Кэролайн Кин

Нэнси Дру. Рассказы о привидениях

ПРЕДИСЛОВИЕ

Дорогие поклонники детектива!

Когда я работала над сборником рассказов о привидениях, мне было совершенно ясно, что, с какими бы неправдоподобными явлениями ни столкнется Нэнси Дру, она разгадает все тайны как настоящий сыщик. Вы, конечно, понимаете, что Нэнси не верит в привидения, тем не менее многие странные события, происходящие в каждом рассказе, чуть не заставили ее изменить свое мнение.

Ну что же, я не стану портить вам впечатление, пересказывая захватывающие события, происшедшие с Нэнси Дру. Читайте, и все поймете сами!

ПРИВИДЕНИЕ В СТУДЕНЧЕСКОМ ГОРОДКЕ

— Нэнси! Мы видели его! Ну, привидение, которое обитает в Клермонтском колледже! — Пухленькая светловолосая Бесс Марвин захлебывалась от возбуждения.

— Бесс решила, что нам просто необходимо вернуться в Ривер-Хайтс и рассказать все тебе, ведь ты у нас крупный специалист по таинственным историям, — продолжила Джорджи Фейн, кузина Бесс, темноволосая девушка с мальчишеской фигурой.

Синие глаза Нэнси Дру загорелись.

— Ну-ка, расскажите поподробнее, — заинтересовалась она.

Бесс и Джорджи были на танцах, неподалеку от Грейтона, а в перерыве пошли со своими кавалерами прогуляться вдоль речушки, огибающей студенческий городок. Тут они и увидали ее.

— На ней был такой же серый плащ с капюшоном, какой она носила при жизни, — доложила Бесс.

Девушки утверждали, что это было привидение профессора Софи Хэнке, которая когда-то преподавала в Клермонтском колледже естественные науки. Пять лет тому назад в штормовую ночь ее машина съехала с дороги в реку и разбилась о каменистый берег. Профессора Хэнке выбросило из машины, и она бесследно исчезла. С тех пор по ночам уже несколько раз видели привидение, очень похожее на Софи Хэнке.

— А иногда в ее лаборатории мерцает призрачный свет, — сказала Джорджи. — Я знаю кое-кого из студентов, которые его видели. Все это очень загадочно!

Девушки решили вернуться на танцы, а Нэнси собралась посмотреть телевизор, но поймала себя на том, что думает только об этой истории, которую ей рассказали Бесс и Джорджи.

В конце концов, посмотрев на часы, Нэнси спрыгнула с дивана и бросила своему любимцу терьеру:

— Еще нет и одиннадцати, Того. Давай-ка поедем и сами посмотрим, может, оно еще бродит около студенческого городка.

Машин было мало, и Нэнси быстро добралась до Грейтона.

Объезжая вокруг городка, она двигалась по лесной дороге, повторяющей изгиб реки, но никакого призрака в лунном свете так и не увидела.

— Ну что, не везет нам, Того, — сказала она псу, потрепав его по холке.

Через некоторое время Нэнси свернула к колледжу и остановилась напротив корпуса естественных наук. И вдруг ее сердце екнуло. В окне второго этажа виднелся слабый мерцающий свет!

Нэнси снова завела машину и медленно двинулась вперед, пока не увидела одетого в униформу охранника.

— Вы правы, мисс! — воскликнул он, когда Нэнси показала ему на свет. — Это действительно окно лаборатории профессора Хэнке!

Войдя в здание, они поспешили вверх по лестнице. Того, конечно же, бежал впереди. Когда охранник отпер дверь лаборатории, они оказались в абсолютно темной комнате!

Он зажег свет. Пробирки и другое оборудование лежали на рабочем столе и выглядели так, будто ими только что пользовались. Но никаких незваных гостей в лаборатории не оказалось.

— Похоже, здесь только что кто-то был, — сказал охранник, почесывая затылок. — Но как этот кто-то вошел внутрь? По ночам лаборатории закрыты. Студенты не могут попасть сюда, а сама лаборатория еще ни за кем из новых профессоров не закреплена!

— Но ведь нет и признаков взлома, — объявила Нэнси, тщательно обследовав замок.

На следующее утро за завтраком она рассказала отцу, Карсону Дру, о своих ночных приключениях. Это сообщение весьма удивило известного адвоката.

— Интересное совпадение! Меня только что попросили взять дело, связанное с профессором Хэнке.

Мистер Дру сообщил дочери, что незадолго до смерти Софи Хэнке удалось получить некое вещество под названием флориум пентозе.

— В природе оно встречается только в редких растениях, — продолжил он. — Искусственное создание его в лабораторных условиях было поистине выдающимся достижением. Софи опубликовала Доклад о своей работе в научном журнале, но в То время это не вызвало сенсации. Теперь, пять лет спустя, мои клиенты из фармацевтической Компании «Фостер» нашли важное применение этому флориум пентозе и хотят производить его по ее методу. Однако в записях профессора не оказалось главного — в формуле был пропущен катализатор реакции. Мало того, дело осложняется тем, что сам процесс получения продукта был запатентован, и компания должна заплатить за право пользования этим патентом. Но кому? Софи Хэнке не оставила никаких наследников. А сама она еще официально не объявлена умершей. Ее открытие очень ценно, — заключил адвокат, — но толку от него не будет никакого, пока мы не найдем полной формулы. Она должна быть где-то в ее блокнотах или записях. Вздохнув, он добавил:

— К несчастью, тело профессора Хэнке так и не нашли, что с юридической точки зрения еще больше запутывает дело.

— Все ясно, — задумчиво сказала Нэнси. — Хочешь, чтобы я подключилась к разгадке?

Отец улыбнулся и поставил чашку на стол.

— Я надеялся, что ты предложишь свои услуги, дорогая. Если что-нибудь раскопаешь, будет очень здорово.

После завтрака Нэнси помогла Ханне Груин, их экономке, убрать посуду и отправилась в Клермонтский колледж побеседовать с деканом естественного факультета мистером Тэпли. Он поведал ей массу интересного.

Софи Хэнс была довольно некрасивой и несчастливой женщиной, сообщил декан. У нее был кривой нос, а само лицо изуродовано еще в детстве в результате какой-то аварии. И хотя ей было всего около тридцати пяти, студенты между собой называли ее Старой Ведьмой.

— Я думаю, это сделало Софи довольно острой на язык и не очень приятной в общении, — размышлял мистер Тэпли, — но мы держали ее на факультете, так как она была блестящим преподавателем. Все оставшиеся от нее бумаги были сложены в ее личный ящик в лаборатории. Но мы не можем передать их компании «Фостер», — продолжал декан, — еще и потому, что она так и не была объявлена умершей. Кроме того, мы с коллегами по факультету просматривали ее записи, и я могу заверить вас, там нет никаких упоминаний о катализаторе.

— А полиция искала ее тело в реке? — спросила Нэнси.

— Конечно, но они ничего не нашли. В ту ночь из-за грозы река превратилась в такой бурный поток, что тело, скорее всего, унесло вниз по течению. В колледже ничего не знают о ее родственниках. Хотя… всего несколько дней тому назад, — добавил декан, — здесь объявилась молодая особа по имени Алиса Дюран, которая утверждает, что она племянница Софи Хэнке.

— Она сейчас в городе? Декан Тэпли задумался.

— Да, мне кажется, она остановилась в каком-то отеле. Я отослал ее к профессору Мартину. Он наверняка знает, в каком именно.

Мистер Тэпли объяснил, что среди факультетских преподавателей профессор Абель Мартин был самым близким другом Софи Хэнке. А в ее бумагах были найдены письма еще от одной близкой подруги по имени Ванесса Ли, ню она никак не связана с колледжем.

Нэнси направилась в кабинет к профессору Мартину и была весьма удивлена, увидев мужчину лет тридцати, который, как выяснилось, вел курс английской литературы. Он был высокого роста, с взъерошенными волосами, в твидовом пиджаке и слаксах.

— Я ничего не понимаю в естественных науках, — сказал он, смущенно улыбаясь. — Мне кажется, мы подружились с Софи из-за ее любви к литературе. Все только и говорили о ее резкости, а я чувствовал, что она просто одинокий и несчастный человек; мы провели с ней много прекрасных вечеров.

— Вы видели ее в тот день, когда произошла авария? — спросила Нэнси.

— Да, — лицо Абеля Мартина помрачнело. — Сказать по правде, я думаю, она разбила свою машину намеренно.

Нэнси была поражена.

В тот вечер профессор Хэнке только что вернулась с научной конференции, на которой делала доклад о своем эксперименте по получению флориум пентозе, объяснил Абель Мартин. Она надеялась на признание и оценку ее открытия. Однако послушать ее пришло всего несколько коллег, да и те приняли ее сообщение весьма прохладно. Частично, как подозревает Мартин, из-за ее не очень приятных манер и внешности.

— Она была в тот вечер ужасно подавлена и говорила, что все против нее. По-видимому, она просидела в лаборатории в таких грустных размышлениях несколько часов, потом выехала в бурю на машине и, наверное, погибла.

— А где жила профессор Хэнке? — спросила Нэнси.

— Она снимала квартиру у одной пожилой пары на втором этаже в доме неподалеку от студенческого городка, — ответил Мартин. — Когда освобождали квартиру после ее смерти, я согласился подержать ее личные вещи в своем гараже. Они и сейчас там.

В глазах Нэнси вспыхнул интерес.

— Тогда, возможно, там есть и письма от ее подруги Ванессы Ли?

— Конечно, — Абель Мартин задумчиво улыбнулся. — Это была странная дружба.

Нэнси, заинтригованная этими словами Мартина, спросила:

— А почему вы так думаете?

— Потому что Ванесса Ли всегда казалась мне очень не похожей на Софи Хэнке. Я думаю, они знали друг друга с раннего детства, в противном случае, я не представляю, что могло их связывать. Насколько можно судить по письмам, Ванесса — обаятельная и привлекательная женщина, у нее множество поклонников и она ведет бурную жизнь. Хотя Софи не хранила конвертов с марками, — добавил Мартин, — письма приходили то с французской Ривьеры, то из Мексики, в общем, со всяких фешенебельных курортов, разбросанных по всему миру. Хотите, почитайте.

— Благодарю вас, это может пригодиться. — И Нэнси спросила про племянницу Софи — Алису Дюран.

— Она живет в отеле «Капитоль», — сказал Мартин и предложил встретиться всем троим за ленчем в факультетском клубе.

Алиса оказалась стройной молодой женщиной, не многим старше самой Нэнси. У нее были пушистые светлые волосы и зеленые, с длинными ресницами глаза. Она постоянно бросала взгляды в сторону Абеля Мартина. Ее характерный для южан акцент мог быть даже приятным, если бы не плаксивый голос. На вопрос, откуда она, Нэнси услышала, что из Техаса.

— Как вы думаете, сколько может стоить эта тетушкина химическая штуковина? — спросила Алиса, поедая «яичницу по-монастырски» — фирменное блюдо по вторникам.

— Не имею представления, — призналась Нэнси.

— А я думала, ваш отец в курсе, раз занимается этим делом для фармацевтической фирмы.

— Занимается. Но я сомневаюсь, что уже известна стоимость патента. — Когда Нэнси добавила, что размер прибыли от получения флориум Пентозе вообще зависит от того, сможет ли компания выяснить, какой катализатор использовала Софи Хэнке, светловолосая племянница вдруг с раздражением проговорила:

— Первый раз об этом слышу. — В ее голосе появилось подозрение. Она рассказала, что ее мать была сводной сестрой Софи Хэнке, но семья распалась, когда девочкам было лет двенадцать.

— Софи, видимо, выросла не на Юго-Западе, — заметил Абель. — У нее, во всяком случае, не было такого характерного для тех мест произношения.

— А как вы узнали, что ваша тетя стала профессором Клермонтского колледжа? — спросила Алису Нэнси.

— Я увидела по телевизору передачу о призраке в студенческом городке, — ответила девушка. — А потом комментатор рассказал, что одна фармацевтическая компания хочет приобрести права на какой-то метод, открытый недавно погибшей женщиной ученой по имени Софи Хэнке. И тут я поняла, что это может быть моя тетя.

Это предположение подтвердилось, когда Алиса разбирала старые вещи своей матери и нашла письмо от Софи с сообщением о ее поступлении на работу в Клермонтский колледж.

У Нэнси создалось впечатление, что Алиса давно знала, где преподает ее тетка, но не очень стремилась связаться с ней, пока не поняла, что это может принести выгоду.

— Кстати, вы не хотите посмотреть, где жила Софи? — спросил Абель Мартин, обращаясь сразу к обеим девушкам. Алиса не выразила особого интереса, а Нэнси с готовностью согласилась.

В этот момент к их столу подошел официант.

— Прошу прощения, юные леди, кто из вас мисс Дру? Ее просят к телефону. Это оказался декан Тэпли.

— Я решил, что вы обедаете именно в клубе с профессором Мартином, — сказал он. — Есть кое-какие новости, которые могут вас заинтересовать. Ко мне только что заходила подруга Софи Хэнке по переписке — Ванесса Ли. Вы не хотели бы увидеться с ней?

— Конечно, хочу!

Тэпли пообещал устроить встречу через полчаса.

Вернувшись к столу, Нэнси рассказала профессору Мартину и Алисе о новых обстоятельствах, так что визит в дом, где жила Софи, пришлось отложить до трех часов.

Проходя через вестибюль, профессор Мартин обнаружил в своей ячейке для писем записку. Прочтя ее, он изменился в лице.

— Что-нибудь случилось? — спросила Нэнси.

Не говоря ни слова, Мартин передал ей записку. Она гласила:

«ЭТО МОЖЕТ ПОКАЗАТЬСЯ ОЧЕНЬ СТРАННЫМ, АБЕЛЬ, НО У МЕНЯ ЕСТЬ ДАР ВТОРОГО ЗРЕНИЯ. КОГДА ВЫ СЕГОДНЯ ОБЕДАЛИ, Я ВИДЕЛ СЛАБОЕ СВЕЧЕНИЕ ВОКРУГ ГОЛОВЫ ТОЙ ПРЕЛЕСТНОЙ РЫЖЕВОЛОСОЙ ДЕВУШКИ, ЧТО БЫЛА ЗА ВАШИМ СТОЛОМ. НАСКОЛЬКО МНЕ ИЗВЕСТНО, ЭТО МОЖЕТ ОЗНАЧАТЬ, ЧТО ВОКРУГ НЕЕ БРОДИТ КТО-ТО ИЗ МИРА ДУХОВ».

Послание было анонимным. Нэнси с удивлением подняла глаза.

— Вы не знаете, кто мог это написать? Мартин передернул плечами.

— Даже не представляю. Может, кто-то из тех, кто занимается на факультете парапсихологией. Они изучают там всякие экстрасенсорные явления — способность предвидения, например, и еще что-то в этом духе.

Несмотря на свой трезвый ум и здоровый скептицизм в отношении всякой нечистой силы, Нэнси почувствовала, как по спине пробежал легкий холодок.

Ее встреча с Ванессой Ли была назначена в административном корпусе. Мисс Ли оказалась женщиной приятной внешности лет сорока. Декан Тэпли представил ей Нэнси и удалился.

— Вы живете здесь неподалеку? — спросила Нэнси.

— В Харбор-Сити. Теперь я очень жалею, что мы не встречались с Софи чаще, когда она была жива.

Заметив, что манера речи Ванессы напоминает ей выговор Алисы Дюран, Нэнси спросила, не из Техаса ли она.

Ванесса Ли улыбнулась.

— Когда-то я жила там. Кажется, и акцент все еще остался. — Она рассказала, что они с Софи Хэнке познакомились в женском колледже в Новом Орлеане. — Потом я часто писала ей, но она редко отвечала, и мы потеряли связь.

Нэнси показалось странным, что мисс Ли так толком ничего и не рассказала ей о своей ушедшей подруге. Смутившись, Ванесса объяснила, что с недавнего времени страдает потерей памяти.

— Если честно, я вообще все забыла о Софи, пока не прочла в газетах о ее призраке. Одна из причин, почему я пришла сюда — надежда, что этот разговор поможет восстановить мою память. Из беседы Нэнси поняла, что Ванесса не замужем и работает в медицинской лаборатории «Альфа» в Харбор-Сити.

Нэнси ехала на встречу с профессором Мартином и Алисой Дюран, назначенную на три, и все время размышляла о своем разговоре с Ванессой Ли. Несмотря на обаяние этой женщины, Нэнси не могла освободиться от ощущения недосказанности и что с ней связана какая-то загадка.

Место, где жила Софи Хэнке, оказалось скромным многоквартирным домом в лесном массиве на окраине города, совсем рядом с колледжем.

Абель Мартин и Алиса Дюран уже ждали ее в машине.

На звонок Абеля дверь открыла миловидная улыбающаяся женщина. Он представил ее и ее мужа как миссис и мистера Баском.

— Наша квартира на втором этаже снова пустует, — сказала хозяйка. — Последний жилец съехал на прошлой неделе, так что вы можете посмотреть, если хотите.

Обстановка в квартире была старомодной, но сама она выглядела чистой и уютной. Нэнси обошла все комнаты. Она внимательно разглядывала всякие мелочи, чтобы отыскать хоть что-нибудь, связанное с научной работой Софи.

— А после того как вывезли вещи мисс Хэнке, вы тщательно осмотрели квартиру? — спросила Нэнси.

— Не просто осмотрели, — ответил мистер Баском, — все стены были переклеены, а мебель и ковер вычищены до последнего дюйма. Я гарантирую, что ничего нигде не могло завалиться. Сказать по правде, мы почти не общались с профессором Хэнке. Она чаще всего сидела у себя.

Когда все трое вышли из дома, Абель сказал Нэнси:

— Если вас интересует, нет ли каких-либо записей о катализаторе среди вещей профессора, что в моем гараже, то я скажу — нет. Я их все пересмотрел. — Он задумался и добавил: — Она занималась научными делами только в колледже. Дома, после работы, она, похоже, переключалась, на другие проблемы.

Вернувшись в машину, Нэнси увидела, что уже четыре. Она остановилась у аптеки, чтобы позвонить по телефону-автомату в лабораторию «Альфа», а затем направилась в Харбор-Сити.

Хотя рабочий день кончился, директор лаборатории обещал дождаться ее. Это был высокий худощавый мужчина в пенсне. Несмотря на активное желание помочь, он ничего не мог рассказать кроме того, что Ванесса Ли была принята на работу в качестве лаборантки.

— А что вы знаете о прошлом мисс Ли? — спросила Нэнси.

— Да почти ничего. Мы взяли ее по рекомендации доктора Нормана Крэга из Нью-Йорка. И должен сказать вам — ни разу не пожалели об этом. Она прекрасный работник — спокойный и очень надежный.

Нэнси задавала еще какие-то вопросы, но ничего важного не узнала. По дороге в Ривер-Хайтс ее мучил один вопрос. Судя по письмам, как утверждал профессор Мартин, Ванесса Ли выглядела обеспеченной особой, много путешествовала. Сейчас же она занимается скучной работой в скромной лаборатории.

Ханна Груин подогрела Нэнси ростбиф, и не успела юная сыщица дожевать его, как раздался телефонный звонок. Это был Абель Мартин.

— Мне сейчас пришла в голову одна мысль, — произнес он. — Около дома, где жила Софи, есть старая хибара. Она любила уединяться там, когда писала стихи.

— Стихи? — воскликнула Нэнси с удивлением. Мартин ухмыльнулся.

— Звучит невероятно, я знаю, но об этой романтической стороне натуры Софи на факультете не знал никто. Когда я рассказывал вам о том, что Софи занималась наукой только в колледже, я и вспомнил про эту хибару. Насколько мне известно, туда ни разу никто не догадался зайти. Вы не хотели бы составить мне компанию и посмотреть, что там?

Нэнси с радостью согласилась, и он обещал заехать за ней через двадцать минут. Уже стемнело, на небе сквозь легкие облака проглядывала луна, словно скрытая вуалью. Мартин и Нэнси пробирались по лесу к старой лачуге.

— Чья она? — спросила Нэнси.

— Ничья. Она стоит пустой и заброшенной еще с тех пор, как я приехал в Грейтон. Софи обычно приносила сюда шезлонг, а по вечерам переносную лампу, чтобы писать и читать.

Вдруг Нэнси ойкнула и сжала руку Абеля.

— Смотрите! — прошептала она.

Впереди между деревьями промелькнула бледная фигура. На ней был такой же плащ с капюшоном, какой, по рассказам, носил призрак Софи!

Нэнси вспомнила слова из анонимной записки, которую получил Абель Мартин: «Это может означать, что вокруг нее бродит кто-то из мира духов!» По ее спине побежали мурашки.

Призрак как будто почувствовал их присутствие и повернул голову — этого было достаточно, чтобы Нэнси могла разглядеть почти белое лицо ведьмы!

Через какое-то мгновение привидение скрылось за деревьями.

— Пошли! — настаивала Нэнси. — Давайте последим за ним!

Она двинулась вперед. Мартин последовал за, ней, но через несколько шагов зацепился за спутанные ветки кустарника. Инстинктивно схватившись за руку Нэнси, он потянул ее за собой, и, потеряв равновесие, они оба упали.

Нэнси быстро поднялась на ноги и включила фонарик, который захватила из машины. Она пробежала лучом по кустам и деревьям, но бледной фигуры больше не было видно. Привидение исчезло!

— Ладно, — пробормотала Нэнси с сожалением. — Пройдемте посмотрим, что там в лачуге.

В хибаре было пусто и сыро. В одном из окон совсем не было стекла, в другом оно было разбито. В крыше зияла дыра. Из мебели стоял лишь расшатанный стол и ржавая печка.

Вдруг взгляд Нэнси упал на какой-то похожий на коробку предмет в углу комнаты. Это был металлический ящик для молочных бутылок. Нэнси подняла крышку и ахнула. Внутри лежали какие-то бумаги!

Почти на всех были записанные женским почерком скучные стихи. Последний лист оказался отпечатанным на машинке завещанием Софи Хэнке с ее подписью! Нэнси быстро прочла его и объявила:

— Она все оставляет своей горячо любимой племяннице Алисе Дюран!

Абель Мартин взял завещание, пробежал его глазами и, вскинув взгляд кверху, присвистнул.

— Вот повезло Алисе!

— Еще бы, — согласилась Нэнси. — Наверное, я должна передать это отцу, как вы думаете?

Абель Мартин кивнул, явно находясь в каком-то оцепенении.

— Думаю, это будет самым разумным.

Когда Нэнси вернулась домой, Карсон Дру внимательно и с нескрываемым интересом изучил документ.

— Может потребоваться какое-то время, чтобы определить, подлинное оно или нет, — сказал он.

— Да, его стоит тщательно проверить, чтобы не было ошибки.

Они больше ничего не успели обсудить, так как в это время в комнату заглянули Бесс Марвин и Джорджи Фейн. В полном изумлении они выслушали рассказ Нэнси о таинственной фигуре, которую они с профессором Мартином видели в лесу.

— Невероятно! Неужели в этих местах действительно бродит привидение?!

— О Боже, меня сегодня будут мучить ночные кошмары! — нервно пропищала Бесс.

Эпизод в лесу натолкнул Нэнси на одну идею.

— Как вы смотрите на то, чтобы сделать для меня завтра одно дельце? — предложила она. — Надо понаблюдать кое за кем.

Девушки живо согласились. Нэнси рассказала, что ее интересует Алиса Дюран, а затем позвонила в отель «Капитоль» и попросила местного детектива, который был приятелем семьи Дру, оказать максимальное содействие двум молодым сыщикам-любителям.

На следующий день Нэнси вновь отправилась в Клермонтский колледж и нашла охранника, с которым позапрошлой ночью побывала в бывшей лаборатории профессора Хэнке.

— Мы знаем, что дверь, ведущая в лабораторию со стороны коридора, была заперта, — сказала она. — А туда есть какой-нибудь другой вход?

Охранник задумался. Сдвинув фуражку на затылок, он произнес:

— В принципе есть. Из кладовки при лаборатории есть дверь, которая ведет вниз в подвал. Но ей не пользуются уже несколько лет — там шаткие ступеньки и нет перил, вот она и закрыта.

— А в понедельник она тоже была закрыта? — спросила Нэнси.

— Будьте уверены. — Он покачал головой. — В тот вечер, перед тем как закрывать помещение, я кое-что забирал из кладовки и обратил внимание, что дверь заперта.

— А что, если мы еще раз проверим? — не отступала Нэнси.

Без особого энтузиазма охранник повел Нэнси к корпусу естественных наук. И каково же было его удивление, когда он обнаружил дверь в кладовку незапертой!

— Я утверждаю, что в понедельник вечером дверь была заперта, — заявил охранник. — Никто не мог войти этим путем.

— Может быть, и нет, — улыбнулась Нэнси. — Но тот, кто зажигал там свет, который мы с вами видели, мог выйти этим путем.

«И этот кто-то, — рассуждала она про себя, — должно быть, хорошо ориентировался в лаборатории и знал про эту маленькую дверь в кладовке!»

Воспользовавшись телефоном-автоматом в административном корпусе, Нэнси позвонила доктору Норману Крэгу в Нью-Йорк. Ей ответили, что доктора Крэга в городе нет, но его можно найти в гавани Харбор-Сити.

Через минуту юная сыщица уже была на пути туда, но ее ждало разочарование. В гавани ей сказали, что доктор Крэг вышел в залив на своей яхте и вернется после полудня.

В кафе на причале Нэнси заказала гамбургер с молочным коктейлем и стала терпеливо ждать возвращения доктора. Было уже половина четвертого, когда нос его яхты появился в своем эллинге.[1] К счастью, он сразу вспомнил фамилию Дру и охотно согласился ответить на ее вопросы. Она объяснила, что расследует мистическую историю привидения в Клермонтском колледже и интересуется прошлым Ванессы Ли.

— Хозяин лаборатории, в которой она работает, сказал, что это вы рекомендовали ее. Не могли бы вы рассказать, как это произошло?

— Пожалуйста, — ответил доктор Крэг. — Я спас мисс Ли в море после кораблекрушения. Она оказалась единственной, оставшейся в живых с яхты «Эсмеральда», затонувшей во время шторма.

Затем доктор рассказал, что его яхта подобрала Ванессу с одной из спасательных шлюпок. Шок от этого тяжелого испытания вызвал полную потерю памяти, и она провела несколько месяцев в больнице.

— Сначала, — продолжал доктор, — она все время бормотала какие-то слова вроде «Брахма катл». Когда она стала понемногу разговаривать, по ее акценту можно было судить, что она из Техаса или какого-то другого скотоводческого района на Юго-Западе.

— Вам не удалось выяснить у капитана или его семьи, кто она такая? — спросила Нэнси. Доктор Крэг покачал головой.

— Они все погибли. И, к сожалению, нигде не осталось списка пассажиров. Но постепенно что-то стало всплывать в ее памяти, и она была сама способна рассказать о себе.

Яхта отправлялась в кругосветное путешествие.

Вероятно, одежда и все вещи Ванессы находились на борту. И поскольку она осталась совсем без средств, он и порекомендовал ее на работу в медицинскую лабораторию «Альфа».

