Иванов Антон

Устинова Анна

Загадка Деда Мороза

Глава I

ПРОПАЛА

Машка-а, — Пашков смотрел влюбленными глазами на Школьникову. — Ты, главное, не волнуйся.

— И не думаю, — рявкнула на него та. — Отстань, Ребенок!

— Вот и хорошо, — продолжал Пашков. — Но зачем тогда так кричать? А волноваться и впрямь не надо. Все равно ты всех победишь. Потому что мы с Сашком…

— Слушай, Ребенок, — перебила Школьникова. — Если ты на счет «три» отсюда не исчезнешь, я за себя не отвечаю.

— Исчезну, исчезну, Машка, — покорно пролепетал Лешка. — Только дай я сначала скажу…

— Р-раз, — грозно произнесла Школьникова.

— Да погоди, — снова взмолился Пашков. — Тебе сейчас нужно успокоиться, а мы…

— Кому было сказано: я совершенно спокойна, — топнула ногой Школьникова. —

Два-а…

— Машка! Да ухожу. Уже ухожу. Только дай сперва мне два слова…

— Три! — выкрикнула Школьникова и, сжав кулаки, двинулась на Пашкова.

Они стояли на лестничной площадке возле окна. От актового зала их отделял один лестничный марш. Когда Школьникова по прозвищу Моя Длина двинулась на Лешку, тот задом попятился вниз по лестнице.

— И чтобы я тебя, Ребенок, до конца конкурса больше не видела! — прошипела Школьникова. — Ты и так мне уже все нервы истрепал.

— Но ведь мы… — вновь попытался объяснить ей Пашков.

Однако договорить ему снова не удалось. Сверху послышался голос их любимого классного руководителя Андрея Станиславовича:

— Маша, Леша! Вы случайно Светлану Сергеевну не видели?

Мальчик и девочка разом задрали головы. Андрей Станиславович стоял на верхней ступеньке лестницы и с растерянным видом смотрел на них.

— А разве Светлана Сергеевна не в зале? — удивилась Школьникова.

— Она ведь должна быть там, — добавил Пашков.

— Именно что должна, — в явном замешательстве произнес классный руководитель десятого «Б». — Но только ее там нет.

— Значит, куда-нибудь вышла, — предположил Пашков.

— Да нет, она вообще не появлялась, — внес ясность классный руководитель.

— Как, вообще? — вытаращились на него мальчик и девочка.

— Совсем? — изумленно проговорила Моя Длина.

— Именно, — изрек глухим голосом Андрей Станиславович.

— Этого не может быть, — решительно возразил Лешка. — Видно, вы ее просто не заметили.

— Что ты несешь, Ребенок! — напустилась Моя Длина на Пашкова. — Андрей Станиславович, — состроила она глазки классному руководителю, — давайте, как говорит Светлана Сергеевна, будем мыслить логически. Вы когда в школу пришли, она куда сначала направилась?

— Не знаю, — пожал плечами учитель. — Я первым ушел из дома. А Светлана Сергеевна должна была подойти чуть позже.

— Ах, вот оно что, — многозначительно проговорила Моя Длина.

— Школьникова! — строго взглянул на нее учитель.

— Да я ничего, — томно выдохнула Моя Длина.

— Мне лично уже все ясно, — вмешался Пашков. — Светлана Сергеевна наверняка где-то в школе. Просто еще не успела дойти до актового зала. Вы же с ней — главные организаторы, — посмотрел на учителя мальчик. — Она пришла позже. И кто-то, например, в вестибюле, пристал к ней с вопросами. Вот она где-то по дороге и застряла. Сейчас сбегаю и найду. Пусть знает, что вы ее ищете.

— Верно, Ребенок, — поддержала Моя Длина. — И полезное дело сделаешь, и мне перестанешь нервную систему расшатывать.

В это время из актового зала послышался чей-то взволнованный голос:

— Андрей Станиславович! Скорее! У нас тут проблемы.

— Иду! — крикнул тот. Затем, повернувшись к Пашкову, скороговоркою произнес: — И впрямь, поищи ее, Лешка. Скажешь, что она срочно нужна в зале.

Пашков кинулся на поиски математички Светланы Сергеевны. Андрей Станиславович исчез за дверью актового зала. А Моя Длина вернулась к окну на лестничной площадке. Ей было необходимо побыть в одиночестве и сосредоточиться перед ответственным состязанием. Ибо Школьникова сегодня рассчитывала стать королевой среди старшеклассниц родной две тысячи первой школы.

Идея выборов королевы принадлежала Андрею Станиславовичу и его невесте — Светлане Сергеевне. Конкурс должны были провести еще осенью. Однако неумолимые обстоятельства нарушили первоначальные планы. Выборы королевы несколько раз откладывались. В результате их приурочили к новогоднему вечеру, который должен был начаться через час. Первым пунктом программы значились выборы королевы среди старшеклассниц с последующим вручением призов. Вторая же часть называлась «костюмированной дискотекой».

Впрочем, вторая часть Школьникову особо не волновала. Как говорила Моя Длина, сегодня ей надо «или победить, или умереть». А конкурентки подобрались серьезные. Как из родного десятого «Б», так и из одиннадцатых классов. Однако сама Школьникова воспринимала в качестве соперницы лишь рыжую Дуську Смирнову. Вот ее-то Машке и было жизненно необходимо победить.

Ради этого пухлая блондинка Школьникова уже три месяца упорно худела. Результаты казались ошеломительными разве что ей са-мой. Влюбленный в нее Пашков был как бы не в счет. По его мнению, Машке вообще не стоило худеть, ибо она и без того «выглядит как настоящая фото модель». Ближайшие подруги Моей Длины, Катя и Таня, взглядов Пашкова на сей счет не разделяли. Как однажды заметила ироничная Катя, «Машка напоминает фотомодель разве что шмотками из бутика «Версаче», а все остальное…» И, не договорив, Катя подкрепила свои слова выразительной мимикой.

Словом, победа Школьниковой в конкурсе на звание королевы среди старшеклассниц всем, кроме Лешки и самой Моей Длины, представлялась проблематичной. Хотя вообще-то их компания, которую в две тысячи первой чаще всего именовали Компанией с Большой Спасской, была бы искренне рада Машкиной победе над Дуськой Смирновой.

Вчера вечером Компания с Большой Спасской в тайне от Моей Длины собралась на экстренное совещание в квартире Олега. Ребята решили выработать тактику поведения на тот случай, если Школьникова потерпит фиаско. Зная характер Моей Длины, шестеро друзей не сомневались, что поражение она воспримет как происки врагов. О том, что может последовать дальше, ребятам было даже страшно подумать.

— Уж лучше бы ей завтра заболеть и вообще не попасть на этот конкурс, — сказал непосредственный Женька.

— Мечтай, Женечка, мечтай, — нараспев произнесла Катя. — В таком боевом состоянии, как сейчас у Моей Длины, редко заболевают…

— Вот именно, — вклинился маленький щуплый Темыч, который считал себя крупным специалистом по части различных болезней. — Во-первых, не заболевают, а, во-вторых, она даже больная на этот конкурс припрется.

— Машка и больная всех победит, — убежденно произнес Пашков.

— Блажен, кто верует, — усмехнулись остальные.

— Во-первых, верую, — на полном серьезе откликнулся Лешка. — А, во-вторых, — с каким-то загадочным видом добавил он, — знаю.

— Чего ты там можешь знать? — взмахнул сразу двумя руками долговязый Женька.

— Известно чего, — мрачно взглянул на друзей маленький Темыч. — Небось Зинаида Николаевна уже все школьное жюри подкупила.

— Наше жюри неподкупно, — тихим голосом возразила светловолосая голубоглазая Таня.

— Много ты понимаешь, — гнул свое Темыч. — У Зинаиды Николаевны большие возможности.

Мать Моей Длины, Зинаида Николаевна Школьникова, уже много лет успешно занималась бизнесом. К тому же она была одним из двух спонсоров конкурса на звание королевы среди старшеклассниц. Так что подозрения Темыча имели под собой кое-какие основания. Лешка Пашков, однако, возмутился:

— Тетя Зина никогда на такое не пойдет! Да и Машка не согласится. Она хочет честной победы.

— Много хочет, мало получит! — вырвалось у Женьки.

— Это как же прикажешь тебя понимать? — сжал кулаки Пашков. — По-твоему, Машка недостойна первого места?

— Ну-у, — замялся долговязый мальчик, которому совершенно не хотелось обижать друга, — вообще-то, конечно, достойна, но другие, по-моему, даже еще больше достойны.

— Дипломат ты у нас, Женечка, — фыркнула Катя.

— Ладно тебе придираться, — обезоруживающе улыбнулся тот.

— И вообще, о вкусах не спорят, — спешно

вмешался Олег.

— О вкусах, может, и не спорят, — согласился Пашков. — Но Машка все равно должна победить. И никакой подкуп тут ни при чем.

Остальные переглянулись. Спорить с Лешкой было бессмысленно. Поэтому Олег решил зайти с другого конца:

— В общем-то я тоже допускаю, что Машкина победа не исключена, — деликатно проговорил он. — Но сами знаете: от случайностей никто не застрахован. Поэтому нам надо выработать запасной вариант.

— Бесполезно, — всегда предвидел худшее Темыч. — Чует мое сердце, если Машка не победит, накрылся наш новогодний вечер.

На сей раз даже Катя, вечно подтрунивавшая над Темой, полностью поддержала его.

— И вечер, — с трагикомическим видом проговорила она. — И костюмированная дискотека.

— Вот именно, — продолжал Олег. — А потому нам следует срочно выработать, если так можно выразиться, противоядие.

— Против кого? — уставился на него Пашков.

— Против твоей Машки, естественно, — объяснил Женька.

Впрочем, и остальные знали, что в гневе Школьникова ужасна.

— Надо, наверное, как-нибудь отвлечь Машку после того, как жюри объявит результаты, — возник план у Темыча.

— Ну, какой же ты у нас молодец! — всплеснула руками Катя. — Моя Длина, значит, будет стоять на сцене, а маленький Темочка, сидя в зале, ее отвлечет.

Все засмеялись. Представить себе, что Моя Длина в столь ответственный для себя момент обратит внимание на Темыча, было попросту невозможно.

— Отвлекать буду не я, а ты, — хмуро уставился Темыч на Катю. — Ты ведь тоже участвуешь в конкурсе.

— И зачем только я в это ввязалась, — тяжело вздохнула Катя.

В отличие от Моей Длины, она относилась к предстоящим выборам королевы довольно спокойно. Хотя в глубине души не сомневалась, что ей светит если и не титул королевы, то уж наверняка место одной из двух принцесс.

— Раз уж ввязалась, будешь отвлекать, — уверенно заявил Темыч.

— Во! — обрадовался Женька. — Сперва ты, Катька, отвлечешь, а там и мы подтянемся.

— Мысль интересная, — тихо проговорила Таня. — Только как вы это себе представляете?

— Мы пока представляем в общих чертах, — никогда не любил ломать голову над сложными проблемами Женька. — Главное, у нас есть план, — продолжал он. — А конкретно разберемся по ходу дела.

— Нет. Так не годится, — возразил обстоятельный Темыч. — Отвлекающий маневр должен подействовать наверняка.

— Иначе, — вклинилась Катя, — вечер у Андрея и Светланы наверняка не удастся.

— А этого допустить нельзя, — поправил съехавшие на кончик носа очки Олег.

Пес-такса Вульф, уютно устроившийся рядом с Таней на диванной подушке, словно в подтверждение слов хозяина звонко тявкнул.

— Правильно говоришь, — кинула выразительный взгляд на Олега светловолосая девочка.

У Андрея Станиславовича и математички Светланы сразу после Нового года должна была состояться свадьба. Роман их развивался долго и трудно. Он начался еще в десятом классе той самой две тысячи первой школы, где ныне учились питомцы Андрея Станиславовича. Затем Андрей, провалившись на вступительных экзаменах в университет, попал в армию. И не просто, а в Афганистан, где тогда шла война. Андрею повезло: он вернулся домой без единой царапины. Однако Светлана не дождалась жениха и вышла замуж за другого. Но не таким человеком был Андрей Станиславович Пирогов, чтобы сдаться без боя. Окончив педагогический институт, он устроился учителем истории в родную две тысячи первую школу, где его бывшая невеста Светлана уже несколько лет вела математику. Вскоре у них вновь завязался роман. И, разумеется, питомцы Андрея Станиславовича с самого пятого класса следили, чем все это кончится. Компания с Большой Спасской искренне желала учителю счастья. И очень радовалась, когда Светлана, наконец-то уйдя от мужа, перебралась в квартиру Андрея на Красных Воротах. Не разделяла общих чувств лишь Моя Длина. Она уже несколько лет сама была по уши влюблена в Андрея Станиславовича и искренне полагала, что Светлана ему — не пара.

— Андрюше нужна совершенно другая жена, — множество раз повторяла Школьникова.

Когда же Катя и Таня спрашивали: «Какая?» — Моя Длина поясняла:

— Заботливая. И с положением в обществе.

Разумеется, Машка имела в виду себя. Чтобы завоевать сердце любимого человека, она чуть ли не с пятого класса усиленно занималась историей. А на уроках Андрея всегда сидела за первой партой напротив учительского стола, награждая предмет своей страсти томными вздохами, выразительными взглядами и прочими недвусмысленными намеками на большое и сильное чувство, повергавшими классного в трепет, ужас и смущение.

Правда, к исходу прошлого учебного года Моя Длина смирилась. «Андрей по-прежнему для меня остается идеалом мужчины, — сказала она однажды Тане. — Однако мечты мечтами, а надо уже о будущем думать. Тем более что Ребенок вроде становится вполне ничего себе».

Ребенком она именовала Пашкова. Шансы его с тех пор сильно повысились. Да и Андрей Станиславович стал куда спокойней чувствовать себя в родном классе. Но Пашков все равно опасался, что Машкины чувства к учителю вспыхнут вновь. Вот почему, может быть, даже больше, чем остальные питомцы десятого «Б», ждал, когда же Андрей и Светлана «окончательно поженятся».

Едва услыхав, что Моя Длина способна в расстроенных чувствах сорвать новогодний вечер, Лешка мигом воскликнул:

— Только не это! У Светланы ведь такой характер! Раз все сорвется, они с Андреем могут поссориться. Ну и… свадьбу опять отложат.

Остальные вполне разделяли его опасения. У Светланы с Андреем уже случались затяжные конфликты, один из которых длился чуть ли не целый год.

— Потому и нужно твою Машку нейтрализовать, — снова заговорил Темыч.

— Я только не пойму, что же мне делать? — повернулась к нему Катя.

— Во-первых, держись к ней поближе, — солидно напутствовал Тема.

— А когда всех объявят, — подхватил Олег, — и Машки не окажется в числе победительниц, ты, Катька, ее как бы толкни.

— Какие мы умные, — поцокала языком Катя. — Если я как бы ее толкну, она меня в ответ уже не как бы, а просто толкнет. Тем более представляете, в каких она будет расстроенных чувствах.

— А ты толкни ее и сразу бежать, — порекомендовал Тема. — Она — за тобой. Ты — за кулисы. А там и мы ее встретим.

— Встретим, а дальше разберемся, — вмешался Женька.

— Это она с вами разберется, — куда более трезво оценила обстановку Таня.

— Нас будет много, — не унывал Женька. — Пока она будет с нами выяснять отношения, призы уже раздадут. Ну, а после драки кулаками не машут.

— Правильно, — кивнул Темыч. — Тем более что Машка всю злость уже выльет на нас.

— А если мне приз достанется? — спросила Катя.

— Не волнуйся, — взмахнул сразу двумя руками непосредственный Женька. — Там такая конкуренция! Тебе ничего не светит.

Катя обиженно поджала губы, но ничего не ответила.

— Так что никаких проблем, — бодренько произнес Женька.

— И все-таки мне в этом плане что-то не нравится, — испытывал большие сомнения Олег.

— Может, у тебя есть другой? — обиделся Тема.

— Другого нет, — честно признался Олег.

Остальным тоже больше ничего не приходило на ум. Даже Пашков, чью изобретательную голову обычно просто распирало от смелых и рискованных замыслов, на сей раз лишь с задумчивым видом пожал плечами. Затем, рассеянно глядя в окно, начал грызть большой палец.

— Тебя, между прочим, Машкино состояние должно касаться в первую очередь, — посмотрел на него Олег.

— А? — вяло откликнулся Лешка. — Ну, да. Конечно. Но я не знаю.

И он продолжал задумчиво грызть большой палец.

— Проголодался у нас Ребенок, — сказала Катя.

— Я тоже! — с хищным видом заявил Женька. Его растущий организм требовал чуть ли не круглосуточной подпитки.

— Тогда расходимся по домам, — решительно произнес Олег. Он знал, что подобные Женькины заявления чреваты напрочь опустошенным холодильником и последующими скандалами с родителями, которым вечером после работы почему-то непременно хочется плотно поужинать…

Проводив взглядом Пашкова, пустившегося на поиски математички, Моя Длина тщательно огляделась. На лестнице, кроме нее, никого не было. Лишь сверху, из-за плотно прикрытых дверей актового зала, доносились неясный гул, стук и шорохи. Видимо, организаторы конкурса торопились как следует все подготовить к появлению публики и участниц. Потом ушей девочки достиг усиленный акустической аппаратурой голос школьного ди-джея Васи Мурмулева из одиннадцатого «Б». «Звук устанавливает», — сообразила Машка.

Она еще раз огляделась. Окончательно убедившись, что пока пребывает тут в полном одиночестве, Моя Длина водрузила на подоконник объемную сумку из черной кожи, приобретенную в «Доме Версаче», и извлекла на свет две бутылки с травяными отварами, которые изготовили специально для нее в оздоровительном центре Агнии Мокеевны и Глеба Константиновича Труповых.

Центр этот открыла на собственные средства Зинаида Николаевна Школьникова. Супруги Труповы разработали какую-то сколь нетрадиционную, столь и оригинальную методику похудения и снятия стрессов. Поэтому центр, основанный Школьниковой-старшей, уже в первые месяцы своего существования стал пользоваться бешеным успехом у «новых русских» и артистической богемы.

Разумеется, дочь основательницы вкушала все блага труповской медицины совершенно бесплатно. Захватив с собой за компанию Катю и Таню, Машка уже в сентябре принялась самым серьезным образом как худеть по методу Агнии Мокеевны, так и заниматься под чутким руководством Глеба Константиновича психологической подготовкой к предстоящему состязанию старшеклассниц родной две тысячи первой школы.

Моя Длина посмотрела на часы. До начала конкурса оставалось сорок пять минут. Значит, пора. Взяв ту из бутылочек, которая была снабжена пульверизатором, Школьникова побрызгала на лицо целебным отваром господина Трупова. Затем схватила другой пузырек, сделала из него три больших глотка и после непродолжительного раздумья решительно глотнула еще раз.

— Это чтобы наверняка, — тихо проговорила девочка.

Миг — и оба пузырька отправились обратно в сумку. Школьникова вновь посмотрела на часы. Потом, трижды глубоко вздохнув и выдохнув, расставила ноги на ширину плеч, воздела руки над головой, закрыла глаза и, мерно раскачиваясь взад-вперед, начала повторять:

— Я самая красивая. Самая прикинутая. Самая улетная.

Произнеся последнюю фразу, Моя Длина словно невольно принялась размахивать руками, как крыльями.

— Ну, точно улетная! — расхохотались вдруг за ее спиной. — Вот-вот улетит!

Моя Длина открыла глаза и увидела ухмыляющуюся физиономию Женьки.

— Ты чего это тут выделываешь? — со свойственной ему непосредственностью осведомился он.

— Все-то тебе расскажи, — огрызнулась девочка.

— А то! — воскликнул Женька. — Стоишь тут. Руками размахиваешь! Сама с собой разговариваешь. Я решил, может, ты вообще…

И, не договорив, он покрутил пальцем возле виска.

— Это, по-моему, ты вообще! — И, сжав увесистые кулаки, Школьникова двинулась на долговязого Женьку.

— Да ты чего, Машка! Перестань, — Женька обезоруживающе улыбнулся и, зная крутой нрав Школьниковой, начал на всякий случай отступать вниз по лестнице.

При этом он пятился задом, а потому столкнулся с маленьким Темычем, который как раз в это время шел вверх.

— Поосторожней нельзя? — отскочил в сторону Тема.

— Сам виноват, — отмахнулся Женька. — Надо глядеть, куда идешь.

— А ну, валите отсюда оба! — гаркнула Моя Длина. — Вы мне весь психологический настрой сбили.

— Так это, значит, у тебя такой психологический настрой был? С улетом? — искренне восхитился Женька. — Ты, Машка, не стесняйся. Мы ведь свои. Продолжай. Мне поглядеть охота.

— И лестницу эту ты, между прочим, еще не арендовала в единоличное пользование, — самым что ни на есть нудным голосом принялся качать права Темыч.

— Лестницу, может, и не арендовала, — свирепо откликнулась Школьникова. — Но и ты, Микроспора, тоже не арендовал. Поэтому, если мигом отсюда не испаришься, я сотру тебя в порошок.

— Только попробуй! — задиристо воскликнул Темыч, однако, как человек осторожный, начал на всякий случай по методу Женьки пятиться вниз.

— Видишь, Машка, он уходит, — с радостным видом изрек Женька. — Можешь спокойно теперь заниматься своим психологическим настроем.

— Могу, — уже кипела от ярости Моя Длина. — Только надо сперва от тебя избавиться. — И она предприняла весьма решительную попытку спустить Женьку с лестницы.

— Эй! Чего у вас там происходит? — раздался снизу голос Олега.

К Моей Длине и Женьке поднималась остальная часть Компании с Большой Спасской.

— Она бушует, — указав на Машку, объяснил друзьям Темыч.

Та, не обращая внимания на вновь прибывших, пыталась спихнуть прыгающего вокруг нее Женьку с лестницы.

— Эй! Машка! Ты что? — поспешили к ней Катя и Таня. — Побереги силы для конкурса!

Призыв на Школьникову подействовал. Отвесив долговязому Женьке последний подзатыльник, она вернулась к подоконнику и снова побрызгала на лицо чудодейственным составом господина Трупова.

— Этот дурак мне весь аутотренинг сломал, — указав на Женьку, пожаловалась девчонкам она.

— Ничего, Машка, время еще есть, — тихим голосом принялась успокаивать ее Таня. — Сейчас мы отправим мальчишек в зал. Пусть Андрею помогают. А ты спокойно потренируешься.

— Верно, — несколько успокоилась Моя Длина и, повернувшись к мужской части Компании с Большой Спасской, скомандовала: — А ну, двигайте отсюда!

— Пошли, ребята, — поманил за собою друзей Олег.

Они поднялись на еще один лестничный марш и двинулись было к актовому залу, но тут появился тяжело дышащий Пашков.

— Ну, Ребенок? — посмотрела на него Школьникова. — Нашел?

— Н-не нашел, — задыхаясь от быстрого бега, откликнулся тот.

— Почему не нашел? — сурово осведомилась Моя Длина. — Значит, плохо искал.

— Хорошо искал, — обиженно возразил Лешка. — У меня всегда все четко. Я школу вдоль и поперек обегал.

— Зачем обегал? Кого искал? — навис над Пашковым любопытный Женька.

— Светлану, — был краток тот.

— На фига ты ее искал? — не унимался Женька.

— По просьбе Андрюши, — томным голосом сообщила Моя Длина.

— Все говорят, она где-то здесь, но никто ее толком не видел, — перебил Пашков.

— То есть? — внимательно посмотрели на него друзья.

— Без «то есть», — продолжал Пашков. — Везде она вроде бы только что была, но уже ушла. В общем, меня, как мячик, отфутболивали из учительской в раздевалку, из раздевалки — в канцелярию, ну и так далее…

— Слушай, Лешка, — поправил съехавшие на кончик носа очки Олег. — Я так и не понял, ее кто-нибудь видел?

— Да вроде… — Лешка замялся. Потом добавил: — Вроде бы видели, но как-то так… Неконкретно.

— Неконкретно? — уставились на него остальные.

— Ну, все перед вечером бегают. Суетятся, — отвечал Лешка. — Поэтому никто так точно и не вспомнил, когда ее видели в последний раз.

— Выходит, ее нигде нету? — удивленно спросил Олег.

— Странно, — пожала плечами Таня. — Может, пока ты, Лешка, бегал и искал, она по другой лестнице прошла в актовый зал?

— Все может быть, — откликнулся Пашков. — Сейчас сбегаю и посмотрю.

— Вот и посмотрите все вместе, — вновь повернулась к мальчишкам Моя Длина. — Дайте мне, в конце концов, подготовиться.

— Святые слова, — Катя украдкою подмигнула Олегу, Лешке, Женьке и Темычу. Мол, хватит будить в Машке зверя.

Однако заняться психологической подготовкой Школьниковой снова было не суждено. Внимание семерых друзей привлекла весьма живописная группа, поднимавшаяся по лестнице. Все трое были хорошо знакомы Компании с Большой Спасской. В сверхсовременном электронном инвалидном кресле гордо восседал их одноклассник Марат Ахметов. Обе ноги у него были загипсованы. Кресло несли старший охранник отца Марата Ахметова Олесь Убейволк и широкоплечий, наголо бритый шофер по имени Витя.

— Здорово! — радостно приветствовал Компанию с Большой Спасской Марат.

— Мара-а-тик! — проворковала Моя Длина. — Как твои ножки?

— Срастаются помаленьку, — отвечал тот.

— Вот, — пробасил Олесь Убейволк, и его мужественное лицо, крест-накрест изборожденное глубокими шрамами, озарила ласковая улыбка. — Мальца привезли на ваш праздник. Отец ему рекомендовал лучше сидеть дома, но разве ж такого удержишь?

— Меня не удержишь, — расхохотался Марат.

— Вот нас с Виктором к нему и приставили, — продолжал мужественный Олесь Убейволк. — Хозяин сказал: «Если еще раз мальца уроните, лучше домой не возвращайтесь».

Ребята понимающе переглянулись. Папа Марата Ахметова, Хамитяй Хамзяевич, слыл крутым бизнесменом и даже, по слухам, владел собственным островом в Тихом океане. Правда, Компания с Большой Спасской помнила Ахметова-старшего совсем другим. Всего каких-нибудь пять лет назад он был бригадиром носильщиков на Курском вокзале. И лишь потом, с наступлением новых времен, сделал какую-то не совсем ясную, но поистине головокружительную карьеру и теперь разъезжал в собственном «Роллс-Ройсе» с сопровождающей машиной, набитой охранниками…

Коляску с Маратом поставили на лестничную площадку.

— Так, Олесь, вы пока свободны, — распорядился Марат.

Убейволк и шофер нерешительно потоптались на месте.

— Вообще-то Хамзяич велел при тебе оставаться, — медленно произнес Убейволк. — А то еще, не дай бог, в натуре чего случится…

— Ничего со мной не случится, — заверил Марат. — Я же в коляске. Она очень устойчивая. А, если что, ребята помогут.

— Этот, — хмуро взглянул Олесь на Пашкова, — уже однажды тебе помог.

Лешка смущенно потупился. Как ни крути, если одну ногу Марат сломал вполне самостоятельно, то к гипсу на второй Пашков был в некотором роде причастен. Хотя сам пострадавший придерживался иной точки зрения. А потому горячо возразил старшему охраннику:

— Пашков тогда не мне помогал. Он спасал Женьку от пары по литературе. А от несчастных случаев никто не застрахован. Уж ты-то, Олесь, это должен знать.

Олесь кивнул. Ахметов-старший был третьим его боссом. Двух предыдущих он потерял в неравных схватках с противником. Впрочем, и самому Олесю при этом тоже досталось. Он дважды побывал в состоянии клинической смерти. А уж мелких огнестрельных и ножевых ранений получил столько, что, по его собственному выражению, «давно сбился со счета».

— Давай, Олесь, — усилил натиск Марат. — Идите с Витьком поужинайте. А я, когда вечер к концу подойдет, вас по мобильному вызову.

— Мы присмотрим! — заверил Женька.

— Уговорили, — сдался Олесь. — Сейчас по-быстрому перекусим и снова вернемся.

— Вот и ладно, — махнул на прощание рукой Марат.

— Ну-у, Мара-атик, — протянула Моя Длина. — У тебя и жизнь теперь.

— Не говори, подруга, — вздохнул Ахметов. — Прямо под колпаком у Мюллера. Ни шагу без охраны.

— Насчет шагов ты, конечно, погорячился, — глянув на загипсованные ноги Марата, фыркнула Катя.

— Что ни говори, а передвигаться я могу самостоятельно, — похлопал по поручню коляски Марат. — Между прочим, эта штука по ровной поверхности до шестидесяти километров в час развивает.

— Зачем коляске такая скорость? — изумилась Таня.

— Как ты не понимаешь, — иронично сощурилась Катя. — Коляска наверняка сделана фирмой по спецзаказу Хамитяя Хамзяеви-ча. А повышенная скорость для того, чтобы Марату было легче от врагов удирать.

— Ну, ты, Катька, даешь! — рассмеялся

Марат.

— Надо было еще пулемет установить, —

мечтательно добавил Лешка Пашков.

— Слушайте, вы подготовиться мне дадите? — заорала Моя Длина. — Между прочим, нам с тобой, Катька, скоро переодеваться идти.

— Действительно! — всплеснула руками Катя.

Из актового зала быстро вышел Андрей

Станиславович.

— Нашел? — хмуро осведомился он у Пашкова.

Глава II

ПОИСКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ

Не нашел, — растерянно отозвался Пашков.

— Как не нашел?

И без того взволнованное лицо Андрея Станиславовича горестно вытянулось. Пшеничные усы словно враз обвисли, а очки съехали на сторону.

— Мы вообще-то думали, что Светлана Сергеевна уже в зале, — радостно улыбнулся Женька.

— Если бы… — вздохнул Андрей Станиславович.

— Вроде бы ее видели, — неуверенно произнес Пашков.

— Где? — насторожился учитель.

— Если конкретно, то вроде нигде, — вынужден был огорчить его Лешка.

— Андрей Станиславович, — исподволь начала Катя. — А вы случайно со Светланой Сергеевной, ну, как бы сказать, не ссорились?

— А? — встрепенулся тот. — Ссорились?

— Ну, вы же с ней часто ругаетесь! — выпалил непосредственный Женька. — Ой! — Это Олег и Катя с двух сторон ткнули его в бока.

— Ссорились? — еще раз смущенно переспросил классный руководитель и, чуть помолчав, добавил: — Вообще-то немного было.

— Вот видите! — бодренько проговорил Женька. — А вы волнуетесь.

— И впрямь, — тихим голосом подхватила Таня. — Может, Светлана Сергеевна вообще еще дома?

— Дома? — изумленно взглянул на светловолосую девочку учитель. — Почему дома?

— Ежу понятно почему, — заработало воображение Пашкова. — Наверняка что-нибудь случилось.

— Что там могло случиться? — уже срывался голос у обычно выдержанного, да и закаленного афганской войной Андрея Станиславовича.

— Мало ли, — уже было наготове у Пашкова сразу несколько вариантов. — К примеру, пожар. Или, наоборот, соседи водой сверху залили…

— Вы вообще-то, Андрей Станиславович, звонить ей пробовали? — с придыханием произнесла Школьникова.

— О боже! — схватился двумя руками за голову учитель. — Нет, не пробовал.

— Тогда это запросто, — и, лихо выхватив из все той же сумки от «Дома Версаче» мобильный телефон, Машка протянула его классному руководителю.

Тот мигом набрал номер собственной квартиры. Компания с Большой Спасской и Марат в своем суперсовременном инвалидном кресле с нетерпением ждали результата.

— Не отвечает, — сильней прежнего растерялся Андрей Станиславович.

— Это еще не доказывает, что Светланы Сергеевны нету дома, — вновь принялся успокаивать Пашков.

— Вот именно, — солидно произнес Темыч. — Если пожар, телефон мог сгореть.

— А если залило, — подхватил Пашков, — то контакты намокли, и телефону кранты.

— Ну! — воскликнул Женька. — Я один раз в полную ванну телефон уронил…

— На фига ты его туда уронил? — подал голос из своего кресла Ахметов.

— Я мылся и разговаривал с Наташкой, — пояснил Женька. — Ну, а потом у меня упало. Предки после два дня аппарат на батарее сушили. В результате он заработал.

— Повезло вам, — отметил Пашков. — Иногда никакая сушка не помогает. Думаю, у вас, Андрей Станиславович, как раз такой случай.

— Ну-ка, Школьникова, дай мне еще раз твой сотовый, — враз побледнел классный руководитель десятого «Б».

Он быстро связался с каким-то Вадимом, которому, как поняли ребята, на всякий пожарный оставлял ключи, и велел «смотаться в квартиру». Вскоре просьба была исполнена. Квартира оказалась цела. Однако Светлана отсутствовала.

— Ничего не понимаю, — протянул Школьниковой мобильный Андрей Станиславович.

— А как же конкурс? — заволновалась Моя Длина.

— Что конкурс? — посмотрел на нее учитель. — Все подготовлено. Будем проводить. Как-нибудь справлюсь.

Компания с Большой Спасской переглянулась. Отсутствие сверхпунктуальной математички их уже не на шутку тревожило. Даже и вдрызг разругавшись с женихом, она никогда бы себе не позволила пренебречь конкурсом и праздничным вечером, который сама с такой тщательностью и трудом организовала. Значит, за ее отсутствием крылась какая-то куда более веская и серьезная причина.

