Иванов Антон

Устинова Анна

Загадка брошенной лодки

Глава I.

ШКОЛА ВЫЖИВАНИЯ

Герасим с остервенением дернул за веревку.

— Не развязывается! — в сердцах воскликнул он. — Ну почему? Я ведь все совершенно правильно сделал.

И он вновь изо всех сил рванул на себя веревку.

— Значит, не все, — ехидно покосилась на него голубоглазая Варя и, тряхнув золотыми кудрями, добавила: — А впрочем, все правильно: какая фамилия, такие и узлы.

— Издевайся, издевайся, — пробурчал длинный тощий Герасим Каменев и, вцепившись в непокорный узел зубами, продолжил свою речь: — Бу-бу, бу-бу, бу-бу.

— А-а-а? — Варвара приложила ладонь к уху. — Не поняла. Повтори, пожалуйста, Герочка, для тупых.

Тот выплюнул узел:

— Не для тупых, а для глухих и грубых. Посмотрим, Варька, что у тебя с этой дрянью получится.

— У меня все нормально, — невозмутимо откликнулась девочка.

Она легонько дернула за свою веревку. Узел мигом развязался. Герасим от досады лишь крякнул.

— А у меня никак.

— Не надо было слюнявить, — хихикнула Варя. — У тебя, видно, слюна, как у ласточки. Суперцемент. Гнезда строить можно.

— Варвара, не хами, — отозвался Герасим. — Лучше делом помоги.

— Ну, Каменное Муму, — захлопала в ладоши Варвара. — С узлами у тебя, конечно, плохо, зато ты, оказывается, почти поэт.

Герасим скрипнул зубами, однако обстоятельства заставили его сдержаться, и он почти кротко произнес:

— Варька, как человека прошу: одолжи мне свою веревку. А то Бельмондо вот-вот явится. И если увидит, что у меня снова не вышло, заставит после обеда ещё два часа с узлами возиться.

— Ловко у тебя, Мумушечка, получается! — воскликнула Варя. — Значит, я должна выдать за свой твой обслюнявленный узел и к тому же после обеда ещё два часа с этим упражнением париться? А ты за мой счет на халяву проедешься.

— Ни о какой халяве речи нет, — с ходу заспорил Герасим. — Просто я сейчас на твоей веревке завяжу замечательный морской узел. Я уже понял, в чем заключалась моя ошибка.

Нельзя сказать, что его довод показался Варваре убедительным. Однако Герасим её и не спрашивал, а попросту вырвал из рук веревку.

— Отдай! — кинулась к нему девочка.

Но поздно: Каменное Муму во мгновение ока соорудил узел.

— Отдай! — попыталась силой вернуть веревку Варвара.

— Дура! — взвыл Герасим. — Что ты наделала? Теперь мы и это не развяжем!

И на сей раз он оказался совершенно прав. Новый его узел был ничуть не податливей прежнего.

— Эх, Гера, — после нескольких безуспешных попыток Варвара отшвырнула на траву испорченную веревку. — Тебе бы сварщиком работать. Хотя нет, — уточнила она. — Если бы Бельмондо велел нам делать крепкие узлы, то у тебя бы они развязывались от одного дуновения ветра.

Герасим не успел возмутиться. К ним подошли ребята.

— Как идут дела? — бодро поинтересовался Сеня Баскаков.

— Фирма Муму веников не вяжет, — объяснила Варвара. — Как, впрочем, и остального. Этот урод, — она небрежно ткнула пальцем в тощего долговязого Герасима, — и свою, и мою веревку испортил.

Едва глянув на оба узла, Баск присвистнул:

— Ну, ты, Муму, у нас великий деятель науки и техники. Это же надо!

Опустившись на корточки, Сеня попытался развязать узлы. Сперва на одной веревке, потом — на другой. Но и у него ничего не вышло.

— Медицина бессильна, — выпрямившись, развел руками Баск.

— Если уж Каменное Муму чего сделает… — усмехнулся толстый розовощекий Павел Лунин.

Герасим выпятил острый подбородок. Друзьям стало ясно: он приготовился к длительной полемике. И ожидания их оправдались.

— Между прочим, — зануднейшим голосом начал он, — второй узел затянул не я, а Варвара. — А у меня все было сделано правильно.

— Потом разберемся, — махнула рукой Варя. — Ребята, — она с мольбой посмотрела на вновь прибывших. — Надо срочно что-то делать. Сейчас сюда явится Бельмондо, и тогда уже не только Муму, но и мне придется после обеда вязать новые узлы…

— И наше купание в озере тогда накрылось, — договорил за неё Баск.

— Не у всех, а у них, — Луна указал пальцем сперва на Варю, потом — на Муму. — Мы-то свой зачетик по костру сейчас сдали. Зажгли с одной спички.

— Такую фигню, как костер, я бы тоже зажег вообще с половины спички, — немедленно заявил Герасим.

— Вот завтра, Муму, ты нам и продемонстрируешь свое умение, — впервые за все это время нарушила молчание черноглазая Маргарита Королева.

— Но сейчас речь не о том, — сурово оборвал её Герасим. — Вы просто обязаны нам помочь.

— Я вижу только один выход, — сказал стоявший рядом с Марго Иван Холмский. — Сожрать в темпе обе эти веревки, пока Бельмондо не увидел.

— Зачем жрать? — удивился Баск. — Проще выкинуть.

И он зашвырнул обе веревки в густые кусты.

— За-ачем? — схватившись за голову, простонал Муму.

— Спокуха, — улыбнулся Сеня. — Сейчас мигом новые вам доставлю. Я видел: у Бельмондо в подсобке их целая коробка нарезана. Ждите.

И Сеня понесся по аллее к главному корпусу. Однако Герасиму и Варваре сегодня явно не везло. Исаак Наумович Капустин, которого за разительное сходство с известным французским актером абсолютно все называли за глаза Бельмондо, возник перед ребятами гораздо раньше отбывшего за веревками Баска.

— Ну? — обратился он к Варе. — Справились?

— Естественно, Исаак Наумович, — Варвара кинула на него поистине ангельский взгляд. — Сейчас покажу. Ой! — разыграла она полную растерянность. — А где же моя веревочка? Герка, отдавай.

— Я-то при чем? — с идиотским видом посмотрел на неё Муму.

Остальные ребята едва сдерживались от смеха.

— Ничего себе, ни при чем! — продолжала разыгрывать спектакль хитрюга Варвара. — Я же тебе как раз перед приходом Исаака Наумовича показывала, как правильно узел делать.

И она кинула ещё один «честный» взгляд на Бельмондо.

— Она показывала! — с пафосом воскликнул Муму. — Это, Исаак Наумович, я ей показывал.

От такого натиска Бельмондо несколько растерялся и потряс головой. Именно в этот момент на лужайку с восторженным возгласом: «Есть! «— выбежал Баск.

— Ах, это ты, гад, наши веревки упер? — Варвара, не растерявшись, выхватила у него из рук добычу.

— Я? Упер? — вытаращился на неё Баск.

— А кто же еще, раз они оказались у тебя! — усилила натиск Варвара. — Тоже мне, шуточки! — разыграла она возмущение. — Мы как раз с Герасимом хотели Исааку Наумовичу свои узлы показать.

— Исааку Нау… — остолбенел Сеня, ибо именно в эту секунду наконец заметил присутствие Бельмондо. Мигом оценив ситуацию, Баск перестроился и с покаянным видом пролепетал: — Подумаешь. Ну, пошутил и вернул.

Варя тем временем завязала веревку в узел и, преданно глядя на Бельмондо, осведомилась:

— Правильно я сделала, Исаак Наумович?

Тот потянул за конец веревки. Узел развязался.

— Молодец, Панова. Зачет сдан.

Варя победоносно ухмыльнулась.

— Ну а ты, Каменев, — он перевел взгляд на Герасима.

У Каменного Муму был такой затравленный вид, словно его собирались вести на казнь.

— У меня, Исаак Наумович, уже было все хорошо завязано, — он пытался оттянуть час расплаты. — И на фига ты, Баск, его развязал?

— Да он сам развязался, — подыграл ему Сеня.

— Это потому, что было правильно завязано, — Герасим немедленно обернул ситуацию в свою пользу.

— Ясное дело, правильно, иначе бы не развязалось, — пришел ему на помощь Иван.

Муму исподлобья с надеждой покосился на Бельмондо. Вот хорошо бы свидетельств ребят ему оказалось достаточно. Однако тот, одарив его такой же улыбкой, как у подлинного Бельмондо, ответил:

— Ну, Каменев, если у тебя так хорошо получается, какие проблемы? Покажи ещё раз свое искусство!

Герасим опять сник. Он совсем не был уверен, что «его искусство» понравится Бельмондо. Мрачно и медленно возясь с веревкой, он думал: «Видно, на роду мне сегодня написано в озере не купаться». В таком вот отчаянном настроении он и накрутил узел. Причем совершенно не задумываясь, что у него выходит.

— А действительно молодец! — к полной его неожиданности, воскликнул Бельмондо.

Взяв из безжизненных пальцев Герасима веревку, он потянул за её конец. Узел развязался.

— Ну, Каменев, — Исаак Наумович словно своим глазам не верил. — И, главное, всего за час освоил. Вот так бы всегда. Цены бы тебе не было. Ну-ка. — Он вытащил из кармана рубашки блокнотик. — Что у тебя с остальными узлами? Ага. Остался всего один двойной, и зачет будет. Может, сейчас и продемонстрируешь?

— Нет, потом, — решительно воспротивился Герасим.

— Ладно, — не настаивал Бельмондо. — До завтра дело терпит.

Со стороны главного корпуса протрубили в охотничий рожок. Это был сигнал к обеду.

— Пошли скорей, — мигом оживился Павел. — Есть хочу, умираю.

— Нашел чем удивить, Луна, — фыркнула Варя. — Лучше скажи, когда ты не хочешь есть.

— Идите, — отпустил их Бельмондо.

Вся компания быстрым шагом устремилась к столовой…

Иван, Герасим, Марго, Варвара, Павел и Сеня учились вместе в восьмом «А» классе экспериментальной авторской школы «Пирамида». Точнее, теперь они уже перешли в девятый и две недели назад, в начале июня, уехали вместе с большей частью своего класса в подмосковный лагерь. Впрочем, лагерь тоже назывался школой — «Школой выживания». Организовал его ещё год назад учитель физкультуры Исаак Наумович Капустин вместе со своим старым другом — отставным военным биологом Карлом Луарсабовичем Тополем. Первый сезон «Школы выживания» прошел очень успешно. Все выжили и остались безумно довольны. Брали в «Школу выживания» только после окончания восьмого класса. Те, кто был младше, страшно завидовали счастливчикам.

Второй сезон едва не сорвался. Ибо в прежнем месте сдать территорию под лагерь отказались. Однако потом чьи-то родители нашли замечательную пустующую турбазу на берегу огромного озера под названием Лазоревое. Осмотрев местность, Исаак Наумович и Карл Луарсабович пришли к единодушному мнению, что места для их «Школы выживания» лучше не придумаешь. Как заметил по сему поводу Бельмондо, «от Москвы всего ничего, а глухо, словно в сибирской тайге».

К тому же озеро изобиловало множеством небольших островов, которые были совершенно необитаемы, как, впрочем, и сам берег озера, на котором располагалась турбаза. Все это идеально подходило для «итогового испытания». После трехнедельной подготовки на турбазе ребят по двое должны были высадить на островах. Там им и следовало выживать в течение трех дней, используя полученные знания. С собой участникам эксперимента разрешалось взять лишь минимум самых необходимых предметов и продуктов.

Предполагалось, что оба руководителя два раза в день утром и вечером будут инспектировать на катере состояние дел. Так что не выдержавший суровых условий «робинзон» мог попроситься обратно на базу. В общем, жизни участников ничего особенно не угрожало. Зато эксперимент сулил множество острых ощущений. И, естественно, шестеро друзей, называвших себя Командой отчаянных, с нетерпением ждали этой поездки.

Верней, с нетерпением ждали пятеро — Иван, Павел, Сеня, Марго и Варвара. Шестой, Герасим, в глубине души как раз скорее завидовал тем одноклассникам, которых не пустили родители, ибо вообще не переносил походных условий и любил жить в комфорте. Тем более ему совершенно не улыбалось «где-то там под кустом выживать». Каменное Муму предпочитал просто жить, желательно со всеми удобствами: кроватью, горячей водой, вкусной пищей и, главное, без комаров. Потому что с комарами Каменное Муму ужиться никак не мог. «У нас с этими тварями несовпадение взглядов, — объяснял он. — Я их ненавижу, а они, наоборот, меня очень любят».

Короче, ехать он никуда не хотел. И усиленно намекал родителям, что, мол, многие предки запрещают такие опасные поездки. Но номер не прошел. Если мать и впрямь немного колебалась, то дедушка Герасима, Лев Львович Каменев, которого Павел метко прозвал Львом-в-квадрате, решительно заявил: «Мой внук поедет! Иначе он никогда не станет настоящим мужчиной. Вы из него и так почти сделали размазню». И вопрос с Герасимом был решен.

Нельзя сказать, чтобы Каменное Муму сильно из-за этого горевал. Друзья-то все ехали. Значит, по крайней мере пол-лета проведут вместе, а не как в прежние года, порознь. Однако Герасим предпочел бы совместный отдых в более цивилизованных условиях.

Но всего в жизни сразу никогда не получишь. Поэтому теперь Муму как мог приспосабливался к условиям жизни в «Школе выживания». И, разумеется, постоянно ворчал, а Варя, естественно, то и дело над ним подтрунивала. Вот и сейчас, уже на подходе к столовой, ехидно осведомилась:

— Герочка, как это тебе удалось завязать нужный узел?

— Легко, — небрежно бросил Каменное Муму, хотя на самом деле собственный успех оставался для него совершеннейшей тайной.

Столовая располагалась в главном корпусе бывшей турбазы. Это было круглое двухэтажное здание. Низ занимали столовая и кухня, верх прежде отводился под различные административные помещения, которые теперь за ненадобностью практически пустовали. Луна все прибавлял и прибавлял шаг, — запах еды властно манил его.

— Пашка, — едва поспевала за ним Варя, — не понимаю, как ты при таком аппетите собираешься выжить на необитаемом острове?

— А ты не расстраивайся, — весело улыбнулся Павел. — Если боишься за собственную жизнь, то учти, что я не людоед.

— Так многие говорили, — с мрачным видом изрек Муму. — А когда после кораблекрушения им жрать нечего становилось, тогда и… — и выдержав выразительную паузу, он добавил: — Знаете, сколько людей съели?

— Герка, что ты несешь! — поморщилась Маргарита.

— Это не я несу, а вы просто темные люди и ничего не знаете, — в голосе Каменного Муму послышались назидательные интонации. — Между прочим, юнг на корабли зачем брали?

И он выжидающе посмотрел на Марго.

— Ну, — откликнулась девочка, — их в плавании обучали всему. Юнги готовились стать настоящими матросами.

— Это кому везло, — загробным голосом продолжал Герасим. — А кому не везло, те не готовились, а из них, наоборот, готовили.

— Герка, — Марго строго свела к переносице густые черные брови. — Что тебя разобрало перед обедом такие гадости сочинять?

— И не думаю сочинять, — откликнулся тот. — Это исторический факт. Собственными глазами читал.

— Понятно, — хохотнул Павел. — Муму внес хорошее конструктивное предложение. Кого из нас выбираем юнгой?

— Естественно, тебя, Паша, — мигом отреагировала Варвара. — Ты у нас большой, толстый. На всех хватит.

— Правильно! — засмеялся Иван. — Герка, правда, ещё выше Луны, но слишком уж тощ. Одна кожа да кости.

— Невкусно, — кивнула Варвара.

— Ясное дело, — на сей раз горячо поддержал её Каменное Муму. — Я несъедобный.

— Не совсем точно, Герочка, — внесла поправку Варя. — Ты невыносимый.

— Вот уж кто бы молчал, — с ходу завелся Герасим. — И это после того, как именно ты, Варвара, мне чуть все дело с узлами не загубила.

— Я загубила? — захлебнулась от возмущения девочка.

— Ребята, — спешно вмешался Павел, — давайте не портить друг другу аппетит. А все ссоры оставим до «тихого часа».

— Вот еще! — запротестовала Варвара. — Купание портить. А что касается твоего аппетита, Луна, тебе даже полезно немножко его отбить.

— В корне неправильно, — покачал головой Павел. — Неужели не понимаешь? Я наедаюсь впрок. Как верблюд. На три дня вперед.

— Во дур-рак, — Варвара покрутила пальцем у виска. — Учти: чем больше ты сейчас лопаешь, тем сильнее будет хотеться есть потом…

— Ты чего, Варька, — ткнув её пальцем в плечо, ухмыльнулся Баск. — Наоборот, пускай лопает. Нам же больше потом достанется. Мы ведь его юнгой выбрали. Кстати, Герка, — перевел он взгляд на Каменное Муму, — в твоих книгах было написано, хорошо ли кормили юнг перед кораблекрушениями?

— А то, — кивнул Герасим.

— Ну, все. С меня хватит, — сказала Марго и первой вошла в столовую.

Едва ребята переступили порог и оказались в гулком зале, им преградил дорогу широкоплечий мужчина.

— Семен, — требовательно обратился он к Баску. — Доложи обстановку.

— Да все нормально, дядя Вася, — скороговоркой отозвался тот.

— А я уж тебя обыскался, — с волнением произнес тот. — Почему в столовую опаздываешь?

— Зачет по кострам сдавали, — объяснил Сеня.

— Ладно, — успокоился дядя Вася. — Свободен. Иди ешь.

И он направился к столу, за которым сидели преподаватели. Сеня тяжело вздохнул,

— Вот привязался, — пожаловался он ребятам. — Говорил же предку: не нужна мне тут никакая охрана. Меня никто из его врагов в этой глуши не найдет.

— Если кому надо, везде найдут, — усаживаясь за стол, возразил Герасим. — Только кому ты нужен?

— Вот именно, — поддержал его Баск. — Даже в «Школу выживания» по-человечески нельзя съездить.

Отец Сени Баскакова, Виталий Семенович, был крупным бизнесменом и занимался нефтью. А так как крупный бизнес — дело рискованное, то Баскаков-старший, естественно, очень беспокоился о безопасности семьи и, в частности, Сени. В обычную школу его из загородного дома возил все тот же водитель-охранник дядя Вася. И в «Школу выживания» он отправился вместе с Баском.

Сеня, конечно, пытался протестовать:

— Это что же, дядя Вася со мной и на остров выживать увяжется?

— Ясное дело, — строго ответил ему отец.

Но мужественный Баск продолжал бороться, и в результате было решено: на необитаемый остров дядя Вася с ним не поедет, лишь дважды в день будет приплывать туда вместе с Бельмондо для инспекции. Баск и тому был рад: все же не так унизительно.

Правда, первые дни после приезда в «Школу выживания» водитель-охранник тенью ходил за Сеней, чем страшно раздражал не только своего подопечного, но и его друзей. Однако, убедившись, что жизни Баска вроде бы ничего не грозит и «посторонних подозрительных элементов» в округе не наблюдается, дядя Вася поубавил рвение и переключил основное свое внимание на молодую преподавательницу английского языка Аделину Ивановну, которая в «Пирамиде» была классной руководительницей десятого «А», а здесь жила в корпусе девочек и приглядывала за ними.

Сейчас, в столовой, от Вариного зоркого взгляда не укрылось, что дядя Вася сидит именно рядом с англичанкой.

— Сеня, — ухмыльнулась Варвара. — Если так дальше пойдет, боюсь, у тебя скоро будет не один охранник, а два.

— Пущай друг друга лучше охраняют, — отмахнулся Баск. — А я пока отдохну от этого навязчивого сервиса.

Дядя Вася как раз шепнул что-то на ухо Аделине Ивановне, та засмеялась.

— Нет, Сеня, — тут же прокомментировала происходящее Варя. — Я вполне серьезно.

— Ребята, сегодня соляночка! — громко и радостно воскликнул Луна.

— Кушай, кушай, юнга, — откликнулся Сеня.

Луна охотно последовал его совету. Смолотив свою порцию солянки, он съел ещё половину порции Герасима, ибо тот заявил, что терпеть не может тушеную капусту.

— Вот попадем на необитаемый остров, — властно придвинул к себе его тарелку Павел, — тогда посмотрим, что ты можешь терпеть, а чего не можешь.

Каменное Муму промолчал, однако это было лишь временное затишье. Едва на третье подали бананы и компот, как он заявил:

— Я требую паритета. Луна, гони мне быстро один банан и половину компота.

— Ни фига, — Павел тут же очистил и засунул в рот второй банан.

Еще не прожевав его, он принялся судорожно поглощать компот.

— Это называется: умрем, но не отдадим врагу ни пяди родной земли, — Варя с большим интересом наблюдала за маневрами Павла. — Ты, главное, не лопни.

— Во! — заржал Сеня. — А то нам придется Герасима вместо тебя юнгой выбирать. А от него какая же польза. Даже солянку не ест. Рябчиками его, что ли, откармливать.

— Против рябчиков ничего не имею, — заявил Муму.

— Съесть-то он съест, да где ж их взять, — перефразировала известный анекдот Варвара.

Поняв, что «паритета» добиться не удалось, Герасим деловито осведомился:

— Давайте договоримся, где и когда назначаем встречу.

Раскрасневшийся сильнее обычного Луна взглянул на часы:

— Через тридцать пять минут возле большой сосны.

— Рядом с дырой в заборе? — уточнила Марго.

— Естественно, — кивнул Павел. — Только, девчонки, постарайтесь, чтобы никто не заметил, а главное, чтобы никто больше не увязался.

— Сами постарайтесь и не учите нас с Марго жить, — огрызнулась Варя.

— Мы-то как раз все умеем, — выпятил острый подбородок Герасим.

— Да-а, — протянула Варя. — Ты Мумушечко Каменное, умеешь. Кто это у нас в прошлый раз чуть Бельмондо на след не навел?

Муму нервно передернул костлявыми плечами. «В прошлый раз», о котором теперь столь бестактно и, по мнению Герасима, совершенно не к месту упомянула Варвара, Команда отчаянных решила предпринять ночную вылазку на берег озера, разжечь там костер и испечь стыренную на кухне картошку.

Жребий тырить картошку выпал Каменному Муму. Не придумав ничего лучшего, он просто заявился на кухню, где решил действовать по обстоятельствам. Они сразу сложились не в его пользу. То есть нельзя сказать, что повариха Мария Васильевна не обрадовалась появлению Герасима. Едва увидав его, она сказала:

— Давай, давай, дежурный. Вон сколько посуды скопилось. Сейчас мыть поможешь. И в другой раз не опаздывай. Иначе до обеда не управитесь. Где остальных-то носит?

Герасим кинул лишь беглый взгляд на груду посуды и тут же пришел к выводу, что столь трудоемким способом внедряться на кухню ему не хочется.

— Марья Васильевна, я сегодня не дежурный, — поспешил он внести ясность.

— А чего тебе тут надо? — поинтересовалась повариха.

— Да я… вот… тут… — Муму никак не мог изобрести убедительного предлога и переступал с ноги на ногу.

Пышная Мария Васильевна внимательно на него посмотрела и жалостливо произнесла:

— Тощий-то какой. Одна кожа да кости. Голодный небось? Добавки к завтраку хочешь?

— Да я… да нет, — пролепетал Муму, однако сердобольная повариха считала теперь просто священным долгом поддержать силы в этом, на её взгляд, «несчастном парне, которого дома, наверное, недокармливают».

— Садись! — и она властно указала на табуретку.

Герасиму ничего не оставалось, как последовать приказу. В следующий миг перед ним стояла огромная глубокая тарелка гречневой каши с молоком и ещё одна, мелкая, с манными биточками, щедро политыми вишневым сиропом.

При виде всего этого великолепия Герасим горько пожалел, что не согласился сразу мыть посуду. Организм его с самого раннего детства был устроен как-то так, что утром категорически отказывался принимать пищу. По семейным преданиям Каменевых, маленького Муму кормили с песнями, сказками и прочими отвлекающими маневрами, благодаря которым в него иногда удавалось запихнуть ложку-другую жидкой каши. До сих пор он утром мог съесть лишь кусок печенья с чаем. Зато к обеду в нем что-то включалось, и он с лихвой восполнял упущенное.

Однако до обеда было ещё далеко. К тому же Герасим только что съел в столовой булочку. А главное, даже если и не принимать во внимание отсутствие аппетита, Герасим терпеть не мог гречневую кашу с молоком, а вчерашние манные биточки с сиропом были вообще особой песней. Даже всеядный Луна, у которого от свежего воздуха аппетит достиг поистине устрашающих размеров, отколупнув за ужином маленький кусочек манного чуда, категорически заявил:

— Это, ребята, несъедобно. Никому не советую.

И остальная часть Команды отчаянных охотно с ним согласилась.

Повариха нерешительность Герасима истолковала по-своему.

— Ты не стесняйся, парень, — с чувством обратилась она к нему и, мысля вслух, осуждающе добавила: — Набрали доходяг и ещё на выживание спытывать собираются, изверги. А ты ешь, ешь. Набирайся силов.

«Вот уж, боюсь, после этого у меня «силов не прибавится», — Каменное Муму трагически взирал на угощение. От одного вида биточков и каши его начало мутить, однако он понимал: отказ от даров приведет к полному разрыву дипломатических отношений с Марией Васильевной, и тогда на картошке можно ставить крест, а ему, Герасиму, насмешек от Варвары и так хватает выше крыши. «Нет уж, — мужественно решил он. — Раз так получилось, придется нести свой крест до конца!»

Выдавив из себя: «Спасибо, Мария Васильевна, очень кстати» — он, стараясь действовать автоматически, принялся за кашу. Любой из хорошо знавших Герасима без труда прочел бы сейчас на его лице: «приказано выжить! «Повариха, однако, Герасима почти совсем не знала, а потому ничего тревожного в глаза ей не бросилось.

Каменное Муму ещё втайне надеялся, что крест придется нести не до самого конца. «Вдруг, например, её сейчас кто-нибудь позовет, — с мукой глотая кашу, думал он. — Тогда я все это по-тихому выкину, потом прихвачу картошечки из мешка, и только меня здесь и видели».

Муму мечтал, чтобы повариха покинула кухню, прежде чем дойдет очередь до биточков. Однако, на его беду, сердобольная женщина объявила:

— Пока дежурные не пришли, пожалуй, сама посудой займусь, чтобы времени не терять. А ты кушай.

Герасим, проклиная миг, когда ему пришло в голову официально явиться на кухню, колупнул ложкой биточек и чуть не подавился: в кухонном окне возникли улыбающиеся физиономии Варвары и Марго. Те, в свою очередь, заметили, что лежит на тарелке Герасима. Глаза у обеих сделались квадратные, и Каменное Муму понял: в ближайшие два дня покоя ему от них не будет. Ох как ему в этот момент хотелось запустить в девчонок биточками, однако, сделав над собой последнее усилие, он их доел.

— Ну, сыт? — участливо осведомилась повариха.

— Спасибо.

Видимо, Герасим улыбнулся столь кисло, что девчонки за окном прыснули и немедленно исчезли.

— Мария Васильевна, — Муму решился наконец перейти к главной цели визита, — а немножко картошечки можно?

— Изверги, — вновь завела свое повариха. — Это ж надо придумать, чтобы дети насильно выживали в мирное время. Ты, парень, только сырую не ешь, — с беспокойством проговорила она. — Плохо станет. Давай я лучше тебе отварю.

— Не станет, — с апломбом заявил Герасим. — Это в нашей семье диета такая. Дедушка изобрел. А он у меня ученый. Доктор наук.

Лев-в-квадрате и впрямь был доктором наук, но только в области физики и к поеданию сырой картошки никакого отношения не имел.

— Я, конечно, женщина старая и в чужие дела не вмешиваюсь, — по-своему восприняла новую информацию Мария Васильевна, — но ты все-таки дедушке своему от меня передай: именно через эту сырую картошку ты такой тощий и есть.

— Значит, не дадите? — Герасим прикинулся обиженным.

— Да бери, если хочешь. Мне не жалко.

Муму, пока повариха не передумала, набрал в полиэтиленовую сумку изрядное количество картошки.

— Большое спасибо.

Тут, на его удачу, в кухню наконец ввалились дежурные, и он, по-английски, не прощаясь, смылся.

По поводу биточков опасения Каменного Муму полностью оправдались. Марго-то ладно. Она вообще не отличалась особенной вредностью, а вот Варвара разгулялась вовсю. Трагизм положения усугублялся тем, что при одном лишь упоминании о биточках у Герасима начинались спазмы в желудке. Но самое драматическое произошло ночью, когда Команда отчаянных, вооруженная с трудом добытой картошкой, в кромешной тьме пробиралась к лазу в заборе, которого на этот раз им так и не суждено было достигнуть, ибо Герасима угораздило свалиться в густые заросли крапивы.

Если бы ещё он свалился молча. Но нет: он принялся так вопить, будто не в крапиву упал, а крокодила увидел. И хотя от спальных корпусов ребята находились уже довольно далеко, Герасима все равно услышали. На беду Команды отчаянных, Борис Исаакович и Карл Луарсабович как раз перед сном совершали ночной обход территории. И, разумеется, рев обстрекоченного Герасима вызвал у обоих руководителей неподдельный интерес.

— Стой, кто идет? — гаркнул Карл Луарсабович.

— Сопротивление бесполезно! — добавил Бельмондо. — Руки вверх! Иначе стреляю.

Герасим мигом забыл о боли и замер в своей крапиве. До него донесся шепот Павла:

— Ребята, быстро в кусты.

Команда отчаянных в темпе последовала приказу и затаилась в густых зарослях орешника. На тропинке почти тут же возникли темные силуэты двух руководителей.

— Кто тут? Выходи! — снова послышался властный окрик Карла Луарсабовича.

И, на счастье ребят, нечто из кустов действительно вышло. Это была большая лохматая собака. Держась на безопасном расстоянии от мужчин, она грозно зарычала и резко кинулась прочь.

— Со-обака, — ошалело протянул Бельмондо.

— Да небось из деревни, с той стороны озера, — судя по тону, не особенно удивился его напарник.

— Полагаешь, она так орала? — спросил Бельмондо.

— Полагаю, с кошкой подралась, — откликнулся Карл Луарсабович.

— Слава богу, что так, — выдохнул Бельмондо. — А то если бы кого постороннего поймали, этот Василий устроил бы нам тут операцию «Буря в пустыне».

— Василию ни слова, — предупредил друга Карл Луарсабович. — Иначе он все испортит. Так он и поверит, что это была собака.

И они ушли. Ребята кинулись к спальным корпусам, и вовремя. Едва они забрались в постели, как Бельмондо и Карл Луарсабович, решив, видимо, на всякий случай подстраховаться, нагрянули с проверкой. Сперва в корпус мальчиков, потом — к девочкам. Но так как все оказались на месте, руководители «Школы выживания» окончательно успокоились.

Рано утром Луна растолкал Герасима.

— Жми за картошкой.

— Опять в крапиву? — подскочил на кровати Муму.