Вечером за обедом Нэнси рассказала отцу о страшных испытаниях, выпавших на долю Ванессы Ли, и как доктор Норман Крэг спас ее и помог начать новую жизнь.

— Не удивительно, — кивнул Карсон Дру. — Доктор Крэг известен многими своими добрыми делами.

— Ты его знаешь, пап?

— Только по отзывам. Он ведь один из самых знаменитых специалистов в области пластической хирургии на Западе.

— Пластической хирургии? — эхом отозвалась Нэнси. Ее глаза расширились от удивления.

— Да, а что? Это имеет какое-то значение?

— Я пока не совсем уверена… Может быть…

Поразмыслив немного, Нэнси снова позвонила в резиденцию Крэга в Нью-Йорке. Они поговорили несколько минут.

Только она повесила трубку, как появилась Бесс с отчетом об их слежке. Информация, которую она изложила, чрезвычайно взволновала Нэнси, как и саму Бесс.

— Алиса Дюран отправилась к профессору Мартину, — сказала в заключение Бесс, — и сейчас за его домом наблюдает Джорджи.

— Прекрасно! — воскликнула Нэнси. — Поедем туда сейчас же и все проверим!

— Ну… ладно, — как-то нехотя согласилась Бесс, потом с извиняющимся видом добавила: — Может, сначала дашь что-нибудь пожевать? Если честно, Нэнси, я просто умираю с голоду!

Нэнси ухмыльнулась.

— Идет, но не больше трехсот калорий! Вскоре девушки уже ехали по дороге в Грейтон в машине Нэнси. Они нашли Джорджи на посту — в тени кустов напротив дома Абеля Мартина.

— Алиса еще там? — спросила Нэнси.

— Если не улизнула через заднюю дверь.

— Великолепно. Тогда сделаем так. — Нэнси быстро посвятила подруг в свой план, потом вытащила сандвичи и еще какую-то еду, которую дала им с собой Ханна Груин, и протянула Джорджи. — Этим можно подкрепиться между делом.

Джорджи обняла подругу и жадно заглянула в пакет.

— Ты спасаешь мне жизнь!

Оставив сестричек одних, Нэнси пересекла улицу и позвонила в дверь. Открыл Мартин. По его смущенному лицу было видно, что он совсем не ожидал увидеть на пороге Нэнси Дру.

— Я сегодня вечером очень занят, — пролепетал он.

— Ничего, я ненадолго, — сказала Нэнси с ослепительной улыбкой и протиснулась внутрь.

В гостиной сидела Алиса Дюран. Она еще меньше обрадовалась неожиданному явлению Нэнси, чем ее хозяин.

— Раз вы уже здесь, — сказала она кислым голосом, — может, скажете, как долго будет длиться проверка подлинности того завещания, которое нашлось прошлой ночью?

— Где-то дней семь, — ответила Нэнси. — Отец отправил его в суд. Его там тщательно исследуют специалисты по спорным документам.

Алиса и Мартин обменялись хмурыми взглядами. Потом Нэнси как бы невзначай спросила, можно ли ей воспользоваться машинкой, поскольку она хотела бы предоставить короткий отчет о своем предварительном расследовании, но не успела записать его перед выездом из Ривер-Хайтса.

— Пожалуйста, пожалуйста, — услужливо сказал Мартин. Он ткнул большим пальцем направо, в сторону своего кабинета, где Нэнси уже увидела на столе его пишущую машинку.

— А лист бумаги одолжите?

— Сколько угодно.

Попечатав какое-то время, Нэнси вернулась к сидевшей в гостиной паре.

— Не смеем вас задерживать, тем более что вы хотели зайти в колледж, — сказала Алиса с едкой улыбкой.

Нэнси в свою очередь тоже улыбнулась и извиняющимся тоном произнесла:

— Надеюсь, вы простите меня, я тут немного слукавила.

— Слукавили? Насчет чего? — настороженно спросил Мартин.

— Насчет машинки. Прежде всего я хотела выяснить, будете ли вы возражать. И потом, мне нужен был образец шрифта вашей машинки, чтобы сличить его с тем, которым было написано то завещание.

— Что? — Профессор Мартин уставился на Нэнси, а Алиса вскочила со стула.

— Вы что, обвиняете нас в подделке завещания?

— Пока нет, — сказала Нэнси. — Но должна предупредить вас, что вы под подозрением. Горничная, которая сегодня утром убирала вашу комнату, мисс Дюран, нашла там серый плащ с капюшоном и белую маску ведьмы.

Мартин и Алиса начали бурно и громко протестовать, но Нэнси уже ничего не слышала: на втором этаже темного корпуса, стоявшего в стороне от студенческого городка, в окне лаборатории профессора Хэнке мерцал слабый свет!

— Прошу прощения за столь поспешный уход, — пробормотала Нэнси, перебивая обоих. — Я должна попасть в колледж — и немедленно!

Пока Мартин и Алиса, остолбенев, смотрели ей вслед, Нэнси выскочила из дома и бросилась через дорогу к своим подружкам.

— Скорей! — крикнула она. — Мне кажется, привидение опять вернулось!

Забравшись в машину, они на полной скорости помчались в сторону колледжа, а у ворот подхватили с собой охранника. Нэнси припарковалась у входа в корпус, и все поспешили наверх.

Вбежав на лестничный пролет, они услышали громкий взрыв! В лаборатории на полу без сознания лежала Ванесса Ли, ее лицо было чем-то вымазано, но не повреждено. Рядом валялся серый разорванный плащ!

Комната освещалась одной бунзеновской горелкой. На столе были разбросаны осколки взорвавшейся во время эксперимента химической установки. Судя по следам на потолке, сила взрыва, к счастью, была направлена вверх. Когда охранник зажег верхний свет, девушки бросились приводить жертву в чувство. По мере того как к ней возвращалось сознание, миловидная женщина стала растерянно оглядываться вокруг, явно ничего не понимая. Подружки усадили ее в удобное рабочее кресло с подлокотниками, стоявшее в углу лаборатории.

— Что вы, черт возьми, все тут делаете? — пробормотала она.

— Я сейчас все объясню, — сказала Нэнси. — Но сначала ответьте: вы себя нормально чувствуете, профессор Хэнке?

— Вполне, спасибо.

Бесс, Джорджи и охранник уставились на Нэнси в полном недоумении.

— К-к-а-ак вы сказали, «профессор Хэнке»? — заикаясь спросил охранник. — Она умерла!

— На какое-то время превратилась в привидение — может быть, — ответила Нэнси, улыбаясь, — но уж никак не умерла!

Она объяснила, что в ту штормовую ночь Софи выпала из машины в реку и потоком воды была вынесена в залив.

— Во время той бури несколько судов потерпели кораблекрушение, и я подозреваю, что именно так профессор Хэнке оказалась в одной из спасательных шлюпок «Эсмеральды».

Софи-Ванесса слушала с неослабевавшим вниманием, прижав руки к вискам. Наконец, она кивнула.

— Да, теперь я все припоминаю. Я отчаянно боролась, чтобы остаться на плаву, цепляясь за какие-то обломки. А потом увидела ту пустую лодку и сумела перевалиться внутрь.

Нэнси продолжала:

— Глубокое разочарование и душевная травма после научной конференции, шок, когда она чуть не утонула, — все это явилось причиной потери памяти. Доктор Крэг, который спас ее на своей яхте, не только залечил ей новые порезы на лице, но и ликвидировал последствия давнишнего несчастного случая. Однако если ей была возвращена природная привлекательность, то восстановить память так и не удалось.

Ванесса Ли, — продолжала Нэнси, — была не чем иным, как плодом фантазии Софи Хэнке — такой женщиной, какой она сама мечтала быть. Помимо сочинения стихов, она сама себе писала письма от имени Ванессы Ли. А сейчас даже стала говорить с южным акцентом, который у нее был в те далекие и счастливые времена, когда она жила в Техасе.

Софи Хэнке подтвердила предположения Нэнси. Страдая от потери памяти, она время от времени испытывала какие-то странные побуждения. В эти моменты она возвращалась в Клермонтский колледж — как лунатик или человек в трансе, — изо всех сил стараясь вспомнить прошлое и надевая ту же одежду, которую носила, когда преподавала здесь. Ключи, что сохранились у нее в кармане в ночь ее спасения, позволяли ей открыть любую запертую дверь.

— Потом я опять становилась Ванессой Ли, — продолжала объяснять Софи, — приходила в себя и никак не могла понять, почему я в этом помещении и что я здесь делаю.

— Мне кажется, в глубине души вы никогда не хотели снова стать профессором Хэнке, — сказала Нэнси. — Ведь ее жизнь была такой несчастливой. — И весело подмигнув, добавила: — Но сейчас, я уверена, когда вас ждет слава и богатство, у вас впереди блестящая карьера. Фармацевтическая компания готова заплатить за использование вашего замечательного открытия! Не было бы счастья, да несчастье помогло. Мы обязаны этому взрыву! Без эдакой встряски память вряд ли вернулась бы к вам! — Она улыбнулась. — А профессор Мартин и милая Алиса получат то, что заслужили.

— А как насчет этой отсутствующей детали — катализатора? — спросила Джорджи Фейн. — Вы и |это вспомнили?

Профессор улыбнулась.

— Естественно. Я его никогда и не забывала. Это бромат. Сегодня вечером я пыталась повторить мой эксперимент — а он вон чем обернулся, я чуть не подорвалась!

Нэнси показала на ящик для химреактивов, который, по-видимому, сбросило при взрыве. Наклейка на нем гласила: «Калий бромат».

— Когда доктор Крэг спас ее, ему казалось, что она бормочет «Брахма катл». Бьюсь об заклад, то, что она пыталась произнести, было «бромат катализатор»!

В порыве благодарности доктор Хэнке бросилась к Нэнси и крепко обняла ее.

— Вы удивительная! — воскликнула она. — Смогу ли я отплатить вам когда-нибудь за то, что вы вернули меня самой себе?

СОБАЧЬИ ПРИЗРАКИ В «ШЕПЧУЩИХСЯ ДУБАХ»

Сильный ветер залеплял лобовое стекло осенними листьями. Нэнси с трудом удерживала руль, чтобы ее легкую машину не кидало из стороны в сторону.

— Ого! Вот это ветрище! — произнесла Джорджи Фейн, сидевшая со своей кузиной Бесс Марвин на заднем сиденье. — Слушай, Салли, — она наклонилась вперед, обращаясь к школьной приятельнице Нэнси, — неужели никто из вашей семьи так ни разу и не осмелился ночевать в «Шепчущихся дубах»?

Салли Макдональд Батлер печально подняла глаза на подрезанные верхушки деревьев, мелькающих за окном, и продолжала свою историю. Она была знакома с Нэнси еще в детстве и сейчас попросила ее помочь разгадать окутанную тайнами историю старого владения их семьи.

— После смерти моих прадедушки и прабабушки, которые построили этот дом, никто никогда не оставался там после наступления сумерек.

Она нервно провела пальцами по своим темным волосам.

— А чего все боятся? — не отступала Джорджи.

Салли посмотрела на нее внимательно, как бы прикидывая, можно ли ей доверять.

— На ферме живут привидения, — наконец выговорила она.

У Джорджи округлились глаза, а Бесс вздрогнула. Нэнси уже слышала часть истории, поэтому сосредоточилась на дороге.

— А почему ты тогда так рвешься туда? — озадаченно спросила Бесс.

— Впервые я увидела эту ферму еще совсем девчонкой и влюбилась в нее, — мечтательно объясняла Салли. — Хотела бы поселиться там с моим мужем, Джефом. Но сначала, — решительно добавила она, — я должна сама убедиться, не выдумана ли вся эта история о жутких собаках.

Бесс выглянула в окно. Порывистый ветер гнул деревья. Мысль о доме с призраками наводила на нее жгучую тоску.

— Смотрите! — вдруг заорала она во весь голос.

Прямо на них с оглушительным треском валилось огромное дерево!

Машина рванулась вперед — Нэнси уже успела нажать на газ. Здоровенный дуб с грохотом повалился на землю, просто по случайности не задев машины. Нэнси тормознула и повернулась к мертвенно бледной соседке.

— Да, совсем рядом, — с дрожью в голосе произнесла Джорджи, когда девушки открьши глаза и увидели позади толстенный ствол.

— Это предупреждение! — то ли прошептала, то ли прошипела Салли. Она казалась равнодушно-опустошенной.

— Просто ветер сломал дерево, — настаивала Нэнси, стараясь успокоить ее, но Салли уже невозможно было переубедить. Она с беспокойством смотрела на качающиеся ветки.

— Давайте выйдем и посмотрим, что там с ним и почему оно свалилось, — предложила Нэнси.

Все четверо вылезли из машины, и ветер тут же растрепал их волосы. Джорджи шла впереди и первой увидела основание упавшего дерева.

— Ну-ка взгляните! — крикнула она. — Дерево подрублено! — Все бросились к ней.

Нэнси встала на колени, чтобы посмотреть повнимательней.

— Кто-то умышленно подрубил ствол, чтобы он упал на нас, — с тревогой заключила юная сыщица. — Подруб еще совсем свежий.

— Это не кто-то, — пронзительно завизжала Салли. — Это призраки! Нельзя дальше ехать! _ Из ее глаз хлынули слезы.

— Вернемся в машину, — мягко сказала Нэнси, беря Салли под руку. Она понимала, какого мужества стоила Салли одна только попытка предпринять эту поездку. Теперь напряжение стало выходить наружу.

Сев в машину, Нэнси причесала волосы и заявила:

— Мы не можем возвратиться назад. Дорога за нами полностью блокирована. А путь вперед ведет прямиком на ферму. — Она взглянула на Салли. — Так что призраки, не призраки, — лично я хочу знать, почему кто-то против нашего появления в старом доме.

— И мы хотим знать, — расхрабрились Бесс с Джорджи.

Салли выдавила вымученную улыбку.

— В таком случае, вперед — в «Шепчущиеся Дубы», — объявила Нэнси и завела мотор.

— Пусть лучше эти собачьи призраки сами трепещут, — улыбнулась Джорджи. — Едет знаменитая Нэнси Дру!

Они проехали еще чуть меньше мили.

— Вон он! — восторженно воскликнула Бесс.

За плотными посадками дубовых деревьев показался двухэтажный, выложенный из старых камней сельский дом с двумя трубами по обеим сторонам. Выкрашенная в белый цвет деревянная оплетка красиво контрастировала с серым камнем.

— Ничего не изменилось. Он такой же, каким я запомнила его! — с восхищением произнесла Салли. — А вон там, за деревьями направо — такой треугольной формы, вроде хижины эскимосов — это льдохранилище, или просто ледяной дом, где обитают привидения. Холм слева — мое любимое место. Когда я приезжала сюда, то обожала кувырком скатываться с него. — Она хихикнула от удовольствия. — Вы еще не видели озера за домом!

— Это великолепно, — пробормотала Нэнси.

По мере приближения Салли все больше волновалась, невольно подаваясь на сиденье вперед. Вдруг она резко изменилась в лице. Подружки тоже встревоженно уставились в окна.

Весь участок перед домом зарос какой-то травой. Ставни криво висели на сорванных петлях. Краска страшно облупилась.

— Да это просто сарай! — закричала Салли в отчаянии. Девушки стали всматриваться сквозь деревья в неприглядную картину. — Во что все превратилось! Просто чудовищно. — Салли душили слезы. Везде царила атмосфера запустения и упадка.

— Давайте зайдем внутрь, — предложила Нэнси, когда они подъехали к главному входу. Девушки разгрузили машину и вошли в дом. Под ногами заскрипели половицы.

— Ой! — вскрикнула Джорджи, снимая со своих коротких волос паутину.

Мебель была покрыта пожелтевшими простынями. Везде лежал толстый слой пыли. Снаружи завывал ветер. Оторванная ставня болталась и стучала о стену дома.

— Внутри не лучше, — вздохнула Джорджи.

— Да, похоже на дом с привидениями, — с содроганием сказала Бесс. В комнате было промозгло.

— А мне кажется, здесь не так уж плохо, — возразила Нэнси. — Если, конечно, немного приложить руки, — добавила она.

— Немного? — тихо засмеялась Салли.

Нэнси была рада увидеть улыбку на лице приятельницы.

— Ну хоть сделать его более пригодным для жизни.

Первым делом девушки выложили свои покупки, которые сделали по дороге в универсаме.

— Джорджи, а почему бы тебе не развести огонь? — предложила Нэнси. Сама она наполнила и зажгла керосиновые лампы. — Можешь достать продукты и приготовить что-нибудь на ужин, пока мы с Салли будем снимать чехлы с мебели, — сказала она, обращаясь к Бесс, и протянула ей одну из ламп.

— Из всех комнат больше всего люблю кухню. Проводи-ка меня туда, — весело отозвалась Бесс, и Салли повела ее к двери слева.

— А что там? — спросила Джорджи, показывая на другую.

— Библиотека. Мой прадедушка любил читать. Несмотря на то что они бесконечно чихали от пыли, девушки довольно быстро справились с работой и согласились, что потрудились не зря — изменения были разительными.

— Прошу прощения, но дом такой примитивный, — сказала Салли, когда они умывались перед камином. — Здесь нет ни электричества, ни телефона. Даже плита на кухне дровяная.

— Кстати, о плите, — сказала Бесс с надеждой. — Я умираю с голоду.

Прошло совсем немного времени, и подружки уже с жадностью поглощали великолепные отбивные из молодого ягненка с мятным соусом, картофельное пюре и фасоль. Джорджи недовольно проворчала что-то, когда ее белокурая кузина потянулась за следующей порцией яблочного печенья. Полненькая Бесс благодушно проигнорировала намеки сестры.

Помыв посуду, девушки уселись перед камином.

— Расскажи нам о ферме и ее собачьих призраках, — деликатно попросила Нэнси. Салли беспокойно посмотрела на темное небо за окном и начала.

— Здесь жили мои прадедушка и прабабушка по папиной линии — Эзра и Поллианна Макдональд. Они любили горы. — Салли вздохнула. Эта любовь передалась и ей. — На ферме тогда было много всяких домашних животных: лошадей, коров, коз и кошек. — Она улыбнулась. — У Макдональдов был еще огромный цветник и огород. Я слышала, однажды их любимый козел сожрал половину огорода — за один раз, не останавливаясь!

Девушки захихикали, но лицо Салли помрачнело.

— Макдональды держали также огромных черных ньюфаундлендов. За год до смерти хозяев сука принесла четырех небывало крупных щенков, причем все были мальчики.

— Это в каком смысле принесла? — спросила непонятливая Бесс.

— Ну родила, ощенилась, — объяснила Салли. — И эта четверка псов стала постоянной спутницей Макдональдов. Они держали под контролем все владения. Никто не мог ступить в «Шепчущиеся Дубы» без согласия и позволения собак.

— А что произошло с собаками после смерти хозяев? — спросила Нэнси.

— Псы затосковали и были безутешны. Они перестали есть и в конце концов умерли один за другим. Трэс Сабух, управляющий фермой, похоронил их за ледяным домом.

Нэнси подалась вперед.

— Это что, те самые собаки, что обитают в «Шепчущихся Дубах»?

Салли кивнула и глубоко вздохнула.

— Это произошло за месяц до того, как было найдено завещание Макдональдов. А когда его обнаружили, — Салли все больше волновалась, — то выяснилось, что последней волей умерших было, чтобы их дражайших собак похоронили вместе с ними на холме.

Нэнси помрачнела.

— Иными словами, псов похоронили не там, где надо?

— Да! — Салли сорвалась на крик. — Поэтому они и не оставляют нас. Мы выполнили вторую часть завещания. На каждую могилу было установлено по надгробному камню со специальной надписью, но было уже поздно.

— А почему завещание не прочли сразу? — поинтересовалась юная сыщица.

— Потому что его какое-то время не могли найти, — ответила Салли. — Есть еще кое-что, что не найдено до сих пор. Макдональды заказали четыре отлитые из золота статуэтки, высотой в четыре дюйма, полностью копирующие каждую собаку.

— Неплохое состояние! — выдохнула Джорджи.

Салли кивнула.

— Могло бы быть, если бы не одно «но». До сих пор их местонахождение остается загадкой.

— Этот дом просто наполнен загадками, — отметила Бесс.

Нэнси сидела в задумчивости. Затем произнесла:

— Кто первый раз видел призраки и когда они тут появились?

— Трэс Сабух, — ответила Салли. — Это произошло в ту же ночь, как он похоронил собак. Ровно в девять, в то самое время, когда псов обычно выпускали на ночь, он услышал какой-то звук, ну, вроде кто-то скулит. Стал вглядываться в сторону могил, а там за деревьями — четыре пары желтых глаз. Потом они как бросятся на него.

Да еще с таким жутким воем и рычанием. Он скорей в дом, закрыл дверь. А они уже тут как тут — окружили дом в один миг. И давай скрести и рвать дверь когтями, и бросаться на нее, и биться Б окна. Рев, лай кругом — страшный. Наконец, звери отступили и убежали за холм. И там на могилах дорогих хозяев выли до самого утра. — Салли перевела дыхание. — Трэс никогда не видел их тел, а утром не мог найти ни одного следа, хотя на стене дома остались глубокие царапины от их когтей. В тот же день он перебрался в небольшую хибару на той стороне озера и больше ни разу не переступал владений Макдональдов.

По спинам девушек пробежал холодок.

— Трэс сказал, что все это из-за неправильного захоронения… ну, эти призраки.

— И ваша семья верит ему? — спросила Нэнси. Салли кивнула.

— Мой дед скептически отнесся к этому и попытался переночевать здесь один, но все закончилось тем же самым.

Вдруг входная дверь распахнулась. В комнату ворвался ветер. В камине ярко вспыхнул угасающий огонь. Салли вскрикнула. Бесс ойкнула и прижалась к своей не менее напуганной кузине.

Нэнси решительно направилась к двери и закрыла ее на засов. Сумерки сгущались. Она посмотрела на часы. Без пяти десять! Все остальные тоже отметили, что приближается час привидений.

— Давайте поиграем в слова, — предложила Нэнси. Бесс и Джорджи посмотрели на нее недоуменно. Джорджи фыркнула.

— Нэнси Дру, у вас бывают сумасшедшие идеи, но…

— Да ладно, это будет забавно, — перебила ее Нэнси, — и отвлечет нас, — добавила она, кивая на Салли. Подружки обернулись. Салли нервно уставилась в темные окна.

Начали играть. Сначала медленно, потом расслабились, и игра пошла.

— Знаменитая личность, чье имя начинается с Уильяма или Билли! — предложила Нэнси, — Уильям Шекспир, — ответила она же сама себе.

— Мой любимый писатель, — отозвалась Салли. — Я бы хотела пожить на рубеже шестнадцатого и семнадцатого веков, когда эти пьесы, «Гамлет» например, были поставлены впервые, — закончила хозяйка дома.

— Уильям Маккинли, — выкрикнула на этот раз Джорджи. — Двадцать пятый президент Соединенных Штатов.

Бесс на минуту задумалась. Потом выпалила:

— Уильям Ланбар.

— Это еще кто такой? — скептически процедила Джорджи.

— Лучший футбольный бомбардир у Дейва в школе, — последовал ответ.

Нэнси с Джорджи прыснули.

— Дэйв Эванс — это вам не просто какой-нибудь парень, а любимый дружок Бесс, — объяснили они Салли.

Вскоре хохотали уже все, включая влюбчивую Бесс.

Вдруг Салли как-то напряглась, вытянулась, словно проглотила аршин, и насторожилась. Все уставились на нее.

— Слышите? Вон они! — произнесла она.

Через мгновение до их ушей донесся леденящий душу звук. Откуда-то сквозь деревья к дому эхом подкатывались то ли заунывный плач, то ли скулеж.

— Это призраки! — прошипела Салли.

Неожиданно жалостные крики сменились свирепым рычанием и лаем. Нэнси прилипла к окну. Остальные застыли на месте. Она вглядывалась в ледяной дом. И… у нее перехватило дыхание:

Из-за деревьев на нее пристально смотрели четыре пары желтых светящихся глаз!

— Собачьи привидения! — выдохнула Джорджи. Девушки уже отважились подойти к окну и сгрудились позади Нэнси. Салли трясло. Все завороженно смотрели, как в темноте сверкают желтые огни собачьих глаз. Бледная луна не высвечивала никаких фигур, и создавалось впечатление, что глаза двигаются сами по себе и абсолютно беспорядочно. Вдруг призраки приблизились, и жуткие звуки стали слышны совсем близко.

Бесс пронзительно завизжала, бросилась в ближайший угол и закрыла глаза руками.

Оставшаяся троица стояла как прикованная. Неожиданно глаза исчезли. Звуки прекратились. Установилась какая-то неестественная тишина. Припав к окну, девушки вытянули шеи и жадно всматривались в темноту.

И тут что-то огромное, чернильно-черное ударило в стекло. Рыча и лая, какая-то тварь стала с дикой силой царапаться и биться в окно. Салли закричала. Под сильными ударами стекло задрожало, и все четверо отбежали назад.

Собаки окружили дом! Глаза появлялись в каждом огне. Душераздирающий вой, лай и царапанье когтей заполнили все. Оглушительный звук становился невыносимым. Напуганные до смерти, девушки сгрудились посередине комнаты. Еще один удар — теперь по запертой на засов парадной двери. Ручка задрожала, послышался громкий треск. Бесс завопила не своим голосом.

Казалось, это длилось бесконечно. Наконец, звуки стали ослабевать. Атака прекратилась. Псы уходили! Бесс подняла голову и хотела было открыть рот, но Нэнси, подняв руку, остановила ее.

Затаив дыхание, все прислушивались. Теперь, если верить преданию, животные-призраки должны были начать свою траурную песню где-то в районе холма.

Кошмар вымотал девушек вконец. Нэнси осторожно довела Салли до дивана. Бесс и Джорджи рухнули в кресла.

«Всей этой истории должно быть какое-то объяснение, — рассуждала Нэнси. — И я найду его», — решительно сказала она сама себе, направляясь к двери.

— Нэнси! — закричала Салли. — Ты не посмеешь выйти!

У Салли начиналась истерика, так что пришлось разубеждать ее.

— Я подожду, я не сейчас, — уговаривала Нэнси подругу. Бесс и Джорджи тоже вроде бы успокоились.

— Давайте спать, — предложила Нэнси.

— Если сможем, — передернулась Бесс. Вдали по-прежнему слышался жалобный вой.

Нэнси обрадовалась, увидев, что девочки заснули сразу, стоило им только добраться до постелей. Самой ей было не до сна. «Мне надо посмотреть на эти привидения поближе», — размышляла она над их жутким ночным приключением. Так она просидела до самого рассвета. И неожиданно поняла, что вой прекратился. Стараясь никого не разбудить, она выскользнула в прохладное утро.

Деревья окутывал клубящийся туман. Ветер шевелил ветки, и вдруг Нэнси вздрогнула от звука чьего-то шепота.

— Кто там? — требовательно спросила она, потом смутилась от своей же глупости, догадавшись, что это шепот деревьев. «Неспроста же место называется „Шепчущиеся Дубы“, — с облегчением подумала она.»

