и Оке, вооруженных мечами. Армия пронеслась по степи, рухнули стены крепости, и Леган увидел незнакомого человека с волосами и глазами цвета расплавленного золота. Лицо этого человека было приветливым, но Леган понимал, что это враг — жестокий и беспощадный.

Леган увидел длинную вереницу кораблей, плывущих к берегу. На мачтах развевались сине-черные знамена, корабли были полны вооруженных людей и плыли к месту, в котором Леган с трудом узнал Мардиарскую долину. А затем перед ним предстала сцена битвы. И среди сражающихся Леган опять увидел Йорку и Оке.

Затем Леган увидел четверку людей, бредущих по какой-то дороге к далекому и дивному городу. Одеты люди были очень странно и необычно, но Леган узнал и Йорку, и Оке. Остальных двоих — старика и молоденькую девушку — он никогда в жизни не видел, но почему-то сразу понял, что старик скоро погибнет, а девушка… Леган нахмурился. Он не смог бы одним словом назвать свое чувство к ней. Словно перед ним была его старая знакомая, хотя Леган никогда раньше и не встречал эту девушку.

Леган увидел каменный шар, вспыхнувший золотистым ослепительным блеском в ночи. Шар этот переливался и искрился, и в его глубине Леган разглядел пустую комнату, укрытую толстым слоем пыли, словно там очень давно никого не было. Дверь в эту комнату отворилась, туда вошли Оке и Йорка. Они опять были очень странно одеты, но Леган без труда узнал Бессмертных.

У Легана закружилась голова от наблюдения за всем этим, и он открыл глаза. И тут же все вокруг него полыхнуло пламенем — ярчайшим и ослепляющим, но совершенно не горячим. От пламени веяло мягкой прохладой, как от прощального поцелуя той женщины. Легана швырнуло куда-то вверх, закружило, потащило в сторону. И Леган потерял сознание.

6

Небо на востоке начало розоветь. Леган сел и покрутил головой. Потом осторожно потянулся. Тело ужасно болело, словно бы он провел ночь на россыпи камней. Леган вскочил на ноги и огляделся. Потому что это оказалось правдой — он действительно лежал на каменной площадке, расположенной на верхушке высоченной башни. Вокруг расстилалась морская гладь, а далеко на горизонте смутно угадывалась полоска земли в утренней дымке. Весь центр этой площадки занимал огромный каменный шар, лежащий прямо на полу.

Леган вдруг понял, что этот шар и есть Неугасимый Маяк. Хотя слово «Неугасимый» для него теперь не очень-то годилось. Как, впрочем, и слово «Маяк».

Леган прикоснулся рукой к шероховатой растрескавшейся поверхности и ощутил какую-то вибрацию, исходившую из недр этого шара. Внимательный взгляд Легана задержался на трещинке, пересекавшей шар — трещина заметно расширялась.

Леган понял, что шар разрушается, и очень быстро. Настолько быстро, что Леган даже не успел подумать о том, что же может произойти с ним самим, стоящим тут же, на площадке высокой башни посреди моря. Раздался шорох камней и осыпающегося песка, шар осел и рассыпался конусом мельчайшей пыли. Налетевший порыв утреннего ветра подхватил ее и унес в море, к далекому горизонту, где уже вставало солнце.

Леган вспомнил все увиденное им недавно и улыбнулся. Но улыбка у него получилась грустноватая. Теперь он понимал, кто они такие — Бессмертные Боги.

Обычные люди, волею судьбы заброшенные в Межгорье из иного мира. И их Бессмертие объяснялось лишь тем, что время в том мире течет иначе. И как же они были рады тому, что смогли наконец-то вернуться домой! Теперь они будут вести спокойную жизнь. Жизнь людей, а не Богов! А как же Леган?!

Леган повернулся к солнцу и подставил лицо его утренним лучам. На душе его было спокойно. Без следа исчезли злость и ненависть, копившиеся там в течение многих месяцев. Пропало страстное желание мстить кому бы то ни было за все, произошедшее с ним. Леган изменился, и вместе с ним изменился и мир. Мир, где теперь стала возможной магия, как раньше, сотни лет назад.

Леган подумал о том, что теперь в стране начнутся большие перемены. Неизвестно, к лучшему будут эти перемены или к худшему. Но его это не особенно беспокоило. Он был уверен, что люди выберут для себя самый приемлемый вариант существования.

Все будет хорошо, подумал Леган. Люди разберутся во всем сами. И люди, и маги… И я сам тоже буду жить теперь по-человечески. О, Небо! Как хочется одного только — покоя! Но сейчас это невозможно. Пока невозможно, поправил себя Леган. Но скоро так и будет! Скоро они с Теллиной отправятся туда, где никто не сможет им помешать быть вместе! Ни Орден, ни Братство, ни еще что-нибудь подобное! А перед этим Леган собирался навестить всех тех, кто был ему дорог — родных, Инга Риввэ, Гэссара, Килла Орравиана, полковника Ронна Куиссэна…

Но прежде всего он хочет увидеть свою Теллину. А для этого ему теперь достаточно всего лишь пожелать этого!

Леган радостно улыбнулся, поняв, что никаких препятствий для него больше нет. И для остальных магов тоже. Ведь Маяк погас. Отныне и навсегда. И ему захотелось поделиться своей радостью со всем миром. Или хотя бы с магами…

И тогда Леган посмотрел на весь мир так, как он умел делать — закрыв глаза. И увидел тысячи лиц — растерянных, удивленных, испуганных, осторожных… И Леган обратился к ним ко всем сразу.

— Теперь магам ничто не грозит! — сказал Леган. — Неугасимого Маяка больше нет! — Он вдруг вспомнил свою вчерашнюю речь перед патрульными, улыбнулся и добавил: — Я погасил его! И я упраздняю Орден Следящих! Отныне маги будут равны в правах с остальными людьми!

Леган рассмеялся, вдохнул полной грудью свежий воздух и вспомнил слова Йорки: «Это твой мир»… Да, подумал Леган. Так оно и есть. Это — мой мир! Отныне и навсегда!..

7

Теллина только что проснулась. У нее было такое чувство, что сегодня что-то должно произойти. Что-то необычное. Ночь только-только начинала уступать свои права рассвету. На востоке слабо алела заря. Теллина поднялась с постели и подошла к окну.

Только что она видела сон. В этом сне Леган стоял на вершине какой-то башни над морем. Лицо его было спокойно и счастливо. Он повернулся к Теллине и сказал:

— Теперь магам ничто не грозит! Неугасимого Маяка больше нет!..

Он говорил еще что-то, но Теллина уже не слышала. Она поняла самое главное — теперь Легану нет нужды скрываться от всего мира. Теперь они всегда будут вместе.

Едва слышно скрипнула дверь, в комнату заглянула служанка Каллана.