— Андрей Станиславович, — вдруг осенило Олега. — А родители у Светланы Сергеевны сейчас здоровы? Может, ее к ним вызвали?

— Школьникова…

Едва Андрей Станиславович произнес ее фамилию, как девочка вложила ему в руку мобильный телефон.

— Сергей Иванович? — прокричал в трубку учитель. — Нет. Это Андрей… Да не Ав-дей, а Андрей! — громче прежнего произнес классный руководитель десятого «Б». — Андрей! Андрей! Ваш будущий зять!.. Да не мать, а зять!..

Несмотря на драматизм ситуации, ребят стал душить хохот. Вдобавок ко всему непосредственный Женька, глянув на сотовый телефон, покрутил пальцем возле виска.

— Андрей! Андрей! — продолжал беседу с будущим тестем учитель. — Хорошо поживаю! Скажите, у вас все в порядке?.. Сергей Иванович! — взвыл учитель. — При чем тут палатка? Я спрашиваю, вы с Марией Васильевной здоровы?.. Ничего не случилось?

Долговязый Женька согнулся от хохота пополам. А Марат Ахметов случайно нажал на кнопку запуска электродвигателя своей коляски и, не прегради ему Олег вовремя дорогу, наверняка бы кубарем полетел с лестницы.

— Позовите Марию Васильевну! Это очень срочно! — потребовал у будущего тестя учитель.

На сей раз явно глуховатый, чтобы не сказать больше, отец Светланы Сергеевны слова Андрея расслышал. Настала короткая пауза.

Затем разговор пошел как по маслу. Правда, еще до того, как Андрей Станиславович вернул мобильный телефон Школьниковой, Компании с Большой Спасской и Марату Ахметову сделалось ясно: у родителей Светлана сегодня не была.

— Странно, — словно бы мысля вслух, произнес Пашков. — И квартира цела. И предки здоровы. Где же она тогда?

— Вот и я то же самое спрашиваю, — мрачно проговорил учитель.

— Ну, может, куда-то зашла, — продолжала Таня. — Тогда скоро придет.

— Андрей Станиславович! — выбежал из актового зала Игорь Сопиков из одиннадцатого «А». — У нас тут не получается.

— Сейчас приду, — откликнулся учитель. — Ладно, — посмотрел на Компанию с Большой Спасской он. — Подождем. А там видно будет. Может, Светлана еще появится.

И он поспешил на помощь одиннадцатикласснику.

Тем временем к актовому залу начал стекаться народ. Мимо Компании с Большой Спасской и Марата высокомерно прошествовали Дуська Смирнова и Вадик Богданов. Проводив свирепым взглядом «ненавистную парочку», Моя Длина скомандовала:

— Катька, нам пора.

— И впрямь, — вкрадчивым голосом отозвалась подруга. — А то, глядишь, еще Дуська раньше нас мобилизуется.

— Погодите, — задержал их Олег. — Давайте сперва решим, что делать со Светланой.

— Вот уж не собираюсь! — возмущенно передернула плечами Моя Длина. — Может, еще прикажете мне из-за того, что Светлана с Андрюшей поссорились, проиграть Дуське конкурс? Нет уж, травка зеленая, не выйдет. Мы тут, видите ли, с ума из-за нее все будем сходить Андрюша весь извелся. А она в последний момент явится как ни в чем не бывало. Не стану я на нее нервы тратить. Мне надо готовиться. И вообще я давно всех предупреждала: эта Светлана нашему Андрюше не

пара.

— Минздрав предупреждал, — расхохотался Марат Ахметов. — Кто ж ему, Машка, по-твоему, пара?

— С ранеными не связываюсь, — наградила его убийственным взглядом та. И, подхватив под руку Катю, потащила ее в актовый зал.

— Ладно, давайте решать без них, — посмотрел на оставшихся друзей Олег.

— Да чего решать-то! — махнул сразу обеими руками Женька. — Придет она.

— Блажен, кто верует, — мрачно изрек Темыч. — Чует мое се…

— Заткнись! — хором крикнули остальные.

Компании с Большой Спасской давно было известно, что сердце Темыча никогда ничего хорошего не чует. Маленький Тема надулся и с достоинством произнес:

— Мое дело предупредить.

— Пойду все-таки еще раз поищу, — сказал вдруг Пашков. — Вдруг она уже в школе, а мы только зря волнуемся.

— Я с тобой, — уже жаждал перемены обстановки деятельный Женька.

— Один справлюсь, — почему-то решительно воспротивился Пашков и, не дожидаясь возражений со стороны долговязого друга, кинулся вниз по лестнице.

— Странный он сегодня какой-то, — проводил Пашкова удивленным взглядом Женька.

— За Машку волнуется, — уверенно отозвался Темыч.

— И чего за нее волноваться? — искренне изумился Женька.

— Хочет, чтобы она победила, — тоном старшего продолжал Темыч.

— А мне до фени, победит она или нет, — отмахнулся Женька.

— Ну, ты хорош, — покачала головой Таня. — Небось, если бы твоя Наташка в конкурсе участвовала, тоже сходил бы с ума от волнения.

— Так это же была бы Наташка, — с чувством произнес долговязый мальчик.

Олег усмехнулся. По его мнению, непосредственного Женьку надо было принимать таким, как он есть.

— А, кстати, — поинтересовалась Таня. — Ты, Женька, вроде собирался привести Наташку к нам на вечер.

— Я-то собирался, — тяжело вздохнул Женька. — Но она не смогла. Грипп у нее со вчерашнего дня. Я вообще-то сперва хотел вместо вечера к Наташке пойти. Но ее даже к телефону не подозвали. Потому что — температура сорок. Ну, вот я сюда и пришел. Чего просто так зря дома сидеть.

— Бедная Наташка, — посочувствовали друзья.

— Я тоже бедный, — с трагическим пафосом произнес Женька.

— Но ты ведь здоров, — возразил Темыч.

— Зато я скучаю, — с надрывом отозвался Женька.

— Кстати, я скучаю, — весело произнес Марат. — Надо бы Вальке в театр звякнуть. Как она там? Ребята, — посмотрел он на четверых друзей. — Перекатите меня через этот порожек. А дальше я сам.

Олег и Женька подтолкнули сзади коляску. Затем Марат на почти космической скорости унесся вдоль коридора, чтобы, оставшись в одиночестве, позвонить своей Вальке, а точнее, юной актрисе Российского театра современной концептуальной драмы Валькирии Прошечкиной, с которой его познакомил не кто иной, как Олег Беляев.

— Одни вот звонят, — проводил Марата завистливым взглядом Женька. — А мне теперь дожидаться, пока температура спадет.

— Думаю, Наташка твоя скоро сама не выдержит, — решил ободрить друга Олег. — Да и не вечно у нее температура будет.

— Наверное, ты прав, — никогда долго не предавался унынию Женька. — Я вот что подумал. Время у нас еще есть. Может, буфет открыт?

— Начинается, — проворчал Темыч. — Опять, что ли, проголодался?

— Ну! — подтвердил Женька.

— А на фига мы тогда тебя дожидались, пока ты дома обедал? — не унимался Темыч.

— Так это когда было, — ничуть не смутили его слова Женьку. — А после этого мы по морозу шли. Что мне, голодным весь вечер прикажешь сидеть?

— Ладно. Пошли, — согласился Олег. — Надо же как-то убить время до начала вечера.

— А я? — лихо осадил перед ними свою суперскоростную коляску Марат.

— Вот, вот, — пробубнил Тема. — Теперь еще этого на второй этаж тащи.

— И потащим, — с охотою схватился за коляску Женька.

— Эй! — встревожился Марат. — Осторожней! Уронишь!

Обычно легкомысленный Женька задумался: «Наверх Марата будет тащить тяжелее».

— Слушай, — принял решение долговязый мальчик. — Давай-ка мы лучше тебя тут оставим и жратвы тебе принесем.

— Ладно, — кивнул Марат. — А я пока в зал поеду. Может, там помочь надо. Вот, кстати, и Борька идет.

Вверх по лестнице бегом поднимался лучший друг Ахметова и его соратник по секции бокса — Боря Савушкин.

— Здорово, Марат! — приветствовал «временного инвалида» он. — Когда тебе гипс-то снимут?

— Обещают через две недели, — ответил Ахметов. — Прямо жду не дождусь. А то какая же это жизнь? Из дома лишний раз не выедешь. И даже по морде никому дать не удается.

Савушкин с понимающим видом хлопнул Ахметова по плечу:

— Тяжело тебе.

— Савка, ты жрать пойдешь? — уставился на него Женька.

— Не. Я только что из дома. С Маратом побуду.

Убедившись, что раненый друг остался в

надежных руках, Компания с Большой Спасской спустилась в буфет. Там толпилась уйма народа. Видимо, большинство пришедших на вечер так же, как Женька, хотели перекусить.

— Ну вот, — опять разворчался Темыч. — Стой теперь в очереди.

— Все равно делать нечего, — отвечал долговязый мальчик.

Впрочем, когда дело касалось еды, он проявлял чудеса изобретательности. Не успели друзья ничего сообразить, как Женька с криком: «Саша! Ты здесь? Хорошо, что мы вовремя!» — кинулся к знакомому парню из десятого «А». Пока тот, изумленно хлопая глазами, пытался сообразить, действительно ли занимал Женьке очередь, тот пролез впереди него и накупил всякой всячины.

Возвратившись к друзьям с полным подносом, он победоносно взглянул на Темыча.

— Вот видишь. А ты боялся. И вообще, нужно не ныть, а преодолевать трудности.

Больше Женька ничего не сказал. Он накинулся на пирожки и сок. Спустя пять минут он почти единолично опустошил поднос, после чего принялся торопить ребят:

— Скорее наверх. Вдруг Лешка уже Светлану нашел.

— Каким же ты становишься заботливым, когда сыт, — усмехнулся Олег.

Они вернулись к актовому залу. Женька протянул Ахметову пирожок и маленькую пачку сока.

— Пашков не возвращался? — спросила Таня.

Ахметов и Савушкин покачали головами.

— Ни Пашкова, ни Светланы, — уже был в курсе событий Боря.

— Хорошенькое начало праздничного вечера, — глянул на ребят исподлобья Темыч. — Чует мое…

— Опять? — грянули остальные.

— Темка, забудь ты про свое сердце, — посоветовал Женька.

— Ну, чего? — раздался за спинами ребят голос Пашкова. — Светлана не появилась?

— Тебе виднее, — ответили друзья. — Кажется, ты ходил ее искать.

— Ходить-то ходил, но не нашел, — досадливо махнул рукой Лешка.

— Ситуация, — растерянно протянул Олег. — Если Андрею взбредет на ум из-за отсутствия Светланы отменить конкурс, то Машка…

— Лучше не продолжай, — всплеснула руками Таня.

— Да уж, — поежился Тема. Он не был любителем острых ощущений.

— А в зале-то ее точно по-прежнему нет? — на всякий случай осведомился Пашков.

— Точно, — подтвердили Ахметов и Савушкин. — Мы несколько раз туда заглядывали. Там только Андрей, еще несколько училок, наш ди-джей Мурмулев и Арсений. Ну и, естественно, ребята.

— И никакой Светланы, — еще раз повторил Марат.

Олег поглядел на часы. Если верить афише, через пятнадцать минут начнется конкурс. В зале, возле зала и на лестнице все гудело. Народ прибывал. Сквозь плотную толпу протиснулся в сопровождении двух охранников Хамитяй Хамзяевич Ахметов. Он тоже был спонсором предстоящего мероприятия.

— Здорово, ребята, — запросто обратился он к Компании с Большой Спасской.

— Привет, дядя Хама! — фамильярно похлопал крутого бизнесмена по плечу Пашков.

У них еще с младших классов установились доверительные отношения. Ахметов-старший ценил Лешку за «выдающийся ум» и не уставал повторять, что «этот далеко пойдет». Мало того, он уже несколько раз предлагал Лешке: «Вырастешь, выучишься, приходи ко мне. В моем деле такие парни нужны как воздух».

Лишь поздоровавшись с Лешкой, Ахметов-старший обратил внимание на собственного сына.

— Тебе что тут надо? Теперь шею хочешь сломать?

— Не, папа, я не сломаю, — заверил наследник. — Мы тут аккуратно, с ребятами.

— Сломаешь, домой не появляйся, — на полном серьезе проговорил Ахметов-старший и в сопровождении охранников важно прошествовал в зал.

Едва он удалился, возник Андрей Станиславович.

— Пришла? — повернулись к нему ребята.

— Нет, — был краток учитель. — А вы тоже ее не видели?

— Не видели, — подтвердил Пашков. — И, похоже, никому сегодня после уроков она на глаза не попадалась.

— Тебя, Лешка, не поймешь, — отозвался классный руководитель. — Раньше говорил, что ее в школе видели, а теперь, оказывается, не попадалась…

— За что купил, за то и продаю, — развел руками Пашков. — А если хотите, сбегаем еще поспрашиваем.

— Не стоит, — покачал головой Андрей Станиславович. — Да и времени нет. Нужно начинать конкурс.

— Может, отмените? — предложила Таня.

— Исключено, — отозвался учитель. — В этот вечер вложено столько сил. И публики уже полный зал набился. Все так ждали…

Андрей Станиславович умолк. Затем, потупившись, очень тихо проговорил:

— Господи, куда она могла деваться?

— Я знаю, Андрей Станиславович, — сказал Пашков. — Нужно звонить Василенко.

Владимир Иванович Василенко был фронтовым другом Андрея Станиславовича по Афганистану, а теперь стал майором милиции и работал в отделении на Сретенке. Компания с Большой Спасской не только хорошо знала Владимира Ивановича, но часто обращалась к нему за помощью в критические моменты собственных расследований. А подобных расследований Олег и его шестеро друзей, Женька, Темыч, Лешка, Таня, Катя и Машка, провели за минувшие три года целых двадцать одно.

— Василенко? — внимательно поглядел на Пашкова учитель. — Пожалуй. Во всяком случае Вовка уж точно скажет, что в таких случаях следует делать.

— Во! — вмешался Женька. — Сейчас мобильный возьму у Марата. Эй, Борька, — посмотрел он на Савушкина. — Где Марат?

— Там, — простер руку в сумеречную часть коридора Савушкин. — Вальке своей поехал опять звонить. Он чего-то совершенно на ней свихнулся.

— Подождет его Валька, — решительно кинулся к Марату долговязый мальчик.

Ахметов, устроившись со своей коляской в укромном уголке, виноватым голосом лепетал:

— Ну, Валькирия… Валька… Ну, не сердись… Я ведь просто так…

— Потом! — грянул над его ухом Женька и вцепился в трубку мобильного телефона.

— Вот сейчас я кому-то врежу! — с ходу завелся Ахметов.

От прославленного маратовского нокаута Женьку спасла лишь временная неподвижность нападавшего. Однако, уворачиваясь, долговязый мальчик вынужден был отпустить трубку.

— Валька, — немедленно возобновил прерванную беседу Марат. — Ну ты уж меня… Это… прости.

— Кончай! — заорал Женька. — Андрею телефон нужен.

Марат, погрозив ему кулаком, на полной скорости устремился по коридору. Женька побежал следом за коляской. Несколько раз ему почти удавалось настичь беглеца, однако коварный Марат лавировал, словно бы вознамерившись продемонстрировать замечательную маневренность инвалидной коляски. Одновременно он умудрялся толкать в телефон покаянную речь.

— Валька, ну, мир, что ли?.. Чего, говоришь, за шум? Тут Васильев, как отмороженный, за мной гонится.

«Отмороженный» Васильев не только гнался, но и продолжал вопить:

— Отдай телефон! Андрею вот так нужно!

— Слыхала, Валька, как разоряется? — хохотнул Марат.

— Стой! Отдай! Подожди! — захлебывался от избытка эмоций Женька.

— Догони — отдам, — уже вошел в азарт Ахметов.

Он обернулся, чтобы поглядеть, где противник. Мгновение спустя стало ясно, что именно оборачиваться-то и не стоило. Спереди раздался истошный крик.

— Ахметов, отставить!

Затем обе загипсованные ноги Марата врезались во что-то мягкое. Коляска остановилась. Марат резко повернул голову. Перед ним словно впечатался в стену доблестный заместитель директора по хозяйственной части Арсений Владимирович.

— Из-звините. Я не хотел, — начал оправдываться Марат.

— Шуточки у тебя, Ахметов, — уже несколько очухался от удара гипсом бывший кадровый офицер Арсений Владимирович. — Костюмированная дискотека вроде еще не началась. Кстати, как твои ноги-то?

— Нормально, — понял, что гроза пронеслась мимо, Ахметов.

— А костюм для дискотеки приготовил? — поинтересовался доблестный заместитель директора.

— Да я, считайте, и так уже костюмированный, — указал на коляску и гипс Марат. — Но перед дискотекой кое-что сделаю. В общем, сами увидите.

— Отдай! — снова вцепился в мобильный Женька. — Андрею надо!

На сей раз трюк удался. Завладев телефоном, Женька побежал в противоположный конец коридора, где его с нетерпением поджидали ребята и Андрей Станиславович.

Майор Владимир Иванович Василенко оказался на работе.

— Вовка, ты? — обратился к нему Андрей Станиславович. — У меня тут, видишь ли, такое дело… Да нет, совсем не Компания с Большой Спасской. Скорее даже наоборот. Светка моя учудила…

И он изложил фронтовому другу странную историю исчезновения математички Светланы. Тот внимательно выслушал, затем, как стало ясно ребятам по репликам Андрея, принялся задавать вопросы.

— Да, Вовка… — смущенно косясь на учеников, отвечал Андрей. — Поссорились… Но это не имеет никакого значения… А я тебя уверяю, не имеет, потому что у нас сегодня новогодний вечер. Ты что, мою Светку не знаешь? Она не могла ребят так подвести… В чем одета?.. Да откуда ж я знаю? Она позже меня из дома ушла… Ах, ну да! — хлопнул себя по лбу Андрей Станиславович. — Сейчас ведь зима. Мороз. Ну, значит, на Светке дубленка… Да такая, знаешь, обыкновенная. Коричневая, а на голове — шапка… Какая шапка?… — Андрей Станиславович беспомощно поморгал и добавил: — Чего тебе рассказать про шапку?

— Андрей Станиславович, дайте я, — поняла его мучение Таня.

— На, — с легкостью уступил ей трубку классный руководитель.

— Владимир Иванович, здравствуйте, это Таня, — поприветствовала майора светловолосая девочка. — Значит, дубленка у Светланы Сергеевны средне-коричневая, длинная, прямая, книзу слегка расклешена. На спине кокетка. Воротник стоечкой. Отделан темно-коричневым мехом, овчиной. Манжеты — тоже. Причем манжеты широкие. Шапка тоже средне-коричневая. В виде шляпы. Верх кожаный. Поля отделаны коричневой норкой.

— Ну и ну, — с восхищением смотрел Андрей Станиславович на Таню. — Я бы и половины из этого не вспомнил.

Владимир Иванович тоже выразил восхищение, а затем попросил Таню вновь передать трубку Андрею Станиславовичу.

— Ну и чего ты, Вовка, собираешься с этим делать? — тут же осведомился учитель. — Ах, тебе нужна еще фотография? Где же я сейчас возьму ее? У меня вечер вот-вот начнется.

— Фотографию — это мы запросто, — мигом отреагировал Лешка Пашков. — Забыли? У нас в учительской стенд висит «Лучший учитель месяца». Сейчас по-быстрому сбегаю и оторву снимок Светланы Сергеевны.

— Молодец, Пашков, быстро мыслишь, — похвалил уже стоявший вместе с остальными доблестный заместитель директора по хозяйственной части. — Не зря я тебя ОБЖ обучаю. Беги скорей. А еще скорей возвращайся. Там хорошая фотография. Так сказать, с полным портретным сходством.

Пашков понесся на всех парах в учительскую. Уже по пути он сообразил, что по случаю вечера она может оказаться заперта. Однако Лешке повезло. Дверь была приоткрыта. Лешка на всякий случай прислушался. Тихо. Он осторожно просунул в дверь голову. «Не только тихо, но и пусто», — с удовольствием отметил про себя мальчик. Правда, за первой комнатой находилась вторая. Дверь в нее сейчас была широко распахнута. Но и оттуда не доносилось ни звука. Впрочем, вторая комната Лешку не слишком-то волновала. Стенд с фотографиями висел в первой.

Лешка на цыпочках проник внутрь. «Только бы никто не появился, — пронеслось у него в голове. — Иначе начнутся расспросы. А как узнают, что Светлана пропала, вся школа на уши встанет. Вечер сорвется. И тогда Машка мне этого никогда не простит».

Протянув руку к стенду, Лешка одним ловким движением сорвал фотографию Светланы Сергеевны.

— Ты что тут делаешь?

Лешка замер. Ему был хорошо знаком этот зычный бас. Он принадлежал огромному толстому лысому учителю литературы Роману Ивановичу.

— Здравствуйте, Роман Иванович, — быстро спрятал за спину фотографию математички Лешка. — Я вот тут…

— Вижу, что тут, а не там, — прогудел литератор. — Зачем стенд испортил?

— Я ничего не портил, — лихорадочно соображал, как выпутаться из создавшейся ситуации Лешка. — Меня Андрей Станиславович просил.

— Андрей Станиславович? — раскраснелось от возмущения лицо пожилого литератора. — Постыдился бы, Пашков, возводить поклеп на классного руководителя. Раз виноват, так сам и отвечай.

«Придется теперь объяснить», — с досадой подумал Лешка.

— Роман Иванович, — заговорщицки произнес он вслух. — Только это большой секрет.

— Ну, — сухо изрек литератор. — Выкладывай свои секреты.

— Светлана Сергеевна куда-то пропала, а фотография ее нужна для милиции, — скороговоркою произнес Лешка.

— Что-о? — Седые курчавые волосы, обрамлявшие красную лысину Романа Ивановича, поднялись дыбом. — Повтори, Пашков, я не ослышался? — хрипло переспросил литератор.

— Нет, нет. Не ослышались! — воскликнул Лешка. — Только, пожалуйста, никому пока не говорите. Иначе вечер отменят. Ну, я побежал. Там, у Андрея Станиславовича, милиция на телефоне.

Лешка собирался выскользнуть в коридор, однако Роман Иванович зычно скомандовал:

— Подожди. Я с тобой.

Заперев учительскую, литератор пустился следом за Лешкой. И, несмотря на преклонный возраст, не отставал от него. Так что к актовому залу они прибыли одновременно.

— Андрей, это правда? — тут же осведомился литератор, который когда-то учил его в этой же школе.

— Пока сам не знаю, но ее нигде нет, — с грустью проговорил молодой учитель.

— Будем надеяться, что обойдется, — редко терял оптимизм Арсений Владимирович.. — Но меры принимать нужно.

Из актового зала опять показался одиннадцатиклассник Игорь Сопиков:

— Андрей Станиславович, там все спрашивают, где Светлана Сергеевна и скоро ли начнем?

— Светлана Сергеевна подойдет позже, — ответил классный руководитель десятого «Б». — Начнем без нее.

— Ясно, — кивнул Игорь и вернулся в зал,

— Олег, — сказал Андрей Станиславович. — Дождешься у входа в школу Владимира Ивановича? Он сейчас подъедет. Передай ему фотографию.

— Хорошо, — кивнул мальчик.

— Я с тобой, — немедленно вызвался Женька.

— Давайте, — кивнул Андрей Станиславович. — Остальные идут со мной в зал. Если будут спрашивать про Светлану, говорите, что она просто немного задерживается, — счел своим долгом предупредить он.

— Ежу понятно, — ответил Лешка и первым направился к актовому залу.

Глава III

«СНЕГА, СНЕГА МОЕЙ ДУШИ»

Таня и Темыч влились в толпу, которая уже успела скопиться у входа в актовый зал.

— Дождались, — изо всех сил боролся с давкой маленький Тема. — Прийти в такую рань и не занять места. О чем мы только раньше думали.

— О Светлане, — тихим голосом напомнила Таня.

— Все равно могли бы позаботиться о местах, — уворачивался от чужих локтей Темыч.

— Вот ты бы и позаботился, — надоело слушать его ворчание Тане.

— Далеко не пойдем, — наконец пробился в зал Тема. — Иначе Олег с Женькой нас не найдут. Давай, Танька, сюда, — и он указал на несколько еще не занятых стульев в одном из последних рядов.

— Нет, Темыч, так не годится, — заспорила обычно покладистая Таня. — Мы ведь обещали Моей Длине и Катьке, что будем поддерживать их.

— Поддерживать и отсюда можно, — возразил Темыч. — Поорем. Похлопаем. Даже встать можем.

— Ладно, — сдалась девочка. — Слушай, а где наш Пашков? — стала оглядываться она.

— Нету, — в свою очередь, огляделся Темыч. — А ведь только что был здесь.

— Вот это меня и удивляет, — пожала плечами Таня.

— Наверное, вперед пошел. Из-за Машки, — предположил Темыч.

Встав на цыпочки, он пробовал разглядеть Пашкова, но ничего не увидел из-за мелькающих разномастных затылков.

— Ну, вот, — расстроилась девочка. — Теперь будем сидеть все порознь. Может, все-таки вперед пробьемся?

— Ага, — отозвался Темыч. — Во-первых, пойди найди там Пашкова. Во-вторых, передние места все давно уже заняты. Видишь? — указал он вперед. — Там яблоку негде упасть, А пока мы с тобой будем шастать туда-назад, и эти места наверняка займут. Вот и будешь потом стоять.

Последний аргумент показался Тане весомым. Вздохнув, она опустилась на стул. Практичный хозяйственный Темыч уселся через два стула от нее. А на те, что остались в промежутке, положил две бумажки. Сделано это было вовремя. Ибо на свободные места уже нацелились двое из одиннадцатого «А».

— Занято, — решительно преградил им ногами путь к стульям Темыч.

— А ну, пусти, — хотел отодвинуть его ноги один из претендентов.

— Приказ Андрея Станиславовича, — с наглым видом заявил маленький Темыч. — Два места для почетных гостей.

— А где же эти ваши почетные гости? — все еще не хотели уступать одиннадцатиклассники.

— Раздеваются, — нашелся Темыч. — Андрей говорит, это очень важные и нужные нашей школе люди.

— Слушай ты, Темыч, — поглядел на него сверху вниз одиннадцатиклассник Серега. — Не вешай мне лапшу на уши. Для очень почетных и нужных гостей места оставляют впереди.

— А эти просили сзади. Они так любят, — набычился Темыч.

Неизвестно, чем кончилась бы эта перепалка, но тут второй одиннадцатиклассник сказал:

— Ладно, Серега. Вон сидят наши. У них там еще есть места.

Серега кивнул. Оба поспешили к своим.

— Вот хамы, а? — с искренним негодованием произнес Тема.

— Я бы, Темыч, на твоем месте молчала, — почти шепотом отозвалась Таня. — Чего-то Олег и Женька так долго? — обернулась она ко входу в зал.

— Это не долго, а нормально, — успокоил Темыч. — Сама прикинь. Пока Василенко доедет до Сретенки. Пока они отдадут ему снимок. А потом еще подняться надо.

Тут ди-джей Вася Мурмулев врубил какую-то очень торжественную музыку, несколько смахивающую на свадебный марш Мендельсона. Гул в зале разом затих. Занавес на сцене начал медленно подниматься. Зрители с нетерпением ждали, когда их взорам откроются претендентки на звание королевы среди старшеклассниц. Зал разразился аплодисментами. Однако на сцене вместо претенденток, стояли директор две тысячи первой школы Михаил Петрович и его доблестный заместитель Арсений Владимирович.

Публика встретила появление начальства разочарованным хоровым «у-у-у». В ответ на это директор и его доблестный заместитель принялись дружно раскланиваться в разные стороны.

— Это что же? — отчетливо разнесся по залу чей-то голос. — Они тоже в конкурсе красоты участвуют?

Реплика была встречена хохотом. Стараясь сгладить неловкость, Вася Мурмулев врубил на полную громкость и без того мощный усилитель, приобретенный щедрыми спонсорами. Этого делать было не надо. Вместо музыки послышался оглушительный рев. Все присутствующие, включая руководство две тысячи первой школы, зажали уши.

Правда, бывалый Арсений Владимирович почти моментально сориентировался в сложной обстановке и побежал к ди-джею. Рев смолк. Вернувшись на сцену, заместитель директора почему-то еще раз поклонился публике, а затем, обратившись к своему непосредственному начальству, по-военному четко отрапортовал:

— Порядок, Петрович, начинай.

— Где претендентки? — опять не выдержал кто-то в зале.

— Всему — свое время, — уже полностью овладел ситуацией заместитель директора. — Сперва Михаил Петрович, потом претендентки.

— А может, наоборот? — не унимался тот же из зала,

— Дайте, в конце концов, нашему Мише сказать! — принялся горячо отстаивать права директора Марат Ахметов, который устроился в своем кресле неподалеку от сцены.

— Не Мише, а Михаилу Петровичу, — немедленно поправил его Арсений Владимирович. — Но вообще, Ахметов, мыслишь правильно.

— Ну! — обрадовался Марат. — А если кто-то там будет продолжать неправильно мыслить, то ему потом со мной предстоит очень неприятный разговор. Так сказать, по душам.

— Куда уж тебе, Марат! — узнали многие из присутствующих голос верной «шестерки» Богданова — Вовки Бочкарева. — Ты у нас теперь инвалид!

Ахметов было потянулся к одной из кнопок на пульте своей коляски, чтобы на скорости «полный вперед» атаковать Бочкарева. Однако Арсений Владимирович вновь оказался на высоте:

— Отставить, Ахметов! Не срывай торжественного мероприятия!

— Не буду, — уже взял себя в руки Марат. Однако, отыскав взглядом Вовку Бочкарева, потряс в воздухе кулаком. Мол, разговор у нас еще впереди.

Арсений Владимирович с пафосом произнес в микрофон:

— Слово предоставляется директору нашей школы Михаилу Петровичу!

Зал разразился аплодисментами. Арсений Владимирович вручил микрофон Михаилу Петровичу. Тот, прокашлявшись, начал:

— Значит, так… Дорогие друзья! Ученики! Спонсоры! Позвольте мне торжественный конкурс с выбором королевы, то есть выборы королевы с последующим торжественным конкурсом, а вернее, конкурс на звание королевы среди старшеклассниц, — наконец вспомнил правильную формулировку директор, — с последующей…

— Торжественной костюмированной дискотекой, — поспешил с подсказкой доблестный заместитель.

— Вот именно, с дискотекой, — продолжал Михаил Петрович. — В общем, позвольте все это объявить открытым!

Зрители снова поаплодировали.

— Теперь о правилах конкурса, — снова заговорил директор. — Их изложит Арсений Владимирович.

И, отступив чуть назад, Михаил Петрович передал микрофон заместителю. Тот достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вчетверо лист бумаги. Свою краткую речь добросовестный Арсений Владимирович тщательно продумал заранее и даже конспективно записал.

— Дорогие ученики, коллеги-преподаватели и спонсоры! — сверившись с бумажкой, воскликнул он. — Каждой участнице конкурса присвоен свой порядковый номер. Сейчас публике будут розданы карточки. Ваш долг — подчеркнуть тот номер, который показался вам наилучшим, а затем, по завершении конкурса, опустить свою карточку в специальную урну, стоящую слева от сцены. Таким образом выборы королевы и принцесс среди старшеклассниц нашей школы будут проведены массовым и демократическим путем.

Арсений Владимирович умолк, еще раз взглянул на бумажку и, убедившись, что не пропустил ничего важного, добавил:

— Ну, все. Можно, наверное, начинать. — Затем, еще чуть помолчав, вдруг по-военному рявкнул: — Вопросы есть?

— Нет! — хором откликнулся зал.

— Тогда еще раз объявляю конкурс открытым!

И Арсений удалился со сцены.

Таня и Темыч то и дело оборачивались к выходу из зала. И как раз в тот момент, когда Арсений завершил краткую свою речь, светловолосая девочка увидела Олега и Женьку.

— Эй! — помахала она рукой. — Сюда. Мальчики стали пробираться к друзьям.

— Ух! — наконец плюхнулся Женька рядом с Темычем.

Олег опустился на стул подле Тани.

— Рассказывайте, — потребовала она.

— Ну, Василенко взял! — громко сообщил Женька.

На него тут же зашикали со всех сторон. Ибо на сцену под бравурную музыку торжественно вышли участницы конкурса. Одеты девочки были одинаково: черные цельные купальники и легкие мини-юбки из полупрозрачной серебристой ткани. В прическах, наоборот, царило полное разнообразие — от коротких стрижек под мальчиков до сложнейшего архитектурного сооружения на голове Моей Длины.

— Вот это да! — ткнул Женька пальцем в сторону Машки. — Когда это она успела?

— Результат длительной тренировки, — объяснила Таня. — Они с Катькой целую неделю практиковались, чтобы соорудить такую прическу всего за пять минут.

— А потом до конца жизни расчесывать, — буркнул Темыч.

— Тут ты не прав, — покачала головой Таня. — Это чудо держится всего на четырех заколках.

— Класс! — опять восхитился Женька. — А почему Катька такое не сделала?

Катя и впрямь попросту распустила длинные черные волосы.

— Ей так лучше, — с важным видом заявил Темыч. Можно было подумать, что это он велел Кате не пускаться в парикмахерские изыски.

Выстроившись полукругом, участницы застыли в изящных позах. Зал опять разразился аплодисментами. На сей раз бурными.

— Черт знает что, — возмутился Женька. — Сперва шикают. Потом хлопают. Не поговоришь тут спокойно.

