Виктория Лайт

Ее звали Джин

1

Океанская волна лениво набегала на широкую полосу золотистого песка и, докатившись до подножия спасательной вышки, так же неторопливо ускользала обратно. Утреннее солнце на нежно-голубом, без единого облачка небе еще не припекало с полной силой, и посетители пляжа Палм Гроув Бич не прятались под зонтиками, а смело подставляли его лучам обнаженные тела.

Людей было немного – в основном те, для кого поход на пляж давно стал каждодневным ритуалом. У натянутой сетки любители волейбола нехотя перебрасывали мяч; двое спасателей переговаривались возле пляжного бара, покрытого прочным сплетением пальмовых листьев; кто-то плескался в прозрачной лазурной воде или нежился в шезлонгах.

Кейси Бобблтон, руководитель спасательной станции Палм Гроув Бич, обозревал свое королевство с верхней площадки спасательной вышки. Кейси любил эти безмятежные утренние часы, когда мамаши с выводками суматошных детей еще сладко спали на мягких постелях и никого не нужно было катать на лодках или вытаскивать за волосы из воды.

Сейчас можно было расслабиться и насладиться роскошным видом, открывающимся со спасательной вышки: безбрежный океан, на глазах меняющий цвет от нежно-бирюзового до темно-серого, теплый желтый песок пляжа, живописный бар с лучшими прохладительными напитками во всем побережье и, конечно, сногсшибательные красотки в откровенных купальниках, наводняющие Палм Гроув Бич в это время года…

Кейси обожал свою работу и не отказался бы от нее ни за какие сокровища мира.

Стройная блондинка в алом бикини вышла из воды. Купальник подчеркивал ее прелестные соблазнительные формы, и вслед блондинке поворачивались все мужские головы. Встряхивая намокшими длинными волосами, она подошла к пляжному бару, облокотилась о стойку и ласково улыбнулась бармену.

– У тебя есть сегодня свежевыжатый сок грейпфрута, приятель?

– Грейпфрут не годится для самой красивой девушки пляжа, – ответил бармен, сверкнув белозубой улыбкой. – Попробуй мое последнее изобретение: апельсин, лайм и лимон в равных долях с кубиками льда. Называется «Ангел для Анджелины».

Пухлые губки блондинки чуть дрогнули. Ее звали Анджелина Фортекскью, и она по праву считалась первой красавицей Палм Гроув Бич.

– Давай, – сказала она с кокетливой ноткой.

Бармен проворно налил фруктовый коктейль в высокий охлажденный бокал. Девушка с интересом наблюдала за его ловкими движениями, а заодно любовалась загорелым мускулистым торсом, который выгодно подчеркивала ослепительно белая футболка.

– Держи.

Бармен поставил бокал перед Анджелиной.

– Спасибо. – Девушка подалась вперед так, что ее пышная грудь, и без того едва прикрытая тонкой тканью купальника, оказалась почти на виду, но бармен упорно смотрел в сторону. – Сколько я тебе должна?

– Подарок фирмы.

Бармен прислонился к стойке и, небрежно полируя полотенцем стакан, делал вид, что с интересом поглядывает в голубую даль океана.

– Да? – улыбнулась она. – И часто ты делаешь подарки девушкам?

– Только самым красивым. И только тем, кого зовут Анджелина.

Девушка засмеялась, словно тысячи серебряных колокольчиков вдруг зазвенели на ветру.

– Какой ты, оказывается, льстец… – протянула она, отхлебывая коктейль. – М-м, вкусно…

– Говорить правду – не значит льстить, – усмехнулся бармен, кинув на девушку быстрый оценивающий взгляд.

– Неужели?

Дыхание красавицы участилось. Она облизнула губки розовым язычком и с придыханием спросила:

– Кстати, ты уже пригласил кого-нибудь на вечеринку Боба Сфинкса?

– Нет.

Невозмутимости бармена мог бы позавидовать любой женоненавистник.

– Я тоже еще не решила, с кем пойти… Может, объединимся?

– Звучит заманчи…

– Какого черта!

Кожаный мяч, которым перебрасывались волейболисты, после неудачного паса ударился о голову молодого человека, дремлющего в шезлонге у самой кромки воды. На самом деле молодой человек не спал, а грезил наяву. Неловкость игроков безжалостно разрушила чудесную картинку, которую с таким вкусом и старанием создало его воображение…

Молодой человек вскочил на ноги и с раздражением швырнул мяч обратно игрокам. В ответ ему раздался дружный гогот.

– Извини, Донни, случайно вышло! – издевательски бросил ему один из игроков, высоченный крепкий парень с белокурыми волосами, завязанными в хвост.

– Идиоты, – пробурчал молодой человек себе под нос и оттащил шезлонг в сторону, подальше от ретивых волейболистов.

Он повернулся спиной ко всему пляжу, сел в шезлонг, поставил стопы на мокрый песок и закрыл глаза. Ему потребуется время, чтобы войти в нужное настроение. На чем он остановился? Ах, да, он работает барменом на Палм Гроув Бич, и прекрасная, изумительная, умопомрачительная Анджелина Фортекскью предлагает ему пойти вместе на вечеринку Боба Сфинкса…

– Звучит заманчиво. Пожалуй, я не против.

– Ты не против? – презрительно рассмеялась Анджелина. – Да кому ты нужен, Дональд Дак!

Высокая волна окатила молодого человека по колени и внесла коррективы в его фантазии. Он открыл глаза и огорченно вздохнул. Тяжело быть неудачником. Даже в мечтах он не в силах справиться с красоткой Анджелиной. А что же говорить о действительности… Он вздохнул еще раз, встал с шезлонга и побрел по пляжу к выходу. Там, где возвышалась белоснежная вереница мраморных отелей, его ожидал очередной утомительный день и жаркие фантазии о том, чего никогда не произойдет.

Мечтательного молодого человека звали Дон Рикуэйд, и работал он администратором в скромном отеле «Фантастик тайм», выходящем окнами на каменистый заброшенный пляж по соседству с Палм Гроув Бич. Фантастического в этом отеле были лишь название и желания его администратора, а в остальном он представлял собой безыскусное краснокирпичное здание в три этажа, чье убожество скрашивала только буйная тропическая растительность. С едой и обслуживанием дела в «Фантастике» обстояли еще хуже, чем с дизайном, и прибыли он приносил мало.

Как и следовало ожидать, селились в этом отеле на редкость скучные и жадные люди, которые хотели получить все блага мира за минимальную стоимость и никогда не давали горничным щедрых чаевых. В десять вечера в других отелях Палм Гроув начиналось самое интересное, а «Фантастик тайм» словно вымирал. Большинство постояльцев засыпало в душных маленьких номерах, а остальные убегали развлекаться на пляж, в «Океанскую жемчужину», «Сердце Палм Гроув» или любой другой бар или отель на побережье. Где угодно было веселее, чем в «Фантастик тайм», и Дону оставалось проклинать судьбу-злодейку, забросившую его в самую невзрачную гостиницу города.

Если бы на этом его злоключения заканчивались! В конце концов, работа – это только работа, и у Дона всегда находилось время, чтобы веселиться в барах и на дискотеках, плавать в океане, встречаться с друзьями, знакомиться с девушками… Теоретически находилось время. Потому что у него никогда не получалось веселиться, плавать и знакомиться именно так, как ему этого хотелось.

Он мог незамеченным просидеть в углу на самой интересной вечеринке и не решался заговорить с красивыми девушками Палм Гроув. И местные, и приезжие красавицы относились к нему с обидным снисхождением. Всегда находились более высокие, более сильные, более привлекательные самцы, которые выхватывали из-под носа Дона девушек, достойных роскошного пляжа Палм Гроув.

Все же Дон пока не очень жаловался на судьбу. У него были друзья, случались подружки, и хотя каждый вечер он возвращался в крохотную комнатенку под крышей «Фантастика», где пахло едой с кухни, он не чувствовал себя полным ничтожеством. Не всем одинаково везет в жизни. Кто-то – загорелый, мускулистый блондин с голливудской внешностью и лучше всех играет в пляжный волейбол, как Эл Килрой, кто-то похож на ковбоя Мальборо и каждый день спасает полуголых красоток на пляже, как Кейси Бобблтон. А кто-то разбирает конфликты между горничными и ест на обед пригоревший бифштекс, как Дон Рикуэйд. Но в жизни всегда есть место сюрпризам. Однажды и Кейси, и Эл рты пораскрывают, когда неотразимый Дон влюбит в себя первую красавицу Палм Гроув Бич!

Дон надеялся. До тех пор, пока не познакомился с первой красавицей Палм Гроув.

Анджелина Фортекскью работала на городской почте, а в летний сезон подрабатывала инструктором по плаванию в «Океанской Жемчужине», самом престижном отеле Палм Гроув. Также Анджелина снималась в откровенных нарядах для местной газеты и участвовала в рекламной акции новых купальников от Тиффани Бронкс. У Анджелины были изумительные голубые глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц, белокурые волосы длиной по пояс, идеально гладкая кожа с легким золотистым загаром и соблазнительная фигурка, завидев которую любой нормальный мужчина тут же становился ее рабом.

Анджелина была совершенством. Она улыбалась как совершенство и разговаривала как совершенство. Даже срочные телеграммы и денежные переводы она отправляла и принимала как совершенство. Анджелина была одной из достопримечательностей «Океанской жемчужины». На ее уроках плавания отличных пловцов мужского пола было в три раза больше, чем детишек, впервые в жизни увидевших большую воду.

Оставалось загадкой, почему при таких данных Анджелина до сих пор прозябает в Палм Гроув вместо того, чтобы украшать собой обложки журналов и экраны кинотеатров. Но, тем не менее, это был неоспоримый факт – Анджелина Фортекскью жила в Палм Гроув и была самой красивой и желанной девушкой побережья.

Дон увидел ее на пляже с подругами и потерял покой. Не влюбиться в Анджелину было невозможно. Но покорить ее у него было столько же шансов, как у его старенького «понтиака» выиграть Формулу 1.

То есть нисколько.

Тайна Дона недолго оставалась тайной. Впрочем, в Анджелину так или иначе было влюблено все мужское население Палм Гроув, и чувство Дона никого не удивило. Его даже не стали жалеть. На все жертвы красоты мисс Фортекскью никакой жалости не хватило бы.

Сама Анджелина нашла чувство Дона «забавным» и снизошла до разговора с несчастным влюбленным, который завороженно наблюдал за тем, как она играет в волейбол с подругами.

– Эй, как тебя зовут? – небрежно бросила она Дону, проходя мимо.

Бесподобные ноги Анджелины утопали в золотистом песке, открытый купальник отливал всеми красками радуги, а волосы могли соперничать цветом с отборным морским жемчугом. Дон на мгновение потерял дар речи, а потом смущенно пробормотал:

– Д-Дональд.

– Дональд? – расхохоталась Анджелина. – Неужели Дональд Дак?

Будь проклят тот день, когда родители нарекли его в честь прапрадедушки! Обычно Дон представлялся сокращенным именем, но в ту роковую минуту красота Анджелины лишила его разума.

– А что, похож, – кинула она напоследок и направилась к своим друзьям.

К вечеру слова Анджелины стали известны всем в Палм Гроув, и прозвище намертво прилипло к Дону. Что с того, что на самом деле он ни капли не походил на злосчастного утенка? Анджелина сказала, что он – Дональд Дак, значит, так оно и есть. Шансы Дона, и без того близкие к нулю, приобрели жирный и основательный минус.

Морис, приятель Дона, утешал его как мог. Вечерком он заглянул в комнату к другу и застал его у окна. Дон наблюдал в бинокль за прекрасной золотоволосой девушкой, которая бежала вдоль линии пляжа. На девушке были коротенькие шортики и облегающая маечка, так что влюбленному было чем любоваться.

– Да на что она тебе сдалась, эта Анджелина? – Морис вырвал бинокль из рук Дона. – Вокруг полно симпатичных девчонок. Ты же знаешь, что она на тебя никогда не посмотрит. За ней мой шеф во всю приударяет, а ты по сравнению с ним… сам знаешь… Зачем так себя мучить?

Морис обладал отличными задатками утешителя. Как будто Дон нуждался в лишнем напоминании о том, что первым среди поклонников Анджелины был Кейси Бобблтон, главный спасатель Палм Гроув. Девушки находили, что он чем-то напоминает неотразимого Индиану Джонса, и пачками падали к его ногам. Кейси оставалось только выбирать самых хорошеньких. А с недавних пор он стал оказывать знаки внимания прекрасной Анджелине, и Палм Гроув затаил дыхание в ожидании момента, когда она ответит ему «да». Иного от нее никто не ждал.

– Раньше ты не был таким занудой, – продолжал Морис. – Мы с тобой классно веселились… А теперь ты только вздыхаешь: Анджелина то, Анджелина се… Надоело тебя слушать. Разве так можно?

На некрасивом веснушчатом лице Мориса было написано искреннее негодование. Он недавно стал младшим спасателем у Кейси Бобблтона и вовсю наслаждался преимуществами своего нового положения. Спасательная команда Бобблтона, все как на подбор крепкие, высокие и мускулистые ребята, пользовалась среди прекрасной половины Палм Гроув повышенным спросом. И Морис, пусть и некрасивый, но добрых шести с лишним футов ростом с отлично развитой мускулатурой, занял среди них достойное место.

– Я собираюсь на одну вечеринку завтра… Там будут изумительные девчонки и море бесплатной выпивки… Хочешь со мной?

– Что за вечеринка?

– У Фергюсона в «Старой Таверне».

– Фу, туда же никто не ходит, – поморщился Дон.

– Если туда не ходит Анджелина Фортекскью, то это не значит, что туда никто не ходит! – едко отозвался Морис. – Будет здорово. Захочешь – приходи!

Он вышел, громко хлопнув дверью, а Дон опустился в скрипучее кресло, доставшееся ему от его предшественника в «Фантастике».

Ему делалось нехорошо от одного слова «вечеринка». Через неделю Роберт Шамерон, или Боб Сфинкс, прозванный так за немигающий взгляд, устраивал грандиозную вечеринку в честь начала бархатного сезона на побережье. Шамерону принадлежало несколько дорогих отелей в Палм Гроув, в том числе и самый красивый и известный, «Океанская Жемчужина», поэтому никто не сомневался, что вечеринка будет на высшем уровне.

Впрочем, как и всегда. Боб ежегодно устраивал у себя большой праздник, и все население Палм Гроув с нетерпением ожидало этого дня.

Конечно, на побережье не было недостатка в самых разнообразных вечеринках, но праздник Боба Сфинкса был особенным. Так уж повелось в Палм Гроув, что именно у Боба, на танцполе «Океанской Жемчужины» многие одинокие сердца находили себе пару.

Примета гласила: с кем проведешь вечеринку у Боба Сфинкса, с тем проведешь и весь бархатный сезон, и поэтому приглашение к Бобу нередко рассматривалось как официальное объяснение в любви. Заветной мечтой Дона было пойти на вечеринку в «Океанскую жемчужину» вместе с Анджелиной и доказать всему Палм Гроув, что Дональд Рикуэйд тоже чего-то стоит!

Увы, можно было только представлять себе, как отреагирует Анджелина на приглашение «Дональда Дака»! Самые завидные мужчины Палм Гроув, от Кейси Бобблтона до Эла Килроя, будут к ее услугам, если она того захочет. А на долю Дона останутся лишь мечты, сладкие, непозволительные мечты о том, как однажды реки потекут вспять, солнце взойдет на западе, а Анджелина Фортекскью благосклонно посмотрит на него…

2

Собираясь на вечеринку, главное – не паниковать. Что с того, что самая красивая девушка города считает, что ты похож на Дональда Дака? Ведь на самом деле это грубая ложь. Ты – симпатичный молодой человек, пусть и среднего роста, с нормальным, хорошо развитым телом, неглупый, остроумный, интересный собеседник и когда-то отлично играл в футбол в школе… Ты знаешь, как понравиться девушке, и способен на истинные чувства, а не только на то, чтобы затащить ее в постель.

Одним словом, ты действительно неплохой парень. И у девчонки нет ни одой причины издеваться над твоими чувствами, даже если она обладательница самых белокурых волос на всем побережье!

Дон подмигнул своему отражению в зеркале и вышел из ванной комнаты. Несмотря на решение не ходить на вечеринку к Фергюсону, он все-таки собрался прогуляться до «Старой Таверны». Морис прав. Если Анджелина не посещает такие места, это не значит, что он должен просидеть весь вечер в одиночестве, вдыхая пары свинины с бобами, которую сегодня подают на ужин в «Фантастике». Когда тебе всего двадцать семь, то от разбитого сердца можно пострадать и на веселой вечеринке.

И даже на не очень веселой.

Кафе Кирка Фергюсона «Старая Таверна» находилось на самой окраине Палм Гроув. Как и около «Фантастика», пляж здесь был усыпан мелкой галькой вместо песка, и толпы отдыхающих предпочитали более комфортные заведения города, где можно было пропустить стаканчик-другой и сразу искупаться, не боясь поранить ногу в темноте. К Кирку ходили только постоянные клиенты, и доход «Старой Таверны» был невелик.

Тем не менее, Фергюсон старался не отставать от моды и помнил о том, что клиентов надо развлекать. Когда Дон вошел в «Старую Таверну», его встретили там треск маракасов и девушка в юбке из пальмовых листьев, лихо отплясывающая на утрамбованном земляном полу. На шее каждого посетителя висела гирлянда из живых цветов.

Людей, к удивлению Дона, было достаточно, чтобы считать вечеринку состоявшейся. Девчонок было много, попадались среди них и хорошенькие… Дон протиснулся к барной стойке и заказал себе коктейль. Интересно, чем сейчас занимается Анджелина? Гуляет с подругами по Палм Гроув Бич или болтает с ними в каком-нибудь кафе? Учит пузатых озабоченных мужиков держаться на воде или целуется с Кейси Бобблтоном на заднем сиденье его машины? Эх…

– О, Дон, безумно рад тебя видеть. – Морис, незаметно подошедший сзади, со всей силы хлопнул Дона по плечу. Тот даже поперхнулся. – Пойдем, я тебя с кое-кем познакомлю.

По тону Мориса было ясно, что на этих «кое-кого» стоило обратить внимание. Дон вздохнул и пошел за другом. Непритязательность Мориса была ему слишком хорошо известна.

За круглым столиком в дальнем углу сидели две девицы и глупо хихикали, глядя по сторонам. У одной, рыженькой, были короткие кудрявые волосы и противный высокий голос. Вторая на первый взгляд была ничего, загорелая и белозубая, с маленьким острым носиком и ярко накрашенными губами. Но ее худой торс, подозрительно возвышающийся над столом, навел Дона на мысль, что девчонка значительно выше его ростом.

– Познакомьтесь, девочки, это Дон. Мой хороший друг, – представил его Морис. – Работает администратором в «Фантастике».

– Я слышала, что это самый отстойный отель в Палм Гроув, – презрительно бросила тощая.

– Какая мне разница? – пожал плечами Дон. – За то, что я там нахожусь, платят мне, а не наоборот!

Девушки с готовностью засмеялись. Знакомство состоялось.

Они танцевали и участвовали в конкурсах, выходили на улицу подышать свежим воздухом, пили один коктейль за другим. В голове Дона приятно шумело, и длинная худая Энни уже не казалась ни длинной, ни худой. Морис и рыженькая Бет уже давно нашли общий язык и обменивались понимающими взглядами.

– … а завтра я обязательно покажу тебе нашу спасательную вышку, – уловил Дон обрывок их разговора. – Ты даже не представляешь себе, как там здорово…

Он не завидовал успеху друга. В конце концов, Энни так же умильно поглядывала на него и тоже была не прочь посмотреть вышку, «Фантастик» или что там он был готов ей показать. Но почему-то именно сегодня вечером Дон не жаждал легких приключений, да и не особенно нравились ему девушки выше его. Пусть даже на пару дюймов.

– Может, прогуляемся по пляжу? – предложила Энни.

– Там галька, – предупредил Дон. – И фонари почти не горят.

– Как раз то, что надо, – рассмеялась она. – А гальки я не боюсь.

Она подняла ногу и продемонстрировала Дону спортивные туфли на плоской подошве. Ножка была ничего, разве что чуть полновата в щиколотке.

– Ладно, – вздохнул Дон. Приходилось мириться с неизбежным. – Позовем Мориса и Бет?

– Не стоит… Им и так хорошо.

Дон оглянулся на друга. Морис обхватил Бет за талию и самозабвенно кружился с ней в танце. Дон вздохнул еще раз. Все пути к отступлению были отрезаны.

Они с Энни шли к океану по узкой каменной дорожке, и девушка вполне естественно взяла Дона под руку. Низкое бархатное небо с россыпью ярких звезд, шум прибоя, запах океана, едва угадывающиеся очертания кустов, свет от фонаря возле входа в кафе, звуки музыки и крики людей за спиной, которые с каждым шагом становятся все тише…

Дону взгрустнулось. Почему природа так прекрасна, что захватывает дух, но от этой красоты больно сжимается сердце? Может быть, если бы сейчас вместо Энни рядом с ним шла Анджелина, все было бы иначе?

– Здорово, наверное, все время жить в Палм Гроув, – вдруг сказала Энни. – У нас в Диксиленде надо два часа ехать, чтобы добраться до океана.

– Аа…

– Я бы хотела навсегда тут остаться.

– Так оставайся. Работы вдоволь. Устроишься официанткой к тому же Фергюсону и будешь каждый день на пляж бегать.

– Не могу, – вздохнула Энни. – Я должна вначале учебу закончить.

– А если только на лето? – вяло предположил Дон.

– Ну я не знаю… А в твоем отеле есть работа?

Дон насторожился.

– Н-не знаю. Вообще-то там не очень хорошо платят…

– Но ты же там работаешь.

– И давно подумываю об уходе.

– Понятно, – поджала губы Энни. По ее тону было ясно, что она отгадала отношение к ней Дона. – Я не навязываюсь.

– Да я совсем не это имел в виду, – запротестовал Дон. – Просто…

Что еще добавить, он не знал. Хотелось стряхнуть с руки надоедливую Энни и побродить по пляжу в одиночестве, послушать, как шумит океан, помечтать…

– Просто я тебе не нравлюсь, – закончила она за него. – Я это вижу.

Дон считал себя джентльменом и поэтому, будь он в нормальном настроении, ни за что бы не подтвердил предположение Энни. Но коктейли Фергюсона уже ударили ему в голову, да и желание избавиться от случайной знакомой было велико.

– Ты права. Не нравишься.

Энни все-таки рассчитывала на иной ответ. Она открыла рот, как вытащенная из воды рыба, и в следующее мгновение отвесила Дону ощутимую оплеуху.

– Идиот! – бросила она и быстро зашагала обратно к «Старой Таверне».

Дон ошеломленно потер щеку. Спрашивается, за что? Он ведь всего лишь сказал правду…

Но боль постепенно проходила. Дон вдыхал полной грудью бодрящий океанский воздух и радовался одиночеству. Почему обычно навязываются именно те девушки, до которых тебе нет никакого дела? А вот одна единственная, которая могла бы осчастливить тебя, пусть не на всю жизнь, а хотя бы на этот сезон, до сих пор тебя не замечает? Разве есть в жизни справедливость?

Ты просто неудачник, Дональд Рикуэйд. Неудачник, каких свет не видывал. Король аутсайдеров. Работаешь в самом паршивом отеле города, живешь хуже, чем дворник в «Океанской Жемчужине», таскаешься на захудалые вечеринки и гуляешь с тощими истеричками… А в результате получаешь от первой красавицы Палм Гроув оскорбительное прозвище!

Жалеть себя Дон не любил. Слишком тоскливо становилось на душе. Но сегодняшний вечер располагал к жалости. Дон брел в темноте вдоль пляжа, не замечая, что кроссовки уже промокли, и мечтал только об одном – о случайной встрече с Анджелиной. Было бы здорово натолкнуться на нее сейчас…

О, тогда он не стал бы молчать или нести чепуху… Анджелина узнала бы, что у Дональда Дака тоже есть сердце. Может быть, он не умеет плавать так хорошо, как Кейси Бобблтон, или играть в волейбол на равных с Элом Килроем, но зато он умеет любить так, как не снилось ни одному из этих записных красавчиков!

Однако у Анджелины были дела поинтереснее, чем разгуливать в одиночку по пустынному пляжу и выслушивать признания, в которых у нее и так недостатка не было. Чтобы побыть хоть чуть-чуть ближе к любимой, Дон решил пройтись по территории «Океанской жемчужины». Отель располагался как раз посередине между «Старой Таверной» и «Фантастиком», так что в любом случае так он быстрее попадет домой…

Ночью, в ярком искусственном освещении гостиница была еще прекраснее, чем днем, и Дон снова с грустью вспомнил, как его анкету отверг управляющий «Жемчужины». А ведь ему так хотелось здесь работать! И место было хорошее, и зарплата… К тому же он как будто знал, что девушка всей его жизни устроится инструктором по плаванию именно в «Океанскую жемчужину». Ее кандидатура не вызвала никаких нареканий. Еще бы! Это же сама Анджелина Фортекскью… Прекрасная девушка, прекрасный отель.

Да и прекрасный принц уже неподалеку.

Дон представил себе Анджелину рядом с высоким, загорелым Кейси Бобблтоном и заскрежетал зубами от ярости. Они будут первой парой на вечеринке у Сфинкса, королем и королевой, а презренный Дональд Дак забьется в угол и будет заливать свое горе фирменными коктейлями «Океанской жемчужины»!

– Черт, я же просил принести мне виски! А ты что притащил? – взревел кто-то над головой Дона.

Тот машинально посмотрел вверх. Он проходил мимо одного из отельных корпусов, предназначенных для гостей побогаче. На балконе третьего этажа сидел грузный мужчина и отчитывал официанта, который застыл в дверном проеме с бутылкой на подносе. Дон замер. В номере горел яркий свет, и он отчетливо видел и требовательного клиента, и официанта. Мужчина был изрядно пьян и нуждался скорее в холодном душе, чем в виски.

– Э-это д-джин, с-сэр, лучший наш д-джин, – пробормотал официант, заикаясь. – М-мне с-сказали, что в-вы з-заказывали д-джин…

– Какой к черту джин, ты!..

Мужчина со всей силы ударил кулаком по столику и прибавил непечатное слово. Официант вздрогнул и втянул голову в плечи.

Дон от души пожалел беднягу, но на самом деле ему лучше было побеспокоиться о себе. Вход на эту часть территории «Океанской жемчужины» был запрещен всем, кроме клиентов и персонала отеля, а Дон, увы, ни тем, ни другим не являлся. Зато здесь пролегала самая короткая дорога до «Фантастика», и Дон неоднократно пользовался ею, соблюдая разумные предосторожности.

– Дай хоть гляну на твой джин! – рявкнул мужчина и схватил бутылку. – А ты марш за виски, и чтоб через минуту у меня бутылка стояла на столе!

Официант исчез в комнате, а Дон бесшумно двинулся дальше. Ему бы только дойти до тех кустов, которые полностью скроют его от глаз свирепого любителя виски…

– Джин, – буркнул мужчина. – Откуда они выкопали эту дрянь? Этикетки нет, бутылка кривая… Думают, мне можно всякое старье совать, а потом драть втридорога? Ну уж нет, не выйдет…

Недовольное бормотание мужчины становилось все более и более невнятным, и Дон считал себя уже в полной безопасности, как вдруг… Бац! Что-то просвистело у него над ухом, резкой болью отозвалось в плече и с грохотом свалилось на каменную дорожку ему под ноги. Вслед донесся пьяный гогот мужчины с третьего этажа, довольного, что сумел «отомстить» персоналу отеля за невнимательность.

Дон схватился за ушибленное плечо. Первым порывом было поднять бутылку и запустить ее обратно; вторым – пойти к администрации отеля и пожаловаться на разбушевавшегося клиента… Возобладал здравый смысл. Дон поднял бутылку и тихо пошел дальше. За разбитое стекло в «Жемчужине» с него возьмут огромный штраф, добиться справедливости от администрации, разумеется, не удастся. Да им и не надо знать, что посторонние шляются по территории… Лучше унести к себе бесплатную бутылку джина, которая, о чудо, не разбилась от падения, и спокойно распить ее!

«Фантастик» встретил Дона сонным портье, сломанным лифтом и одуряюще спертым воздухом. Когда же руководство разорится на нормальную систему кондиционирования, выругался Дон про себя. В номере он открыл все окна, окатил голову холодной водой и уселся в кресло со стаканчиком и добытой бутылкой джина. Мысль о завтрашнем дежурстве его не останавливала. В конце концов, он же не собирается пить все. Только снимет пробу. В «Океанской жемчужине» все первоклассное, и джин тоже должен быть первоклассным. Любитель виски был слишком пьян и не соображал, от чего отказывается.

При свете ночника Дон рассматривал бутылку. Пузатая, из темного коричневого стекла, с длинным тонким горлышком, она на самом деле не имела этикетки и была кривовата, как будто выдували ее кустарным способом, а не на современном стекольном заводе. Лишнее подтверждение старины и ценности, между прочим. А уж джин в ней, наверное, выше всяких похвал…

Дон только потянулся за ножом и штопором, чтобы не спеша открыть бутылку и оценить ее содержимое, как кто-то постучал в дверь.

– Что надо?! – недовольно крикнул Дон. – Я сплю.

– Мистер Рикуэйд, постоялец из двадцать седьмого срочно требует к себе кого-нибудь из начальства, – раздался дрожащий голос портье, – у него какие-то претензии по… по обслуживанию…

– В три часа ночи?

– Да… вы не могли бы подойти?

– Я не начальство.

– Мистер Бекерли отпросился на пару часов, вы же знаете…

Дон вздохнул. Конечно, он знает. Сэм Бекерли, второй администратор, имел беременную жену и сбегал к ней при каждом удобном случае. А удобным для него был любой случай отсутствия начальства, которое по ночам обычно убиралось в свои комфортабельные квартиры.

Вот и получалось, что Дону приходилось отдуваться за всех.

– Иду, – проворчал он. – Ну, номер двадцать седьмой, держись!

Он хлопнул за собой дверью, а кривобокая бутылка с джином так и осталась стоять на столе, отвергнутая второй раз за вечер.

3

Она была первой, что Дон увидел, проснувшись на следующее утро. Солнце играло на круглых неровных боках бутылки, и Дону потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, откуда это чудо взялось в его номере. Точно, джин из «Жемчужины». Великолепный напиток, который ему так и не довелось вчера попробовать. А сегодня уже нельзя – через четыре часа начнется его официальное дежурство, и всем плевать, что он провел полночи на ногах, успокаивая безумного психопата из двадцать седьмого номера. И все это, между прочим, не в свое дежурство! Сколько можно работать за других?

Плохо, когда день начинается с обиды на весь мир. Дон вылез из кровати и подошел к окну. Как всегда в это время года: чудесная погода, красотки в бикини, радостные крики и витающая в воздухе любовь… Как раз то, что нужно, если ты молод, хорош собой и свободен. Но что если два первых компонента присутствуют, а с третьим, увы, беда? Если тебя ждет не красавица Анджелина в умопомрачительной мини-юбке, а двадцать четыре часа работы, после которых еще сутки нужно приходить в себя? Мда…

С вздохом Дон отошел от окна и взял в руки бутылку. Дежурство только через четыре часа. Неужели ему повредит один маленький стаканчик из этой соблазнительной бутылки? Нужно же убедиться в том, что стоило вчера тащить бутылку в «Фантастик».