— Вы не спите, госпожа? — спросила она. — Я тоже сейчас проснулась и сама не знаю, почему.

Каллана, кутаясь в платок, осторожно вошла в комнату и растерянно посмотрела на Теллину.

— А знаете, кого я во сне видела? — хитро прошептала она. — Этого вашего господина, лейтенант который! Он чего-то чудное говорил, я и не поняла его. А потом проснулась…

Леган, подумала Теллина. Сердце ее застучало сильнее. Леган. Со сколькими людьми ты сейчас говорил? И сколько людей тебя слышали?..

Теллина посмотрела на разгорающуюся зарю, и ей почудилось, что она видит перед собой лицо Легана, выступающее из причудливого переплетения подсвеченных солнцем облаков.

— Леган… — прошептала она.

И талисман на ее груди ответил ей мягким теплом. А лицо Легана стало вдруг не фантазией разыгравшегося воображения, оно обрело плоть, Леган шагнул в комнату.

— Ой! — испуганно пискнула Каллана и попятилась от Легана.

— Леган. — Теллина обняла его и притянула к себе. — Ты вернулся…

— Я же обещал, — ответил Леган. — И теперь мы всегда будем вместе. Только вдвоем. Мы уедем отсюда далеко-далеко! Туда, где нам никто не сможет помешать, туда, где нас никто не знает!

— Как это так — уедем?! — подала голос Каллана. — А трактир? Что же вы, так все и бросите, госпожа Галлатэнн?! Хороший же трактир! Лучший в городе!

— Забирай его себе, — улыбнулась Теллина, — если уж он так тебе нравится…

Теллина понимала, что там, куда они отправятся с Леганом, никакие трактиры ей будут уже не нужны.

— Как это так — себе?! — опешила Каллана.

— Очень просто, — ответила Теллина. — Будешь здесь хозяйкой. Госпожой. У тебя неплохо получится! — Каллана недоверчиво глянула на госпожу.

— А не врете? Ой, простите, госпожа Галлатэнн! Я хотела сказать!..

— Нет, не вру! — рассмеялась Теллина. — Честное слово!

— Ну, ладно, коли так, — согласилась Каллана. — А у меня получится? Ну, управлять всем этим!

— Почему нет? — пожала плечами Теллина. — У меня же получилось! А ведь я тоже не всегда была хозяйкой. Когда-то я просто служила в чужом трактире… — Теллина посмотрела на Легана. — И встретила там его…

— Ну, время покажет, — солидно кивнула Каллана. — Вот увидите, госпожа, все будет в порядке! Вот увидите!..

За окном светало. На улицах появились первые прохожие. И вдруг утреннюю тишину прорезал громкий восторженный голос:

— Люди! Новость! Маяк погас!

— Чего ты несешь?! — недовольно проворчала какая-то женщина.

— Нет, правда! — Молодой мужской голос радостно дрогнул. — Нет больше Маяка! Честное слово!

— Зато Орден есть! — ответил ему кто-то.

— И Ордена больше нет! — захохотал парень. — Я видел сон!..

— Скольким людям ты сегодня приснился?! — Теллина удивленно посмотрела на Легана.

— Только магам, — пожал плечами Леган.

— Но и я тебя видела! — возразила Теллина. — И Каллана тоже…

— Наверное, все люди немножечко маги, — ответил Леган.

Он мысленно перебрал в памяти знакомые лица и вдруг нахмурился. Потому что увидел вдруг Килла Орравиана.

Это как раз и было то, о чем он читал в «Дороге Миров». То место, где написано, что жизнь человека может свернуть в любую сторону. В зависимости от того, как он поступит в определенной ситуации. И сейчас Леган ясно видел, что Килл стоит на такой вот развилке. Леган быстро просмотрел его будущее — и одну и вторую вероятность. При виде первой он улыбнулся, при виде второй — содрогнулся от жалости к Киллу.

— Теллина, подожди меня еще немного, — виновато улыбнулся Леган. — Я сейчас вернусь. Хорошо?

Теллина кивнула и с изумлением увидела, как Леган шагнул к окну и растаял в воздухе.

— Вы как знаете, госпожа, а я нипочем бы за колдуна замуж не вышла! — категорично заявила Каллана. — Видите, чего творит? Куда захотел, туда и пошел! И ведь не уследишь за ним!..

8

Секретарь Верховного магистра, поджав губы, недоверчиво рассматривал посетителя. Интересно, подумал секретарь, какое у него может быть «важное и срочное дело» к Верховному магистру?!

Выглядел этот посетитель так, словно только что вернулся из длительного похода — сильно поношенная куртка с капюшоном, какие обычно носят бродячие торговцы, матросские штаны, заправленные в давно нечищенные офицерские сапоги, неряшливая борода и длинные спутанные волосы, спускавшиеся посетителю на плечи. У такого человека «важное и срочное дело» может быть только к тюремному надзирателю! Короче говоря, ну прямо как разбойник! Но осанкой и разговором он больше похож на благородного человека, например, офицера гвардии или Ордена…

Секретарь опять посмотрел на сапоги посетителя. Сапоги были офицерские, это точно… Секретарь нахмурился.

— Так как, говорите, о вас доложить? — переспросил он.

— Сообщите господину Верховному магистру, — снова повторил посетитель, — что его очень хотел бы видеть Килл Орравиан. По неотложному делу, — добавил он.

— Килл Орравиан, — кивнул секретарь, поднимаясь из-за стола. — Подождите здесь. Я доложу о вас.

Килл проводил взглядом секретаря. Ну, вот и все, подумал он. Вот все и закончено…

Килл вздохнул. Еще там, в Криарском лесу, когда карающие молнии у него на глазах уничтожали замок Сорот, Килл принял это нелегкое решение. Он подумал, что лучше смерть, чем такие вот вечные скитания. Но вешаться, подобно проворовавшемуся интенданту, Килл не собирался. Более того, он хотел своей смертью заявить о себе. Пусть все знают, что есть такой человек — маг Орравиан! И в первую очередь пусть узнает об этом Орден Следящих!

Килл прибыл в Лаоэрт еще два дня назад. И уже тогда он мог прийти, как сейчас, в магистратуру, добиться встречи с Верховным магистром и одним разом покончить и с ним, и со своими мучениями. Для этого достаточно простенького чуда — летающей чернильницы или еще чего-нибудь подобного. Простое заклинание обязательно вызовет карающие молнии, которые сотрут с лица земли мага Орравиана, а заодно и Лаоэртскую магистратуру…

Но выполнить это решение оказалось не так-то легко. Килл долго кружил вокруг магистратуры, не решаясь туда войти. Он, наверное, так бы и не отважился это сделать, если бы не сегодняшний его сон. Киллу приснился погибший под развалинами Сорота Леган. Это произошло сегодня, рано утром. Килл увидел Легана, стоящего на какой-то высокой башне посреди моря и смотрящего вдаль. Ветер трепал его волосы, а лицо у Легана было счастливое. Килл сразу же догадался, что Леган теперь на небесах и передает таким образом ему весточку о себе. И словно в ответ на эту его догадку, Леган повернулся к нему и произнес:

— Теперь магам ничто не грозит…

Килла настолько испугали эти простые слова, что он закричал во сне и проснулся. И тогда Килл понял, что дальше тянуть уже нельзя. Что нужно выполнить свое решение сегодня же! И он отправился в магистратуру.

