Эллен Сандерс

Слишком похожие

1

Миловидная блондинка, сидевшая за компьютером в отдельном кабинете «Пэттерн дизайн», громко ахнула. Восклицание получилось настолько громким, что его услышали все сидевшие за стеной вышивальщицы. Они дружно переглянулись, затем пожали плечами, словно говоря «понятия не имею, что могло взволновать мисс Милз», и снова принялись за дело.

Возглас потрясения был и в самом деле из ряда вон выходящим событием в студии дизайна вышивки, принадлежавшей молодой талантливой художнице, победительнице множества конкурсов Кортни Милз. В свои двадцать четыре года Кортни добилась невероятно много для девушки, родившейся в трехстах милях от Лондона, в семье рядового банковского клерка и школьной учительницы.

Кортни была весьма привлекательной: густые прямые волосы, ниспадающие на худенькие девичьи плечи, изумрудные глаза с золотистыми искрами, которые, словно солнечные лучики, исходили от зрачка. Миниатюрная фигура Кортни делала ее похожей на фарфоровую куклу – дорогое и хрупкое произведение искусства, обращаться с которым нужно аккуратно и бережно.

Мисс Милз производила на своих подчиненных впечатление очень уверенной в себе женщины. Редко кому удавалось застать ее в состоянии душевного волнения или страха. Однако сегодня произошло невероятное. Кортни Милз была не просто взволнованна или встревоженна. Нет, она была потрясена до глубины души! Напрасно вышивальщицы в соседней комнате ломали головы над причиной столь резкого падения настроения своей работодательницы. Ни одной из них не снилось и в кошмарных снах то вероломство, с которым пришлось столкнуться молодой дизайнерше этим злополучным утром.

Словно в насмешку, утро выдалось на удивление солнечным и теплым. Лондонское лето было капризным, и за те пять лет, что Кортни жила в столице, она не раз в этом убеждалась, забыв зонтик или одевшись чересчур тепло. За окном шумели автомобили, но застывшая перед монитором компьютера Кортни ничего не слышала.

Изучая новую коллекцию Майкла Кервуда, только сегодня поступившую в продажу по всему миру, Кортни чувствовала, как земля уплывает из-под ее ног. Или это стул качается?

Наконец Кортни немного пришла в себя и вызвала по внутренней связи свою ассистентку Мэг Бачински.

– Слушаю вас! – весело отозвалась та.

– М-мэг, не могла бы ты зайти ко мне. – Голос Кортни дрогнул от волнения, но уже через мгновение она добавила твердо: – Прямо сейчас.

– А что слу?.. – Мэг не договорила, потому что Кортни уже повесила трубку.

Впрочем, недоумение Мэг было скорее выигрышным ходом, нежели искренним порывом. Она, как никто другой, знала о причине потрясения Кортни. Однако для мисс Милз это должно остаться тайной.

Не успела Мэг переступить порог кабинета Кортни, как та воскликнула:

– Ты даже не представляешь, что сделал этот негодяй!

Мэг изобразила на своем красивом холеном лице удивление и, тщательно закрыв за собой дверь, подошла к рабочему столу Кортни.

– Что стряслось? – деловито поинтересовалась она.

– Вот, взгляни. – Кортни развернула монитор таким образом, чтобы помощница смогла рассмотреть все детали интернет-страницы Майкла Кервуда.

Мэг стоило немало труда сдержать самодовольную усмешку. Наконец-то Кортни получила по носу!

– Господи, что же нам делать? – Кортни схватилась за голову. – Презентация новой коллекции назначена на конец месяца. Девочки уже отшивают мои эскизы. Как этому подлецу удалось разнюхать о наших планах?

– Но… Кортни, успокойся. Все не так плохо, – медленно сказала Мэг, прокручивая с помощью мышки страницу, чтобы рассмотреть все новинки конкурирующего дизайнера. – Посмотри, совпадает не больше половины дизайнов.

– Какая разница?! – взорвалась Кортни, стукнув ладонью по столу с такой силой, что удар отозвался обжигающей болью. Она потрясла ушибленной рукой и горько вздохнула. – Он украл мою идею.

– Ты можешь подать на него в суд, – резонно заметила Мэг.

В других обстоятельствах Кортни поблагодарила бы помощницу за совет и сохраненное здравомыслие, но только не сейчас.

– Как ты можешь быть такой спокойной?! – воскликнула Кортни, чувствуя, как по ее щеке поползла первая слезинка поражения. – Это катастрофа. Нам придется отложить выпуск новой коллекции минимум на полгода.

– А что, если выпустить ту часть, которая отличается от дизайнов Кервуда? – предложила Мэг.

– С двухнедельным опозданием? – зло усмехнулась Кортни. – Получите дополнение к коллекции гениального Майкла Кервуда, довесок от бесталанной Кортни Милз, которая не способна на большее, нежели воспользоваться чужой идеей.

– Не говори так. – Мэг погладила вконец расклеившуюся начальницу по плечу. – Это ведь была твоя идея. – Она выдержала паузу и доверительно спросила: – Ведь так?

– Разумеется так! – с жаром подтвердила Кортни. – Я помню даже ту минуту, когда мне пришла в голову мысль переработать графические работы Эшера в наборы для вышивания. Единственное, что остается для меня загадкой, как Кервуду удалось пронюхать о моих планах.

– Может быть, это просто совпадение, – предположила Мэг таким тоном, словно и сама в это не верила.

– Ха! – вторила ей Кортни. – Как же! Совпадение. Нет, этот тип украл мою коллекцию, и ему придется за это ответить. – Внезапно боевой настрой Кортни сменился полнейшим отчаянием. Она упала грудью на стол и закрыла руками покрасневшее от слез лицо. – Полгода работы коту под хвост! А что я скажу прессе и покупателям? Извините, но мои обещания ничего не стоили. Новые наборы появятся только через полгода. А сейчас – займитесь новинками от Кервуда.

– Зачем ты себя мучаешь? – сочувственно спросила Мэг. – Раз уже ничего нельзя изменить, то остается только одно.

– Что? – с надеждой спросила Кортни, подняв голову и умоляюще глядя в глаза ассистентке. Она мечтала услышать от Мэг спасительную идею… и тем больше был соблазн ее разочаровать.

– Завтра же созови пресс-конференцию и сделай заявление о задержке.

– О нет! – Кортни снова бессильно упала на стол и зарыдала. – Не могу поверить, что это произошло именно со мной… Я ненавижу, ненавижу этого негодяя! Он украл не только мою коллекцию, но и мое будущее.

Мэг самодовольно улыбнулась, поймав свое отражение в большом зеркале, расположенном напротив рабочего стола Кортни. Именно об этом она мечтала целый год: увидеть слезы своей обидчицы, женщины, по чьей вине она потеряла мужа.

Кортни понадобилось около часа, чтобы успокоиться, высушить слезы, подправить макияж и выпить чашку ромашкового чая, который ей милостиво приготовила Мэг.

– Ты чудо, – поблагодарила ассистентку Кортни, взяв из ее рук чашку. – Что бы я без тебя делала?

Плакала до вечера, поминая свою неродившуюся коллекцию, ехидно подумала Мэг, но вслух произнесла совсем другое. Сладким, почти до приторности, голосом она пропела:

– Все будет хорошо, вот увидишь. Возможно, коллекция графики Эшера не найдет своего покупателя. Вдруг это была неудачная идея?

– Глупо надеяться на это. Судя по отзывам в гостевой книге на сайте Кервуда, его новые работы произвели настоящий фурор. Цветочки-бабочки уже всем приелись. Вышивка переживает сейчас настоящий бум, и потому она должна идти в ногу со временем и отвечать модным тенденциям.

– Что собираешься делать? – спросила Мэг с некоторым опасением.

Только бы Кортни не пришло в голову искать человека, по чьей вине произошла утечка информации! В этом случае ей вряд ли удастся избежать увольнения. Причем громкого и скандального. Впрочем, сейчас это мало заботило Мэг. Она была удовлетворена своей местью, а потому могла покинуть «Пэттерн дизайн» хоть завтра. Да, правильно, лучше поскорее убраться с идущего ко дну корабля.

Задержка новой коллекции неминуемо повлечет за собой финансовые траты. И хоть у Кортни дела шли не так уж плохо, подобная встряска вряд ли пройдет бесследно для ее студии. Во всяком случае Кортни придется сократить объемы производства хотя бы потому, что на заготовленную коллекцию ушло довольно много ниток и канвы. А вышивальщицы уже вовсю корпели над схемами.

– Пойду к Кервуду и потребую у него объяснений.

– И что это тебе даст, кроме головной боли и вздернутых нервов? – скептически поинтересовалась Мэг.

Однако высказанные сомнения не повлияли на намерение Кортни.

– Хочу посмотреть в глаза этому негодяю, – твердо заявила она.

– Если хочешь знать мое мнение, то я бы на твоем месте позвонила самому лучшему адвокату Лондона, чтобы тот отсудил у Кервуда львиную долю дохода от продажи его новой коллекции.

– Какой толк от денег, если в глазах своих покупательниц я все равно буду второй? Они уже раскупают наборы Кервуда, а мои обещания так и остались обещаниями.

– Вспомни, а ты случайно не проговаривалась журналистам о теме своей новой коллекции? Это можно было бы использовать как доказательство того, что ты раньше Кервуда обратила внимание на графику Эшера.

Кортни отрицательно помотала головой.

– Нет, напортив, я окружила свою новую работу ореолом таинственности. Она должна была стать сюрпризом.

– Жаль.

Мэг отодвинула манжет с золотыми запонками и посмотрела на изящные часики, последний подарок бывшего мужа. Впрочем, это был даже не подарок, а отступные – этакая своеобразная просьба оставить его в покое. Точнее развязать ему руки, чтобы он без зазрения совести мог запустить их под юбку Кортни Милз.

Вот только Кортни накувыркалась с ним, а потом, когда он ей наскучил, понизила до ранга своего личного адвоката. А недотепа Бобби по-прежнему скакал вокруг нее на задних лапках, надеясь, что его снова впустят в спальню.

Мэг охватывала слепая ярость каждый раз, когда Кортни упоминала имя своего адвоката и уверяла, что они всегда были только друзьями. Кортни могла обманывать кого угодно, но только не законную жену.

Мэг нутром чувствовала, что Бобби ушел от нее именно из-за Кортни, а вовсе не потому, что «устал от ревности и мотовства». Подумаешь, тратила его деньги. А что с ними еще делать, как не тратить?

А насчет ревности… Бобби сам виноват: нечего было бегать за каждой юбкой. А если он не мог держать свою ширинку застегнутой, то нужно было жениться не на Мэг Бачински, а на слепой и глухой простушке из Шотландии. Возможно, она бы с радостью тянула ту волынку, в которую постепенно превратился их брак.

– Мне пора, – неожиданно сказала Мэг, направившись к выходу.

Кортни была настолько расстроенна, что даже не задала резонный вопрос «куда?». Мэг ушла, оставив начальницу наедине с мрачными мыслями о предстоящей встрече с Майклом Кервудом.

Ирония судьбы заключалась в том, что Кортни уже давно мечтала познакомиться с этим неординарным человеком. Да, они были конкурентами, но это не мешало ей расценивать его как талантливого и успешного дизайнера. Они занимались одним делом. Причем были фанатично преданы ему.

Однако знакомство так и не состоялось. Майкл постоянно был в разъездах. Если он и появлялся в Лондоне, то лишь для того, чтобы выпустить очередную коллекцию и искупаться в очередной порции славы.

Страсть к путешествиям отражалась во всех работах Майкла. Например, Кортни безошибочно угадала любовь Кервуда к Праге и Венеции. Майкл не уставал изображать излюбленные места на своих картинах и эскизах для вышивки.

Кортни втайне восхищалась Кервудом, даже считала его своим учителем, хотя он и был старше ее всего на пять лет. Именно поэтому нанесенный им удар стал для молодой художницы настоящим потрясением. Человек, бывший ее кумиром, в мгновение ока обманул ее ожидания. Кортни было обидно и горько осознавать, что она ошиблась в нем.

Неужели она выдумала своего Майкла Кервуда? Талантливого, честного, благородного потомка аристократического семейства? На всех фотографиях, которые довелось увидеть Кортни, Майкл выглядел как настоящий рыцарь без страха и упрека: высокий широкоплечий брюнет с мужественными волевыми чертами лица и открытой улыбкой. В его темных глазах, казалось, можно было прочитать старинные предания, полные загадок и тайн. На его картинах оживали древние английские легенды, а во всем его облике отражалось благородство и сила Кервудов, богатых и знатных землевладельцев.

Что ж, настало время разрушить свои романтические мечты и познакомиться с настоящим Майклом Кервудом – бесстыдным грабителем и губителем ее бизнеса. Кортни решительно поднялась из-за стола и, оставив компьютер включенным, покинула кабинет.

Дизайн-студия и галерея Майкла Кервуда находились в старинной конюшне, которую ее владелец полностью переделал, оставив лишь булыжную мостовую, по которой раньше водили лошадей.

Это совпадение показалось Кортни даже забавным. Чего еще можно было ожидать от человека, работающего в конюшне?

Гостью встретила женщина лет сорока, одетая в черные брюки, белую блузку и черный жилет. Ее наряд, без сомнения, вызывал ассоциации с новой коллекцией Кервуда и творчеством Маурица Корнилиса Эшера.

Кортни восхищалась работами знаменитого голландца, однако долго не решалась взяться за них. Его графика была столь же гениальна, сколь и загадочна. Кортни опасалась, что женщины не станут вышивать столь непонятные картины. Если бы не Мэг, восхитившаяся ее идеей, Кортни так и не решилась бы.

Каждый открывал в гравюрах и литографиях Эшера что-то свое. Первыми его оценили математики и психологи. В его гравюрах и литографиях видели ключи к доказательству недоказуемых теорем или оригинальные контрпримеры, бросающие вызов здравому смыслу. Кортни могла часами рассматривать картины-головоломки Эшера, ища искажения реальности, так ловко помещаемые им в архитектуру и пейзажи.

Кортни привлекало в Эшере то, что у него не было ничего невозможного: нарисованные ящерицы вдруг наполнялись объемом и выползали за границы листа, а пол и потолок запросто менялись местами, стоило перевернуть картинку. Кортни всегда мечтала овладеть таким мастерством. Нет, даже не мастерством, а волшебством. Эшер был настоящим магом. В сравнении с ним Майкл Кервуд казался жалким подмастерьем, который наверняка даже не представлял, на какую высоту замахнулся. Тем не менее Кортни не могла не признать, что коллекция Кервуда вышла удачной. Хотя она была убеждена, что Майкл не мог так любить Эшера, как она. Нет, это просто невозможно.

– Чем могу вам помочь? – любезно спросила женщина.

Судя по выражению ее лица, вопрос был задан не в первый раз. Она с интересом рассматривала гостью, словно пытаясь угадать, почему молодая привлекательная женщина столь задумчива и серьезна.

– Мне срочно нужно поговорить с Майклом Кервудом. Он на месте? – резко спросила Кортни, словно очнувшись от тревожного сна.

– Да, он у себя в студии, но, боюсь, сейчас он не сможет с вами встретиться. Он очень занят.

– Чем, интересно? – Кортни и не подумала позаботиться о том, что ее вопрос и та интонация, с которой он был задан, не укладываются в рамки приличий.

Женщина, по-видимому, растерялась и не очень складно ответила:

– Он работает… отвечает на электронные письма.

– Отлично, я ему помогу, – категорично заявила Кортни и, бесцеремонно отодвинув от себя женщину, направилась прямиком к входу в бывшую конюшню.

К слову сказать, Майкл изменил ее до неузнаваемости. Войдя в прохладный холл, Кортни поразилась, насколько элегантным и строгим было оформление студии Кервуда. Белые стены и потолки, высокие зеркала и длинные коридоры делали пространство почти бесконечным. А яркие цветовые пятна вроде красных светильников и оранжевых полок радовали глаз и повышали настроение. Впрочем, Кортни сейчас было не до оптимизма. Она спешила на встречу с Майклом и при этом невероятно боялась этого момента.

2

Майкл выглядел точь-в-точь как на тех фотографиях, которые Кортни довелось видеть. Та же горделивая осанка, тот же задумчивый взгляд, та же обворожительная улыбка, с которой он встретил незнакомку, буквально ворвавшуюся в его кабинет.

– Добрый день, – слегка растерявшись, поприветствовал он Кортни.

– Для вас, может быть, этот день и добрый, но только не для меня, – огрызнулась Кортни, захлопнув за собой дверь.

Майкл удивленно вскинул брови, но не успел ничего сказать, как гостья набросилась на него с обвинениями:

– Вы хоть понимаете, насколько подло поступили?! Вы хоть на мгновение задумались о том, как ваш поступок отразится на мне?!

Майкл понимал все меньше и меньше. Он впервые видел стоявшую перед ним женщину, хотя ее лицо казалось ему смутно знакомым. Где и когда он мог ее видеть? Может быть, это одна из поклонниц его творчества? Майкл предпочел остановиться на этом варианте, поскольку он выглядел самым простым и все объясняющим. Да, это почитательница его таланта, которой пришлась не по душе его новая коллекция. Что ж, он и не ожидал стопроцентного попадания в цель.

Эшер нравится далеко не всем. Майкл понял это еще в юности, когда затеял спор с преподавателем. Тот никак не желал причислить любимого художника своего ученика к разряду величайших.

– Извините, если вам не понравился мой выбор, – смущенно произнес Майкл, чувствуя себя провинившимся школьником.

Ему редко доводилось оправдываться перед кем-либо, хотя это вовсе не свидетельствовало о звездной болезни. Напротив, Майкл довольно строго относился к себе и своему творчеству. Пожалуй, он был самым суровым и предвзятым критиком. Однако напор и обвинительный тон незнакомки показались ему чрезмерными.

– Ваш выбор?! – разгорячилась Кортни. – Нет, мистер Кервуд, это был мой выбор! А вы… вы беззастенчиво украли его у меня!

Майкл готов был ущипнуть себя, дабы убедиться, что все это ему не снится. Кто эта сумасшедшая? Почему она ворвалась к нему и устроила скандал? Где Карен? Как она могла пропустить к нему женщину, находящуюся в неадекватном состоянии?

– Кто вы? – наконец спросил Майкл.

– Кортни Милз. Та самая, чью идею вы украли.

– А-а-а, точно. Простите, я вас сразу не узнал. Мы ведь не знакомы, верно?

Кортни открыла было рот, чтобы выдать очередную порцию ругательств, но Майкл ее опередил.

– Я вас, право, не понимаю… – стараясь быть вежливым, начал он. – О какой украденной идее вы говорите?

– Не прикидывайтесь дурачком. Вам это не идет. – Кортни вдруг покраснела, решив, что, сама того не желая, сделала Кервуду комплимент.

– Я и в самом деле ничего не понимаю. – Майкл нервно сцепил пальцы в замок.

Он стоял напротив Кортни, и она не знала, куда деть глаза. Смотреть в лицо человеку, который стал самым большим разочарованием в ее жизни, не было сил. А разговаривать с людьми, не глядя им в глаза, было не в привычках Кортни.

– Откуда вы узнали, что я готовлю коллекцию, основанную на графике Эшера? – спросила Кортни, наконец осмелившись поднять глаза на Майкла.

И вдруг она увидела в них неподдельное удивление.

Наверное, поражен тем, что я так быстро раскусила его, подумала Кортни.

– Я понятия об этом не имел, – твердо ответил Майкл.

– Ложь!

– Неужели вы полагаете, что я, если бы знал о ваших намерениях, взялся бы за ту же самую работу?

– Видимо, у вас был творческий кризис, нехватка собственных мыслей, вот вы и решили воспользоваться моими.

– Чепуха. Я всегда любил Эшера.

– Всегда? – с сомнением повторила Кортни, словно смакуя это слово. – Однако коллекцию выпустили именно сейчас, за две недели до меня. Признайтесь, что хотели вставить мне палки в колеса. Вам не хуже меня известно, что уже поздно что-либо менять. Коллекция практически готова. Презентация назначена… и вдруг все летит в тартарары, потому что один расторопный тип выпускает в продажу аналогичные наборы.

– Мисс Милз, я вовсе не собирался вставлять вам палки в колеса, как вы изволили выразиться. И я вовсе не расторопный тип. Я готовил свою коллекцию несколько месяцев.

– Почему именно Эшер?

– Он мой любимый художник, – спокойно ответил Майкл, не поддаваясь на провокационный тон Кортни.

– Допустим, я вам поверила, но почему именно сейчас?

– Потому что некоторое время назад я вновь открыл его для себя.

– Как же! – с сарказмом хмыкнула Кортни, скрестив на груди руки.

– Я не обязан вам ничего объяснять, но все же… Моя подруга увидела на книжной полке альбом работ Эшера и попросила меня рассказать что-нибудь о художнике. Между делом она заметила, что работы Эшера неплохо бы смотрелись в качестве вышивки.

– Ах ваша подруга! Разумеется, она не имеет никакого отношения к «Пэттерн дизайн».

– Нет, Мэг работает в юридической конторе.

– Мэг? – Кортни насторожилась. Слишком много совпадений за один день.

– Да, Мэг Бачински, – уточнил Майкл.

Кортни открыла рот и начала судорожно ловить воздух, словно выброшенная на берег рыба. Это невозможно! Мэг была ее правой рукой на протяжении последних двух лет! Она не могла быть шпионкой Кервуда… Или могла? Кто из них лжет?

– Что с вами? Вам плохо? Хотите воды? – засуетился вокруг гостьи Майкл.

– Нет-нет, мне уже лучше. – Кортни провела рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями. – Вы давно знакомы с ней?

– С кем? С Мэг?

– Да.

Майкл пожал плечами.

– Вообще-то мы уже давно с ней не общались. Она исчезла из моей жизни так же внезапно, как и появилась.

Ему было неловко говорить о своей личной жизни с незнакомой женщиной, но он чувствовал, что в данных обстоятельствах лучше ничего не утаивать.

– Вы всегда так постоянны в любовных связях? – с иронией спросила Кортни, однако тут же пожалела о своих словах. Какое ей дело до того, с кем спит Майкл Кервуд? Пусть хоть каждый день меняет любовниц, ей-то что?

– Если вас так интересует, мисс Милз, – с лукавой усмешкой начал Майкл, – то я, напротив, очень постоянен. Почти однолюб. Если честно, я сам не понял, как у нас с Мэг получилось. Она ворвалась в мою жизнь…

– В вашу спальню, вы хотели сказать? – вставила ехидное замечание Кортни.

– Вам нравится, когда мужчины оправдываются перед вами? – парировал Майкл.

– Мне нравится, когда они ведут себя по-мужски, а не воруют чужие идеи.

– Я уже сказал, что и не помышлял о плагиате! – наконец вышел из себя Майкл. – Сколько можно повторять?! Это всего лишь совпадение. Единственное, что меня поразило, что вы тоже любите Эшера.

Он уважительно посмотрел на Кортни, и она невольно выпрямила спину и слегка выпятила грудь, словно ждала, что он наденет ей на шею олимпийскую медаль.

Майкл Кервуд странно действовал на нее. Пожалуй, впервые в жизни Кортни встретила мужчину, чья сила заставила ее трепетать. Именно поэтому его уважение и похвала не просто льстили ее самолюбию, а были едва ли не самой ценной и желанной наградой.

– Нет, это не совпадение. Боюсь, у нас обоих был один советчик.

– Мэг?

Кортни кивнула.

– Мне жаль, что так получилось. Могу я чем-нибудь помочь?

– Постарайтесь держаться от меня подальше, – отрезала Кортни, уже направляясь к выходу.

Кортни промчалась мимо недоумевающей Карен, которая смотрела теперь на гостью с еще большим удивлением, и запрыгнула в машину. Мотор не подвел, заведясь с полуоборота. Кортни вырулила на шоссе и направилась в город.

Если бы можно было измерять настроение при помощи градусника, то он бы остановился на нулевой отметке. Кортни смотрела на дорогу, и ей казалось, что все, к чему она стремилась, неумолимо отдаляется от нее, словно она и ее надежды двигались в противоположных направлениях. Автомобиль, ехавший по встречной полосе, подмигнул ей фарами, но Кортни сделала вид, что не заметила улыбающегося блондина за рулем.

К обеду солнце палило нещадно, и изнуренные прохожие искали спасительную тень. Кортни заметила двух молодых девушек, весело щебетавших о чем-то на автобусной остановке. Вот бы и ей сейчас быть такой же беззаботной и радостной…

Она вздохнула и повернула направо, словно знала, куда едет. Кортни чувствовала себя преданной и одинокой. Она больше не злилась на Майкла, потому что у нее не осталось сил на ненависть. Она слишком устала…

А Мэг? Как она могла так поступить с ней? Кортни всегда хорошо относилась к помощнице. Они никогда не были подругами, но Мэг всегда могла рассчитывать на поддержку или помощь с ее стороны. Например, как тогда, когда бедняжка переживала из-за развода с Бобби…

Бобби! Как она сразу не догадалась! Вот кто может ей сейчас помочь!

Кортни аккуратно припарковалась у супермаркета и достала из сумочки сотовый телефон. Найдя в адресной книге нужный номер, она нажала на «вызов». После трех длинных гудков из трубки донесся радостный голос Бобби Вэллера, ее верного друга и адвоката:

– Привет, Кортни, как дела?

– У меня большие неприятности… – произнесла Кортни и почувствовала, как предательски слезы снова норовят испортить ей макияж. Во второй раз за день – это уже слишком!

– Что стряслось? – мгновенно встревожился Бобби.

Он-то испытывал к Кортни далеко не дружеские чувства. Несмотря на то что они давно договорились быть друзьями, Бобби все-таки надеялся на то, что Кортни прозреет и передумает. Он был давно в нее влюблен. Мэг не ошиблась, именно Кортни повлияла на решение Бобби развестись.

Впрочем, она являлась не единственной причиной. Сцены ревности, которые Мэг регулярно устраивала своему мужу, в конце концов измотали его. Ему надоело постоянно оправдываться и осматривать свой костюм перед возвращением домой. Раз Мэг увидела на лацкане пиджака чей-то волос (возможно, ее собственный) и устроила Бобби такой скандал, что он неделю избегал соседей.

Когда же Бобби познакомился с Кортни Милз, то сразу понял, что она именно та женщина, о которой он мечтал всю жизнь. Истеричная Мэг окончательно перестала его интересовать, не вызывая никаких эмоций, кроме раздражения.

– Мы можем встретиться?

– Да, конечно, – охотно согласился Бобби. Внезапно он вспомнил, что уже опаздывает на судебное заседание, и извиняющимся тоном добавил: – Через полтора часа подойдет? Я подъеду в твою студию.

– Нет, только не в студию, – спохватилась Кортни. – Я потом объясню… но лучше давай встретимся в «Королевском льве».

– Договорились. Не переживай, мы все решим, – заверил ее Бобби.

Обычно его слова внушали ей спокойствие и уверенность в будущем успехе, но сегодняшнее событие было не простой неприятностью, это была катастрофа.

3

Майкл нервно расхаживал по кабинету, не зная, что предпринять. Отозвать из продажи коллекцию – сущее безумие, но и ощущать себя вором было невыносимо.

Никогда прежде он не видел в глазах красивой женщины такую жгучую ненависть. И страшнее всего было осознавать, что столь сильное чувство она испытывала по отношению к нему.

Значит, эта та самая Кортни Милз, о которой он слышал массу противоречивых сведений. Критики называли ее «молодым дарованием», а Мэг как-то отозвалась о ней как о «коварной разрушительнице семей».

Наконец Майкл принял решение. Он быстро выдвинул верхний ящик стола, достал из него потертую записную книжку в кожаном переплете и нашел номер Мэг. Он и не думал, что вновь позвонит ей.

Их роман был мимолетным приключением. Причем это был выбор самой Мэг. Она не раз утверждала, что ей не нужны серьезные отношения с мужчиной. В подтверждение своих слов она однажды просто ушла от него, оставив записку. Это было самое короткое любовное послание в жизни Майкла: «Прощай. Не ищи меня. Все кончено».

Нельзя сказать, что, прочитав записку, Майкл огорчился. Напротив, ему показалось, будто с его души свалился тяжелый камень. Он не любил Мэг и не видел у их отношений никакого будущего. Они хорошо проводили время вместе. И, кроме приятных воспоминаний, их связь ничего не оставила в сердце Майкла.

Он набрал номер и прижал телефонную трубку к уху. Мэг ответила после нескольких гудков. Ее веселый голос развеял последние сомнения Майкла.

– Привет, – сказал он. – Узнала?

– Майкл? – удивленно спросила она. – Какими судьбами? Неужели ты вспомнил обо мне? – Она неприятно хохотнула.

– Как ты могла обмануть меня и Кортни? – без обиняков спросил он.

– Эй, выбирай выражения, дорогой, – строго произнесла Мэг, но ее серьезности надолго не хватило, и она снова рассмеялась.

– Это ведь ты все подстроила.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – протараторила Мэг.

– Все ты прекрасно понимаешь. – Обвинительный тон Майкла становился все более угрожающим. – Ты подбросила мне идею об Эшере, зная, что твоя работодательница разрабатывает на основе его графики новую коллекцию.

– Если у тебя плохая память, Майкл, то могу тебе напомнить, что это ты постоянно ныл, жалуясь на нехватку идей и вдохновения. Вместо того чтобы благодарить меня…

– Кортни только что была у меня, – перебил ее Майкл. – Она намерена подать на меня в суд.

– Не беспокойся. Тебе ничто не грозит. Ты ведь оказался первым, не так ли?

– Кортни ненавидит меня, – продолжал Майкл.

– Какая жалость! – с ехидством воскликнула Мэг.

– Она хороший человек и талантливый дизайнер. Неужели ты не понимаешь, какой урон ее репутации нанесла своей дурацкой выходкой? Это не шутки, Мэг.

– Ой-ой-ой! – Мэг усмехнулась. – Бедняжка Кортни рвет на себе волосы. Надо же, в кои-то веки ее опередили.

– Что она тебе сделала, Мэг? Почему ты так ее ненавидишь?

– Майкл, хоть это и не твое дело… – Мэг вздохнула. – Кортни только создает видимость милой, наивной простушки, этакой святоши. На самом деле она лицемерная и подлая змея, которая только и ищет случая ужалить кого-нибудь побольнее.

– Ты ничего не перепутала, Мэг? По-моему, ты говоришь о себе.

– Кортни увела моего мужа, – со злостью сказала, точно выплюнула, Мэг.

– Вот как? – озадаченно произнес Майкл. – Кортни вышла за него замуж?

– Ха! Ничего подобного. У нее до сих пор хватает наглости утверждать, будто они с Бобби только друзья. Но я-то знаю, что просто так Бобби не ушел бы из семьи. У него была уйма любовниц, и я готова была закрыть на них глаза, но… но Кортни было мало просто спать с чужим мужем. Ей зачем-то понадобилось разбивать нашу семью. Она постоянно нашептывала ему обо мне всякие гадости и в конце концов добилась своего: Бобби бросил меня.

– Откуда тебе все это известно? Только не говори, что Кортни сама тебе об этом рассказала?

– Вовсе нет. Она думает, что мне ничего не известно. Ей удобнее полагать, что Бобби развелся со мной из-за несовпадения характеров.

– Все равно, Мэг, ты не имела права так поступать с Кортни. Она доверяла тебе.