Это решило дело, и Дон без дальнейших колебаний вытащил из бутылки пробку. Понюхал горлышко в надежде уловить божественный аромат джина, немного потряс бутылку… Ни запаха, ни всплеска. Если бы бутылка не была такой тяжелой, Дон заподозрил бы, что она попросту пуста. Но пустая бутылка столько не весит. Дон повертел ее в руках и попытался налить джин в стаканчик…

Через пару секунд он в отчаянии перевернул ее вверх дном. Ни капли не вылилось из бутылки. Она была очевидно и безнадежно пуста.

Можно было разозлиться и вышвырнуть бутылку в окно. Можно было с громкими криками упасть на пол и замолотить по нему кулаками. Можно было расхохотаться над удивительным неудачником Доном Рикуэйдом.

Дон предпочел третий вариант и невесело рассмеялся. Как это похоже на него – получить бутылкой по плечу, притащить ее домой и обнаружить, что она пуста! И с таким невезением он планирует покорить Анджелину Фортекскью? Проще будет стать президентом Соединенных Штатов, чем завоевать ее сердце…

Поглощенный печальными мыслями, Дон не сразу понял, что он в номере не один. Но внезапно краем глаза он уловил движение какого-то яркого пятна возле его кровати и резко повернулся.

В следующее мгновение Дон уже стаскивал с кресла пыльную накидку и повязывал ее вокруг бедер на манер египетских фараонов, потому что около его кровати стояла прехорошенькая черноволосая девушка и мило улыбалась.

– Что вы тут делаете? – сердито воскликнул он, когда трусы в мелкий несексуальный горошек были надежно спрятаны от непрошенной посетительницы.

Девушка улыбнулась еще шире и, к величайшему неудовольствию Дона, низко поклонилась ему.

– Эй, что вам надо? У вас проблемы? Обратитесь к портье… или к Сэму Бекерли… Он, наверное, уже вернулся… – бормотал Дон.

По мере того, как он разглядывал девушку, его речь становилась все менее и менее связной. Выглядела девушка необычно, если не сказать чудно. На ней был странный красный костюм, украшенный переливающейся всеми цветами радуги вышивкой. Костюм состоял из полупрозрачных штанов, сужающихся книзу, и очень коротенькой облегающей кофточки с длинными рукавами, названия для которой Дон так и не сумел подобрать. На ногах девушки были матерчатые туфли пронзительно-желтого цвета с загнутыми носами; на голове – маленькая золотистая шапочка, расшитая разноцветными камнями.

Внешность девушки была под стать ее наряду. Прямые черные волосы спускались до пояса и блестели не хуже золота на ее костюме, миндалевидные темные глаза под полукруглыми бровями смотрели нежно и внимательно, маленькие алые губки сложились в приветливую улыбку.

Дочь какого-нибудь азиатского князька, обреченно подумал Дон. Остановилась в «Фантастике», заблудилась и по глупости забрела ко мне. В любую секунду сюда может ворваться разгневанный папаша и придушить меня собственными руками.

Хотя представить себе азиатского князька, пусть даже самого захудалого, в «Фантастике» было невозможно, и Дон немного успокоился.

– Э-э… понимаете, я сейчас не на дежурстве, – сказал он, потому что девушка по-прежнему молча смотрела на него. – Если у вас есть проблема, вам лучше поговорить с другими людьми…

Девушка сложила руки на груди и снова поклонилась.

– Сабах эль хейр, – мелодично произнесла она.

– Что? – опешил Дон. – Я не понимаю. Вы говорите по-английски? Может быть, по-немецки? Верштеен зи…

– Доброе утро, хозяин, – сказала девушка на правильнейшем английском языке.

У Дона отвисла челюсть.

– То есть вы все-таки говорите по-английски?

– Я говорю так, как ты прикажешь, хозяин.

Хозяин? Дон нервно рассмеялся. Кажется, он не столько выпил вчера, чтобы сегодня бредить.

– Меня зовут Дон Рикуэйд, – представился он. – Можно просто Дон. В Америке не принято обращение «хозяин»… Мы так не говорим. Ясно?

– Да, хозяин.

Девушка поклонилась.

– И кланяться все время не надо. Вы лучше расскажите мне, в чем дело.

Взгляд девушки был чист и бесхитростен, как у новорожденного младенца. Дон начал терять терпение. Даже самый большой неудачник Палм Гроув не заслуживает того, чтобы к нему ранним утром вваливалась девушка, которая говорит, как выпускница Оксфорда, и выглядит, как туземная принцесса!

– Что у вас случилось? – спросил Дон с плохо скрытым раздражением. – В каком номере вы остановились? Вы заблудились? Я могу вас проводить. Давайте вместе спустимся к портье и уточним ваш номер. Пойдемте.

Дон бодро зашагал к двери и, только взявшись за ручку, осознал всю абсурдность ситуации. Не будет же он разгуливать по отелю в одной накидке для кресла!

– Послушайте, мне надо одеться. – Он повернулся к девушке, которая по-прежнему стояла у кровати. – Давайте вы подождете меня в коридоре, а потом я решу все ваши проблемы. Идет?

– Подождать в коридоре? – переспросила девушка.

– Да-да. А я пока переоденусь.

Дон взялся за ручку, потянул ее… и, холодея, вспомнил, что накануне запер дверь на ключ, а ключ положил в верхний ящик стола.

Как к нему попала эта девица в красном?

Дон прижался спиной к двери, не сводя глаз с подозрительной незнакомки.

– Кто вы такая? Что вам нужно? Как вы сюда попали? Как вас зовут?

Чувствуя его волнение, девушка улыбаться перестала.

– На какой из этих вопросов ты прикажешь мне отвечать вначале, хозяин?

– Не называй меня хозяин! – закричал Дон. – Откуда ты только взялась на мою голову?

– Из этой бутылки, хоз…

Девушка вовремя запнулась и показала на злополучную бутылку, которую вчера сбросили на Дона в «Океанской жемчужине».

Нельзя сказать, чтобы это сообщение превратило Дона в соляной столб или что там случается с людьми в подобных случаях. Если бы он не верил в чудеса, он бы не посмел мечтать об Анджелине Фортекскью. У Алладина была волшебная лампа с джинном, почему бы Дону Рикуэйду не завладеть бутылкой с джинном?

Однако здравый смысл, как всегда, усмирил богатое воображение Дона. Может, он и не самый крутой парень Палм Гроув, но издеваться над собой не позволит никому.

– Что это за шуточки дурацкие? – нахмурился он. – Я что, похож на идиота? Ты под кроватью пряталась, да? Кто тебя подослал?

Девушка растерянно заморгала. Дон усмотрел в этом признак слабости и продолжил атаку.

– Думаешь, я тебя не видел? Я просто хотел тебе подыграть. Интересно было, что вы там задумали. С кем ты сговорилась? Надо же, джинн из бутылки…

Дон подошел к девушке и с видом эксперта оглядел ее с ног до головы. Она вжала голову в плечи.

– Костюмчик-то где выкопали? – бормотал Дон себе под нос. – Красивый, ничего не скажешь. Ярковат, правда, на мой вкус, но тебе идет.

– Тебе не нравится мой наряд, о, хозяин?! – с тревогой воскликнула девушка. – Если ты пожелаешь, я немедленно сменю его.

Дон представил себе, как черноглазая красавица переодевается у него на глазах, и усмехнулся. Как далеко она готова зайти?

– Валяй, переодевайся, – кивнул он.

Девушка опять слегка поклонилась, а когда выпрямилась, на ней была точная копия той пыльной накидки, что опоясывала бедра Дона. Исчезли и желтые туфли с носами, и красные штаны с вышивкой, и золотистая шапочка вместе со всеми камнями. Девушка была по шею закутана в светло-коричневую тряпку с зелеными разводами.

Дон потер глаза. Никакого переодевания не было. Один миг – и одежда исчезла. И откуда, черт возьми, взялась в его комнате вторая накидка для кресла?

– Где твоя одежда? – пробормотал ошеломленный Дон.

– Тебе она не понравилась, – напомнила девушка. – И я выбрала то же, что надето на тебе…

– Забудь о том, что мне нравится, а что нет! Как ты ее сняла?

В глазах девушки отразилось мучительное недоумение. Дон схватился за голову.

– Что здесь происходит? Ты можешь мне объяснить все с самого начала?

– Да, хозяин, – улыбнулась девушка. – Ты нашел мою бутылку и открыл ее. Теперь я буду служить тебе. Я джинн. Неужели ты никогда не слышал о джиннах? Мы исполняем желания.

– Ты… ты серьезно?

– Да, хозяин. Мне очень жаль, что тебе не понравилась одежда, которую я выбрала для нашей первой встречи. Я думала, она нарядная…

– Нет, что ты, она была очень красивой, – пробормотал Дон.

– Значит, я могу снова переодеться? – обрадовалась девушка.

Дон кивнул, и его гостья вновь заблистала красно-желтыми оттенками.

Этого нервы Дона уже вынести не могли. Он рухнул в кресло, хохоча, как ненормальный. Господи, вот так штука… Он думал, что раздобыл бутылку с джином, а на самом деле – с джинном!

– Тебе плохо, хозяин?

Озабоченное личико девушки, склонившейся над ним, привело Дона в чувство.

Он сел на кровати и потер виски.

– Значит, ты джинн?

– Да.

– Настоящий? – зачем-то уточнил Дон.

Девушка всерьез задумалась над этим вопросом.

– И ты можешь… исполнять желания?

– Я не просто могу. Я должна.

– Любые? – ахнул Дон.

– Все, что угодно.

Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Дон закрыл глаза и с силой надавил на веки. Если он бредит, пора прийти в себя. Сейчас он откроет глаза и увидит, что никакого джинна в комнате нет…

– Ты никак не можешь поверить, хозяин? – раздался сочувственный девичий голосок. – Это трудно, я знаю. Но ты должен постараться…

Дон открыл глаза. Девушка сидела перед ним на коленях и теребила в руках золотистую шапочку.

– Я могу доказать, что я джинн. Пожелай что-нибудь, и я это исполню.

Сказки о коварных волшебниках, слышанные в далеком детстве, моментально пришли Дону на ум. Очень легко обмануть простака, который обалдел от открывшихся перспектив. Как у них это делается? Кажется, нужно заставить его потратить желание на какие-нибудь мелочи…

– А сколько у меня есть желаний? Три? Я не хочу растратить их понапрасну.

– Почему три? – удивилась девушка.

– Ну… всегда так. Джинн исполняет только три желания хозяина. Разве нет?

– Впервые слышу. Что это за джинн, если может исполнить только три желания?

– Так сколько желаний у меня есть?

– Сколько угодно. Ты открыл мою бутылку, и я выполню все, что ты пожелаешь.

Из уст очаровательной девушки это прозвучало провокационно, но Дон сдержал ненужный смешок. Не каждый день джинны в бутылках попадаются. Надо вести себя прилично.

– Но неужели нет никаких ограничений? У меня много желаний и будут появляться новые. Ты будешь исполнять их все?

– Буду.

– Без подвохов?

– Я не знаю, что ты называешь подвохом, хозяин. Но есть одно маленькое условие, при котором я больше не смогу служить тебе.

– Я так и думал! Просто так ничего не бывает. Ну выкладывай, что там за условие.

– Я буду исполнять твои желания до тех пор, – торжественно произнесла девушка, – пока ты не пожелаешь невозможного.

Невозможного? Дон задумался. Интересно было бы узнать, что всемогущий джинн считает невозможным.

– А что для тебя невозможно?

– Не я называю желания, а ты.

Дон мог поклясться, что глаза девушки плутовски блеснули.

– Хорошо. – Он закусил губу. – Не думай, я ничего не загадываю. Просто один вопрос. Если я пожелаю стать президентом страны, это возможно?

– Президентом?

– Ну… царем, шахом, королем… как там у вас это называется?

– Конечно, возможно. Я вызову войско, и оно вмиг завоюет для тебя трон.

Дон засмеялся.

– Нет, дорогая моя, сейчас твои средневековые штучки не пройдут. В двадцать первом веке у нас выборы вместо войн. Тоже дорого, но, по крайней мере, без крови.

– Тогда я сделаю так, чтобы тебя выбрали. Я пока мало знаю о твоем времени, хозяин. Но скоро я все выясню и не буду ошибаться. Последний раз я была на свободе восемь столетий назад. Многое, наверное, изменилось…

– Не то слово, – усмехнулся Дон. – Но мы о желаниях разговаривали. А луну с неба достать возможно?

– Да. Только что ты будешь с ней делать, хозяин? Это нарушит равновесие, царящее во вселенной, и даже я не сумею спасти твой мир от разрушения.

Дон почесал затылок.

– Ты права. Ну скажи, какое тогда желание невозможно? Чтобы я заранее знал и не загадывал его.

– Человеку сложно не желать того, что ему запрещено желать. Забудь об этом, хозяин. Если ты хочешь стать президентом или луну с неба…

Дон замахал руками.

– Нет-нет! Это был пример. Я должен подумать. Я скажу, когда буду готов… А сейчас… – Он растерянно посмотрел на девушку. – Сейчас мне надо переодеться.

– Мне помочь тебе, хозяин?

Дон покраснел.

– С-спасибо, я сам. Ты можешь… выйти?

– В коридор?

Он представил себе, что будет, если кто-нибудь обнаружит около его двери разнаряженную девицу восточной внешности, и вздрогнул от испуга.

– Нет, не в коридор. Там тебя увидит кто-нибудь. Ну… в бутылку свою вернись, что ли.

– Не могу, – улыбнулась девушка. – Пока у меня есть хозяин, бутылка мне не нужна.

– Ох… ладно, сиди здесь.

Дон подошел к шкафу, вытащил первые попавшиеся джинсы и футболку и скрылся в ванной. Но вскоре дверь приоткрылась, и в проеме показалась его голова.

– Слушай, я вдруг вспомнил, а как тебя зовут? Должен же я к тебе как-то обращаться.

– Боюсь, мое имя покажется тебе очень сложным, – потупилась девушка. – Мне требуется двадцать восемь минут земного времени, чтобы произнести его на древнем языке джиннов.

– Вот наказание, – вздохнул Дон. – И как же мне тебя звать?

– Как хочешь, хозяин.

– Придумал! – просиял Дон. – Я буду звать тебя Джин!

4

Но одним именем проблемы с джинном не закончились. Джин была готова спокойно посидеть в комнате, пока Дон переодевался в ванной, но когда он собрался уходить, она пожелала идти вместе с ним.

– Я хочу все время быть рядом с тобой, хозяин. Вдруг ты пожелаешь чего-нибудь.

Дон призадумался. Нужно было идти завтракать, потом работать, между делом было бы неплохо повидаться с Морисом и узнать, до чего они с Бет вчера договорились… Джин явно будет лишней. Но, с другой стороны, оставлять ее в номере одну ой как не хотелось. Лучше, чтобы она все время была перед глазами. Надежнее.

– Хорошо, со мной пойдешь, – произнес Дон. – Заодно город посмотришь.

– Спасибо, хозяин, – поклонилась девушка. – А ты разве не будешь ничего желать? Мне хочется что-нибудь для тебя сделать.

Дон усмехнулся. Джинны джиннами, а голову терять не стоит. Сегодня он пожелает дворец в пустыне и двести танцовщиц, а завтра джинн испарится, и ему придется выплачивать гигантский налог на недвижимость и доказывать в суде, что он не занимается работорговлей. Нет, он не даст себя обмануть. Он до мелочей продумает каждое желание и обезопасит себя от любых неприятностей. Джин говорит, что будет служить ему до тех пор, пока он не пожелает невозможного? Великолепно. В таком случае у него еще очень много времени.

– Подождем пока с желаниями. Я должен подумать.

– Как скажешь, хозяин.

– Не называй меня хозяином! Я тебе уже сто раз говорил об этом. И кланяться мне не надо, на нас люди будут оборачиваться. Веди себя естественно, как будто ты моя сестра или подруга. Ясно?

– Д-да.

– И переоденься во что-нибудь другое.

У Джин вытянулось лицо.

– Не в накидку, во что-нибудь современное, – быстро добавил Дон. – У тебя очень красивый костюм, но сейчас такое не носят.

– А что носят?

– Э-э… ну юбки, шорты, футболки… Придумай что-нибудь, ты же женщина!

Джин растерянно развела руками, и Дон понял, что опасно полагаться на ее представление о моде, датированное тринадцатым веком. Если он хочет, чтобы она выглядела прилично, ей нужно предоставить образец.

– Иди сюда.

Дон позвал Джин к окну и вручил ей бинокль.

– Смотри на пляж. Там есть девушки в купальниках и…

– Что такое купальник?

– Ну… то есть почти без одежды. А есть девушки в одежде. Выбери себе что-нибудь, хорошо?

Джин принялась с интересом разглядывать окрестности. Бинокль ей не понадобился.

– Только побыстрее, – предупредил Дон. – А то знаю вас, женщин. Весь день тряпками готовы любоваться.

– Я постараюсь, хозяин.

– Джин!

– Ой, прости… Дон.

Через три минуты Джин выбрала для себя образец по вкусу. На ней вдруг оказались туфли на высоченной шпильке, юбка, более похожая на широкий пояс, и топик, который вполне мог бы быть верхней частью купальника.

Дон только рот раскрыл. Фигурка у Джин оказалась что надо. Неизвестно, какие там у джиннов стандарты красоты, но по человеческим меркам выглядела она волшебно.

– Нравится? – просияла девушка. – По-моему, очень красиво.

– Ааа… ты не могла бы юбочку подлиннее сделать? – пробормотал Дон, не в силах отвести глаз от ее длинных стройных ног.

– Так?

Юбка Джин увеличилась на ладонь.

– Отлично. И к кофточке рукава небольшие приделай… Замечательно. – Он подошел к Джин и обнаружил, что в новых туфлях она стала с ним одного роста. – Кстати, и каблучки можно поменьше… Нет, еще меньше. Да, так годится… Теперь идем.

В баре «Лагуна» в это время суток было малолюдно и поэтому спокойно. Вечером здесь обычно веселилась вся команда Эла Килроя, но днем и утром в «Лагуне» обитали более мелкие сошки или, вернее сказать, рыбки. Дон изредка позволял себе завтракать в этом баре; на более частые посещения одного из самых престижных заведений Палм Гроув скромной зарплаты администратора отеля «Фантастик тайм» не хватало. Но сегодня у него был особенный день, и провести его хотелось по-особенному.

– Джин, а ты можешь мне деньжат подбросить? – вполголоса спросил он.

Она с искренним любопытством разглядывала маленькую собачку в розовой юбочке. Собачка принадлежала высокой тощей даме в шляпе с широченными полями. Пользуясь тем, что ее хозяйка разговаривала по телефону, собачонка с упоением рылась в безупречном газоне около «Лагуны».

Джин нехотя отвлеклась от животного.

– Конечно, могу.

Правый карман Дона тотчас заметно потяжелел.

– Здорово, – обрадовался он. – Есть хочешь? Пойдем, покажу тебе самый классный бар на всем побережье.

Первым, кого они увидели, войдя в «Лагуну», был Морис. Он сидел за столиком в центре зала и меланхолично потягивал коктейль из высокого прозрачного бокала. По утомленному лицу друга Дон безошибочно понял, что накануне тот изрядно перебрал. Должно быть, вчерашняя вечеринка у Фергюсона удалась.

– О, Донни, привет, – вяло произнес Морис, протягивая руку. – Чего ж ты вчера так рано ушел? Мы классно повеселились…

Его помятый вид служил этому дополнительным подтверждением.

– Дела были, – бодро ответил Дон. – Кстати, познакомься, это Джин.

Морис поднял голову и увидел за спиной Дона черноглазую красавицу с фигуркой, способной не то что пьяного в чувство привести, но и мертвого из могилы поднять.

– Привет, я Морис. Приятно познакомиться, Джин. – Он схватил тоненькую ручку девушки своей огромной лапищей и сжал ее. – Садитесь ко мне, поболтаем. Хотите что-нибудь выпить?

– Два коктейля «Гавана», – заказал Дон.

– Ты решаешь за девушку? – осклабился Морис. – Может, она хочет что-нибудь покрепче…

Его вялость и апатию как рукой сняло. Под влиянием Джин лицо его оживилось, а глаза заблестели. Ни разу в жизни Дон не видел, чтобы Морис так стремительно избавлялся от похмельного синдрома.

– Джин впервые в Палм Бич, – пояснил Дон. – А «Гавана» самый вкусный коктейль в «Лагуне». Я решил, что нужно начать с него.

– Кто бы спорил, – хохотнул Морис и хлопнул друга по плечу. – А откуда вы к нам приехали, Джин?

Он пытается за ней приударить, догадался Дон. Вот потеха-то.

– Родом я из Аравии, – ответила Джин с улыбкой.

– Это где? – не понял Морис.

Дон сердито пихнул девушку коленкой под столом.

– Это небольшой городок на севере, около границы с Канадой, – пояснил он. – Джин приехала… м-м… сегодня утром. Остановилась в «Фантастике», где мы с ней и познакомились.

А ты парень не промах, явно говорил лукавый взгляд Мориса. Дон приосанился.

– И надолго вы к нам?

– Надолго, – быстро вставил Дон.

– Ты дашь мне с Джин поговорить или нет? – возмутился Морис. – У нас тут скоро вечеринка грандиозная намечается, в отеле «Океанская жемчужина». Было бы здорово, если бы вы на нее попали.

– Я постараюсь. Мне здесь нравится.

– Еще бы не нравилось. Палм Гроув отличный городок. Не очень большой, правда, и вино кое-где подают скверное, – тут Морис выразительно посмотрел на Дона и потер лоб, – но в целом у нас весело. Я, кстати, работаю на спасательной станции. Очень интересно. Приключения каждый день. Кстати, как насчет экскурсии на вышку и все такое?

На этот раз Дон пнул под столом Мориса.

– Так я и тебя приглашаю, Дон, – спохватился Морис. – Ты ж у нас ни разу не был. Представляете, Джин, я целых полмесяца работаю спасателем, а этот негодяй до сих пор ко мне не заглянул.

– Бобблтон не очень то жалует посторонних в своих владениях, – сварливо заметил Дон. – Посторонних мужского пола, я имею в виду.

Это было верно, но Морис за начальника обиделся.

– Кейси? Да он отличный парень. Никогда не мешает ребятам развлекаться. Кейси Бобблтон – шеф спасателей, – пояснил он для Джин. – Мой хороший друг. Если хотите, я вас познакомлю…

– Морис!

– Что?

– Давай выйдем на пять минут, – процедил Дон сквозь зубы. – Извини нас, Джин.

Они выскочили на улицу, недоумевающий Морис и злой Дон.

– Какая муха тебя укусила, Донни? Как ты себя ведешь?

– Как ты себя ведешь?! – воскликнул Дон. – Что ты себе позволяешь? Как ты с Джин разговариваешь?

– Как я с ней разговариваю? – опешил Морис. – Я уже и поговорить с девушкой не могу? Ты лучше на себя посмотри! Рот ей не даешь открыть. А она классная девчонка, кстати. Поздравляю.

– Спасибо, – вздохнул Дон.

Ему было уже стыдно за свою вспышку. Что теперь Морис о нем подумает? Не объяснишь же ему, в самом деле, что Джин вовсе не девушка!

– Ты правильно сделал, что отшил вчера эту Энни, – сменил тему Морис. – Мерзкая девица. Да и подруга ее так себе, куда я только вчера глядел…

– Что, не выгорело? – сочувственно хмыкнул Дон. – Ты же ее звал вышку смотреть.

– А ну ее, – махнул рукой Морис. – Скучно с ней. Да и страшная она, вся прыщавая. Представляешь, появлюсь я с таким чудищем на вечеринке Боба Сфинкса? Меня же на смех подымут.

– Да, проблема, – согласился Дон. – Вечеринка уже через неделю.

– Ты вовремя эту Джин подцепил. С такой лапочкой нигде показаться не стыдно.

– Что? Джин? – поморщился Дон. – Нет, я с ней никуда не пойду.

– Почему? Девчонка что надо. Анджелине все равно до тебя нет дела. Она идет с Кейси Бобблтоном, он недавно хвастался.

– И ты только сейчас мне об этом говоришь? – Дон схватил друга за грудки.

– Да это и так было ясно. Кейси Бобблтону еще ни одна девчонка не отказала. Эй, Дон, хватит, а? Сколько можно нервы себе трепать? В Палм Гроув полно девчонок не хуже Анджелины.

– Назови хоть одну.

– Э-э… – замялся Морис, – ну ладно, не намного хуже. Анджелина Фортекскью не для тебя. Она и Кейси… просто созданы друг для друга… Ты же все понимаешь… Она красотка, он спасатель, они без ума друг от друга. Все, как в кино. Никому из нас с Кейси не сравниться… Черт, Донни, ты же умный парень…

Неприятно выслушивать от лучшего друга то, что ты полное ничтожество и никогда не завоюешь девушку своей мечты. Что она создана для кого-то другого, и этот другой поведет ее на вечеринку Боба Сфинкса, будет угощать ее коктейлями и танцевать с ней все танцы, а потом пойдет на ночной пляж и будет заниматься с ней любовью под мерный рокот прибоя.

Понятно, что другом движут лучшие побуждения. Но, черт возьми, кому нужны лучшие побуждения, когда речь идет о любви?

– … а Джин вроде неплохо к тебе относится, – все еще бубнил Морис, – она, наверное, не откажется пойти с тобой. Я тоже найду себе кого-нибудь, и мы вчетвером отлично проведем время…

– Знаешь, что я тебе скажу? – внезапно перебил его Дон. – Ни с каким Кейси Бобблтоном Анджелина на вечеринку не пойдет!

– Она уже согласилась.

Дон хитро прищурился.

– Она передумает, Морис. Готов спорить на что угодно, она передумает.

Они вернулись за столик к Джин, которая с ангельским терпением дожидалась их. Морис больше не приставал к ней с расспросами, и Дон успокоился. Он вспоминал их разговор и потешался над собственной тупостью. Да с помощью Джин он может не только Анджелину Фортекскью на вечеринку пригласить, но и саму Анджелину Джоли! Как он сразу не сообразил, что вот оно, его самое заветное желание, ради которого он готов на все…

Дон покосился на Джин, которая вела с Морисом светскую беседу, а точнее, внимательно слушала его рассказы о тяжелой работе спасателя. На первый взгляд она выглядела вполне обычно. Если бы Дону кто-нибудь сказал, что эта черноволосая смуглянка с точеной фигурой никто иной, как настоящий сказочный джинн, способный выполнить любое желание, он бы решил, что этот человек рехнулся. Но солидная тяжесть кошелька в правом кармане наглядно доказывала, что Джин не шарлатанка и не шутница.

Морис бы со стула упал, если бы узнал, посмеивался Дон про себя. Ничего себе туристочка, которая может сделать тебя президентом или луну с неба притянуть…

– Может, попросим счет и пойдем? – предложил Морис, вытаскивая бумажник. – У меня через пятнадцать минут дежурство.

– А у меня через два часа, – вспомнил Дон. – Счет так счет. Я угощаю.

Морис выразительно глянул на Дона, потом на притихшую Джин.

– Как скажешь.

Официант принес счет, Дон посмотрел и небрежно запустил руку в карман. Нечасто он мог заплатить за друзей, да еще в самой «Лагуне»! На жалование администратора особо не разгуляешься, и, скрипя зубами, Дон экономил каждый цент, чтобы протянуть до следующей выплаты…

Но теперь у него есть собственный джинн, и деньги больше не проблема.

Из кармана Дон вытащил небольшой, но увесистый мешочек из темно-зеленого бархата, перевязанный золотой тесьмой.

– Ого, какой у тебя кошелек забавный, – засмеялся Морис. – Что ты в нем хранишь? Мелочь?

Дон на шутку не откликнулся. Он уже заподозрил неладное. Дрожащими руками развязал тесемку, встряхнул мешочек… На стол выкатилось несколько круглых желтых монет. Дон взял одну. На обеих сторонах были отчеканены цветы, крест и надписи. Выглядела монета солидно, древне, но в наше время, увы, хождения не имела.

– Ничего себе, – присвистнул Морис. – Ты клад нашел?

Дон поспешно сгреб подарок Джин обратно и засунул мешочек в карман.

– Подарок от бабушки, – буркнул он, – она у меня редкие монеты коллекционирует.

Дон сердито посмотрел на Джин, но на ее хорошеньком личике не было написано ни тени раскаяния. Бедная девочка явно была не в курсе того, что натворила. Святая простота…

– Зачем же ты бабушкины монеты с собой таскаешь? – недоумевал Морис.

– Случайно вышло, – бросил Дон, доставая из нагрудного кармана последнюю припрятанную двадцатку.

– А ты шутник, как я погляжу. – Морис встал. – Ладно, ребята, пойду. Работа ждет. Увидимся еще.

Вразвалочку он вышел из «Лагуны», подмигнув напоследок угрюмому Дону. Если бы Морис только знал, о чем пойдет сейчас разговор!

5

– Откуда я могла знать, что золотые экю Людовика Святого у вас не в ходу? – жалобно спрашивала Джин, семеня за Доном.

Он шел быстро, и она на высоких каблуках едва успевала за ним.

– Когда я в последний раз жила среди людей, эти экю были самыми желанными деньгами. Да, мне следовало догадаться, но я… Прости меня, хозяин… то есть Дон… Ты не уточнил, какие деньги, и я подумала, что золото везде и всегда ценится… Пожалуйста, не сердись на меня…

Ее несчастный голос и, главное, осознание того, что Джин, в сущности, права, возымели свое действие. Дон остановился и повернулся к девушке.

– Ладно, забудем. Но на будущее уточняй, что я имею в виду, хорошо? Если ты чего-то не знаешь, спрашивай. Если ты в чем-то сомневаешься, тоже спрашивай. Поняла?

В глазах Джин заблестели слезы, и Дон немедленно почувствовал себя мерзавцем. Пусть она и джинн, но все-таки девушка… А на девушек кричать нельзя.

– Извини, – сказал он. – Уж очень нехорошо с этими монетами получилось.

– Покажи мне ваши деньги, и я дам тебе их, сколько хочешь.

Рука Дона непроизвольно полезла в карман, однако он вовремя остановился. С Джин станется наделать ему долларовых купюр с одинаковыми номерами, за которые его арестуют как фальшивомонетчика.

– Давай попозже, хорошо? Там тебе кое-что объяснить надо. Иначе будет только хуже.

– Как скажешь, хозяин… Дон. Мне очень хочется сделать для тебя что-нибудь полезное, а у меня все выходит не так, как надо.

– Хочешь сделать что-нибудь полезное? – Дон остановился и посмотрел на часы. – Жаль, времени маловато… Но все равно, пойдем прогуляемся до пляжа. Пора тебя с кое-кем познакомить.