Таня в нетерпении затормошила Олега:

— Объясни, что вам сказал Василенко?

— Ну, он сказал… — начал мальчик. В это время аплодисменты смолкли. Олег, перейдя на шепот, продолжил:

— Василенко пока не особо волнуется. Он думает, у Светланы с Андреем очередная ссора. А, главное, нас просил в это дело не вмешиваться.

— Он всегда просит, — с мягкой улыбкой ответила Таня. Затем, враз посерьезнев, добавила: — Но искать-то он не отказался?

— Василенко будет искать, — подтвердил Олег.

— Слава богу, — выдохнула девочка.

Беседу их прервали маневры на сцене. Соискательницы начали по одной выходить вперед. Каждая, картинно выставив ногу, словно бы замирала на месте. Андрей Станиславович, которому пришлось взять на себя обязанности Светланы, стоя сбоку от сцены, объявлял номер и фамилию участницы. После этого она опять «оживала» и под аплодисменты болельщиков возвращалась на место.

— А больше вам Василенко ничего не сказал? — вновь прошептала Таня.

— Да ничего особенного, — отвечал Олег. — Он вообще торопился. Говорит: «Если она действительно пропала, свидетелей можно обнаружить только по свежим следам. Иначе пиши пропало».

— Значит, он все-таки уверен, что она пропала? — хотелось выяснить Тане.

— А кто в такой ситуации может сказать что-то определенное? — посмотрел на нее Олег. В этот момент на авансцену вышла Катя.

— Свои, — сказал Женька. — Нужно поддерживать.

Впрочем, он мог бы этого не говорить. Ибо маленький Темыч вдруг вспрыгнул на стул и, воздев руки над головой, принялся оглушительно хлопать и еще более оглушительно орать:

— Браво! Браво! Бис! Бис!

— Какой, к черту, бис? — пытался усадить его на стул Женька.

— Отстань! — отбивался от друга ногами Темыч. — Так полагается!

Катя кидала на него со сцены испепеляющие взгляды. Дело в том, что Темыч, безответно влюбленный в Катю еще с младшей группы детского сада, оказал ей медвежью услугу. Публика, вместо того чтобы смотреть на соискательницу, дружно пожирала глазами Темыча. Послышались громкие шуточки, суть которых в основном сводилась к пожеланиям, чтобы Тема тоже занял место среди соискательниц.

— Кончай позориться, — дергал Темыча за штанину Женька.

Но на того будто что-то нашло. Усиленно отбиваясь от Женьки, он продолжал аплодировать и орать свое «браво-бис»!

Наконец Катя вернулась на место. Темыч, как автомат, вдруг резко затих и уселся на стул.

— С елки свалился? — осуждающе покачал головой Женька.

— Тебя не спросил, — буркнул тот.

— И очень зря, — откликнулся Женька. Темыч угрожающе засопел.

— Не лезь в его личную жизнь, — спешно вмешалась Таня.

— Какая же это личная жизнь, когда из-за него теперь все в зале на нас глазеют, — возразил Женька.

От дальнейшего спора их отвлек новый взрыв аплодисментов. Зрители приветствовали рыжую Дуську Смирнову. Из стана богдановских, сгруппировавшихся чуть поодаль от Олега, Женьки, Тани и Темыча, раздалось:

— Дуська, мы с тобой!

Вслед за чем вверх взмыло белое полотнище с крупной красной надписью: «Смирнова — наша королева!»

— Во враги работают, а? — с завистью посмотрел на наглядную агитацию богдановских Темыч. — Мы вот, например, не догадались.

— От их группировки претендентка одна, а у нас целых две, — усмехнулся Олег.

— Подумаешь, — взмахнул сразу двумя руками Женька. — Двоих бы и написали.

— Двоих нельзя, — ответил Олег. — Что ж мы напишем? «Школьникова и Карцева — наши королевы»? Раздвоение личности выйдет.

Дуська вернулась в полукруг. Настала очередь Школьниковой. Едва она двинулась вперед, как в первых рядах громко застрекотали трещотки, и стройный хор начал вполне профессионально скандировать:

— Школь-ни-ко-ва! Школь-ни-ко-ва! Виват!

— Во дает наш Лешка! — воскликнул Женька.

Темычу стало до боли обидно, что сам он не догадался организовать подобную поддержку Кате. Поэтому он хмуро замычал:

— А меня вот ругали, что я на стул залез.

«Группа поддержки» Моей Длины состояла из девятиклассников. Сорганизовал их, конечно же, Лешкин младший брат-погодок Сашок. Ну, а идея, без сомнения принадлежала амому Лешке. Только с его замечательной головой можно было придумать подобную хитрость.

Группа поддержки со своими трещотками напрочь заглушила все остальные звуки. В довершение ко всему кто-то из них принялся дуть в трубу. Андрей Станиславович уже несколько раз пробовал объявить номер и фамилию Машки, но вскоре убедился в тщете всех усилий. Поэтому Школьниковой удалось покрасоваться на авансцене в два раза дольше конкуренток. Времени она даром не потеряла. И приняла не одну, а целых три очень изящных, по ее мнению, позы.

— Ребята, как вы думаете, Моя Длина и Лешка заранее договорились? — посмотрела на друзей Таня.

— Трудно сказать, — пожал плечами Олег. — Хотя, думаю, Пашков действует по собственной инициативе, а Моя Длина просто не растерялась.

«Вот именно, — с досадой отметил про себя Темыч. — Катька тоже могла бы не теряться, когда я устроил ей овацию». Однако делиться своими соображениями с друзьями он не стал. После Моей Длины вышли еще Наташа Яковлева и Оля Юкалова. Обе из десятого «А». Их представление ничем особенным не ознаменовалось. Поэтому четверо друзей смогли вернуться к странному исчезновению Светланы Сергеевны.

— А что, Владимир Иванович сам поехал искать ее? — продолжала расспросы Таня.

— Ну! — грянул чуть ли не на весь зал Женька. — Я предложил помочь, но Владимир Иванович отказался.

— Ты потише не можешь? — ткнул его в бок Олег. — Решил всех тут в известность поставить, что Светлана исчезла?

— Да никто не услышит, — ничуть не смутился Женька. — Тут ведь все время хлопают. — Однако голос он все-таки понизил: — Василенко сразу поехал на поиски.

— Хотя сказал, что делает это как бы для очистки совести. Мол, Светлана с Андреем очень часто ругаются. А потом то она уходит из дома, то он, — добавил Олег.

— Так вам Василенко прямо и сказал? — внимательно посмотрела Таня на Олега и Женьку.

— Ну, не совсем, чтобы прямо, — признался Олег. — Но суть именно к этому и сводилась.

— Не верю я, — покачала головой Таня.

— Чему? — не поняли трое друзей.

— Ну, что Светлана сюда не пришла из-за сборы с Андреем.

Олег, Темыч и Женька тоже не верили. И все сильнее тревожились. Раньше еще была надежда, что Светлана, хоть с опозданием, но придет. Но вот уже объявили конкурс на эрудицию, а Светланы так и нет.

На сцену вынесли огромный аквариум, позаимствованный в биологическом кабинете.

Теперь, вместо давно почивших в бозе рыб, аквариум был заполнен разноцветными конвертами. Андрей Станиславович объявил, что каждой из участниц следует подойти к аквариуму и выбрать один конверт. В нем лежит задание. Когда все конверты будут разобраны, девушки одновременно вскроют их. Затем удалятся на десять минут для подготовки.

Претендентки, мигом разобрав конверты, вновь образовали полукруг и застыли на сцене. По лицам девушек было видно: нервы у них напряжены до предела. Даже Катя, которая согласилась участвовать в этом конкурсе лишь под сокрушительным напором Моей Длины и множество раз повторяла, что ей все равно, выиграет она или проиграет, сейчас была на себя не похожа.

— Самый трудный конкурс, — глядя на подругу, с сочувствием произнесла Таня.

— Я, например, ни за что бы не стал участвовать в таком конкурсе, — тут же заявил Женька.

— Тебе никто и не предлагает, — откликнулась Таня и вдруг засмеялась.

— Ты чего? — удивился Олег.

— Да я… — сквозь хохот проговорила девочка. — Женьку… там, на сцене, себе представила.

Олега тоже разобрал смех. Почти двухметрового роста нескладный Женька наверняка бы выглядел впечатляюще в обтягивающем купальнике и мини-юбке.

Конкурсантки ушли готовиться. Вместо них на сцену, спотыкаясь, выбрался высокий сутулый юноша в очках. Это был Виктор Дорофеев из одиннадцатого «А». Любимый ученик литератора Романа Ивановича, который именовал его не иначе как ч< литературным гением и надеждой школы». Виктор был поэтом. Во всяком случае, так утверждали его родители и Роман Иванович.

— А этому фигли тут надо? — заорал на весь зал Женька. — Тоже в конкурсе, что ли,

участвует?

Олег зажал Женьке рот. Впрочем, Андрей Станиславович, словно бы отвечая на его вопрос, объявил:

— Пока наши конкурсантки обдумывают ответы, Виктор Дорофеев из одиннадцатого «А» прочтет свою поэму «Духовный странник». За это произведение Виктор удостоился второй премии на конкурсе «Молодая поросль России».

— И деньги дали? — поинтересовался

Женька.

— Денег не дали, — солидно произнес Темыч. — Зато теперь ему оплатят полный курс обучения в любом из университетов России.

— Темыч, а чего ты-то терялся? — задал новый вопрос Женька.

— Я-то не терялся, — отвечал тот. — Просто первичным отбором работ ведал Роман. А ты знаешь, как он ко мне относится. И началось это два года назад. Я тогда еще ничего серьезного не написал.

Темыч стал пробовать себя на ниве изящной словесности лишь в девятом классе. А с осени этого года приступил к созданию «большой серьезной вещи», которая, по замыслу автора, непременно должна прославить его как в России, так и за рубежом.

— Жалко, — посочувствовал Женька. — Тогда мы бы тебя сейчас слушали. И в Литературный институт свой поступил бы бесплатно.

— Там и так бесплатно, — спокойно отреагировал практичный Темыч.

Тем временем Виктор Дорофеев, который никогда и никому не позволял называть себя просто Витей, выставил вперед ногу и, вскинув голову, торжественно произнес:

— «Духовный странник». Поэма. Посвящается Н. Н.

— Это еще кто? — не сдержался любопытный Женька.

— Так тебе Виктор и скажет! — хохотнул кто-то в зале.

Гордость Романа Ивановича со стоическим смирением ждала тишины. Шуточки в зале, казалось, ее, а вернее, его, ничуть не трогали. Наконец зал умолк. Виктор заунывным голосом начал:

Снега! Снега моей души! По тьме веков бредя на ощупь, Беззвучным шепотом тиши, Я ощущаю рока поступь.

— Ну, завернул, — послышалось из середины зала.

— Ты что-нибудь понимаешь? — повернулся Женька к Олегу.

— Только в общих чертах, и то не совсем, —

усмехнулся тот.

Поэт тем временем продолжал:

Влекомый роком в никуда, Я прорастаю новой силой. Пусть впереди и ждет беда, Сражусь я хоть с самим Атиллой!

— Халтура, — проворчал Темыч. — Причем полная халтура. Нашли, за что давать

премию.

— Ты сперва сам чего-нибудь напиши, а потом критикуй, — возмутился сидевший позади Темыча одноклассник Виктора Дорофеева.

— Между прочим, уже написал, — обернулся Темыч. — И гораздо лучше.

— Тогда заткнись и не мешай слушать, — свернул полемику одноклассник Виктора.

…Исканий путь сполна познав, Я страсть убил и дух очистил, —

упоенно продекламировал Дорофеев.

— Страсть он убил! — оглушительно расхохотался Марат Ахметов. — Да продинамила его эта Н. Н., и все тут! Как говорится, ежу понятно!

— Ахметов! — прогудел зычным басом Роман Иванович. — Не приземляй! Это же высокая лирика!

— Ладно, молчу, молчу! — весело крикнул Марат.

Их короткая перепалка не произвела ровным счетом никакого впечатления на юного поэта. Казалось, он пребывал где-то в своих мирах и миры его находились очень далеко от актового зала две тысячи первой школы.

…В туманах инобытия,

От догм сполна освободившись…

— Кажется, семь минут уже прошли, — посмотрела на часы Таня. — Но теперь этого Виктора не остановишь.

— Да ладно тебе, — неожиданно вступился за юное дарование Женька. — Правда, не очень понятно, но вполне ничего.

— Графомания, — вынес суровый вердикт Темыч.

— Вот сейчас я кому-то врежу! — впал в агрессию сидевший сзади одноклассник поэта.

— Только попробуй! — взвился на ноги маленький Темыч.

— И попробую! — не унимался одноклассник поэта.

Тут, на Темино счастье, поэма кончилась. Раздались аплодисменты, в которых одноклассник поэта принял активное участие. Потому бить противника ему оказалось нечем. А сразу после того, как Виктор удалился, на сцене опять выстроились полукругом участницы конкурса.

— Начинаем конкурс на эрудицию! — провозгласил Андрей Станиславович.

Выйдя на сцену, каждая из девушек читала свои вопросы и давала ответы. Арсений Владимирович выступал в качестве арбитра. Сверяясь с бумажкой, которую для него заготовили составители вопросов, Андрей Станиславович, Роман Иванович и доблестный заместитель директора, оценивали ответ. При этом, к немалому изумлению зрителей, вердикт «неверно» следовал куда чаще, чем «верно». Большинство участниц в лучшем случае давали ответы на два вопроса из трех. Даже всезнающая Катя не смогла вспомнить, какого цвета был фрак у героя «Мертвых душ» — Павла Ивановича Чичикова.

— Вроде бы черный, — сказала девочка.

— Неверно, — поискав соответствующую строку в шпаргалке, произнес Арсений Владимирович.

— Брусничный! Брусничный в искру! — не выдержал Роман Иванович. — Как же так, Карцева?

Кате оставалось лишь пожать плечами.

— И на фига такие вопросы задавать, — возмутился Темыч.

— Спокойно, — улыбнулась Таня. — Сейчас Дуська Смирнова пойдет. Она вообще в литературе не рубит.

— А вдруг рубит? — заволновался Женька, которому совсем не хотелось, чтобы кандидатка от группировки Богданова одержала верх над их Катькой. — Им ведь заранее список литературы давали.

Дуська, однако, опозорилась больше всех, ибо не ответила правильно ни на один из вопросов. Ни на исторический, ни на сообразительность, ни на литературный. Когда она, не моргнув глазом, объявила, что стихотворение «Прощай, немытая Россия» принадлежит перу Пушкина, Роман Иванович снова не выдержал:

— Ну, знаете ли, это гораздо хуже, чем не знать цвет фрака Чичикова.

Дуська, делая вид, будто ей все равно, состроила глазки залу.

— Что делать, — усмехнулась она. — Не повезло.

Роман Иванович вновь раскрыл рот, чтобы упомянуть «о вопиющей безграмотности Смирновой», но Андрей Станиславович, вовремя разгадав намерение пожилого учителя, быстро проговорил:

— Роман Иванович, все комментарии после. Девчонки и так волнуются.

Олег, Таня, Женька и Темыч заметили, сколь победоносно взглянула Моя Длина на ненавистную Дуську.

— И чего, дура, радуется? — всегда предвидел худшее Темыч. — Ей ведь тоже сейчас отвечать.

— Ох, и не говори, — вполне разделяла его тревогу Таня.

— Не преувеличивайте, — вмешался Олег. — На вопрос по истории Машка должна ответить. — Если только, — покачал головой Тема.

Стремясь завоевать сердце Андрея Станиславовича, Школьникова к каждому уроку истории прочитывала не только соответствующий параграф учебника, но и множество дополнительной литературы. Однако знаниями в остальных областях она похвастаться не могла. Что же касается изящной словесности, то из всех ее родов и видов Машка ценила и читала лишь любовные романы. Все остальные произведения казались ей чепухой, не стоящей внимания. На этой почве у Школьниковой возникали постоянные конфликты с фанатом русской и зарубежной классики — Романом Ивановичем. И вот теперь ей предстояло ответить на каверзный вопрос по литературе.

Моя Длина вышла на авансцену. Олег, Темыч, Женька и Таня не сводили с нее глаз. Однако, как ни странно, Школьникова показалась им исполненной не только спокойствия, но и уверенности в себе.

— О боже, — шепотом запричитал Темыч. — Машка верна себе. Хоть бы не улыбалась так нахально.

Школьникова громко зачитала первый вопрос:

— Сколько лет было Гамлету?

— Ну, все. Машка наша пропала, — с ужасом произнесла Таня.

Глава IV

КОНКУРС И НЕКОТОРЫЕ НЕОЖИДАННОСТИ

Но, как ни странно, Моя Длина не выглядела растерянной. Выдержав короткую паузу, она вполне уверенным голосом начала:

— Значит, так. Гамлету было за тридцать. Возраст по тем временам солидный. Кроме того, это был толстый парень.

В зале послышались громкие смешки. Из стана богдановских крикнули:

— Ты, Машка, «Гамлета» с «Тремя толстяками» попутала.

А Темыч скорбно пробубнил:

— Чуяло мое сердце… Надо же, чего несет. Он хотел еще что-то добавить, но тут к Школьниковой подбежал Роман Иванович.

— Ну, молодец! Прямо не ожидал от тебя такого.

— Да уж, Роман Иванович, кое в чем рубим, — величественно отозвалась Моя Длина.

— Нет, прямо сюрприз для учителя, — никак не мог прийти в себя пожилой литератор.

От зрителей не укрылось, как по его щеке побежала скупая мужская слеза. Правда, Роман Иванович немедленно стер ее носовым платком, после чего обратился к Арсению Владимировичу:

— Прошу разрешения задать этой участнице конкурса дополнительный вопрос.

— Задавай, Роман Иванович, — разрешил доблестный заместитель директора.

— Ребята, — остолбенело уставился на друзей Темыч. — По-моему, она правильно ответила. Откуда она может такое знать? Неужели Пашков добыл для нее ответы?

— Да они же вопросы тянули, — напомнила Таня.

— Значит, Пашков все ответы узнал, —

отозвался Темыч.

— Школьникова, — громко произнес Роман Иванович. — А не объяснишь ли ты, каким образом пришла к столь смелому умозаключению?

— Элементарно, — процедила сквозь зубы Моя Длина. — Книжки нужно читать.

— Ну, и что же ты прочитала в великой пьесе Шекспира по поводу возраста принца датского? — задал новый вопрос литератор.

В зале повисла напряженная тишина. Таня вообще от испуга зажмурилась. Ей было ясно: даже если Пашков и подсказал заранее Машке правильные ответы на все вопросы, то уж текста Шекспира она наверняка в глаза не видела. Но, вопреки Таниным опасениям, со сцены послышался уверенный Машкин голос:

— А прочла я там вот что. Про возраст Гамлета говорит могильщик.

— И что же, Школьникова, он говорит? — Голос у Романа Ивановича предательски дрогнул. Глаза увлажнились.

— Что надо, то и говорит, — небрежно произнесла Школьникова. — Мол, служит он у короля ровно тридцать лет. А начал работать, когда родился Гамлет. Вот и получается простая арифметика: принцу датскому никак не меньше тридцати. А его мать, королева Гертруда, говорит: «Ты, Гамлет, тучен».

Услыхав это, Роман Иванович так шумно сглотнул, что стало слышно всем в зале. Затем повернулся к Арсению Владимировичу:

— Видишь, какие у меня ученики!

— Ответ правильный, — сверившись с бумажкой, провозгласил заместитель директора.

— Обалдеть, — прошептала Таня. — Видишь, Темыч, а ты сомневался.

— Я уже вообще ничего не понимаю, — отвечал тот. — И это мне странно и подозрительно.

— Все равно нужно поддержать! — бурно захлопал в ладоши Женька. — Машка! Мы с тобой!

Группа поддержки из первого ряда немедленно взвилась на ноги и, усиленно орудуя трещотками, принялась скандировать:

— Школь-ни-ко-ва! Школь-ни-ко-ва! Роман Иванович поднял руку, требуя тишины. Трещотки смолкли.

— У меня есть к тебе вопрос, Школьникова, — пробасил литератор. — Если не ответишь, ничего страшного. Просто мне интересно.

Моя Длина томно закатила глаза, кокетливо выставила пухлую ногу, умудрившись одновременно повести бедрами.

— Ну, Роман Иванович, вы меня просто замучили, — с игривым видом проворковала она. — Ладно уж. Спрашивайте.

— Вот, Школьникова, какое дело, — начал пожилой учитель. — Несмотря на столь отчетливое определение возраста и фигуры, принца датского обычно изображают молодым и стройным. Что это, заблуждение режиссеров?

— Нет, — решительно отвечала Школьникова. — Это туфта первого исполнителя роли

Гамлета.

— Что-о? — округлились глаза у Романа

Ивановича. — Какая еще туфта?

— Да первому исполнителю было уже за тридцать, и он был тучный, — снисходительно пояснила Школьникова. — Вот и вписал в текст Шекспира про возраст и про фигуру. А потом это так и осталось. Хотя по всем другим признакам Гамлет — совсем молодой человек. Неужели, Роман Иванович, вы этого сами не знаете?

— Я-то знаю, — был окончательно ошеломлен литератор, сам придумавший этот каверзный вопрос. — Но ты, Школьникова… В общем, порадовала. Никак не ожидал.

И, низко опустив голову, Роман Иванович прошел к своему месту в зале.

— Школь-ни-ко-ва! Школь-ни-ко-ва! — вновь раздалось из группы поддержки.

Когда наконец трещотки и труба смолкли, воодушевленная успехом Моя Длина прочитала второй вопрос:

— Когда появилась в Париже Эйфелева башня?

— Это она должна знать, — выдохнул с облегчением Олег.

Моя Длина немедленно оправдала его надежды:

— В 1889 году. Сооружена для Всемирной выставки, как символ достижения техники девятнадцатого века.

— Ответ правильный, — тут же объявил Арсений Владимирович.

Эмоциональный Женька взвыл от восторга. Группа поддержки из первого ряда впала в неистовство. Труба и трещотки перекрыли звуки аплодисментов.

— Тихо вы! — крикнула Школьникова. — Дайте на третий вопрос ответить!

Трещотки смолкли. Только Сашок Пашков еще пару раз для порядка дунул в трубу.

— Вопрос номер три, — провозгласила Моя Длина. — Однажды Пушкин написал письмо Достоевскому. О чем было это письмо?

— Вот тут она и проколется, — не удержался от комментария Темыч. — Если, конечно, Лешка не добыл ей правильного ответа. Такого она уж точно не знает. И даже я не знаю.

Школьникова помолчала. Обвела взглядом выжидающий зал. И, набрав в легкие воздуха, проговорила:

— Ни о чем.

— Точнее, — сверившись со шпаргалкой, потребовал Арсений Владимирович.

— Точнее, Пушкин вообще не подозревал о существовании Достоевского, — рубанула воздух мощной ладонью Моя Длина. — Пушкина, как известно, шлепнули в тысяча восемьсот тридцать седьмом.

— Школьникова! — взвился от возмущения на ноги Роман Иванович. — Выбирай выражения!

— Извините, Роман Иванович, — спохватилась Моя Длина. — В общем, ранили его на дуэли, а после он умер. А Достоевскому было тогда всего шестнадцать лет. И он даже сам не знал, что потом закрутеет в литературе. Поэтому Пушкину было без надобности ему писать.

— Ну, Школьникова… — И, схватившись за сердце, Роман Иванович как подкошенный рухнул на стул.

— Вам это… не плохо? — забеспокоился Арсений Владимирович.

— Наоборот, мне хорошо, — слабым голосом пробасил пожилой литератор.

— Ответ правильный, — вынес Школьниковой приговор Арсений Владимирович. Трещотки и труба вновь ожили.

— Школь-ни-ко-ва! Школь-ни-ко-ва! — надрывалась группа поддержки.

— Да здравствует десятый «Б»! — высоко подпрыгивая на месте, орал Женька.

Моя Длина с достоинством вернулась в полукруг.

— Не ожидал я такого от нее, — в полном смятении чувств изрек Темыч.

— Да уж, — улыбнулась Таня.

— Ни фига себе Машка подготовилась, — разделял изумление остальных Олег.

— Это не Машка, а Пашков подготовился, — стоял на своем Темыч.

— Во всяком случае, группу поддержки забацал классную, — откликнулся Женька.

— И ответы где-то для Машки добыл, — по-прежнему не сомневался Темыч.

— Вот только каким образом, — не понимала Таня. — Эти вопросы ото всех держали в секрете.

— Ты что, Пашкова не знаешь, — повернулся к ней Темыч. — Уж как-нибудь ради своей бесценной Моей Длины раскопал ответы.

— Нет, — покачал головой Олег. — Даже если бы и добыл, Машка бы на подлог не пошла. Она хочет только честной победы.

— Она хочет стать королевой, — гнул свое Темыч. — А главное для нее — обойти Дуську Смирнову. Ради такого она пойдет на что угодно.

— Нет, — повторила Таня. — Я не верю.

— Дело твое, — пожал плечами Темыч. — Но будущее покажет, что я прав. Потому что тайное всегда становится явным.

— Слушай, Темка, — хмыкнул Олег. — Ты сейчас, по-моему, договоришься до того, что Пашков спер Светлану.

— Зачем спер? — посмотрел на него Темыч.

— Очень просто, — продолжал Олег. — Лешка упер Светлану, чтобы добыть у нее для Машки ответы на конкурсные вопросы.

— А, кстати, почему бы и нет, — вдруг на полном серьезе проговорил Темыч.

— Чокнулся? — повертел пальцем возле виска Женька.

— Ничуть, — надулся Тема. — Это вы все слишком доверчивые. А я, между прочим, всегда придерживаюсь принципа: доверяй, но проверяй. Между прочим, Лешка из-за Моей Длины и не на такое пойдет. Тем более для нее этот конкурс, можно сказать, вопрос жизни и смерти.

— Но не до такой же степени, — сказала

Таня.

Впрочем, на этот раз голос ее прозвучал не слишком уверенно. Компания с Большой Спасской прекрасно знала, каким ударом могло обернуться для Моей Длины поражение. Не случайно же ребята накануне разрабатывали отвлекающие маневры.

Олег и Женька тоже умолкли. Им вдруг вспомнилось, как странно вел себя Лешка в последние дни. Словно ему было что скрывать от близких друзей. И все-таки никому до конца не верилось, что он, даже ради пылкой любви к Школьниковой, способен на похищение Светланы.

— Нет, Темыч, — наконец нарушил молчание Олег. — Ты явно перегибаешь палку.

— Говори, говори, — глянул на него исподлобья тот. — Лучше вспомните, как Пашков бегал искать Светлану. Сперва сказал, что она в школе и ее видели. А потом сам же признался, что никто ее нигде не видел.

— И впрямь странно, — согласилась Таня.

— Эй, глядите! — вмешался Женька.

Он указывал пальцем на сцену. Участниц конкурса там сейчас не было. Они отправились переодеваться для следующего тура. Вместо них из-за кулис показалась сборная команда из разных классов. Два мальчика и три девочки в гимнастических костюмах. Арсений Владимирович объявил:

— Группа акробатов «Ариэль»! В составе: Никита Двужильный, Алексей Кащавцев, Елена Очаренко, Ирина Ворожцова и Полина Шуткевич! Свободный акробатический!.. — Доблестный заместитель директора вновь заглянул в шпаргалку: — Акробатический этюд-фантазия «Пирамида Хеопса».

— Во, травка зеленая, как сказала бы наша Моя Длина! — живо отреагировал Женька.

Публика шквалом аплодисментов приветствовала «Ариэль». Послышались крики: «Браво, Двужильный!» Высокий и тощий как жердь Никита Двужильный раскланялся. Он учился в десятом «А» и уже много лет подряд приносил родной две тысячи первой школе призы практически по всем межрайонным и городским спортивным состязаниям. Исключение составлял лишь бокс: тут лидировали Марат Ахметов и Боря Савушкин.

Ди-джей Вася Мурмулев запустил увертюру из «Тристана и Изольды» Вагнера, под которую и развернулось действие «Пирамиды Хеопса». Сперва пятеро акробатов синхронно проделали несколько упражнений: сальто, мостики и прочее. Затем четверо из них исполнили парные упражнения, а Ира Ворожцова замечательно изобразила змею.

— Отпад! — очень понравилось Женьке. Музыка смолкла. Это был знак, что акробатический этюд подходил к кульминации.

— Ап! — скомандовал Двужильный.

Четверо остальных акробатов вмиг взлетели на его плечи, изобразив пирамиду Хеопса в перевернутом виде. Двужильный слегка качнулся, но пирамида устояла. Зал вновь огласился музыкой Вагнера. Публика взревела от восторга и разразилась аплодисментами. Пирамида рассыпалась. Пятеро акробатов, раскланявшись, убежали за кулисы.

— Начинаем следующее задание конкурса красоты! — провозгласил Арсений Владимирович. — Танцевальный выход в вечерних

платьях!

— Откуда у них вечерние платья? — полюбопытствовал Темыч. — Ладно еще, у Моей Длины. Ей мать что угодно может купить. Но у других-то. Настоящее вечернее платье кучу

денег стоит.

— Как раз мать Моей Длины и расстаралась, — объяснила Таня. — Она сказала: «Конкурс должен быть настоящим». Вот Зинаида Николаевна и договорилась с какой-то своей подругой. У нее салон крутой модной одежды, и она согласилась дать платья участницам на вечер.

— Легкомысленно, — покачал головой практичный Темыч. — Кто-нибудь из участниц платье испачкает или порвет. А матери Моей Длины' после денежки выкладывать.

— Слушай, Темка, — хлопнул его по плечу Олег. — Думаю, Зинаида Николаевна сама разберется.

— Да уж надеюсь, что без меня, — буркнул тот.

Вновь послышалась музыка. На сцене показалась участница под номером один. На ней было длинное черное платье с золотом. Под аплодисменты зала девочка, сделав глубокий реверанс, скрылась за кулисами. Одиннадцатый «А» проводил свою кандидатку восторженными возгласами.

— И ничего особенного, — состроил кислую физиономию Темыч, естественно, болевший за Катю. — Куда ей в таком длинном платье танцевать. Она даже ходить в нем не. может. Видали, чуть не свалилась.

— Брось, Темыч! — вступился за одиннадцатиклассницу Женька. — Ни фига она не свалилась. И вообще, отличная девчонка.

Музыка изменилась. На сцену стремительно вылетела вторая участница. На ней были черный смокинг и черные прямые брюки. В руках она держала тросточку.

— И это вечернее платье? — по-стариковски проворчал Темыч.

— Ничего-то ты не понимаешь, — с осуждением произнесла Таня. — Так сейчас очень модно.

Девочка принялась отбивать чечетку.

— Классный степ! — снова одобрил Женька.

— Не хуже Фреда Астера, — согласился Олег, недавно увидевший по телевизору старый фильм с участием этого «короля стена».

— Мне тоже нравится, — поддержала Таня. — Во всяком случае, оригинально.

— Я вообще не пойму, за кого вы болеете? — возмутился Темыч.

— Естественно, за наших, — откликнулась Таня. — Но почему других нельзя похвалить?

— Тем более твоей Катьке все равно ничего не светит, — заявил непосредственный Женька.

— Это еще почему? — запыхтел от ярости

Тема.

— Потому что на вопросы хуже нее только Дуська ответила, — не унимался долговязый мальчик. — Если уж ставить на наших, то на одну Школьникову. У Машки еще есть шанс.

— Вопросы — это еще не все, — заупрямился Темыч. — Катька внешностью возьмет.

— Дуська тоже может внешностью взять, — неосмотрительно изрек Олег.

— Вот как? — с деланным равнодушием произнесла Таня и отвернулась от Олега.

— Танька, ты что? — спохватился тот. — Я пошутил.

— Я? Ничего, — пожала плечами девочка. — Просто смотрю. Видишь, Катька вышла.

Катя в небесно-голубом платье, по которому эффектно рассыпались ее длинные черные волосы, сумела удивить зрителей. В детстве она серьезно занималась балетом. Правда, в шестом классе она решительно заявила родителям, что балериной не хочет быть ни за что на свете. Однако кое-какие из прежних навыков сохранились. И Катя сейчас решила ими воспользоваться.

' — Между прочим, то, что она сейчас танцует, называется «Первый бал Наташи Ростовой», — принялся растолковывать друзьям Темыч.

— Ни фига себе, бал без партнера, — усмехнулся Женька.

— А ты заткнись, если ничего в искусстве не понимаешь, — шикнул на него Темыч.

Впрочем, он зря волновался. Зрители приняли Катин танец на «ура». Она удалилась со сцены не только на пуантах, но и под гром аплодисментов.

— А вот и твоя лучшая подруга вышла покорять нас своей внешностью, — чуть погодя выразительно покосилась Таня на Олега.

Тот почувствовал, что краснеет. Дуська выглядела сейчас просто великолепно. Изумрудное платье в стиле русского сарафана чрезвычайно шло к ее медно-рыжим волосам. Девочка повела рукой и словно поплыла по сцене.

— Ну, прямо ансамбль «Березка»! — проорал Женька. — Во, дае…

Конец его фразы заглушил кошмарный грохот. Музыка оборвалась. Дуська истошно завизжала. Сверху на нее проливным дождем посыпалось конфетти. Потом разноцветный дождь кончился. Дуська, однако, продолжала истерично визжать и отчаянно отбиваться от чего-то невидимого зрителям.