– Я тоже доверяла ей! А потом осталась одна. Если бы ты знал, как мне хотелось ее придушить каждый раз, когда я заходила в ее кабинет в качестве ассистентки. Она относилась ко мне, как к прислуге, думая, что смеет мне приказывать!

– Мэг, с тобой все в порядке? – неожиданно спросил Майкл, уловивший в голосе собеседницы истеричные нотки. – Может, тебе стоит обратиться к специалисту?

– Считаешь меня сумасшедшей?

– Многие женщины тяжело переживают развод. Консультации психоаналитика в таких случаях помогают им обрести внутреннюю гармонию.

– Будь добр, избавь меня от своих советов. Я сыта ими по горло. Кортни только и делала, что потчевала меня наставлениями и нотациями. Хватит! Я устала от вас обоих. Приятных судебных прений, Кервуд. – Мэг бросила трубку.

Майкл осторожно положил свою. Разговор с Мэг многое ему прояснил и в то же время многое запутал. Неужели Кортни и в самом деле увела у нее мужа? Да уж, внешний вид бывает обманчив. Кортни совершенно не походила на коварную любовницу женатого мужчины.

Напротив, она казалась очень доброжелательной и мягкой, нежной и чувствительной особой. Как раз в его вкусе. Впрочем, Майкл не смел даже мечтать о том, что ему когда-нибудь удастся пригласить Кортни на свидание. Возможно, по прошествии времени ее ненависть уменьшится или сойдет на нет, но это вовсе не значило, что мисс Милз когда-нибудь полюбит человека, которого считала своим врагом. Такие истории происходят только в сказках и голливудских фильмах, неизменно заканчивающихся хеппи-эндом.

В «Королевском льве» было пустынно. Несколько студентов-старшекурсников у стойки да пожилой джентльмен, куривший трубку в темном углу паба.

Представительный мужчина в строгом деловом костюме, красном галстуке и белоснежной рубашке в очередной раз взглянул на часы.

Кортни опаздывала уже на полчаса, и Бобби начал волноваться. Обычно она была пунктуальна почти патологически. Стоило Кортни опоздать хотя бы на пять минут, как следующие десять она посвящала извинениям и клятвенным заверениям, что подобное больше не повторится. Что могло произойти? Что задержало Кортни? О каких неприятностях она говорила по телефону?

Бобби сожалел, что отложил их встречу. Нужно было встретиться с Кортни сразу. Ее голос дрожал от слез, а он не понял всей серьезности ее беды.

Бобби набрал номер ее телефона, но бесстрастный женский голос сообщил, что телефон вызываемого абонента выключен.

Тревога Бобби возрастала с каждой минутой ожидания. Наконец он вспомнил, что в его адресной книге должен был остаться номер бывшей жены. Меньше всего на свете ему хотелось сейчас общаться с Мэг, но другого выхода он не видел. Наверняка она в курсе всех событий. Вот только захочет ли она с ним разговаривать? Последние встречи заканчивались скандалами.

К удивлению Бобби, Мэг обрадовалась его звонку. Тем более возросло его недоумение. Расстроенный голос Кортни и веселье Мэг настолько не сочетались, что Бобби не знал, что и думать.

– Привет, милый, – поздоровалась Мэг, будто они были по-прежнему женаты и счастливы в браке.

– Мэг, что случилось с Кортни?

– Бобби, почему тебя вечно интересует только она?! – Злость выплеснулась наружу, будто кто-то открыл в душе Мэг невидимые шлюзы. – Как ты смеешь звонить мне и спрашивать о ней?

– Мэг, не устраивай истерику, просто ответь на мой вопрос, – ровно сказал Бобби. – У Кортни какие-то неприятности?

– Спроси у нее самой! – огрызнулась Мэг и отсоединилась.

Каков наглец! Как он посмел позвонить, чтобы узнать о своей любовнице?!

4

Карен проскользнула в кабинет своего босса и, заикаясь, доложила, что его хотят видеть двое полицейских.

Майкл оторвался от компьютера, на котором занимался разработкой нового эскиза, и в недоумении посмотрел на свою помощницу.

– Они что-нибудь сказали?

– Нет. Только попросили провести их к вам, сэр.

– Странно. Неужели иск мисс Милз заинтересовал полицию? – тихо, почти себе под нос, пробормотал Майкл. Затем он обратился к Карен: – Впустите их. Надеюсь, они не принесли нам дурные вести.

– Это все та женщина, что приходила к вам вчера, – убежденно заявила Карен. – Она мне сразу не понравилась. Я так и знала, что от нее следует ждать одних неприятностей.

– Не делайте поспешных выводов, Карен, – успокоил ее Майкл. – Возможно, мисс Милз здесь совершенно ни при чем. – Последнюю фразу он произнес, впрочем, не так уж твердо и уверенно.

Дурные предчувствия Карен оправдались. Полицейские пришли к Майклу именно из-за Кортни.

– Добрый день, мистер Кервуд.

– Здравствуйте, джентльмены. Чем могу помочь?

– Вы знакомы с Кортни Милз? – спросил молодой сержант с усиками такими тонкими, что они походили на листики укропа, прилипшие к его верхней губе во время поспешного завтрака.

– Да. Имел честь вчера…

– Насколько нам известно, вы познакомились не при самых приятных обстоятельствах, – перебил его второй полицейский, высокий крепкий мужчина лет тридцати, похожий на тяжелоатлета или боксера.

Майкл вздохнул.

– К сожалению, произошло недоразумение.

– Мисс Милз устроила вам скандал? – снова спросил сержант.

– Она грозилась подать на меня в суд, – ответил Майкл, будучи абсолютно уверенным в том, что все, что он скажет, уже давно известно полицейским.

– Вы украли ее новую коллекцию? – не заботясь о тактичности и вежливости, спросил «тяжеловес».

– Я уже сказал, что произошло недоразумение, – сбивчиво начал Майкл. – А что, собственно, произошло?

– Мисс Милз исчезла.

– Как это исчезла? – не понял Майкл.

– Вчера, после визита к вам, она позвонила своему адвокату и назначила с ним встречу, – начал первый.

– Однако в условленное время так и не явилась, – подхватил второй. – Ее телефон отключен. Дома она не ночевала. На работу утром не пришла.

– Вы думаете, что я имею к этому отношение? – не веря своим ушам, спросил Майкл.

– Пока нам это не известно.

– Мы знаем лишь то, что вы были последним человеком, который видел мисс Милз.

– И вы крепко поссорились.

– Вы в чем-то меня обвиняете? – строго спросил Майкл. – В таком случае я вынужден прямо сейчас связаться со своим адвокатом.

– Что вы, мистер Кервуд, – примирительным тоном начал молодой полицейский. – Пока вы ни в чем не обвиняетесь. Однако мы настоятельно просим вас не покидать Лондон в ближайшие дни.

– Это невозможно! – взорвался Майкл. – Завтра я должен быть на дне рождении моей матери в Брайтоне. На торжество приглашены члены многих аристократических семей Англии. Лорд Эбинджер и леди Дайана обещали непременно быть. Мама никогда не простит, если я не приеду.

Похоже, громкие имена произвели на полицейских ожидаемый Майклом эффект.

– Что ж… – озадаченно почесав макушку, начал громила. – Думаю, мы можем отпустить вас на пару дней. Как полагаете, сержант Рипп?

– Мистеру Кервуду пока не предъявлено официальное обвинение… Только одна просьба.

– Какая? – холодно спросил Майкл.

– Если мисс Милз даст о себе знать, потрудитесь сообщить об этом нам. – Полицейский протянул ему карточку с телефонными номерами.

– Полагаю, я буду последним человеком, к которому мисс Милз обратится, – скептически произнес Майкл, однако карточку все-таки взял и положил в карман пиджака.

Полицейские попрощались и ушли.

Едва они покинули кабинет, в нем вновь появилась Карен, сгоравшая от нетерпения и любопытства.

– Что они хотели?

– Подозревают, что я причастен к пропаже Кортни Милз, – мрачно ответил Майкл.

– Они что, с ума там все посходили?! – воскликнула возмущенная Карен. А затем испытующе поглядела на босса и шепотом, будто опасаясь, что их могут подслушивать, спросила: – Вы ведь ничего не знаете о мисс Милз, верно, сэр?

Майкл не сдержал усмешку, хотя ему сейчас было не до смеха. Исчезновение Кортни встревожило его. Не было ли в том его вины? Кортни была очень расстроена вчера. Не наделала ли она глупостей? Нет, даже думать об этом не стоит, дабы не накликать беду.

– Откуда? Она вчера ворвалась ко мне словно фурия, ругалась на чем свет стоит, а затем умчалась. Возможно, вас это удивит, Карен, но она не стала делиться со мной своими планами.

– Куда же она могла запропаститься? – спросила Карен.

– Понятия не имею. Женщина вроде мисс Милз могла сделать все, что угодно. Тем более в том эмоциональном состоянии, в котором была вчера.

– Думаете, она… – Карен недоговорила, подняв глаза к потолку.

– Надеюсь, с ней все в порядке. Иначе я никогда не прощу себя, – сдвинув к переносице брови, произнес Майкл.

– Вы ни в чем не виноваты. Вы ведь сами разработали эту коллекцию. Я видела, как много вы работали в последние месяцы!

– Мисс Милз придерживается другого мнения, – со вздохом ответил Майкл. – Вы купили билеты до Брайтона? – обратился он к Карен с неким подобием улыбки.

Секретарша кивнула и протянула ему конверт с билетами.

– Постараюсь вернуться как можно скорее. Если вам что-нибудь станет известно о мисс Милз…

– Разумеется, я вам сразу же сообщу, – не дав ему закончить, заверила Карен.

– Спасибо. Я счастлив, что у меня такая верная помощница.

Говоря это, Майкл невольно вспомнил о Мэг. Если с Кортни произошла беда, то винить в этом нужно в первую очередь ее лицемерную ассистентку. Она ответит за все свои злодеяния, пообещал себе Майкл. И я не успокоюсь, пока мисс Милз не простит меня.

5

Брайтон, крупнейший и, пожалуй, известнейший морской курорт Великобритании, расположился на южном побережье страны. Каждое лето на местные пляжи слетались, словно пчелы на мед, знаменитости и отпрыски аристократических семейств. С августа по октябрь на набережной Брайтона можно было встретить всю светскую тусовку Лондона. Этот город называли по-разному: «Голливуд Англии», «Лондон у моря», «Сан-Франциско Сассекса» и даже «Гей-столица юга».

Ездить сюда «на воды» – поправлять подорванное мегаполисом здоровье и нервы – лондонская аристократия и члены королевской семьи начали еще в восемнадцатом веке.

В Брайтон приезжали не купаться. Здесь, как на Лазурном берегу, предпочитают сидеть в шезлонгах и гулять – вдоль берега или по знаменитому брайтонскому пирсу, построенному в самом конце девятнадцатого века.

Именно по нему сейчас неспешно прогуливалась странная пара: высокий стройный мужчина, одетый чересчур тепло, и немолодая дама в платье из летящего шифона. Она то и дело с кем-то раскланивалась и желала доброго здоровья. Мужчина явно чувствовал себя скованно и неловко. Казалось, он многое отдал бы, чтобы находиться сейчас в другом месте. Дама, которую он вел под локоть, расплывалась в счастливой улыбке и беспрестанно о чем-то щебетала своему угрюмому и молчаливому спутнику.

– Ты должен обязательно сделать ответный визит лорду Эбинджеру.

– Мама, не начинай сначала, – устало произнес Майкл.

– Он приехал в Брайтон вместе со своей младшей дочерью. Беатрис настоящая красавица. А какая умница! Она с отличием окончила Оксфорд. Ей прочат блестящую научную карьеру. Если, конечно, она не предпочтет посвятить себя мужу и детям. – Миссис Кервуд многозначительно подмигнула сыну.

– Какое мне дело до дочери Эбинджера?

– Не говори так. Ты разбиваешь мне сердце! – высокопарно воскликнула миссис Кервуд и снова склонила голову, кивком приветствуя знакомую супружескую пару, шедшую им навстречу.

– Мам, не разыгрывай драму. Тебе еще не надоело быть моей свахой?

– Майкл, я беспокоюсь за тебя.

– Напрасно.

– Тебе двадцать семь лет, а ты до сих пор не женат. Скоро всех завидных невест разберут.

– Я в отличие от тебя не гоняюсь за титулами, – возразил Майкл, с интересом рассматривая группу подростков, разучивающих какой-то элемент из брейк-данса.

– Но я хочу внуков, – капризно протянула Летиция Кервуд.

– Боюсь, тебе еще придется подождать.

– Сколько?

– Мама, ты ведь не надеешься, что я назову тебе точную дату, – не сдержал улыбку Майкл.

– И все же ты мог бы определить какие-то сроки, – расплывчато начала миссис Кервуд. – Например, в следующем году…

– Мама!

– О, дорогая Летиция! – Прямо перед ними появился лысеющий мужчина в светлых хлопчатобумажных брюках и такой же рубашке. Его глаза прикрывали непропорционально большие солнцезащитные очки.

– Роджер! – расцвела Летиция. – Какая приятная встреча. Я не знала, что ты уже в Брайтоне. Ты ведь заверял, что не сможешь приехать на мой день рождения.

Майкл с удивлением посмотрел на мать. В мгновение ока она превратилась в юную кокетку, заигрывающую с симпатичным парнем. Вот только «парню» в прошлом году стукнуло шестьдесят три и он похоронил уже двух жен.

– Как я мог пропустить такое событие, дорогая? Позвольте? – спросил он у Майкла, беря у него руку Летиции.

Теперь Майкл шел чуть поодаль, чувствуя себя третьим лишним. Летиция и Роджер обменивались новостями: он передавал последние лондонские сплетни, а она со смехом рассказывала о нравах курортной столицы.

Наконец они вспомнили о Майкле.

– Роджер, ты узнал моего сына? – спросила Летиция, с гордостью глядя на Майкла.

– Признаться, не сразу. Мальчик возмужал. Того и гляди сделает тебя бабушкой.

– Ах, если бы, – с преувеличенной грустью вздохнула Летиция.

– У меня появилась идея: давайте проведем уик-энд на моей яхте. Ты, Майкл, можешь взять с собой подружку, – с улыбкой произнес Роджер.

– Я приехал в Брайтон один, – как можно более беззаботным тоном произнес Майкл.

– А как же мисс Эбинджер? – тут же нашлась Летиция. – Ты ведь только что говорил, что мечтаешь с ней познакомиться. – Не дав сыну и слова ставить, она закончила: – Решено. Отправимся на прогулку вчетвером. Этакое двойное свидание.

Она подмигнула Роджеру, и тот, как показалось Майклу, слегка смутился.

Вскоре Роджер раскланялся, и Летиция Кервуд продолжила прогулку с сыном.

– У тебя какие-то проблемы в личной жизни? – спросила она, как всегда не беспокоясь, что ненароком сунет свой нос в чужое дело.

– У меня все прекрасно, – сквозь зубы процедил Майкл.

Ну почему мать вечно пытается испортить его пребывание в Брайтоне? Каждое лето, приезжая на побережье по случаю ее дня рождения, Майкл чувствовал, будто попал в мышеловку, которая когда-нибудь навечно поглотит его.

– Не обманывай меня. Я ведь вижу, что ты грустишь.

– Я немного устал. Вымотался перед выходом новой коллекции.

Обычно Майклу удавалось обвести мать вокруг пальца, переведя разговор на тему работы и вышивки.

Летиция Кервуд обожала рукоделие. Видимо, эта страсть передавалась в семье Кервуд по наследству. Пращур Майкла был первоклассный вышивальщиком, и ему не раз доводилось штопать прохудившиеся королевские наряды. Сама королева Виктория восхищалась его талантом, о чем Летиция рассказывала всем новым знакомым. «Неудивительно, что мой сын стал лучшим дизайнером вышивки», – добавляла она без ложной скромности.

– Нет, я чувствую, что здесь что-то еще, – упорствовала Летиция. – Ты влюблен?

– Нет.

– Тогда почему в твоих глазах столько грусти?

– Тебе кажется.

Майкла утомил начатый матерью разговор, но он не знал, как ее отвлечь. В поисках нового предмета обсуждения он огляделся по сторонам и… едва не ахнул.

Прямо перед ними в пластиковом шезлонге сидела Кортни Милз. Она держала в руках пяльца. В ее облике и позе было столько безмятежности, что Майкл не сразу решился окликнуть ее и нарушить гармонию. С принятием решения его поторопила мать. Она нетерпеливо подергала его за рукав, обращая на себя внимание, а затем спросила:

– На кого ты уставился? Уж не на ту ли очаровательную девушку, что занята вышивкой?

– Извини. Я должен поздороваться с ней.

– Вы знакомы? – не скрыла удивления миссис Кервуд.

– Да, но поверхностно, – сухо сказал Майкл, высвобождая свою руку.

Однако Летиция не намерена была так легко сдаваться.

– Я хочу, чтобы ты представил ей меня.

Майкл в задумчивости поджал губы, пытаясь представить себе реакцию Кортни на его неожиданное появление. Вряд ли она обрадуется. Однако он не мог развернуться и уйти, не узнав, почему она так внезапно исчезла из Лондона и почему приехала именно в Брайтон. Это не могло быть невинным совпадением. Нет, здесь крылась какая-то тайна…

– Не думаю, что это хорошая идея, – сказал Майкл матери.

– Хорошо, я подожду тебя здесь, – пошла на хитрость Летиция.

– Я могу вызвать тебе такси.

– Не беспокойся. Я лучше еще немного погуляю, – с улыбкой ответила Летиция.

– Встретимся дома, – с облегчением вздохнул Майкл, направившись к Кортни.

Как он и предполагал, она не обрадовалась его появлению.

– Как?.. Вы?.. – растерянно пробормотала она, часто моргая.

– Я мог бы сказать то же самое, – заметил Майкл. – Позволите присесть рядом с вами?

– Нет. – Кортни перевернула вышивку изнанкой, будто опасаясь, что Майкл увидит ее.

Ее поступок покоробил его, но он счел за лучшее не упрекать Кортни за столь явное выражение недоверия. В конце концов, у нее были основания сомневаться в его порядочности.

– Что ж, в таком случае мне придется сделать это без вашего разрешения, – заявил Майкл, присев на соседний шезлонг. – Почему вы внезапно уехали из Лондона?

– Откуда вы об этом узнали? Мэг разболтала? – смерив его презрительным взглядом, спросила Кортни.

– Ко мне приходили из полиции. – Заметив ее округлившиеся глаза, Майкл продолжил: – Они решили, что я с вами что-то сделал.

– Правда? – испуганно спросила Кортни. Кажется, она впервые подумала о том, что поступила легкомысленно, сбежав и никого не предупредив.

Майкл кивнул.

– Как вы меня нашли?

– Вы все равно не поверите.

– Хотя бы попытайтесь меня убедить.

– Я приехал в Брайтон по случаю дня рождения своей матери.

Кортни недоверчиво усмехнулась.

– Честное слово.

– И где же ваша родительница? – саркастически спросила она.

– Я только что оставил ее. Когда увидел вас… Кстати, мне чудом удалось покинуть Лондон. Полицейские собирались взять с меня подписку о невыезде. Думаю, вам следует позвонить им или своему адвокату прямо сейчас. Он жутко волновался за вас.

– Ох, Бобби! – спохватилась Кортни. – Я совсем забыла, что назначила ему встречу.

– А он поднял на ноги всю столичную полицию.

Кортни едва заметно улыбнулась. Приятно, когда о тебе кто-то беспокоится.

– Я свяжусь с ним, как только вы оставите меня в покое, мистер Кервуд, – сказала она, одарив Майкла ледяным взглядом.

Его передернуло, словно от холода.

– Вы ведь не собираетесь прятаться в Брайтоне всю жизнь? – спросил он.

Майкл чувствовал, что его общество тяготит Кортни, однако ничего не мог с собой поделать. Ему хотелось поговорить с этой импульсивной женщиной, понять, что ею движет.

– Нет, раз здесь объявились вы, – буркнула Кортни. – Такое чувство, будто вы преследуете меня.

– И не думал. Я уже сказал, что приехал к матери. Каждый год она устраивает грандиозный прием на побережье, на который, сдается мне, приглашена половина курорта. Вы случайно не входите в число гостей? – спросил он исключительно ради того, чтобы поддержать угасающую беседу.

– К счастью, нет, – отрезала Кортни, отведя взгляд в сторону моря.

– Майкл, ты не хочешь меня представить своей очаровательной знакомой? – раздался за ее спиной голос, явно принадлежащий немолодой женщине.

Кортни обернулась и увидела невысокую миниатюрную даму в широкополой шляпе и развевающемся на ветру платье. Улыбающаяся незнакомка с интересом рассматривала ее. От бесцеремонного оценивающего взгляда дамы Кортни стало не по себе, и она вопросительно посмотрела на Майкла.

Тому не оставалось ничего иного, как представить женщин друг другу.

– Мама, это моя… хм, знакомая, Кортни Милз. Кортни, это моя мама, Летиция Кервуд.

– Очень приятно, – пролепетала Кортни. – Майкл мне много о вас рассказывал. Поздравляю с днем рождения.

– Спасибо, милочка. Кстати, вы уже приглашены.

– О, миссис Кервуд, боюсь…

– Отказ не принимается, – категорично замахала руками Летиция. – Подруга моего сына и моя подруга.

– Да, но мы с Майклом вовсе не… – смущенно покраснев, начала Кортни, но Летиция шутливо погрозила ей пальцем с длинным алым ногтем. – Девочка, не стоит меня обманывать. Я все-все вижу.

– Вот как? – удивилась Кортни.

– Да, глаза моего сына светятся от любви, когда он смотрит на вас.

Кортни хихикнула и покосилась на Майкла. Тот не знал, куда деться от стыда.

– Кортни, не обращай на мою мать внимания. У нее странное чувство юмора.

– Я вовсе не шучу, – возразила Летиция. – Я говорю то, что думаю. В отличие от вас, мои дорогие. Можете обманывать кого угодно, но я вижу, как между вами проскакивают искры. Когда мы с твоим отцом познакомились, Майкл, то между нами было то же самое. Мы светились, как две лампочки. Так что, Кортни, я жду вас с Майклом сегодня в пять.

– Я не могу, – поспешно ответила Кортни, – потому что… потому что я должна помочь своему кузену свозить его кота к ветеринару.

Нелепая ложь Кортни позабавила Летицию.

– Уверена, что кузен справится без вас. Молодой привлекательной женщине негоже терять время в ветлечебнице. К тому же я очень обижусь, если вы не придете на мой праздник. – Летиция и в самом деле надула губы, словно Кортни своим отказом нанесла ей смертельное оскорбление.

– Хорошо, – сдалась та. – Я приду.

– Майкл вас проводит до нашего дома. Правда, милый?

– Разумеется, – подтвердил Майкл, не зная, радоваться повороту событий или огорчаться.

Он прекрасно знал свою мать: она не успокоится и весь вечер будет изводить Кортни намеками. С другой стороны, Майклу хотелось пообщаться с Кортни, а лучший случай вряд ли представится. Встреча на пляже не могла быть простой случайностью. Вдруг это подарок судьбы? И с каких это пор он стал верить в чудеса? Уж не с того ли момента, как впервые увидел Кортни Милз?

6

Майкл встретил Кортни в условленном месте. Судя по наряду, макияжу и прическе, она тщательно подготовилась к визиту. Майкл не сдержал своего восхищения:

– Великолепно выглядишь! – воскликнул он, собираясь поцеловать ее в щеку, но Кортни сделала шаг назад и протянула ему руку.

Майкл учтиво приложился к ней губами.

– На самом деле можно было прийти в более демократичном виде. Теперь я буду чувствовать себя неловко. – Майкл указал на свои джинсы и белый хлопчатобумажный пуловер, надетый на голое тело.

Кортни скользнула взглядом по фигуре стоявшего перед ней мужчины, но, будто устыдившись своей смелости, опустила глаза.

Ей польстили восхищение и комплименты Кервуда. Она и в самом деле очень долго выбирала, что надеть. Приглашение Летиции Кервуд было неожиданным, и у Кортни не оказалось ни одного подходящего случаю платья. Купив билет в Брайтон, Кортни рассчитывала на спокойный отдых в недорогой гостинице, а не на светские мероприятия. В общем, чтобы не ударить в грязь лицом, Кортни потратила полдня на походы по магазинам. Брайтонские цены кусались, но выбора у Кортни не было.

Черное шелковое платье едва прикрывало ее колени. Завышенная талия подчеркивала и без того привлекавшую внимание грудь Кортни и делала ее похожей на куклу.

Образ дополняла прическа: белокурые кудряшки в кажущемся беспорядке падали на лоб и виски. Неудивительно, что глаза Майкла вспыхнули от восторга, едва он увидел шедшую ему навстречу «куколку».

– Не обращай внимания на мою мать, – предупредил Майкл. – Она спит и видит, как бы меня поскорее женить.

Кортни улыбнулась.

– Все матери одинаковы. Моя тоже ждет не дождется, когда же я наконец нарожаю ей внуков. А Летиция показалась мне очень милой дамой.

– Ты просто ее плохо знаешь, – усмехнулся Майкл. – Готов поспорить, что к окончанию сегодняшнего торжества ты не будешь знать, куда деться от ее нескромных вопросов и еще более нескромных предложений.

– Майкл, тебе не удастся меня запугать. – Кортни посмотрела ему в глаза и залилась румянцем. – Твоя мама очаровательна. Кстати, она в курсе наших отношений? – Последнее слово Кортни произнесла с изрядной долей иронии.

Майкл покачал головой.

– Нет, ей захотелось думать, что ты моя подружка.

– Подружка? – переспросила Кортни. – То есть… мм, любовница?

– Кортни! – с шутливым укором воскликнул Майкл. – Какие слова! Нет, моя мама думает, что ты моя возлюбленная… невеста.

– Видимо, она считает тебя благородным рыцарем, – скептически заметила Кортни.

– Возможно, тебя это удивит, но меня многие считают именно рыцарем и именно благородным.

Кортни оставила это заявление без комментариев, только пристально посмотрела на Майкла.

– Нам еще далеко? – спросила она, чувствуя, что в новых босоножках уже устали ноги. – Твоя мама утверждала, что живет «в двух шагах».

– Мы почти пришли. Наш фамильный особняк находится неподалеку от полуразрушенного Западного пирса, который все никак не снесут.

– Зачем?

– На его месте собираются построить смотровую башню по проекту Маркса Барфилда.

– Того самого, что соорудил Лондонский глаз? – удивилась Кортни.

– Да. Мама грозится заколотить дом, как только начнутся строительные работы. Она утверждает, что не перенесет шума, хотя одиночество и тишина угнетают ее еще быстрее.

Наконец они подошли к большому трехэтажному дому в викторианском стиле. Возле парадного крыльца толпились люди, одетые столь разноперо, что Майкл и Кортни выглядели едва ли не самой удачной парой.

Приветствовавшая гостей, Летиция Кервуд увидела среди толпы сына и замахала ему рукой.

– Майкл, идите скорее сюда!

На ее крик обернулось добрая дюжина приглашенных. Все они с интересом разглядывали Майкла и его спутницу.

– Начинается, – обреченно выдохнул Майкл и, взяв Кортни за руку, потащил ее сквозь толпу.

Праздник был в самом разгаре, когда Летиция Кервуд поманила к себе Кортни и прошептала ей на ухо:

– Останьтесь с Майклом подольше. Я хочу с вами поговорить, когда гости разойдутся.

– Хорошо, – не посмела возражать Кортни.

Праздник затянулся. Последние гости разъехались далеко за полночь. Кортни порывалась уехать, но Летиция одарила ее таким суровым взглядом, что бедняжка не посмела ослушаться именинницу.

Когда молодые люди и Летиция остались одни в гостиной, Летиция приступила к разговору, предвкушением которого жила последние часы.

– Кортни, как вам нравится у нас?

– У вас очень красивый дом, – сказала Кортни совершенно искренне, хотя ее слова и прозвучали довольно глупо.

– А Майкл всегда жалуется, что я живу в музейной обстановке, – произнесла Летиция, с материнским обожанием взглянув на сына.

– На мой взгляд, в этом доме чересчур много реликвий и антиквариата. Но это всего лишь мое мнение. – Он пожал плечами.

– Майклу только бы все выкинуть! Кортни, как вам его лондонский дом? Я уж молчу о конюшне. – Летиция презрительно фыркнула.

Кортни едва сдержала улыбку. Миссис Кервуд нравилась ей своей непосредственностью, хотя ее вопросы временами ставили Кортни в тупик.

– Я… я не имела удовольствия быть гостьей Майкла, – ответила Кортни, слегка смутившись.

– Как?! – воскликнула Летиция. – Майкл, ты даже не пригласил свою подругу домой? Только не говори, что таскаешь ее по пабам и мотелям. – Летиция хихикнула.

– Мама, прекрати. А то Кортни вообразит, что у тебя дурное воспитание.

– Не беспокойтесь, миссис Кервуд, – тут же успокоила ее Кортни, – я вовсе так и не думаю.

Летиция посмотрела на сына с видимым превосходством. Мол, видишь, мы с твоей подружкой нашли общий язык.

– Тебе очень повезло с Майклом, – перешла на «ты» Летиция, обращаясь к Кортни. – Я всегда считала, что его избранница будет самой счастливой женщиной на свете. Такого тонкого, чуткого и понимающего мужа только поискать.

– Положусь на ваше мнение, – дипломатично заметила Кортни.

– Разве ты еще сама этого не поняла? – удивленно спросила Летиция. – У Майкла прекрасное образование. Он много путешествовал, стажировался в Нью-Йорке… А его работы… – Летиция вздохнула. – Они поистине гениальны.

– Да уж, – процедила Кортни.

– А ты чем занимаешься, дорогая?

– Я тоже дизайнер вышивки.

– Значит, вы с Майклом коллеги! – обрадовалась Летиция.

– Скорее конкуренты, – уточнила Кортни.

Летиция ничего не ответила, но посмотрела на гостью взглядом, красноречиво говорившим: «Я готова поверить, что ты неплохая художница, но даже не пытайся убедить меня в том, что ты можешь быть конкуренткой моего сверхгениального сына».

Как ни странно, Кортни нисколько не обиделась. В конце концов, Летиция всего лишь мать, для которой не существует никого лучше ее ребенка.

– А кто твои родители?

– Папа служит в банке, а мама преподает в школе.

– В Лондоне? – спросила Летиция таким тоном, словно место жительства имело для нее определяющее значение.

– Нет, – ответила Кортни и невольно покраснела. – Я родилась и выросла в маленьком городке в трехстах милях от столицы. Потом поступила в лондонский колледж, нашла работу… – Кортни решила не рассказывать о победах в многочисленных конкурсах молодых дизайнеров, которые и позволили ей оплачивать учебу в престижном учебном заведении.

– А как же вы с Майклом познакомились? – не унималась Летиция.

Разговор все больше походил на допрос с пристрастием, и Кортни начала жалеть, что приняла приглашение миссис Кервуд.

– Мама, разве ты не видишь, что Кортни устала? У нее уже глаза слипаются, – вмешался Майкл.

Кортни с благодарностью посмотрела на него. Она и в самом деле из последних сил сдерживала зевоту. День выдался суматошным. Общение с новыми знакомыми всегда быстро утомляло Кортни, которая была от природы не очень общительной.