— Иначе снова отправишься биточки есть, — сурово проговорил Иван.

— Тогда уж лучше в крапиву, — тяжело вздохнул Герасим.

Глава II.

ЛОДКА

Kостер и картошку Команде отчаянных удалось организовать лишь неделю спустя. Потому что в ближайшую после происшествия ночь Бельмондо и Карл Луарсабович на всякий случай по несколько раз наведывались в спальные корпуса. Видимо, у обоих наставников все-таки осталось сомнение в том, что крик вчера подняли собака и кошка. Правда, ещё через несколько дней они успокоились, но, как назло, каждый вечер принимался лить дождь и тучи рассеивались лишь к утру. Варвара, руководствуясь какой-то своей, по словам Муму, «чисто женской логикой», обвиняла в капризах погоды его. Однако он невозмутимо отвечал:

— Пиши, Панова, запрос в небесную канцелярию. Я тебе не господь бог.

— И это, между прочим, большое счастье, — парировала его выпад Варвара. — Братцы, — обратилась она к остальной части компании. — Воображаете, что за мир создало бы наше Каменное Муму?

И она выразительно закатила голубые глаза.

В итоге Герасима совершенно достали её шуточки. Правда, когда наконец ночная погода наладилась и замысел с костром удалось осуществить, Варя вроде бы забыла эту историю.

— Через тридцать пять минут, — напомнил девчонкам Павел.

И компания разошлась в разные стороны: девочки к своему спальному корпусу, ребята — к своему.

Ровно тридцать пять минут спустя Марго и Варвара остановились под большой сосной, находившейся в пятнадцати шагах от лаза в заборе. Измерил расстояние в свое время Луна. Поэтому Варвара говорила, что сосну от забора отделяет «пятнадцать лун», ибо шаги у всех разные.

Сейчас, однако, Луны поблизости не наблюдалось. Даже его шагов не слышалось. Как, впрочем, и остальных мальчишек.

— А говорят, что точность — вежливость королей, — у Марго чуть вздернулись вверх уголки губ.

— Подруга, — театрально вздохнула Варя, — где ты видела среди наших хоть одного, ну самого захудалого короля? Или, к примеру, принца?

— Смотря кого считать королем или принцем, — очень тихо отозвалась Марго. — Вот, например, Баск у нас почти нефтяной принц.

Варя хмыкнула:

— Может, ты в чем-то и права. До принца Саудовской Аравии нашему Сене, конечно, далеко, зато у него даже свита имеется в лице дяди Васи.

В огромных черных глазах Маргариты мелькнула тревога. И она уже совсем другим, без тени юмора тоном осведомилась:

— Варька, как ты думаешь, с ними ничего не случилось?

Однако подругу её не так-то легко было вывести из равновесия. И она, вновь усмехнувшись, ответила:

— Конечно, случилось. Мумушечка по пути встретился со своей подружкой-поварихой, и она как раз в этот момент запихивает в него очередную порцию манных биточков.

Они прождали ещё пять минут. Мальчишки по-прежнему не появлялись.

— Нет, Варька, — тревога охватила Марго пуще прежнего. — Просто так они бы настолько не опоздали.

— Да вон они, успокойся, — Варя первой заметила возглавлявшего процессию мальчиков Каменного Муму.

— Вы ещё позже не могли? — с ходу напустилась на них Маргарита.

— Мы не виноваты! — хором воскликнули Иван и Луна.

— Это все Муму, — добавил Баск.

— Совершенно неверно, — Герасим выпятил острый подбородок. — Нас задержал Бельмондо.

— Нас задержал! — возмутился Сеня. — Если бы не ты, Герка, Бельмондо сразу бы ушел. На фига ты полез с ним спорить?

— Это он полез со мной спорить, — Муму не собирался признавать собственной вины.

— А промолчать ты не мог, да? — посмотрел на него Иван.

— Может, ты, Пуаро, и смолчал бы ради личной выгоды, — с осуждающим пафосом изрек Муму, — а я человек принципиальный.

— Ах ты, наш Джордано Бруно, — фыркнула Варя. — Готов страдать за собственные убеждения вместо того, чтобы купаться.

— Дурак он, а не Джордано Бруно, — Баскаков в сердцах пнул ногой большую шишку.

Шишка взлетела в воздух и, описав причудливую дугу, приземлилась на коротко стриженную голову Герасима. Лицо его исказилось от ярости. И он процедил сквозь зубы:

— Я бы советовал некоторым быть поосторожнее.

— Он случайно, — поторопилась вмешаться Марго. — Лучше расскажите, о чем вы там спорили?

— Придумай самый дурацкий повод, все равно ничего глупее не изобретешь, — в сердцах бросил обычно добродушный Луна.

— Да в чем дело-то, не томите, — обе девочки уже сгорали от любопытства.

— Дело в том, — на полном серьезе объяснил Муму, — что Бельмондо совершенно не врубался, как нужно правильно сушить кроссовки. Вернее, не сам Бельмондо, а Карл.

— При чем тут Карл? — сильнее прежнего удивилась Марго. — Ты же вроде с Бельмондо спорил.

— С ним, — подтвердил Муму, — но он озвучивал мнение Карла.

— Ему, видите ли, — вмешался Иван, — не понравилось, что на нашей форточке висят Геркины кроссовки. Карл считает, что это «не по уставу». О чем нам и доложил Бельмондо.

— А зачем они там висели? — поинтересовалась Марго.

— Сушились, — буркнул Герасим. — Я выстирал их и, естественно, решил сушить на ветру, чтобы поскорее. А Бельмондо зациклился: «Сними. Могут и под кроватью сохнуть».

— Другой бы что сделал? — перебил его Иван. — Снял, а после ухода Бельмондо снова вывесил бы, раз уж так приспичило.

— Но ведь наш Муму принципиальный, — усмехнулся Луна. — Поэтому начал вталдычивать Исааку Наумовичу, что под кроватью его любезные кроссовки будут не сохнуть, а киснуть. А если на форточке их сушить, то к вечеру надевать уже можно.

— Но Бельмондо ведь тоже не мог так просто уступить, — добавил ещё один штрих Баскаков, — вот они минут двадцать и бодались.

— И кто победил? — полюбопытствовала Варвара.

— Ничья, — развел руками Луна. — Пришлось сперва снять кроссовки, а когда Бельмондо удалился, Герка повесил их на прежнее место. Нет чтобы сразу так сделать. Кучу времени зря потеряли.

— Зато Мумушечка почти самоутвердился, — сказала Варя и первой юркнула сквозь лаз в заборе.

Следом за ней должен был пролезть Герасим. Однако, закрыв своим тощим длинным телом пространство, он вдруг замер как изваяние.

— Ты чего, совсем? — покрутил пальцем у виска Баск.

Длинное лицо Герасима вытянулось сильнее обычного, и он трагически произнес:

— Я плавки забыл. Из-за Бельмондо.

— А в трусах тебе слабо покупаться? — Сеня пытался протолкнуть его сквозь лаз.

— Не могу, — Герасим намертво заткнул своим телом проход на волю.

— Да не стесняйся, Муму, мы с Марго отвернемся и смотреть на тебя не будем, — пообещала Варя.

— Все равно не могу, — стоял тот на своем.

Марго тяжело вздохнула. Когда Каменное Муму на чем-нибудь зацикливался, спорить не имело никакого смысла.

— Вы меня подождите, а я сейчас, мигом, — сказал он.

— Нет уж, — отрезал Иван. — Торчать тут лишку мы не будем. Еще зацапают.

Опасения его были не напрасны. За территорию лагеря ребятам запрещалось выходить без руководителей. И купаться разрешали только на специальном пляже рядом с пристанью. По графику и под присмотром взрослых.

Ребят это крайне возмущало. «Никакой логики! — говорили они. — Тоже, «Школа выживания». На необитаемый остров, значит, можно, а купаться, когда хочешь, нельзя». А Бельмондо невозмутимо объяснял: «Вот на необитаемом острове и купайтесь сколько влезет, а здесь мы за каждого из вас отвечаем. Извольте подчиняться распорядку, а кто не согласен, отправляем в Москву».

Однако ребятам все равно хотелось купаться, причем не по команде. Поэтому, проведя разведку, они обнаружили в километре от лагеря небольшой и очень уютный песчаный пляжик. Озеро здесь образовало небольшой залив с прозрачной и теплой водой. А главное, это место ни с пристани, ни из лагеря не просматривалось. Улизнул с территории — и наслаждайся жизнью. Только вернуться надо было столь же незаметно, как и ушел. И, учитывая все эти обстоятельства, торчать у лаза никому не хотелось.

— Давай, Муму, мухой туда и обратно. Мы будем на нашем месте.

— Как хотите, — Герасим соблаговолил наконец освободить проход остальным.

— У бедного мальчишки совсем не те трусишки, — проводила его стихотворной репликой Варя.

Однако Герасим, по-видимому, не услышал. Во всяком случае, ответа от него не последовало.

Команда отчаянных минус Герасим двинулась гуськом по узкой тропинке, петлявшей между зарослями густого леса. Кроны вековых деревьев смыкались высоко над головами ребят, мешая лучам солнца добраться до земли. Однако в лесу все равно было очень жарко и душно. Даже птицам, видимо, лень стало петь.

— Ох сейчас я дойду, ох нырну… — мечтательно выдохнул Луна.

— Ты, Паша, сперва дойди, — откликнулась Варя.

— Откуда такой пессимизм, Варвара? — Луна вытер майкой пот с пунцово-красного лица. — Решила Герасима заменить?

— Герасима нам никто не заменит, — сказала Варя и засмеялась.

— Точно, — поддержал её Баск. — Муму у нас — уникальный экземпляр.

— Ребята, пошли быстрее, — взмолилась Марго. — Я уже больше не могу. По-моему, тут вообще кислород отсутствует.

— Выходит, враки нам по биологии впаривали, — Баск уже и сам едва дышал. — Помните, все растения углекислый газ поглощают, а кислород выделяют. По-моему, в этом лесу происходит все наоборот, — они уже весь кислород поглотили.

— Или в данном конкретном лесу растения вступили в заговор, — высказал ещё одну смелую гипотезу Иван.

— Точно. Они решили уничтожить человека — царя природы, как биологический вид, — Варвара даже в такой духоте сохраняла чувство юмора.

— Именно, — тяжело отдуваясь, добавил Луна, — тогда никто больше не будет их пилить, ломать и вообще приставать.

Выйдя к заливчику, вся компания, не сговариваясь, скинула на бегу одежду и с воплями, поднимая фонтаны брызг, кинулась в воду.

— Хорошо-о-о! — вопил Баск.

— Как мало человеку надо для счастья! — откликнулся Павел и нырнул. В воздухе мелькнули его пятки.

Ребята плавали, ныряли, брызгались, «топили» друг друга — словом, по выражению Баска, «отрывались по полной купальной программе». Вдруг Варя спохватилась:

— Братцы, а где наш Мумушечка? Что-то его долговато нету.

— Небось Бельмондо опять кроссовки засек на форточке, — предположил Сеня, — а Герка отстаивает свое право вешать их где угодно.

Однако Варе столь долгое отсутствие Герасима по-прежнему казалось странным. Покупавшись ещё минут десять, она напомнила друзьям:

— Подумайте, его все ещё нет. Хлебом Муму не корми, дай только внимание к себе привлечь.

— Слушайте, а он не мог заблудиться? — спросила Марго.

— Этот… может, — Баск сделал ударение на первом слове. — Когда речь идет о Каменном Муму, для меня лично нет ничего неожиданного.

Герасим и впрямь ухитрялся попадать в самые фантастические ситуации буквально на ровном месте.

— Нет, все-таки где же он? — третий раз повторила Варя.

— Где-то там, — Баск махнул рукой в сторону леса. — А может, уже и не там.

— Напали на Герочку серые волки, остались от Герочки рожков осколки, — пропела Варя, хотя на душе у неё почему-то было неспокойно.

— Давайте лучше жизнью наслаждаться, — по-дикарски взревел Луна и с размаха плюхнулся в озеро, вытеснив своим мощным телом немалое количество воды, которая сияющими брызгами взметнулась вверх.

Сеня с Иваном уже хотели последовать его примеру, когда из прибрежных кустов раздался ещё один вопль:

— Ребята! Я тут такое нашел!

В следующий момент на берег с треском вывалился Герасим.

— Где тебя носило? — накинулись на него друзья.

— Неважно, — отмахнулся он. — Я тут такое нашел…

— Где? Что? — наперебой стали расспрашивать ребята.

— Лодку! — сообщил Муму с таким видом, будто бы обнаружил по меньшей мере золотой самородок.

Команда отчаянных разочарованно переглянулась.

— Вот уж не сенсация, — пожала плечами Варя. — Этих лодок тут целых три штуки на пристани.

— Это не то же самое, — с прежней многозначительностью продолжал Герасим. — Она там, в кустах, и к тому же спрятана.

— Спрятана? — заинтересовался вынырнувший из воды Луна.

— Ну, — подтвердил Герасим.

— Показывай, — потребовал Луна.

Каменное Муму немедленно рванул в кусты. Сеня и Павел — за ним.

— Стойте! — крикнула Варя. — Дайте хоть босоножки надеть. Мне по лесу босиком больно.

— Только быстро, — Герасим высунул из кустов недовольную физиономию.

— Быстро, быстро, — прыгая сперва на одной, потом на другой ноге, передразнила его Варя. — А сам до нас сколько времени перся. Можно подумать, ты из Америки пешком шел.

— Из Америки нельзя, — назидательным тоном заявил Муму. — Через океан пешком не переберешься.

— Спасибо, дорогой господин Кук, — Варвара наконец застегнула обе босоножки. — Просветил.

Остальные к этому времени тоже успели обуться, потому что по лесу никому не хотелось идти босиком. Как верно заметил Луна, «ноги у нас непривычные, городские». А Каменное Муму добавил: «Отдалились мы от природы» — после чего Команда отчаянных углубилась в чащу леса.

Заметив, что Герасим ведет их в противоположную сторону от лагеря, Иван поинтересовался:

— Как тебя, Герка, сюда занесло?

— Да-а, — смущенно протянул тот, — понимаете, решил к вам с другой стороны зайти, чтобы напугать.

Однако в его ответе уверенности не ощущалось, и Варя с усмешкой сказала:

— Ладно лапшу нам на уши вешать, друг природы, господин Кук. Признайся уж лучше, что заблудился.

— Не заблудился, а специально свернул немного влево, — упрямо стоял на своем Герасим. — Я, в отличие от вас, человек любопытный и неленивый. Захотелось посмотреть другие места.

— Ну да, — не оставляла его в покое Варвара. — Сперва тебе, может, и захотелось посмотреть, но потом ты точно заблудился. А так как из нас шестерых ты отдалился от природы сильнее всех, то потом никак не мог нас найти.

Муму промолчал. Однако по обиженному выражению его лица друзья сразу поняли: Варя попала не в бровь, а в глаз.

— Я только одного не понимаю, — в полном ошеломлении пробормотал Павел, — каким образом можно сбиться с этой тропинки, если она ведет от дырки в заборе прямиком к заливчику. Тут каждый дурак с закрытыми глазами доберется.

— Это, Паша, каждый простой дурак, — не замедлила с колкостью Варя. — А Мумушечка у нас дурак уникальный. Из тех, которые похожи на умных. То есть самый тяжелый случай.

В спокойной обстановке Герасим такое без ответа бы не оставил. Однако сейчас он был так взволнован, что, даже не обернувшись на Варю, бросился в сторону.

— Сюда, сюда, — призвал он остальных. — Вот. Полюбуйтесь!

Каменное Муму раздвинул густые кусты. Ребята разглядели в зеленом полумраке большую весельную лодку, плавно покачивающуюся на мелководье возле самого берега. Она была прикована цепью к толстому стволу старой ивы, ветви которой склонялись до самой воды. Лучшего места, чтобы спрятать её, и не придумаешь. Со стороны леса лодку от посторонних взглядов скрывали густые заросли. А со стороны озера — ветви ивы.

— Видели? — повторил Герасим.

— Если удастся открыть, — Сеня дотронулся до амбарного замка на цепи, — можем на этой штуке куда-нибудь сплавать.

— Без весел? — кинул на него вопросительный взгляд Иван. — Их ведь тут нет.

— Факт, нет, — кивнул Павел.

— А может, они где-нибудь поблизости тоже спрятаны, — Баску отчаянно хотелось покататься на лодке.

— Что нам стоит поискать, — Луна начал обшаривать кустарник.

Остальные последовали его примеру, однако весел нигде не оказалось. Тогда у Баска возник блестящий вариант:

— А давайте в лагере одолжим. Я точно помню: на пристани, в сарайчике, лежит несколько пар весел.

— Так тебе их и одолжили, — скептически покачал головой Герасим. — Вопросов будет куча.

— А мы одолжим неофициально, — Павел внес поправку в Сенин план. — Попользуемся и по-тихому вернем.

— Разбежался, — Герасима не воодушевило его предложение. — Интересно, как мы, по-твоему, сумеем незаметно пронести два весла через весь лагерь?

— И впрямь, — Марго вполне разделяла его опасения. — Даже если Бельмондо с Карлом и дядя Вася нас прошляпят, кто-нибудь из ребят засечет. И последует множество вопросов…

— На которые мы совсем не хотим отвечать, — договорила за неё Варя.

— В первый раз слышу от тебя что-то умное, — хмуро покосился на неё Герасим.

— Ох, как я рада, господин Кук! — с притворным восторгом воскликнула Варя. — Наконец-то вы признали у меня хоть маленькое наличие мозгов.

— Где же весла? Где же весла? — не оставлял поисков Сеня.

— Слушай, скоро весь лес прочешешь, — с характерной своею полуулыбкой произнесла Марго.

— Ты не поняла, — Сеня скрылся в очередных зарослях. — Неужели не врубаешься? Я хочу взять от свободы все.

Марго и Варя выразительно переглянулись. Они искренне сочувствовали Баску, который в Москве обычно шагу не мог сделать без присмотра.

— Слушайте, — Павел окинул друзей задумчивым взглядом, — а зачем эту лодку здесь спрятали? Вам это не кажется странным?

— Что именно? — решил уточнить дотошный Муму. — Что здесь спрятали? Или что просто спрятали?

— И то и другое в комплексе, — задумчиво отозвался Луна.

Теперь он внимательно смотрел на лодку и, запустив пятерню в густую кудрявую темную шевелюру, похоже, не обращался к друзьям, а мыслил вслух.

— Ее тут оставили… — пауза. — Давно? Нет, недавно.

— Факт, недавно, — так и не найдя весел, вылез из кустов взлохмаченный Баскаков. — Смотрите, краска совсем свежая.

— И, между прочим, у неё даже название есть, — разглядел Иван. — Видите?

Теперь и остальные заметили. По блекло-зеленому фону шла черная надпись: «Волна».

— А цепь, между прочим, ржавая, — сказала Варя.

— И это означает, — подхватил Луна, — что ею давно уже пользуются. Вон как кора на дереве стерлась.

— Стерлась, — кивнула Марго. — Но самое странное, почему хозяин держит свою лодку в таком неподходящем месте? В деревне-то было бы удобнее. Там есть пристань и сторож. Ну, или у нас бы в лагере договорился.

— Там, между прочим, есть несколько чужих лодок, — отчетливо помнил Иван.

— А я о чем, — повернулась к нему Марго.

— Конечно, спрятана она здорово, — снова заговорил Луна. — Сразу и не разглядишь. Но мы-то вот нашли.

— Не просто мы, а Мумушечка, — сочла своим долгом уточнить Варя. — А он вообще обычно даже то, что нужно, никогда найти не может.

— Я всегда все, что нужно, нахожу, — Муму вступил в очередную полемику. — А когда тебе, Варька, кажется, будто я чего-то не заметил, это на самом деле значит, что я просто не счел нужным обратить на это внимание и…

— Ладно, — нетерпеливо перебил его Луна. — Дело не в том, что ты там, Герка, заметил, а совершенно в другом. Эту лодку при желании ничего не стоит увести. Даже с цепью.

— Запросто, — немедленно заявил Баск и, порывшись в кармане, извлек на свет перочинный ножик с кучей разнообразных приспособлений. — Засекайте время. Самое большое через пять минут я этот замок расковыряю.

— Не надо! Не надо! Верим! Верим! — запротестовала Варя. — Ты у нас, Сеня, конечно, технический гений, но весел-то все равно нет.

— И хозяина только зря спугнем, — добавил Иван.

— Ладно, — сдался под напором друзей Баскаков. — Вот весла притащим, тогда и замком займемся.

— Все-таки мне совершенно непонятно, — опять начал Павел, — зачем им тут лодку хранить?

— Может, они браконьеры, — выдвинул версию Муму.

— И зачем им, по-твоему, лодка? — не поняла Марго.

— Ну, они здесь сети какие-нибудь забрасывают, — и Герасим простер длинную костлявую руку к водной глади.

— По-моему, Герка, тут водятся одни головастики, — хмыкнула Варя. — А на них, как известно, много не набраконьеришь.

— Это тебе так кажется, — возразил Муму.

— По поводу головастиков или по поводу рыбы? — спросила Варя.

— Естественно, по поводу рыбы, — буркнул Герасим. — Бельмондо говорит, тут её много водится.

— Что-то я, пока мы купались, ни одной не встретила, — Варвара тряхнула мелкими золотистыми кудряшками.

— Ну ты даешь! — воскликнул Баск. — Там, в воде, мальков полно.

— А я думала, что это головастики, — ничуть не смутилась Варвара.

— Индюк тоже думал, — мстительно произнес Герасим, — а потом в суп попал.

— Возможно, это и браконьеры, — предположил Павел.

— Все равно мы у них эту лодочку позаимствуем, — совершенно зациклился Баск. — Когда мне ещё представится случай на веслах сплавать. Я имею в виду…

— Без охраны, — с усмешкой договорила за него Варя.

— Вот именно, — кивнул Баск.

— Братцы, — Павел постучал пальцем по циферблату часов. — Айда в лагерь. Иначе на полдник опоздаем.

— А я так и не искупался, — у Муму горестно вытянулось лицо.

— Тогда купайся по-быстрому! — велели ребята.

Пропускать полдник было нельзя. Иначе их уж точно хватятся.

— По-быстрому неинтересно, — уперся Муму. — Потом ещё переодеваться. Нет уж. Лучше в следующий раз.

— Вот это мне нравится, — Варя первой двинулась обратно в лес. — Какой тогда было смысл возвращаться за плавками?

Однако на сей раз задеть Герасима за живое ей не удалось. Он привел убийственный контраргумент:

— Если бы я не вернулся за плавками, мы никогда бы не обнаружили эту таинственную лодку.

— Точно! — поддержал его Баск. — И все сегодня у нас ограничилось бы банальным купанием. А с лодкой в нашей жизни появляются интересные перспективы.

Они успели точно к полднику, после которого Бельмондо повел всех на официальное купание. Так что Герасим все-таки поплавал. Потом Команда отчаянных лежала на разогретом солнцем песке.

— Вон сарайчик-то стоит, — мечтательно произнес вполголоса Сеня. — Может, прошвырнемся до него и как бы невзначай заглянем?

— Почему бы и нет, — всем надоело валяться без дела.

Они поднялись на ноги.

— Пашка, Сенька! — крикнул в это время их одноклассник Юрка Чичелин. — Айда в волейбол!

И он подкинул высоко в воздух мяч, а потом ловко поймал его.

— Нет, — решительно отверг это предложение Сеня. — Неохота.

— Ну и фиг с вами! — махнул рукой Чича и направился к другой группе ребят.

— У нас есть дела поважней твоего волейбола, — Баск торопливо вел всю компанию к сараю.

Дверь оказалась открытой. Заглянув внутрь, Сеня тут же заметил весла:

— Видали? — повернулся он к друзьям. — Стоят как миленькие. Бери, уноси и катайся!

— Ага, — без воодушевления произнес Иван. — И ты через весь пляж понесешь их к лесу?

— А я вообще не понимаю, почему в волейбол играть можно, а весла носить нельзя, — указал Сеня на Чичу, который уже успел сколотить две команды, и теперь ребята с воплями кидали мяч через сетку.

— Потому что, Баск, — объяснила Варя, — волейбол — это разрешенное мероприятие.

— Тут весел четыре пары, — пригляделся Баск. — Думаю, если мы одну сопрем, никто сразу и не заметит.

— Допустим, — сказал Иван, — но куда нам сейчас с ними деваться?

На этот вопрос ни у кого ответа не нашлось. Тащить весла в спальный корпус было рискованно. Если не Бельмондо, то кто-нибудь из ребят обязательно заметит, и тогда неизбежно пойдут разговоры.

— Придется отложить до завтра, — неохотно проговорил Баск. — Только где гарантия, что, когда нам понадобится, сарай снова будет открыт?

— Да он, по-моему, каждый день с утра до самого вечера стоит открытый, — успокоил его Луна.

— А потом, — вмешалась Варя. — Ты ведь, Баск, у нас технический гений. Сам ведь недавно хвастался, что умеешь перочинным ножом замки открывать.

— Открывать-то да, — подтвердил Сеня. — Только они потом не всегда закрываются.

— А тебе какая разница, что будет потом? — искренне удивился Герасим. — Ну, увидят, что дверь открыта. Мало ли почему. Замок может и сам по себе испортиться.

— Наверное, ты прав, — Сеню оставили последние сомнения.

— Тогда давайте, пока никого поблизости нет, — огляделся он по сторонам, — посмотрим, что это за конструкция.

Он склонился к скважине в двери и немедленно вынес вердикт:

— Элементарно. Без проблем.

— Чего изучаем? — за спинами ребят внезапно раздался строгий окрик.

Глава III.

БЛУЖДАЮЩИЙ СВЕТ

Bсе, кроме Баска, резко отпрыгнули в сторону, а он застыл, зачем-то держась за ручку распахнутой двери. Вид у него был такой, будто под ним внезапно разверзлась земля и одна-единственная ржавая ручка теперь удерживала его от падения в бездну.

— Чего изучаешь? — сверлил его строгим взглядом пожилой сторож, обросший седой щетиной.

— А-а… — выдавил из себя Баск и замолк.

— Да понимаете, — Варя пустила в ход все свое обаяние и, похлопав длинными ресницами, добавила: — Мы вот хотели тут узнать…

Обычно в критических ситуациях она отличалась большой изобретательностью и, как любил повторять Герасим, «могла кому хотите лапшу на уши повесить». Однако на сей раз запас её красноречия тоже иссяк, и она лишь продолжала кокетливо хлопать ресницами.

— Что конкретно хотите узнать? — сторож даже не улыбнулся в ответ.

Видимо, это был тот редкий случай, когда Варино обаяние не подействовало. А может, сторож просто вышел из того возраста, когда действует женское обаяние. Пришлось Варваре мямлить дальше:

— Да конкретно нам интересно, — украдкой кидая панические взгляды на друзей, медленно говорила она. — Нам…

Однако никто из Команды отчаянных не пришел ей на помощь. Появление сторожа оказалось для ребят столь внезапным и непредусмотренным, что все шестеро впали в ступор.

— На конкретный вопрос прошу конкретного ответа, — рявкнул сторож.

— Чисто конкретного? — Варвара предприняла попытку отшутиться.

Однако чувство юмора её собеседнику было совершенно чуждо. Тут Сеня наконец решил расстаться со спасительной дверной ручкой и ляпнул:

— Да мы насчет лодок хотели спросить. Покататься охота.

Если бы он уловил взгляды ребят, которые разом на него посмотрели, то, наверное, и впрямь провалился бы сквозь землю. Но Баск сейчас ничего не улавливал.

— Насчет покататься вопрос не ко мне, — не замедлил с ответом сторож.

— А к кому? — разыграла наивность Варвара.

— К Наумычу вашему, — объяснил мужчина. — Получите письменное разрешение, тогда пожалуйста. А пока валите отсюда. Нечего тут мне…

Не дав себе труда договорить, он отпихнул Сеню от двери, захлопнул её, извлек из кармана широченных брюк ключ и запер замок на два оборота.

Сеня по-прежнему стоял рядом.

— Концерт окончен, пацан, — обратился к нему сторож. — Бисов не будет. Счастливо оставаться.

Последнее пожелание он, по всей вероятности, отнес к себе, ибо двигаться от сарая в ближайшее время явно не собирался. Даже наоборот. Похлопав себя по карманам, он достал пачку сигарет и зажигалку и уселся на вкопанную рядом со входом в сарай лавочку, чтобы неспешно покурить в тенечке. Таким образом он недвусмысленно намекал Команде отчаянных, что их общество здесь нежелательно.

Правда, Баск ещё раз попытался завести знакомство с «нужным человеком».

— Хотите новый анекдот про Василия Ивановича и Петьку? — глянул он на сторожа.

Однако тот лишь поморщился:

— Я не любитель анекдотов.

Дав окончательно понять Команде отчаянных, что аудиенция окончена, он отвернулся и сплюнул в сторону.

— До свидания, — вежливо произнес Луна и жестом поманил остальных прочь.

Когда они отошли от сарая на приличное расстояние, Варя спросила у Баска:

— У тебя что, совсем шарики за ролики заехали?

— Действительно, Сенька, — с негодованием подхватил Луна. — Лучше бы уж молчал. «На лодке хотим покататься, на лодке!» — передразнил он приятеля.

— Ну ляпнул, ну вырвалось, — покаянно опустил голову Баск. — Вы-то все вообще молчали.

— Лучше бы ты уж тоже молчал, — назидательно изрек Муму.

И даже Маргарита, обычно не любившая никого осуждать, не сдержалась:

— Из-за тебя, Баск, этот сторож теперь нас на пушечный выстрел к своему сараю не подпустит.

— Во всяком случае, без разрешения Бельмондо, — уточнил Иван.

— Эх! — Сеня с трагическим видом махнул рукой. — А счастье было так близко, так возможно.

— А кто сказал, что оно невозможно? — вдруг проявил несвойственный ему оптимизм Герасим. — Мы же и раньше ни у кого не собирались спрашивать разрешения. Выждем удобный момент, ты, Сенька, вскроешь замок, вот и уведем весла.

— Ага, — Иван вычертил пальцем ноги на песке какую-то очень причудливую фигуру. — Сторож явится и найдет дверь открытой. Угадайте с трех раз, кого он первым заподозрит в краже весел?

— Да он, может, вообще не заметит, — энтузиазм Герасима ничто не могло погасить. — Где гарантия, что он эти весла считал?

— Ну, попытаемся завтра, — немного приободрился Сеня, которому сейчас больше всего на свете хотелось поплавать на лодке и без охраны.

— Я бы лучше попытался не взламывать замок, а спереть у сторожа ключ, — скорректировал первоначальный план Холмский.

— А вообще это мысль, Пуаро, — одобрил Луна. — Мы же все видели, что ключ от сарая он носит в кармане штанов.

— Вот именно, — у Варвары лукаво блеснули глаза. — Дяденьке ведь тоже бывает жарко. И тогда дяденька в озере купается, а штанишки свои, естественно, снимает, и они на какое-то время остаются без присмотра на берегу.

— Ни фига этот тип не купается, — Муму редко в чем-то соглашался с Варварой.