Интересно, подумал Килл, догадается ли магистр, что за подарок я ему приготовил?..

Магистр же в это самое время сидел в своем кабинете, веером разложив перед собой на столе кучу бумаг. Бумаги те были взяты им из самых разных дел, по большей части — незавершенных. Магистр перебирал бумаги, откладывая в сторону те, что могли ему хоть как-то помочь разобраться в происходящем. За несколько минут до прихода секретаря Верховный магистр уже закончил предварительный просмотр и смахнул ненужные документы прямо на пол. На очистившейся поверхности стола разместились восемь листов с именами и краткими характеристиками людей либо подозреваемых, бесследно исчезнувших до начала следствия, либо арестованных и впоследствии отпущенных, но обвинения с которых были сняты не полностью.

На первом листе было хорошо знакомое имя — Золлан Логгэн. Старший рыцарь Ордена Следящих подозревался в колдовстве, добровольно сотрудничал с магистратурой Лаоэрта, впоследствии начал проявлять симпатии к обвиняемым, бесследно исчез после удара карающей молнии в его дом. Погиб, наверное… Разве найдешь тело под такими развалинами?! Дом просто превратился в груду камней! Ладно, оставим пока этого Логгэна…

Второй — Леган Лариар, лейтенант Диирийской гвардии, обвинялся в колдовстве, обвинения не сняты, был разжалован, бесследно исчез. Хм… Логгэн как раз и занимался делом этого самого Лариара. И, кстати говоря, винил во всех своих несчастьях именно его! Интересно, куда он мог податься? Надо было не слушать Логгэна, а установить за Лариаром наблюдение! А то даже вообще не выпускать его из тюрьмы, где тот сидел за драку со старшим по званию! Мало разве способов продержать человека в тюрьме сколь угодно долго?! Ну да ладно. Чего теперь об этом говорить…

Следующий — Килл Орравиан, лейтенант Диирийской гвардии, обвинялся в колдовстве, бесследно исчез после удара в его дом… Что такое?!

Магистр пробежал глазами предыдущие бумаги. Интересно, подумал он. Орравиан исчез точно так же, как и Логгэн… И служил Орравиан в одном полку с Лариаром… Совпадение? Возможно… Но что-то слишком уж много подобных совпадений происходит в последнее время!..

— Господин Верховный магистр…

— Что такое? — нахмурился магистр.

— К вам посетитель, — сказал секретарь, входя в кабинет и прикрывая за собой дверь. — Говорит, что у него к вам срочное дело. Судя по всему, это бывший военный, возможно, офицер…

— Кто такой? — недовольно поинтересовался магистр. Только посетителей ему сейчас и принимать! Наверняка пришел просить о зачислении его в Орден…

— Некто Килл Орравиан, господин магистр, — ответил секретарь.

— Кто?! — Магистр подскочил на месте и вытаращился на перепугавшегося секретаря. — Орравиан?! Здесь?! Где он?

— Там, господин магистр, — пролепетал секретарь, бледнея от страха. — В приемной… Дожидается… Вас… Прикажете впустить?

— Нет! Вы с ума сошли! Впустить его сюда?! — Магистр вдруг понял, что он и сам боится этого неожиданно заявившегося пропавшего лейтенанта. — Сюда? Ни в коем случае!

— А… А куда?.. — глупо спросил секретарь.

— Что — куда?

Магистр и секретарь недоуменно переглянулись.

— Так! — решительно сказал магистр. — Он в приемной? Хорошо! Очень хорошо! Я сейчас к нему выйду! А вы поспешите в караульное помещение и велите всему наряду срочно явиться туда же, в приемную! Понятно?

— Да, господин магистр! — Секретарю сразу стало легче — приятно видеть, когда командир не ведет себя, как насмерть перепуганный ребенок, а отдает толковые приказы.

Магистр выждал необходимое время, чтобы секретарь успел добежать до караульного помещения, затем проверил, легко ли вынимается из ножен шпага, и вышел в приемную.

Человек, дожидавшийся его там, полностью соответствовал представлениям магистра о скрывающемся колдуне. В сознании промелькнула неожиданная мысль о том, что, может быть, этот колдун собирается предложить Ордену свои услуги, как это сделал когда-то Логгэн? Но, взглянув в решительное лицо гостя, магистр понял, что ошибся. И тогда нехорошее чувство зашевелилось в его груди. Он вдруг догадался, зачем пришел сюда этот колдун.

Он пришел мстить! Ордену, магистру — всем!..

Магистр почувствовал, как по спине его пробежали мурашки. Он понял, что ему не нужно было выходить из своего кабинета. Надо было тихонечко покинуть магистратуру, предоставив разбираться со всем этим дежурному караулу. А теперь… Теперь остается только тянуть время. Может быть, кто-то из караульных офицеров успеет убить колдуна раньше, чем…

— Господин Верховный магистр Ордена Следящих? — учтиво осведомился Килл.

— Да! — ответил магистр. — С кем имею честь разговаривать?

— Маг Орравиан! — представился Килл.

— Кто?! — Магистр сдвинул брови. Он действительно не ожидал от колдуна такой наглости.

— Маг, — с улыбкой пояснил Килл. — Маг — эго значит колдун! Так вы нас называете, верно?

— Колдун?! — Магистр продолжал подыскивать способы оттянуть неизбежное. — Орравиан?! Я слышал об одном Орравиане! Тот был лейтенантом Диирийской гвардии и погиб несколько месяцев назад…

— Это я! — кивнул Килл. — Только я, как вы видите, не погиб! Однако собираюсь!

— Слушая ваши речи, господин Орравиан, — продолжал магистр, — я прихожу к мысли, что вы хотите принести пользу Ордену!

— Что?! — удивился Килл.

— Да! — подтвердил магистр. — Дело в том, что в составе офицерства Ордена всегда есть один колдун! Он просто необходим нам! Только с его помощью мы можем расследовать самые запутанные дела! Например, изловить вампира, уничтожить оборотня, изгнать из здания различную нечисть, тайно скрывающуюся там! Короче говоря, ваши услуги были бы весьма полезны Ордену, господин Орравиан…

Магистр и сам уже начинал верить тому, что говорит. Он почти серьезно предлагал Киллу работать на Орден. Но когда в приемную вошли рыцари Ордена с обнаженными шпагами, у магистра отлегло от сердца. Он вспомнил, зачем вообще вел этот разговор, мысленно выругался и резко приказал рыцарям:

— Убейте его! Именем Ордена! Это колдун!..