Она предпочитала тишину и одиночество бурным вечеринках, а потому торжество по случаю дня рождения миссис Кервуд потребовало от нее максимума сил.

– Хорошо, я уже распорядилась приготовить для нашей гостьи комнату. Так что, Кортни, я прямо сейчас могу проводить тебя в спальню.

Кортни не ожидала такого развития событий. Несколько секунд она молчала, хлопая ресницами и недоумевающе глядя на Летицию.

– Неужели ты думала, дорогая, что я отпущу тебя на ночь глядя? Нет, ты останешься с нами.

– С вами? – пролепетала Кортни.

– Со мной и с Майклом, – с улыбкой пояснила Летиция.

– Но… но у меня нет сменной одежды.

– Ерунда. Специально для таких случаев я держу в гостевой комнате несколько комплектов белья и одежды, там ты найдешь и халат, и ночную сорочку. А завтра вы с Майклом съездите в магазин и купите купальные костюмы.

Кортни окончательно растерялась и перевела взгляд на Майкла. Может быть, он ей объяснит? Однако на его лице застыло то же удивление, что и на ее собственном.

– Майкл, разве ты забыл о приглашении Роджера?! – с некоторым осуждением воскликнула Летиция.

– А-а-а… – протянул Майкл. – Уик-энд на его яхте?

– Да! – радостно подтвердила Летиция.

– А при чем здесь я? – спросила Кортни.

– Как это при чем, милая? – спросила Летиция. – Ты составишь компанию Майклу, пока я буду флиртовать с Роджером. – Она рассмеялась, обнажив не по годам хорошие, крепкие зубы.

– Но… я не могу.

– Это еще почему? У тебя есть какие-нибудь планы на ближайшие дни? Только не говори о своем кузене и его несчастном коте.

– У меня нет планов, но… – Кортни умолкла. Нужно было срочно придумать какую-нибудь причину для отказа, но уставший мозг не желал работать. Она зевнула.

– Вот и замечательно! – всплеснула руками Летиция. – Сейчас ты пойдешь наверх спать, завтра прогуляешься с Майклом по магазинам, а послезавтра утром мы все вместе отправимся на морскую прогулку. Уверяю, ты будешь в восторге.

– Не сомневаюсь, – отозвалась Кортни с изрядной долей скепсиса в голосе.

7

Кортни проснулась от едва слышного скрипа двери. Спросонья она решила, что ее навестило местное привидение – кто-то из прежних жильцов старинного особняка.

Однако у «привидения» оказалось довольно крепкое и статное тело взрослого мужчины, а также возбуждающий аромат.

– Кортни, ты спишь? – шепотом спросил незваный ночной гость.

Кортни ответила не сразу, поэтому мужчина отступил к двери, решив, что она спит.

– Нет.

– Можно с тобой поговорить?

– Майкл, а мама не будет тебя ругать, что ты зашел в мою комнату? – спросила Кортни с усмешкой.

– Скорее она будет рада, что ее догадки подтвердились. – Майкл отодвинул одеяло и присел на краешек кровати.

– Так о чем ты хотел со мной поговорить? – нетерпеливо спросила Кортни, натянув одеяло до самого подбородка.

– Спасибо тебе, Кортни.

– За что? – спросила она, искренне удивившись его словам.

– За то, что не стала рассказывать матери об обстоятельствах нашего знакомства.

– Майкл, я это сделала вовсе не ради тебя, а ради Летиции. Она обожает тебя, и я не хотела разрушать материнскую иллюзию.

– Кортни, думаешь, мне самому приятно, когда мама начинает расхваливать меня?

– Ты, кажется, не возражал, – заметила она.

– Я уже давно понял, что с ней бесполезно спорить. Если Летиция Кервуд решила, что ее сын – гений, то никому и никогда не удастся ее переубедить. Если бы ты начала чернить меня, боюсь, мама не показалась бы тебе такой добродушной.

– Только не думай, что я испугалась.

– Я уже понял, что тебя не так-то легко напугать. – Майкл улыбнулся. В полумраке комнаты его улыбка была почти не видна, но Кортни каким-то внутренним взором заметила ее. – Ты так и не рассказала, почему приехала именно в Брайтон.

Кортни пожала плечами.

– Не знаю. Это было внезапным порывом. Я просто взяла билет на поезд. Я была в Брайтоне всего один раз. Мы приезжали сюда всей семьей, когда мне было лет восемь-девять. Тогда этот городок показался мне настоящим раем: солнце, море, множество туристов, которые веселятся с утра до ночи. В общем, мной руководила ностальгия.

– Ты так сказала, будто теперь Брайтон тебе вовсе не понравился, – заметил Майкл.

– Ты весьма проницателен, – отметила Кортни.

– Надеюсь, это не из-за меня?

Она снисходительно улыбнулась.

– Майкл, земля не вращается вокруг тебя. У меня была масса причин разочароваться в Брайтоне. Хотя… наша встреча окончательно убедила меня в том, что я выбрала не то место для отдыха.

– Так, значит, ты приехала в Брайтон отдыхать?

– Подлечить нервы после стресса, – мрачно уточнила Кортни.

– А насчет кузена ты все выдумала?

Кортни опустила глаза и кивнула.

– Я сразу это понял. Кстати, моя мама тоже.

– Правда?! – обеспокоенно спросила Кортни. – Ужас, как мне теперь смотреть ей в глаза?

– Не волнуйся, она решила, что ты не хочешь признаваться в том, что приехала сюда ради меня.

– Что?! – громко воскликнула Кортни. В следующее мгновение ее губ коснулась сухая горячая ладонь Майкла.

– Тише, пожалуйста. Ты ведь не хочешь, чтобы нас застукали?

– Застукали? Майкл, мы ведь не делаем ничего предосудительного. Мы всего лишь разговариваем.

Он усмехнулся.

– Конечно. Мужчины и женщины всегда просто разговаривают, когда остаются наедине ночью в одной спальне.

– Твоя ирония ни к чему, – осекла его Кортни. – Мы… не…

– …Не мужчина и женщина? – подхватил Майкл и приглушенно хохотнул. – Ну ты даешь, Кортни! Только не говори, что тебя не интересуют мужчины.

– Вовсе нет.

– Тогда почему ты так холодна со мной?

– Ну это уже слишком, Майкл! Разве ты забыл, какую свинью подложил мне всего два дня назад? Кстати, мой адвокат уже занялся этим делом.

– Ты ему позвонила?

– Да, решила воспользоваться твоим советом и успокоить Бобби. Бедняга и в самом деле решил, будто меня похитили. О, Бобби, Бобби… Вот это настоящий мужчина.

– Вы с ним любовники? – спросил Майкл, ощутив, как в нем закипает ревность.

Чувство было столь неожиданным и сильным, что он поначалу растерялся. Он знаком с Кортни всего пару дней. Причем знает, что она его ненавидит. Так с какой стати ему ревновать ее?

Кортни тоже удивилась его интонации.

– Майкл, тебе не кажется, что ты заходишь слишком далеко? – спросила она, робея.

– Да… да, извини.

Повисла напряженная пауза. Оба чувствовали себя неловко и не решались заговорить. Наконец Кортни произнесла:

– Нет, мы с Бобби только друзья. Хотя я знаю, что он испытывает ко мне более сильные чувства. Однако сердцу не прикажешь: я не могу ответить ему взаимностью. Сама не понимаю почему. Любая женщина была бы счастлива стать его супругой.

– Верно, сердцу не прикажешь, – согласился Майкл, пристально вглядываясь в ее лицо.

Сейчас, в мягком свете луны, пробивавшемся сквозь неплотно задернутые шторы, Кортни казалась ему сказочной принцессой: нежной, ранимой и бесконечно прекрасной.

Он поднялся с ее кровати и направился к двери. Кортни молчала, провожая его взглядом. Когда Майкл покинул ее спальню, она упала на подушки и тихо заплакала. Впервые в жизни ее сердце разрывалось от столь противоречивых чувств к одному человеку.

Ну почему мужчина, о котором она мечтала всю жизнь, оказался тем самым негодяем, который погубил ее карьеру? И как ей теперь справиться с тем чувством, что нарастало в ее душе словно снежный ком? Нет, она не должна больше думать о Майкле Кервуде!

Однако не думать о Майкле оказалось гораздо сложнее. Утром он снова пришел к ней.

– Что тебе надо? – спросила Кортни, открыв дверь и с удивлением обнаружив за ней ночного гостя.

– Ты не очень-то вежлива, Кортни. Для начала с добрым утром.

Майкл оценивающе посмотрел на нее. Судя по всему, Кортни давно встала, потому что успела не только одеться, но и наложить макияж.

– Только не пытайся меня убедить, что пришел лишь для того, чтобы пожелать мне доброго утра.

Майкл заглянул в ее глаза. Затем, медленно переведя дыхание, произнес:

– Кортни, я был бы счастлив, если бы ты согласилась поужинать со мной сегодня.

– Это приглашение на свидание?

– Знаю, что тебе не понравится, если я скажу «да». Поэтому можешь считать этот ужин дружеским жестом.

– Хорошо, я согласна, – сказала она.

– Согласна? – не веря собственным ушам, переспросил Майкл.

– Что тебя удивляет? – спросила Кортни. – Разве не такой ответ ты ожидал?

– Да, конечно… Однако я предполагал, что мне придется час тебя уговаривать и давать клятвы, что я не начну приставать и лезть с поцелуями. – Майкл лукаво улыбнулся и заглянул в ее глаза. – Конечно, если ты сама этого не пожелаешь.

– Не обольщайся, Майкл. Я просто устала от намеков и вопросов твоей матери. Лучше уж сходить с тобой в ресторан, чем сидеть весь вечер под прицелом ее глаз. Если честно, мне кусок в горло не лезет. Когда Летиция сидит напротив и сверлит меня взглядом.

Майкл рассмеялся.

– Спасибо маме. Так я зайду за тобой в восемь часов вечера?

Кортни поежилась, словно от холода. Ей хотелось поужинать с Майклом, но она боялась проявить свое желание. Пусть не обольщается.

– Хорошо.

– Ты уже готова?

– К чему? – растерянно спросила Кортни.

– Мы ведь собирались пройтись по магазинам, чтобы купить тебе все необходимое для уик-энда на яхте.

– Ой, я совсем забыла! – воскликнула Кортни, хлопнув себя по лбу.

– Твое счастье, что у тебя есть я, – усмехнулся Майкл. – Если ты готова, мы можем отправиться прямо сейчас. Вернемся к обеду, потом ты отдохнешь и приготовишься к ужину.

– Ты всегда добиваешься желаемого? – пристально глядя в его глаза, спросила Кортни.

– Да, – твердо ответила Майкл, взяв ее за руку и выведя из комнаты.

Без пяти восемь Кортни в последний раз взглянула на себя в зеркало. Без ложной скромности она отметила, что выглядит сегодня неотразимо.

– Ну, Майкл Кервуд, берегись, – прошептала она с загадочной улыбкой. Затем Кортни рассмеялась, довольная собой и своей смелостью.

Она взяла сумочку, поправила тонкую бретельку платья цвета фуксии, глубоко вздохнула и открыла дверь.

Майкл пришел вовремя. Однако Кортни вздрогнула, услышав стук в дверь.

– Привет, готова? – произнес Майкл, беззастенчиво рассматривая детали ее наряда.

Кортни пожала плечами.

– Вроде бы да.

– Можем идти. Если повезет, с мамой мы не встретимся. Я слышал, как она разговаривала по телефону в своей комнате.

– Тогда поспешим, – с заговорщической улыбкой предложила Кортни.

Меньше всего на свете она хотела сейчас встретиться с Летицией. Та наверняка бы не удержалась от пары комментариев по поводу ее платья с глубоким декольте. А Кортни и без того мандражировала, как влюбленная школьница, отправляющаяся на первое в своей жизни свидание. Пусть Майкл и отказался признать сегодняшний ужин полноценным свиданием.

Машина медленно ехала по дороге, освещенной фонарями, яркими рекламными щитами и неоновыми вывесками. Кортни с любопытством разглядывала надписи. Она впервые ехала по вечернему Брайтону и с трудом узнавала знакомые места в сумеречном освещении.

Минут через пятнадцать машина остановилась у ярко-освещенного крыльца. Первым из автомобиля вышел Майкл. Он открыл перед Кортни дверцу и помог выйти.

Она задрала вверх голову и прочитала название – «Сигал».

– Это лучший рыбный ресторан в Брайтоне, – отрекомендовал Майкл. – Надеюсь, тебя не раздражает запах тины? – Заметив недоумение на лице Кортни, он поспешил ее успокоить: – Шучу-шучу. Никакой тины там нет.

В следующее мгновение тяжелая дверь отворилась, и Майкла с Кортни поприветствовал человек в форме капитана дальнего плавания.

– Добро пожаловать в «Сигал», – басом произнес он. – Прошу вас, проходите.

Кортни ахнула от изумления, едва переступила порог. В помещении со сводчатым потолком было сумеречно. Очертания предметов казались зыбкими из-за мерцания витых свечей, которые в великом множестве стояли в канделябрах вдоль стен. Тихо звучала инструментальная музыка. Игра света и тени делала небольшой зал каким-то фантастическим, нереальным. Запах плавленого воска и легкая завеса сизоватого дыма превращали обычную деревянную мебель в туманные сказочные предметы. Временами то тут, то там по стенам будто волшебные светлячки скользили разноцветные огоньки. Кортни обратила внимание на круглые окна, похожие на корабельные иллюминаторы.

Майкл посмотрел на Кортни, рассматривавшую все вокруг широко распахнутыми глазами.

– Я знал, что тебе здесь понравится.

– Это просто… чудо, – произнесла Кортни, не в силах подобрать более подходящее слово. Да и было ли оно вообще?

Майкл улыбнулся, обнял Кортни за талию и слегка подтолкнул вперед.

– Давай присядем вон за тот столик в углу, иначе, боюсь, ты так и будешь стоять с открытым ртом всю ночь.

Они сели за дальний столик, хотя необходимости уединяться не было. В зале сидела только одна парочка, причем настолько занятая друг другом, что они даже не обратили внимания на новых посетителей.

– Желаете сделать заказ? – спросил подошедший официант, протягивая Майклу и Кортни меню.

– Спасибо, одну минуту, – ответил Майкл, беря кожаную папку.

Кортни до сих пор не могла поверить, что это не сон. Оказывается, реальность может быть не менее чудесной и сказочной, чем мечта, подумала она.

Майкл подождал, пока Кортни сделает заказ, затем попросил официанта принести бутылку шампанского.

– О, нет-нет… – запротестовала Кортни.

– Никаких возражений даже слышать не хочу. Надеюсь, это был последний отказ на сегодня?

Кортни покраснела, решив не отвечать на провокационные вопросы.

Майкл откинулся на спинку стула, чтобы не мешать официанту, расставлявшему на столе принесенные блюда. Затем молодой человек в белоснежной рубашке, с голубым платком на шее налил в фужеры шампанское. Когда он, учтиво поклонившись, удалился, Майкл поднял фужер.

– Давай выпьем за нас, Кортни.

– За нас? – удивилась она, и ее сердце забилось сильнее от внезапной радости.

– За представителей двух разнопланетных существ, по счастливой случайности встретившихся на Земле.

Ах вот что он имел в виду. А я уж было решила… – разочарованно подумала Кортни.

Они чокнулись. Хрусталь переливался всеми цветами радуги, отбрасывая яркие блики на поверхность стола и стен.

Кортни сделала небольшой глоток шампанского. Затем приступила к омарам, заказанным по совету Майкла.

Через некоторое время принесли десерт. Устрашающе большие куски торта со взбитыми сливками, клубникой, спелыми вишнями и кремовыми розочками.

– Никогда не видела ничего соблазнительнее.

– Что же вы тогда скажете, когда попробуете торт?

– Мм… божественно, – сказала Кортни через минуту.

Майкл протянул руку и нежно провел пальцем по ее губам, вытирая воздушный крем. Кортни вздрогнула, и в следующее мгновение замерла. Она посмотрела Майклу в глаза, затем опустила ресницы и… облизала его палец. Рука Майкла скользнула по гладкой коже ее щеки и нырнула под волосы.

Внезапно рука исчезла, Кортни с разочарование вздохнула и открыла глаза. Перед ней по-прежнему сидел Майкл и улыбался.

– Может, пройдемся по набережной? А то здесь становится слишком жарко. – Майкл, не дожидаясь ответа, слегка коснулся оголенных плеч Кортни. – Ты не замерзнешь?

Кортни отрицательно покачала головой.

Они вышли на улицу. Воздух посвежел, дневная духота сменилась приятной прохладой. С моря дул легкий ветерок, приятно щекотавший кожу и развевающий платье Кортни. Она хотела взять Майкла под руку, но он протянул руку ладонью кверху.

– Давай возьмемся за руки, как в детстве. Так гораздо романтичнее, – предложил он.

Кортни вспомнила свои первые прогулки с соседскими мальчиками в родном городе. Как трогательны и невинны были те отношения, первые трепетные поцелуи в щечку…

Она вложила свою маленькую хрупкую ладошку в мужественную ладонь Майкла.

Они шли по набережной, сопровождаемые тихим плеском волн. Кортни ощущала невидимые токи, пронизывающие ее ладонь, переплетенные пальцы. Казалось, что тепло, передаваемое от Майкла, разливается по всему ее телу. Слабый, мерцающий огонек в центре ладони на пересечении линий жизни, судьбы и любви разгорался в пылающий костер, разгонявший по венам обжигающую кровь.

Они молчали. Слова казались излишними. Наоборот, они могли разрушить волшебную атмосферу, которая окружала Майкла и Кортни.

Через некоторое время Майкл остановился и, не отнимая руки, повернулся к Кортни.

Она инстинктивно приподняла подбородок и раскрыла губы в ожидании поцелуя. Майкл ласково коснулся ее губами, затем нежно провел языком по тонкой бархатистой коже. Кортни подалась вперед, пытаясь слиться с Майклом в едином порыве. Поцелуй Майкла стал глубже, откровеннее. Его язык скользнул в ее рот, пробежался по зубам, деснам, затем столкнулся с ее языком. Кортни реяла на крыльях блаженства, парила в невесомости. Она ощущала себя на воздушном облаке, несущем ее в неведомые края.

– Боже, неужели это не сон? – спросила шепотом Кортни, когда Майкл отстранился.

Он молчал.

– В чем дело? Что-то не так? Тебе не понравилось? – с волнением спросила Кортни.

Он нервно кашлянул.

– Кортни, означает ли это, что ты даешь мне шанс?

Она опустила глаза и покачала головой.

– Тогда почему ты дрожишь, когда я тебя целую?

– Потому… потому что мне холодно. С моря дует пронизывающий ветер, разве ты не чувствуешь?

Майкл старался скрыть свое волнение. Однако было очевидно, что ее слова ранили его в самое сердце. Он сдерживался из последних сил и все же обнял прижавшуюся к нему девушку так сильно, будто боялся, что сейчас она растворится в воздухе и он никогда больше ее не увидит, не сможет почувствовать вкус ее губ, тепло ее тела, не услышит ее голос, не ощутит пьянящий аромат ее волос.

– Я не стану тебя торопить, – пообещал он, легонько коснувшись ее уха. – Хочешь, вернемся домой?

Кортни едва заметно кивнула.

– Да, и давай сделаем вид, что сегодняшнего вечера не было.

– Если тебе это удастся… – закончил красноречивой недоговоренностью Майкл.

8

Роджер нервно расхаживал по причалу, когда приехали Летиция, Майкл и Кортни.

Летиция выпорхнула из автомобиля и бросилась в объятия Роджера.

– Извини, что мы так долго, – прощебетала она ангельским голоском. – Познакомься, эту прелестную особу зовут Кортни Милз. Возможно, скоро она станет новой миссис Кервуд.

Улыбка на лице Кортни померкла. Она старательно делала вид, что ей весело, но ее лицо превратилось в неестественную маску. Кажется, не думать о Майкле и о том, что между ними возможен роман, не получится. По крайней мере в ближайшие два дня, которые они проведут на яхте.

– Очень приятно, мисс Милз. – Роджер склонился и поцеловал руку Кортни. – Все миссис Кервуд неотразимы.

Летиция зарделась и заливисто рассмеялась.

– Ах ты старый лис. – Она легонько шлепнула его по плечу.

– Летиция, не нужно строить из себя невинную девочку. Не вижу ничего плохого, чтобы сказать красивой женщине о том, что она прекрасна.

Кортни с завистью смотрела на Роджера и Летицию. Несмотря на годы, они продолжали влюбляться, заигрывать друг с другом и радоваться каждому счастливому моменту жизни.

– А теперь пойдемте, я покажу вам свою красавицу.

– Еще одну?! – с шутливым упреком спросила Летиция. – Роджер, как это понимать? Ты что, решил собрать целый гарем?

Бедняга смутился и указал рукой на пришвартованную яхту.

– Вообще-то я имел в виду «Линду».

– Она и в самом деле красавица, – заметила Кортни, с интересом разглядывая палубы и нос яхты, украшенный каким-то гербом. Невольно она представила себе, как бы выглядела «Линда» в наборе для вышивания. За несколько лет работы в «Пэттен дизайн» это стало привычкой Кортни. Все незнакомые предметы и места Кортни тут же представляла в виде вышитых картин.

В ее воображении возникла быстроходная яхта, бороздящая синее-синее море. Нос рассекает волны, на солнце переливаются миллионы брызг, а за кормой летят чайки…

– О чем ты задумалась, дорогая? – спросила Летиция, озадаченная неожиданно посерьезневшим лицом Кортни.

– Так, ни о чем особенном, – ушла от ответа Кортни.

Она снова посмотрела на яхту. Да, она была великолепна. Интересно, удастся ли постоять за штурвалом? Не стоит и говорить, что она тут же представила себе эту картину: молодая женщина в легком платье и соломенном шляпке пристально вглядывается в морскую даль, в то время как ее руки покоятся на рулевом колесе.

Кортни уже не терпелось сесть за компьютер.

– Давайте поднимемся на борт, – предложила она.

– Отлично. Веди нас, Роджер. – Летиция подхватила его под руку, и они возглавили шествие.

Майкл и Кортни шли следом. Правда, они не держались за руки и издали напоминали двух малознакомых людей, случайно оказавшихся в одной компании.

– Не боишься, что мать наградит тебя отчимом?

– А чего мне бояться? – удивился Майкл. – Возможно, тогда она немного поубавит свой пыл и перестанет донимать меня вопросами о женитьбе.

– Они хорошо смотрятся, – отметила Кортни, кивнув в сторону Летиции и Роджера.

– Моя мама отлично разбирается в людях. Если Роджер ей понравился, значит, он достойный человек.

– А я ей понравилась? – неожиданно спросила Кортни. В ожидании ответа она почувствовала странную дрожь в ногах.

– Еще спрашиваешь! Она в восторге от тебя. – Майкл расплылся в улыбке. – У меня ведь тоже неплохой вкус.

– В каком смысле? – Не дав ему произнести ни слова, Кортни вскипела: – Ты что, возомнил себя героем-любовником? Да ты совершенно не интересуешь меня как мужчина.

– Тогда почему ты согласилась провести со мной уик-энд? – лукаво прищурившись спросил Майкл.

– Я не могла отказать Летиции.

– Вот как? Звучит не очень-то убедительно.

– Я могу уйти прямо сейчас, – предупредила Кортни, резко остановившись. Ее горящий взгляд и решительно поднятый подбородок свидетельствовали о том, что она не шутит.

Роджер и Летиция уже поднялись на яхту. Они смотрели на остановившуюся на причале парочку, не понимая, что между ними происходит.

– Нет, Кортни, пожалуйста… – Майкл взял ее за руку и посмотрел в глаза. – Обещаю, что больше не стану говорить глупости.

– Вот так-то лучше, – смягчилась Кортни. – Запомните, мистер Кервуд: я здесь только потому, что мне не хотелось обижать вашу мать.

Ее холодный, официальный тон неприятно покоробил Майкла. Он понуро опустил голову, словно наказанный школьник. Чем больше он узнавал Кортни, тем невыносимее ему было находиться вдалеке от нее. Майкл хотел узнать ее поближе: понять, что ее беспокоит, о чем она мечтает, к чему стремится… А вместо этого он натыкался на непробиваемую стену безразличия. Неужели Кортни не чувствует, какие эмоции и желания пробуждает в нем? Неужели не понимает, как его ранят ее обидные замечания и холодность?

Кортни пошла к яхте, и Майклу не оставалось ничего другого, как последовать за ней.

– Не хочешь охладиться? – спросил Майкл, сняв рубашку.

Кортни с трудом оторвала взгляд от его мускулистого торса. Она уже давно собиралась окунуться, но мысль, что придется попросить Майкла о весьма деликатной услуге, повергла ее в панику.

– Я только что намазалась кремом, – капризно произнесла она.

В следующее мгновение Кортни почувствовала на своей спине ладонь Майкла. Он нежно провел по ее горячей коже рукой и усмехнулся.

– Что-то не так?

Майкл вновь сразил ее своей белозубой улыбкой. Улыбкой, которая могла принадлежать только самоуверенному мужчине, добившемуся больших успехов. Майкл, безусловно, знал о своей привлекательности и о том, какое магнетическое воздействие оказывал на женщин. Знал и умело пользовался даром.

– Зачем ты меня обманываешь?

– Что… когда?..

Растерянность Кортни позабавила Майкла. Он снова улыбнулся. Сердце Кортни пропустило один удар.

– Ты сказала, что намазалась кремом, но твоя кожа сухая и горячая. – В доказательство своей правоты Майкл продемонстрировал ей свою ладонь. Ту самую, которой минуту назад гладил ее спину.

– А, ты об этом… – то ли с облегчением, то ли с разочарованием произнесла Кортни.

– Давай сейчас искупаемся, а потом я сам намажу тебя кремом, – предложил Майкл.

Не дожидаясь возражений, он склонился над Кортни и принялся завязывать бретельки ее бикини. Кортни боялась не то что пошевелиться, но даже дышать старалась как можно тише и незаметнее. Каждое прикосновение пальцев Майкла отзывалось в ней теплой волной желания и мелкой дрожью. Закончив с непослушными завязками, Майкл подхватил Кортни на руки и поднялся вместе с ней.

– Что ты делаешь? – угрожающим шепотом спросила она.

– Несу тебя в воду. Тебе срочно нужно охладиться. Ты вся горишь. Я не собираюсь бездействовать и молча наблюдать за тем, как ты получаешь солнечный удар.

– Сейчас же отпусти меня! – Кортни попыталась вырваться, но Майкл еще крепче обхватил ее руками.

– Осторожно. Ты ведь не хочешь, чтобы мы оба упали посреди палубы. Это может привлечь внимание Летиции и Роджера. А ты ведь не хочешь помешать их амурным делам, не так ли?

– Майкл, если нас увидит Летиция, то ей это не понравится.

– Полагаю, она, напротив, придет в бурный восторг.

– Сию же минуту оставь меня в покое. Я хочу позагорать! – запальчиво сказала Кортни, гневно сверкнув глазами.

Майкл усмехнулся.

– Обожаю непокорных и строптивых женщин.

– Мне плевать, каких женщин ты обожаешь.

– Многие женщины всю жизнь мечтают, чтобы мужчины носили их на руках.

Тем временем Майкл подошел к лесенке, уходившей прямо в воду. Яхта стояла на якоре. Море было спокойным и никакой опасности не представляло.

– Ты еще не наигрался? – с сарказмом спросила Кортни. – Добился своего?

– Еще чуть-чуть. – Майкл осторожно начал спускаться.

Кортни охнула, когда ее разгоряченное тело погрузилось в воду. Майкл уже не чувствовал ее вес. Теперь они медленно качались на волнах, опутавших их словно шелковые простыни.

– Какое блаженство! – закрыв глаза, прошептала Кортни. Она положила голову на воду и расслабилась, на мгновение забыв о Майкле.

– О, Майкл… и Кортни!.. – Веселый голос Летиции мигом лишил Кортни блаженной гармонии.

– А где… где Роджер? – заикаясь, спросила она.

– Пытается наловить нам рыбы на обед, – сказала Летиция, всем своим видом давая понять, что не верит в обещания своего друга и считает его занятие всего лишь шалостью, блажью богатого человека. – Он так увлечен, что даже не заметил, как я улизнула от него. Какой сюрприз встретить вас.

– Майкл силой затащил меня в воду, – пожаловалась Кортни.

– Неужели? – недоверчиво спросила Летиция.

Кортни высвободилась из объятий Майкла и, быстро подплыв к лестнице, взобралась на корму. Двусмысленные намеки Летиции уже перестали ее забавлять. Ну почему она не желает видеть очевидное: Майклу нет до нее, Кортни, дела. Эта мысль неожиданно больно уколола ее в самое сердце. Только сейчас Кортни осознала, что ее раздражало и злило в сложившейся ситуации. Ее бесили не шуточки и подначивания миссис Кервуд, а то, что они не имели под собой никаких оснований.

Почему я вечно выбираю не тех мужчин? – спросила себя Кортни, вытираясь полотенцем. Стоп! Я вовсе не влюблена в Майкла. Он мне симпатичен, но не более того, попыталась убедить себя Кортни и тут же почувствовала фальшь. Кого она обманывает? Майкл понравился ей с первого взгляда. Но он поступил с ней подло, и она не станет его прощать за красивые глаза.

Неожиданно Кортни посетила мысль, что Майкл специально флиртует с ней, чтобы она отказалась от своего намерения судиться с ним из-за плагиата. Это предположение показалось ей весьма правдоподобным. Майкл, без сомнения, умен и хитер. Его тактика уже приносила результаты: Кортни изжила из себя ненависть. Более того, она влюблялась в него и ничего не могла с собой поделать. Что, если его заигрывания – всего лишь хладнокровно продуманный ход? Неужели Летиция с ним заодно? Нет, маловероятно. Скорее Майкл использует ее в своих нечистых планах. Слепо любящая мать, желающая как можно скорее женить сына, – хорошее подспорье в деле соблазнения выбранной жертвы.

Пока Кортни размышляла, Майкл тоже вышел из воды. Из глубокой задумчивости ее вывели холодные брызги, слетевшие с его рук.

– Кортни, давай я намажу тебя кремом, пока ты не сгорела. Я ведь обещал, – сказал он, подойдя к ней.

– Ладно, я вас оставлю. Пойду посмотрю, как дела у Роджера, – сказала Летиция.

Она и в самом деле полагает, что мы любовники, подумала Кортни. Тем временем Майкл опустил руки на ее плечи и слегка помассировал их.

Едва влажные от крема пальцы Майкла пробежали по ее коже, Кортни осознала, что накалена до предела. Каждое прикосновение Майкла пробуждало в ней желание. Она мечтала развернуться к нему лицом и подставить его требовательно-нежным губам и гибким пальцам свою шею, грудь, живот… Она уже представляла, как Майкл покрывает ее тело легкими, едва уловимыми поцелуями, проводит языком по ложбинке между ее полными, отяжелевшими от желания грудями.