— Не может человек в такую жару не купаться, если живет у озера, — Варя была совершенно уверена в собственной правоте.

— А я тебе говорю, не купается он, — упорно твердил Муму. — Вон мы уже здесь три недели живем, ты хоть раз видела этого хмыря в воде? И я не видел.

— А ты не допускаешь, что он в другое время купается? — спросила Марго.

Герасим не уступал:

— Мы в самое разное время на озеро ходим. И этот тип или на своей лавочке курит, или его вообще нигде нет.

— Слушайте, — вмешался Луна, — но попробовать-то можно.

— Пожалуйста, пробуйте, — Муму снисходительно пожал костлявыми узкими плечами. — Только бесполезняк.

— Вот когда окажется бесполезняк, тогда и бухти, — Баску не хотелось понапрасну продолжать спор.

— А вообще-то хорошо, если удастся, — мечтательно произнесла Варя.

— Слушайте, чего нагораживать сложности, — посмотрела на друзей Маргарита. — Вдруг Бельмондо нам вполне официально разрешит кататься на лодке.

— На той, которую мы сегодня нашли? — изумился Сеня.

— Нет, — покачала головой Марго. — Но ведь в лагере есть собственные лодки. Какая нам разница! Почему не сделать легально, если получится.

— А если не получится, то после уже и нелегально фигли выйдет, — уверенно заявил Баск.

— Не вижу логики, — ответила Марго. — Кто нам после отказа Бельмондо мешает все сделать по-тихому?

— Вот она, чисто женская логика, — Муму скорбно покачал головой. — Ежу ведь понятно: потом за нами следить начнут. И сторож к тому же может пожаловаться, что мы ошивались возле лодочного сарая.

— А потом, — подхватил Баск, — меня лично в любом случае официальный вариант не устраивает. Потому что, если даже Бельмондо разрешит взять лодку, с нами наверняка Василий увяжется. А я хочу поплавать на свободе.

— Один Василий ещё туда-сюда, — подхватила Варя. — А если он Аделину возьмет?

— Мне и одного его вот так достаточно, — Баск провел ребром ладони под подбородком. — Это разве катание на лодке? Туда не плыви. Сюда нельзя. Да я лучше тогда вообще не поеду.

Он с досадою врезал ногой по горке песка, который тучей взметнулся вверх.

— Я, конечно, понимаю, что тебе хочется свободы, но на фига мне песком в глаза сыпать! — взвился Герасим.

— Извини, случайно, — Баск примиряюще хлопнул его по плечу.

— Нет, с Василием я тоже плавать не хочу, — решительно заявил Луна. — И вообще, нам лучше все сделать тайно. Понимаете, у меня в связи с этой лодкой возник один план…

— Какой ещё план? — уставился на него любопытный Герасим.

— Не здесь, — покосился Луна на продолжающих бесноваться волейболистов.

— Чем тебе здесь не нравится? — не успокаивался Герасим.

— Слишком много посторонних ушей, — отозвался Павел.

— Да кто тебя слушать будет, говори, — не отставал Герасим.

Однако Луна наотрез отказался говорить.

— Вот поужинаем, потом пойдем погулять, тогда и расскажу. Понимаете, этого, кроме нас, не должна знать ни одна живая душа. Иначе сорвется.

Теперь уже не только Герасим, но и остальные изнывали от любопытства. Однако Луна упорно стоял на своем: до вечерней прогулки ни слова. Поняв, что его не переубедить, ребята пошли ещё раз искупаться. А потом даже поиграли в волейбол в команде Юрки Чичелина против десятиклассников, но проиграли. Причем Чича в сокрушительном поражении обвинял Муму, который сам ни одного мяча не взял, зато у всех путался под ногами и мешал правильно действовать. Впрочем, спортивные достижения Герасима были давно известны в «Пирамиде». Особенно сокрушался Бельмондо, часто повторяя, что никогда ещё не встречал человека, у которого, «как у Каменева, руки и ноги живут совершенно отдельной от головы жизнью».

Муму, конечно, тут же начал доказывать Чиче, что именно тот и виноват в сокрушительном проигрыше, ибо совершенно неграмотно обращался с мячом, в то время как он, Муму, перед отъездом в «Школу выживания» прочел целую книгу о волейболе.

— Вот по башке тебе дать этой книгой! — возмутился Юрка. — Тогда ты, может, Муму, стал бы если не более умным, то менее наглым.

— Ты на что намекаешь? — Герасим начал впадать в агрессию.

Конфликт разрядил громкий призыв Бельмондо:

— Всем разойтись по корпусам! Переодевайтесь и готовьтесь к ужину.

— После поговорим, — грозно произнес Юрка и, подхватив с песка полотенце, побежал к лагерю.

Команда отчаянных тоже пошла к корпусам. Герасим всю дорогу мрачно бубнил, что он «этому Чиче ещё покажет».

— По-дружески не советую, — с улыбкой сказал Иван. — Чича тебя одним пальцем размажет.

— А я не могу просто так терпеть оскорбления, — все сильней распалялся Муму.

— Да тебя никто не оскорблял, — хохотнул Баск. — Ты ведь и впрямь нам всю игру испоганил. Лучше бы просто остался зрителем.

— Ах ты, значит, тоже…

И, захлебнувшись от ярости, Каменное Муму сжал кулаки. Добродушный Баск, который не хуже Чичи мог уложить Герасима одной левой, драться, однако, совершенно не собирался.

— Да утихни ты, — примиряюще произнес он. — А на следующую игру мы тебя судьей поставим. Так ты меньше вреда принесешь.

— Это, Баск, как сказать, — задумчиво покачал головой Иван. — Сегодня Герку только один Чича вздуть хотел, а если он в судействе окажется таким же мастером, то с двух сторон бить начнут.

— Меня ваш волейбол вообще ни с какой стороны не колышет, — высокомерно заявил Герасим. — Глупая, скучная и неинтересная игра.

— На фига ж ты тогда нам мешал? — Баск никак не мог простить ему поражение.

— Потому что вам для команды не хватало одного человека, — Муму ничуть не смутил вопрос Баска, — а всем остальным приспичило купаться. Вот и пришлось мне пожертвовать собой для общего блага.

— Баск, не спорь, — сказал Луна, входя в корпус. — Герку все равно не переспоришь. Поэтому предлагаю лучше поторопиться в столовую. Если вам, конечно, интересно, чтобы я потом рассказал…

— Естественно, интересно, — ответили друзья и поспешили переодеваться.

Сразу же после ужина Команда отчаянных, убедившись, что никто из остальных обитателей лагеря за ними не следит, направилась к беседке, которая стояла на самом краю территории бывшей турбазы. Беседка была очень старая, и её техническое состояние вызывало большие сомнения. Когда ребята опустились на скамейки, вся древняя конструкция угрожающе затрещала и даже чуть-чуть покачнулась.

— Луна, по-моему, на нас сейчас крыша свалится, — ребята с опаскою глянули на куполообразный свод беседки.

— Где наша не пропадала, — улыбнулся сытый, а потому вполне довольный жизнью Павел.

— Правильно, Паша, — фыркнула Варя. — Безумству храбрых поем мы славу.

— Зато нас тут никто незаметно не подслушает, — откликнулся Луна. — Смотрите, какие густые кусты.

— Между прочим, в них можно хорошо спрятаться, — многозначительно произнес Герасим.

— Это если знать, что мы сюда пойдем, — сказал Луна. — Но я заранее даже вас не ставил в известность. А если вот сейчас кто-нибудь подойдет, мы за версту треск услышим.

— Молодец, Паша, четко все рассчитал, — сказал Сеня, усаживаясь поудобнее, и заерзал по лавке.

Беседка опять затрещала и покачнулась.

— Ты там потише, пожалуйста, — напустился Герасим на Баска. — Я не хочу во цвете лет стать инвалидом.

— Не расстраивайся, Мумушечка, — немедленно отреагировала Варвара. — Даже если эта крыша на тебя свалится, с твоей лично крышей ничего особенного не произойдет. Она у тебя и так от рождения съехавшая и…

— Луна, — Герасим не дал договорить Варваре. — Я с нетерпением жду, что ты нам расскажешь.

— А я с нетерпением жду, когда вы с Варькой отношения выясните. — Павел метким ударом прибил назойливого комара. — Умри, вампир, — брезгливо сдул он с ладони тело поверженного врага. — Почему они, интересно, сегодня летят не на Герку, а на меня? Ну, ладно. Если вы не против, я начинаю. Насколько я понял, все мы хотим покататься на лодке, которую сегодня обнаружили в лесу.

— И ты нас потащил в эту рухлядь, — Герасим с ужасом покосился на ненадежные опоры беседки, — только для того, чтобы сообщить эту сногсшибательную новость?

— Не перебивай, Герка, — спокойно продолжил Луна. — Я к чему веду-то: можно, конечно, исхитрившись, неофициально одолжить весла, просто бездарно покататься.

— Ни фига не бездарно! — воскликнул Сеня. — Одним! На лодке! По озеру! Это же, братцы, полный улет!

— Во-первых, я бы тебе советовал выражать свои мысли тише, — выразительно глянул на него Павел. — А то тебя на другом конце лагеря, наверное, слышно.

— Все, все, все. Заткнулся, — виновато пролепетал Баск.

— Вот и прекрасно, — снова заговорил Луна. — А план у меня, значит, такой. Уж если тратить силы на увод весел, то предлагаю сочетать приятное с полезным.

— Ясненько, — на сей раз его перебила Варвара. — Ты, Паша, наверное, предлагаешь после катания устроить из неофициально одолженных весел совокупно с лодкой такой уютненький костерок и испечь на нем картошку. И впрямь приятное с полезным. Покатаемся, а подкидывать обратно в сарай ничего не надо. Так сказать, концы в воду, а вернее — в костер.

— Интересное и даже неожиданное решение, — коротко хохотнул Луна, — но не по делу. Мой план гораздо хитрее и дальновиднее. Ты чего, Марго? — он вдруг уловил на себе пристальный взгляд её огромных черных глаз.

— Да так, — у неё чуть вздернулись уголки губ. — Ты уже сто раз повторил про какой-то план, а в чем дело, мы так ещё и не узнали.

— Если бы меня некоторые постоянно не прерывали, то, может, уже и узнали бы.

— Я лично не прерывала, — заявила Марго.

— Я тоже, — подхватил сидевший рядом с ней Иван.

— Зато теперь не даете Луне договорить, — сердито буркнул Герасим. Можно было подумать, что это не они с Варварой постоянно вклинивались в разговор.

— Да рассказывай ты, рассказывай! — Баск снова заерзал от нетерпения.

Древняя беседка отозвалась злобным и угрожающим скрипом.

— А ну, замри! — прикрикнула Варя.

— Уже, — послушно замер Баск.

— В общем, — наконец Павел смог продолжить. — Мы с вами возьмем весла, лодку и прямиком поплывем на острова, чтобы заранее разведать обстановку, в которой нам скоро предстоит выживать.

Остальные изумленно переглянулись, и каждый подумал об одном и том же: предложение Луны было совершенно простым и очевидным. Идея сплавать на необитаемые острова должна бы прийти в голову каждому из шестерых. Однако ведь не пришла. Даже Ивану Холмскому, которого Павел за сметливость ещё осенью прозвал Пуаро.

— Пашенька, — ехидно спросила Варя, — а тебе не кажется, что это мухлеж?

— Ну и что? — пожал плечами Луна. — Ты мне, Варвара, скажи: что такое, по-твоему, выживание?

Вопрос застал обычно находчивую Варю врасплох.

— Ну, это значит, что надо постараться обязательно выжить, — медленно произнесла она.

— Что и требовалось доказать, — Луна остался очень доволен её ответом. — Именно: обязательно выжить. Любым способом. Так почему, если нам предоставляется возможность заранее разведать условия, мы…

— Потому что это нечестно! — негодующе сверкнули огромные черные глаза Марго. — Остальные ребята будут выживать без подготовки, а мы получим преимущество.

— Ох, подруга, — с ангельским видом обратилась к ней Варя. — Никогда не ручайся за остальных. Откуда ты знаешь, может, остальные уже эти острова вдоль и поперек облазили.

— Правильно, — поддержал её Каменное Муму. — Думаете, Робинзон Крузо отказался бы заранее посетить и осмотреть необитаемый остров, на который его выкинет после кораблекрушения?

— Между прочим, если уж речь зашла о Робинзоне, — подхватил Луна, — то ведь он, выживая, на полную катушку пользовался всем, что у него осталось.

— Вот именно! — Баска уже целиком захватил план Луны. — Он и пшеницу с корабля на своем острове посадил, и съестные припасы использовал, и всякие там необходимые инструменты, и, по-моему, даже ружье. Без всего этого он бы там, на своем острове, быстро пятки откинул.

— А Пятница ему вообще на халяву достался, — почему-то с большой завистью произнес Муму.

— Остальное находчивый господин Крузо, по-моему, тоже не покупал, — обобщила Варя.

— Совершенно верно, — Луна с довольным видом потер ладонью о ладонь. — Итак, подведем итоги: Робинзон Крузо на самом деле главный халявщик в мировой литературе.

— Ну! — Баск сразу согласился с таким выводом.

— Все равно мне это не нравится, — Марго осталась при своем мнении. — Нечестно.

— Да что тут нечестного! — возмутился Баск. — Мы ведь не собираемся делать на островах продовольственные склады.

— А хор-рошая идея! — мигом загорелся Луна. — Сплаваем на лодке к тому берегу, где деревня. Там наверняка есть магазин. Скинемся, запасемся консервами, а потом тайно зароем их на необитаемом острове.

— Ну, конечно! — воскликнула Маргарита. — Может, вам ещё кухню там оборудовать?

— Не проходит, — перебила её Варвара. — И, между прочим, подруга, совсем не из моральных соображений, а из сугубо практических.

— Это ещё почему? — расстроились Сеня и Герасим.

— Потому что невозможно заранее выяснить, на какой именно из островов нас выкинут выживать, — тяжело вздохнула Варвара. — Представьте, зароем мы припасы на одном, а окажемся в результате на другом. А если наш «НЗ» случайно найдут другие?

— Я лично такие подарки делать отказываюсь, — тут же заявил Герасим.

Другим тоже не хотелось.

— Вопрос с припасами отпадает, — нехотя сдался Луна.

— А жаль, — Герасиму очень не хотелось расставаться со столь заманчивой перспективой.

— Можешь сколько угодно сожалеть, — ехидно посмотрела на него Варя, — но придется тебе, Мумушечка, на необитаемом острове питаться не тушенкой из деревенского магазина, а травой.

— И личинками, — заржал Сеня. — Между прочим, очень полезно: экологически чистый белок, и никакого коровьего бешенства.

— Бешенство нашему Каменному уже не опасно, — зашлась от хохота Варя. — Он и так…

— Бе-ешеный, — проблеял Баск.

— Прекратите! — взревел оскорбленный Герасим и врезал кулаком по столбу беседки.

Раздался оглушительный треск. Команде отчаянных лишь чудом удалось выскочить наружу. В следующее мгновение антикварная беседка, прослужившая верой и правдой по крайней мере сезонов тридцать на этой турбазе, накренилась и рухнула.

В воздух поднялись клубы пыли. Ребята начали отчаянно чихать.

— Муму в своем репертуаре, — шмыгнув носом, объявила Варвара.

— Говорил же, бе-ешеный, — снова проблеял Сеня.

— Это все ты, Пашка, виноват, — Герасим разразился упреками в адрес Луны. — Привел нас в какую-то рухлядь.

— Одним словом, «Школа выживания», — тихо произнесла Марго. — По-моему, мы сейчас первый экзамен сдали.

— А по-моему, не совсем, — возразил Луна. — Нам ещё надо побыстрее отсюда смыться, пока кто-нибудь не прибежал на шум.

— Айда! — первым ринулся прочь Баск.

Луна оказался прав: кусты тут сильно трещали. Но никто из посторонних на пути шестерых друзей так и не возник. Возле корпусов турбазы они замедлили бег.

— Ох, Сенька, хорошо, что Василий не присутствовал при гибели нашей, если можно так выразиться, Помпеи. Он бы наверняка диверсию заподозрил, — сказала Варя.

— Верно, — Баск впал в панику. — Смотрите, не проболтайтесь ему.

— Да об этом вообще никому нельзя болтать, — предупредил Пуаро. — Иначе нам такой счет могут выставить за разрушение арендованного имущества!

— Запросто, — кивнул Луна. — Напишут, что мы сломали совершенно новую беседку.

— Да она вся сгнила, — заспорил Герасим. — Это любая экспертиза докажет.

— Мумушечка, — с жалостью посмотрела на него Варя. — Ты что, маленький? Не понимаешь? В такую глушь никакая экспертиза не поедет.

— Если, конечно, тут кого-нибудь не замочат, — жизнерадостно произнес Баск.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — вмешался Луна.

— Что дальше-то делать будем? — осведомился Герасим.

— Смотря в каком смысле, — неопределенно ответил Луна.

— В смысле времяпрепровождения, — пояснил Муму.

— Можно в столовой телик посмотреть, — предложила Варя.

— Вот еще. В такой вечер сидеть в духоте, — Луна прибил на лету очередного комара.

— Тогда пошли ещё погуляем, — сказал Иван.

Уже распрощавшись до завтра с девчонками, мужская часть Команды отчаянных остановилась в холле своего спального корпуса, чтобы разработать детали завтрашней операции «Весла и лодка». В комнате этого делать было нельзя: там уже собралось полно других ребят.

— Лучше всего нам было бы выждать момент, когда этот сторож опять откроет сарай и куда-нибудь, хоть ненадолго, упрется.

— Как же, упрется он теперь. — Пуаро не верилось в такую удачу. — Мы сегодня привлекли его внимание.

— Э-эх, — выдохнул Сеня. — Придется ножом…

Вся компания устроилась возле старого письменного стола, неизвестно зачем стоявшего в углу холла. Вероятно, в прежние, лучшие времена турбазы за ним восседал охранник или дежурный, которому было поручено контролировать вход и выход из корпуса. Теперь покрытый черным дерматином стол, по-видимому, абсолютно никому не требовался и, задвинутый в дальний угол, влачил совершенно бесхозное существование. Правда, сейчас Герасим, воспользовавшись им в качестве табуретки, уселся на самый краешек.

— Ох, как не хочется мне этот замок ковырять, — повторил Сеня и в сердцах с силой дернул за ручку единственного ящика стола.

Он с тихим скрипом выдвинулся. Сеня уже хотел задвинуть его обратно, когда Муму сказал:

— Погоди-ка. Тут что-то есть.

Все заглянули в ящик. Там лежала стопка пожелтевших бланков с надписью: «Турбаза Лазоревое. Карточка проживающего».

— Ща! — Баск выложил стопку на стол. — Все заполним по карточке. Мы же и есть проживающие. Значит, нам положено.

— Ага. Путешествие в прошлое, — хмыкнул Луна. — Видите дату? Тысяча девятьсот восемьдесят. То есть восьмидесятые годы, между прочим, уже минувшего века.

— А это что? — снова заглянул в ящик Герасим.

У дальней стенки лежало несколько ключей.

— Дай поглядеть! — Сеня вырвал из рук Муму находку. Лицо его вмиг просветлело: — Этот не пойдет. Этот — тоже, — он принялся по очереди демонстрировать ключи друзьям. — А вот этот, — он поднял вверх длинный массивный ключ, — вполне может оказаться как раз от лодочного сарая. Во всяком случае, там подходящий замок.

— Айда попробуем, — Герасим тут же рванулся в сторону выхода из корпуса.

— Не сейчас, — остановил его Луна. — Тебе чего, Муму, в голову ударило? Через пятнадцать минут проверка начнется.

— Да мы к ней обратно успеем, — Герасиму не терпелось испытать ключ.

— А может, и правда? — вопросительно посмотрел на друзей Баск.

— Неправда, — тоном, не допускающим возражений, заявил Луна. — Во-первых, — он понизил голос почти до шепота, — надо, чтобы прошла проверка. Во-вторых, пусть остальные сперва уснут.

— Включая сторожа, — добавил Иван.

— Ну, за сон последнего я не ручаюсь, — снова заговорил Луна. — Хотя полагаю, что поздней ночью у него есть дела поинтересней, чем ошиваться возле лодочного сарая. Вот ночью мы туда и нагрянем.

— Всем вместе нельзя, — сообразил Сеня. — Слишком заметно. Вдруг Бельмондо и Карлу стукнет дополнительную проверку устроить.

— А я и не предлагаю всем, — уточнил Луна. — Мы с Пуаро вполне справимся.

— Нет уж, пойду я, — возразил Сеня. — Вдруг этот ключ подойдет, но не совсем? Тогда вы не справитесь, а я смогу открыть.

Довод всем показался бесспорным. С любыми техническими устройствами, и простыми и сложными, Баск был на «ты», как никто из них.

— Возьму с собой кого-то из вас. Остальные будут следить за обстановкой. Если вдруг поднимется шум, один отвлечет внимание, другой прибежит за нами. Ну, кто со мной?

— Я, — Герасим, естественно, всегда считал себя наилучшей кандидатурой.

— Герка, ты, конечно, не обижайся, — сказал Баск, — но, по-моему, с тебя на сегодня хватит одной беседки.

— Да, Муму, — скороговоркой произнес Иван. — Для ночной разведки ты не самый лучший вариант.

— Пуаро, а давай ты? — предложил Сеня.

— Нет, так нечестно, — выпятил острый подбородок Герасим. — Надо жребий кинуть.

Вообще-то переться ночью к лодочному сараю ему не особенно хотелось. Да и сторож Муму совсем не понравился, и попасться ему в лапы казалось Герасиму малоприятной перспективой. Но таким уж он был человеком, что никогда не уступал без спора.

— Жребий, так жребий, — сдался Луна, поглядев на его упрямую физиономию. Иначе бы Герасим нудно доказывал свою правоту до самой ночи.

Луна, сбегав в комнату, принес ручку и пометил один из пожелтевших бланков крестом.

— Кто это вытащит, тот с Баском и пойдет.

И Павел перемешал бланки наподобие экзаменационных билетов.

— Теперь тяните.

Бланк с крестом достался Ивану.

— Сама судьба решила, — прокомментировал Сеня.

А Герасим буркнул:

— Не знаю уж как, но вы это нарочно подстроили. Слишком странное совпадение.

— В жизни, Муму, ещё и не такие совпадения бывают, — похлопал его по плечу Луна. — Как ни крутись, а мы с тобой сегодня дежурные.

— Теперь другой вопрос, — Сеня перешел к самому главному. — Если трюк нам удастся, что с веслами делать? Я лично предлагаю прямо сразу и стырить…

— Как тебе не стыдно произносить такие слова, — подмигнул ему Луна. — Мы ведь договорились, что ничего не тырим, а просто неофициально берем взаймы.

— Так вот я и предлагаю взять взаймы не завтра, а сегодня, — нетерпеливо продолжал Баскаков. — Завтра с этим может получиться сложнее. А сегодня мы вдвоем оттащим их к лесу и там, в кустах, припрячем.

— Мысль интересная, — одобрил Иван.

— Если при этом на кого-нибудь из взрослых не напоритесь, — уныло предостерег Герасим.

— Днем, по теории вероятности, напороться гораздо легче, — возразил Луна.

— Правильно, — резко кивнул Баск. — Ночью все спят, а днем — лишь некоторые.

— Ладно, братцы, — Луна посмотрел на Ивана и Баска. — Действуйте по обстоятельствам.

— Сперва ещё дверь откройте, — вклинился Каменное Муму.

— Мы постараемся, — ответил Сеня.

Три часа спустя Пуаро и Баск крадучись подбирались к лодочному сараю. Уже на подходе Ивану показалось, что возле двери, которую им предстояло открыть, мелькнул свет. Мелькнул и тут же исчез. Будто по двери мазнули лучом фонарика.

— Стой, Сенька, — он дернул Баска за майку.

Тот от неожиданности вздрогнул и остановился.

— Свет видел? — шепнул ему в самое ухо Иван.

— Не-а, — тоже шепотом откликнулся Сеня. — А что?

Иван не сводил глаз с двери. Свет мелькнул вновь. И опять исчез.

— Теперь усек?

Баск молча кивнул.

Глава IV.

УЛЕТНОЕ ГЛЮКОВАРЕВО

По-моему, там кто-то есть, — сказал Пуаро.

— Тоже небось за веслами, — предположил Баск. — Может, кто из наших? Пошли посмотрим.

— Только очень осторожно, — согласился Иван.

— Ежу понятно, что осторожно, — почти одними губами произнес Сеня. — А если и впрямь кто из наших, то напугаем.

Прячась за кустами, ребята в обход двинулись к сараю. Стояла тихая июньская ночь. Слышался лишь негромкий стрекот сонных кузнечиков, и ещё у озера перекликались лягушки. Друзья подкрадывались все ближе к цели. Света не было видно. Сквозь ночную тьму призрачными силуэтами проступали сарай и пристань.

— По-моему, нам показалось, — разочарованно прошептал Сеня. — Никого тут, кроме нас, нет.

— Ну и отлич… — начал было Иван, но осекся.

Во тьме, где-то совсем рядом с ними, тихо, но явственно послышались шаги и хриплый голос негромко, но отчетливо произнес:

— А я ведь предупреждал. Так ведь нет.

Ребята замерли. Счастье, что они ещё не успели выйти из полосы кустарника, и теперь, резко присев, затаились там.

— Предупреждал, — с некоторой издевкой повторил кто-то другой. — Чего ты там ещё предупреждал?

— Про турбазу, ясное дело, — откликнулся хриплый. — Говорил же, арендуйте её. За копейки можно было сделать, и никаких проблем.

— Ничего себе, копейки, — тихо присвистнул второй. — А потом, чего зря платить, когда у нас забесплатно все имеется. И место. И катера.

— Ага, — хмыкнул хриплый. — Вот теперь и мыкайтесь. Ребятни навезли… Будут вам теперь катера. А после этих охотники понаедут. Они, между прочим, на год аренду оформили.

— Кто ж мог подумать, — перебил его второй. — Эта рухлядь два лета пустая стояла.

— Зато сейчас слишком полная, — сказал хриплый и закашлялся.

— В общем, мы с тобой обо всем договорились, — подвел итог второй. — Извещу как обычно.

— Договорились, — подтвердил хриплый. — Бывай.

До ребят вновь донеслись шаги. На пристани мелькнул луч фонаря и опять погас. Все смолкло.

— По-моему, это был сторож, — прошептал Иван. — Ну, тот, который хриплый и кашлял.

— Похоже, — ответил Сеня. — О чем это они, интересно, а?

— Не знаю, — терялся в догадках Пуаро. — Но, видно, мы все им чем-то сильно мешаем.

— Факт, — кивнул Сеня. — Выбираемся? — Ему уже порядком надоело сидеть на корточках в кустарнике.

— Лучше ещё подождем. — Иван боялся, как бы эти двое не вернулись.

Они провели в своем убежище минут пять. Однако больше ничего настораживающего не происходило. Лишь лягушачий хор продолжал исполнять свою фаторию.

— Все, больше не могу.

И, резко выпрямившись, Баск принялся разминать затекшие ноги. Иван последовал его примеру. Правда, в отличие от друга, он ещё на всякий случай огляделся по сторонам. Вроде бы никого.

— Давай быстренько ключ попробуем, — даже в темноте было видно, как блестят глаза у Сени. — А то ещё вдруг вернутся.

— Давай.

Они прокрались вдоль стены сарая к двери. Сеня дрожащими от волнения руками вытащил из кармана ключ и склонился над скважиной.

— Надо было нам, Ванька, тоже фонарик захватить, — запоздало посетовал он. — Ни фига не видно.

— А ты на ощупь, — сказал Иван.

— Спасибо за совет, — рассердился Баск. — Я и так.

Он поводил ключом в разные стороны. Бородка вроде бы попала в прорезь. Ключ даже чуть-чуть повернулся, однако полного оборота делать никак не желал. И в исходное положение не возвращался. Хотя Баск приложил к этому немалые старания.

Пропыхтев так с минуту, он виновато сказал Ивану:

— Эй, по-моему, мы попухли. Я эту штуку вытащить не могу.

— Спятил? — ужаснулся Иван. — Не можем мы оставлять тут такую улику. Сторож шум на весь лагерь поднимет.

— Эх! — Сеня беспомощно развел руками.

Он вполне отдавал себе отчет, какая может сложиться ситуация. Сторож и так чего-то боится. Найдя ключ, он, естественно, объявит Бельмондо и Карлу, что в лагере шлялся кто-то посторонний. Те мигом вспомнят о ночном происшествии на территории, когда у Команды отчаянных сорвалось ночное мероприятие с костром и картошкой. Василий, понятное дело, начнет проявлять бдительность и, скорее всего, доложит обо всем отцу. И не исключено, что Баскаков-старший потребует срочного возвращения сына домой.

Баск исторг тоскливый стон, представив себе, как Команда отчаянных поплывет выживать на необитаемый остров, а его, несчастного Сеню, отправят на остаток летних каникул в какую-нибудь Швейцарию.

— Что с тобой? — заволновался Пуаро.

— Ключ гипнотизирую, — смутился Баск.

Ему так не хотелось в Швейцарию, что он с утроенными усилиями накинулся на засевший ключ. В замке что-то хрустнуло.

— Ванька, я вытащил, — совершенно счастливый Сеня поднял вверх руку с ключом.

— Тогда линяем отсюда, — Пуаро не хотелось больше испытывать судьбу.

— А с дверью завтра что-нибудь ещё придумаем, — Баск юркнул вслед за другом в кустарник.

К спальному корпусу они крались с большими предосторожностями. Ведь там, кроме ребят, находились оба руководителя «Школы выживания», а главное, бдительный дядя Вася, у которого был очень чуткий сон. Но, к счастью, никаких неожиданностей на пути Ивана и Сени не возникло.

Они тихо забрались в раскрытое окно спальни.

— Ну? — одновременно подскочили на кроватях Луна и Герасим.

— Тихо вы, — Иван указал на остальных мирно спящих ребят.

— Да их пушками не разбудишь, — отмахнулся Герасим.

Тут, словно в ответ на его заявление, с кровати Юрки Чичелина раздалось:

— Аут, дурак! Во мазила!

— Ты чего, Чича? — вытаращился на него ещё один парень из восьмого, а ныне уже девятого «А» Ленька Колобашников.

— Хр-р, — послышалось от Чичиной кровати. И он повернулся на другой бок. По-видимому, он во сне переживал какие-то волейбольные страсти.

— А ты, Кол, испугался? — с издевкою спросил Герасим.

Но Ленька уже к этому времени вновь погрузился в сон.

— Говорю же: пушками не разбудишь, — с довольным видом изрек Муму. — Ну, открыли?

— Да кое-что открыли, но не дверь, — туманно сообщил Иван.

— Не понял, — подался вперед Герасим.

— Конча-айте трепа-аться, — прохныкал маленький белобрысенький Вова Яковлев. — Да-айте поспать.

— Цыц, шмокодявка, — свирепым шепотом просвистел Баск. — Заглохни, затухни. Иначе сейчас под кровать спать полезешь.

