Андрей Егоров

Потерянный рай

Сегодня Влад Крыленко ощущал себя почти богом. И пусть он не мог создавать собственные миры, зато в этом был почти всесилен. И мог изменять его по собственному усмотрению.

Утро начиналось обыденно – на костюмированном балу в королевском дворце. Влад прибыл на летучей карете, запряженной пятеркой зубастых ящеров, с виду – агрессивные твари, не поддающиеся дрессировке, на деле рептилии были разумны и отлично управлялись с экзотическим транспортом. Как только карета припарковалась у витой ограды, ящеры самостоятельно распряглись, помогая друг дружке, и отправились пастись на раскинувшийся неподалеку заливной луг. Ну, что за умницы?.. Крыленко придирчиво осмотрел свой гардероб – мундир штабс-капитана лейб-гвардии полка его величества, а под ним кремовые джинсы от модного дизайнера, белые сапоги со шпорами без единой пылинки, а на голове вместо фуражки шляпа австралийского охотника на крокодилов – целый ряд острых зубов вдоль тульи. Кому-то это облачение могло показаться безвкусным, но Крыленко знал – здесь ценят не вкус, а яркость и оригинальность.

В саду было шумно. Девушки смеялись и сплетничали, оценивая карнавальные наряды и пересказывая свежие новости. Молодые люди придирчиво оглядывали вновь прибывших. Появление блистательного Крыленко, известного своей манерой выделяться из толпы, вызвало массовый фурор. Его приветствовали, похлопывали по плечам, спрашивали, какие планы на сегодня.

– Не знаю, не знаю, – важно отвечал Влад, – но кое-какие идейки, разумеется, есть.

На самом деле, никакого конкретного плана действий у «бога» пока не было.

Он присоединился к группе причудливо наряженных молодых людей и девиц, с которыми был знаком уже очень давно. Стали болтать о всякой ерунде.

Вскоре подали шампанское, затем состоялся грандиозный фейерверк, а уже за ним последовали традиционные игры и танцы на паркете, в зале, где раньше чинно вышагивали дамы дворянских фамилий. Вся эта юная пестрая публика так не вязалась с архитектурным изыском величественного дворца, что возникало ощущение вакханалии варваров, в одночасье захвативших резиденцию монарха.

Бал омрачил крайне неприятный эпизод. Один из гостей вдруг пронзительно закричал, выгнулся дугой, простер руки к потолку и рассыпался в прах. Все испытали острое чувство расстройства. У Влада тоже порядком испортилось настроение. Поэтому он спешно попрощался с друзьями и покинул честное собрание. У него хватало прочих развлечений, без подобных отвратительных эксцессов, навевающих дурные мысли.

Первоначально он посетил Канаду, где не был недели три. Избавившись от одежды, абсолютно обнаженный, некоторое время он плыл по Ниагаре на безвесельном каноэ, слушая, как медленно нарастает гул. А когда его утлому суденышку пришла пора упасть в пропасть, оттолкнулся от борта и сиганул вниз. Он стремительно летел мимо низвергающихся потоков, и в них отражалось его молодое тело, широкоплечее, могучее, все в переплетениях тугих мышц. Над самой поверхностью, в туче радужных брызг, Крыленко изменил направление полета и легко выпорхнул птицей из водной ловушки, куда секундой позже рухнуло его каноэ.

Немного отдохнув на пляже Майорки, где было слишком тихо, он направился в Австралию, на Большой барьерный риф. Здесь было, на что посмотреть, тому, кто может дышать под водой. Разноцветные рыбки, сбившись в стайки и поодиночке, медленно проплывали на фоне многообразия океанских кораллов. Морские звезды, едва-едва шевеля тонкими кончиками, цеплялись за розоватые отростки. Сотни губок раздувались, присосавшись к бокам живого океанского леса. Крупные рыбы с выпученными глазами смотрели на пришельца испуганно. А совсем рядом под пронизанной лучами солнца голубой водой неслышно скользили акулы. Влад их не боялся. Он был сильнее любого океанского хищника. «Еще неизвестно, кто бы кем позавтракал», – с гордостью подумал Влад, и решил заказать себе на обед акульих плавников.

После обеда Крыленко провел долгое время в африканской саванне. Охотился. На гепардов. Ему нравилось настигать этих стремительных хищников, хватать за хвост и, раскрутив над головой, зашвыривать куда подальше. Потом он покатался на диких слонах, перепрыгивая с одной широкой спины на другую, пока ему не наскучило и это занятие. Немного посоревновался с вождем одного из племен в метании копий. Поплясал у костра, призывая дождь, чтобы не погиб урожай. И под тропическим ливнем покинул Черный континент.

Следующим пунктом сегодняшней развлекательной программы стало космическое путешествие. Он взял старт с космодрома Байконур, несколько раз обогнул Луну, высматривая, нет ли кого-нибудь знакомого в окрестностях Моря спокойствия – бинокулярное зрение позволяло различить мельчайшие объекты на поверхности планеты. Здесь тоже была точка сбора. Но сегодня она пустовала. Наверное, все, желающие повеселиться, переместились в королевский дворец, решил Влад. И он устремился к Марсу.

На Красной планете он задержался надолго. Создал посреди пустыни громадный аквапарк и наполнил его людьми, по большей части, прелестными фотомоделями. Можно было поваляться в бурлящем джакузи, поглазеть на красоток. Снующие кругом роботы-официанты по первому требованию подавали коктейли. Аквапарк Влад покинул полупьяным и веселым, но, возносясь ракетой в небо, сразу же сбросил с себя дурман – алкоголь он не любил.