Наваждение было настолько сильным, что Кортни потеряла счет времени и перестала понимать, где находится. Она чувствовала руки Майкла. Сейчас существовали только он и она. Мужчина и женщина, созданные друг для друга природой. Ее мягкое податливое тело звенело от наполнившей его страсти, отзываясь легкой дрожью на прикосновения его пальцев. Майкл играл, словно гениальный музыкант, извлекая неслышимую, но самую романтическую мелодию на свете. Под его чуткими пальцами все внутри Кортни будто пело сотней голосов, настроенных на десятки ладов одновременно.

– Вот и все, – глухо произнес Майкл.

– С-спасибо, – запнувшись, ответила Кортни.

Майкл откашлялся и произнес уже более твердо:

– Всегда к твоим услугам.

– О, Майкл…

Кортни перевернулась на спину. Майкл воспринял ее действие как приглашение и наклонился к ее губам. Его губы были солеными от морской воды, но Кортни показалось, что это был самый сладкий поцелуй в ее жизни. Она закрыла глаза, позволив эмоциям взять верх. Водоворот чувств и легкое головокружение лишили ее гравитации, она словно парила над землей, наслаждаясь ощущениями, которыми щедро одаривал ее Майкл. Требовательность сухих губ сменилась нежностью языка, проскользнувшего в ее рот.

Кортни блаженствовала. Вот тот самый поцелуй, о котором она давно мечтала! Ожидания оправдались. Майкл целовался как бог. Он словно угадывал ее потаенные желания и тут же их исполнял. Если он и любовью занимается с теми же нежностью и чуткостью к желаниям партнерши, то равному ему любовника не сыскать на всем белом свете.

– О господи, – выдохнула Кортни, – что происходит?

– Что… что-то не так?

Майкл заглянул ей в глаза, и Кортни вновь захлестнула волна чувств. Она любила этого мужчину, но волей судьбы он оказался для нее самым сладким и, увы, запретным плодом.

– Я не должна этого делать. – Кортни попыталась встать, но Майкл практически лег на нее.

Тяжесть мужского тела взволновала Кортни настолько, что она, забыв о приличиях, слегка раздвинула ноги.

Теперь уже насторожился Майкл. Они ведь не одни на яхте. Какими бы демократичными ни были Летиция и Роджер, вряд ли они обрадуются, обнаружив их.

– Кортни, пойдем в каюту, – предложил Майкл охрипшим голосом.

Внезапно Кортни пришла в себя, словно выйдя из гипнотического состояния на счет «три». Она резко оттолкнула от себя Майкла.

– Не трогай меня! Я знаю, что ты задумал. Хочешь, чтобы я отказалась от судебного иска? Не выйдет, Майкл. Ты ответишь за все свои подлые поступки по закону.

Майкл был поражен резкой сменой ее настроения. Минуту назад Кортни готова была отдаться ему, а теперь вновь ненавидела. Понимает ли она сама, что с ней происходит?

9

От второго дня на яхте пришлось отказаться, потому что объявили штормовое предупреждение, и береговая охрана настоятельно рекомендовала яхтсменам вернуться в порт. Роджер был заметно опечален неожиданно прервавшимся отдыхом, а вот Кортни, напротив, обрадовалась. Наконец-то пытка закончится и Майкл перестанет сводить ее с ума своими взглядами и якобы случайными прикосновениями.

Однако Летиция настояла, чтобы вся компания отобедала в ее доме. Роджер снова был счастлив, а Майкл и Кортни только смущенно переглянулись.

Обед, как всегда в доме Летиции, затянулся до позднего вечера, и она запретила Кортни даже думать о возвращении в гостиницу.

– В «Альбатрос»?! – воскликнула она с ужасом. – Ты с ума сошла? Я ни за что не позволю тебе ночевать в таком месте! Я слышала, что тамошние кровати кишат клопами, а горничные копаются в вещах постояльцев.

Кортни благоразумно промолчала. Спорить с Летицией все равно что пытаться перекричать гром.

Для гостьи приготовили все ту же комнату. Однако Кортни не собиралась спать этой ночью. Выждав, когда дом затих, Кортни тихонько выскользнула из спальни и направилась к Майклу.

Он открыл сразу, как только она постучала, будто ждал ее.

– Что-то случилось? – встревоженно спросил он, увидев на своем пороге бледную и взволнованную Кортни.

– Ты можешь дать мне пастель или акварель?.. и еще черную тушь, – попросила Кортни.

– Захотела порисовать? – понимающе произнес Майкл. – Знаю, со мной это тоже бывает после насыщенного дня. Зайди.

– Я подожду здесь.

– Кортни, чего ты боишься? Я не стану тебя насиловать. Зайди. Пока я найду краски и кисти, пройдет какое-то время, поскольку в основном я пользуюсь компьютером. Но ты моим ноутбуком, как я понимаю, воспользоваться не пожелаешь. Я не хочу, чтобы ты простудилась в коридоре.

Кортни только сейчас заметила, что забыла надеть тапочки. Она стояла босая на холодном мраморном полу.

– Хорошо, – сдалась она, войдя в комнату Майкла и закрыв за собой дверь.

– Вот и умница. – Майкл улыбнулся ей, а затем принялся открывать и закрывать ящики стола в поисках понадобившихся Кортни красок.

– Еще мне нужна бумага.

– Без проблем. – Майкл наконец нашел акварель и кисти, а из нижнего ящика извлек папку с большими белыми листами. – Надеюсь, тебе хватит.

– Спасибо, – коротко поблагодарила Кортни и, схватив все это богатство, тут же выбежала за дверь.

Не сделав и пяти шагов, она услышала удивленный возглас Летиции:

– Кортни?!! Почему ты бегаешь ночью босиком?

– Я… я заходила к Майклу за красками и бумагой, – ответила Кортни, поворачиваясь к Летиции лицом и давая той возможность рассмотреть свою ношу.

– Тебе не кажется, что сейчас не самое подходящее время для творчества?

– Я не хочу спать.

– Что ж, дело твое. Только… – Летиция подмигнула ей. – В следующий раз, когда пойдешь к Майклу, надень что-нибудь на ноги. Не хватало еще простудиться.

– Я вовсе не… – начала было оправдываться Кортни, но, встретив насмешливый взгляд Летиции, сникла и умолкла.

Войдя в свою комнату, Кортни сразу же направилась к столу и принялась за работу. Ее рука летала по листу, словно ею водил Всевышний. Кортни так увлеклась, что не заметила, как часы пробили сначала час, потом два… три… четыре ночи.

К утру перед Кортни лежала стопка набросков и несколько вполне законченных эскизов. На большинстве из них Кортни изобразила море и брайтонский пирс, полный шумных туристов. Не забыла Кортни и о белоснежной яхте Роджера, бороздящей синие волны и привлекающей чаек. А вот и сам Роджер, задумчиво сидящий на корме с удочкой.

Еще Кортни изобразила особняк миссис Кервуд в викторианском стиле с разбитыми перед ним клумбами.

Среди созданных за ночь «шедевров» нашлось место и карандашным зарисовкам. Все они были посвящены теме любви. Высокий статный мужчина нежно обнимал за талию хрупкую, миниатюрную женщину… вот они слились в страстном поцелуе… спрятались от дождя под одним зонтиком…

Кортни сама не понимала, откуда в ее воображении возникли эти образы. Если бы кто-то попытался найти в героине картин сходство с ее создательницей, то Кортни начала бы бурно возражать. Она всегда отрицала автобиографичность своих работ. Однако сейчас трудно было не заметить общих черт. Романтический любовник с карандашных рисунков Кортни был как две капли воды похож на Майкла Кервуда. Заметив это, она тут же подрисовала ему усы, чтобы Летиция, если вдруг увидит это, снова не начала изводить ее своими намеками.

Спать Кортни легла только около шести утра.

Кортни снилось, что она снова на яхте. Рядом Роджер, Летиция и Майкл. Они почему-то сильно взволнованы. Их голоса срываются на крик. Они кого-то зовут…

Как зачарованная Кортни смотрит на бурлящую воду. Хлопья пены напоминают ей сладкую вату, которую она обожала в детстве. Пол под ногами сильно качается, Кортни едва удается удерживать равновесие. Ей холодно, потому что по коже хлещет косой дождь, а порывы ветра бросают в лицо миллионы ледяных брызг. Однако она не замечает этого холода. Кортни силится разобрать, что кричит ей Майкл, но слова превратились в сплошной гул.

Она видит, как Майкл подбегает к ней и начинает трясти за плечи, пытаясь вывести ее из наваждения, вызванного бурей.

– Кортни, очнись… Кортни!

Она вздрогнула и открыла глаза. Первое, что она увидела, – встревоженное лицо Летиции Кервуд. Рядом с ней – Майкл. Роджера нет.

Кортни осмотрелась и осознала, что ей снился страшный сон. Они вовсе не попали в шторм. Она находится в постели в доме миссис Кервуд. Вот только почему все так взволнованны?

– Слава богу! – воскликнула Летиция, заметив, что Кортни проснулась и открыла глаза. – Мы с Майклом уже испугались, что ты впала в летаргический сон.

– Почему? – сонно пробормотала Кортни, приподнявшись на локтях.

– Мы не могли тебя разбудить целых десять минут!

– Я… я очень поздно легла, – оправдываясь, начала Кортни.

– Ох уж эти влюбленные женщины, – проворчала Летиция. – Готовы гулять ночи напролет, а потом их не добудишься.

– Я работала, и так увлеклась, что не заметила, как пролетела ночь. – Кортни виновато улыбнулась.

– Лучше бы ты проводила время с Майклом, – сказала на это Летиция.

Кортни промолчала.

– Ну и что ты там нарисовала? – Летиция взяла со стола несколько листов. – Что ж, недурно, – одобрила она, изучая карандашные наброски. – Если бы не усы, этот мужчина был бы вылитый Майкл, – заметила она.

– Не выдумывайте, – как можно беззаботнее произнесла Кортни. Однако ей не удалось обвести Летицию вокруг пальца.

– Майкл, взгляни, как удачно ты вышел вот здесь, на яхте. Я словно сама вижу, как ты целуешь Кортни. – Летиция усмехнулась. – Ну ты и бесстыдник! Только посмотрите, где его рука!

Кортни чувствовала, как стыдливый румянец заливает ее щеки. Ее уши горели, словно о ней сплетничали все подружки разом.

Если бы в комнате не было Майкла, она бы тут же вскочила с постели и отобрала у Летиции свои работы. Но проблема заключалась в том, что на ней была полупрозрачная ночная сорочка. А халат она с вечера оставила на стуле возле стола. Чтобы добраться до него, ей нужно пройти через всю комнату, щеголяя перед Майклом своими прелестями.

Только сейчас Кортни поняла, что Летиция нарочно одолжила ей именно эту сорочку. Более эротичного белья Кортни в жизни не носила. Ажурная вышивка едва прикрывала грудь, а бутоны сосков выпирали из-под ткани, как на фотографиях в мужских журналах.

Тем временем Майкл рассматривал ее рисунки. Наконец он объявил:

– Кортни, это блестящая идея!

– О чем ты, Майкл?

– О твоих рисунках. Они великолепны. Такие завораживающие. Простые и в то же время полные страсти и чувственных эмоций… Тебе нужно срочно их доработать.

– Почему срочно? – растерялась Кортни.

– Возможно, ты успеешь выпустить свою коллекцию в назначенный срок. Если ты оставишь эту гамму цветов, то почти ничего не потеряешь из тех ниток, что были приготовлены для графики Эшера.

– Майкл, ты действительно полагаешь, что эти рисунки достойны, чтобы их вышивали тысячи людей?

– А почему нет? В них есть главное – огонь. Уверяю, никто не останется равнодушным, хоть однажды взглянув на них. Сразу видно, что влюбленная пара, изображенная тобой, – живые люди, которым свойственны не только пылкие чувства, но и сомнения, страхи и даже… ненависть. – Майкл украдкой посмотрел на зардевшуюся от его похвалы Кортни. – Если нужны дополнительные сюжеты или события для вдохновения, то я всегда к твоим услугам.

– Буду иметь в виду, – бросила Кортни, старательно отводя глаза.

– Ладно, дети, пойду займусь завтраком. А вы пока помилуйтесь, – напутствовала их Летиция, уже стоя на пороге комнаты.

Как только она ушла, Кортни набросилась на Майкла:

– Почему твоя мама думает, будто мы с тобой спим вместе?

– Может, потому что этой ночью она застукала тебя в коридоре, когда ты выходила от меня, – улыбнулся Майкл.

– Тебе не хуже меня известно, зачем я приходила.

– Брось, Кортни. Не кипятись. Мама всего лишь шутит.

– Ее намеки не похожи на шутки. Ты мог бы отвернуться?

– Что?

– Ты не ослышался, Майкл. Отвернись, пожалуйста, мне нужно встать и одеться.

– А ты скромница, Кортни, – шутливо пожурил ее Майкл.

– В отличие от тебя и твоей матери, – парировала она.

Майкл отвернулся к окну, а Кортни вылезла из-под одеяла и метнулась к стулу, на спинке которого висел халат.

– Ничего себе! Какой вид! – Майкл аж присвистнул от удивления и восторга.

Кортни обернулась и вспыхнула:

– Как ты посмел? Я ведь попросила тебя…

– Извини, не удержался. И, честно говоря, не жалею об этом. – Майкл бесстыдно рассматривал ее тело, едва прикрытое сорочкой, и Кортни казалось, будто он ласкает ее не взглядом, а руками.

Грудь тут же налилась от желания, а соски напряглись, выдав тайные мысли Кортни. Майкл усмехнулся и сделал шаг в ее сторону.

– Ты очень красива. Богиня… – выдохнул он, склонившись для поцелуя.

Кортни отступила назад, хотя каждая клеточка ее тела требовала этого поцелуя. Нет, она не должна поддаваться своим инстинктам. Майкл недостоин ее любви. Разве она забыла, как он поступил с ней? А где гарантии, что он снова не предаст ее? Разве можно положиться на такого человека, как Кервуд? Вдруг ее новая идея будет нагло использована им, а она не успеет и глазом моргнуть?

– Майкл, оставь меня в покое, – отчеканила Кортни. – Мне не нужны новые неприятности.

– Ты ведь хочешь совсем другого, – начал Майкл, снова двигаясь к ней, но она выставила вперед руку, преграждая ему путь.

– Нет. Самое большее, что я могу тебе обещать, это свою дружбу.

– Кортни, у тебя странное хобби превращать влюбленных в тебя мужчин в друзей. Однако я не твой ненаглядный Бобби. Я не смогу задушить в себе ту страсть, которая буквально разрывает меня на части. Каждый раз, когда я тебя вижу…

– В таком случае, Майкл, прощай, – решительно перебила его Кортни.

– Нет, это неправильно. – Майкл схватил ее за руки и сильно, до боли, сжал пальцы. – Ты совершаешь большую ошибку. Дай мне хотя бы один шанс.

– О каком шансе ты говоришь, Майкл? – заинтересовалась Кортни. Женское любопытство взяло верх над страхом потерять свободу и покой.

– Только один вечер наедине. Ты и я. Сегодня будет вечеринка неподалеку от Западного пирса. Я тебя приглашаю.

– А что будет потом?

Майкл развел руками.

– Тебе решать, Кортни. Если бы это зависело только от меня, я бы прямо сейчас сделал тебя своей.

– Хорошо. Я принимаю твое приглашение, – деловым тоном начала Кортни, будто речь шла о выгодном контракте, а не о романтическом свидании. – Но и тебе придется принять мои условия. Если после сегодняшнего вечера я попрошу тебя уйти из моей жизни, ты это сделаешь.

– Не беспокойся, Кортни. Я все равно завтра возвращаюсь в Лондон. А там, как в стоге сена, двум иголкам вряд ли посчастливится увидеть друг друга вновь.

– Вот как? – произнесла Кортни, отворачиваясь к окну, чтобы Майкл не увидел набежавшие на глаза слезы. – Уезжаешь?

– Да. Дела требует моего скорейшего возвращения. Карен не справляется одна.

– Разумеется…

– Ты расстроилась?

– Вовсе нет! С чего мне расстраиваться? – с какой-то необъяснимой злостью ответила Кортни. – У тебя своя жизнь, а у меня своя.

– Тогда до вечера. – Майкл натянуто улыбнулся и ушел.

Оставшись одна, Кортни начала перебирать созданные за ночь рисунки. Сейчас они казались ей слишком сырыми и недоработанными. Просмотрев десяток пейзажей, она выбрала три наиболее удачных, остальные убрала в сумку (до лучших времен).

А вот карандашные наброски казались ей сегодня почти совершенными. Создавалось впечатление, будто каждая линия, каждый штрих или точка находятся на своем месте.

Неожиданно Кортни испугалась, что на ее объективность повлияли восторженные отзывы Майкла. Что, если он, предвидя провал, намеренно посоветовал ей выпустить на их основе коллекцию? Нужно будет посоветоваться с кем-нибудь еще. Вот только с кем? У нее больше нет ассистентки. Мэг, к чьему мнению, Кортни всегда прислушивалась, предала ее. Бобби мало что смыслит в живописи и еще меньше в вышивке.

На Кортни навалилась такая хандра, что она едва заставила себя выйти из комнаты. Нужно было попрощаться с Летицией Кервуд и вернуться в гостиницу. Хотя бы для того, чтобы собрать вещи. Кортни тоже решила вернуться в Лондон. Правда, она обманывала себя, утверждая, что Майкл здесь совершенно ни при чем. У нее своя жизнь и своя работа, которую нельзя бросать надолго. К тому же ей следует поспешить. Вдруг Майкл прав и у нее еще есть шанс выпустить новую коллекцию в назначенные сроки?

10

Боже, сколько народу! – подумала Кортни, войдя в «Ла-Манш» под руку с Майклом. Она наклонилась, чтобы снять босоножки. На пляжной дискотеке все танцевали босиком, иначе в обувь забивался песок, что доставляло массу неудобств. Судя по всему, песок на этот участок галечного брайтонского пляжа завезли нарочно.

Песок сохранил еще немного солнечного тепла. Нет, он уже не был столь обжигающе горяч, как в полдень, но приятное тепло все же обволакивало ноги. Песчинки массировали ступни, наполняя тело жизненной энергией.

Вечеринка была в самом разгаре. Зазевавшуюся на входе пару уже несколько раз толкнули новые посетители. Загорелые блондинки будоражили кровь и нервы немолодых аристократов, которые, как их деды и прадеды, приезжали в Брайтон, чтобы «встряхнуться». В то же время десятки юношей и девушек в модных джинсах и коротких майках веселились, совсем не думая о том, что можно совместить приятное с полезным. Им не нужны были богатые и влиятельные покровители.

Были здесь и влюбленные парочки, которым, казалось, и вовсе не было дела до остальных посетителей. Они сидели по уголкам, нежно обнимаясь и беспрестанно целуясь.

В общем, обстановка в «Ла-Манш» была ни к чему не обязывающая. Хочешь – пей коктейли и танцуй до упаду, а хочешь – сиди в обнимку со своим спутником до утра. Единственная проблема Кортни заключалась в том, что она не знала, ради чего пришла сюда сегодня с Майклом.

Завтра утром Майкл сядет на поезд и уедет в Лондон, и потому сегодня их последний вечер. Мысль о скорой разлуке придавала Кортни смелости.

– Что будешь пить? – спросил Майкл.

– Ананасовый сок с мартини, пожалуйста, – ответила Кортни, поймав на себе несколько заинтересованных взглядов стоявших рядом мужчин.

Не переусердствовала ли она с нарядом? Короткий приталенный сарафан делал ее похожей на студентку, сбежавшую на курорт из мрачных стен средневекового колледжа.

Майкл пошел к бару, и Кортни едва не схватила его за руку. Она боялась остаться одна… среди всех этих незнакомых мужчин, которые пожирали ее глазами. Майкл вернулся через несколько минут, держа в руках два бокала с коктейлями. Один он отдал Кортни, невольно отметив, что она приняла его с необыкновенно приветливой улыбкой. Что за метаморфоза произошла с ней в его недолгое отсутствие?

Он поднял свой бокал и предложил тост:

– За нас!

Кортни с напускным недовольством чокнулась и отпила из своего бокала.

Потом начались танцы: страстные, безудержные и создававшие иллюзию, что между ними нет никаких запретов и барьеров. Здесь, на пляже, все казалось простым и естественным.

– Я уже сто лет не танцевала, – призналась Кортни, положив голову на плечо Майкла.

Он нежно провел рукой по ее волосам, вдыхая их ванильно-кокосовый аромат. По ее щеке к губам скользнули губы Майкла, и Кортни подчинилась его игре. Она подняла голову навстречу поцелую, и Майкл, притянув ее к себе, прильнул к ее губам. На сей раз она не сопротивлялась и только удивлялась, что делает это без всякого усилия над собой.

Внезапно его поцелуй стал более требовательным и страстным, и Кортни всем существом невольно откликнулась на зов неожиданно вспыхнувшего чувства, губы сами собой приоткрылись навстречу губам Майкла. Она была охвачена жарким огнем, прекрасным и одновременно пугающе мощным, а Майкл тут же воспользовался ее минутной слабостью, и его язык молнией обжег нежную тайну ее рта. Майкл перестал делать вид, что танцует, и целиком отдался поцелую.

Наконец Кортни очнулась, почувствовав, что он неохотно оторвался от нее; музыка тем временем умолкла, и множество глаз с интересом наблюдали за ними. Она залилась краской, и Майкл повел ее к столу, крепко обхватив за талию.

– Еще один мартини с соком, – попросила Кортни, усевшись на высокий табурет.

– Сейчас принесу, – неохотно отозвался Майкл. Ему не хотелось оставлять Кортни одну. К тому же она быстро пьянела, и он опасался, что ей станет плохо.

А напивалась Кортни целенаправленно. Таким образом она хотела обрести долгожданную свободу и наконец признаться Майклу в том, что она хочет его как мужчину. Кортни знала, что, будучи трезвой, никогда не решится на подобное откровение. Более того, она жаждала не просто объясниться с Майклом. Нет, она хотела неизмеримо большего…

В конце концов, завтра можно будет сказать, что она ничего не соображала, и свалить всю ответственность за произошедшее на Майкла.

После очередной порции мартини Кортни обрела недостающую смелость и, глядя Майклу прямо в глаза, спросила:

– Хочешь, я сяду к тебе на колени?

– Ты уверена?

Майкл и Кортни словно поменялись местами. Робкая мышка превратилась в соблазнительную кошечку.

– Майкл, не будь таким противным, – промурлыкала Кортни, обнимая его за шею. – Давай веселиться. Сегодня наш последний вечер в Брайтоне.

Она села к нему на колени и поцеловала в губы. Затем, не дав Майклу опомниться, расстегнула несколько пуговиц на его рубашке и запустила под нее ладонь.

Майкл замер. Он понимал, что Кортни ведет себя так лишь потому, что выпила один за другим три коктейля. Неудивительно, что она чувствовала себя раскрепощенной и свободной. Пожалуй, она бы даже согласилась пойти с ним на пустынный участок пляжа и занялась бы с ним сексом, вот только Майкл хотел от их отношений совершенно другого. Ему не нужны были мимолетные удовольствия, если наутро за них придется расплачиваться извинениями и укорами совести.

Как только Кортни протрезвеет, она пожалеет о содеянном и проклянет его за то, что он воспользовался ее слабостью. Нет, Майкл не мог так рисковать. Ему стоило огромного труда перебороть ее первоначальную ненависть. Пусть Кортни пока не говорила о любви, Майкл надеялся, что и в ее душе зародилось это восхитительное чувство.

Кортни тем временем продолжала ласкать его грудь.

– Кортни, остановись. Я ведь не железный.

– Да? – с наигранным удивлением произнесла она. – А я уже начала в этом сомневаться.

– Я хочу тебя, – прошептал Майкл и тут же опустил глаза, будто в его признании было что-то постыдное.

– Тогда что тебя останавливает? – с придыханием спросила Кортни, осторожно подняв его подбородок обеими руками.

– Это какая-то игра?

– В некоем роде. – Кортни хихикнула и упала головой на его вздымавшуюся грудь. – Давай уйдем отсюда.

– Кортни, это безумие. Ты пьяна.

– Ну и что? Ты никогда не занимался любовью с пьяной женщиной? Говорят, ощущения от этого еще острее.

– О боже, я не могу… не могу…

– Можешь, – возразила Кортни, закрыв ему рот поцелуем.

Она вложила в него всю свою страсть, желая лишить Майкла последних сомнений. Кортни хотела распалить Майкла настолько, чтобы он уже не смог остановиться. И ей это удалось. Он вдруг резко поднялся и, подхватив ее на руки, понес к выходу.

– Куда мы? – спросила Кортни, несколько напуганная решимостью Майкла. Не переиграла ли она сама себя?

– В твой отель, – коротко ответил он, заметив свободное такси.

Они медленно шли по коридору к номеру Кортни и делали вид, что им некуда торопиться, хотя нетерпение и желание Майкла достигли пика.

Кортни открыла дверь и первой нырнула в темную комнату. Затем потянула за руку Майкла. Зажигать свет они не спешили. Майкл прижал Кортни к стене и поцеловал. Его горячая рука скользнула в вырез сарафана и нащупала грудь.

Майкл продолжал покрывать поцелуями ее лицо и шею, а его пальцы расстегивали непослушную «молнию» сарафана Кортни. Вскоре ставшая ненужной одежда упала к ее ногам. Кортни прижалась всем телом к Майклу. От прикосновения грубой джинсовой ткани к голой коже Кортни ощутила новую волну возбуждения.

– Я хочу тебя, – выдохнула Кортни.

– Я тоже… – сквозь сбившиеся дыхание пробились слова Майкла.

– Пойдем в кровать. – Кортни выскользнула из объятий Майкла и потянула его за руку куда-то в темноту.

Майкл послушно последовал за ней, предвкушая путешествие в страну блаженства, которое они подарят друг другу.

У кровати они быстро избавились от остатков одежды.

– Я так давно об этом мечтал, – признался Майкл, любясь наготой любимой женщины.

– Майкл, иди ко мне наконец!

Он медленно привлек Кортни к себе, ласковыми поглаживаниями успокаивая нервную дрожь, которая охватила ее при первом полном соприкосновении с его обнаженным телом.

– Тебе хорошо? – прошептал Майкл, прижимаясь щекой к ее волосам.

– Да!

Он прильнул к ее губам с такой страстью, с таким нетерпением, что Кортни почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Майкл поднял ее на руки и опустил на кровать, а сам лег рядом и продолжал целовать и ласкать, пока каждая клеточка ее тела не наполнилась желанием.

Когда он соединился с ней, она приняла его с блаженным стоном. Наконец происходило то, чего требовало ее тело, и это было так правильно, так замечательно, так восхитительно, что слезы выступили у нее на глазах.

Майкл принадлежал только ей!

Кортни плыла на волнах экстаза, чувствуя, как в страстном порыве напрягается его тело, как учащается дыхание, как по телу пробегает дрожь, предвещающая заключительный спазм.

Его грудь судорожно вздымалась. Майкл тяжело и прерывисто дышал. Кортни надеясь, что он тоже испытывает чувство удовлетворения. Он медленно погладил ее шелковистые волосы и прошептал:

– Майкл, я… я люблю тебя, – едва слышно прошептала ему на ухо Кортни.

Он прильнул к ее губам долгим и чувственным поцелуем, который был особенно приятен сейчас, когда они только что принадлежали друг другу.

11

Кортни не знала, что она сделала сначала: открыла глаза или улыбнулась. Казалось, она проснулась уже с улыбкой на губах. Она медленно и осторожно повернула голову, чтобы не разбудить Майкла. Однако он не спал.

– Ты смотрел на меня? – спросила Кортни.

Майкл молча кивнул.

– Зачем? По-моему, это не совсем прилично.

Он пожал плечами и улыбнулся.

– А что плохого в том, что я смотрел, как спит женщина, с которой я провел ночь?

– Майкл… что будет дальше? – спросила Кортни с замиранием сердца. От ответа Майкла сейчас зависело ее будущее, и Кортни боялась услышать страшные слова равнодушия.

– Решать тебе. Вчера мы договорились, что последнее слово останется за тобой.

– Я не хочу, чтобы ты уезжал. – Кортни чуть приподнялась и поцеловала Майкла в губы.

– К сожалению, остаться не в моей власти, – огорченно признался Майкл. – Но мы можем поехать в Лондон вместе.

– Ты зовешь меня с собой? – срывающимся от слез голосом уточнила Кортни.

– Конечно, глупышка. – Майкл рассмеялся и чмокнул ее в нос. – Я не хочу расставаться с тобой ни на один день.

– Тогда нам пора вставать. Мне нужно собрать вещи.

Майкл указал в противоположный от кровати угол, где стоял чемодан.

– Те?

– Да.

– А разве ты их распаковывала?

Кортни смущенно потупилась. В самом деле, она и забыла, что встретила Майкла и Летицию на пирсе в первый же день своего пребывания в Брайтоне. А с тех пор она ни разу и не заглянула в отель. Кое-что из вещей ей одолжила Летиция, а остальное купил Майкл. Так что ей действительно не нужно тратить время на сборы. Следовательно, его можно потратить на кое-что более приятное…

– Майкл, а тебе понравилось?

– Ну-у-у, – протянул он. – Если бы кое-кто не перебрал мартини, было бы лучше. По крайней мере, я не чувствовал бы себя мерзавцем, пользующимся слабостью женщины.

– Если бы я не налегала на коктейли, то этой ночи не было бы, – призналась Кортни.

– Почему? – Майкл приподнялся на локте, чтобы лучше видеть глаза своей возлюбленной.

– Мне было страшно. И в то же время я очень хотела, чтобы это наконец произошло… в общем, я сбилась. – Она умолкла и начала теребить в руках простыню.

– Что, если мы повторим и сравним ощущения? – лукаво спросил Майкл.

Кортни охотно откликнулась на его предложение. Она легла на спину и притянула к себе Майкла.

– С удовольствием.

Поцелуй стал только прелюдией к любовной игре, затянувшейся почти до обеда.

– Слава богу, Майкл, ты пришел! – воскликнула Летиция, едва Майкл вошел в дом.

Она бежала по лестнице с такой скоростью, что Майкл всерьез испугался, как бы мать не упала и не сломала ногу. Неужели она будет так же волноваться за него, когда ему стукнет тридцать?

– Мама, все в порядке.

– А где Кортни? – сурово спросила миссис Кервуд, будто Кортни была ее дочерью, а Майкл – соседским парнем, уведшим ее на свидание без спроса.

– Она в отеле, – коротко отрезал Майкл, направляясь к лестнице.

Летиция преградила ему путь и, скрестив на груди руки, потребовала детального отчета о событиях последней ночи.

– Я же сказал, что все хорошо. Мы отлично повеселились на пляжной вечеринке, а потом я проводил Кортни в отель.

– Почему ты не предупредил, что вы не придете ночевать домой? Я всю ночь глаз не сомкнула.

– Прости. Я и сам не знал, что так получится. Это… это было спонтанное решение.

– А почему ты оставил Кортни одну? – не унималась Летиция.

– Из тебя вышел бы отличный детектив, ма. Если не дедуктивным методом, то бесконечными расспросами ты точно выведаешь все тайны.

– Майкл, какой же ты неблагодарный! – театрально воскликнула Летиция. – Я так редко тебя вижу, но даже в эти дни материнского счастья ты умудряешься трепать мне нервы и отвечать черной неблагодарностью на все мои заботы. Разве я плохо относилась к тебе или к Кортни?