— Да я так, ребята, ничего, — примиряюще залепетал Яковлев, которому явно не улыбалось провести остаток ночи под кроватью.

— Если ничего, то и не выступай, — и Баск потряс перед его носом увесистым кулаком.

Их пререкания окончательно разбудили Чичу, и он, прошипев: «Вот я ща кому-то по хайлу врежу! «— пнул ногой Вову Яковлева. Тот завизжал как поросенок:

— Меня-то за что? Это они тут болтают!

— Еще раз меня разбудишь, разберемся. — И Чича вновь залез под одеяло.

— Пошли на улицу, — сказал друзьям Герасим. — А то здесь нормально не поговоришь.

— Ребята, вы куда? — немедленно поинтересовался Яковлев.

— Заткнись, — угрожающе произнес Баскаков. — Иначе Чича тебя уроет.

Вова послушно умолк. А Чича подтвердил из-под одеяла:

— Факт, убью. А вы вообще-то куда?

— Грибы собирать, — Луна совсем ошалел от расспросов.

— А-а-а, — понимающе протянул Чича. — Какие грибы-то?

— Мухоморы.

— На мою долю тоже возьмите, — попросил Юрка и вновь завернулся с головой в одеяло.

Четверо друзей, опасаясь, как бы ещё кто-нибудь не проснулся и не полез с вопросами, спешно по одному вылезли через окно на улицу.

— Ну, рассказывайте, — потребовал Герасим.

Отойдя подальше от спального корпуса, ребята устроились на лавочке под деревом. Пуаро и Сеня рассказали обо всем, что видели, а вернее, слышали на пристани.

— Вы уверены, что это был сторож? — с волнением поинтересовался Луна.

— Да по голосу вроде он, — кивнул Сеня.

— Их самих мы ведь не видели, — уточнил Иван.

— Надо было все-таки мне идти, — с досадой проговорил Герасим.

— Можно подумать, ты бы в этой темноте разглядел больше, — обиделся Баск.

— Я бы разглядел, — упрямо стоял на своем Муму.

— Но тебя, Герка, там не было, — Луне не хотелось тратить время на пустые пререкания. — Значит, — задумчиво посмотрел он на Пуаро и Баска, — один голос вам показался похожим на голос сторожа, а второй вы вообще никогда не слышали?

Иван и Сеня кивнули.

— Чем же, интересно, этому типу так помешала наша «Школа выживания»? — продолжил Луна.

— Что-то они тут готовят, — мрачно произнес Герасим.

— А может, это просто какие-нибудь бомжи, которые тут на халяву жили? — спросил Луна.

— Не-а, — мотнул головой Герасим. — Бомжи не могут ничего арендовать.

— Тут что-то другое кроется, — Иван был с ним согласен.

— И в чем-то мы им крупно мешаем, — подхватил Сеня.

— Браконьеры, — вдруг заявил Герасим. — Точно, браконьеры, — с ещё большей убежденностью продолжил он. — Наверное, они как раз возле нашей базы сети расставляли. А теперь из-за нас у них весь бизнес горит.

— Может, и впрямь? — Луне показалась логичной версия Каменного Муму.

— Конечно, — снова заговорил тот. — И лодку они теперь вынуждены там прятать, — махнул он в сторону леса.

— А сторож тут, в сарае, что-то прячет, — вмешался Сеня. — Потому на нас так днем и напустился. На весла-то всякие ему наплевать.

— Небось сети у него там хранятся, — сказал Муму.

— Скорей динамит, — предположил Иван. — Откуда мы знаем, может, они рыбу не сетью ловят, а просто глушат и подбирают.

— Ну да! — воскликнул Павел. — А здесь, на турбазе, они раньше её разделывали, коптили, солили, ну, в общем, придавали ей товарный вид.

— А вот это, Пашка, вряд ли, — засомневался Иван. — Если бы ты был прав, от нашей турбазы рыбой бы до сих пор за версту несло.

— Год уж прошел, — Павла его доводы не убедили.

— За год все может выветриться, — Баск придерживался того же мнения.

— Я полагаю другое, — сказал Иван. — Готовили они рыбу в другом месте.

— В лесу, что ли? — с издевкой осведомился Герасим.

— Да где угодно, — отмахнулся Пуаро. — Для этого, по-моему, никаких особых условий не требуется. А вот хранить готовую продукцию в таком месте, как наша турбаза, очень удобно. И пристань рядом.

— А какой им толк от пристани? — хмыкнул Луна. — В озере, что ли, улов свой обратно топить?

— Не топить, а продавать, — пояснил Иван. — Подъезжай на катере и забирай.

— А на катере куда? В деревню? — задал новый вопрос Луна.

— Почему бы и нет? — вопросом на вопрос ответил Иван.

— Потому что отсюда проще вывезти и не светиться, — растолковал Луна. — На машине подъехал, забрал и в город.

— Ребята, давайте спать, — Баск несколько раз подряд зевнул. — Завтра разберемся.

— Твоя правда. — Герасим тоже валился с ног. — Иначе к завтраку не поднимемся.

Они залезли в спальню. На их появление никто не отреагировал. Все дрыхли.

Луна проснулся оттого, что его с силой трясли за плечо. Над ним нависал Юрка Чичелин.

— Ну, где грибы?

— Какие грибы? — изумился Павел.

Ему даже сперва показалось, будто он продолжает спать. Однако, зажмурившись и снова открыв глаза, он опять обнаружил нависающего Чичу.

— Он ещё спрашивает какие, — возмущенно сказал тот. — А за чем вы ночью вчера ходили?

— А-а, это, — наконец вспомнил о розыгрыше Павел.

— Я только вот не врубился, как вы в темноте-то их искали? — Чича смотрел на него с неподдельным интересом.

— Так они светятся, — на ходу импровизировал Луна.

— Светятся! — глаза у Чичи округлились.

— В том и весь смысл, — Луна с трудом сдержал улыбку. — Днем они все одинаковые. Нужные не выберешь. А ночью сразу видно.

— Ух ты! — Юрка даже задохнулся. — Покажи.

— Так не нашли, — развел руками Луна.

— Почему не нашли? — Чича был крайне разочарован.

— Не оказалось, — Павел вдохновенно врал дальше. — Вообще-то они не так часто встречаются.

— Редкие, значит, — сделал вывод стоявший за Юркиной спиной Ленька Колобашников.

Луна краем глаза заметил, что Сеня, Иван и Герасим, с головами накрывшись одеялами, корчатся от беззвучного смеха. Павла и самого разбирал хохот, однако он умудрялся сохранять на лице полную серьезность.

— Весьма редкие, — солидно произнес Луна и, заговорщицки понизив голос, выдал «ценную информацию»: — Но в этих местах, говорят, встречаются.

— А что потом-то с ними делать, ну, если повезет найти? — полюбопытствовал Чича.

— Варить, — сказал Павел. — Три часа в молоке, на медленном огне. Сырые нельзя. Отравишься.

— А чего потом? Есть? — задал новый вопрос Юрка.

— Потом надо их достать из молока, — Павел продолжал на ходу сочинять рецепт убойного зелья. — Высушить в тени на улице или в духовке. Затем растолочь до состояния порошка и…

— Нюхать? — пожирали его взглядами Чича и Кол.

— Отнюдь, — отрезал Луна. — Порошок заливают календулой. Неделю настаивают.

— И пьют? — осведомился Чича.

— Нет, — вновь возразил Луна. — В уши втирают.

— Я, между прочим, серьезно, — обиделся Юрка.

— И я серьезно, — Луна уже полностью вошел в роль наставника. — В ушах, к вашему сведению, куча энергетических точек. И мозги рядом. Поэтому кайф получается ломовой. Только, ребята, — ещё тише сказал он, — никому. Иначе нас всех в Москву отправят.

— Обижаешь, — оскорбился Чича. — У меня рот на замке. Вот те крест! Кол, — обратился он к другу, — пойдешь нынче ночью искать?

— А то! — воскликнул Ленька. — Только вот с молоком, думаю, проблемы возникнут. В деревне, наверное, покупать придется.

— Ты сперва грибы найди, — Луна попытался охладить его пыл.

Но куда там! Эти двое завелись не на шутку.

— Зря ты, — уже в умывальной Герасим упрекал Луну за розыгрыш. — На фига ты им лапшу на уши повесил? Они ведь поверили и пойдут. Причем обязательно попадутся. И свалят все на тебя. Потом доказывай, что ты не наркоман и «балду» в уши не втираешь.

— Я же не виноват, что они такие идиоты, — прошамкал Павел с полным ртом зубной пасты.

— Ты в другом виноват, — нагнетал страсти Муму. — Мы теперь ночью никуда больше выйти не сможем.

— Да, может, они ещё поленятся пойти, — Баск мазнул Каменное Муму мылом по щеке.

— Там видно будет, — умывшись, сказал Луна. — Да и нам, собственно, в ближайшее время ночью никуда выходить не надо. Наоборот, мы должны как следует отоспаться перед выживанием. А эти два придурка пусть бродят, если им больше делать нечего. Все равно ведь не найдут.

— А если найдут? — захохотал на всю умывальную Сеня. — Вот будет чудо: светящийся мухомор.

— Тогда флаг им в руки, — подмигнул друзьям Павел. — Пусть в уши втирают. Хотя у них на подготовку зелья по моему рецепту все время до конца сезона в лагере уйдет. Втирать в Москве будут.

Одевшись, ребята отправились завтракать.

— Что-то вы сегодня долго, — удивились уже поджидавшие их возле входа в столовую Марго и Варя.

— Кое-какие ночные приключения, — коротко бросил Иван.

— Я-ясненько, — протянула Варя. — Это, наверное, с Мумушечкой.

И она одарила присутствующих очередным стихотворным экспромтом.

Мумушечке ночью кошмарчик приснился, И он от испуга с кроватки свалился.

Все засмеялись, кроме Муму, который с мрачным видом заявил:

— Варвара, по-моему, ты даже на свежем воздухе не умнеешь.

— А у тебя, Гера, от кислорода чувство юмора упало до нулевой отметки, — откликнулась девочка.

— Да перестаньте вы, — вмешалась Марго и, посмотрев на мальчишек, осведомилась: — Что у вас ночью-то произошло?

— После завтрака, — Иван многозначительно покосился на проходивших мимо них одноклассников.

— Тогда пошли в темпе справимся с этим завтраком, — Варе хотелось скорей узнать новости.

Минут через двадцать Команда отчаянных уже вновь была на улице.

— Пошли в нашу беседку, — по инерции предложил Баск.

— Ах, Сеня, — Варвара с исполненным скорби видом простерла вверх руки. — Как ты мог забыть? Нету больше нашей беседочки. Мумушка вчера с ней разом свел счеты.

— Это не я, она сама, — приготовился Муму к длительному спору. — Потому что это, собственно говоря, уже была не беседка, а…

— Пошли вон туда, — перебив его, Луна указал на небольшую рощицу. — Учтите, времени у нас очень мало. Через полчаса зачет.

— Твоя правда, — кивнула Варя, и друзья заспешили прочь от столовой.

Узнав о ночной беседе, которую подслушали Пуаро и Баск, девчонки тоже решили, что дело нечисто.

— Порядочным людям с добрыми намерениями мы ничем помешать не можем, — заявила Варвара.

— Смотря кто из нас, — смерил её суровым взглядом Герасим. — Вот ты, например, мне очень мешаешь. А намерения у меня самые добрые.

— Предположим, — отмахнулась Варя, хотя на лице у неё было явно написано: «Не верю».

— И вообще, дело, Муму, не в тебе и Варьке, — Марго поторопилась пресечь их пререкания. — Кому-то до зареза нужно, чтобы турбаза стояла пустой.

— Вопрос: зачем? — вступил в беседу Луна. — Мы ещё ночью над этим головы ломали.

— И, конечно, без нас ничего не придумали, — похлопала длинными ресницами Варя.

— Времени не было, — отрезал Герасим. — И возможностей. В спальне-то не поговоришь. Там Чича все время просыпался.

— То есть одна версия у нас вообще-то возникла, — уточнил Баск. — Мы с пацанами думаем, что это браконьеры, а на турбазе у них был перевалочный пункт.

— Почему бы и нет, — пожала плечами Марго.

— Остается маленький вопросик, — усмехнулась Варя, — на что они тут охотятся? Насколько я понимаю, бизонов в этих местах не водится. Слонов и крокодилов — тоже. И вообще фауна крайне бедная: я, пока мы тут живем, насчитала одну собаку и трех кошек.

— И ещё двух белок, — напомнила Марго, которой уже удалось покормить их с руки сухарем.

— А еж! — добавил Иван. — Помните, такой большой и смешной. Он ещё от нас смылся.

— Все это, конечно, хорошо, — Варвара тряхнула золотистыми кудрями, — но для браконьерства не подходит.

— Да мы про рыбу, — пояснил Баск. — Они, наверное, в озере сетями ловят или динамитом глушат. Сюда доставляют, а отсюда уже покупатель забирает и везет куда-нибудь дальше.

— Кстати, о динамите, — сказал Иван. — Надо бы проверить, что у этого сторожа там, в сарае, помимо весел находится.

— А пошли посмотрим, — подхватили остальные.

Времени до зачета оставалось в обрез, однако Команда отчаянных все равно побежала на пристань. Кто знает, вдруг, на их счастье, дверь снова окажется открытой.

Уже по пути они решили, что, если удача им улыбнется и сторож не будет стоять рядом или курить на своей любимой лавочке, внутрь полезут Луна и Иван, а остальные останутся на стреме. И, в случае чего, Варваре вместе с Марго поручается отвлекать мрачного мужика, потому что у одной Варвары вчера ничего не вышло. Герасим, конечно, настаивал, чтобы его тоже взяли обследовать сарай. Однако остальные наотрез отказались.

— Понимаешь, Герка, от тебя в таких случаях слишком много шума, — Баск не стал скрывать общих опасений. — Ты лучше посторожи.

— Как хотите, — надулся Герасим, и его длинное лицо вмиг стало похожим на каплю.

Но вскоре выяснилось, что все приготовления и споры совершенно бессмысленны. Сторож, громко чертыхаясь, возился с дверью сарая. Он тщетно пытался повернуть ключ в замке.

— Кажется, я его все-таки вчера сломал, — Сеня виновато посмотрел на друзей. — Не надо было…

— Как раз, наоборот, надо, — не дал ему договорить Герасим. — Теперь этому типу придется замок взламывать. А из этого что следует?.. — Муму выдержал короткую паузу. — Что, пока не врежут новый замок, дверь останется открытой и мы с вами, если не будем зевать, сможем там порыться.

— А ведь верно, — обрадовался Сеня. — Ему, — указал он взглядом на сторожа, который как раз в этот момент ударил со всей силы ногой по двери и хрипло выругался, — ему ведь за новым замком куда-нибудь идти надо. А мы пока внутрь и проникнем.

— Если бы не этот зачет! — с досадою произнес Иван.

— Не расстраивайся, — хлопнул его по плечу Павел. — Тут не Москва, и за новым замком ему придется, скорей всего, пилить в ближайший город. А даже если и в деревню, все равно он убьет полдня на поход туда и обратно.

— Да у них там, говорят, и есть-то всего один продуктовый магазин, — сказал Герасим.

— Тем более, — кивнул Луна. — А мы зачетик быстренько сдадим, и сюда.

— Мы-то сдадим, а вот как Муму? — с большим сомнением посмотрела на него Варя. — Что-то на тренировках он по бревну плохо ходил.

— Ты, главное, Герка, когда пойдешь по бревну, во-первых, не смотри вниз, а во-вторых, представь, будто просто шлепаешь по полу, — посоветовал Баск.

— Не могу я себе такого представить, когда стою на этой штуке, — резко впал в уныние Муму.

— Ладно, как-нибудь справишься, — решил Сеня.

— А не справишься, — Варя применила тяжелую артиллерию, — будешь один сдавать зачет Бельмондо хоть до вечера. А мы к сараю без тебя пойдем.

Выпад достиг цели. Каменное Муму скрипнул зубами. Скулы его стали даже острее обычного, и он яростно заявил:

— Не дождетесь.

— Жизнь покажет, чего мы дождемся, — с наигранным равнодушием бросила Варя.

Они отправились к неглубокому оврагу, через который Бельмондо с Карлом перекинули бревно. В полутора метрах над ним натянули веревку. Если теряешь равновесие, можно за неё ухватиться. На дне оврага журчал ручеек, который затем, дугой огибая лагерь, завершал свой путь в озере. Возле бревна уже стояла толпа ребят. Этот зачет очень у многих ещё не был сдан. Бельмондо внимательно всех оглядел и принял мудрое решение:

— Чтобы никому не было обидно, сдавать будете по алфавиту.

Герасим с облегчением вздохнул. До «К» было ещё далеко.

— Кто не сдаст, занимайте очередь на второй раз, — сказал Карл Луарсабович.

— И снова по алфавиту? — решил зачем-то выяснить Герасим.

— Так точно, — по-военному подтвердил Карл Луарсабович.

— Начинаем! — объявил Бельмондо.

Первым из Команды отчаянных с заданием справился Баск. Недаром же он уверял Муму, что бревно — это «совершенно плевое дело». Сеня по нему не просто прошел. Он пробежал и легко спрыгнул на другой стороне оврага. Несколько ребят вынуждены были прибегнуть к помощи спасительной веревки, однако им всем удалось достигнуть противоположной стороны оврага.

Наконец настал ужасный момент для Муму. Подошла его очередь.

— Ну, Каменев, — с большим сомнением посмотрел на него Исаак Наумович. — Пробуй, что ли. Глядишь, и получится.

Такое напутствие отнюдь не прибавило уверенности Каменному Муму. Ведь, кроме всего прочего, он втайне боялся высоты и даже дома с большим опасением залезал на стремянку. При одном взгляде на дно оврага колени у него задрожали.

— Не смотри вниз, — подбадривал его с противоположной стороны Баск. — Вон он я, видишь?

Муму угрюмо кивнул.

— Вот и пили ко мне! — крикнул Баск. — У тебя получится.

Герасим, конечно, понимал, что перед смертью не надышишься. Хочешь не хочешь, надо идти. Однако ноги его совсем этого не хотели и медлили.

— Слушай, Герка! — надоело ждать Чичелину, стоявшему почти в самом хвосте очереди. — Долго ты ещё готовиться будешь? Давай скорее. Как говорится, падай и освобождай место другим.

Герасим, набрав в легкие побольше воздуха, крепко зажмурил глаза и пошел. Каким образом ему удалось ступить на бревно, а не мимо, история умалчивает, но он таки оказался на бревне и даже сделал по коварному снаряду несколько шагов. Кто знает, если бы Каменное Муму не понял, что идет по бревну, то, возможно, дошел бы до противоположной стороны оврага. Однако Герасим понял и тут же начал отчаянно размахивать руками в поисках веревки. Схватиться за неё ему удалось, однако при этом он слетел с бревна и повис над ручьем.

— Прыгай, прыгай скорей! — советовали ребята.

— Руками, руками перебирай! — командовал Бельмондо. — Дойдешь на руках, так и быть, зачет поставлю.

Однако Муму ничего не видел и не слышал. Он продолжал висеть над весело журчащим ручейком. Тогда Баск, от всего сердца стремясь помочь другу в беде, принялся что было мочи трясти веревку. Ноль эффекта. Муму действительно стал каменным. Будто его заколдовали. И он продолжал висеть.

— Может, веревку обрежем? — Чича услужливо предложил Карлу Луарсабовичу перочинный ножик.

— Отставить смертоубийство! — отрезал военный биолог в отставке. — Сами не видите? У него ступор. В таком состоянии может разбиться.

— Тогда надо за ноги дернуть, — предложил Луна.

— Это метод, — одобрил Карл Луарсабович. — Только осторожно.

Мужская половина «Школы выживания» ломанула по склону оврага вниз. Герасиму лишь с большим трудом удалось отцепиться от веревки. Как он позже сам объяснял друзьям, ему давно надоело там висеть, но пальцы будто заклинило.

Разжались непослушные руки Герасима, конечно же, именно в тот самый момент, когда страховавшие его ребята позволили себе на секунду расслабиться. Длинное костлявое тело Муму плюхнулось прямо в ручей, щедро обрызгав всех окружающих.

— Ну, что нам с тобой теперь делать, Каменев? — устало осведомился Бельмондо. — Вторую попытку предпримешь?

— Да, — принял героическое решение Муму.

— Тогда иди быстро переоденься, пока другие сдают, — Бельмондо посмотрел на него даже с каким-то уважением. «Вестибулярный аппарат никуда, а характер — кремень», — про себя отметил учитель физкультуры.

— Да чего ему переодеваться, — возразил Чича. — Ведь снова в ручье окажется. Одежды не напасешься.

Тогда Бельмондо принял другое решение:

— Знаешь, Каменев, сбегай и надень плавки. А пока будешь переодеваться, ты это… психологически соберись.

Однако и в плавках Герасиму «психологически собраться» удалось далеко не сразу. Зачет по бревну он сдал последним. Издав протяжный вопль и вновь зажмурив глаза, он пробежал на ту сторону оврага. Как ему это удалось, не понял никто из присутствующих, включая его самого. Однако благополучное приземление Герасима было встречено громкими аплодисментами. А Бельмондо сказал:

— Вот видишь, Каменев, если очень постараться, то, оказывается, все можно. Ставлю тебе зачет. Свободен.

Каменное Муму уже направлялся к давно ожидавшим его друзьям, чтобы потом вместе с ними пойти к сараю на пристани, когда Исаак Наумович, заглянув в свой блокнотик, спохватился:

— Хотя нет, Каменев, ты не совсем свободен. За тобой ещё разжигание костра осталось. Все, кто не сдал зачет по костру, за мной! — распорядился он. — А остальные сдают у Карла Луарсабовича зачет по съедобным и несъедобным плодам, травам и ягодам.

— Так вы же говорили, по травам завтра, — решил напомнить Луна.

— Нет, лучше сегодня, — ответил Карл Луарсабович. — Чтобы у тех, кто не сдаст с первого раза, завтра была возможность пересдать.

Ребята обменялись разочарованными взглядами. Кажется, они так и не смогут до обеда попасть к сараю. Муму, наоборот, единственный из Команды отчаянных остался очень доволен сложившейся ситуацией, ибо теперь был уверен, что без него никто из друзей к сараю не попадет. По-видимому, это так его воодушевило, что он ухитрился разжечь костер сразу, как требовалось условиями зачета, всего с одной спички.

— Ну, Каменев, ты сегодня в ударе! — Бельмондо был искренне потрясен.

Впрочем, Герасима собственный успех потряс не меньше, а может, даже больше, чем Исаака Наумовича, ибо во время многочисленных тренировок и предыдущих сдач костер у него не разжегся ни разу.

— Мой тебе совет, Каменев, — продолжал Бельмондо, — иди и попробуй по травам сдать, если уж тебе сегодня так везет.

— Да там уже без меня куча народа, — Герасиму не хотелось ещё раз испытывать судьбу.

— Так зачет-то ведь в виде теста, — пояснил Исаак Наумович. — За полчаса напишешь. Иди, дерзай.

Этому зачету придавалось особое значение, так как Бельмондо и Карл Луарсабович хотели быть уверены, что их подопечные, выживая, не отравятся чем-нибудь вроде волчьих ягод. Муму поплелся сдавать. Вообще-то он втайне надеялся сдуть у кого-нибудь правильные ответы. Однако хитроумные экзаменаторы заготовили то ли десять, то ли пятнадцать вариантов теста, и у ребят, сидевших рядом с Герасимом, были совершенно другие вопросы. Пришлось писать тест на свой страх и риск.

Зачет сдавали в столовой. Когда протрубили обед, Карл Луарсабович собрал листки.

— До семнадцати ноль-ноль проверю, — на прощание произнес он. — По истечении этого срока можете явиться за результатами. А теперь все свободны.

Во время обеда Марго и Варвара вели себя как-то очень странно. Ели они совершенно молча, на все вопросы ребят отвечали односложно, а Варя даже ни разу не прицепилась к Герасиму, хотя, кажется, поводов у неё было более чем достаточно.

Когда Команда отчаянных покидала столовую, Варя вдруг сказала:

— Мальчики, у нас к вам очень серьезный разговор.

— Да-аже так? — начал было отшучиваться Иван, однако Марго так на него глянула, что он мигом осекся.

— Девчонки, у вас какие-нибудь проблемы? — заволновался Павел.

— Не у нас, а у вас, — сухо бросила Маргарита и поджала губы.

— Что ты имеешь в виду? — не понял её Павел.

— А то вы не догадываетесь, — в голосе Варвары послышались брезгливые интонации.

— Вот уж никогда бы не подумала, — с презрением подхватила Марго.

— Да в чем дело, в конце-то концов? — Иван не сводил с неё глаз.

— Наркоманы, — поморщилась Варя.

— Лучшего развлечения не могли придумать, да? — осведомилась Марго.

— Глюковарево, значит, изготовляете, — снова заговорила Варя. — И, главное, от нас все скрыли.

— Глюко чего? — вытаращился на неё Луна.

— Не прикидывайтесь, — с гневом воскликнула Марго. — Хорошо еще, что до учителей не дошло.

— Как ты это назвала? — зашелся от хохота Павел.

Трое его друзей тоже корчились от смеха.

— Не вижу ничего веселого, — сурово произнесла Маргарита. — Вот вышлют вас отсюда в Москву и ещё сообщат в наркодиспансер.

— Будет вам тогда улетное глюковарево, — сказала Варвара.

— Девчонки, да вы что, поверили? — уставились на них Луна, Муму, Пуаро и Баск.

— Весь лагерь уже говорит, — объяснила Марго.

— Ну, вы даете, надо же, поверили, — покрутил пальцем у виска Луна.

— А я, между прочим, ещё утром предупреждал тебя, — назидательно изрек Каменное Муму. — На фиг Чиче с Колом такую лапшу на уши вешал? Вот дойдет до Бельмондо, потом объясняй-доказывай, что на самом деле мы ничего не варили.

— Мальчишки, вы, наконец, нам объясните, в чем дело? — не выдержала Марго.

Те наперебой принялись рассказывать. Теперь настала очередь девчонок смеяться. Потом Маргарита, вмиг посерьезнев, посмотрела на мальчиков:

— Конечно, очень смешно, но влипнуть с этим вы можете по-крупному.

— Не можем, — покачал головой Луна. — Потому что светящихся мухоморов не существует. А Кол с Чичей, если они такие дураки, могут до конца лета их искать. Ну, или пока их Бельмондо с Карлом ночью не поймают. Ха! Улетное глюковарево!

Глава V.

ИНТУИЦИЯ ПОДСКАЗЫВАЕТ…

Bыяснив животрепещущий вопрос по поводу глюковарева, ребята направились к пристани. По дороге туда Сеня упорно доказывал, что сторож никак не мог за столь короткое время обзавестись новым замком, а тем более врезать его в дверь.

— Поживем — увидим, — Герасим не был столь радужно настроен.

— А что будем делать, если он все-таки уже врезал новый замок? — осведомился Иван.

— Да не мог же, не мог! — снова завел свое Сеня. — Времени у него было слишком мало.

— Ну, насчет времени — это с какой стороны посмотреть, — усмехнулась Варя. — Вот наш Мумушечка сколько дел уже успел переделать. И на веревочке повисел над ручейком, и в ручейке искупался, и костерчик разжег, и… — она бросила на Муму ехидный взгляд. — Письменный зачет по травам наверняка не сдал.

— Почему обязательно не сдал? — возмутился Герасим, хотя и сам не очень надеялся на положительный результат.

— Потому что ты в полезных и вредных травах разбираешься как свинья в апельсинах, — продолжила пикировку Варвара.

— Можно подумать, ты большой знаток, — буркнул Муму.

— Так, насчет трав потом, — вмешался Луна. — Все выяснится после нашего пребывания на острове. Кто выживет, тот и прав.

Они вышли на пристань.

— Открыто, открыто, — зашептал в раже Сеня. — И замок выломан. Айда скорее.

— Погоди, — Иван ухватил его за майку. — Вдруг он где-то поблизости с замком возится?

— Производим разведку, — кивнул Луна.

Друзья, делая вид, будто просто прогуливаются и разговаривают, обогнули сарай. Любимая лавочка сторожа была пуста. Да и на пристани ребята не заметили ни души.

— Девчонки, вы остаетесь снаружи, — скомандовал Павел.

— Почему мы? — Варя и Марго недовольно взглянули на него.

— Потому что, если кто-то появится, вам скорее, чем нам, удастся запудрить ему мозги и увести подальше отсюда.

— Нашел за что похвалить, — усмехнулась Варя.

— А в общем, он прав, — согласилась Марго.

— Главное, дайте нам заблаговременно знать об опасности, — распорядился Муму.

— А то мы сами не сообразили, — высокомерно вскинула голову Варя.

— Значит, если кто-то возникнет на горизонте, кричите хором: «Эх, искупаться бы! Водичка такая теплая! «— Луна тут же придумал сигнал тревоги.

— Это уж будь спокоен, покричим, — заверила Варвара. — А вы там за Мумушечкой внимательно следите. Иначе он в сарайчике та-аких дел натворит.

— По-моему, нам надо поторопиться, — Герасим не дал ей договорить.

Мальчишки ещё раз огляделись и один за другим юркнули в раскрытую дверь сарая.

— Герка, постой возле входа, — попросил Сеня.

— Если хочешь, сам стой, — Герасим вышел из себя от подобной несправедливости, — а я должен тут лично каждый сантиметр обследовать.

— Пусть идет, — сказал Луна.

— Вот они, наши весла, — тут же направился к стене Сеня.

— Да погоди ты со своими веслами, — остановил его Иван. — Давайте посмотрим, что тут имеется кроме них.

— Нет, ребята, — Сеня твердо стоял на своем. — Вы можете смотреть все остальное, а я сперва решу вопрос с веслами. Может, нам больше такой удачи не представится.

Не слушая никаких возражений, Баск схватил два весла, вылетел из сарая и скрылся вместе с добычей в кустарнике.

— Псих, — проводила его задумчивым взглядом Варя.

— Видимо, ему жутко охота на лодке покататься, — улыбнулась Марго.

— Ну да, — кивнула Варвара. — Наш Сеня хочет использовать свой глоток свободы на двести процентов.

Как раз в это время Баск с треском выломился из кустов и пулей пронесся обратно к сараю.

— Я там их надежно спрятал, — тяжело дыша, сообщил он друзьям. — Можем прямо сейчас оттащить к лодке.

— Да погоди ты, — отмахнулся Иван.

Ребята вовсю обследовали сарай. Вернее, ту его часть, где хранились весла, лежаки, накрытые мешковиной, несколько пляжных зонтиков, два красных буя и какая-то огромная пыльная сеть с такими большими дырками, что, по словам Сени, забрасывать её есть смысл разве что на акул, все остальное удерет. Дальше были стена и дверь. Луна подергал её. Заперто.

— Ребята, динамит там.

— Ну-ка…

Сеня сперва тоже подергал дверь. Затем склонился над скважиной и извлек из кармана нож.

— Ща откроем.