Нэнси обследовала стены дома. Они хранили глубокие следы собачьих когтей. Внизу проходили старые желоба для стока дождевой воды.

Она пришла к выводу, что собаки бывали здесь и раньше, как и говорила Салли.

Нэнси осмотрела землю вокруг, но никаких следов не нашла. Все подтверждало старую семейную легенду. И тут что-то внизу привлекло ее внимание. Она разгребла ногой опавшие листья и с волнением обнаружила, что почва под ними была перерыта, и получалось нечто вроде тропинки, ведущей к ледяному дому.

Нэнси пошла по следу и вскоре увидела то, что заставило ее вздрогнуть. За ледяным домом в бледном свете бок о бок стояли четыре надгробных камня с выгравированными надписями.

Она прочла вслух: «Игник, Адилош, Дас и Сика-бо. Странные имена. Надо запомнить и выяснить это у Салли», — решила она.

Девушка еще раз внимательно изучила дорожку. «Здесь что-то не то. Вроде это и не похоже на следы, — рассуждала Нэнси, — а с другой стороны, кто-то протоптал дорожку». Неожиданно ее мысли были прерваны. Сквозь деревья она увидела двух разговаривающих между собой мужчин. Нэнси пригнулась и нырнула в густую листву.

Крадучись, она постепенно подобралась к ним поближе, чтобы услышать их разговор.

— Надо было купить их побольше, — сурово сказал мужчина постарше. — Нам тут не нужны проблемы с этими девицами.

Нэнси не понравилось, как этот высокий мужчина произнес «этими девицами». У него были рыжие с проседью волосы и жесткая линия рта, говорящая о бессердечной натуре. Темные глаза беспокойно бегали.

Его молодой спутник выглядел напуганным. Он подавил нервный зевок, что разозлило старшего.

— Теперь давай пошли, — прорычал он, — и не вздумай упустить его.

Молодой темноволосый мужчина, хотя был и ниже ростом, казался не менее сильным. Его лицо было мягче и добрее, но Нэнси не сомневалась, что они заодно.

«Кто это может быть?» — раздумывала она, меняя позу. И тут по лесу разнесся громкий треск — Нэнси наступила на лежавшую под ногами ветку. Мужчины испуганно оглянулись и мгновенно скрылись. Нэнси выбралась из своего укрытия и ринулась за ними, но их и след простыл.

Девушка задумчиво побрела назад к надгробным камням. Интересно, кого это «его» они так боятся упустить?

Она решила вернуться в дом, но, проходя мимо этого странного льдохранилища, не удержалась и, движимая любопытством, отважилась заглянуть в отверстие. Она стояла и всматривалась в холодную тьму, когда вдруг кто-то с силой толкнул ее сзади. С криком юная сыщица полетела вниз в темную яму.

А тем временем в доме отсутствие Нэнси уже стало беспокоить ее подруг.

— Куда она запропастилась? — причитала Салли. — Что, если она ушла еще затемно?

— Нэнси не нарушит обещания без веских оснований, — заявила Джорджи.

— Не надо мне было привозить вас сюда, — казнила себя Салли.

— По-моему, нам пора идти искать Нэнси, — настаивала Бесс. Кошмар прошедшей ночи был еще слишком свеж в ее памяти.

Джорджи согласилась.

— Между прочим, еще днем кто-то пытался свалить на нас дерево. Нэнси действительно могла попасть в переплет.

Девушки вышли из дома и начали оглядываться по сторонам. Утро было хмурым, и холодный ветер вызывал дрожь.

Преодолев страх, они поднялись вверх по холму. На голой вершине стояло одно большое надгробие. Тогда они прошли вдоль озера.

— Смотрите! — воскликнула Джорджи. — Следы! Это от кроссовок Нэнси!

Девушки разделились и стали громко звать подругу.

— …дяном доме, — послышалось откуда-то издалека.

Они бросились к постройке.

— Нэнси! — крикнула Бесс в отверстие.

— Вытащите меня отсюда! — услышала она в ответ. — Здесь так мерзко.

Салли облегченно вздохнула, и они с Бесс побежали за веревкой и фонариком.

— Что произошло? — крикнула вниз Джорджи. Нэнси рассказала все, что с ней случилось.

— Ты думаешь, тебя столкнули эти двое? — Джорджи нахмурилась.

Пленница не успела ответить: появились запыхавшиеся Салли и Бесс. Нэнси прижалась к стене, чтобы они могли бросить ей вниз фонарь.

Она быстро обследовала свою ледяную тюрьму. К ее удивлению, в полу недоставало нескольких каменных плит, а в земле были вырыты огромные ямы. Она взглянула на стены. И здесь отсутствовало много камней, на месте которых зияли такие же отверстия.

Наконец, веревка опустилась, и Нэнси вытащили наверх.

— Я думала, вы никогда меня не найдете, — со вздохом облегчения произнесла она, оказавшись на поверхности.

— Ни слова больше, — скомандовала Джорджи. Дрожащую Нэнси привели в дом и усадили перед горящим камином. И только покормив ее, разрешили, наконец, рассказать все по порядку. Закончила она словами благодарности своим спасительницам.

— Ты могла серьезно пораниться, — озабоченно сказала Салли.

— Скорее всего, это сделал тот, кто подрубил дерево, или те двое странных мужчин, которых ты видела в лесу, — предположила Бесс.

— Но это были сыновья Трэса Сабуха, — запротестовала Салли. — Моя семья доверяет им полностью. — Она выразила сожаление, что не предупредила подруг об этих людях, живущих здесь неподалеку. — Старший, Рэд, помогал отцу на ферме еще мальчиком. А Джимми, который помоложе, присоединился к брату после смерти Трэса. Они и сейчас приглядывают за фермой. Нэнси слушала и размышляла. Призраки призраками, но тот, кто пытался покалечить их, абсолютно материален и живет где-то рядом. Рэд и Джимми безусловно под подозрением. Но почему они так не хотят нашего присутствия здесь?

Пока троица обменивалась своими догадками по поводу случившегося, Салли сидела молча. Вдруг она произнесла:

— Здесь слишком опасно. Ночью нас преследуют призраки, а теперь кто-то охотится за нами и днем. Думаю, нам надо убираться отсюда. Мы спустимся вниз и дойдем до универсама, а там перехватим моего мужа. Оттуда можно позвонить Рэду и попросить его и Джимми помочь убрать то дерево с дороги. Вместе с Джефом они справятся. А потом садимся в машину и… и пусть эта ферма остается со своими привидениями! — Глаза Салли наполнились слезами. Все сидели ошеломленные.

— Салли, мы вовсе не хотим уезжать, — стала уверять ее Нэнси. Остальные закивали. — Давай заключим договор, — не унималась она. — Удастся разгадать тайну до приезда Джефа — хорошо, нет — все возвращаемся.

Салли немного поколебалась, потом обвела всех благодарным взглядом и, улыбнувшись, согласилась.

— Я очень хочу докопаться до разгадки всего того, что здесь происходит, — произнесла Нэнси. — Расскажи мне, что значат эти дыры в полу и стенах в ледяном доме? — Никто из подруг не предложил хоть мало-мальски внятного объяснения.

— Можно спросить у Рэда, если увидимся с ним, — предложила Салли.

— Нет, мы лучше попросим его убрать дерево с дороги, чтобы Джеф мог проехать, — высказалась Нэнси, записывая что-то на листке бумаги. — А что ты скажешь об именах наших призраков?

— Нам было велено написать на надгробиях точные имена всех собак, — объяснила Салли. — Мой отец случайно нашел их имена в старых документах.

— Они напоминают имена индейских богов, — заметила Бесс. — Но уж никак не собачьи.

Все согласились, что имена действительно весьма необычные.

— А в завещании было что-нибудь насчет эпитафии самим хозяевам? — спросила Джорджи.

— Да, но я не помню, как это звучало, — ответила Салли.

— Пошли посмотрим, — настойчиво предложила Нэнси.

Вскоре вся четверка добралась до надгробий, стоявших на вершине холма.

Чуть ниже традиционных записей можно было прочесть таинственные слова:

«КТО ЗАХОЧЕТ, ТОТ ПОЛУЧИТ НАС И ЧЕРЕЗ ГОДЫ»

— Что-то непонятное, — прокомментировала Бесс.

— Интересно, не ключ ли это, — отозвалась Нэнси, спускаясь с холма.

Джорджи, слегка отстав от подруг, вдруг воскликнула:

— Здесь кто-то копал!

— Почему ты так решила? — насторожилась Нэнси.

— Да видно же, что земля здесь рыхлая.

— А ты права, — сказала подруга, рассмотрев холмик, на который показала Джорджи. — Здесь действительно кто-то что-то искал.

— Но что? — требовательно спросила Салли.

— Еще одна загадка, — ответила Нэнси, уставившись в пустоту. — И, может быть, это имеет отношение к эпизоду в ледяном доме.

Девушки вернулись к дому. У двери Нэнси кивнула на стену с глубокими следами от собачьих когтей. Потом она рассказала, как обнаружила земляную тропинку, которая привела ее к ледяному дому.

— Ищем разгадку, а, похоже, обнаруживаем все новые загадки, — вздохнула Салли.

— Так и бывает, — ухмыльнулась Джорджи. — Мы находим улики, а потом Нэнси все это просчитывает и осмысливает.

— Расскажи нам поподробнее об этих пропавших статуэтках, — попросила Бесс, когда они сели обедать.

— Ладно. Мой дед считал, что они все еще находятся где-то в «Шепчущихся Дубах». Собственно, именно поэтому он и приехал на ферму в ту ночь. Был страшно напуган, и с тех пор никто из нас их не искал.

Тут Нэнси осенило.

— А что Макдональды любили больше всего в жизни? — неожиданно спросила она Салли. Салли помолчала с минуту.

— Скорее всего, свою семью, потом «Шепчущиеся Дубы», собак, лошадей, свой сад и книги, конечно. — В доказательство Салли повела подруг в библиотеку, все стены которой были снизу доверху заставлены полками с книгами. На каждой полке располагались книги по определенной теме и была соответствующая надпись.

— Собаки, Лошади, Сад, — громко читала Бесс.

— Что-то наклюнулось? — спросила Джорджи, увидев загадочную улыбку и знакомый блеск Б глазах Нэнси.

— У меня есть подозрение, что статуэтки спрятаны прямо здесь, в доме, — заявила Нэнси. Усевшись перед огнем, она посвятила подруг в свою теорию. — Как только были сделаны эти ценные фигурки, Макдональды спрятали их в «Шепчущихся Дубах». Салли, они хотели, чтобы статуэтки принадлежали только семье. Поэтому в завещании они и зашифровали место, где их можно найти.

— И где же оно? — с нетерпением спросила Джорджи.

— Ключ в этих загадочных надписях на надгробных камнях Макдональдов, — многозначительно произнесла Нэнси. — «Кто захочет, тот получит нас и через годы», — процитировала она. — Но для того чтобы найти ответ на вопрос, где спрятаны золотые статуэтки, надо сначала разгадать тайну мистических имен собак.

Вдруг раздался сильный глухой стук в дверь. Нэнси подскочила к окну и распахнула его. Ветер сразу швырнул ей в лицо кучу сухих листьев. Прикрыв лицо руками, она высунула голову и осмотрелась по сторонам. Никого!

«Мне важно знать, не подслушивает ли кто-нибудь под окнами, — думала она. — Рэд или Джимми? А если да, то почему?»

Нэнси вернулась к камину и развернула перед девушками бумагу с именами собак. Бесс прихватила с полки словарь. Какое-то время они изучали странные слова.

— Может, нам привидения подскажут, — захихикала Джорджи.

— Не исключено, что как раз это они и пытаются сделать! — воскликнула Нэнси. Все с недоумением посмотрели на нее. — Что, если Трэс ошибался и собачьи привидения посещают ферму потому, что семья Макдоналдсов никак не может вернуть себе золотые статуэтки? Они порываются попасть в дом, чтобы сказать нам, что фигурки внутри, в доме.

Салли, казалось, была потрясена тем, что сказала Нэнси.

— У меня есть план, — продолжала юная сыщица. — Я хочу сегодня ночью понаблюдать за привидениями.

— Пожалуйста, Нэнси, не подвергай себя риску, — стала умолять Салли. Она все еще была уверена, что эти привидения носители зла.

— К тому времени приедет Джеф, — напомнила ей Бесс. — Он нам поможет.

— Мы с Джорджи выскользнем через заднюю дверь еще до девяти, — Нэнси продолжала излагать свой план, — и спрячемся где-нибудь так, чтобы было видно, откуда привидения двигаются к дому. Я уверена, это кое-что прояснит.

— Спасибо за честь, — произнесла Джорджи с ехидной ухмылкой, когда Нэнси закончила.

Громкий стук в дверь заставил Салли вскочить на ноги. Уверенная, что это Джеф, она бросилась к двери. На пороге вырисовывалась фигура Рэда Сабуха. Они поговорили, и он поспешно удалился.

— Джеф задерживается, — огорченно объяснила Салли. — Джимми только что вернулся из универсама, где встретил Джефа. У него сломалась машина. Джимми расстался с ним час назад, и Джеф пообещал, что постарается добраться сюда еще засветло.

— Я уверена, так и будет, — успокоила ее Нэнси.

— Ты спросила Рэда об этих перекопанных участках? — поинтересовалась Джорджи. Салли была явно встревожена.

— Он ничего об этом не знает… сказал мне, что девицы, которые останавливаются в доме с привидениями, часто выдумывают то, чего нет, или все преувеличивают… и обещал помочь убрать дерево.

Джорджи пришла в ярость.

— Выдумывают! Преувеличивают! Уверена, Нэнси просто не первая, кому пришло в голову, что пропавшие статуэтки здесь, в доме.

Все согласились с ней.

Нэнси тем временем размышляла о «севшем на мель» Джефе. Она очень надеялась, что он успеет вовремя и поможет ей в ее планах.

— Пока светло, пойдем-ка поищем подходящее место, где можно укрыться. Я буду следить за тем, что делается со стороны собачьих могил, а ты возьмешь под наблюдение дом.

Они незаметно выскользнули за дверь, а Салли с Бесс принялись готовить обед. В конце концов девушки нашли надежные укрытия.

— Нэнси, посмотри туда, — вдруг прошептала Джорджи.

За ними внимательно следили братья Сабух. Поняв, что их заметили, мужчины поспешили прочь в сторону своего дома. Нэнси и Джорджи обменялись многозначительными взглядами и вернулись в дом.

За обедом вся четверка продолжала обсуждать план действий. Было решено подавать сигнал с помощью фонарика: две вспышки — все нормально, включенный фонарь — осложнения.

Прошло четыре часа. Начинало темнеть. Джеф все не появлялся. Салли нервно ходила из угла в угол.

— Нам, пожалуй, уже пора. Надо успеть спрятаться, — сказала, наконец, Нэнси. — Уже без двадцати девять. Салли, Джеф будет здесь с минуты на минуту, — старалась успокоить она подругу, видя, как та нервничает.

Салли с Бесс продолжали специально маячить перед окнами, а Нэнси и Джорджи выбрались через заднюю дверь, оставив ее не запертой на случай экстренного и поспешного возвращения. Наконец, они уселись по своим местам.

«Безлунная ночь, — подумала Нэнси. — Прекрасные условия для слежки за привидениями». Во всяком случае, с ее наблюдательного пункта были отлично видны все четыре надгробных камня.

Казалось, они просидели в ожидании целую вечность. Вдруг у Нэнси перехватило дыхание. За могилами показалось четыре пары светящихся желтых глаз. По спине побежали мурашки.

Несмотря на жуткий вой, Нэнси подалась вперед. Она должна была увидеть эти собачьи призраки. Светящиеся огоньки беспорядочно кружились в темноте. Какофония леденящих душу звуков заполняла все пространство. Нэнси тихо продвигалась им навстречу, мучительно пытаясь разглядеть хоть какие-то очертания. И тут, как назло, нога зацепилась за ветку. Глухо вскрикнув, она тяжело упала на землю.

Звуки прекратились. Четыре пары желтых глаз обратились в ее сторону. Она не смела даже дышать. Оставаясь сначала на месте, глаза пристально изучали деревья, под которыми лежала Нэнси, потом двинулись прямо на нее!

Нэнси вскочила на ноги. Жуткие звуки вновь заполнили весь лес. Ее охватил ужас. Вдруг две пары глаз исчезли. Нэнси оглянулась. Еще две твари стояли прямо позади!

В отчаянии Нэнси подняла фонарик и была уже готова включить его, чтобы осветить животных. Но тут произошло нечто, что заставило ее опустить свое оружие. Один глаз вдруг мигнул. Потом исчез. Теперь на нее смотрели только три глаза. Нэнси вновь подняла фонарь. Собрав все свое мужество, она направила мощный луч прямо на таинственные существа. То, что она увидела, заставило ее вскрикнуть от изумления. Но в этот момент тяжелый удар сзади сбил ее с ног. Нэнси потеряла сознание.

Прилипнув к окну, напуганные и ничего не понимавшие Салли и Бесс беспомощно вглядывались в темноту. Что-то определенно случилось. Собаки неожиданно исчезли, а сквозь деревья в темноте виднелся единственный и постоянный луч света.

— И что нам теперь делать? — жалобно запричитала Бесс.

Салли была белой как полотно. Страх полностью парализовал обеих.

Через какое-то время тихий скребущийся звук нарушил гнетущую тишину. Дверь стала медленно и со скрипом открываться. Салли вскрикнула, а Бесс в панике бросила свой фонарь прямо в дверь. Раздался громкий треск.

— Эй! Что здесь происходит? — послышался удивленный мужской голос.

— Джеф! — воскликнула Салли, когда он все еще нерешительно заглянул в дверь.

Она бросилась к мужу и упала в его объятия. Бесс, покраснев, пробормотала свои извинения.

— Теперь успокойся, пожалуйста, — сказал высокий, симпатичный мужчина, — и расскажи, что случилось.

Девушки быстро изложили суть происходящего, и лицо Джефа помрачнело. Когда Салли рассказала о своем плане поездки в «Шепчущиеся Дубы», он только посмеялся над всеми этими разговорам о привидениях. Теперь он был уверен, что Нэнси и Джорджи попали в серьезную переделку.

— Оставайтесь здесь, — скомандовал он и взял у Салли фонарик. — Пойду поищу их. Теперь я по-настоящему жалею, что не добрался сюда еще утром.

Салли и Бесс уставились на него в недоумении.

— Я же звонил Рэду и просил передать, что буду в полдень, а не в шесть! — воскликнул Джеф.

Теперь нахмурилась Салли.

— Он был здесь около шести и сказал, что в пять, когда Джимми встретил тебя у универсама, ты…

— В пять?! — изумился Джеф. — Ко мне действительно подходил человек, назвавшийся Джимми Сабух, но это было в половине двенадцатого утра. Я остановился купить кое-что, а когда вышел, он стоял там с пакетом батареек в руках. У меня не завелась машина, тогда он и предложил передать вам послание.

— Почему Джимми поджидал тебя у универсама с самого утра, а нам сообщили о вашей встрече только в шесть? — спросила Бесс.

Джеф пожал плечами.

— Совершенно не понимаю. Вот что я знаю точно, так это то, что починка этой невесть откуда взявшейся дырки в бензонасосе заняла у меня почти весь день. Я тогда еще подумал — чья-то злобная выходка. А потом я, наконец, добрался до места — так там дерево лежит поперек дороги. Пришлось остаток пути идти пешком.

— Но Салли просила Рэда убрать его еще три часа тому назад! — недоуменно воскликнула Бесс. — И батареек мы накупили впрок в том же универсаме.

Джеф уже закипал.

— Но почему Рэд и Джимми пытались всячески задержать тебя? — взволнованно спросила Салли.

— Я это сейчас выясню, — произнес он сердито, — а потом позвоню в полицию. Исчезновение Нэнси и Джорджи может быть отнюдь не мистическим.

Салли показала куда идти, и Джеф ринулся в направлении дома братьев Сабух.

Нэнси открыла глаза. Потом моргнула и убедилась, что находится в кромешной темноте. Она попыталась оценить обстановку и сосредоточиться, но от этого усилия только закружилась голова. И все же стало ясно, что она связана, с кляпом во рту, сидит, подперев стенку, на каком-то жестком полу. Вокруг воняло нафталином. Пошевелив руками насколько позволяли веревки, Нэнси поняла, что стены и пол деревянные.

«Похоже я в каком-то чулане или стенном шкафу», — подумала она, еще как бы в полусне. Вдруг слева повеяло запахом дезодоранта, которым пользовалась Джорджи.

Джорджи! Она сразу все вспомнила. В голове мгновенно прояснилось, пока она, извиваясь, как змея, ползла к своей подруге. Наконец, она наткнулась на ее безжизненное тело. Нэнси приложила ухо к ее груди — та еще дышала.

«Надо поскорей выбираться отсюда, — лихорадочно думала Нэнси. — Джорджи, должно быть, серьезно ранена!»

Вдруг послышался резкий, грубый голос. Нэнси как могла старалась подобраться к тому, что должно было быть дверью. Там снаружи стояли Рэд и Джимми Сабух. Они громко ругались.

— Я никогда не отступлю! — кричал Рэд.

— Но она же видела меня! — зло отвечал Джимми.

Теперь перед глазами Нэнси возникла точная картина того, что высветил тогда ее фонарь. Вместо привидения перед ней оказался мужчина, одетый во все черное. На руках были тоже черные перчатки с вделанными в пальцы желтыми глазами.

— Эта девчонка разрушила все! — вопил Рэд. — Они все заплатят за то, что она сует свой нос куда не надо.

— Ты не причинишь им вреда, — запротестовал Джимми. — Отец никогда не одобрил бы такого. Он только отпугивал людей, чтобы ему не мешали искать золотые статуэтки. А ты заходишь слишком далеко. Если ты их тронешь, — пригрозил Джимми, — я…

— Ну и что же ты? — поддразнил его Рэд. — Уедешь? — Потом добавил: — Ладно, брат, мы оба уберемся отсюда, но только вместе с теми фигурками!

— Что еще ты затеял? — с тревогой в голосе спросил Джимми.

Рэд зловеще засмеялся.

— Противно признавать, но эта дрянная сыщица подобралась слишком близко к разгадке золота. Мы найдем его раньше, пусть даже… Слушай, сейчас сложи наши пожитки в старый грузовик, — громко проговорил он, — и подожги здесь все. Пусть все сгорит вместе с этой Дру!

«Все сгорит!» Нэнси отчаянно соображала. Сердце билось, как заячий хвост.

Она подергала руками и почувствовала, что связана не туго. Как ни странно, ей удалось довольно легко освободиться! Не утруждая себя объяснениями этого, она вынула кляп и ринулась к Джорджи. Ее узел тоже оказался слабым. Теперь надо было решать, как выбраться отсюда. Не раздумывая долго, Нэнси выбила тонкую дверь кладовки. Увидев пока еще маленькое пламя, которое запалили братья Сабух, она бросилась к нему и потушила с помощью подушки. Потом схватила стоящую рядом лампу и ахнула: дым поднимался всего-навсего от тлеющей в большой пепельнице тряпки.

«Джимми?» — подумала Нэнси. Она потрогала, затем понюхала, потом даже попробовала на вкус светлую жидкость, разбрызганную на мебели. «Он плеснул простой воды вместо керосина», — догадалась Нэнси и почувствовала облегчение. Он даже не допускал мысли, чтобы поджечь их.

В этот момент в дом ворвался высокий, с песочного цвета волосами мужчина.

— Нэнси Дру? — выпалил он, задыхаясь.

— Джеф Батлер? — ответила она вопросом.

— Как же я рад вас видеть! — воскликнул он.

Они быстро обменялись информацией. Пока Джеф звонил в полицию, Нэнси, уложив Джорджи на диван, оказала ей первую помощь. Когда выяснилось, что с ней ничего серьезного, все заспешили назад на ферму.

Уже почти рассвело, когда они добрались до «Шепчущихся Дубов». Нэнси бежала впереди. В доме было подозрительно тихо. Неожиданно у входной двери показались братья Сабух. В одной руке Рэд держал топор, в другой книгу.

— Я не позволю тебе сделать это! — завопил Джимми. Мужчины начали бороться.

Вдруг Рэд заметил Нэнси и всех остальных. Поняв, что попал в ловушку, он изо всех сил отпихнул брата, рванулся к своему грузовику и умчался на большой скорости.

— Далеко не уедет, — сказала Нэнси, подходя к Джимми. Послышался вой полицейской сирены.

— Я знаю, — ответил Джимми. — Я ведь так и не убрал дерево.

Нэнси улыбнулась. Все направились в дом. Навстречу им выскочили Бесс и Салли и заговорили одновременно. Они были страшно напуганы, забились от страха в угол, прижались друг к другу и просидели так целую ночь.

Все перебивали друг друга, голоса смешались в какую-то какофонию. Наконец Нэнси удалось рассадить всех по креслам. Пришло время раскрыть все карты.

— Итак, семейка Сабух изображала привидения, чтобы отпугнуть нас от «Шепчущихся Дубов»! — воскликнула Салли.

— Именно так, — ответила Нэнси. — Им нужно было без лишних свидетелей и всяческих помех спокойно найти золотые фигурки. Я не думаю, чтобы Джимми хотел чего-нибудь другого. — Она взглянула на него. Он казался опустошенным.

В этот момент к дому подъехала полицейская машина. Два офицера вывели из нее Рэда и направились к двери. Его лицо пылало гневом.

— Мы задержали его внизу на дороге, когда он убирал дерево, — объяснил один из офицеров.

— Я велел тебе убрать его, — выкрикнул Рэд.

— Джимми не хотел, чтобы вы удрали, — встала на его защиту Нэнси.

Лицо Рэда побагровело от бешенства. Он рванулся было к Нэнси, но офицер придержал его.

— Я расскажу все, — неожиданно заявил Джимми. — Мой отец знал, что у Макдональдсе на ферме спрятаны золотые статуэтки. Когда они умерли, Трэс стал одержим идеей заполучить их, но для этого нужна была спокойная обстановка и никаких свидетелей. Тогда Рэд и сочинил историю о неправильном захоронении. Он всегда отличался хитрым умом! На самом деле отец похоронил собак там, где надо, как и хотели Макдональды — на вершине холма. Но Рэд уговорил отца сказать семье, что псов похоронили у ледяного дома. И вот они стали ходить по округе и распространять легенду о привидениях. Рэд придумал, как вделать в перчатки глаза на батарейках. И вдобавок ко всему он прекрасно имитирует голоса животных. Потом, когда к нему присоединился я, мы стали использовать громкоговоритель, который прятали в деревьях.

— А следы от когтей? — спросила Нэнси.

— Вы видели такие маленькие садовые грабли? Ну вот, они тоже засовываются в перчатки и получаются следы от когтей. Когда вы появились здесь, Рэд очень испугался, — продолжал Джимми. — Сначала он хотел остановить вас, завалив поперек дороги дерево. Он послал меня к универсаму встретить Джефа и купить новых батареек. Мы обычно подслушивали под окнами. Поняв, что Нэнси умна и представляет реальную угрозу, Рэд не на шутку забеспокоился и спихнул ее в ледяной дом. Вот тогда я решил, что выхожу из игры. Я решил не убирать дерево и не стал перезаряжать в перчатках батарейки.