– Нет, мама. Ты была чрезвычайно добра и любезна, – нетерпеливо ответил Майкл и снова попытался пройти к лестнице.

– Куда ты торопишься?

– У меня через два часа поезд.

– Ты уезжаешь? – спросила Летиция таким тоном, словно ей только что сообщили самое страшное известие в жизни.

– Мама, почему каждый раз, когда я говорю, что уезжаю, ты воспринимаешь это так, словно тебе вонзили нож в спину? Я ведь предупреждал, что могу вырваться из Лондона только на несколько дней.

– Знаю… знаю, – печально покивав, проронила Летиция. Она медленно, словно нетвердо стояла на ногах, отошла от лестницы. И вдруг оживилась: – Кортни едет с тобой?

– Да.

– Прекрасно! – окончательно расцвела Летиция Кервуд. – В таком случае жду вас на Рождество. Роджер обещал устроить какой-то грандиозный праздник с лазерным шоу и фейерверком.

– Хорошо, – сдался Майкл, желая поскорее оказаться в своей комнате и заняться сборами.

Они с Кортни пока не строили столь отдаленные планы. Рождество… до него еще больше трех месяцев. За это время может произойти все что угодно. Государства распадаются, что уж говорить об отношениях между мужчиной и женщиной.

12

По перрону вокзала прогуливался мужчина в элегантном светло-сером костюме с букетом красных роз. Он с нетерпением посматривал на циферблат больших часов и сверялся со своим «ролексом».

Поезд прибыл ровно по расписанию. Однако Бобби Вэллер (а это был именно он) не сразу заметил среди толпы возбужденных пассажиров Кортни. Возможно, потому что он высматривал одинокую женщину, а она шла вместе с незнакомым Бобби мужчиной.

Спутник Кортни был недурен собой. Он был несколько выше самого Бобби. Черноглаз и темноволос. С белозубой улыбкой, которую женщины обычно называют обезоруживающей. Кортни тоже улыбалась, что несколько удивило Бобби, ожидавшего увидеть на ее лице грусть.

Он даже приготовил утешительные речи, услышав которые, по его мнению, Кортни сразу бы переменила свое отношение к нему. Какая незадача, что его слова поддержки оказались ненужными. Кортни выглядела не просто спокойной или умиротворенной после каникул в Брайтоне, она светилась от счастья.

При других обстоятельствах Бобби счел бы своим долгом порадоваться за Кортни. Но сейчас ревность буквально снедала его изнутри. Он безошибочно определил характер отношений Кортни и сопровождавшего ее незнакомца.

О да, ему она позволила гораздо больше, чем своему преданному другу.

А ведь он, как последний дурак, думал, что Кортни растоптана, что она переживает из-за плагиата Майкла Кервуда. Все это время Бобби занимался делами Кортни, а она, как выяснилось, развлекалась и проводила время в свое удовольствие. Теперь понятно, насколько ей дорога студия «Пэттерн дизайн».

– Привет! – радостно воскликнула Кортни, увидев наконец своего друга и адвоката. – Это мне? – спросила она, указав взглядом на букет.

– Да… да, разумеется, – сказал Бобби, вручив ей розы.

– Познакомься, Бобби. Это Майкл Кервуд.

Сказать, что Бобби был удивлен, не сказать ровным счетом ничего. Он был потрясен настолько, что в первое мгновение смог произнести только два слова:

– Очень приятно.

Майкл протянул ему руку.

– А вы, должно быть, тот самый Бобби Вэллер, который направил в мой дом полицию. – Он усмехнулся, но Бобби его веселости не разделял.

Он с хмурым видом поманил Кортни к себе.

– Можно тебя на пару слов?

– Конечно. Только попрощаюсь с Майклом.

Сказав это, Кортни, к еще большему изумлению Бобби, повернулась к своему спутнику и поцеловала его в губы.

– Созвонимся вечером.

– Разумеется. Я буду скучать.

Майкл подхватил свою дорожную сумку и направился к выходу с перрона.

Как только Кортни и Бобби остались одни, он набросился на нее с вопросами:

– Кортни, не желаешь мне все это объяснить?

– Что – это? – Кортни не терпела, когда на нее повышали голос. Тем более если она не чувствовала за собой никакой вины. Да, Бобби ее друг и адвокат, но это не дает ему никакого права орать на нее.

– Несколько дней назад ты ревела и обвиняла Майкла в плагиате. Я днями и ночами занимался твоим вопросом и уже подготовил все необходимые для обращения в суд документы. Это дело мы стопроцентно выиграем. И вдруг ты появляешься в компании своего оппонента! Как мне это понимать?

– Я ошиблась. Майкл ни в чем не виноват, – сказала Кортни, невольно съёжившись под тяжелым взглядом Бобби.

– А как же новая коллекция? Он ведь использовал твою идею!

– С подачи твоей бывшей женушки, – огрызнулась Кортни.

Она тут же пожалела о своих словах. Потому что, поддавшись на провокацию, она тем самым вручила Бобби козырные карты. Он распалился еще больше. Теперь он, не стесняясь и не обращая внимания на вышедших с поезда пассажиров, кричал на ссутулившуюся и вжавшую голову в плечи Кортни. Издали могло показаться, что это не взрослые мужчина и женщина, а рассвирепевший отец и его нерадивая дочка.

– Тебе наплевать на дело твоей жизни? Ты забыла, сколько времени потратила на то, чтобы создать «Пэттерн дизайн»? Тебе наплевать на то, что подчиненные надеются на тебя? Они порывались приехать сюда, чтобы встретить и поддержать тебя в трудную минуту. Ты хоть представляешь их лица, если бы они увидели тебя под руку с врагом?! Все растеряны, не знают, что их ждет дальше. Возможно, им уже пора заняться поиском новой работы. А ты в это время развлекаешься в компании конкурента, нанесшего тебе удар в спину. Веселенькое дельце, нечего сказать!

– Бобби, успокойся, пожалуйста, – тихо попросила вконец растерявшаяся Кортни. – Я могу все тебе объяснить.

– Очень бы хотелось это услышать, – с ехидством сказал он, нервно плюнул на тротуар.

– Только давай поговорим в другой обстановке, – исподлобья глядя по сторонам, предложила Кортни. – Я немного устала с дороги…

Бобби не дал ей закончить. Он только рявкнул: «Поехали», – подхватил ее чемодан и стремительно пошел к выходу. Кортни засеменила следом.

Она понимала, что Бобби злится не только из-за напрасно потраченного времени. В нем бушевала ревность, скрыть которую не мог даже его хваленый профессионализм. Бобби забыл, что он адвокат, а не прокурор, и что он должен защищать свою клиентку, а не набрасываться на нее с гневными обвинениями.

И все же Кортни дорожила дружбой Вэллера и не хотела разрывать отношения с ним. Разумеется, она и не мечтала, что Бобби и Майкл станут друзьями. Однако она всерьез надеялась, что им удастся сохранять ровные отношения. Хотя бы потому, что они оба ей дороги и она не хочет лишиться ни одного из них.

Сначала Кортни решила заехать домой: переодеться, привести себя в порядок. А уж потом она отправится в студию и сообщит подчиненным о своих планах. К моменту возвращения в Лондон она уже твердо решила закончить новую коллекцию в рекордно короткие сроки. Пусть даже ей придется работать по ночам. Оставалось убедить в этом остальных.

Кроме того, нужно было разрешить ситуацию с Мэг. Кортни надеялась, что та уже собрала вещи и добровольно покинула «Пэттерн дизайн». В противном случае не избежать скандала и увольнения.

Бобби помог ей занести в квартиру чемодан, а затем, не сняв ботинки, прошел в гостиную и сел, по-хозяйски развалившись, на диван. Кортни не узнавала своего друга. Бобби всегда казался ей образцом тактичности и обходительности. В семейном конфликте Мэг и Бобби Кортни всегда занимала сторону Бобби. Теперь же многие слова Мэг воспринимались Кортни иначе.

– Ну так и что у тебя с Кервудом? – спросил Бобби, выждав несколько минут, пока Кортни раздевалась в прихожей.

– Это не имеет отношения к делу, – отрезала она.

Бобби сверкнул глазами, но ничего не ответил. Затянувшаяся пауза вынудила Кортни продолжить:

– Бобби, огромное спасибо за отзывчивость и помощь, но… но я больше не намерена подавать на Майкла в суд, – начала она с неохотой. – Мы с ним поговорили и все выяснили. Он так же, как и я, работал над новой коллекцией, посвященной Эшеру. О том, что я тоже интересуюсь графикой этого художника, ему было неизвестно. Он крайне удивился, когда я ворвалась в его студию и устроила скандал.

Кортни едва заметно хмыкнула, вспомнив день знакомства с Майклом. Кто бы мог предположить, что начавшиеся с ненависти отношения превратятся в роман?

– А тебе не кажется поведение Кервуда подозрительным?

– В каком смысле?

– Продуманное соблазнение выглядит в данных обстоятельствах куда правдоподобнее неожиданно вспыхнувшей страсти. Не находишь?

– Н-нет, – протянула Кортни, невольно усомнившись. Правда, всего на одно мгновение. – Майкл не просил меня отказываться от судебного иска. Мы вообще об этом не говорили.

– Разумеется! – фыркнул Бобби. – Наверняка вы были заняты более важными вещами.

Тон Бобби показался Кортни оскорбительным, и она решила больше не откровенничать с ним. В конце концов, она его клиентка и ее слова должны иметь для адвоката первостепенное значение. Если она решила не тратить время на бессмысленные судебные заседания, это ее право.

– Я оплачу все твои затраты и усилия, – холодно сказала Кортни. – На этот счет можешь не беспокоиться. А сейчас извини, но меня ждут дела. Нужно разобраться с твоей бывшей супругой.

– Это Майкл настроил тебя против Мэг? – поинтересовался Бобби.

В последнее время их с Мэг отношения были весьма натянутыми, но сейчас Бобби предпочел сделать ее своей союзницей перед лицом общего врага.

– Бобби, ты ведь совсем его не знаешь.

– А ты его прекрасно изучила за пару дней?

– Представь себе, да.

– А если он снова тебя обманывает?

– Это исключено.

– Откуда такая уверенность?

– Я это просто знаю.

– О да! – Бобби разразился неприятным скрипучим смехом. – Так ведь говорит твое сердце.

– Да. Я доверяю Майклу, – не обращая внимания на его сарказм, ответила Кортни.

– Неделю назад ты то же самое могла сказать и о Мэг, не так ли?

Кортни промолчала, но по ее лицу Бобби понял, что попал в цель.

– Кортни, ты наивна. Порой люди кажутся нам такими, какими мы хотим их видеть. Ты верила Мэг, как сестре, а теперь называешь ее предательницей. Где гарантии, что Майкл не окажется волком в овечьей шкуре?

– Бобби, а разве ты сам не разочаровался в Мэг?

– Это совсем другое дело.

– Она призналась Майклу, что хотела мне отомстить. Мэг считает меня виновной в том, что ваш брак распался.

– Это версия Майкла Кервуда.

– Уверена, что Мэг не станет увиливать. Она добилась своего – увидела мои слезы. Так что теперь она сможет спать спокойно. В любом случае сегодня все разрешится окончательно. Я прямо сейчас отправлюсь в офис и выведу Мэг на чистую воду. Если, конечно, она все еще там.

– Как знаешь, Кортни. Кстати, что ты намерена делать дальше?

– Извини, Бобби, но я не хочу пока разглашать свои планы.

– Ты мне не доверяешь?! – побелев от злости, осведомился Бобби.

– Я больше никому не доверяю, – спокойно ответила Кортни, а про себя добавила: «Кроме Майкла Кервуда. Потому что его глаза не могут лгать».

Первая, кого встретила Кортни, придя в студию, оказалась Мэг Бачински. Напрасно Кортни надеялась на ее совесть. Мэг и не думала покидать сцену. Она была уверена, что нанесла «Пэттерн дизайн» и ее хозяйке смертельный удар, а потому ожидала быстрого конца трагифарса, которым, по ее мнению, являлась карьера Кортни Милз.

– Ты еще здесь? – презрительно спросила Кортни, – обнаружив свою ассистентку на рабочем месте. Вот только Мэг была занята вовсе не работой. Она с беззаботным видом красила ногти.

– А куда спешить? – Мэг с невозмутимым видом побарабанила пальцами по картине Эшера, на которой были изображены две рисующие друг друга руки. – Кстати, не возражаешь, что я взяла пару работ у вышивальщиц? Вряд ли они кому-нибудь теперь нужны.

– Сейчас же выметайся отсюда! – взревела с не свойственной ей яростью Кортни. – Немедленно!

– С удовольствием. – Мэг поднялась из-за стола и помахала руками, чтобы быстрее высушить лак на ногтях. – А то с твоим приездом здесь стало попахивать падалью.

Мэг, покачиваясь на высоких каблуках, направилась к двери, а вслед ей полетел флакончик с лаком, пущенный Кортни.

Через час Кортни Милз собрала сверхсекретное совещание.

– Для начала мне придется взять с вас слово, что все, что вы услышите здесь сегодня, останется тайной, – предупредила Кортни.

Она была похожа на генерала, объявившего своим солдатам начало атаки неприятельского укрепления. Девушки дружно кивнули. Они с сочувствием смотрели на свою работодательницу, догадываясь, насколько тяжело ей сейчас продолжать борьбу.

Кортни изложила свой план. Коллекция должна выйти на рынок в назначенный ранее срок, но ее тематика существенно изменится. К удивлению Кортни, ее новая идея встретила больше понимания, чем графика Эшера, которую многие считали чересчур изощренной и запутанной. Любовные похождения мужчины и женщины оказались всем ближе. Вышивальщицы с воодушевлением взялись за новую работу. Особенно их порадовало обещание мисс Милз заплатить за прежнюю, проделанную впустую работу. Правда, при условии, что они успеют к сроку сдать любовные сюжеты. Кортни даже придумала название новой коллекции «Затаенная страсть».

Именно так она определяла их отношения с Майклом. Ведь сначала она прятала свои чувства от него, а теперь от всех остальных. Кортни сочла за лучшее не посвящать подчиненных в перипетии своей личной жизни.

Если Бобби был в недоумении от ее романа с Майклом, то что говорить о людях, считающих его врагом номер один для «Пэттерн дизайн» и лично мисс Милз.

13

– Тебя кто-нибудь видел? – спросила Кортни, сев в машину Майкла.

– Ничего себе прием, – рассмеялся тот. – Мы что, герои шпионского кинофильма?

– Нет, но я бы не хотела, чтобы кто-нибудь из моих подчиненных знал о наших отношениях, – пояснила Кортни, пряча глаза. – Они ведь считают, что ты украл мою новую коллекцию.

– Ладно, я все понимаю, – вздохнул Майкл. – Единственное, что меня обескураживает, почему ты до сих пор меня не поцеловала.

Кортни улыбнулась и чмокнула Майкла в губы.

– И это все? – с наигранным недовольством спросил он.

– Поехали ко мне, – пропустив его вопрос мимо ушей, предложила Кортни.

– Лучше ко мне. Я покажу тебе свой дом.

– Хорошо. Будет что в следующий раз обсудить с Летицией.

Майкл завел мотор и аккуратно вырулил с парковочного места.

– Кстати, мама приглашала нас на Рождество.

– Тебе не кажется…

– …Что это слишком рано? – подхватил Майкл. – Да, я тоже думаю, что она переоценивает серьезность наших отношений.

Кортни вздрогнула, словно ее кто-то неожиданно ущипнул. Так бывает, когда смотришь в темноте фильм ужасов, а кто-то из друзей решает подшутить и в самом напряженном месте выскакивает из-за угла.

– Вообще-то, – растерянно сказала она, – я хотела предложить пригласить Летицию к нам, но если ты не считаешь наши отношения настолько прочными и долговечными…

– Ну вот, уже обиделась.

– Вовсе нет, – отвернувшись, возразила Кортни.

– И глаза на мокром месте, – не унимался Майкл.

– Просто я полагала, что ты относишься ко мне так же, как и я… – Она вздохнула. – Впрочем, меня сегодня уже назвали чересчур наивной.

– Дай попробую угадать кто. – Майкл с напускной серьезностью сдвинул брови и наморщил лоб. Затем постучал пальцем по губам и сказал: – Так, может быть, это твой адвокат Бобби Вэллер?

– Майкл, не разыгрывай комедию, – довольно грубо осекла его Кортни. – Да, именно он.

– Он ревнует тебя ко мне.

– Знаю. Но мы всегда доверяли друг другу.

– Не сомневаюсь, что он пытался настроить тебя против меня.

– Майкл…

– И кому же ты больше веришь, мне или ему?

– Пожалуйста, не надо заставлять меня выбирать между вами! – взмолилась Кортни.

Что-то в ее интонации встревожило Майкла, и он извиняющимся тоном сказал:

– Ладно, постараюсь сделать вид, что не ревную тебя к нему.

– А вот это уже точно глупость. – Кортни улыбнулась. – Я никогда не видела в Бобби мужчину.

– К его огромному сожалению, – вставил Майкл.

– Если Бобби захочет остаться моим другом, ему придется смириться с тем, что я люблю тебя.

– А ты меня правда любишь? – спросил Майкл, желая в сотый раз услышать заветное признание.

– Да.

– Очень-очень?

– Очень-очень.

– А я все равно сильнее. Между прочим, мы уже приехали.

Кортни принялась осматриваться.

– Нравится? – спросил Майкл, заранее зная ответ.

– Твой дом великолепен. У тебя отменный вкус.

– Вообще-то его планировкой занимался не я… – вынужден был сознаться Майкл. – Но мне он тоже очень нравится. Если честно, я влюбился с него с первого взгляда и сделал все, чтобы он стал моим.

– А кому он принадлежал? – спросила Кортни, выйдя из машины и внимательно разглядывая очаровательный двухэтажный домик с увитым плющом фасадом.

– Одной моей знакомой.

– А где она сейчас? – продолжала задавать вопросы Кортни, не замечая, что Майкл все с меньшей охотой отвечает на них.

– Уехала в Америку.

– Покорять Голливуд?

– Не совсем. – Майкл взял Кортни за руку и повел в дом.

Внутреннее убранство тоже не разочаровало ее, несмотря на простоту и минимальное количество цветов и предметов.

– Хочешь чего-нибудь выпить? – предложил Майкл, включив стереосистему.

Из колонок тут же донесся сиплый баритон итальянского певца. К своему стыду, Кортни не знала его имени.

– Тоник со льдом, если можно, – попросила она, заметив наконец кондиционер и двинувшись в его сторону. – Умираю от жажды.

– Трудный выдался день? – поинтересовался из кухни Майкл.

– Не то слово. Боюсь, что и ночью не удастся отдохнуть.

Майкл усмехнулся.

– Да уж, я не дам тебе поспать.

– Вообще-то я собиралась поработать… – словно извиняясь, произнесла Кортни.

– Хочешь сказать, что не останешься у меня? – спросил Майкл, появившись в гостиной с двумя стаканами шипящего напитка.

– Сегодня не могу. Прости. Я бы очень хотела…

– Можешь не оправдываться, я все понимаю.

– Правда?

– Конечно. Я и сам такой. Наверное, поэтому до сих пор не женат. Ни одна женщина не прощала, когда я предпочитал работу ее обществу.

– Спасибо. – Кортни протянула стакан, чтобы чокнуться с Майклом.

И у него тотчас же родился тост:

– За понимание.

– За понимание, – повторила Кортни, сделав пару глотков.

Чуть позже Майкл показал Кортни спальню. Эта комната благодаря своей поистине восточной роскоши сильно отличалась от всех остальных в доме. Бордово-фиолетовые тона комнаты распаляли страсть, а большая кровать, застеленная тяжелым, расшитым золотом покрывалом, приглашала незамедлительно приобщиться к радостям любви. Помимо кровати в комнате было множество пестрых подушек, беспорядочно разбросанных по комнате, и большая кадка с пальмой.

– Ты ведь не уйдешь прямо сейчас? – чуть хриплым голосом произнес Майкл, подтолкнув Кортни по направлению к кровати.

Кортни не успела ничего ответить… Майкл наклонился и припал губами к ее губам. Кортни ответила на страстный поцелуй. Ей не хотелось сейчас думать о предупреждениях Бобби, о проклятиях Мэг и о собственных сомнениях, вызванных недавними словами Майкла о том, что до Рождества их роман может и не дотянуть. Она парила над землей, мечтая лишь о том, чтобы поцелуй этот никогда не кончался. Пусть Майкл вечно ласкает ее, доставляя неземное удовольствие, пусть сладостная пытка тянется целую вечность…

Когда Майкл начал покрывать поцелуями ее шею, Кортни едва слышно вздохнула и запрокинула голову, чтобы сполна насладиться приятными ощущениями. Майкл провел языком по изгибу ее шеи, плотно сжал губами мочку уха, а затем пощекотал языком ушную раковину. Кортни тихонько застонала. Майкл спустился ниже. Теперь он поочередно дразнил языком ее напрягшиеся от возбуждения соски.

Майкл воспринял стон Кортни как приглашение. Он опустил ее на широкую кровать и навис над ней, не переставая целовать. Кортни отвечала на быстрые, нетерпеливые поцелуи Майкла, ловя его прерывистое дыхание… ее рука скользнула под его рубашку. От прикосновений к горячей коже по пальцам Кортни пробегали электрические разряды, накаляя ее все больше.

– Кортни, я хочу тебя, – прошептал Майкл, сжав хрупкую, как тростинка, женщину в объятиях. – Ты создана для меня, Кортни. Мы слеплены из одного теста.

Пожалуй, мы даже слишком похожи, мелькнуло в голове у Кортни перед тем, как она окончательно отдалась страсти и забыла обо всем на свете.

Утром Кортни проснулась от бодрящего запаха кофе и шипения яичницы на сковородке.

Она лениво потянулась на постели, затем закуталась в простыню и босиком направилась в кухню.

Майкл не сразу ее заметил, увлеченный приготовлением завтрака. Кортни едва сдержала улыбку, увидев, как он пританцовывает около плиты с деревянной лопаткой в руках.

– Доброе утро, – тихо сказала она.

– Доброе утро, любимая.

Майкл подскочил к Кортни и быстро поцеловал в губы. Затем он снова метнулся к плите и перевернул кусочки бекона.

– Я не слышала, как ты встал.

– Надеюсь, не сердишься, что я тебя не разбудил? Ты так сладко спала, что я не решился.

– Спасибо. Если честно, давно так не высыпалась, как сегодня.

– Неужели? – с озорной улыбкой сказал Майкл.

– Честное слово. В кои-то веки забыла о работе.

– Вот и умница. А теперь одевайся и садись за стол. Завтрак готов! – возвестил радостный Майкл, поставив на стол две тарелки с яичницей.

– Я люблю тебя, – сказала Кортни, расчувствовавшись. Она смотрела в глаза Майклу и понимала, что отныне не сможет прожить без этого мужчины ни дня.

– Я тоже люблю тебя, Кортни. Но, боюсь, ты снова возненавидишь меня, если опоздаешь на работу. Так что поторопись.

– Я никогда не возненавижу тебя. Тем более из-за работы, – насупилась она.

– Ну вот, снова обиделась. – Майкл обнял ее за плечи. – Я не хочу, чтобы ты сердилась на меня.

– А разве у меня есть повод?

– Конечно нет.

– Вот и не давай мне его впредь. И все будет хорошо.

Своеобразную сделку заключили поцелуем.

Когда Кортни появилась в офисе, в кабинете ее уже ждал Бобби Вэллер. Он, без сомнения, заметил, что Кортни в той же одежде, что и накануне, но благоразумно промолчал. Сегодня он пришел с такими новостями, после которых Кортни вряд ли останется на ночь у Майкла Кервуда.

– Доброе утро, – немного растерявшись, поприветствовала друга Кортни.

– Привет. Надеюсь, ты не против, что я сижу на твоем месте? – с улыбкой спросил Бобби.

– Разумеется нет. – Кортни изучающе посмотрела на гостя. В его улыбке было что-то хищное и в то же время радостное. – Выиграл дело? – спросила она с необъяснимой надеждой услышать в ответ «да».

Однако Бобби отрицательно покачал головой.

– Тогда почему ты выглядишь как Наполеон, завоевавший полмира?

Почувствовав в вопросе Кортни тревогу и недовольство, Бобби заставил себя помрачнеть.

– У меня есть новости для тебя.

– Что за новости? – Тревога Кортни становилась все сильнее, хотя она и не понимала, почему сегодняшний визит Бобби кажется ей предвестием беды.

– Они о твоем Майкле.

– Вот как? – как можно спокойнее произнесла Кортни, хотя ее ноги уже дрожали от страха.

Она видела самодовольную усмешку Бобби и знала, что та играет на его лице лишь в моменты, когда он полностью уверен в своей сокрушительной победе.

– Я совершенно случайно обнаружил в Интернете интервью с некой Моникой Альба. Тебе это имя о чем-нибудь говорит?

– Нет вроде. – Кортни встала напротив своего рабочего стола, за которым сейчас сидел Бобби, и скрестила на груди руки. – А что?

– Она была любовницей Кервуда.

– И что с того?

– Странно, что он тебе о ней не рассказывал, – проронил Бобби, он как бы размышлял вслух.

Кортни мгновенно вспыхнула.

– Ничего странного! Он не обязан отчитываться передо мной о своих прежних похождениях.

– Конечно, Кортни, не кипятись. – Бобби явно торжествовал. Он чувствовал свое преимущество, видя, что Кортни нервничает и раздражается. – Майкл вовсе не обязан откровенничать с тобой.

– О своем прошлом, – с нажимом добавила Кортни. – В остальном у нас нет секретов друг от друга.

– Неужели? – с сарказмом спросил Бобби. – Тогда тебе, безусловно, известно, что он использовал Монику как дойную корову. А добившись своего, выкинул ее, как пустой флакон из-под шампуня.

Образность речи Бобби всегда поражала Кортни. Не зря в свое время он считался одним из лучших адвокатов, занимающихся бракоразводными процессами. Бобби не просто делил имущество бывших супругов, нет, он с упоением копался в их грязном белье и выставлял на суд публики все тайные пороки того из супругов, на чьи деньги претендовал его клиент.

Повзрослев и поднабравшись опыта, Бобби сменил область права, однако его красноречие по-прежнему не оставляло судей равнодушными.

Кортни хранила молчание, и Бобби продолжил:

– Так вот, эта Моника жаловалась, что Майкл попросту обобрал ее.

– Это неправда, – уверенно возразила Кортни. – Кервуды никогда не нуждались в деньгах.

– А вот и ошибаешься, моя милая. Они усиленно создавали миф о своих фамильных ценностях. На самом деле Кервуды давно обеднели. Все их имущество было заложено еще дедом Майкла.

– Но у его матери – большой особняк в Брайтоне.

– Он давно принадлежит ее подруге детства – Флоранс Лобэр. А та всего лишь милостиво позволяет Летиции Кервуд справлять свои дни рождения в ее родовом особняке. Можно сказать, что это некая благотворительность, льстящая самолюбию миссис Лобэр. Однако кроме снобизма и великосветских манер, Летиции Кервуд нечем похвастать. Правда, к ее чести следует отметить и то, что она мастерски использует свои связи. Следя за ее жизнью, можно и впрямь впасть в заблуждение и решить, будто она баснословно богата. Но если присмотреться внимательнее, то без труда обнаружишь, что Летиция Кервуд обедает в шикарных ресторанах только в компании богатых подруг, отдыхает на яхтах и останавливается в отелях, принадлежащих хорошим знакомым.

Кортни вспомнила Роджера, на яхте которого они провели прошлую субботу. В словах Бобби определенно присутствовало зерно истины.

– Даже если все это правда и Кервуды обеднели, дела Майкла идут превосходно. Он талантливый и востребованный дизайнер.

– Верно, но откуда, по-твоему, он взял деньги на создание своей студии?

– Не знаю, – пожала плечами Кортни. – Может, как я, копил деньги и получал гранты за победы в конкурсах.

– По-твоему, Майкл способен на крохоборство и экономию?

– Люди с годами меняются, – не очень уверенно заметила Кортни.

– И ты знаешь много таких примеров? – язвительно спросил Бобби. – Назови хоть один.

Кортни не ответила. Слова Бобби заронили в ее душу сомнения. Неужели Майкл ее использовал, как использовал до нее свою прежнюю любовницу? Пусть у нее нет денег, но зато она могла поставить пятно на безупречной репутации Кервуда.

– Даже дом, в котором Майкл сейчас живет, достался ему от Моники.

Кортни вздрогнула, представив, как на роскошной кровати Майкл занимается любовью с другой женщиной.

– После разрыва бедняжка впала в глубочайшую депрессию и уехала к родителям в Америку. Она безумно страдала, когда выяснила, что влюбилась в альфонса.

– Майкл не альфонс! – с жаром возразила Кортни.

– Моника называет его в своем интервью именно так.

– Возможно, она зла на него…

– Наверняка. Он ведь пытался оттяпать и ее виллу на Лазурном берегу. А бедняжка так его любила, что готова была заплатить любую цену, лишь бы Майкл оставался с ней. Не понимаю, что женщины в нем находят.

Бобби умолк. Он торжествовал, глядя на растерзанную Кортни. Раньше ему стало бы невероятно жаль ее, но сейчас он чувствовал только упоение своей местью. Она ни во что не ставила его, что ж, пусть видит, кого предпочла. Альфонса, прожигателя жизни, живущего за счет влюбленных в него женщин.

– Я на всякий случай записал телефон Моники Альба. Вдруг ты захочешь поговорить с ней, обсудить Майкла… Наверняка у вас найдется много общих тем для разговора. – Бобби криво усмехнулся и протянул Кортни вырванный из блокнота листок.

Она взяла его дрожащими руками и, из последних сил сохраняя спокойствие, сказала:

– Спасибо за заботу обо мне, Бобби. Если это все, то я прошу тебя уйти.

– Кортни, только не вздумай плакать. Кервуд не стоит твоих слез. Он ответит за все, что сделал. Обещаю.

– Нет, Бобби. Я не собираюсь судиться с Майклом.

– Но почему?! – воскликнул Бобби. Неужели Кортни настолько влюблена, что готова закрыть глаза на грешки своего избранника?!

– Потому что я не хочу больше его видеть. Даже на судебных заседаниях, – медленно, делая паузы после каждого слова, произнесла Кортни.

14

Майкл позвонил в половине одиннадцатого и, к собственному удивлению, наткнулся на ледяное приветствие Кортни.

– Какие-то проблемы? – участливо поинтересовался он.

– Разве ты не знал, что у меня давно целая уйма проблем? – саркастично ответила Кортни.

После ухода Бобби прошло около часа, и все это время она старательно приводила свои мысли в порядок. С чувствами делами обстояли хуже. В них Кортни окончательно запуталась, зная лишь одно: никому нельзя верить. Даже Майклу Кервуду. Точнее ему следует доверять меньше всех.

– Мне казалось, что утром ты уехала от меня в лучшем настроении, – озадаченно заметил Майкл.

– С тех пор многое изменилось.

Холодность Кортни колола Майкла в самое сердце.

– И что же, например?

– Я… я больше не хочу тебя видеть.

Майкл был настолько ошарашен, что целую минуту не мог ничего сказать.

– Как это? – наконец вымолвил он.

– Я решила, что не стоит водить шашни с конкурентом. Это может плохо отразиться на моей репутации, – отчеканила Кортни.