— Что случилось? — в ужасе прошептала Таня.

— Да это для дискотеки готовили конфетти, — оказался в курсе Олег. — Видно, сработало раньше времени.

Дуська по-прежнему билась в истерике.

— Что с ней? — продолжала недоумевать Таня,

— Не знаю, — пожал плечами Олег. — Наверное, у нее шок. Ведь эта штука прямо над ее головой грохнула.

К Смирновой уже бежали с одной стороны зала Арсений Владимирович и Андрей Станиславович, а с другой — химичка Алевтина Борисовна и англичанка Виолетта Исааковна.

Впрочем, причина Дуськиной истерики почти тут же выяснилась. Девочку под руки увели за кулисы. Андрей Станиславович склонился над горой конфетти. Затем, выпрямившись, потыкал ногой в разноцветный мусор. И, к изумлению присутствующих, брезгливо поднял со сцены за хвост огромную дохлую крысу.

Тут уже завизжали все девчонки, сидевшие в первых рядах.

— Какая гадость! — воскликнула Таня.

— У-у, классная крыса! — не разделял ее брезгливости Женька. — Кто бы мог подумать, что у нас в школе водятся такие крупные экземпляры.

— Я даже не знала, что у нас мелкие водятся, — передернуло Таню.

— Мелких навалом, — бодрым голосом заверил Женька. — Особенно в буфете. Мы с Темычем сами однажды видели.

— Это было давно, — немедленно заспорил Темыч. — А после их всех вытравили.

— Тогда вытравили, а теперь новые завелись, — не унимался Женька.

На сцену вернулся из-за кулис Арсений Владимирович. Подойдя к Андрею Станиславовичу, он стал так внимательно изучать крысу, словно это было какое-нибудь диковинное животное вроде кенгуру.

Андрей Станиславович отчетливо произнес в микрофон:

— Прошу всех успокоиться! Конкурс сейчас продолжим. Произошла техническая накладка.

— Андрей, — оттеснил его от микрофона заместитель директора. — Дай я объясню народу! Значит, так! Эта тварь, — указал он на крысу, которую классный руководитель десятого «Б» продолжал брезгливо держать за хвост, — она замкнула контакт. Поэтому конфетти не вовремя высыпалось. Сейчас уберемся и продолжим. Мурмулев! Вруби-ка там пока чего-нибудь веселенькое.

В мощных колонках послышался резкий писк, сменившийся песней группы «Коррозия металла». Выбор был явно неудачный.

— Отставить, Мурмулев! — пытался перекричать дикие звуки Арсений Владимирович. — Нам нужно совсем другое!

Однако Вася то ли не согласился с заместителем директора, то ли еще пребывал под впечатлением от происшествия. И вместо того чтобы выключить музыку, врубил усилитель на полную мощность.

Арсений заткнул пальцами уши и вновь заорал что-то в микрофон. Однако слышно заместителя директора все равно не было. Впрочем, минуту спустя Мурмулев, видимо, справился с собой. Песня «Коррозии металла» резко оборвалась.

— Фу-у — выдохнула Таня.

— А чего, нормально, — ничуть не обескуражил шум Женьку.

— Главное, не успели оглохнуть, — проворчал Темыч.

На сцене возникла школьная гардеробщица Екатерина Тимофеевна со шваброй и совком. Она принялась подметать конфетти.

— Странная история, — задумчиво поглядел Олег на гардеробщицу.

— Конечно, конечно, — поглядела на мальчика Таня. — Если бы крыса упала на Мою Длину, ты бы не удивился. А раз на твою любимую Дусеньку, то тебе стало странно.

— Во-первых, она не моя любимая, — поторопился заверить Олег. — А, во-вторых, именно это-то и странно.

— Что странно? — язвительно произнесла Таня. — Что Дуська — не твоя любимая?

— Ну, тебя, — рассердился Олег. — Я серьезно, а ты со своими шуточками. Свались эта очаровательная дохлая крыса на голову Моей Длины, Катьке или кому-то еще, я бы не сомневался, что все произошло случайно. Но то, что пострадала именно Дуська, заставляет меня задуматься.

— Думаю, все-таки это совпадение, — стояла на своем Таня.

— Не знаю, не знаю, — покачал головой Олег.

— Неужели Лешкина работа? — спросила девочка.

— Сильно подозреваю, — откликнулся мальчик в очках.

— Ужас какой, — вновь передернуло Таню. — Знаешь, Олег, у меня такое ощущение, будто на меня крыса плюхнулась.

— Давно говорю, Танька, у тебя слишком развито воображение, — осуждающе произнес Олег.

— Во всяком случае, не хотелось бы мне оказаться на Дуськином месте, — очень тихо проговорила Таня. — Неужели ты, Олег, думаешь, что Лешка это специально подстроил?

— Это как раз мне и хотелось бы выяснить, — многозначительно произнес Олег.

— Но какой Лешке смысл это сделать? — все еще не верилось Тане. — Все равно Моя Длина первое задание выполнила гораздо лучше, чем Дуська.

— Так Лешка же должен был все подготовить заранее, — откликнулся Олег. — Откуда же он мог знать, что Моя Длина сама по себе вперед вырвется.

— А вот Темыч считает, что именно Лешка и помог ей вырваться, — напомнила Таня. — Не слишком ли много подвигов для одного Пашкова?

— Может, ты, Танька, и права, — не торопился с выводами Олег. — Но не многовато ли совпадений? К чему-то из всего этого Лешка точно причастен. Но вот к чему?

В это время на сцену вышла Моя Длина. Черное платье с огромным шлейфом и внушительным декольте сидело на ней идеально. Достаточно изящно исполнив менуэт, Школьникова кокетливо прикрыла лицо черным шелковым веером и опустилась в глубокий реверанс. Группа поддержки из первого ряда исполнила на трубе туш, затем в ход пошли трещотки.

— Школь-ни-ко-ва! Школь-ни-ко-ва! Таня склонилась к уху Олега:

— Знаешь, я вдруг нашу Машку сейчас совсем по-другому увидела.

— Да ну? — вытаращился на подругу Олег. — И что же тебе открылось?

— Только не смейся. Понимаешь, Машка в каком-нибудь девятнадцатом веке пользовалась бы на балах большим успехом.

— Да, да, — ухмыльнулся Олег. — Особенно ее лексикончик. Например, к ней подпиливает какой-нибудь кавалер и говорит: «Ах, так вы сегодня прекрасны!» А Моя Длина ему в ответ: «Заткнись, Микроспора». Или: «Зашибись-умри». Таня фыркнула.

— Да я, Олег, не об этом.

— А я именно об этом, — стоял на своем мальчик. — Человека всегда воспринимают в комплексе. Моя Длина в девятнадцатом веке имела бы такой же успех, как Женька на приеме у английской королевы.

— Что это вы там про меня и про королеву? — долетел обрывок разговора до Женьки.

— Проехали, — не стал уточнять Олег-.

Наконец все участницы конкурса выполнили второе задание. На авансцену выкатили старое школьное пианино. Занавес опустился. Пианино осталось в одиночестве.

— Они чего, на нем теперь состязаться будут? — проговорил Женька, у которого были тяжелые отношения с классической музыкой.

— Нет, — внесла ясность Таня. — Они готовятся к конкурсу букетов. Цветы доставили прямо со склада матери Моей Длины.

— Во, деньги на ветер бросает, — осудил Школьникову-старшую экономный Тема.

— Между прочим, мы тоже свою лепту внесли, — объяснила Таня. — Цветы от Школьниковой, а разные ветки для икебаны мы с Катькой в прошлое воскресенье набрали. Ее предки нас специально возили в лес.

Путаясь в складках занавеса, на сцену с явным трудом выбрался Арсений Владимирович.

— Музыкальный антракт! — зычным по-командирски голосом воскликнул он. — Лист. Вторая рапсодия. Исполняет ученица одиннадцатого класса «Б» Арутюнова Надежда.

— Приехали, — впал в тоску Женька. — Лучше бы Пашков под свою гитару спел. Кстати, он вроде бы собирался.

— У него изменились планы, — пояснил Тема. — Группой поддержки руководит.

Арутюнова Надя, неумело поклонившись, уселась за пианино. При первых же аккордах немногим искушенным в музыке зрителям сделалось ясно: древний школьный инструмент совсем не подходит для второй рапсодии Листа. Пианино очень давно не настраивали. Впрочем, большая часть зрителей в основном была рада, что вторая рапсодия длилась не слишком долго.

Надя ушла. Занавес открылся. Пианино убрали. В глубине сцены выстроились в ряд столы. На них лежали компоненты будущих икебан. Наконец показались участницы конкурса. Каждая из них несла по маленькому складному столику.

— Куда им столько столов? — не доходило до Женьки.

— Каждая будет собирать на отдельном столике, — объяснила Таня.

— А-а-а, — протянул Женька и умолк. Андрей Станиславович дунул в свисток. Конкурс начался.

— Им отпущено только десять минут, — сказала Таня.

Глава V

ВЕЧЕР ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Работа на сцене закипела. Девочки вихрем носились от большого стола к своим столикам.

— У меня уже от них в глазах рябит, — пожаловался Темыч.

В следующий момент у него заложило уши. Сперва на ноги вдруг взвилась группа поддержки Школьниковой. Трещотки и труба смешались с криками:

— Машка, давай! Мы с тобой!

Вдохновленные их примером, с мест повскакивали группы поддержки других участниц. Над станом богдановских снова взмыл плакат «Смирнова — наша королева».

— О боже! Когда это кончится! — зажал уши Темыч.

Словно услышав его мольбы, на сцену выбежал с секундомером в руках Арсений:

— Отставить звуки! — скомандовал он. — Вы же мешаете.

Группы поддержки послушно плюхнулись на стулья.

— И не стыдно, — с осуждением произнес заместитель директора. — Эта самая… — Он посмотрел в бумажку. — И-ке-ба-на. В общем, это искусство японское. Оно требует сосредоточенности и тишины.

— Вот именно, — одобрил Темыч слова Арсения.

— А мне с группами поддержки больше нравилось, — не согласился Женька. — Так было веселее.

— Осталась одна минута, — не отрывала взгляда от часов Таня.

— Пошла последняя минута, — сообщил со сцены Арсений Владимирович. — Девочки, завершаем.

Резкий свисток Андрея Станиславовича возвестил об окончании очередного состязания. Участницы, изящно подхватив каждая свою композицию, спустились со сцены в зал и пошли по проходам, демонстрируя результаты трудов.

— Арсений Владимирович! — послышался из первого ряда громкий голос Лешки Пашкова.

— Ауньки, — приложил ладонь к уху заместитель директора.

— Теперь поддерживать можно?

— Валяй, Пашков, — разрешил Арсений.

Что тут началось! Группа поддержки Моей Длины разошлась вовсю. Трещоток и трубы им теперь показалось мало. Улучив момент, Лешка схватил со сцены оказавшийся бесхозным микрофон и, перекрывая все остальные шумы, принялся орать:

— Школь-ни-ко-ву в ко-ро-ле-вы! Школь-ни-ко-ву в ко-ро-ле-вы! Ура-а!

— Наша группа, по-моему, ведет, — отметил Олег.

И он был прав: воплей групп, которые поддерживали остальных претенденток, никто не слышал.

— А мы чего теряемся? — никогда не мог остаться в стороне Женька. — Ты почему, Те-мыч, увял? — с силою хлопнул он по плечу друга. — Лезь на свой стул! Будем Катьку поддерживать!

Катя как раз проходила мимо с очень красивой композицией. Словно очнувшись от сна, Темыч вскочил на стул. Женька — тоже.

— Кар-це-ву в ко-ро-ле-вы! — хором закричали они.

— Танька, давай! — обратился к подруге Олег. — А то Катьке обидно. Чем она хуже Моей Длины.

— Ничем, — согласилась Таня и с решительным видом полезла на стул.

Миг, и уже четыре голоса хором требовали:

— Кар-це-ву в ко-ро-ле-вы!

Прошествовав по проходам, кандидатки на звания королевы и принцесс удалились в холл перед входом. Туда к этому времени со сцены перенесли складные столики. На каждом была табличка с фамилией участницы. Расставив по столикам свои композиции, девочки упорхнули за кулисы. Занавес опустился. Затем снова раздвинулся. Соискательницы опять выстроились полукругом.

Арсений Владимирович начал вызывать девочек по номерам. Те медленно шествовали к авансцене. Арсений Владимирович вновь повторял номер, только теперь к нему прибавлялись фамилия, имя и класс очередной претендентки.

— Да знаем мы их! — раздался возглас из зала.

— Это для закрепления, — пояснил заместитель директора. — Чтобы путаницы не возникало, когда приступите к голосованию.

— Школь-ни-ко-ву в ко-ро-ле-вы! — вновь проорали Лешка Пашков и компания.

— Отставить поддержку! — мигом заткнул их Арсений. — Теперь все решит народ!

Девочки, одновременно отвесив публике поклон, удалились со сцены. Едва это произошло, к Арсению Владимировичу подошли Михаил Петрович и Андрей Станиславович.

— Прошу тишины, — остановил рев и аплодисменты зрителей директор две тысячи первой школы. — Это замечательное мероприятие, которое, уверен, надолго останется в ваших сердцах, было бы неосуществимо без помощи наших замечательных спонсоров! Прошу вас, мои дорогие, выйти на сцену!

Зал снова взревел. На сцену вышли Зинаида Николаевна Школьникова и Хамитяй Хамзяевич Ахметов. Хамитяй Хамзяевич сперва поклонился. Затем тоже начал хлопать. Зинаида Николаевна последовала его примеру.

— Также, — снова заговорил директор, — хочу выразить особую благодарность нашим замечательным преподавателям Андрею Станиславовичу и Светлане Сергеевне, которые и организовали наш конкурс. К сожалению, Светлана Сергеевна не смогла сегодня присутствовать. Ей помешали семейные обстоятельства.

— Слава богу! — выдохнула Таня. — Значит, она нашлась. Видимо, пока шел конкурс, дала о себе знать Андрею.

— Значит, и впрямь с кем-нибудь из ее родственников что-то случилось, — добавил Темыч. — Зря только майора Василенко побеспокоили.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — сказал Олег.

На сцене директор, потом заместитель, а затем спонсоры крепко пожали руку классному руководителю десятого «Б». Тот в ответ улыбался. Однако вид у него был кислый.

— По-моему, они со Светланой все же поссорились, — пригляделся к классному руководителю Женька.

— Жизнь покажет, — откликнулся Темыч.

— Помирятся, — улыбнулась Таня. — Главное, что Светлана нашлась.

Арсений Владимирович объявил начало голосования. Сделать свой выбор надо в течение ближайших пятнадцати минут. За это время желающие могут пройти в холл, чтобы, по словам заместителя директора, «поближе ознакомиться с качеством икебан». По истечении пятнадцати минут зрители должны опустить карточки в урну. Вслед за чем последует получасовой перерыв, чтобы все могли переодеться к костюмированной дискотеке, перед которой и будут объявлены имена победительниц.

— Вопросы есть? — обратился к зрителям Арсений.

Вопросов не было. Заместитель директора удалился. Началось голосование.

— Давайте-ка в темпе, — поторопил друзей Олег. — Проголосуем, а после надо Андрея найти и узнать про Светлану.

— А икебаны смотреть не пойдем? — спросил Женька.

— Подождут икебаны, — возразила Таня. — Их там оставят до конца вечера.

— Ну, давайте, — смирился Женька. — Только за кого голосовать-то? От нас ведь две кандидатки.

— Естественно, за Катьку, — не испытывал никаких сомнений Тема. — А за Мою Длину пускай голосует Пашков.

— Ну, и чего ты добьешься? — посмотрел на него Женька. — В результате Катька твоя все равно пролетит, а Моя Длина не доберет голосов до королевы.

— Это почему же Катька пролетит? — набычился Темыч. — Она что, по-твоему, плохо выступила?

— С какой стороны посмотреть, — вполне искренне отвечал ему Женька.

— Значит, ты считаешь, что Моя Длина лучше, — уже пыхтел, как закипающий чайник, Тема.

— Брось ты, — не хотелось обижать его Женьке. — Они мне совершенно одинаково понравились. Только Катька ответила на вопросы немного хуже, чем Моя Длина.

— Ну, и пожалуйста. — вконец разобиделся Тема. — Голосуй за свою Мою Длину.

— Она не моя, а Пашкова, — на всякий случай напомнил Женька.

— Я, пожалуй, буду за Катьку голосовать, — оказалась в сложном положении Таня. — Хотя и Машке каждый лишний голос позарез нужен.

— Вот! — взмахнул сразу двумя руками Женька. — То разрабатывали тактику отвлечения, если Машка наверняка продует. А теперь, когда у нее появился шанс выиграть, голоса для нее жалеете.

— Ох, — выдохнула Таня. — Прямо не знаю, что делать.

— А давайте проголосуем за них обеих, — не любил долго ломать голову Женька. — Может, это будет и не совсем по правилам, зато

справедливо.

— И глупо, — проворчал Темыч. — Потому что наши бюллетени сочтут недействительными, и голоса никому не достанутся.

— Ну, тогда я просто не знаю, — развел руками долговязый мальчик.

— Один выход — жребий кидать, — извлек из кармана монетку Олег. — Пусть орлом у нас будет Машка, а решкой — Катька.

— Плевать мне на монетку, — не согласился Темыч. — Я голосую без вариантов за Катьку.

— Ну, а мы кинем, — стоял на своем Олег.

— Нет, ребята, я, пожалуй, тоже за Катьку, — скороговоркою произнесла Таня.

— Тогда монетку отменяем, — сказал Олег. — Вы с Темкой — за Катьку. А мы с Женькой отдадим голоса за Мою Длину.

Так они и решили. Сдав карточки, четверо друзей пустились на поиски Андрея Станиславовича. По дороге они хотели захватить с собой Лешку Пашкова. Однако и он и его группа поддержки как в воду канули.

— Наверное, проголосовали и переодеваться пошли, — предположил Женька.

— Кстати, нам тоже следует поторопиться, — заметила Таня.

— Сейчас. Только Андрея найдем, — первым устремился за кулисы Олег.

Андрей Станиславович и Арсений Владимирович оказались возле самого занавеса.

— Слушай, Андрей! — отчетливо произнес заместитель директора. — Ты куда эту крысу девал?

— В «живой уголок» отнес, — усмехнулся классный руководитель десятого «Б».

— Ты чего, серьезно? — оторопел Арсений. — Она ведь дохлая.

— Шучу, — ответил Андрей Станиславович. — В помойку выкинул.

— Это ты зря, — расстроился заместитель директора.

— На тебя не угодишь, — вновь усмехнулся в усы его собеседник. — В «живой уголок» нельзя. На помойку тоже плохо.

— Я надеялся с помощью этой крысы установить причинно-следственную связь происшествия, — в свойственной ему манере пояснил заместитель директора. — Если мы с тобой правы и она задела контакт, на ней, по идее, должен от короткого замыкания след остаться.

— Это точно! — встрял в беседу преподавателей Женька. — У ней шкура должна была обгореть!

— Гадость какая! — поморщилась Таня.

— Не гадость, а улика, — заспорил Арсений. — Куда ты ее, Андрей, выкинул? Надо проверить.

— В мусорное ведро, — внес ясность тот. — В мужском туалете.

— На этом этаже? — задал новый вопрос заместитель директора по хозяйственной части.

— Естественно, — подтвердил Андрей Станиславович. — Дальше идти у меня не было времени.

— Попробую отыскать, — двинулся по направлению к туалету Арсений.

— Слушай, охота тебе? — попытался остановить его Андрей Станиславович. — Дело-то прошлое. Обошлось и ладно. Теперь сколько на эту крысу ни любуйся, все равно ничего назад не воротишь.

— Ты меня, Андрей, не учи. Это мое подведомственное хозяйство. И я тут должен все знать досконально.

Андрей Станиславович пожал плечами. Арсений спешно удалился.

— Нашлась Светлана Сергеевна? — обратились к классному руководителю ребята.

— Нашлась? — подался вперед учитель. — Где? Кто вам сказал?

— Так мы думали… — сбивчиво начал Олег. — Ведь Арсений Владимирович… Там, на сцене… Сказал, что Светлана Сергеевна… по семейным обстоятельствам…

— Ах, вот что, — погасли глаза за стеклами очков у Андрея. — Это он просто так. Я посоветовал. А о Светлане Сергеевне пока ничего неизвестно.

— Это плохо, — вырвалось у Женьки.

— Куда уж хуже, — сумрачно проговорил Андрей Станиславович.

— А давайте я сейчас возьму у Марата мобильный, — предложил Олег. — Попробуем еще раз позвонить вам домой. А если там никто не подойдет, то Владимиру Ивановичу.

— Действуй, — одобрил его план Андрей Станиславович.

Но не успел Олег уйти, как за кулисы ворвался Арсений Владимирович:

— Ее нигде нету! Пропала!

— Знаем! — выпалил Женька.

— Откуда? — смерил его пытливым взглядом заместитель директора.

— От Андрея Станиславовича, — думая, что речь идет о Светлане, сообщил Женька.

— Где она? — подразумевая пропавшую крысу, перевел взгляд на классного руководителя десятого «Б» Арсений Владимирович.

— Понятия не имею, — весь в тревоге по поводу странного исчезновения Светланы пожал плечами Андрей Станиславович.

— Ты что, издеваешься? — вспылил заместитель директора по хозяйственной части. — Я ищу ее, ищу. Мне причину преждевременной сработки устройства нужно установить, — как всегда, когда волновался, Арсений Владимирович перешел на ужасающий канцелярит. — Я и так в этой школе каждый день в обстановке, приближенной к боевой, нахожусь.

— Ну, не ты один, — справедливости ради, напомнил Андрей Станиславович.

— Вы все просто находитесь, — окончательно вышел из себя Арсений Владимирович. — А на меня вся ответственность ляжет, если, к примеру, на вас потолок какой-нибудь

свалится.

Дело в том, что здание школы давно уже находилось в аварийном состоянии. И лишь титаническими усилиями Арсения Владимировича и Михаила Петровича еще стояло на

месте.

— Арсений Владимирович, я все понимаю! — повысил голос Андрей Станиславович. — Но при чем тут моя Светлана?

— Светлана? — переспросил заместитель директора и от неожиданности закашлялся. — Вот уж не знаю. И вообще, речь о крысе, зачем ты скрыл от меня, что ее там нету?

— Какая крыса? Где нету? Почему скрыл? — настала очередь изумиться Андрею Станиславовичу.

— В помойке нету, — отозвался Арсений

Владимирович.

— Крысу сперли! — первым разобрался в

ситуации Женька.

— Не говори глупости, — ответила Таня. — Кому эта мерзость нужна?

— Мало ли? — пожал плечами долговязый мальчик. — Может, кому и понадобилась.

— Факт тот, что ее нету, — снова заговорил Арсений Владимирович. — Помойное ведро на месте, а крыса тю-тю.

— Может, вы просто не нашли? — предположил Женька.

— Нет, — откликнулся заместитель директора. — Я там досконально все изучил.

— А давайте я еще раз посмотрю, — предложил Женька.

— Иди, — разрешил Арсений. — Но ее все равно там нет.

— Может, она ожила и ушла? — вдруг осенило Тему. — Сперва у нее был шок, а потом она полежала в помойке и очухалась. Крысы ведь очень живучие.

— Может, ты и прав, — кивнул Арсений Владимирович. — В таком случае, версия с замыканием подтверждается.

— А если ее, предположим, сперли? — спросил Олег.

— Тогда думайте сами, — неопределенно развел руками Арсений Владимирович.

Ребята переглянулись. По их мнению, спереть дохлую крысу мог только тот, кто хотел замести следы. Раз хотел замести следы, значит, сперва эту тварь в конфетти и подкинул. А так как устройство сработало во время выхода Дуськи Смирновой, то автором смелого эксперимента мог быть, по мнению четверых друзей, только Лешка Пашков. Разумеется, с Арсением никто из ребят делиться подобной догадкой не стал. Сам же заместитель директора склонялся к версии, что крыса попросту ожила и сбежала.

— Хорошо, что завтра уже каникулы начинаются, — с облегчением проговорил он. — Сразу после нового года вызову крысоморов.

Пусть как следует поработают. А мы с Михаилом Петровичем и с тобой, Андрей, за каникулы осмотрим все помещения. Надо щели заделать. Иначе эти твари что хочешь натворить могут.

Андрей Станиславович рассеянно кивнул. Ему сейчас было совсем не до крыс и не до щелей в школьных помещениях.

— Так я возьму телефон у Марата? — посмотрел Олег на учителя.

— Давай!

— Чего, майору своему звонить будешь? — с сочувствием посмотрел Арсений на Андрея. — Больше ничего не остается, — тихо произнес тот и отошел в сторону.

— Нештатная у него ситуация вышла, — шепотом поделился с ребятами Арсений. — Ему бы, — покосился он на Андрея, — все силы бросить сейчас на поиски любимого человека, а тут этот вечер.

— Мы можем помочь, — вызвался Женька.

— Отставить, — в ужасе замахал на него руками Арсений. — Мало вы приключений себе находите.

Женька хотел возразить, но Таня и Темыч ткнули его в бока.

— Звоните, Андрей Станиславович, — прибежал с мобильным телефоном в руках Олег. — Хорошо хоть Марата в зале застал. Ему костюмироваться неохота. Вот он тут и сидел.

— Как же он без костюма? — спросил Арсений Владимирович.

— Он говорит, что наденет маску, — ответил Олег. — Ас остальным у него из-за гипса сложности. Так что останется в образе инвалида.

— Все это время Андрей Станиславович разговаривал по телефону.

— Ну, как? — осведомились ребята.

— Пока новостей нет, — сухо откликнулся он. — И вообще, марш переодеваться. Иначе не успеете.

Четверо друзей побежали к родному классу. Там было написано: «Только для девочек». Женька, невзирая на это, хотел войти, но дверь оказалась крепко заперта.

— Вот уж не знала, что ты у нас девочка? — усмехнулась Таня.

— Не. Я просто не посмотрел, — только сейчас удосужился обратить внимание на надпись Женька.

— Сам ведь вещи оставлял в соседнем классе, — напомнил Темыч.

— Оставлял, — обезоруживающе улыбнулся долговязый мальчик. — Но потом забыл. Дела-то какие.

Остальные кивнули. Ситуация с исчезновением Светланы все сильнее тревожила их.

— А Пашкова-то так нигде и нет, — напомнил Олег.

— Наверное, переодевается, — указал Темыч на дверь параллельного класса, где было написано: «Только для мальчиков».

— И вам пора, — сказала Таня и принялась громко стучать в дверь родного класса. — Девчонки, пустите. Это я!

Замок щелкнул. Дверь приоткрылась. Из класса выглянула бдительная учительница младших классов, которой сегодня было поручено наблюдать за порядком.

— А-а. Заходи, — пропустила Таню она.

Любопытный Женька попытался заглянуть внутрь. Но учительница с криком: «Пошел отсюда!» — выпихнула его в коридор. Дверь тут же захлопнулась.

— Вот так всегда, — с досадою произнес Женька.

— А ты на что-то другое рассчитывал? — ухмыльнулся Олег.

— Да вообще-то я ни на что не рассчитывал, — честно признался долговязый мальчик и деловито добавил: — Не будем зря терять времени. Пошли переодеваться. Иначе результаты без нас объявят.

И ребята направились в параллельный класс.

Олег первым делом обвел глазами присутствующих. Однако Лешку Пашкова не обнаружил. Правда, удалось выяснить, что он здесь все-таки побывал. Об этом сообщил Борька Савушкин, с трудом натягивающий на свой мощный торс костюм Арлекина.

— Где ты это нарыл? — уставился на него Женька.

— Мать сшила, — безрадостно сообщил Савушкин.

— Кажется, она с размерчиком малость лопухнулась, — придирчиво оглядел Темыч одеяние Савушкина. — Тебе явно мало.

— Да вообще-то тесновато, — признался Савушкин. — А, главное, «молнию» сзади никак не могу застегнуть. Помогите.

Олег, Женька и Темыч кинулись на помощь. Женька рванул вверх «молнию». Ткань затрещала.

— Погоди! — Олег схватил за руку Женьку. — Ведь порвется.

— Да уж. Ты осторожнее, — пропыхтел Савушкин. — Не голому же мне на эту дискотеку идти.

— Голому нельзя, — на полном серьезе изрек рассудительный Темыч. — Чего твоя мать материала-то пожалела?

— Она не пожалела, — помогая Женьке, изо всех сил втягивал живот Савушкин. — Просто мать меня обмерила для выкройки месяц назад. А я с тех пор на тренажере еще подкачался. Вот теперь и тесно.

— Раз подкачался, тогда оставайся в одних трусах и изображай культуриста, — отчаялся справиться с «молнией» Женька. — Встанешь вот так, — принял характерную позу он. — И все девчонки будут твои.

— Вот сейчас тебе двину по морде, тогда узнаешь, — обиделся Савушкин.

— Ай! Не вздумай, — на всякий случай попятился Женька, которому совершенно не хотелось получать по морде.

Олег, пытаясь найти конструктивное решение проблемы, внимательно оглядывал Савушкина.

— Все ясно, — наконец произнес он. — Снимай, Савка, майку. Она слишком толстая.

Борька послушался. Костюм Арлекина с трудом застегнули.

— Только мой тебе совет, — обратился к Борьке с напутствием Темыч. — Особо не шевелись. А то может лопнуть.

Савушкин сказал, что постарается.

— Слушай, — обратился к нему Олег. — Лешка Пашков просто так забегал или переоделся?

— Переоделся, — внес ясность Савушкин. — Физию чем-то белым намазал. Потом парик на башку нахлобучил. И завернулся в длинную черную накидку. Я еще его спрашиваю: «Ты чего, Дракулой будешь?» А он только клыки показал и смылся.

— Какие клыки? — удивились ребята.

— Вампирские, — отвечал Борька. — Небось опять в «Веселых гадостях» приобрел.

— Ясно, — кивнул Олег и начал торопливо переодеваться.

Ему хотелось найти Лешку еще до начала дискотеки. Слишком уж много скопилось к нему вопросов. А, главное, Олег не понимал, почему Пашков явно скрывается от Компании с Большой Спасской.

Пятью минутами позже к актовому залу подошла колоритная группа из четырех человек. Таня в пышной красной юбочке с белым фартучком, в белой же пышной блузке и в черном корсаже. На голове у нее был белоснежный кружевной капор, из-под которого кокетливо выбивались светлые волосы. На ногах — деревянные сабо. Окружали Таню три разновеликих бородатых гнома в разноцветных шапочках с помпончиками, столь же ярких свитерах, поверх которых были надеты огромные воротники из белоснежного полотна, спортивных брюках и резиновых сапогах. Особенно колоритно выглядел Женька. Не ограничившись бородой и усами, он налепил специальную бутафорскую нашлепку и казался теперь одноглазым.

— Слушай! — взмолилась Таня. — Отлепи эту пакость от глаза. А то я как на тебя погляжу, гак вздрагиваю.

— Подумаешь, — махнул рукой Женька.

— Это он нарочно, — вмешался Тема. — Чтобы в отсутствие Наташки никому случайно не понравиться из наших девчонок.

— Не-а. Мне просто так интереснее, — возразил Женька.

— Может, ты и прав, — задумчиво произнес Олег. — Все равно ты со своим ростом на настоящего гнома никак не тянешь. А так хоть какое-то непонятное одноглазое чудовище.

— Ну! — воскликнул Женька.

Они подошли ко входу в зал, когда навстречу им с леденящим кровь жутким хохотом вылетело нечто на колесах. Четверо друзей невольно отпрянули в сторону. В коляске восседал Марат, плотно забинтованный с головы до гипса.

— Испугались? — эффектно затормозил перед ребятами он.

— Ну, ты даешь! — хором воскликнули они. — Прямо человек-невидимка из Герберта Уэллса.

— Понравилось, да? — вышел из зала мужественный Олесь Убейволк.

— Класс! — одобрил Женька. — Как тебе, Марат, удалось так забинтоваться? Вон, даже глаз почти не видно.

— Это все Олесь, — повернулось забинтованное существо к старшему охраннику отца.

— Ну, — кивнул тот. — Малец попросил меня, чтобы в натуре оригинально вышло. Я и оформил его.

— Замечательно, — вновь похвалили ребята.

— Все хорошо, кроме одного, — не мог обойтись без критики Темыч. — Слишком все белое. Для настоящего эффекта нужно хоть одно цветовое пятно.

— Во! — хлопнул Темыча по плечу Женька. — Раз бинты, значит, где-то должна кровь проступить. Ща побегу в учительскую, достану красных чернил, и тебя, Маратка, слегка ими польем.

— Только не кровь! — с суеверным ужасом воскликнул Убейволк. — Примета плохая.

— Почему? — не знали такой приметы остальные.

— Настоящую кровь можно накликать, — мрачно изрек Олесь. — Пусть остается белый.

— Нет. Погодите! — вмешалась Таня. — Я сейчас.

Она убежала и почти тут же вернулась с длинной зеленого цвета лентой.

— Вот. Тебе, Марат, очень пойдет. И Таня завязала на шее Ахметова огромный бант.

— Чума! — впал в неистовый восторг Женька. — Человек-невидимка с бабочкой!

— Смотрится хорошо, — на сей раз остался доволен Олесь Убейволк. — Ой, ребята! — хлопнул себя по лбу он. — Побегу в кабинет директора. Там мой Хамзяич сидит отдыхает. Надо его заблаговременно предупредить, что бинты на мальце — это чисто шутка. Иначе еще подумает…

— Вот, вот, — понял опасения охранника Темыч. — Решит Хамитяй Хамзяевич, что Марат совсем развалился.