— Ты еще помог нам выбраться из вашего дома, — добавила Нэнси, рассказав полиции подробности.

— Ты, идиот! — заорал Рэд.

Обоих мужчин повели к выходу. Офицер обещал рассказать о действиях Джимми и заверил его, что судья примет это во внимание.

Когда они остались одни, Салли бросилась к Нэнси.

— Теперь мы наконец сможем нормально жить в этом чудном старом месте! — воскликнула она.

— Безобразие, что до сих пор так и не найдены золотые статуэтки, — с досадой пробурчала Джорджи.

В глазах Нэнси появился знакомый блеск.

— Мне кажется, я знаю, где они, — сказала она, улыбаясь. — И, похоже, еще чуть-чуть — и Рэд, с моей помощью, нашел бы их, если судить по тому, что было у него в руках.

Все с недоумением уставились на нее. Юная сыщица написала буквы собачьих имен на четырех отдельных бумажках и протянула их подругам.

— Попробуйте переставить буквы, — предложила она, — и посмотрите, какие слова у вас получатся.

Через какое-то время Игник, Адилош, Дас и Сикабо превратились в Книги, Лошади, Сад и Собаки.

— Мы где-то видели книги под этими табличками… Да в библиотеке! — взволнованно воскликнула Салли. — Фигурки, должно быть, за этими полками. Нэнси, ты просто гений!

Все поспешили в библиотеку. За полками с указанными надписями оказалась маленькая дверь. Нэнси толкнула ее, потом пошарила по ней руками. Вдруг она нащупала какую-то пружинку. Раздался щелчок — и дверь стала открываться. В маленькой нише стояли четыре изысканные золотые фигурки собак!

Изумленные зрители перенесли увесистые статуэтки в гостиную. Салли не могла удержаться От слез и, полная благодарности, нежно обняла Нэнси.

— Спасибо, — прошептала она. — Спасибо вам всем.

— Я просто не знаю, что сказать, — смущенно добавил Джеф.

— Скажи просто, что мы можем приехать сюда как-нибудь еще, — усмехнулась Нэнси. — Будет так приятно вернуться в эти места и слушать только шепчущиеся дубы… а не собачьи завывания!

ЧЕРЕП ПИРАТА ЧЕРНАЯ БОРОДА

— Доброе утро, — крикнула Нэнси смотрителю заповедника, поднимавшемуся в гору по песчаной тропинке.

Юная сыщица со своими верными подругами Бесс и Джорджи прибыла на маленький остров в Северной Каролине и сняла коттедж на берегу залива.

— Я вижу, вы готовы к индивидуальному осмотру золота пиратов, — улыбнулся ей в ответ мистер Лейн, приветливый мужчина средних лет. — Большинство приезжающих сюда, на Пеликаний остров, в такую рань еще спят.

— А я давно встала, и мне не терпится посмотреть на дублоны! — объявила Нэнси.

По дороге к музею Лейн рассказал Нэнси, что пиратские дублоны — улов местного ныряльщика за моллюсками, который поднял их как-то со дна у северных берегов.

— Пеликаний остров, — объяснил смотритель, — долгое время служил местом стоянки и убежищем для пиратов, как, собственно, и другие острова в этом районе. Сам Черная Борода был Убит недалеко отсюда в 1718 году. Губернатор Вирджинии снарядил на собственные деньги корабль и приказал положить конец разбою на море.

— Каким же надо было быть смелым и хитрым, чтобы покончить с Черной Бородой, — заметила Нэнси.

— Ему было на кого положиться, — ответил Лейн. — Лейтенанту Роберту Мэйнарду потребовалось пять пуль и двадцать ударов шпаги, чтобы покончить с Черной Бородой. Мэйнард отрезал пирату голову и прикрепил ее на носу своего корабля. Так, во всяком случае, гласит легенда. Вы, наверное, слышали песню старого Джорджа Хей-баба про смерть Черной Бороды.

— А может быть, эти дублоны, которые у вас выставлены, принадлежали Черной Бороде? — спросила Нэнси.

— Все возможно, — ответил Лейн. — Если так, мне следует охранять их получше, — подмигнул он. — Черная Борода оставил смертное проклятие тому, кто украдет его добычу. — Смотритель замедлил шаг. — А вон и музей.

Здание музея располагалось у главных доков. Низкая деревянная постройка походила скорее на какой-то товарный склад — без окон и с одной большой дверью.

— Его возвела служба береговой охраны во время второй мировой войны для складирования морского снаряжения, — объяснил Лейн недоумевающей Нэнси. — Мы надеемся когда-нибудь построить настоящий музей.

Смотритель отпер тяжелую деревянную дверь и с усилием толкнул ее.

— А вот и старый сундук, — начал он и вдруг ахнул.

Нэнси проследила за его остекленевшим взглядом. В пустом углу, на старом деревянном обломке, бывшем когда-то носом корабля, лежал череп. Больше там ничего не было.

— Дублоны! Они пропали! — воскликнул смотритель. Бросив взгляд на череп, он прошептал: — Черная Борода! — Потом, оглядевшись по сторонам, добавил: — Не представляю, как сюда можно было проникнуть.

— А когда вы видели золото в последний раз? — спросила Нэнси.

— Вчера вечером, — ответил Лейн. — Я проверил его, прежде чем запирать дверь на ночь. Может быть, это начинает сбываться его проклятие?!

— А у кого еще был доступ сюда? — осторожно допытывалась Нэнси у взволнованного смотрителя.

— Ни у кого. Единственные ключи у меня, — ответил смотритель. — Ой, подождите! — вдруг воскликнул он. — Мой ассистент, Артур Хубер, на минутку возвращался туда за очками, которые забыл, но он ничего не выносил. Для пущей предосторожности и сохранности монет сундук был покрыт прочным прозрачным плексигласом, скрепленным болтами. И потом, я верю Артуру, — решительно закончил смотритель Лейн.

— А вы уверены, что заперли за ним дверь еще раз? — спросила Нэнси.

— Я проверил себя дважды, — объявил смотритель. — И утром-то она была закрыта.

Нэнси огляделась. Похоже, остальное было не тронуто.

— Боюсь, начальству это очень не понравится, — вздохнул Лейн.

— Я уверена, вы охраняли золото, как не смог бы никто другой, — успокаивала его Нэнси.

Пока Лейн ходил в береговую охрану и к шерифу, чтобы сообщить о случившемся, Нэнси обследовала помещение. Но ни возле черепа, ни где-либо еще никаких улик обнаружить не удалось. Тогда она решила осмотреть местность вокруг.

Она обошла ближайший причал. Заглядевшись на воду, она неожиданно столкнулась с пожилым человеком, который от толчка как-то беспомощно покачнулся и начал было падать. Но Нэнси успела подхватить его и помогла ему удержаться на ногах.

— Простите, ради Бога, что я толкнула вас, — запыхавшись извинялась Нэнси.

— Боюсь, это я зазевался, — стал в свою очередь оправдываться мужчина, и Нэнси уловила сильный английский акцент. — Никаких последствий. Спасибо за вашу сноровку.

Нэнси представилась.

— Колин Хадсон, — назвался седоволосый джентльмен. — Только что прибыл из Англии.

— А что привело вас на Пеликаний остров? — спросила Нэнси.

— Я служил здесь на траулере во время войны, — ответил мистер Хадсон.

— На этом острове? — воскликнула Нэнси удивленно. — Я не представляла, что война была так близко!

— Немецкие подводные лодки подорвали не одно ваше торговое судно, пока мы не пришли на помощь, — сказал мистер Хадсон. — Ваш флот не использовался против субмарин.

— Я представляю, как это непросто и какое нужно мастерство для такого дела, — произнесла Нэнси с уважением.

— Чертовски непросто, — согласился мистер Хадсон. — Это правда, — добавил он грустно. — Немецкая подлодка потопила мой корабль «Ланкастер». Может, даже кто-нибудь из моих матросов лежит здесь, на британском военном кладбище.

— Да, я заметила британский флаг и еще удивилась, почему он здесь, — ответила Нэнси.

— Это так благородно, что местные жители пожертвовали деньги и устроили кладбище для моих соотечественников, погибших тут неподалеку от острова во время войны. Я хочу посетить его, а еще посмотреть на останки «Ланкастера», — сказал мистер Хадсон.

— Очень жаль, что ваш корабль погиб, — тихо произнесла Нэнси, — но мне так интересно то, что вы рассказываете. Я уверена, мои подружки тоже с удовольствием послушают о тех временах. Приходите к нам в коттедж на обед сегодня вечером, — предложила девушка.

Лицо мистера Хадсона просияло.

— С удовольствием, — ответил он, улыбаясь.

— Я хочу приготовить одно блюдо по местному рецепту, — воодушевленно продолжала Нэнси. — Если не возражаете, я его на вас и испробую. Вам в семь удобно?

— Отлично, — ответил мистер Хадсон.

В скором времени вернулся Лейн, и Нэнси быстро поведала мистеру Хадсону о случившейся краже. Потом, вежливо извинившись, добавила:

— Увидимся за обедом. — И последовала за мрачным смотрителем в его контору.

— Боюсь, у меня нет никаких версий, — сказал он удрученно. — Я даже не представляю, как можно было залезть туда. Поневоле подумал о призраке Черной Бороды. Береговая охрана осматривает все суда в бухте. Пока это единственное, что удалось предпринять.

— Может, они найдут что-нибудь, — Нэнси пыталась утешить Лейна.

— Хорошо бы, если так, да что-то я сомневаюсь, — ответил смотритель. — При любом исходе я признателен вам за помощь, Нэнси.

Девушка решила еще раз осмотреть комнату. Опустившись на колени на неотесанный пол, она стала тщательно изучать череп. Оглядев его со всех сторон, она обнаружила странное темное пятно на одном из задних зубов. Уж не пломба ли это!

Никому не сказав о своей находке, Нэнси вернулась в коттедж.

Бесс с Джорджи слушали рассказ Нэнси о ее утренних происшествиях с раскрытыми ртами.

— Похоже, наш сыщик нашел себе новое загадочное дело, — толкнув локтем Бесс, сказала Джорджи. Та передернулась.

— А я совсем не в восторге, что там лежит этот череп, — заявила она. — Надеюсь, призрак Черной Бороды не будет приставать ко мне!

— Да ладно тебе, не будь такой мнительной, — пожурила ее кузина.

— Я нашла одну улику, — сказала Нэнси, хитро улыбнувшись, — она явно поубавит ваши опасения насчет призрака. В этом черепе на одном из зубов стоит пломба.

— А что, у Черной Бороды не могло быть кариеса? — возразила Бесс.

— Уж наверняка, — захихикала Нэнси, — только я сомневаюсь, чтобы он посещал дантиста!

— Все это не больше чем розыгрыш, — скривилась Джорджи.

— Думаю, ты права, — согласилась Нэнси. — Только мы никак не можем понять, как кто-то, если он не привидение, мог проникнуть в музей.

— Ну вот, теперь, когда у тебя на уме только эта новая загадка, мы уж и купаться не пойдем, как договаривались? — поддразнила подругу Бесс.

— О чем ты говоришь! — улыбнулась Нэнси. — Здесь прекрасный пляж, и я вовсе не собираюсь отказываться от такого удовольствия.

Девушки прекрасно провели время, плавали и загорали целый день.

— Я сегодня придумала на обед нечто экзотическое, и мне понадобится помощь, — загадочно произнесла Нэнси, когда солнце стало клониться к закату. Бесс с Джорджи уставились на нее, явно заинтригованные.

— Хочу сделать похлебку из моллюсков, — объявила она, — так что надо набрать целую корзину ракушек.

— У них внутри что-то вроде бабочек со сложенными крыльями! — воскликнула Бесс.

Усевшись на мокрый песок, все трое погрузились в раскопки, не обращая внимания на набегавшие и отступавшие волны. Вскоре корзина была полна.

По дороге домой Нэнси заглянула в музей. Новостей не было. Смотритель познакомил Нэнси со своим помощником — молодым, сухощавым парнем в очках.

— Это мой ассистент, Артур Хубер, — сказал Лейн. — А это — Нэнси. Она помогает в расследовании кражи, — объяснил он.

— Почему вы влезли в это дело? — неожидан, но грубо спросил Артур.

— Нэнси оказалась со мной, когда я обнаружил, что золото похищено, — вмешался Лейн.

— Я могу понять любопытство молодой леди, — отрезал ассистент, — но думаю, мы сами справимся с этой проблемой.

Смущенный грубостью своего подчиненного Лейн поспешил вывести Нэнси из музея.

— Артур последнее время такой дерганый, а сегодня со всеми этими делами — как никогда, — извиняющимся голосом произнес смотритель. — Вы уж простите его.

Нэнси почувствовала в поведении молодого человека что-то неестественное, но не стала делиться с Лейном своими мыслями.

И все-таки стычка с Артуром Хубером задела и разозлила ее. Она все время размышляла об этом инциденте, пока шла вдоль берега бухты к своему коттеджу, но стоило ей попасть домой, как она забыла обо всем и вместе со своими подругами погрузилась в таинство приготовления экзотического супа.

Почистив картошку и лук, они бросили их в кастрюлю с кипящими моллюсками. Пахло восхитительно, и трудно было удержаться, чтобы не попробовать.

— Потрясающе, — заметила Джорджи, осторожно отправляя в рот горячую ложку. — Теперь я понимаю, почему местные так любят эту гадость.

Бесс добавила к столу бутерброды с запеченными помидорами, сыром и луком. Потом они с Джорджи уселись на крыльце в ожидании мистера Хадсона, а Нэнси пошла переодеваться.

— Люблю эти розовые тона, — вздохнув, сказала Бесс, глядя на вечернее небо. — И лодки смотрятся особенно красиво.

— Великолепный закат! — согласилась Нэнси, присоединяясь к подругам.

Солнце уже почти совсем село, а мистер Хадсон так и не появился.

— Странно, почему он опаздывает, — в конце концов забеспокоилась Нэнси. — Пожалуй, мне надо пойти поискать его.

— А мы останемся на тот случай, если он появится, — предложила Джорджи.

В быстро сгущающихся сумерках Нэнси обошла всю бухту, но англичанина нигде не было. Поняв вдруг, что где-то неподалеку должно быть кладбище британских военнослужащих, она решила поискать его там. Уличного освещения не было, и Нэнси почти ничего не видела, так что двигаться приходилось медленно. Неожиданно, в тусклом свете одинокого фонаря, она увидела у дороги развевающийся на ветру британский флаг. Нэнси направилась к воротам. Хадсона и здесь не оказалось. Зато она заметила мемориальную доску с именами британских моряков, погибших в этих краях. Каково же было ее изумление, когда в списке имен она увидела «Колин Хадсон»!

Страшно напуганная, Нэнси заторопилась вдоль темной дороги обратно к бухте. Еще на подходе юная сыщица услышала звуки банджо и поющий голос. А потом ее ухо уловило слова: «британские ребята». Двигаясь на голос, она вышла к маленькому магазинчику, на пороге которого сидел старый, судя по всему, бывалый мужчина с обветренным лицом.

— Привет, — окликнула его Нэнси. Старик вскочил.

— Ух, как ты напугала меня, в глазах потемнело, — зарычал он.

— Простите, пожалуйста, — начала извиняться Нэнси. — Вы, должно быть, Джордж Хейбаб. Смотритель Лейн рассказывал мне, что вы сами пишете свои песни.

— Лейн считает меня исторической достопримечательностью, — отозвался Хейбаб, довольный что Нэнси слышала о нем. — Эту вот, что пел сейчас, я тоже сам сочинил. Страшно жаль этих английских ребят. Море выбросило их сюда в сорок втором.

Нэнси спросила Хейбаба, не видел ли он ее английского приятеля, но тот не припомнил.

— Да он просто забыл про ваш обед, — сказал певец.

Нет, этому Нэнси не верила. Попрощавшись с островитянином и взяв с него обещание, что он споет ей свою балладу о Черной Бороде, она поспешила в сторону дома, но вскоре свернула на пост береговой охраны.

И здесь не было никакой информации о мистере Хадсоне. Она уже вышла за порог, когда дежурный крикнул ей вслед:

— А вы не говорили с Джеральдом Карреном? Он увлекается историей второй мировой войны и до сих пор ныряет с аквалангом к затопленным кораблям. В-о-он его большой катамаран стоит в бухте. Но ночует он в коттедже. Там вокруг по ночам тьма кромешная, и вам может показаться страшновато, так что возьмите мой фонарь, он очень мощный. Вернете завтра.

Нэнси поблагодарила молодого офицера и направилась в сторону дома Каррена, который оказался неподалеку от ее собственного коттеджа. Тогда она решила сначала зайти к себе.

— Нэнси, где ты была? — Бесс вскочила ей навстречу. — Ты нашла мистера Хадсона?

— Нет, — с сожалением ответила Нэнси, — зато, похоже, появилась еще одна зацепка для расследования.

— Мистер Хадсон, должно быть, забыл, что приглашен к нам на обед, — предположила Джорджи. — А может, заснул.

— Да не похоже. Он был так рад этому, — нахмурилась Нэнси, Она уже стала беспокоиться, не попал ли он в какую-нибудь аварию.

— Знать бы, где он остановился, — вздохнула сердобольная Бесс.

— Надеюсь, мне удастся это сделать, — с воодушевлением произнесла Нэнси и рассказала подругам о Джеральде Каррене. — Если не удастся ничего узнать у него, завтра начнем проверять все местные гостиницы и коттеджи, — объявила она.

Джорджи предложила идти к Каррену вдвоем, но, зная, что Бесс будет страшно остаться одной, Нэнси решила, что пойдет сама.

Как и предупреждал дежурный, темно было — хоть глаз выколи. Не считая света в редких коттеджах, ее фонарь был единственным освещением. Увидев то, что, как ей казалось, она искала, Нэнси стала подниматься по песчаной тропинке вверх, освещая перед собой дорогу. На заднем крыльце горел фонарь.

— Эй, есть кто-нибудь дома? — выкрикнула она.

— Кого там еще носит? — послышался в ответ довольно грубый мужской голос.

Отойдя чуть назад, Нэнси назвалась и объяснила, зачем пришла.

— Прошу прощения, — более мягко сказал мужчина. — Я думал, это местные ребята или кто из туристов. Да, я Джеральд Каррен. Сейчас я впущу вас, одну минуту.

Нэнси услышала лязг разбрасываемых металлических предметов, потом открылась раздвижная Дверь. На пороге стоял светловолосый здоровяк с мощным мускулистым торсом. Нэнси дала бы ему лет сорок. Вокруг все было завалено какими-то ржавыми железяками, явно имевшими отношение к морскому оснащению. Девушка чуть не ударилась ногой о лопасть старого гребного винта.

— Извините, что побеспокоила вас, — сказала она, — я ищу мистера Хадсона. Может, вы видели его?

— Нет, — замотал головой Каррен, — мне нет дела до таких типов.

— Не исключено, что он отправился к «Ланкастеру», — заметила Нэнси.

Ей показалось, что аквалангист слегка вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

— Я бы его наверняка увидел, если бы он был там, — твердо ответил Каррен. — Я проплываю мимо «Ланкастера» каждый день. Собственно говоря, сегодня я был около него почти весь день. Хадсон вряд ли навещал его… А почему вы интересуетесь им? — спросил, наконец, Каррен.

— Он мой знакомый, — просто ответила Нэнси, — и сегодня мы пригласили его к себе в коттедж на обед.

— Он что, близкий знакомый? — резко переспросил Каррен.

— Достаточно, чтобы волноваться за него, — так же резко ответила Нэнси. Ее начал раздражать этот Каррен с его манерой задавать вопросы.

— Я бы не стал беспокоиться, — вкрадчиво произнес он. — Многие любят бродить в одиночестве, попадая на этот остров. А может, он давно спит. Или, в конце концов, посмотрел все, что хотел, и переправился на материк.

— Возможно, вы и правы, — произнесла Нэнси, но было видно, что он не убедил ее. — А как зародился ваш интерес ко второй мировой войне? — дружелюбно спросила Нэнси.

— Да это просто хобби, — ответил Каррен. — Вдобавок я инструктор по подводному плаванию, и получилось прекрасное совмещение.

— Я видела ваш катамаран на якоре, — продолжала Нэнси. — Он такой красивый. Там есть и спальные каюты?

— Есть, — ответил Каррен, — но на мой вкус уж больно там тесно. Я предпочитаю удобства коттеджа.

— Наверное, здесь действительно уютнее, — согласилась Нэнси. — Но так хочется побывать у вас на судне.

Казалось, это не очень понравилось Каррену.

— Ничего там особенного нет, — пробурчал он. — Ну, может, как-нибудь съездим, когда буду свободен. А где вы остановились?

— В коттедже Монро, в бухте, — ответила Нэнси.

— Вы здесь одна? — продолжал допытываться Каррен.

— Нет, с друзьями. Но я с удовольствием отправлюсь на экскурсию к вам на катамаран или к обломкам затонувших кораблей. — Нэнси не покидало чувство, что Каррен что-то скрывает, и хотела выпытать как можно больше.

— Если выкрою время, заскочу к вам, — сказал Каррен. — А теперь извините, у меня еще куча дел.

— Спасибо за помощь, — крикнула Нэнси, закрывая за собой дверь. Каррен что-то пробурчал в ответ.

На следующее утро, едва стало светать, девушка была уже на ногах. В ту ночь ей снилась всякая дребедень, так что она с радостью выскочила из постели. Она решила взять моторку и сама отправиться к «Ланкастеру».

Каково же было ее удивление, когда, прибыв на место, она обнаружила, что ее опередили: несмотря на столь ранний час, там уже был Джеральд Каррен. Весь его вид говорил о том, что он страшно недоволен ее появлением. Едва кивнув ей, он прыгнул вниз и скрылся под водой. Нэнси решила последовать за ним.

Она бросила якорь, закрепила лестницу и надела костюм. Потом прыгнула и стала медленно спускаться к «Ланкастеру».

В темно-серой воде его расплывчатые очертания выглядели призрачными. По словам мистера Хадсона, «Ланкастер» и кораблем-то настоящим не был, а так, маленьким перестроенным траулером, и Нэнси еще раз с восхищением подумала о британских моряках, преследовавших подлодки на таких вот полусамодельных суденышках.

Каррена нигде не было видно. Нэнси поплыла вокруг корабля и в одном месте обнаружила в корпусе большую дыру. «Должно быть, это от торпеды, которая и потопила его», — подумала она. Девушка осторожно двинулась внутрь, но вдруг что-то острое свалилось на нее. Это был скелет без черепа!

Нэнси никогда не теряла самообладания и сейчас, развернувшись, стала быстро подниматься вверх, ориентируясь на якорную цепь. Судя по пустой лодке Каррена, он еще не возвращался. Нэнси была уверена, что этот неприятный тип что-то задумал и история со скелетом его рук дело. Интересно, зачем ему пугать ее? Почему он хочет, чтобы она убралась?

Нэнси подплыла к своей лестнице, сняла ласты и взобралась в лодку. Здесь она стянула со спины тяжелые баллоны, завела мотор и направилась в сторону бухты. Порывистый ветер покрыл водную гладь белыми барашками, и лодка подпрыгивала на мелких волнах.

Бесс и Джорджи стояли на пирсе у коттеджа.

— Нэнси! — с радостью и облегчением закричала Бесс. — Я боялась, что ты натолкнешься там на привидение, в этих обломках.

— На самом деле привидение натолкнулось на меня, — загадочно ответила Нэнси, а потом рассказала подругам о свалившемся на нее скелете.

Бесс, побледнев, плюхнулась в шезлонг, а Джорджи с возмущением заявила:

— Этот Каррен та еще штучка. Даю голову на отсечение, что он все подстроил с «привидением».

Нэнси кивнула. Она опустилась на стул рядом с Бесс и какое-то время сидела, уставившись в одну точку. Потом неожиданно вскочила.

— Так! У нас, кажется, озарение, — понимающе произнесла Джорджи.

— Точно, — улыбнулась Нэнси, — но прежде чем отрабатывать эту версию, нам нужно проверить все гостиницы и коттеджи в поисках мистера Хадсона.

— Замучаешься спрашивать, — прокомментировала Джорджи. — Этот остров просто напичкан всякими местами, где можно остановиться.

— И все-таки давайте начнем, — настояла Нэнси.

— Секундочку, — вмешалась Бесс. — Как насчет легкого завтрака? Пока мы сами не превратились в привидения.

Нэнси и Джорджи тут же почувствовали, что голодны, как волки. Пока Нэнси принимала душ и переодевалась, Бесс поджарила кусочки бекона с вкуснейшим хлебом грубого помола и разбила туда яйца.

— М-м-м, как пахнет, — заулыбалась Нэнси, входя в маленькую кухню.

После завтрака, несмотря на бурные протесты подруг, Бесс настояла на том, что останется мыть посуду.

— Мне нравится вид на бухту из кухонного окна, — заявила она. — Он делает мытье посуды почти приятным.

— А я хочу поскорее найти мистера Хадсона. После обеда — уборка за мной, — пообещала Нэнси.

Чтобы ускорить поиск, девушки решили поделить все отели и коттеджи.

— Я возьму ту сторону бухты, — предложила Нэнси. — А тебе, может быть, удастся понаблюдать за Джеральдом Карреном, поскольку он тебя не знает.

— У-ух, дала бы я ему по роже, — решительно произнесла Джорджи при упоминании о Каррене. — Швыряться в людей скелетами! Какая наглость с его стороны!

Поиски мистера Хадсона заняли почти весь день, но ни к чему не привели.

— Похоже, он просто растворился в воздухе, — с досадой сказала Джорджи, когда они встретились дома уже совсем вечером.

Нэнси вспомнила о списке погибших на британском кладбище и фамилию исчезнувшего мистера Колина Хадсона, но решила пока не говорить об этом. Она действительно не верила в привидения и не видела смысла пугать подруг.

Бесс доложила, что в их отсутствие заходил Джеральд Каррен.

— Он сказал, что ты интересовалась его катамараном и его погружениями, но у меня сложилось впечатление, что он сам что-то вынюхивает. Все расспрашивал, куда это вы пошли да зачем вы пошли. А я говорю, что знать не знаю и, когда вернетесь, понятия не имею.

Нэнси поблагодарила Бесс за ее сообразительность, и та осталась очень довольна. Потом Бесс воскликнула:

— Боже правый, уже время обедать, а вы ведь даже без ленча.

— На твоем завтраке я продержалась почти весь день, — подмигнула ей Нэнси. У нее действительно не было аппетита. Ее все больше беспокоил мистер X аде он.

— А что, если принести из лавки Хейбаба свежей рыбы? — предложила она.

— Великолепная идея, — отозвалась Бесс. — Пока ты будешь ездить, я покопаюсь в кулинарной книге — я тут нашла кое-что — и выужу какой-нибудь подходящий рецепт.

Помимо моторки, в стоимость коттеджа входила и аренда велосипедов. Нэнси выбрала велосипед с прикрепленной впереди корзиной и медленно покатила вдоль берега. Занятая мыслями о краже золота и таинственном исчезновении мистера Хадсона, она изредка поворачивала голову, скользя взглядом по лодкам, тихо покачивающимся на воде.