– Я отказываюсь тебя понимать. Ночью ты говорила, что любишь меня.

– О, Майкл, ради всего святого! Не стоит верить всему, что говорит женщина в состоянии экстаза.

– Кортни, ты ведь не такая…

– Какая не такая?

– Ты не циничная стерва, какой зачем-то хочешь казаться. И я знаю, что ты любишь меня так же, как я тебя.

– Майкл, спой эту песенку другой дурочке, а у меня нет времени на пустую болтовню. Между прочим, из-за тебя мне и моим сотрудникам придется работать внеурочно.

– Хотя бы объясни, в чем причина твоей холодности?

– Я уже сказала все, что хотела. Прощай, Майкл.

Кортни повесила трубку и смахнула с глаз слезы.

Нет, она не должна плакать и раскисать. Все будет хорошо! Она выпустит свою коллекцию и спасет «Пэттерн дизайн» от краха. А Майкл Кервуд останется всего лишь дурным воспоминанием. Бобби прав, она действительно не умеет разбираться в людях.

На следующий день произошло событие, нанесшее Кортни Милз и ее студии очередной удар в спину. Мэг Бачински, ее бывшая ассистентка, оказавшаяся шпионкой, собрала пресс-конференцию и сообщила журналистам, что новая коллекция наборов для вышивания «Пэттерн дизайн» выйдет не раньше Рождества.

– Мисс Милз работала над графикой Эшера, которая, как выяснилось, была взята и Майклом Кервудом. Не буду никого судить и гадать, кто у кого украл идею, но… – Мэг жеманно повела плечиками. – Но в любом случае мисс Милз опоздала. Дизайны Майкла уже вовсю продаются, а мисс Милз кусает локти от досады.

– Но говорят, что у Кортни роман с Майклом Кервудом.

– Мне об этом ничего не известно, – ответила Мэг. Подумав, что Кортни сама себя загнала в ловушку, она добавила: – Возможно, для мисс Милз любовные отношения с Кервудом оказались важнее, чем ее студия дизайна.

– То есть вы полагаете, что мисс Милз сама раскрыла конкуренту свои планы?

– Без комментариев, – с лучезарной улыбкой произнесла Мэг.

Как всегда бывает в таких случаях, ее отказ отвечать на компрометирующий Кортни вопрос оказался красноречивее любых комментариев.

Узнав о пресс-конференции, которую дала Мэг, Майкл пришел в ярость. Только хладнокровие и убедительность Карен спасли Мэг Бачински от очередного скандала. Впрочем, она бы вряд ли долго переживала по этому поводу.

Зато Майкл не находил себе места из-за резкого охлаждения к нему Кортни. Что могло произойти? Почему она отказывается встречаться и разговаривать с ним?

Майкл не сомневался, что дело вовсе не в репутации, которую боялась подмочить Кортни. Нет, причина ее поведения крылась в другом. Интуиция подсказывала Майклу, что здесь не обошлось без вездесущего Бобби Вэллера.

Кортни атаковали журналисты, требующие разъяснений. Ей пришлось отключить телефоны, чтобы избавиться от назойливых звонков и заняться работой. Правда, голова все равно гудела от вопросов: «Что связывает вас с Майклом Кервудом?», «Почему вы уволили ассистентку?», «Правда ли, что Мэг была любовницей Майкла Кервуда до вас?», «Кто у кого украл идею?», «Что вы намерены делать?», «Почему вы не подали в суд, если идея об Эшере принадлежала вам?», «Какое будущее ждет «Пэттерн дизайн»?», «Когда мы увидим ваши новые работы?» и так далее.

Оставалось утешать себя мыслью, что плохая реклама – тоже реклама. По крайней мере, журналистам небезразлична деятельность Кортни Милз и ее студии. Однако Кортни никак не могла смириться с тем, что посторонние люди суют нос в ее личную жизнь и выносят на всеобщее обозрение ее тайны. Кортни не ожидала, что весть о ее романе с Майклом так быстро станет достоянием общественности. Ей казалось, что они были крайне осторожны… Внезапно, Кортни посетила мысль настолько ужасная, что она сначала даже отказывалась пускать ее в свой мозг. Но подозрение мало-помалу просачивалось в ее мысли, и вскоре Кортни не могла думать ни о чем другом. Неужели это Майкл обмолвился прессе о том, что у них роман? Но зачем ему это? Что он выигрывал?

Чтобы избавиться от мрачных мыслей, Кортни закрылась в своем кабинете и углубилась в работу. Она обзванивала поставщиков и реализаторов продукции «Пэттерн дизайн» и заверяла, что пресс-конференция Мэг Бачински абсолютно лжива. Кортни давала личную гарантию, что ее новая коллекция появится в названные ранее сроки.

К сожалению, Кортни все же потеряла несколько перспективных партнеров.

Закончив с делами, Кортни набрала номер, оставленный Бобби. После первого гудка Кортни овладела паника, и она хотела было бросить трубку, но на другом конце провода раздался приятный женский голос:

– Алло.

– Алло. – Пауза. – Это… это Моника Альба?

– Вообще-то сейчас уже Моника Болдуин. – Угадав, что собеседница в смятении, Моника пояснила: – Я вышла замуж.

– Понятно.

Кортни не знала, как приступить к разговору о Майкле. Захочет ли Моника ворошить прошлое и будить дурные воспоминания? Тем более теперь, когда она соединила свою судьбу с другим мужчиной?

– А с кем я разговариваю?

Доброжелательный тон Моники немного успокоил Кортни, и она представилась:

– Меня зовут Кортни Милз. И… я звоню, чтобы спросить… – Кортни набрала полные легкие воздуху и выпалила: – О Майкле Кервуде.

– Вы его любите? – как-то удивительно просто спросила Моника.

– У нас сложные отношения, – попыталась уйти от вопроса Кортни.

– И все же вы его любите, – констатировала Моника. – Да, я вас понимаю. Майкла нельзя не любить.

– И вы его тоже любили? – осмелела Кортни.

– Да. – Моника хихикнула: – Только не говорите об этом моему мужу.

– Простите, если это не мое дело, но я не могу не задать этот вопрос. Почему вы расстались?

– А почему люди вообще расстаются? Видимо, так сложились обстоятельства. Нам было хорошо вместе, но потом все рухнуло. Мы перестали понимать и поддерживать друг друга. Вместо этого мы постоянно ссорились. Вскоре нам обоим это надоело… правда, я была упрямее и долго не желала мириться с тем, что все кончено.

– В одном из ваших интервью вы назвали Майкла альфонсом.

– О! На что готова женщина, чье сердце разбито?! Я была расстроенна и, чего греха таить, зла на весь белый свет. В тот момент я пыталась найти причину нашего разрыва. Разумеется, людям свойственно признавать свои ошибки в самую последнюю очередь. Вот и я винила всех и вся.

– А теперь? – Кортни затаила дыхание и непроизвольно сжала кулаки на удачу.

– Теперь? – переспросила Моника. Немного подумав, она ответила: – Теперь я понимаю, что мы оба были виноваты в том, что не сохранили наши чувства. Любовь необходимо поддерживать, как огонь: беречь от сильных ветров и дождя… Мы же с Майклом были слишком разными. Он был фанатичным художником и путешественником, а я так же фанатично занималась благотворительностью и при этом была домоседкой. Впрочем, мне всегда казалось, что Майкл комплексовал из-за моего богатства. Вернее, богатства моей семьи.

– Это правда, что Кервуды давно разорились?

– Насколько я знаю, да. Майкл не любил говорить на эту тему. А его мать настолько гордится своим происхождением, что я никогда не осмеливалась спрашивать ее о благосостоянии.

– Это действительно так, – задумчиво произнесла Кортни.

– Майкл никогда не взял бы у меня ни пенни, если бы я сама не захотела этого. Нет, я недостаточно точно выразилась, – поправилась Моника. – Майкл никогда не взял бы денег, знай, что они мои.

– А как же дом?

– О, с домом приключилась целая детективная история, – усмехнулась Моника. – И как положено в хорошем детективе, в ней были тайны и незаконные сделки с подставными лицами. Поверьте, Кортни, мне стоило огромного труда сделать так, чтобы Майкл принял мой прощальный подарок. Он влюбился в него с первого взгляда, а когда мы расстались и Майкл узнал, что я собираюсь продать дом, тут же предложил купить его у меня. Я знала, что у него нет таких денег. Это было пять лет назад, и Майкл каждый заработанный пенс вкладывал в свой бизнес. Я не имела права ставить крест на деле его жизни. Майкл настаивал на том, чтобы я продала дом именно ему. Я была в замешательстве. Отец торопил меня с отъездом в Америку, Майкл с продажей дома, а мое сердце разрывалось от горя. Я продала дом за бесценок одному человеку, но с условием, что тот перепродаст его Майклу в рассрочку. В общем, все были счастливы.

– Кроме вас, – сочувственно заметила Кортни.

– Как говорят, не судьба. Сейчас у меня прекрасная семья. А Майкл остался в прошлом. Вот и все, теперь ваша очередь рассказывать свою историю.

– Но у меня нет никакой истории, – смутилась Кортни.

– Я уже поняла, что вы любите Майкла. Но почему вы в нем сомневаетесь?

– Я не знаю…

– Тогда, может, следует больше доверять своему сердцу?

– А потом страдать, как вы?

– Вдруг вам с Майклом повезет. Он прекрасный человек. Добрый, порядочный, заботливый… Я могла бы продолжать, но, боюсь, моему мужу это не понравится.

– Но вы ведь сами утверждали, что он живет за счет женщин, что он подлец…

– Кортни, – остановила ее Моника, – я уже сказала, что у меня тогда случилось некое помешательство. Но Майкл никогда не делал мне ничего плохого. У меня остались приятные воспоминания о наших отношениях.

– Вы с ним общаетесь?

– Обмениваемся рождественскими открытками.

– А вы уверены, что ваша любовь осталась в прошлом?

– Ну это уже слишком! – Моника заливисто рассмеялась. – Конечно, Кортни, я на сто процентов уверена, что мы с Майклом похоронили наши чувства несколько лет назад. У каждого из нас своя жизнь. У меня есть Дэниел, а у него вы.

– Нет-нет, – поспешила разуверить ее Кортни, – мы с Майклом вовсе не…

– Вам лучше знать, конечно. Но я бы на вашем месте не терялась. Таких мужчин, как Майкл, немного. Не упустите свой шанс. Если вы его по-настоящему любите, то держитесь за него крепче. Майкл способен сделать любимую женщину счастливой.

– Спасибо за совет, Моника. И простите, что я вас побеспокоила.

– Ничего страшного. Ведь платить за разговор вам.

Моника снова хихикнула, и Кортни поразилась, насколько эта жизнерадостная женщина не похожа на ту, чье фото она видела в Интернете. Пять лет назад в глазах Моники стояли слезы отчаяния, а ее губы, казалось, навсегда разучились улыбаться.

Увидев тот снимок, Кортни ужаснулась жестокосердию Майкла, бросившего женщину, любившую его больше жизни. Теперь же Кортни успокоилась: все-таки жизнь Моника любила больше, чем Майкла.

15

Всю неделю Кортни собиралась с духом, чтобы позвонить Майклу. Она уже твердо решила помириться с ним, но не знала, как это лучше сделать. Да и захочет ли Майкл возобновлять с ней отношения после того, как она дала ему от ворот поворот, не объяснив причин?

Для начала Кортни решила пригласить Майкла на презентацию своей новой коллекции. До назначенного дня оставались считанные часы. Все сотрудники «Пэттерн дизайн» нервничали, словно им предстояло совершить нечто невозможное вроде мертвой петли или смертельного циркового номера.

Как и всем прочим гостям, Кортни послала Майклу официальное приглашение. Она скрещивала пальцы на удачу, хотя до последней минуты не была уверена в том, что Майкл придет.

Знала бы Кортни, насколько напрасными и преувеличенными были ее опасения и сомнения. Майкл не только пришел, но и явился раньше всех. С букетом шикарных роз.

Кортни едва сдержалась, чтобы не броситься ему на шею прямо в присутствии своих сотрудниц. Они с затаенным любопытством рассматривала Кервуда, словно гадая, как к его приходу отнесется Кортни. Они, безусловно, были в курсе всего сказанного Мэг на пресс-конференции и в частности о том, что у мисс Милз якобы роман с конкурентом. Тем не менее они ни разу не поинтересовались у самой Кортни достоверностью дошедших до них сплетен. Девушки слишком уважали ее, чтобы совать нос под ее одеяло. Однако предположение о любовной связи Кортни и Майкла Кервуда казалось им невероятным. До сегодняшнего дня…

Все до единого сотрудники «Пэттерн дизайн» были свидетелями, как расцвела Кортни Милз, увидев в студии Майкла. Она сорвалась с места и ринулась ему навстречу, словно они не виделись долгие годы.

– Привет, Майкл! Я рада, что ты пришел!

– Я тоже. – Он протянул ей букет и, не отводя глаз от ее счастливого лица, сказал: – Поздравляю.

– Пока рано с чем-либо поздравлять.

– Я уверен, что твои новые работы гениальны, – безапелляционно заявил Майкл. Он робко обнял ее за талию и шепотом спросил: – Мы могли бы поговорить наедине? Я не привык объясняться при стольких свидетелях.

Кортни улыбнулась и кивнула.

– Пройдем в мой кабинет. Думаю, у нас есть пять-десять минут.

Оказавшись в кабинете Кортни, они позволили себе немного расслабиться и наконец обнялись.

– Майкл, осторожно, ты помнешь цветы, – со смехом предупредила Кортни, вытянув руку с букетом в сторону.

Он немного отстранился, давая Кортни пройти к столу и положить на него розы. Затем снова заключил ее в объятия.

– Прости меня, – сказала Кортни, стыдясь прозвеневших в голосе слез.

– Я уже давным-давно простил тебя на пятьдесят лет вперед.

– Только на пятьдесят? – с шутливым упреком спросила Кортни, опустив голову на его грудь.

– Я ведь понимал, что ты нервничаешь… что у тебя много работы…

– Я скучала, – прошептала она.

– Тебе было легче, чем мне, потому что у тебя было много работы и проблем. Я слышал о выходке Мэг. Сожалею.

– Надеюсь, эта стерва успокоилась. Я на всякий случай предупредила охранников, чтобы ее не пускали.

– Думаешь, Мэг посмеет явиться на презентацию?

Майкл пожала плечами.

– Не знаю. Хочется верить, что мои страхи преувеличены. Но меня гнетет мысль, что я еще не скоро избавлюсь от этой занозы. Может, у меня разыгралось воображение, но я ни на минуту не забываю о Мэг Бачински. Такое чувство, что она и сейчас следит за мной, выстраивая в голове очередную пакость.

– Успокойся. – Майкл погладил ее по спине. – Уверен, что презентация пройдет без проблем.

– В любом случае мы решили устроить небольшой праздник сегодня вечером, после того как все закончится. Только для своих.

– Я надеялся провести вечер с тобой, но если ты будешь занята… – Майкл пытался скрыть огорчение, однако Кортни угадала его настроение по вмиг опустившимся уголкам губ и нескольким складкам на лбу.

– Ты тоже приглашен.

– Не думаю, что это хорошая идея. Вряд ли твои подчиненные придут в восторг…

– Не говори чепуху, – категорично перебила его Кортни. – Я хочу, чтобы ты был рядом со мной.

– Ладно, сдаюсь. Но как мы договоримся? Мне подождать тебя после презентации?

– Нет, лучше приходи в «Мацератти» к девяти. Мне нужно будет заехать домой, чтобы переодеться.

– «Мацератти»? – уточнил Майкл. – Это итальянский ресторанчик в двух кварталах отсюда?

– Да. Мы решили не устраивать грандиозного торжества, а посидеть в тихой, приятной обстановке за бокалом вина.

– А после?..

– Что после?

– Мы поедем ко мне? – спросил Майкл, сжимая Кортни в объятиях.

– Посмотрим, – игриво ответила она, высвободившись из плена его рук.

Кортни посмотрела на часы и мгновенно посерьезнела.

– Нам пора.

«Мацератти» был как никогда полон. Столько красивых молодых женщин его стены не видели за всю свою историю.

Раздавался радостный смех, поздравления и звон бокалов.

– Минуточку внимания, – стараясь перекричать гомон голосов, сказала Тина Джэкобс, финансовый директор «Пэттерн дизайн». – Я хочу предложить тост за нашу несравненную Кортни Милз, которая не поддалась отчаянию и спасла всех нас от краха.

Все дружно поддержали ее, подняв бокалы.

– Вот бы и меня так же любили подчиненные, – без тени зависти сказал Майкл на ухо сидевшей рядом с ним Кортни.

Она немного разрумянилась от похвал и вина, отчего стала еще красивее.

– Твоя Карен души в тебе не чает, – напомнила Кортни, невольно укорив Майкла в том, что он недостаточно добр к помощнице.

– Знаю. Временами я забываю, что она не моя мать. Она так трепетно заботится обо мне.

Кортни улыбнулась. Конечно же Майкл шутил. Ни одна даже самая заботливая женщина не могла соперничать с Летицией Кервуд.

Когда настал ее черед говорить, Кортни встала.

– Спасибо, мои дорогие. Если бы не вы, сегодняшний праздник не состоялся бы. Я вам очень благодарна за то, что вы поверили в меня.

Дружный гул одобрения неожиданно стих.

– В чем дело? – спросила Кортни, обернувшись и посмотрев в ту сторону, куда были обращены взгляды остальных.

Посреди ресторанного зала красовалась Мэг Бачински. На ней было роскошное платье леопардовой расцветки и темно-фиолетовые замшевые сапоги выше колена. Мэг явно чувствовала себя неотразимой хищницей, пришедшей на пир мышей. Она свысока осмотрела собравшихся и медленно двинулась к ним, пронзая гудящую тишину цокотом каблуков.

– Тебя никто не звал, – сказала Кортни. Она по-прежнему стояла с бокалом вина, поскольку ее тост был варварски прерван вторжением незваной гостьи.

– Я могла бы и обидеться, между прочим. Но так уж и быть, я тебя прощаю, Кортни Милз.

– Какое великодушие! – саркастически прокомментировала Кортни.

– О, и мистер Кервуд здесь! – фальшиво изобразила удивление Мэг. – Ну и дела! С каких это пор «Пэттерн дизайн» празднует свой успех в компании конкурента? Да причем того самого, который едва не пустил их ко дну?

– Не смей так говорить о Майкле! – приказала побелевшая от злости Кортни. – Зачем ты явилась сюда?

– Может быть, я хотела тебя поздравить с успехом?

– Скорее ты бы сплясала на моей могиле твист, – парировала Кортни.

Мэг расхохоталась.

– А ты не такая дура, какой кажешься, – отметила она. В ее понимании это было что-то вроде комплимента.

– Тебе мало того, что ты натворила? Ты предала не только меня, ты предала всех нас!

Сидевшие за столом женщины согласно закивали. Они смотрели снизу вверх на двух противниц, и их словесная перепалка казалась им битвой гигантов. Никто не знал, чем она закончится.

– Кто бы говорил, Кортни! Хватит строить из себя святошу. Это ты предала меня, разбив нашу с Бобби семью, а затем, снюхавшись с Кервудом, ты предала свою студию.

– Я никого не предавала и ничью семью не разбивала. Это все твои болезненные фантазии, Мэг. Тебе не помешало бы пообщаться с психиатром. У тебя явно проблемы с головой. Иного объяснения твоему поведению я просто не нахожу.

– Ах ты… – Мэг бросилась на нее.

Кортни успела выплеснуть в лицо разгневанной Мэг вино из своего бокала.

Мэг остолбенела, словно услышала кодовое слово в детской игре «Замри». Красные капли повисли на кончике ее носа и медленно стекали по щекам и лбу. Несколько мокрых прядей волос прилипли к вискам. Мэг явно не ожидала подобной выходки от тихони Кортни. Она стояла, словно оплеванная, в своем шикарном леопардовом платье и скрежетала зубами от ярости. Кортни ответит ей за это… да, она пожалеет о том, что унизила ее на глазах у всех…

Мэг была так растерянна и зла, что не сразу смогла разглядеть лица собравшихся за столом людей. Теперь же, понемногу приходя в себя, она увидела на их лицах усмешки. Они смеялись над ней и поздравляли Кортни с «попаданием в цель». На лице Майкла тоже играла усмешка, хоть он и пытался быть сдержанным и сохранять нейтралитет. В конце концов Мэг была его любовницей, пусть и непродолжительное время. Конечно, он предпочел бы об этом забыть… что ж, самое время ему об этом напомнить.

– Майкл, неужели тебе доставляет удовольствие смотреть, как унижают женщину, которую ты когда-то любил?

Сотрудницы «Пэттерн дизайн» в недоумении уставились сначала на Мэг, а затем на Майкла.

– Да-да, – продолжила Мэг, – ты и с Кортни так же поступишь, когда найдешь себе другую подружку! Ты ведь быстро устаешь от одной любовницы, верно?

– Заткнись, дрянь! – рявкнул Майкл, непроизвольно сжав кулаки.

– Что, не нравится слышать правду? Или ты беспокоишься, что Кортни снова сбежит от тебя?

– Я люблю ее, и ты можешь хоть лопнуть от зависти и злости, но не изменишь этого.

Мэг презрительно улыбнулась. Она уже не обращала внимания на остатки вина, стекавшие по ее лицу.

– А тебе известно, Майкл, что она разнюхивала о твоем прошлом?

– Откуда ты знаешь? – тихо спросила потрясенная Кортни. – Тебе Бобби рассказал?

– Скажем, эту весточку мне принесла на хвосте одна маленькая птичка. – Мэг издала неприятный хриплый смешок и пристально посмотрела на Майкла. Казалось, она хотела прочитать его мысли, но ей это никак не удавалось.

– Майкл, я все тебе объясню, – поспешила заверить его Кортни.

– Разумеется, она все тебе объяснит, – язвительно подтвердила Мэг. – Например, почему предпочла поговорить с Моникой, а не с тобой. Дай-ка угадаю почему. – Мэг подняла глаза к потолку и прикусила нижнюю губу, неумело изобразив задумчивость. – Уж не потому ли, что она сомневалась в тебе, Майкл? Сначала плагиат, затем слухи о твоем прошлом… Я имею в виду, если кто не в курсе, – обратилась она к бывшим коллегам, – тот факт, что Майкл Кервуд начинал свою успешную карьеру в качестве жиголо. Да-да, – перекрывая голоса возмущенных женщин, продолжала Мэг. – Этот мужчина удовлетворял богатую дамочку.

– Пошла вон, мерзавка! – крикнула ей Кортни, перегнувшись через стол, словно намереваясь схватить Мэг за волосы.

– Хорошо. Я зашла только для того, чтобы поздравить вас.

Собрав остатки собственного достоинства и наглости (последней в ее арсенале было куда больше), Мэг двинулась к выходу. По пути она едва не сбила с ног зазевавшегося официанта. Когда тот начал извиняться, она послала его к черту.

После ее ухода над столом нависла гнетущая, словно грозовая туча, тишина. От праздничного настроения не осталось и следа. Кортни чувствовала себя виноватой перед своими сотрудниками, Майкл – перед Кортни, а сотрудницам Кортни было неловко, что они вообще оказались свидетелями этого скандала.

Они с трудом могли поверить в то, что разъяренная женщина, только что покинувшая ресторан, та самая Мэг Бачински, которую они знали. С ней явно творилось что-то неладное. Возможно, Кортни права и у Мэг действительно проблемы с психикой. Только от злобы и зависти такого взгляда не бывает. В нем было что-то еще… вероятно, именно так выглядят потерявшие рассудок люди.

Вечер был безнадежно испорчен. И хотя все старательно делали вид, что их нисколько не взволновало появление Мэг, им не удавалось скрыть свое потрясение.

Тосты произносились редко и вяло, шумная беседа за столом сменилась тихими перешептываниями и обменом взглядами. Кортни и Майклу не терпелось остаться наедине и объясниться. Кортни боялась, что он рассердится за то, что она разговаривала с Моникой. И не просто разговаривала, а разговаривала о нем. Кортни готова была на коленях просить его о прощении и каяться в собственной недоверчивости. Да, она сомневалась в нем. Особенно после слов Бобби Вэллера. Но разве она виновата в этом?

Майкл же в свою очередь желал поскорее успокоить Кортни. Он понимал, что Кортни страшится смотреть ему в глаза. Он ощущал боль Кортни и разделял с ней ее страдание. Именно поэтому он хотел как можно скорее заверить ее в том, что не держит на нее зла. Скорее это ему следует просить у нее прощения за то, что он не был с ней честен до конца.

Это ему следовало рассказать Кортни о Монике и о том, как и почему они расстались. Пусть ему было неприятно ворошить прошлое и пересчитывать старые грехи и ошибки, но он должен был осознавать, что иначе невозможно построить новые отношения.

Первыми встали из-за стола и начали прощаться Рита и Анджелика. Они сбивчиво извинялись и говорили что-то об оставленных домах мужьях и некормленых кошках. Последнее было излишне, поскольку их и так никто не стал удерживать и уговаривать остаться «еще хотя бы на полчасика», как часто бывает в веселых компаниях.

Потом ушли Тина и Флоранс – финансовая составляющая «Пэттерн дизайн». За ними потянулись остальные, и вскоре Кортни и Майкл остались одни.

Кортни с тоской посмотрела на полупустые бокалы, оставшиеся на столе, и шмыгнула носом. Майкл ободряюще похлопал ее по плечу.

– Ты ни в чем не виновата.

– Я должна была предотвратить это.

– Откуда ты могла знать, что Мэг заявится сюда?

Кортни пожала плечами.

– Ума не приложу, откуда она узнала о том, что мы собираемся сегодня именно в «Мацератти».

– Может, кто-то из твоих сотрудниц проговорился?

– Даже если так, я уверена, что они сделали это не нарочно. Просто забыли, что и у стен есть уши. Постой-ка… – Кортни попыталась сопоставить события и то, что о них известно Мэг. – Она знала о моем разговоре с Моникой, но откуда? Я была одна в кабинете. Даже если Бобби проболтался о том, что сообщил мне о твоей бывшей любовнице, Мэг не могла знать наверняка о том, что я клюнула на его удочку.

– Может быть, она просто предположила…

– Нет, – категорично заявила Кортни. – Мэг говорила со стопроцентной уверенностью. Готова поклясться, что она слышала каждое слово того телефонного разговора.

– Думаешь, она подслушивала?

Кортни кивнула.

– Тогда советую поставить в известность полицию. Пусть проверят твой кабинет на наличие «жучков».

– Бред какой-то, – сказала Кортни, не желая верить в то, что ее бывшая помощница пустилась во все тяжкие. Одно дело шепнуть конкуренту секретную информацию, и совсем другое – устанавливать «жучки».

– Судя по сегодняшнему концерту, который устроила Мэг, она и в самом деле потеряла грань не только между допустимым и запретным, но и между реальностью и своими болезненными фантазиями.

– Считаешь, что мне следует обратиться в полицию?

– Решать тебе, но я бы не стал откладывать. Мэг может быть опасна.

– Майкл, это уже слишком. Мэг не пойдет дальше угроз и оскорблений.

– Она ненавидит тебя… да и меня тоже. А в ее состоянии ненависть может запросто привести к преступлению.

Кортни почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки.

– Майкл, ты меня пугаешь.

– Прости. Не бери в голову. Все будет хорошо.

– Тебе легко говорить, а я теперь ночь спать не буду.

– Именно на это я и надеялся, – улыбнулся Майкл и встал из-за стола.

Кортни вопросительно изогнула левую бровь, на что Майкл незамедлительно ответил:

– Позвольте пригласить вас на чашечку кофе ко мне домой, мисс Милз.

– С удовольствием. – Кортни подала Майклу руку и поднялась.

16

Выйдя из ресторана, Кортни поразилась, как на улице темно. Казалось, кто-то разлил в воздухе темно-фиолетовые чернила. К тому же накрапывал мелкий, раздражающий дождик.

– У тебя есть зонтик? – спросила, поёжившись от пробирающего до костей холода, Кортни.

– Нет, но моя машина припаркована неподалеку. Если хочешь, подожди меня здесь, я мигом добегу до нее и подъеду за тобой.

– Хорошо, – охотно согласилась Кортни. Куда приятнее стоять под козырьком, нежели носиться под дождем.

Майкл быстро сбежал по ступенькам и через мгновение скрылся в темноте. Кортни напрасно всматривалась во тьму, пытаясь разглядеть знакомый силуэт. Правда, ждать ей пришлось всего пару минут. Вскоре она услышала урчание мотора, и из мрака выплыл автомобиль Майкла.

– Запрыгивай скорее, – поторопил ее Майкл. – Не хватало еще, чтобы ты простудилась.

Кортни послушно кивнула и села на переднее пассажирское сиденье.

– Ну и погодка.

– Да уж, кто бы мог подумать. А ведь днем было безоблачно и тепло.

– Причуды природы, – философски заметила Кортни. Она порылась в сумочке, расшитой бисером, и достала из нее зеркальце. – Ну и вид, – поморщилась она, глядя на свое отражение. – От прически осталось одно воспоминание.

– Ты все равно самая прекрасная женщина на свете, – ответил Майкл, вырулив на шоссе.

– А ты самый льстивый мужчина, – парировала Кортни с улыбкой.

Дождь усиливался, капли с остервенением стучали по крыше. Порывистый ветер срывал с деревьев листья и бросал их на лобовое стекло.

– Нужно было взять такси, – с необъяснимой тревогой сказала Кортни.

– Не волнуйся. Как-нибудь доберемся.

– Будь осторожнее.

Кортни устыдилась собственного страха. И с чего она стала такой трусихой? Видимо, ее нервная система сдавала после скандала, учиненного Мэг Бачински.

Машина виляла по мокрой дороге. Майкла периодически ослепляли фары встречных автомобилей. Он сбавил скорость и покосился на Кортни. Она закрыла глаза и сосредоточенно массировала виски.

– Голова болит? – сочувственно поинтересовался Майкл.

– Да. Аж раскалывается. В последний раз со мной такое было перед тем, как я сломала ногу, оступившись на лестнице.

Майкл невесело усмехнулся.

– Надеюсь, это не является признаком беды.

– Я не суеверна, но… я как чувствовала, что Мэг не оставит меня в покое.

– Кортни, выкинь эту стерву из головы, и она у тебя сразу перестанет болеть.

– Легко сказать. – Кортни обреченно вздохнула. Она опустила руки и откинула голову на спинку сиденья. – Майкл, ты не мог бы остановить у аптеки? – попросила Кортни, окончательно потеряв надежду избавиться от мигрени самостоятельно.

– Без проблем.

Они проехали около мили, и Кортни громко ахнула, указав пальцем в окно.

– Майкл, мы ведь только что проехали аптеку. Остановись… ну же!

Однако машина продолжала ехать.

Кортни была настолько взволнованна, что не обратила внимания на побелевшее лицо Майкла. Он снова и снова давил на педаль тормоза, но автомобиль даже не сбавлял скорость.

– Почему ты не?..

Кортни недоговорила, потому что в следующее мгновение их автомобиль занесло, и он с жутким металлическим скрежетом повалился набок, словно раненое животное.

Глухой удар отозвался обжигающей болью в области лба, и Кортни потеряла сознание.