Дон наизусть знал рабочее расписание Анджелины. Курсы плавания, которые она вела в «Океанской жемчужине», начинались только в два, а в это время Анджелина обычно загорала на пляже и общалась с друзьями. Иногда, если было время, Дон устраивался в шезлонге где-нибудь неподалеку, исподтишка наблюдал за своим божеством и мечтал…

Но сегодня он мечтать не будет. Он покажет Анджелину Джин и объяснит ей, в чем заключается его самое большое желание!

Они дошли до центрального пляжа.

– Как здесь красиво! – ахнула Джин и, скинув туфли, побежала босиком по теплому золотистому песку.

Дон наблюдал за ней издалека. Джин добежала до самого океана и боязливо коснулась воды пальцами ноги. Зачем-то взвизгнула, отскочила назад, посмотрела на Дона, помахала ему рукой. А потом зашла в воду по колено, едва удерживая равновесие из-за высоких волн.

– Джин, возвращайся! – закричал Дон и пошел за девушкой. Что за наказание! Еще не хватало, чтобы она полезла купаться в одежде.

Но Дон мог не беспокоиться. В заботе о Джин его опередил плечистый молодой человек в коротких шортах, чьей основной обязанностью было надзирать за пляжем и выуживать из воды безрассудных хорошеньких девушек. Сколько приятных знакомств он завязал таким образом, было известно лишь ему одному…

Чувство, чрезвычайно похожее на ненависть, охватило Дона, когда он увидел, что сам Кейси Бобблтон вышел из-под пальмового навеса пляжного бара и о чем-то заговорил с Джин.

Глазом моргнуть не успеешь, а он тут как тут, подумал Дон с неприязнью. Так и ищет, где ему обломится.

Когда Дон подошел к Кейси и Джин, она уже благополучно выбралась из воды и заливисто хохотала над банальными шуточками Кейси.

– Джин, идем, – недовольно позвал ее Дон. – Привет, Кейси.

Главный спасатель бросил на него презрительный взгляд из-под темных длинных ресниц и пробормотал сквозь зубы:

– А, это ты, Дональд… Привет. Так вот, Джин, если не хочешь, чтобы я за волосы вытаскивал тебя из воды… – Тут Кейси согнул мускулистую руку, чтобы наглядно продемонстрировать, как именно он будет вытаскивать девушку, – никогда не лезь в океан, не умея плавать. Кстати, могу научить. Это просто.

Дону захотелось на месте удавить нахального спасателя. И он непременно удавил бы его, если бы Кейси Бобблтон не был выше его на целую голову.

– Большое спасибо, Кейси, – улыбнулась Джин. – Если ты мне покажешь, что значит «плавать», я думаю, я смогу за тобой повторить.

Бобблтон не растерялся.

– Можно начать прямо сейчас. У тебя с собой купальник? В одежде плавать неудобно. – Кейси улыбнулся, давая понять, что это шутка, и снял с себя свисток на шнурке. – А Дональд Дак пока подержит свисток. Если что неладное заметишь, свисти, что есть мочи, Донни. Для спасателя ты ростом не вышел, но засвистеть, я думаю, сможешь.

Он сунул свисток оторопевшему Дону и покровительственно похлопал его по плечу.

– Да пошел ты!

Дон швырнул свисток на землю.

– Ты что о себе возомнил, Дональд Дак? – рассвирепел Кейси.

Драка была неизбежна. И хотя у Дона не было ни одного шанса против Кейси, он с нетерпением ждал ее. Хотя бы раз съездить кулаком по этой загорелой мужественной физиономии, хотя бы раз выместить на нем свою злость…

И Кейси, и Дон в моментном ослеплении яростью забыли о Джин. Но она, не понимая или не желая понимать, что сейчас произойдет, нетерпеливо воскликнула:

– Так ты будешь учить меня плавать или нет, Кейси? Раз в одежде нельзя… – И с этими словами Джин подцепила топик и непринужденно стянула его через голову.

Мужчины потеряли дар речи. Под кофточкой у Джин ничего не было, и она на мгновение ослепила их красотой своей нежной смуглой кожи и высокой пышной груди. С дразнящей, как показалось Дону, медлительностью она схватилась за пояс юбки, потянула его вниз… Он осознал, что сейчас произойдет, и похолодел от ужаса.

– Немедленно оденься! – рявкнул Дон на весь пляж, и кофточка как по волшебству прикрыла соблазнительную грудь Джин.

– Фу, – выдохнул Кейси Бобблтон, вытирая испарину со лба. – Ты полегче с такими фокусами, крошка. Так мужчину можно и до сердечного приступа довести.

– Нам пора, – сдавленным голосом произнес Дон.

– Да мне тоже. – Кейси поднял свисток. – А ты парень не промах, как я погляжу, хоть и Дональд Дак.

Дон выдавил из себя улыбку. На этом инцидент с купанием и свистком был исчерпан.

– Запомни раз и навсегда, снимать одежду в присутствии других людей строго-настрого запрещается! – бушевал Дон. – Поняла? Минимум допустимой одежды – это купальник, да и то только на пляже. В остальное время ты ВСЕГДА должна быть одета!

– Прости меня, пожалуйста, я опять все перепутала, – лепетала Джин. – Я думала, что раз Кейси предложил плавать без одежды, значит, надо плавать без одежды. Откуда я знала, что он пошутил…

– Кейси! Какая разница, что говорит Кейси! – Дон схватил Джин за плечи и как следует встряхнул ее. – Главное, что говорю я! Ясно?

– Да, – еле слышно произнесла девушка.

Дон зашагал по пляжу дальше. Неужели у этой девицы совершенно нет мозгов? Разве в тринадцатом веке или когда она там в последний раз вылезала из своей бутылки, было принято разгуливать голышом? Кажется, совсем наоборот! Так с чего она принялась выпрыгивать из одежды по одному знаку Кейси Бобблтона?

– И вообще, запомни раз и навсегда, Кейси Бобблтон – мой враг! – выпалил Дон.

Лицо Джин озарилось радостью.

– Прикажешь посадить его на кол или сварить в кипящем масле?

– Боже… – Дон схватился за голову. – Чтобы я больше от тебя такого не слышал!

Джин снова погрустнела.

– А что делают с врагами в твоей стране, Дон?

– Ничего! С ними просто стараются общаться как можно меньше.

– Понятно, но скучно, – кивнула Джин. – А почему он называл тебя Дональд Дак?

Запомнила, хмыкнул про себя Дон. А делает вид, что ничего не соображает.

– Это… шутка, – пояснил он. – Мое полное имя Дональд, а Дак… не обращай внимания.

– Как скажешь, Дон.

Глядя на склоненную головку Джин, Дон почувствовал, как его пробирает смех. Надо же, она чуть было не разделась догола на виду у всего пляжа! Судя по тому, что они успели увидеть, там есть на что посмотреть… Даже Кейси Бобблтон был поражен, а уж Кейси в этих делах профессионал… Может, и не так плохо все вышло… Хм…

– В общем, Джин, никуда от меня не убегай. Раз. – Дон принялся загибать пальцы. – С посторонними людьми без меня не разговаривай. Два. Не раздевайся. Три. Не лезь ко мне со своими дурацкими предложениями. Четыре. Короче, будь хорошей девочкой.

Джин энергично кивнула. Дон поправил ее рассыпавшуюся челку и улыбнулся.

– А теперь пойдем, я тебе кое-кого покажу. Смотри внимательно и запоминай.

Вопреки традиции, сегодня Анджелина Фортекскью не загорала с коктейлем в руках, а работала. На небольшом участке пляжа, огороженном сине-белой лентой с эмблемой «Океанской жемчужины», расположилась группа ее учеников: несколько упитанных белокожих детишек лет десяти – тринадцати и четыре здоровых мужика, пожиравших прекрасную пловчиху нескромными взглядами.

Как обычно Анджелина делала вид, что ничего не замечает, но во всех ее жестах и словах сквозило легкое кокетство, словно она призывала каждого полюбоваться ее красотой и грацией. Выглядела Анджелина ослепительно – на ней был закрытый купальник изумрудного цвета, пышные белокурые волосы были завязаны в высокий хвост. Ее звонкий голосок, объясняющий движения, разносился по всему пляжу и привлекал немало праздных зевак. Поглазеть на то, как первая красавица Палм Гроув Бич занимается с учениками на пляже, было немало желающих.

Как всегда при виде Анджелины у Дона задрожали коленки. Можно было сколько угодно твердить себе, что Анджелина такая же девушка, как все остальные, а не божество, сошедшее с небес. И что методы ухаживания, которые срабатывают с другими, годятся и для нее. Когда Дон видел Анджелину, его здравый смысл уходил в отпуск и возвращался не раньше, чем прелестная мисс Фортекскью исчезала из поля зрения.

– … держите руки на уровне груди, – четко объясняла Анджелина. – Нет, не так… чуть ниже. А вам чуть выше… А вы молодец…

Как и следовало ожидать, у взрослых учеников получалось намного хуже, чем у детей, и Анджелине приходилось подходить к каждому и показывать, в чем заключается их ошибка. Особенно усердствовал высокий узкоплечий тип в широких шортах по колено. Дон невзлюбил его с первого взгляда. На месте Анджелины он давно поставил бы наглеца на место, но она, по всей видимости, ничего не имела против его вызывающего поведения. Анджелина с готовностью смеялась, демонстрируя жемчужные зубки, и без надобности хватала мужчину за руки и плечи.

Кто он такой, интересно? – мрачно размышлял Дон. Миллионер? Режиссер? Фотограф? Почему ему она улыбается, а на меня смотрит, как на пустое место?

Самые великие философы не смогли бы отыскать ответ на этот вопрос, и Дон, сражаясь с очередным приступом ревности, повернулся к Джин. Очень скоро весь Палм Гроув ахнет от удивления, когда увидит Анджелину Фортекскью под руку с ним!

– Видишь девушку в зеленом купальнике? – спросил Дон. – Блондинка, очень красивая…

– Та, на которую ты пялишься битый час? Вижу.

В голосе Джин сквозила издевка, но Дон решил не обращать на это внимания.

– Ее зовут Анджелина Фортекскью. Она самая красивая девушка Палм Гроув.

– На мой взгляд, у нее бедра широковаты, – неодобрительно заметила Джин. – И, кажется, передние зубы чуть выдаются.

– Что ты в этом понимаешь? В Анджелину половина города влюблена!

– И ты в том числе?

Джин подняла одну бровь, отчего ее милое личико приобрело глумливое выражение.

– И я в том числе! – сердито бросил Дон.

– Без надежды на взаимность, как я понимаю? – уточнила Джин.

Дон побагровел.

– Ты надо мной издеваешься?

– Прости, хозяин… Я только хотела все выяснить, чтобы между нами не было недосказанности… Ты сам сказал, чтобы я спрашивала…

Дон подозрительно покосился на нее, ожидая нового подвоха. Что за времена! Даже джинн из бутылки и та не может удержаться от сарказма.

– Я хочу, чтобы Анджелина Фортекскью полюбила меня! – торжественно объявил он.

– Я так и думала, – еле слышно вздохнула Джин.

Дон забеспокоился.

– Это же возможно?

Джин посмотрела на Анджелину и снова вздохнула.

– Возможно. Но очень тяжело.

– Понимаешь, когда дело касается чувств другого человека, действовать нужно очень осторожно, – объясняла Джин.

Они медленно шли по пляжу и расставляли все точки над «i».

– Мне проще достать для тебя сундук с золотом и драгоценными камнями, чем изменить сознание девушки. Работать с неодушевленными предметами легко. Но люди вечно все путают и разрушают…

– Погоди, – перебил ее Дон. – Ты же говорила, что без проблем сделаешь меня президентом Америки. Разве тебе не пришлось бы манипулировать сознанием избирателей?

– Тебе нужно кратковременное помутнение рассудка или серьезное чувство?

Дон душераздирающе вздохнул.

– Значит, действовать надо медленно, постепенно, чтобы девушка сама пришла к выводу, что жить без тебя не может. Хотя я не уверена, что тебе это нужно, хозяин, – добавила Джин вполголоса.

Дон предпочел это не услышать.

– И что ты собираешься делать?

– Я? – Джин улыбнулась. – Практически ничего. Буду помогать тебе завоевывать ее сердце.

Дон невесело рассмеялся.

– Если бы я знал, как завоевать сердце Анджелины, мне бы твоя помощь не понадобилась!

– Ты не понял. – Джин взяла его под руку. – Ты будешь делать то, что обычно делают мужчины, когда хотят влюбить в себя женщину. Петь серенады, драться ради нее на турнирах, совершать подвиги, чтобы ее прославить, отправляться в дальние опасные походы… или что там вы сейчас делаете, чтобы покорить. А я буду рядом, и можешь не сомневаться, что Анджелина не устоит.

Дон представил себя на рыцарском ристалище, а Анджелину в средневековом платье, и рассмеялся.

– Думаешь, сработает? Может, все-таки кратковременное помутнение рассудка лучше?

– Тогда я ничего не гарантирую.

– Ох, ну пусть будет по-твоему, – согласился Дон. – Когда начнем?

– Да хоть сейчас.

– Сейчас не могу, на дежурство надо. – Дон взглянул на наручные часы. – Черт, я уже десять минут должен быть на месте!

И прежде чем Джин успела раскрыть рот, Дон побежал по пляжу, поднимая тучи песка.

6

Мистер Фрэнк Зелерманн, старший менеджер отеля «Фантастик тайм» любил посетовать на то, что судьба забросила его в самую захудалую гостиницу побережья. Хотя в отличие от других сотрудников «Фантастика» ему жаловаться было не на что. Главной обязанностью мистера Зелерманна было находиться в отеле с восьми утра до восьми вечера, попивать дармовой кофе и покуривать дармовые сигары, да еще контролировать смену дежурных администраторов. Любые другие действия Фрэнк считал оскорблением для себя и выходил из кабинета исключительно для того, чтобы проверить, что очередной администратор готов приступить к изматывающему дежурству.

Сегодня Дон Рикуэйд должен был заменить Сэма Бекерли. Фрэнк любил дежурства Дона; из всех сотрудников отеля Рикуэйд был самым дисциплинированным, ответственным и, самое главное, сообразительным. На него можно было положиться. Когда за отель отвечал Дон, Фрэнк носа не высовывал из кабинета и был этим очень доволен.

Но сегодня Зелерманну пришлось нарушить традицию и не выпить обязательную чашечку кофе в час дня. Его лучший администратор вздумал его подвести. Без пятнадцати час Дон должен был заступить на дежурство. В десять минут второго его все еще не было на месте.

– Вы свободны, Бекерли, – гневно пророкотал Фрэнк, опуская второго администратора. – Я сам дождусь Рикуэйда.

Можно было только догадываться, какую кару готовит старший менеджер для несчастного Дона!

Ровно через десять минут вспотевший и разлохмаченный Дон влетел в холл «Фантастика». За столом администратора сидел сам Фрэнк Зелерманн, грузный, хмурый, с кустистыми бровями, нависшими над маленькими глазками. Отвратительный, ленивый, грубый и жестокий…

Человек, который мог в два счета оставить Дона без работы.

– Мистер Зелерманн, простите… – пробормотал Дон, пытаясь придумать правдоподобное оправдание для своего отсутствия. – Меня… меня задержали…

Зелерманн стал медленно подниматься со стула, гипнотизируя Дона немигающим взглядом. Дон обреченно смотрел на него. Он знал, что единственное, что может помешать менеджеру уволить его, – это страх остаться без администратора в самый разгар сезона. Было не так уж много желающих работать в «Фантастик тайм», и Зелерманн не мог позволить себе разбрасываться ценными кадрами.

– Мистер Рикуэйд, я возмущен… – величественно начал Зелерманн, но вдруг запнулся и выпучил глаза.

Дон невольно обернулся. За его спиной стояла Джин и сладко улыбалась.

– Да о чем речь, Дон, подумаешь, опоздал на полчаса! – воскликнул менеджер с неестественной для него веселостью. – Мне было совсем нетрудно подежурить за тебя! Денек сегодня восхитительный, понятное дело, что ты не спешил на работу! Удачи тебе, Дон. Мисс…

Фрэнк степенно поклонился Джин и, переваливаясь, как пингвин, пошел в свой кабинет. Дон смотрел ему вслед с открытым ртом.

– Я же не ошиблась на этот раз? – испуганно спросила Джин. – Я сразу поняла, что толстый человек хочет навредить тебе, Дон, и сделала его чуть-чуть добрее.

– Чуть-чуть? Ты уверена, что это ему не повредит? Как насчет невмешательства в сознание?

– Голова этого человека большая пустая коробка. Ему вообще ничего не повредит.

В глубине души Дон был точно такого же мнения и поэтому ругать Джин за инициативу не стал.

– Ладно, спасибо тебе. Без тебя он бы меня точно уволил. А сейчас мне пора работать.

– Что ты будешь делать? – заинтересованно спросила Джин.

– Следить, чтобы в отеле все было хорошо. Принимать жалобы, улаживать споры… Грязная работа, в общем. И платят так себе.

– Тогда зачем ты здесь работаешь?

– Потому что меня больше никуда не взяли, – вздохнул Дон.

Признаваться в том, что ты неудачник, неприятно даже своему карманному джинну.

– Хочешь, мы сейчас же найдем тебе новую работу? – просияла Джин. – Можно в этом отеле. Ты достоин быть здесь самым главным.

– Спасибо, – засмеялся Дон. – Но работа подождет. Вначале надо разобраться с Анджелиной.

Выражение лица Джин изменилось. Она поджала губы и недовольно раздула ноздри.

– Если ты хочешь узнать мое мнение… – начала она с чувством.

– Не хочу. Твое дело исполнять мои желания, а не высказывать мнения. Я люблю Анджелину, и это все, что ты должна знать!

Ровные брови Джин гневно сомкнулись на переносице, и Дон невольно подумал, что с нее станется превратить его в горстку пепла или крысу. Девушек вообще обижать нельзя, и особенно тех, кто обладает сверхъестественными возможностями.

– Прости. – Дон постарался улыбнуться как можно обаятельнее. – Я не хотел тебя обидеть. Просто… сейчас мне нужно работать.

И словно в подтверждение, телефон на столе администратора оглушительно зазвенел.

– Дон Рикуэйд слушает. Чем я могу вам помочь?

Первые часы дежурства были очень напряженными, и Дон едва замечал, чем занимается Джин. Она сидела на диванчике в холле, положив одну стройную ногу на другую, и листала журнальчики, не заботясь о том, что привлекает внимание как служащих, так и гостей отеля.

Один из них, тучный предприниматель из Огайо, который в последнее дежурство доставил Дону немало хлопот из-за конфликта с горничной, даже подсел к Джин.

– Интересно, а что делает такая симпатичная девушка в одиночестве?

Джин продолжала рассматривать журнал. Предпринимателя это ничуть не смутило.

– Меня зовут Карл. Карл Карпол, – представился он, с наслаждением прислушиваясь к звучанию собственного имени. – Я из Огайо. Прекрасный штат, лучший в этой стране. Если ты ничем не занята сегодня, крошка, я мог бы за ужином рассказать тебе о нем.

Джин нехотя оторвалась от журнала.

– Я не ужинаю.

– Правильно, – обрадовался Карл Карпол. – Такой красивой девушке надо беречь фигуру.

Как раз в этот момент Дон заметил, что к Джин кто-то пристает. Его негодование возросло сто крат, когда он узнал вчерашнего смутьяна. Карл Карпол, кажется. Нагло приставал к бедняжке Терезе, а потом попытался обвинить ее в краже золотого портсигара. Мерзкий тип.

Не думая о том, что Джин вполне может позаботиться о себе, Дон ринулся ей на выручку.

– У вас снова какие-то проблемы, мистер Карпол? – спросил он с убийственной вежливостью.

– У меня все отлично, – осклабился Карл. – Беседую с красивой девушкой и никого не трогаю. Или она тоже ваша горничная?

Издевка в голосе Карпола была невыносимой. Дон невольно сжал кулаки.

– Можно, я превращу его в лягушку, хозяин? – вдруг спросила Джин, откладывая в сторону журнал.

Карл вытаращил глаза.

– Лучше в крысу, – мстительно бросил Дон. – Он сможет жить на кухне и питаться объедками.

Не успел он договорить, как тучный мужчина добрых шести футов ростом исчез, а вместо него на диване рядом с Джин появилась большая серая крыса с длинным лысым хвостом и черными глазами-бусинками. Вполне среднестатистическая крыса, вроде тех, что (если верить россказням сантехника) в подвале кишмя кишат.

Единственное, что могло бы выделить эту крысу среди множества других пищащих грызунов, так это безграничное удивление, написанное на ее лице… то есть на морде. Дон в жизни не видел, чтобы поблескивающие глазки крысы выражали одновременно столько человеческих эмоций.

– Джин, где Карпол? – пробормотал он потрясенно.

– Вот, – равнодушно кивнула она на крысу. – Крупная, правда?

Крыса сдавленно пискнула.

– Немедленно преврати его обратно в человека, – прошипел Дон, не сводя глаз с животного. Еще не хватало, чтобы крыса сбежала и спряталась в какой-нибудь дыре.

– Но ты сказал…

– Ты меня слышала? И чтоб он ничего вспомнить потом не мог!

Джин обиженно всхлипнула носом. В следующее мгновение Карл Карпол собственной персоной откинулся на спинку дивана. На лбу у Карла выступила испарина, а глаза приобрели некоторую безуминку, но в целом это был все тот же дебошир и развратник.

– Что-то я с вами засиделся, – пробормотал он, не глядя на Джин и Дона. – Пойду погуляю.

С неожиданным для его туши проворством Карл вскочил с дивана и помчался к выходу из отеля.

– Следующее правило, Джин, – сказал Дон. – Никогда не превращай людей, даже если я брякну что-нибудь в этом роде. Всегда уточняй, что я имею в виду. Насчет Карла я пошутил.

– Из него получилась такая хорошая крыса. Хотя я давно не практиковалась.

– Давай придумаем тебе другую практику. Пока я работаю, можешь превращать журналы в цветы и наоборот. Только чтобы никто не видел!

– Это скучно, – надулась Джин. – Ты делом занят, а я не знаю, куда себя деть.

Дон подумал, что для девушки, которая не одно столетие провела в бутылке, Джин слишком капризна.

– Хочешь поработать вместе со мной? – предложил он, чтобы что-то предложить.

– Хочу, – просияла Джин, и у Дона не хватило духу ей отказать.

Это было самое необычное дежурство в его жизни. У миссис Килкенни из сорок пятого сломался кондиционер, и она с криками требовала электрика, который ушел домой после трехдневной смены и отключил телефон. Единственное, что мог сделать Дон, это пообещать, что к завтрашнему утру все будет исправлено, но миссис Килкенни не желала ночевать в душной комнате.

Успокоить беснующуюся клиентку было невозможно, но Джин стоило только заглянуть к ней в номер, как там значительно похолодало.

– Вот видите, молодой человек, вы все можете, когда на вас как следует надавишь, – с удовлетворением заметила миссис Килкенни.

– Ты разбираешься в кондиционерах? – спросил Дон, когда они с Джин возвращались на свой пост.

– Что это такое? – удивилась она.

– Э-э… такой прибор, который создает прохладу в помещении. Он и сломался в сорок пятом.

– Я о таком и не слышала, – покачала головой Джин. – Просто использовала парочку ледяных заклятий.

Дон насторожился.

– И как низко опустится температура?

– Пока все в комнате не превратится в лед, – безмятежно улыбнулась она.

Не говоря ни слова, Дон бросился вверх по лестнице.

– Стой, Дон, я пошутила! – закричала Джин ему вслед. – Со старушкой все будет в порядке! В комнате всегда будет такая температура, какая нравится миссис Килкенни!

Разумеется, могла Джин не только это. Благодаря ей, сегодня впервые не поступило жалоб на меню в ресторане и не перегорела ни одна лампочка в номере, кот одного из постояльцев был без проблем снят с крыши, а в холле отеля под диваном нашлись золотые сережки женщины, которая уверяла, что у нее их украли.

К концу смены Дон почувствовал, что совершенно не устал и готов дежурить с такой помощницей вечно. Но он сдержал неразумный импульс и вовремя передал смену Николасу. Даже пожалел его, беднягу. С ним рядом Джин не будет.

– Что теперь будем делать? – бодро спросила Джин, когда они поднимались к Дону под крышу отеля.

– Сейчас я немного посплю, а потом придумаем.

– Зачем тратить время на сон? Я могу сделать так, чтобы ты никогда не хотел спать!

– Спасибо большое, – засмеялся Дон, – но не надо. Понимаешь, сон нужен людям, чтобы нормально себя чувствовать. К тому же нам снятся сны, и иногда очень приятные. Ты можешь сделать так, чтобы мне приснилась Анджелина?

Джин внезапно заинтересовалась видом из окна.

– Ты меня слышишь? Я хочу, чтобы мне приснилась Анджелина.

– Слышу, – отозвалась она сварливо. – Спи.

Дон уснул, как только голова его коснулась подушки. Он увидел пляж, пустынный укромный пляж, узкую песчаную полоску, отгороженную от любопытных взглядов густой тропической растительностью. Лазурное море переливалось слепящими бликами; маленькие волны выбрасывали на берег блестящие отполированные камешки. Дон чувствовал, как ласково припекает солнце, вдыхал запах моря, слышал пронзительные крики птиц…

Внезапно он осознал, что он не один в этом райском уголке. Дон обернулся. Под пальмой, у самой кромки воды стояла Анджелина.

От ее красоты у него перехватило дыхание. На Анджелине было красное облегающее платье без рукавов и с пышной юбкой. Вырез смело открывал ее шею и грудь, а золотистый поясок подчеркивал стройность талии и округлость бедер. Светлые волосы Анджелины крупными кудрями рассыпались по плечам, и Дон в который раз с отчаянием подумал, что она слишком хороша для него…

Хотя какого черта? Это его сон, и он может делать тут все, что угодно. Даже овладеть Анджелиной прямо здесь, на песке. Уж чего-чего, а воображения у него для этого хватит!

Дон подошел к Анджелине. Она наблюдала за ним сквозь полуопущенные ресницы, а на губах ее играла призывная улыбка. Губы у Анджелины были что надо, нежно-розовые, пухлые, соблазнительные, вызывающие множество непристойных мыслей, и Дона затрясло от возбуждения. Неужели сейчас произойдет чудо, и она позволит ему дотронуться до нее?

Конечно, позволит. Это ведь его сон.

– Привет, – хрипло произнес Дон.

– Привет, – эротично отозвалась Анджелина и медленно провела языком по верхней губе.

Дона прошиб пот. Никогда, даже в самых смелых мечтах, Анджелина так на него не смотрела. Он не должен терять время зря. Она призывает его… Она хочет его…

Дон несмело протянул руку и коснулся обнаженного плеча Анджелины. Ее ангельское личико моментально исказилось. Развратная улыбка превратилась в насмешливую гримаску, полузакрытые глаза широко распахнулись. В них полыхало презрение.

– Убери свои поганые ручонки, Дональд Дак! – бросила Анджелина злобно и со всего размаху влепила Дону звонкую пощечину.

От удара Дон проснулся и ошарашенно уставился на потолок. Побелка кое-где осыпалась и пожелтела, и Дон некоторое время бездумно созерцал ее. Переход от сладкой фантазии к печальной действительности произошел слишком резко, чтобы он мог сразу осознать, где он и что произошло.

Вопреки здравому смыслу правая щека Дона ныла. Он машинально ее потер. Хорошенько же Анджелина его приложила. Кто бы мог подумать, что у изящной девушки такая тяжелая рука… Нет, этого не может быть. Это сон. А щеку он просто отлежал…

Постепенно все встало на свои места. Дон проснулся окончательно и, весь кипя от возмущения, подпрыгнул на кровати.

– Джин! – закричал он.

– Я тебя слушаю, Дон.

Она сидела в кресле, поджав ноги, и в упор смотрела на него. Выражение красивого лица было невозмутимо, но Дону показалось, что в уголках ее рта прячется издевательская усмешка.

– Что за чушь мне приснилась?

– Откуда я знаю? – Джин наигранно помахала пушистыми ресничками. – Это же был твой сон.

– Я просил тебя, чтобы мне приснилась Анджелина.

– И она тебе приснилась. Разве нет?

– Да, но…

– Что но?

– Все было не так! Я хотел, чтобы она хотя бы во сне хорошо относилась ко мне! Чтобы я ей нравился! А ты что устроила?

– Я тут ни при чем, – пожала плечами Джин. – Я дала тебе то, что нужно. Не моя вина, что ты настолько неуверен в собственных силах, что даже во сне не можешь покорить любимую девушку!

7

– Если бы ты попросил у меня денег или власти, как обычно просят люди, я бы без проблем все устроила. С любовью дело обстоит сложнее. Воздействовать на человека надо очень осторожно. Я могу заколдовать Анджелину, и она станет на время твоей рабыней…

– Было бы неплохо, – мечтательно улыбнулся Дон, представив Анджелину у своих ног.

– Но чары быстро развеются, и ты останешься ни с чем. Лучший способ получить любовь – завоевать сердце женщины по-настоящему!

Дон вздохнул. Они сидели в пляжном баре недалеко от «Фантастики» и пили молочные коктейли. Дона так и подмывало угостить Джин капелькой алкоголя, чтобы посмотреть на ее реакцию, но он все же решил не рисковать. Хлопот хватало и с трезвым джинном.

– Хорошо, что ты предлагаешь?

– Ты должен привлечь ее внимание. Ты же до сих пор ничего не предпринимал. Я уверена, что интерес такого красивого мужчины не останется без ответа.

Дон покосился на Джин, не издевается ли она над ним? Но лицо Джин дышало невинной простотой, и он расслабился. Может, ей он и вправду кажется красивым… О вкусах не спорят…

– Спасибо за комплимент, конечно, но проблема в том, что Анджелина меня красивым не считает. За ней Кейси ухлестывает… Помнишь Кейси?

Джин кивнула.

– И вообще у нее полно поклонников. Анджелина – самая красивая девушка в Палм Гроув.

– Удивительно, как за четыре века упали стандарты красоты.

– Слушай, я устал от твоих колкостей! – взорвался Дон. – Ты будешь исполнять мое желание или критиковать мою девушку?

– Прости, хозяин.

Джин склонила голову, но по ее нахальным глазам было видно, что ей ничуть не стыдно.

– Ладно, забыли, – буркнул Дон. – Эй, Скиттлз, принеси мне ром с колой!

Дон помахал рукой бармену, но тот был занят беседой с девчонкой в умопомрачительно коротком сарафане и даже ухом не повел.

– Скиттлз, ты слышишь меня?

Он резко повернулся на плетеном кресле и чуть не сшиб локтем здоровенный бокал с темно-коричневым напитком, который неизвестно как появился перед ним на столе. Дон ошарашенно уставился на заиндевевшие стенки бокала. Еще секунду назад здесь стоял молочный коктейль. Что за чертовщина?

Он перевел глаза на улыбающуюся Джин и сообразил, в чем дело.

– Спасибо, – сказал Дон и осторожно отхлебнул из бокала.

Ром оказался первоклассным, не чета тому, который обычно подавал Скиттлз.

– Не за что.

– Знаешь, никак не могу привыкнуть к тому, что ты способна творить чудеса.

– Странно. Обычно мою бутылку открывали люди, вполне подготовленные к чудесам.