Неожиданно мимо нее пронесся грузовик. Он так близко прижался к ней, что она вынуждена была съехать с дороги на мягкий песок. Нэнси с трудом удержала велосипед и все же успела разглядеть, что машина принадлежала службе заповедника!

Взбешенная, она налегла на педали и помчалась к дому смотрителя. Лейн сидел в качалке перед главным входом. Он страшно разволновался, услышав о случившемся и пообещал Нэнси выяснить, кто сидел за рулем.

— Я вам верю, — пыталась успокоить его Нэнси. — К счастью, со мной все в порядке.

— Не представляю, кто из наших сотрудников способен на такое. — Смотритель покачал головой. — Сначала кража, теперь это.

Когда Лейн упомянул о краже, Нэнси вспомнила, о чем хотела попросить его.

— Вы не дадите мне ключи от музея на вечер? — спросила она. — Мне надо осмотреть его еще раз.

— Конечно, — с готовностью ответил Лейн. — %ДУ рад проводить вас.

— Большое спасибо, но мне кажется, лучше, если я отправлюсь туда одна, — сказала Нэнси. — Я бы хотела пробраться незаметно, и одному человеку это всегда проще, — как можно тактичнее объяснила она. — Вы окажете мне еще большую услугу, если никому не скажете, что дали мне ключи.

— Никому ни единого слова, — пообещал смотритель. — Хотя должен признаться, вы меня сильно заинтриговали. Надеюсь, с вами ничего не случится.

— Завтра я принесу вам ключи и все расскажу в подробностях, — заверила его Нэнси. — Сейчас мне, пожалуй, пора, а то я не успею купить рыбу к ужину. — Она взяла ключи и заторопилась к лавке мистера Хейбаба.

— Я уже собирался закрывать, — объявил он, когда Нэнси появилась на пороге. — Что, отыскали своего приятеля?

Нэнси рассказала об их бесплодных усилиях.

— Ладно, юная леди, не беспокойтесь так. Объявится он, ваш приятель, — успокаивал девушку добродушный лавочник. — А что, если я предложу вам свежей голубой рыбы?

Нэнси согласилась, и Хейбаб протянул ей завернутую в газету рыбину. А когда она вытащила деньги, отрицательно замотал головой и сказал:

— В уплату и вы как-нибудь споете для меня.

Укладывая рыбину в корзину, Нэнси подумала, что перед отъездом с острова обязательно купит Хейбабу какой-нибудь подарок.

— Желаю добраться, до дома без кошачьего эскорта, — сострил лавочник, пока девушка усаживалась на велосипед. — Они любят мою рыбку.

Ужин был великолепен. Потом, во время мытья посуды, Нэнси снова и снова размышляла над историей с мистером Хадсоном и пропавшими дублонами. Юная сыщица решила подождать до полуночи и только тогда отправиться к музею.

— Ты уверена, что все будет хорошо? — озабоченно спросила Бесс, отправляясь в постель.

— Уверена, уверена, — успокоила ее Нэнси. — О моем ночном визите в музей не знает ни одна живая душа.

Джорджи все же предложила подруге проводить ее, но та отказалась, уверенная, что одной ей будет проще проскользнуть незаметно.

Когда несколько часов спустя Нэнси вышла из коттеджа, небо уже заволокло плотными облаками. Не было видно ни звезд, ни луны, уличные фонари не горели, и в бухте было темным-темно. И все же Нэнси решила не включать фонарик, чтобы пройти незамеченной. Она шла вдоль берега, ориентируясь на лязг лодочного снаряжения. Ни в одном из коттеджей не светилось ни единого окна. Было впечатление, что вокруг все спит.

Нэнси уже подошла к зданию музея, когда ей показалось, что кто-то идет за ней. Она остановилась и прислушалась. Какая-то лодка терлась бортом о деревянный причал, и Нэнси решила, что именно эти звуки и смутили ее. Музей выглядел как темный призрак. «Хорошо, что в нем нет окон», — подумала девушка. Никто не увидит ее фонарика.

Нэнси сунула тяжелый железный ключ в замок и тихо открыла дверь. Потом плотно закрыла ее за собой и только после этого включила фонарик, направив луч в пол. Присев на корточки, она обследовала место, где стоял сундук, но ничего не обнаружила. Не дал результатов и осмотр всего пола.

Наконец, она двинулась к столу Артура Хубера. Тщательно изучив доски под ним, Нэнси увидела искусно замаскированную в полу щеколду. Она отодвинула ее, и потайная крышка люка открылась. Внизу была вода. Вдруг перед ней будто заплясала тень призрака.

— Черная Борода, — тихо пробормотала Нэнси. Несмотря на все свое скептическое отношение к привидениям, она задрожала от страха.

Почти в ту же секунду кто-то сзади ударил ее по голове и столкнул в воду!

Спустя какое-то время она очнулась и поняла, что связана, во рту кляп. Голова раскалывалась от боли. Оглянувшись, Нэнси увидела, что находится в каюте катамарана, скорее всего, катамарана Джеральда Каррена. В этом не было сомнений!

На койке напротив лежал Колин Хадсон! Он улыбнулся ей, насколько это было возможно: как и у Нэнси, у него во рту торчал кляп. Девушка в ответ подмигнула. Оба старались продемонстрировать друг другу, что дух их не сломлен. Пожилой англичанин выглядел бледным, изможденным, и Нэнси с возмущением подумала, что Каррен его вообще не кормил.

Неожиданно она почувствовала, что катамаран поплыл, а через какое-то время его стало довольно сильно подбрасывать. Нэнси догадалась, что это уже не тихие воды бухты. Выход на палубу был плотно закрыт, воздух в каюту еле проникал через малюсенький иллюминатор. Было душно и неудобно.

«Сейчас только не хватает, чтобы началась морская болезнь», — уныло подумала Нэнси.

Через иллюминатор в каюту донеслись чьи-то голоса. Нэнси прислушалась и узнала Джеральда Каррена и Артура Хубера.

— Чертова девица! — шипел Хубер. — Одного старика было достаточно. А теперь, после стольких месяцев подготовки, вклинивается она.

— Да брось ты! — резко оборвал Каррен. — Никто не знает, что она вообще входила в музей, а потом они сами не смогут туда попасть, если только не взломают дверь. Вспомни, единственные ключи спокойненько лежат на дне бухты, куда мы их сплавили.

— Но ее подружки рано или поздно поднимут тревогу, и ее начнет искать вся береговая охрана, — возразил Хубер.

— До утра они не поймут, что она пропала, — ответил Каррен. — А к тому времени мы их высадим со стариком на каком-нибудь крошечном островке за сто миль отсюда. Ты появишься на работе как ни в чем не бывало. Я спрячу золото в своем железном хламе. А когда они найдут их — если вообще найдут, — я уже буду со своей добычей на пути к дому. Тебе хорошо бы тоже смотаться в какое-нибудь безопасное место.

— Они объявят на меня розыск, — захныкал Хубер.

— Заткнись, — гаркнул Каррен. — Ты теперь по уши в этом деле, так что лучше помогай мне.

На какое-то время голоса стихли. Лодка плыла все дальше. Потом Нэнси снова услышала разговор.

— Скоро рассвет, — озабоченно сказал Хубер.

Послышался звук брошенного якоря.

— А мы уже на том месте, где я и планировал, — прорычал в ответ Каррен, — Вот эти затонувшие обломки. Мне нужно минут пятнадцать, чтобы поднять золото, а потом мы выгрузим девицу и старика. Надеюсь, ты справишься с этой связанной парочкой, пока меня не будет, — съязвил Каррен.

Нэнси услышала всплеск воды и поняла, что тот нырнул.

— Безмозглая обезьяна! Пустая гора мышц! — выругался вслед Хубер.

Нэнси стала соображать, но мысли у нее путались. Скорее всего, этот хлюпенький смотритель дождется, когда Каррен начнет всплывать, но еще не поднимется на поверхность, и тогда нападет на него.

Поняв, что ни времени, ни выбора у нее нет, Нэнси стала оглядываться вокруг, ища хоть какой-нибудь способ привлечь к себе внимание.

А в коттедже в ту ночь ни Бесс, ни Джорджи так и не могли заснуть.

— Беспокоишься? — спросила Джорджи, застав кузину на кухне.

— Ага, — призналась Бесс. — Ушла-то она давно. Я понимаю, она не хотела, чтобы кто-нибудь знал, куда она идет. Ну, а если с ней что-то случилось?

— Да, — согласилась Джорджи. — Пойдем-ка к музею. Если Нэнси там нет, тогда заявим в береговую охрану, что она пропала.

Джорджи нашла в комоде фонарик, но батарейки в нем сели.

— Похоже, будет темновато, — предупредила она Бесс.

— Слушай, я так волнуюсь за Нэнси, что мне уже все равно, пусть придется сражаться врукопашную со всеми привидениями острова, — отважно заявила Бесс. — Давай что-нибудь накинем на себя и пошли.

Несмотря на полную темноту, сестрички старались идти как можно быстрее. Один раз Бесс услышала какой-то странный звук и вцепилась в руку Джорджи.

— Да это просто жаба, — успокоила ее кузина. Бесс извинилась, но потом решительно заявила:

— Жаба или не жаба, а я доберусь до музея, или провалиться мне на этом месте.

Дойдя до здания музея, Джорджи стала громко стучать и звать Нэнси. Никто не ответил. Тогда девушки бросились в службу береговой охраны.

— Я даже не хочу думать о том, что с ней могло случиться, — бормотала Бесс.

Сестры застали того же самого офицера, с которым прошлым вечером Нэнси разговаривала о Колине Хадсоне. Услышав об исчезновении Нэнси, он страшно изумился.

— Ночной патруль еще не вернулся, — сообщил он. — Я сейчас же проинформирую о Нэнси капитана Доуля. Те, кто несет вахту на берегу, сразу же начнут поиск в окрестностях музея и в бухте. Что-то здесь на острове стали неожиданно пропадать люди, — заметил офицер задумчиво. Потом он вызвал по радио ночной патруль.

— А что, если вы присоединитесь к ним? — предложил дежурный. — Уверен, они будут рады любой помощи, которую вы им окажете.

Выворачивая шею, Нэнси пыталась разглядеть, что находится у нее за спиной, и, наконец, увидела корабельный гудок. Не теряя времени, она принялась извиваться всем телом, пока не уперлась в него боком. Мистер Хадсон с удивлением наблюдал за ней, а Нэнси своим бедром выжимала 8О8. Гудок ревел с такой силой, что чуть не оглушил ее.

— Что ты делаешь? — пронзительно кричал Хубер, спускаясь в каюту. — Полетишь за борт со связанными руками и ногами, если еще выкинешь подобный трюк.

В это время вдалеке послышалась сирена береговой охраны, и молодой человек весь напрягся. Буркнув в адрес Нэнси какое-то проклятие, младший смотритель включил бортовое радио. Он специально настроился на музыкальную волну и сделал максимальную громкость.

— Это заглушит твои вопли, — с издевкой бросил он Нэнси и полез наверх на палубу, чтобы встретить береговую охрану.

Через несколько минут послышался громкий голос:

— Эй, на корабле! Я капитан Доуль из береговой охраны. Мы приняли ваш SOS.

— Извините, капитан, — вкрадчиво произнес Хубер. — Я просто хотел проверить, как работает гудок. Я был уверен, что меня никто не услышит.

— Скажите, вы, кажется, один из смотрителей заповедника? — спросил капитан Доуль.

— Да, — ответил Хубер. — Я еще новичок в морском деле. Мне и в голову не пришло, что я посылаю сигнал.

— А что вы делаете на катамаране Каррена? — спросил капитан.

— Джеральд Каррен сказал, что нашел интересные вещи периода второй мировой войны и хотел бы, чтобы мы выставили их у себя в музее. Вот я и решил посмотреть на них на месте, — ответил Хубер.

— Вам не встречалась такая рыжеватая девушка лет восемнадцати? — спросил Доуль.

— Увы, не встречалась, — ответил Губер. — А что, кто-то пропал?

— Мы получили приказ по радио о розыске Нэнси Дру, — объяснил капитан.

Напуганная тем, что лодка береговой охраны может вот-вот отчалить, Нэнси лихорадочно искала выход из положения. Уходя из каюты, Хубер отодвинул гудок, так что его уже было не достать. Тогда она решила, что, если ей удастся придвинуться к вешалке, она сможет выставить одну ногу прямо перед иллюминатором.

На ее счастье, молодой матрос увидел ее ногу. Он наклонился к капитану и что-то прошептал ему на ухо.

— Вы не могли бы спуститься к нам на борт, Хубер, подписать одну бумагу? — обратился к смотрителю капитан. — Это простая формальность Инструкции, знаете ли, — пожаловался он. — С этой писаниной я никогда не выйду в открытое море.

Ничего не подозревая, Хубер стал перебираться в лодку береговой охраны. Два матроса взяли его под руки, как бы помогая ему спуститься, но тут же зажали в железных тисках.

— Что все это значит? — запротестовал Хубер пытаясь освободиться от опеки крепких парней.

— Один из моих людей обратил внимание на необычный груз, — сурово произнес капитан. — И если вы не убедите меня, что находками периода второй мировой войны являются молодые девушки, у вас будут серьезные неприятности.

— Это все Джеральд Каррен, — жалко запричитал Хубер.

Войдя в каюту и снимая с Нэнси веревки, капитан Доуль не удержался от комплимента:

— Да вы просто акробат или даже «человек-змея».

— Когда-то выучила несколько гимнастических трюков, — скромно объяснила девушка симпатичному бородатому капитану.

— Очень рад, что они пригодились, — отозвался он, — а то мы так бы вас и не нашли. Здесь бесчисленное множество малюсеньких островков, куда бы вас свезли, и все.

— Я просто счастлив, что Нэнси оказалась со мной, — произнес мистер Хадсон, с усилием растирая те места на руках и ногах, где были веревки. — Никогда не думал, что видавший виды морской волк вроде меня с таким отвращением отправится в плавание. Но этот корабль я мечтаю побыстрей покинуть от греха подальше.

— Каррен давал вам хоть что-нибудь поесть? — спросила Нэнси.

— Нет, — ответил мистер Хадсон. — Думаю, он боялся, что, если вытащит кляп, я буду орать — и я бы сделал это.

— Но мы не видели Джеральда Каррена, — сообщил им капитан.

— Он спустился к обломкам корабля, — ответила Нэнси. — Он спрятал там дублоны, которые Украл из музея заповедника.

— Это Каррен и Хубер украли золото? — выдохнул капитан.

Нэнси кивнула.

— Мне кажется, встреться я с Хубером лицом к лицу, он бы признался.

Капитан одобрил ее план. Они выбрались из каюты, и Нэнси без посторонней помощи перебралась с катамарана в лодку береговой охраны.

Хубер сидел между двумя матросами мрачный и надутый. Рядом с такими здоровыми ребятами он выглядел как капризный ребенок.

— Каррен и Хубер сообщники, — начала Нэнси. — Работая по ночам, Каррен проделал дыру в полу музея. Хубер натыкал в доски под своим столом шипов, чтобы Каррен знал, где делать вырез. Смотритель прикрыл все следы и сделал незаметную задвижку на дверцу люка.

— Почему же мы не видели Каррена? — спросил капитан Доуль.

— А потому что он погружался и всплывал под своим катамараном, — объяснила Нэнси. — Как только люк был готов, Хубер в один прекрасный вечер притворился, что забыл в музее очки, и вернулся туда. Там он спустил через люк сундук с золотом, а на его место водрузил череп.

— А где они его взяли? — спросил Доуль.

— На «Ланкастере», — сказала юная сыщица. — Каррен сбросил на меня скелет, когда я спускалась туда.

— Идиот! — в ярости заорал Хубер. Нэнси продолжала, игнорируя смотрителя.

— Как только стемнело, Каррен подобрал сундук, а на рассвете спрятал его в обломках корабля. Когда на следующий день береговая охрана обыскивала его катамаран, то, естественно, там ничего не нашли.

— И тут на сцене появляюсь я, — вступил Колин Хадсон. — Я заглянул к Каррену в то утро, как раз после нашего разговора, помните, Нэнси? Он слышал, что я интересуюсь «Ланкастером», и предложил доставить меня туда.

— И вы обнаружили там золото, — сделала вывод Нэнси.

— Именно, — подтвердил старый моряк. — Я знаю внутреннее устройство «Ланкастера» лучше, чем свое. Ну, а после того как я нашел золото, этот тип, Каррен, которому и в голову не приходило, что я обнаружу его клад, решил, что от меня лучше избавиться. Дал мне по голове и затащил опять на свой катамаран.

— А мы к тому времени уже проверили его, — сказал капитан Доуль.

— Каррен и меня пытался остановить, когда я появилась на «Ланкастере» на следующее утро: сбросил мне на голову скелет, — добавила Нэнси. — Тогда я и догадалась откуда взялся череп. И это натолкнуло меня на мысль, что где-то должен быть и потайной люк. Хотя, признаться, был момент, когда я подумала, что все это происки Черной Бороды.

— Ты все разрушила, — взорвался Хубер.

— Каррен может подняться в любую минуту, — предупредила Нэнси капитана.

— Мы готовы к встрече, — объявил он.

Каррен поднялся из глубин вместе с золотом. Увидев своего напарника арестованным, он сразу же признался и в краже, и в похищении Хадсона и Нэнси.

— Надо же, девица меня разоблачила, — пробормотал он подавленно.

В тот вечер Нэнси, Бесс, Джорджи, а также мистер Хадсон обедали у гостеприимного смотрителя Лейна и его жены.

— Если вы пойдете со мной, вас ждет один (сюрприз, — объявил он, когда все закончили трапезу. Глаза его заговорщически прищурились.

Он привел своих гостей к лавке мистера Хейбаба. Тот сидел на крыльце с банджо в руках и приветственно улыбался им. Не говоря ни слова, он начал играть.

— Баллада о Нэнси Дру, — произнес он, сыграв несколько аккордов. В песне рассказывалось о приключениях Нэнси на Пеликаньем острове.

Все завороженно слушали его, а когда он закончил, разразились громкими аплодисментами.

— Получилось даже лучше, чем песня о Черной Бороде, — воскликнул Хейбаб.

— А вы обещали мне спеть ее, — напомнила ему Нэнси. Хейбаб запел, и все затихли, слушая историю кровавой смерти знаменитого пирата.

Нэнси улыбнулась и, поблагодарив Хейбаба, спросила:

— А вы не споете свою песню о британских моряках для мистера Хадсона?

— А где мистер Хадсон? — спросила Джорджи. Все стали оборачиваться и искать его глазами. Старый джентльмен исчез. Нэнси наконец рассказала своим друзьям, что видела его фамилию в списке погибших на британском кладбище.

— Полагаю, он пришел еще раз, чтобы выручить нас. Это вроде ответной благодарности за кладбище британских моряков, которое устроили жители острова, — тихо произнес Джордж Хейбаб.

— Если бы не он, никому и в голову бы не пришло отправиться на «Ланкастер», — заметила Нэнси.

Она посмотрела на Бесс, которая внезапно побледнела.

— Все нормально, — успокоила та Нэнси. — С добрыми привидениями я, видно, полажу.

ПРИЗРАЧНЫЙ БЕГУН

Однажды вечером Нэнси со своими верными подружками отправилась в парк, где собиралась компания молодых людей, занимающихся бегом трусцой. Девушек, правда разъединили, и Нэнси оказалась рядом с какой-то фигурой в длинной белой накидке с капюшоном, полностью закрывающим все лицо.

«Странное обмундирование для бега», — подумала Нэнси.

Не успела она произнести это про себя, как фигура вытянула вперед руку со свернутым листом бумаги. Юная сыщица быстро схватила ее и стала на бегу разворачивать. Чернила были подозрительно бледными, но, приглядевшись, Нэнси смогла разобрать:

НЭНСИ, НАЙДИ ИХ В ПУСТОМ САРАЕ

С КРАСНОЙ ЛОШАДЬЮ НА НЕМ.

ФАМИЛЬНОЕ ПРИВИДЕНИЕ

— Кто ты? — резко обернувшись, спросила Нэнси.

Но призрачное существо исчезло!

У Нэнси резко участилось сердцебиение. Что это еще за странное видение?

Она старательно оглядывалась по сторонам, но призрак в капюшоне будто растворился в вечерней дымке. Прибавив шагу, Нэнси догнала ребят и спросила, не видели ли они странной фигуры в белом. Большинство ответили отрицательно, хотя двое показали куда-то в сторону деревьев.

Нэнси побежала в направлении леса, но так и не обнаружила загадочной фигуры. По дороге назад ее сердце снова учащенно забилось: в какой-то момент ей показалось, что между деревьями промелькнуло что-то белое, но, когда она прибежала туда, никого уже не было.

Встревоженная, Нэнси заторопилась к группе бегунов, нагнала их только на выходе из парка и вместе со всеми выскочила на улицу. Не прошло и нескольких минут, как она добежала до дома и ворвалась в гостиную.

Ханна Груин, экономка и ангел-хранитель их дома, сидела в своей небольшой уютной комнате и смотрела по телевизору новости. Взглянув на Нэнси, она ахнула.

— Девочка, ты белая как полотно. Этот джоггинг явно тебе не на пользу. Ты бы немного отдохнула.

— Ханна, милая, все нормально. Я просто немного испугалась, вот и все.

— Хулиган? — озабоченно спросила Ханна.

— Не-а. Привидение! — Нэнси рассказала все, что с ней произошло.

— Интересно… — произнесла экономка, но дальше этого ее размышления не пошли.

— Интересно что? — подталкивала ее Нэнси.

— Связано ли как-нибудь сообщение по телевизору с тем, что произошло с тобой.

— А о чем было сообщение? — поинтересовалась Нэнси.

— Пропали двое детей, брат и сестра, восьми и десяти лет. И пока не известно, то ли они сами убежали — просто захотели побродяжничать и заблудились, то ли их похитили. У полиции никаких улик.

— Как ужасно! — воскликнула Нэнси. — И ты думаешь, бегущий призрак как-то связан с этим? Миссис Груин улыбнулась.

— Скажу больше. Я уверена, он хотел, чтобы ты решила эту загадку!

— А что, Ханна, ты становишься детективом на дому, — улыбнулась Нэнси. — Интересно, насколько ты права, — добавила она, прислушиваясь к новостям в надежде, что ведущий повторит сообщение о детях. Но этого не произошло. Нэнси поискала на других каналах — и там ничего.

Девушка выключила телевизор и растерянно уставилась в одну точку. Ей надо было принять какое-то решение. Работать над версией, которую ей подбросил призрак, или ждать новой встречи с ним? Через несколько минут Нэнси сняла трубку и набрала телефон Джорджи.

— Да нет, со мной все хорошо, — ответила она на вопрос подруги. — Правда, я страшно испугалась там, в парке, ну, когда мы разделились. Слушай, ты составишь мне компанию завтра утром? Надо поискать кое-какие улики.

— Естественно. А что, новая история?

— Похоже, что так. Ладно, я заскочу за тобой в десять. А Бесс свободна?

— Нет. У нее какие-то планы на завтра.

Когда на следующее утро Джорджи уселась к Нэнси в машину, она тут же потребовала подробного объяснения, куда они едут и зачем.

— Нам надо найти какой-то уединенный сарай с красной лошадью на крыше, — сказала Нэнси.

— Ну, такое попробуй найди, — пробурчала Джорджи. — А в чем дело?

— Я не совсем уверена, но там могут прятать этих двух пропавших ребят.

— Ого! — воскликнула Джорджи. — И ты рассчитываешь, что я буду помогать тебе вызволять их оттуда?

— Ты удивительно догадлива.

— Не-е-т, так дело не пойдет, — улыбнулась Джорджи. — Если это похищение, какой они требуют выкуп?

Вместо ответа Нэнси рассказала подруге о призрачном существе, которое передало ей записку.

— Потом Ханна услышала сообщение о пропавших детях и попыталась как-то соединить одно с другим. Может, мы, что называется, гоняемся за дикими гусями, но, если ты боец…

— Ты хочешь сказать, за дикими лошадьми! — скаламбурила Джорджи. — О'кей, Нэнси, едем. Но где это?

— Хотела бы я знать, — ответила подруга. — Одна надежда на твои зоркие глаза. Смотри в оба.

Они проехали несколько миль в сторону от города, пока не увидели уединенно стоящий сарай.

— Посмотри! — закричала Джорджи. — Шестигранная вывеска с красной лошадью.

Нэнси остановила машину за кустами неподалеку от въезда на боковую, заросшую дорогу.

— Дальше нам лучше пройтись пешком, — сказала она.

Когда они приблизились к старому сараю, то услышали внутри голоса.

— Я не хочу ни на какое озеро. Я хочу домой! — отчаянно визжал детский голос. «Не тот ли это ребенок?» — подумала Нэнси.

Они с Джорджи осторожно подкрались к задней двери и увидели двух мужчин и женщину. Один мужчина держал вырывающуюся девочку, другой — темноволосый крепкий детина — пытался справиться с мальчишкой, который тоже как мог отбивался от своего обидчика.

— Ты это брось, малявка! — заорал здоровяк, но мальчик не послушался.

— Помогите! Помогите! — кричала девочка.

Наконец, мужчины схватили ребят так, что те уже никак не могли сопротивляться, и потащили их к широкой передней двери. Тут же на улице их ждал темный фургон. Запихнув детей на заднее сиденье, они сами быстро вскочили на переднее, а женщина уселась за руль. Секунду спустя взревел мотор, и машина сорвалась с места.

— Быстрей! — воскликнула Нэнси. — Давай за ними!

Девушки бросились к своей машине и, не теряя времени, помчались вслед за фургоном по сельской дороге. Вдруг Нэнси с досадой стукнула по рулю и застонала: ее малолитражка стала заметно снижать скорость. Стрелка показывала, что бензин на нуле. Когда мотор окончательно заглох, ей ничего не оставалось, как вырулить на обочину. Джорджи тем временем не спускала глаз с удалявшегося фургона. Подъехав к развилке, машина взяла влево и скрылась.

— Вот досада! И главное, было так далеко, что я не разглядела номера, — в сердцах сказала Джорджи. — Знать бы, куда они направились. Бедные детишки! Слушай, а бак что-то не того. Я точно помню, что, когда мы выезжали, он был полный.

— Знаю, — озабоченно сказала Нэнси. — Но надо как-то выследить их. Теперь, похоже, единственный шанс — попробовать еще раз встретиться с призрачным бегуном. Может быть, даже сегодня вечером.

Джорджи вылезла из машины и замахала приближающемуся грузовику. Шофер любезно согласился доехать до заправочной и попросить там служащего подвезти девушкам канистру с бензином.

Наполнив бак, Нэнси с Джорджи решили при первой же возможности позвонить в полицию прямо с дороги. Однако, как и опасалась Нэнси, имея в качестве улики один лишь фургон, нечего было и надеяться найти детей.

Обратно машину вела Джорджи. Остановившись около своего дома, она обернулась к подруге.

— Позвони, если появится что-нибудь новое, и будь осторожней!