Рыцари были хорошо подготовлены к подобным встречам. Они сразу поняли, что не только магистру, но и им тоже угрожает опасность быть сожженными карающими молниями. Один из рыцарей сделал молниеносный выпад, острие его шпаги метнулось к груди Килла и… Исчезло!

Рыцарь растерянно посмотрел на свою ладонь и перевел взгляд на магистра. Килл тоже выглядел ошарашенным. Глядя на него, магистр вдруг понял, что это чудо произошло не по его воле. Тогда по чьей же?!

— Все в порядке, Килл…

Все обернулись на голос и увидели стоящего в углу комнаты и неизвестно как попавшего туда человека. Магистр сразу же его узнал — Леган Лариар! Тот самый!

— Вы помните меня, господин Верховный магистр? — спросил Леган. — Я маг Лариар…

Опять маг, с тоской подумал магистр. И только теперь до него дошло то, что Килл Орравиан и рыцари Ордена уже поняли — карающих молний не было!

— Маяк… — растерянно пробормотал магистр.

— Маяка больше нет, — ответил Леган.

— Как — нет?! — воскликнул Килл.

— Нет, и все, — пожал плечами Леган. — Я его погасил…

— Неугасимый Маяк?! — не поверил Килл.

— Ну, он теперь уже не неугасимый, — возразил Леган. — И совсем не похож на маяк…

— Значит… — В голове Килла вихрем пронеслось: маяка нет! Можно ничего не опасаться! Нет больше молний! Значит, теперь Килл сможет рассчитаться со всей этой сволочью в синих плащах! Значит, он теперь сможет!..

— Нет! — резко прервал его мысли Леган. — Ты сможешь теперь ЖИТЬ! Просто жить, как все обычные люди!

— А они позволят?! — Килл криво усмехнулся и кивнул на изрядно оробевших офицеров.

— Надеюсь, что да, — ответил Леган и обратился к магистру: — Господин Верховный магистр! Отмените свой приказ об убийстве мага Орравиана и уделите мне несколько минут вашего времени для беседы!

— Ага… — пробормотал магистр. — Отменяю… да… пойдемте… пойдемте ко мне в кабинет…

— Собственно говоря, — улыбнулся Леган, — я просто хотел дать вам совет: распустите Орден!

— Что?! — Магистру показалось, что он ослышался. — Распустить Орден?!

— Да. Теперь носить синий плащ становится очень опасно! Не стоит вашим офицерам так рисковать. Вот, собственно, и все…

— Что — все?! — не понял магистр.

— Вообще — все! — рассмеялся Леган и хлопнул Верховного магистра по плечу. — Прощайте, господин бывший Верховный магистр! Прощайте, господа! Пойдем? — обратился Леган к Киллу.

Килл кивнул и побрел следом за Леганом, мимо шарахнувшихся от них офицеров, туда, на улицу. Килл еще не до конца осознал, что произошло. Это что же получается? Значит, он теперь совершенно спокойно может вернуться в Диирий? Значит, он теперь может…

Значит, он теперь может ВСЕ!

Килл повернулся к Легану и спросил его:

— А как тебе удалось справиться с Маяком?

— Почитай «Дорогу Миров», — без тени улыбки посоветовал Леган. — Замечательная книга! Оригинал, к сожалению, пропал, но есть еще достаточно много копий! Эту книгу переписывали в течение многих лет! Я уверен в этом, я знаю!

— «Дорога Миров»…

— Да, — подтвердил Леган. — Я бы с удовольствием тебе все рассказал и сам, но…

Внезапно Леган пошатнулся и чуть не упал, потому что на него вдруг налетел какой-то босоногий мальчишка.

— Куда это ты несешься? — строго спросил его Леган.

— На площадь! — задыхаясь от быстрого бега, ответил мальчишка. — Там колдун чудеса показывает! Мне соседские мальчишки сказали! Настоящий колдун! Живой! У него там камушки по воздуху летают! Сами собой!

— Интересно, да? — хитро прищурился Леган.

— Да нет! — досадливо отмахнулся мальчишка. — Меня мамка послала к нему! Чтобы я его к нам позвал! У меня сестренка болеет, так, может быть, он помочь сумеет? Как вы считаете, сумеет?

Леган с Киллом переглянулись.

— Ты иди, Леган! — заявил Килл. — Я сам…

— Хорошо. — Леган кивнул. — Удачи тебе, маг Орравиан!

— И тебе тоже, маг Лариар! — ответил Килл и повернулся к мальчишке: — Ну, показывай, где твоя сестренка?

— А вам зачем? — подозрительно спросил мальчишка.

— А я и сам могу чудеса делать!

— Хотите сказать, будто вы тоже колдун?! — недоверчиво усмехнулся мальчишка, шмыгнув носом.

— Конечно! — солидно кивнул головой Килл. — Только говорить надо не «колдун», а «маг»!

— Врете! — убежденно возразил мальчишка. — Колдуны… Маги, они не такие! Они знаете какие?

— Какие?

— Не такие, и все!..

— Ну, так смотри!..

Леган уже отошел достаточно далеко и не стал оборачиваться, когда до него донесся восторженный вопль мальчишки:

— Ух ты! Настоящий! Ура!

Настоящий, подумал Леган. Еще какой настоящий!..

9

Леган шел по улицам Лаоэрта. Его здесь ничто не удерживало, но ему просто хотелось еще раз пройтись по этому городу. Леган знал, что больше он никогда не увидит этих башен, этих домов и стен.

Ноги сами несли его. Леган прощался с Лаоэртом, который совсем еще недавно так люто ненавидел, к которому теперь испытывал такие же чувства, как к своему доброму старому знакомому, которого долго не мог понять. Вот в этом трактире он любил посидеть и выпить вина. А если пройти по этой улице, то окажешься возле дома, где Леган снимал квартиру. А вот тут… Леган замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.

Интересно, подумал он, спит она сейчас или нет? Наверное, спит… Ну ничего! Разбудим!..

Леган прикрыл глаза, шагнул прямо сквозь стену дома и оказался в маленькой комнатке. Окно было занавешено плотными шторами, так что солнечный свет не проникал в помещение. На столе тускло светил огарок свечи. Леган присмотрелся и увидел на кровати спящую девушку. Подойдя к ней, Леган прикоснулся к ее плечу и слегка потормошил.

— Эй! Вставай! — весело произнес он. — Уже утро!

— Что? — Девушка испуганно подскочила на постели и вытаращилась на Легана узкими вертикальными зрачками своих желтых глаз.

— Помнишь меня? — улыбнулся Леган.

— Я… я… Это ТЫ? — Девушка задрожала от страха. — Как ты попал сюда?! Что тебе надо?! Ты… Ты пришел мстить?..