Больничные коридоры, уходившие в разные стороны двумя бесконечными тоннелями, были пустынны. Бледно-зеленая краска на стенах местами потрескалась, навевая еще большее уныние и мысль о бренности всего сущего.

В одном из кресел сидел мужчина, судя по скорбящей фигуре, недавно потерявший близкого человека. Его колени были широко расставлены, голова низко склонена, руки сцеплены на затылке. Он больше походил на мраморное изваяние, чем на живого человека.

Вышедшая из палаты медсестра окликнула его, но он не обратил на нее внимания, словно его мысли витали в другом месте.

– Мистер Кервуд, – снова позвала его молодая женщина в кокетливо приталенном больничном халатике. Она с состраданием рассматривала его.

– Что? – Майкл вздрогнул всем телом и резко поднял голову. – Она пришла в себя?

– Пока нет, но ее состояние стабильно.

Майкл глубоко вздохнул и снова согнулся, словно известие было слишком тяжелым для его спины.

Почему так вышло, что он отделался всего парой синяков и царапин, а Кортни приняла на себя основной удар и лишь чудом осталась жива? Почему он сейчас сидит здесь, в больничном холле, а она лежит в реанимации?

Он с трудом припоминал, что произошло. Кажется, отказали тормоза… потом был удар или столкновение – и темнота. Каким образом они оказались в больнице, Майкл не знал. Он, как сказал дежурный врач, быстро пришел в себя, а вот его спутнице повезло меньше. Впрочем, «они сделали все возможное», и так далее и тому подобное… Майкл смотрел на врача и ритмично кивал, однако смысл сказанных слов оставался для него в тумане.

Потом ему задавали какие-то вопросы. Сейчас Майкл уже не помнил, какие и что он на них отвечал. Он был слишком потрясен случившимся.

– Мистер Кервуд, – снова обратилась к нему медсестра, – кому надо позвонить, чтобы сообщить о несчастном случае, произошедшем с мисс Милз?

Майкл потер переносицу, перебирая знакомых Кортни, о которых ему было известно.

– Думаю, следует сообщить Бобби Вэллеру. Это ее друг. Кроме того, он ее адвокат.

– А родители?

– Они живут не в Лондоне.

– Но если мисс Милз станет хуже… – начала медсестра. Она недоговорила, испугавшись мрачного взгляда Майкла.

– Кортни придет в себя. Мы должны в это верить, – словно аутотренинг произнес Майкл.

– Да, еще одно. – Медсестра замялась.

– В чем дело?

– Доктор Харрисон только что отвечал на вопросы полицейских. Они осмотрели место аварии и ваш автомобиль… – Она снова неуверенно помялась и добавила: – Они пришли к выводу, что тормоза были выведены из строя намеренно.

– Но… кому это могло понадобиться? – устало спросил Майкл.

У него не осталось сил бояться, волноваться и раздражаться. Казалось, все его эмоции и чувства притупились из-за ужаса, навеянного мыслью о том, что он едва не потерял Кортни. Кто знает, билось бы ее сердце сейчас, окажись они в больнице на десять минут позже?

Медсестра пожала плечами.

– Не знаю. Вероятно, полицейские попросят вас составить список подозреваемых. Обычно они именно так и поступают. – Она ободряюще улыбнулась Майклу. – Вас что-нибудь беспокоит?

– В каком смысле? – не понял Майкл.

– У вас что-нибудь болит? – уточнила медсестра, изучающе глядя на него.

– Кажется, нет.

– Думаю, вам все-таки следует пройти общее обследование. Возможно, вы не чувствуете боли, находясь в состоянии шока. Бывает, что люди ходят на сломанных ногах.

– Хорошо, – сухо проронил Майкл, желая поскорее избавиться от разговорчивой медсестры. – Я могу пройти в палату к мисс Милз?

– Пока нет. Доктор еще не закончил осмотр. К тому же она без сознания. У нее серьезная черепно-мозговая травма.

– О боже, – выдохнул Майкл, закрыв руками лицо. – Это я во всем виноват… что я наделал…

Медсестра промолчала, но, судя по выражению лица, слова Майкла произвели на нее сильное впечатление.

Бобби Вэллер примчался в больницу минут через пятнадцать после звонка доктора Харрисона. Бобби был взволнован не меньше, чем Майкл. Правда, в отличие от него Бобби не намерен был сидеть сложа руки и преждевременно оплакивать Кортни. Напротив, он собирался направить полицейских на верный след.

А начать Бобби решил с Майкла Кервуда. Едва он его завидел, сразу же начал кричать и осыпать обвинениями, словно забыл о том, что они находятся в больнице.

– Ты хоть понимаешь, ублюдок, что едва не убил ее?!

– Я и сам едва не погиб, – вяло парировал Майкл.

Бобби оценивающе осмотрел Майкла с головы до ног и ехидно заметил:

– Не вижу ничего серьезнее синяков. И это называется «чуть не погиб»!

– Удар пришелся как раз на ту сторону, где сидела Кортни, – пояснил Майкл, невольно почувствовав в своем голосе попытку оправдаться.

– Разумеется. Ты ведь знал, что так и случится. Кто заподозрит человека, находящего в момент аварии в той же машине? Очень хитро придумано, мистер Кервуд. Но меня вам провести не удастся.

– Бобби, я не хотел причинить Кортни зла. Мы ехали ко мне… – Майкл осекся, увидев в конце коридора высокую фигуру в полицейской форме.

– Ну вот, мы снова с вами встретились, мистер Кервуд, – поприветствовал его тот самый громила, что приходил по поводу исчезновения Кортни. – Не слишком ли много совпадений?

– Не понимаю, о чем вы говорите, – хмуро ответил Майкл, чувствуя, как над ним сгущаются тучи.

Нет, он вовсе не опасался обвинений, и даже тюремное заключение не слишком его пугало. Сейчас для него имело значение только здоровье Кортни. А все остальное представлялось досадными мелочами, способными испортить настроение и пищеварение.

– В прошлый раз вы подозревались в похищении мисс Милз.

– Как вам известно, я не имел к исчезновению Кортни никакого отношения, – горячо возразил Майкл.

– И вот мисс Милз в реанимации, а вы последний, кто был с ней, – продолжал тем же обвинительным тоном полицейский.

– Мы едва не погибли!

– Нет, мистер Кервуд. Это мисс Милз едва не погибла, а вам, насколько нам известно, удалось выйти сухим из воды. – Цепкий взгляд полицейского пробежался по Майклу. – Если не считать нескольких синяков и ссадин. – Он достал из нагрудного кармана измятый блокнот и сделал несколько быстрых пометок.

Майкл поймал самодовольную усмешку Бобби, и ему захотелось придушить его на этом самом месте.

– Итак, куда вы направлялись на своей машине?

– Мы были в ресторане «Мацератти», отмечали успешную презентацию новой коллекции «Пэттерн дизайн». Затем я пригласил Кортни к себе… – Майкла бесила необходимость рассказывать интимные подробности их с Кортни отношений, но холодный, пристальный взгляд полицейского не оставлял ему иного выбора.

– Она согласилась?

– Разумеется! – рявкнул Майкл. – Не силой же я ее потащил.

– Это может кто-нибудь подтвердить?

Майкл неуверенно пожал плечами.

– Не знаю. Мы покинули ресторан последними… Может быть, кто-то из официантов или администратор видели, как мы выходили.

– Хорошо, мы опросим их. Продолжайте. – Полицейский снова что-то черкнул в своем блокноте.

– Моросил дождь, и я пошел за машиной. Кортни ждала меня у ресторана. Затем она села в машину, и мы поехали.

– К вам? – прищурив глаза и сверля ими Майкла, спросил полицейский.

– Да.

– Вы живете на Кингли-роуд, четырнадцать?

Майкл кивнул.

– Странно, – поцокал языком полицейский. – Ваш автомобиль разбился в противоположной от Кингсли-роуд стороне. Вы можете это объяснить?

– Я сделал небольшой крюк, чтобы заехать в аптеку. У Кортни разболелась голова, и она попросила купить ей таблетки.

– Может быть, она искала предлог, чтобы сбежать от вас? – не сводя с него глаз, спросил полицейский.

– С какой стати? Повторяю: мы ехали ко мне. Если вас так интересует, то мы собирались провести вместе ночь. Жаждете еще подробностей?! – взревел Майкл, окончательно выйдя из себя. – Мы собирались заняться любовью! Довольны?

– Не совсем, мистер Кервуд, – тем же размеренным, ледяным тоном продолжил полицейский. – Зачем же так нервничать?

– Моя любимая женщина едва не погибла, а вы задаете мне дурацкие вопросы! Сколько это будет продолжаться?! Лучше займитесь поисками настоящего преступника.

– Преступника? – зацепился за последнее слово полицейский. – А с чего вы взяли, что было совершено преступление?

– А разве вы не пытаетесь меня в нем обвинить? – язвительно спросил Майкл.

– Что вы, как можно? Нет-нет, вы нас неправильно поняли. Так почему вы решили, что было преступление?

Майкл вздохнул.

– Медсестра сказала, что тормоза в моей машине были намеренно испорчены.

– Какая медсестра? Как ее зовут?

– Понятия не имею! Я был не в том состоянии, чтобы знакомиться с ней! – огрызнулся Майкл.

– Откуда, по-вашему, она об этом узнала?

– НЕ-ЗНА-Ю, – по слогам произнес Майкл, словно надеясь тем самым вколотить эти слова в сознание тупоумного полицейского.

– А может быть, она всегда об этом знала? Признайтесь, мистер Кервуд, она ваша сообщница?

– Это уже слишком! Я не скажу больше ни слова без своего адвоката, – заявил Майкл.

– Могу предложить свои услуги, – с ядовитой улыбочкой предложил Бобби.

Майкл смерил его презрительным взглядом, развернулся и зашагал в дальний конец коридора.

– Скользкий тип, – заметил Бобби, когда они с полицейским остались наедине. – Советую не спускать с него глаз и держать подальше от мисс Милз.

– А вы, собственно, кто такой? – спросил громила-полицейский, повернувшись всем корпусом к Бобби.

– Боб Вэллер, поверенный в делах мисс Милз. Кроме того, ее хороший друг.

– Вы тоже были в «Мацератти» нынешним вечером? – осведомился полицейский.

– Нет. Кортни умоляла меня прийти, но я был слишком занят. Допоздна сидел в своем кабинете.

– Это может кто-нибудь подтвердить?

– О, разумеется. Моя секретарша Анабелла Эдмондс весь вечер самозабвенно помогала мне разобраться с делами. Если желаете, я могу дать вам ее номер телефона.

– Пока не надо, – отозвался полицейский, удовлетворенный объяснениями. – А сейчас извините, но мне нужно побеседовать с медсестрой, о которой упомянул мистер Кервуд.

– Конечно. Делайте свою работу. Надеюсь, вы заставите Кервуда ответить за все его преступления.

– За все? – насторожился полицейский.

– Сначала он украл у Кортни идею, а затем запудрил ей мозги и уговорил отказаться от судебного иска, который мы с ней уже подготовили.

– Вот как? Мисс Милз собиралась судиться с Кервудом?

– Да. Но потом он соблазнил ее. Это по его части. Несколько лет назад Майкл был альфонсом…

– Что вы говорите?! – Полицейский заметно оживился. Бобби Вэллер представлялся ему настоящим подарком судьбы, кладезем бесценной информации. Такими темпами он раскроет дело к рассвету!

– Когда Кортни узнала об этом, то страшно расстроилась, – продолжал доверительным шепотом Бобби. – Я боялся, что она впадет в депрессию. Так было до вчерашнего дня.

– И что же произошло вчера?

– Майкл явился на презентацию Кортни и каким-то чудом снова заручился ее доверием. Потом он приехал в «Мацератти», дождался, пока все разъедутся, и… остальное, полагаю, дело техники.

– Спасибо за информацию, мистер Вэллер, – пожав ему руку, сказал полицейский. – Вы оказали неоценимую помощь следствию.

– Я сделал это ради Кортни, – чуть ли не со слезами на глазах ответил Бобби.

17

Тихо, словно стараясь не наступать всей стопой на серые плитки пола, по коридору шла стройная женщина. Она явно робела в этом помещении, что было видно и по ее походке, и по бегающему взгляду.

Женщина озиралась, будто искала что-то определенное. Наконец она увидела в конце коридора то, ради чего пришла сюда, и ускорила шаг…

Вдруг чья-то рука резко дернула ее за угол. Едва устояв на ногах, женщина вскрикнула и часто-часто заморгала, глядя на человека, который решил изменить ее маршрут.

– Зачем ты сюда явилась?

– Бобби, как Кортни?

– Должен тебя разочаровать, Мэг: она все еще жива.

– Слава богу, – с облегчением выдохнула женщина.

– Зачем ты сюда приперлась? С ума сошла? Здесь полно полицейских.

– И что? – не поняла, к чему клонил Бобби, Мэг.

– А то, моя дорогая, что твоя песенка спета. Как только они узнают о твоей вчерашней выходке и о ссоре с Кортни, сразу арестуют тебя.

– Я ничего… ничего не делала, – растерянно забормотала Мэг.

– Расскажи это кому-нибудь другому, – отрезал Бобби. – А передо мной нечего строить из себя невинность.

– Я узнала об аварии от Тины и пришла, чтобы попросить у Кортни прощения. Вдруг ей сейчас помогут положительные эмоции, – закончила Мэг неуверенно.

Бобби саркастично усмехнулся.

– Думаешь, тебе кто-то поверит? Как же, раскаявшаяся грешница!

– Я действительно сожалею о вчерашнем. Не понимаю, что на меня нашло. В меня словно злой дух вселился.

– Поэтому ты испортила тормоза в машине Майкла? Одного не пойму: как ты догадалась, что Кортни поедет вместе с ним? Или ты желала смерти Майклу, а Кортни – стала приятной неожиданностью. Бонусом, так сказать.

– Нет, я здесь ни при чем. Поверь мне, Бобби. – Мэг беспомощно повисла на его руке.

Она и сегодня была не в себе. Правда, слепая ярость сменилась жалостью к себе и излишней сентиментальностью.

– Я, может, и поверю. Хотя, согласись, все выглядит так, будто это ты подстроила аварию.

– Нет, нет… – шептала Мэг, заглядывая Бобби в глаза и ища у него поддержки.

– Тогда советую тебе не терять времени понапрасну, – медленно начал Бобби.

Мэг недоуменно посмотрела на бывшего мужа.

– Тебе нужно уехать.

– Как? Куда? – растерянно спросила Мэг.

– Как можно дальше. Лучше за границу.

– Но разве это не будет означать, что я признала свою вину?

– Ты предпочитаешь сидеть здесь и ждать, когда к тебе придут полицейские и нацепят на тебя наручники? – Бобби пожал плечами. – Что ж, дело твое. Только потом не говори, что я тебя не предупреждал.

– Я… я боюсь, Бобби. Что, если меня схватят в аэропорту?

– Если не будешь копаться, то успеешь смыться до того, как полицейские выйдут на твой след.

– Но… но, Бобби, я ведь и вправду не виновата.

– Кто тебе поверит? Вчера ты была настолько неблагоразумна, что устроила скандал в присутствии десятка свидетелей. Все, кто был вчера в «Мацератти», подтвердят, что вы с Кортни ненавидите друг друга. Вот только бедняжка Кортни сейчас в реанимации, и неизвестно, удастся ли ей когда-нибудь ответить на вопросы полицейских. – Бобби состроил скорбную гримасу, но уже через мгновение с раздражением сказал: – Тебе нужно сматываться. Какая же ты дура, что явилась в больницу. Если бы не я, ты бы уже сейчас ехала в участок.

– Бобби, я ведь хотела извиниться перед Кортни и Майклом.

– Большей чуши в жизни не слышал. Ни один из моих подзащитных не был настолько туп.

Мэг нервно передернула плечами.

– У меня нет денег на билет.

Бобби порылся в карманах и вручил ей свою пластиковую карточку.

– Возьми. Только не трать слишком много.

Мэг явно не ожидала от бывшего мужа такой щедрости. Но неожиданно она все поняла!

– Это ты… боже, Бобби, что ты натворил…

– Что за чепуха, Мэг! Я ничего не делал.

– Это ты испортил тормоза… а решил свалить вину на меня.

– Мэг, ты сумасшедшая!

– Нет, это ты сумасшедший. Я бы никогда… никогда не пошла на такое. Ты ведь едва не убил их… – Мэг пятилась, мотая головой из стороны в сторону, словно пыталась вытрясти из нее мерзкие догадки.

– Заткнись, идиотка! – Бобби угрожающе шагнул к ней. – Лучше убирайся отсюда. Да побыстрее, иначе повторишь судьбу Кортни.

– Не смей мне угрожать, Бобби. Я прямо сейчас иду в полицию.

– Да? – Он растянул губы в отвратительной ухмылке. – И кому же они больше поверят: психованной скандалистке или преуспевающему адвокату, доверенному лицу пострадавшей, у которого, кстати сказать, есть железное алиби? А где же была ты, Мэг, перед аварией? После того, как вышла из «Мацератти»? Наверняка направилась на парковку, прямиком к машине Кервуда…

Мэг была вынуждена признать, что ее положение куда более уязвимо, нежели у Бобби. После ссоры с Кортни она была в таком состоянии, что сейчас не могла вспомнить, куда направилась из ресторана… Прошло, должно быть, несколько часов, когда ей позвонила Тина и поинтересовалась, как у нее дела. Потом Тина тонко намекнула, что у Мэг могут возникнуть неприятности, так как Кортни с Майклом попали в аварию, когда ехали домой после праздничного ужина.

– Так что, дорогуша, убирайся подобру-поздорову, пока тебя не призвали к ответу, – сказал Бобби.

– Что ты намерен делать?

– А вот это уже тебя не касается.

– Собираешься натравить на меня копов?

Бобби усмехнулся.

– Кому ты нужна?

– Кого же тогда ты намерен сделать козлом отпущения… уж не Кервуда ли?

– Ты только что подала мне отличную идею. – Бобби потер руки. – Только представь: ты и Майкл. Тайные любовники, которым мешает быть вместе Кортни Милз. Вы решаете избавиться от нее. Но как это сделать, не вызвав подозрений? И вот вам приходит гениально простая идея: авария, в которой пострадает не только Кортни, но и Майкл. Кто заподозрит человека, который мог погибнуть?

– Ты сумасшедший!

– О нет, Мэг. Это у тебя не все дома. А я знаю, что делаю. Кортни не захотела быть моей, так пусть она не достанется и Майклу Кервуду.

– Ты ответишь за все зло, что причинил, – поклялась Мэг.

– Ой напугала, – съязвил ей вслед Бобби. – Скатертью дорога, дорогая. Надеюсь, мы больше никогда не встретимся.

Мэг удалялась по пустому больничному коридору, не зная, правильно поступает или нет. Ее душа разрывалось в противоречиях. С одной стороны, она чувствовала свою вину перед Кортни и Майклом и хотела им помочь. Но с другой стороны, ее грызли сомнения. Может быть, Бобби прав и ей никто не поверит? Как она докажет свою непричастность? Не лучше ли уехать, скрыть, залечь на дно?..

Медленные, размеренные шаги отдалялись и вскоре затихли. Бобби с облегчением вздохнул. По крайней мере, ему не придется беспокоиться еще и о Мэг.

18

– Я могу к ней зайти? – тихо, чтобы не услышал сидевший неподалеку Бобби Вэллер, спросил Майкл.

Медсестра отрицательно покачала головой.

– Но, возможно, Кортни станет лучше, когда я буду рядом? – настаивал Майкл. – Доктор Харрисон обмолвился, что она слышит меня, даже находясь без сознания.

– Извините, мистер Кервуд, но у меня приказ самого доктора Харрисона никого не пускать в палату к мисс Милз. И если вы сейчас же не отойдете от двери, мне придется попросить полицейских, чтобы они выставили охрану.

Разговор медсестры и Майкла привлек внимание задремавшего Бобби. Он поднял голову и, не сразу осознав, где находится, огляделся по сторонам. Увидев Майкла, настойчиво требовавшего разрешения навестить Кортни, он коршуном ринулся к нему.

– Решил закончить начатое дело? – обвинительным тоном поинтересовался Бобби.

Медсестра чувствовала себя Жанной Д’Арк, защищавшей своей грудью Орлеан. На нее напирали двое мужчин, чьи глаза горели от ненависти друг к другу.

– Бобби, не лезь не в свое дело, – собирая остатки спокойствия, сказал Майкл.

– Вообще-то, Кервуд, это ты берешь на себя больше, чем следует. Когда ты наконец оставишь Кортни в покое?!

– Мы любим друг друга, но тебе этого не понять.

– Разумеется, куда мне до высоты ваших чувств! – с саркастическим смехом сказал Бобби.

Его смех был настолько противоестествен на пороге реанимации, где лежала его давняя подруга, что Майкл и медсестра содрогнулись. Заметив их подозрительные взгляды, Бобби натянул на лицо маску сочувствия и высокопарно произнес:

– Видишь, Кервуд, что ты со мной делаешь?! Добился своего? Я расстроен, и тебе легко вывести меня из себя. Ты едва не убил Кортни, а теперь ищешь новую жертву? Но тебе не удастся переложить на меня свою вину. Знаешь почему?

Ни Майкл, ни медсестра не произнесли ни слова.

– Потому что я невиновен. Скоро все откроют глаза и увидят, какое чудовище ты собой представляешь, Кервуд!

Майкл хотел было ответить, но в этот момент за их спинами раздался едва слышный хриплый голос Кортни:

– Майкл… Майкл, пожалуйста, нет…

Все разом посмотрели на пострадавшую. Кортни металась на кровати и, судя по всему, была еще в беспамятстве. Она бормотала и выкрикивала несвязные слова, звала Майкла…

Медсестра бросилась к ней, чтобы проверить показания приборов, затем нажала на кнопку вызова врача.

– Уйдите, вам нельзя здесь находиться! – прикрикнула она на Майкла, сделавшего шаг по направлению к кровати Кортни.

– Кортни называет имя человека, который едва не отправил ее к праотцам, – заметил Бобби, пристально вглядывавшийся в лицо Кортни.

Еще пять минут назад оно было бумажно-белым и спокойным, как мрамор. Сейчас же на нем отразилась целая палитра чувств и переживания. Кортни порывалась вынырнуть из омута забытья и присоединиться к живым, но какая-то неведомая сила все еще удерживала ее по ту сторону сознания.

– Дайте пройти. Почему вы находитесь в палате мисс Милз? Сейчас же выйдите.

Командный голос доктора Харрисона вывел Бобби и Майкла из созерцательного столбняка.

– Я следил, чтобы Кервуд снова не попытался причинить Кортни вред, – заявил Бобби, приняв геройскую позу.

– Скорее это я должен был присматривать за тобой, – откликнулся Майкл.

– Пожалуйста, джентльмены, покиньте палату, – вежливо, но строго попросила медсестра.

Тон ее был настолько категоричным, что Бобби и Майкл решили не спорить. Оказавшись в коридоре, Майкл с тревогой прислушивался к каждому слову, к каждому шороху, доносившимся из-за закрытой двири палаты. Он молился, чтобы Кортни пришла в себя, и боялся, что его надеждам не суждено сбыться.

– Боишься, что она очнется и обвинит тебя в покушении? – ехидно поинтересовался Бобби. Он сидел в одном из кресел, закинув руки за голову и положив одну ногу на другую.

Майкл нервно расхаживал из угла в угол. На реплику Бобби он предпочел не обращать внимания.

Не прошло и пяти минут, как у палаты Кортни Милз появились двое полицейских. Громила, уже знакомый Майклу, и приземистый плотный человечек с румяным круглым лицом, столь добродушным, что, не будь его обладатель в форме полицейского, Майкл никогда бы не догадался о его профессии. Он больше походил на кондитера или ветеринара.

– Что произошло? Пострадавшая пришла в себя? – деловито осведомился он, переводя проницательный взгляд с Майкла на Бобби и обратно.

– Пока не известно, – опередил Майкла Бобби. – Она начала кричать «Майкл… Майкл, пожалуйста, нет…». Думаю, что если Кортни придет в себя, то сразу сможет дать показания против Кервуда.

Здоровяк полицейский осмотрел Майкла торжествующе-уничтожающим взглядом.

– Для этого мы сюда и пришли: взять показания и арестовать преступника… – Он ухмыльнулся: – Пока он не сбежал от правосудия.

Майкл устал пререкаться и оправдываться. Подозрения полицейских и обвинения Бобби казались ему в эту минуту жалкими и пустыми. Майкла волновало только самочувствие его любимой женщины. О себе он не думал.

Доктор Харрисон вырос на пороге палаты через несколько минут. Разгоряченные разговором полицейский и Бобби не заметили его появления. Первым навстречу врачу ринулся Майкл.

– Как она?

– Успокойтесь, мистер Кервуд. Кортни вне опасности. Правда, она очень слаба, но все показатели в норме.

– Слава богу, – выдохнул Майкл, невольно подняв глаза к потолку. – Спасибо вам.

– Благодарить нужно не меня. Кортни сама справилась. Молодой, здоровый организм победил, – дипломатично ушел от заслуженной похвалы врач. – Она хочет видеть вас.

– Меня? – Голос Майкла дрогнул от радости и накативших слез.

Странно, он давно не плакал. Должно быть, лет пять. С тех самых пор, как они с Моникой расстались. Тогда Майклу казалось, что он лишился части души, отвечавшей за сентиментальность. И даже страшная катастрофа и травма Кортни не вызвали у него спасительных слез, которые помогли бы снять хоть часть напряжения. Однако сейчас, когда самое страшное осталось позади и страх потери любимой больше не лишал его рассудка, на его ресницах повисли крупные капли.

– Ну будет вам, – словно смутившись его слез, сказал доктор Харрисон. – Она ждет вас.

Врач посторонился, чтобы Майкл мог пройти, но в это мгновение рядом с ними оказались полицейские и Бобби Вэллер.

– Куда это вы направляете, мистер Кервуд?

– В палату к своей невесте, – со злостью ответил Майкл. Как они смеют задерживать его? Разве они не понимают, что он должен как можно скорее убедиться в том, что Кортни вне опасности, что она поборола смерть?

– Боюсь, мы не можем этого допустить.

– Это желание моей пациентки, – вступился доктор Харрисон. – Как правило, выполнение просьбы тяжелых больных приводит к их скорейшему выздоровлению. Положительные эмоции обладают целительной силой, которую наука пока не в силах объяснить.

– С чего вы взяли, док, что появление мистера Кервуда вызовет у мисс Милз положительные эмоции? – спросил круглый полицейский, приблизившийся к Харрисону настолько, что мог слышать биение его сердца.

– Мисс Милз сама попросила меня привести мистера Кервуда, – ответил Харрисон. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он по-прежнему твердо и прямо смотрел на полицейских. – Если вы забыли, мы находимся в больнице, а не в полицейском участке.

– Однако жизнь Кортни Милз может быть в опасности… – начал громила.

– В стенах больницы за ее жизнь отвечаю я, ее лечащий врач, – холодно заявил Харрисон. – Именно поэтому я попрошу вас остаться за дверью и дать мистеру Кервуду поговорить с мисс Милз.

– Но… мы не имеем права оставлять подозреваемого наедине с жертвой.

– Мы с Эстер присмотрим за ними, – заверил врач.

Майкл с благодарностью посмотрел на него и на медсестру, чье имя он наконец-то узнал.

В палате было светло и свежо. Кортни немного порозовела. Увидев Майкла, она слабо улыбнулась.

– Привет, – тихо сказал он, присев на стул, стоявший рядом с больничной кроватью. Майкл взял холодную руку Кортни в свою и легонько сжал.

– Как ты? – спросила она.

– Мне повезло куда больше, чем тебе. – Майкл горько усмехнулся. – Несколько синяков и парочка царапин.

– Со мной все в порядке, – упрямо возразила Кортни. – Только голова немного болит. И зачем они прицепили ко мне все эти провода и капельницы?! – Она попыталась поднять руку, но та только дернулась и вновь бессильно упала на кровать.

– Ты еще слишком слаба. – Майкл склонился над ней и поцеловал в губы. – Я люблю тебя.

– Я тоже… – Она закашлялась, но нашла в себе силы, чтобы продолжить: – Люблю тебя, Майкл.

– Полицейские хотят поговорить с тобой, – начал Майкл, с опаской вглядываясь в лицо Кортни. – Но я думаю, с этим стоит повременить. Тебе лучше поспать.

– Нет. – Рука Кортни, до того покоившаяся в его ладони, напряглась. – Лучше сейчас.

– Ты уверена?

– Да.

– Ты кого-то подозреваешь?

– Да.

Кортни закашлялась. К ней подошел доктор Харрисон со стаканом воды. Она маленькими глотками осушила стакан, а затем попросила:

– Пригласите полицейских. Я должна им кое-что сказать.

Майкл встал, чтобы уйти из палаты, но Кортни, заметив это, сказала:

– Останься. Вдруг я что-нибудь забыла.

Майкл послушно кивнул и снова присел на стул.

Полицейский вошли с траурными лицами, будто готовились увидеть перед собой труп, а не живую говорящую женщину. Бобби же, напротив, был в хорошем расположении духа. Он всеми силами сдерживал улыбку, но Майкл все-таки пару раз ее поймал. Видимо, Бобби рассчитывал услышать из уст Кортни обвинения в адрес ее любовника.

– Ваше имя, – приступили к допросу полицейские. Громила спрашивал, а коротышка записывал показания.

– Давайте приступим к главному… мне трудно говорить, – в конце концов поторопила их Кортни.

– Хорошо, мисс Милз. Подозреваете ли вы кого-нибудь в совершении преступления?

– Да.

– И кого же?

– Мэг Бачински, – произнесла Кортни и снова лишилась чувств.

19

Кортни отдыхала, полусидя-полулежа в шезлонге за домом Майкла.

После выписки из больницы прошло около месяца, но Кортни никак не решалась приступить к работе. Временами она чувствовала головокружение и боялась, что не устоит на ногах. Тем более что кости правой ноги еще не до конца срослись, и Кортни передвигалась при помощи тросточки.

Из больницы Майкл отвез ее к себе. Кортни понравилось, что он не стал с ней это обсуждать, а принял решение, как и подобает мужчине. Они уже месяц жили вместе. Майкл баловал Кортни, а она ругала его за это. «Я и сама могу приготовить себе завтрак, Майкл». – «Разумеется, Кортни, но мне это доставляет огромное удовольствие».

Вечера они проводили вдвоем. Им было неважно, что они делают: смотрят ли телевизор, читают или делают генеральную уборку – главное, что они делают это вместе.

Кортни была счастлива, хотя и скучала по работе. «Пэттерн дизайн» временно руководили Тина и Бобби. Кортни не переставала благодарить его за поддержку и неоценимую помощь. Особенно ее радовала мысль, что Бобби не отвернулся от нее из-за того, что она выбрала Майкла.

Иногда Кортни бралась за карандаш или кисти. Время за рисованием пролетало незаметно. Кортни забывала о домашних хлопотах, а потом извинялась перед Майклом за то, что не успела приготовить ему обед. Он понимающе улыбался и обнимал любимую: «Кортни, не нужно оправдываться. Обед для меня значит гораздо меньше твоего счастья. А я знаю, что творчество окрыляет тебя едва ли не больше, чем любовь».