— Ладно, — отозвалась Нэнси, пересаживаясь на водительское место.

Дома она быстро переоделась в свой теплый спортивный костюм и в семь уже была около парка. Погода портилась — явно похолодало и начинал моросить дождь.

Нэнси показалось неудобным стоять и заглядывать в лица бегущим, и она решила тоже побежать. Ей пришлось сделать два круга по гаревой дорожке, прежде чем появился призрак. На нем была та же длинная белая накидка с капюшоном. Он ускорил шаг, чтобы догнать Нэнси, и так же, как в прошлый раз, резко вытянул руку с бумагой. Девушка приостановилась и развернула записку.

СПАСИБО ЗА ТЯЖЕЛУЮ РАБОТУ. ЖАЛЬ, ЧТО ВСЕ ТАК ЗАКОНЧИЛОСЬ.

ТЕПЕРЬ ПОПРОБУЙ НАЙТИ РЕЧНОЕ СУДНО СО СТАРЫМ МОРСКИМ КАПИТАНОМ!

Нэнси повернула голову, чтобы задать своему попутчику вопрос, но он исчез так же неожиданно, как и появился.

Куда? Как? Нэнси посмотрела вперед, потом по сторонам. Никаких следов. «Какая-то фантастика», — подумала она. При всем желании спрятаться было просто некуда. И даже в сумерках белый плащ уж обязательно мелькнул бы светлым пятном, будь он где-то поблизости.

«Так, дорогая, — сказала себе Нэнси. — Делай, что тебе говорят, потом будешь выяснять, что это за „фамильное привидение“.»

Юная сыщица снова позвонила в полицию, но там, очевидно, сочли ситуацию еще слишком неясной, чтобы подключаться самим.

Дома Нэнси рассказала всю эту странную историю отцу и спросила:

— Пап, ты не слышал, у нас на реке есть какой-нибудь корабль, который бы водил старый морской капитан?

Мистер Дру на какое-то время задумался.

— Я что-то припоминаю. Давным-давно как-то один морской капитан поставил у речного причала Ривер-Хайтса свою посудину. Он был отшельником и вообще, видно, со странностями.

— А он еще жив? — вырвалось у Нэнси. Мистер Дру неуверенно покачал головой.

— Я слышал пару лет тому назад, что и лодка, и капитан исчезли. Говорили, он, должно быть, попытался вернуться в морской залив.

— А что это было за судно? — спросила Нэнси.

— Насколько я знаю, это был пароход под названием «Магнолия».

— Не понимаю, что может быть общего между запиской моего бегуна-призрака и речным пароходом с его капитаном? Ясно одно, чтобы спасти детей, нельзя терять ни минуты, а что я могу сделать, пока темно?

Нэнси позвонила Бесс и Джорджи.

— Утром хорошенько позавтракайте, — предупредила она. — Предстоят серьезные поиски. Надо найти этих несчастных ребят!

— Слушай, а давай перед выездом немного побегаем? — предложила Джорджи.

— А что, неплохая мысль, — отозвалась Нэнси. — Нельзя упустить шанс побегать с фамильным привидением. Он ведь с таким же успехом может появиться и днем, как появляется вечером. Я заскочу за вами в семь.

Увы, утром загадочная фигура не появилась на беговой дорожке.

— Я, похоже, сбросила бы немного, если б мы еще побегали, — запыхавшись проговорила Бесс.

— Ах ты мой скелет, — поддразнила сестру Джорджи. — Кстати, сегодня передали, что пока о пропавших детях нет никаких известий.

— Если полиция не может их найти, какие у нас шансы для этого? — пожала плечами Бесс.

— Ты забыла, как мы завоевали свою фантастическую популярность? — возразила Джорджи. — У нас есть энергия и решительность!

И у нас есть Нэнси! — напомнила ей Бесс и рассмеялась.

Когда они доехали до реки, Джорджи решила выяснить у своей подруги-сыщицы, где та собирается искать ключ к разгадке.

— У местных речников, — ответила Нэнси. — Нэд как-то ездил в поход на остров Высокого Дерева и встретил там человека по имени Пит, который знает все о реке Маскока. Попробуем добраться до него.

— И как ты собираешься это сделать? — поинтересовалась Джорджи. — Вплавь?

— У меня для вас есть большой сюрприз, — сказала Нэнси в ответ, припарковывая машину. — Идите за мной!

Нэнси привела их к пристани, где лодки выдавались напрокат, и показала на сияющий, темно-бордового цвета быстроходный катер с белой надписью на борту: «Искатель».

— Хорош, правда? — радостно воскликнула Нэнси.

— Подожди, не говори ничего, — сказала Бесс. — Я попробую сама догадаться. Твой отец купил это для тебя вчера!

Нэнси расхохоталась.

— Ну, не совсем. Но он действительно арендовал его на пару месяцев, чтобы выезжать на уикэнд.

— Он просто чудо! — согласилась Джорджи. — И мы поплывем на нем во Флориду? Нэнси оценила юмор подруги.

— Не сейчас. Пока только до острова Высокого Дерева. На борт, друзья!

Девушки забрались на сияющий катер, и «Искатель» рванул по реке. За штурвалом стояла Нэнси.

— Какая гладь, точно шелк, — сказала Бесс.

— Да, я бы предпочла просто покататься, а не заниматься пропавшими детьми, — призналась Джорджи.

Все согласились.

Следуя инструкциям Нэда, Нэнси добралась до небольшого участка суши, покрытого низкорослыми деревьями. В центре возвышалась одинокая розовая сосна. За деревьями находилась пристань и маленькая хижина. Перед ней подремывал симпатичный охотничий пес, однако, услышав шум мотора, пес поднял голову, моргнул одним глазом, встал и залился глубоким, гортанным лаем.

В тот же момент открылась дверь. На пороге появился высокий, худой мужчина с огромными руками и ногами. Он мотнул головой, как будто только что проснулся. Ветер трепал его нечесаные светлые с проседью волосы.

— Нечто вроде комитета по торжественной встрече гостей, — тихо прыснула Бесс.

— Доброе утро, — сказала Нэнси. — Извините, что побеспокоили вас. Вы Пит, знаменитый речник?

— Я Пит, — ответил мужчина, улыбаясь, и уголки его рта полезли вверх. — Никакого беспокойства нету. Мы скучаем вдвоем — этот вот Моряк да я. — Он с любовью потрепал старого пса. — И чем же я могу вам помочь?

— Мне сказали, — начала девушка-сыщик, — что вы знаете об этом легендарном пропавшем пароходе «Магнолия».

— А почему это пропавшем? — быстро проговорил Пит. — Все эти слухи — сплошная болтовня. Просто кое-кто хочет, чтобы не знали, где он.

— Но почему?

— Откуда мне знать. Я бы и сам не прочь посмотреть, на что сейчас похожа «Магнолия». Крысы всякие, белки с птицами могли такое на нем устроить!

— Нам необходимо его найти, — уговаривала Пита Нэнси. — Может, вы нас свозите к нему сегодня?

Пит заметил нетерпение в ее глазах.

— Любите приключения, а? — ухмыльнулся он. — А что, почему бы и нет? Я только предлагаю немного перекусить перед дорогой.

Бесс обрадовалась этому предложению особенно. Было приятно поесть свежих фруктов и выпить чего-нибудь холодненького. Нэнси тем временем рассказала Питу о цели их поисков.

Речник привязал пса, надел потрепанную шляпу, и все четверо погрузились на «Искателя». Когда они проплыли около мили, Пит велел Нэнси свернуть в узкий тенистый залив.

Девушка немного насторожилась.

— А там не опасно? — спросила она. — Как насчет коряг и всяких бревен в воде? Мы там не застрянем?

— Если держаться середины, все будет в порядке, — ответил речник, помогая Нэнси держать курс. Минут через десять он воскликнул:

— Смотрите! Вот он!

Девушки стали всматриваться вперед. У лесистого берега на мертвом якоре стоял маленький пароходик. Когда-то он был выкрашен в белый цвет, но сейчас краска почти везде облупилась, и он выглядел жалким и заброшенным.

— Я думала, там никто не живет, — заговорила Бесс. — Но мне показалось, я видела свет.

— Этого не может быть, — ответил Пит. — Лучше посмотреть, кто там на корабле. — Когда «Искатель» подошел ближе, он сложил руки рупором и крикнул: — Эй, на «Магнолии»!

На палубе никто не появился, но зычный голос прогремел:

— Попробуйте приблизиться, и вы пожалеете! Бесс затрясло.

— Ой, Пит, давайте обратно, — захныкала она.

— Не сейчас, — сказала Джорджи. — Все только начинается.

Вдруг с парохода донеслись пронзительные крики.

— Не трогайте меня! — вопил ребенок. — Я не сочу оставаться здесь с вами! Я хочу домой!

Подружки переглянулись. А вдруг это тот самый мальчишка, которого похитили? Может, им рискнуть и попытаться взойти на борт парохода?

— Это слишком опасно, — объявила Бесс. — там явно какой-то преступник, и мы сами можем ^опасть в переплет.

Пит поднял руки.

— Так, успокоимся! — сказал он. — Вы ждите здесь, а я схожу на «Магнолию» и выясню, что там происходит.

Но его предложение запоздало. Нэнси уже медленно поднималась по веревочной лестнице, свисающей по борту парохода. Она почти долезла до грузового отсека, когда мужчина в форме капитана перегнулся через перила и приказал ей остановиться.

— Что вы себе позволяете? — заорал он. — Убирайтесь отсюда!

Вместо того чтобы подчиниться, Нэнси скрылась в трюме и услышала, как за ней закрылась тяжелая металлическая дверь.

«Надо отсюда поскорее выбраться», — тут же подумала она, ощупывая в полутьме стены и стараясь найти внутреннюю дверь. Воздуха почти не было, дышалось тяжело. И все же Нэнси продолжала отыскивать дверь. Она почти отчаялась, когда пальцы вдруг наткнулись на деревянную перекладину.

Девушка подняла ее, и тяжелая дверь бесшумно распахнулась. Она увидела коридор с несколькими отдельными каютами. Это были каюты членов команды.

Взволнованная сыщица глотнула свежего воздуха и стремглав побежала по коридору.

Она почти добралась до конца, когда вновь послышались детские голоса.

— Я не хочу идти! — кричал один.

— Мама! Папа! — плачущим голосом звал другой. — Где вы? Заберите нас отсюда.

Нэнси больше не колебалась. Перепрыгивая через ступеньки, она вбежала на камбуз, пронеслась мимо маленькой столовой и оказалась в холле. Отсюда она разглядела двух мужчин, которые тащили мальчика и девочку. Девушка бросилась за ними по узкому коридору, из которого был выход на палубу, а с нее — спуск к воде. Когда она добежала до двери, похитители уже стояли на середине лестницы. Неожиданно Нэнси почувствовала, что сзади кто-то стоит. Она медленно повернула голову и успела краем глаза выхватить белое пятно. Призрак-бегун!

— Возвращайся на свой катер и следуй за мной до старого эллинга, — прошептал он.

Нэнси заколебалась — послушаться ей или попытаться освободить детей, которые продолжали кричать и вырываться. Девушка решила, что ей необходима помощь.

Она развернулась и помчалась вдоль «Магнолии» к грузовому отсеку, через который проникла на пароход. К счастью, там стоял Пит и ждал ее у открытой двери.

Они быстро спустились по веревочной лестнице вниз и спрыгнули в свой катер. Пока Нэнси рассказывала о том, что с ней произошло, Джорджи завела мотор. Пит встал у руля и направил «Искателя» к другому борту парохода.

Обогнув «Магнолию», они увидели хвост выходящей из залива лодки похитителей, а неподалеку от нее моторку с привидением. Пит дал полный ход, и вскоре они приблизились к беглецам.

Началась погоня. Лодка привидения и «Искатель» плыли бок о бок.

— Кто держит детей? — Нэнси пыталась перекричать шум моторов.

— Мой дядя, Джон Кларк. Он собирается потребовать выкуп.

— Кто их похитил? — продолжала девушка.

— Он сам или его дружки. Нэнси была смущена.

— Мы должны сорвать планы дяди Джона и не дать ему удрать со всеми этими деньгами, — кричало привидение. — Надо остановить его!

Нэнси мгновенно оценила чрезвычайность ситуации.

— Пит, пожалуйста, этот катер способен увеличить скорость? Нам надо держаться вместе! — крикнула она.

Лодка привидения стала отрываться, речник тоже прибавил скорость. Спустя несколько минут судно впереди резко свернуло влево и вошло в большой старый эллинг.

Когда Пит проследовал за ним, металлическая гофрированная дверь медленно опустилась как раз за кубриком. Нэнси с Питом оказались отрезанными от Джорджи и Бесс! Они вчетвером пытались поднять дверь, но все было тщетно.

— Ну, и что теперь? — спросил Пит.

— Пойду посмотрю, что это за строение, — объявила Нэнси. — Если не вернусь через пятнадцать минут, идите мне на помощь.

Она перемахнула с плоского носа своего катера на корму моторки привидения. Призрачный бегун уже исчез.

Рядом с его моторкой стояла лодка похитителей. На борту никого не было. Детей явно увели на второй этаж эллинга.

Вдруг среди тишины раздался скрип досок. Затем последовала жесткая команда:

— Оставайся на месте! Ты меня не испугаешь, фальшивое привидение!

— Теперь не такое уж фальшивое, — послышался другой голос. — Ты прозвал меня фамильным привидением за то, что я все время появлялся в неподходящий момент. А это было очень кстати. Дядя Джон, твоя нечестная игра окончена! — добавил призрачный бегун. — Ты никогда не получишь выкупа.

— И кто же остановит меня? — ехидно спросил мистер Кларк. — Ты забыл, дети ведь у меня.

— Мы хотим домой, — тут же заголосили ребята.

Нэнси увидела лестницу, ведущую наверх, и бесшумно поднялась по ней, пытаясь на ходу составить план действий: надо было спасти детей, не подвергая их опасности. Было ли на это время? Ей понадобится помощь привидения. В ней она была уверена.

Дойдя до жилых помещений, Нэнси забрела на кухню. К ней примыкала еще одна маленькая комната с деревянной дверью, сделанной из массивных, сколоченных крест-накрест планок. Сквозь отверстия Нэнси разглядела мальчика и девочку. Увидев ее, они отскочили назад и захныкали.

Нэнси приложила к губам палец, потом улыбнулась.

— Я пришла вас спасти, — прошептала она, успокаивая ребят. — Пожалуйста, не бойтесь.

— Дверь закрыта, — дрожащим от слез голосом произнес малыш.

Нэнси внимательно осмотрелась. С внешней стороны поперек двери лежала здоровенная перекладина. Нэнси сдвинула ее и открыла дверь.

— Пошли! Скорей за мной! — скомандовала она детям, протянув им руки.

Они спустились по лестнице, и здесь Нэнси с облегчением увидела, что Питу удалось поднять металлическую дверь эллинга. Через какие-то секунды она с ребятами была уже на борту «Искателя». Но в этот момент на лестнице послышались тяжелые мужские шаги.

— Пит, уходим! — крикнула Нэнси.

Однако прежде чем он успел подать назад, воздух разрезала громкая сирена и позади «Искателя» в эллинге появилась патрульная лодка береговой охраны. Сначала в ней поднялись два лейтенанта. За ними вскочили мужчина и женщина.

— Наши дети! Том! Салли! Вы живы! Брат и сестра испуганно оглянулись назад, потом закричали:

— Мама! Папа!

В то время, когда дети перебирались с одного судна на другое, у подножия лестницы появился здоровенный детина и заорал:

— Подождите! Вы не можете забрать этих детей, не заплатив мне вознаграждения. Это я нашел их!

— Ты не нашел их, ты похитил их, — послышался гневный обвиняющий голос. — Дядя Джон, ты похититель и вор!

Привидение! Только теперь капюшон был откинут назад, и Нэнси разглядела лицо приятного молодого человека. Он стоял в своей лодке и, обращаясь к родителям детей, сказал:

— Не давайте дяде Джону ни цента. Я подслушал его разговор с закадычным дружком и узнал об их планах похитить ваших ребят. Я тогда же пообещал себе, что не допущу, чтобы он скрылся. Но я не смог позвонить в полицию. Он, в конце концов, моя дядя, и мне так не хотелось семейного скандала. Что я знал точно, так это то, что он не причинит детям вреда. Тогда я решил призвать на помощь Нэнси Дру. Я опасался, что она примет меня за его сообщника, и поэтому не мог общаться с ней в открытую. Вот и пришлось прибегнуть к этому маскараду. Я вообще не хотел, чтобы она знала, кто я такой, и надеялся, что она клюнет на мою приманку. И не ошибся. Она лучший детектив на суше — или на море!

Тут заговорил один из лейтенантов:

— Мисс Дру, ваш отец стал беспокоиться и позвонил нам. Когда он рассказал о вашей речной версии, мы решили, что будет лучше, если поедем вас искать. Это счастье, что мы все знаем старого Пита и эти места на реке.

Мистера Кларка и его сообщника повели в полицейский участок для дальнейшего допроса. Торжествующее привидение наблюдало за счастливым воссоединением детей и родителей.

Том и Салли громко выкрикнули:

— Да здравствуют Нэнси и ее друзья! Нэнси с улыбкой посмотрела на Бесс и Джорджи, а затем просалютовала их другу-речнику.

— Без нашего опытного капитана, Пита, не было бы такого счастливого конца. Это благодаря ему наш катер оправдал свое имя!

ПРОКЛЯТИЕ ЛЯГУШКИ

— Знаешь, мадам Зурга так запугивает людей, которые к ней приходят погадать, она такое с ними вытворяет, что многие даже считают ее ведьмой! Они готовы исполнить все, что она потребует!

Нэнси Дру внимательно слушала симпатичную молодую цыганку, сидевшую напротив нее за столом в маленькой цыганской чайной. На девушке была длинная цветастая юбка, в ушах, на руках, на шее — золотые серьги, браслеты, мониста. Вокруг головы был повязан узкий платок. Если бы не этот наряд, ни разговором, ни поведением Мария Лукаш не отличалась от своих американских сверстниц.

— А чем я могу помочь? — спросила Нэнси.

— Ты так здорово разгадываешь всякие таинственные истории! Вывела бы ее на чистую воду, а? Знаешь, если ты этого не сделаешь, боюсь, из-за нее у всех местных цыган могут быть неприятности с полицией!

— А что, ваши цыгане сами не могут с ней справиться?

Мария Лукаш печально покачала головой, рассыпав по плечам черные волосы.

— Знаешь, они ее боятся не меньше, чем ее посетители. Когда старший в нашем роду приказал ей прекратить запугивать людей и заниматься вымогательством, она лишь злобно ухмыльнулась и пообещала напустить на него проклятие лягушки! Он совершенно бессилен перед ней.

— Проклятие лягушки? — Нэнси изумленно уставилась на цыганку. — Это еще что за штучки?

— Я толком сама не знаю. Могу только сказать, что у мадам Зурги есть какая-то необыкновенная лягушка, которая якобы обладает магической силой. Даже наши цыгане, кто видел ее, чуть не обезумели от страха. Они уверены, что в ней зловещий дух и если он вселится в них, то будет страшная беда!

Мария рассказала, что мадам Зурга не относится к их роду. И свой салон гадания она открыла в Ривер-Хайтсе совсем недавно.

Нэнси уже слышала, что гадалки зачастую используют свой дар предсказания в целях вымогательства или шантажа, обещая за деньги разрешить все проблемы.

— А многие цыгане здесь, в городе, вообще считают, что эта лягушка — сам дьявол в животном обличье, — продолжала Мария. — Говорят, никто из наших цыган не обучал ее обращению с такой дьявольской тварью!

Нэнси слушала Марию и вспоминала, что она знает о цыганах.

Много веков тому назад они вышли из Индии и до сих пор сохранили цыганское наречие, которое относится к группе древнеиндийских языков. Разбредясь по всему миру, они занимались кузнечным делом, торговлей лошадьми, ветеринарией. В средние века многие считали их выходцами из Египта и стали называть цыганами.

— В наши дни, — рассказывала Мария, — американские цыгане чаще водят фургоны и пикапы, чем кибитки, запряженные лошадьми. Многие из них осели, работают малярами, дорожными рабочими или продают подержанные машины. Некоторые достигли определенного положения в бизнесе. Другие по-прежнему предпочитают кочевой образ жизни и продолжают странствовать.

— Какой потрясающий чай, — сказала Нэнси, потягивая ароматный напиток.

Мария улыбнулась. Чайная, в которой они сидели, принадлежала ее родителям.

— Моя мама делает его со специальными травами и добавками, известными только цыганам, — с гордостью объяснила она.

Встав из-за стола, Нэнси пообещала, что займется мадам Зургой.

— Я не знаю, можно ли вообще заставить ее прекратить гадание, — сказала она, — но я, конечно, постараюсь выяснить, каким образом ей удается так запугивать людей и что это за «лягушачье проклятие». Нельзя допустить, чтобы она терроризировала клиентов и вымогала у них деньги.

Выйдя из чайной, Нэнси села в свою спортивную машину синего цвета. Только четыре, отметила она, взглянув на часы. Как раз есть время посетить мадам Зургу до обеда.

Салон гадалки находился на месте бывшего магазинчика, через улицу от прибрежного парка. Вывеска над занавешенным окном гласила:

МАДАМ ЗУРГА,

ВОСТОЧНАЯ ХИРОМАНТИЯ,

ГАДАНИЕ НА МАГИЧЕСКОМ КРИСТАЛЛЕ,

ДУШЕВНЫЙ СОВЕТЧИК

Другая надпись, чуть пониже, обещала прохожим консультацию и совет по всем жизненным проблемам.

«Да, похоже, она знает свое дело, — подумала Нэнси, подавляя улыбку. — В эти „все“ проблемы может входить что угодно — от финансовых сложностей до того, как преодолеть стеснительность или просто вывести бородавку!»

Нэнси открыла дверь и услышала в глубине салона звук колокольчика. Она оказалась в маленькой, почти пустой комнате. Всю обстановку составлял одинокий стул, на стене висел портрет красивой цыганки с таинственным свечением вокруг головы.

Нэнси в ожидании села. Оглядываясь по сторонам, она уловила на портрете легкое движение глаз и вновь сдержала улыбку. Ясно, это мадам Зурга внимательно изучает новую клиентку.

Вскоре из усилителя послышался голос:

— Теперь вы можете войти в палату духов! — Это был женский, но очень низкий, похожий на мужской, сильный, гипнотический голос.

Нэнси поднялась и проследовала через занавешенную дверь в заднюю комнату. Стены ее были обиты темно-лиловой драпировкой, что должно было, по-видимости, поглощать звук. В центре стояли два стула и небольшой столик, на котором лежал магический кристалл. В конической формы сосуде, стоявшем у стены, курились какие-то благовония, наполняя помещение странным запахом.

Но больше всего внимание Нэнси привлекла огромная зеленая лягушка, возвышающаяся на столе. Ее выпученные глаза зловеще уставились на юную сыщицу.

«Это, должно быть, та самая лягушка, о которой говорила Мария Лукаш», — подумала Нэнси. Животное выглядело так естественно, что поначалу ей показалось, что лягушка живая. Однако она оставалась неподвижной, и Нэнси поняла, что это всего-навсего чучело — искусная работа мастера-таксидермиста.

И все же она отодвинула стул подальше от мерзкой твари, прежде чем сесть на него. Начала болеть голова, а комната, казалось, поплыла перед глазами.

«Наверное, этот дурацкий запах так одурманил меня», — подумала она с раздражением.

Послышалась восточная музыка. Гадалка как будто прочитала мысли Нэнси, и воздух в комнате стал проясняться. Но голова не проходила.

Занавески раздвинулись, и показалась мадам Зурга. Это была высокая, импозантная женщина с крючковатым носом, яркими черными глазами и мохнатыми темными бровями. Она была одета по-цыгански: желто-зеленое платье, цветной платок вокруг головы, золотые серьги, бусы, кольца.

— Добрый день, мисс Дру, — пропела она, усаживаясь за столик напротив.

Нэнси от удивления заморгала. Как она узнала ее имя? Неужели гадалка действительно обладает даром провидения?

— Возьмите лягушку обеими руками, — приказала цыганка.

От одной только мысли о прикосновении к этой склизкой дряни Нэнси передернуло. Она попыталась протестовать, но нужные слова как-то не приходили на ум.

— Поднимите лягушку, — резко и настойчиво повторила мадам Зурга. — Ее магическая вибрация помогает мне вглядеться в ваше будущее и предсказать, что вас ожидает в жизни!

Нэнси почувствовала, что против воли подчиняется. Гадалка что-то бормотала на непонятном языке. Нэнси догадалась, что это по-цыгански.

И тут сердце девушки гулко заколотилось. Лягушка в ее руках, казалось, ожила! Она явственно почувствовала движение ее зоба и услышала четкое кваканье! Ква-а!.. Ква-а!.. Ква-а!

Нэнси хотела бросить гадину, как будто та обжигала ей руки. Но глаза мадам Зурги готовы были пробуравить ее насквозь.

— Не вздумайте отпустить лягушку! — зашипела она, — иначе вас поразит ее проклятье! — Гадалка устремила взгляд на магический кристалл. — Я вижу впереди большие неприятности… и у вас, и у вашего отца, — басила, мадам. — Ваш отец — адвокат, не так ли?

Глаза цыганки опять вперились в Нэнси. Та кивнула.

— Против вас плетутся какие-то козни — я чувствую зловещую силу неизвестного недоброжелателя, — заявила мадам Зурга. — Неприятности связаны с практикой вашего отца. Какое дело он сейчас ведет?

— Я н-не м-м-огу сказать вам, — пробормотала Нэнси. — А-а-двокатам не п-п-оложено разглашать дела своих клиентов.

— Тихо! — воскликнула цыганка. — Теперь я вижу в чем дело. Ваш враг послал проклятие на какой-то предмет в служебном сейфе отца. Это необходимо немедленно изъять, иначе — вы оба умрете! Только я могу спасти вас от такого проклятия. Скажите мне! Какой шифр его сейфа?

У Нэнси голова шла кругом. Она никак не могла собраться с мыслями. И все же до нее дошло, что, если она останется в салоне еще хоть какое-то время, она выдаст все секреты семьи!

Но хватит ли у нее смелости бросить вызов проклятию, которым угрожает цыганка?

Нэнси освободилась от лягушки и встала. Вытащив из кошелька какие-то деньги, она бросила их на стол и быстро вышла из лиловой комнаты.

Позади она услышала сердитый голос цыганки, властным тоном приказывающей ей вернуться. Поняв, что ее юная клиентка вовсе не собирается подчиняться, мадам Зурга зловеще захохотала ей вслед.

Выскочив на улицу, Нэнси вдохнула свежего воздуха, перешла на другую сторону улицы, где был вход в прибрежный парк, подошла к киоску и выпила холодного лимонада. Несколько глотков ледяного питья прочистили ей голову. Она почувствовала себя намного лучше.

«Что это нашло на меня?» — недоумевала Нэнси. Когда она покидала салон, ей казалось, что она почти поверила в оккультные силы мадам Зурги и ее второе зрение.