Но он не успел ничего сделать. До ребят донеслись радостные вопли девчонок:

— Эх, искупаться бы! Водичка такая теплая!

Четверых друзей мигом выдуло из сарая, причем прямо в объятия сторожа. Нельзя сказать, чтобы тот обрадовался встрече:

— Чего ищем? — хмуро оглядел он всю компанию.

— Да в бадминтон поиграть охота, — Пуаро вдруг придумал великолепную отговорку. — Мы думали, может, у вас там есть ракетки и воланы?

— Ни ракеток, ни волана, ни бильярда, — решительно потеснил их в сторону от сарая нелюбезный хмырь. — И учтите: в наше время, если чего охота, со своим надо приезжать. Государственные дотации кончились.

— Значит, точно нету? — подыгрывая Пуаро, переспросили ребята.

— Два раза не повторяю! — рявкнул сторож. — Концерт окончен, бисов не будет. Валите отсюда. Некогда мне.

Мальчики сочли за лучшее не нервировать его и, поманив девчонок, отошли подальше.

— Ой, какой нервный дяденька, — прокомментировала беседу Варя.

— Странный он, — тихо добавила Маргарита.

В руках у сторожа был пластиковый пакет. Когда ребята отошли, он вытащил из него замок и начал возиться с дверью.

— Вот гадство. Уже достал, — в сердцах топнул ногой Герасим.

— Неудачно, — Луна разделял его досаду. — Но, с другой стороны, это лишний раз доказывает: там действительно что-то спрятано.

— Иначе почему он так посторонних боится, — кивнул Иван. — Вторая-то дверь все равно заперта.

— Значит, — предположил Луна, — он даже боится, что кто-нибудь заметит эту вторую, запертую дверь.

— Эй, вы нам все-таки объясните, в чем дело, — напомнили о своем существовании девчонки.

Ребята объяснили.

— Что-то ценное дяденька там прячет, — уверенно заявила Варя.

— Надо было сразу, как вошли, второй дверью заняться, — запоздало посетовал Баск.

— Вот именно, — напустился на него Муму. — А ты сразу: «Весла, весла».

— Да я тогда даже не заметил эту дверь, — оправдывался Баск.

— Может, и к счастью, что не заметил, — сказал Луна. — Если бы мы её успели открыть, то сторож нас бы прямо там и зацапал. А это хуже некуда.

— Слушайте, а по-моему, как раз в этой части сарая есть окошко, — вспомнил Иван. — Пошли проверим.

Память Пуаро не подвела. В задней стене сарая было небольшое окошко. Располагалось оно высоко, почти под самой крышей.

— Муму, придется тебе поработать подъемником, — несколько виновато предложил Луна.

— Слушайте, мне уже на сегодня физкультуры вот так хватило, — провел ребром ладони по горлу Герасим. — Пусть Баск подъемником поработает.

— Действительно, — вдруг вступилась за Муму Варя. — А то наше Каменное чудовище развалится-рассыпется, над кем я тогда издеваться буду?

— Успокойся, не развалюсь, — заверил её Герасим, однако работать подъемником все же отказался.

— Ну, кто меня в таком случае к окну доставит? — Луна окинул присутствующих вопросительным взглядом.

— Да ты что? — возмутились Иван и Баск. — Сперва похудей.

— Сколько вам раз повторять: мужчины должно быть много, — Павла никогда не тяготила избыточная толщина.

— А пока много, сам и поднимайся, — хохотнул Иван. — Или пусть Гера тебя поднимает, если он такой добрый.

Услыхав это, Каменное Муму сделал вид, будто целиком и полностью поглощен наблюдениями за бабочкой, порхавшей с цветка на цветок клевера.

— И вообще, я предлагаю поднять Марго, — предложил Иван. — Во-первых, она легкая…

— Я тоже легкая, — перебила его Варя.

— Но ниже ростом, — отрезал Иван. — Давай, Марго, — он опустился на корточки. — Становись мне на плечи.

Вскоре Маргарита уже смотрела в мутное от грязи стекло.

— Ну, что там? — полюбопытствовал Герасим.

— Очень плохо видно, — откликнулась девочка. — Но, по-моему, какие-то ящики.

— Ящики? — переспросил Луна.

— Что-то вроде, — ответ Маргариты прозвучал не слишком уверенно. — Они завешены тряпками.

За углом сарая послышались тяжелые шаги.

— Атас, — в панике прошептал Луна.

— Держись, Марго, — Иван резко присел на корточки.

Не успела она спрыгнуть с его плеч на землю, как из-за угла показался сторож.

— Обратно вы? — он с яростью посмотрел на назойливую компанию.

— Не, дядя, мы не обратно, мы только туда, — попробовал отшутиться Луна.

Однако юмор у этого сторожа явно не проходил.

— Ты, толстый, видать, себя очень умным считаешь, да? — буравил он водянисто-серыми глазками Павла.

— Да вроде на голову не жалуюсь, — постарался как можно вежливей откликнуться тот.

Но, увы, расположения сторожа ему завоевать не удалось. Тот категорически не желал идти на контакт.

— А раз не жалуешься, то валите все отсюда, — весьма нелогично ответил он Павлу. — Нечего вокруг служебного помещения околачиваться.

— Так мы, дядя, как раз и валим, — вмешался Баск. — Просто мимо вас шли и случайно встретились.

— А я вот к тому, чтобы случайностей больше не было, — злобно проорал сторож и, сплюнув в сторону, повторил: — Валите отсюда в темпе.

Команда отчаянных решила не испытывать больше его терпения и «свалила». Однако, едва они отошли от сарая, Баск завопил:

— А как же наши весла?

— Потом, — откликнулся Луна. — Пусть дядя сторож сперва успокоится.

— Нет, я так не согласен, — уперся Сеня. — Пошли весла по-тихому возьмем и оттащим через лес к той лодке.

— Ага, а он в кустах нас засечет, — Герасиму не хотелось больше встречаться со сторожем.

— Знаете, я один сбегаю, — принял решение Баск. — А вы идите к лазу в заборе. Я весла туда принесу.

— Одному рискованно. Тогда я с тобой, — решил Луна.

— А мы лучше здесь подождем, — Марго внесла ещё одну коррективу в план Баска. — Если что случится, хоть сможем предупредить.

— Ладно, — Баск не стал спорить, и они с Павлом юркнули в кустарник. Ветви за ними сомкнулись, оба лазутчика исчезли.

— Грамотно идут, — одобрил Иван.

— Это-то ладно, — сказала Варя. А вот почему этот милый дяденька так нервничает?

— Может, мы ему просто не нравимся, — изрек менторским тоном Герасим. — На вкус и цвет товарищей нет.

— У таких, как дяденька сторож, все в жизни гораздо проще. Говорю же: он чего-то боится. Поэтому и гоняет нас, — тряхнула золотыми кудрями Варя.

Кусты вновь раздвинулись. Оттуда сперва показались весла, затем Баск и последним — Луна.

— Из-под самого носа у дяденьки увели, — похвастался Сеня. — Он там так и торчит.

— Караулит, — уточнил Луна.

— Главное, чтобы раньше времени не чухнулся, — многозначительно изрек Герасим.

— Раньше какого именно времени? — но поняла Варя.

— Ежу понятно, какого, — до Баска вполне дошли опасения Муму. — Пока мы до лодки не доберемся. И вообще, бегом в лес.

Остальных уговаривать не пришлось. Весла Сеня никому не доверил и, положив их на плечо, пробирался таким образом сквозь душную чащобу, в которой по-прежнему от жары даже птицы затаились и не издавали ни звука.

— Мертвый лес, — передернула плечами Марго.

— Ничего, — Сеня пребывал совершенно в другом настроении. — Ща на лодочке покатаемся, острова проверим. Придется мне все же один замочек расковырять.

— Это, Баск, почти святое, — одобрил его Луна. — Можно сказать, во имя будущего всеобщего выживания.

— Так мы же эту лодку не насовсем забираем, — откликнулся Сеня. — Попользуемся и вернем. Я её потом и без замка так цепью к дереву привяжу, что фиг кто отвяжет. А замок рядом кину. Вроде как он сам испортился и отвалился.

— Вот это очень умно, Сенечка, — с притворным восторгом заявила Варя. — Хозяин, естественно, поверит. Замок сам отвалился, а цепь, тоже сама, к дереву крепко-накрепко привязалась.

— А даже если и не поверит, — отмахнулся Иван, — лодка-то на месте. А для хозяина это самое главное.

— Мне очень нравится, как мы все себя уговариваем, что ничего плохого не совершаем, — Марго откинула упавшую на лоб прядь иссиня-черных волос.

— Слушай! — Сеня наконец вышел из себя. — Чего ты нас пиявишь? Не хочешь плыть — оставайся.

— Могу и остаться, — обиделась девочка.

Иван немедленно встал на защиту Марго:

— Баск, зачем ты так?

— Теперь этот ещё привязался, — вскипел Баскаков.

— Слушайте, в чем проблема? — примиряюще улыбнулся Луна. — Может, у этой лодки вообще никакого хозяина нету. Да и возьмем мы её всего на какой-нибудь час. Сплаваем и к полднику вернемся.

— А я вообще постараюсь так вскрыть замок, чтобы он потом защелкнулся, — уже остыл Баск. — Тогда вообще, как говорится, не пойман — не вор.

Марго задумчиво посмотрела на зеленый купол, который образовывала в вышине густая листва деревьев. Вообще-то она придерживалась иного мнения насчет лодки, однако спорить больше не стала.

— Делайте как знаете.

Они поровнялись с зарослями, за которыми были заводь и лодка. Первым раздвинув ветви, Сеня вдруг замер и ошалело уставился на друзей.

— Нету.

— Чего нету? — кинулись к заводи остальные.

— Как видите, ничего, — враз севшим до хрипоты голосом сказал Сеня.

— Твоя правда, — в полном изумлении подтвердил Луна.

В заводи не оказалось ни лодки, ни цепи, ни замка.

— Может, мы место перепутали? — покрутила головой Варя.

— Да нет, — Пуаро указал на ствол дерева. — Видите, вот следы от цепи.

— И на фига они уплыли? — чуть не плакал от обиды и разочарования Баск. — Зря я на себе это пер.

— А давайте весла тут где-нибудь припрячем, — предложил Луна. — У нас ещё завтра целый день есть. Если лодка на месте окажется, сплаваем.

— Боюсь, она больше никогда здесь не окажется, — скорбно взирал на заводь Сеня. — Надо было сразу.

— Мало ли что было надо, — ответил Луна. — Теперь остается надеяться на лучшее.

— Будем надеяться, — выдохнул Сеня.

Оглядевшись, он направился в сторону и засунул оба весла в заросли папортника, который, судя по размерам, рос тут ещё во времена всяких ящеров и динозавров.

— Тут никто не найдет, — с довольным видом отметил Баск.

— Главное, Сеня, чтобы ты сам потом нашел, — не удержалась от колкости Варя.

— Найду, — заверил её Баск.

— Раз уж мы здесь оказались, давайте дойдем до нашего заливчика и искупнемся, — предложил Иван.

Все двинулись дальше. Правда, уже на месте выяснилось, что у Герасима снова нет плавок.

— Да ты же в них всю дорогу по бревну ходил, зачем потом-то было снимать? — никак не доходило до Сени.

— Посиди на берегу, — Луна похлопал Муму по плечу. — Постережешь наши вещи.

И, оставив мрачного Муму в одиночестве, они пошли плескаться. Герасим сперва с большой завистью смотрел на друзей, мысленно сетуя на свою невезучесть. Впрочем, ему больше и смотреть было особенно не на что. Берега узкого заливчика густо поросли лесом, и с того места, где он сидел, открывались лишь небольшая часть озера и два острова, вернее, полтора, потому что часть второго скрывали деревья. Именно оттуда выплыла лодка. В ней сидел одинокий гребец.

Сперва Муму просто лениво наблюдал за происходящим, и только потом его клюнуло.

— Эй! — замахал он ребятам.

— Сейчас, сейчас, — они не обратили никакого внимания на его призывы, — успеем на полдник.

— Да я не о том! Лодка! — взывал к ним Герасим.

Но тщетно. Друзья продолжали нырять и плавать. А лодка тем временем скрылась за вторым островом.

— Во тупые, — проворчал Муму. — Теперь упустили. А по-моему, это была наша.

Когда друзья наконец вышли на берег, лодки и след простыл.

— Вот так всегда, — Муму встретил их градом упреков. — Поняли бы мои знаки, могли бы за ней сплавать и проследить.

— Когда ты, Мумушечка, научишься подавать понятные знаки, мы их будем понимать, — парировала его выпад Варвара.

— Мог бы вообще прямо сказать, — возмутился Баск.

— Очень ты умный, — Герасим кинул на него суровый взгляд. — Чтобы этого типа спугнуть.

— А кто там сидел-то? — поинтересовалась Марго.

— У меня, между прочим, глаза, а не подзорная труба, — прогундосил Муму. — Кто сидел! Скажите спасибо, что я разглядел лодку.

— У-у-у! — разочарованно вытянулась физиономия у Баска. — Я думал, ты нашу лодку узнал.

— Ха-ха-ха, — прямо как оперный Мефистофель, расхохотался Герасим. — И надпись прочитал.

— Значит, это, по идее, могла быть любая лодка из деревни? — ещё сильней разочаровался Сеня.

— По идее, да, — кивнул Герасим. — Но, по-моему, это была та самая.

— Логика у тебя, Мумушечка, просто каменная, — фыркнула Варя. — То сам признаешься, что почти ничего не разглядел, а то уверяешь, будто это наша лодочка.

— Чем мотивируешь? — уставился Баск на Герасима.

— Интуиция подсказывает, — не растерялся тот. — А я собственной интуиции привык доверять.

— Ну, раз зашла речь о твоей каменной интуиции, — Варвара уже переоделась и вышла из-за деревьев, — то лучше пошли скорее на полдник.

— Тем более сегодня у нас к чаю пироги с вареньем, — сказал Луна.

— Откуда ты знаешь? — повернулся к нему Герасим.

— Интуиция, — подмигнул ребятам Павел.

— Ах ты, гад! — замахнулся на него Герасим. — Издеваешься?

— Нет, совершенно серьезно.

И Луна припустился от него по лесной тропинке. Герасим со зверскими воплями побежал следом, а остальные припустили за Герасимом.

Как ни странно, интуиция Павла не подвела: на полдник подали пирог из дрожжевого теста с вареньем и перекладинами.

— В деревенском стиле, — сказал Герасим.

— Если так можно выразиться, наш лазоревый кантри стайл, — перевела на английский Варвара.

— Я бы лучше на твоем месте задумался о силе интуиции, — серьезно заявил Герасим. — Вон Луна почувствовал насчет пирога, и все верно. А почему вы мне про лодку не верите?

— Потому что доверяй, но проверяй, — Луна активно поглощал лазоревый кантри стайл и чай. — С пирогом мы на опыте доказали. А вот какая там плыла лодка… — Тут он заметил, что Герасим так ещё и не приступил к своей порции пирога, и вкрадчиво осведомился: — Герка, может, ты лазоревый кантри стайл не любишь?

— Люблю, — Каменное Муму на всякий случай придвинул к себе тарелку. — Не зарься, Луна, на чужое.

И он в целях безопасности затрамбовал всю свою порцию в рот.

— Ай, подавишься, Мумушечка, — нараспев произнесла Варя.

Тот немедленно закашлялся, Варя, воспользовавшись моментом, начала изо всех сил дубасить его по спине.

— А-а! — удерживая во рту пирог, завопил Муму. — Прекрати драться!

— Я? Дерусь? — с ангельским видом откликнулась девочка. — Вот хам. Вместо того, чтобы спасибо сказать. Ведь смотри, помогло. Ты больше не кашляешь.

Муму и впрямь больше не кашлял, а сосредоточенно жевал пирог.

— Вот, — простер к нему руку Луна. — Смотрите. Он от жадности ест безо всякого удовольствия.

— Это вы мне все удовольствие испортили, — Герасим наконец справился с пирогом.

После полдника явился Карл Луарсабович. Гул в столовой мгновенно утих.

— Правильно молчите, — отчеканил военный биолог в отставке. — Неудовлетворительно с зачетом справились.

Он назвал сдавших. Их оказалось совсем немного. Из Команды отчаянных добились успеха только Марго и Варя. Завистливый Герасим немедленно заявил, что просто у Марго в предках колдунья, вот она и знает все эти травы-ягоды. И Варьке, ясное дело, подсказала.

— Думай что хочешь, — не стали с ним спорить девчонки.

А Карл Луарсабович продолжал:

— Пересдача для не выдержавших испытание начинается завтра с десяти ноль-ноль и до победного конца. Кто не справится, выживать не поедет.

Народ возмущенно взвыл и застучал ложками по столам.

— Отставить шум! — грянул Карл. — Вы от меня психологическим воздействием ничего не добьетесь. Мне нужны знания. А то наедитесь там с голодухи всякой отравы. Нам что, потом за вами «Скорую помощь» туда присылать?

— Карл Луарсабович, — вскочил со стула Герасим, которому очень не хотелось пересдавать зачет. — А если мы так с вами сделаем. В каждой группе один сдавший, один несдавший. Например, меня высаживают на остров с Королевой, а Лунина, — указал он на Павла, — с Пановой. Сдавший будет руководить питанием несдавшего.

— Сидеть, Каменев, — рассердился Карл Луарсабович, — и не учи меня жить. Сдавать дисциплину все будут. Ты лучше как следует подготовься. И другим того же желаю. А теперь марш на пляж.

— А работы можно посмотреть, что там неправильно? — спросил Чича.

— Нельзя, — отрезал Карл Луарсабович. — Учитесь думать собственными головами.

На пляже события развивались почти в точности по вчерашнему сценарию: одни купались, другие загорали, а Кол с Чичей, вновь сколотив две волейбольные команды, посвятили себя любимой игре. Муму тоже рвался принять участие в волейбольном сражении, однако на площадку его не пустили и даже судить не позволили.

— Кругом коррупция и сговор, — мрачно констатировал он. — Но мне не очень-то и хотелось.

— По-моему, самое время навестить наш сарайчик, — предложил Луна с видом заговорщика.

Остальные огляделись. Может, и впрямь настал подходящий момент? Карл Луарсабович, устроившись на лежаке, увлекся чтением какой-то очень толстой книги, а дядя Вася и Бельмондо, видимо, решили как следует поплавать, и их головы были едва видны с берега.

Команда отчаянных двинулась к сараю.

— Интересно, засек сторож пропажу весел? — беспокоился Сеня.

— Полагаю, что нет, — ответил Луна. — Иначе бы уже поднял скандал.

Дверь сарая оказалась заперта на новый замок. Вокруг валялись свежие щепки. Сторож отсутствовал.

— Отдыхает дяденька от трудов праведных, — усмехнулась Варя.

— Вот и пусть отдыхает, — это вполне устраивало Луну. — А мы пока ещё раз в окошечко заглянем.

Они зашли за угол.

— Давайте теперь я туда посмотрю, — вызвался Каменное Муму. — Может, мне удастся увидеть больше, чем Марго.

— Да ты ведь упадешь, — с опаской покосился на него Сеня.

— Ты же не бревно, — с важностью изрек Муму, — уж как-нибудь на твоих плечах удержусь.

— Мое дело предупредить, — сдался Баск.

Он присел на корточки, Муму, по-стариковски кряхтя и охая, встал ему на плечи и, опираясь для равновесия ладонями о шершавую стену, скомандовал:

— Ну, давай мало-помалу.

— Давай, космонавт, потихонечку трогай, — пропела Варя старую песенку.

— Не с-смеши м-меня, — затрясся от нервного хохота Баск. — На мне хрупкий груз. Как говорится, «осторожно, не кантовать».

— Иначе выйдет перекантованный Мумушечка, — не унималась Варвара.

— Ч-черт, заноза, — раздался сверху голос Герасима.

— Это кто, я заноза? — переспросила Варя.

— Не ты, а стена, — проворчал Герасим. — Между прочим, больно.

— Так что, тебя вниз спустить? — застыл на полпути Баск.

— Потерплю, — Герасим держался героически. — Поднимай.

Баск выпрямился. Муму глянул в окно.

— Братцы, там ни…

Видимо, забыв, на чем он стоит, Муму переступил с ноги на ногу и, как объяснял потом смущенный Сеня, видно, попал ему ногой на какой-то «болезненный нервный центр». Баск взвыл и качнулся, а Герасим полетел вниз на зеленую травку.

— Жив? — склонились над ним ребята.

— Нет, уже умер, — заявил тот и, резко поднявшись на ноги, кинулся с кулаками на Сеню. — Совсем чокнулся? Забыл, что я на тебе стоял?

— В следующий раз стой аккуратнее, — увернулся от его кулака Баск. — Я, между прочим, все-таки не подъемный кран и не домкрат, а живой человек. На фига было по мне топтаться своими ножищами?

— Я не нарочно топтался, а машинально, — Муму продолжал качать права.

— И я машинально, — Баск тоже не чувствовал за собой никакой вины. — Ты мне там болевую точку активизировал.

— Итак, акробатический этюд «Муму-Баск» не удался, — с ехидным видом констатировала Варвара.

— Вот тут ты совершенно не права, — забыв о конфликте с Сеней, объявил Герасим. — Я как раз все, что надо, успел заметить. А дальше там находиться было бессмысленно.

— То есть? — разом уставились на него друзья.

— Да понимаете, — медленно продолжал Герасим, — наверное, мы этого сторожа все-таки спугнули. Окно теперь плотно занавешено. Мешковиной.

— Это уже впечатляет, — серьезно произнес Луна.

— Прямо хоть окно разбивай, чтобы выяснить, — нервно переступил с ноги на ногу Баск.

— Нельзя, Сенечка, — развела руками Варя. — Это уже точно будет кража со взломом.

— Скорей, взлом без кражи, — уточнил Иван. — Брать-то мы ничего не собираемся.

— Естественно, — кивнул Баск. — Только посмотрим.

— Но шум-то все равно поднимется, — Луне не хотелось рисковать.

— Шум! — воскликнул Сеня. — Если мы банду браконьеров накроем, нам только спасибо скажут.

— Во-первых, тише, — строго глянула на него Маргарита. — А то ты браконьеров распугаешь, прежде чем мы их поймаем. А во-вторых, тебе не приходит в голову, что там могут оказаться обыкновенные ящики с гвоздями, а у дяденьки просто болезненная страсть к порядку?

— С какой радости ему столько гвоздей держать, — не верилось Сене.

— Ну, может, он затеял какой-нибудь большой ремонт или строительство, — предположила Варя.

— И вы действительно в это верите? — Сеню охватило разочарование.

— Не верим, но допускаем, — Луна взъерошил пятерней свою густую шевелюру. — А если серьезно, то нам нужно быть предельно осторожными. Иначе до истины не докопаемся. Поднимет сторож скандал, и мы мигом окажемся в городе.

— Так что тогда делать? — совсем растерялся Сеня.

— Выжидать и смотреть в оба, — откликнулся Павел. — Других вариантов пока не вижу.

Глава VI.

БОЕВАЯ НИЧЬЯ

На сей раз ребятам удалось не встретиться со свирепым сторожем. Они увидели его, лишь вернувшись на пляж. Сторож вышел из леса и, подтягивая на ходу спадающие широченные штаны, заспешил к сараю.

— Не оставляет надолго объект без присмотра, — Марго проводила его задумчивым взглядом.

— Только не вздумайте на него глазеть, — предупредил Луна. — Нечего лишний раз привлекать внимание.

Однако Команда отчаянных все же украдкой за ним проследила. Он прямиком направился к двери сарая, подергал её и, только убедившись, что она по-прежнему заперта, уселся на свою любимую лавочку покурить.

— Бережет он этот сарай как зеницу ока, — Баску казалось все более подозрительным поведение сторожа. — Что же там все-таки у него спрятано?

— Знаете, давайте на всякий случай приготовимся, что мы этого никогда не узнаем, — Луне казался вполне вероятным и такой вариант.

— А действительно, — подхватил Герасим. — Разве мало мы с вами преступлений распутали. Какое нам дело до каких-то лазоревых браконьеров. Пусть себе живут и ловят рыбу. В конце концов, мы тут отдыхаем.

— Нет, Герочка, — поправила его Варя. — Мы тут не отдыхаем, а выживаем.

— Тем более надо силы беречь, — сказал тот.

— Не хочу я беречь силы! — возмутился Баск. — Мне интересно. Если, конечно, там не элементарные гвозди прячут.

— Братцы, — всплеснула руками Варвара. — Мы совсем забыли про Маргошины камушки! Слушай! — повернулась она к подруге. — Может, кинешь? У тебя они с собой?

— Нет, — ответила Маргарита.

— В Москве оставила? — ахнул Баск.

— Ближе, — с характерной своею полуулыбкой ответила Марго. — Гораздо ближе. В спальне.

— А давай я тебе их сейчас принесу, — вызвался Баск. — Говори, где они лежат.

— А тебя, Сенечка, туда не пустят, — в тон ему произнесла Варвара. — Там, скорей всего, заперто. Потому что учителя купаются.

— Как же их взять? — осведомился Сеня.

— На ужин пойдем, тогда захвачу, — пообещала Марго. — А потом кину.

Камушки у Маргариты были очень древние. Их подарила ей на тринадцатилетие бабушка, в роду которой они, начиная со средневековья, передавались по женской линии через поколение. Первой владелицей камушков была прапра… и ещё несчетное количество раз прабабушка Маргариты — персидская княжна, которая попала ко двору испанского короля Филиппа, вылечила от смертельной болезни наследного принца, за что её сперва приблизили к королевской семье, а затем, обвинив в колдовстве, сожгли на костре инквизиции.

Княжна погибла, однако перед смертью успела передать камушки внучке. С их помощью можно узнать, что ждет человека в будущем. Конечно, прямые и конкретные ответы от магических камушков получить нельзя. Но тем не менее Команда отчаянных неоднократно за этот год убеждалась: они никогда не врут.

После ужина шестеро друзей отправились на руины беседки. Там даже сохранилась хорошая широкая и ровная доска, которую Баск, Луна и Иван, не подпуская близко Герасима, выудили из-под горы обломков.

— Хоть посидеть есть где, — удовлетворенно хмыкнул Муму и первым плюхнулся на доску.

— Если бы не некоторые, — покосилась на него Варя, — нам было бы тут ещё удобней.

— Намек не понял и не принял, — выпятил острый подбородок Каменное Муму. — К твоему сведению, эта штука давно уже была опасна для жизни. Хорошо еще, для нас все так удачно закончилось.

— Герка, не бухти. Марго, кидай, — Баск уже весь изъерзался. — Должны же мы узнать, что там такое.

Из кустарника с шумом вылетела птица и на бреющем полете унеслась прочь. Иван отшатнулся. Птица едва не задела его по щеке крылом.

— Ух ты! Куда это она? — проводил её взглядом Герасим.

— Тебя, Мумушечка, испугалась, — фыркнула Варя. — Вдруг ты ещё что-нибудь тут обрушишь.

Птица взмыла вверх и исчезла в голубом небе.

— Необычная птица, — сказал Герасим.

— Заткнись, орнитолог! Марго, давай кидай! — снова поторопил Сеня.

— Попрошу меня не понукать, — сердито бросила девочка.

— Молчим, молчим, — притихли друзья.

Все давно знали, что Марго, перед тем как кидать камушки, нужно сосредоточиться. Она медленно достала из кармана джинсов видавший виды замшевый мешочек и задумчиво посмотрела вдаль. На какое-то мгновение руки девочки словно застыли в воздухе, а губы беззвучно зашевелились. Она произносила тайное средневековое заклинание.

Ребята терпеливо ждали. Губы девочки замерли, и она резко перевернула мешочек вверх дном. Мелкие разноцветные камушки рассыпались по доске. Марго, едва глянув на них, объявила:

— А дело-то серьезное.

— Ну я ж говорил! — Сеня даже вскочил на ноги от переполнявших его эмоций.

— По-мол-чи, — тихо, но властно произнесла Марго.

— Все, все, все, — покорно опустился на доску Баск.

— Эй, а что ты у камушков-то спросила? — поинтересовалась Варя.

— Грозит ли опасность сторожу, — объяснила Маргарита. — Так вот. Грозит.

— Ему-то почему? — не ожидал такого Баск. — Он же с этими браконьерами в сговоре. Мы с Ванькой сами слышали.

— Баск, мы даже не знаем, браконьеры ли они, — воззвал к его сознанию Иван.

— Не знаем, но предполагаем, — не унимался Сеня.

— Слушай, Марго, — теперь заинтересовался и Луна. — А спроси, грозит ли нам опасность?

Девочка молча собрала камушки в мешочек, и повторился весь ритуал сначала.

— Грозит, — Маргарита так резко кивнула головой, что её длинные иссиня-черные волосы упали на лицо.

— Все ясно, — вмиг помрачнел Муму. — Мы не выживем на этом острове.

— Заткнись и не каркай, — вмешалась Варя и, переведя взгляд на подругу, добавила: — Марго, нам опасность грозит оттуда же, откуда сторожу?

Марго кинула камушки в третий раз.

— Нет. Это другая опасность.

— Говорю же: не выживем, — мрачней прежнего повторил Герасим.

— Ты это буквально или в переносном смысле? — решил выяснить Иван.

— Какая разница, — уныло протянул Муму. — Результат-то один.

— Совсем не один, — возразил Луна. — Если не выполним условий выживания, нас просто Бельмондо с Карлом доставят обратно на турбазу. Ну, короче, мы сдадимся, однако останемся живы.

— Я про другое, — произнес Муму таким голосом, будто все уже умерли.

— Про что же тогда? — не дошло до Луны.

— Про то, что мы можем обратно не вернуться, — нагнетал трагизм Герасим.

— Несмешно шутишь, Мумушечка, — пыталась бодриться Варя, хотя ей вдруг сделалось очень неуютно.

Камушки предсказывали какую-то неясную опасность, а им послезавтра предстояло остаться одним на острове. Конечно, их будут дважды в день проверять. Однако все остальное время помощи, по условиям эксперимента, ждать неоткуда.

Впрочем, не только Варя, но и все остальные сейчас невольно задумались об этом. Что-то странное творилось вокруг. И лодка, почему-то стоявшая не на пристани, а в такой глуши. Раньше ещё можно было предположить, что её кто-то там бросил. Но сегодня шестеро друзей убедились: ею пользуются. Сторож тоже ведет себя подозрительно. Если бы он был просто рачительным хозяином и боялся, что приезжие растащат имущество из сарая, то после того, как несколько раз подряд засек Команду отчаянных возле двери, наверняка бы провел инвентаризацию, недосчитался бы пары весел и, конечно, поднял бы жуткий скандал. Однако все было тихо. Значит, пляжный и лодочный инвентарь — это лишь камуфляж, за которым скрывалась тайна.

— А может, все и не так? — первым нарушил молчание Луна. — Ну, просто нам после многих расследований везде мерещатся преступления.

— Больное воображение, — полуутвердительно-полувопросительно произнесла Варя.

— Вроде того, — кивнул Луна.

— Не вроде, а точно! — подхватил Иван.