– И что они просили?

– Все по-разному… – Джин задумалась. – Но в конечном итоге все сводилось либо к несметным сокровищам, либо к неограниченной власти.

– Это и есть те самые невыполнимые желания?

– Почему? В свое время я помогла одному франкскому королю победить врагов и обрести небывалое могущество, а для персидского шаха раздобыла клад, равного которому не было в мире…

Глаза Дона заблестели. Джин внимательно наблюдала за ним.

– Представляю, сколько всего ты повидала. В любом историческом институте тебя бы на куски разорвали. Ты бы им такое могла порассказать…

– Впервые слышу, чтобы джинна использовали ради науки, – засмеялась Джин. – Обычно люди думают только о славе и богатстве.

Дон вспомнил золотые монеты, которые Джин называет деньгами. Нет уж, не надо ему такого счастья. Он сам заработает все, что нужно для жизни. Особенно, если рядом будет Анджелина.

– Меня интересуют не деньги, – весело сказал он, – а любовь.

– Любовь изменчива, – усмехнулась Джин, – а деньги остаются с тобой навсегда.

– Пока их не потратишь.

– Зато их сохранить легче, чем любовь.

– Хочешь откупиться? Боишься, что не справишься с Анджелиной?

На щеках Джин заалели два ярких пятна. В сочетании со смуглой кожей и черными глазами смотрелось это потрясающе, и Дон невольно залюбовался.

– Я ничего не боюсь. Справлялась и не с такими. Если хочешь, уже сегодня вечером она будет в твоей постели. Я усыплю ее и перенесу к тебе в номер, а дальше будешь разбираться сам.

Дон представил себе реакцию Анджелины после того, как она проснется, и нахмурился.

– Спасибо, не надо. Обойдемся без насилия. Я хочу, чтобы все было по-настоящему. Будем действовать постепенно. С чего начнем?

– Ты так и не сказал, как принято завоевывать женщину в вашей стране.

– Ну… цветы, конфеты, свидания… в кино можно пригласить, по пляжу погулять…

– Не густо, – съязвила Джин. – Один мой знакомый раджа приказал за ночь выложить дорожку из рубинов перед домом возлюбленной.

– А ноги она о рубины не поранила?

Джин гордо проигнорировала вопрос.

– Давай не будем отвлекаться на мелочи. Что ты сделал, чтобы произвести впечатление на Анджелину?

Дон вспомнил один-единственный разговор с девушкой своей мечты, после которого к нему крепко-накрепко приклеилось прозвище Дональд Дак.

– Ничего, – буркнул он. – К Анджелине просто так не подойдешь.

– То есть, как я и думала, ты не пробовал, – сделала вывод Джин. – Ладно, будем действовать. Сегодня же вечером ты подаришь ей цветы и пригласишь куда-нибудь. В кино или потанцевать…

– Я?

– Ну не я же! – вспылила Джин. – Ты должен сделать хоть что-нибудь!

– Она никуда со мной не пойдет, – обреченно проговорил Дон.

– А это мы еще посмотрим!

В восемь вечера за Анджелиной должен был заехать Кейси Бобблтон, поэтому она не удивилась, когда без пятнадцати восемь в дверь ее бунгало постучали. Соседки Анджелины были на дежурстве, и она сама побежала открывать. Волновалась Анджелина необычайно. Шутка ли – первое свидание с Кейси Бобблтоном! С тем самым Кейси, в которого влюблена как минимум половина Палм Гроув. Наконец-то в ее жизни появился достойный мужчина. Не урод и не старик, не зануда и не неудачник. Все умрут от зависти, когда она появится под руку с Кейси на вечеринке Боба Сфинкса!

Перед тем, как открыть дверь, Анджелина глянула на себя в большое зеркало. Ослепительно хороша. Неудивительно, что на ее уроках плавания всегда так много мужчин. К ее напарнице Клео приходят одни младенцы…

Анджелина прыснула. Клео была долговязой занудой, унылой, как гробовщик. Удивительно, что привередливое руководство «Океанской жемчужины» подписало с ней контракт. В других случаях они были более разборчивы.

В дверь снова настойчиво постучали, и Анджелина очнулась. Кажется, Кейси и так достаточно подождал. Хватит его мучить.

Анджелина изобразила на лице самую соблазнительную улыбку и открыла дверь… Но вместо широкоплечего загорелого Кейси, и в самом деле похожего на Индиану Джонса, она увидела растрепанные темные кудри и смущенные глаза Дона Рикуэйда.

– Что тебе нужно? – сухо спросила она.

– Это тебе.

Дон протянул ей букет изумительной красоты. Анджелина никогда не видела таких цветов: пурпурных с темными прожилками и круглыми бархатными лепестками, переливающихся золотистых цветочков, похожих на ромашки, лазорево-синих с капельками воды на длинных толстых стеблях…

Она немного смягчилась. Где, интересно, он достал такие диковинные цветы?

– Искусственные? – предположила Анджелина, вдыхая аромат экзотического букета. И тут же сама себе ответила. – Настоящие.

От незнакомого приторно-сладкого запаха цветов у нее чуть закружилась голова.

– Спасибо. Очень красиво.

Повисла неловкая пауза. Анджелине было неудобно захлопнуть дверь перед носом человека, который преподнес ей такие шикарные цветы, но стоять и молчать ей тоже не хотелось. Кейси должен прийти с минуты на минуту. Если он застукает у нее Дональда Дака, неприятностей не оберешься…

– Что ты хотел? – спросила Анджелина и улыбнулась, чтобы смягчить грубые слова.

– Я… я…

Дон не сводил с нее восхищенных глаз, и Анджелина против воли почувствовала себя польщенной. Любовь не может не волновать сердце, даже если это любовь Дона Рикуэйда. Хотя… не так уж он плох, этот Дональд Дак… Глаза красивые у него… и волосы тоже ничего… Но этого мало, чтобы понравиться ей!

– Дон, мне некогда. Зачем ты пришел?

– Я подумал… может быть, посидим сегодня где-нибудь? Потанцуем или в кино сходим…

Анджелина фыркнула. Кем он ее считает? Наивной романтической дурочкой, которая после цветочков пойдет с ним куда угодно?

– Если хочешь знать, у меня сегодня свидание с Кейси Бобблтоном, – проговорила она с усмешкой, опуская роскошный букет вниз. – Знаешь такого? Но дело не только в Кейси. С тобой я никуда не пойду, даже если буду свободна. Понял?

На Дона было больно смотреть.

– Мне не хочется быть с тобой жестокой… – Анджелина притворно зевнула. – Но кто-то должен тебе все объяснить. Лучше это буду я, а не Кейси Бобблтон или Эл Килрой. У тебя нет ни одного шанса, Дон.

– Почему?

Анджелина изумленно уставилась на него.

– Что ты сказал?

Лицо Дона пошло красными пятнами.

– Ты мне очень н-нравишься, Анджелина, и я подумал, что мы с тобой могли бы…

– Я нравлюсь очень многим. В том числе мужчинам, которым ты и в подметки не годишься.

– Чем я хуже Бобблтона или Килроя?

Анджелина расхохоталась.

– Да как ты можешь себя с ними… апчхи!

Она оглушительно чихнула.

– Будь здорова.

Она махнула рукой.

– Короче, иди домой, Донни… апчхи! Тебя уже заждались в твоем паршивеньком отеле… апчхи!

– Ты хорошо себя чувствуешь? – встревоженно спросил Дон, потому что Анджелина чихала не переставая, а ее прелестное личико на глазах покрывалось подозрительно ярким румянцем.

– Я прекрасно… апчхи… себя чувствую! – отчеканила она. – До свидания!

Бум. Анджелина с грохотом захлопнула дверь. Повесив голову, Дон побрел прочь.

Джин ждала его у соседнего бунгало. Ей не нужно было ничего рассказывать, она и так все знала.

– Ты не должен расстраиваться, Дон. Я видела, что ее сердце растаяло, когда ты подарил ей цветы.

– А потом снова замерзло. Знаешь, что она мне сказала?! – с горечью воскликнул Дон.

Джин тактично потупилась.

– Я на самом деле думал, что у меня все получится. Что она захочет пойти со мной куда-нибудь… Но она ждет Кейси Бобблтона, и ей плевать на меня…

– Она тебя не заслуживает.

– Это я ее не заслуживаю. Она первая красавица Палм Гроув, в нее все влюблены, а я… работаю в паршивеньком отеле, получаю мало…

– Зато у тебя доброе сердце.

– Откуда ты знаешь? – усмехнулся Дон.

– Я чувствую.

– Одного доброго сердца мало, чтобы понравиться девушке.

– Но мы же только начали, Дон. Первый шаг уже сделан.

– Первый и последний.

– Ты не должен отчаиваться. Вот увидишь, уже сегодня Анджелина даст о себе знать.

– Ты рассуждаешь как гадалка, а не как волшебница, – проворчал Дон, однако немного приободрился.

Джин знает, о чем говорит. Он должен ей доверять.

Через полтора часа Дон был вынужден признать, что Джин оказалась права. Анджелина на самом деле дала о себе знать. Правда, он представлял это себе иначе.

Он сидел в баре «Фантастика» и за чашкой дрянного кофе размышлял о своем невезении. Джин как всегда была при нем и с интересом изучала немногочисленных посетителей бара и скромный интерьер.

Вдруг Дона позвали к телефону.

– Какая-то девчонка, – сказал ему бармен. – Не знаю, кто, но злится жутко.

Полный неприятных предчувствий, Дон взял трубку. Девушка на том конце провода была на грани истерики.

– Что ты мне подсунул, Дональд Дак? Где ты выкопал эти чертовы цветы? Я от них вся покрылась прыщами и чиха… апчхи…

– Будь здорова, – машинально пробормотал Дон.

– Если ты немедленно не сделаешь что-нибудь, я тебя убью! – взвизгнула его собеседница. – Из-за тебя мое свидание сорвалось! Слышишь?

Только сейчас до Дона дошло, что он разговаривает с Анджелиной.

– Подожди. Не кричи. – Он потер лоб. – Что с тобой случилось?

– Откуда я знаю? У меня все лицо чешется, жуткая аллергия на твои цветы! Где ты их раздобыл? Как они называются?

Если бы я знал, вздохнул Дон про себя.

– А ты уверена, что это от цветов? Может быть, ты съела что-нибудь?

– Уверена! Я начала чихать, когда мы с тобой разговаривали, помнишь?

– Я думал, ты простудилась…

– Не говори ерунды, Дональд Дак! – рассвирепела Анджелина. – Ты специально подсунул мне какую-то гадость, чтобы все испортить, а теперь притворяешься дурачком! Я тебя ненавижу!

Ну вот, подумал Дон мрачно. Еще один шаг, и она меня полюбит.

– Я ничего тебе не подсовывал. Я не знал, что тебе станет плохо. Тебе надо к врачу.

– Ты думаешь, я побегу к врачу с таким лицом через весь город?

Перед Доном забрезжил свет в конце туннеля. Кажется, он может оказать Анджелине услугу…

– Если хочешь, я могу сходить в аптеку и купить тебе что-нибудь от аллергии.

– Хочу! И немедленно!

Анджелина швырнула трубку, словно надеялась грохотом оглушить Дона. Он растерянно потер ухо. Кто бы мог подумать, что с цветами так неудобно получится…

Хотя был кое-кто, кто мог это предвидеть или даже подстроить!

Вне себя от негодования, Дон вернулся к Джин.

– Только что звонила Анджелина. У нее сыпь от твоих цветов.

Джин округлила глаза и пожала точеными плечиками. Мол, я тут не причем.

– Ты не могла не знать, что так будет!

Джин даже ухом не повела.

– А что Анджелина хотела от тебя?

– Чтобы я принес ей лекарства.

– Отлично, – улыбнулась Джин. – Все идет по плану. Держи.

Она протянула руку, и на узкой смуглой ладони Дон увидел две ярко-красные пилюли.

– Что это?

– Лекарство от аллергии. С небольшим побочным эффектом.

Дон отдернул руку.

– Каким еще эффектом?

– Травка, подмешанная в пилюли, заставит Анджелину воспылать страстью к любому мужчине, который окажется рядом.

В глазах Дона зажегся интерес. Не говоря ни слова, он схватил капсулы и выбежал из бара.

8

Как оказалось, испортить идеальную красоту чрезвычайно легко. Анджелине Фортекскью хватило покрасневшей кожи, покрытой мелкими воспаленными прыщиками, чтобы превратиться из первой красавицы Палм Гроув в первую уродину. Цветы Дона она безжалостно выкинула в мусорное ведро, но ничего, кроме морального удовлетворения, она не получила от этого маленького акта возмездия. Чудесные цветы сделали свое черное дело, и Анджелина жаждала выместить на Доне злобу.

Прибежавшего через пятнадцать минут Дона Анджелина встретила, закутавшись в тонкий шерстяной платок. Показываться страшилищем не хотелось даже перед Дональдом Даком.

– Принес?

Дон протянул ей пилюли.

– А почему без упаковки? – грозно спросила она. – Что это за таблетки?

– Лучшее лекарство от аллергии, – сказал Дон с такой уверенностью, что Анджелина беспрекословно взяла пилюли.

– Как их принимать?

– Просто проглоти, – сочинил Дон на месте.

– Хорошо.

Анджелина собралась было закрыть дверь, но потом сообразила, что на всякий случай Дона лучше задержать. Вдруг его лекарство не сработает.

– Подожди меня в комнате.

Он радостно кивнул и вошел в дом. Анджелина бросилась на кухню запивать лекарство.

– Если оно мне не поможет, Дональд Дак, – крикнула она, – я тебя задушу!

– Поможет, не волнуйся.

Дон сел на диван. Он планировал ждать долго, но уже минуты через две к нему вышла растерянная Анджелина без прыщей и платка.

– Это волшебные таблетки. Впервые вижу, чтобы лекарство так быстро действовало.

Ты даже не представляешь себе, насколько волшебные, подумал Дон с иронией.

– Я рад, что тебе оно помогло.

– А как оно называется? Мало ли, может, еще понадобится…

Анджелина осторожно потрогала пальцем щеку.

– Я… забыл. Оно сильнодействующее, хватит и одного раза.

Голос Дона дрогнул, и Анджелина с подозрением посмотрела на него.

– Какой-то ты странный, Дональд…

Она не добавила «Дак», и Дон усмотрел в этом хорошее предзнаменование.

– Сначала эти цветы ужасные принес, потом непонятные таблетки, – продолжала Анджелина. – Все это мне очень не нравится.

– Я хотел как лучше. Извини.

– Ладно. На первый раз прощаю. Твое счастье, что мне помогли те пилюли. А теперь…

Пылкое воображение Дона тут же нарисовало, как Анджелина подходит к нему, обнимает и целует своими умопомрачительно чувственными губами. Раз лекарство так быстро подействовало, то и побочному эффекту пора проявиться.

Анджелина подошла к входной двери и широко распахнула ее.

– Тебе пора, Донни.

– Как ты меня назвала?

Анджелина подпрыгнула на месте. На крыльце стоял Кейси Бобблтон собственной персоной.

– К-Кейси… что ты тут делаешь? Я же сказала, что сегодня не могу…

– А я захотел проверить, все ли в порядке. – Кейси шагнул в дом и увидел Дона. – О, а ты времени зря не теряешь.

Дон встал и помахал ему рукой.

– Кейси, он на секунду зашел…

– Зачем?

– Принес мне… штучку одну…

– Одну штучку? Интересно, какую?

– Я давно просила…

Анджелина мялась и не могла ничего сообразить, Кейси злился и ревновал, Дон искренне наслаждался спектаклем. Кейси Бобблтон явно не привык к тому, чтобы его обманывали. Застать у девушки, на которую он имеет виды, другого мужчину, да еще какого-то Дональда Дака, было ударом по его раздутому самолюбию…

– Дон уже уходит, – сказала Анджелина. – Я как раз собиралась позвонить тебе, Кейси.

– Я счастлив, – хмыкнул он. – Только должен сообщить тебе, девочка, что Кейси Бобблтон никогда…

Дон интуитивно понял, что дальше оставаться в бунгало Анджелины смысла нет. Кейси Бобблтон был выше его на голову и шире в плечах. Проверять на практике, насколько он его сильнее, Дону не хотелось.

– Ладно, Анджелина, мне пора. Спасибо за приятный вечер, – сказал он и, не дожидаясь, пока она и Кейси придут в себя, выскользнул в открытую дверь.

Обидно было оставлять начиненную любовными таблетками Анджелину наедине с Кейси, но делать было нечего. Мудрый полководец отступает в одной битве, чтобы победить в войне.

На следующий день Морис принес новость о том, что Анджелина все-таки идет на вечеринку Боба Сфинкса с Кейси Бобблтоном.

– Они же должны были вчера поссориться, – пробормотал Дон.

– Не знаю. Мне рассказала напарница Анджелины, Клео. Они точно идут вместе.

– Кошмар.

– А ты все-таки рассчитывал на что-нибудь? Ты меня удивляешь, приятель. – Морис похлопал Дона по плечу. – Сколько раз тебе говорить, что твое дело безнадежно? Анджелина не для тебя. Лучше подумай о ком-нибудь другом. Кстати… где та брюнеточка, которая была с тобой вчера? Джин, кажется…

– В номере сидит, – буркнул Дон. – Она на…

– Что?

– На… надоела мне… своими рассказами о родном городе, семье. Очень нудная девчонка.

– Но очень симпатичная. Я бы на твоем месте подумал о ней.

– Отстань. Без твоих советов разберусь.

Говорить о Джин Дон не хотел, потому что на самом деле она была наказана. После вчерашних приключений с экзотическими цветами и лекарствами ему нужно было немного отдохнуть от нее. Джин, естественно, обиделась, набрала неизвестно где кипу модных журналов и вольготно расположилась на кровати Дона.

– Если ты не хочешь идти с Джин, я ее могу пригласить, – предложил Морис.

– Да кто тебе сказал, что она вообще пойдет на вечеринку? Она тут никого не знает… Ей будет неинтересно! Пригласи кого-нибудь другого.

– Тогда остается только Клео, – печально вздохнул Морис. – Все стоящие девчонки уже приглашены.

– Клео это такая тощая, длинная, с выпирающими передними зубами?

– В точку. Но, по крайней мере, с ней не скучно. Болтает без умолку.

– Я бы лучше вообще на вечеринку не пошел, чем не пойми с кем.

– А у тебя, скорее всего, так и получится, – фыркнул Морис. – Ты же до сих пор не знаешь, с кем пойдешь, а до вечеринки всего два дня. Скоро в Палм Гроув не будет ни одной свободной девчонки. А насчет Анджелины, кстати, ты проиграл. Помнишь, ты заверял меня, что с Кейси Бобблтоном она на вечеринку не пойдет? Эх, надо было с тобой поспорить на что-нибудь ценное… Эй, Дон, ты куда?

К удивлению Мориса Дон развернулся и, не дослушав, побежал прочь.

– Извини, Морис, срочное дело вспомнил, – донеслись до него слова друга.

Морис пожал плечами и пошел на пляж. Пора было и работой заняться…

Дон влетел в свой номер и обнаружил Джин на том же самом месте, где оставил ее. Стопка модного глянца рядом с ней стала еще выше.

– Джин, у меня есть желание! – выпалил он с порога.

– Неужели?

– Я хочу, чтобы Анджелина не пошла на вечеринку Сфинкса с Бобблтоном! Это можно сделать?

– Конечно.

– Уф. – Напряжение внезапно покинуло Дона, и он как подкошенный рухнул на кровать. – Мне давно надо было попросить тебя об этом.

– А что это за вечеринка? – поинтересовалась Джин. – Все о ней только и говорят.

– Еще бы. Лучшая вечеринка сезона. Устраивается в «Океанской жемчужине»…

– Там, где работает Анджелина?

– Да, шикарное место. В прошлом году я был на дежурстве и не попал… Может, в этом мне удастся блеснуть… – Дон закинул руки за голову и принялся мечтать: – Знаешь, как я представлял себе эту вечеринку? На пляже «Жемчужины» собрались все-все, и тут появляюсь я. Красивый, неотразимый, как с журнальной обложки. Рядом со мной Анджелина… Все падают в обморок…

– Так она тебе нужна только за тем, чтобы все упали в обморок?

– Ничего ты не поняла, – обиделся Дон. – Я ее люблю. Но на Анджелину все обращают внимание, поэтому обратили бы внимание и на меня…

Он запнулся. А ведь, в сущности, Джин права. В Анджелине ему нравится не только красота, но и популярность. Рядом с такой девушкой он бы автоматически попал в ряды самых-самых в Палм Гроув. Для парня, которого прозвали Дональдом Даком, это более чем желанно.

– Неужели тебе так нужно чье-то внимание? – улыбнулась Джин. – У тебя есть друзья, работа, ты очень нравишься девушкам…

– Я?

– Не спорь. Я же вижу, как на тебя смотрят. У меня самой глаза есть. Ты очень симпатичный, и многие были бы рады с тобой дружить. Тебе вовсе не нужна популярность любой ценой. Ты достойный человек сам по себе, а не потому, что тебя кто-то любит или не любит…

– Ты не джинн, а психоаналитик.

– Журналы помогают. – Джин помахала свежим номером «Vogue». – Я тут столько всего интересного узнала, ты себе даже не представляешь!

– Как раз представляю, – усмехнулся он. – Хватит читать всякую чушь. Пойдем лучше погуляем.

Вечером Палм Гроув загудел от сногсшибательной новости. Буквально пару часов назад Анджелина Фортекскью жутко поругалась с Кейси Бобблтоном. Ее пригласил на вечеринку Эл Килрой, и она, повинуясь внезапному порыву, отказала главному спасателю Палм Гроув. Поклонницы Бобблтона воспрянули духом; влюбленные в Килроя расстроились; незаинтересованные стороны были донельзя заинтригованы. Вечеринка Боба Сфинкса обещала как никогда множество сюрпризов.

Дон был зол, как голодный ягуар. Он работал, когда новость об Анджелине и Эле достигла его ушей, и лишь присутствие важных клиентов заставило его сдержаться и не наброситься на Джин с кулаками. Хотя даже громадный синяк на ее хорошеньком смуглом личике вряд ли мог исправить ситуацию…

Дон зажал ее в углу холла, когда наплыв недовольных клиентов несколько поубавился.

– Ты просил, чтобы она пошла на вечеринку не с Бобблтоном, больше ничего, – напомнила Джин. – Я это для тебя устроила.

– Но я надеялся, что она пойдет на вечеринку со мной!

– Тогда надо было прямо так и сказать.

– Это же было ясно!

– Мне нет! Я мысли читать не умею.

– А что ты вообще умеешь?

– Желания исполнять!

– Что-то не похоже! Ты все только портишь!

У Джин задрожали губы.

– Я стараюсь, как могу. А ты вместо того, чтобы мне помочь, загадываешь какую-то ерунду. Ты не говоришь четко, что тебе нужно, я делаю ошибки, и ты меня во всем обвиняешь потом! Это так… так… так по-мужски!

– Ты перечитала женских журналов, Джин, – вздохнул Дон. – Так мы с тобой ни до чего не договоримся. Иди в номер, мне нужно работать. Заодно подумаю, что делать с тобой дальше.

– Я не хочу в номере сидеть!

– Джин!

– Ты все время заставляешь меня сидеть одну, а я хочу быть рядом с тобой! Ты несправедлив ко мне. Помнишь, сколько раз я тебе помогала? С тем толстым человеком, который хотел тебя уволить…

Вдруг Джин замерла с открытым ртом и уставилась на что-то, а вернее на кого-то за спиной Дона.

– Рикуэйд! – раздался громовой голос Фрэнка Зелерманна. – Что за скандалы вы устраиваете в гостинице?

– Э-э… мистер Зелерманн… как ваши дела? – Дон выдавил из себя улыбку.

– Вы должны сидеть там! – Похожий на сосиску палец старшего менеджера показал на стойку администратора. Как назло в этот самый момент на столе оглушительно затрезвонил телефон. – Видите, вы нужны нашим гостям! А вы кричите на женщину, вместо того, чтобы делать то, за что вы получаете деньги!

– Спасибо, мистер Зелерманн, – нежно улыбнулась Джин.

Фрэнк приосанился.

– Я не позволю этому остолопу оскорблять вас в «Фантастик тайм», моя дорогая… А вы почему до сих пор не на рабочем месте? – накинулся он на Дона. – Я долго буду вас ждать?

Дон стремглав кинулся к столику администратора, а Фрэнк остался беседовать с Джин. Через пять минут оторопевший Дон увидел, как Зелерманн галантно предложил ей руку и повел в сторону отельного бара. Если бы не клиент, который в эту самую минуту слезливо и многословно жаловался на вонь в номере, Дон обязательно разобрался бы с предательницей. Джин улыбалась «толстому человеку с пустой головой» во все свои тридцать два белоснежных зуба и вела себя как заправская кокетка!

Все глянцевые журналы выкину, угрюмо подумал Дон. До единого.

До вечеринки Боба Сфинкса оставались ровно сутки, когда Дон наконец осознал, что ему абсолютно не с кем идти. Об Анджелине он старался не вспоминать, было слишком больно. Но от вечеринки Дон отказываться не собирался. Морис смирился и идет туда с Клео? Отлично, он пригласит кого-нибудь из ее подруг.

Решить было проще, чем сделать. Подруг у Клео было мало, и все они были заняты. С горя Дон пригласил официантку из «Фантастика», но и она, глупо хихикая, призналась, что у нее уже есть кавалер. Знакомиться с туристками времени не было, о горничных страшно было думать…

Дон почти с сожалением вспоминал высоченную Энни, с которой он познакомился на вечеринке у Фергюсона. Даже она подошла бы. Лучше заявиться с самой невзрачной девчонкой, чем прийти одному. Если ты один, значит, ты никому не нужен. А Энни, между прочим, была не так уж плоха.

Но разыскать ее в Палм Гроув было нереально. Да и она, скорее всего, откажется идти с ним. После того разговора она и здороваться с ним не будет.

– Джин, мне срочно нужна девушка! – взмолился Дон.

Но она еще не перестала дуться.

– В местной газете печатают много объявлений насчет девушек.

– Нет, не такая девушка. Я не могу идти один на вечеринку Боба.

– Почему? – наигранно удивилась Джин. – Там себе кого-нибудь выберешь.

– Но все будут парами!

– Очень глупый обычай.

– Джин, ну не вредничай! Это желание мое, в конце концов!

– Не кричи, тебя услышат соседи, – флегматично отозвалась Джин. – Мне вчера уже высказали, что мы слишком громко разговариваем.

– О господи!

Дон схватился за голову. Еще не хватало, чтобы до начальства дошли слухи, что у него в номере живет посторонняя женщина.

– Джин, пожалуйста, помоги.

– А что я могу сделать? – всплеснула она руками. – Ты сам говоришь, что все девушки заняты. Между прочим, твой Кейси Бобблтон тоже пока без пары. Так что тебе любая откажет в надежде заполучить его.

– Кошмар… А вечеринка уже завтра вечером. Что мне делать?

– Не переживай. – Джин присела перед Доном на корточки. – Мы что-нибудь придумаем.

Он заглянул в ее бездонные черные глаза и на секунду потерял нить рассуждений. Надо же, собственный джинн… и чертовски привлекательный джинн… Сколько дней они уже вместе, а толку от нее никакого. Может быть, все дело в нем? Он не о том мечтает, загадывает не те желания? Бред… Наверное, он единственный человек не только в Палм Гроув, но и во всем мире, который не способен извлечь из карманного джинна максимальную пользу.

Дон посмотрел на Джин, которая уютно устроилась на полу у его ног. Восемьсот лет в бутылке просидела, бедняжка, и чуть не попала в лапы к любителю виски. Тяжелая у нее жизнь, ничего не скажешь… Никаких развлечений и радостей, только знай, исполняй чужие дурацкие желания. И никто не подумает о том, что такой хорошенькой девушке иногда хочется поразвлечься…

– Джин, я придумал! – закричал Дон, вскакивая с кровати. – Я пойду на вечеринку Боба с тобой! Как же я сразу-то не сообразил…

– Извини, я не могу, – лукаво улыбнулась Джин.

– Почему? – остолбенел Дон.

– Понимаешь, вчера, когда ты работал, я решила немного прогуляться по городу…

– Я сказал тебе сидеть в номере!

– Но это не было желанием, поэтому я подумала, что ничего страшного не будет, если я чуть-чуть поброжу по улицам…

Дона охватило неприятное предчувствие.

– Около пляжа я встретила Кейси Бобблтона, и он попросил меня пойти на вечеринку с ним.

У Дона все поплыло перед глазами.

– Как ты могла согласиться!?

Джин внимательно разглядывала его и отвечать не торопилась. Потом, словно увидев то, что ей было нужно, отрицательно помотала головой.

– А я и не соглашалась. Я пошутила. Я должна была с тобой посоветоваться. Почему-то мне показалось, что тебе это не понравится.

– Тебе абсолютно правильно показалось, – выдохнул Дон с облегчением. – Ты так и сказала Бобблтону, что должна посоветоваться?

– Нет… – Джин с виноватым видом опустила глаза. – Прости, хозяин, но я солгала. Я сказала ему, что уже иду на вечеринку с тобой.

У Дона отлегло от сердца. Разве можно было после этого ругать ее за ложь?

9

Отель «Океанская жемчужина» недаром считался лучшим не только в Палм Гроув Бич, но и на всем побережье. Там все было первоклассным – номера, обстановка, кухня, персонал, бассейны, спортивный зал, пляж. Проживание в «Жемчужине» стоило немало, но кто сказал, что за пребывание в раю не надо платить? Боб Шамерон, владелец отеля, сделал ставку на эксклюзивность и комфорт и не прогадал. Каждый сезон толстосумы оставляли в «Океанской жемчужине» приличное количество долларов. Боб мог позволить себе проявить щедрость, устраивая раз в год роскошную вечеринку для жителей Палм Гроув.

По периметру огороженного отельного пляжа, между пальмами были расставлены высокие фонари, вокруг пляжного бара устроили танцплощадку. Шезлонги и зонтики превратились в мини-зоны отдыха для тех, кому надоест отплясывать под громкую музыку и захочется немного покоя, романтики и звездного неба.

Но пляж «Океанской жемчужины», каким огромным он бы ни был, не мог вместить всех гостей, и поэтому по традиции Боб Сфинкс жертвовал для вечеринки банкетным залом отеля. На одну ночь место, где в тишине вкушали изысканную пищу состоятельные люди, превращалось в самую горячую дискотеку Палм Гроув. На стенах, где обычно висели оригиналы картин известных художников, устанавливали большие плазменные экраны; в центре зала возводили круглые площадки с лестницами; к потолку с лепниной крепили крутящиеся блестящие шары.

В банкетном зале преображалось все, от входной двери до туалетов. Все, что должно было сверкать и переливаться в дискотечном освещении, сверкало и переливалось даже в дневном свете. Роберт Шамерон не жалел средств на вечеринку. Они всегда возвращались к нему в тройном размере в виде доходов от продажи спиртного и от возрастающей активности постояльцев. Вечеринка была отличной рекламой отелю, и все, кто приезжал в Палм Гроув в бархатный сезон, непременно хотели поселиться в «Океанской жемчужине». Это было престижно, модно и свидетельствовало о высоком статусе, поэтому Боб Сфинкс никогда не жадничал.