Но теперь все становилось на свои места… Как цыганка узнала ее имя или то, что ее отец адвокат? Да проще простого. Фотография Нэнси часто появлялась в местных газетах в связи с расследованием того или иного дела. Мадам Зурга не могла не узнать ее.

И благовония, конечно же, оказывают свое расслабляющее и одурманивающее воздействие. Когда клиент надышится этих паров, у него начинает кружиться голова и он уже совершенно не в состоянии сопротивляться мадам Зурге и выбалтывает ей все свои секреты. Не удивительно, что и Нэнси почувствовала себя такой беспомощной.

Восточная музыка, скорее всего, заглушает звук вентилятора, который разгоняет пары и очищает воздух перед тем, как появляется мадам Зурга.

А вот что с лягушкой? Нэнси казалось, что она отчетливо ощущала дыхание этой жуткой твари и слышала ее зловещее кваканье!

— Эй, Нэнси, — чей-то голос вывел ее из состояния глубокой задумчивости.

Юная сыщица обернулась и увидела свою бывшую одноклассницу Николь Ламар.

— Привет, Ники. Откуда ты?

— С той стороны. — Николь, казалось, немного запыхалась. — Мне показалось или ты действительно вышла из салона мадам Зурги?

Нэнси утвердительно кивнула, смущенно улыбаясь.

— Мария Лукаш подозревает гадалку в вымогательстве, что может навлечь неприятности на всю цыганскую общину, и попросила меня разобраться с ней. Только я чуть сама не стала ее жертвой!

— Ты это серьезно? Это как раз то, о чем я хотела поговорить с тобой!

Николь была сиротой и жила со своей незамужней кузиной Ивет Ламар. Она рассказала, что мисс Ламар давно увлекается всякими гаданиями, и когда мадам Зурга открыла в Ривер-Хайтсе свой салон, та немедленно поспешила к ней на сеанс.

— Когда сестра пришла в тот вечер домой, я сразу почувствовала, что она очень подавлена и напугана, — продолжала Ники, — но мне она не объяснила, что же произошло. Спустя несколько дней она снова пошла к гадалке, а когда вернулась, то выглядела еще хуже. С тех пор она ходит к мадам три раза в не делю, и похоже, это доведет ее до нервного срыва!

— А ты не в курсе, о чем она говорит с цыганкой? — спросила Нэнси. Николь покачала головой.

— Точно не знаю. Сначала мне казалось, она ходит туда просто из любопытства. Ивет всегда интересовалась, что с ней случится на следующей неделе или на будущий год. Ждет ли ее далекое путешествие, или, может, она встретит какого-нибудь мужчину, влюбится в него и выйдет замуж. Но, по всей видимости, мадам Зурга наговорила сестре чего-то такого, что страшно напугало ее! И у меня такое впечатление, что это связано с прошлым.

Нэнси нахмурила брови.

— И ты совсем не догадываешься, из-за чего могут быть все эти страхи?

— Ну… я думала кое о чем, — заколебалась Ники. — Ты будешь смеяться, но Ивет считает, что ее преследует нечистая сила!

— Нет, Ники, смеяться не буду. Это не значит, что я сама верю во всякие привидения, но ведь многие люди верят.

— И еще, совсем уже глупость какая-то. У кузины панический страх перед лягушками, если не сказать фобия! Вчера вечером, перед закатом мы гуляли по берегу реки, вернее, уже вдоль болота. И вдруг начали квакать лягушки, так Ивет напугалась до смерти и чуть не упала в обморок!

Нэнси криво улыбнулась.

— Ну, мне-то это понятно. — Она описала лягушку, которой мадам Зурга пугает своих клиентов. Ники тоже содрогнулась, услышав, как чучело начинает дышать и квакать, когда его берешь в руки.

— Слушай, Нэнси! Окажи мне услугу, — начала упрашивать ее Ники. — Сегодня пятница. Ты не могла бы приехать к нам на уик-энд и погостить у нас? Может, тебе удастся выяснить, что так тревожит кузину.

Нэнси уже заподозрила, что проблемы мисс Ламар как-то связаны с делишками мадам Зурги. Прояснение одной загадки может помочь раскрыть и другую.

— Идет, — согласилась Нэнси. — Заедем сначала ко мне, я захвачу кое-что из вещей и предупрежу Ханну, а потом двинем к вам.

Ники и ее кузина жили в старом каменном, но благоустроенном доме в предместье Ривер-Хайтса. Нэнси уже встречалась с мисс Ламар. Это была добродетельная, миловидная женщина под пятьдесят, однако сейчас она выглядела осунувшейся и переутомленной.

После ужина Нэнси завела с мисс Ламар разговор о ее прошлом.

— Ники рассказывала, что вы приехали с острова Мартиника, в Вест-Индии.

— Да, я жила там со своим дядей, совсем еще девочкой. Он был моряком и рыбачил. Мои родители умерли, и он воспитывал меня, а когда мне исполнилось семь или восемь, мы переехали в Соединенные Штаты. Он стал торговать судами и весьма преуспел. А перед тем как отойти от дел, построил вот этот дом.

Вообще семья Ламар родом из Алабамы, — продолжала Ивет. — Но мой прадедушка, будучи полковником армии конфедератов, после Гражданской войны покинул страну и уехал в Вест-Индию. Спустя какое-то время его потомки один за другим вернулись в Соединенные Штаты. Мой дядя, Луис, был последний из семьи, кто сделал это.

— К счастью для меня! — сказала с улыбкой Ники. Она вскочила со стула, подбежала к кузине, нежно поцеловала ее, после чего принялась убирать оставшуюся после ужина посуду, чтобы освободить место для десерта.

Закончив с едой, девушки помогли мисс Ламар загрузить посудомоечную машину и все трое уселись в отделанной дубом гостиной поболтать и посмотреть телевизор.

— Какой красивый камин! — с восхищением произнесла Нэнси.

— Мой дядя выложил его сам, — сказала Ивет. — Он был мастер на все руки и мог стать хорошим каменотесом. Посмотрите, он даже вырезал изображение корабля на некоторых камнях.

Вскоре после одиннадцати решили идти спать. Комната Нэнси была через холл, прямо напротив комнаты Ники. Переодевшись, девушки расчесали на ночь волосы, немного поболтав при этом, и разошлись.

Нэнси почитала несколько минут и, почувствовав, что засыпает, погасила свет.

Только она, как ей казалось, начала проваливаться в сладкий сон, как что-то разбудило ее. Резко вздрогнув, она села на кровати. По дому эхом разносился чей-то крик!

Девушка быстро выскочила из постели и накинула халат. Ники уже выглядывала из своей двери. Она была бледной и испуганной.

— Это Ивет кричит! — прошептала она.

— Где ее комната? — спросила Нэнси.

— В другой части дома.

В этот момент вновь послышался крик!

— Идем! Надо выяснить, что там происходит! — скомандовала Нэнси.

Девушки поспешили к комнате Ивет. Оттуда слышалось приглушенное кваканье. Нэнси громко постучала, потом с шумом распахнула дверь.

Ивет, будто парализованная, сидела на кровати. Глаза были полны страха.

— П-п-посмотрите! — дрожащим голосом пролепетала она, указывая на окно.

На оконной занавеске призрачными бликами сияло изображение лягушки!

Вновь раздалось кваканье, потом еще и еще. Ква-а!.. Ква-а!.. Ква-а!

Это звучало абсолютно так же, как в салоне мадам Зурги!

Напуганные увиденным и услышанным, девушки стояли неподвижно, однако Нэнси быстро пришла в себя и бросилась к окну.

Как только она приблизилась к нему, видение исчезло. Юная сыщица отодвинула занавеску и выглянула в темноту. Все было тихо и неподвижно, лишь деревья и кусты виднелись в лунном свете.

Нэнси отошла от окна и увидела, что Ивет до сих пор трясется от страха.

— Пойдем-ка сделаем себе немного какао, — предложила Нэнси, обращаясь к Ники. — А потом обсудим, что произошло.

Светлая, уютная гостиная, горячее какао сделали свое дело: девушки стали приходить в себя, настроение заметно улучшилось. Даже Ивет передалось спокойствие и рассудительность Нэнси.

— А может быть, нам все это привиделось? — спросила Ивет.

Нэнси покачала головой.

— Нет, и кваканье было, и это сияющее видение в окне. Вот чему я не верю, так это тому, что это был настоящий призрак или еще что-либо сверхъестественное!

— Тогда что же мы видели?

— Я не совсем уверена, но у меня есть одна смутная догадка, хотя какой смысл обсуждать это сейчас, пока я все не выяснила. — Немного засомневавшись, Нэнси поинтересовалась: — Скажите, Ивет, вы всегда боялись лягушек?

Мисс Ламар нахмурилась и подняла руки ко лбу.

— Я… Я точно не знаю. Возможно, что-то в прошлом… что-то произошло, из-за чего я испытываю к ним такое отвращение. Честно говоря, я никогда об этом не задумывалась до тех пор… до тех пор, пока я не пошла к гадалке.

— К мадам Зурге?

— Да! — Узнав о том, что и Нэнси была в салоне гадания и сама держала в руках злополучную лягушку, Ивет расслабилась и готова была свободно поделиться своими чувствами. — Это началось сразу после моего первого посещения мадам Зурги, — продолжала она. — Меня стали мучить ночные кошмары, в которых участвовала эта ужасная лягушка.

— Значит, сегодняшняя ночь не была первой? — уточнила Нэнси.

— Конечно нет! Я вижу и слышу эту тварь почти каждую ночь!

— А мадам Зурга обещала помочь вам?

— Да, но в основном задавала вопросы… о прошлом, о дяде Луисе.

Мисс Ламар рассказала, что, хотя она была слишком мала в то время, но отчетливо помнит, что перед возвращением в Соединенные Штаты дядя стал очень нервным и даже напуганным, как будто ждал какой-то беды.

— Но ничего так и не произошло? — спросила Нэнси.

— Ничего похожего. Его дело процветало, и мы жили очень благополучно. А вот незадолго до смерти дядя вновь стал чего-то опасаться. Перед тем как умереть, — продолжала Ивет, — он пробормотал какие-то странные слова: «Правду скажут семь камней. Но лучше, чтоб она осталась на дне бутылки навсегда!»

Нэнси с Ники недоуменно посмотрели друг на друга.

— Вы рассказывали об этом мадам Зурге? — спросила юная сыщица.

— Да, я даже отдала ей эту бутылку с камнями. — Мисс Ламар объяснила, что после смерти дяди нашла у него в стенном шкафу бутылку с семью камешками. — Они выглядели как простая галька, — продолжала Ивет, — но я сохранила их на всякий случай. И отдала их мадам Зурге, потому что не представляла, что они могут иметь какую-то ценность. А она все твердила, что если я хочу избавиться от «Проклятия лягушки», то должна найти дядин секрет и рассказать ей о нем.

Наступила короткая пауза. Ники развела слабый огонь, чтобы немного согреться. Нэнси задумчиво смотрела на языки пламени, стараясь найти ниточку к разгадке всей этой запутанной истории. Обернувшись к своим собеседницам, она неожиданно вздрогнула.

— Ваш дядя упоминал о семи камнях? — уточнила она.

— Да, а что?

Нэнси показала на камни.

— Смотрите, здесь точно семь камней, которые дядя Луис украсил изображением корабля!

Ивет и Ники стояли пораженные обнаруженным совпадением. Но ни они, ни сама Нэнси не могли сказать, что бы это значило. Камни образовывали нечто, напоминающее букву «Л», то есть крышечку: как бы прикрывающую нишу для дров. Нэнси пощупала их и поняла, что уложены они намертво и вытащить их невозможно.

На следующее утро, сразу после завтрака, в дверь позвонили. Ники пошла открывать и вернулась, ведя за собой высокого, с бугристым лицом мужчину. Его рыжие, с проседью, волосы были подстрижены ежиком. В руке он держал шляпу, на груди висел фотоаппарат.

Ники представила гостя.

— Мистер Карнак. Он пишет очерки в журнал и хотел бы сделать сенсационный материал о вашем камине, кузина.

— Кто-то рассказал о нем нашему редактору, — начал объяснять мистер Карнак, — и особенно отметил изумительную резьбу по камню. Вы не будете возражать, если я сфотографирую их? — Говоря это, мистер Карнак жадным взглядом изучал камни.

Мисс Ламар с готовностью дала разрешение, и репортер сделал несколько снимков, приближаясь при этом все ближе и ближе к камину.

Закончив фотографировать, он вынул из кармана небольшой ножичек и попытался всунуть лезвие в щель рядом с одним из резных камней.

Нэнси, с возмущением наблюдавшая за всем этим, проговорила:

— Что это вы делаете, мистер Карнак?

— Э-э-э, просто хотел посмотреть, не шатается ли какой-нибудь из них. Я думал, может, мисс Ламар разрешит мне взять их в студию, где я мог бы сделать крупный план и при лучшем освещении.

— По-моему, было бы куда вежливее сначала спросить ее об этом, а потом ковырять раствор. — Мужчина бросил на мисс Ламар неуверенный взгляд, а Нэнси продолжала: — И потом, я могу заверить вас, что камни не шатаются и не вытаскиваются. Кстати, а как, вы сказали, называется журнал, для которого вы пишете?

— Я не говорил.

— Тогда потрудитесь сделать это теперь. И еще, кто рекомендовал вашему редактору сделать репортаж об этом камине?

Выражение лица мистера Карнака сделалось жестким.

— Кажется, вы не доверяете мне, юная леди. Я пишу для этого издания уже многие годы и не считаю нужным предъявлять вам мое удостоверение! — Повернувшись к хозяйке, он произнес: — Если я вторгся во что-то запретное, прошу извинить меня, мисс Ламар. Я не хотел.

Не говоря больше ни слова, Карнак прошествовал из комнаты и покинул дом. Нэнси и Ники наблюдали из окна, как он отъехал прочь.

Хотя Нэнси и вела себя сообразно обстоятельствам, но весь инцидент оставил у нее неприятный осадок.

— Пожалуйста, извините меня, если я разговаривала с ним слишком резко, — сказала она. — Дело в том, что я совершенно не доверяю этому типу.

— Не беспокойся, дорогая, мне понравилось, как ты допрашивала его, — успокоила Нэнси мисс Ламар. — По-моему, ты взяла совершенно верный тон. В наше время надо быть осторожными со всякими незнакомцами!

После ленча Нэнси извинилась, сказав, что должна на пару часов отлучиться. Ей надо было съездить в магазин и купить подарок для трехлетнего сынишки ее приятельницы.

— Хотела попросить тебя, Ники, присоединиться ко мне, — добавила она, — но после этого визитера, мне кажется, лучше не оставлять кузину одну.

Ближе к вечеру поднялся ветер и стало накрапывать. После обеда девушки и мисс Ламар вновь собрались в гостиной перед камином. Ивет начала рассказывать захватывающую историю о спасении в море, которую ей когда-то поведал дядя.

— Если бы я только знала секрет, который так мучил его столько лет. — Она вздохнула. — Во всяком случае, я чувствую, что разгадка находится в этом доме.

— А в его комнате все осталось так, как было при нем? — спросила Нэнси.

— Да, все, как он оставил. Хочешь посмотреть?

— Очень. Может, мы найдем какую-нибудь зацепку.

Большая, обитая ситцем спальня говорила о том, что ее хозяином был моряк. В стенном шкафу висела широкополая шляпа, какие носят в южных широтах, и непромокаемый морской костюм. На столе возле окна стоял отделанный медью телескоп, на туалетном столике лежали безделушки из морских ракушек и слоновой кости.

Озираясь по сторонам, Нэнси все время прокручивала в голове последние слова Луиса Ламара: «Правду скажут семь камней. Но лучше, чтоб она осталась на дне бутылки навсегда!»

Бутылка! Глаза Нэнси упали на искусно сделанный кораблик внутри бутылки. Это была двухмачтовая шхуна. Нэнси подошла поближе, чтобы внимательно рассмотреть его. Каждый кусочек паруса, других снастей и деталей корабля были тщательно подогнаны и выполнены мастерски и с любовью. Потом она разглядела на борту аккуратные золотые буквы: шхуна называлась La Grenouille…[2]

Нэнси с удивлением посмотрела на мисс Ламар.

— Вы говорите по-французски?

— Когда-то говорила, но теперь, боюсь, я все забыла, а что?

— Название этой шхуны — «Лягушка»!

Глаза Ивет расширились, лицо пошло пятнами. Она обхватила щеки руками и упала лицом на плотное стеганое покрывало.

— О, нет, — забормотала она дрожащим голосом. — Теперь я вспомнила!

— Вспомнили что? — спросила Ники.

— Почему я так боюсь и ненавижу лягушек!

Ивет рассказала, что, будучи девочкой, когда они еще жили в Вест-Индии, она пошла как-то вечером вдоль берега искать своего дядю. Заметив в одной из пещер мерцающий свет, она заглянула внутрь. Каков же был ее ужас, когда она увидела сидящих вокруг костра на корточках мужчин с лягушачьими головами!

— Я испугалась до смерти, — продолжала она. — Потом одно из этих существ подпрыгнуло и сорвало с себя лягушачью голову. Я увидела дядю Луиса. На нем просто была маска. Тут я закричала как резаная. Он успокоил меня, отвел домой и предупредил, чтобы я никому не рассказывала о том, что видела!

— Как страшно! — произнесла Ники, содрогнувшись. — А как ты думаешь, что он делал там с приятелями?

Ивет слегка пожала плечами.

— Представления не имею, но в ту ночь мне снились кошмарные сны.

Нэнси лихорадочно соображала, пытаясь найти новые улики.

— Вернемся в гостиную, — воскликнула она. — У меня есть одна идея!

Через минуту Нэнси стояла у камина и, показывая на разные камни, рассуждала вслух:

— Видите, та двухмачтовая шхуна, что в бутылке, абсолютно идентична этим вот корабликам, вырезанным на камнях.

Николь кивнула.

— Верно, но что это дает?

— Семь камней выложены таким образом, что вершина треугольника указывает в какую-то точку. Интересно, куда? — Нэнси ощупала все пространство от верхнего камня до каминной доски и остановилась как раз под ее «козырьком». — Подождите, я сбегаю в машину за фонариком!

Когда она вернулась, то направила луч фонарика снизу, чтобы осветить место, которое всегда оставалось в тени. На одном из камней она увидела контур лягушки!

— И он шатается! — добавила сыщица, нажимая на камень пальцем. Послышался квакающий звук, и вдруг рядом с камином от стены стала отходить книжная полка!

— Смотрите! — ахнула Ники. — Там внутри какая-то лестница!

Ступеньки вели вниз. С бьющимися сердцами все трое начали медленно спускаться, чтобы выяснить, куда она ведет. Нэнси шла впереди, за ней Ивет, Ники замыкала процессию.

От лестницы шел мрачный коридор. Девушки двинулись вперед. Каждый шаг гулко отдавался в сыром подземелье. Наконец, они попали в комнату с каменными стенами. В глубине ее виднелся старый морской сундук, на котором возвышалась фигура лягушки, сделанной из цемента. На стене за сундуком крест-накрест висели нечто вроде пики или багра и абордажная сабля.

— О Б-б-боже! — воскликнула Ивет. — А открыть сундук можно?

— А почему нет? — с уверенностью ответила Нэнси. — Мы ведь и спустились сюда, вниз, чтобы разгадать тайну, не так ли?

С помощью Ники она сняла цементную лягушку, которая как будто охраняла сундук. Потом подняла тяжелую скрипучую крышку.

Сундук был полон драгоценностей! Кольца, браслеты, золотые часы, ожерелья, жемчужные булавки для галстука — чего там только не было!

Были и какие-то бумаги. Нэнси развернула и стала читать. Ники тем временем разглядывала сокровища.

— Интересно, откуда все это? — с благоговейным страхом произнесла она, поглаживая драгоценности.

— А разве это так важно? — раздался грубый голос, который девушки и мисс Ламар уже имели удовольствие слышать сегодня утром. — Важно то, что вы нашли их!

Все повернули головы и увидели мистера Карнака!

Рябой мошенник злорадно ухмыльнулся, в руке у него было оружие. Позади него стояла мадам Зурга.

— Как это мило с вашей стороны, мисс Дру, отыскать для нас клад Луиса Ламара, — ядовито пропела она. — Жаль только, вы не сможете воспользоваться результатами вашей замечательной работы!

— Почему это вы решили, что не смогу? — спокойно спросила Нэнси.

— Потому что мы собираемся запереть всех вас в этом подземном склепе, — проскрипел Карнак. — К тому времени как вас найдут, если вообще найдут, никто из вас уже не сможет ничего никому рассказать!

— Боюсь, вы кое о чем забыли, — сказала Нэнси.

— Неужели? И о чем же это, мисс Не-суй-нос-куда-не-надо?

Нэнси показала на коридор и устрашающе зашептала:

— О проклятии Лягушки!

Из коридора донеслось зловещее кваканье:

— Ква-а!.. Ква-а!.. Ква-а!

Карнак разинул рот, не веря своим ушам. Мадам Зурга издала какие-то гортанные звуки, но от страха явно лишилась дара речи. На них прыжками надвигалась гигантская лягушка!

Улучив момент, Нэнси кинулась к стене и сорвала с нее пику и саблю!

— Нэд! Держи! — крикнула она, подняв оружие высоко над головой.

Из темного коридора неожиданно показались друг Нэнси — Нэд Никерсон, высокий, крепкий парень, и его товарищ по футбольной команде — Барт Эдлтон. Нэд схватил пику, его приятелю досталась сабля.

Прежде чем Карнак успел прийти в себя и как-то среагировать, Нэд метнул пику и выбил оружие из рук негодяя!

Полчаса спустя Карнак и мадам Зурга сидели в гостиной связанные и молча ждали приезда полицейской машины. Нэд с Бартом тем временем лазали с электронным детектором в поисках рассованных по дому подслушивающих «жучков».

— Я-я-я… Нет, я все-таки никак не пойму, откуда взялась эта огромная лягушка. — Мисс Ламар была абсолютно сбита с толку.

Глаза Нэнси лукаво блеснули.

— Я купила ее сегодня в магазине игрушек. А Нэд вставил в нее маленький магнитофон с записью кваканья.

Магнитофон, — продолжала она, — нашли в кустах, под окнами Ивет. В нем была та самая кассета. А рядом был спрятан проектор для слайдов, который и высвечивал на занавеску изображение лягушки. Нэд сказал, что и магнитофон, и проектор были с дистанционным управлением.

— Подожди, ради Бога, не тараторь так! — взмолилась Ники. — Объясни, как ты все это обнаружила?

— Прошлой ночью я догадалась, как устроен весь этот трюк с лягушкой, — ответила Нэнси. — Это было единственным возможным объяснением. Тогда по дороге в магазин я позвонила Нэду и попросила его пробраться тихонько в ваш сад, чтобы никто не заметил, и как следует все там осмотреть.

Подозрительный визит Карнака, рассказывала дальше Нэнси, убедил ее в том, что кто-то подслушал их разговор о камине, иными словами, что дом прослушивается.

— В общем, я понимала, что, как только мы разгадаем тайну дяди Луиса, Карнак и мадам Зурга узнают об этом и захотят ею воспользоваться. Поэтому я попросила Нэда подготовить игрушечную лягушку и быть начеку, чтобы вовремя использовать их же собственный трюк.

Наконец, немного успокоившись, Ивет открыла бумаги, которые они нашли в сундуке. Из них становилось ясно, откуда все эти сокровища. Молодым человеком дядя Луис примкнул к пиратской банде. В лягушачьих масках пираты нападали на яхты и пассажирские пароходы и грабили все, что только можно.

Мучимый угрызениями совести, дядя Луис в конце концов бросил пиратскую компанию и вернулся в Соединенные Штаты, прихватив добычу с собой. Записи, спрятанные на дне сундука, были не чем иным, как судовым журналом, в который заносились имена всех ограбленных кораблей. По этим бумагам Луис Ламар мечтал в один прекрасный день отыскать владельцев и вернуть украденные у них ценности. Однако, опасаясь мести бывших соучастников и из-за необходимости скрываться, он так и не нашел времени — или мужества — осуществить свой план.

В конце жизни он уже не знал, бояться ему или уповать на то, чтобы его племянница Ивет обнаружила и раздала драгоценности вместо него. Поэтому он оставил ей всяческие подсказки. А бутылка с галькой была просто отвлекающим маневром на тот случай, если к его тайне будет подбираться кто-нибудь из пиратов.

Когда приехавшая полиция допросила Карнака, он признался, что является сыном главаря пиратской банды. Получил специальность инженера-электронщика, но многие годы потратил на поиски Луиса Ламара.

Выяснив, что старый Луис умер, Карнак стал охотиться за его племянницей. И когда Ивет пришла к мадам Зурге, он подкупил гадалку, велев ей выпытать у мисс Ламар, где спрятаны сокровища. Сам же он, назвавшись телефонным монтером, проник в дом и установил там подслушивающие «жучки».

— А что с лягушкой мадам Зурги? — спросила Ники, зачарованно слушая рассказ Нэнси.

— То, что она использовала лягушку для устрашения своих клиентов, — простое совпадение. Но у нее весьма умная лягушка. Нэд сказал, что в нее вмонтирован терморегулятор, — ответила Нэнси.

Нэд в подтверждение кивнул.

— Это точно. Когда лягушку брали в руки, от их тепла срабатывал выключатель, а это приводило в действие механизм, выдававший ква-а, ква-а, ква-а… так, во всяком случае, я представляю себе этот трюк.

— Если ты думаешь, что мы пойдем вечером в салон и станем проверять, так это или нет, то ты ошибаешься — уж уволь! Лучше остаться дома и рассказывать сказки про привидения.

ПРИВИДЕНИЕ В ОРАНЖЕРЕЕ

— Нэнси, а что бы ты сказала, предложи я тебе маленький загородный домик с чудесным садом, бассейном, оранжереей, а? — спросил мистер Дру свою очаровательную восемнадцатилетнюю дочь, причесывающую золотистые волосы.

— Звучит грандиозно, — ответила она, — а в связи с чем это? Ты хочешь преподнести его мне на день рождения, или на Рождество, или…

Мистер Дру улыбнулся.

— А что, обязательно должен быть повод, чтобы я мог сделать тебе подарок? — возразил он.

— Нет, но как бы это сказать, это не совсем обычный подарок, — ответила Нэнси и, зная склонность своего отца ко всяким розыгрышам, добавила: — Ты что-то затеваешь?

— Ладно, — признался отец. — Такой дом действительно продается, но его никто не хочет покупать, пока ты не распутаешь тайну привидения в оранжерее.

— Ну-ка, ну-ка, что это еще за история? — загорелась юная сыщица.

Мистер Дру рассказал, что владелец всего этого хозяйства, ныне покойный, был знаменитым селекционером и выращивал необыкновенные орхидеи.

— Ты наверняка слышала об орхидеях Ла-форжа?

— Еще бы. Я знаю, их очень любят невесты в свадебных букетах.