А Герасим с умным видом добавил:

— По-моему, в данном случае предупреждение камушков следует трактовать широко.

— Ну ты даешь! — повертел коротко стриженной головой Сеня.

— По-моему, нашему Мумушечке пора присваивать звание почетного доктора Оксфорда, — фыркнула Варя.

— Это не мне пора, а вы элементарных вещей не понимаете, — продолжил Герасим. — Мы с вами послезавтра куда отправляемся? Выживать. А это само по себе дело опасное. Вот камушки нас честно и предупреждают: не расслабляйтесь.

— А ведь Герка прав, — согласился Баск. — Тем более ты ведь, Марго, сама говоришь, что нам и сторожу грозит разная опасность.

— Логично, — просиял Луна. — Наверное, так и есть.

Еще с полчаса они усиленно уговаривали друг друга, что преступление им скорей всего просто мерещится, и в результате страх почти отпустил их. Тем более что вокруг было все так красиво и безмятежно. И, наконец, не хотелось отказываться из-за каких-то смутных подозрений от захватывающей поездки на «необитаемый остров». Конечно, Бельмондо ещё перед отъездом из города предупредил: «Школа выживания — дело добровольное. Если кто из вас почувствует неуверенность или страх, просто скажите. Ничего стыдного в этом нету».

Однако никто из Команды отчаянных даже мысли не допускал об отказе. Кто знает, вдруг больше никогда в жизни такого случая им не представится.

— В общем, едем выживать, но будем начеку, — подвел итог Луна. — Глядишь, и прорвемся.

Повар в огромном белоснежном колпаке поднес лежащему в кровати Луне гигантских размеров блюдо.

— Что это? — осведомился Павел.

Повар молча водрузил блюдо ему на живот. Подняв с подушки голову, Луна посмотрел, и его едва не стошнило. Блюдо кишело личинками.

— Ешь, — властным голосом приказал повар. — Очень вкусно.

— Но я такого не…

Павел осекся, потоку что именно в этот момент разглядел: на блюде совсем не личинки, а пирог с перекладинами, между которыми видны огромные красные сладкие ягоды. От пирога исходил божественный запах клубники.

Рот Павла наполнился слюной, и он жадно впился в пирог.

Его разбудил оглушительный хохот. Луна, подскочив на кровати, растерянно протер глаза. Во рту почему-то был омерзительный вкус, хотя по-прежнему пахло клубникой.

— Ешь, ешь! — на сей раз приказал не повар из сна, а Чича.

Луна машинально начал жевать. Мерзкий вкус усилился, а изо рта вылетело несколько больших пузырей. Спальня рыдала от хохота.

— Тьфу! — Павел наконец догадался выплюнуть мерзкое угощение.

На простыню упал кусок розового клубничного мыла.

— Кто это сделал? — разъярился Павел.

— Мы! — Чича и Кол с явной охотой взяли на себя ответственность за содеянное.

Луна, продолжая отплевываться, схватил подушку и трахнул ею Чичу по голове.

— Кол, наших бьют! — завопил Юрка.

В Луну полетела Ленькина подушка, а за ней — ещё несколько. Тут на стороне Павла выступили Сеня, Герасим и Иван. Теперь подушки носились по спальне, словно огромные вспугнутые ночные птицы. Один из «снарядов» уже лопнул, в комнате поднялась метель из перьев.

Дверь резко распахнулась. Вспыхнул свет. Ребята застыли на месте.

— Что тут происходит? — с порога осведомился Бельмондо и тут же начал чихать.

В следующий момент за его спиной возник сонный, но никогда не теряющий бдительности охранник Василий.

— Семен, отзовись! — что было мочи заорал он.

— Тут я, тут! — поспешил успокоить его Баск. — Все хоккей, дядя Вася.

— А по-моему, это не хоккей, а конец света, — Бельмондо оглядел заснеженную спальню. — Кто зачинщик?

— Все, — хором откликнулись ребята.

— Подухариться охота стало, — добавил Кол.

Бельмондо глубоко вздохнул и принял поистине Соломоново решение:

— Подушки всем разобрать и срочно лечь спать. А если утром до завтрака в палате не наведете полный порядок, пеняйте на себя: выживание отменяется.

Все разобрали подушки. Не хватило только Колу.

— Как же теперь спать? — жалобно уставился он на Бельмондо.

— А до этого ты чем думал? — ответил вопросом на вопрос Исаак Наумович.

— Подушкой, — расхохотался Баск.

— Вот теперь без неё и спи, — постановил Бельмондо. — Только полезно будет.

И они с Василием удалились.

— А, между прочим, трюк с мылом безотказный, — гордо заявил Чича. — Сколько в лагеря ни ездил, все едят. Надо только дождаться, чтобы человек как следует заснул, а потом строгим голосом приказать: «Ешь! «или «Жуй! «Стопроцентно срабатывает. Но желательно, чтобы мыло было фруктовое. Хотите клубничное, хотите абрикосовое. С цветочным иногда тоже проходит, но хуже.

— Я бы лично никакого есть не стал, даже во сне, — немедленно стал спорить Герасим.

— Если хочешь, засни, а я попробую, — предложил Юрка. — У меня ещё мыла много.

— Не хочу, — покачал головой Муму.

— Потому что в себе не уверен, — хохотнул Ленька Колобашников.

Муму решил больше не спорить. А то ведь и впрямь мылом накормят. Поэтому он прикинулся, что уже снова заснул.

Луна побежал в умывальную прополоскать рот. Теперь ему было не обидно, а смешно. Надо же, так по-дурацки купился!

Когда он вернулся в спальню, Чича спросил:

— Ну что, Пашка, по нулям? А то из-за твоей лапши со светящимися мухоморами над нами пацаны из десятых целый день ржали.

— Мы-то к ним со всей душой, — вступил в беседу Колобашников. — Хотели команду для ночных поисков сколотить…

— А они? — Луну разобрал смех.

Юрка с Колом лишь руками махнули.

— Действительно ничья, — сказал Павел и улегся в кровать.

— Только это не по нулям, — Муму во всем любил точность. — А один — один.

Глава VII.

НАЧИНАЕМ ВЫЖИВАТЬ

На следующее утро девятый «А» досдавал зачеты. Так что выбраться к лодке Команде отчаянных удалось лишь после обеда. Впрочем, с тем же успехом можно было и не ходить. Лодка по-прежнему отсутствовала.

— Эх, так мы ничего и не разведали, — сокрушенно произнес Луна.

— И уже не разведаем, — развел руками Сеня.

После полдника Бельмондо и Карл Луарсабович созвали девятый «А» и девятый «Б» на организационное собрание. Сперва объявили, кто сдал зачеты, включая злополучный тест по съедобным растениям. Справились с ним не все, однако мужской части Команды отчаянных на сей раз повезло. Даже урбанист Герасим каким-то образом умудрился ответить правильно на подавляющую часть вопросов.

— Ур-ра! — радостно проорал Баск. — Значит, все вместе выживать поедем! Одновременно!

Далее Бельмондо сообщил, что в первую группу выживающих включено четырнадцать человек из девятого «А» и двое из девятого «Б». То есть всего шестнадцать человек. Оставшиеся девятиклассники, при условии успешной сдачи зачетов, отправятся на острова во вторую очередь через три дня, по возвращении первой группы. Далее настанет черед десятиклассников, которые приехали на турбазу неделей позже, так как сдавали в школе экзамены.

— Островов в наличии имеется шесть, — продолжал Исаак Наумович. — Один большой. На него решено отправить шесть человек, или, другими словами, три пары. Места всем хватит. А на остальные, более мелкие острова отправим по два участника.

Именно в этот момент Баск и решил судьбу Команды отчаянных.

— Исаак Наумович! Карл Луарсабович! — взмолился он. — А можно на большой остров нам? Ну, вот всем. Нас как раз шестеро!

— Кто это вы? — решил уточнить Карл Луарсабович.

— Ну, естественно, Лунин, Каменев, Панова, Королева, Холмский и я! — на одном дыхании выпалил Сеня. — Понимаете, девчонкам не так страшно, и нам веселей!

— Надо подумать, — откликнулся Карл Луарсабович. — Вообще-то, я думал по жеребьевке.

— Да пускай едут, — вмешался Бельмондо.

У него были на то свои веские основания. Зная не понаслышке о подвигах Каменева, он в глубине души с ужасом думал, как тот будет выживать в незнакомых условиях и чем это может кончиться. Под контролем друзей у Герасима явно повышались шансы пройти испытание целым и невредимым. И, естественно, Исаак Наумович целиком и полностью поддерживал такой вариант.

— Карл, это будет лучше всего, — он кинул выразительный взгляд на коллегу.

— Я тоже поддерживаю, — охранник Василий доверял Команде отчаянных. — У меня так душа за Семена спокойней будет.

Карл Луарсабович все же решил соблюсти демократию.

— Других желающих на большой остров нет?

Оказалось, все, наоборот, хотят на отдельный маленький остров. Шестеро друзей облегченно вздохнули.

— Куда бы вы без меня, — с гордостью прошептал Баск. — Реакция у вас плохая.

— Да молодец, молодец, — улыбнулась ему Варя.

— А если бы я вовремя не выступил, — Сене хотелось до конца пожать лавры победы, — разбили бы нас по двое и закатали на разные острова.

— Ты, Баск, просто на секунду меня опередил, — важно изрек Герасим. — Я то же самое собирался попросить у Бельмондо.

Баск уже приготовился к возражениям, но Варя опередила его:

— Не трать, Сенечка, время на споры. Неужели ещё не понял: Мумушечка у нас всегда прав.

— Он не просто всегда прав, — добавил Иван, — а правее всех остальных.

— Глупые вы люди. И ограниченные, — пробубнил Муму, однако и он был ужасно доволен, что все так обернулось.

— Сегодня после ужина, — тем временем продолжал инструктаж Бельмондо, — состоится выдача минимального пайка и сбор рюкзаков.

— А подъем завтра ранним утром, — подхватил Карл Луарсабович. — В шесть ноль-ноль. Вопросы есть?

Вопросов не было. Карл скомандовал:

— Вольно!

А Бельмондо объявил:

— Переодевайтесь, и все на пляж.

Песок на пляже до того раскалился под солнцем, что жгло ноги. Поэтому, выкупавшись, Команда отчаянных устроилась не возле воды, а под сенью березы, на травке.

— Ой! — вдруг, как ужаленный, подскочил Сеня. — А про весла-то мы совершенно забыли. Может, по-быстрому смотаемся и вернем?

— Ну, если, конечно, ты хочешь, чтобы все твои старания прошли даром и нас, вместо необитаемого острова, завтра в Москву отправили, то пожалуйста, — Марго считала полным идиотизмом рисковать напоследок.

— Бельмондо с Карлом мигом сейчас засекут, если мы смоемся, — Иван был с ней совершенно согласен. — А если не засекут, то еще, чего доброго, подумают, будто мы утонули.

— Коллективно утонули, — с усмешкою уточнила Варя.

— Что же делать-то? — растерянно поморгал Баск. — Вдруг они там, в папортнике, без нас сгниют?

— Ну, ты прямо как Муму, — всплеснула руками Варя. — За три дня никогда ничего не сгнивает. А тем более в такую жару и сушь.

— Я, между прочим, об этом прекрасно знаю, — сердито уставился на неё Герасим. — И нечего, в данном случае, Баска со мною сравнивать. Меня, если хочешь знать, эти весла вообще не колышат.

— Пустое все это, — вмешался Луна. — Уверяю вас: долежат они совершенно спокойно до нашего возвращения, а вот тогда и подумаем, как с ними поступить дальше.

— А вообще, это мысль, — воодушевился Сеня. — Может, и лодка к тому времени вернется. А у нас ещё целых четыре дня жизни на турбазе останется. Вот и поплаваем наконец.

— Ну да, — кивнул Пуаро. — Скатаемся к островам и понаблюдаем, как там наши и бешники выживают.

— Ты сперва сам выживи, — вернула его к реальности Марго.

Иван надулся не хуже Герасима и язвительно произнес:

— Уж вшестером-то, да ещё с твоей помощью, думаю, как-нибудь выживем.

После ужина первая группа выживающих сперва направилась под предводительством Бельмондо и Карла Луарсабовича в кладовую, где каждому выдали: рюкзак, одеяло, плащ-палатку, котелок, ложку, миску, кружку, нож, топорик — один на двоих, одну спичку в коробке (кто не зажжет, пусть огонь трением или с помощью стеклышка добывает, у кого что получится) и походную аптечку — тоже одну на двоих. Затем робинзонов повели, как выразился Карл, «на пищеблок».

По дороге Луна заговорщицки прошептал Муму:

— Слушай, будь хоть раз в жизни человеком. Используй личные связи. Может, твоя подруга-повариха хоть биточков втихаря с собой даст?

— Не говори про биточки, — скривилось лицо у Герасима. — Иначе меня сейчас стошнит.

— И к тому же, Луна, — Варя чутким ухом уловила их тихий разговор, — в дороге эти биточки протухнут.

— А я сегодня ночью их съем, — заявил Луна. — Впрок.

— Да у тебя впрока на три экспедиции, — похлопал его по округлому животу Баск. — А может, даже на десять.

— Эх, — покачал головой Павел. — Нечуткие вы люди.

Поварихи на кухне не оказалось. То ли случайно, то ли Бельмондо и Карл Луарсабович нарочно решили экипировать экспедицию в её отсутствие, чтобы она и впрямь тайком не насовала «несчастным детишкам» больше, чем полагалось. А полагалось им вот что: по буханке черного хлеба, три стакана любой крупы на выбор — риса, гречки или пшена. Луна было заикнулся о макаронах, нагло заявив, что, если память ему не изменяет, они были даже у Робинзона Крузо. Но Карл Луарсабович рявкнул: «Отставить! Но положено! «И добавил: «А если кому не нравится крупа, можно вместо неё взять полтора килограмма картофеля». Еще ребятам выдали по кулечку соли, по шесть кусков сахара и по банке сгущенного молока — на двоих.

— А чай? — осведомился Герасим.

— Щас! — хмыкнул Бельмондо. — И ещё кофе с какао и номер в отеле «Ритц» с ванной «джакузи» и собственным лифтом.

Кухня сотряслась от хохота. Смеялись все, кроме Муму.

— Не понимаю причины веселья, — пожал он костистыми плечами. — Чай — это, между прочим, древний тонизирующий напиток. Во время тяжелых испытаний очень укрепляет организм.

— Вот и найдите заменитель на месте, — посоветовал Карл Луарсабович.

— Какой ещё заменитель? — пожал плечами Герасим. — Чай под Москвой не растет.

— Каменев, — вкрадчиво проговорил Карл, — кажется, ты хочешь мне во второй раз пересдать зачет по травам? Если так, не стесняйся и говори прямо. Найдем тебе замену из «Б».

— Не-не-не-не! — заверещал Герасим. — Я все вспомнил.

— Ну-ну, — не стал дальше мучить его военный биолог.

Пока все разбирались с Герасимом, хитрый Чича, осторожно открыв холодильник, выхватил оттуда банку майонеза «Провансаль».

— Отставить, Чичелин! — его действия не укрылись от бдительного Карла Луарсабовича. — Верни «Провансаль» на место. Пржевальский без него путешествовал, и ты обойдешься.

— Так я ж ещё не Пржевальский, — Чича нежно прижал к груди баночку.

— Все равно, — военный биолог руководствовался какой-то своей, по-видимому, железной логикой. — Конечно, если желаешь, могу тебя вместе с этим майонезом завтра в Москву к ближайшим родственникам отправить.

Пока разбирались с Чичей, Команда отчаянных оперативно совещалась, что лучше выбрать из предложенного ассортимента продуктов. Луна уже мысленно прикинул: что ни возьми, ему этого хватит, в лучшем случае, на один, и притом очень голодный день. Однако делиться своими невеселыми мыслями он с друзьями не стал. Варвара тем временем вовсю распоряжалась:

— Значит, так. Луна, Муму, Пуаро, берите по полтора килограмма картошки. Я — рис. Марго — гречку. Баск — пшено. Объединимся, и таким образом жрачка у нас будет разнообразная.

Луна вздохнул. Ему уже опять хотелось есть. Юрка, ещё немного попрепиравшись с военным биологом в отставке, вернул «Провансаль» на место. Лицо у Чичи при этом было исполнено такой скорби, словно он разом потерял все.

— Добирать будете дарами местной природы, — подвел итог Карл Луарсабович. — А теперь подходите по алфавиту и получайте, кто что выбрал.

— Ка-ак? — словно проснулся Ленька Колобашников. — И совсем ничего мясного? Ну хоть баночку тушеночки.

— Не положено, — ответил неумолимый Карл.

— Грибы ищи! — хохотнул кто-то.

— Попрошу без намеков, — покраснел Кол.

— А между прочим, правильное решение, — до Карла Луарсабовича, естественно, не мог дойти глубинный смысл реплики. — В грибах, Колобашников, белка даже больше, чем в мясе.

Хохот усилился. Все собравшиеся на кухне, кроме руководителей, были в курсе розыгрыша Луны.

— Ты их, Ленечка, только в молочке не забудь отварить. В сгущенном, — приторным голосом просюсюкала Варя.

Ребята уже просто рыдали.

— А ну, тихо! — прикрикнул на них Карл. — Не вижу повода для веселья!

— Лучше в преддверии испытания мобилизуйте силы, — порекомендовал Бельмондо. — Не забывайте, завтра подъем ровно в шесть.

— Кто проспал, тот остался, — жестко предупредил Карл Луарсабович.

— А завтрак? — все сильнее зацикливался на еде Луна.

— Чай и сухой паек, — коротко пояснил Карл Луарсабович.

— В каком смысле сухой? — решил выяснить Каменное Муму.

— В том, что не жидкий, — военный биолог явно сейчас предпочитал лапидарный стиль. — Холодное крутое яйцо и хлеб с маслом. А три дня будете питаться своим умом.

— В смысле мозгами? — с ангельским видом поинтересовалась Варя.

— Никак нет, — отчеканил Карл Луарсабович. — Я имею в виду, что нашел, то и съел.

Ровно в шесть пятнадцать все шестнадцать участников «первой группы выживания», отчаянно зевая и поеживаясь от утренней прохлады, подошли к столовой. Бельмондо уже разливал по стаканам чай из огромного металлического чайника. Посреди стола ребята увидели три тарелки. На одной лежали крутые яйца, на второй — хлеб, а на третьей желтели кубики сливочного масла.

— На все про все пятнадцать минут, — сказал Исаак Наумович. — А через двадцать минут в полной амуниции собираемся возле корпуса мальчиков.

— А нас сразу всех повезут? — спросил Кол.

— Сперва доставлю вот их на большой остров, — Бельмондо посмотрел на Команду отчаянных. — А когда вернусь, мы с Карлом Луарсабовичем остальных по мелким островам развезем.

— А пока нам что делать? — осведомился Чича.

— Грибы собирать, — хихикнула Варя.

Над Юркой опять изрядно посмеялись.

— Отставить, — пресек всеобщее веселье Карл Луарсабович. — Будете ждать нас на пристани. Это недолго.

Через полчаса все уже стояли на пристани, причем не только отбывающие, но и те, кто оставался. Они пришли проводить будущих героев.

— Не поминайте лихом, — забираясь в моторный катер, помахал провожающим Луна.

За ним по очереди расселись на лавки пятеро друзей.

— Семен! — крикнул с берега Василий. — Ты все себе уяснил?

— Да, дядя Вася, — откликнулся Баск и тут же тихо пробубнил под нос: — Как же, жди-дожидайся.

— Чего ты там бухтишь? — повернулся к нему Иван.

— Да так, ерунда, — замял разговор Баск.

Бельмондо запустил мотор, и Команда отчаянных понеслась навстречу острову и приключениям. Когда катер, вспенивая гладкую прозрачную воду, достиг середины озера, шестеро друзей впервые за все время жизни в этих местах смогли увидеть, какое оно огромное. Извилистые берега были далеко-далеко. Ребята, оставшиеся на пристани, казались крохотными точками, а лес сливался в темно-зеленое марево.

— В случае чего, ну, если там… — Бельмондо никак не удавалось подобрать подходящее выражение. Впрочем, ребята поняли его и кивнули. Он, перекрикивая шум мотора, добавил: — В общем, если что, костер разведите поярче. Ваш остров с берега все-таки виден. А вот с другими сложнее. — Он вздохнул. Видно, на душе у него было не совсем спокойно.

— А если, к примеру, мы по каким-то причинам костер развести не сможем? — решил на всякий случай выяснить дотошный Герасим.

— А вы забыли, что я говорил про флажок, — сказал Бельмондо. — Закрепите его на шесте. Это тоже сигнал бедствия.

— Помним, — заверили ребята. — А флажок-то где?

— Вон там, — указал на сумку, лежащую под одной из лавок, учитель. — Королева, возьми в боковом кармане. Ну а флагшток я с собой не вожу, — усмехнулся он. — Там, на берегу, специально вкопан. Сами увидите.

Катер уже подходил к зеленому острову. Наконец нос его уткнулся в песчаную отмель.

— Приехали, — объявил Бельмондо. — Снимайте обувь, берите рюкзаки и вылезайте. Мальчишки, как вещи отнесете, столкните катер на глубину.

— Как, уже все? — Варвара уставилась на физкультурника лазорево-голубыми глазами.

— Если раздумала, — Бельмондо одарил её в ответ белозубой улыбкой, — могу доставить обратно.

— Да нет. Я просто так, — девочка уже справилась с растерянностью.

Мальчишки подтолкнули катер. Мотор взревел. Бельмондо, оставив за собой пенную дорожку, унесся прочь.

— Ну, что, — подмигнул остальным Луна. — Начинаем выживать.

Глава VIII.

ЛАЗОРЕВА ПУСТЫНЬ

Ребята осмотрелись. Вдоль берега, на который их высадили, тянулась желто-оранжевая полоса песка. Далее поднимался лесистый холм, на вершине которого виднелись величественные развалины каменной монастырской стены, за которой высилась колокольня без купола. На уроках под названием «Введение в выживание» Карл Луарсабович рассказал им, что на этом острове ещё лет сто назад жили монахи, а монастырь назывался Лазорева Пустынь. После революции 1917 года монахов разогнали, а монастырь разграбили и ликвидировали. С той поры он в течение всего двадцатого века медленно, но верно разрушался и, наконец, дошел до нынешнего своего состояния.

— Вандалы, — глядя на руины, пробубнил Герасим. — Такую красоту уничтожить. А тут, может, когда-нибудь какой-нибудь летописец Пимен жил.

— Вроде нашего Мумушечки, — съязвила Варя. — Сидел тут, на отшибе, питался слухами о том, что в мире творится, и все в своих летописях описывал.

— Ах, что с тобой говорить, Варвара, — высокомерно глянул на неё Герасим.

— Хорошая, наверное, была церковь, богатая, — сказал Баск.

— А пошли туда поднимемся и посмотрим, — предложила Марго.

— После, — возразил Луна. — Сперва надо заняться устройством жилья, а потом ещё раз позавтракать.

— С завтраком, милый мой, подождешь, — командирским голосом возразила Варвара. — А вот по поводу жилья ты совершенно прав. Кто знает, вдруг какая-нибудь гроза соберется или просто дождь.

Луна лишь изумленно повел головой. Обычно роль командира в их компании брал на себя он сам.

— Да какой дождь! — Баск указал на лазурно-голубое небо без единого облачка. — Лето сейчас, Варвара, жара, июль, — пропел он. — В такую погоду и на траве подрыхнуть можно.

— На траве нельзя, — вмешался Муму. — Ночью выпадет роса и сделается сыро и холодно. А я предлагаю подняться наверх, к монастырю. Вдруг там сохранилось хоть одно помещение с крышей. Тогда там и устроимся.

— Мумушечка, тебе только бы ничего не делать, — набросилась на него Варвара.

— А потом, — подхватила Марго, — если бы тут сохранилось хоть одно помещение с крышей, то Карл с Бельмондо никогда бы нас сюда выживать не отправили.

— Слушайте, чего гадать, — с удивлением посмотрел на спорящих Пуаро. — Пошли да проверим. Все равно интересно.

— Вот именно! — рванул по песку к холму Сеня.

— Слушай, а ты рюкзак снять не хочешь? — осведомился у него Герасим.

— А на фига снимать? — не понял тот. — Если найдем там хорошее место, то и устроимся. Чего зря за вещами туда-назад бегать.

— Между прочим, Сенька прав, — одобрила Варя. — Если уж подниматься, то с вещами. Вдруг в наше отсутствие на остров кто-нибудь приплывет и все стащит.

— Варвара, ты где находишься? — покрутил пальцем у виска Герасим. — Какой дурак сюда приплывет?

— Если мне не изменяет память, — усмехнулась Варя, — то не больше чем ровно сутки назад один дурак уверял, будто собственными глазами видел, как кто-то крутился на лодке как раз возле этого острова.

— М-м-м, — Герасим не нашелся, что ответить.

— Вот именно, — Варвара осталась крайне довольна его растерянным видом. — А потому берите, детки, рюкзаки, и вперед. На холмик.

Восхождение к монастырю оказалось совсем не столь легким, как это представлялось на первый взгляд. В густом смешанном лесу, которым поросла вся эта сторона холма, не было ни единой тропинки. Ребятам пришлось продираться сквозь заросли дикой малины, молодого орешника (впрочем, и старого тут нашлось предостаточно) и роскошные плантации крапивы. Все это жглось, царапалось и к тому же цеплялось за одежду и рюкзаки.

— Джунгли, — проворчал Герасим. — Настоящие африканские джунгли.

— Не африканские, а российские, — немедленно возразила Варвара.

— А малины тут сколько, — пригляделась Марго. — Недели через две ягоды созреют.

— Недели через две поздно, — вздохнул Луна. — К этому сроку нас тут уже так или иначе, не будет.

— Что значит так или иначе? — внимательно посмотрела на него Маргарита.

— Либо выживем и уедем, либо тут помрем и нас отсюда вывезут, — подмигнул ей Луна.

— То есть, — подытожил Герасим, — так или иначе эта малина не для нас.

— Ой! — нырнула под елку Варя. — Белый гриб! Сюда, сюда, смотрите! И еще, и еще!

— Край непуганых грибов, — заявил Муму, однако под елку не полез.

— Марго, достань мне котелок, — потребовала Варвара. — Я в него грибы сложу.

Марго, расстегнув рюкзак, болтавшийся за спиной у подруги, исполнила просьбу.

— Я чего-то не врубаюсь, — скороговоркою выпалил Сеня. — Мы в монастырь идем или грибы собираем?

— Мы, Сенечка, выживаем! — откликнулась уже из-под следующей елки Варвара. — А столько грибов, это, считай, целый обед.

И, выбравшись из кустов, она продемонстрировала друзьям полный котелок белых.

— Пожарим, — с кровожадным видом уставился на добычу Луна. — Со сметанкой.

— Ах, Пашенька, — закатила небесно-голубые глаза Варвара. — Ты, между прочим, не в ресторане, и ближайшая сметанка, к твоему сведению, находится за несколько километров отсюда.

— Если только со сгущенкой потушим, — хмыкнул Иван.

— Не кощунствуй, — Луна замахал на него руками.

— Грибы будем варить, — приняла решение Варвара. — С картошкой.

— Су-упчик, — плотоядно протянул Луна.

— Хватит! Пошли! — прикрикнул на него Баск. — А то я сейчас сам есть захочу.

— А ты, чтобы отвлечься, котелок неси, — Варвара властным жестом вручила ему грибы.

— И держись подальше от Пашки, — предупредил Иван. — Иначе он по пути все белые сырыми слопает.

Они двинулись дальше. С каждым шагом подъем становился все круче и тяжелей. Каменное Муму умудрился с ног до головы обстрекаться крапивой и ещё влез лицом в паучью сеть, от которой никак не мог освободиться.

— Пр-роклятые пауки! — то и дело восклицал он.

— А ты у нас, оказывается, не Мумушка, а мушка, — прыснула Варя. — Вот местный паучок тебя и приглядел.

— Слушай, Варвара, — злобно прогнусавил Герасим. — Если бы у Робинзона была такая спутница, как ты, он бы наверняка предпочел не выжить.

— А я думаю по-другому, — откликнулась девочка. — Если бы Робинзон был таким, как ты, на необитаемом острове все погибло бы от тоски, а он бы единственный выжил. Потому что ты, Муму, у нас Кощей Бессмертный.

— Очень глупо, — сказал Герасим, и именно в этот момент друзья выбрались из зарослей к монастырской стене.

Здесь она, как назло, оказалась почти целой. Во всяком случае, перелезть через неё было весьма сложно. Во-первых, высоко, а во-вторых, мешали густые заросли.

— Пошли в обход, — скомандовал Луна.

Малины тут было гораздо больше, чем в лесу. Вероятно, когда-то её разводили монахи, а потом она одичала.

— Ну, кто первый? — Герасиму совершенно не хотелось прокладывать сквозь неё дорогу собственным телом.

— Ах, какой ты у нас джентльмен, — просюсюкала Варвара. — Женщин всегда вперед пропускаешь.

— Не, — усмехнулся Сеня. — Только в экстремальных ситуациях.

— А не многовато ль вы смеетесь? — набычился Герасим.

— Я не поняла, мы так и будем стоять? — сурово осведомилась Варя.

— Эх, — Луна решил принести в жертву себя. — Раз меня много, то я и пойду.

И он вломился в бывшую монашескую малину. Малину без кавычек.

К счастью, Команда отчаянных довольно скоро достигла пролома в стене. «Российские джунгли» уже успели порядком измотать не только Герасима, но и остальных. Оглядев бывшее монастырское подворье, Баск разочарованно присвистнул:

— Зря только в такую даль перлись. Я бы лично мог всего этого и не видеть. Оттуда, снизу, даже как-то заманчивей выглядело.

— Н-да, — кивнул Луна. — Немного же тут для потомков осталось.

— Такое впечатление, — оглядывала руины Марго, — будто монастырь не только грабили, но и бомбили с воздуха.

— Нет, — возразил Баск. — Я у Карла спрашивал. Он говорит, в этом направлении никогда не велось военных действий.

— Значит, тут время поработало почище войны, — философски изрек Герасим.

Время и впрямь основательно потрудилось. По иронии судьбы, ни у одной из монастырских построек не сохранилось ни крыш, ни даже полностью стен. Исключение составляла лишь одна колокольня. То есть купола на ней отсутствовали, зато все четыре стены весьма крепко стояли на месте. И даже дверь уцелела. Сеня дернул за старинную кованую ручку. Дверь не поддалась.

— Ребята, заперто, — уставился на друзей Баск.

— Ничего себе, — удивился Луна и тоже подергал дверь.

— Кому это понадобилось? — пожал плечами Сеня.

— Может, деревенским? — предположила Марго. — Тут есть грибы, ягоды. Наверное, они сюда наведываются с ночевкой. И барахло какое-нибудь внутри оставляют.

— Сенька, попробуй-ка своим ножичком открыть, — выслушав версию Маргариты, воодушевился Луна. — Вдруг эти грибники-рыболовы тут на всякий случай консервы держат. Им пустячок, а нам очень пригодится.