Неудивительно, что в «Океанскую жемчужину» девушки собирались не менее тщательно, чем стали бы собираться на собственную свадьбу. За три месяца обдумывались наряды и макияж, копились деньги на новое платье или туфельки. Каждая мечтала о том, чтобы стать королевой вечеринки, которой сам Боб Сфинкс преподносил подарок.

В прошлом году счастливица Джой Макинтош получила жемчужное ожерелье, а через пару месяцев выскочила замуж за миллионера, который на пару дней остановился в отеле. Он случайно забрел в зал, когда короновали Джой, и влюбился с первого взгляда. Девушки Палм Гроув сознавали, что миллионеров на всех не хватит, но о короне все равно мечтали. Мало ли что может случиться с той, кого признают самой прекрасной на вечеринке Боба Сфинкса! Это был шанс, и упускать его не хотел никто.

Анджелина Фортекскью была уверена, что в этом году она точно станет королевой. В прошлый раз ее обскакала эта выскочка Макинтош, которая ничуть ее не красивее, но в этот она никому не позволит обойти себя. Она неофициальная королева Палм Гроув, и Бобу Сфинксу придется признать это, хоть она и работает на него.

Для вечеринки Анджелина припасла светло-голубое переливающееся платье, которое как влитое сидело на ее соблазнительной фигуре. Цвет оттенял ее глаза и подчеркивал жемчужный оттенок волос. Платье было длинным, практически до пола, но спереди был сделан очень смелый разрез, который при каждом шаге полностью обнажал ноги Анджелины. С верхом она тоже не стала особенно церемониться – вырез платья был таков, что любой при желании мог лицезреть прелести Анджелины. Ее это не смущало. Платье и выбиралось с таким расчетом, чтобы не просто сводить с ума, а убивать с первого взгляда. Она должна стать королевой вечеринки, и она ею станет!

Тем более что ее спутником будет сам Эл Килрой!

На мускулистого волейболиста, белокурого и статного как викинг, Анджелина засматривалась уже давно, но только сейчас осознала, что он нравится ей гораздо сильнее, чем Кейси Бобблтон. Нужно было согласиться пойти на вечеринку с Кейси, чтобы понять, что больше всего на свете она хочет быть рядом с Элом. Нехорошо, конечно, нарушать данное слово, но любовь вообще жестока. Когда Эл пригласил Анджелину на вечеринку, Кейси получил от ворот поворот.

Смешно было вспоминать, как Дон Рикуэйд всерьез претендовал на ее внимание! Анджелина иногда спрашивала себя, хватило бы у него храбрости пригласить ее на вечеринку, и жалела, что он этого не сделал. Приятно было бы еще раз объяснить мальчику, что он ни на что не годен. Страшно сказать, администратор «Фантастика»! Да она за милю старается обходить этот отель, потому что оттуда вечно несет пригоревшей пищей или химикатами. А у Эла Килроя, между прочим, богатый дядюшка, который не сегодня-завтра умрет и оставит единственному племянничку все состояние. Красивая девушка и о земных вещах должна думать…

В половине десятого за Анджелиной зашел Эл. Белая рубашка с открытым воротом была ему очень к лицу, и Анджелина искренне удивилась тому, что когда-то считала, что Кейси Бобблтон симпатичнее Килроя. Разве можно устоять перед обаянием улыбки Эла, перед грацией его спортивного подтянутого тела? Пусть Кейси шире его в плечах, но зато Эл выше, и силы в его руках не меньше. Волейболисту не нужны чересчур широкие плечи, ему нужны рост и быстрота реакции. И того, и другого у Эла было в избытке…

– Привет, Анджи, шикарно выглядишь, – восхитился Эл, когда Анджелина открыла ему дверь. – Платье обалденное. Так бы тебя и съел.

Анджелина усмехнулась. Пусть Эл не отличается особым умом, но зато всегда говорит то, что думает. А думает он то, что подумают девяносто девять процентов мужчин, завидев ее. Значит, успех ей обеспечен.

– Спасибо, – нежно произнесла она и подставила Эллу щеку для поцелуя. Губки ее уже были накрашены, и она боялась испортить помаду.

– Идем?

Анджелина кивнула. Единственное, о чем она в данный момент капельку жалела, так это о том, что не может подкатить к главному входу на шикарном красном «порше» Эла. Ходить пешком в таком платье не годилось, но делать было нечего. На территорию «Океанской жемчужины» машины не допускались, да и идти им, честно говоря, было не больше семи минут.

Они подошли вовремя, не самыми первыми, но и не самыми последними. Сам Боб Сфинкс в нелепо сидящем смокинге стоял у главного входа и улыбался гостям, особенно красивым женщинам. Он покосился на откровенное декольте Анджелины, но заглядывать в него не стал. Все-таки Эл Килрой был не каким-нибудь отельным менеджером, а фигурой значимой в масштабах Палм Гроув, и даже Боб Сфинкс не хотел с ним ссориться.

На пляже было немало народу. Анджелина увидела Кейси Бобблтон под руку с огненно-рыжей девицей в безобразно короткой юбке. Ножки у девицы, правда, были ничего, и настроение Анджелины испортилось. Но потом она заметила, как на нее глянул Кейси, и повеселела. Ее смелое платье явно произвело на него впечатление.

Впрочем, оно сразило не только Кейси. Рослый рыжий парень рядом с Клео вытаращил глаза, когда увидел ее; Джек Хорнби подавился коктейлем, у Оливера Картера отвисла челюсть. Одним словом, везде в ее сторону поворачивались головы, и каждый стремился подойти к ней, чтобы поздороваться и лично убедиться, что под платьем у нее практически ничего нет.

По крайней мере, сверху.

Анджелина упивалась всеобщим вниманием. Словно королева, обходящая свои владения, она прогулялась по пляжу, заглянула в зал, обменялась парой словечек со всеми подругами и успела, к великой досаде Эла Килроя, пококетничать с десятком молодых людей.

Они возвращались к пляжному бару пропустить стаканчик, когда приехала новая группа гостей, среди которых Анджелина увидела Дона. Его внешний вид поразил ее в самое сердце. То ли Дон поменял прическу, то ли одежда на нем была какая-то особенная, но Анджелине он показался совершенно другим человеком. Более раскованным, уверенным в себе, привлекательным…

А ведь он настоящий красавчик, с некоторым удивлением отметила она про себя. Где мои глаза-то были?

Тут Анджелина вспомнила, что Дон Рикуэйд принадлежит к числу ее самых преданных поклонников и приободрилась. Такого, как Дон, не только не стыдно иметь среди поклонников, в него и влюбиться можно… Интересно, с кем он пришел на вечеринку?

– Кого ты там разглядываешь, Анджи? – спросил Эл, протягивая Анджелине рюмку с ликером.

– Видишь Дона Рикуэйда?

– Да.

– Сегодня он что-то на себя не похож…

– Да, матросский костюмчик дома забыл, – хохотнул Эл.

Анджелина слегка поморщилась. Кто бы мог подумать, что ее невинная шутка зайдет так далеко? Она совершенно случайно назвала его Дональдом Даком. Просто к слову пришлось. Когда кто-то представляется тебе как Дональд, ты не можешь не вспомнить мультик… Но другим невдомек, что ты всего лишь пошутила, и они начинают повторять на каждом перекрестке Дональд Дак, Дональд Дак…

– Ты не знаешь, с кем он пришел? – спросила Анджелина.

– Какая тебе разница?

– Просто интересно, кто согласился с ним пойти.

– Видишь девчонку в желтом платье? – Эл уверенно указал на стройную невысокую брюнетку в красивом золотистом платье, которая стояла к ним спиной. – С ней.

– А ты откуда знаешь?

Девушка в золотом разговаривала в этот момент с Клео и ее парнем, а Дон развлекал сестер Филсби в одинаковых черных коктейльных платьях. Насколько она могла судить, его подружкой могла оказаться любая из них.

– Точно она, – сказал Эл. – В последние несколько дней он везде ходит с ней.

– Уже несколько дней? – подняла брови Анджелина. – А кто она такая?

– Понятия не имею. Вроде как недавно приехала и живет в «Фантастике». Кейси говорит, она откуда-то с севера. Чуть ли не из Канады. На канадку внешне не похожа…

– Потрясающая осведомленность, – холодно заметила Анджелина. – Никогда не думала, что тебя интересует личная жизнь Дона Рикуэйда.

– А меня она и не интересует. Ты спрашиваешь, я отвечаю. Один из спасателей Кейси дружит с Дональдом Даком…

– Не называй его так! – вспылила Анджелина. – У него имя есть!

– Но ты же сама его так назвала…

– Я просто пошутила, а ты повторяешь за мной, как попугай!

Эл надулся, и Анджелина была вынуждена погладить его по плечу.

– Ладно тебе, не сердись. Я хотела сказать, что не люблю, когда за мной все повторяют.

– Ясно, – буркнул Эл.

– Так что там насчет Рикуэйда?

– Да я все тебе рассказал. Похоже, что у них любовь. Я знаю, что Кейси приглашал ее пойти с ним на вечеринку… ну после того, как ты…

– Да-да, я поняла, – раздраженно проговорила Анджелина, – продолжай.

– Но она ему отказала, потому что собиралась идти с Рикуэйдом.

Анджелине стало тяжело дышать. Как могло получиться, что она даже не подозревала о наличии соперницы? Кейси в открытую ухаживал за ней, а сам восхищался этой маленькой брюнеточкой, и как только выдалась возможность, побежал к ней! А Дон? Смотрел на нее глазами побитой собаки, а на самом деле ни на секунду не расставался с другой! Вот и верь после этого мужчинам!

– Анджи, что с тобой? – забеспокоился Эл, потому что Анджелина вдруг побледнела как мел.

– Со мной все в порядке, – процедила она. – Хотела бы я посмотреть на эту неведомую красавицу.

Анджелина едва отдавала себе отчет в том, что говорит вслух. Она пожирала глазами спину брюнетки, каскад ее блестящих волос и больше всего на свете желала заглянуть ей в лицо. Кто посмел отбивать у нее поклонников? Она королева Палм Гроув, самая красивая девушка побережья, и все мужчины принадлежат ей!

Словно услышав ее немой призыв, брюнетка повернулась и заговорила с Доном. Анджелина увидела нежное овальное личико со смуглой кожей и чуть раскосыми восточными глазами. Волосы, черные, как вороново крыло, изящные пухлые губки, маленький аккуратный носик, миниатюрная точеная фигурка – все это Анджелина охватила наметанным глазом за одну секунду. В своем струящемся золотистом платье незнакомка была похожа на экзотический цветок, редкое растение, утонченное и прекрасное, чудом попавшее в прозаический Палм Гроув.

С редкими цветами у Анджелины были связаны очень неприятные воспоминания, и поэтому она возненавидела брюнетку с первого взгляда. Ее собственный наряд показался Анджелине блеклым и безвкусным по сравнению с золотистым великолепием незнакомки. Где она раздобыла такое платье? Анджелина не видела его ни в одном магазине Палм Гроув, а уж она обошла их все в поисках наряда для вечеринки… И как ужасно ведет себя с ней Дон! Улыбается ей, держит за руку, смотрит на нее, как будто в мире не существует никакой Анджелины Фортекскью!

– Пойдем потанцуем. – Эл потянул Анджелину за руку.

Она вырвалась.

– Отстань.

– Да что с тобой творится, Анджи?

– Голова разболелась от твоего ликера, – огрызнулась она.

– Это не мой ликер, а Боба Сфинкса, – обиделся Эл. – И хватит таращиться на Дона и его подружку. Все подумают, что ты ревнуешь.

Анджелина очнулась. Как ни странно, Эл прав. Она должна вести себя естественно. Вечеринка только началась. Еще посмотрим, чья возьмет!

Она усмехнулась, и в этот самый момент брюнетка отвлеклась от лица Дона и посмотрела на Анджелину. Глаза обеих женщин встретились, и они без слов поняли друг друга.

Вызов был брошен и принят.

10

– Ты прочитала столько глянцевых журналов и до сих пор не знаешь, что носят в этом сезоне?

– В вашем отеле только прошлогодние номера! Я не нашла ни одного свежего!

– Могла бы наколдовать для себя что-нибудь новенькое!

– Я твои желания исполняю, а не свои!

– Ох, Джин, ты меня утомила… Я хочу, чтобы ты подобрала себе какое-нибудь платье для вечеринки, и дело с концом!

Растрепанная головка Джин выглянула из-за двери ванной комнаты.

– Ты не хочешь, чтобы я была там самой красивой?

– Ты в любой одежде будешь хорошо выглядеть…

Глаза Джин загорелись.

– Но все равно надо выбрать платье, – закончил Дон.

Джин вздохнула и скрылась за дверью.

– И поторопись, нам выходить через два часа!

Дон попытался отнестись ко всему философски. Этого следовало ожидать. Джин настолько быстро освоилась с современным миром, что стала вести себя как настоящая девушка – капризничать, спорить, обижаться по пустякам и… переживать из-за нарядов. Не успел Дон пригласить ее на вечеринку Боба Сфинкса, как она бросилась выбирать себе вечернее платье. Естественно, для этого ей не нужно было идти в магазин и тратить там огромную сумму денег, да и само переодевание не занимало много времени…

К сожалению, в остальном процесс подготовки к вечеринке ничем не отличался от сборов любой другой девчонки Палм Гроув.

Вначале Джин вырядилась в свои красно-желтые штаны и остроносые туфли, на что Дон напомнил ей, что они идут не на маскарад. Потом она нацепила нечто, напоминающее ночную рубашку с рюшами, что тоже было забраковано. Третий вариант представлял собой до того короткое платье, что Дон категорически запретил его. Четвертое платье было приличным, но чересчур скромным, пятое не понравилось самой Джин, шестое ее полнило, седьмое старило, восьмое никуда не годилось, в девятом она чувствовала себя голой, фасон десятого был слишком банален…

Учитывая тот факт, что для каждой метаморфозы Джин пряталась в ванной и дверь с интервалом в полминуты хлопала перед глазами у Дона, становится ясно, почему после пятой перемены у него разболелась голова.

– Джин, выбери что-нибудь! – взмолился он, когда она решительно отвергла светло-желтый костюмчик номер пятнадцать.

– Ты сам еще не готов, так что не приставай! – выкрикнула она. – Я думаю.

– Я не готов? – возмутился Дон. – Да я могу хоть сейчас выйти!

– Ты собрался идти на вечеринку в этом?!

Джин вылетела из ванной, обернувшись махровым полотенцем Дона. Под полотенцем у нее, разумеется, ничего не было, и это на секунду отвлекло Дона от одежных распрей.

– Ты пойдешь в полотенце? – попытался пошутить он. – Тебе идет.

Но Джин даже не услышала.

– Что на тебе за джинсы? – наступала она. – А футболка? Ты себя со стороны видел? Кто в таком виде ходит на вечеринки?

– А что? Хорошие джинсы. Я их месяц назад купил, между прочим. Я всегда хожу на вечеринки в джинсах. Удобно… И футболка новая, красивая, мой любимый цвет, – оправдывался Дон.

– И после этого он ко мне придирается! – воскликнула Джин, обращаясь к неведомому третьему лицу, которое женщины всего мира обожают призывать в свидетели мужской несправедливости.

– Я к тебе не придираюсь. Я только хочу, чтобы ты была красивой…

– А я хочу, чтобы ты был красивым! – воскликнула Джин и взмахнула руками.

От резкого движения полотенце чуть не скользнуло вниз, но она вовремя его поймала. Дон сглотнул.

– Что ты предлагаешь?

– Загадай желание, – улыбнулась Джин. – Скажи, что хочешь стать красивым.

– Только я хочу остаться собой, – предупредил Дон. – А то с тебя станется превратить меня сейчас в какого-нибудь мистера Вселенная.

– А кто это?

– Неважно. Итак… я хочу выглядеть на вечеринке Боба Сфинкса очень хорошо, но… каким-нибудь традиционным способом.

Дон плохо понимал, что он имеет в виду под «традиционным способом», но Джин спрашивать ни о чем не стала.

– Будет исполнено, хозяин.

Она одарила его нежной улыбкой и снова закрылась в ванной.

Через минуту в дверь номера постучали.

– Кто там? – крикнул Дон.

– Ниддл и Каттинг, пошив и доставка одежды, – раздался бодрый мужской голос.

Удивленный Дон открыл дверь. На пороге стоял маленький человечек с круглым улыбающимся лицом. Черные волосы человечка смешно топорщились на затылке, отчего он походил на взъерошенную птичку. Одет он был более чем непривычно в малиновый с крупными золотыми пуговицами сюртук. Дон подумал, что Ниддл и Каттинг, должно быть, очень своеобразные бизнесмены, раз их одежду доставляет такой субъект.

– Дональд Рикуэйд? – осведомился человечек с серьезной миной.

Дон кивнул.

– Очень приятно, я Эдвард Каттинг. – Человечек схватил ничего не понимающего Дона за руку и потряс ее. – Вот ваш заказ.

Он поставил на пол пакеты. Дон вытаращил глаза.

– Изумительный вкус, сэр. Вам пойдет необычайно.

– Но… я ничего не заказывал…

– Вечерние костюмы для мужчин – излюбленная работа для мистера Ниддла. Для вас он сотворил шедевр, сэр, истинный шедевр!

С этими словами человечек попятился назад.

– Эй, подождите, это ошибка…

Но не успел Дон договорить, как Эдвард Каттинг как будто растаял в коридоре «Фантастики».

– Джин, твои проделки? – крикнул Дон, поднимая с пола большие пакеты, на которых черной краской было выведено причудливое переплетение двух букв: Н и К.

Джин не соизволила ответить, и Дон принялся их распаковывать. Человек в малиновом сюртуке с золотыми пуговицами мог притащить ему все, что угодно, начиная от фрака и заканчивая…

К удивлению Дона, в коробках господ Ниддла и Каттинга оказалась вполне современная одежда: костюм из мягкой шелковой ткани, черная рубашка с золотистыми искрами и ботинки из тонкой кожи. Дон не мог назвать себя специалистом по мужской одежде, но даже ему было ясно, что вещи перед ним модные, стильные и очень дорогие.

Он быстро переоделся и подошел к зеркалу. Костюм сидел как влитой, брюки и рукава пиджака были как раз нужной длины, ботинки были сшиты прямо по ноге.

– Красота, – восхитился Дон.

Он отошел от зеркала, засунул руки в карманы, немного прогулялся… Ни дать ни взять, миллионер и прожигатель жизни, повелитель собственной судьбы. Кто бы мог подумать, что ему так к лицу черное…

Кстати, с лицом что-то было не так. У него не выскочили прыщи, как у Анджелины и не выступили веснушки, как у Мориса, но то, что находилось выше шеи, несколько не соответствовало образу миллионера, ловеласа и прожигателя жизни.

– Прическа у меня дурацкая, – сказал вслух Дон и взъерошил волосы. Получилось только хуже.

Тут в дверь постучали снова, но Дон был уже к этому готов.

– Входите, открыто! – крикнул он.

Дверь медленно открылась, и Дон увидел изящного привлекательного мужчину неопределенного возраста. На мужчине были узкие ярко-зеленые брючки и бледно-желтая рубашка; его чудесные белокурые волосы были распущены по плечам и выглядели ухоженней, чем кудри Анджелины Фортекскью.

В руках мужчина сжимал увесистый кожаный чемоданчик, и по гримасам, которые искажали его припудренное личико, было ясно, что чемодан этот чрезвычайно тяжел.

Мужчина втащил свою ношу в комнату и попытался водрузить его на стол.

– Давайте я вам помогу, – предложил Дон.

Он без труда поставил чемодан и повернулся к златовласому гостю.

– Вы кто?

– Джулиано Барбер, к вашим услугам, – сверкнул идеальными зубами блондин. – Ну-с, приступим.

Дон не успел спросить, кто это должен приступать и к чему. Джулиано пододвинул к столу стул, усадил на него Дона, открыл свой чемоданчик, закутал Дона по самые уши в белоснежную простыню, и все это буквально за несколько секунд!

Дон был слишком подавлен, чтобы задавать вопросы. Он закрыл глаза и отдался на милость судьбы. Острые ножницы порхали над его головой, раскаленные щипцы шипели над ухом, непонятые желеобразные субстанции стекали по лбу. Что-то вокруг пшикало, брызгало, фыркало, жгло, дурманило запахами, и Дон перестал дышать. Он боялся пошевелиться и почесать лоб, чтобы какая-нибудь ядовитая жидкость ненароком не пролилась на него.

– Voilа! – воскликнул Джулиано, срывая с Дональда простыню. Он затолкал ее обратно в чемоданчик и щелкнул замками. – Все готово, мой дорогой. Восхитительно получилось… Можете посмотреть!

Дон осторожно приоткрыл один глаз.

– У вас прелестные волосы, давно не работал с такими… Густые, мягкие, но послушные. – Джулиано протянул руку и поправил что-то на голове Дона. – Но почему вы не бежите к зеркалу? Вам неинтересно?

С замиранием сердца Дон подошел к зеркалу. От Джулиано он ожидал чего угодно – разноцветной башни на голове, розовых кудряшек или брутальной стрижки под ноль, но в зеркале отражался симпатичный молодой человек со слегка растрепанными каштановыми волосами, которые в художественном беспорядке спускались на лоб. Перед ним был, бесспорно, Дон Рикуэйд. Но, так сказать, Дон обновленный, Дон, нашедший себя и использующий достоинства своей внешности на полную катушку.

– Спасибо, – пробормотал Дон.

– Желаю приятно провести время, – пропел Джулиано и тихонько вышел, прикрыв за собой дверь.

На этот раз неподъемный чемодан не доставил изящному парикмахеру никаких хлопот.

Дон еще немного полюбовался своим отражением, удивился тому, что раньше не сообразил сделать себе именно такую прическу, и, наконец, вспомнил о той, кому он был всей этой красотой обязан.

– Джин, ты готова? – позвал он. – Я уже все.

– Еще чуть-чуть, – откликнулась она. – Надеюсь, привезли твой размер?

– Да, все в порядке. Выходи, увидишь.

Тук-тук-тук. Все как в сказке, усмехнулся Дон. Добрых фей почему-то должно быть обязательно три. Интересно, кто на этот раз к нему пожаловал? Представитель банка Сити Групп с кредиткой на миллион долларов или владелец «Дженерал Моторс», пригнавший для него редкий «кадиллак»? Кажется, Джин все-таки начала разбираться, что к чему в двадцать первом веке.

– Заходи, друг мой, я рад тебя видеть! – воскликнул Дон, распахнул дверь и… столкнулся лицом к лицу со старшим менеджером.

Столь теплый прием несколько озадачил Фрэнка Зелерманна.

– Добрый вечер, Дон, – кивнул он. – Собираетесь на вечеринку?

– Уже практически ухожу, – пробормотал пунцовый от смущения Дон. Визит Зелерманна в такое время не предвещал ничего хорошего.

– А я как раз хотел, чтобы вы остались и подежурили сегодня ночью. Крисби плохо себя чувствует и не справляется с работой.

Дон предпочел бы, чтобы «Фантастик» обрушился и завалил его своими обломками, чем услышать такое от Зелерманна. Отказать старшему менеджеру значило потерять работу. Согласиться с ним – пропустить вечеринку, о которой он мечтал последние полгода и на которую возлагал столько надежд…

– О, Фрэнк, пришли пожелать нам хорошего вечера? – послышался мелодичный голос Джин за спиной.

Она очень вовремя закончила наряжаться и вышла из ванной комнаты в умопомрачительном золотистом платье. Строгость покроя с лихвой компенсировалась роскошной тканью. Платье оттеняло смуглую кожу Джин и зажигало в черных глазах золотистые искорки.

Дон на миг перестал дышать. Джин была необыкновенно красива. Похоже было, что старший менеджер полностью разделяет его мнение.

– Отличный наряд, Джин, – выдохнул Зелерманн. – Уверен, вы получите корону королевы.

Дон только хотел напомнить ему, что никакую корону Джин не получит, потому что на вечеринку они не идут из-за внепланового дежурства, как Зелерманн продолжил:

– Я, пожалуй, сам подежурю вместо Крисби. Не буду лишать вас праздника. Веселитесь.

– Благодарю вас, – сладко улыбнулась Джин. – Пойдем, Дон. Нам пора.

11

По дороге к «Океанской жемчужине» Дон пытался выяснить, каким образом Джин воздействует на Зелерманна.

– Он второй раз делает то, что ты хочешь. Значит, ты все-таки что-то с ним сделала.

– Абсолютно ничего.

– Но он же пришел попросить меня подежурить вместо Крисби!

– Вот именно, попросить, – улыбнулась Джин. – А потом увидел, что тебе очень хочется пойти на вечеринку, и передумал. Фрэнк не так ужасен, как ты думаешь.

Дон фыркнул. Фрэнк! Теперь она зовет Зелерманна Фрэнком. Интересно, что будет дальше?

Но ему пришлось отложить этот вопрос до лучших времен, потому что они с Джин пришли. Главный вход на территорию дискотеки представлял собой увитую плющом арку. Арка была украшена разноцветными фонариками, которые мигали так часто, что хотелось зажмуриться.

Не успел Дон оглядеться, как на него налетели сестры Филсби, которые раньше едва удостаивали его внимания. К Джин тут же подошли Морис с Клео, но Дон не мог поговорить с ними – опытные хищницы Алисия и Кортни Филсби надежно отсекли бедную овечку от стада…

– Дон, привет.

– Отлично выглядишь.

– А мы все гадали, когда же ты появишься.

– Пойдем, мы тебе все здесь покажем.

– Боб изобрел новый коктейль. Прелесть…

О сестрах Филсби было известно, что они переспали со всей спасательной командой Кейси Бобблтона, включая и самого Кейси. Их интерес чего-то да стоил.

– Извините, девочки, чуть попозже, – улыбнулся Дон. – Вначале я должен показать своей девушке, что здесь устроил старина Боб.

У сестер вытянулись лица. Конечно, по правилам на вечеринку нужно было приходить с парой. Но совсем не обязательно было с этой парой оставаться. Они, к примеру, избавились от своих парней в первые пять минут. Искать новые приключения было гораздо увлекательнее, чем поддерживать старые отношения.

Но у Дона Рикуэйда, по всей видимости, с брюнеткой все было серьезно. Он приобнял ее за талию и повел к бару в центре танцплощадки. Сестры Филсби проводили его печальными глазами. Надо же было Дону связаться с какой-то девицей именно тогда, когда они обнаружили, что он чертовски сексуален!

Дон заказал себе виски со льдом, а Джин – безалкогольный фруктовый коктейль.

– О чем ты разговаривала с Морисом? – спросил он, небрежно облокачиваясь о стойку бара.

– А о чем ты разговаривал с девицами в черном?

– Просто… они подошли поздороваться.

– Морис тоже.

Дон понял, что Джин настроена воинственно, и решил отступить, пока не поздно. Она может говорить с кем угодно и на какие угодно темы. Она может даже Зелерманна звать Фрэнком, хотя это уже ни в какие ворота не лезет. Для него сейчас главное – отыскать Анджелину и попытаться произвести на нее впечатление. Если сестренки Филсби пришли от него в необычайный восторг, почему бы и ей не плениться его новым обликом?

– Интересно, а Анджелина уже пришла?

В ответ Джин залпом выпила свой коктейль.

– Ты ее случайно не заметила?

– Заметила. – Джин стукнула пустым бокалом по стойке. – Она ушла в зал со своим кавалером.

– Еще что-нибудь желаете? – Перед Джин как по волшебству вырос бармен. – Для такой красивой девушки в нашем баре есть все, что угодно.

– Например? – кокетливо улыбнулась Джин и поставила локотки на стойку.

– Мартини, ликеры, коньяк, виски, – принялся перечислять бармен, не отрывая от Джин глаз.

Нахальная девчонка кивала и призывно закусывала губку, полностью игнорируя Дона.

– Джин! – воскликнул Дон негодующе.

– Джин? – встрепенулся бармен. – Сколько угодно первосортного джина. И тоник к нему, конечно.

Прежде чем Дон успел опомниться, перед Джин стоял широкий круглый стакан с щедрой порцией джина.

– Ты не будешь это пить, – прошипел Дон.

– Почему?

– Неизвестно, как на тебя подействует спиртное.

– Разберусь.

Джин протянула руку к стакану. Дон попытался перехватить, но куда там! Разве сладишь с женщиной, если она вбила себе в голову что-нибудь? Да тем более с женщиной, которая одним мановением руки может стереть все вокруг в порошок…

Джин схватила стакан и неторопливо направилась к дискотечному залу. Ее золотистое платье искрилось в ярком свете фонарей.

– С девчонками всегда так. Умеют они настоять на своем, – понимающе вздохнул бармен над ухом Дона. – С вас пятнадцать долларов.

Дон расплатился и побежал за Джин. Хотелось, конечно, махнуть на нее рукой и отыскать Анджелину, но бросать Джин одну в незнакомом месте не годилось. Хоть она и волшебница, но бывает глупа, как все девчонки. Он обязан за ней присмотреть.

В танцевальном зале грохотала музыка, и в глазах рябило от мелькающих огней. Дон на секунду замешкался у входа, но потом увидел, как справа мелькнуло золотистое платье, и рванул прямо за ним.

Если бы он не был так занят Джин, то непременно заметил бы Анджелину. Она стояла к нему спиной и пила коктейль с мартини. Дон пулей пролетел мимо, задел Анджелину локтем, остановился, обернулся, чтобы извиниться…

– Анджелина?! Привет.

Анджелина недовольно отряхивала с рук мартини.

– Смотри, куда идешь, Дон.

– Я… извини, пожалуйста. Хочешь платок? – Дон полез в карман.

– Спасибо. – Она вытерла руки и улыбнулась. – Так гораздо лучше.

Дону на миг показалось, что и музыка стала тише, и огни поубавили яркость. Анджелина Фортекскью улыбалась ему и не спешила называть Дональдом Даком… Наверное, он спит и видит сон.

– Чудесно выглядишь, Анджелина, – пробормотал Дон, только сейчас замечая ее откровенное голубое платье.

Ее ответ потряс его до глубины души.

– Ты тоже. Я увидела тебя с сестрами Филсби и даже не узнала.

У Дона подкосились ноги. Ради таких слов он готов стерпеть насмешки целого города! Да что там насмешки, он согласен каждый день отдавать свою голову на растерзание Джулиано Барберу и его волшебным ножницам! Какая же Джин умница…

Джин! – с ужасом вспомнил Дон.

Оставлять Анджелину, которая именно сейчас была очень благожелательно настроена, Дону не хотелось. Но выбора у него не было – где-то в недрах огромного зала «Океанской жемчужины» бродила одинокая девушка из бутылки, и он был просто обязан о ней позаботиться!

– Извини, Анджелина, давай потом поболтаем, ладно? Я тут одного человечка ищу…

Анджелина побледнела, чего, к счастью, в дискотечном освещении заметно не было.

– Я тебя не держу, – холодно сказала она.

Я тебе это припомню, Джинни, подумал Дон с отчаянием и бросился разыскивать свою беглую спутницу.