— Нет, — покачал головой Леган. — Я просто пришел попрощаться! И сказать тебе, что я все запомнил!

— Что? — Девушка продолжала дрожать. — Что ты запомнил?

— Что ты оставила меня в живых! — рассмеялся Леган. — Да не трясись ты так! Ничего я тебе не сделаю! Честное слово!

— Правда? — Девушка с надеждой посмотрела на Легана.

— Конечно, — подтвердил Леган. — Я просто пришел навестить тебя. Потому что сегодня меня уже здесь не будет…

— Ты уезжаешь, солдатик? — спросила девушка. — Это хорошо… Значит, ты никому не скажешь…

— Не скажу, — согласился Леган и вдруг нахмурился. — Слушай, а ты ведь не сказала мне тогда, как тебя зовут!..

— Нам нельзя этого говорить! — испугалась девушка. — Ты уж не сердись на меня, солдатик! Ладно? Если я назову тебе свое имя, то…

— Да я его и так уже знаю, — отмахнулся Леган, сердито морща лоб. — Только вот одного не пойму… Ага! Ясно! Теперь я все понял!

— Что? — осторожно спросила девушка.

— То, как ты стала вампиром! — весело ответил Леган.

Девушка забилась в угол кровати и поджала ноги. Глаза ее опять стали испуганными. Она со страхом смотрела на Легана, ожидая, что же он еще скажет.

— Ты помнишь своего мужа? — Леган присел рядом с кроватью и посмотрел на девушку снизу вверх.

— Да… — прошептала та.

— Почему ты его не отыскала?

— Как я могу? — Девушка неожиданно всхлипнула. — Я же теперь…

— Понятно, — нахмурился Леган. — Значит, во всем виноват тот лекарь, что лечил тебя!

— Он сказал, что я умерла…

— Я знаю. Знаю… — Леган опять нахмурился, и вдруг лицо его озарилось улыбкой. — Слушай, все не так плохо!

— Да? — растерянно спросила девушка.

— Твой муж занимается магией, — пояснил Леган. — И скоро он добьется успехов! И тогда он сможет…

— Избавить меня?! — поразилась девушка. — От этого?! Не может быть! Я вообще не знаю, жив ли сейчас он!

— Жив! — убежденно ответил Леган. — Я знаю! И ждать тебе осталось недолго, честное слово!.

— Хотелось бы поверить тебе, солдатик, — грустно прошептала девушка. — Очень хотелось бы…

— Ну, так поверь! — расхохотался Леган. — Поверь и жди! Он обязательно найдет тебя! Я обещаю! Прощай, Киара!

Леган помахал девушке рукой, сделал шаг к стене и вновь оказался на улице. И пошел дальше, беспечно посматривая по сторонам.

Хороший город, хоть и был он построен не людьми. И название у него красивое — сохранившееся от позабытой всеми деревеньки, на месте которой и возник город. Леган вспомнил, что и деревня та носила имя человека, первым построившего тут свой дом. Значит, был и такой человек — Лаоэрт.

Леган слышал об этом от Инга Риввэ, бродяги и своего верного товарища. Интересно, где он сейчас?

Леган на ходу вызвал колеблющуюся вуаль Сумерек и шагнул прямо в нее. И мгновенно оказался в маленьком домике, стоящем у самых Риифорских болот. Из окон его были хорошо видны вершины и Андирских, и Сиузских гор, расположенных на западе и на востоке от домика. За большим столом сидели Инг и Гэссар.

— Вот и он! — радостно улыбнулся Гэссар, поднимаясь с лавки. — Я так и знал, что ты к нам заглянешь!

— Привет, дружище! — обнял Легана Инг. — Что нового слышно?

— Говорят, Неугасимый Маяк погас! — улыбнулся Леган.

— Точно! — радостно подтвердил Инг. — Какой-то бродяга его задул! Кажется, его зовут Леганом! Не слышал о нем?

— Врут люди! Не может такого быть! — ответил Леган.

Они рассмеялись.

— Знаешь, Леган, — сказал Гэссар, — а ведь тебя не только я слышал! Ну, когда ты ко всем магам обратился!

— А кто еще?

— Вот он! — Гэссар показал на Инга.

— Ага! — довольно подтвердил Инг. — Ночью приснилась мне твоя физиономия, так я сразу же Гэссара кинулся будить!

— А я уже не спал! — прервал его Гэссар. — Сам, понимаешь, проснулся от твоих слов! И все никак не мог решиться попробовать свои силы!

— Как ты думаешь, Леган, — тихо произнес Инг, — получится ли из меня маг? Ведь я же тебя тоже слышал, как и Гэссар!

— Получится! — с уверенностью ответил Леган. Он знал, что это правда.

— Это хорошо, — задумчиво протянул Инг. — Надо попробовать…

— Нет! — прервал его Леган. — Тебе надо пробовать не это!

— А что?! — удивился Инг.

— Читай «Завещание Синака»!

— Зачем?!

— Зачем? — переспросил Леган. — Затем, что однажды в далеком Марде обезумевшая карета сбила одну молодую женщину…

На лицо Инга набежала мрачная тень, но Леган продолжал говорить, не обращая на это внимания.

— И все думали, что она умерла, — говорил Леган. — Конечно! А что еще было думать, если так сказал лекарь, осматривавший ее тело? Правильно? Но вот только лекарь-то тот оказался самым настоящим вампиром! И с тех пор…

— Что?! — Инг вытаращил глаза. — Не может быть!

— Может, — ответил Леган. — Киара жива. Я видел ее…

— Вампир… — хрипло прошептал Инг.

— Читай «Завещание Синака», — сказал Леган. — Там написано, как от этого избавиться. Синак был очень хорошим магом! И я знаю, что у тебя получится сделать это! А Киара сейчас в Лаоэрте…

Инг с Гэссаром молча смотрели на Легана.

— Ладно, друзья! — поднялся Леган. — Удачи вам, маги!

— И тебе удачи, маг Лариар! — нестройным хором ответили Гэссар с Ингом.

Леган вновь вызвал Сумерки и через мгновение уже находился в Диирии. Прохожие поглядывали на него с опасливым удивлением, но все же без панического ужаса. Хотя, наверное, и здесь тоже были люди, недовольные происходящими переменами — Леган услышал за своей спиной сердитый шепот:

— Гляди-ка! Еще один! Во как они быстренько оклемались-то! Как грибы после дождя повылазили!..

Это точно, подумал Леган, направляясь к казармам гарнизона.

В приемной полковника Ронна Куиссэна Легана встретил какой-то незнакомый молодой лейтенант.

— Доложите господину полковнику, что его хочет видеть Леган Лариар, — попросил его Леган.

— Кто?! — Лейтенант испуганно привстал, снова сел и вытаращил на Легана глаза. Видимо, он уже слышал об офицере Диирийской гвардии, переведенном в Лаоэрт, обвиненном в колдовстве и разжалованном за драку. И теперь никак не мог поверить, что этот самый бывший офицер стоит перед ним.