Олесь побежал на первый этаж. Гномы и Белоснежка обратились к человеку-невидимке:

— Ты Лешку Пашкова не видел?

— Да кто их теперь там разберет, — ответило забинтованное существо. — Сами поглядите в зал.

Ребята заглянули. Кого только там не было! Мушкетеры и кошки. Зайцы и Золушки. Пираты и индейцы. Один ангел. Две смерти с картонными косами. Три черта с рожками и хвостами. Одна корова, явно состоящая из двух человек, которые никак не могли синхронизировать движения, в результате чего «парнокопытное» беспомощно топталось на месте. Фауна была представлена также длиннющим зеленым крокодилом. Мышью, превышающей размером крокодила. И наконец, большим двуногим существом неопределенного рода и вида. Как сказал Женька, «это, кажется, нечто среднее между Чебурашкой и бегемотом». Правда, один из чертей, оказавшихся рядом, объяснил, что на самом деле это слон. Но Женька все равно остался при своем мнении.

— Ну, и где здесь Пашков? — спросил Марат.

— Кажется, Лешки здесь нет, — еще раз окинул взглядом зал, откуда успели во время перерыва вынести стулья, Олег. — Он должен изображать графа Дракулу.

— Тогда я видел, — отчетливо вспомнилось Марату. — Минут за пять до вас пронесся через весь зал и исчез за кулисами. Только я нипочем бы не узнал нашего Лешку.

— Можно подумать, ты остальных сегодня узнаешь, — хмыкнул Темыч.

— Ну, тех, кто без масок, еще узнаю, — отозвался Марат.

— А кто у нас в корове? — полюбопытствовал Женька.

— Два отморозка из одиннадцатого «А», — оказался в курсе Марат.

— Откуда тебе известно? — удивилась Таня.

— Случайно, — захохотал Марат. — Эти два чудика пытались в своей корове подняться по лестнице. А тут… — Марат выдержал выразительную паузу. — Тут как раз Алевтина нарисовалась. Ей бы это животное обойти. Но Алевтина, сами знаете, всегда приключений ищет.

— И что, корова ее забодала? — радостно воскликнул Женька.

— Да скорей затоптала, — уточнил Марат. — Эти два отморозка даже по ровному месту как следует ходить не научились. А тут, сами понимаете, лестница. В общем, ребята в ногах запутались, и кубарем по ступенечкам вниз. Ну, и химичка наша, естественно, вместе с ними. А она же ведь тихо не может. Орет: «Караул! Спасите!» И чего, спрашивается, зря вопить? В таких случаях группироваться надо.

— Тебе виднее, — многозначительно глянула Таня на загипсованные ноги Марата.

— Так я как раз тогда и не группировался, — отвечал тот. — Вот через это теперь и мучаюсь.

— А химичка? — спросили ребята.

— Арсений с Романом спасли, — продолжал Ахметов. — Роман прямо на свою грудь Алевтину принял. Арсений корову остановил. А тут как раз Олесь прет снизу. Ну, они втроем корову от Алевтины отпутали. И, естественно, этих двух отморозков из коровы вытащили. Поэтому я теперь знаю, кто это.

— Алевтина цела? — вновь поинтересовались ребята.

— Цела, — подтвердил Марат. — Даже ни разу в обморок не упала. И за спасение благодарила Олеся.

— Явный прогресс, — с изумлением проговорил Олег.

— Это, милый мой, не прогресс, — тронула его за руку Таня. — Это совсем другое.

— Чего другое? — вытаращился на нее Женька. — Алевтина у нас от каждого таракана в обморок падает.

— Но ведь тараканов там не было, — многозначительно произнесла Таня.

В этот момент Олег увидал Лешку Пашкова в костюме Дракулы.

— Эй! — окликнули его ребята. — Погоди. Лешка обернулся, затем вдруг махнул рукой и бросился наутек.

Глава VI

ДРАКУЛА, ГНОМЫ, ТРОЛЛИ И ДЕВУШКА АЛИНА

Олег бросился было за Лешкой вдогонку, но потом вернулся к друзьям. В конце концов Пашкову никуда от них не деться. А поговорить с ним можно и позже.

— Видели? — посмотрел на остальных Олег.

— Да уж, — растерянно проговорила Таня.

— И чего это он от нас бегает? — пожал плечами Женька. — Раньше такого никогда не бывало.

— Раньше многого не бывало, — многозначительно произнес Тема. — Но вообще-то, — взглянул на часы он, — мне пора.

— Куда? — уставился на него Женька. — Сейчас ведь объявлять будут!

— Полагаю, что к этому времени я уже буду в зале, — и Темыч, даже не обернувшись, побежал вниз по лестнице.

— Вы мне можете объяснить, что сегодня со всеми происходит? — осведомился Олег. — Пашков от нас скрывается. А Темка куда-то смылся как раз в тот момент, когда, в частности, решается судьба его дорогой Катьки.

— Наверное, просто сегодня расклад такой, — хохотнул в своей инвалидной коляске «человек-невидимка». — Началось со Светланы, а теперь и остальные сбрендили.

— Мы не сбрендили! — воскликнул Женька. — Из всех нас только Пашков и Темыч чудят.

— Еще не вечер, — раздалось из-под бинтов. — То ли еще будет.

— Ты чего, Маратка, теперь у нас вместо Темыча? — посмотрела на него Таня. — Сердце у тебя случайно ничего не чует?

— Чует! Чует! — загробным голосом отозвался «человек-невидимка». — Не к добру все это.

— Ну тебя, — отмахнулась Таня. — Слушайте, — перевела она взгляд на Олега и Женьку. — Может, пойдем к Машке и Катьке? Надо ведь их поддержать.

— Уже пытался, — сообщил Ахметов. — Не пускают. Там англичанка и географичка торчат возле двери. Они сказали: «Вот результаты объявят, тогда и увидитесь. А сейчас девочкам отдохнуть надо».

— Ничего не поделаешь, — сказала Таня.

В следующий миг друзья от неожиданности едва не подпрыгнули. Над их головами разнеслись оглушительные трели школьного звонка.

— Они чего, обалдели? — покрутил пальцем возле виска Женька.

— Почему обалдели? — переспросил Марат. — Это Арсений народ собирает в зал. А то половина наверняка разбрелась по школе.

В зал и впрямь потянулся народ. Голос Арсения сообщил по школьному радио:

— Внимание! Внимание! Ровно через пять минут состоится торжественное объявление результатов конкурса с последующим вручением призов!

Все, кто еще не успел войти, заторопились.

— Нам тоже пора, — поманил за собою друзей Олег.

— А Темка-то где? — озирался по сторонам Женька.

— У него, видать, дела, — отвечал «человек-невидимка». — Вернется. Куда ему деться от Катерины.

— Действительно, — согласились остальные и пошли в зал.

Там уже было полно народу. А так как теперь зрители не сидели, а стояли, то увидеть сзади, что творится на сцене, было совсем не легко. Один лишь долговязый Женька не испытывал никаких трудностей. Роста в нем было почти два метра, и голова его возвышалась над присутствующими. Однако именно он стал с большим воодушевлением пробиваться вперед.

В качестве тарана Женька использовал Марата на инвалидной коляске.

— Пропустите инвалида! Пропустите инвалида! — вопил на весь зал долговязый мальчик.

Марат усиленно давил на кнопку сигнала. Звук тоже получался громким.

Отдавив с десяток ног, эти двое проложили путь остальным к сцене.

— Ну, теперь всем видно? — тоном победителя осведомился Женька.

— Молодцы вы с Маратом, — похвалила Таня.

Арсений, по-военному печатая шаг, вышел на сцену.

— Начинаем! — воскликнул он. — Тихо!

Гул в зале смолк.

— Поприветствуем кандидаток аплодисментами! — продолжал заместитель директора.

Аплодисменты не заставили себя ждать. Откуда-то сбоку послышались труба и трещотки группы поддержки Школьниковой. Компания с Большой Спасской переглянулась: Лешка явно не дремал. Видимо, он каким-то образом умудрился не только проникнуть в зал, но и отдать соответствующие указания группе поддержки. «Тем лучше, — подумалось Олегу. — Во время дискотеки я Лешку поймаю. Вот тогда мы и поговорим».

Странное поведение Пашкова все сильнее тревожило Олега. «Почему он избегает нас? — размышлял мальчик. — Всегда держимся вместе, а тут… Чушь какая-то… И про группу поддержки ничего нам не рассказал. Ладно еще, от Машки скрыл. Но от нас-то зачем? Наоборот, мы, если бы знали, то помогли…»

Дальнейшим размышлениям Олега помешал выход кандидаток на сцену. Тролли, золушки и представители разнообразной флоры и фауны захлопали громче прежнего. Участницы конкурса в который раз за сегодняшний вечер образовали полукруг. По их застывшим улыбкам было видно: они ужасно волнуются.

— Наверное, Темыч прибился к Пашкову, — предположила Таня.

— И ни фига! — громким голосом отозвался Женька. — Вы глядите! Глядите!

— Куда? — начала озираться Таня.

— Туда! — ткнул пальцем в сторону выхода Женька.

— Ничего не вижу, — продолжала вертеть головой Таня.

— Да вон! Вон! — уже весь извелся Женька. — Где наш Темка такое нарыл?

— Что нарыл? — не поняли Олег и Таня.

Марату и вовсе ничего не было видно из его коляски. И он поневоле задумался о тяжкой роли «временного инвалида».

— Как чего нарыл? — исторг новое восклицание Женька. — Девушку!

Олег и Таня наконец разглядели Тему и разом охнули. Подле него стояла высоченная, коротко стриженная девица, примерно их возраста, а ростом никак не меньше Женьки. Голова Темыча едва достигала ее плеча.

— Да нет, Женька, это чужая девушка, — сказал Олег. — Видимо, они просто случайно рядом стоят.

— Как же, случайно! — От избытка чувств Женька несколько раз подпрыгнул на месте. — Глядите, как они воркуют.

К немалому изумлению Олега и Тани, девица склонилась к Темке и начала что-то ему говорить. Тот, важно надув щеки, что-то произнес в ответ.

— Кто бы мог подумать! — выдохнула Таня.

— Чего там такое? — живо заинтересовался Ахметов.

— Темка подругу на вечер припер! — громким голосом сообщил Женька.

— Симпатичную? — «Человек-невидимка» попытался подняться в кресле, но у него ничего не вышло.

— Вообще-то нормальная, — кинул оценивающий взгляд на девицу Женька. — Но для Темки несколько длинновата.

— Несколько — чересчур мягко сказано, — усмехнулся Олег.

— Господи! — охнула Таня. — По-моему, сегодня и впрямь все сошли с ума. Олег, ты знал?

— Про девицу? — переспросил тот. Таня кивнула.

— Не знал, — внес ясность Олег.

— Ну, Темка у нас донжуан! — расхохотался Женька. — На конкурсе агитировал за Катьку, а для танцев другую себе привел.

— Я считаю, это с его стороны подло, — возмутилась Таня.

— А, по-моему, нормально, — проявил мужскую солидарность Женька. — Катька все равно Темыча…

Он хотел добавить, что Катя никогда не воспринимала Тему всерьез и вообще ей на него глубоко наплевать, но тут в колонках послышался громкий голос Арсения Владимировича:

— Тишина!

Публика разом умолкла. Все взоры были прикованы к сцене. На ней, кроме девушек и Арсения, сейчас стояли Михаил Петрович, Андрей Станиславович и спонсоры.

— Слово по результатам предоставляется Михаилу Петровичу! — объявил Арсений Владимирович.

Директор две тысячи первой школы взял в руки микрофон.

— Скрупулезный и беспристрастный подсчет бюллетеней выявил следующее.

Михаил Петрович на мгновение умолк. Лица кандидаток побледнели.

— Третье место, — продолжил директор, — и титул второй принцессы с вручением мини-телевизора присуждается ученице одиннадцатого «А» класса Елене Пилявской!

— Та-ак, — с ужасом проговорила Таня. — Третьего места у Машки точно нету. Боюсь, она вообще пролетела. Если еще Дуська что-нибудь завоюет, то я, ребята, нам не завидую.

— Так Катька ведь должна ее там отвлечь, — вспомнилось Женьке.

— Сомневаюсь, что ей это удастся, — указал на сцену Олег.

Катя находилась достаточно далеко от Моей Длины, а Дуська Смирнова, по меткому замечанию Марата, «в опасной близости».

Впрочем, пока опасения трех друзей были по крайней мере преждевременны. После того как спонсоры вручили Пилявской приз, соперницы кинулись поздравлять ее. Машка радостно улыбнулась и подняла вверх большой палец. Таким образом она показала, что Ленкина победа ничуть ее не затрагивает.

— Второе место и титул первой принцессы с вручением музыкального центра, — объявил Михаил Петрович, — присуждается ученице десятого класса «Б»… — Михаил Петрович вновь выдержал паузу, и она, по мнению Тани, Олега и Женьки, слишком уж затянулась.

«Что же? — одновременно пронеслось у них в головах — неужели Дуська?»

— Марии Школьниковой! — провозгласил директор.

Группа поддержки пришла в неистовство. Лешка Пашков, взобравшись на плечи брата Сашка, бурно размахивал флагом, на котором крупными буквами значилось всего одно слово: «Школьникова». Моя Длина сияла.

— Ну, слава богу! — улыбнулась Таня. — Первое место Дуська уж точно не получит. Только вот Катьку жалко.

— В таких случаях чем-то всегда приходится жертвовать, — проговорил из-под своих бинтов Марат.

— Катька не что-то, а человек, — обиделась за подругу Таня.

— Все равно, — стоял на своем Марат. — Ей этот конкурс, в принципе, по барабану. А вот Моя Длина, если бы проиграла, с катушек свинтилась.

На это у Тани возражений не нашлось.

Машка, сияя, приняла из рук Хамитяя Хдмзяевича огромный букет роз. На сцену вынесли музыкальный центр и поставили его рядом с первой принцессой. Группа поддержки взревела. Все соперницы, кроме Дуськи Смирновой, кинулись поздравлять Школьни-кову. Смирнова демонстративно не двинулась с места.

— Прошу слова! — воскликнула новоиспеченная первая принцесса.

— Ти-ши-на! — грянул командным голосом Арсений Владимирович. Зал повиновался.

— Во-первых, — начала Школьникова. — Спасибо за оказанное доверие! Постараюсь оправдать, — и обернувшись, она окинула победоносным взглядом Дуську Смирнову. — А, во-вторых, я хочу передать свой приз родной школе!

— Спасибо, — увлажнились глаза у Арсения Владимировича.

— Эх, — в сердцах махнул рукой Женька. — Лучше бы мне подарила. А то мой музыкальный центр диск сожрал и уже неделю обратно не выдает.

— Видимо, Женька, он от тебя заразился нездоровым аппетитом, — усмехнулся Олег.

— Это очень ценный подарок для нашей школы, — тем временем продолжал Арсений Владимирович. — Похлопаем первой принцессе.

Публика начала аплодировать. Вдруг сквозь шум рукоплесканий раздался отчетливый возглас:

— Ну, естественно! Место первой принцессы получили, за это можно и призом пожертвовать!

Таня, Олег и Женька обернулись на знакомый голос. Он явно принадлежал Вадику Богданову. Но пойди распознай его в переодетой толпе.

— Где этот гад? — вертелся Женька.

— Кажется, там, — указала Таня на группу в масках троллей.

Словно бы по заказу, один из троллей выкрикнул голосом верной «шестерки» Богданова — Вовки Бочкарева:

— Принцесса первая липовая!

— Значит, Танька, говоришь, они теперь тролли? — голосом, не предвещающим ничего хорошего, произнес Марат Ахметов. — Тролли так тролли, — угрожающе продолжал он. — Сейчас мы будем им козью морду делать. Только, Танька, отодвинься немного, а то мне тут не развернуться.

— Спятил? — вмешался Олег. — Ты и так у нас уже почти весь переломанный.

— Во-первых, — потряс в воздухе мощными кулаками Марат, — это у меня в полном порядке. А потом, — похлопал он по коляске. — Броня крепка, и танки наши быстры.

— Только, Марат, не сейчас, — вцепилась в спинку коляски Таня. — Весь вечер ведь испортишь.

— Ну, конечно! — заспорил Ахметов. — Этим вонючим троллям вечер портить можно, а мне1 нельзя.

— На то они и вонючие тролли, — сказал Олег. — Такова их сущность. А мы им не будем уподобляться.

— Уподобляться не будем, — на сей раз согласился Марат. — Но по морде этому гаду Богданову я все-таки врежу.

— Врежешь, врежешь, — похлопал «человека-невидимку» по забинтованному плечу Олег. — Но всему свое время. Пусть сперва королеву объявят.

— Уговорил, — с неохотою подчинился Марат.

— Звание королевы, — начал Арсений Владимирович, — и первый приз с вручением персонального компьютера присуждается ученице одиннадцатого класса «Б» Лесковой Жанне!

Жанна вышла из круга. Под шквал аплодисментов ей вручили огромную корзину цветов, а затем подкатили на тележке коробки с составными частями компьютера. Школьникова и Лена Пилявская обняли с двух сторон Жанну. Впрочем, Моя Длина одними объятиями не ограничилась и оглушительно проорала:

— Виват, королева! Знай наших!

Произнося последнюю фразу, Школьнико-ва за спиной у королевы показала фигу Дусь-ке Смирновой. Дуська вспыхнула. Лицо ее исказила гримаса ярости. Именно в этот момент из стана троллей послышалось:

— А чего, у этой Лесковой тоже кто-нибудь спонсор?

— Ну, все, — глухо изрек из-под своих бинтов «человек-невидимка». — Дорогу мне! Дорогу!

Олег и Таня было вцепились с обеих сторон в коляску, но куда там! Марат рвался в бой.

— Не мешайте, — бросил он друзьям и нажал на кнопку.

Коляска вместе с седоком полным ходом устремилась прямо на троллей. Олег едва успел отпрыгнуть. Иначе он попал бы под колеса. Марат на ходу вновь проорал что-то про «вонючих троллей» и «козью морду». Женька, издав воинственный клич, последовал за Маратом. Миг — и коляска врезалась в группу троллей.

— Богданов! Снимай живо маску! — с визгом затормозил Марат. — Хочу тебя видеть! А то вдруг кому-нибудь не тому съезжу по морде! А я сейчас болен. Мне силы зря тратить врачи запретили!

Вадик, однако, снимать маску не торопился. Он вообще всегда уходил от открытых столкновений, предпочитая действовать исподтишка.

— Кому говорю, снимай, тролль вонючий! — повторил Ахметов.

— С инвалидами не связываемся, — раздался в ответ голос Вовки Бочкарева. — Или ты, Ахметов, еще что-нибудь хочешь сломать?

— Я вот тебе сейчас сломаю! — словно из-под земли возник за спиной у Марата мужественный Олесь Убейволк.

— Олесь, не надо, — возмутился Марат. — Это сугубо личное дело.

— Сугубо личное будет, когда кости срастутся, — невозмутимо отреагировал охранник.

— Зря ты так, Олесь, — отвечал Ахметов. — С этими я безо всяких костей справлюсь.

Он повернулся, чтобы возобновить атаку, однако троллей и след простыл. Они растворились в толпе.

— Эх, Олесь, такой разговор содержательный мог получиться, — огорчился Марат. — А ты вот испортил.

Марат развернул коляску и вновь подъехал к друзьям. То же самое сделал и Женька. Победительниц конкурса усадили на импровизированные троны. Остальным стали вручать поощрительные призы из магазинов французской парфюмерии и косметики, принадлежавших Зинаиде Николаевне Школьниковой. Затем Ахметов-старший попросил слова для заключительной речи.

— Победили достойные, — сказал он. — Но вообще все девушки у нас тут — красавицы и умницы, — обвел он вальяжным жестом полукруг участниц. — Так что хочу всех поздравить с наступающим Новым годом и пожелать счастья, добра и благополучия. А тем, кто в этом году заканчивает одиннадцатый класс, желаю как можно быстрее найти свою дорогу в жизни!

Зал похлопал. Микрофон взял Михаил Петрович:

— Но это еще не все. Дирекция нашей школы учредила приз-сюрприз за самый оригинальный маскарадный костюм. Выбор победителя предоставляется нашей дорогой королеве. Она и будет вручать приз.

— У тебя все, Петрович? — осведомился у своего непосредственного начальства Арсений Владимирович.

— Да, — подтвердил директор.

— Тогда вольно! — грянул Арсений. — Начинаем дискотеку!

Победительницы и побежденные, помахав руками зрителям, удалились за кулисы.

— Пошли, — двинулась по направлению к сцене Таня. — Надо Машку поздравить и Катьку найти.

— И Пашкова, — не оставлял надежды поговорить с ним Олег.

— За кулисы нас все равно не пустят, — сказал Марат. — А Пашков — вот он.

Лешка и впрямь пробивался к ребятам. Лицо его разрумянилось. Глаза сияли.

— Ну! — растянулся у него рот в широкой улыбке. — Видали? А вы боялись.

— Откуда ж нам было знать, что ты так подготовишься, — многозначительно произнес Олег.

— Сашок молоток, — ничуть не смутили его слова Лешку. — Хорошо вместе с Санькой и Ромкой сработали.

— По-моему, не только они, — не сводила с Лешки глаз Таня.

— Естественно, не без этого, — вновь широко улыбнулся Пашков.

— Вот именно, не без этого, — покачал головой Олег. — Наши маленькие хитрости.

— Ты о чем? — насторожился Лешка. — Если ты крысу имеешь в виду, то она не моя.

— Ну, конечно же, не твоя, — продолжал Олег.

— Честно вам говорю, ребята! — воскликнул Лешка. — На фига мне от вас-то скрывать. Эта крыса совершенно не входила в мои расчеты.

— А что входило? — уставились на него друзья.

— Вообще интересно бы знать, как она появилась среди конфетти, — добавил Олег. — И куда потом исчезла?

— Исчезла? — похлопал глазами Пашков. — Ее же вроде Андрей со сцены унес.

— Унести-то унес, — тихо произнесла Таня. — Только потом там, куда он ее унес, ничего не нашли.

— Ну, да? — похоже, еще сильней изумился Лешка.

— Именно, — жестко проговорил Олег. — Полагаю, ты, Лешка, лучше других должен знать, что с крысой потом случилось.

— Я? Ну-у… — протянул Пашков.

— Знакомьтесь, — подошел в это время к ребятам Темыч. — Это Алина, — указал он взглядом на свою высокую спутницу.

— Очень приятно, — с церемонным видом сказала Алина и с большим интересом покосилась на Женьку.

— Это Олег, — начал по очереди тыкать пальцем в друзей Темыч. — Это Таня. Это Женька. Это Марат.

Алина кинула испуганный взгляд на «человека-невидимку».

— Что это с ним? У него маскарадный костюм или…

— И то и другое! — расхохотался из-под бинтов Марат. — Ноги сломаны. А все остальное для маскарада.

— Ясно, — успокоило его объяснение

Алину.

— А это Лешка, — Темыч повернулся туда, где только что стоял Пашков, но того и след простыл. — Нет. Лешка куда-то делся — вынужден был констатировать Тема.

— Очень странно, — вырвалось у Олега.

— Да уж, — подхватила Таня. — Что-то Лешка сегодня не очень хочет с нами общаться.

— Ой! Вон Катька и Моя Длина! — проорал Женька. — Пошли поздравлять!

— Вперед, — двинулся на коляске к девчонкам Марат Ахметов. — Виват, первой принцессе! — прокричал он.

— Салют, мальчики-девочки! — помахала друзьям рукой Моя Длина.

Ребята начали поздравлять ее.

— А, между прочим, ты, Катька, тоже была молодцом! — воскликнул Женька.

— Я просто с Машкой за компанию, — фыркнула та.

— Знакомьтесь, это, между прочим, Алина, — неожиданно объявил Темыч. — А это Маша Школьникова. Она второе место заняла. А это — Катька.

Катя, опешив, какое-то время немо взирала на Алину.

— Очень приятно, — кивнула ей та. — Классный у вас получился вечер. Жаль, я не видела конкурса.

— Тема, — повернулась к нему Таня. — Что же ты Алину не пригласил на конкурс?

— Он приглашал, — внесла ясность Алина. — Но у меня по времени не получалось.

— Кстати, Маратик, — сказала Моя Длина. — Костюмчик у тебя, зашибись-умри. Кто придумал-то?

— Сам, — коротко отозвался Ахметов.

— Могут иногда «новые русские»! — хохотнула Моя Длина.

— Можем, ваше величество! — насколько позволяли бинты, отвесил ей шутовской поклон Ахметов. — Кстати, — внимательно оглядел он зал, — вонючие тролли-то так и ушли.

— Именно! — подтвердила Моя Длина. — Вместе со своей любимой Дусенькой коллективно из школы слиняли.

— Не умеем проигрывать, — нараспев произнесла Катя.

— Меньше народа, больше кислорода, — радостно заявил Женька.

— Эй! — подбежал запыхавшийся Пашков.

— Расслабься, Ребенок, — посоветовала Моя Длина. — Все трудности уже позади.

Олег и Таня переглянулись. Их обоих заинтересовало, какие трудности имеют в виду Машка и Лешка?

— А Андрей-то уехал! — с волнением выдохнул Лешка.

— Куда? — спросили хором остальные.

— Если бы знать, — развел руками Пашков. — Я вниз спускался. Вдруг вижу — Андрей одетый из школы выходит. Я к окну. А во дворе Василенко с машиной стоит. Они оба сели в нее и уехали.

— Может, Светлана нашлась? — с надеждою произнесла Таня.

— Если нашли, Арсений должен быть в курсе, — сообразила Моя Длина.

— Тогда давайте поищем его, — предложил Женька.

— Пошли, — согласились остальные. Только Марат сказал:

— А я, пожалуй, вас тут подожду.

— И это правильно, — одобрила его решение Моя Длина. — А то еще ненароком снова сломаешься.

Все, кроме Ахметова, направились за кулисы.

— А кто такой Арсений? — полюбопытствовала Алина.

— Наш заместитель директора по хозяйственной части, — с важным видом принялся объяснять ей Темыч. — Он должен быть в курсе, что с нашей математичкой Светланой.

— А что с ней такое? — естественно, ничего не знала Алина.

— Исчезла в неизвестном направлении, — объявил Женька. — А вообще, она — невеста Андрея Станиславовича. Если найдется, то они после Нового года поженятся.

— А Андрей Станиславович — это кто? — жаждала все узнать Алина.

— Не многовато ли вопросов для первого раза? — словно бы ни к кому не обращаясь, спросила Катя.

Алина кинула на нее удивленный взгляд.

— Тема, — нагнулась к своему невысокому кавалеру она. — Может, пусть они идут, а мы пока потанцуем?

— Кто-то может и потанцевать, — исполненным сарказма голосом произнесла Катя, — а этот, — указала она на Темыча, — пойдет вместе с нами.

— Кто-то может не командовать, — мигом восстал против такой тирании Тема. — Алина — моя гостья. Дела наши ее не касаются. И я одну ее не оставлю. А всей толпой бежать за Арсением элементарно глупо. Найдете — тогда расскажете.

И, схватив Алину за руку, он поволок ее в центр зала.

— Откуда наш Темочка взял это чудо природы? — проводила их взглядом Катя.

— Понятия не имею, — пожала плечами Таня.

— Просто взял и привел, — добавил Женька.

— Вопрос, откуда? — с каким-то странным видом произнесла Катя. — Ребята, он вам про эту вешалку ничего не рассказывал?

— Не-а, — покачал головой Женька. — Молчал, как партизан.

— Ясненько, ясненько, — протянула Катя и умолкла.

Чувствовала она себя не слишком хорошо. Чтобы Темыч поступил подобным образом, да еще на их новогоднем вечере… Такого Катя никак не ожидала.

— Не грусти, подруга, — разгадала ее состояние Моя Длина. — Микроспора это сделал специально. Чтобы ты обратила на него внимание.

— Было бы на что обращать, — с презрением фыркнула Катя. — Ладно, ребята. Пошли к Арсению. А то весь вечер без нас пройдет.

За кулисами Арсения не оказалось. Учительница из младших классов сказала, что он спустился вместе со спонсорами в кабинет Михаила Петровича. Однако, добравшись до первого этажа, ребята и в кабинете директора никого не застали.

— Слушайте, — обратился к друзьям Олег. — Мы так и впрямь за ним весь вечер пробегаем. Предлагаю дождаться, пока Арсений поднимется в зал. Он все равно будет следить за порядком. Так что давайте хоть ненадолго расслабимся и попрыгаем.

— Во! — первым кинулся наверх Женька. Зал теперь освещался лишь огнями огромной елки, стоявшей в углу.

— Ка-акой инти-им, — загробным голосом изрек Пашков.

Катя, глянув на Лешку, взвизгнула. Остальные остолбенели. Изо рта у Пашкова торчали длинные фосфоресцирующие клыки. На подбородке алели капли крови.

— Господи! — выдохнула Таня. — Как ты меня напугал.

— Мы — Двакулы, — прокартавил Лешка, которому лишние зубы мешали правильно говорить. — А фубки наши из мавазина «Ве-фелые гадофти».

— Молодец! Замогильно, Ребенок! — одобрила первая принцесса.

— Лучший комплимент для нашего дорогого Дракулы, — прыснула Катя.

— А потому, дорогая принцесса, — уже несколько свыкся с лишними зубами Пашков, — позвольте вас пригласить на наш вампирский танец.

И «граф Дракула» потянулся к шее первой принцессы с явным намерением напиться ее благородной крови.

— Ребенок, не перебарщивай, — резко отпихнула его Моя Длина. — Знай меру и не буди во мне зверя.

— Машка, не надо! Я пошутил! — враз стушевался вампир. — Пойдем потанцуем.

— Уговорил, — согласилась Моя Длина.

Все пошли танцевать.

Час спустя в зале вспыхнул свет. Ди-джей Вася Мурмулев объявил короткий перерыв. Девочки, оставив Олега, Лешку и Женьку, отправились, как изящно выразилась Моя Длина, «поправить макияж». Когда они возвратились, свет уже вновь погасили. В зале звучала медленная музыка. А мальчиков нигде не было видно.

— Куда они делись? — удивленно произнесла Таня.

— Похоже, мужики воспользовались моментом, — с бывалым видом охарактеризовала ситуацию Моя Длина. — О-о! — вгляделась она в полумрак зала. — Кажется, это наш Олежка. А с ним… Ой-ой-ой, Танька! С ним Регина Беликова из десятого «А».

— Подумаешь, — изобразила спокойствие Таня. — Пусть потанцуют.

— Они не только танцуют, они разговаривают, — сообщила новую подробность Моя Длина.

— А я, между прочим, вижу нашего дорогого графа Дракулу, — вкрадчиво проговорила Катя. — Кажется, он тебя, Машка, променял на вторую принцессу.

— Пущай развлекается, — с искренним равнодушием отмахнулась Моя Длина. — Ленка Пилявская мне не конкурент.

Потом девочки разглядели Женьку. Он увлеченно танцевал с Алиной. Темыча рядом не наблюдалось.

Посреди зала отплясывала совершенно не в ритм музыки корова. От ее неуклюжих ног уворачивался крокодил. А рядом с крокодилом выделывал какие-то немыслимые пируэты на своей коляске Марат Ахметов. Его перебинтованное туловище хорошо было видно даже в полумраке.

Музыка кончилась. Однако Олег, кажется, не спешил расставаться с Региной Беликовой. Отойдя к занавешенному тяжелой портьерой окну, они продолжали о чем-то беседовать.

— Танька, тебе надо принимать меры, — вновь принялась давать советы Моя Длина.

— И не подумаю, — поджала губы Таня.

— Мое дело предупредить, — откликнулась Школьникова.

— А-а, вот вы где, — подошли к девочкам Женька, Лешка и Алина.

Олег по-прежнему был увлечен разговором. Казалось, он совершенно не помнил, что его ждут друзья.

Глава VII

ОТКУДА ВЗЯЛСЯ ДЕД МОРОЗ?

Таня не знала, что и подумать. Олег даже не смотрел в ее сторону.

— Ты лучше туда глянь, — отвлек Таню от созерцания Олега и Регины громкий возглас Моей Длины.

Таня повернулась и тихо охнула. Мужественный Олесь Убейволк танцевал с химичкой. Его испещренное шрамами лицо приняло сейчас даже какое-то лирическое выражение. А обычно кислая Алевтина просто сияла.

— Ну, кто бы мог подумать, — вкрадчиво произнесла Катя.

— Это только доказывает, что все кому-нибудь нравятся, — философски изрек уже прибившийся к своей компании Темыч.

— Пожалуй, Темочка, ты прав, — смерила Катя ироничным взглядом его и рослую Алину.

В это время огромная мышь, подкравшись к Алевтине Борисовне, бабахнула хлопушкой прямо у нее над ухом. Химичка пронзительно взвизгнула и повисла на руках Убейволка.

— Алечка, что с тобой? — перекрывая громкую музыку, возопил старший охранник Хамитяя Хамзяевича.

Подхватив безжизненное тело химички на руки, он поспешил к Компании с Большой Спасской:

— Ребята, где у вас тут медпункт? — осведомился он. — Нужна срочная помощь.

— Медпункт внизу, — услужливо сообщил Женька. — Но он сейчас не работает. Да вы, Олесь, не волнуйтесь. С Алевтиной Борисовной часто такое случается. Сейчас принесу водички, ливанем, и порядок.