— Точно, — продолжал адвокат. — Так вот Ла-форж со своей женой весьма преуспевали в этом бизнесе, пока не нагрянула беда. Какой-то вандал — или вандалы — разбили все стекла, украли или уничтожили все цветы, готовые к отправке, устроили там жуткий погром. Бедная миссис Лафорж почти сразу скончалась от сердечного приступа, а вскоре за ней последовал и ее муж. Я вместе с управляющим банка назначен следить за исполнением завещания. Их дети решили продать владение, но пошли слухи о привидении, и никто не хочет даже смотреть дом.

— Глупости какие, — фыркнула Нэнси. — Все это звучит весьма зловеще, но я не побоюсь съездить туда с тобой. Давай смотаемся на машине и выясним, что там еще за привидение!

Они еще не успели тронуться, когда к Нэнси подлетел ее любимый Того, заскулил, завертелся, а потом пронзительно залаял.

— Надо понимать, ты хочешь с нами, — сказала она и открыла дверь отцовской машины. Того мгновенно прыгнул внутрь и устроился на переднем сиденье. Нэнси пришлось забраться назад, а мистер Дру сел за руль.

По дороге они постарались вспомнить все, что знали об орхидеях. Когда-то эти цветы росли в странах с тропическим климатом; впервые их обнаружили в Малайзии. Туда и отправился мистер Лафорж, чтобы привезти разные сорта орхидей и начать разводить их на продажу.

— Наш продавец в цветочном говорил мне, — сказала Нэнси, — что мистер Лафорж втайне пытался вырастить какую-то необыкновенную орхидею темно-синего цвета и тщательно охранял свой секрет. Он почти достиг результата, но вот так неожиданно умер.

— Интересно, — отозвался отец. — Я тоже об этом слышал. Но дети так и не нашли его секрета. Эй, посмотри, мы приехали. — Мистер Дру свернул на тенистую дорогу, с каменными колоннами на въезде. На одной из них была выдолблена надпись: Орхидиана. — Так вот как Лафорж называл свое владение, — произнес он.

Юная сыщица была очарована красками садовых и полевых цветов, а когда увидела дом, не поверила своим глазам.

— И ты говорил «маленький»! — воскликнула Нэнси. — Ничего себе, одни окна помыть потребуется неделя!

Отец объяснил, что семья пользовалась только центральной частью дома. Одно крыло было отдано под орхидеи, в другом, меньшем, располагалась семья садовника.

Услышав голоса, из левого крыла вышел низкорослый, толстый, темноволосый мужчина и представился как Джо Хендрикс.

— Я — Нэнси Дру, а это мой отец, — сказала юная сыщица. — Какое дивное место. Я просто не представляла, что здесь так красиво!

— А я направляюсь в большую оранжерею, — сказал садовник. — Хотите сначала посмотреть ее или пройдете в дом?

Нэнси бросила взгляд на отца. Он кивнул.

— Сначала в оранжерею, — ответила она. — Может, вы расскажете нам что-нибудь о привидениях?

Хендрикс напряженно посмотрел на нее, его плечи резко передернулись. Несколько секунд он стоял молча, потом пришел в себя и ответил:

— О, вы уже в курсе. Не берите в голову. Все это разговоры, и не более того. В оранжерее нет никакого привидения.

Нэнси ничего не сказала. Они с отцом последовали за садовником и вскоре пришли к огромной оранжерее. Это было куполообразное строение, сделанное почти полностью из стекла. Нэнси была поражена, что все ячейки уже восстановлены.

Хэндрикс повел гостей внутрь. К ним сразу же вышел молодой человек, которого садовник назвал Кики.

— Это мой ассистент, — объяснил он. Нэнси, которая недавно была на Гавайях, спросила:

— Ваше имя звучит как полинезийское. Ваши предки не из тех краев?

— Верно.

— Скажите, пожалуйста, — спросила Нэнси, когда они шли за ним по узкому проходу между посадками изысканных орхидей, — а что это за сладкий запах? Это не орхидеи?

— Нет, мы еще выращиваем розы и некоторые виды лилий, — ответил Кики. — Их обычно поставляют в местные цветочные магазины.

В конце прохода была дверь, ведущая в закрытую комнату. На ней висела табличка: НЕ ВХОДИТЬ.

— А что там? — спросила Нэнси.

— Лаборатория, — ответил Кики, но от объяснений уклонился.

«Это, должно быть, то самое место, где проводились секретные эксперименты по получению редкой орхидеи, — подумала Нэнси. — Как бы это выяснить, не показавшись чрезмерно любопытной? — она быстро соображала. — А что, если теперь здесь занимаются чем-то еще? Все это легальный бизнес или какие-то тайные операции?»

— Нэнси, нам надо еще осмотреть остальные владения, — обратился к ней мистер Дру. Он повернулся и пошел к выходу. Нэнси последовала за ним.

Хэндрикс и Кики вскочили в маленький грузовик и поехали впереди по направлению к красивому дому в колониальном стиле.

Когда все вошли внутрь, Нэнси ахнула. Снизу из красивого холла вверх вела винтовая лестница. Там, посреди лестницы, словно привидение стояла белая фигура. На ней было легкое, ниспадающее многоярусными складками белое платье, на плечи падали длинные белые прямые волосы. Лицо, довольно привлекательное, тоже было белым, как снег. В правой, вытянутой в сторону руке она держала стеклянную пробирку, из которой капала какая-то темно-синяя жидкость.

От испуга Хендрикс издал невнятный булькающий звук и вылетел за дверь. Кики поспешил за ним. А Нэнси с отцом остались стоять, не спуская с фигуры глаз. Привидение стало приближаться. Однако, спустившись вниз, фигура резко свернула под лестницу и скрылась.

— Куда она девалась? — спросил мистер Дру. Нэнси показала на дверь под лестницей, бросилась туда и распахнула ее. Привидения нигде не было. Лестница вела вниз.

Нэнси стала спускаться, но отец схватил ее за руку.

— Нет, — сказал он. — Ты не должна рисковать.

— Ну, пап, пожалуйста, не останавливай меня. Пошли вместе, — стала упрашивать Нэнси. Она дотянулась до выключателя и зажгла свет.

Отец нехотя последовал за ней, крепко держа дочь за руку. Через какое-то время оба они начали чихать. В помещении было сыро, пахло плесенью. Привидение исчезло.

Отец с дочерью с интересом осматривались по сторонам. Подвал, в котором они оказались, напоминал теплицу, но без солнца. На многочисленных, в несколько рядов, полках стояли горшки с посадочным материалом, но нигде не было ни одного росточка. Нэнси сунула в один горшок палец и нащупала маленькую луковицу.

— Орхидеи! — воскликнула она. — Наверное, инкубационный период проходит в темноте. Мистер Дру улыбнулся.

— Нэнси, я начинаю подумывать, не купить ли для тебя «Орхидиану». Я и не подозревал, что ты заинтересуешься здесь чем-то помимо привидения.

Нэнси слегка усмехнулась, но потом вдруг посерьезнела.

— Пап, пошли наверх, я хочу посмотреть, что это за синяя жидкость. У меня есть кое-какие догадки.

Когда они вернулись в холл, Нэнси принялась осматривать пол в поисках пятен от синей жидкости. Найдя одно из них, она мазнула по нему пальцем, понюхала, потом вытерла липкий мазок бумажным носовым платком, который достала из кармана.

— Почти как клей, — сказала она. — Я думаю, это может быть живица,[3] смешанная с какой-то синей краской. Уж не часть ли это секретной формулы мистера Лафоржа?

Нэнси решила выяснить все до конца и стала подниматься по лестнице. На втором этаже она нашла спальню бывшего хозяина, определив ее по инициалам, вышитым на подушках. У стены стояли стеллажи и старомодное бюро со множеством отделений и ящичков. Оно было открыто. Наверху в беспорядке валялись бумаги. Полки были уставлены бутылками с жидкостью. На каждой склянке стоял порядковый номер.

«Они, скорее всего, означают последовательность опытов, — подумала Нэнси. — В бутылках с начальными номерами цвет жидкости поменялся на темно-зеленый. И ни в одной не было настоящего синего цвета. Откуда же появилась пробирка, с которой стояло привидение?»

Нэнси озадаченно огляделась вокруг и увидела карточку, висящую над конторкой.

— ФОРМУЛА СИНЕГО ЦВЕТА, — прочитала она. Запомнить формулу было слишком сложно для нее.

«Здесь где-то, наверху, должна быть лаборатория», — подумала юная сыщица. Увидев приоткрытую дверь в соседнюю комнату, она толкнула ее. Точно, лаборатория! И, судя по всему, прекрасно оборудованная. Беспорядок в комнате свидетельствовал о том, что ею пользуются и по сей день.

Некто, скорее всего, был за работой, когда услышал, что нагрянули посетители, и решил напугать их, использовав наряд привидения. Но визитеры не поддались на испуг, и тогда пришлось срочно ретироваться. Теперь Нэнси была абсолютно убеждена, что привидение — не что иное, как живое существо, играющее эту роль. Но кто? И зачем? Вне сомнений, этот кто-то был связан с секретом орхидей.

Опасаясь, что формулу могут украсть, Нэнси вынула свой миниатюрный фотоаппарат и быстро сфотографировала карточку с формулой. И в этот момент она услышала за спиной какой-то звук.

Повернувшись, она наскочила на Хендрикса.

— Что это вы здесь делаете? — зашипел он, стараясь выхватить аппарат.

Нэнси быстро увернулась, проскользнула мимо садовника и бросилась вниз по лестнице.

Ее встретил отец.

— Где ты так долго пропадала? — спросил он. — И кто там наверху? Девушка все рассказала.

— Я горжусь тобой, — улыбнулся мистер Дру. — Формула Лафоржа может представлять большую ценность для его детей.

— Пап, — прошептала она, — мне кажется, Хендрикс что-то замышляет, а?

— Похоже, но я не совсем понимаю что.

Нэнси задумалась, и вдруг ее осенило. У привидения, которое они видели на лестнице, было очень приятное лицо.

— Пап, а с этой таинственной историей не связана какая-нибудь определенная девушка или женщина?

Адвокат задумчиво посмотрел на дочь.

— Если вдуматься хорошенько, то да. Некая сумма была завещана жене Кики, которая работала у Лафоржа секретаршей. И она значительно больше той, что должен был получить Хендрикс. Это привело его в ярость. Ведь его жена не получала ничего.

— Не удивительно, что он так зол, — задумчиво проговорила Нэнси.

Неожиданная догадка заставила ее вновь подняться в лабораторию. Хендрикса уже не было. Осматривая комнату в поисках новых улик, Нэнси открыла ящик бюро. Внутри лежал белый парик.

«Привидение», — подумала Нэнси и подняла парик. Внизу, на тряпичной подкладке, стоял штамп: 23Л 109. Против буквы Л можно было разглядеть буквы поменьше: «омакс».

Нэнси удовлетворенно хмыкнула. Парик взят напрокат или куплен в салоне красоты Ломаке в Ривер-Хайтсе! Она положила парик на место и поторопилась вниз к отцу.

— Идем, пап, — настойчиво произнесла она. — У меня в городе дело.

Они еще не успели сесть в машину, как она рассказала отцу о своей находке. Адвокат остановился около салона, и Нэнси нырнула внутрь.

— Вы хотите записаться на прием? — спросила женщина у стойки.

— Нет, благодарю вас, — ответила Нэнси, — я хотела бы взять напрокат такой же парик, какой взяла одна молодая женщина. Вам не трудно посмотреть ее данные? Номер 23Л 109.

— Это не совсем принято, — сказала женщина. — Как ее имя?

— Не могу сказать. Я увидела парик в костюмерной театра и посмотрела на номер.

Женщина стала рыться в картотеке и, наконец, вытащила одну карточку.

— Это был специальный заказ, — сообщила она. — Если вы хотите купить такой же, мне придется записать ваш заказ.

— А сколько это займет времени? — спросила Нэнси.

— Пару недель, но напрокат один есть. Юная сыщица постаралась незаметно заглянуть картотеку. То, что она прочла, не явилось для е сюрпризом. В верхнем правом углу было написано: «Хендрикс». Итак, привидением оказалась миссис Хендрикс! Они с мужем были сообщниками.

— Я дам вам знать о своем решении, — сказала Нэнси и быстро вышла из салона.

Она вернулась к отцу, погрузившись в размышления. И вдруг, осененная какой-то идеей, произнесла:

— Пап, ты не подбросишь меня домой? Я хочу взять свою машину. Мне пришла в голову мысль пожить несколько дней в поместье Лафоржа. Попрошу Бесс и Джорджи составить мне компанию. Что ты на это скажешь?

— Как адвокат, связанный с этим делом, я могу дать тебе свое разрешение, но как отец прошу: будьте начеку, а если что, сразу же дайте знать.

Когда Нэнси рассказала подружкам о новом деле и пригласила их поучаствовать в его расследовании, Джорджи с готовностью согласилась, а вот Бесс, узнав, что речь идет о привидении, стала отпираться.

— Ты же знаешь, я не терплю даже разговоров о них, — сказала она, — настоящие они или какие еще!

В конце концов, чтобы не прослыть трусливой гусыней, Бесс согласилась. Девушки закупили еды и в пять часов тронулись.

Когда они въезжали на территорию «Орхидианы», Джорджи не удержалась, чтобы не подразнить подругу.

— Неплохое местечко. Вам здесь с Нэдом будет неплохо.

Бесс вздохнула.

— А меня не уговоришь жить в доме с привидениями ни за какие коврижки.

Приехав и разложив вещи, подруги приготовили ужин и уселись перед телевизором. Стало темнеть. Вдруг за окном раздался пронзительный крик.

Бесс вскочила со стула.

— Что это, черт возьми?

— Всего-навсего кошка, — ответила Джорджи.

— И не иначе как черная, — мрачно произнесла Бесс.

Нэнси взяла свой мощный фонарь и высунулась в окно.

— Только наполовину, — усмехнулась она. — этой кошки все лапы белые.

— Ну вот, опять ты победила, Нэнси, — сказала Бесс и вздохнула. — Так или иначе, я бы предпочла, чтобы она замолкла.

— Попробуй вылить на нее воды, — съехидничала Джорджи. — Я слышала, это помогает.

Бесс ничего не ответила и уткнулась в телевизор. Вдруг с шумом хлопнул ставень. Все вздрогнули.

— Странно, — заметила Джорджи. — Вечер абсолютно безветренный.

Нэнси опять поспешила к окну и ахнула.

— Что там? — с беспокойством спросила Бесс.

— Привидение! — ответила Нэнси.

Джорджи подошла к окну. На лужайке перед домом танцевала фигура с длинными белыми волосами, в тонком, с ниспадающими складками, белом балахоне. Через каждые несколько секунд фигура останавливалась, делала поклон, а затем продолжала танец, как будто публика вызывала ее на бис!

— Мне надо посмотреть на это поближе, — заявила Нэнси, выпрямилась и быстро направилась к двери. Подруги наблюдали из окна, как она пересекла лужайку и бросилась за привидением, которое стало поспешно удаляться.

— Остановись! Подожди! Я должна поговорить с тобой! — кричала Нэнси.

Но танцующий призрак убегал все быстрее и быстрее. Погоня привела их к оранжерее. Фигура нырнула внутрь, захлопнула и заперла за собой дверь.

Нэнси бросилась к пристроенному к оранжерее сараю, пробралась через него и влетела в главное помещение. Привидения нигде не было. Оно, скорее всего, вернулось в дом, чтобы переодеться.

Прежде чем выйти из теплицы, юная сыщица заглянула под каждую скамейку и осмотрела все закоулки. Никто там не прятался. Тогда она решила войти в дом и в нем поискать неуловимое привидение. Но и там ее ждало разочарование.

«Ну что теперь, дорогуша?»

Вдруг Нэнси осенило. Она повернулась и направилась в ту комнату, где впервые увидела белый парик. Дверь была открыта, но внутри никого не было. Девушка сразу подошла к бюро и открыла верхний ящик. Парик лежал на месте. Она потрогала его. Он был теплый! Его только что сняли.

И в этот момент в комнату вошла маленькая женщина в ночной рубашке и халате.

— Что вы делаете? — спросила она. — И кто вы? А, подождите, я, кажется, догадываюсь. Вы — Нэнси Дру, юная сыщица, которая всюду сует свой нос!

Нэнси ответила вопросом на вопрос:

— А вы миссис Хендрикс?

— А это не ваше дело. Вы здесь никто и убирайтесь подобру-поздорову.

— Вы тоже не хозяйка. Дом принадлежит Лафоржам, — сказала Нэнси.

Женщина уставилась на нее.

— Вы считаете, что знаете все, но вам никогда не узнать подлинного секрета этого дома, — злобно проговорила она.

В это время Бесс с Джорджи, взволнованные исчезновением подруги, услышали громкие голоса и поднялись наверх узнать, кто там разговаривает. Но женщина уже вытолкнула Нэнси из комнаты и закрыла дверь.

— Нэнси, что произошло? — спросила Бесс.

Юная сыщица приложила палец к губам и жестом пригласила девушек следовать за ней. Проходя через холл, она увидела на столе телефон и потянулась к нему, решив позвонить отцу. Но не успела она поднять трубку, как услышала мужской голос:

— Алло! Миссис Хендрикс? Нэнси мгновенно сориентировалась.

— Да. Есть новости?

— Да. Передайте своему мужу, что я готов | принять его предложение.

— Очень хорошо, — ответила Нэнси, соображая, кто это мог быть. — Как правильно пишется ваша фамилия? — как бы уточняя, спросила она.

— Через «и». Смит. Эд Смит из Эствилля. Но никто не должен этого знать, помните.

— Конечно, конечно, — заверила его Нэнси, — и спасибо.

Как только в трубке раздались короткие гудки, она набрала телефон отца и в подробностях пересказала ему свой разговор. Истинное значение его она поняла лишь на следующее утро. Мистер Дру сразу же выехал в поместье Лафоржа и поведал девушкам, что Эд Смит был президентом Общества цветоводов в Эствилле и владельцем крупной фирмы по оптовой продаже цветов. Они с Лафоржем были конкурентами, и Лафорж никогда бы не продал ему секрет синей орхидеи.

— Ты хочешь сказать, что мистер Хендрикс собирается продать формулу и прикарманить денежки, так? Но ведь ему не известна полная формула. Ее никто не знает!

— Видимо, Хендриксы докопались до отсутствующей части, — ответил адвокат. — Твое расследование сорвало их планы, если все было запланировано так, как мы думаем. Так или иначе, оставайся здесь и продолжай дело. А со Смитом я встречусь сам.

Отец уехал, и Нэнси решилась на смелый ход.

— Идем поговорим с Кики, — предложила она подругам.

Они нашли его в подсобке при оранжерее, где он распаковывал коробку с розовыми орхидеями.

— Какие красивые! — воскликнула Нэнси. — Откуда они?

— С Гавайских островов, — ответил Кики. — Их вырастила моя семья. Питомник Лафоржа получил большой заказ, и мне прислали эти цветы.

Нэнси посмотрела на молодого человека и спросила:

— Кики, вы никогда сами не пытались менять окраску цветов?

— Нет, но хотел бы попробовать, только у меня нет формулы.

— Я знаю часть этой формулы, — объявила Нэнси. — Что, если мы смешаем какое-то количество клейкого растительного сока с синей жидкостью и погрузим туда стебель орхидеи?

— Идемте в морозильную комнату, — с нетерпением сказал Кики.

Это оказалось то самое помещение, на двери которого висела табличка НЕ ВХОДИТЬ. Часть комнаты была отведена под опыты: на стеллажах вдоль стен размещались пробирки и другое химическое оборудование, на рабочем столе лежали всевозможные инструменты, рядом стояли ящики с опытными растениями и пустыми стеклянными бутылками.

— Где образцы жидкостей? — спросила Нэнси.

Кики открыл стенной шкаф. Внутри было тоже множество полок, на которых стояли бутылки с жидкостями разных цветов.

Нэнси сунула руку в карман и вынула бумажку с записанной формулой. Прочла ее, потом достала три бутылки — красную, синюю и с наклейкой «растительный сок». Смешала в пробирке немного красного и синего цветов, а затем добавила воды. Почти сразу получился красивый лиловый цвет. Нэнси была разочарована.

— Я когда-нибудь получу синий? — с досадой произнесла она, но Кики лишь пожал плечами и ответил:

— Вот прекрасный цвет.

А дальше почти наобум Нэнси вылила жидкость в бутылку и добавила немного растительного сока. Погрузила в нее стебель белой орхидеи и стала наблюдать. Постепенно цвет лепестков начал меняться. Из белых они превратились в бледно-лиловые, потом все темнели и, наконец, приобрели глубокий, насыщенный цвет.

А в это самое время Бесс с Джорджи наслаждались видом орхидей в оранжерее. Вдруг Бесс схватила кузину за руку.

— Кто-то идет! — прошептала она и сразу увидела женщину, приближающуюся к входной двери. — Надо предупредить Нэнси.

Джорджи бросилась к комнате с табличкой НЕ ВХОДИТЬ. Женщина побежала за ней.

— Туда нельзя! — закричала женщина.

Джорджи и ухом не повела. Открыв дверцу она предупредила Нэнси и Кики, которые тут же прервали свой эксперимент.

— Миссис Хендрикс, — нервно пробормотал он, быстро закрыл перед ней дверь и запер ее на ключ.

Миссис Хендрикс оттолкнула Джорджи и попыталась ворваться в комнату, но было поздно. Покраснев от злости, она закричала:

— Ну, я вам устрою!

На стене рядом с дверью было расположено маленькое красное колесико с надписью над ним: ТЕМПЕРАТУРНЫЙ КОНТРОЛЬ. Женщина повернула колесо на отметку ЗАМОРАЖИВАНИЕ.

— Это как раз для незваных гостей, — произнесла она, торжествующе улыбаясь Бесс и Джорджи. — Не вздумайте повернуть его обратно. Оно работает автоматически и через двенадцать часов вернется в изначальное положение, открыв при этом дверь, которую заперли изнутри! — Сказав это, женщина выпорхнула из теплицы. Бесс была в панике.

— Нэнси замерзнет до смерти.

Джорджи стала прыгать вокруг колеса.

— Я не верю этому чудовищу, — сказала она. — Бесс, нажми как следует на дверь. — Сама Джорджи в это время пыталась вернуть колесо в положение НОРМА, но не могла найти кнопку, которая бы разблокировала механизм. Прошло несколько минут, и вдруг Бесс нащупала около светящейся панели заветную кнопку.

Дверь открылась, и на пороге, шатаясь и дрожа от холода, появились Нэнси с Кики. Девушки рассказали, что произошло. Затворники с облегчением вздохнули.

— Благодарю за спасение бесценных орхидей, которые там находятся, — сказал Кики.

— Не говоря уже о спасении бесценных нас! — добавила Нэнси.

Бесс и Джорджи поклонились.

— А что нам делать с этой ужасной особой? — спросила Джорджи.

— У меня есть план, — ответила Нэнси. — Сейчас мы отсюда смотаемся, а вечером незаметно вернемся. — Все направились к выходу из оранжереи. Там, распрощавшись с Кики, девушки сели в машину и укатили.

— Ну, и в чем же твой план? — спросила Бесс.

— Я хочу встретиться с привидением на его же территории.

В городе Нэнси остановилась около салона красоты Ломаке и взяла напрокат парик. Потом отвезла подруг и, наконец, добралась до собственного дома. В шкафу спальни она выбрала бледно-розовое легкое платье, в котором была подружкой на свадьбе у своей приятельницы, аккуратно свернула его и вместе с платиново-белым париком уложила в сумку.

Сразу после ужина она заехала за Бесс с Джорджи, чтобы вернуться в «Орхидиану». Подружки начали упрашивать, чтобы она подробно изложила свой план.

Выслушав ее, Джорджи спросила:

— А почему ты уверена, что привидение опять выйдет на лужайку?

— Если не выйдет, — сказала Нэнси, — тебе придется уговорить его, чтобы оно захотело!

Когда стемнело, Нэнси нарядилась в свой костюм и направилась к оранжерее. Бесс с Джорджи наблюдали за всем из окна. Вскоре на лужайке появилось беловолосое привидение со склянкой темной жидкости в руке. Оно стало танцевать, и брызги жидкости полетели по траве.

Фигура перемещалась, казалось, без всякого конкретного замысла, и Нэнси решила, что пора и ей появиться на сцене. Она вышла из-за куста, за которым пряталась и, изображая второе привидение, грациозно протанцевала к центру поляны. Потом неожиданно остановилась, вытянула вперед руки и громко застонала.

Белое привидение оглянулось и, увидев Нэнси, с диким криком бросилось в дом. В этот момент из холла выскочили Бесс с Джорджи и встали у подножия лестницы, загородив дорогу на второй этаж.

— Добрый вечер, миссис Хендрикс, — произнесла Джорджи, а Бесс добавила:

— Вы так хорошо танцуете. На лице женщины появилось выражение удивления, сменившееся испугом.

— Вы меня знаете? — спросила она.

Тут через парадную дверь в дом ворвалась Нэнси.

— Ваша игра закончена, миссис Хендрикс, — сказала она. — Вам с мужем чуть не удалось удрать. Вы собирались продать формулу Лафоржа и скрыться с деньгами. А весь этот спектакль с привидением был вам нужен, чтобы отпугнуть людей и найти недостающую часть формулы… формулы, которую вы украли!

— Это неправда, — проговорила женщина. — Мистер Лафорж передал нам ее перед своей смертью.

— Я думаю, вам придется доказать это в суде, — сказала юная сыщица. Миссис Хендрикс побледнела.

Неожиданно их прервал Кики, возникший в двери. Он с изумлением уставился на оба привидения, но потом узнал Нэнси.

Он схватил ее за руку и с нетерпением произнес:

— Я нашел ее. Идем посмотрим!

Нэнси последовала за Кики в оранжерею, где он с гордостью показал ей великолепную темно-синюю орхидею.

— Какая красивая! — воскликнула Нэнси. — Как тебе это удалось?

— Я вряд ли вспомню все комбинации жидкостей, которые использовал, — с волнением сказал он. — Но вот здесь, смотри, я записал последнюю, так, на случай, если она окажется правильной!

— Ты должен гордиться собой, — произнесла Нэнси улыбаясь. — Я уверена, новый владелец этого хозяйства будет рад, если ты останешься здесь работать!

Кики тоже улыбнулся.

— И я был бы рад, но только при одном условии — никаких вечеринок на лужайке и никаких привидений!

Примечания

1

Эллинг — помещение, где строятся или ремонтируются суда; стоянка судов. (Здесь и далее примеч. пер.)

2

Лягушка (фр.).

3

Смолистое вещество, выделяющееся при надрезе из стволов хвойных деревьев. (Примеч. ред.)

Content

Кэролайн Кин
Нэнси Дру. Рассказы о привидениях

ПРЕДИСЛОВИЕ

ПРИВИДЕНИЕ В СТУДЕНЧЕСКОМ ГОРОДКЕ

СОБАЧЬИ ПРИЗРАКИ В «ШЕПЧУЩИХСЯ ДУБАХ»

ЧЕРЕП ПИРАТА ЧЕРНАЯ БОРОДА

ПРИЗРАЧНЫЙ БЕГУН

ПРОКЛЯТИЕ ЛЯГУШКИ

ПРИВИДЕНИЕ В ОРАНЖЕРЕЕ

Примечания