— Скажите, что пришел маг Лариар, — повторил Леган.

— Маг?! — Лейтенант побледнел. — Господин полковник… Он… Его, наверное, нет… Он, наверное, еще не пришел…

— Он здесь, — возразил Леган. — Он сейчас читает письмо от своего старого друга, с которым они вместе служили в Хадре. Но письмо это полно грустных воспоминаний, поэтому не будет большого вреда, если вы прервете это чтение, лейтенант Фэррон…

Лейтенант стал белее снега. Он медленно выбрался из-за стола и, не спуская расширенных глаз с Легана, бочком прокрался вдоль стены к дверям кабинета полковника. Леган еле сдержал улыбку, наблюдая за тем, как лейтенант словно бы втекал в кабинет через едва приоткрытую дверь. Затем последовала непродолжительная пауза и в кабинете полковника словно бы произошел взрыв — дверь распахнулась, на пороге показался сам Куиссэн, грозно топорща усы.

— Где он? — заревел полковник и тут же заметил Легана. — Ага-а-а-а! Вот вы наконец-то и явились! Извольте проследовать в мой кабинет, господин лейтенант!

— Бывший лейтенант, — поправил его Леган.

— Не сметь со мной спорить! — рявкнул полковник.

— Хорошо, не буду, — согласился Леган с покорной улыбкой и прошел мимо обмершего лейтенанта в кабинет полковника Куиссэна.

Полковник захлопнул за Леганом дверь, обошел стол, уселся на свое место и водрузил на поверхность стола сжатые кулаки.

— Ну, господин лейтенант! — грозно проворчал он. — Может быть, вы изволите припомнить, за что вас разжаловали?

— Я ударил старшего офицера, — просто ответил Леган. — Я же вам рассказывал, господин полковник!

— Кого именно? — строго спросил полковник.

— Адъютанта генерала Лаоэртской гвардии, — ответил Леган. — Полковника… Простите, не помню его имени.

— И все?! — удивленно спросил полковник. — Я превосходно знаю этого негодяя, которого вы ударили! Он не достоин носить звание офицера! Я немедленно свяжусь с Принцем! Эти столичные крысы, называющие себя военными, не смогли защитить Трон даже от уличных наглецов, разбушевавшихся в Лаоэрте! Я уверен, господин лейтенант, что вопрос о восстановлении вашего звания будет решен в течение нескольких дней! Особенно сейчас, когда ваш друг — полковник Раллэн…

— Ленна больше нет, — тихим голосом прервал его Леган.

— Что значит — нет?! — сдвинул брови полковник.

Леган вздохнул и рассказал полковнику обо всем, случившемся в Кагоаре прошлым вечером. Полковник во время рассказа Легана медленно бледнел, краснел, и Леган с удивлением увидел слезы, блеснувшие на глазах командира.

— Я не хотел бы верить вам, лейтенант, — сказал полковник, — но, к сожалению, верю… Бедный Ленн… И Гаррэт… Мне тоже жаль его, лейтенант. Несмотря на вашу к нему неприязнь. Мне жаль его, потому что вы были друзьями. И потому, что он был хорошим офицером! Всегда в первую очередь гибнут самые лучшие! И именно поэтому, лейтенант, я буду настаивать в Лаоэрте на вашем восстановлении в звании!

— Нет, господин полковник, — возразил Леган. — Не нужно этого делать. Я больше никогда не буду служить в армии. Меня скоро вообще уже не будет в Межгорье.

— Вы отправляетесь путешествовать? — не понял полковник.

— Да, можно сказать и так, — согласился Леган. — Только это будет очень долгое путешествие, господин полковник! Очень долгое!

— Что ж, — вздохнул полковник. — Решение вы приняли, лейтенант… Не считаю себя вправе отговаривать вас…

— Я в общем-то просто зашел попрощаться с вами, господин полковник, — пояснил Леган. — Я не мог покинуть Межгорье, не сделав этого.

— Благодарю вас, Леган. — Полковник неожиданно назвал его по имени. — Благодарю вас…

— Удачи вам, господин полковник!

— И вам удачи, господин лейтенант! — Полковник по-военному отдал честь Легану, словно тот все еще носил гвардейскую форму.

И Леган ответил ему тем же. Затем он сделал шаг и исчез.

— Могли бы выйти и через дверь, господин лейтенант! — недовольно пробурчал полковник Куиссэн.

Но Леган его уже не слышал. Он стоял в длинном полутемном коридоре их старого дома. Портреты благородных предков висели по стенам, строго взирая на Легана. Леган улыбнулся и одним движением руки создал свой собственный портрет — точно такой же, каким видел его в подземном хранилище Сорота. Портрет возник на стене, вызвав легкий шелест воздуха. Под изображением Легана высветились переливающиеся, словно написанные огнем, слова:

МАГ ЛЕГАН ЛАРИАР

Послышались шаркающие шаги, в коридоре появился старый слуга Некк.

— Господин Лариар! — Слуга замер при виде Легана. — О, Небо! Господин Лариар!

— Здравствуй, Некк! — Леган улыбнулся слуге. — Рад тебя видеть!

— А уж я как рад, господин Лариар! — Некк расплылся в улыбке. — И как рады будут ваши родители!

— Где они сейчас? — спросил Леган.

— Ваш батюшка в комнате у вашей матушки, господин Лариар! — торопливо проговорил Некк. — Госпожа Лариара с самого утра объявила, что вы сегодня приедете домой! Они вас очень ждут, господин Лариар…

Леган кивнул Некку и быстрым шагом прошел к комнате матери. Он постучал в дверь, и рука его при этом слегка дрогнула.

«Войдите, сын!» — услышал Леган мысли Баллы.

Он распахнул дверь и увидел мать, сидящую в своем любимом кресле, и отца, стоящего рядом.

— Леган! — воскликнул Ладр Лариар. — Как я рад вас видеть!..

Когда буря эмоций несколько улеглась, Балла спросила Легана:

— Вы сегодня уезжаете?

— Да.

— Надолго? — озабоченно осведомился Ладр.

— Наверное, навсегда, — ответил Леган.

— Навсегда?!

— Так надо, Ладр. — Балла ласково посмотрела на мужа. — Леган знает, что так надо. И я тоже знаю это…

— Я привык доверять вам, Балла, — кивнул головой Ладр. — Но мне от этого не легче…

Мне тоже, подумал Леган со вздохом…

Около часа Леган провел с родителями, рассказывая им о себе. Ладр внимательно слушал сына, изредка кивая. Баллу же рассказ Легана, как ему показалось, не особенно удивил. Словно она и без того знала, что с ним происходило.

Время летело незаметно. Настал момент, когда Леган вдруг понял, что ему пора. Он поднялся с места и обнял отца.