Долговязый мальчик исчез и мигом возвратился с каким-то странным керамическим сосудом.

— Ща!

Женька хотел вылить всю воду на голову химичке, но Катя, вырвав у него из рук глиняный сосуд, лишь немного побрызгала Алевтине на щеки. Химичка открыла глаза и, обхватив за шею мужественного Убейволка, осведомилась:

— Олесь, что со мной было?

— Ничего страшного, Алечка, — к полному изумлению присутствующих, принялся сюсюкать Убейволк. — Вот мы пойдем туда посидим, а после снова потанцуем.

И он увлек химичку к стоявшим вдоль стены банкеткам.

— Нд-а-а, — только и протянула Катя.

— Где ты взял этот горшок? — с грозным видом наседала Моя Длина на Женьку.

— Да одну икебану там выкинул, а в горшок воды налил, — не собирался скрывать Женька.

— Икебану? — замахнулась на него Школьникова. — Мы, значит, старались, делали, а ты выкинул?

— Но химичку-то надо было спасать, — уворачиваясь от Машкиного кулака, продолжал Женька. — А икебан там и без того до фига.

— Вот я тебе сейчас дам! — продолжала наступать Машка.

— Что у вас тут происходит? — наконец вернулся к друзьям Олег.

— Алевтине было плохо! — выкрикнул Женька. — Я воды ей принес. Пришлось икебану выкинуть! По-моему, я выкинул Дуськину.

— Ах, Дуськину, — мигом опустила кулаки Школьникова. — Так сразу бы и сказал. Хотя, — с усилием выдавила из себя она. — Все равно нехорошо. Дуська тоже старалась.

— Ну ты даешь, Машка! — расхохотался Женька.

— Слушайте, — очень серьезно проговорил Олег. — Кажется, я напал на Светланин след.

— Теперь это у нас так называется, — фыркнула Катя. — А мне-то, глупенькой, показалось, что ты напал на след Регины Беликовой.

Олег даже бровью не повел.

— Машка, где у тебя мобильный? — обратился к Моей Длине он. — Может, Андрей уже дома, попытаюсь ему дозвониться. Если Светлану еще не нашли, то я должен срочно ему рассказать.

— Что рассказать? — навис над Олегом любопытный Женька.

— Машка, где телефон? — повторил Олег.

— Там, за кулисами, — отвечала она. — Сейчас принесу. Только, чур, без меня не рассказывай.

— Не буду, — пообещал Олег.

— Что ты узнал? — не унимался Женька.

— Ты слышал? — повысил голос Олег. — Машка просила без нее не рассказывать. Имей терпение.

Школьникова, придерживая длинный подол роскошного бального платья, уже неслась обратно.

— Держи, — протянула она телефон Олегу.

— Теперь рассказывай! — потребовал Женька.

— Действительно, не томи, — подхватил Лешка Пашков.

— Сейчас все узнаете, — и Олег набрал номер Андрея Станиславовича.

Тот моментально поднял трубку.

— Светлана?

— Нет, — вынужден был разочаровать его Олег. — Андрей Станиславович, есть какие-нибудь новости?

— Ах, это ты, — послышалось разочарование в голосе классного. — Новостей никаких. Но, знаешь ли, мне сейчас не хотелось бы занимать телефон. Вдруг она все-таки позвонит. Так что…

— Андрей Станиславович, — перебил Олег. — Я понимаю, но, по-моему, это важно.

— Что важно? — насторожился учитель.

— Мне тут Регина Беликова сказала, — перешел на скороговорку мальчик. — Она видела Светлану Сергеевну.

— Когда? — переспросил классный руководитель.

— Насколько я понимаю, где-то за час до начала вечера. Регина как раз шла в школу. Она ведь живет рядом с вами, в Орликовом переулке.

— Ну и… — поторопил Андрей Станиславович.

— Ну и выходит из своего дома, а на улице стоит Светлана Сергеевна. Вернее, она не просто стояла, а садилась в машину.

— В какую? — задал новый вопрос Андрей Станиславович.

— Точно выяснить не сумел, — отозвался Олег. — Регина, к сожалению, плохо разбирается в марках машин. Единственное, что я выяснил наверняка, это была какая-то модель «Жигулей». Цвет темный. Точнее Регина сказать не может.

— Номер она, естественно, тоже не запомнила, — вздохнул Андрей Станиславович.

— Не запомнила, — подтвердил Олег. — Зато ей бросилось в глаза другое. За рулем машины сидел Дед Мороз, а рядом с ним — Снегурочка. Вот Регина и решила, что вы со Светланой Сергеевной заказали этих двоих для вечера. А Светлана Сергеевна с ними договорилась, чтобы они по дороге ее забрали.

— Да никого мы не заказывали! — воскликнул Андрей Станиславович.

— Вот и я сразу так же подумал, — продолжил Олег. — Но Регина-то не знала. Тем более завтра Новый год.

— Ясно, — снова заторопился Андрей Станиславович. — Еще какие-нибудь подробности удалось выяснить?

— К сожалению, нет, — вновь вынужден был огорчить его Олег.

— Тогда пока. Сейчас расскажу Вовке.

— А где он? — поинтересовался Олег.

— У меня, — коротко бросил Андрей Станиславович, и в трубке раздался сигнал отбоя. Ребята накинулись на Олега с расспросами.

— Чего он тебе сказал?

— Ни Деда Мороза, ни Снегурочки они не заказывали, — Олег снял очки и, тщательно протерев стекла платком, вновь водрузил их на нос.

— Куда же она уехала? — растерялся Женька.

— Дело плохо, — мрачно произнес Темыч.

— Не каркай, — шикнула на него Катя.

— Зачем ты так, — вступилась Алина за Темыча. — По-моему, каждый имеет право высказать свое мнение.

— А некоторых вообще не спрашивают, — Алина с каждой минутой все сильней раздражала Катю.

— Не хами, — набычился Темыч.

— Прекратите! — пресек дальнейшую перепалку Олег. — Дело-то и впрямь, кажется, серьезное.

— Вот именно, — кинул на друзей мрачный взгляд исподлобья Тема. — Между прочим, одежда Деда Мороза и Снегурочки стала в последние годы любимым камуфляжем киллеров.

— Да, может, Светлана просто машину поймала, чтобы быстрее доехать до школы, — высказала предположение Таня. — Например, она опаздывала. Или несла тяжелую сумку.

— Но ведь до школы-то она так и не добралась, — напомнил Темыч.

Остальные молча кивнули. Машина со Светланой, Дедом Морозом за рулем и Снегурочкой исчезла в неизвестном направлении.

— А вдруг они попали в аварию? — посмотрела на друзей Катя.

— Где тут в аварию попадешь? — возразил Пашков. — От Орликова переулка до нашей школы от силы пять-семь минут добираться.

— В аварию можно и за одну секунду попасть, — сказал Темыч. — Вон я вчера видел по ящику в «Дорожном патруле». Сидел себе мужик в своем «БМВ» на обочине. Л сзади грузовик на него наехал.

— Это я тоже видел, — подхватил Пашков. — Грузовик под себя подмял «БМВ». Тачка — в лепешку. А с хозяином вообще неизвестно что.

— Если Светлана попала в аварию, то Василенко это довольно быстро выяснит, — сообразил Олег.

— А Регина не видела? — обратилась Таня

к Олегу.

— Нет, — покачал головой тот. — Регина говорит, они поехали по Орликову к Садовому кольцу, а она пересекла Орликов и пошла дворами.

— Значит, опять полная неясность, — состроил горестную мину Пашков.

— Погодите расстраиваться, — не терял надежды на лучшее Олег. — Вдруг Василенко и впрямь про аварию выяснит.

— Ничего себе! — возмутился Женька. — Если Светлана попала в аварию…

— Да она могла и не пострадать, — перебил Пашков. — Ну, получила несколько синяков и ссадин или, там, к примеру, ушиблась. Или что-нибудь себе немного сломала. Все равно ведь ее повезли в больницу.

— И она никому не дала знать? — засомневалась Таня.

— Может, она и хотела предупредить, — сказала Моя Длина. — Но Андрея уже дома к тому моменту не было. А в школе начался вечер. Из учительской и канцелярии все ушли. Туда можно звонить хоть до завтрашнего дня.

— Василенко бы дозвонилась, — не убедили Таню доводы Моей Длины. — В милиции-то наверняка кто-нибудь есть.

— А тебе, подруга, не пришло в голову, что Светлана совершенно не обязательно должна знать наизусть рабочий телефон Василенко? — спросила Моя Длина. — То есть, возможно, он в книжке у нее и записан. Но где после аварии была Светлана и где ее записная книжка.

В актовом зале зажегся свет. На сцене опять возник с микрофоном Арсений Владимирович.

— Начинаем награждение за самый лучший маскарадный костюм нашего вечера! Королеву прошу на сцену!

— А принцесс? — очень хотелось еще раз оказаться на сцене в шикарном бальном платье Моей Длине.

— И принцессы тоже валяйте, — сделал рукой приглашающий жест заместитель директора. — Любая принцесса, по сути, тоже немного королева.

— Мальчики-девочки, мне пора!

И, помахав Компании с Большой Спасской, Моя Длина поспешила вперед. Вскоре три победительницы уже стояли рядом. На них направили свет прожекторов. Выглядели девочки и впрямь эффектно. Высокая стройная Жанна с длинными пепельными волосами и огромными зелеными глазами, в тон которым было подобрано изумрудного цвета платье. Нарочито простой и строгий фасон его лишь подчеркивал безупречную фигуру «королевы». Машкин наряд, напротив, изобиловал дизайнерскими ухищрениями, скрывающими монументальную комплекцию «первой принцессы». А серебристое платье миниатюрной, стриженной под мальчика Лены Пиляв-ской просто сияло под светом прожекторов.

— Ну, красота! — пробасил литератор Роман Иванович. — Не хуже, чем в доме моделей.

— Бери выше, — заспорил Арсений Владимирович. — Таких девчонок можно посылать даже на конкурс «Мисс мира».

— Нас можно, — подтвердила Моя Длина.

— Машка лучше всех, — завороженно прошептал Пашков.

— Не, — отозвался Женька. — Жанна мне нравится больше.

— А мне Ленка Пилявская, — сказал Олег.

— Дорогие победительницы! — тем временем обратился к королеве и принцессам Арсений. — Прошу внимания. Королева готова назвать победителя?

Жанна еще раз внимательно обвела взглядом зал. Затем отчетливо произнесла:

— Готова!

— Тогда мы ждем, — сказал Арсений Владимирович. — Вот, Жанночка, возьми микрофон.

Жанна поднесла микрофон ко рту. Еще раз скользнула взглядом по залу и объявила:

— Лучший костюм — это человек-невидимка в коляске! Впрочем, не знаю. Может быть, это мумия в коляске. Но все равно классно. Никто сегодня ничего оригинальнее не придумал.

— Ур-ра! — заорал Женька. — Наша взяла! Ща мы Маратку вам втащим на сцену. Ребята! — повернулся к друзьям он. — Пошли! Поможете.

Компания с Большой Спасской пробилась сквозь костюмированную толпу к Марату и подхватила коляску.

— Вы только осторожно, — напутствовал их Ахметов.

Однако все обошлось. «Человек-невидимка» был доставлен на сцену.

— Молодец, Маратик! — хлопнула его по забинтованному плечу Моя Длина. — Кажется, сегодня наш день.

— Еще не вечер, — был куда более осторожен в выводах Марат.

— Вот тут ты ошибся, — любил во всем точность заместитель директора по хозяйственной части. — Уже не только вечер, но даже, можно сказать, ночь. — Затем он скомандовал кому-то за кулисами: — Прошу внести приз победителю от родной две тысячи первой

школы!

— От родной две тысячи первой готов принять все что угодно! — расхохотался Ахметов.

Четыре учительницы младших классов вынесли на сцену огромную коробку.

— Девочки, можно вручать, — обратился к трем победительницам Арсений. Жанна подошла к коробке.

— Нет. Лучше все вместе! — продолжал распоряжаться Арсений. — Одной тебе не справиться. Только сперва снимите крышку.

Крышку сняли. По залу пронесся гул. На руках у королевы и двух принцесс гордо высился потрясающей красоты торт.

— Во! Пожрем! — прорезал тишину оглушительный Женькин вопль.

— По-моему, это Марату приз вручили, а не тебе, — напомнила Катя.

— Марату одному такого не съесть, — плотоядно облизнулся Женька.

— Ну, все, — с трагикомическим видом воздела руки к потолку Катя. — Теперь пока Женька этот торт не попробует, мы никуда отсюда не уйдем.

— Я, между прочим, давно уже жрать хочу, но терплю, — не сводил глаз с торта Женька. Марат громко благодарил Арсения:

— Спасибо!

— На здоровье! — улыбнулся Арсений Владимирович. — Ты как-никак моя гордость по ОБЖ. Жаль только, не сможешь исполнить заключительный танец с королевой.

— Кто не сможет? — возопил Марат. — Я? Да запросто. Ну-ка, Васька! — крикнул он ди-джею. — Вруби что-нибудь покруче!

Мурмулев послушался. Зал затрясся от ритмичного грохота. Марат, выписывая причудливые фигуры, пустился на своей коляске вокруг королевы. Танец получился не очень обычным, но захватывающим.

Когда музыка смолкла, толпа хлынула из зала переодеваться.

— Маратка, это было зашибись-умри! — осталась в восторге от танца Моя Длина.

— Ну чего? — посмотрел на Компанию с Большой Спасской Марат. — Аида ко мне домой торт есть?

— Пошли лучше ко мне, — предложила Школьникова. — Во-первых, я живу ближе. А, во-вторых, у меня в холодильнике тоже торт стоит. Домашний. Бабка сама сконстролила на случай моей победы.

— Так чего тогда думать! — возопил Женька. — Два торта всегда лучше, чем один. Переодеваемся, и к Машке.

— Да, да, — скороговоркою произнесла Катя. — И как можно скорее. Иначе Женька твой торт, Марат, начнет есть прямо на сцене.

— Олесь! Возьми торт! — крикнул Марат. — Мы с ним к Машке поедем.

К немалому удивлению ребят, Олесь появился не один, а в обществе все той же химички.

— Слушайте, — посмотрела на часы Таня. — Времени-то почти двенадцать. А мы еще в гости собираемся.

— Делов-то, — отмахнулся Пашков. — Обзвоним сейчас предков…

— Вот именно, — подхватил Марат. — Скажете, что Олесь вас всех развезет.

— А как же, — улыбнулся охранник и смущенно добавил: — И Алевтину Борисовну тоже нужно домой отвезти.

— Тогда так, — спешно выпутывался из бинтов Марат. — Нас к Машке забросишь, а потом отвезешь Алевтину Борисовну.

— Ребята, помогите мальца вниз спустить, — явно обрадовался Олесь. — А то я Витька с Хамзяичем отправил.

Ахметова общими усилиями доставили на первый этаж. Компания с Большой Спасской предупредила родителей, что «еще немного задержится». Во всех семействах сообщение было воспринято спокойно. Только папа Олега, Борис Олегович, с упреком проговорил:

— А я-то надеялся, что родной сын поможет мне ставить елку. Но ничего. Один справлюсь.

— Папа, давай подождем до завтра, — предложил Олег. — Утром вместе и займемся елкой.

— Ну, уж нет, — взревел Беляев-старший. — Эта елка на меня уже два раза свалилась! Я весь исколот! Теперь мне нужно срочно ее победить. Нина! — позвал он жену. — Куда ты пропала! Она опять падает! В трубке послышались частые гудки.

— Чего там? — посмотрела Таня на Олега.

— Отец елку устанавливает, — усмехнулся тот.

— Жертв много? — с улыбкой спросила Таня.

— Точно пока не знаю, — откликнулся мальчик. — Но хорошо, что меня там нет.

— Держи, — Олег протянул телефон Алине.

— Мне не надо, — решительно отказалась звонить домой та.

— У нее с предками без проблем, — небрежно бросил Темыч.

— Какие самостоятельные девочки, — шепнула Катя на ухо Тане.

— Откуда он только ее взял? — пожала плечами подруга.

— Любовь зла… — многозначительно произнесла Катя. — Ладно, пошли.

Нацепив кое-как куртки и шапки, Компания с Большой Спасской, а с ними и Алина, высыпала на улицу. В джип погрузились химичка Алевтина Борисовна, усевшаяся на переднем сиденье рядом с мужественным Убейволком, Марат в коляске и огромный торт. Остальные пошли к дому Моей Длины в Докучаевом переулке пешком. Собственно, идти было всего ничего. А так как ребята следовали коротким путем, через школьный двор, то оказались возле подъезда Школьниковых даже раньше, чем джип.

Высадив Ахметова с тортом, Олесь помог доставить коляску до лифта. Пашков заверил, что дальше ребята справятся сами.

— Тогда отвезу домой Алевтину Борисовну, — с нежностью произнес Убейволк. — А когда расходиться надумаете, пусть малец позвонит. Я вас всех по домам развезу.

Компания с Большой Спасской и Марат с тортом сели в грузовой лифт.

— Слушай, Маратик, — хохотнула Моя Длина. — Кажется, у тебя намечается блат по части химии.

— Ну! — согласился Ахметов. — Да вы, ребята, не волнуйтесь. Я вам тогда протекцию составлю.

— И можно будет химию не учить? — воспылал надеждою Женька.

— Это смотря как у Алевтины с Олесем дела пойдут, — подмигнула ребятам Моя Длина.

Едва лифт остановился на этаже Школьниковых, Лешка бросился к двери и надавил на кнопку звонка. Дверь отворила бабушка Школьниковой — Антонина Васильевна. На руках у нее восседал высокопородистый кот-медалист по имени Мурзик.

— Тетя Тоня! — возопил Лешка. — Мы победили!

— Знаю, — улыбнулась бабушка Школьниковой. — Мне Зинаида уже звонила. Ее пока еще нет. Какие-то дела задержали. Ну, заходите, ребята.

Вся компания шумно ввалилась в просторную прихожую Школьниковых, являвшую собой, как и, впрочем, и вся квартира, образец евроремонта.

— Раздевайтесь, мойте руки и за стол, — скомандовала бабушка.

— Ща! — первым раздевшись, кинулся в ванную Женька. — А вы пока торт подготовьте, — бросил он на бегу друзьям.

Пять минут спустя все уже сидели за столом. Оба торта оказались на удивление вкусными. Женька в течение тридцати минут работал челюстями, чередуя ахметовский приз с домашним шедевром Антонины Васильевны. Наконец даже он сказал:

— Все, ребята. Больше не могу.

— Же-енечка, — пропела Катя. — Где записать? Тортик еще остался, — указала она на три последних куска приза Ахметова. — А ты уже не можешь.

— Если только чуть позже, — улыбнулся Женька. — Но сейчас уже не лезет.

Антонина Васильевна потребовала, чтобы ей в подробностях рассказали, «как Машуль-ка стала первой принцессой». Машка рассказала. Пашков постоянно перебивал ее и дополнял. Наконец очень довольная Антонина Васильевна объявила, что пойдет отдохнуть, а ребята пусть веселятся.

Едва бабушка Школьниковой покинула столовую, как Темыч спросил:

— Признавайся, откуда ты, Машка, про Гамлета узнала?

— Читать, Микроспора, надо книги и газеты, — процедила сквозь зубы Моя Длина.

— Ну, да, — недоверчиво покосился на нее Темыч. — Это Лешка небось читал и тебе рассказывал.

— Или заранее ответы на все вопросы для тебя раскопал! — вырвалось у Женьки.

— А ну, повтори! — вскочила со стула Школьникова.

Лицо ее пылало яростью.

— Да ты что, — стушевался Женька. — Я просто так. В виде этой… гипотезы.

— Сейчас тебе Машка сделает гипотезу в виде фингала под глазом, — сказал Марат.

— А вот этого не надо! — выскочил из-за стола Женька. — Я завтра Наташку иду навещать.

— Тем более, полегче на поворотах, — свирепо проговорила Моя Длина. — Ас «Гамлетом», если хотите знать, мне просто повезло. Я случайно одну статью прочитала в газете. Ну и, естественно, саму пьесу тоже читала. Нам ведь заранее выдали список литературы, по которой могут быть вопросы. И вообще, — словно стремясь пресечь дальнейшие споры по этому поводу, продолжала она: — Мне нужна была только честная победа. Хотела себе доказать, что я чего-то стою. И призы мне были не нужны. Главное, я Дуську победила.

— И с крысой тоже случайность вышла? — не унимался Женька.

— С крысой? — уставилась на него Моя Длина. — А я-то при чем?

— Ты-то ни при чем, — сказал Тема. — А вот Пашков…

— Да вы что? — возмутился Лешка. — За кого вы меня принимаете?

— А как интересно крыса могла без посторонней помощи попасть в конфетти? — пристально посмотрел Олег на Пашкова.

— Ах ты гад, Ребенок, — рассвирепела Моя Длина. — Тебе что было сказано? Не лезть в этот конкурс!

— Машка, ты что? — жалобно произнес Пашков. — Я и не лез.

— Совсем не лез? — продолжала допрос Школьникова.

— Ну, почти совсем, — ответил Пашков. — Я только немножечко помудрил с конфетти. Но крыса не моя. Могу, чем хочешь поклясться.

— Ас конфетти ты что сделал? — задала новый вопрос Моя Длина.

— Да понимаешь, — сбивчиво начал Пашков. — Это конфетти Арсений и Васька Мурмулев приготовили. Оно должно было просыпаться во время дискотеки. Ну, а мы с братаном Сашком чуть-чуть помудрили. Чтобы просыпалось, когда нам потребуется.

— Ясненько, ясненько, — фыркнула Катя. — И потребовалось, когда Дусенька выступала.

— Да говорю же: это не мы! — треснул себя кулаком в грудь Лешка. — Я сам обалдел, когда оно вдруг просыпалось.

— Ну, как обычно, — опять усмехнулась Катя. — У Лешеньки в точных расчетах получился сбой.

— Это все крыса, — стал защищаться Пашков. — Видно, она замкнула контакт. Ну и саму ее тоже жахнуло током. Вот она прямо на Дуську и шлепнулась.

— В таком случае, это судьба! — не смогла сдержать ликования Моя Длина. — Отлилось богдановским за все их подлости.

— Ну! — растянулся рот до ушей у Лешки.

— Кстати, — вмешался Олег, — в таком случае, ясно, почему Арсений не нашел крысу в помойном ведре.

— Ежу понятно! — воскликнул Пашков. — У нее шок прошел, она и смоталась.

— А почему вы эту Дуську так не любите? — поинтересовалась Алина.

— Долгая история, — отвечал Темыч. — Но, уверяю тебя, Алина, любить богданов-ских не за что.

— А кто такой Богданов? — не отставала Алина.

— Господи! — театральным жестом схватилась за голову Катя. — Просто вечер вопросов и ответов!

— Кстати, о вопросах и ответах, — сказал Олег. — Надо позвонить Андрею.

— Светлана весь вечер Андрюше испортила! — не сдержалась Школьникова.

— Она не нарочно, — вступился за невесту классного Темыч. — Чует мое сердце, дело плохо.

— Заткнись! — шикнула на него Катя. —

Уж я бы лично предпочла, чтобы Светлана это сделала нарочно.

Остальные кивнули. Олег набрал номер Андрея Станиславовича.

— Странно, — чуть погодя, сказал он ребятам. — Никто не подходит.

Танин взгляд случайно упал на часы.

— Ой! Уже половина второго! Давайте собираться. Клади трубку, Олег, — повернулась она к мальчику. — Андрей, наверное, давно спит.

— Сомневаюсь, что можно заснуть в таком состоянии, — медленно произнес Олег, однако трубку все-таки положил.

Глава VIII

ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ УХОДЯЩЕГО ГОДА

Наутро Олега разбудила Таня. — Алло, — сонным голосом произнес он в трубку.

— Здоров ты спать, — засмеялась девочка. — Уже одиннадцать.

— Это все потому, — принялся объяснять Олег, — что некоторые пришли вчера от Моей Длины и сразу завалились баиньки, а мне, например, пришлось с предком устанавливать елку. Эй, это уже хамство!

— Что хамство? — удивилась Таня.

— Я не тебе, а Вульфу, — ответил Олег. — Этот наглец улегся на мою подушку. А ну, брысь.

Пес с укором посмотрел на хозяина, но все-таки спрыгнул на пол.

— Елку-то установили? — поинтересовалась Таня.

— Установили, — вздохнул Олег. — То есть, вернее, предок еще до моего прихода один раз установил ее самостоятельно. Но как раз когда я вернулся, елка вместе со всеми игрушками и лампочками на него свалилась. Ну, и можешь себе представить, что потом было.

— Могу, — фыркнула Таня. — Но все равно уже пора вставать.

— Естественно, — успел окончательно проснуться Олег. — Сейчас позвоню Андрею. Интересно, как там у него?

— Вот об этом-то я и хотела тебя попросить, — откликнулась девочка. — Звякни, а потом дай мне знать.

Олег нажал на рычаг и, услышав в трубке гудок, набрал номер классного руководителя. Андрей Станиславович подошел после первого же гудка.

— Здравствуйте, это Олег, — быстро проговорил мальчик. — Нашлась Светлана Сергеевна?

— Нет, — откликнулся учитель. — Никаких следов.

— Совсем? — охватило нешуточное волнение Олега.

— Именно, что совсем, — по голосу Андрея чувствовалось, что он совершенно убит. — Мы с Василенко всю ночь не сомкнули глаз. Даже в Склифосовского ездили. Там была одна неопознанная жертва аварии, но, к счастью, это оказалась не Света.

— Значит, все еще не так плохо, — попытался ободрить его Олег.

— С какой стороны посмотреть, — грустно проговорил Андрей Станиславович.

— Слушайте, — решил, что сейчас надо выяснить как можно больше подробностей Олег. — А Светлане Сергеевне последнее время никто не угрожал?

— Угрожал? — изумился учитель.

— Ну, я имею в виду… — подыскивая слова поточнее, Олег на мгновение замялся-. — Может, у нее вышел с кем-нибудь из учеников серьезный конфликт. Кто-то, например, плохо учился, Светлана Сергеевна ему наставила двоек, а у него папаша крутой… Или он сам считает себя крутым… В общем, наверное, вы меня понимаете…

— Я-то понимаю, — устало проговорил Андрей Станиславович. — Нет, вроде Света ни о чем таком мне не рассказывала. Хотя…

— Что, хотя? — насторожился Олег.

— Да это я так, — словно бы спохватился учитель. — Ничего подобного даже близко не лежало. Ладно, Олег. Я не хочу надолго занимать телефон. А к вам у меня единственная просьба: не лезьте бога ради в это дело. Пойми, Олег, мне и так тяжело. Не хватает еще, чтобы с вами что-нибудь случилось. Тем более Вовка со своими ребятами уже вовсю ищут Светлану Сергеевну.

— Тогда вы скажите нам, как только что-нибудь прояснится, — ответил Олег. — Мы все очень волнуемся.

— Конечно, скажу, — пообещал Андрей Станиславович. — И сами звоните. Кстати, передай Школьниковой, что я очень за нее рад. Она молодец.

— Передам, — ответил Олег. Затем он немедленно позвонил Тане.

— Нашлась? — едва услыхав его голос, спросила она.

— Нет, но Андрей что-то темнит, — едва сдерживал волнение Олег.

— Темнит? — переспросила Таня.

— Я попытался выяснить, не было ли у Светланы в последнее время с кем-нибудь серьезных конфликтов, — тихо, чтобы не услышали родители, произнес Олег. — И, понимаешь, Андрей вроде сначала что-то как будто вспомнил…

— Что-то, как будто, — перебила Таня. — А не мог бы ты выражаться яснее?

— Мог бы, но некогда, — рассердился Олег. — В общем, Андрей сперва чуть было не проговорился, а потом вдруг заявляет: «Да это я просто так. Ничего подобного не было».

— А чего подобного? — снова переспросила Таня.

— Если бы знать! — в сердцах воскликнул Олег. — В общем-то, я сам виноват. Не надо было Андрея настораживать. Он почувствовал, что я проявляю к этому делу слишком большой интерес. Ну и, естественно, завел свое обычное. Мол, не лезьте, умоляю, в это дело. Мне и так плохо. Еще за вас потом волноваться, а Василенко с ребятами и так уже ведут поиск.

— В общем, Андрея можно понять, — справедливости ради отметила Таня.

— Может, еще скажешь, что мы должны в стороне от этого дела остаться? — возмутился Олег.

— Я, по-моему, такого не говорила, — откликнулась Таня. — Только не жди, что Андрей нас за это похвалит.

— Знаешь, по-моему, самое главное — найти Светлану, — сказал Олег.

— Святые слова, как ответила бы тебе Катька, — вкрадчивым голосом подруги произнесла Таня. — Кстати, я с Катькой только что разговаривала. Она в полной ярости.

— Интересно, с чего? — не понял Олег.

— Да она позвонила Темычу, а у него уже Алина тусуется.

— Ну, ни фига себе, — ошеломило известие Олега.

— Вот именно, — усмехнулась Таня. — Кто бы мог подумать.

— А, собственно, почему он не имеет права общаться с Алиной, когда захочет? — встал на защиту друга Олег.

— Да вообще-то имеет, — согласилась Таня. — Но, по-моему, все как-то странно. Темыч ни на кого, кроме Катьки, вообще не глядел. И вдруг совершенно неожиданно возникает какая-то Алина. Ты вообще, Олег, хоть представляешь, откуда он взял ее.

— Не представляю, — ответил тот.

— Вот и я тоже, — продолжала Таня.

— А Катька-то чего бесится? — поинтересовался Олег. — Ей ведь, по-моему, Темыч всегда был до лампочки.

— Во-первых, не совсем так, — уклончиво проговорила Таня. — А, во-вторых, ей неприятно.

— Ну, знаешь ли! — проявил мужскую солидарность Олег. — В таком случае, надо было получше обращаться с Темычем.

— Катька считала, что и так нормально, — вырвалось у Тани. — Никуда, мол, Темыч от нее не денется.

— Тогда так ей и надо, — не без злорадства изрек Олег.

— Интересно, у них с этой Алиной серьезно? — явно была заинтригована Таня. — Не понимаю, что она в нем нашла?

— Может, ей с ним интересно, — предположил Олег.

— Нет, ты все-таки постарайся выяснить, — попросила Таня.

— Знаешь, я предпочитаю первым делом выяснить, что стряслось со Светланой, — заспорил Олег. — По-моему, это куда важней личной жизни Темыча.

— Одно другому не мешает, — усилила натиск Таня. — Понимаешь, Олег, — заговорщицким тоном добавила она. — Только по большому секрету… Катька очень волнуется.

— Ах, она волнуется, — охватило негодование Олега. — Темычу, между прочим, тоже, наверное, неприятно, когда она над ним, так сказать, шутит. Вот, видно, и дошутилась.

— Олег, — доверительно продолжала Таня. — Это у Катьки такая защитная реакция.

— Тогда пусть сами и разбираются, — уже надоело Олегу обсуждение Темыча и Кати.

— Но ты у него про Алину узнаешь? — снова взмолилась Таня.

— Будет удобный момент, узнаю, — пообещал Олег. — Но сперва все-таки займемся Светланой. Не нравится мне эта история.

— И главное, почти перед самой их свадьбой, — посетовала Таня.

— Да при чем тут свадьба, — с волнением проговорил Олег. — Ты понимаешь, Танька. Она исчезла! Ис-чез-ла! — по слогам повторил он. — Если бы они поругались, это другое дело. Поссорились, помирились… С кем не бывает. Но ведь со Светланой все, что угодно, могло случиться.

— Что же делать? — растерянно произнесла Таня. — Я просто не знаю, чем мы сможем помочь. Тут даже зацепиться не за что.

— Ошибаешься, — возразил Олег. — Зацепка как раз есть. Андрей мне фактически признался, что у Светланы с кем-то возник

конфликт.

— Но с кем? — словно эхо отозвалась Таня.

— Скорей всего в школе, — медленно произнес Олег. — Во всяком случае, это то, что мы в состоянии реально проверить. Поспрашиваем, в каком из классов у нее были проблемы. Вдруг двоек кому-то наставила в конце полугодия.

— И ты думаешь, из-за двоек ее похитили? — не верилось Тане.

— Всяко бывает, — сказал Олег. — Для иного двойка или даже тройка в полугодии — вопрос жизни и смерти. А если подобный тип обладает к тому же соответствующими возможностями… Добавлять что-нибудь надо?

— Не надо, — ответила Таня. — Но только Светлана ведь очень справедливая. Она просто так двоек не наставит.

— А я разве говорю, что она наставила их просто так? — спросил Олег. — Между прочим, иногда люди мстят даже когда с ними поступают вполне справедливо. Прикинь. Вдруг кому-нибудь приспичило получить пятерочный аттестат. И все у этого ученика хорошо, за исключением математики. Его предки пытаются подкупить Светлану. А ты, Танька, знаешь ее. Она принципиальная. Вот и вышел конфликт. Особенно, если предки крутые и не привыкли к отказам.

— Ну да, — сообразила Таня. — Они ведь могли просто украсть Светлану, чтобы в школу на второе полугодие пришлось нанять другую математичку. С новой учительницей они бы договорились. Или вообще подсунули кого-нибудь своего…

— Теперь понимаешь, — вполне принял ее версию Олег. — Но все может оказаться гораздо хуже. Светлану просто могли убрать.

— Замолчи! — не хотела даже слышать такого девочка.