Возле Венеры Крыленко застал настоящее межзвездное сражение, тяжелые боевые крейсеры двух противоборствующих кланов бороздили космические просторы, а вокруг них носились на громадных скоростях вертлявые истребители, пуляя лазером. В вакууме не слышно было эхо взрывов, но вспышки то и дело появлялись на бортах того или иного межзвездного судна, отмечая точные попадания.

Покружив в окрестностях Сатурна, Крыленко подумал, что кольца планеты вращаются слишком медленно – и разогнал их так, что они завертелись, как хула-хуп на теле гимнастки. Поскольку энергия по-прежнему била ключом, захотелось небольшой вселенской катастрофы, и Влад, недолго думая, столкнул Сатурн с орбиты, обрушив его на мирного соседа – величественный Юпитер. Газовый гигант весь всколыхнулся, принимая неожиданный удар. И немедленно ответил, как и подобает самому тяжелому небесному телу в системе. Последовала такая яркая вспышка, что даже божественная сила в лице Влада Крыленко зажмурилась и закричала от неожиданности. Энергией тысяч термоядерных взрывов его ударило и понесло прочь. Осознав, что переборщил, он резво замахал руками, сначала остановив катастрофу, а затем и вращение планет по орбитам. Не без труда он вернул их на привычные места. После этой непростой операции запустил время. Но орбиты оказались неточны. Спутники Юпитера так и норовили разлететься в разные стороны, столкнуться между собой. Пришлось повозиться – и настраивать Солнечную систему в течение нескольких часов, пока движение самых массивных ее планет не наладилось полностью.

После столь масштабных деяний Влад почувствовал себя утомленным. И решил, что пора вернуться на Землю. Там как-то спокойнее. Да и время уже позднее, пора подумать о вечернем досуге.

Развратником он никогда не был, хотя, разумеется, с его могуществом мог позволить себе любые, даже самые экзотические, развлечения. В делах любовных обладал традиционным вкусом и даже был убежденным романтиком, предпочитая свидания с одной только девушкой. Ее звали Иоланда, так он ее окрестил, она всегда являлась по первому требованию. На сей раз он пожелал устроить ужин с Иоландой в уютной гостинице, высоко в горах. Пусть это будут Альпы, решил Влад. Они будут сидеть и говорить друг с другом о разных пустяках в абсолютно пустом зале тихого ресторанчика, где нет иных посетителей, только предупредительные официанты. Поужинают, местная кухня весьма разнообразна, выпьют вина правильной выдержки из старых запасов хозяина гостиницы – только для дорогих гостей. А потом поднимутся наверх, в номер, и будут любить друг друга, как любили много раз прежде. Иоланда была похожа на прекрасную принцессу из сказки, по воле злой колдуньи потерявшую память. Впрочем, то обстоятельство, что она не помнила, кто она и откуда, ее совсем не заботило. Она была беспечна и легка, а еще грациозна, как кошка, и пахла ландышами. Для Влада не было большего удовольствия, чем проводить с ней вечера и ночи. Он бы и в другое время был с нею, но ведь у него было столько других занятных развлечений в этой вселенной…

Крыленко шел по проселочной дороге к гостинице, предвкушал встречу с девушкой, и с удовольствием вдыхал свежий горный воздух. Как вдруг краски окружающей действительности мгновенно поблекли. Словно на солнце вдруг набежала черная туча. Снег на горных вершинах сделался серым. Пастельные тона превратили реальность в безжизненную картинку. Влад ощутил дурноту, почувствовал, что задыхается. Пусть здесь он – высшее существо, но человеческий организм давал сбой. Он сел на землю, сцепил пальцы, прижал колени к груди и резко мотнул головой. Привычной болью отозвалась спина. Он отправлялся обратно…

* * *

Возвращение из виртуальной реальности было ужасным, в который раз ужасным. Вынув из пазов в черепе электронные контакты – они размещались на висках, Крыленко медленно поднялся с ложа. Посередине его находился длинный разъем, соединяющийся со спинным мозгом в области позвоночника. Система отлично функционировала. Он же был едва жив.

Придерживаясь за облупившуюся стену, всю в обрывках обоев, человек побрел к туалету. Его вывернуло, как всегда после возвращения. В ванной он налил стакан воды из-под крана, дрожащими руками поднес к пересохшим губам, медленно выпил. Из разбитого зеркала на него смотрел старик двадцати семи лет – в порванной грязной майке, со впалыми щеками, запавшие глаза не выражали ничего. От висков ко лбу тянулись тяжелые вены, они же сеткой проступали на шее, и на кистях рук. До кухни он добрался с трудом, поел то же, что и вчера – сваренную неделю назад манку.

«Вернуться, – думал человек, поглощая пищу, необходимо как можно скорее отправиться назад – там я бог, мне принадлежит вся Вселенная». Он осторожно поставил кастрюлю на стол и, покачиваясь, направился в комнату. Путешествие заняло у него весьма продолжительное время – слабость, разливаясь внутри, делала ноги ватными.

– В конце концов, – пробормотал он, вставая на колени, поворачиваясь и укладывая свое едва живое тело на виртуальное ложе, – и эту убогую реальность формирует лишь сеть нейронов. Кто даст гарантию, что она такая, какой я ее вижу?

Соединяясь с нервной системой, щелкнул разъем, два контакта вошли в виски – и Влад Крыленко снова стал богом. В последний раз.

Content

Андрей Егоров
Потерянный рай