— Удачи вам, Леган! — На глазах старика блеснули слезы.

— Прощайте, отец…

— Будьте счастливы, сын, — произнесла Балла Лариара.

— Постараюсь, — ответил Леган. Он низко поклонился родителям и снова вызвал Сумерки. И через миг был уже в комнате Теллины.

10

Едва Леган с Теллиной вышли из дома, как увидели на улице толпу людей, сгрудившихся возле объявления на стене. Заинтересовавшись, Леган подошел к толпе и вытянул шею. Объявление было написано от руки на плотном листе сероватой бумаги не очень ровными буквами и гласило:

«Маг Иль Яррэн возьмет в ученики человека, готового посвятить свою жизнь служению Великой Силе».

Леган усмехнулся. В толпе перешептывались:

— Надо же, а?!

— С ума сойти можно!..

— Вот так вот?.. В открытую?.. И ничего же не боится!..

— Наверное, сильный колдун!..

— Не колдун, а маг! Написано же!..

— А какая разница?..

— Колдуны, они плохие! А маги — хорошие!

— Да ну?!

— Точно!..

В толпе произошло движение. Люди вдруг начали поспешно отходить от этого объявления. Леган посмотрел по сторонам и увидел приближающихся к ним с самым решительным видом рыцарей Ордена Следящих.

— Разойдитесь! — прикрикнул старший рыцарь. — Именем Ордена!

— Ордена-то и нет! — хихикнул кто-то в толпе.

— Что? — Старший рыцарь нахмурился. — Это кто здесь такой умный?

— Я!..

Из толпы вышел худенький человек лет сорока. Роста он был небольшого, но изо всех сил старался казаться повыше. Впрочем, это ему не очень-то удавалось — спина за многие годы уже привыкла к согнутому положению. Но глаза человека смотрели на рыцарей весьма решительно.

— Имя! — потребовал старший рыцарь, обнажая шпагу.

— Ронг, — просто ответил человек. И добавил с улыбкой: — Маг Ронг…

— Следуй за нами, колдун! — с ненавистью произнес старший рыцарь. — Именем Ордена!

— Ордена больше нет, — пожал плечами человек и сделал легкое движение рукой.

Вмиг шпага старшего рыцаря согнулась, словно была изготовлена не из превосходнейшей стали, а из самого обыкновенного воска. Старший рыцарь испуганно выпустил из рук свое бесполезное оружие и попятился. В толпе захихикали.

— Идите домой, господин старший рыцарь, — миролюбиво произнес маг. — И постарайтесь не появляться больше в городе в этом плаще. Орден Следящих упразднен самим Слугой Бессмертных…

Леган не удержался и захохотал. Окружающие испуганно шарахнулись от него, как от сумасшедшего, но Леган не обратил на это ни малейшего внимания. Он притянул Теллину к себе поближе и обнял ее за плечи.

— Пора! — весело сказал он.

Леган вытянул перед собой правую руку ладонью вверх, и в руке его появился маленький сгусток тьмы, в котором неспешно вращались крошечные серебристые точечки, образуя маленький водоворот. Леган посмотрел на этот рисунок и почувствовал, как тот словно бы втягивает его в себя. Как будто бы он был настоящим большим водоворотом, в котором оказалось сознание Легана. И водоворот этот пытался засосать, растворить в себе обладателя державшей его руки.

Леган почувствовал, что сопротивляться этому напору у него нет сил. Он отвел в сторону левую руку и прошептал:

— Теллина… Держись за меня… Крепче…

Девушка послушно взяла его за руку.

— Леган, — слабым голосом произнесла она. — Голова кружится…

— Ничего, — успокоил ее Леган, хотя и у него самого уже все плыло перед глазами. — Не бойся. Ничего страшного не будет…

Сгусток тьмы в ладони Легана уже перестал быть маленьким. Леган увидел, что тьма эта расширяется, заливает все окружающее пространство. Серебристые точки стали ярче. Спираль, которую они образовывали, широко развернулась, захватывая все вокруг, ушла за пределы видимости, и Леган с Теллиной оказались в безбрежной чернеющей пустоте. Темнота была повсюду, куда ни кинь взгляд. И в темноте этой, тихо мерцая, светились россыпи серебристых точек.

— Звезды! — ахнула Теллина. — Леган, это звезды? Да?

— Да, наверное, — согласился Леган, хотя и сам не был в этом уверен.

Ноги их не ощущали ничего, словно Леган с Теллиной висели в этом бесконечном пространстве, поддерживаемые какой-то могучей силой. Легану пришла в голову мысль, что если он сейчас выпустит руку Теллины, то потеряет ее навсегда. От этих мыслей Леган сильно вздрогнул и крепче сжал ладонь девушки. Потерять любимую в этой пугающей пустоте ему не хотелось. Да и вообще — почему они должны находиться здесь?!

Леган нахмурился и догадался, что находятся они тут потому, что пока еще находиться им больше негде. Значит, нужно найти для себя подходящее место, решил Леган.

Он выбрал взглядом одну из серебристых звездочек, мерцавшую не очень ярко, но и не очень-то тускло Леган пристально посмотрел на нее и попытался представить себе местность, где им с Теллиной было бы хорошо и спокойно вдвоем. Но в голову лез только вид Межгорья, каким его однажды увидел Леган — с высоты птичьего полета. И тогда Леган собрал, слил в огненную точку все, что он видел — горы, реки, степи, леса, — и метнул эту точку к выбранной им звездочке.

Огненная точка, вырвавшись из сознания Легана, превратилась в блистающую во тьме ослепительную иглу, устремилась к звездочке и пронзила ее. Звездочка ярко вспыхнула, озарилась кроваво-красным светом, затем разбухла, по ее поверхности пробежала мелкая рябь, и целый ворох разноцветных искр взвился над ней, словно потревоженный рой птиц над кроной дерева. Затем все это соединилось в ослепительную точку — черную, чернее окружающей ночи, — которая тут же вновь засияла спокойным серебристым светом, превратившись в прежнюю спокойную звездочку.

— Что это?! — удивилась Теллина. — Что ты сделал?!

— Место, где мы сможем быть вдвоем, — пояснил Леган и понял, что это правда.

От этой серебристой и мерцающей точечки-звезды отделилось крошечное золотистое облачко и начало быстро приближаться к ним. И очень скоро Леган увидел, что состоит это золотистое облачко всего из пяти ярких искорок. Искры эти неподвижно повисли перед Леганом, от них во все стороны начал расходиться причудливо переливающийся мягкий свет.

— Люди! — воскликнула Теллина.

Да. Она была права. В свете этих искр Леган отчетливо увидел лица пятерых людей. И два лица из пяти были ему очень хорошо знакомы. Их он видел тогда, на Неугасимом Маяке. Оке и Йорка. Двое из пятерых Бессмертных, вспомнил Леган. Но теперь глаза их обоих, как и глаза остальных троих, отливали красноватым светом.