— Да я пока тоже надеюсь на лучшее, — сказал Олег.

— Тогда нам нужно скорее приниматься за дело, — взволнованно воскликнула 'Таня. — Эх, знать бы вчера, — с сожалением добавила она.

— Почему вчера? — не дошло до Олега.

— Да ведь каникулы начались. Многие вообще разъедутся.

— По идее, хоть по одному человеку из каждого класса разыщем, — не обескуражило ее заявление Олега. — Светлана ведь преподает только в десятых и в одиннадцатых.

— Хорошо, если разыщем, — тихо проговорила девочка.

— Каждый из нас кого-нибудь из других классов знает, — уже складывался план действий в голове у Олега. — Обзвоним. Поговорим. Повод хороший есть. Вчерашний вечер.

— Это верно, — согласилась Таня.

— И еще, — продолжал Олег. — Я хочу все-таки осмотреть место, где Светлана вчера садилась в машину.

— Боюсь, ты там ничего не найдешь, — откликнулась Таня.

— Скорей всего да, — Олег и сам не питал особенных надежд на этот поход. — Но для очистки совести все-таки сходим. Иногда улики поджидают в самом неожиданном месте.

— Если только прямо сейчас, — предупредила Таня. — Потом мама просила помочь.

Мы будем вместе готовить угощение к Новому году.

— А ты уже, Танька, готова? — поинтересовался Олег.

— Давно.

— Тогда я мчусь умываться и одеваться, а ты пока ребят обзвони, — скомандовал Олег.

— А встречаемся возле твоего дома? — решила уточнить Таня.

— Ага. Через двадцать минут.

Олег положил трубку. Вульф тут же под-нялря с коврика и с надеждою посмотрел на любимого хозяина.

— Ах, с тобой еще не гуляли, — хлопнул себя по лбу мальчик.

Вульф в ответ завилял хвостом.

— А я вообще тебя с собой возьму, — принял решение Олег. — И прогуляешься как следует, и время сэкономим.

Вульф заливисто тявкнул. Дальние прогулки выдавались ему не так уж часто.

Олег вышел из комнаты и покосился на дверь родительской спальни. Оттуда слышался богатырский храп Беляева-старшего. Родители отсыпались после почти кровопролитной ночной войны с непокорной елкой. «Удачно, — пронеслось в голове у Олега. — По крайней мере, они не успеют мне перед выходом надавать каких-нибудь поручений». И, быстро умывшись, он, даже не позавтракав, выскользнул из квартиры.

Запирая дверь, Олег все же услышал вопль пробудившегося главы семейства:

— Ты куда?

— С Вульфом гулять! — прокричал с лестничной площадки Олег и кинулся к лифту.

Таня, Женька и Темыч с Алиной уже стояли на углу Портняжного переулка и Большой Спасской улицы.

— Привет, а где остальные? — осведомился Олег.

— Чем богаты, тем и рады, — развела руками Таня. — Моя Длина и Пашков куда-то испарились с утра пораньше.

— Вместе? — полюбопытствовал Олег.

— Не выясняла, — откликнулась Таня. — Но ни того, ни другой дома нет.

— По хозяйству, наверное, послали, — предположил Тема. — Новый год ведь сегодня.

— Нам, между прочим, твоя мама велела на обратном пути два кочана капусты купить, — повернулась Алина к Теме.

У Тани округлились от удивления глаза. Она кинула выразительный взгляд на Олега. Тот лишь едва заметно пожал плечами. С одной стороны, личная жизнь Темыча начала уже утомлять его. А с другой — все-таки было интересно. Откуда и впрямь на их головы свалилась эта Алина? Во всяком случае, до вчерашнего дня Темыч даже не упоминал о ней. А сегодня она покупает его матери капусту. Просто полнейший бред.

— Подождет капуста, — поморщился Темыч.

— Не надо о капусте, — исторг тяжелый стон Женька.

— Вообще-то очень даже надо, — солидно проговорил Темыч. — Мама будет с этой капустой печь пироги.

— Умоляю! — снова застонал Женька. — Только не про еду!

— Что с тобой? — изумился Олег. — По-моему, это ты сам вечно твердишь о еде.

Женькино лицо позеленело. Он отвернулся и как-то странно икнул.

— Я, если хотите знать, вообще еле стою, — жалобно произнес он.

— Олег, ты с ним осторожно, — тронула друга за руку Таня. — Дело в том, что наш Женя вчера в гостях у Моей Длины переусердствовал с тортами…

— О-о-о, — словно бы в подтверждение ее слов, издал утробный звук Женька. — И чего только в эту гадость подсунули.

— Жрать надо меньше, — назидательно проговорил Тема. — Между прочим, торты были отличные.

— Замолчи! — снова потребовал Женька и, дернувшись, отвернулся.

— Действительно, Темка, я не советую тебе дальше распространяться про торт, — трезво оценил Женькино состояние Олег. — Иначе мы все очень сильно рискуем.

Долговязого мальчика сотрясали конвульсии. Осторожный Темыч отошел от него подальше.

— Может, тебе лучше не ходить? — обратился Олег к Женьке.

— Не, — слабым голосом отозвался тот. — Дома мне еще хуже. А на ходу, может, и полегчает. Все-таки свежий воздух.

— А Катька где? — спросил Олег.

— Тоже не смогла, — объяснила Таня, — Она с отцом пошла покупать елку. А то ее бабка сказала, что Катькин отец один выберет неправильное дерево.

— Понятно, — кивнул Олег. — Ладно, пошли.

— А куда? — по-прежнему не страдала от отсутствия любопытства Алина.

— В Орликов переулок, — был краток Олег.

— А где это? — задала новый вопрос Алина.

— Недалеко, — уже шагали ребята вниз по Портняжному переулку.

— И зачем мы туда идем? — хотелось все знать Алине.

— Темыч, — слабым голосом изрек Женька. — Просвети свою даму. А то меня от ее вопросов, прямо как от этого… — предпочел он на всякий случай не произносить слово «торт».

— Неужели трудно ответить, — передернула плечами Алина.

Тема принялся объяснять ей цель сегодняшнего похода.

— И вы серьезно надеетесь что-нибудь найти? — выслушав, осведомилась она.

— Нет, знаешь, мы шутим, — эта девица действовала на нервы Олегу. — Уже двадцать один раз пошутили, теперь шутим двадцать второй.

— Почему двадцать один, почему двадцать второй? — произнесла на одном дыхании новая Темина подруга сердца.

— Слушай! — взорвалась обычно мягкая Таня. — Ты случайно не член клуба «Что? Где? Когда?».

— И чего вы так напрягаетесь — невозмутимо спросила Алина. — Я же про вас почти ничего не знаю.

— Вот пускай Темыч тебе все и объяснит, — сопроводил свое пожелание громкой икотой Женька.

— Могу и объяснить, — согласился Темыч. — И вообще, — кинул он укоряющий взгляд на друзей. — Зря напустились на человека. Ладно, потом расскажу, — перевел он взгляд на Алину. — Мы уже почти на месте.

Перейдя Орликов переулок, друзья остановились возле арки, сквозь которую был проход во двор Андрея Станиславовича.

— Судя по словам Регины, «Жигули» с Дедом Морозом и Снегурочкой остановились именно здесь, — указал Олег пальцем на тротуар перед аркой.

— Интересно, — пристально разглядывала тротуар Таня. — Эта машина ехала и перед Светланой остановилась? Или, наоборот, Дед Мороз и Снегурочка выполняли где-нибудь в этом доме заказ и как раз собирались отъезжать, когда вышла Светлана?

— Теоретически «Жигули» могли выехать из той же арки, — сказал Олег.

— Или вообще стояли на обочине в ожидании Светланы, — добавил Темыч.

— Вспомни, Регина про это что-нибудь говорила? — посмотрела Таня на Олега.

— Нет, — покачал головой тот. — Она только засекла сам момент, когда Светлана уже садилась в машину.

— Номера она, конечно, не записала, — угрюмо изрек Темыч.

— Полагаю, она даже не разглядела его, — отвечал Олег.

— А вообще, — вечно подозревал худшее Темыч, — Светлана в эту машину садилась добровольно или нет?

— Этим я тоже интересовался, — внес ясность Олег. — Регина говорит, что Светлану в «Жигули», по крайней мере, никто не заталкивал.

— Могли схватить за руку и втянуть, — не спешил расставаться с собственной версией Тема.

— Не могли, — отчетливо вспомнил Регинин рассказ Олег. — Дед Мороз сидел за рулем. Снегурочка — рядом. А задние места в машине были свободны. Значит, втянуть Светлану в машину никто бы не смог.

— Во всяком случае, так, чтобы не привлечь внимания прохожих, — добавила Таня.

— Значит, скорее всего она просто поймала машину, чтобы куда-то доехать, — подвел итог Олег.

— Могло случиться и по-другому, — выдвинул свою версию происшедшего Женька. — Этот Дед Мороз со своей Снегурочкой специально поджидали Светлану где-нибудь за углом, — указал мальчик в даль Орликова переулка. — А когда она появилась из арки, вроде бы случайно подъехали и предложили подвезти.

— Для этого они, как минимум, должны были знать, когда Светлана появится на улице, — с важностью проговорил Тема.

— И к тому же, — вмешалась Таня, — откуда им было известно заранее, что Светлана станет ловить машину? До школы-то дворами два шага.

— Верно, — поддержал Олег. — Дворами скорей на своих двоих доберешься, чем в объезд на машине. Конечно, если Светлана не несла с собой что-нибудь очень тяжелое.

— Ей бы Андрей не позволил, — сообразила Таня.

— Так ведь они же вроде бы поругались, — напомнил Тема. — И Андрей ушел раньше.

— Нет, ребята, — мысленно поставил себя на место предполагаемых похитителей Олег. — Все равно это слишком сложно. Во-первых, тут перекресток и постоянно возникают заторы.

— Подумаешь, — отмахнулся Женька.

— Совсем не подумаешь, — продолжал Олег. — Представь, Светлана выходит из арки, а в Орликовом как раз образовалась пробка. Каким образом ты к ней пробьешься, если поджидал в переулке?

— Никаким, — включилась в игру Алина. — Ваша Светлана Сергеевна, пока бы они до нее добрались, сто раз перешла бы улицу…

— А потом переулками, и в Портняжный, — договорил за свою спутницу Темыч.

— Знаю! — простонал Женька. — Теперь я все знаю!

— Слушай, — сварливо проговорил Темыч. — Ты как-нибудь возьми себя в руки и взбодрись. А то на тебя смотреть больно.

— Отстань, — слабым голосом изрек Женька. — Лучше не сбивай с мысли. У меня и так с трудом мозги ворочаются.

— Это для нас не ново, — пробубнил Тема.

— В общем, так, — пропустил его замечание мимо ушей Женька. — Светлана выходит из дома и идет к арке. Эти подлые Снегурочка с Дедом Морозом поджидают ее во дворе. А потом тихонечко едут за ней к арке. Она выходит. Они выезжают. И Снегурочка словно бы невзначай спрашивает: «А не скажете ли, как проехать на Большую Спасскую?» Или, например, в Портняжный переулок. Неважно куда. Главное, чтобы Светлане было по пути. Ну, а Дед Мороз со Снегурочкой перед Новым годом — вполне обычное дело. Во всяком случае, наша Светлана сесть с ними в машину не испугалась бы. Ну, она и села.

— Слушай, Женька, — посмотрел на него Олег. — По-моему, тебе иногда полезно травиться тортами.

Женька угрожающе скорчился.

— Ладно, ладно, молчу, — спешно исправил ошибку Олег. — Но вообще-то молодец. Думаю, так скорее всего и случилось.

— Ну! — даже нашел в себе силы улыбнуться Женька.

— Если это и так, что мы можем предпринять? — озадаченно посмотрела Таня на Олега.

— Пока не знаю, — ответил тот. — Давайте на всякий случай заглянем во двор.

— И нарвемся на Андрея, — проворчал Темыч.

— Спокуха, — подмигнул ему Олег. — Андрей сидит у телефона и дожидается звонка от майора Василенко.

— Вот сейчас Василенко к нему, по закону подлости, и пожалует, — нагнетал атмосферу Темыч. — И мы им обоим попадемся.

— А чего это ты так волнуешься? — уже увлеклась расследованием Алина. — Ну, увидят. Мы ведь тут можем просто гулять.

— Я не волнуюсь, — надулся Тема, — а предупреждаю.

— Пошли лучше скорее, — двинулся в арку Олег.

Ребята, на всякий случай не выпуская из поля зрения подъезд Андрея Станиславовича, начали осматривать двор-колодец, окруженный домами постройки тридцатых годов. Вульф с удовольствием включился в поиски. Видимо, тут нашлось много новых интересных запахов. Особенного внимания таксы удостоился высокий помойный контейнер в углу двора.

— Фу! — потянул его назад Олег. Вульф несколько раз заливисто тявкнул. Из контейнера показалась черная кошачья голова с зелеными глазами. Кот явно не испытал восторга от вторжения на его территорию.

— Пойдем, пойдем, Вульф, — продолжал тянуть назад пса Олег.

Тут кот, шипя, как змея, выпрыгнул из контейнера. Вульф дернулся. Олег упустил поводок. Кот рванул в сторону. Вульф бросился следом.

— Стой! Стой! — побежали за ним ребята.

Кот вскарабкался на дерево. Вульф, не в силах повторить маневра врага, заскулил от обиды и стал носиться вокруг дерева.

Наконец Олег схватил поводок.

— Прекрати! — прикрикнул он на пса. — Все равно ты его не достанешь.

Вульф виновато потупился и вздохнул.

— Пошли, пошли, — потянул пса прочь от

дерева Олег.

— Олег! — неожиданно воскликнула Таня. — Смотри.

И резко нагнувшись, девочка подхватила с земли вывалянную в снегу огромную красную варежку с блестками.

— Ну, ни фига себе! — даже забыл о своем крайне тяжелом физическом состоянии

Женька.

Остальные с немым изумлением взирали на находку. Это явно была варежка Деда Мороза.

— Ну, точно они здесь поджидали Светлану, — едва слышно произнесла Таня.

— Только вот зачем? — словно мысля вслух, отозвался Олег. — Кому понадобилось похищать Светлану?

— Дела-а, — протянул Темыч. — Чует мое сердце…

— Молчи! — разом шикнули на него Олег и Таня.

— Ну и чего нам даст эта варежка? — осведомилась Алина. — Что дальше-то делать?

— Насчет варежки пока не знаю, — пожал плечами Олег. — А вот дальнейший план мы с Танькой уже наметили. Пусть каждый из нас обзвонит своих знакомых из параллельного десятого и обоих одиннадцатых. Надо выяснить, не возникало ли за последнее время у Светланы с кем-нибудь серьезных конфликтов.

— Ты думаешь, ее похищение связано с работой в школе? — спросила Алина.

— Пока ничего точно сказать не могу, — сказал Олег. — Но это мы по крайней мере можем проверить.

— Ой, Олег, все! — посмотрела на часы Таня. — Меня уже предки ждут.

— Да нам, пожалуй, и делать тут больше пока нечего, — поправил пальцем очки Олег.

— Как это нечего? — уставился на него Темыч. — Разве вы не хотите выяснить, кто из жильцов вчера заказывал Деда Мороза? Учи вас.

— Можешь не учить, — усмехнулся Олег. — Во-первых, не факт, что эту парочку кто-нибудь заказывал. А если даже они сочетали, так сказать, приятное с полезным, то наверняка майор Василенко после моего сообщения Андрею эту версию уже проработал. Я вечером позвоню Андрею. Поздравлю его с Новым годом, а заодно попытаюсь вытянуть возможно больше информации.

— А если он тебе не скажет? — посмотрели на Олега друзья.

— Скажет, — без тени сомнения откликнулся тот. — Хотя бы для того, чтобы мы не занимались самодеятельностью., — Пошли, пошли! — поторопила Таня.

Ребята дошли до высотного дома на Красных Воротах и свернули на Садовое кольцо.

— Кажется, мне стало немного получше, — с радостным видом объявил Женька. — Говорил же ведь: свежий воздух всегда…

Тут на его беду дверь ресторана «Княжна Мэри», мимо которого лежал путь ребят, широко распахнулась. В нос ударил пряный запах жареного шашлыка.

— У-у-о-о! — исторг кошмарный звук Женька и склонился над сугробом.

Ребята кинулись от него врассыпную.

— Нет, — вынес диагноз Темыч. — По-моему, ему совсем не лучше.

— Бедный, — посочувствовала Алина уже несколько пришедшему в себя Женьке. — Как же ты Новый год будешь сегодня справлять?

— У него мать обычно такого гуся классного делает, — весьма некстати пустился в воспоминания Темыч. — С яблоками.

— Отстаньте вы все от меня! И, схватившись обеими руками за живот, Женька кинулся прочь.

Глава IX

НИЧЕГО НЕ ПРОЯСНЯЕТСЯ

Эй, ты куда? — прокричали вслед Женьке друзья.

Но тот не остановился.

— Оставьте его, — посоветовал мудрый маленький Темыч. — Ему сейчас лучше побыть одному.

— И часто у вас с ним такое случается? — спросила Алина.

— Вообще-то, по-моему, первый раз, — усмехнулся Олег.

— То есть ест Женька почти все время, когда не спит, — внес некоторую долю конкретики Темыч. — Но обычно ему от этого только хорошо.

— Артем, ты не забыл про капусту? — напомнила Алина.

— Какую капусту? — решив, что речь идет о деньгах, немного встревожился экономный Темыч.

— Маме твоей для пирогов, — продолжала Алина.

— А-а, — испытал большое облегчение Темыч. — Сейчас в магазине на Большой Спасской купим. Там есть овощной отдел.

— Ой, пошли вместе, — сказала Таня. — Мне нужно хлеба домой купить.

— Значит, договорились, — остановился возле своего дома Олег. — Обзвоните, кого сможете. И я займусь тем же самым. Если будут какие-то новости, дайте знать. Пошли, Вульф.

И мальчик потянул таксу к подъезду.

Дома родители Олега уже вовсю готовились к празднику. Точнее, готовилась Нина Ивановна. Из кухни вкусно пахло. «Хорошо, что Женька со мной не пришел, — подумалось Олегу. — Хотя его мать сейчас, наверное, тоже готовит». Беляев-старший, устроившись на диване в гостиной, сосредоточенно смотрел телевизор.

— Пришли? — рассеянно отреагировал он на появление сына и пса и снова перевел взгляд на экран.

Вульф, естественно, первым делом кинулся на кухню. Олег, раздевшись, прошел в свою комнату и затворил дверь. Взяв со стола записную книжку, он начал просматривать телефоны, соображая, с кого лучше начать обзвон.

«О-о! — нашел он наконец подходящую кандидатуру. — Звякну-ка я Даньке Шороху из одиннадцатого «А». Этот вечно все про всех знает».

Шорох оказался дома. Видимо ему было скучно, и он завел с Олегом длинную беседу совершенно ни о чем. Олег изо всех сил пытался пустить разговор по нужному руслу, но Данька, как назло, упорно уходил от обсуждения нужной темы. Произнося, в зависимости от ситуации, односложные «да» или «нет», Олег напряженно думал, как же все-таки вытянуть из Шороха информацию.

Наконец Олегу удалось свернуть беседу на вчерашний праздничный вечер. А от вечера он плавно перешел на Светлану и ее отношения с одиннадцатым «А».

— А чего, — вяло отреагировал Данька. — Нормальные у нас с ней отношения.

— У всех? — усилил натиск Олег.

— Ну, — подтвердил Шорох. — Вот в «Б»>, я слышал, другое дело.

— Другое? — насторожился Олег.

— Там есть со Светланой трения, — откликнулся Данька.

— А точнее? — спросил Олег.

— Ну, у Светланы с одним там вышла психологическая несовместимость, — внес некоторую ясность Шорох.

— У Светланы? Несовместимость? — воскликнул Олег. — Вот уж никогда бы не поверил!

— У всех бывает, — многозначительно произнес Данька Шорох. — Светлана же ведь на математике своей чокнутая.

— Это верно, — подтвердил Олег. — Но что надо делать, чтобы Светлану достать?

— Да сначала он просто ничего не делал, — начал объяснять Данька. — С известными результатами. А когда в конце этого полугодия ему засветила двойка, то всполошились Петькины предки. Они начали наезжать на Светлану. Вот и началось.

— А чем кончилось? — поинтересовался Олег.

— Пока по нулям кончилось, — сказал Данька. — Так сказать, боевая ничья. Петька получил свою пару. Но Светлана вообще-то не против, чтобы он в следующем полугодии подучил и пересдал.

— Так в чем же проблема? — спросил Олег.

— Но ведь Петька учить-то не хочет, — ответил Шорох. — И предки его в полной амбиции. Мол, их сыну математика все равно никогда больше не понадобится. Могла и просто так тройку поставить. А Светлана, сколько они ни умоляли, отказалась.

— А кто предки у этого Петьки, не знаешь? — словно бы невзначай осведомился Олег.

— Да какие-то полукрутые, — хохотнул Данька.

— Что значит, полукрутые? — не понял Олег.

— Ну, не такие, как предок вашего Ахметова, но и не то, чтобы совсем нули. В общем, чем-то там занимаются и от чего-то навар имеют. А на Светлану они жутко обозлились.

— Ясно, — Олегу хотелось как можно скорей распрощаться с Шорохом, чтобы переварить новую информацию. Однако нельзя было настораживать Даньку. Поэтому, вновь вернувшись ко вчерашнему вечеру, Олег добрых четверть часа болтал о какой-то ерунде. И, только совершенно заговорив Даньку, начал прощаться.

— Ладно, ты мне вообще-то позванивай, — явно остался доволен Шорох.

Олег пообещал так и поступить и наконец положил трубку. В дверь требовательно поскребся Вульф. Мальчик пустил его в комнату. Затем уселся на кровать и, обхватив голову руками, попробовал выстроить версию.

Сведения, полученные от Шороха, кажется, вполне укладывались в схему, которую недавно наметила Компания с Большой Спасской. Собственно, это было вообще единственное объяснение происшествия. Светлана входит в конфликт с Петром Федоренко. Потом в дело вмешиваются его родители. Светлана стоит на своем. Родители Федоренко злятся. Вполне вероятно, они предлагали Светлане взятку. Если так, Олег вполне живо представлял себе, что она ответила. Вот после этого у Федоренко-старших и мог возникнуть план мести. А если они к тому же знали, что сразу после новогодних праздников Андрей и Светлана должны пожениться… В общем, лучше и не придумаешь. Вопрос, насколько далеко зайдут предки этого Петьки Федоренко.

Олег в задумчивости коснулся телефонной трубки. Первым его порывом было немедленно позвонить Андрею Станиславовичу. Однако мгновение спустя мальчик заколебался. Андрей ведь наверняка знает об этом конфликте. Значит, уже сообщил майору Василенко. «А если они со Светланой не придали никакого значения ссоре с Петькиными предками? — снова задумался Олег. — Нет, все-таки надо позвонить».

Он поднес трубку к уху, однако вновь опустил ее на рычаг. Словно какая-то сила удерживала мальчика от этого звонка. «Конечно, если Андрей ничего не знает про ссору с Федоренко, то надо обязательно сообщить ему, — продолжал колебаться Олег. — Но если он знает, то мигом просечет, что мы занимаемся самостоятельными поисками Светланы. И тогда* нам будет трудно вести дальнейшее расследование».

Помучившись так минут пять, Олег пришел наконец к поистине соломонову решению. Сперва надо созвониться с ребятами и узнать, не выяснили они что-нибудь важное. А уж потом настанет черед для разговора с Андреем Станиславовичем.

Но не успел Олег набрать Танин номер, как ему позвонил Пашков.

— Привет. Стой и не падай!

— Светлана нашлась? — спросил Олег.

— При чем тут это? Не Светлана, а крыса. Верней, она не нашлась.

— Так что же тогда? — охватило разочарование Олега.

— Она опознана! — оглушительно проорал в трубку Лешка.

— Выходит, все же нашлась? — снова спросил Олег.

— Да говорю тебе, нет. Просто теперь мы знаем, кто она.

— А кто она? — ошалело пробормотал Олег. — Хочешь сказать, она в маскараде участвовала? Переоделась крысой, а на самом деле это был хомячок?

— Какой на фиг хомячок? — возмутился Лешка. — Русским языком тебе объясняю: это была самая настоящая серая крыса.

— Тогда извини, но я ничего не понимаю, — вынужден был признаться Олег.

— Потому что не слушаешь. Крыса принадлежала Ромке. Он ее где-то там отловил и припер в «живой уголок», чтобы после ее приручить. Да Ромка с Сашком мне сказали, "что она, в принципе, уже совсем почти приручилась. Даже чересчур, потому что освоила самостоятельное открывание клетки. Ну и сбежала как раз незадолго до конкурса.

Длинноносый Ромка был лучшим другом и одноклассником Сашка Пашкова. Главная Ромкина проблема заключалась в любви к животным, которую совершенно не разделяли его родители. Поэтому Ромка время от времени обогащал «живой уголок» две тысячи первой школы какими-нибудь колоритными экспонатами. Ромкина фауна отличалась большой активностью. Компания с Большой Спасской прекрасно помнила, какой переполох поднялся в школе после побега питона Гоши. И вот теперь эта крыса.

— В общем, она сбежала, каким-то образом замкнула контакт и грохнулась вниз вместе с конфетти.

— Значит, Ромка потом и увел ее из сортира? — усмехнулся Олег.

— Если бы, — вздохнул Пашков. — Лариска, похоже, сама очухалась и удрала.

— Какая Лариска? — спросил Олег.

— Да это Ромка свою крысу так в честь старухи Шапокляк назвал, — объяснил Пашков. — Теперь у него дилемма. То ли признаться, но тогда Арсений ему вломит и «живой уголок» вообще могут закрыть. А если Ромка не признается, то крысу еще ненароком прибьют. А Ромке жалко. Он сегодня пол-утра шастал по всей школе и звал ее. Но она не откликнулась. Одна надежда: может, сама в клетку вернется. Ромка ей там целый шведский стол организовал из ее любимых продуктов.

— Ну, хоть с этим выяснили, — сказал Олег. — А то я, честно говоря, думал, что ее специально кто-то из Дуськиных «доброжелателей» подкинул.

— Нет. Машка права, — отозвался Пашков. — Это просто судьба. А победила она по-честному.

— Ты про варежку-то уже знаешь? — перешел к делу Олег.

— Чего еще за варежка? — удивился Лешка. — Я, Олег, всего полчаса назад домой ввалился. А потом мне Сашок про Ромку рассказывал.

— Тогда слушай.

Олег рассказал о странной находке. И вообще обо всем, что четверым друзьям удалось выяснить утром.

— Говоришь, Петька Федоренко? — послышалась тревога в голосе Лешки.

— Ну, — подтвердил Олег.

— Я об этом скандале тоже чего-то слышал.

— В школе? — решил выяснить Олег.

— Нет, — откликнулся Лешка. — Я на прошлой неделе зарулил к Мичману. А у него как раз сидел Петька Федоренко.

— Выходит, они знакомы? — заинтересовался Олег.

— Знакомы, — подтвердил Лешка. — Я вообще не вникал, но у них какие-то общие дела.

Олег усмехнулся. У Кольки Матросова по прозвищу Мичман были общие дела чуть ли не с половиной района.

— И что Федоренко?

— Да понимаешь, — явно смутился Лешка. — Я тогда как-то особо к этому и не прислушивался. Думал: «Какое мне дело?» И потом у нас с Мичманом тоже кое-какие свои дела наметились. В общем, я прямо дождаться не мог, пока этот Петька свалит.

— То есть ты ничего конкретного про конфликт не знаешь? — спросил Олег.

— Только в общих чертах, — сказал Лешка. — Но могу зайти к Мичману и выяснить подробности. Вдруг Петька ему что-нибудь говорил.

— Тогда выясни как можно скорей, — распорядился Олег. — Боюсь сглазить, но, кажется, мы напали на след.

— Ежу понятно, — не сомневался Лешка. — Во всяком случае, мотив налицо.

— Ну, это еще до конца не доказано, — был куда осторожней в выводах Олег.

— Так вот мы и докажем, — все сильней воодушевлялся Лешка. — Сперва докажем, потом найдем и доставим Андрею невесту прямо в квартиру. Так сказать, на блюде с голубой каемочкой.

— Разбежался, — охладил его рвение Олег.

— Точно. Бегу в темпе к Мичману. Когда речь идет о киднеппинге — промедление смерти подобно, — заявил Лешка.

— Тогда счастливого тебе плавания. И Олег положил трубку. Едва это случилось, телефон зазвонил опять.

— Сколько можно трепаться? — услышал Олег укоряющий голос Тани.

— Столько, сколько нужно, — ничуть не смутился он. — Лучше послушай, что я нарыл.

— Нет, сперва ты послушай, — перебила девочка. — Я говорила с Олькой Коржавиной и Юлей Овсянниковой. Обе из одиннадцатого «Б».

— Так, так, — насторожился Олег.

— Они обе, — снова заговорила подруга, — твердят одно и то же. Светлана влепила Петьке Федоренко пару в полугодии. Но конфликт у них возник еще раньше. Когда Светлана только пригрозила Петьке, что он останется с парой в полугодии.

— Ну, а конкретно, чего они рассказали? — поинтересовался Олег.

— Конкретно Петька Федоренко целую неделю после этого орал, что Светлана еще пожалеет, — тихо проговорила Таня.

— Мало ли что он орал, — ответил Олег. — Естественно, пару в полугодии никому неохота хватать.

— Вопрос в другом, — сказала Таня. — Светлана его сперва вроде просто предупредила. Петька должен был до конца четверти пересдать несколько тем. Если бы он это сделал, Светлана поставила бы ему тройку. Но Петька даже не попытался. А потом к Светлане явились его предки. И стали ее уговаривать. Мол, оставьте нашего мальчика в покое. Ему ваша математика никогда в жизни не понадобится.

— Это я уже знаю, — не хотел зря терять

времени Олег.

— Откуда, — еще была не в курсе Таня.

— Пашков только что сказал, — принялся объяснять ей Олег. — А ему — Мичман. У них, оказывается, с этим Петькой Федоренко какие-то дела.

— Ну, тогда слушай, что я узнала от Юльки Овсянниковой, — снова заговорила Таня. — Она три дня назад видела, как Светлана ругалась с каким-то мужиком.

— Может, это был Петькин предок? — предположил Олег.

— Юлька сперва тоже так подумала, — отозвалась Таня. — Но этот мужик вдруг схватил Светлану за руку и попытался втащить в «Жигули». А у Петькиного отца совсем другая машина. Ну, Юлька, естественно, заинтересовалась и подошла ближе. В этот момент Светлана как съездит мужику по физиономии! Тот отпустил ее, и она ушла. А мужик поглядел ей вслед, выругался и уехал.

— Мужика-то твоя Юлька хоть разглядела? — осведомился Олег.

— Разглядела, — вздохнув, ответила Таня. — Но, боюсь, это нам мало поможет. Юлька не смогла мне назвать ни одной особой приметы. Говорит, мужик средних лет, среднего роста, в шапке и в кожаной куртке. Как все. По Юлькиным словам, таких у нас половина Москвы.

— Очень наблюдательная девочка, — невесело усмехнулся Олег.

— Ты бы лучше спасибо сказал, что Юлька столько всего заметила, — в голосе Тани послышался легкий укор.

— И что нам теперь прикажешь с этим делать? — охватила досада Олега. — Какой-то мужик в кожаной куртке и в шапке. Да еще на очень оригинальной машине марки «Жигули». Кстати! — воскликнул мальчик. — Она хоть цвет машины запомнила?

— Увы, — вновь вынуждена была разочаровать друга Таня. — Юлька говорит, в тот день очень сильно мело, и «Жигули» были все в снегу.

— Нд-а-а, — протянул Олег. — Я чувствую, эту Юльку нужно принять в нашу компанию. Она — совершенно незаменимый человек для расследований.

— Откуда в тебе столько высокомерия? — сильней прежнего возмутилась Таня. — Юлька ведь тогда не знала, что это окажется важно.

— В общем-то, ты права, — вынужден был согласиться Олег. — Она заметила как раз то, что бросилось в глаза. А именно, что наша сдержанная и хорошо воспитанная Светлана треснула на улице мужика по физиономии.

— Кстати, — подхватила Таня, — то, что машина была вся в снегу, по-моему, тоже важно. По всей видимости, этот мужик долго дожидался Светлану возле школы.

— Точно, — подтвердил Олег. — Слушай, Танька,"вроде и впрямь все сходится.

— Что сходится? — пока не улавливала ход его мыслей девочка.

— Да практически все, — с расстановкою произнес Олег. — Если родители Федоренко решили проучить Светлану или, к примеру, вывести ее на время из игры, пока не уломают какого-нибудь другого преподавателя, чтобы он исправил отметку их сыну…

— Стоит ли овчинка выделки? — засомневалась Таня. — Наверняка проблему с отметкой можно решить каким-нибудь более простым способом. Ну, хотя бы перевести Петьку в другую школу. Предки у него небедные. Значит, осилят и платное обучение. А во многих платных школах отметки вообще практически ни за что ставят.

— Люди бывают разные, — заспорил Олег. — Если Петькиного отца заклинило, он мог сделать гадость Светлане из элементарного чувства мести.

— Если он не совсем кретин, то не мог, — по-прежнему сомневалась Таня.

— Почему? — удивился Олег.

— Потому что это слишком дорого ему обойдется, — объяснила девочка. — Полага-епгь, Светлана, когда ее наконец отпустят, станет молчать, что предки Федоренко ее украли?