— Это, Луна, воровство, — нахмурилась Марго.

— Совсем нет, — ответил Луна. — Я взамен консервов им деньги оставлю.

— А ты чего, взял их с собой? — вытаращились на него друзья.

— Да, — подтвердил Павел. — Иногда деньги оказываются необходимы даже на необитаемом острове. По-моему, как раз сейчас именно тот случай. Сенька, открывай.

Однако замок оказался хитрый и противостоял всем попыткам Баска.

— Братцы, тут медицина бессильна, — наконец сдался он. — Если только хирургически воздействовать.

— Бесполезно, — Луна внимательно оглядел тяжелую дверь из дуба, да ещё с медной окантовкой.

— Итак, ночлег в монастыре у нас, считайте, не состоялся, — объявила Варя.

— А я даже рада, — призналась Марго. — Как-то тут не очень приятно.

— Чего же в такой разрухе может быть приятного, — поддержала подругу Варя.

— И воды поблизости нету, — отметил ещё один недостаток Луна. — К озеру, что ли, через этот лес каждый раз бегать?

— Ага, — поморщился Герасим. — Особенно это хорошо будет вечером, в темноте.

— Да, по-моему, даже в сумерках неинтересно, — сказал Иван.

— Или, наоборот, слишком интересно, — кивнула Варя. — Спускаемся.

— А давайте здесь, — предложила Марго. — Тут и лес гораздо реже.

— Верно, — согласились остальные.

Новой дорогой идти действительно оказалось гораздо легче. Кроме того, путь их сейчас лежал не в гору, а под гору.

— Ребята, вода! — радостно воскликнула Варя.

— Озеро, что ли? — не поняли остальные.

— Да нет, ручеек, — девочка скрылась в зарослях высокой ярко-зеленой травы.

Повернув назад, она поднялась на несколько метров выше и звонко крикнула:

— Тут ключ! Родник! Старинный. Он даже камнями обложен.

Команда отчаянных кинулась к ней и увидела настоящий родник, обложенный каменными плитами.

— Теперь у нас есть замечательная питьевая вода! — продолжила Варя.

Зачерпнув ладошкой воду, она выпила глоток.

— Ой, такая вкусная!

Тут остальные почувствовали, что, оказывается, просто умирают от жажды. Да и неудивительно. Солнце палило вовсю, а они столько времени лазали вверх-вниз по холму. Все, кроме Муму, пили из горсти. Герасим же пил обстоятельно. Сняв рюкзак, он извлек на свет кружку, наполнил её до краев и, сев на траву, стал неспешно утолять жажду.

— Ну, Варька, ты у нас прямо шаманишь, — напившись, сказал Муму. — Воду находишь. Теперь только осталось найти рядышком место для ночлега.

Ребята принялись озираться по сторонам.

— Так вот же оно! — воскликнула Варя и указала пальцем на огромную ель.

— На елке предлагаешь спать? — с издевкой осведомился Муму.

— Нет, с елки ты свалишься, — покачала головой Варя. — Поэтому, чтобы после не собирать твои кощейские косточки, предлагаю сразу устраиваться под елкой. Видите, — двинулась к дереву она. — За елью — валун, то есть естественная стенка. А с трех сторон у нас стенки из ветвей. Прямо до земли спускаются. — Она раздвинула еловые лапы. — Совсем как в шатре. А пол хвойный. Из старых иголок. Сухо, мягко и тепло.

— Зато колко, — Муму все-таки удалось найти недостаток.

— Это дело поправимое, — ничуть не смутилась Варвара. — Постелим поверх хвои половину плащ-палаток, а оставшиеся три привяжем к стволу и ветвям. Тогда нам никакой дождь не страшен.

— Ну, Варька! — в который раз изумился Луна. — Вот кто, оказывается, у нас настоящий Робинзон Крузо!

— Учитесь, пока жива, — Варя никогда не страдала ложной скромностью. — И вообще, мальчики, хватит слов, пора за работу.

— А с каких это пор ты тут распоряжаешься? — Герасим попытался было поднять «бунт на корабле».

— С тех пор, как стала Робинзоном Крузо, — не задумываясь, ответила Варя и, тряхнув золотистыми кудрями, прикрикнула: — Шевелитесь, шевелитесь! А то скоро тут кто-то запищит и есть попросит. И, по-моему, это будем не мы с Марго. А без дров никакой еды не приготовишь.

Мальчишки, схватив топорики, с бодрой песней направились за дровами.

Через час надежный и уютный шатер был готов, неподалеку, в ямке, потрескивал костер, а над ним висели на палке два котелка, в которых варился грибной суп с картошкой.

— Ой, я больше не могу, — принюхивался к аппетитному запаху Павел. — Девчонки, гляньте-ка там. По-моему, уже готово.

— О-той-ди, маньяк, — строго произнесла Марго. — Я только что картошку в котелки кинула, а ей как минимум десять минут вариться. А может, и больше. Лучше иди пока хлеб нарежь.

— Ни в коем случае! — завопил Иван. — Не видите, в каком Пашка состоянии? Он сейчас весь наш хлеб слопает.

— А сколько брать? — Луна уже рылся в рюкзаках.

— Нас шестеро, — прикинула Варя. — И три дня тут выживать. Значит, по две буханки в день. Нарежь, Луна, целую.

— Только одну? — разочарованно взглянул на небольшую черную буханку Павел. — Да тут каждому всего ничего достанется.

— По два больших куска на брата, вполне нормально, — Варя уже полностью сжилась с ролью хозяйки экспедиции.

— Кому нормально, а кому и нет, — жалобно протянул Иван, у которого тоже живот уже подводило от голода.

— А кто не доест, — Варю совершенно не тронул жалобный вид Пуаро, — потом доберет земляникой. Там, на косогоре, её полно.

— Это-то ты когда успела заметить? — разинул рот Баск. — Я там ни шиша не видел.

— Смотреть надо уметь, — откликнулась Варя.

— Так, может, мы пока соберем? — предложил Баск. — Ничего не имею против земляники на десерт.

— Слова-то у тебя какие: десерт, — фыркнула Варя. — Ничего, скоро отвыкнешь. А если хочешь собрать, то пожалуйста.

— Она тебе разрешила, — Муму охватил обличительный пафос. — Ладно, Баск, пошли я тебе помогу.

— И Пуаро с Луной возьмите, — потребовали девочки. — Иначе они не дадут нам суп доварить.

— Уходим, уходим, — и, схватив два котелка, ребята понеслись к зеленому склону.

Когда суп наконец был готов, Варя с Марго кликнули их. Мальчики возвратились. Донышки обоих котелков были едва прикрыты ягодами.

— Негусто, — констатировала Варвара.

— Да ты понимаешь… — смущенно пролепетал Иван.

— Вполне понимаем, — одновременно кивнули обе девочки.

— Есть разные способы собирать, — добавила Варя. — Одни кладут ягоды в котелок, а другие в рот.

— И последнее происходит очень незаметно, — поделился собственными мыслями и чувствами по сему поводу Баск. — Как-то само собой.

— Ладно. Идите суп есть. Мы уже по мискам его разлили, — поторопила их Марго.

Дважды мальчикам повторять не пришлось. То ли суп оказался таким вкусным, то ли они успели изрядно проголодаться, но содержимое двух котелков было уничтожено в мгновение ока.

— Хорошо, но мало, — начисто вытер миску заветной корочкой хлеба Луна.

— Хотите больше, пошли завтра все вместе грибы собирать, — откликнулась Варя.

— А может, мы и на ужин такой же суп сварим? — предложил Иван.

— Не возражаю, — ответила Варя. — Но тогда прямо сейчас нужно идти за грибами.

— Сперва земляничку съедим со сгущеночкой, — шумно сглотнул Павел.

— Ни-ка-кой сгущенки, — отрезала Варя.

— Это ещё почему? — вытаращился Луна.

— Потому что завтра мы на ней сварим пшенную кашу, — объяснила Варя. — Больше ведь не на чем.

— На всех трех банках? — возмутился Павел.

— Нет, на одной, — уточнила Варя.

— Тогда чего ты мне мозги пудришь? Одну банку на кашу оставим, а двумя поровну сейчас польем земляничку. Отличный десерт.

— Во-первых, тут и поливать нечего, — кинула презрительный взгляд на небогатую добычу мальчишек Варя. — А во-вторых, оставшиеся две банки мы сварим. Можно будет потом на хлеб намазывать. А насчет собранной земляники… — она выдержала краткую паузу. — Вы ведь уже ей на месте наелись. Значит, то, что донесли, съедим мы с Марго.

— Это произвол, — заявил Герасим с видом пламенного революционера.

— А суп наш кто ел? — посмотрела ему в глаза Варвара.

— Действительно, все справедливо, — Иван подвинул оба котелка поближе к девчонкам.

— Ну, раз вы такие покладистые, мы, пожалуй, с Марго попозже ещё земляники на всех наберем, — подобрела Варвара.

— Очень ты умная, — буркнул Каменное Муму. — Там уже нет ни ягодки.

— Вот уж никогда не поверю, — покачала головой Варя. — Так, мальчики, дуйте за грибами, а мы с Марго вымоем посуду, а потом постараемся набрать земляники, которой, по словам Мумушечки, совсем нет.

— Учтите, — простер к Варе руку Каменное Муму. — Она теперь мне назло хоть из-под земли достанет гору земляники.

— Ничего не имеем против, — хором откликнулись остальные мальчики.

— Слушайте, а может, сперва все-таки всем искупнуться? — Луне не хотелось сразу после обеда париться в зарослях.

— Ну, если, конечно, ты сегодня больше есть не потребуешь, — равнодушно бросила Варя.

— А можно и наоборот, — на ходу перерешил Луна. — Быстренько соберем грибы, потом купаться.

— Па-ашечка, — протянула Варвара, — ты умнеешь прямо на глазах. Как, оказывается, выживать полезно. Кто знает, — мечтательно вздохнула она. — Может, и у Мумушечки мозгов прибавится. Во всяком случае, есть надежда.

— Нет, это невыносимо, — возопил Герасим и первым кинулся в чащу.

— Ну, конечно же, — улыбнулась Марго. — Он рванул в противоположную сторону от грибов.

— Твоя правда, — сказал Иван. — Эй, Герка, вернись! Не туда!

— Откуда ты знаешь? — уперся тот. — И вообще, перестаньте подпевать девчонкам. Они в этом лесу не главные.

— Пусть идет, — устало отмахнулась Варя.

К стоянке ребята вернулись усталые и раскрасневшиеся. Их обнаженные до пояса торсы покрывали красные царапины. А руки были черны от грязи.

— Вы там чего? — с большим интересом оглядела их Варвара. — Никак с ежиками дрались?

— Почти, — выдохнул Иван.

— Грибы делили, — уточнил Павел.

— Делили? — удивилась Марго. — А с кем?

— Так с ежиками же! — расхохотался Иван. — Видите, сколько отбить удалось!

И они продемонстрировали два полных котелка и не менее полный пластиковый пакет.

— Я оказался прав, — самодовольно заявил Герасим. — Там грибов достаточно.

— Ну, конечно же, Герочка, — несколько раз кивнула Варя. — Только почему вы вернулись совсем с другой стороны?

— Ничего подобного, мы именно туда и ушли, — заспорил Муму.

— Варька, перестань, — взмолился Луна. — Герка и так устал.

— А то, — коротко хохотнул Баск. — Он сперва сам упал, после меня умудрился подсечь в самый малинник. Ну и так далее и тому подобное.

— Вот кто, оказывается, у нас е-ежик, — пропела Варвара. И одарила друзей очередным экспромтом: — Ежик по кличке Муму жить не дает никому.

— Срочно мыться-купаться! — проорал Луна.

— Нет, — заступила ему дорогу к озеру Варя. — Сперва грибы почистим.

— Часик они как-нибудь без нас потерпят, — Павел занял на сей раз принципиальную позицию. — А то я больше не могу! Мне жарко, грязно и чешется!

— Какие вы нежные, — нахмурилась Варвара, однако ей и самой хотелось купаться. Поэтому, подмигнув Марго, она, словно нехотя, уступила: — Пожалуй, с грибами и впрямь ничего не случится.

Мгновение спустя Команда отчаянных, оглашая необитаемый остров поистине первобытными воплями, донеслась до песчаной отмели и с ходу бултыхнулась в озеро. Вдоволь нанырявшись и несколько раз сплавав наперегонки, все почувствовали себя свежими, отдохнувшими и готовыми к следующему приему пищи.

Именно в это время мимо на катере проплыл с проверкой Бельмондо. Заглушив мотор, он крикнул:

— Все в порядке? Помощь нужна?

— Полный порядок! Помощь не нужна! — грянула в ответ Команда отчаянных.

— До завтра! — И, запустив мотор, Исаак Наумович унесся инспектировать мелкие острова.

— А между прочим, — едва они вернулись к шалашу, начала хвастаться Варя, — поглядите, сколько мы с Марго земляники набрали.

Мальчики увидели почти полный котелок.

— Вот это да! — восхитился Сеня.

— Было бы ещё больше, — сказала Марго, — если бы кто-то из вас её капитально не подавил. Там, на полянке, будто Мамай с ордой по землянике прошел.

— И как же зовут нашего Мамая? — вкрадчивым голосом спросила Варя.

— Известно как: Герасим, — заржал Баск.

— Ну почему как что, так Герасим, — возмутился тот. — Все топтали. А потом, чего прошлое вспоминать. Как доказано наукой, растоптанная земляника не восстанавливается.

— И ещё наукой доказано, — заявила Варя, — что слово Камня Мумуевича должно быть последним.

— Оставь в покое Мумуевича, — как загипнотизированный, взирал на спелые ягоды Павел. — Ты разве не знаешь, Варвара, главное, что доказано наукой: после купания с предшествующим собиранием грибов всегда зверски хочется есть.

Общими усилиями мужская часть Команды отчаянных все-таки уломала рачительную Варвару, и та после длительного сражения уступила: землянику они ели со сгущенкой. Потом все чистили грибы, варили суп и, естественно, ели его, но отчего-то через пару часов, к моменту, когда «необитаемый остров» окутали сумерки, всем снова захотелось есть.

— А давайте картошечку печь, — зазывно произнес Павел.

— Ее с гулькин нос осталось, — сообщила Варя. — Не забывайте, нам ещё тут двое суток торчать.

— Не нагнетай, Варька, — вмешался Баск. — У меня есть с собой леска и крючок. Сделаем удочку. Рыбы наловим.

— Уха-а, — причмокнул губами Павел.

— В общем, Варька, гони картошку, — потребовал Иван.

— По штуке на брата, — подсчитала Варя.

— А чего, только шесть осталось? — Герасиму даже не верилось.

— Нет, чуть больше, — уклончиво отвечала Варя, — но остальное — это неприкосновенный запас.

— Хочешь сберечь до возвращения? — с издевкой осведомился Герасим.

— Ты, конечно, Мумушечка, очень догадливый, но мимо, — ничуть не смутилась Варя. — Картошка нам пригодится для завтрашней ухи, если, конечно, Баск окажется хорошим рыболовом. А если нет, тем более пригодится, чтобы хоть не подохнуть с голода.

Они испекли картошку и съели каждый по одной, лишь раздразнив аппетит. После чего Луна задумчиво проговорил:

— Вы посмотрите. Целый день трудились, чтобы выжить, а в результате я даже как следует не наелся.

— И это при том, что мы ещё кучу всего с собой привезли, — добавила Варя. — Учтите: завтра будет хуже, а уж про послезавтра я вообще молчу.

— Да-а, — протянул Герасим. — Не хотелось бы мне превратиться в первобытного человека. Это что же, всю жизнь посвятить добыванию пищи? Больше ни на что времени не остается.

— Ну, почему, — зевнула Варвара, — ещё остается сон. Чего я и нам желаю. Ой, просто с ног валюсь.

— А с костром что делать? — спросил Иван. — Оставить?

— Да ну, — покачал головой Луна. — За ночь все равно догорит и погаснет. А у нас ещё целых пять спичек есть. Завтра новый разожжем.

Сегодняшний костер ребята заботливо поддерживали в течение всего дня. И, главное, разжигая его, обошлись лишь одной спичкой. Пригодились уроки Бельмондо.

— А я бы не гасил, — придерживался другого мнения Герасим. — Без костра станет совсем темно.

— Да у меня есть фонарик, — объявил Луна.

— И у меня, — сказал Баск.

— Все-таки сжулили, да? — упрекнула их Марго.

— У нас все пацаны фонарики взяли, — признался Баск. — Значит, условия получились равные.

— Во-первых, не все, — возразила Варя. — Мумушка вот не догадался. И Пуаро не взял.

— Тем более, — Луну ничуть не обескуражили её слова. — Если другие пацаны все взяли, а в нашей группе только мы двое, значит, мы в худших условиях. И потом, разве Бельмондо с Карлом хоть словом обмолвились, что фонарики брать нельзя?

Марго молчала.

— Вот именно, — продолжал Павел. — И вообще, хватит нас упрекать. Сама видишь: условия вполне экстремальные.

И он икнул.

— Паша, — похлопала длинными ресницами Варя. — С тобой и Мумушкой любые условия становятся экстремальными.

Когда погасили костер, стало и впрямь совершенно темно. Ребята при свете фонариков Луны и Баска начали забираться в шалаш.

— А вы убеждены, что мы все тут поместимся? — вполз последним Муму.

— Мы с Марго поместились, — поуютней завернулась в одеяло Варя.

— Вы… меня в данном случае не интересуете, — Герасим волновался за собственную судьбу. — Луна, я буду тебе очень признателен, если ты уберешь ногу с моей головы.

— Наоборот, ты убери голову с моей ноги, — посоветовал Павел.

— Некуда, — проворчал Муму. — И вообще, у меня даже так ноги наружу торчат.

— Не надо отращивать такие длинные ноги, — уже засыпая, пробормотала Варвара. — А потом, дождя ведь нет. Ничего твоим драгоценным нижним конечностям не сделается.

— А если я засну и их кто-нибудь местный отъест? — не на шутку встревожился Герасим.

— Разве только действительно ежик, — ответила Варя. — Или какая-нибудь птичка с мышкой. Ничего более крупного здесь не водится. И вообще, дай поспать.

— Правда, Герка, заткнись, — поддержал её Баск.

Все, как по команде, крепко заснули. Все, кроме Герасима. Ему заснуть никак не удавалось. Во-первых, было неудобно и жестко. Особенно голове, потому что вместо подушки он воспользовался рюкзаком с вещами и оттуда постоянно выпирало что-нибудь твердое. Можно бы, конечно, это вынуть, но Герасим поленился. В какой-то момент он все-таки чуть не заснул, но тут Баску начало сниться что-то с применением боевых искусств, и он со свирепым мычанием принялся лягать Герасима, Муму ответил тем же, но Баск проснуться не удосужился, а лишь с удвоенной силой лягнул его.

Когда наконец Сеня утихомирился, Муму почувствовал, как по его ноге что-то ползет. «Наверное, мышь, — с ужасом пронеслось у него в голове. — А вдруг она бешеная?»

Схватив Сенин фонарик, он ногами вперед выскользнул из шалаша. Ни намека на мышь. Он внимательно оглядел землю. Никого. Одни комары. Мясистые и громко жужжащие. Изловчившись, Герасим двоих уничтожил, и сон с него слетел окончательно.

«Пойти, что ли, поплавать со скуки?» — подумал он. Однако одному пробираться к озеру было боязно. Он погасил фонарик. Ну и темнотища же тут. Далеко в лесу кто-то тоскливо ухнул. Тихо затрещали ветви, а где-то совсем вдали, казалось, заплакал ребенок. От этого жуткого звука по телу Муму побежали мурашки. Он поднял голову. На самой вершине холма, тускло высвечивая зловещие руины монастыря, горел свет.

Глава IX.

НОЧНОЙ ВИЗИТ

Муму с треском вломился в шалаш.

— Вставайте! — завопил он. — Там кто-то есть!

— Где? Кто?

Баск спросонья, ещё не понимая, где он, выскочил, треснулся головой о толстую нижнюю ветку ели и от удара окончательно проснулся.

— Где? Что? Кто? — набросились на Герасима с расспросами ребята. Луна зажег фонарик.

— Там, в монастыре, кто-то ходит, — с вытаращенными от ужаса глазами сообщил Каменное Муму.

— Кто? — задал довольно глупый вопрос Баск.

— Да откуда я знаю, — пожал плечами Герасим.

— А откуда тебе известно, что там вообще кто-то есть? — поинтересовалась Варя.

— Оттуда, что там свет горит, — объяснил Муму.

Команда отчаянных выскочила наружу.

— Темно. И ровно никакого света, — констатировал Павел. — Слушай, Герка, может, тебе приснилось?

— Да не спал я, не спал, — скороговоркою произнес тот.

— А почему ты, интересно, не спал? — полюбопытствовала Варвара.

— Это сейчас совершенно не важно, — ответил Герасим. — А свет точно был.

— Может, просто луна светила? — предположил Иван.

— Да вон твоя луна, — ткнул совершенно в противоположную сторону Герасим.

В той стороне, где осталась турбаза, в черном небе висел оранжевый диск, на треть обгрызанный с одного бока.

— Значит, не луна, — тихо проговорила Марго.

— Совершенно точно. Не я, — пошутил Павел. — Я спал.

— Диагноз ясен, — скорбно произнесла Варвара. — Мумушечка грибов переел. Ну и, как результат, глюки. Засветилось. Оказывается, ты, Луна, не прав. Не грибы светятся, а от них человеку свет мерещится.

— Тупо и глупо, — обиделся Герасим. — И ничего мне не глючило. Там точно был свет.

— Может, пошли проверим? — предложил Баск.

Остальные молчали. Лезть в темноте на холм никому не хотелось. Даже с фонариками.

— Может, лучше завтра? — неуверенно спросила Варвара.

— Да вообще-то, наверное, это будет умнее всего, — согласился Луна.

— А я предлагаю сейчас, по горячим следам, — Баск рвался познать неизведанное.

— Ну уж не знаю, — заколебался Луна.

— Чего такого-то? — усилил натиск Сеня. — Два фонарика у нас есть. Как-нибудь уж доберемся.

— Вопрос, что мы там найдем, — тихо произнесла Марго.

— Думаю, ничего, — уверенно заявила Варвара. — Просто убедимся, что у Мумушки от кошмара глаза велики.

Это все и решило. Муму, в глубине души полагавший, что с разведкой и впрямь разумнее всего подождать до утра, теперь просто вскипел от возмущения.

— Пошли, пошли! Сейчас сами убедитесь: там что-то творится.

Такая настойчивость заставила остальных не на шутку встревожиться. Упрямство Муму, разумеется, было всем известно. Однако, если бы у него возникли хоть малейшие сомнения, он, скорей всего, ещё некоторое время поспорил бы, однако не стал бы настаивать на ночном походе к развалинам монастыря. Но он настаивал, и это свидетельствовало, что на острове, кроме Команды отчаянных, кто-то есть.

— Пошли проверим, — подумав, поддержал Герасима Иван. — Ведь интересно.

— Только девчонкам предлагаю остаться, — сказал Баск.

— Вот еще, — бросила на него негодующий взгляд Варя. — Интересно у вас получается. Как суп варить, так мы, а когда что-то интересное…

— Нет, мы пойдем, — договорила за подругу Марго.

— Что с ними сделаешь, — Луна развел руками.

И Команда отчаянных начала при свете фонариков подниматься к пролому в монастырской стене. По дороге они то и дело поглядывали вверх, однако там, в развалинах, по-прежнему было совершенно темно.

— Эй, Муму, — тронул его за плечо Пуаро. — А может, ты просто какую-нибудь зарницу увидел? Ну, может, где-нибудь гроза далеко была.

— Никакой грозы, — отрезал Герасим. — Это был настоящий свет.

Возле пролома Луна, выключив свой фонарь, шепнул Баску:

— И ты погаси.

Тот послушался, но спросил:

— А зачем?

— Чтобы не светиться, — сонно произнес в ответ Луна. — Откуда мы знаем, кто там сидит и зачем.

Команда отчаянных чуть постояла, дожидаясь, пока глаза у всех привыкнут к темноте. Впрочем, луна продолжала светить, и в её бледном сиянии вполне можно было идти дальше, не особенно рискуя споткнуться.

— Герка, умоляю, — сказал Павел. — Только где-нибудь не рухни.

— Почему претензии постоянно ко мне? — спросил тот. — Можно подумать, вы вообще никогда не падаете.

— Но ты падаешь в самые неподходящие моменты, — не удержалась Варя.

— А ты в самые неподходящие моменты споришь, — весьма справедливо отметил Муму. — Нашла время.

И с этими словами он первым шагнул в пролом.

— Никого тут нет, — последней пролезла в пролом Варвара. — Предупреждала ведь вас: у Герочки глюки.

— Тихо ты, — зашикали на неё мальчишки. — Почем ты знаешь, вдруг здесь кто-нибудь прячется.

— Кто и зачем? — не понимала Варя.

— Пошли дальше, — сказал Сеня. — Там видно будет.

С места, однако, никто не двигался. Ночью, да ещё при луне, развалины выглядели совсем неуютно. Полуразрушенные стены отбрасывали пугающие тени, и было такое впечатление, словно в любую минуту на ребят кто-то выскочит из развалин.

— Так мы идем или нет? — спросил Баск, больше подбадривая самого себя, нежели спутников.

— Пошли.

Друзья осторожно и не слишком уверенно пошли дальше, к колокольне. Она была уже совсем близко, когда Сеня шепотом позвал:

— Ребята, сюда.

— Что такое? — нагнулась вместе с ним Варя.

Сеня молча ткнул пальцем в землю.

— Тоже мне — находка, — разглядев, не воодушевилась Варвара. — Окурка, что ли, никогда раньше не видел.

— Таких свежих здесь не видел, — Баска ничуть не обескуражила её реакция. — Смотри, он ещё дымится.

Окурок и впрямь дотлел почти до фильтра.

— Неужели ты прав? — снизу вверх Варя уставилась на Герасима.

— Это только ты сомневалась, — зачем-то понюхал окурок Муму и чихнул. — Действительно, ещё дымится.

— Кто же это был? — почти одними губами спросила Марго.

— Стойте тут, — распорядился Луна. — Сейчас проверю.

Он на цыпочках пробрался к двери колокольни и дернул за ручку. Заперто. Луна приложил к двери ухо. Изнутри не доносилось ни звука. Он вернулся к друзьям.

— Если кто-то и был, то уже ушел.

— Или где-нибудь в другом месте прячется, — вполне допускала Марго.

— А может, не прячется, а просто спит, — сказал Иван. — Если это грибники-рыбаки, то вполне естественно, что они добрались сюда ночью по холодку, чтобы завтра с утра пораньше начать ловлю или сбор урожая.

— В таком случае мы наверняка их завтра увидим, — не сомневалась Марго.

— Ладно. Пошли спать, — зевнула Варя. — Завтра разберемся.

Команда отчаянных безо всяких происшествий возвратилась к шалашу. И так как день и первая половина ночи выдались напряженными, все почти сразу же заснули. Даже Герасим.

Разбудили их ручные часы Баска, которые ровно в шесть начали громко наигрывать «Турецкий марш» Моцарта.

— Сколько времени? — не открывая глаз, осведомился Муму.

— Шесть, — отвечал ему Сеня.

— Совсем сдурел, Баск? — возмутился Иван. — И так полночи не спали. Ты бы ещё на четыре свой идиотский будильник поставил.

— Да я по ошибке, — начал оправдываться Баскаков. — Прошлым утром по нему просыпался, а после забыл отключить.

— Мальчишки! — вдруг бодрым голосом воскликнула Варя. — Уж если так получилось, пошли искупаемся. А потом грибников-рыбаков поищем.

— Кстати, мы вообще можем остров вплавь обогнуть, — сообразил Иван.

— Далековато, — Муму не был готов к такому подвигу.

— А если устанем плыть, кто нам мешает пройти оставшийся путь по берегу? — спросила Варя.

На это у Герасима возражений не нашлось.

— Раз все равно разбудили, айда на озеро, —

Луна вылез из шалаша и потянулся. — Только я бы сперва позавтракал.

— Тяжелый случай, — сказала Варя. — Ты, Паша, о чем-нибудь, кроме еды, думать можешь?

— Могу, — Луна попытался расчесать пятерней спутавшиеся кудри. — Только после.

— После чего? — не поняла Варя.

— Естественно, после еды, — улыбнулся Луна.

— Нет. Сначала купаться, — настаивала на своем Варя.

— Уговорила, — сдался Луна. — Только тогда сперва как следует завтракаем, потом хорошенько купаемся, а уже после идем искать рыбаков-грибников.

Компромисс устроил всех. Умяв изрядное количество пшенной каши со сгущенкой, ребята уже собирались совершить обход и «обплыв» острова, когда услышали шум катера.

— Черт! — с досадой воскликнул Сеня. — Мало нам Бельмондо, так ещё Василия принесло. Ребята, ни слова про грибников-рыбаков. Иначе меня сразу отсюда уберут.

— Нас, наверное, тоже могут, — отозвался Луна. — В общем, братцы, делаем вид, что тут все спокойно.

И они побежали на берег встречать инспекцию. Бельмондо остался в катере, а бдительный дядя Вася высадился на берег.

— Ну, зачем вы! — возмутился Сеня. — Ведь договорились!

— Без нервов, Семен, — спокойно произнес охранник. — Я за тебя отвечаю.

— Да отвечайте, пожалуйста, только тут все в порядке, — Баск начал подталкивать его обратно к катеру.

— Уехал, уехал! Ты уж не сердись, — примиряюще улыбнулся Василий. — Только дай хоть посмотрю, как выглядишь, чтобы отцу доложить.

Пока он изучал своего подопечного, остальные четко и ясно доложили Бельмондо, что выживание проходит нормально.

— Значит, вернуться досрочно никто не желает? — на всякий случай поинтересовался тот.

— Не для того ехали, — за всех ответил Герасим.

— Тогда, Василий, вперед, — позвал охранника на катер учитель физкультуры. — До вечера, ребята.

— Фу-у, — друзья проводили взглядом удаляющийся катер.

— Пошли искать рыбаков, — скомандовал сытый, а потому жаждущий деятельности Луна.

— Давайте сперва пойдем, а потом поплывем, — предложил Пуаро.

— Верно, — согласились остальные. — Мы ведь в других частях острова ещё не были.

Пешая прогулка вышла не слишком долгой. Вскоре песчаная полоса уткнулась в заросли, которые доходили до самой воды.

— А вот теперь в воду! — скомандовал Павел.

Они все плыли, а зарослям не было конца.

— Может, все же на берег вылезем? — первым выбился из сил Герасим.

— Лучше ещё немного проплывем, — возразила Марго. — А то по лесу босиком идти неприятно.

Герасим вздохнул и перевернулся на спину, так ему было легче. Но заросли все не кончались, и в результате пощады попросила Варвара:

— Как хотите, а я пойду берегом. Мумушечка, Герочка, составь мне компанию, Каменный!

— Я тоже составлю, — объявила Марго.

— Тогда уж все вылезаем, — принял решение Павел. — Вон. Поглядите. Там вроде какой-то просвет.