Кортни начинала спорить с ним, убеждая, что любовь для нее куда важнее рисования и вышивки…

В общем, жизнь текла своим чередом. Кортни выздоравливала, а полицейские никак не могли выйти на след Мэг Бачински. Та словно сквозь землю провалилась.

Однажды Майкл пришел в необычайно праздничном настроении. В его руках был роскошный букет. Кортни вдохнула нежный аромат и спрятала в них улыбку.

– По какому поводу цветы? – спросила она.

Майкл присел на корточки рядом с шезлонгом, в котором отдыхала Кортни, взял ее руку в свою и тихо спросил:

– Станешь моей женой?

– О, Майкл… – Кортни положила букет рядом с собой, чтобы обнять Майкла за шею. – Конечно! – Неожиданно она погрустнела.

– Что-то не так? – озабоченно спросил Майкл.

– Может быть, отложим?

– Но я не хочу ждать!

– Я тоже, но мне бы так хотелось потанцевать на собственной свадьбе, – мечтательно сказала Кортни. – А из-за этой ноги, – она хлопнула себя по загипсованной лодыжке, – мне придется весь праздник просидеть на стуле.

– Я ожидал этого, а потому… – Майкл выдержал интригующую паузу. Затем порылся в кармане пиджака и достал из него темно-синий конверт. – У меня есть еще одно предложение.

– Что это? – Кортни попыталась выхватить из рук Майкла конверт, но он ловко поднял его выше.

– Минутку терпения. Не все сразу.

– Майкл, не томи! С твоей стороны нечестно пользоваться моей слабостью.

– С каких это пор ты начала себя жалеть? – спросил он, с деланой суровостью посмотрев на будущую жену.

– Я вовсе себя не жалею, – возразила Кортни. – Просто хочу поскорее узнать о втором сюрпризе.

– Ладно, уговорила, – сдался Майкл и со вздохом протянул Кортни конверт.

Она ловко открыла его и достала два билета до Лозанны.

– Я подумал, что было бы неплохо провести предсвадебный месяц-другой в Швейцарии. Говорят, тамошний климат воистину творит чудеса с больными.

– Я не больная, – обиженно надулась Кортни.

– Да? – усмехнулся Майкл. – Пару минут назад ты давила на жалость и умоляла не мучить тебя. Ну так что, поедем? Мы могли бы сделать Лозанну только начальным пунктом нашего путешествия. Затем мы бы посетили Ниццу, Канны, Париж, Брюссель…

– Путешествие по Европе? – стараясь скрыть довольную улыбку, спросила Кортни.

– Да. Такое долгое, как мы того захотим. Мы даже можем пожениться где-нибудь в Венеции или в Барселоне. Как тебе идея?

– Нет, свадьбу мы сыграем здесь. Я не хочу выходить замуж тайком от родителей.

– Пусть все будет так, как ты хочешь, Кортни. Отныне я всего лишь скромный исполнитель твоей воли.

– Вот как? – Кортни кокетливо прижала пальчик к губам и через несколько секунд задумчивости сказала: – Первое мое желание – поцелуй.

– Одно удовольствие выполнять такие желания, – произнес Майкл, уже склонившись над Кортни…

Три месяца спустя

Они долго выгружали из багажника такси вещи. Затем наперегонки пустились к дому. Кортни добежала первая и с радостным смехом подначивала Майкла.

– Быстрее. Почему ты ползешь, как черепаха?

– Если ты не заметила, то я тащу три чемодана, а у тебя одна сумочка на плече. К тому же куда спешить: ключи ведь у меня.

– Майкл, поскорее. Мне не терпится попасть домой.

Наконец он тоже подошел к двери.

– Ой, как ты тяжело дышишь. Неужели устал?

– Не смешно, – запыхавшись, ответил Майкл, достав из внутреннего кармана куртки связку ключей. Затем он вставил нужный ключ в замочную скважину и дважды повернул.

Дверь медленно распахнулась, впуская хозяев в дом.

Кортни первая перепрыгнула через порог. Вдруг она заметила, что ее нога стоит на каком-то клочке бумаги. Подумав, что это мусор, Кортни наклонилась, чтобы поднять и выкинуть его, но что-то подсказало ей развернуть листок.

– Что там? – спросил Майкл, занеся в дом чемоданы.

– Пока не знаю… – Кортни пробежала глазами ровные строчки. – Это от Тины! – с удивлением воскликнула она.

– Надо же! Откуда она узнала, что мы приедем на неделю раньше? Я думал, мы всех удивим.

– Похоже, она об этом тоже не знала, – задумчиво перечитывая послание, произнесла Кортни. – Я вообще не понимаю, о чем она пишет.

– Давай вслух, может, я разберу. Хотя, признаться, с дороги я всегда туго соображаю. Мне бы сейчас горячий душ и бокал холодного пива, – мечтательно потягиваясь, сказал Майкл.

– Тина пишет, что Бобби ее уволил… она обнаружила, что-то странное в отчетных документах и… и просит позвонить ей сразу, как только я приеду.

– Странно, – заметил Майкл, – почему она сама нам не позвонила. Ты ведь, кажется, оставляла свой номер.

– Да, я много раз беседовала с Бобби, и он ни словом не обмолвился о том, что уволил Тину.

– Разве он имел на это право? – Майкл скинул ботинки и прошел в гостиную вслед за Кортни. – Я полагал, что ты оставила их обоих управлять.

– Верно, это было моим условием. Тина отменный менеджер, ее слушаются и уважают все без исключения сотрудники «Пэттерн дизайн», а Бобби должен был решать все юридические вопросы. Ну и всякие спорные вопросы по поводу бухгалтерии и финансов.

Кортни бессильно опустилась на диван рядом с Майклом и отдала ему записку Тины. Он тоже пробежал ее глазами, но не увидел ничего нового. Никакого подтекста или двойного смысла.

– Позвони ей.

– Но, – с сомнением начала Кортни, – мы ведь хотели еще парочку дней отдохнуть от дел.

– Боюсь, это уже не удастся. Ты ведь теперь не успокоишься, пока не выяснишь, что стряслось между Тиной и Бобби.

– Ты прав. – Кортни погладила Майкла по руке и одарила его благодарным взглядом. – Не обижаешься?

– Конечно нет. Мы и так слишком долго отлынивали от дел.

– Я ни о чем не сожалею, – заверила его Кортни. – Это было самое восхитительное путешествие за всю мою жизнь. Я уже и забыла, когда в последний раз так долго отдыхала.

– Я рад, что ты осталась довольна. – Майкл покосился на чемоданы и предложил: – Давай распакуем их позже?

– Без проблем. Иди пока в душ, а я позвоню Тине и выясню, что случилось.

Майкл поцеловал Кортни и отправился наверх, в ванную комнату. Ему не терпелось поскорее смыть с себя дорожную пыль, а вместе с ней и усталость. Только сейчас он ощутил, насколько утомило его трехмесячное путешествие. Впечатлений было так много, что они грозили задавить его своей тяжестью. А ведь им предстоит еще сыграть свадьбу…

Пока Майкл строил планы по поводу скорого бракосочетания, Кортни копалась в записной книжке в поисках номера Тины. Наконец нашла. Быстро нажав нужные кнопки, Кортни затаила дыхание в ожидании первого гудка.

Тина взяла трубку только после четвертого. Ее голос показался Кортни испуганным.

– Алло, это Тина?

– Д-да… – тихо ответила та, и вдруг громко воскликнула, узнав Кортни. – О мисс Милз! Наконец-то вы вернулись!

– Я нашла твою записку. Что все это значит?

– Мне кажется, что ваш друг затеял двойную игру.

– Кто? Бобби? – удивленно спросила Кортни.

– Да. У меня ощущение, что он темнит с бумагами. Он попросил меня оставить студию еще месяц назад, так что не знаю, что там сейчас творится. Девочки говорят, что он подыскивает им нового владельца.

– Как это? – не веря своим ушам, спросила Кортни.

– Подробностей не знаю, но дела у «Пэттерн дизайн» идут хуже некуда. По крайней мере, по документам.

– Но когда мы с Майклом уезжали, все было хорошо. – Кортни уловила в своем голосе те же испуганные нотки, что насторожили ее в начале беседе в голосе Тины.

– Судя по всему, Вэллер проворачивает какие-то свои делишки.

– Хочешь сказать, что он обворовывает меня?

– Не буду никого обвинять, мисс Милз, но по документам выходит, что «Пэттерн дизайн» вот-вот станет банкротом. – Тина сделала паузу, после которой печально добавила: – Или уже стал.

– Но это невозможно! Последняя коллекция имела успех. Прошло всего три месяца…

– Целых три месяца, мисс Милз, – возразила Тина.

– Бобби ничего мне не говорил.

– Разве вы с ним беседовали? – Теперь уже удивилась Тина.

– Разумеется. Много раз. По телефону.

– Странно, он уверял меня, что не знает, как с вами связаться. Что вы постоянно переезжаете с места на место…

Кортни судорожно пыталась придумать спасительное решение. В ее мозгу, словно птица в клетке, билась одна-единственная мысль: что делать? Что делать? Что делать?

– Тина, а если я достану тебе все отчетные документы, накладные, договора, выписки со счетов и прочее, ты сможешь разобраться?

– Вывести Вэллера на чистую воду? – Тина усмехнулась.

– Ну или хотя бы понять суть его махинаций, – смягчила вопрос Кортни.

– Думаю, да. Вряд ли он разбирается в бухгалтерии лучше меня, – без ложной скромности заметила Тина.

– Хорошо. Тогда я завтра добуду все документы и позвоню.

– Вы собираетесь в студию? – с нескрываемым опасением спросила Тина.

– Разумеется. Должен ведь кто-то следить за Бобби.

Шутка получилось горькой. Ни Кортни, ни Тине было не до смеха.

Шум льющейся воды действовал умиротворяюще, однако Кортни не выдержала и открыла дверь в ванную комнату.

– О, – спросил Майкл, увидевший ее отражение в зеркале, – решила присоединиться ко мне? Милости прошу.

– Вообще-то… нет, извини. Ты скоро?

По выражению лица и голосу Кортни Майкл безошибочно угадал ее настроение.

– Одну минуту. – Он быстро повернул краны, и вода стихла.

Кортни вышла из ванной и присела на кровать. Майкл появился в спальне через пару минут.

– Не стал тратить время на одевание, – объяснил он, указав на обмотанное вокруг бедер полотенце. – Что там у Тины?

– Бобби действительно ее уволил, – мрачно сказала Кортни. Ее снова мучила головная боль, но она даже не пыталась избавиться от нее.

Майкл сел рядом с Кортни, приготовившись слушать.

– Тина подозревает Бобби в финансовых махинациях.

– У нее есть доказательства? – деловито осведомился Майкл.

– Только подозрения. Все бумаги остались в ее кабинете. Точнее в ведении Бобби.

– Что собираешься делать?

Кортни тяжело вздохнула.

– Не знаю. Завтра попытаюсь поговорить с ним.

– А если он будет все отрицать?

– Потребую у него все отчетные документы. Тина обещала помочь.

– А что, если она права?

– Не могу поверить, что адвокат, мое доверенное лицо, мог преступить закон. Просто в голове не укладывается.

– И все же: что, если Вэллер играл против тебя?

– Тина уверена, что он вот-вот объявит «Пэттерн дизайн» банкротом, – сказала Кортни, и вдруг по ее щекам покатились слезы.

Майкл тут же обнял ее, ругая себя за твердолобость. Почему он сразу не разглядел во взгляде Кортни отчаяние? Не понял, каково ей сейчас?

– Если я потеряю студию… о боже, я этого не переживу! – всхлипывала Кортни. – Я отдала ей столько сил и времени!

– Надеюсь, ты не винишь меня? – осторожно спросил Майкл.

– Тебя? За что?

– Это ведь я уговорил тебя уехать в Европу. Если бы мы остались…

– Майкл, не наговаривай на себя, – довольно резко оборвала его Кортни. – Ни ты, ни я в этом не виноваты. Да и вообще, вдруг еще рано бить тревогу? Вероятно, Тина преувеличивает степень опасности. Может быть, я завтра поговорю с Бобби, и он все мне объяснит. – Кортни положила голову на плечо Майкла, но тут же ее подняла. – Ты мокрый.

– Знаю, я не стал вытираться.

– И у тебя мурашки на коже.

Он пожал плечами.

– Залезай под одеяло, а я спущусь вниз и выпью успокоительное. Иначе, боюсь, мне не удастся уснуть.

Кортни встала и направилась к двери. Майкл послушался ее совета и, скинув полотенце, залез под теплое одеяло. Не таким он представлял возвращение домой, но судьба распорядилась, как всегда, по-своему.

Кортни спустилась на первый этаж. Проходя мимо входной двери, она боковым зрением уловила на крыльце какое-то движение.

Не придав этому никакого значения, Кортни пошла на кухню. Налив себе стакан воды и взяв с полки упаковку со снотворным, она отправилась в спальню.

Вдруг свет перед входной дверью мелькнул, как будто мимо фонаря кто-то прошел. Не будучи пугливой, Кортни громко спросила в темноту:

– Там кто-нибудь есть?

Тишина.

Наверное, померещилось, подумала Кортни. Совсем нервы расшатались.

Однако не успела она сделать и шагу, как ее кто-то позвал. Тихо, будто зов предназначался только Кортни и его никто не должен был услышать.

– Кто это? – Голос Кортни дрогнул, но она по-прежнему храбрилась.

– Мэг, – так же тихо ответила из-за двери гостья.

Кортни поставила на телефонный столик стакан и таблетки и отворила дверь. Перед ней в самом деле стояла Мэг Бачински. Правда, с момента последней встречи в ресторане она сильно похудела, а в ее глазах застыл страх.

– Как ты посмела?.. – начало было Кортни, но Мэг прижала палец к губам, попросив ее не кричать.

– Пожалуйста… я все объясню. Только не прогоняй меня, Кортни. У меня осталась одна надежда – на тебя.

Кортни усмехнулась недоверчиво и спросила:

– Ну так и что тебе понадобилось от меня?

– Я знаю, что ты считаешь меня виновной в автокатастрофе, но это не так. – Мэг говорила быстрым шепотом, заламывая руки и нервно озираясь.

– Как ты узнала, что мы уже приехали? – спросила Кортни.

Она намеренно не пригласила Мэг в дом, и они стояли друг против друга, разделенные порогом.

– Я спросила у Тины…

– Ясно, – холодно сказала Кортни. Неужели у меня нет ни одного надежного друга? – подумала она. Меня окружают предатели, думающие только о себе.

– Только не ругай ее, она очень хорошо к тебе относится.

– Настолько хорошо, что послала ко мне женщину, по чьей вине я едва не погибла! Известно ли тебе, Мэг, как много времени мне потребовалось на реабилитацию и полное выздоровление? Если бы не Майкл, я бы до сих пор ходила с тростью, а возможно, до конца жизни осталась хромой. Я уж молчу о постоянных головных болях.

– Кортни, поверь, мне очень жаль, но я ни при чем. Я не имею к той аварии никакого отношения.

– Тогда почему же ты исчезла? Или это совпадение? – язвительно спросила Кортни, заранее отметая эту возможность.

– Бобби запугал меня. Он сказал… сказал, что меня посадят в тюрьму из-за того скандала в «Мацератти». Кого еще могли подозревать, кроме меня? Я была поблизости от автомобиля Майкла, поссорилась с тобой… В общем, у меня не было шансов.

– Постой, а когда ты успела поговорить с Бобби?

– Я пришла в больницу, чтобы попросить у тебя прощения. Ты была еще без сознания.

– Собиралась отмолить грехи перед тем, как я умру и передам от тебя привет Господу Богу? – с сарказмом спросила Кортни.

– Нет, Кортни. О боже, нет… Да, я считала тебя своим врагом, но я бы никогда не решилась…

– Ты пришла только, чтобы сказать это?

– Не совсем. – Мэг набрала полные легкие воздуху и на одном дыхании выпалила: – Я знаю настоящего преступника. Но мне нужна гарантия, что меня не посадят в тюрьму.

Кортни изумленно вскинула брови.

– А я здесь при чем?

– Тина сказала, что ты сможешь убедить полицейских в моей невиновности.

– После того как я сама же указала им на тебя? – Кортни скептически хмыкнула. – Вряд ли они мне поверят.

– Но что же мне тогда делать? Я не хочу скрываться всю жизнь!

– Почему бы тебе не прийти с повинной? – предложила Кортни.

Глаза Мэг гневно сверкнули. Кортни невольно подалась назад, испугавшись очередной вспышки ярости Мэг.

– Потому что я не виновата, сколько можно говорить?! – громким шепотом сказала Мэг. – Я боюсь, что они не станут меня слушать.

– Можно подумать, что, если ты явишься в участок под руку со мной, они отнесутся к твоим словам с большим доверием.

– А почему нет? В конце концов, ты жертва. Если ты поверишь мне, то с какой стати сомневаться остальным?

– А если я тебе не поверю?

Мэг опустила голову и пожала плечами.

– Тогда у меня не останется надежды.

– Хорошо, заходи, – скомандовала Кортни после непродолжительных раздумий.

Мэг послушно переступила порог.

– Пойдем на кухню. Не хочу, чтобы Майкл услышал нас.

Мэг покорно проследовала за Кортни. На кухне было светло и тихо. Раздавалось только тиканье настенных часов. Кортни бросила на них взгляд. Половина первого ночи. Не самое подходящее время для бесед. Тем более после долгой дороги и дурных новостей, полученных от Тины.

Мэг села на табурет и положила локти на стол. Кортни невольно повторила ее позу в зеркальном отображении.

– У меня нет доказательств, но я уверена, что аварию подстроил Бобби.

– Не может быть, – не особо уверенно отозвалась Кортни. Она еще не примирилась с мыслью, что ее друг оказался мошенником, а тут новое известие, еще более ужасное.

– Боюсь, что так оно и есть. Вспомни тот вечер. Ты с Майклом и сотрудниками «Пэттерн дизайн» отправилась в «Мацератти» отмечать успех новой коллекции. Бобби отказался от приглашения, сославшись на занятость. Пока все верно?

– Да. Он сказал, что будет допоздна сидеть в офисе, – подтвердила Кортни.

– Бобби позвонил мне и сообщил, где будет праздничная вечеринка.

– Не может быть, – медленно проговорила Кортни.

Но Мэг была слишком уверена в себе для человека, говорящего неправду.

– Он подставил меня. Бобби знал, что я не удержусь и устрою скандал. Он также знал, что я не останусь в ресторане, и можно будет списать все на меня. Но, Кортни, сама посуди. Что я понимаю в устройстве тормозов? Да ничего! Я вожу машину, но стоит чему-то сломаться, как я тут же звоню в автосервис и прошу их срочно прибыть. Надо мной вечно потешаются, потому что я никогда не могу конкретно объяснить, что именно вышло из строя.

Кортни впервые посмотрела на ситуацию с этой стороны. Действительно, предположение о том, что Мэг вывела из строя тормоза, выглядело нелепо. Сама Кортни смыслила в автомобилях не больше нее.

– Но разве у Бобби не было алиби? Почему полицейский не проверили его?

– Потому что Бобби хитер. Он и при нашем разводе обставил все дело так, что мне ничего не досталось. Он сказал, что весь вечер просидел в офисе. Это, по его словам, могла подтвердить его секретарша, Анабелла Эдмондс. Не знаю, опрашивали ли ее полицейские, но зато я знаю наверняка, что эта девица без памяти влюблена в моего бывшего мужа.

– Она могла солгать?

Мэг кивнула.

– Ты знаешь, как с ней можно связаться?

– У меня есть только рабочий телефон, – ответила Мэг. – Но если Бобби будет поблизости, она вряд ли в чем-нибудь признается. К тому же Анабелла из разряда тех женщин, которые считают высшим проявлением любви беззаветное служение своему избраннику. В Средние века такие дамочки шли на костер вместо возлюбленных.

– Тогда лучше действовать не угрозами, а хитростью и лаской.

– Именно поэтому я и пришла к тебе, Кортни. Поговори с Анабеллой. Возможно, она послушает тебя и скажет полицейским правду.

– А ты?

Мэг горько усмехнулась.

– Бобби выставляет меня настоящим исчадием ада после развода. Наверняка Анабелла ненавидит меня, обвиняя во всех несчастьях и страданиях несчастного Бобби.

– Хорошо, Мэг. Я верю тебе, – после минутной паузы, показавшейся обеим женщинам бесконечной, сказала Кортни.

– Спасибо.

– Но это не значит, что я снова готова быть твоей подругой.

– Я на это и не рассчитывала, – призналась Мэг.

– Однако нам сейчас выгоднее сплотиться.

– Против Бобби?

Кортни кивнула.

– Да. Если все будет хорошо, то он завтра же отправится за решетку.

– Ладно, мне пора идти. – Мэг поднялась с табурета и протянула Кортни руку.

Та пожала ее не сразу, но тем ценнее был этот жест доверия.

Кортни проводила гостью, взяла свои таблетки и стакан с водой и отнесла их обратно на кухню. Откровенный разговор с Мэг подействовал лучше всяких успокоительных лекарств. У Кортни появилась надежда спасти свою студию от Бобби Вэллера. Лишь бы не оказалось слишком поздно…

20

– Мистер Вэллер, когда документы будут готовы и вы окончательно передадите мне студию? – спросил мужчина, сидевший напротив исполняющего обязанности главного управляющего «Пэттерн дизайн».

– Через пять дней.

– Вы даете гарантию, что мисс Милз не станет оспаривать мои права?

– Можете не беспокоиться. К тому моменту, как Кортни вернется, студия уже будет вашей.

– А если она решит подать в суд?..

– Джордан, с каких это пор вы стали таким трусом? Для столь крупного бизнесмена это непростительная слабость.

Оба мужчины хохотнули.

– Сигару? – предложил Бобби, достав из верхнего ящика стола коробку.

– Почему бы и нет?

Джордан протянул руку, но не успел взять сигару, потому что за его спиной с треском распахнулась дверь. Увидев посетителя, Бобби вздрогнул. Сигара, предназначавшаяся Джордану Фрэю, упала на стол.

– Кортни, что ты здесь делаешь?

– Вообще-то это мой рабочий кабинет, – стараясь сохранять спокойствие, произнесла Кортни. Она подошла к столу и протянула руку незнакомому мужчине: – Кортни Милз. С кем имею честь?

– Джордан Фрэй. – Его голос дрогнул, словно он только что узнал о миллионном проигрыше на скачках, заядлым любителем которых являлся.

– По какому вопросу, разрешите узнать, вы пришли к нам?

– Джордан мой старый приятель, – встрял в разговор Бобби.

На его лбу выступила испарина, и Кортни поняла, что Бобби впервые в жизни струхнул. Похоже, она пришла вовремя.

– Бобби, тебя там, за дверью, ждут полицейские. А я пока побеседую с твоим приятелем. Не возражаете, мистер Фрэй? – Ледяная любезность Кортни была убийственна.

Она старалась смотреть на Джордана, но ее взгляд то и дело соскальзывал в сторону Бобби. Кортни просто не могла отказать себе в удовольствии увидеть его поражение. Невольно она вспомнила, как сияло его лицо в тот день, когда он сообщил ей о существовании Моники. Тогда Бобби мнил себя королем и победителем. Сейчас же настал час расплаты за прежние грехи.

– Что все это значит, Кортни? – стараясь сохранить остатки достоинства, спросил Бобби.

– Это значит, что тебе предстоит ответить на ряд вопросов. Полагаю, это займет много времени. Так что прощай, Бобби. Надеюсь, мы не скоро увидимся.

– Думаешь, ты победила? – смерив ее испепеляющим взглядом, спросил Бобби.

Кортни расплылась в улыбке.

– Во всяком случае, мои дела обстоят гораздо лучше, чем твои.

– Не будь такой самоуверенной и заносчивой, – осадил ее Бобби. – О твоих делах я знаю больше тебя. И уверяю, они не так хороши, как тебе кажется. – Он злорадно усмехнулся. – Ты вряд ли успеешь спасти свою студию.

– Теперь это не твои заботы, Бобби. Подумай лучше о том, как спасти свою задницу. – Кортни подошла к двери и демонстративно открыла ее, давая понять, что разговор окончен.

Эпилог

Кортни погладила себя по округлившемуся животику и улыбнулась. В последнее время она часто улыбалась сама себе, чувствуя приливы счастья. До возвращения Майкла оставалось всего полчаса. Кортни отложила вышивку и лениво потянулась. Неужели прошел уже целый год со дня их свадьбы? На вечер был назначен небольшой праздничный ужин. Только для близких друзей и членов семьи.

Накануне вечером приехали родители Кортни – Элизабет и Патрик. Приехала и Летиция Кервуд. Она была, как всегда, элегантна. Кортни опасалась, что ее родители будут чувствовать себя скованно в присутствии Летиции, но ее опасения оказались беспочвенными.

К дому подкатил автомобиль Майкла, и Кортни, забыв о том, что на ней футболка и домашние тапочки, выбежала встречать мужа.

– Зачем ты вышла на холод? – укоризненно спросил он, сжав ее в объятиях и быстро заведя обратно в дом.

– Я соскучилась, – капризным тоном пожаловала Кортни.

– Неужели? Я думал, родители развлекают мою любимую девочку, пока меня нет, – сказал Майкл с улыбкой.

– Они утомили меня своей болтовней, и я сбежала от них в спальню. Сказала, что засыпаю на ходу.

Майкл осмотрелся и в недоумении уставился на Кортни.

– А где они сейчас? Только не говори, что заперла их в винном погребе.

Кортни рассмеялась.

– Нет. Летиция показывает им Лондон.

– Значит, у нас есть время?

– Смотря на что.

– Ты поняла, о чем я.

– Только для начала расскажи, что тебе удалось узнать о деле Вэллера.

Майкл сдвинул брови к переносице и недовольно хмыкнул.

– Кажется, у этого типа повсюду связи. Его дело только-только сдвинулось с мертвой точки.

– Но его ведь накажут, правда? – спросила Кортни со смешанным чувством опасения и надежды.

– Хочется верить.

– Ты его видел?

Майкл кивнул.

– Да. Правда, он был не один.

– В смысле?

– У этого парня феноменальные способности сводить женщин с ума. Сначала Мэг, потом Анабелла. Кстати, бедняжка до сих пор корит себя за то, что дала показания против своего бывшего шефа.

– Майкл, не томи! – не выдержала Кортни. – Ты хочешь сказать, что у Бобби появилась очередная подруга?

– Я сам не поверил. Она служит в полиции. Зовут Марша Роулинг. Именно благодаря ей у Бобби сейчас комфортные условия проживания.

– Да уж, он нигде не пропадет! – заметила Кортни. – Он хотя бы раскаивается за то, что едва не лишил меня студии?

– Похоже, Вэллера беспокоит лишь то, что ему не удалось довести дело до конца. Он до сих пор не может признать свое поражение. Говорит, что предусмотрел все варианты, что не оставил лазейки…

Кортни улыбнулась и обняла мужа.

– Майкл, ты гений. Это ты спас меня от краха.

– А кто тебе сказал, что я сделал это ради тебя? – шутливым тоном спросил Майкл. – Вообще-то я думал о том, как избавиться от сильного конкурента.

– И потому предложил объединить наши фирмы?

– Кстати, у меня прибавилось проблем. Твои бывшие сотрудники работают так быстро, что мои только глазами хлопают.

– А Мэг, надеюсь, не преподносит сюрпризов? Не забывай, что она на испытательном сроке. Первый промах – и можешь смело указывать ей на дверь, – предупредила Кортни.

– Не будь такой суровой, – улыбнулся Майкл. – Мэг пока справляется на «отлично». Кстати, она передавала тебе привет и спрашивала, можно ли ей проведать тебя.

– Разумеется. Не понимаю, почему она спрашивает разрешения. Я ведь сказала, что не держу на нее зла. Тем более теперь. – Кортни снова погладила живот. – Не хочу, чтобы ко мне кто-нибудь плохо относился.

– Я никому не позволю.

Едва Майкл склонился, чтобы поцеловать жену, как на улице послышались голоса. Два женских и один мужской.

– О нет… – простонала Кортни. – Они вернулись.

– Боюсь, прятаться уже поздно, – констатировал очевидный факт Майкл. – Придется мужественно терпеть расспросы и поучения.

Шумная компания ввалилась в холл. Патрик Милз держал под руки свою жену и Летицию, которые хохотали, словно перебравшие на дискотеке девчонки.

– Ой, Кортни, ты даже не представляешь!..

– Привет, Майкл.

– Как себя чувствует будущий Кервуд?

Вопросы сыпались один за другим, перемежаемые радостным смехом.

– Где вы пропадали? Я проснулась, а вас нет, – покривила душой Кортни, желая доставить своей заботой удовольствие родителям.

– Летиция показала нам чудное местечко, – ответила Элизабет Милз. – Единственная оставшаяся со старинных времен гостиница и одновременно паб. Он расположен на южной стороне Темзы, возле Лондонского моста. Говорят, здесь бывал даже Шекспир, а Чарльз Диккенс заходил пропустить кружечку густого английского эля и между делом написать пару страниц своих бессмертных произведений.

– Мама, тише, – со смехом остановила ее Кортни. – Слишком много информации.

– А вы уже готовы? – придирчиво осмотрев Кортни и Майкла, спросила Летиция.

– К чему?

– Как к чему, моя дорогая?! – укоризненно спросила Летиция, мигом посерьезнев и перестав смеяться.

– Ты ведь не собираешься идти в ресторан в этой замызганной футболке.

– Она вовсе не замызганная! – воскликнула задетая за живое Кортни.

– И все равно это не подходящий наряд для женщины, у которой первая годовщина свадьбы. Марш наверх переодеваться! – скомандовала Летиция.

Кортни посмотрела на родителей, ища у них защиты, но те отвели глаза в сторону. Похоже, Летиция Кервуд взяла бразды правления в свои руки.

– Майкл, ты мне поможешь? – Вопрос был риторическим, поэтому Кортни взяла мужа за руку и повела на второй этаж.

Как только они скрылись из виду, Летиция заговорщически зашептала:

– Никто ничего не забыл? Не вздумайте испортить сюрприз. Как только они спустятся, ведем их к лимузину, а потом все вместе едем в ресторан. Ну а сейчас предлагаю немного отдохнуть и выпить по бокалу вина. Молодые наверняка задержатся в спальне надолго. – Летиция подмигнула чете Милз, и те обменялись с ней понимающими улыбками.

Тем временем Майкл и Кортни поднялись в спальню и закрыли дверь на ключ.

– Как думаешь, сколько у нас есть времени? – спросила Кортни, обхватив его шею руками.

– Виновники торжества мы, так что, думаю, нас подождут.

Майкл поднял Кортни на руки и отнес на кровать. Он припал к ее губам долгим ласковым поцелуем из тех, что перерастают в лавинообразную страсть. Когда Майкл оторвался от ее губ, Кортни приоткрыла глаза: пристально глядя ей в лицо, он провел большим пальцем по ее губам, а затем осторожно убрал со лба разметавшиеся пряди.

– Не могу поверить, что я уже год как самый счастливый мужчина на свете, – пробормотал он.

Майкл целовал ее глаза, нос, шею… Кортни чувствовала, как ей передается страсть Майкла. Да, она тоже была самой счастливой женщиной на свете!

Content

Эллен Сандерс
Слишком похожие

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20