— Так вот, чтобы она ни о чем не догадалась, предки Федоренко и наняли мужика на^ «Жигулях», — уже достаточно ясно представлял себе Олег, что произошло. — Он упер Светлану. Где-нибудь ее подержит. А потом отпустит. Вот и доказывай потом, что тебя украли, а не ты сама по каким-то причинам сбежала от жениха перед самой свадьбой.

— Но ведь и этого типа на «Жигулях», по идее, можно опознать, — сообразила Таня.

— Ты сперва найди его, — усмехнулся Олег. — Во-первых, насколько я понимаю, он совершенно среднестатистический. От машины он потом может избавиться. Или она вообще окажется угнанной. А самое главное, Светлана снова-таки ничего не докажет.

— Логично, — наконец согласилась Таня. — К тому же очень многие знают, что Светлана с Андреем часто ссорятся.

— И перед ее исчезновением как раз это и произошло, — уточнил Олег.

— Выходит, похититель знал о последней их ссоре? — задумчиво проговорила Таня.

— Или знал, или просто совпало, — отозвался мальчик. — Факт тот, что первая попытка не удалась. Видимо, когда похитителя засекла твоя Юлька, он просто пытался действовать нахрапом. А после того, как не вышло, придумал более хитрый трюк. Дед Мороз и Снегурочка вообще перед Новым годом как-то

расслабляют.

— Олег, — с тревогою проговорила Таня. — Где мы будем искать Светлану?

— Пока не знаю, — отвечал тот.

— Надо, наверное, рассказать Андрею, — сказала Таня.

— О чем? — спросил Олег. — Про конфликт с Федоренко он почти наверняка знает.

— Не почти, а точно, — вспомнилась Тане еще одна деталь Юлькиного рассказа. — Андрей в ссору с предками Федоренко влез. И посоветовал им больше на Светлану не давить.

— Вот видишь, — продолжал Олег. — Значит, Андрей с майором Василенко эту версию и без нас отработают.

— Тогда что нам вообще остается? — не поняла Таня.

— Не знаю, — в которых раз за сегодняшний день произнес Олег. — Дай мне спокойно какое-то время подумать. И Андрею я все-таки звякну. Вдруг он что-нибудь мне скажет.

— Тогда до скорого, — и Таня положил<, трубку.

— Хлеб забыли! — влетел в комнату к сыну Борис Олегович. — Надо купить.

Олег, вздохнув, отправился в булочную. Потом они с отцом целых полчаса пытались раздвинуть стол, который напрочь заело. Борис Олегович в связи с этим немедленно настроился на трагический лад и, воздев руки к потолку, стал сетовать на свою несчастную судьбу. По уверениям Беляева-старшего, «эта чертова фирма» съела его всего без остатка. Он уже давно не приглашал гостей. Вот стол и заело, по той самой причине, что им столько времени никто не пользуется.

В результате непокорный стол все-таки раздвинулся. Но при этом Борис Олегович прищемил себе палец, что стало поводом для нового трагического выступления, во время которого глава семейства Беляевых не забыл упомянуть и о «проклятой елке», не давшей ему сегодня как следует выспаться. Часа через два папа Олега окончательно успокоился и снова сел смотреть телевизор. Но тут позвонили сперва Катя, а следом за нею — Темыч.

Собственно, ничего нового они сказать не смогли. Олегу все было и без них известно. Потом позвонил Пашков:

— Я только что виделся с Мичманом.

— Ну и? — поторопил Олег.

— Мне даже почти ничего спрашивать не пришлось! — явно был очень доволен результатами своей деятельности Лешка. — Потому что так получилось, что как раз когда я пришел, он болтал по телефону с Петькой Федоренко. Ну, и тот ему жаловался. Говорит, к предкам сегодня пожаловали из милиции."

— В связи со Светланой? — едва сдерживал нетерпение Олег.

— Ежу понятно, — подтвердил Лешка. — Как я понимаю из того, что мне сказал Мичман, а ему сказал Петька, Федоренко-старший у милиции в главных подозреваемых. А Петька жаловался Мичману. Он теперь нашу Светлану вообще ненавидит. Мало того, что она Петьке двойку влепила, так еще теперь его предку нужно доказывать, что он не верблюд и не крал никакой учительницы.

— А ты уверен, что он не крал? — перебил

Олег.

— Я-то, понятное дело, сперва был совсем не уверен, — откликнулся Лешка. — Но Мичман такое сказал, что я почти убедился.

— И что же тебя так убедило? — поинтересовался Олег.

— Да понимаешь, эта двойка Петьке в общем-то до лампочки, — начал объяснять Пашков. — То есть, конечно, с моральной точки зрения неприятно. Но его на последнее полугодие предки переводят в экстернат. А там он математику, хоть на тройку, да сдаст.

— Дела-а, — протянул Олег. — Правда, они все-таки могли отомстить.

— Сомневаюсь, — не верилось Лешке. — И Мичман тоже говорит: такие предки, как у этого Федоренко, просто так, без выгоды, ничего делать не стали бы. Тем более они ведь не дураки. Об этом конфликте слишком многие знают. Вот на них первое подозрение и упало. Мичман сказал, что Петькины предки даже на всякий случай наняли адвоката.

Слушая Лешку, Олег испытывал сложные чувства. С одной стороны, он с большим облегчением убедился, что Андрея посвящать в ход расследования Компании с Большой Спасской попросту не имеет смысла. Василенко уже вовсю отрабатывал ту же версию. Но вот сама версия явно трещит по швам. Конечно, еще оставался какой-то шанс, что семейство Федоренко лукавит и пытается замести следы. Однако чем больше Лешка излагал со слов Мичмана подробностей о Федоренко-старших, тем призрачней становился этот шанс. Пашков поработал на славу и теперь оказался в курсе множества фактов из жизни Петькиных родителей. Как понял Олег, самое большее, на что они были способны, — это закатить скандал из-за двойки. И уж явно Федоренко-старшие не относились к людям, которые занимаются похищением людей.

Но тогда кому же понадобилась Светлана? И что за среднестатистический мужик поджидал ее на среднестатистической машине возле школы?

— Эй, ты чего умолк? — вывел Олега из задумчивости Лешкин окрик.

— Да так. Размышляю, — откликнулся тот.

— Ты Андрею-то еще не звонил? — спросил Лешка.

— Как раз сейчас собираюсь.

— Тогда не тяни, — посоветовал Лешка. — Во-первых, могут быть какие-то новости. А во-вторых, вдруг она вообще нашлась.

— Сейчас позвоню, — пообещал Олег. Едва услышав голос классного руководителя, он понял, что хороших новостей нет.

— Ищем, ищем, Олег, — явно не хотелось распространяться на эту тему Андрею Станиславовичу. — Хорошенький у меня Новый год получился.

— Но Новый год еще не настал, — попытался утешить его мальчик. — Кстати, вы Владимиру Ивановичу про Деда Мороза со Снегурочкой сказали?

— Да, — не скрыл на сей раз учитель. — Вовка с ребятами все ближайшие дома обошли. Оказалось, никто Деда Мороза не заказывал.

— Выходит, они были липовые, — начал было Олег.

— Я о чем вас просил, — тут же отреагировал Андрей Станиславович. — Не лезьте! Мы с Вовкой сами разберемся. За заботу, конечно, спасибо. И с наступающим вас Новым годом.

Олегу хотелось задать еще несколько вопросов, но учитель уже повесил трубку. «Как же ему помочь? — вновь принялся размышлять мальчик. — Главное, теперь у нас не осталось ни одной зацепки. Если, конечно, не считать неизвестного мужика возле школы, которого теперь никогда никто не найдет и никто не узнает. А самое главное, непонятно, чего с ним Светлана сцепилась. Бедняга Андрей! И как раз перед свадьбой!»

Вдруг мысли Олега заработали в неожиданном направлении. «Господи! — осенило мальчика. — Какие же мы идиоты! Почему мы раньше об этом не подумали?»

Резко вскочив со стула и лишь только каким-то чудом не наступив на мирно дремавшего Вульфа, Олег кинулся к шкафу и выволок большую коробку со школьными фотографиями. Порывшись в ней минут десять и усыпав весь пол разноформатными снимками, он наконец обнаружил то, что ему было нужно. Затем в два прыжка достиг телефона.

— Танька! — мгновение спустя прокричал он в трубку. — Как позвонить Юльке Овсянниковой?

Глава X

СТАРАЯ ФОТОГРАФИЯ

Зачем тебе Юлька? — удивилась Таня. — Ты у нее все равно ничего больше не вытянешь.

— Надо срочно проверить одну вещь, — отвечал Олег.

— Какую? — хотелось выяснить девочке.

— Пока не скажу, — тоном, не допускающим возражений, произнес Олег.

— Нет, скажи, так нечестно, — обиделась Таня. — И вообще, с каких это пор у тебя появились от меня секреты?

— Танька, это не секрет, — взмолился Олег. — Но я просто хочу сначала проверить. Потому что сам еще до конца не уверен.

— В таком случае, вынуждена тебя разочаровать, — откликнулась девочка. — Юлька сказала, что встречает Новый год у каких-то родственников. И они с предками уже туда отбыли. В общем, придется тебе ждать, как минимум, до завтрашнего утра.

— Черт! — воскликнул Олег. — Как же я раньше не догадался.

— Да о чем? О чем? — повысила голос Таня.

— Ладно, — сдался Олег. — Слушай. Понимаешь, мы тут разговаривали с Пашковым. В общем, Федоренко явно ни при чем.

— Ты уверен? — осведомилась Таня.

— Теперь совершенно, — и Олег вкратце изложил все, что удалось Пашкову выяснить у Мичмана.

— Да, — согласилась Таня. — Не стали бы эти люди такого делать.

— Вот тут я и начал думать, — от волнения перешел на скороговорку Олег. — Если этого мужика, которого Юлька видела возле школы, никто не нанимал, то почему он так себя вел? Причем учти, Танька. Даже самый тупой похититель не стал бы силком заталкивать Светлану в машину возле школы, где она работает.

— И Андрей работает, — добавила Таня. — Представь, Олег, что вышло бы, если бы Светлана начала звать на помощь.

— Учитывая десантное прошлое нашего Андрея, отбивная из этого типа вышла бы, — усмехнулся Олег. — Но еще важнее другое. Когда я убедился, что предки Петьки Федоренко тут ни при чем, у меня вдруг словно мозги прочистились. И я подумал: «Допустим, похититель был полным идиотом и вознамерился спереть Светлану на глазах всей школы, то все равно возникают по крайней мере два вопроса. Во-первых, почему он не довел начатого до конца? Светлана у нас совсем не атлет. Запихнуть ее в машину и уехать, в принципе, ничего не стоит. А похититель получил по морде, мигом скис и уехал. И Светлана, судя по всему, совсем не была напугана. Прикинь, Танька, на улице к тебе пристает незнакомый мужчина. Вы с ним ругаетесь, и он пытается затащить тебя в машину. Во-первых, ты сразу начнешь кричать. Ведь рядом школа, где все тебя знают. Значит, по идее, могут прийти тебе на помощь. Но даже, если ты не закричала, а просто двинула ему по морде, он растерялся, и тебе удалось вырваться, куда ты побежишь?

— Естественно, обратно в школу? — ни на миг не задумалась Таня.

— Ну! — воскликнул Олег. — А что делает наша Светлана? Она, заметь, даже не побежала. Просто повернулась и спокойно себе пошла в сторону Красных Ворот. Значит…

Олег резко умолк. Ему хотелось проверить, к какому выводу придет Таня.

— Значит, — подхватила она. — Ну да! Ты хочешь сказать, что Светлана совершенно не напугалась, а просто разозлилась на этого типа?

— Правильно, — подтвердил Олег. — Ну, и что дальше из этого следует?

— Наверное, что Светлана была с этим человеком хорошо знакома, — откликнулась Таня.

— Молодец! — воскликнул Олег. — Тогда ответь мне, пожалуйста, на последний вопрос: кто был этот человек?

— Откуда я знаю? — удивилась Таня. — Мало ли у Светланы знакомых?

— Нет, Танька, — упорствовал мальчик. — И ты его знаешь, и я, и вообще все наши бывшие «вешники».

— Да откуда? Откуда? — так и не доходило до Тани.

— Ладно. Не буду тебя больше мучить, — сжалился над подругой Олег. — Вспомни пятый класс.

— В пятом классе у нас Андрей стал классным руководителем, — отозвалась девочка.

— Тепло, но не очень, — сказал Олег. — Ты лучше вспомни Светлану.

— А что тут помнить? Светлана стала у нас вести математику.

— А еще? — усилил натиск Олег.

— Не знаю, — сдалась Таня.

— И очень зря, — послышались победоносные нотки в голосе у Олега. — Светлана нас осенью в пятом классе водила в поход. И не одна, а… с мужем! — завершил фразу восклицанием Олег.

— Господи! — крикнула в голос обычно тихая Таня. — Ну, конечно же! У нее тогда еще был тот муж!

«Тот муж», как его назвала сейчас Таня, появился в жизни Светланы Сергеевны, когда Андрей Станиславович воевал в Афганистане. И существовал еще долгое время после того, как роман у Светланы с Андреем возник вновь. Лишь в прошлом году Светлана наконец официально оформила развод и переселилась в квартиру Андрея Станиславовича. Теперь о «том муже» все и думать забыли. Впрочем, в две тысячи первой школе его практически никто и не знал.

— Слушай, а ведь он действительно с нами в поход ходил, — продолжала Таня. — Но я совершенно не помню, как он выглядел.

— Я бы тоже не вспомнил, — отозвался Олег. — Но у меня, к счастью, остались фотографии. Ведь тогда с нами еще пошел и мой предок.

— Вот это я как раз хорошо запомнила, — хмыкнула Таня.

Дело в том, что Борис Олегович первый и, наверное, последний раз отправившись в поход вместе с сыном, принял активное участие в приготовлении обеда на костре. Азартная Светлана Сергеевна разбила ребят на несколько команд. Было устроено соревнование, кто скорее и вкуснее сварит суп. По времени победила команда, куда входила в полном составе Компания с Большой Спасской. Однако вкусовые качества супа оценить никому не удалось. Потому что глава семейства Беляевых, взявшись снять котелок с костра, конечно же, обжегся и с громким воплем вылил все содержимое в огонь. При этом Борис Олегович умудрился обжечь, кроме руки, и правую ногу. Светлане Сергеевне пришлось оказывать ему первую помощь. А потом Беляев-старший еще месяц заметно прихрамывал. Зато он сделал множество снимков ребят в походе. На одном из них как раз и был запечатлен крупным планом первый муж Светланы Сергеевны.

— Вот с бывшим мужем Светлана и впрямь могла так поговорить, — развивал свою мысль Олег.

— Могла, — согласилась Таня. — Но зачем ему было красть ее?

— Да кто их знает? — и сам терялся в догадках Олег. — Вдруг они при разводе что-нибудь там не доделили. Поэтому я и хочу показать Юльке снимок этого бывшего мужа.

— Кстати, как его звали? — спросила Таня.

— Вот этого я тебе даже под пытками не скажу, — отвечал Олег.

— Почему? — удивилась Таня.

— Потому что не знаю, — усмехнулся мальчик. — А вернее сказать, не помню.

— Я знаю, кто помнит, — осенило Таню. — Моя Длина. Она изучила вдоль и поперек жизненный путь Андрея Станиславовича.

— Так то Андрея, — засомневался Олег.

— Светланин, по-моему, тоже, — отвечала Таня. — В общем, надо ей позвонить.

— Ей, пожалуй, стоит, — медленно проговорил мальчик. — А остальным пока не скажем.

— Почему? — не поняла Таня.

— Не хочу раньше времени гнать волну, — объяснил Олег. — Шансов, что я не ошибся, только пятьдесят на пятьдесят. А если Юлька на фотографии мужика, который стоял возле школы, не опознает? И Женька до завтрашнего утра изводить меня будет.

— По поводу Женьки можешь не волноваться, — внесла ясность Таня. — Я ему недавно звонила. Так он даже к телефону не подошел. Мама его говорит, что после нашей прогулки ему сделалось совсем плохо. А потом чуть-чуть полегчало, и он заснул.

— Хороший ему новый год предстоит, — посочувствовал Олег.

— У Женьки организм могучий, — ответила Таня. — Может, он до двенадцати еще придет в себя.

— Или весь новый год проспит, — предполагал и такой вариант Олег. — Ладно, сейчас звякну Моей Длине. Эх! — с большим сожалением добавил он. — Надо же было твоей Юльке так не вовремя смотаться из дома.

— Между прочим, она моя такая же, как твоя, — усмехнулась Таня. — А если хочешь, запиши ее телефон. Завтра проснешься и прямо с утра названивай.

Олег записал. Затем, попрощавшись, набрал номер Моей Длины.

— Машка, — едва услышав ее голос, начал он. — Есть дело. Только это пока по секрету.

— Шпарь, — милостиво разрешила Школьникова.

— Ты случайно не знаешь имени бывшего мужа Светланы?

— С елки упал? — хохотнула Моя Длина. — Странные тебя в последнее время вещи интересуют.

— Совсем не странные, — спокойно отреагировал Олег. — Так ты знаешь или не знаешь?

— Мы девушки такие. Все знаем, — заявила Моя Длина. — Его звали Максимом. Отчества, извини, не помню. То ли Иванович, то ли Николаевич. А зачем тебе?

— Только по большому секрету, — повторил Олег. — Я, пока не проверю, даже нашим не хочу говорить. Вдруг опять ошибаюсь. Так что, кроме тебя, это знает только Танька…

— Травка зеленая! Не томи! — возопила Школьникова.

Олег вынужден был повторить с начала до конца все, о чем они говорили с Таней. Моя Длина, слушая, шумно дышала в трубку.

— Ну, зашибись-умри! — бурно отреагировала она. — Так он что же, по-твоему, спер бывшую жену перед самой свадьбой?

— Откуда я знаю, — ответил Олег. — Пока что мне нужно удостовериться, что именно Максим то ли Иванович, то ли Николаевич поджидал Светлану возле школы.

— Слушай, Олег, пока не узнал, Андрюше ни слова, — потребовала Моя Длина.

— Почему? — удивился Олег. — Может, как раз надо сказать? Они бы с Василенко пока проверили.

— Ну, ты, Олежка, совсем! — закричала Школьникова. — Если Андрей узнает, от этого бывшего Максима один пшик останется. Д если ты ошибся? Светлану в результате найдут, а у Андрюши будут жуткие неприятности. Нет уж. Потерпи до утра.

Олег пообещал так и поступить. И, по ложа руку на сердце, признался самому себе, что принял такое решение с большим удовольствием. Хотелось действительно до конца убедиться, что на сей раз он прав. В противном случае Компания с Большой Спасской вольно или невольно возведет напраслину на невиновного человека.

Всю новогоднюю ночь Олег промучился в сомнениях. Во-первых, его волновало, опознает ли Юлька по фотографии Максима то ли Ивановича, то ли Николаевича. Но даже если и опознает, все равно оставался шанс, что Дед Мороз и Снегурочка никакого отношения к скандалу, разыгравшемуся возле школы, не имеют. И тогда Компания с Большой Спасской впервые окажется не в силах раскрыть преступление. Думать об этом было особенно обидно — ведь речь шла не о каких-то посторонних людях, а об Андрее, которому всем семерым ребятам очень хотелось помочь.

За ночь Олег и Таня несколько раз перезванивались. Потом позвонила Моя Длина, у которой, по ее словам, тоже «душа была не на месте». Тем более что Андрюша к телефону не подходил. Вместо него отзывался автоответчик.

— Наверное, родственники и знакомые истерзали, — предположил Олег.

— Или Андрюша вместе с майором Василенко поехал куда-нибудь искать, — придерживалась иного мнения Моя Длина.

В шестом часу Олег наконец забылся коротким сном. А в десять уже вовсю жал на кнопки телефона, пытаясь дозвониться до Юльки. Часов до двенадцати у нее не подходили. А потом стало сразу наглухо занято.

«Ну, что же это такое! — с досадою восклицал про себя Олег. — Не понимаю людей, которые, едва заявившись домой, сразу кидаются болтать по телефону!» Наконец, без двадцати час, титанические усилия Олега увенчались успехом. К телефону подошел какой-то мужчина.

— Юлю, пожалуйста, позовите, — обратился к нему Олег.

— Ну и молодежь пошла, — недовольно пробормотал мужчина. — Хоть бы с Новым годом поздравил.

— С Новым годом, — послушно изрек Олег.

— Вот это другое дело. Юленька, подойди, — прокричал в сторону мужчина.

Юлька взяла трубку. Потребовалось еще какое-то время на объяснения, кто он, Олег, и почему звонит. Наконец Юлька все поняла. И сразу согласилась встретиться с Олегом на улице. Тем более что давно уже была наслышана о подвигах Компании с Большой Спасской.

Стараясь не разбудить крепко спящих родителей, Олег выскочил из дома. Юлька, по счастью, жила совсем близко, в начале Астраханского переулка.

— Показывай! — едва завидев Олега, потребовала она.

Тот протянул фотографию.

— Ну, похож?

— Вылитый, — подтвердила Юлька. — Только тут он чуть-чуть помоложе и… без меховой шапки.

— Естественно. В сентябре-то месяце, — разобрал нервный смех Олега. — Юлька, спасибо тебе большое. Ты извини. Теперь мне надо бежать. Только, умоляю, пока никому ни слова.

— Ладно, — кивнула девочка. — Но с условием, что вы мне позвоните, как только что-нибудь выяснится.

— Договорились.

И Олег побежал в конец Большой Спасской к дому, где жили Темыч, Женька, Таня и Катя. Вихрем влетев в четвертый подъезд, он поднялся на Танин этаж и начал трезвонить в дверь.

— Ну, как? — вылетела на лестничную площадку Таня.

— Тише ты, — прижал палец к губам Олег.

— Да у меня никого дома нету, — улыбнулась девочка. — Предки пошли к тете Вере на проспект Мира догуливать. Меня тоже с собой едва не утащили. Я еле отговорилась. Теперь тетя Вера на меня обижается.

— Ничего, она тебя простит, — хорошо знал Танину тетю Олег.

Они уже были в квартире.

— Танька, все подтвердилось, — сбросил покрытую снегом куртку Олег. — Юля узнала его.

— Не может быть! — широко раскрыла голубые глаза Таня.

— Оказывается, может, — подвинул к себе телефон Олег.

— Андрею звонить собираешься? — посмотрела на друга Таня.

— Ну, надо же его поставить в известность, — почему-то не торопился набирать знакомый номер Олег.

— А может, лучше дать знать Василенко? — , посоветовала Таня. — Пусть своими путями сначала выяснит.

— Кажется, ты права, — согласился Олег. — И наудачу набрал домашний номер майора.

— Алло, — послышался заспанный голос Владимира Ивановича.

— С Новым годом! Это Олег!

— Во елки! И тебя с Новым годом! Какой на сей раз подарочек мне припасли? Неужто Светлану обнаружили?

— Рядом с вами нет Андрея Станиславовича? — отвечал вопросом на вопрос Олег.

— Нет. Он у себя дома.

— Отлично. Тогда давайте договоримся, что пока ему ни слова.

И Олег в каком-то немыслимо быстром темпе выдал майору всю информацию.

— Я, конечно, точно сказать не могу, — сказал в заключение мальчик. — Но вроде это какой-то след.

— Очень интересно, — был явно озадачен Владимир Иванович. — Я вообще-то Андрея спрашивал про бывшего Светкиного мужа. А он мне сказал, что там все быльем поросло. Мол, этот Максим после развода вообще на Светкином горизонте ни разу не появлялся.

— Выходит, что появлялся, — ответил Олег.

— Вот это мне совсем и не нравится, — с тревогою в голосе произнес майор Василенко. — Придется мне прямо сейчас этим Максимом заняться. Во, елки! Первый раз за последние десять лет отбоярился от дежурства в новогодние праздники. И вот такой замечательный презент от Компании с Большой Спасской. Кстати, и от жены моей вам заранее благодарность. Она как раз собиралась сегодня со мной идти к друзьям в гости.

— Ну, вообще-то вы, может, пойдете в гости, а мы пока сами этого Максима прощупаем? — предложил Олег.

— Нет уж. Приказываю сидеть и не рыпаться вплоть до моих особых распоряжений.

И, еще раз пробормотав что-то не совсем разборчивое про Новый год, Владимир Иванович положил трубку.

Олег и Таня обменялись растерянными взглядами. Оба внезапно испытали страшную опустошенность. Вроде бы они все сделали, что могли. Но дальнейшее от них уже не зависит. Теперь остается лишь ждать.

— Эх! — в сердцах хлопнул ладонью по подлокотнику кресла Олег. — Знать бы хоть адрес этого первого мужа.

— А толку-то, — развела руками Таня.

— Могли бы Василенко опередить, — азартно блеснули за стеклами очков глаза у Олега.

— И что бы мы сделали? — не сводила с него глаз девочка.

— Ну-у… — замялся Олег. — Раньше-то всегда что-то придумывали.

— Сейчас немного другой случай, — возразила Таня.

Олег вынужден был согласиться. Однако все равно было обидно, что Компания с Большой Спасской больше ничего не может предпринять. Мало того, от них уже ничего не зависит.

— Может, ребятам позвоним? — хотелось отвлечь его Тане.

— Теперь уж чего скрывать, — вновь потянулся к трубке Олег.

Вечером Олегу позвонил Владимир Иванович.

— Нашлась. Почти цела и в общем-то почти невредима.

— Где? — выдохнул Олег.

— В больнице, — пояснил майор Василенко., — Что с ней? — совсем не успокоили его слова Олега.

— Ладно. Давай я тебе расскажу все сначала.

И майор Василенко поведал совершенно потрясающую историю. В квартире бывшего Светланиного мужа Владимир Иванович застал его младшего брата Юрия. Тот сперва вообще не желал говорить, куда и на сколько ушел Максим. Однако, как выразился майор Василенко, у него «есть к таким людям свой подход». Тем более что от Владимира Ивановича не укрылось, что его неожиданное появление заставило Юрия нервничать.

— Короче, расколол я его, — продолжал майор. — А особенно этот Юрий затрепыхался, когда я ему как бы невзначай ляпнул, что у нас имеется варежка Деда Мороза и на ней остались волоски владельца. А провести сравнительный анализ по ДНК ничего не стоит.

— Варежка не у вас, а у нас, — поправил Олег.

— Это мне без разницы, — издал короткий смешок майор. — Тем более, я ему еще добавил, что есть свидетели похищения. Ну, тут братец совсем раскис. И такую закатил исповедь. Пальчики оближешь.

Исповедь, как вскоре убедился Олег, и впрямь впечатляла. Во-первых, выяснилось, что Светлана была не совсем откровенна с Андреем. Бывший муж никак не желал примириться с разводом и постоянно вызывал Светлану на тайные встречи, уговаривал ее вернуться. Светлана жалела и Максима, и Андрея. Максима, потому что, по ее мнению, испортила ему жизнь. А Андрею ничего о встречах с бывшим мужем не рассказывала, чтобы тот не расстраивался и не ревновал без причины. Светлана надеялась, что Максим со временем примирится с неизбежным и оставит ее в покое.

Однако, узнав, что Светлана все-таки выходит за Андрея замуж, Максим совсем обезумел. В последнюю неделю перед Новым годом он просто извел ее требованиями отказаться от предстоящей свадьбы и еще какое-то время подумать. Самый последний раз он позвонил, когда Светлана уже собиралась на новогодний вечер в школу. Максим предложил подвезти ее, так как все равно они с братом стоят у нее во дворе. Сами они уже были одеты в костюмы Снегурочки и Деда Мороза и собирались на вечер, который устроили на работе у Максима.

Немного поколебавшись, Светлана согласилась. Во-первых, как верно предполагала Компания с Большой Спасской, у нее была тяжелая сумка. Во-вторых, она надеялась, что в присутствии брата Максим будет вести себя сдержанней. И, в-третьих, чувствовала, что надо наконец поставить все точки над «и».

Однако не успела Светлана выйти из подъезда, как Максим кинулся ей навстречу, и они мигом опять поругались. Светлана пошла со двора. Однако на выходе из арки Максим и Юрий нагнали ее на машине и все же уговорил сесть. В этот момент Светлану и увидела Регина Беликова.

Далее события развивались совершенно непредсказуемым образом. Максим, внезапно заявив: «Никому я тебя не отдам!» — поехал в противоположную сторону от школы. Светлана пригрозила, что если он немедленно не остановится, то она выпрыгнет на ходу из машины. Тогда Максим велел брату держать ее. Светлана, отбиваясь одной рукой, нашарила другой в сумке газовый балончик и направила его прямо на мужа:

— Последний раз предупреждаю! Остановись!

Юрий хотел помешать Светлане, но ему удалось лишь вывернуть ей руку. Газовая струя ударила ей в лицо. Светлана лишилась чувств. И почти сразу же начала задыхаться. Лицо у нее опухло и покрылось красными пятнами. Как выяснилось впоследствии, у нее случился аллергический шок. Братья перепугались. И тут же отвезли Светлану к приятелю Максима, который заведовал отделением в Боткинской больнице.

Документов у Светланы в сумочке не оказалось, и Максим зарегистрировал ее под своей фамилией. Тем более что приятель-врач вообще был не в курсе, что они уже в разводе и Светлана вернула себе девичью фамилию, по которой ее и разыскивали последние сутки во всех городских больницах и моргах майор Василенко и Андрей Станиславович.

Максим не вылезал из больницы. Светлана очнулась лишь первого числа днем и первым делом осведомилась у Максима, дал ли он знать о происшествии Андрею. Тот ничтоже сумняшеся соврал, что все в порядке. Мол, Юрий сразу же позвонил. Накачанная лекарствами, Светлана успокоилась и немедленно вновь уснула. Как выяснилось позже, она вообще тогда не могла понять, сколько прошло времени с момента ее выхода из дома.

Максим же, по-видимому, решил использовать сложившиеся обстоятельства себе на выгоду. Он надеялся, что за время, проведенное в больнице, Светлана переменит решение и вернется к нему.

— Только зря он это, — закончил рассказ майор Василенко. — Андрей уже там.

— А Максим-то жив? — поинтересовался Олег.

— Я его лично отправил домой, — засмеялся Владимир Иванович. — Ну, и предупредил. Соответственно…

Две недели спустя, когда Светлана Сергеевна наконец совсем поправилась, состоялась столь долгожданная свадьба. Правда, еще до этого открылась тайна возникновения в жизни Темыча рослой девушки Алины. Она оказалась его троюродной сестрой — дочерью одного из многочисленных родственников Теминой мамы, Надежды Васильевны. Она приехала к Мартыновым из Мурманска погостить и заодно приглядеться к московским институтам. Проговорилась об этом мама Темыча. Установив истину, Катя затерроризировала Тему своими колкостями. Однако явно обрадовалась, что Алина на него не претендует.

Естественно, Компания с Большой Спасской была приглашена на бракосочетание классного руководителя и математички. Вернее, приглашен был весь класс. Однако Богданов и его группировка, к великой радости остальных, проигнорировали это событие. Зато другая половина класса, в прошлом составлявшая бурное и несокрушимое содружество «В», явилась в полном составе. Не хватало только Марата Ахметова. Но у него все еще не сняли гипс. Так что причина была уважительной.

Михаил Петрович, Арсений Владимирович, Роман Иванович, ребята и Владимир Иванович, родственники с обеих сторон, окружив плотным кольцом жениха и невесту, сгрудились у входа в зал, где должно было состояться бракосочетание. Наконец дверь открылась. Из нее вышла распорядительница:

— Жениху и невесте приготовиться. Родственникам выстроиться по… Ой, сколько детей! — обвела она изумленным взглядом бурное содружество «В».

— И все наши! — с гордостью объявил Андрей Станиславович.

— Мы не дети, но ихние! — выкрикнул Женька и едва не наступил на шлейф Светланиного свадебного платья.

Распорядительница, растерянно похлопав глазами, сказала:

— Ладно, не мое это дело, чьи дети. А как музыка заиграет, можете заходить. Только не все сразу, — заметила она, что Женька-уже кинулся к двери. — И вообще, — сурово взглянула она на долговязого мальчика. — Первыми входят жених и невеста.

Музыка заиграла. Обе створки двери открылись.

— Погодите! Погодите! — громко крикнули сзади.

Все обернулись и увидели мужественного Олеся Убейволка, держащего под руку сияющую химичку Алевтину Борисовну с огромным букетом белых роз.

— Вот. Алечку вам доставил! — радостно объявил старший охранник Ахметовых. Затем, отыскав взглядом Компанию с Большой Спасской, добавил: — Ребята, помогите мальца с его кабриолетом по ступенькам поднять!

Content

Иванов Антон и др Загадка Деда Мороза

Глава I ПРОПАЛА

Глава II ПОИСКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ

Глава III «СНЕГА, СНЕГА МОЕЙ ДУШИ»

Глава IV КОНКУРС И НЕКОТОРЫЕ НЕОЖИДАННОСТИ

Глава V ВЕЧЕР ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Глава VI ДРАКУЛА, ГНОМЫ, ТРОЛЛИ И ДЕВУШКА АЛИНА

Глава VII ОТКУДА ВЗЯЛСЯ ДЕД МОРОЗ?

Глава VIII ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ УХОДЯЩЕГО ГОДА

Глава IX НИЧЕГО НЕ ПРОЯСНЯЕТСЯ

Глава X СТАРАЯ ФОТОГРАФИЯ