Он поймал ее у входа в дамскую комнату. Джин с интересом разглядывала картинку на дверях, изображавшую кокетливую женскую головку в шляпке, и явно собиралась войти внутрь.

– Джин! – Дон схватил ее за локоть и развернул к себе. – Как ты себя ведешь? Мы же договорились. Ты не должна от меня убегать!

– А я не убегаю.

Глаза Джин блестели подозрительно ярко, и Дон понял, что спиртное сделало свое дело.

– Отлично, ты никуда не убегала, – согласился он. – Просто на будущее не отходи от меня ни на шаг, хорошо?

– Как скажешь. А что здесь такое?

Она повернула голову к двери.

– М-м… здесь девушки себя в порядок приводят. Ну знаешь, если носик попудрить нужно, губки подкрасить или причесаться…

– Мне как раз надо причесаться, – загорелась Джин. – Пойдем.

Она открыла дверь в блистающее зеленоватым кафелем помещение.

– Мне туда нельзя.

– Почему? – удивилась Джин. – Я должна все время быть рядом.

– Разрешите пройти, пожалуйста, – послышался недовольный женский голос.

Дон посторонился, пропуская Клео, которая окинула его многозначительным взглядом и гордо захлопнула за собой дверь туалета.

– Иди с Клео, – нашелся Дон. – А я тебя где-нибудь тут подожду с Морисом. Только лишнего не болтай.

Джин сделала серьезное лицо, мол, ничего лишнего, и скрылась вслед за Клео.

Мориса Дон нашел у стойки бара. Он сидел на высоком стуле и с открытым ртом смотрел на девушек в мини юбках, которые извивались в танце на круглых тумбах. На веснушчатом лице Мориса восхищение забавным образом смешалось с огорчением.

– В чем дело, приятель? – Дон хлопнул его по плечу. – Шикарная вечеринка, и девочки супер, а ты как будто лимонов наелся.

– Девочки-то супер, да только не со мной. Что-то не везет мне в последнее время. Клео еще та ведьма. Загоняла меня всего. Принеси ей то, сделай ей это. А сама страшна как смертный грех. Тощая, длинная… Тьфу.

– Ну не преувеличивай, – засмеялся Дон. – Нормальная она девчонка.

– Нет, нормальная у тебя. Поздравляю, кстати. Она ничем не хуже Анджелины. Я слышал, ее даже Кейси приглашал на вечеринку?

– Да, – нехотя сказал Дон. – Но я все равно люблю Анджелину.

– Идиот. Не знаешь, где твое счастье.

– Обойдусь без поучений.

– Да как хочешь. Но если тебе Джин не нужна, мы можем поменяться на сегодняшний вечер. Какая тебе разница, кто с тобой рядом, если это не Анджелина…

– Даже не надейся, хитрюга, – рассмеялся Дон. – Кстати о девчонках, тебе не кажется, что им давно пора выйти?

– По мне так пусть Клео там всю ночь просидит, – зевнул Морис. – Здесь полно хорошеньких сговорчивых девчонок, которые не прочь сменить кавалера. Алисия Филсби мне уже вовсю глазки строит.

– Которая из них Алисия?

– Та, у которой родинка на правой щеке.

– Не замечал, – пожал плечами Дон. – На мой взгляд, они абсолютно одинаковы.

– Кейси говорит, что и в постели тоже, – хохотнул Морис. – Надо бы проверить.

– Тогда тебе необходимо поторопиться. Разве не одна из сестренок выгибается там на тумбе?

Морис изменился в лице.

– Точно. А какая, не могу понять. Пойдем поближе.

– А как же Клео и Джин?

– Не маленькие, сами нас найдут, – отмахнулся Морис.

– А я все-таки здесь останусь. Мне и издалека крошку Филсби отлично видно. Бармен, виски, пожа…

Дон запнулся на полуслове, потому что в тот самый момент, когда сестренка Филсби свалилась в объятия какого-то парня, на тумбу вспорхнула девушка в коротком обтягивающем платье цвета металлик. Оно так переливалось в дискотечном освещении, что смотреть было больно. Девушка была невысока и на редкость красиво сложена; на ее ногах красовались серебристые сапоги на высоченных каблуках, ее длинные черные волосы были убраны в высокий хвост.

С чувством, очень похожим на панику, Дон узнал в прекрасной моднице Джин.

Откуда у нее серебристое платье, с какой стати она взгромоздилась на каблуки и что она собирается делать на тумбе, были вопросами интересными, но второстепенными. Дона занимало лишь то, как снять ее оттуда быстро и не привлекая внимания. Разыгрывать из себя ревнивца на глазах у всех было бы глупо, поэтому о том, чтобы попросту стащить Джин с тумбы, не могло быть и речи. Оставалось надеяться только на то, что в ней проснется совесть и она по доброй воле перестанет позориться…

Но пробраться к тумбе Джин оказалось нелегко. Вокруг столпилось немало людей, и Дону пришлось буквально пробивать себе дорогу локтями.

– Вот это красотка…

– Ничего себе девочка…

– Какие ножки, обалдеть…

– Кто она такая, хотел бы я знать!

– А как танцует…

– С кем она пришла?

Отдельные обрывки замечаний, достигавшие ушей Дона, он никоим образом не связывал с Джин. Мало ли кем восхищаются ребята. На вечеринке Боба Сфинкса красоток полным-полно, а хороших танцовщиц еще больше. Но когда он практически уперся носом в тумбу и поднял глаза…

Девушка в серебряном платье была не просто красотка и танцовщица. Это была богиня в обличье смертной женщины, богиня молодости и красоты, гибкая, как тростинка, пластичная, как глина в руках мастера. Она не просто танцевала. Она рассказывала историю. В изгибах ее бедер и движениях смуглых рук чудились древние напевы страсти… Так могли танцевать юные египтянки в храмах таинственной Ашторет, прославляя великую богиню. То был танец, созданный, чтобы навсегда лишать мужчин покоя, чтобы разжигать в их крови пожар вожделения…

И в то же время танец Джин с удивительной гармонией ложился на современный ритм, который играл в зале. Казалось, что Джин подчинила его себе, и мотив то убыстрялся, то замедлялся в такт ее танцу. Не танцовщица двигалась под музыку, а музыка подстраивалась под танцовщицу, откликаясь на каждое ее движение, то тягуче-медлительное, то стремительное.

– Вот дает… – выдохнул кто-то у него над ухом.

Дон повернул голову и увидел искаженное лицо Кейси Бобблтона. Неприкрытое вожделение было написано на нем. Дон огляделся. Насколько он мог видеть, каждое мужское лицо выражало те же чувства. Они не думали о красоте ее танца, о завораживающей пластичности ее движений, не думали об истории любви, которую она рассказывала им своим телом… Они думали только о теле и предвкушали, когда богиня покинет наконец свой сверкающий пьедестал и они смогут прикоснуться к ней своими ручищами!

Ну уж нет! – вспыхнул Дон. Я не позволю ни одному из них оскорбить ее.

– Джин! – крикнул он, но в зале было слишком шумно, и Джин была слишком увлечена танцем, чтобы услышать его.

Джин! – сказал Дон уже про себя. Хватит танцевать. Заканчивай и спускайся с тумбы. Я стою внизу и смотрю на тебя.

Словно услышав Дона, музыка вдруг сбавила обороты и постепенно перешла в медленную романтическую мелодию. Девушки тут же повисли на своих кавалерах, напоминая им о своем существовании, а Дон протянул руку Джин, чтобы помочь ей спуститься вниз.

12

Дон вытащил ее на пляж, к самой воде, подальше от баров и дискотеки. Здесь было темно и относительно тихо, и можно было спокойно поговорить.

– Как ты себя ведешь? Что это за платье? – сурово отчитывал он ее. – Зачем ты на тумбу полезла? Если ты не прекратишь, мы вернемся домой!

Дон поймал себя на том, что разговаривает с Джин, как суровый отец с дочкой-подростком, и замолчал. Джин стояла вполоборота к нему и смотрела на океан. Ее серебристое платье мерцало в мягком свете луны и звезд.

У Дона комок встал в горле. Он провел с этой девчонкой не один день, а сейчас словно впервые видит ее. Надо же, сколько времени ему понадобилось, чтобы разглядеть, какая она красавица. Хрупкая, нежная, соблазнительная, загадочная, волшебная…

– Джин, я уже говорил тебе, что в нашем мире существуют определенные правила поведения, – сказал он гораздо мягче. – Очень важно о них помнить.

– А я ничем их не нарушила… – Голос Джин дрогнул. – Я не сама это придумала. Клео изменила свое платье, и я сделала так же, как она.

– То есть?

– Ты разве не заметил? Она была в длинном, а потом оно стало коротким. Она сказала, что это сюрприз для Мориса. Что он упадет, когда увидит ее.

– Что значит – было длинным, стало коротким? – не понял Дон.

– Она что-то отстегнула в своем платье, и оно изменилось. Стало очень красиво. Ты не видел?

– Надо мне смотреть на Клео!

– Я подумала, что у вас принято переодеваться на праздниках, – продолжала Джин, – и тоже захотела сделать тебе сюрприз.

Джин обезоруживающе улыбнулась.

– Спасибо. – Дон шутливо поклонился. – Я польщен. Ну а танцевать ты зачем стала?

– Мы же на дискотеке. Все вокруг танцуют, почему мне нельзя?

Ответа у Дона не было. Не объяснять же ей, в самом деле, что думали все парни, наблюдая за ее танцем. В конце концов, девочка имеет полное право повеселиться. Когда она в последний раз развлекалась?

– Ладно, прости, я не должен был кричать на тебя, – вздохнул Дон. – Я просто переволновался.

– Из-за меня?

– Естественно, из-за тебя. Ты здесь ничего не знаешь. Можешь попасть в неловкую или неприятную ситуацию. А я все-таки за тебя отвечаю.

Джин прижала ладошки к щекам и восхищенно уставилась на Дона.

– Обо мне никто никогда не заботился, – прошептала она. – Я ведь и сама… многое могу.

Дон усмехнулся.

– Знаешь, магия – это еще не все. Попробовала бы ты расплатиться где-нибудь теми золотыми монетами, тебя бы сразу копы загребли. И ты со своей нелюбовью воздействовать на сознание людей очень долго оттуда выбиралась бы.

– А кто такие копы?

– Полиция… Стражи порядка, как их еще назвать… Тебя бы в тюрьму посадили.

– Если бы мне угрожали, я бы что-нибудь придумала, – рассмеялась Джин. – Ты все время забываешь, что я могу очень многое.

Дон окинул ее выразительным взглядом.

– Как я могу забыть, если ты все время напоминаешь мне об этом? Это платье, например…

– Мне нравится ваша мода. Очень красиво и удобно.

– Тебе идет.

– Спасибо.

– Но ты все равно определись с одним нарядом и в нем оставайся.

– Хорошо. Можно, я останусь в этом? – Джин умоляюще заглянула Дону в глаза.

– Конечно, можно. Это твой выбор. Но на будущее, если соберешься сделать что-то с собственной внешностью, посоветуйся со мной.

– Договорились, – улыбнулась Джин, но у Дона сложилось впечатление, что если он сам не будет за ней приглядывать, она очень быстро позабудет о своем обещании.

– А теперь пойдем веселиться. Кстати, забыл тебе сказать… Ты прекрасно танцуешь. Здесь тебе ни одна танцовщица в подметки не годится.

– Не забывай, у меня солидный опыт, – рассмеялась Джин. – Один персидский шах постоянно требовал, чтобы я услаждала его взор танцами. Когда мне надоедало колдовать, я сама танцевала для него… Чудесное было время…

Глаза Джин подернулись мечтательной дымкой, и Дона кольнуло неприятное чувство. Бедняжка Джин. Не жизнь, а сплошная работа. Ни минуты отдыха. Но ничего, сегодня он позаботится о том, чтобы она отдохнула как следует!

– Пойдем!

Дон схватил Джин за руку и потащил ее к сверкающим огням дискотеки.

Они танцевали до упаду. Дон внезапно обнаружил, что рядом с Джин его тело становится легким и пластичным. Он и раньше считал себя неплохим танцором, но сейчас превзошел самого себя. То ли чары Джин возымели действие, то ли лишняя порция текилы, но вскоре вокруг Дона собралась небольшая толпа. Им восхищались, ему хлопали, его подбадривали и танцевали вместе с ним. Неожиданно для себя Дон оказался в центре всеобщего внимания. Самые красивые девушки вечеринки улыбались ему, а парни наперебой хотели угостить его выпивкой.

Потом возле пляжного бара Боб Сфинкс устраивал веселые конкурсы, и Дон где один, а где на пару с Джин взял все первые места. Что бы он ни делал, кормил ли Джин с ложечки или пытался найти ее с завязанными глазами среди других девчонок, бегал ли со стаканом воды в эстафете или завязывал бантики на коробках, у него все получалось быстро и ловко. Дон выиграл двух плюшевых медведей, одно шоколадное сердце и целую связку разноцветных шариков. Все призы он вручил Джин, которая до конца вечеринки не расставалась с медвежонком в красной кепке.

Дон был настроен на веселье и ни разу в жизни не веселился так, как на вечеринке Боба Сфинкса. Закуски были удивительно вкусными, спиртное – отменного качества, девушки – красивы и улыбчивы, а в центре как звезды сияли для Дона глаза Джин…

Она сдержала свое обещание и ни на секунду не отходила от Дона, хотя их неоднократно пытались разделить. Особенно усердствовал Кейси Бобблтон. Загорелый красавец окончательно забросил свою рыжеволосую спутницу и постоянно вертелся недалеко от Дона и Джин. Хотя о Кейси, конечно, нельзя сказать «вертелся». Скорее, достойно находился рядом, в окружении группки влюбленных поклонниц, не сводил глаз с Джин и пил один бокал минералки за другим. Начальнику спасательной станции не разрешалось злоупотреблять спиртными напитками даже в личное время.

Кейси жестоко страдал. Вернее, страдало его самолюбие, которое за последнюю неделю дважды смертельно оскорбили. В первый раз Анджелина Фортекскью передумала идти с ним на вечеринку. Во второй раз Джин (интересно, как ее фамилия?) не согласилась идти с ним на вечеринку. С Кейси такое было впервые. Его мускулистое тело и профиль искателя приключений пять сезонов подряд являлись предметом восхищения для всей женской половины Палм Гроув Бич, не считая приезжающих туристок. Кейси не просто не привык к отказам. Он не мог себе представить женщину, способную ему отказать.

И вот две такие женщины были перед ним как на ладони: Анджелина в вызывающе открытом голубом платье и Джин в коротком серебристом. Обе хороши, как картинки, каждая по-своему, обе желанны…

И обе посмели предпочесть ему других!

Эла Килроя Кейси был еще готов простить. Он нехотя признавал его достоинства и был сам не прочь погонять мяч с командой Эла. В Палм Гроув достаточно красоток, чтобы хватило им обоим. Выбор Анджелины был оскорбителен, но объясним.

Но Дон Рикуэйд! Жалкий администратор жалкого отеля, слабак и неудачник, которого сама Анджелина прозвала Дональдом Даком! Чем он мог понравиться Джин? Понятно, что она никого не знает в городе и пока не разобралась, кто есть кто…

Но разве у нее нет глаз и она не видит, что Рикуэйд – ничтожество? И, главное, она не одна такая. Сестренки Филсби крутятся рядом с этим Дональдом Даком, Меган Вершбоу от них не отстает, а Наташа Спилчет и Дайана Фокс только что недалеко от него обсуждали, какой Дон красавчик и лапочка. Куда катится мир?

Наверное, в воздухе витает особый опасный вирус, решил Кейси. Вирус, от которого девушки сходят с ума и перестают понимать, кто достоин их внимания, а кто нет.

Если бы Кейси поделился своими мыслями с Анджелиной Фортекскью, она бы полностью с ним согласилась. С той небольшой разницей, что, по ее мнению, вирус поразил не девушек, а Дона, который вместо того, чтобы пасть к ее ногам, нагло ухаживает за другой!

Теперь, когда Анджелина взяла на себя труд присмотреться к Дону поближе, она находила в нем массу достоинств. Симпатичный, обаятельный, находчивый, остроумный… Как улыбнется, так сердце в пятки уходит… Почему она раньше не замечала, какая у него чудесная улыбка? И как красивы его глаза…

Вот только смотрит он не на нее, а на эту проклятую Джин, которая неизвестно откуда свалилась на ее голову! Хорош ловелас, ничего не скажешь. Заставил ее поверить, что безумно ее любит, а потом стал бегать за другой. Если это способ обратить на себя ее внимание, то очень глупый способ! Ей нет никакого дела, с кем Дон пришел на вечеринку и что он к ней чувствует!

Анджелина хмурила идеальные бровки, кусала идеальные губки и меньше всего походила на девушку, которая не интересуется Доном Рикуэйдом. Эл приносил ей коктейли, приглашал ее на медленные танцы, терпел все ее капризы и был так же красив, как вчера и позавчера, но Анджелина искренне недоумевала, что заставило ее отказать Кейси и выбрать Эла. Один ничем не лучше другого.

Теперь то она видит, что надо было идти с Доном. Может быть, в тот день, когда он принес ей те ужасные цветы, он хотел пригласить ее на вечеринку. А она как дурочка раскричалась из-за банальной аллергической реакции и прогнала его… Дон же не виноват, что ее нежная кожа так отреагировала на его подарок. Он, наверное, весь Палм Гроув верх дном перевернул, чтобы вначале найти для нее эти цветы, а потом – чудодейственное лекарство от аллергии. А она накричала на него и прогнала. Разве с мужчинами можно так обращаться? Кто из этих самовлюбленных красавцев стал бы так заботиться о ней? Кейси Бобблтон? Эл Килрой? У них на обычный букет фантазии не хватает, не говоря уже о том цветочном великолепии, которое преподнес Дон…

Анджелина чувствовала себя почти влюбленной и очень несчастной. Вечеринка Боба Сфинкса, которую она ждала с таким нетерпением целых полгода, стала для нее сущей пыткой. Был момент, когда она даже собралась уходить. Зачем оставаться там, где ее игнорируют и презирают? Лучше погулять в одиночестве по пляжу, полюбоваться ночным океаном в свете луны…

Но это настроение быстро прошло. Уйти – значит признать свое поражение, а Анджелина никогда не сдавалась без боя. Кортни Филсби чуть ли из платья не выпрыгивает перед Доном, а Меган Вершбоу даже в быстром танце старается прижаться к Дону поближе. Она, Анджелина Фортекскью, до такого опускаться не будет, но и в ее арсенале найдутся средства, чтобы привлечь Рикуэйда!

Дон и Морис отдыхали на плетеных стульях возле бара. Джин и Клео танцевали, и поэтому они могли говорить, никого не стесняясь.

– Ты сегодня в ударе. – Морис медленно потягивал мартини. – Девчонки к тебе так и липнут.

В его голосе сквозила вполне понятная зависть. Раньше ни он, ни Дон не принадлежали к числу тех, кого называют королями вечеринок. Бармены не знали их имен, а самые красивые девчонки всегда уходили с другими. Но сегодня словно по волшебству все преобразилось. Дон Рикуэйд, тот самый Дональд Дак, внезапно стал популярнее Кейси Бобблтона или Эла Килроя.

– Джин хорошо на тебя влияет, – продолжал Морис.

Дон усмехнулся. От выпитого виски у него приятно шумело в голове и жизнь казалась прекрасной. Он был влюблен и в эту теплую звездную ночь, и в пляж на берегу океана, и в сам океан, ленивый и величественный, и в Кортни Филсби, которая намекнула, что не прочь уединиться с ним где-нибудь на территории «Океанской жемчужины», и в Меган Вершбоу, которая прямым текстом объявила ему, что не против с ним переспать, и в Джин, у которой от улыбки на щеках появляются две очаровательные ямочки… Она танцевала, все время оглядываясь на него, и от каждого ее взгляда у Дона теплело на сердце.

– А кто тебе посоветовал пригласить ее на вечеринку? Я, – рассуждал Морис сам с собой.

– Я бы и без тебя догадался, – добродушно огрызнулся Дон.

– Ты? Да ты бы еще год соображал! Все плакал о своей страсти к прекрасной Анджелине. Слушать тебя было противно, тьфу.

– Ты ничего не понимаешь в любви.

– Я? – Морис стукнул себя в грудь. – Да я как раз понимаю абсолютно все! Дайте мне два часа свободного времени и девчонку посимпатичнее, и я такую любовь устрою, что мало не покажется!

– Морис, секс это еще не все, – с видом философа заметил Дон. – И потом, секс с любимой девушкой в сто раз лучше, чем с нелюбимой, пусть даже самой красивой.

– Я всегда знал, что ты сумасшедший, – вздохнул Морис. – Что в тебе девчонки находят?

– А ты спроси у них. У той же Кортни или Меган.

– Обязательно спрошу, – хохотнул Морис. – Только не у них, а у Анджелины.

– У Анджелины?

– Ага. Вон она к нам пробирается сквозь толпу.

– К нам?

Дон резко выпрямился на стуле, чуть не опрокинув бокал, стоявший на столике между ними.

Морис не обманул. Сквозь толпу танцующих тел к ним шла Анджелина, стараясь даже в толкучке сохранить грациозность. В том, что она идет именно к ним, не могло быть никаких сомнений – кроме них в этой части пляжа никого не было.

– Может, она просто решила посидеть, – неуверенно пробормотал Дон.

– Решила посидеть и не нашла места поближе, – хмыкнул Морис. – Сегодня тебе везет как утопленнику, Донни. Ладно, не буду вам мешать. Пойду, прогуляюсь. Может, и мне удача улыбнется.

Морис встал, и через минуту на его место опустилась Анджелина.

– Захотелось подышать свежим воздухом, – сказала она Дону с приветливой улыбкой. – В зале очень душно.

Она наклонилась к Дону, невзначай демонстрируя прекрасную полуобнаженную грудь, и он почувствовал, что вот-вот потеряет сознание.

13

Однако, к величайшему удивлению Дона, косноязычие, которое неизменно нападало на него в присутствии Анджелины, на этот раз его миновало. Он обнаружил, что в состоянии не просто отвечать на вопросы, но и подавать реплики.

– Да, старина Боб как всегда сэкономил на кондиционерах. На улице лучше.

– Здесь и людей поменьше.

– Это только кажется. Здесь больше укромных уголков.

– Ты так говоришь, как будто успел их все разведать, – засмеялась Анджелина.

– Естественно, – кивнул Дон. – Тяжело все время танцевать.

– Не знаю, по тебе не скажешь, что тебе тяжело танцевать. Я за тобой наблюдала… Ты так красиво двигаешься…

Дон залился краской до самых корней волос. Комплимент самой Анджелины Фортекскью что-нибудь да значит!

– Спасибо.

– Не за что. Я сказала правду. Все остальные смотрелись убого на твоем фоне.

Дон уставился на Анджелину, не в силах поверить собственным ушам. Ее тон, слова, соблазнительная улыбка говорили о том, что она хочет произвести на него впечатление… Это было неожиданно. К этому нужно было привыкнуть.

– Спасибо, – повторил Дон. – Ты тоже очень красиво танцуешь. Ты все делаешь красиво.

Глаза Анджелины вспыхнули. Все-таки она вытянула из него это! Дон может сколько угодно держаться за руку со своей черноволосой подружкой, она-то знает, кому на самом деле принадлежит его сердце!

– Ты очень любезен, Дональд, – выдохнула Анджелина нежно. – Впрочем, как всегда.

– Значит, я больше не Дональд Дак?

Анджелина нахмурилась. Неприятно, когда твои собственные слова кидают тебе в лицо.

– Это была шутка…

– Которую подхватил весь город.

– Просто к слову пришлось…

– Другие об этом не знали.

Дон не понимал, что заставляет его издеваться над Анджелиной, но ему доставляло удовольствие смотреть, как она смущается и не знает, как выпутаться из неловкой ситуации. После всего, что ему пришлось пережить по ее милости, маленькая месть с его стороны вполне простительна.

– Дон, мне так неудобно… – В голосе и взгляде Анджелины сквозила мольба. – Прости, пожалуйста.

– Ладно, – смягчился Дон, – забыли.

Лицо красавицы озарилось улыбкой. Надо же, подумал Дон, а еще вчера ты говорила, что я в подметки не гожусь Кейси Бобблтону или Элу Килрою.

– Значит, между нами мир? – игриво воскликнула Анджелина.

– Мир.

– И про Дональда Дака больше не вспоминаем?

– Не вспоминаем.

– И ты со мной потанцуешь?

Дон был уверен, что он ослышался. Даже в самых чудесных снах и фантазиях он не заходил так далеко. Анджелина Фортекскью приглашает его на танец…

Дон задумался, потрясенный словами Анджелины, и забыл ответить.

– До-он, ты меня слышишь? – Она щелкнула пальцами. – Потанцуем?

– Да-да, конечно! – Дон вскочил на ноги и протянул Анджелине руку.

Все то время, что Дон вел Анджелину в круг танцующих, он представлял себе, что с ним будет, когда он прижмет к себе ее божественное тело. Как по заказу для них заиграла главная тема из «Титаника», под которую так хорошо было обнять Анджелину, вдохнуть аромат ее мягких волос, ощутить пальцами гладкость ее нежной кожи… Дон двигался как во сне. Если очень долго мечтаешь о чем-либо, трудно поверить, когда мечта вдруг сбывается. Неотразимая Анджелина забросила и Кейси Бобблтона, и Эла Килроя для того, чтобы потанцевать с ним.

Вот уж Морис вытаращит глазищи, усмехнулся Дон про себя. В следующий раз будет знать, как поучать меня.

Дон поднял голову от душистых волос Анджелины и огляделся. Может, Морис где-то поблизости… Дон перехватил несколько изумленных взглядов и довольно улыбнулся. Акции Дона Рикуэйда в одно мгновение взлетели в Палм Гроув до невиданных высот.

– Обожаю «Титаник», – прошептала Анджелина, поворачивая голову к Дону. – Лео там такой красавчик. Кстати, ты его чем-то напоминаешь.

На Леонардо Ди Каприо Дон походил еще меньше, чем на Дональда Дака, однако, в отличие от первого, это сравнение было лестным.

– Спасибо. А ты намного красивее, чем любая голливудская звезда.

Анджелина тихонько засмеялась и еще ближе прижалась к Дону. Ее головка неотвратимо клонилась к его плечу. Одно крохотное движение, и Анджелина обовьется вокруг него, как плющ вокруг дерева.

Дон затаил дыхание. Кто знает, может она позволит ему поцеловать себя… Сейчас, когда Анджелина так и льнет к нему, ничего нельзя исключать. В одну ночь мир изменился, и первая красавица по собственной воле снисходит до простого администратора…

Но по собственной ли? Дон некстати вспомнил о Джин, и его романтическое настроение тут же сменилось беспокойством. Где Джин? Когда он сидел с Морисом, она танцевала… Но когда к нему подошла Анджелина, он забыл обо всем на свете и на Джин больше не смотрел…

На миг Дон потерял интерес к своей прелестной партнерше. Он вертел головой по сторонам, разыскивая Джин, но, насколько он мог видеть, среди танцующих парочек ее не было.

Зато Дон встретился глазами с Морисом, который с кислой физиономией обнимал Клео. Увидев, что Дон смотрит на него, Морис широко осклабился и подмигнул другу. Давай, приятель, ты двигаешься в правильном направлении.

Это было приятно, но не более того. Дона интересовало не мнение Мориса относительно его успехов, а местонахождение Джин. Но передавать мысли на расстоянии он не умел, а выразить одним взглядом столь сложный вопрос было практически невозможно. Дон понял, что ему придется мириться с неизвестностью до конца танца…

– Почему ты вздыхаешь, Донни? – ласково спросила Анджелина, подставляя Дону свою хорошенькое личико, словно для поцелуя.

– Думаю, куда Джин подевалась, – брякнул Дон.

Анджелина напряглась.

– Джин? Кто это?

– Девчонка, с которой я пришел.

Ей захотелось расцарапать ему лицо.

– А что с ней такое?

– Да не знаю, где она, – бесхитростно ответил Дон. – Боюсь, как бы не вляпалась в неприятности.

– Я уверена, она в состоянии позаботиться о себе, – процедила Анджелина.

Тут до Дона дошло, что она не самая подходящая собеседница для разговоров о Джин. Дурак ты, Дон, Рикуэйд, выругался он про себя. Теперь Анджелина решит, что ты влюблен в другую…

Нужно было срочно исправлять ситуацию.

– Да, она, конечно, большая девочка. Но она ничего и никого не знает в Палм Гроув.

– Вот пусть и познакомится.

– Понимаешь, я просто… э-э… не хочу, чтобы у нее были проблемы…

Голубые глаза Анджелины потемнели от гнева.

– Ты пригласил меня на танец для того, чтобы разговаривать о проблемах своей подружки?

Это ты пригласила меня, чуть было не возразил Дон, но вовремя прикусил язык.

– Нет, что ты. Забудем о Джин. К тому же она мне вовсе не подружка.

– Правда? Почему тогда ты пришел на вечеринку с ней?

– Потому что ты была занята.

– А ты хотел пригласить меня? – наивно «удивилась» Анджелина.

– Не хотел. Я мечтал об этом с того дня, когда впервые увидел тебя.

Смущенная улыбка тронула губы Анджелины.

– Но ты выбрала другого, и мне ничего не оставалось делать, как смириться.

– Я ужасно рассердилась на тебя из-за цветов, – сказала Анджелина, как будто, если бы не цветы, она бы обязательно пришла на вечеринку с Доном.

– Я надеялся, что они тебе понравятся.

– Они мне очень понравились! Я нигде таких цветов не видела… Но эти кошмарные прыщи… – Анджелина поежилась, вспоминая, что ей пришлось пережить. – Я была такой уродиной…

– Никакие прыщи не в состоянии тебя изуродовать, – улыбнулся Дон.

– Ты так считаешь?

– Я знаю.

Анджелина закусила губу. Кто бы мог подумать, что Дон Рикуэйд такой… такой… такой… милый!

Анджелина бы очень удивилась, если бы узнала, что Дон не меньше ее поражен собственным умением вести беседу. Он больше не робел в присутствии Анджелины. Колени его не дрожали, а зубы не стучали. Он был хладнокровен, как индеец на тропе войны, и мог говорить Анджелине комплименты, обнимать ее за талию и в то же время краешком глаза высматривать Джин среди танцующих…

– Ты очень любезен, Дон.

– Это не любезность, а констатация факта. Ты самая красивая девушка в Палм Гроув, и об этом знают все.

От его слов Анджелина таяла, как снег на ярком весеннем солнышке.

– Я в тебе ошибалась, Донни. Я думала, что ты не такой… Да я вообще о тебе не думала, – засмеялась она, – а ты, оказывается…

В этот момент Дону показалось, что среди танцоров мелькнуло серебристое платьице, и он отвлекся.

– Что? Прости, я не услышал.

Анджелина надулась.

– Ничего, – произнесла она с видом человека, оскорбленного в лучших чувствах.

Прежний Дон Рикуэйд от такого тона растерял бы остатки уверенности в себе. Но сегодня Дон чувствовал, что способен перевернуть весь мир, а не просто успокоить капризную девицу…

– Прости. Когда ты рядом, я полностью отключаюсь и забываю обо всем на свете.