Они поплыли туда, куда указывал Луна.

— Ребята! — Герасим, плывший первым, от волнения хлебнул воды и закашлялся. — Там… Там… Лодка! — подплыв поближе, он встал на дно и воскликнул: — Это наша! Наша!

— Что значит, «наша»? — торопливо подплыли к нему друзья.

Впрочем, едва они глянули на название лодки, им все стало ясно. Это и впрямь оказалась их старая знакомая. И цепь была та же, и замок.

— Вот эт-то да-а, — Баск, казалось, не верит собственным глазам.

— Говорил же: именно она тогда между островами плавала, — напомнил Герасим.

— Тогда — это одно, а теперь совсем другое, — тихо заметила Марго.

— Да уж, — с задумчивым видом подтвердил Павел. — Совсем другое. А главное он, или они, теперь наверняка находится на острове.

— Браконьеры? — спросила Варя.

— Сомневаюсь, — покачал головой Луна. — Иначе бы они давно рыбу ловили. Больше на этом острове не на что охотиться.

— Сходим наверх, — предложил Иван. — По идее, они должны быть в монастыре. Вряд ли они сюда плавают, чтобы посидеть, запершись в колокольне. И остров не столь уж большой. Значит, где-нибудь мы их да встретим.

— Ох, не хочется босиком, — посетовала Варя.

— Обратно возвращаться ещё сложнее, — принялся убеждать её Павел.

— Тем более тут вроде тропинка есть, — разглядела Марго.

Они гуськом двинулись вверх по узенькой тропке, которая, как ни странно, тянулась до самого монастыря и вывела их к ещё одному пролому в стене.

Развалины встретили их такой же тишиной, как и первые два раза.

— Проверим колокольню, — снова направился к двери Павел.

Она оказалась по-прежнему заперта, однако возле неё валялся ещё один окурок. А ночью ведь его не было. Луна почти не сомневался в этом.

— Постучать? — обернулся он к остальным.

— Стучи, — сказал Сеня. — Ничего ведь не теряем.

Павел заколотил ногой в старую дверь. Ответа не последовало. Ребята для очистки совести прочесали всю территорию бывшего монастыря и даже несколько раз залезали на стены и смотрели вниз. Однако никаких признаков присутствия на острове посторонних не обнаружили.

— Одно из двух, — наконец сделал вывод Павел. — Либо тут никого нет, но тогда возникает вопрос, откуда лодка? Либо тот, кто сюда приплыл, очень тщательно от нас прячется.

— А чего ему от нас прятаться? — терялся в догадках Иван. — И вообще, откуда ему, или им, известно, что мы тут находимся?

— Ну, во-первых, они могли слышать, что нас сюда привезут, а во-вторых, могли видеть, как мы приехали, — сообразила Марго.

— Но тогда, наверное, это каким-нибудь образом связано со сторожем на пляже, — вдруг осенило Ивана.

— А почему нет? — поддержал его Павел. — Тот разговор на пляже, который вы с Баском подслушали, очень красиво в это укладывается.

— И лодка, — подхватил Баск. — Там её прячут, и тут то же самое. Хотя от кого её на необитаемом острове прятать?

— От нас, — ответил Луна. — И от прочих случайных посетителей.

— Вот именно, — сказал Баск.

— А вы не думаете, — вмешалась Марго, — что это не они сами прячутся, а что-то прячут от нас? Верней, не совсем прячут, а очень опасаются, что мы это найдем. И этот, или эти, кто-то охраняет это что-то…

— Может, и так, — поддержала подругу Варя и вдруг, побледнев, прошептала: — Но если он, или они, от нас прячутся, то, может, сами за нами следят. Поэтому мы их и не видим.

Ребята уже спустились к стоянке, и теперь, когда Варя поделилась своими опасениями, всем стали мерещиться за каждым кустом внимательно следящие глаза. Муму начал нервно вертеть головой.

— Не оборачивайся, — сквозь зубы прошипела Варя. — Делаем вид, будто просто гуляем, выживаем и ничего не замечаем.

— Верное решение, — шепотом одобрил Павел, а затем нарочито громко и бодро воскликнул: — Братцы, а что у нас сегодня на обед? Что-то есть уже хочется.

— Ты серьезно? — шепотом осведомилась Варя.

— Вполне, — громко ответил Луна.

— Тогда берем палки-копалки и собираем вершки-корешки, — скомандовала Варя.

— Какие ещё корешки? — уставился на неё Павел.

— Съедобные, — объяснила Варвара. — Обед ещё надо найти. Иначе не из чего будет готовить. Запасы наши почти иссякли. И, кстати, кто-то вчера обещал наловить рыбки.

— В таком случае, рациональней всего разделиться, — принял решение Павел. — Мы с Сенькой идем ловить рыбу. А Муму с Пуаро оставляем, девчонки, с вами. Пусть под вашим чутким руководством собирают вершки-корешки.

— Хорошо, Паша, устроился, — не преминула заметить Варвара. — Вы с Баском собираетесь вдвоем тащить одну удочку?

— Почему это? — возразил Сеня. — Мы две сделаем. Лески у меня хватит. И крючков я несколько приготовил.

Павлу не просто захотелось половить рыбу. Разделившись на две группы, Команда отчаянных как бы сразу убивала двух зайцев. Во-первых, ребята увеличивали объем обеда, а во-вторых, если за ними и впрямь вели слежку, вероятность засечь следящих увеличивалась.

Забежав в шалаш, Сеня быстро достал свое нехитрое рыболовное снаряжение, а Луна пока срезал две длинных ветви орешника, из которых мальчики сделали по удилищу.

— Нормалек, — Баск остался вполне доволен результатами своих трудов. — Теперь осталось лишь червей накопать.

— Только насаживать их будешь ты, — предупредил Луна. — У меня это как-то не очень получается.

— Да пожалуйста, — усмехнулся Баск. — У меня с червями никаких проблем.

Час спустя Варя, Марго, Иван и Герасим с полными котелками грибов и пакетом съедобных трав и корешков возвращались к шалашу. Вдруг Варя, остановившись, внимательно поглядела на небо.

— Мне показалось, или я слышу гром?

— По-моему, не показалось, — ответила Марго. — Ой, что-то сверкнуло.

— Молния, — сказал Иван.

Тут громыхнуло отчетливей.

— Пока далеко, — добавил он, — но все равно пошли скорей к шалашу.

Все прибавили шаг.

— Боюсь, не видать нам сегодня обеда, — мрачно заявил Герасим.

Будто в подтверждение его слов снова сверкнула молния. Выйдя к шалашу, ребята увидели, что со стороны турбазы прямо на остров надвигается огромная черно-сизая туча.

Возле шалаша сидели угрюмые Луна и Баск.

— Не клюет, — сообщили они вновь прибывшим. — Вы-то нашли?

— Да, — друзья продемонстрировали богатую добычу. — Только толку чуть. Обед сварить не успеем. Вот-вот начнется гроза.

Гром грохотал все чаще и чаще, а сизую тучу секли с двух сторон яркие всполохи.

— Собирайте монатки, и в шалаш, — скомандовала Варя. — Дрова туда же. Иначе после дождя костра не разжечь. Мокрые будут.

— С ума сошла! — взвыл Муму. — В грозу под одиноко торчащей елкой сидеть? Молния запросто может ударить. Если бы просто дождик, тогда ничего. Но ведь смотрите что движется.

— А ведь он прав, — сказал Луна.

И даже Варя вынуждена была согласиться.

— Куда же нам теперь? — растерялась она. — И в лесу во время грозы плохо, и на открытом пространстве тоже.

— И озеро не пойдет, — добавил Баск.

— В монастырь, и быстрее, — сообразил Иван. — Там в одном месте часть потолка сохранилась. Собираем вещи!

Немного погодя Команда отчаянных с рюкзаками за спиной и с вещами в охапку что было сил неслась вверх по холму. Гром громыхал прямо над их головами, а турбазу уже скрывала из вида стена дождя.

Глава X.

ВЕРТОЛЕТ

Скорей! Скорей! — поторапливали друг друга ребята.

Тяжелые редкие капли дождя уже падали им на головы. Они понеслись быстрее. Едва они достигли низкого полуразрушенного строения, как над их головами ослепительно сверкнула молния и тут же оглушительно треснуло. Казалось, сам остров раскололся надвое. Забившись в уголок, над которым чудом сохранилась часть потолка, друзья завернулись в одеяла и плащ-палатки. Теперь громыхало не переставая. И молнии сверкали со всех сторон. И дождь падал с неба сплошным потоком. Будто кто-то там, по другую сторону сизо-черной тучи, накрывшей весь мир до горизонта, опрокинул немыслимых размеров емкость, полную воды. Ветер усиливался. Он швырял в ребят пригоршни дождя.

— Есть хочу, — неожиданно заявил Павел.

— Все хотят, — уставился на него голодным взглядом Герасим. — Не трави зря душу.

— А я совсем не зря, — продолжал Луна. — Хлеб у нас, во всяком случае, ещё есть. И банка сгущенки.

— И соль, — добавил Баск.

— И щавель, — напомнила Варя.

— Тогда щавель с солью, а потом хлеб со сгущенкой.

— Лучше уж все вместе! — внес коррективу Иван. — А то щавель на пустой желудок — это, я вам скажу… Рискованно. Скрутить может.

— Твоя правда, — хохотнул Баск. — А квартира у нас тут не со всеми удобствами.

— И лечить некому, — добавил Герасим.

Они быстренько умяли последнюю банку сгущенки, дневную порцию хлеба и щавель. Последний шел хуже всего.

— Давайте завтрашнюю часть хлеба, — потребовал Луна.

— А на завтра что нам останется? — спросила Варя. Однако её саму мучил голод, и в голосе её не слышалось прежней категоричности.

— Давай, давай, до завтра ещё дожить надо, — усилил натиск Муму.

После второй порции хлеба Муму потребовал пить.

— Вот уж этого в природе сейчас сколько угодно, — хмыкнула Варя. — Подставляй котелок и пей.

— А если этот дождь какой-нибудь кислотный? — испугался за собственное здоровье Муму.

— Тогда не пей, надоел, — отмахнулась Варя.

Котелок наполнился с такой быстротой, точно его сунули под кран. Ребята попили. Вокруг продолжало сверкать, грохотать, из леса доносились треск и стоны, и ветер выл среди развалин, как раненый зверь.

— Кажется, мы тут надолго, — с тревогою проговорила Варя.

— Даже если это скоро кончится, возвращаться к шалашу бессмысленно, — сказал Луна. — При таком ливне даже под нашей елкой теперь сплошное болото.

— Придется тут ночевать, — без тени энтузиазма констатировала Марго.

— Жестковато, — поморщилась Варя.

— Такая ровная погода стояла, и на тебе, — с сожалением проговорил Баск. — Эх, знать бы заранее. Запасную стоянку бы подготовили, стеночку третью соорудили, кирпичей тут полно валяется.

— И печечку, — ежился, несмотря на одеяло и плащ-палатку, Герасим.

— Перестаньте ныть, — прикрикнула Варя. — И вообще, пожалуй, я посплю. Чего и вам желаю.

Делать было совершенно нечего. К тому же Команда отчаянных уже второе утро поднималась ни свет ни заря. Да и день сегодня опять выдался напряженный. Пришлось и плавать, и ходить, и собирать еду. Натянув на себя всю имевшуюся одежду и снова завернувшись в одеяла и плащ-палатки, шестеро друзей пригрелись и под продолжавшийся шум ливня незаметно заснули.

Разбудил Павла громкий рокот. «Странный какой-то гром», — удивился Луна и выглянул. К его удивлению, дождь совершенно прекратился, причем, видимо, достаточно давно. «Тогда откуда же гремит? — озадачился мальчик. — Опять, что ли, надвигается. Хотя нет, на гром не очень похоже».

Рокот не прекращался. Выпутавшись из плащ-палатки, Луна покинул убежище. То, что он увидал, потрясло его до глубины души. Прямо на развалины спускался вертолет.

«Наверное, нас разыскивают, — пронеслось в голове у Павла. — Ну да. Наверное, из-за грозы на лодке сюда добраться нельзя. Василий поднял панику. Вот Сенькин отец вертолет и выслал. Вроде у него даже собственный есть». Вертолет, черневший в сумеречном небе, медленно, но верно продолжал снижаться. Луна вернулся в убежище и начал расталкивать мирно спящих друзей.

— Вставайте, за нами летят!

— Кто, Пашенька, ангелы? — лениво приоткрыла один глаз Варя.

— Нет, вертолет, — внес ясность Павел.

— Луна, — окончательно проснулась Варвара, — ты, кажется, грибов сегодня не ел. Мы их сварить не успели. Так откуда же глюки?

— Разве сама не слышишь? — спросил Павел.

Рокот усилился. Теперь проснулись уже все и, выйдя наружу, поняли, что Луна совершенно прав.

— Надо что-нибудь взять и помахать им, чтобы нас увидели, — рванул обратно в убежище Герасим.

— Стой, — кинулся следом за ним Сеня. — Почему ты решил, что это за нами прилетели?

— Я? — вытаращился на него Муму. — Почему решил? Потому что Луна сказал.

— А ты, Луна, с чего это взял? — повернулся Сеня к Павлу.

— В силу элементарной логики, — откликнулся тот. — Была гроза. Василий позвонил твоему предку, поднял панику, ну, тот и прислал вертолет.

— Фигли мой предок так быстро найдет вертолет, — отрезал Сеня. — И вообще, сомневаюсь, что это он. Подумаешь, гроза. Во-первых, все уже кончилось. Если бы дядя Вася так волновался, сам бы уже приплыл.

— Так, может, он как раз приплыл, а нас не обнаружил, — предположила Марго.

— Тогда бы он уже собрал команду и прочесал весь остров, — ответил Сеня. — И вообще, нас, по условиям эксперимента, никому находить не надо. Если флаг не поднят, значит, с нами все в порядке.

Вертолет уже почти сел. Только не возле них, а за колокольней, где была небольшая, но достаточно ровная площадка.

— Знаете, давайте посмотрим, кто это и зачем явились, — сказал Луна. — Только по-тихому. Вполне допускаю, что это к нашим соседям. Ну, с лодки.

Двигатели вертолета смолкли.

— Так, ребята, по кустикам, по кустикам — и поближе, — продолжал командовать Павел.

— А вещи? — вопросительно глянул на него Баск.

— Ты что, уже сразу лететь хочешь? — осведомился Луна. И, не дожидаясь ответа Баска, добавил: — Какие вещи? Я вообще не совсем понимаю, что тут творится.

Сумерки сгустились ещё сильнее. Прячась за развалинами, ребята бесшумно двинулись вперед.

— Эй, — внезапно прошептала Варвара. — Видите? Дверь в колокольню открыта.

— Ого, — пригляделись остальные.

— И к ней, между прочим, идут, — Луна заметил нескольких человек, скорым шагом приближавшихся к колокольне как раз с той стороны, где только что сел вертолет.

Ребята, пригнувшись за развалинами, внимательно следили, что произойдет дальше. Последние сомнения отпали: вертолет прилетел совсем не за ними. И сам факт, что неизвестные появились сразу после грозы, да ещё под покровом сумерек, подсказывал шестерым друзьям: здесь, на острове, творится что-то скверное.

Людей было четверо. Лиц их ребята разглядеть не смогли. Во-первых, из-за темноты, а во-вторых, слишком уж быстро вошли они внутрь. До ребят донесся лишь низкий голос:

— Прямо сейчас и начнем.

— Узнаешь? — повернулся Иван к Сене.

— Ага, тот самый, — подтвердил тот. — Ребята. Это мужик, который тогда со сторожем разговаривал.

— Тихо вы, — прошептала Варя.

Аркообразный проем двери неожиданно осветился.

— Выходит, у них там электричество есть? — изумился Иван.

— Скорей сильные фонари, — откликнулся Павел.

Наружу вышли двое. Они с явным усилием тащили длинный деревянный ящик. Следом появились ещё двое с таким же ящиком, и процессия удалилась в ту сторону, где стоял вертолет.

— За мной! — скомандовал Павел. — Пока они грузят, посмотрим, что там внутри.

Герасим замешкался.

— А я вот думаю, целесообразно ли нам…

— Думать с дедушкой будете, — оборвал его Баск. —

А сейчас шуруй в аллюре, пока они не вернулись. А то опять запрут и улетят. И мы тут в полном шоколаде останемся.

— Твоя правда, — согласилась Варя. — Выживать так выживать.

Герасим вздохнул и, пригибаясь за руинами, последовал за остальными к колокольне. Они вбежали внутрь. И от растерянности остановились. В колокольне было пусто. Лишь остатки лестницы вели вверх, к бывшей звоннице.

— Вот! — и Луна указал на пол.

Ребята увидели сдвинутую плиту, перед которой зияла дыра.

— Ждите меня здесь, — сказал Павел и скатился вниз по лестнице.

— Ну, ни фига себе, подземелье, — сказал Баск и заглянул вниз.

Однако он ничего не увидел, кроме крутой каменной лестницы. Лишь уши улавливали какой-то шорох.

— Луна, что там? — не выдержал наконец Муму.

— Оружие, — словно из преисподней донесся ответ Павла.

В следующий миг он уже взбежал по лестнице.

— Бежим отсюда! Иначе крупно влипнем!

Но это был запоздалый призыв. За спинами ребят раздался хриплый окрик:

— Вы что тут делаете?

Они обернулись. В дверях стоял крепко сбитый мужчина в джинсах и майке, и взгляд его не предвещал ничего хорошего.

— Да мы тут, видите ли, случайно зашли, потому что гроза, — попыталась невинным голосом произнести Варя.

Она даже состроила мрачному мужику глазки, однако в этих местах её чары явно не действовали, и новый знакомый отнесся к ней не лучше, чем сторож на пристани.

— Ты мне, соплячка, лапшу на уши не вешай.

— Но мы ничего плохого не сделали, — Луна предпринял ещё одну попытку разжалобить мужика. — Мы тут просто выживаем. Эксперимент такой.

— Какие проблемы, Штырь? — поинтересовался один из напарников.

— Да вот, — с кривой усмешкой ответил мужик с низким голосом. — Гости дорогие тут у нас. Нежданные. Выживают. Теперь не знаю, что с ними делать. Гостеприимство обязывает принять.

— Нас, господин Штырь, принимать не надо, — запротестовал Герасим. — Мы просто к себе пойдем. Счастливо оставаться.

— Э, нет, — категорически возразил Штырь. — У нас, русских людей, так не принято. Раз уж наведались, то добро пожаловать.

Баск было рванулся к выходу, однако дверной проем плотно загородили трое сообщников Штыря.

— Так не пойдет, пацан, — один из них с силой толкнул его обратно.

— Быстро в подвал! — рявкнул Штырь. — И не высовываться, иначе навсегда здесь останетесь.

Команда отчаянных под конвоем спустилась в подвал. Мужики тоже туда спустились и взяли ещё по ящику.

На этот раз они, выйдя на улицу, заперли за собой дверь.

— Что же они тут делают? — посмотрела Варя на Луну.

— Оружие продают, — ответил он. — По-моему, с ними окончательно ясно. Здесь у них склад, а отсюда они с помощью нашего большого друга сторожа по мере надобности вывозили товар на катерах. Турбаза-то была пустая, а к ней ведет хорошая дорога. Перегружай оружие на машины, и вперед. А мы своей «Школой выживания» весь бизнес им испортили. Приходится срочно эвакуироваться. Вот вам и браконьеры.

— Эх, знать бы раньше, — запоздало посетовала Марго. — А ведь камушки нас совершенно верно предупреждали.

— Давайте думать, что нам теперь делать! — завопил Герасим.

— Рюкзак, рюкзак, — растерянно забормотал Сеня. И вдруг принялся бурно хлопать себя по многочисленным карманам куртки.

— Сбрендил, — с горестным видом констатировала Варвара.

Можно было подумать, что психика Баска и впрямь сдалась под напором нового испытания. Да и неудивительно. Похоже, шестерых друзей в самом скором времени ждала совсем незавидная участь. Если их бросят в подвале да ещё положат на место плиту — это все равно что быть заживо погребенными. Конечно, их начнут искать и, может, даже догадаются вскрыть дверь, ведущую в колокольню. Но вряд ли кто-нибудь на турбазе знает о существовании подземелья. Разве что сторож. Но никто из Команды отчаянных не сомневался, что он связан с преступниками и помощи в поисках от него ждать тщетно. Скорей всего, он вообще удерет.

— Во! — исторг сумасшедший вопль Сеня и извлек из кармана мобильный телефон. — Это не я, я не жульничал, — смущенно начал оправдываться он. — Василий мне подложил. Сказал: «Без этого не отпущу». Но я ни разу им не пользовался и вообще выключил эту штуку.

— Слава Василию! — облегченно выдохнули друзья.

Баск включил телефон.

— Черт! — с ужасом уставился он на дисплей. — Не работает.

— Разрядился? — ужаснулась Варвара.

— Заряд есть, — Сеня постучал пальцем по светящемуся дисплею. — Иначе бы вообще ничего не работало. Но сигнал сюда не проходит. Надо сверху попробовать.

Он бросился к лестнице, но Павел поймал его за плечо,

— Погоди. Штырь с компанией сейчас возвратятся за следующими ящиками. Вот когда они снова уйдут, тогда и поднимемся. А им тут ещё на несколько ходок хватит, — указал он на оставшиеся длинные ящики. — Видите сколько.

— Подождем, — Сеня нехотя вернулся на место.

— Давайте вести себя как маленькие испуганные паиньки, — предложила Варя. — Иначе, чего доброго, им ещё придет в голову обыскать нас, связать…

Иван в это время ковырял ящик.

— Какое, Пашка, там оружие?

— Думаю, разное, — откликнулся тот. — Я видел что-то похожее на автомат.

— Так, может, вооружимся? — Пуаро по-прежнему пытался открыть ящик.

— Лучше не трогай, — покачал головой Луна. — Пока мы разыщем патроны, если они вообще здесь есть, и сообразим, как этими штуками пользоваться, бандиты нас успеют перебить.

— Говорю же: мы должны тихо-скромно делать вид, будто вообще не подозреваем, почему дяденьки на нас так злятся и что у них в этих ящиках.

Сверху раздались шаги. Штырь и его сообщники спустились в подвал.

— Сидите? — злобно хохотнул Штырь. — Вот и молодцы.

— Слушай, — сказал один из сообщников. — А давай-ка приспособим их потаскать ящики. Гляди, парни какие здоровые, — он ткнул пальцем в сторону Луны и Баска.

— Ему нельзя, — Иван указал на Сеню. — Ему аппендицит недавно вырезали, — он принялся сочинять на ходу. — От тяжестей шов может разойтись.

— Бывает, — не стал настаивать сообщник Штыря. — Тогда давай ты, — повернулся он к Ивану. — Но учтите: вздумаете бежать, пристрелю. И друзья ваши крупно пожалеют. Особенно девчонки.

— Что вы, никуда мы не побежим, — Пуаро старался как можно искреннее заверить бандитов в своей благонадежности, и они с Луной подхватили тяжелый ящик.

— А вы тут тихо, — Штырь посмотрел на оставшуюся часть Команды отчаянных. — Иначе у вас больше никогда никакой аппендицит не случится.

Дверь наверху вновь захлопнулась. Тяжело лязгнул старинный замок. Баск пулей вылетел из подвала, остальные — за ним.

— Проходит, — услышав длинный гудок в трубке, сообщил он и быстро набрал номер.

На звонок долго никто не реагировал. Первый раз за все время, проведенное на турбазе «Лазоревое», Сеня мечтал, чтобы Василий оказался рядом. И он в результате оказался. Правда, не совсем рядом с Командой отчаянных, но у своего мобильника.

— Семен, ты как? — задал он вопрос, едва услыхав голос подопечного.

— Хуже некуда! — выпалил Баск и вкратце, но весьма выразительно обрисовал ситуацию.

Василий отреагировал ещё короче и выразительней. Затем поинтересовался:

— А что они дальше намерены с вами делать?

— Не говорили, — ответил Сеня.

— Тогда постарайтесь, чтобы вас оставили в подвале, — бросил Василий. — Плиту вашу найдем. Думаю, они вас с собой не потащат. Незачем им. Но если что не так, все-таки постарайся предупредить.

«Что не так» не случилось. Перетаскав с помощью Пуаро и Луны все ящики, Штырь заявил:

— Счастливо оставаться.

Унося фонарь, все это время освещавший подземелье, он вместе с напарником начал подниматься наверх.

— Дяденька, — захныкала Варя. — Не оставляйте нас тут. Лучше отпустите. Мы никому не скажем. Тут некому. А за нами с турбазы только завтра приедут.

— Вот до завтра и посидите, — мгновенно отреагировал Штырь.

— Но нас могут не найти, — захныкала Варя.

Марго, подыгрывая подруге, принялась всхлипывать.

— Ваши проблемы, — не смягчился Штырь. — Помрете, туда и дорога.

Напарник его усмехнулся.

— Поехали. Время поджимает.

Плита задвинулась. Подвал окутала кромешная тьма. Ребята услыхали скрежет. Что-то грохнулось на плиту сверху.

— Специально что-то тяжелое положили, чтобы мы случайно не выбрались, — злобно прошипел Герасим.

— А вдруг нас теперь не найдут? — забеспокоилась Марго.

— Дядя Вася теперь из-под земли нас отроет, — не сомневался Баск. — Охота ему работу у моего папандра терять.

— Боюсь, это ему и так грозит, — сказала Варвара.

— Не, это мне грозит, — возразил Баск. — Навешает мне теперь папандр штрафных санкций.

— Ты-то чем виноват? — не понял Луна.

— Как это чем, — откликнулся Баск, — что в подвал попал. Он скажет: «Нечего было совать нос не в свои дела». Да ладно уж. Переживу. Главное, выбраться отсюда.

— Ребята, а у кого-нибудь случайно нет фонарика? — осведомилась Варвара.

— У меня есть, — зажег Луна свет.

— Так все-таки веселее, — кивнула Варя.

— А пошли пока посмотрим, куда ведет это подземелье, — предложил Иван.

— Да ну, ещё заблудимся, — Герасима уже утомили подвиги.

— Ты, Мумушечка, можешь посидеть и дождаться тут дядю Васю, — поднялась на ноги Варя.

— Нет уж, — мигом заспорил Муму. — Без меня вы наверняка заблудитесь.

Из подвала уходил вдаль темный широкий, но низкий коридор. По всей видимости, когда-то тут хранились монастырские припасы. Пройдя по нему солидное расстояние, ребята обнаружили ещё одну лестницу, ведущую вверх, но выход оказался завален.

— Ребята, а вам не кажется странным, — посмотрела на друзей Марго, — что воздух тут не очень спертый.

— Верно, — дошло, в свою очередь, до Ивана. — Наверное, есть какое-то отверстие для вентиляции. Луна, посвети-ка поверху.

Луч фонаря заскользил по верху стены. Там на ровных расстояниях располагались крохотные зарешеченные оконца.

— Хорошо оборудовались монахи, — оценил Баск.

— При вентиляции продукты меньше портятся, — пояснил Павел, и в животе у него заурчало. — Но нам через такие маленькие отверстия не выбраться. Даже Герасиму. Тем более там ещё решетки.

Свет фонаря потускнел.

— Батарейки разряжаются, — с досадой произнес Луна. — А запасные остались в рюкзаке.

— Тогда предлагаю вернуться, — вмешалась Марго. — Иначе в темноте можем заблудиться, и тогда нас уж точно никто не найдет.

Спорить никто не стал. Даже Герасим, при всем свойственном ему чувстве противоречия, не собирался бродить здесь в полной темноте. К тому же он опасался возможного обвала. Подземелье-то уже лет сто не ремонтировали.

Фонарь Павла погас вскоре после того, как Команда отчаянных возвратилась к лестнице. Ребятам показалось, что они провели в темноте целую вечность, пока сверху не раздался грохот. На какое-то мгновение их ослепили сильные фонари.

— Эй, есть кто живой? — крикнул Василий.

— Все живые! — ребята кинулись наверх.

Там, кроме охранника Баска, стоял Бельмондо.

— Живо в катер! — приказали они ребятам.

Пока плыли к турбазе, Бельмондо рассказал, что вечером из-за сильной грозы добраться до острова было невозможно. На озере поднялся настоящий шторм.

— Эх, а мы не видели, — с сожалением воскликнул Баск.

— И уже не увидишь, — строго заявил Василий. — Отец велел прямо сейчас домой ехать.

Баск с несчастным видом переглянулся с друзьями: предчувствия не обманули его.

— Тех-то, на вертолете, поймали? — поинтересовался он у охранника.

— Почем мне знать, — пожал тот плечами. — Мы сообщили куда следует. А там уж их дело. Главное, вы живы.

— Это уж точно, — вырвалось у Бельмондо, который с момента Сениного звонка и вплоть до их приезда на остров пережил далеко не лучшие мгновения в своей жизни.

— А сторожа задержали? — спросил Луна.

— Связанный, как миленький сидит, — удовлетворил его любопытство Исаак Наумович. — Под чутким идейным руководством Карла Луарсабовича.

Несмотря на глубокую ночь, на пристани шестерых друзей встречал весь лагерь. Каким образом участники Школы выживания обо всем узнали, навсегда останется загадкой. Впрочем, слухи вообще вещь таинственная. И можно только гадать, откуда все родители не только девяти — но и десятиклассников на следующее утро уже были в курсе того, что произошло с Командой отчаянных, и примчались на турбазу забрать своих чад в Москву. Школа выживания закрылась в этом году досрочно.

Те, кому так и не посчастливилось попасть на «необитаемые острова», жутко злились. И, уезжая, предупредили Команду отчаянных минус Баска:

— Первого сентября разберемся. Будете знать, как раскапывать чего не надо. Сами повыживали, а нам, значит, теперь из-за вас раньше времени в Москву возвращаться.

— Да нас и самих сегодня увозят, — оправдывались ребята. — И довыживать нам целые сутки не дали.

Однако неугомонные десятиклассники не смягчились и твердили свое:

— В сентябре поговорим.

Словом, Команда отчаянных не сомневалась: жизнь в начале нового учебного года им предстоит напряженная и конфликтная. Единственное, чем они утешались, что банду торговцев оружием все-таки успели поймать, а значит, все было не зря. Или, как говорила по этому поводу Варя, «выживание у нас, братцы, прошло по полной программе».

Content

Иванов Антон и др Загадка брошенной лодки

Глава I. ШКОЛА ВЫЖИВАНИЯ

Глава II. ЛОДКА

Глава III. БЛУЖДАЮЩИЙ СВЕТ

Глава IV. УЛЕТНОЕ ГЛЮКОВАРЕВО

Глава V. ИНТУИЦИЯ ПОДСКАЗЫВАЕТ…

Глава VI. БОЕВАЯ НИЧЬЯ

Глава VII. НАЧИНАЕМ ВЫЖИВАТЬ

Глава VIII. ЛАЗОРЕВА ПУСТЫНЬ

Глава IX. НОЧНОЙ ВИЗИТ

Глава X. ВЕРТОЛЕТ