Бессмертные Боги, подумал Леган. Он понял, что они чего-то ждут от него, а затем догадался, чего именно.

Леган собрал всю свою Силу, вложил ее в свой взгляд и выпустил по направлению к этим пяти лицам, неподвижно висящим перед ним. Изображение дрогнуло, сжалось, сияние пропало без следа, пять золотистых искорок стремительно унеслись обратно, к той самой звездочке, откуда они прилетели сюда.

Леган почувствовал себя опустошенным и очень уставшим. Он уже не держал Теллину за руку, а самым настоящим образом ДЕРЖАЛСЯ за нее. Он понял, что всех его сил хватит теперь только лишь на то, чтобы попасть туда, где он так хотел оказаться.

Леган уставился на звездочку и потянулся к ней. И та начала стремительно расти, приближаться. Леган увидел яркий огненный шар, очень похожий на Неугасимый Маяк. Шар излучал столь ослепительный свет, что Леган не сразу заметил несколько неспешно вращающихся вокруг него темных пятен. А когда заметил — устремился к одному из них.

Пятно выросло, приблизилось, и Леган опять увидел знакомую ему картину. Ту самую, что он совсем недавно представлял себе, — Межгорье.

Вокруг все вспыхнуло ослепительным после холодного мрака светом. Что-то несильно ударило Легана по подошвам ног. Рядом испуганно вскрикнула Теллина. Леган открыл глаза.

Они стояли на твердой земле. Ярко светило солнце. Слева от него на самом горизонте сверкали воды широкой реки. Прямо перед ним раскинулась бескрайняя степь, поросшая высокой и сочной травой. Справа гордо возвышались высокие пики Андирских гор. Нет, не Андирских, поправил себя Леган. Андирскими их назовут потом, намного позже. А сейчас…

Леган огляделся внимательнее. Да, именно здесь должны были бы возвышаться высокие башни Лаоэрта. Но вокруг лежала степь. Ни домика, ни какого-нибудь крошечного строения не было видно.

— Где мы? — поинтересовалась Теллина.

— Дома.

— А… А где же мы будем жить? — осторожно спросила Теллина.

— Жить? Здесь! — Леган одним движением руки создал прямо перед собой небольшой одноэтажный сельский домик.

Теллина испуганно охнула.

— Ты не перестаешь меня поражать! — призналась она.

— И не перестану, — усмехнулся Леган. — Никогда. Никогда в жизни…

— Мне кажется, что здесь должен стоять город, — задумчиво произнесла Теллина.

— Он здесь и будет, — заверил ее Леган. — Но не сейчас. Попозже.

Теллина кивнула головой.

— Это и правда наш дом? — спросила она.

— Да.

— Тогда давай пойдем туда!

— Давай, — согласился Леган.

Они направились к дому (к СВОЕМУ дому!). Но тут тишину нарушил топот копыт и Леган увидел несущегося к ним всадника. Леган остановился и с интересом поглядел на него.

Всадник приблизился, осадил коня и удивленно вытаращился, переводя растерянный взгляд с Легана на Теллину, с Теллины на дом. Одет он был в одежду из плохо выделанных звериных шкур. На широком кожаном поясе висел широкий меч, а над плечом возвышался колчан с луком и стрелами.

— Меня зовут Тирр, — пробормотал он хриплым низким голосом. — Я пастух. Я пасу тут овец… А вы… Вы здесь живете?!

— Да, — улыбнулся Леган. — Это наш дом.

— Но его только что не было! — воскликнул пастух.

— Теперь есть, — пожал плечами Леган.

— Как твое имя, незнакомец? — Глаза пастуха чуть ли не вылезали из орбит от удивления.

— Имя?! — переспросил Леган и задумался.

Имя…

Он сообразил, что теперь неплохо бы выбрать себе и другое имя. Новая жизнь — новое имя… Но в голову ничего хорошего не приходило.

— Леган Лариар, — ответил Леган со вздохом.

— Лар… иар… — Пастух нахмурился, пытаясь выговорить непривычные для него слова. Легана вдруг осенило.

— Знаешь что? — хитро улыбнулся он. — Можешь звать меня Лаоэртом! Лаоэрт! Тебе нравится мое новое имя? — Он обернулся к Теллине.

— Неплохо, — согласилась она. — Хотя прежнее было тоже не таким уж никчемным…

— Нет! — решительно заявил Леган. — Новое лучше!

— Хорошо, пусть будет Лаоэрт, — кивнула Теллина.

— Будет время, заходи в гости! — пригласил Леган вконец растерявшегося пастуха. — Я тебе расскажу много интересных историй! А еще лучше, я их напишу! И постараюсь, чтобы эта книга получилась интересной! А название для нее я уже придумал: «Дорога Миров»! Вот так-то!..

Он повернулся, обнял Теллину за плечи, и они пошли по своей степи к своему дому, в своем мире, где отныне им предстояло жить. Долго и счастливо…

ЭПИЛОГ

Еле слышно скрипит дверь. Осторожные шаги.

— О-о-о! Какая пылища! Ужас!

Молодая светловолосая женщина, лет двадцати пяти, оглядывает комнату и брезгливо морщит носик.

— А ты попробуй поколдовать! — с улыбкой предлагает ей спутник — длинноволосый мужчина тридцати лет, с небольшой бородкой.

— Ничего не получится! — заявляет женщина. — Придется убирать обычным способом! Надо же! Сколько пыли скопилось!

— Неудивительно, — замечает мужчина. — За три недели, что нас здесь не было…

— Да, растянулись эти три недели! — усмехается женщина.

— На три тысячи лет, — говорит мужчина и подходит к окну. За окном уже стемнело, в вечернем небе медленно гаснет алое пламя заката, ночь заглядывает в окно дома.

Мужчина смотрит в окно, но он хорошо слышит, как женщина подходит к нему. Он чувствует, как она кладет свои ладони ему на плечи, и оборачивается.

— А интересное было приключение! Правда? — улыбается она.

— Глупая девчонка, — шепчет он в ответ и привлекает ее к себе.

— Глупый старик, — бормочет она, закрывая глаза и прижимаясь к его груди щекой.

Полная тишина царит вокруг — словно память об ушедших. Но дом теперь жив. Он рад, что наконец-то дождался своих хозяев. Ведь он ждал их так долго — целых три недели.

Растянувшиеся на три тысячи лет…

2002 г

Content

Ревва Игорь Сила Бессмертных

Игорь Ревва СИЛА БЕССМЕРТНЫХ

ПРОЛОГ

Часть первая. ОФИЦЕР

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

Часть вторая. ИЗГОЙ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

Часть третья. БРОДЯГА

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

Часть четвертая. МАГ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

Часть пятая. ВЛАСТЕЛИН

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

ЭПИЛОГ