Естественно, Анджелина тут же простила его.

– Я говорила, что ты… что я тебя не узнаю сегодня. Ты выглядишь как-то по-другому…

– Прическу новую сделал.

– Ведешь себя не так, как обычно…

– А ты знаешь, как я обычно веду себя? – усмехнулся Дон.

– Я… я догадываюсь.

– Этого мало. Ты меня совсем не знаешь, Анджелина.

– Я бы хотела это исправить.

– Почему бы нет? Тебе стоит только пожелать. Любое твое желание тут же сбудется.

Их губы находились в опасной близости, и Дон уже не осознавал ни музыку, ни танцующие рядом пары… Он видел только прекрасное личико Анджелины, обращенное к нему, и на этот раз ее глаза смотрели на него не с обычным презрением, а с призывом. Он знал, что стоит ему чуть наклониться к ней, и она подставит ему свои чудные соблазнительные губки…

Но зачем торопиться? Он так долго ждал, что должен как следует насладиться каждой секундой сладкого предвкушения… Он слишком много мечтал, чтобы испортить все ненужной поспешностью…

Видимо, чтобы не поспешить с поцелуем, Дон решил глянуть в сторону. То, что он там увидел, напрочь выбило из его головы не только мысли о поцелуях, но и о самой Анджелине. Недалеко от них танцевала парочка, которой (в этом Дон мог поклясться) еще несколько секунд назад здесь не было. Джин и Кейси Бобблтон.

Джин казалась такой хрупкой в здоровенных ручищах Кейси, что казалось, одно неосторожное движение, и он ее раздавит. Однако, судя по довольному выражению ее лица, нельзя было сказать, что ей некомфортно в объятиях Кейси. Скорее, наоборот. Она улыбалась Кейси точно так же, как Дону улыбалась Анджелина; и Кейси, так же, как и Дон, намеревался поцеловать ее.

Дон словно смотрел в зеркало, где отражались они с Анджелиной. Только мужчина в зеркале был выше и шире в плечах, а женщина не блондинка, а брюнетка, да платье из голубого превратилось в мерцающее серебристое. В остальном сходство было очевидным…

Дон и не думал, что способен до такой степени разозлиться. Кто позволил Джин обниматься с Бобблтоном и, более того, целоваться с ним? Как он смеет дотрагиваться до нее своими лапами?

Неизвестно, сколько глупостей натворил бы Дон, если бы песня внезапно не закончилась. Он не услышал конца мелодии, но увидел, что парочки распались. Кейси тоже нехотя отпустил Джин, которая ласково ему улыбнулась, кинув при этом на Дона взгляд исподтишка.

Кровь вскипела в жилах Дона, и он ринулся к Джин, позабыв об Анджелине.

14

Если бы в руках Анджелины в этот момент оказалось оружие, земной жизни Дона Рикуэйда пришел бы конец. Но взгляды разъяренной женщины не убивают и даже не ранят, если они устремлены в спину мужчине. Анджелина чуть не лопнула от злости, когда Дон побежал к Джин, не сказав ей ни слова, но… что она могла поделать? Только сделать хорошую мину при плохой игре.

К счастью, прежде чем кто-нибудь успел заметить, что прекрасную Анджелину позорно бросили, к ней подошел Эл Килрой. Тонкие брови белокурого красавца хмурились, а голубые глаза превратились в ледышки.

– Хорошо потанцевала, Анджи?

– Что? А, Эл, это ты…

– Да, я. – Элу очень хотелось придушить легкомысленную девчонку, но он сдерживался из последних сил. – Ты, как я погляжу, уже и забыла, что я существую.

Тон Эла пробудил в Анджелине совесть. Она виновато улыбнулась и взяла его под руку.

– Ну что ты такое говоришь, Эл. Дональд так хотел потанцевать со мной, он пригласил меня, и я… не смогла ему отказать…

– Если бы музыка не закончилась, ты бы не смогла отказать ему в кое-чем еще!

– Что ты имеешь в виду?

– Ты меня за дурака держишь? – обиженно воскликнул Килрой. – Думаешь, я не видел, как он к тебе с поцелуями лез, а ты не очень то сопротивлялась?

– Тебе показалось. Мы просто танцевали.

– Неужели? – Эла терзала ревность, а еще сильнее осознание того, что ему предпочли какого-то Дона Рикуэйда! – Теперь это называется просто танец? Он же тебя чуть не поцеловал!

– Не кричи, – прошипела Анджелина. – На нас люди смотрят.

– Кода ты собиралась целоваться с этим ничтожеством, тебя люди не волновали!

Анджелина поняла, что если срочно что-то не предпринять, Эл раскричится так, что опозорит и себя, и ее.

– Если ты немедленно не перестанешь, – сказала она с угрозой, – завтра весь Палм Гроув будет знать, что ты приревновал меня к Дону Рикуэйду.

Это сработало. Эл замолчал и пошел к бару заливать свое горе коктейлями Боба Сфинкса, а Анджелина стала танцевать с подружками, ни на секунду не выпуская Дона из поля зрения. До Килроя ей больше не было никакого дела, а вот с Доном нужно было разобраться.

Похоже было, что между ним и его подружкой назревает серьезная ссора.

Дон подлетел к Джин и Кейси и схватил девушку за руку.

– Идем, – процедил он сквозь зубы.

Кейси был настолько ошарашен его наглостью, что не сразу нашелся, что сказать. Но когда Джин изъявила готовность последовать за Доном, он возмутился.

– Слушай, Рикуэйд, ты не понял? Ты тут лишний. Мы с Джин отлично проводили время, пока ты не появился.

– Это ты не понял, Бобблтон. Джин пришла со мной и проводит время только со мной, ясно?

Притихшая Джин стояла рядом с Доном и поглядывала то на одного, то на другого. Как это обычно бывает в таких случаях, мужчины, охваченные взаимной неприязнью, на время позабыли о предмете ссоры.

– Мне плевать, с кем пришла Джин. – Бобблтон сложил руки на груди. – Главное, с кем она уйдет отсюда.

– Она пришла со мной и уйдет со мной.

– Ты не слишком много на себя берешь, Дональд Дак? – скривился Кейси.

– Не слишком много, громила. Ты бы лучше позаботился о своей подружке. Я недавно видел, как она кувыркалась в кустах с Джимом Фостером.

Кейси побагровел.

– Ты будешь мне указывать, что я должен делать?

– Нет, – усмехнулся Дон. – Я просто забочусь, чтобы у тебя не выросли рога.

Взбешенный Кейси Бобблтон представлял собой зрелище не для слабонервных. Здоровенный бык на корриде, раздраженный мелкими уколами бандерильяс, и то выглядит миролюбивее. Но Дон чувствовал, что в состоянии сразиться с целой дюжиной Кейси Бобблтонов, а не с одним-единственным экземпляром. Никто не смеет приставать к Джин! Она… она… слишком хороша для всех присутствующих!

Кейси уже сжал кулаки, готовясь нанести удар, когда в дело вмешался Морис.

– Ребята, привет, отличная вечеринка. – Он хлопнул Дона и Кейси по плечу. – Чудное платье, Джин. Идет тебе гораздо больше, чем первое, хотя и то было ничего. Как насчет того, чтобы вместе пропустить стаканчик?

Непринужденная болтовня Мориса привела всех в чувство. Кейси осознал, что для него позором будет драться с Доном Рикуэйдом, а Дон вспомнил, что против Кейси ему не выстоять и одного раунда. Вчетвером они прошли к бару и заказали коктейли. Воспользовавшись тем, что Морис отвлекся на Джин, Кейси спросил вполголоса:

– Слушай, Дон, а ты правда видел Маргарит и Фостера?

– Маргарит?

– Рыжая девочка, с которой я пришел.

– Ага. Они целовались возле того шезлонга.

Кейси одним глотком осушил содержимое своего бокала и, грузно ступая, пошел в указанном направлении. Дон даже немного позавидовал ему. Разбираться с мужчиной всегда намного легче, чем с женщиной.

– Джин, ты ведешь себя недопустимо!

– А что я такого сделала?

– Не притворяйся невинной овечкой. Я видел, как ты целовалась с Кейси Бобблтоном.

– Я ни с кем не целовалась!

– Ну или почти целовалась.

– Огромная разница!

Дон решил попробовать зайти с другого бока.

– Мы же договаривались, что ты будешь держаться около меня.

– А я никуда и не уходила. Ты танцевал с Анджелиной, и мне пришлось согласиться потанцевать с Кейси, чтобы быть рядом с тобой.

Дон почесал в затылке. Да, логика железная. Как ни поверни, Джин оказывается права. И все равно ей не следовало не то чтобы танцевать, а даже разговаривать с Кейси Бобблтоном! В конце концов, у него, кроме логики, есть и другие рычаги давления на непослушную девчонку!

– Пообещай, что это больше не повторится, – нахмурился Дон. – Ты пришла на вечеринку со мной и должна вести себя соответственно.

– Тогда ты тоже должен не забывать, что пришел на вечеринку со мной, – тихо сказала Джин. – И если тебе хочется потанцевать, у тебя есть я, а не Анджелина…

Против этого трудно было возразить.

– Прости, – вздохнул Дон. – Я не должен был кричать на тебя. Ты права.

– Тогда пойдем потанцуем?

Дон рассмеялся. Нет, сегодня определенно чудесный день. Уже вторая красавица по собственной инициативе приглашает его танцевать. Девушки Палм Гроув, трепещите! Вы присутствуете при рождении нового секс-символа…

От внимательных глаз Анджелины не ускользнула ни одна деталь. И то, как Морис ловко предотвратил драку, и как Дон ругал свою подружку, и как они потом скрылись в толпе танцующих… Настроение Анджелины было хуже некуда. Она чувствовала себя обманутой.

Подруги, которым не терпелось обсудить с ней необыкновенное преображение Дона Рикуэйда, только все портили.

– Я всегда думала, что он красавчик, – сказала Меган. – Но сегодня он просто неотразим.

– Жаль, что он уже занят, – хихикнула Наташа. – Вы видели, с кем он пришел?

– Пустяки. Сегодня занят, а завтра свободен. Возьми того же Кейси Бобблтона. Все были уверены, что он занят, а потом он вдруг оказался не у дел…

Меган покосилась на Анджелину, надеясь на порцию откровенности.

Но Анджелина молчала и хмурилась.

– Единственное, что неприятно, так это поведение Кортни Филсби, – заметила Дайана. – Я думала, они с сестренкой остановятся на спасателях, но им, видимо, мало. Вы видели, как она на Дона вешалась? Полнейшее бесстыдство.

– Ничего, – усмехнулась Меган. – Кортни я беру на себя. И недели не пройдет, как я буду гулять с Доном Рикуэйдом. Если, конечно, наша дорогая Анджелина не решит перейти мне дорогу…

Дружный смех девушек вывел Анджелину из задумчивости.

– Я? При чем тут я?

– Как будто у нас нет глаз и мы не видим, как ты смотришь на Дона, – сказала Меган. – Странно, что ты только сейчас оценила его по достоинству. Бедный мальчик по тебе, наверное, уже полгода сохнет…

– Я знаю.

– Но сегодня ему почему-то нет до тебя никакого дела, – ехидно закончила Меган.

Кровь бросилась Анджелине в лицо. Хороши подруги! Никогда не упустят случая поиздеваться.

– Он всего лишь хочет привлечь мое внимание.

– И у него это получается!

– Ох, да хватит тебе к Анджелине приставать, – вмешалась Наташа. – Она сама разберется. Подумайте лучше о том, что через полчаса Сфинкс объявит королеву вечеринки.

Девушки тотчас замолчали. Каждая представляла, как Боб Сфинкс выкрикивает в микрофон ее имя и она поднимается к нему на сцену под гром аплодисментов, а вслед ей стрелами летят завистливые взгляды…

– Интересно, кто будет королевой на этот раз? – озвучила общую мысль Дайана.

Она могла говорить об этом более-менее спокойно. Со своей приземистой широкой фигурой и редкими волосами Дайана ни при каких условиях не могла рассчитывать на титул королевы. Девушкой она была здравомыслящей и пустыми мечтами себя не тешила.

– Скоро все узнаем, – с притворным равнодушием сказала Анджелина.

Меган не могла упустить идеальный случай подпустить шпильку.

– Может быть кто угодно. В прошлый раз, если помните, королевой стала Джой Макинтош, хотя я была на сто процентов уверена, что ею будет наша Анджелина. Но у Боба Сфинкса свои критерии. Девчонка, которая пришла с Рикуэйдом, кстати, очень миленькая. Я видела, как Боб к ней присматривался. Думаю, у нее есть хороший шанс.

Анджелина побледнела как мел. Ядовитая стрела попала в цель.

– Шанс есть у каждой, – процедила она и отошла от подруг.

Нет, ей не суждено найти утешение у женщин. Только мужчины способны оценить ее тонкую душу и приободрить в час печали…

Однако жестокие слова Меган заставили Анджелину задуматься. Она так мечтала стать королевой вечеринки! Что если Боб вручит титул другой? Какое унижение… Все без исключения считают ее первой красавицей Палм Гроув. Половина постояльцев «Океанской жемчужины» останавливаются в отеле исключительно ради нее. Боб должен признать ее заслуги и наградить ее!

Изо всех сил Анджелина гнала от себя мысль, что королевой может стать спутница Дона. Да, девчонка бесспорно хороша, даже она вынуждена это признать. Маленькая черноглазая ехидна, которая додумалась притащить в сумочке второе платье и втихомолку переодеться в туалете. Откуда она взялась? Еще вчера Анджелина понятия не имела о ее существовании, а сейчас искренне считает ее соперницей. Причем соперницей достойной и опасной…

Анджелина терзалась все полчаса, и ничто не могло ее утешить. Ни внимание других мужчин, ни Эл Килрой, который сменил гнев на милость и вернулся к ней. Она жаждала иного утешения и безумно злилась из-за того, что ее корона оказалась под угрозой.

Ровно в двенадцать музыка выключилась на минуту, и над пляжем понесся сочный бас Роберта Шамерона:

– Приглашаю всех в танцевальный зал, чтобы короновать королеву вечеринки и Палм Гроув!

Все закричали, засмеялись, захлопали в ладоши. Пляж в мгновение ока опустел, а у входа в танцевальный зал образовалась пробка. Бармены с завистью смотрели на толпу. Им было запрещено покидать рабочее место, иначе они бы с удовольствием побросали свои бутылки и побежали смотреть на королеву…

Анджелину так стиснули на входе, что она чуть было не потеряла сознание. Но Эл Килрой был рядом и быстро расчистил для нее путь. Они вошли в полуосвещенный зал. Музыка играла намного тише, а весь свет был сосредоточен на небольшом подиуме в центре. На подиуме стоял Боб Сфинкс собственной персоной. Рядом с ним на небольшом столике красовалась корона из искусственного жемчуга. Дешевая безделушка, изготавливаемая каждый год для новой королевы, но как много она значила! За Бобом маячила фигура его помощника. Он сжимал в руках большую коробку из черного бархата, и все безошибочно поняли, что в ней скрывается подарок для победительницы.

Волнение усиливалось прямо пропорционально давке в толпе. Как всегда казалось, что зал слишком мал и не может вместить всех желающих присутствовать на церемонии. Однако страхи были преждевременны. Постепенно все вошли, нашли себе местечко и устроились так, что можно было без помех видеть, что происходит на сцене.

– Я надеюсь, все собрались? – хохотнул Боб Сфинкс. – Не хотелось бы, чтобы новая королева не услышала, как я объявлю ее имя.

Он сделал паузу, давая слушателям возможность оценить его шутку по достоинству. Все с готовностью рассмеялись. Избрание королевы целиком и полностью зависело от хозяина вечеринки. Конечно, он бродил между гостей, наблюдал за порядком, присматривался и прислушивался к мнениям других, однако последнее слово всегда принадлежало ему, Бобу Сфинксу. В конце концов, он за все платил, ему и девушку выбирать.

Сотни девичьих глаз впились в худощавую сутулую фигуру Боба. Хоть бы я, хоть бы я, хоть бы я– воздух был наэлектризован желаниями. Сестрички Филсби взялись за руки, Меган закусила губу, Наташа закрыла глаза, не в силах вынести напряжения, Дайана, благоразумная Дайана, подалась вперед, и такая надежда сияла на ее круглом лице, что было больно смотреть.

Анджелина стояла вместе с Килроем у самой сцены. Она вцепилась в руку Эла, зная, что ничто не спасет ее от позора, если и на этот раз ее королевой не выберут. Она должна сегодня примерить на себя корону, должна совершить круг почета по залу и получить заветный приз из рук Боба, должна стоять на сцене рядом с ним и упиваться всеобщим восхищением и завистью… Корона по праву принадлежит ей, и Боб обязан выбрать ее!

Дон и Джин стояли, прижавшись к прохладной колонне. Джин было не очень хорошо видно, и Дон помог ей забраться на невысокий постамент у подножия колонны и придерживал рукой за талию, чтобы она не соскользнула вниз. Таким образом, ее округлое плечико было на уровне его глаз и сильно отвлекало его от происходящего в зале. Дона так и подмывало прикоснуться к нему губами, но он понимал, что это глупо, бессмысленно и пошло. Что о нем подумает Джин?

Вот было бы здорово, если бы Боб выбрал королевой ее, вдруг пришло Дону в голову. Почему бы и нет? Красивее ее здесь никого нет… Даже Анджелина ничем ее не лучше… А как Джин танцует… И во всех конкурсах мы выиграли… Она вскружила голову самому Кейси Бобблтону и перезнакомилась практически со всеми… Она потрясающая…

– Скорей бы уж он называл, кто королева, – сказала Джин. – Ужасно интересно.

Она улыбнулась Дону, и у него сжалось сердце. Какая разница, кого выберет Боб Сфинкс. Он и без глупой коронации знает, кто здесь настоящая королева…

– Что ж, пришло время назвать имя той, кто получит эту чудесную корону, неделю бесплатного проживания в «Океанской жемчужине» и прекрасные серьги с настоящим морским жемчугом!

Зал ахнул, пораженный неслыханной щедростью Боба Сфинкса. Застучали барабаны, зазвучали фанфары… Особо впечатлительные девушки были вынуждены повиснуть на близстоящих мужчинах…

– Королевой нашей вечеринки становится… – Боб махнул рукой, и в зале воцарилась гробовая тишина. – Анджелина Фортекскью!

15

Все было именно так, как она себе представляла. На трясущихся ногах Анджелина поднялась на сцену к Бобу Сфинксу и на секунду ослепла от ярких огней. Внизу, у ее ног плескалось море лиц, желтых от разочарования, зеленых от зависти, красных от восторга. Она была королевой, и не было сейчас в Палм Гроув девушки, которая не отдала бы год жизни за возможность поменяться с Анджелиной местами!

Боб Шамерон собственноручно возложил на белокурые кудри Анджелины корону и расцеловал ее в обе щеки, потом передал коробочку с серьгами (из-за волнения Анджелина едва могла понять, что они из себя представляют) и напомнил, что, начиная с завтрашнего дня, она целую неделю не работает в «Океанской жемчужине», а отдыхает в ней на правах почетной гостьи!

Поклонники Анджелины устроили настоящую овацию. Боб прошелся с ней по залу, и Анджелина видела, что ее победа никого не оставила равнодушным. Кто-то искренне радовался за нее, кто-то чернел от злости, кто-то завидовал, кто-то восторгался…

Эл Килрой был на седьмом небе от счастья. Все претензии к поведению Анджелины были моментально позабыты. По традиции девушка, коронованная Бобом Сфинксом, должна была выбрать себе короля. Не годится женщине одной сидеть на престоле, пусть даже это престол вечной красоты и молодости. Рядом с ней обязательно должен быть достойный мужчина, а кто может быть более достоин королевы, чем тот, кого она назовет сама?

Эл ни секунды не сомневался, что избранником Анджелины станет именно он. Если не он, то кто? Разве ради него она не отказала Кейси Бобблтону? Из них получится отличная парочка монархов, а их фотография займет достойное место в архивах «Океанской жемчужины».

– Дорогая Анджелина, пришло время выбрать короля. Подумай хорошенько, выбор велик… – сказал Боб Сфинкс и протянул микрофон девушке.

– Да, выбрать очень трудно, мистер Шамерон, – улыбнулась Анджелина. – Здесь столько симпатичных ребят, что я даже растерялась.

– Ну-ну, не смущайся, дорогая моя. – Шамерон погладил ее по обнаженной спине. – Выбери того, кто нравится тебе больше всех.

– Хорошо…

Анджелина для вида призадумалась. Эл Килрой приосанился. Сейчас она назовет его имя, и он получит свою долю восхищения и аплодисментов.

– Моим королем сегодня будет Дональд Рикуэйд!

Имя Дона Анджелина выкрикнула в микрофон, и оно оглушило всех. На мгновение настала тишина, потом раздался хлопок, за ним еще и еще, и вскоре весь зал бешено аплодировал Дону, который застыл на месте, словно статуя. Луч прожектора, пущенный умелым осветителем, выхватил из темноты его изумленное лицо.

– Прекрасный выбор, Анджелина! – воскликнул Боб. – Идите сюда, Дон, не стойте как столб! Я понимаю, вы ошалели от счастья, но поторопитесь! Вас ждет самая красивая девушка Палм Гроув.

Словно во сне Дон увидел, как люди расступились, пропуская его к сцене. Увидел украшенную светящимися лампочками сцену, а на самой верхней ступеньке Анджелину, в ее струящемся голубом платье, с короной на голове, королеву любви и красоты. Женщина, к которой так долго и безуспешно рвалось его сердце, наконец улыбалась ему при всех и протягивала руку…

Мечта сбылась. Анджелина сама выбрала его, хотя могла назвать любого мужчину Палм Гроув. Но ей захотелось, чтобы в минуту триумфа рядом с ней был он, Дональд Дак, над которым она когда-то смеялась. Теперь для его любви нет никаких препятствий.

Дон медленно поднялся по ступенькам и встал рядом с Анджелиной. Она приколола ему на грудь маленький белый цветок, символ его королевского достоинства. Потом Боб Сфинкс пожал ему руку и объявил танец короля и королевы. На глазах у всех, прямо на сцене они с Анджелиной должны были танцевать…

Заиграла плавная музыка, и Анджелина прильнула к Дону. Он машинально обнял ее, не понимая, что с ним происходит. Когда-то его сердце замирало при одной только мысли об Анджелине, но сейчас, когда он получил даже больше того, о чем мечтал, оно оставалось странно спокойным. Словно умирающему от жажды предложили воду после того, как он уже напился…

Танцуя с Анджелиной, Дон с искренним удивлением спрашивал себя, что же в этом такого особенного. Теперь он популярен, и сама Анджелина Фортекскью признала его привлекательность и с нежностью смотрит на него… Но делает ли это его счастливее? Нужно ли ему внимание таких людей, как Кейси Бобблтон, Эл Килрой или сестры Филсби?

Издалека казалось, что общаться с ними – счастье, а на самом деле они ничего особенного собой не представляют… Даже Анджелина, прелестная, соблазнительная Анджелина почему-то потеряла для него свое очарование… Да, она хороша, но разве любят только за красоту? Да, у нее роскошное тело, но у большинства девчонок Палм Гроув хорошие фигуры… Она такая же, как все, а его мнимая любовь к ней всего лишь попытка изменить свою жизнь…

– Я так рада, что Боб выбрал королевой меня, – ворковала Анджелина, дыша Дону в шею. – Теперь мы весь вечер будем вместе.

– Да.

– Эл меня ужасно к тебе приревновал.

– Да?

– Но теперь ему придется смириться. Король и королева обязаны быть рядом.

– Да…

– Дон, у тебя есть для меня другие слова, кроме «да»? – возмутилась Анджелина.

– Прости. Я никак не приду в себя.

Она улыбнулась. Бедный Донни. Кто бы сомневался, что он сойдет с ума от радости. Теперь его нахальная подружка поймет, что у нее нет никаких шансов. Подумать только, осмелилась перейти дорогу самой Анджелине Фортекскью! Немыслимая самонадеянность.

Анджелина поискала Джин глазами. Вон она, по-прежнему подпирает колонну и не сводит с них глаз. Нормальные люди давно танцуют, а эта никак не сообразит, что ей лучше сделать вид, что ее лично выбор Анджелины не задевает. Есть у нее гордость или нет? Раз твой парень предпочел другую, надо притвориться, что тебе наплевать. Но нет, она пожирает их глазами и выглядит при этом так, будто вот-вот расплачется. Дурочка…

Словно почувствовав что-то, Дон проследил за взглядом Анджелины и тоже увидел Джин. Их глаза встретились над головами танцующих, и у Дона сжалось сердце. Какой потерянной она выглядит… Ты тоже должен не забывать, что пришел на вечеринку со мной, вспомнил он ее слова. Какая же он свинья… Позвал ее с собой на вечеринку и все время читал ей морали. Накидывался из-за каждого пустяка, а сам только и мечтал, что сбежать к Анджелине. Вот, добился своего. Теперь он крепко привязан к Анджелине. А что делать Джин? Утешаться с Кейси Бобблтоном или возвращаться домой в одиночестве?

– Куда ты смотришь? – капризно спросила Анджелина. – Отвернись от нее.

– Неудобно вышло. Джин осталась одна.

– И что с того? Я тоже Эла забросила, между прочим, – напомнила она.

– Эл парень и переживет это. Потом, он всех тут знает… А Джин…

– Тоже не умрет.

– Не умрет, конечно, – согласился Дон, – но… все равно по-дурацки получилось.

Анджелина задохнулась от гнева. Он называет ее решение дурацким? Да что он возомнил о себе? Она снизошла до него, сделала ему одолжение, оказала ему великую честь, а он смеет вспоминать о своей Джин и говорить, что по-дурацки получилось!

– Спасибо, что ты выбрала меня, – продолжал Дон, не ведая, что над ним нависла страшная опасность, – но, наверное, всем было бы лучше, если бы ты выбрала Эла. Это было бы логично.

Пальцы Анджелины мертвой хваткой впились в плечи Дона.

– Думай, что говоришь, Дональд Рикуэйд, – прошипела она. – Я тебе этого никогда не прощу!

Дон растерялся.

– Да я не хотел тебя обидеть. Ты меня неправильно поняла. Я рад, что ты сделала меня королем. Но…

– И этого достаточно! Если ты немедленно не заткнешься, я тебе все лицо расцарапаю!

– Все, молчу.

Дон крепче обнял Анджелину. Назвался груздем, полезай в кузов.

Джин умная девочка, мы поговорим дома, и она меня поймет, утешил себя он и в последний раз украдкой, чтобы не встревожить Анджелину, посмотрел на девушку. Но Джин он не увидел. Рядом с колонной самозабвенно целовалась незнакомая парочка. Зато серебристое платье Джин мелькнуло среди танцующих. Она стремительно пробиралась к выходу, расталкивая всех локтями, и Дон понял, что на взаимопонимание ему лучше не рассчитывать.

После первого танца короля и королевы наступил второй, а затем и третий. Дону хотелось броситься на поиски Джин, но Анджелина цепко держала его и вела себя так, будто он ее собственность. Она ни на секунду не отпускала Дона от себя, и он не мог даже выяснить, где Джин и что делает!

Когда они вышли на пляж подышать воздухом, к Дону подскочил Морис. Он был вместе с Клео, которая тут же принялась поздравлять Анджелину с победой. Она говорила так громко и быстро, что как Анджелина ни старалась, она не могла услышать, о чем шепчутся Морис и Дон.

А Морис вполголоса ругал Дона.

– Ты совсем рехнулся, Рикуэйд. Ты знаешь, где Джин?

Дон испугался.

– Где?

– Я тебя о том же хотел спросить. Пока ты тут с Анджелиной возишься, девчонки и след простыл.

– В последний раз я видел ее, когда стоял на сцене… А потом она убежала…

– Да, Кейси попытался перехватить ее на выходе, но она не стала с ним разговаривать. И с тех пор ее никто не видел.

– Она… она могла пойти в отель…

– Неужели? Охрана на выходе никого не видела. Джин пропала.

Дон провел рукой по лбу. В общепринятом смысле слова с Джин не могло ничего случиться. Но кто знает, что бывает с расстроенными джиннами…

– Надо ее найти, – решительно сказал он.

– Быстро соображаешь, – хмыкнул Морис. – Не прошло и года. Перед тем, как шашни с Анджелиной крутить, надо было о девочке подумать!

– Я не виноват в том, что Анджелина сделала меня королем! – вспылил Дон.

– Естественно, не виноват. А теперь попробуй объяснить это Джин. Если найдешь ее, конечно.

– Дон, мне холодно! – Анджелина на полуслове оборвала Клео и повернулась к Дону. – Пойдем в зал.

Морис невесело усмехнулся. Посмотрим, как ты будешь разыскивать Джин с Анджелиной на хвосте, ясно говорил его взгляд.

– Анджелина, дорогая…

Дон замялся. Понимает ли он, что если сейчас уйдет, все джинны мира не смогут заставить Анджелину полюбить его? Она обидится смертельно и навсегда, и кто ее в этом упрекнет? Но мысль о том, что Джин бродит где-то одна, перевешивала все иные соображения…

– Иди в зал с Морисом и Клео, – сказал Дон. – У меня… дела.

– Какие?

– К тебе это не имеет отношения.

– Ты должен быть рядом со мной! – закричала Анджелина. – Мы король и королева!

– Я… скоро вернусь, – солгал Дон.

– Я хочу, чтобы ты пошел со мной!

Анджелина в бешенстве топнула ногой, не думая о том, что за ней наблюдает донельзя заинтригованная Клео.

– Я сказал, что приду позднее. Иди, потанцуй с Морисом. Он будет счастлив.

Физиономия Мориса вытянулась, а Анджелина потеряла дар речи от возмущения. Дон воспользовался минутным замешательством и скрылся среди гостей.

От Анджелины он отделался, так что самое трудное было позади. Оставался сущий пустяк – найти Джин. Пляж «Океанской жемчужины» огромен, но он перевернет все шезлонги и зонтики, переворошит каждый куст и заглянет под каждый камень! Она от него не скроется.

Дон приступил к поискам, полный решимости, если что, и в женский туалет заглянуть. Но прибегать к крайним мерам не понадобилось. Он нашел Джин в самом дальнем уголке пляжа, где не горел ни один фонарь. Она сидела за большим валуном, который в этом месте служил импровизированным забором, и строила из мокрого песка крепость. Каждая новая волна окатывала ее ноги и разрушала ее строение, но Джин упорно набирала пригоршню песка и лепила.

Заслышав шаги Дона, она даже не подняла голову. Дон не сомневался, что ей и так отлично известно, кто идет.

– Привет, – сказал он мягко. – Далеко ты забралась.

Он присел рядом с ней на корточки, пытаясь найти нужные слова. Длинные волосы полностью скрывали лицо Джин, и Дон не мог понять, о чем она думает.

– Морис искал тебя и не мог найти…

– Меня невозможно найти, если я этого не хочу. – Джин подняла голову и улыбнулась.

К удивлению Дона, он не увидел ни покрасневших щечек, ни заплаканных глаз. Джин была такой же, как всегда, и меньше всего походила на девушку, которая сбежала с вечеринки, потому что ее парень предпочел другую.

– Значит, ты хотела, чтобы я тебя нашел?

– Ты же мой хозяин. Ты захотел меня найти, и я исполнила твое желание.

– Какой послушной ты иногда бываешь, – усмехнулся Дон и сел на мокрый песок рядом с Джин, не боясь испортить чудесные брюки господ Ниддла и Каттинга.

Волна тут же до колен намочила их, но он не обратил на это внимания.

– Знаешь, так нехорошо получилось с этой короной, – вздохнул он. – Честное слово, я понятия не имел, что Анджелина выберет меня. Стою, ни о чем не думаю… И вдруг – бац! – она называет мое имя! Я чуть в обморок не упал… И что мне было делать? Отказываться? Отказываться нельзя. Анджелина бы жутко обиделась. Шамерон не понял бы. И вообще был бы скандал… Понимаешь?

Джин кивнула.

– Поэтому мне пришлось некоторое время побыть с ней, потанцевать… Но я сбежал, как только смог.

– Значит, тебе не понравилось быть ее королем?

– Не то чтобы не понравилось… – Дон задумался. – Скорее, я вдруг понял, что не так уж и хочу быть рядом с ней. Она тоже хороша. Не замечала меня, пока я не надел модные тряпки и не сделал другую прическу…

– Жаль.

Джин разровняла рукой остатки своей крепости.

– Что жаль?

– Жаль, что все мои усилия пропали втуне.

– Что? То есть… ты хочешь сказать, что все это твоих рук дело? И внимание Анджелины, и корона эта… и все остальное? Как же я сразу не догадался, вот дурак…

Джин рассмеялась.

– Да, я хотела, чтобы Анжелина и ты стали королем с королевой. То есть это ты этого хотел, а я должна была исполнить твое заветное желание. Но, что касается тебя, я только помогла тебе изменить прическу и одежду. К другому я отношения не имею.

Дон удивленно посмотрел на нее.

– Ты все сделал сам, – терпеливо пояснила Джин. – Ты танцевал лучше всех и ухаживал за Анджелиной, спорил с Кейси… Это был ты, Дон. Остроумный, смелый, красивый… Мечта любой девушки. Понятно, почему Анджелина так поступила. У нее открылись глаза. И открыл ей их ты, ты сам. Я тут ни при чем.

– Никогда бы не подумал… Знаешь, сегодня все так странно. Я перестаю понимать, где мечты, а где реальность, и чего я хочу на самом деле. Я… я как будто в сказку попал…

– В сказку? – улыбнулась Джин. – Нет, это пока не сказка. Сказка еще впереди.

16

Она встала и простерла руки к океану. Дон поднялся вслед за ней. Волны внезапно стихли, и луна прочертила на поверхности воды ровную дорожку света.

– Смотри, – прошептала Джин.

На глазах изумленного Дона лунная дорожка превратилась в серебристый мостик с резными перилами. Так же, как и вода вокруг, мостик подрагивал от легкого ветерка, и казалось, что более сильный порыв ветра унесет его прочь. Вокруг стало очень тихо. Шум вечеринки больше не долетал до них, словно они были одни в целом мире…

– Идем.

Джин мягко потянула Дона к мостику.

Он был достаточно широк, чтобы они могли идти рядом. Сделав шаг, Дон обернулся и увидел, что берег остался далеко позади. Он невольно вцепился в перильца.

– Не бойся, – мелодично рассмеялась Джин. – Этот мост гораздо надежнее, чем кажется. И потом, не забывай, ты же со мной…

Трудно сказать, как долго шли они по хрупкому мостику. Вечность и миг, час и секунду. Дон потерял счет времени. Океан вокруг них светился, как будто мириады фонариков зажглись под толщей воды. В воздухе пахло незнакомыми ароматами, от которых голова чуть кружилась, но на сердце становилось легко…

Дон не понял, когда мостик закончился и как они с Джин очутились на маленьком островке посреди океана. Там росли диковинные деревья, а ноги утопали в мягкой траве. Луна заменяла солнце и так ярко освещала все, что можно было рассмотреть мельчайшие прожилки на листиках. Дон никогда не видел подобной красоты. Хотелось прилечь в сени величественных деревьев и вечно слушать древние напевы океана, вечно вдыхать целебный воздух острова. Здесь не могло быть ни политики, ни зарплаты, ни демографического кризиса… Этот волшебный остров было вне времени и пространства, и до скончания веков можно было бродить по его зеленым тропинкам…

– Нам пора, – позвала Джин. – Возвращаемся.

Дон не успел почувствовать боль расставания с чудесным островом, как снова очутился на пляже «Океанской жемчужины». Теперь музыку было слышно, и новая песня Бейонс показалась Дону хриплым карканьем по сравнению с напевами, которые звучали на острове…

– Что это было? – прошептал он, проводя рукой по лицу. – Я… я видел…

– Это был мой дом, – сказала Джин с улыбкой.

– Но где он?

Дон забежал по колено в воду.

– Уже далеко отсюда. Я просто показала тебе… – Голос Джин дрогнул.

– Там так красиво…

Дон закрыл глаза, пытаясь вызвать в памяти прекрасный остров. Увы. Она могла предложить ему лишь жалкое подобие…

– А ты думал, что я и вправду живу в бутылке? Нет, я оказываюсь там только тогда, когда кому-то в этом мире очень нужен джинн… Правда, у меня красиво? Я знала, что тебе понравится. Должна же я была предложить тебе хоть какую-то компенсацию за то, что ты покинул Анджелину.

Дон засмеялся. Противная девчонка! Так и норовит поддеть его.

Он зачерпнул воды и плеснул Джин в лицо. От неожиданности она фыркнула, заморгала, а потом погналась за Доном, намереваясь искупать его с головой.

Несколько минут пляж звенел их смехом и криками, и вскоре они оба вымокли с головы до ног.

– Мне давно следовало это сделать, – хохотал Дон, – еще когда ты собралась нагишом купаться с Кейси Бобблтоном!

Он подхватил миниатюрную Джин на руки и зашел с ней в воду по пояс, раскрутил и… вдруг застыл на месте. Тело Джин под мокрым платьем показалось ему нестерпимо горячим. Какая она красивая… нежная, не похожая ни на одну девушку, которую он знает… и бесконечно соблазнительная, потому что при мысли о ней его кровь закипает от желания…

Перед мысленным взором Дона промчалась череда воспоминаний. Джин в старинном красно-желтом костюме… Джин спокойно стаскивает с себя топик на пляже… Джин помогает ему на работе… Обводит вокруг пальца старшего менеджера… Танцует на тумбе, сводя всех с ума… Ведет его за руку по серебристому мосту…

Как он мог так долго не понимать, что главное чудо, которое случилось с ним, это она? За несколько дней она успела стать для него другом и помощницей. Он почувствовал ответственность за нее, он гордился ею, он пытался защитить ее в меру своих способностей. А сейчас она сжалась в комочек в его руках и, затаив дыхание, ждет, что он с ней сделает.

Как близко ее лицо от его губ! Волосы ее разметались по плечам Дона, и даже при всем желании он не может отпустить ее от себя. Но у него нет такого желания. Наоборот, он как можно дольше хочет быть рядом с ней, чувствовать ее всю, целовать, наплевав на все правила и обычаи…

Губы Джин были солеными и неопытными, но она с такой готовностью ответила на его поцелуй, что Дон едва сдержал себя, чтобы не овладеть ею прямо в воде. Нет, он не должен спешить. Он обуздает свою страсть и не сделает ничего, что может напугать или оттолкнуть ее. Джин доверяет ему, и он не обманет ее доверия…

Дон плохо помнил, как они добрались до «Фантастика». Кажется, шли пешком всю дорогу… Поднялись к Дону в номер, не обратив внимания на остолбеневшего ночного портье, закрылись на ключ…

– Ты можешь сделать так, чтобы о нас все забыли? – прошептал Дон, расстегивая платье Джин.

– Да…

Это была потрясающая ночь, ночь-открытие, ночь-наслаждение. Красота Джин вызывала у Дона чувство благоговения… Он мог бы всю ночь изучать ее, едва касаясь кончиками пальцев шелковистой кожи, но долго сдерживать желание, полыхавшее в его теле, было невозможно… Никогда он не испытывал ничего подобного. Возбуждение быстрым пульсом билось в висках, нарастало, сводило с ума. Как и на берегу океана, Джин манила его за собой, увлекала на сказочный остров, обещая райское блаженство…

Они занимались любовью остаток ночи и все утро, не зная ни усталости, ни пресыщенности. Шторы в номере были плотно задернуты, и Дону не было никакого дела до того, сколько времени и не пора ли ему на работу. Сколько бы он ни любил Джин, ему все казалось мало, и она с похожей жадностью откликалась на каждое его прикосновение…

Но утомление после бессонной ночи все-таки взяло свое, и Дон заснул, прижимая Джин к себе и уткнувшись лицом в ее благоухающие волосы.

Проснулся Дон, лежа на животе, на самом краю кровати. Подушка валялась на полу вместе с покрывалом, наглядные свидетельства бурной ночи. Дон потянулся всем телом. Он чувствовал себя на редкость отдохнувшим. Вечеринка вчера была чудесной, особенно ее завершение… Кто бы мог подумать, что он и Джин…

Дон улыбнулся сладким воспоминаниям. Хотя… что в этом удивительного? И Морис, и Кейси Бобблтон сразу оценили ее по достоинству. Как всегда Дон Рикуэйд соображал дольше всех. Зато он и получил первый приз…

Не поворачивая головы, Дон протянул руку. Джин рядом не было. Встала уже, неугомонная, усмехнулся он про себя.

– Джин, – тихонько позвал он.

Тишина, в которой явно слышалось чье-то дыхание. Разыгрывает меня, догадался Дон. Что ж, давай поиграем в прятки.

– Джин, ты где?

Дон отодвинулся от края и, по-прежнему не глядя, пошарил рукой на кровати. Ближе к стене он нащупал Джин. Судя по всему, она была в одежде.

– Тебе не кажется, что ты слишком быстро оделась? – улыбнулся Дон, поворачиваясь к девушке…

Но никакой девушки у стены не было. Прислонившись к спинке кровати, сидел седовласый старик с длинными усами и бородой. Одет он был в шитый золотом зеленый кафтан и шаровары. В руках старик держал один из глянцевых журналов Джин и внимательно читал его.

С криком Дон спрыгнул с кровати, схватил валявшуюся на полу подушку и прикрылся ею. Старик невозмутимо глянул на него поверх журнала и продолжил читать.

– Вы… вы кто? Что вы тут делаете? Где Джин?

В голове Дона возникали разные версии, одна невероятнее другой. Может быть, это кто-нибудь из родичей Джин, папаша или дядька, например. Явился поговорить с нахалом, который осмелился прикоснуться к его девочке. Кто знает, как у джиннов обстоят дела с моралью. Может быть, по их законам Дон совершил страшный проступок, за который его надо посадить на кол или сварить в кипящем масле…

Интересно, успокоится ли разгневанный родитель, если он пообещает жениться на Джин?

– Доброе утро, – сказал старик. – Как спалось?

– С-спасибо, хорошо…

Дона прошиб холодный пот. Интересно, как давно родич Джин сидит на кровати и наблюдает за ним?

– Простите, я сейчас не настроен принимать гостей! Скажите, пожалуйста, кто вы такой.

Старик отложил журнал.

– Ты не узнаешь меня?

Дон замотал головой.

– Впервые вижу.

– Это же я, Джин.

– Что за дурацкие шуточки…

– Это не шуточки. Просто я решил немного побыть мужчиной.

Можно было только удивляться, почему Дон до сих пор не упал в обморок.

– Я могу принимать любой облик, я же джинн, – словоохотливо пояснил старик. – Быть женщиной мне понравилось…

К великому ужасу Дона джинн закатил глаза и причмокнул губами.

– Ты был очень… очень…

– Без подробностей!

– Как скажешь. Я подумал и решил, что для разнообразия можно побыть мужчиной. Именно в таком виде я служил своему предыдущему хозяину. Он был не против. Тебя, наверное, опять моя одежда не устраивает?

К горлу Дона подступила тошнота. Объяснил бы он, что его не устраивает, да только слов приличных для этого в его словаре нет!

– Слушай, Джин… если ты действительно Джин… стань, пожалуйста, такой, какой ты была вчера…

– А это тело тебе не нравится? – Старик разочарованно похлопал себя по руке. – Оно производило на всех достойное впечатление.

Дон почувствовал, что еще чуть-чуть, и его нервы не выдержат.

– Джин… я тебе приказываю стать женщиной. Немедленно!

– А одежду какую выбрать?

– Все равно! – рявкнул Дон.

Хлопок, и отвратительный старик исчез. На кровати сидела черноглазая плутовка Джин в кокетливом прозрачном халатике. Дон утер пот со лба.

– Так пойдет? – жизнерадостно спросила она.

– Вполне.

Дон нашел на полу свои вчерашние брюки и натянул их. По вполне понятной причине голышом разговаривать с Джин больше не хотелось.

– Скажи мне, что это было? – Дон присел на краешек кровати.

– Извини, я думала, тебе понравится.

– Да, знаешь, мне очень нравится находить по утрам в своей постели незнакомых мужиков.

– А что в этом такого?

Дон предпочел не вдаваться в объяснения.

– Ладно, забыли об этом. Только больше ни в кого не превращайся. Я хочу, чтобы ты всегда оставалась такой, как сейчас.

– Между прочим, на самом деле я выгляжу…

– Я не хочу знать, как ты выглядишь на самом деле! – торопливо перебил ее Дон. – Меня устраивает этот облик.

– Хорошо.

Дон помолчал некоторое время, собираясь с мыслями. Неожиданное преображение Джин выбило его из колеи, отвлекло от того, о чем он собирался поговорить с ней…

– Джин, у меня к тебе серьезный разговор.

– Я тебя слушаю.

– У меня есть желание. Большое и, наверное, самое важное желание.

– Говори, – улыбнулась она. – Я уже и забыла, когда ты в последний раз загадывал настоящее желание.

– Я хочу, чтобы ты осталась со мной.

Джин нахмурилась.

– Я не поняла, прости…

– Я знаю, это звучит глупо. Мы совсем друг друга не знаем, познакомились недавно и…

Дон запнулся, сообразив, что говорить о знакомстве в их случае не приходится.

– Короче, неважно. Дело в том, что еще вчера я был уверен, что влюблен в Анджелину. Она казалась мне самой-самой… Я думал, что это любовь… и что если она будет со мной, я буду счастлив…

– Я помню.

– Но все очень быстро изменилось. Я понял, что на самом деле Анджелина мне не нужна. Она отличная девчонка, но я люблю другую. Тебя.

Дон выдохнул. Все, самое страшное сказано. Дальше будет легче.

– Только не смейся, пожалуйста. Ты волшебница и можешь все на свете, для тебя нет никаких препятствий, и у тебя по-настоящему сказочная жизнь… Но с другой стороны, ты все время живешь одна на своем острове, а потом забираешься в бутылку, чтобы потом послужить идиоту вроде меня…

– Ты не идиот.

– Спасибо. Может, и не идиот, но веду себя по-идиотски. Слишком долго соображал, что мне нужно. А мне нужна ты…

Дон поднял глаза на Джин. Она слушала его с необыкновенно серьезным лицом.

– Не твоя магия или твои фокусы, а ты сама, такая, какая ты есть.

– А знаешь ли ты, какая я?

– Думаю, да. И я хочу узнать тебя еще лучше, если ты останешься со мной. Я желаю, чтобы ты осталась со мной. Я найду новую работу, мы купим квартиру, поженимся, у нас будут дети…

Дон осекся. На мгновение перед его мысленным взором встал чудесный остров Джин. И этой девушке он предлагает квартиру и свадьбу?

– Я… я буду очень любить тебя и заботиться о тебе, Джин. Я сделаю тебя счастливой…

Она молчала, и Дон не мог понять выражения ее лица. Печальное и одновременно радостное, спокойное и в то же время взволнованное.

– Ты хочешь, чтобы я стала человеком и осталась с тобой? – тихо спросила она.

– Да.

– Это невозможно, Дон.

– Почему? Моя жизнь кажется тебе кошмарной? Я все поменяю. Ты не пожалеешь…

– Дело не в этом. Я бы с радостью осталась с тобой. Никто никогда не относился ко мне так, как ты, Дон. Мне очень хорошо с тобой, и я не хочу уходить. Но ты должен понять. Есть вещи, изменить которые я не в силах. Я джинн, и мне никогда не стать человеком.

– Но ты же должна исполнять все мои желания! Я хочу, чтобы ты им стала!

– Помнишь наш самый первый разговор? Ты еще спрашивал, какое желание является для меня невозможным. Это одно из них.

– Но… это же так просто! Ты неделю жила в моей комнате, вчера мы занимались любовью… Ты ничем не отличаешься от обычной девушки. Всего-то нужно, чтобы ты сама захотела так жить!

– К сожалению, нет, – вздохнула Джин. – Я не принадлежу себе… Ты желаешь невозможного, Дон, а значит, мы должны расстаться.

Джин уже не сидела на кровати, а стояла перед Доном посередине комнаты. Прозрачный халатик исчез, вместо него на ней был знакомый красный с золотом костюм, шапочка и остроносые туфли.

– Вот видишь, ни одна обычная девушка не смогла бы проделать это, – улыбнулась Джин. – Прощай, Дон. Боюсь, мне пора.

– Нет! Я не могу тебя отпустить!

Дон схватил ее за руку.

– Удержать меня ты уже не можешь. – Она глубоко вздохнула, словно собираясь с духом. – Но я должна признаться, что я ухожу с сожалением. Ты научил меня тому, чего я раньше никогда не понимала.

– Чему я мог тебя научить? – с горечью воскликнул Дон.

– Любви…

В следующее мгновение Дон обнаружил, что пытается сжать в объятиях пустоту. Джин буквально растаяла в воздухе. Вместе с ней пропала и ее бутылка.

17

Вечеринка Боба Сфинкса и в этом году оправдала все ожидания. Она была веселой, роскошной и щедро приправленной мелкими скандальчиками. Анджелина Фортекскью отказала Кейси Бобблтону ради Эла Килроя, но забросила Эла ради (кто бы мог подумать?) Дона Рикуэйда. Дон не упал к ногам красавицы, а сохранил верность своей девушке. Девушка Дона, Джин, исчезла из Палм Гроув так же неожиданно, как и появилась.

Дон ходил хмурый и на вопросы даже близких друзей отвечать отказывался. Анджелина Фортекскью пыталась холодностью привлечь его внимание, но ничего не добилась. Тогда она сменила гнев на милость и получила тот же результат. Город был шокирован. Кто мог представить себе, что такое возможно…

Дон меньше всего думал, о чем болтают в Палм Гроув. Он жил как обычно – выходил на дежурства, улаживал проблемы клиентов и недоразумения персонала, ругался с Зелерманном и вдыхал в своей комнате под крышей пары с кухни. И все-таки кое-что в нем изменилось. Он больше не мечтал об Анджелине и не хотел увидеть ее во сне. Он не стремился превзойти Кейси Бобблтона и доказать всем, что Дон Рикуэйд тоже чего-то стоит. Теперь ему было все равно. Он просто жил и учился не думать о Джин…

Самое смешное заключалось в том, что Дон резко вырос во мнении Палм Гроув как раз тогда, когда перестал им интересоваться. Девушки, которые раньше даже не здоровались с ним, сейчас останавливались, чтобы поболтать и ненароком всучить номер своего телефона. Кейси Бобблтон, посмеивавшийся над Дональдом Даком, здоровался с ним за руку и спрашивал, как дела. Дон искренне удивлялся, как он мог так долго жаждать внимания этих людей.

Сейчас ему не было до них никакого дела.

Анджелина Фортекскью не один раз пыталась наладить с Доном контакт, но, к ее великому разочарованию, он не торопился приглашать ее на свидание. Она вызывала его на откровенность, но Дон отделывался общими фразами и изливать ей душу не собирался.

Морис был единственным, с кем Дон мог поговорить по душам. Поговорить о Джин. Правда, тот был уверен, что коварная девчонка бросила Дона и укатила в свою северную Аравию или откуда там она была родом. По вечерам, когда не было работы, Дон и Морис частенько задерживались в баре «Лагуна», любовались закатным небом и обсуждали личную жизнь Дона.

Вернее, ее полное отсутствие.

– Ты, Донни, слишком любишь над собой издеваться. Вначале умирал от любви к Анджелине, а теперь, когда тебе стоит только руку протянуть, чтобы взять ее, ты сохнешь по другой. Глупо выходит…

– А что делать? Такова моя судьба.

Морис выразительно постучал себя по лбу.

– Джин была отличной девушкой, но она уехала. По-моему, ты уже достаточно погрустил. Анджелина тебя ждет, между прочим.

Дон рассмеялся.

– Можешь считать меня дураком, но Анджелина мне как раз и не нужна!

– Какая разница? Если такая женщина сама идет в руки, грех отказываться.

– Ты же знаешь, я привередлив. Мне нужна не просто женщина, а любовь.

– В Палм Гроув полным-полно любви.

– В Палм Гроув полным-полно женщин, – возразил Дон. – А любовь моя обитает в другом месте.

– Да, тебе будет тяжело здесь жить, – засмеялся Морис.

– А я и не собираюсь здесь жить.

– Что?

– Уезжаю через три недели. Доработаю до конца сезона и скажу Палм Гроув «до свидания». Зелерманн чуть не лопнул от злости, когда я пришел просить расчет. Кричал, пугал, обещал. Все как обычно. Но я не дрогнул. Пусть теперь сам по «Фантастику» побегает…

– Ты скоро уезжаешь, а твой лучший друг только сейчас узнает об этом?

– Ты первый, кому я рассказал.

– Куда ты поедешь? Зачем? Хочешь, я поговорю с Кейси, и он возьмет тебя в команду? Он очень хорошо стал к тебе относиться.

– Еще бы, – усмехнулся Дон, – мы столько пережили вместе. Но ты забыл, что сезон заканчивается.

– У Кейси есть связи. Он предлагает всем работу в парке водных аттракционов. Платят там неплохо, и работа простая. Соглашайся, Донни.

– Нет, Морис, спасибо, но с меня хватит моря и юга.

– Поедешь на север? К ней?

– Если честно, я еще не решил, куда ехать.

– Надеюсь, у тебя хватит ума не гоняться за ней по всей стране?

– Даже если я буду гоняться за ней по всей стране, – с горечью рассмеялся Дон, – толку от этого никакого не будет. Можешь не волноваться. Я уезжаю из-за Джин, но не за Джин.

– Все равно жаль. Мне будет тебя не хватать.

– Я же когда-нибудь вернусь.

– Когда-нибудь… утешил. Когда купишь билет, скажи, я приду проводить.

– Обязательно.

Три недели пролетели как одно мгновение. В последний день работы Дон получил расчет у Фрэнка Зелерманна, который не упустил возможности поворчать, и поднялся к себе собрать вещи. Завтра в десять утра поезд увезет его далеко от океана, Палм Гроув и воспоминаний, от которых на душе становится тошно…

На вокзале было суматошно и шумно, но все же намного спокойнее, чем в разгар сезона. Поездов было раза в два меньше, и толпы туристов не осаждали крошечный зал ожидания. Дон приехал на вокзал задолго, и Мориса еще не было. Он оставил вещи в камере хранения и сел с чашкой кофе у окна в вокзальном баре.

Оно выходило на платформу, и Дон от нечего делать рассматривал людей, приехавших последним поездом. Кто-то выходил из вагонов осторожно и недовольно косился по сторонам, кто-то зевал после долгой утомительной поездки, а кто-то выпрыгивал с горящими глазами, предвкушая изумительный отдых на побережье.

Последней из вагона, который стоял напротив окна бара, вышла невысокая девушка с объемным чемоданом. Было ясно, что девушка впервые в Палм Гроув. Чемодан оттягивал ей руки, но она восторженными глазами смотрела по сторонам и улыбалась.

У Дона перехватило дыхание. Девушка была одета в джинсы и клетчатую рубашку, ее черные волосы были собраны в тугой пучок на затылке, и все же Дон безошибочно узнал ее. Кинув доллар на стол, он выбежал из бара.

К счастью, девушка никуда не делась. Она поставила чемодан на платформу и отдыхала. Дон подошел к ней, до конца не веря в свое счастье…

– Джин…

Девушка вопросительно посмотрела на него и робко улыбнулась.

– Здравствуйте, – сказала она с заметным акцентом.

Сердце Дона упало. Это была Джин и не Джин одновременно. Те же глаза, нос, волосы, губы, кожа, та же улыбка, тот же рост. Но выражение глаз было Дону незнакомо, да и голос у девушки был совсем другой, более высокий и звонкий.

– Здравствуйте. Простите, я ошибся.

– Ничего страшного, – произнесла девушка, старательно выговаривая каждый звук.

После этого можно было уходить. Дон убедился в своей ошибке, извинился, и больше его ничего не удерживало. Но от лица незнакомки невозможно было отвести взгляд. Неужели бывает такое поразительное сходство? Черты этой девушки в точности повторяли лицо Джин… Он же целовал эти губы… и гладил эти волосы…

Улыбка девушки стала натянутой, и Дон понял, что неприлично долго таращится на нее.

– Извините еще раз, – пробормотал, – но вы так похожи на одну мою знакомую. Мы… не встречались раньше?

– Такое бывает. Я впервые приехала в Пом Гров.

– Палм Гроув, – поправил ее Дон.

– Палм Гроув, – повторила она. – Большое спасибо. Я учу английский три года, но пока еще путаю некоторые слова, особенно названия.

– Вы отлично говорите по-английски.

– Спасибо.

Девушка наклонилась к чемодану.

– Давайте я вам помогу.

– Что вы, не надо. Я жду носильщика, а у вас, наверное, свои дела…

Девушка скромно опустила глаза, и Дон почувствовал, что готов махнуть рукой на любые дела, лишь бы побыть рядом с ней.

– Носильщика вы будете ждать здесь очень долго. На этом вокзале с носильщиками проблема. А чемодан у вас тяжелый. – Дон взялся за ручку. – Ого…

– Я приехала сюда надолго, – смутилась девушка. – Буду работать и изучать английский.

Они неспеша шли по платформе и разговаривали.

– Надолго – это насколько, если не се-крет?

– На год. В моем университете есть программа обмена студентами. Американские студенты уехали учиться Пекин, а я – в Палм Гроув.

– Значит, вы из Китая?

– Да. Мне очень хотелось увидеть океан. Нам предложили на выбор несколько городов, в Аризоне, в Оклахоме… еще где-то, я уже не помню. Но я выбрала Палм Гроув.

И правильно сделали, чуть было не сказал Дон.

– Я уверен, вам здесь понравится.

– А вы здесь живете?

– Да. Чудесный городок. Всегда солнце и почти всегда тепло, хорошие песчаные пляжи. Правда, сейчас конец туристического сезона, но народа все равно хоть отбавляй. Скучно не будет.

– Я приехала английский учить, а не развлекаться, – рассмеялась девушка.

И смеялась она точно так же, как Джин, и так же лукаво поглядывала на Дона из-под длинных густых ресниц. Это было похоже на сказку, но чем дольше Дон разговаривал с юной китаянкой, тем сильнее убеждался в том, что она не призрачная фантазия, а вполне живая, настоящая женщина. Он позабыл обо всем на свете и наслаждался взглядами и улыбками той, кого считал для себя навсегда потерянной…

В зале ожидания Дон решил сделать передышку.

– Куда теперь?

– Ох, мне так неудобно. Я не должна вас задерживать.

– Ерунда. Как коренной житель я обязан оказывать гостеприимство гостям Палм Гроув. Если, конечно, вас никто не встречает…

– Нет, мне нужно самой все искать. Я так благодарна вам за помощь.

– Я еще ничего не сделал. Куда же мне вас проводить?

– Сейчас, секунду. – Девушка стала рыться в маленькой сумочке. – У меня где-то здесь был адрес и телефон…

В этот момент в зал ожидания влетел Морис. До отхода поезда оставалось минут пять, и он боялся, что не успеет попрощаться с Доном. Каково же было его удивление, когда он увидел друга не на платформе возле поезда, а в зале ожидания с чужим чемоданом в руках. Рядом стояла хорошенькая брюнеточка, очень похожая на…

Морис встал как вкопанный. Либо Джин передумала и решила вернуться, либо перед ним ее вылитая копия. Достаточно только поглядеть на счастливое лицо Дона, чтобы понять, что никакой разницы между этими двумя вариантами нет. Стараясь не привлекать к себе внимания, Морис попятился назад. Раз Дон забыл о поезде, он не будет ему напоминать. Если его лучший друг передумал уезжать и решил остаться в Палм Гроув… что ж, он обеими руками за!

– Вот, нашла.

Девушка протянула Дону визитку, на который было написано:

Алексис П. Морган, Эштри Авеню, десять.

Общежитие для студентов. Одно/двухместные номера, прекрасная кухня.

– Да, знаю, где это находится, – кивнул Дон. – У Алексис Морган небольшая частная гостиница. Говорят, там очень неплохо.

– Хорошо, – обрадовалась девушка.

– Я живу и работаю неподалеку, в отеле «Фантастик тайм»…

Дон запнулся. Какой «Фантастик тайм»? Он же вчера уволился, а сегодня уезжает из города! У него поезд через… Сколько сейчас времени? Дон посмотрел на часы. Две минуты до отправления поезда, а еще нужно багаж забрать из камеры хранения…

– У вас все в порядке? – встревожилась девушка.

– Да-да. Я вдруг вспомнил, что мне надо взять вещи из камеры хранения.

– Вы уезжаете? – разочарованно спросила она.

Ответ вылетел из Дона быстрее, чем он успел его обдумать.

– Нет. Друг оставил на вокзале сумку и попросил меня ее забрать.

Девушка обрадованно улыбнулась.

– Вы меня подождете? Я вернусь через пять минут, камера хранения здесь рядом…

– Конечно.

Дон побежал за своей сумкой. На выходе из зала ожидания он повернулся и помахал девушке рукой. Она ответила ему тем же.

– Если я вернусь, а ее не будет, я пойду и утоплюсь в океане, – пробормотал он вполголоса.

Но беспокоиться было не о чем. Когда запыхавшийся Дон влетел обратно в зал ожидания, он увидел, что девушка сидит на скамейке, а ее тяжеленный чемодан лежит у ее ног. У Дона камень с души свалился. Значит, она ему не привиделась, и это уже хорошо. Было бы обидно нарушить все свои планы из-за больной фантазии…

– А вот и я. – Дон подошел к девушке. – Идем?

– Да.

Она встала.

– Кстати, я вдруг подумал, что мы с вами до сих пор не познакомились…

– Ой, правда! – Девушка засмеялась и прижала ладошки к щекам.

Точно так же, как это делала Джин.

– Я Дональд Рикуэйд. Для друзей просто Дон.

– А мое китайское имя прозвучит для вас слишком сложно, – улыбнулась она. – На самом деле полным именем меня никто не называет. Все знакомые, особенно здесь, в Америке, зовут меня Джин.

И она протянула остолбеневшему Дону ладошку для рукопожатия…

Content

Виктория Лайт
Ее звали Джин

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17